Адлер психология: Книга: «Индивидуальная психология» — Альфред Адлер. Купить книгу, читать рецензии | ISBN 978-5-4461-0383-6

Автор: | 20.08.2021

Содержание

Классическая адлерианская теория: современный взгляд

На протяжении более чем полувека после того как Альфред Адлер сформулировал свою психоаналитическую теорию личности и систему психотерапии его идеи постепенно пронизывали всю современную психологию. Сдвиг психоанализа в направлении эго психологии отражает оригинальные мысли Адлера. Кроме того, в отличие от концепции З. Фрейда об управлении человеком врожденными инстинктами, у А. Адлера выдвинута идея об управлении мотивациями человека социальными побуждениями. Утверждение Адлера о том, что люди живут в мире смыслов, соответствует социально-контруктивистскому взгляду на человеческое поведение.  В качестве смысла человеческой жизни Адлер называет социальный интерес. Будучи одним из первых феминистов, он утверждал, что и мужчины, и женщины страдают от того, что обществом переоцениваются мужчины и недооцениваются женщины. Он считал, что настоящим равенством между полами может быть только позитивное отношение между мужчинами и женщинами. Его работы, в которых констатируется единство психического и телесного, стали отправной точкой для развития психосоматической медицины. Он сделал важный вклад в теорию личности, введя понятие креативного «Я», что созвучно с современными «Я»-концепциями.

Параллели концепциям Адлера можно найти в работах антропологов, биологов и физиков. Представление Адлера о взаимозависимости всех живых существ и их природной склонности к сотрудничеству нашло отклик в антропологии и в биологии. Его понятие «стиля жизни», подразумевающее, что одна центральная тема выражается в каждом психическом проявлении, созвучно физике голограмм, в которой каждая часть целого есть свернутый образ этого целого. Его понятие финальной цели, концентрирующей все движения в направлении одной точки, аналогично понятию аттрактора в теории хаоса – магнетической конечной точки, фокусирующей и ограничивающей процесс. Он верил в фундаментальную креативную силу индивидов и в их способность выбирать и изменять направление собственной жизни, это очень похоже на тот биологический процесс, который называется аутопоэзис (самовоспроизведение), являющийся автономной, самообновляющейся и самонаправляющей природой всех форм жизни.

Когда социологи, антропологи, биологи, математики, физики и психотерапевты описывают довольно аналогичные динамические структуры, можно подумать о том, что наука находится на грани новой унифицированной теории поля, предложенной в свое время К. Левиным. Идеи Адлера нередко называют «философской антропологией», содержащей потенциальное магнетическое ядро, вокруг которого могут быть сгруппированы многие другие дисциплины. Каждый человек у А. Адлера – уникальная личность. В динамике ее поведения ведущую роль играет не секс, а социальные интересы.

В условиях интеллектуального климата начала XXI века переосмысление идей Адлера позитивно и плодотворно для более полного понимания человека и человеческих отношений в мире. Он создал интегрированную, холистическую теорию природы человека и психопатологии, комплекс психотерапевтических принципов и техник, оригинальное мировоззрение и философию жизни.

Ядром интегрированного комплекса адлерианской философии, теории и практики выступает оптимистический и гуманистический взгляд на жизнь. Он создал ценностно-ориентированную психологию, в которой человек рассматривается в качестве обладателя потенциала для глубокого межличностного сотрудничества и стремления к саморазвитию ради общего блага. Адлер одним из первых психологов утверждал, что если люди не научатся сотрудничать, то все человечество может прийти к самоуничтожению. Если в адлерианской концепции человека выделить одну главную мысль, то это будет мысль о Человеке Социальном, тесно взаимосвязанном с другими людьми и со всей природой. Центральная проблема, стоящая перед людьми – это проблема того, как вместе жить на одной планете, воздавая должное вкладу каждого в прошлом и улучшая жизнь для нынешних и будущих поколений.

В основу созданной им психологии Адлер заложил понятие социального чувства или социального интереса Gemeinschaftsgefuehl. Это многоуровневое понятие. Индивиды могут понимать и реализовывать одни уровни социального чувства и игнорировать другие.

Когда социальный интерес сформирован на аффективно-эмоциональ-ном уровне, человек испытывает глубинную принадлежность к человеческому роду и способен к эмпатии в отношении других людей. Такие люди во всем мире чувствуют себя как дома, принимая и позитивные, и негативные аспекты жизни. На когнитивном уровне человек признает необходимую взаимозависимость между людьми и то, что благополучие каждого, в конечном счете, зависит от благополучия всех. На поведенческом уровне такие мысли и чувства превращаются в поступки, направленные на саморазвитие и на сотрудничество и взаимопомощь с другими людьми. Тем самым, в своей основе понятие социального чувства направляет полное развитие способностей индивида, направляет процесс, в котором каждый человек развивается как личность, и все люди становятся богаче от общения друг с другом. В то же время данное понятие означает признание и принятие взаимозависимости всех людей.

В этих идеях Адлера содержится также определение отношений между «я» и обществом. Адлер, в отличие от многих, не усматривал коренного конфликта между «я» и обществом, между эгоистическим интересом и социальным интересом. Эти дихотомии ложные. Развитие личности и развитие взаимоотношений с другими позитивно влияют друг на друга. Чем больше личностно развит человек, тем сильнее его взаимосвязь с другими людьми, и наоборот, более тесная взаимосвязь человека с людьми создает более благоприятные условия для развития личности. Сейчас эту идею открывают заново.

Адлер усматривал взаимосвязь между живыми существами во многих различных сферах и на многих уровнях, включая животных, растения, неодушевленные предметы и в самом широком смысле – с космосом. Правильное понимание природы этой взаимосвязи позволило бы преодолеть многие антропогенные проблемы. В отличие от З. Фрейда, считавшего социальные конфликты и войны фатально неизбежными, А. Адлер был убежден, что можно преодолеть войны и явления дискриминации в обществе. Кроме того, людям необходимо осознать свою взаимосвязь с прошлым и настоящим.

Адлер назвал созданную им систему «индивидуальной психологией», это название само по себе ничего не говорит о ее социальном фундаменте. Индивидуальная психология Адлера – это не психология индивидуальных различий, это, скорее, социальная психология, в которой индивид понимается исходя из социального контекста. По-немецки термин Individualpsychologie означает психологию уникальной, целостной и неразъединимой личности. Под этим Адлер понимал, во-первых, то, что индивидуальная психология есть наука идеографическая. Развитие каждого человека уникально, креативно и определяется тем, как человек субъективно интерпретирует жизнь. Во-вторых, Адлер стремился выразить то, что человек есть целостность со своими мыслями, чувствами, поступками, мечтами, воспоминаниями, то есть система, в которой целое больше суммы частей. В симфонии человеческого поведения Адлер умел услышать одну ведущую мелодию, темп и тональность которой могли меняться. Благодаря этой сквозной теме человек и является целостностью, а не суммой частей.

Как возникает эта ведущая тема? Благодаря активному и креативному процессу, в котором индивиды атрибутируют смыслы своих жизненных переживаний. Из этого сырого материала они создают ту субъективную реальность, на которую они реагируют. Следовательно, человек есть не объект, не пассивная жертва наследственности и среды, а активно конструирующий и интерпретирующий собственную ситуацию субъект.

Этот процесс начинается в детстве из ощущения неудовлетворенности выполнением повседневных задач, особенно при сравнении самого себя с другими детьми и взрослыми. В результате формируется то, что Адлер называл «комплексом неполноценности» – совершенно нормальная реакция на осознание своей неспособности функционировать так, как человек того желает. Адлер также называл такое переживание «минусовой ситуацией». Из этих чувств складывается мотивация к стремлению в направлении «плюсовой ситуации».

Люди стремятся в этом направлении, поскольку ими движет креативная сила жизни, проявляющаяся в желании развиваться, и при неспособности добиться успеха в чем-то одном, стремление добиться его в другом. Сила эта телеологическая, она проявляется в стремлении к цели, и в этом стремлении каждое телесное и психологическое движение направляется на сотрудничество.

Под влиянием немецкого философа Ганса Вайхингера Адлер утверждал, что люди в своих поступках не всегда исходят из реальности. Людьми также движет то, что они считают истинным, хотя эти представления во многом бессознательны. Заметим, кстати, что их убеждение в правоте этого может быть и ошибочным. В основе идей Адлера – понятие «финальной цели». Финальная цель есть некий вымысел, создаваемый индивидом, воображаемая индивидуальная ситуация совершенства, завершенности или преодоления. Движение в направлении финальной цели мотивируется стремлением к преодолению испытываемой неполноценности. Финальная цель представляет собой субъективный, придуманный взгляд на будущее, но она руководит действиями человека в настоящем.

Для активного человека, обладающего развитым социальным чувством, стремление к финальной цели может представлять собой пожизненное стремление к оптимальному развитию, в котором нет конечной точки. Здесь можно увидеть аналогию со стремлением индивида к самоактуализации в направлении полной реализации своего потенциала, концептуализированным Абрахамом Маслоу.

Решающую роль в отношении переживаемой неполноценности и развития в направлении финальной цели играют влияние семьи (как родителей, так и братьев и сестер) и внешние социальные влияния. Первичным фактором развития социального чувства в раннем возрасте Адлер признавал влияние матери. В условиях позитивных отношений в семье, любви и заботы у ребенка формируется способность к саморазвитию и к социальному сотрудничеству, к выполнению того, что Адлер называл тремя задачами жизни: труд, общество и любовь. Если ребенок не получает поддержки в семье, то переживаемая неполноценность становится преувеличенной, формируя преувеличенную финальную цель, направленную на компенсацию глубоко переживаемой неполноценности. Тогда вместо того чтобы заниматься саморазвитием и преодолением трудностей, человек будет стремиться к цели воображаемого господства и избегать реального представления о самом себе. Финальная цель становится эгоцентрической и деструктивной. Финальная цель – это результат процесса, уникального для каждого человека. У двух людей с аналогичными комплексами неполноценности могут формироваться различные финальные цели. Один человек может стремиться поставить других на службу себе и своей неполноценности, другой будет стремиться преодолеть то, с чем связана неполноценность, и самоутвердиться в таком преодолении.

Индивидуальный подход к жизни, характерный для каждого человека, Адлер называл стилем жизни. Стиль жизни – это тот способ, которым индивид стремится или избегает выполнения трех главных задач жизни и реализации своей финальной цели. Здоровые люди решают все три задачи относительно гибко, находя много способов решения проблем. Когда один путь закрыт, они выбирают другой. Патологические личности упорствуют на каком-либо одном пути или не видят пути вообще.

Подобно другим психологам, Адлер считал первые пять лет жизни человека центральными в развитии личности. В этот период пережитый ребенком опыт позволяет ему сформировать прототипы финальной цели и стиля жизни, которые в последующем детстве и отрочестве претерпевают изменения. Сформировавшиеся в этом возрасте представления о мире и о себе в дальнейшем определяют мировидение человека. Адлер назвал это «схемой апперцепции». Следовательно, индивидуальное восприятие ограниченно, и всегда будет существовать противоречие между реальностью и ее восприятием. У нормальных людей это противоречие относительно мало, у людей, имеющих психологические проблемы, оно существенно больше.

В оптимальной ситуации развития взрослые помогают детям сформировать чувство значимости во взаимодействии с другими людьми, поощряют в них активность, способствуют минимизации переживаемой неполноценности и помогают детям ощутить себя частью целого, увидеть и почувствовать свою взаимозависимость по отношению к другим и научиться преодолевать трудности. В этом, по мнению Адлера,  помогают универсальные ценности – справедливость, красота, истина.

Комментируя этот тезис, можно его приветствовать, но нельзя не заметить, что в многомерном человеческом мире эти понятия могут сильно отличаться, т.е. то, что красиво для одного, безобразно для другого, каждый параноик убежден в истине собственных идей, а справедливость может трактоваться таким образом, чтобы не навредить себе и т.п.

Оптимальное развитие, с позиций адлерианской теории, отличается от того, что принято определять как «нормальное» или «среднее» развитие. Многие люди, несмотря на свою способность к сотрудничеству, не реализуют собственный потенциал в максимальной степени. Они испытывают скуку, хроническое напряжение или стресс, не проявляя при этом эмоциональных или физикальных симптомов. Когда они сталкиваются с трудностями, они не в состоянии их преодолеть, и тогда они переживают шок, запускающий психологические симптомы. Такими кризисными ситуациями оказываются болезнь, брак, рождение детей, развод, достижение среднего возраста, взросление детей и их уход из дома в самостоятельную жизнь. Задача профессионального психолога в том, чтобы помочь таким «нормальным» людям максимально развиться – наметить такой идеал психического здоровья, который представляется возможным и мотивирующим, и определить этапы его достижения.

Поэтика адлеровской терапии | Журнал Практической Психологии и Психоанализа

Комментарий: Глава из книги Джеймса Хиллмана «Архетипическая психология» (2006), вышедшей в свет в издательстве Когито-Центр.

«Каждый, кто интересуется «психоанализом» и стремится получить адекватное представление о всей области современной психиатрии, непременно должен ознакомиться с работами (Альфреда) Адлера. Он найдет в них источник вдохновения…»

(К. Г. Юнг)

Современный человек, изучающий глубинную психологию, знает, что Альфред Адлер входит в триумвират создателей данной области исследований, и на этом его знакомство с Адлером, как правило, заканчивается. Нет ни архива Адлера, ни тома его переписки. Известны лишь несколько фотографий Адлера. В кругу энтузиастов популярной психологии его имя упоминается редко. Родом Адлер из Бургенланда в Австро-Венгрии (родина Листа и Гайдна). Он был врачом общей практики со специальной подготовкой в области офтальмологии. Еврей, обращенный в протестантскую веру, Адлер выглядел пухлым, приземистым человеком с бледным лицом. Во время Первой Мировой войны он служил на русском фронте. Большую часть своей жизни он прожил в Вене. Был моложе Фрейда на четырнадцать лет и на пять лет старше Юнга. Адлеру было 32 года, когда в 1902 г. Фрейд предложил ему войти в состав группы из пяти человек, которые составили первоначальное психоаналитическое общество. Несколько лет спустя, в 1907 г., когда была издана классическая работа Юнга «Психология раннего слабоумия» (Jung, CW, 3) 1), Адлер опубликовал свою классическую работу «Ueber Minderwertigkeit von Organen», которая была издана через десять лет на английском языке под названием «Исследование неполноценности органов и ее психическая компенсация».

Адлер сам отчасти был виновен в недостаточном внимании научной общественности к его открытию. Свое остроумие и проницательный ум он тратил на рассказывание анекдотов и беседы в кафе либо скрывал в стиле изложения, который слишком упрощал и искажал мысль. Его психическая восприимчивость была направлена на оценку достоинств музыкальных и вокальных произведений и на работу с портными, учителями и работниками социальной сферы, составлявших его клиентуру, которая существенно отличалась от клиентуры Фрейда и Юнга. Причем, если Фрейд в своей долгой жизни при столкновении со страданиями проявлял стоическое патриархальное величие, а внешние атрибуты жизни Юнга имели вид варварской пышности, то дальнейшая жизнь Адлера характеризуется уединенностью. Он вел жизнь изгнанника в нью-йоркской квартире в период депрессии, проводя вечера в кинотеатрах, а не за письменным столом в кабинете. Умер он в возрасте 67 лет на улице далекого шотландского городка. Как и его великие соратники, Адлер также воплотил в своей жизни и смерти свои основные идеи: человеческую неполноценность и чувство сострадания.

После издания переписки между Фрейдом и Юнгом они как члены первоначального триумвирата основателей психоанализа выдвинулись на передний план. Последователи в основном оставляли без внимания взаимосвязь идей Адлера и Юнга. В своем капитальном исследовании начальных форм глубинной психологии Генри Элленбергер, например, лишь дважды, причем вскользь, упоминает о Юнге в главе, посвященной Адлеру. Сам Юнг был достаточно хорошо знаком с ранними основными работами Адлера и кратко изложил их содержание в своих публикациях. Он многократно высказывал свое уважение к Адлеру. Во время борьбы Адлера с Фрейдом Юнг вначале поддерживал Фрейда, но затем в одном из важных писем (FJL, Dec. 1912, J 335) Юнг допускает оговорку, указывающую на его отождествление с Адлером и независимостью.

Но кроме совместной борьбы с Фрейдом Юнга и Адлера объединяло нечто большее. Они оба испытали на себе влияние Канта и Ницше и оба опирались (разрабатывая по-разному) на такие общие основные понятия, как смысл, индивидуальность, коллективное сознание и чувство близости, противоположности и компенсация, а также психическая бисексуальность. Если говорить о наличии у Юнга фрейдовских параллелей, то даже в большей степени существуют и параллели адлерианские.

В своих исследованиях Адлер затрагивает практические аспекты анализа человеческой судьбы, которые представлены в данной главе и составляют одну из основных тем этой книги: что мы делаем с сознанием несовершенства? Как нам жить с этим сознанием? Если каждый из нас одновременно испытывает ощущения изначальной неполноценности и базовое человеческое стремление к совершенству, тогда как мы можем распознать наши низины и возвыситься до наших вершин? Разве не здесь заключено исцеление, которого мы ищем: освобождение от двойного проклятия нашего западного мифа — видения совершенства духа и фундаментальной ограниченности материи, двух архетипических вымыслов, которые определили два значения слова «потребность» как влечение и как полное отсутствие чего-либо. Далее: какая связь существует между местом вымысла в исцелении, к которому мы стремимся, и местом пребывания психики, между совершенством духа и ограниченностью материи? Адлер был глубинным психологом, который взял эти темы — двойственность человеческой природы, неполноценность, совершенство, вымысел — в качестве основных концепций для своей метафоры человеческой природы.

Если точно следовать идеям Адлера, то эти концепции, вероятно, лучше представить как вымыслы. Ибо, несмотря на характерную для него мрачность стиля, он не так уж педантичен и лишен воображения, как кажется. Все основные концепции Адлера можно рассматривать как поэтику жизни в той мере, в какой фрейдовская теория сновидений и юнговская теория архетипических образов рассматривается в качестве поэтики, как результат деятельности воображения.

а. Неполноценность органов и неполноценность органического

Уже в египетских медицинских обрядах фиксировалась взаимосвязь между определенными органами тела и изображениями определенных божеств. При подготовке мумии к бальзамированию легкие помещали в сосуд в форме обезьяны, кишки — в сосуд с крышкой в форме сокола, желудок — в сосуд, увенчанный головой шакала, а печень — в сосуд с головой человека. Изъятые органы размещались под «рубриками» изображений божеств или архетипических структур, которым, как считалось, они должны были соответствовать или принадлежать. В средневековой медицине отчасти благодаря Галену и исламу различные виды душ — животные, растительные, генеративные, духовные, родовые — ставились в соответствие с различными областями и системами человеческого организма. Позднее Платнер (1744-1818) считал, что каждый основной орган обладает своей жизненной силой. В середине XIX в. Домрих подчеркивал взаимосвязь между определенными эмоциями и определенными органами. В конце XIX в. Вернике считал, что основные органы имеют свои символические изображения. Юнг (Jung, CW, 15, par. 166; рус. пер. — Юнг. Т. 15. С. 158; Jung, CW, 12, par 140) ссылается на точку зрения Вернике и в своих тавистокских лекциях (Jung, CW, 18, par. 135, 299) приводит несколько замечательных диагностических соображений, сопоставляя психические образы с органами тела. Аналогичные рассуждения лежат в основе фрейдовской теории особенностей характера, которые соотносятся с различными физиологически эрогенными зонами.

Адлеровская теория характеризуется большей всеобщностью и в то же время большей детализацией. Адлер утверждает, что у каждого из нас существует точка наименьшего сопротивления, органическая ахиллесова пята, которая определяет основные направления нашей психической жизни. Адлер приводит множество примеров, среди которых он упоминает «дефектное строение уха Моцарта, отосклероз Бетховена, меченое ухо Брукнера», галлюцинаторные явления у Шумана и предполагаемую детскую глухоту Клары Шуман (OI, par.60). В одном из примеров он ссылается на исследование, в котором показано, что более 70% учащихся художественных училищ имеют дефекты зрения (OI,par.61).

Адлер устанавливает взаимно-однозначное соответствие между аномалией органа и психической деятельностью: уши — музыка. На чрезмерную упрощенность и «ненаучность» такого подхода ему указали в учебной комиссии, которая единогласно отказала ему в приеме в докторантуру венского университета (EII, 586). Его теорию неполноценности органов не сочли достаточно научной на основании существовавших в то время критериев, во-первых, потому что в соответствии с этой теорией органы рассматриваются как целостные функциональные системы, связанные с конституцией (что не тождественно наследственности) и, во-вторых, потому что она не учитывает микроуровень органов и их взаимосвязи. Таким образом, наше внимание привлекает отнюдь не физиологически буквальное представление о неполноценных органах. Напротив, наше внимание привлекает психологически образное представление о том, что вся наша психологическая жизнь проистекает из ощущения органической слабости (т. е. не столько из ощущения неполноценного органа, сколько из ощущения органической неполноценности), что мы как физические существа слабы по природе и что именно неполноценность претворяет нашу психическую жизнь в действие (par.161). По словам Адлера, «осознание индивидом соматической неполноценности превращается в постоянную движущую силу развития его психики» (NC, par.1). «Неполноценный орган постоянно требует к себе особого интереса и внимания» (NC, par.11). Та или иная из наших органических систем — горло и опухоль, колени и их подвижность, кожа и ее экспрессивная/защитная чувствительность — становится комплексом или образом, на котором сосредоточивается наше психическое внимание, аналогично тому, как крошечное пятнышко крови на платке Ганса Касторпа становится импульсом появления образа волшебной горы.

Неполноценный орган способен передавать информацию, поскольку существует то, что Адлер называет «диалектом органа», «жаргоном органа», с помощью которого этот орган расскажет нам о нас самих, когда мы изучим его язык. В качестве доминирующего образа, пораженный орган постоянно требует нашего внимания и служит «неиссякающим источником данных» (NC, par.7) для наших психических фантазий и проявлений. Таким образом, «благодаря интроспекции и сосредоточению внимания на этих неполноценных точках» (NC, par.8) они служат местами сосредоточения огромных потенциальных возможностей. «Вся наша человеческая культура основана на ощущениях неполноценности» (L, par.45).

Мы не должны слишком узко и буквально понимать местоположение органа и ощущение неполноценности. В этом случае Адлер имел в виду также и крайние проявления своеобразия любого рода, включая необыкновенную красоту (ОС’67, par.473). Тем не менее жизнь души проистекает из ощущения своеобразной неполноценности, сосредоточенного на одном существенном органическом образе, причем это место сосредоточения становится pars pro toto (часть вместо целого) для неполноценности всех живых существ вообще и каждого живого существа в частности, т. е. это место превращается в образ во плоти, который, подобно даймону, направляет и оберегает действительное развитие психической жизни индивида. Наше развитие осуществляется в области наших слабых точек, которые служат источником нашей жизни. Поэтому, погружаясь в глубины адлеровской интуиции, мы обнаруживаем, что любая фантазия об исцелении, которая утрачивает это ощущение органической неполноценности, определенное местоположение в телесном образе, также утрачивает ощущение самой души. В письме к Лу Саломэ (Lou, par.161) Адлер подчеркивает следующую мысль: «Психическое — это название для обозначения потенциальных возможностей жизни неполноценного существа». Вообще говоря, ощущение души означает ощущение неполноценности. В настоящее время благодаря Адлеру древнее стремление определить местоположение души в теле получило иной смысл: наша душа есть наше место наименьшего сопротивления.

Место наименьшего сопротивления, безусловно, служит тем местом, в котором сопротивление концентрирует оборонительные силы. В местах нашей наибольшей уязвимости и незащищенности мы проявляем наибольшее упрямство и прилагаем максимальные усилия, чтобы скрыть такие места. С точки зрения психотерапии адлеровская теория неполноценности органов представляет такую формулу: наиболее близко мы приближаемся к душе, когда самым внимательным образом рассматриваем ее защитные механизмы. Терапевтическая задача состоит не столько в том, чтобы разрушить защитные механизмы и преодолеть сопротивление, сколько в том, чтобы вновь открыть необходимость этих механизмов и проявлений, которые служат реакциями психики на свои слабости. Душа состоит из своих защитных механизмов и проявлений.

В плане исцеления адлеровская теория неполноценности органов позволяет сделать несколько интуитивных открытий. Во-первых, она позволяет переместить «бессознательное» из ментальной сферы в сферу переживания неполноценности. Бессознательное обеспечивает непосредственное переживание неадекватности, и поэтому мы постоянно создаем бессознательное, защищаясь от ощущения неполноценности. Во-вторых, Адлер придает особое значение телесным симптомам. Они позволяют нам сохранить связь с душой, поскольку напоминают о неполноценности. В качестве девиза можно было бы взять слова «Ваша душа — в вашем симптоме». В-третьих, Адлер дает новую формулировку старой проблеме конфликта между душой и духом и прослеживает его существование в жизни человека начиная с детского возраста. Устремленная ввысь часть нашего существа, которая исторически считается духовной, подавляет другую часть, считающую себя совершенной, а свою соседку — неполноценной и женственной. Иерархическая перспектива духа помещает душу в сферы, которые считает более периферическими и низкими, т. е. в органическое тело, в котором душа сообщает о своем существовании с помощью симптомов.

б. Невротическое мышление и гермафродит

Неполноценность проявляется в стиле нашего мышления. Из-за ощущений неполноценности и неуверенности мы создаем умственные концепции для установления над ними контроля. Эти концепции выполняют функцию путеводных вымыслов, руководящих фантазий, с помощью которых мы объясняем мир. Самую существенную из этих форм невротической защиты, к которой, вероятно, можно свести все другие формы, Адлер называет «антитетическим мышлением», «которое реализуется в соответствии с принципом противоположностей» (NC, 2, 33). Ум создает противоположные полюса: сильный/слабый, верхний/нижний, мужское/женское — и эти путеводные вымыслы формируют наш жизненный опыт. Антитезы разделяют мир на две ясно очерченные части, позволяют применять силу в волевых действиях и спасают нас от ощущения слабости и бессилия. Более важным, чем эти пары, представляется то, что антитетическое мышление служит утешительной мерой защиты от истинной реальности мира, которая, по мнению Адлера, характеризуется скрытыми дифференциациями, а не противоположностями (L, par.74). С точки зрения Адлера, представление о том, что абстрактные противоположности отражают реальность, опирается на невротическое мышление, поскольку все антитезы в конечном счете относятся к силовой концепции соотношения между высшим и низшим, воплощенных в обществе в форме мужского и женского начал.

Таким образом, вместо следования логике реальности, антитетическое мышление создает иллюзию власти над ней. Кроме того, антитетическое мышление характеризует примитивное сознание (как это было «открыто» Леви-Строссом в его бинарной структуре мифа). Как говорит Адлер, в «мифологии», в легендах, космогонии, теогонии, в примитивной эстетике и произведениях психотиков осуществляется резкое разграничение основ философии и явлений с помощью абстрагирующего вымысла. Стремление к такому разделению … берет начало в защитной тенденции» (A&A,par.248). Эта «антитеза, сформулированная в аристотелевских категориях, и противоположности, приведенные в таблице Пифагора, проистекают из ощущения неуверенности… Не следует впадать в широко распространенное заблуждение, усматривая в этом сущность вещей» (NC, par. 25’PLS A&A,par.229).

Конечную основу антитетического мышления составляет пара мужское/женское, «единственная реальная антитеза» (NC, par. 99), которая в свою очередь сводится к переживанию в раннем детстве «психического гермафродитизма» (такое название имела научная статья, опубликованная Адлером в 1910 г.). «Психика имеет как женские, так и мужские особенности (IP, 21), поэтому начиная с детского возраста мы отождествляем с женским не только слабость и неполноценность, но и амбивалентность, обусловленную слабостью. Более того, гермафродитическая амбивалентность указывает на неполноценность и «воспринимается в определенно антитетической форме», которая защищает нас от ощущения неполноценности (NC, par.353). Общество убеждает нас в том, что возможны только две половые роли» (U, par. 135), и поэтому происходит «рассечение» (NC, par. 345). Неуверенности соответствует необходимость выбора либо/либо или альтернативное мышление, которое Юнг связывал с сознанием Эго 2) (Jung, CW 8, par. 557) и с односторонностью невроза 3).

Мы можем отметить здесь, что «открытие» бессознательного произошло одновременно с «открытием» бисексуальности. С тех пор глубинная психология начиная с Флисса, Вейнингера, Эллиса и Ломброзо и кончая Фрейдом, Адлером, Юнгом и Ньюманном двуполушарностью мозга и причуд андрогинности продолжает соединять эти два вида двойственной природы. Бисексальность становится неотличимой от биментальности, поэтому два вида ментальной деятельности наделяются признаками пола, а двойственность ума также выражается в терминах мужского или женского рода (IP, par. 21).

В этом вымысле, как мне кажется, скрывается архетипическая личность, та фигура, которую Адлер назвал Гермафродитом, фигура, которая соединяет в себе не только два рода, но и две основные мысли глубинной психологии: алхимические тайны и герменевтику с эротическим воображением, которое приписывает тот или иной пол своим предметам. Гермафродит — дитя Гермеса и Афродиты. Он предвещает появление мифологической темы, которая одновременно характеризуется бесчестием, либидинозностью, неестественностью, невероятной причудливостью и тем не менее увлекает нас в область мистерии, вызывая ненасытное любопытство.

Эта фигура одновременно проявляется в виде антитетических противоположностей, которые составляют ее суть и тем не менее не могут восприниматься буквально. Мы сталкиваемся с замечательными амбивалентностями, со снедаемым любопытством субъектом познания (сексуальный компонент герменевтического стремления) и с непостижимым объектом познания (сопротивление алхимической тайны). Сколь бы отталкивающей ни была эта фигура, она в то же время является порождением Афродиты, неизменно соблазнительным и привлекательным. Глубинная психология, подобно гермафродиту, требует дальнейшего раскрытия загадок, она способна придавать объектам форму либидо без их эротизации и переносить фантазию в сферу неправдоподобной любви, которая не предназначена для производства потомства. Глубинная психология попыталась свести эти явления к различным рациональным объяснениям, но мифологическую основу лучше искать в той фигуре, о существовании которой напомнил Адлер.

Не только Адлер, но и Фрейд с Юнгом опирались на фигуру гермафродита в своих представлениях о цели психоанализа. С точки зрения Фрейда эта цель состоит в преодолении страха перед кастрацией у мужчин и стремления к обладанию пенисом у женщин. С точки зрения Юнга эта цель выражается в откровенно сексуальных представлениях об инцесте, небесном браке и гермафродитической конъюнкции. Только гротескный образ Гермафродита позволяет в определенной мере понять то, что эти научные, объективные и серьезные идеи выражаются с помощью столь странного, почти порнографического языка органов.

Если восстановление в той или иной форме психического гермафродитизма имеет существенное значение для понятия исцеления во всех трех глубинных терапиях, тогда любую дизъюнктивную операцию следует считать противопоказанной. Мы не можем рассчитывать на то, что Эго, созданное по образу и подобию героя с мечом (символом принятия решения) в руках, приведет нас к исцелению. В нем воплощена лишь одна из очевидных форм мужского протеста против ощущения неполноценности, а его ахиллесова пята и геркулесово одеяние служат признаками его врожденного гермафродитизма. Психический гермафродитизм заключает в себе рядоположенности, не воспринимая их в качестве противоположностей. Противоположности между сознательным и бессознательным, мужским и женским, позитивным и негативным, индивидуальной душой и обществом расчленяют естественную для гермафродита амбивалентность. Гермафродит являет собой образ, в котором естественное является неестественным,- изначальный образ противоестественного (contra naturam — против природы). Физический подход к проблемам естественных тел и биологического пола подвергается пересмотру на основе особенностей неестественной фантазии. Природа трансформируется с помощью деформирующей ее имагинации, физическое (physis) преображается поэтическим (poiеsis).

На основании вышеизложенного мы можем составить представление о том, какие вымыслы исцеляют: абсурдные, неосуществимые, вымыслы неточные, которым органически чужда однозначность. Разве это само по себе не есть вымысел? Не поэтому ли после нескольких веков просвещения психотерапия в отчаянии обратилась к мифам за поддержкой для своей терапии, ибо без мифа гермафродит превращается в грустного, странного транссексуала, в обычного пациента, лишенного вымышленной истории. Если Асклепий являет собой архетипическую фигуру целителя, то Гермафродит воплощает в себе архетипическую фигуру исцеления, психическое исцеление воображения, исцеляющий вымысел, вымышленного целителя, для обозначения которого не подходит ни одно личное местоимение. Этот персонаж не может существовать в жизни, но необходим для воображения.

Эта фигура также помогает нам произвести переоценку антитетического способа мышления. Сам способ мышления становится сиамским близнецом инсайта. Идея никогда не существует в одиночестве, она всегда нераздельно включена в сизигию 4) и интуитивно постигается другим членом пары. В пределах этих пар мы можем созерцать саму интуицию, рассматривать свое собственное отношение. Любая интуиция предполагает наличие точки зрения, с которой она рассматривается: то, что представляется мне как неполноценное и слабое рассматривается с точки зрения другого элемента пары как превосходство и сила. Ничто не существует как таковое. Я не могу видеть пылинку, не замечая в то же время луча света.

Таким образом, когда мы сталкиваемся с антитетическим мышлением, нас перестает интересовать, как реализовать конъюнкцию, выйти за пределы опыта, найти синтетическое третье, или произвести андрогина. Ибо при таких операциях антитезы понимаются буквально, не позволяют сознанию отойти от своих невротических построений и перейти от фрейдовских фактов к адлеровским вымыслам (Lou, par. 52, par. 127). Вместо этого нас интересует, что мы уже сделали, дабы избавиться от нашего двойника, который был нам дан вместе с душой, от амбивалентного, неполноценного, даже постыдного сознания нашего психического гермафродита. Эта фигура не только скрывается в «противоположностях» (которые используются в качестве защиты от нее), но и реализуется в качестве цели терапевтической деятельности, странной, в высшей степени неестественной и фантастической, а в некотором отношении даже постыдной.

в. Вымышленные цели

Критический отказ от представлений о двойственной природе души Адлер называет «мужским протестом», потребностью победить, занять господствующее положение. Он также называл этот отход «стремлением к совершенству» или «превосходству». Вначале он полагал в качестве оснований этого стремления социалдарвинизм и борьбу за выживание, неполноценность биологических органов и потребность преодолеть слабость, а также ницшеанскую волю к власти. (В то же время Юнг рассматривал переход от неоднозначности к направленному гелиосознанию на основе героического мифа [Jung, CW 5]). По мере развития своих воззрений Адлер стал рассматривать индивида как единственную основу стремления к совершенству. Оно составляет своеобразие человеческой природы, «стремление, побуждение, нечто такое, без чего жизнь стала бы немыслимой» (A&A, par. 104). В своих последних работах он меняет местами передний и задний планы: ощущение неполноценности не вызывает у нас стремления к превосходству, а проистекает из «врожденного» стремления к превосходству. Возвышенный дух теперь не вознаграждает преисполненную благоговения душу и не компенсирует ее слабость, а требует от нее больше, чем она способна реализовать.

Не следует слушать Адлера ушами Юнга, полагая, что «великое стремление ввысь», как называет его Адлер, и есть самость как реальность в буквальном смысле этого слова.

Это очень важный и деликатный момент. Адлер говорит: «Стремление к совершенству является врожденным. Это высказывание не следует понимать буквально, как будто стремление способно все привести к совершенству и нуждается лишь в саморазвитии» (A&A, par. 104). Я полагаю, что он проводит различие между врожденным духовным финализмом, который характеризует всю психическую деятельность, и вымышленными целями, с помощью которых душа представляет себе идеальные цели. Он предостерегает против понимания «врожденного» стремления как конкретного влечения (в понимании Фрейда) или как эмпирического факта, для доказательства которого мы собираем данные (в понимании Юнга). Мы стремимся к совершенству, но совершенство не имеет конкретной эмпирической цели. Адлер мог бы первым ответить на наш вопрос о стремлении души следующим образом: душа стремится, поскольку конечная причина стремления (его telos) должна оставаться нереализованной. Каждое ее движение характеризуется внутренней целенаправленностью, и тем не менее она не способна воплотить свою целенаправленность в виде какой-либо конкретной цели.

Здесь мы имеем дело с проницательностью адлеровской мысли, ибо его «стремление к совершенству» составляет концепцию духа, который невозможно зафиксировать ни в одном из его откровений даже в тех случаях, когда он насыщает смыслом все стремление. В данном случае позиция Адлера скорее сближается с позицией того Юнга, который рассматривает конечное как точку зрения на все психические события (психические события как целенаправленные), чем с позицией того Юнга, который стремился конкретизировать цель, включая ее в состав доказуемого процесса индивидуации самости.

В отличие от Фрейда и Юнга Адлеру удалось устранить конкретизацию потому, что он пользовался иным источником, «Философией условности» Ганса Вайгингера, которому он неоднократно высказывал свою признательность (IP, par.224, 230, NC, EI, par.606-608, 630-631, A&A, par. 76-89). Хотя Адлер и не всегда был способен разглядеть условности в своих конкретизациях, тем не менее наиболее характерная или ценная для нас особенность его психологии состоит в его понимании абсолютно вымышленного аспекта нашей сознательной психики. Как сказал Вайгингер, «субъективное есть вымышленное» (V, par.108). Психика создает концепции и образы, а ум использует их в качестве проводников или, по словам Адлера, «путеводных вымыслов».

Таким образом, совершенство является необходимым вымыслом, который в прагматическом отношении так же необходим, как и то, что истина «является лишь самым целесообразным заблуждением» (V, par.108). Когда мы осознаем цель совершенства, к которой мы стремимся, как нечто невозможное в объективном и буквальном смысле, тогда мы также можем осознать, сколь необходимо это вымышленное совершенство. Психика подбрасывает нам цели в качестве наживки, чтобы поймать живую рыбу, и создает вымыслы, чтобы подтолкнуть нас к действию и направить наши действия в нужное русло. Как сказал Юнг, «духовная цель, указывающая на нечто запредельное, абсолютно необходима для здоровья души» (Jung, CW 17, par. 291). И в этом случае мы имеем не определенную цель, не сформулированную задачу, а ощущение цели (у Адлера и Юнга), которое характеризуется перспективностью. Это — телеологический подход, ибо, как говорит Юнг, «бесцельных психических процессов не существует» (Jung, CW 5, par.90). Все имеет значение, все значимо. Мы сознаем целенаправленность: существует путь и мы движемся по этому пути, находимся в процессе движения вперед, который Адлер назвал стремлением к совершенству, а Юнг — индивидуацией.

Для обозначения пути в греческом языке употребляется слово methodos, метод. Понимание того, а чем говорят Адлер и Юнг, соответствует пути или методу психотерапии, чья основная задача состоит в сохранении ощущения пути с помощью ее метода. Мы можем идти этим путем, только защищая целенаправленность от конкретизации, от определенных целей. Действие целей, особенно возвышенных и прекрасных целей, можно сравнить с действием идей, получивших слишком высокую оценку, или с действием корней заблуждений, питающих огромные кроны деревьев, под которыми укрывается паранойя, или с распространением идеалов огромной значимости, характеризующих позитивные цели огромного числа современных направлений терапии. Мы достаточно часто наблюдаем пагубное воздействие целей в повседневной жизни, когда вера в доминирующую идею нашей жизненной задачи, в то, что мы должны сделать, в смысл нашего существования (raison d’etre) оказывается именно той целью, которая преграждает путь. Поэтому психотерапия включает в свою сферу неполноценную личность, малые орбиты путей как целей. Психотерапию, быть может, можно было бы определить как метод малых величин, которые и составляют сам путь.

Поскольку цель служит путеводным вымыслом, она является вымыслом исцеляющим. Исцеление составляет ту цель, которая приводит нас в сферу терапии, и мы исцеляемся от этой цели, когда сознаем ее как вымысел. Теперь цель превратилась в психическую реальность, стала самой психической реальностью, и поэтому путь действительно превратился в цель. Этот лишенный конкретизации метод исцеления, столь ироничный, неопределенный и парадоксальный, одновременно способствует и препятствует реализации нашего стремления (как будто два значения слова «стремление» неожиданно объединяются) и свидетельствует о наличии меркурианского сознания Гермеса, проводника душ, путеводителя, наставника на жизненном пути.

Таким образом, самое лучшее, что психотерапия может сделать,- это обеспечить гармонизацию вымышленного ощущения. Тогда цели, к которым стремится терапия,- полнота развития, завершенность, целостность, актуализация — можно рассматривать как путеводные вымыслы. В этом случае они не блокируют путь. Терапия становится не столько опорой «великого стремления ввысь», сколько задачей устранения конкретизаций вымыслов, в которых определяется цель, и мы фактически защищаемся от врожденной «устремленности» души с помощью наших целей. В этом заключается терапия «перспектив» (U, par.14). При этом цели духа не становятся иллюзиями, к которым относятся с известной долей цинизма, поскольку являются «всего лишь» вымыслами. Мы просто не воспринимаем их в пределах их конкретики как цели и истины. В качестве вымышленных перспектив или фантазий они плодотворны и целесообразны, поскольку значение вымысла состоит в том, что он составляет «более сознательное, практичное и плодотворное заблуждение» (U,par.94).

Ощущение вымысла как бы становится целью психотерапии и должно составить путь нашего совершенствования. Отсюда следует, что единственное возможное совершенствование, к которому может стремиться душа,- это совершенствование своего вымышленного понимания, самореализация в своих образах, когда она сама становится вымыслом в ряду других вымыслов. Терапия подвергает душу процессу разложения ее самопроявлений (EI,par.608) на ряд перспектив. Этот метод условностей сохраняет открытым путь и занимает положение, аналогичное методу Адлера в тех случаях, когда он максимально сближается с религиозным представлением о том, что конечная цель составляет сам путь, в данном случае путь вымысла.

г. Социальное чувство

Четвертым основным компонентом адлеровской теории является социальное чувство (Gemeinschaftsgefuhl), или социальный интерес. «Мы отказываемся признавать ценность и рассматривать отдельного человека» (A&A, par. 127), поскольку невозможно отделаться от «ироничной логики общественной жизни» (A&A,par.127). Несмотря на доктринерский педантизм, у Адлера все еще сохраняется субъективистский «вывих», ибо социальный интерес является не социальным фактом, а социальным чувством, «сокровенным чувством принадлежности ко всему человечеству» (ОС, par.472), sub specie aeternitatis (с точки зрения вечности)(A&A, par.142). Железная логика социальной включенности рассматривается не с социологической, а с психологической точки зрения. Дело не в том, что на первое место ставится общество, а в том, что психическое в своей основе mitmenschlich (человечно).

С точки зрения Адлера для индивида составляют проблему, в том числе и социальную, не только обстоятельства, но и их значение (L, par.9). Следует учитывать, что адлеровский социальный интерес, начиная с его раннего марксистского социализма и кончая поздним альтруистическим идеализмом, был психосоциальным аналогично тому, как фрейдовское рассмотрение сексуальности было психосексуальным. Те, кто обладал менее изощренным умом, чем Адлер и Фрейд, впоследствии истолковали их идеи в узком, буквальном смысле. Так, возникло ошибочное представление о том, что интересы Фрейда ограничиваются сексуальностью как таковой, а интересы Адлера ограничиваются обществом (интересы Юнга ограничиваются религией). В своей психологии Адлер формулирует присущий психике альтруизм аналогично тому, как Фрейд разрабатывает концепцию сексуальности психики, а Юнг — концепцию ее религиозности.

Таким образом, общественное бытие составляет неотъемлемую часть человеческого существования вообще. Чем более полную и зрелую форму приобретает это существование, тем в большей мере социальный интерес определяет поведение и цели человека. В качестве существ, наделенных душой, мы ощущаем свою глубоко внутреннюю связь со всем человечеством, прошлым, настоящим и будущим. В тех случаях, когда Юнг приводит объективные доказательства существования этой всеобщей связи на основе архетипических моделей, проявляющихся с помощью истории, культуры и инстинкта, Адлера интересуют ощущение всеобщей взаимосвязанности, ее реализация в том виде, как она действует на практике. Каким образом поведение людей соотносится с их альтруистическим ощущением принадлежности к мировому сообществу? В данном случае философской основой служит этика Канта, императив человеческих отношений.

На вопрос «где происходит соединение кантовского этического идеала с ницшеанской волей к власти?», следует ответить, что такое соединение происходит в обществе. Кажущееся противоречие между «двумя великими стремлениями»- врожденным социальным чувством (Gemeinschaftsgefuhl) и врожденным стремлением к превосходству (UHN,par.120) — разрешается в теории Адлера с помощью идеи разума, которая также была заимствована у Канта. Для того чтобы путеводный вымысел был полезным с точки зрения эвристики и не имел признаков невротизма, он должен быть разумным и отражать здравый смысл и общезначимые умозаключения о существующем обществе. Мы достигаем превосходства только тогда, когда становимся разумными, а это предполагает признание значимости социального интереса, в результате чего наши поступки рассматриваются как превосходные с точки зрения общества и становятся полезными для других людей.

Поэтому гениальная личность, с точки зрения Адлера,- это не отдельный человек, определивший свое время или изгнанный из общества. «Гениальная личность — это преимущественно в высшей степени полезная личность». «Человечество называет гениями только тех индивидумов, которые внесли ощутимую лепту в развитие общего благосостояния. Мы не можем представить себе гения, который не принес бы человечеству никакой пользы» (A&A, par.153). В своем высшем развитии конечное представление о превосходстве,- фантазия гения,- также содействует формированию социального чувства. Действительно, гений представляет собой личность, обладающую максимальной способностью постигать железную логику общественной жизни и выражать «общую взаимозависимость космоса, который живет в нас, от которого мы не можем полностью абстрагироваться и который наделяет нас способностью ощущать себя в других людях» (EI,par.609).

Когда мы еще раз задаем Адлеру вопрос «Что нужно душе? Какова ее врожденная интенция?», он отвечает нам, что она нуждается в обществе. Душа стремится разумно жить в обществе, отражающем прошлый, настоящий и вечный космический смысл, когда душа как потенциальная возможность такого порядка, стремится к определенной цели и придает смысл каждому акту, как будто каждый акт «содействует развитию» жизни, направляя ее в русло общественного и космического совершенствования. «Содействие развитию — вот истинный смысл жизни» (L, par.14).

Но — и это «но» имеет весьма существенное значение — «область значений», говорит Адлер, «является областью ошибок» (L, par.9), так что какое-либо значение мы приписываем тому предмету, к которому стремится душа, и существует столько значений, сколько существует людей, «имеющих право на ошибку». Следовательно, то, чего хочет душа, должно быть мнимым ошибочным пониманием любого, предлагаемого душой значения. В этом состоит единственный путь совершенствования общества в том смысле, в каком Адлер понимал совершенствование.

Мы не можем дать ответ на вопрос о предмете стремления души в форме какого-либо несомненного факта или цели, не сознавая в то же время, что данная цель является вымыслом и что конкретизация этой цели является ошибкой, даже если такая ошибка неизбежна. Несомненность заключается в идентификации с единственным значением, когда мы утверждаем свое личное понимание как «окончательное положение» (L, par. 146), которое лишь способствует нашему обособлению, оказывая разрушительное воздействие на наш врожденный альтруизм и отчуждая нас от общества. Такая форма обособленности также является безумием. («Высшая степень обособленности представлена безумием» — L, par. 184). Поэтому при буквальном понимании адлеровская цель общества способствует нашему обособлению, как, например, мы можем наблюдать в случае реформаторов, благодетелей человечества и террористов. Чем увереннее они идентифицировали себя со своим социальным чувством, тем обособленнее и безумнее они становились. (Тем не менее в моменты поражения и бессилия они прилагают все усилия, чтобы соединиться с обществом, над которым они старались установить свое господство.) Таким образом, социальное чувство не может дать ответ на вопрос «Что нужно душе?» и сформулировать свою цель, оно может служить лишь в качестве средства отображения всех наших целей. Способствуют ли они развитию сочувствия к другим людям? Воплощается ли в них сочувствие к другим людям? Таким образом, социальное чувство позволяет нам обнаружить наши обособляющие вымыслы и наши ошибки. При дружеском общении социальное чувство выражается в эмпатии к нашим ошибкам и юмористической терпимости, определяемой ощущением вымысла. Мы человечны не столько благодаря добродетели наших идеальных целей, сколько благодаря пороку нашей неполноценности. Поэтому ощущение несовершенства, юнговская тень, составляет единственное возможное основание адлеровской цели социального чувства. Эту мысль Юнг выразил следующим образом (Jung, CW, 10, par.579): «Взаимоотношения не основаны на… совершенстве… напротив, в их основе лежит несовершенство, чувство слабости, беспомощности… причина и мотив зависимости».

Закончить этот раздел цитатой из Юнга — значит упустить из вида особенность адлеровского подхода. Тень слабости не только моральна, но еще и смешна. К несовершенству лучше всего относиться с чувством юмора, самоиронии, используя смеховую разрядку и допустимое самоуничижение, которое не нуждается в последующем компенсаторном стремлении к высоким идеалам. Ощущение несовершенства нередко служит одним из способов формирования общественного чувства; другим, более надежным способом служит слишком человеческое чувство юмора.

Примечания

 

1) Рус. пер. — Юнг К.Г. Работы по психиатрии. Спб., 2000.

2) Юнг К.Г. Символы трансформации. М. 2000, пар. 4-20,; Юнг К.Г. Структура психики и процесс индивидуации. М. 1996. С. 194.

3) К.Г. Практика психотерапии. СПб. 1998, пар. 257, пар. 456.

4) Сизигия — любая комплементарная пара противоположностей как в состоянии объединения, так и в оппозиции. Например, анима/анимус, пуэр/сенекс и т.д.

Психологические проблемы в исследованиях Альфреда Адлера Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

Сведения об авторах: Крушная Наталья Анатольевна,

кандидат психологических наук, доцент, кафедра специальной педагогики

и психологии и предметных методик, Южно-Уральский государственный гуманитарно-педагогический университет,

г. Челябинск, Российская Федерация. &mail: [email protected]

Теске Галина Павловна,

кандидат педагогических наук, старший научный сотрудник, Челябинский филиал Института экономики УрО РАН, г. Челябинск, Российская Федерация. &mail: [email protected]

Information about the authors: Krushnaya Natalia Anatolyevna,

Candidate of Sciences (Psychology) Associate Professor, Department of Special Education and Psychology and Subject Methodologies, South Ural State Humanitarian Pedagogical University, Chelyabinsk, Russia. E-mail: kru[email protected]

Teske Galina Pavlovna,

Candidate of Sciences (Education),

Senior Researcher,

Institute of Economics

of UB RAS, Chelyabinsk branch,

Chelyabinsk, Russia.

E-mail: [email protected]

ro m

о ç

о

О

О <

УДК 151.8 ББК 88.3

Э.А. Соколова

психологические проблемы В исследованиях АЛьФРЕДА АДЛЕРА

Цель исследования — установление понимания А. Адлером психологических проблем и систематизация его взглядов на них. А. Адлер употребляет термин «жизненные проблемы» и сравнивает особенности личности невротика и здорового человека, имеющего жизненные проблемы. Среди проблем он выделяет личностные проблемы, проблемы обучения, проблемы взаимоотношений.

Ключевые слова: проблемы, невроз, жизненная цель, комплекс неполноценности, комплекс превосходства, жизненный стиль, личность, воспоминания, идеал.

E.A. Sokolova

PSYCHOLOGICAL PROBLEMS IN THE RESEARCH

OF ALFRED ADLER

The purpose of the research is to establish an understanding of psychological problems by A. Adler and systematize his views on them. A. Adler uses the term «problems in life», and compares the characteristics of the individual neurotic and healthy person having problems in life. Among the problems he identifies personal problems, learning problems, relationship problems.

Key words: Problems, neurosis, life purpose, a complex of inferiority, superiority complex, lifestyle, personality, memories, ideal.

В продолжение всего жизненного его страдать, мешает его адаптации и раз-пути людей сопровождают проблемы. витию, вследствие чего становится пси-Проблема влияет на человека, заставляя хологической. Из нерешенных психоло-

гических проблем больших и значимых социальных групп вырастают локальные войны и массовая миграция. Возможно, своевременным решением психологических проблем все это можно было бы предотвратить.

О роли психологических проблем пишет К.А. Абульханова: «…разрешение проблем, преодоление трудностей и противоречий жизни ведет к развитию личности, часто более значительному, чем ее развитие в деятельности, укрепляя ее цельность, вырабатывая упорство, мужество, чувство оптимизма и осознания себя субъектом» [1, с. 10].

Значимость психологических проблем и значимость их решения привели к тому, что отдельные виды психологических проблем широко представлены в научных исследованиях. Несмотря на это, отсутствуеттеоретико-методологическое обоснование психологической проблемы в качестве научной категории. Возможно, этому мешает недооценка их роли в жизни человека. Возможно, многочисленность проблем, относящихся к различным наукам — техническим, медицинским, социальным и т.д., а также многочисленность бытовых проблем, которые часто имеют психологическую составляющую, мешают увидеть и выделить психологическую категорию — «психологическая проблема».

В трудах классиков преимущественно медицинского подхода в психологии, в частности в трудах З. Фрейда, К.Г. Юнга, К. Хорни, психологическая проблема не является объектом направленности и практически не упоминается (З. Фрейд, 1991, 2001; К.Г. Юнг, 1997, 2000, 2003, 2004; К. Хорни, 2000, 2001, 2008). Основоположник индивидуальной психологии А. Адлер пишет про «жизненные проблемы» [2; 3; 4; 5; 6; 7; 8], однако анализ и систематизация его взглядов на «жизненные проблемы» до настоящего времени не проведены. Учитывая значимость трудов А. Адлера по индивидуальной психологии, можем предположить, что понимание его взглядов на «жизненные проблемы» человека и социальной группы поможет в обосновании научной категории «психологическая проблема».

Цель исследования — установление понимания А. Адлером психологических проблем и систематизация его взглядов на них. Метод исследования — теоретический анализ литературы с использованием интерпретаций. Метод интерпретации не является новым, он широко применялся для анализа библейских текстов, в научной психологии он использовался сторонниками теории объектных отношений М. Кляйн [11]. Несмотря на ряд критических отзывов относительно использования метода интерпретации в теории объектных отношений [11], ряд положений, установленных с помощью этого метода, получили мировое признание, как получил и признание сам метод интерпретации [11].

Как пишут Н.Д. Голев и А.В. Сергеев, опираясь на идею П. Рикёра, истина существует «лишь в совокупности интерпретаций» [9, с. 126]. В.В. Знаков, показывая три традиции психологических исследований, обосновывает среди них герменевтическую традицию, в рамках которой понимание рассматривается как интерпретация [10]. Со ссылкой на других авторов, В.В. Знаков отмечает, что при интерпретации происходит продуцирование новых знаний [10]. Н.Д. Го-лев и А.В. Сергеев указывают на роль интерпретатора текста [9]. Они пишут, что сутью фактора интерпретатора «являются некие фоновые знания и определенная интерпретационная стратегия» [9, с. 129]. С другой стороны, сам «текст как бы навязывает определенное направление интерпретации» [9, с. 129]. Таким образом, «углубление, расширение, полнота интерпретации достигаются за счет объединения содержания текста с личностным знанием понимающего субъекта» [10, с. 20].

Обосновывая и развивая индивидуальную психологию, А. Адлер указывал на существование «жизненных проблем», однако целью его исследований являлась сама личность, главным образом — личность человека, страдающего неврозом [2; 3; 4; 5; 6; 7; 8].

о ¡£ о

О <

О

в русле цели нашего исследования. Такой вид интерпретации В.В. Знаков называл «порождением читательского смысла» [10, с. 21]. Как пишет В.В. Знаков, содержание может быть рассмотрено «с разных точек зрения» [10, с. 21]. Используя метод интерпретации, мы опирались на высказывания самого А. Адлера, которые приведены в исследовании.

А. Адлер использует термин «жизненные проблемы» [7, с. 64] и дает свое обоснование их происхождению и происхождению неврозов. Он пишет, что «любое отклонение от нормы может быть объяснено либо наличием грандиозных амбиций, либо чрезмерной предусмотрительностью» [7, с. 83].

Из этого можно сделать вывод, что, по мнению А. Адлера, в основе отклонений от нормы лежат личностные особенности.

А. Адлер указывает, что «стремление к личной власти всегда основывается на каких-то ошибках в раннем детстве, когда ребенок еще недостаточно созрел для того, чтобы принимать правильные решения» [4, с. 174].

Однако, если в семье вырастает лидер, стремящийся к личной власти, но способный организовать других людей, направить их на реализацию общей цели и взять на себя ответственность за принятые решения, можно ли считать воспитание такого лидера ошибкой? Скорее, у А. Адлера речь идет о другом — развитии у ребенка перфекционизма, формировании у него одновершинной мотивации, состоящей только из стремления к личной власти. В таком понимании можно согласиться, что речь идет о неправильном воспитании. С позиции А. Адлера, семейная проблема — неправильное воспитание — является условием возникновения определенной направленности -стремление к личной власти. Направленность — одна из составляющих личности (К.К. Платонов, 1971). Стремление к личной власти — та основа, на которой при неправильном воспитании формируются «грандиозные амбиции», то есть предпосылка возникновения отклонений от нормы. Но это означает, что сами «грандиозные амбиции» [7, с. 83], а также «чрезмерная предусмотрительность»

[7, с. 83] не являются отклонением от нормы. При этом они могут создавать проблемы для человека, то есть являться предпосылками не только отклонений от нормы, но и проблем.

Указывая на роль личности ребенка в его собственном развитии, А. Адлер пишет: «…развитие ребенка определяется его личностной индивидуальной трактовкой вещей; как важно сознавать, что ребенок часто находится в плену собственных ошибок, когда сталкивается с новой и сложной ситуацией» [2, с. 34].

То есть индивидуальная трактовка может быть ошибочной, у ребенка могут сформироваться ошибочные установки относительно некоторых вещей. Это может создавать проблемы, в основе которых лежат ошибочные установки. Ошибочные установки — это когнитивная составляющая психологической проблемы [12]. Они — эти установки — влияют на поведение.

А. Адлер подтверждает это следующим высказыванием: «.только наши взгляды влияют на избираемые нами направления, а не сами факты как таковые» [2, с. 34].

Проблемы создает также «чрезмерный защитный коэффициент по отношению к реальным возможностям, а также тенденцию к исключению любых ситуаций, в которых власть представляется негарантированной» [6, с. 48].

Личностные особенности, в частности, негативные когнитивные установки («защитный коэффициент» [6, с. 48]) и особенности поведения («тенденция к исключению любых ситуаций…» [6, с. 48]), влияют на возникновение психологических проблем.

А. Адлер выделяет и «подсознательные посылки» [7, с. 84] в обществе, способствующие неврозу:

• первая — «человеческие отношения при любых обстоятельствах представляют собой борьбу» [7, с. 84]. В его высказывании проявляется глобализация невозможности сотрудничества и содружества как негативная когнитивная установка общества. А. Адлер убежден, что во взаимоотношениях всегда будет недоверие и будут возникать проблемы. Среди проблем социальных взаимоотношений он выделяет «проблему знакомства, дружбы

и общения с другими людьми» [2, с. 26]. Необходимо отметить, что такие взгляды А. Адлера не являются общепринятыми и противоречат, в частности, славянской культуре, в которой упор делается на взаимопомощь, бескорыстие, сотрудничество, уважение другого. На это указывает тысячелетнее сосуществование разных наций в составе Российского государства, а также содержание народных сказок и преданий, в которых взаимопомощь, бескорыстие и сотрудничество рассматриваются как одни из высших ценностей. С другой стороны, люди, которые взаимоотношения с окружающими рассматривают как борьбу, создают для себя проблемы одиночества, недоверия к окружающим, постоянного контроля своего поведения, то есть именно у этой группы людей наиболее вероятны психологические проблемы и неврозы;

• вторая — объясняя происхождение межнациональной и межгрупповой ненависти и розни, как величайших врагов человечества, А. Адлер пишет о желании «различных сообществ избавиться от своего подавленного чувства неполноценности или компенсировать его» [8, с. 162]. А. Адлер указывает на деструктивное воздействие личностной проблемы, в частности комплекса неполноценности, на значительные по численности группы населения, если эта проблема захватывает «различные сообщества», то есть является психологической проблемой ряда социальных групп. Таким образом, А. Адлер поднимает вопрос об общечеловеческой значимости психологических проблем социальных групп. Такое высказывание А. Адлера указывает на целый ряд психологических проблем, которые пока недостаточно исследованы;

• третья — то, что, по его мнению, «женский пол неполноценен и служит в качестве противовеса при измерении мужской силы» [7, с. 84]. Противопоставление мужского и женского пола, унижение женщины и возвышение мужчины, которое он отмечает в современном ему мире, указывает на невозможность сотрудничества между людьми противоположного пола, из чего вытекает, что во взаимоотношениях между полами всегда будут проблемы. Так как речь идет о

психологических проблемах, то можно утверждать, что именно у этой группы людей, рассматривающих женский пол в качестве неполноценного, создаются предпосылки для возникновения семейных проблем, а также других проблем взаимоотношений между полами. Необходимо указать, что далеко не все в современном мире придерживаются взглядов на женщину как на существо неполноценное по сравнению с мужчиной.

А. Адлер выделяет проблемы взаимоотношений, в том числе проблемы взаимоотношений в семье. Предпосылками этих проблем также являются негативные когнитивные установки, господствующие в обществе.

А. Адлер выделяет предпосылки невроза или психологической проблемы: со стороны личности — личностные особенности, и со стороны общества — соревновательный характер социальных взаимоотношений и неравноправность полов, то есть негативные когнитивные установки, создающие проблемы как для отдельных личностей, так и социальных групп. Условием их формирования являются неправильные методы воспитания.

А. Адлер отмечает как условия, так и предпосылки со стороны общества и личности, способствующие возникновению психологических проблем.

Указывая на чувство неполноценности, А. Адлер пишет: «.чувство неполноценности есть у каждого человека» [5, с.

о ¡£ о

О <

О

оно относится к какой-то другой категории, нежели психическое заболевание или психическое расстройство, в нашем понимании, является психологической проблемой [12].

А. Адлер объясняет происхождение чувства неполноценности сочетанием следующих явлений: с одной стороны, «мы можем рассматривать общество как фактор, компенсирующий слабость индивидуума» [4, с. 174], с другой стороны -при неправильном воспитании чувство общности не формируется [4, с. 166]. Ощущение собственной слабости, которое могло бы быть компенсировано чувством общности, лежит в основе комплекса неполноценности. У ребенка, который воспитывается в семье, использующей неправильные методы воспитания, чувство общности не формируется, но формируется чувство неполноценности. Чувство неполноценности может сохраняться и во взрослом возрасте, то есть являться проблемой и прошлого и настоящего.

Он подчеркивает, что негативные социальные факторы «усиливают чувство неполноценности, формируют повышенную чувствительность и пришпоривают человека в его поисках «решений» [8, с. 159].

Роль социума двояка, негативные социальные факторы усиливают комплекс неполноценности, другие социальные факторы это чувство ослабляют.

Если психологическая проблема «стимулирует нормальные стремления и здоровое развитие» [5, с. 308], то она может оказывать не только негативное, но и позитивное влияние на человека.

А. Адлер показывает, как психологическая проблема, невроз или заболевание проявляются в поведении человека. Он пишет: «.человек с комплексом неполноценности притворяется лучшим, чем он есть на самом деле, и этот фальшивый успех компенсирует чувство неполноценности, ставшее для него невыносимым» [5, с. 308]. В высказывании А. Адлера относительно депрессивных и больных людей раскрывается возможность отсутствия чувства общности больного человека с близкими ему людьми [5]. А. Адлер

пишет, что они «всегда являются центром внимания в семье» [5, с. 307] и при этом «подавляют здоровых людей — факт, который не должен нас удивлять, так как в нашей культуре болезнь может давать определенную силу и власть» [5, с. 307].

Можно предполагать, что управление другими в семье посредством собственной слабости, а также попытка казаться лучше — это механизмы адаптации к жизни с комплексом неполноценности или заболеванием — не попытка решить проблему, а попытка сосуществовать с ней.

А. Адлер описывает способы сосуществования с психологической проблемой, то есть поведенческую составляющую психологической проблемы.

Указывая на роль личностного опыта для дальнейшего развития, А. Адлер пишет: «.все средства и приспособления, среди которых следует упомянуть невротический характер, черты и симптомы, разработаны на основе предыдущих попыток, предыдущего опыта, а также механизмов идентификации и подражания, которые использует и нормальный человек» [7, с. 83].

Можно выделить ряд аспектов этого высказывания А. Адлера, имеющих отношение к теме нашего исследования:

• использование прошлого опыта и механизмов психологической защиты в одних случаях является неудачным и приводит к возникновению невротического характера и невротических черт, а в других случаях — не приводит, то есть невроз — это неудачная попытка адаптации;

• использование прошлого опыта и механизмов психологической защиты является средством и приспособлением, то есть здоровому человеку в определенной ситуации необходимо искать средства и приспособления — ситуации возникшей психологической проблемы;

• нормальный человек должен использовать механизмы идентификации или подражания, чтобы его поведение соответствовало идеальному образу поведения, принятому в социуме, иначе у него могут возникнуть проблемы во взаимоотношениях.

Подтверждает это мнение описываемый А. Адлером случай из практики ра-

боты с клиентом — мальчиком [2, с. 36]. А. Адлер указывает, что «конфликт должен был развиться между его личной моделью жизни и нормой поведения, требуемой школой» [2, с. 36].

В обществе сложился какой-то образец поведения, с позиции которого рассматривается поведение его членов. Если школьник не использует механизмы «идентификации и подражания, которые использует и нормальный человек» [7, с. 83], чтобы его поведение соответствовало моделям поведения в обществе, то у него создаются проблемы во взаимоотношениях с социумом.

Социальные проблемы могут быть следствием проблем личностных.

Сравнивая невротика и нормального человека, А. Адлер пишет: «невротик в гораздо большей степени, чем нормальный человек, устремляет свою душевную жизнь на достижение власти над ближними» [3, с. 150]. Цель невротика — «идеал превосходства» [3, с. 152]. Для невротика эта цель, «значительно превышающая всякую человеческую меру» [6, с. 46]. В сравнении с этим, у нормального человека «нет ни тени комплекса превосходства» [5, с. 308]. Он отмечает, что «мы столь же часто сталкиваемся с таким переключением на идеал и в жизни здорового человека и любого народа» [3, с. 151].

Наличие чувства неполноценности, наличие идеала превосходства и стремления к нему существуют и у здорового человека. У невротика имеется свой идеал превосходства, однако цель его достижения превышает «всякую человеческую меру» [6, с. 46].

А. Адлер приводит различия невротика и здорового человека. Он отмечает, что чувство неполноценности становится патологическим, «когда в человеке побеждает чувство неадекватности, и это тормозит его полезную активность, делает его депрессивным и неспособным к развитию» [5, с. 308]. А. Адлер это объясняет следующим образом: у здорового человека «амбиции и желание добиться успеха …, пока это стремление выражается в работе, оно не ведет к ложным оценкам, лежащим в основе душевных расстройств» [5, с. 308]. Невроз вызван

попыткой человека каким-то образом избежать решения реальных проблем в своей жизни [5, с. 308].

«Ложные оценки» и «попытки избежать решения реальных проблем» — это неудачная адаптация к психологической проблеме, раз она закончилась неврозом и не привела к решению проблемы.

Рассматривая психологические проблемы детей, А. Адлер приходит к выводу, что неудачи в школе указывают на «неудачи психологические», «ребенок начал терять веру в себя» [2, с. 23].

А. Адлер выделяет проблемы школьной неуспеваемости и показывает, что в основе этих проблем могут лежать личностные проблемы, то есть проблемы школьной неуспеваемости могут быть вторичными.

В понимании А. Адлера, возможна обусловленность психологических проблем неврозом клиента, то есть возникновение на фоне невроза вторичных психологических проблем.

В своих исследованиях А. Адлер выделяет фактор времени:

• проблемы настоящего А. Адлер связывает с защитой «чувства личности и вместе с тем той жизненной линии, с которой он сросся» [6, с. 45]. То есть личность должна защищаться от окружающего мира и защищать свою жизненную линию, с которой, скорее всего, окружающие не согласны. Человек с неврозом или психологической проблемой одинок в мире и противопоставлен другим;

• проблемы прошлого — проблемы, связанные с комплексом неполноценности, который сформировался в детстве [4, с. 166]. Эта проблема, закладываясь в прошлом, может существовать и в настоящем;

• проблемы будущего связаны с трудностями достижения поставленной цели.

о ¡£ о

О <

О

с. 176; 7, с. 94]. А. Адлер отмечает предварительные попытки невротика решить стоящие перед ним проблемы, которые проявляются в грезах. Как пишет А. Адлер, основная функция грез — «отвечающие невротическому жизненному плану предварительные опробывания, предостережения и поощрения при решении стоящей перед невротиком проблемы» [6, с. 47].

У невротика имеются проблемы, и он пытается их решить, опробывая способы решения в грезах.

А. Адлер подчеркивает, что «сновидец устремлен вперед и направлен на решение какой-то задачи» [4, с. 176].

Сновидения, как и грезы, направлены в будущее. Человек направлен на решение проблем в будущем.

Он задает вопрос, почему сновидец не понимает свое сновидение, и приходит к выводу, что он не хочет его понимать [4, с. 176]. Он продолжает: «по-видимому, это должно соответствовать некоторому желанию, ибо индивидуум не верит, что способен решить какую-то свою проблему сообразно требованиям здравого смысла и в соответствии со своим жизненным планом» [4, с. 176].

У человека имеется проблема, которую он пытается решить, но подсознательно не верит, что в состоянии ее решить, поэтому не хочет понимать подсказки решения проблемы, которые приходят ему из подсознательного — во сне или в грезах.

«Сновидение представляет собой мост от некоторой насущной проблемы к индивидуальности человека» [4, с. 177].

А. Адлер увязывает психологические проблемы и возможности их решения с индивидуальными особенностями человека.

А. Адлер рассматривает символы сновидений и приходит к выводу, что «цель всех символов — наполнить человека настроением, благодаря которому он сумеет сделать то, к чему его обязывает собственная индивидуальность» [4, с. 177].

Сновидения, в понимании А. Адлера, играют роль позитивного фактора, помогая человеку в решении проблем.

А. Адлер пишет, что «среди всех психических проявлений воспоминания че-

ловека могут оказаться чуть ли не самыми информативными» [7, с. 93]. Он продолжает: «.не бывает «случайных воспоминаний»: из бесчисленного множества впечатлений, получаемых человеком постоянно, он выбирает и запоминает только те, которые, как он хоть и смутно ощущает, имеют отношение к интересующей его ситуации» [7, с. 93].

В том числе, это может быть и ситуация с психологической проблемой, решение которой для человека пока непонятно, но он ищет это решение.

В понимании А. Адлера, психологическая проблема включает негативные когнитивные установки, переживается (чувство неполноценности), и переживание может осознаваться. Таким образом, она может рассматриваться как психический феномен — феномен сознания [12]. Как указывает А. Адлер, «каждый психический феномен <…> может быть понят и опознан только в том случае, если он будет рассматриваться в качестве средства для достижения определенной цели» [7, с. 74]. Целью формирования психологической проблемы является понимание трудностей на пути к достижению поставленной цели и поиск возможностей их преодоления. Достижение поставленной цели в дальнейшем может реализоваться посредством поведения.

Если рассматривать невроз как разновидность психологической проблемы, то целью его формирования является объяснение человеком для самого себя, почему эта цель недостижима и почему он не предпринимает попыток к ее реализации.

А. Адлер указывает на возможности диагностики невроза и психологических проблем. Он пишет, что «личность раскрывается в действии» [2, с. 26]. Суть личности «обнажается не в том, что индивид говорит или думает о себе, а в контексте его действий и поступков» [2, с. 26].

Возможно расхождение словесного и поведенческого планов, но более информативным для понимания личности является поведенческий план.

Выводы:

1. Негативный взгляд на мир и изолированность являются личностной про-

блемой невротика и способствует появлению вторичных проблем.

2. А. Адлер выделяет личностные проблемы, проблемы обучения, проблемы взаимоотношений и указывает, что социальные проблемы и невроз могут являться вторичными психологическими проблемами на фоне первичных — личностных проблем, и наоборот, личностные проблемы могут явиться следствием проблем социальных.

3. В индивидуальной психологии отмечается, что психологические проблемы могут быть первичными, а могут быть обусловленными неврозом клиента, то есть возникают на фоне невроза и являются вторичными.

4. А. Адлером выделяются проблемы разных временных промежутков — прошлого, настоящего и будущего. Проблемы прошлого обусловлены комплексом неполноценности, настоящего — одиночеством и негативным взглядом на мир, будущего — трудностями достижения поставленной цели.

5. В грезах, снах и всплывающих детских воспоминаниях человек не всегда улавливает подсказку решения собственных проблем.

6. Поведение в условиях существова-

ния психологической проблемы обусловлено пониманием клиентом собственной проблемы и более характеризует человека, чем его высказывания.

7. Психологическая проблема имеет когнитивную, эмоциональную и поведенческую составляющие.

Проведенное исследование позволило установить и систематизировать взгляды основателя индивидуальной психологии А. Адлера на психологическую проблему. А. Адлер показывает предпосылки и условия ее возникновения, взаимосвязанные особенности личности человека с психологической проблемой, виды проблем, роль снов, грез и ранних детских воспоминаний в попытках личности самостоятельно справиться с проблемой. Проблема, в понимании А. Адлера, играет не только негативную роль, обусловливающую переживания, но и позитивную роль в качестве фактора активации человека для ее решения. Полученные результаты вносят свой вклад не только в исследование психологических проблем, но и в исследования творчества А. Адлера, и могут быть использованы практическим психологом при оказании помощи клиенту с неврозом или психологической проблемой.

Библиографический список

£

1. Абульханова, К.А. Методологический принцип субъекта: исследование жизненного пути личности [Текст] / К.А. Абульханова // Психологический журнал. — 2014. — № 2. — Т. 35. — С. 5-18.

2. Адлер, А. Воспитание детей. Взаимодействие полов [Текст] / А. Адлер; пер. с англ. А.А. Валее-ва и Р.А. Валеевой. — Ростов н /Д: Феникс, 1998. — 448 с.

3. Адлер, А. Дальнейшие тезисы к практике индивидуальной психологии [Текст] / А. Адлер // Зарубежный психоанализ: сост. и общая редакция В.М. Лейбина. — СПб.: Питер, 2001. — С. 148-157.

4. Адлер, А. Индивидуальная психология и психоанализ [Текст] / А. Адлер // Зарубежный психоанализ: сост. и общая редакция В.М. Лейбина. — СПб.: Питер, 2001. — С. 163-180.

5. Адлер, А. Комплекс неполноценности и комплекс превосходства [Текст] / А. Адлер; пер. с англ. Е.О. Любченко // Психология мотивации и эмоций; под ред. Ю.Б. Гиппенрейтер и М.В. Фа-ликман. — М.: ЧеРо, 2002. — С. 306-308.

6. Адлер, А. Практика и теория индивидуальной психологии [Текст]: лекции по введению в психотерапию для врачей, психологов и учителей / А. Адлер. — М.: Изд-во Института Психотерапии, 2002. — 214 с.

7. Адлер, А. Психотерапия в рамках индивидуальной психологии [Текст] / А. Адлер // Техники консультирования и психотерапии / ред. и сост. У.С. Сахакиан; пер. с англ. М. Будыниной [и др.]; науч. ред. Н. Бурыгина, Р. Римская. — М.: Апрель Пресс, ЭКСМО Пресс, 2000. — С. 56-104.

8. Адлер, А. Спасение человечества с помощью психологии [Текст] / А.

с

9. Голев, Н.Д. Вариативность реализации интерпретационного потенциала текста: экспериментальное исследование [Текст] / Н.Д. Голев, А.В. Сергеев // Вестник Кемеровского государственного университета. — 2008. — № 4. — С. 126-130.

10. Знаков, В.В. Три традиции психологических исследований — три типа понимания [Текст] /

B.В. Знаков // Вопросы психологии. — 2009. — № 4. — С. 14-23.

11. Романов, И.Ю. Мелани Кляйн в истории психоанализа [Текст] / И.Ю. Романов, С.Г. Дурас // Развитие в психоанализе; сост. и научн. ред. И.Ю. Романов. — М.: Академический проект, 2001. —

C. 5-27.

12. Соколова, Э.А. Психологические проблемы человека и социальной группы [Текст] / Э.А. Соколова. — Гомель: ГГУ им. Ф. Скорины, 2012. — 232 с.

References

1. Abulkhanova K.A. The methodological principle of the subject: the study of the life path of the individual. Psychologicheskii zhurnal, 2014. № 2. V. 35. P. 5-18. [in Russian].

2. Adler A. The Education of Children. Gateway Editions.. Rostov-on-Don: Feniks, 1998. P. 448. [in Rus-

3. Adler A. Further theses to the practice of individual psychology. Foreign psychoanalysis. SPb.: Peter, 2001. P. 148-157. [in Russian].

4. Adler A. Individual psychology and psychoanalysis. Foreign psychoanalysis. SPb.: Peter, 2001. P. 163180. [in Russian].

5. Adler A. The inferiority complex and superiority complex.eRo 2002. P. 306-308. [in Russian].

6. Adler A. Practice and Theory of Individual Psychology: Lectures on introduction to psychotherapy for physicians, psychologists and teachers. — М.: Izd-vo Instituta psikhoterapii, 2002. P. 214. [in Russian].

7. Adler A. Psychotherapy in the framework of individual psychology. Counseling and psychotherapy techniques. М.: EKSMO Press, 2000. P. 56-104. [in Russian].

8. Adler A. The salvation of humanity by means of psychology. Foreign psychoanalysis. SPb.: Peter, 2001. P. 157-163. [in Russian].

9. Golev N.D., Sergeev A.V. Variability of implementation of interpretive potential of the text: an experimental study. Vestnik Kemerovskogo gosudarstvennogo universiteta, 2008. № 4. P. 126-130. [in Russian].

10. Znakov V.V. Three traditions of psychological research — three types of understanding. Voprosy psyk-hologii, 2009. № 4. P. 14-23. [in Russian].

11. Romanov I.Y., Duras S.G. Melanie Klein in the history of psychoanalysis. The development in psychoanalysis. M.: Academicheskii Proect, 2001. P. 5-27. [in Russian].

12. Sokolova E.A. Psychological problems of human and social group. Gomel: F. Skorini State University, 2011. 260 p. [in Russian].

Сведения об авторе:

Соколова эмилия Александровна,

кандидат медицинских наук, доцент, доцент кафедры психологии, факультет психологии и педагогики, Гомельский государственный университет имени Франциска Скорины, г. Гомель, Республика Беларусь. Ктай: [email protected]

Information about the author: Sokolova Emilia Alexandrovna,

Candidate of Sciences (Medicine), Academic Title of Associate Professor, Associate Professor, Department of Psychology, Faculty of Psychology and Pedagogy, Gomel State University of Fr. Scorina, Gomel, Belarus.

E-mail: [email protected]

ro ca

о ç

о

О

О <

о

Воспитание чувства общности. Теория Адлера.

Воспитание чувства общности. Теория А. Адлера.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

иным действиям врождённый социальный инстинкт, который заставляет их отказываться от эгоистичных целей ради целей сообщества.

Суть этого взгляда, нашедшего своё выражение в концепции социального интереса, состоит в том, что люди подчиняют свои личные потребности делу социальной пользы. Выражение «социальный интерес» происходит от немецкого слова «Gemeinschaftsgefuhl» – термина, значение которого невозможно полностью передать на другом языке одним словом или фразой. Это означает что-то вроде «социального чувства», «чувства общности» или «чувства солидарности». Оно также включает в себя значение членства в человеческом сообществе, то есть чувство отождествления с человечеством и сходства с каждым представителем человеческой расы.

Давая собственную характеристику социального интереса, А. Адлер отмечает следующее: «Когда мы говорим, что это чувство, мы, конечно, имеем на это право. Но это больше, чем чувство, это форма жизни… Я не могу дать ему совершенно однозначное определение, но у одного английского автора я нашёл высказывание, которое точно выражает то, чем мы могли бы дополнить наше объяснение: «видеть глазами другого, слышать ушами другого, чувствовать сердцем другого». Мне кажется, что пока это допустимое определение того, что мы называем чувством общности».

Адлер считал, что предпосылки социального интереса являются врождёнными. Поскольку каждый человек обладает им в некоторой степени, он является социальным созданием по своей природе, а не в результате образования привычки. Однако, подобно другим врождённым склонностям, социальный интерес не возникает автоматически, но требует, чтобы его осознанно развивали. Он воспитуем и даёт результаты благодаря соответствующему руководству и тренировке.

Социальный интерес развивается в социальном окружении. Другие люди – прежде всего мать, а затем остальные члены семьи – способствуют процессу его развития. Однако именно мать, контакт с которой является первым в жизни ребёнка и оказывает на него наибольшее влияние, прилагает огромные усилия к развитию социального интереса. По сути, Адлер рассматривает материнский вклад в воспитание как двойной труд: поощрение формирования зрелого социального интереса и помощь в направлении его за пределы сферы материнского влияния. Обе функции осуществлять нелегко, и на них всегда в той или иной степени влияет то, как ребёнок объясняет поведение матери.

Так как социальный интерес возникает в отношениях ребёнка с матерью, её задача состоит в том, чтобы воспитывать в ребёнке чувство сотрудничества, стремление к установлению взаимосвязей и товарищеских отношений – качеств, которые Адлер считал тесно переплетёнными. В идеале мать проявляет истинную любовь к своему ребёнку – любовь, сосредоточенную на его благополучии, а не на собственном материнском тщеславии. Эта здоровая любовь проистекает из настоящей заботы о людях и даёт возможность матери воспитывать у своего ребёнка социальный интерес. Её нежность к мужу, к другим детям и людям в целом служит ролевой моделью для ребёнка, который усваивает благодаря этому образцу широкого социального интереса, что в мире существуют и другие значимые люди, а не только члены семьи.

Многие установки, сформированные в процессе материнского воспитания, могут также и подавлять у ребёнка чувство социального интереса. Если, например, мать сосредоточена исключительно на своих детях, она не сможет научить их переносить социальный интерес на других людей. Если же она предпочитает исключительно своего мужа, избегает детей и общества, её дети будут чувствовать себя нежеланными и обманутыми, и потенциальные возможности проявления их социального интереса останутся неосуществлёнными. Любое поведение, укрепляющее в детях чувство, что ими пренебрегают и не любят, приводит их к потере самостоятельности и неспособности к сотрудничеству.

Адлер рассматривал отца как второй по важности источник влияния на развитие у ребёнка социального интереса. Во-первых, у отца должна быть позитивная установка по отношению к жене, работе и обществу. Вдобавок к этому, его сформированный социальный интерес должен проявляться в отношениях с детьми. По Адлеру, идеальный отец тот, кто относится к своим детям как к равным (как личность с личностью, при сохранении правильной иерархии в семье) и принимает активное участие, наряду с женой, в их воспитании. Отец должен избегать двух ошибок: эмоциональной отгороженности и родительского авторитаризма, имеющих, как ни странно, одинаковые последствия. Дети, чувствующие отчуждённость родителей, обычно преследуют скорее цель достижения личного превосходства, чем превосходства, основанного на социальном интересе.

Родительский авторитаризм также приводит к дефектному стилю жизни. Дети деспотичных отцов тоже научаются бороться за власть и личное превосходство, а не социальное.

Наконец, согласно Адлеру, огромное влияние на развитие у ребёнка социального чувства оказывают отношения между отцом и матерью. Так, в случае несчастливого брака у детей мало шансов для развития социального интереса. Если жена не оказывает эмоциональной поддержки мужу и свои чувства отдаёт исключительно детям, они страдают, поскольку чрезмерная опека гасит социальный интерес. Если муж открыто критикует свою жену, дети теряют уважение к обоим родителям. Если между мужем и женой разлад, дети начинают играть с одним из родителей против другого. В этой игре, в конце концов, проигрывают дети: они неизбежно много теряют, когда их родители демонстрируют отсутствие взаимной любви.

Социальный интерес как показатель психического здоровья

Согласно Адлеру, выраженность социального интереса оказывается удобным критерием оценки психического здоровья индивидуума. Он ссылался на него, как на «барометр нормальности» – показатель, который можно использовать при оценке качества жизни человека. То есть, с позиции Адлера, наши жизни ценны только в той степени, в какой мы способствуем повышению ценности жизни других людей. Нормальные, здоровые люди по-настоящему беспокоятся о других; их стремление к совершенству социально позитивно и включает в себя стремление к благополучию всех людей. Хотя они понимают, что не всё в этом мире правильно устроено, они берут на себя задачу улучшения участи человечества. Короче говоря, они знают, что их собственная жизнь не представляет абсолютной ценности, пока они не посвятят её своим современникам и даже тем, кто ещё не родился.

У плохо приспособленных людей, напротив, социальный интерес выражен недостаточно. Они эгоцентричны, борются за личное превосходство и главенство над другими, у них нет социальных целей. Каждый из них живет жизнью, имеющей лишь личное значение – они поглощены своими интересами и самозащитой.

Сотрудничество

Один из важных аспектов социального интереса — формирование способности сотрудничать. Недостаток взаимодействия и, в результате, чувство собственной несостоятельности и недовольства жизнью есть корень всех невротических или неадаптивных жизненных стилей.

Адлер был убеждён в том, что, взаимодействуя друг с другом, люди вместе в состоянии быстрее и успешнее преодолеть собственную неполноценность, чем действуя поодиночке. «Если человек взаимодействует с другими, — писал Адлер, — он никогда не станет невротиком». Те, кто внёс наибольший вклад в развитие человечества, всегда были наиболее кооперативными личностями, и работа величайших гениев всегда была направлена на пользу общества: «Людьми, которые действительно умеют встречать и решать свои жизненные проблемы, являются только те, кто стремится обогащать остальных, те, кто движется вперёд по пути, несущему пользу другим».

 

Список литературы

Немов Р. С. Общая психология. Теории личности

Robert Frager, James Fadiman. Альфред Адлер и индивидуальная психология

Хьелл Л. А., Зиглер Д. Дж. Теории личности

АДЛЕР • Большая российская энциклопедия

  • В книжной версии

    Том 1. Москва, 2005, стр. 230-231

  • Скопировать библиографическую ссылку:


Авторы: Д. А. Леонтьев

А́ДЛЕР (Adler) Альф­ред (7.2.1870, Ве­на – 28.5.1937, Абер­дин, Шот­лан­дия), австр. пси­хи­атр и пси­хо­лог, ос­но­ва­тель «ин­ди­ви­ду­аль­ной пси­хо­ло­гии» (од­но­го из на­прав­ле­ний глу­бин­ной пси­хо­ло­гии). По­сле окон­ча­ния Вен­ско­го ун-та (1895) ра­бо­тал вра­чом в Ве­не, в 1902 при­гла­шён З. Фрей­дом в его пси­хо­ана­ли­тич. кру­жок, впо­след­ст­вии Вен­ское пси­хо­ана­ли­тич. об-во, в 1910–11 пре­зи­дент это­го об­ще­ст­ва. В 1911 А. по­рвал с Фрей­дом и ос­но­вал соб­ст­вен­ную школу.

Ра­бо­ты А. это­го пе­рио­да по­свя­ще­ны в основном про­бле­мам нев­ро­зов, в ча­ст­но­сти изу­че­нию влия­ния ор­га­ни­че­ских де­фек­тов на раз­ви­тие лич­но­сти. Опи­ра­ясь на дан­ные пси­хо­па­то­ло­гии, А. соз­дал своё уче­ние о ком­пен­са­ции. Уни­вер­саль­ным ис­точ­ни­ком раз­ви­тия лич­но­сти вы­сту­па­ет, по А., пер­вич­ное чув­ст­во не­пол­но­цен­но­сти, пе­ре­жи­вае­мое че­ло­ве­ком (см. Ком­плекс не­пол­но­цен­но­сти) и по­ро­ж­даю­щее стрем­ле­ние к са­мо­ут­вер­жде­нию, по­зи­тив­но­му раз­ви­тию, ко­то­рое А. обо­зна­ча­ет за­им­ст­во­ван­ным у Ф. Ниц­ше тер­ми­ном «Wille zur Macht» – «во­ля к вла­сти». Под влия­ни­ем это­го стрем­ле­ния не­пол­но­цен­ность ком­пен­си­ру­ет­ся или да­же сверх­ком­пен­си­ру­ет­ся.

А. от­ри­ца­ет на­ли­чие жё­ст­кой гра­ни­цы ме­ж­ду соз­на­ни­ем и бес­соз­на­тель­ным, кри­ти­куя уче­ние З. Фрей­да о кон­флик­те ме­ж­ду ни­ми. А. впер­вые в пси­хо­ло­гии про­ти­во­пос­та­вил кау­заль­но­му объ­яс­не­нию прин­цип фи­на­лиз­ма и ак­тив­но­сти: че­ло­век не при­ко­ван к сво­ему про­шло­му, а сам тво­рит свою жизнь в со­от­вет­ст­вии с це­ля­ми, ко­то­рые ле­жат в бу­ду­щем. Ста­вя во­прос «для че­го?», а не «от­че­го?», А. рас­смат­ри­ва­ет, напр., сим­пто­мы нев­ро­зов как сред­ст­во дос­тиже­ния оп­ре­де­лён­ной це­ли. Под­чёр­ки­вая це­ло­ст­ность и ак­тив­ность лич­но­сти, А. вво­дит по­ня­тие жиз­нен­но­го сти­ля лич­но­сти – ин­те­граль­но­го об­ра­зо­ва­ния, оп­ре­де­ляю­ще­го еди­ную на­прав­лен­ность и не­по­вто­ри­мость всех про­яв­ле­ний ин­ди­ви­дуу­ма.

По­сле 1-й ми­ро­вой вой­ны уче­ние А. при­об­ре­ло боль­шую по­пу­ляр­ность. Во мно­гих стра­нах воз­ник­ли об­ще­ст­ва ин­ди­ви­ду­аль­ной пси­хо­ло­гии, со­зы­ва­лись ме­ж­ду­нар. кон­грес­сы, из­да­вал­ся «Меж­ду­на­род­ный жур­нал ин­ди­ви­ду­аль­ной пси­хо­ло­гии» (1912–35). А. вы­сту­пал с се­рия­ми пуб­лич­ных лек­ций, ос­но­вал ме­ди­ко-пе­да­го­гич. кон­суль­та­тив­ную служ­бу в Ве­не и др. го­ро­дах.

В 1920–30-е гг. А. во мно­гом пе­ре­смот­рел свои воз­зре­ния, соз­да­вая «нау­ку жить». Чув­ст­во не­пол­но­цен­но­сти пе­ре­ста­ёт быть пер­вич­ным и уни­вер­саль­ным ис­точ­ни­ком раз­ви­тия. В ка­че­ст­ве ис­ход­но­го мо­мен­та те­перь вме­сто «стрем­ле­ния к вла­сти» рас­смат­ри­ва­ет­ся «стрем­ле­ние к пре­одо­ле­нию, к ус­пе­ху», позд­нее – «стрем­ле­ние к со­вер­шен­ст­ву». А. вво­дит по­ня­тие «чув­ст­во общ­но­сти» (Gemeinschaftsgefühl), или «со­ци­аль­ный ин­те­рес» (social interest), оз­на­чаю­щее стрем­ле­ние к коо­пе­ра­ции с др. людь­ми для дос­ти­же­ния об­щих це­лей. В чув­ст­ве общ­но­сти вы­ра­жа­ет­ся из­на­чаль­ная со­ци­аль­ность че­ло­ве­ка, со­при­ча­ст­ность ин­те­ре­сам че­ло­ве­че­ст­ва в це­лом. Чув­ст­во это не­об­хо­ди­мо соз­на­тель­но раз­ви­вать, хо­тя су­ще­ст­ву­ют вро­ж­дён­ные его пред­по­сыл­ки. Оно яв­ля­ет­ся кри­те­ри­ем пси­хи­че­ско­го здо­ро­вья; для нев­ро­ти­ков, пси­хо­па­тов, пре­ступ­ни­ков, нар­ко­ма­нов ха­рак­тер­но не­до­раз­ви­тое чув­ст­во общ­но­сти. В позд­них ра­бо­тах А. важ­ное место за­ни­ма­ет по­ня­тие смыс­ла, в ча­ст­но­сти смыс­ла жиз­ни. «Нау­ка жить» по­зво­ля­ет го­во­рить об А. как о пред­те­че гу­ма­ни­сти­че­ской пси­хо­ло­гии, влия­ние его ис­пы­та­ли К. Род­жерс, Р. Мэй, В. Франкл и др.

С 1932 А. жил гл. обр. в США, окон­ча­тель­но пе­ре­се­лив­шись ту­да по­сле за­пре­та ин­ди­ви­ду­аль­ной пси­хо­ло­гии на­ци­ст­ским пра­ви­тель­ст­вом Ав­ст­рии в 1934.

Page not found — Лепная сказка детская творческая студия

Unfortunately the page you’re looking doesn’t exist (anymore) or there was an error in the link you followed or typed. This way to the home page.


Blog

  • 01/17/2021 — Корни гор
  • 11/29/2020 — О вирусе бедном замолвите слово
  • 11/29/2020 — Родословная слов
  • 11/29/2020 — Гуннские хроники
  • 02/02/2019 — Ох уж эти драки
  • 01/04/2019 — Социальный рейтинг и некроз
  • 11/11/2018 — Урсула Ле Гуин
  • 10/27/2018 — Лишний пазл
  • 06/24/2018 — Пятая сила
  • 05/02/2018 — Сочинения на тему «Мой герой»
  • 02/17/2018 — Внутренняя тревожность
  • 01/26/2018 — Научно-практическая конференция
  • 01/06/2018 — Зависимость
  • 01/06/2018 — Страдательный залог
  • 10/01/2017 — Микрокосм подобен Микрософту ой нет Макрокосму
  • 07/30/2017 — О ревности
  • 04/17/2017 — Московский Международный салон образования
  • 03/30/2017 — Игра фантомов
  • 03/27/2017 — Когда любовь разрушает
  • 03/25/2017 — Куколка
  • 03/25/2017 — Аватарка и характер человека
  • 02/06/2017 — Путь героя, или тайный прогрессор
  • 12/24/2016 — Единственная книга
  • 12/17/2016 — Круговорот знаний в природе
  • 11/11/2016 — 2. Все, что нужно знать о Пушкине
  • 11/11/2016 — Все, что нужно занть о Пушкине
  • 08/28/2016 — Абхазия — душа мира
  • 08/26/2016 — Функциональная неграмотность
  • 08/04/2016 — Думай, думай, думай…
  • 08/01/2016 — Поговори со мною, мама
  • 07/07/2016 — Две рецензии
  • 07/07/2016 — О жизни и смерти
  • 06/10/2016 — Дети пишут, или маленькие мудрецы
  • 03/29/2016 — Мальчишкам о дружбе
  • 02/03/2016 — Итоги конкурса «Новый год шагает по стране»
  • 01/03/2016 — Маленькие мудрецы. Часть III.
  • 01/03/2016 — Маленькие мудрецы. Часть II.
  • 01/03/2016 — Маленькие мудрецы. Часть I.
  • 01/02/2016 — Конкурс «Волшебное слово»
  • 01/02/2016 — Наш Новый год
  • 12/06/2015 — История письменности
  • 09/27/2015 — Праздник мультипликации
  • 09/11/2015 — Приглашение на праздник
  • 08/29/2015 — Цвет и характер
  • 08/20/2015 — Третий Международный фестиваль Лиги образования
  • 08/14/2015 — О противоречиях
  • 07/14/2015 — День молодежи
  • 06/25/2015 — Закройте свой браузер
  • 06/22/2015 — Школьное образование в США
  • 06/19/2015 — Проблема правильных детей
  • 06/04/2015 — Новая Пушкинская премия
  • 06/02/2015 — Мультфильм «Цыпленок»
  • 05/30/2015 — Эбру, рисование на воде
  • 05/19/2015 — Классная стенгазета
  • 05/11/2015 — 70-летию Великой Победы посвящается
  • 05/04/2015 — Памяти павших
  • 05/04/2015 — Прогулка в парке
  • 04/27/2015 — Знакомство с квилингом
  • 04/19/2015 — Портфолио
  • 04/13/2015 — Сим победиши
  • 04/10/2015 — Новости литературы
  • 04/10/2015 — Светлая Пасха
  • 04/09/2015 — Да здравствует картошка!
  • 03/31/2015 — Урок бабочки
  • 03/27/2015 — Конференция «Цифровые образовательные ресурсы-2015»
  • 03/17/2015 — Писатель Анна Гайкалова
  • 03/08/2015 — Панно с цветами
  • 03/01/2015 — Мальчишки и девчонки
  • 02/27/2015 — Если бы я был президентом.
  • 02/12/2015 — Четвертый этап проекта
  • 01/18/2015 — Первое задание проекта
  • 01/17/2015 — Дневник проекта «Путешествие в Игромир». День первый.
  • 01/10/2015 — Награда нашла героев
  • 01/09/2015 — Любовь к трем Цукербринам
  • 01/02/2015 — Ради ребенка
  • 01/01/2015 — По ту сторону
  • 12/22/2014 — Как научить ребенка делать уроки.
  • 12/12/2014 — Учебная мотивация
  • 12/12/2014 — Интернет-фестиваль «Добрых рук мастерство».
  • 12/09/2014 — Тест «Зоопарк».
  • 11/29/2014 — Дымковские индюки
  • 11/28/2014 — Веселые старты
  • 11/03/2014 — Первый мультфильм готов!
  • 10/31/2014 — Еще одна победа
  • 10/18/2014 — Новости киностудии
  • 10/08/2014 — Что такое человек?
  • 10/07/2014 — Проективное рисование
  • 09/29/2014 — Будни киностудии
  • 09/25/2014 — Хроники 1 «Б» класса.
  • 09/02/2014 — 1 сентября  в 1 классе
  • 08/24/2014 — Как делаются мультики?
  • 08/24/2014 — Киностудия «Лепная сказка»
  • 07/11/2014 — Хорошие новости
  • 06/25/2014 — Четыре типа личности ребенка
  • 06/17/2014 — Фильм о детях нашей группы
  • 06/07/2014 — Психологическая зрелость
  • 05/17/2014 — Наши сказки в эфире
  • 05/13/2014 — Прощальные стихи
  • 05/04/2014 — Зеленый конек среди белых ромашек
  • 04/27/2014 — Томас Гордон. Школа эффективного родителя
  • 04/17/2014 — Конкурс «Волшебное слово»
  • 04/06/2014 — Сила и слабость
  • 04/02/2014 — Свобода: друг или враг?
  • 03/31/2014 — Школа-парк
  • 03/10/2014 — Дерзкие
  • 02/24/2014 — Ура, мы победили!
  • 02/07/2014 — Живые дети
  • 02/06/2014 — Почему взрослые так скучны?
  • 02/06/2014 — Гендерные войны в детском саду
  • 01/26/2014 — Инструкция при рождении
  • 01/26/2014 — Что необходимо для счастья
  • 01/21/2014 — Детские эмоции
  • 01/08/2014 — Астрология и дети
  • 12/29/2013 — Еще одна победа
  • 12/29/2013 — ЕГЭ для дошкольников
  • 12/22/2013 — Астрология и дети
  • 12/21/2013 — Научные опыты в детском саду
  • 12/16/2013 — Рецензия на книгу «У поэзии — женское лицо»
  • 12/08/2013 — Гороскопы детей
  • 12/08/2013 — О четырех мотивах у ребенка
  • 12/03/2013 — Проект «Необитаемый остров». Часть 3.
  • 12/02/2013 — Премьера спектакля
  • 11/26/2013 — На репетиции
  • 11/25/2013 — Публикация в Германии
  • 11/24/2013 — Астрология и дети
  • 11/23/2013 — На съемочной площадке
  • 11/16/2013 — Драматерапия
  • 11/10/2013 — Новые аргоны
  • 11/02/2013 — В них светится душа
  • 10/27/2013 — О пользе грамотности
  • 10/26/2013 — Почему нельзя драться?
  • 10/05/2013 — Статья в журнале «Справочник педагога-психолога»
  • 09/01/2013 — Новая школа
  • 08/30/2013 — Сближение поколений
  • 08/23/2013 — Фантастическая живопись
  • 08/22/2013 — Ключ к фантазии
  • 08/20/2013 — Детский страх
  • 06/27/2013 — Статья о книге Е.Сафроновой
  • 06/17/2013 — Стандарт для малышей
  • 06/12/2013 — Зеленая война
  • 06/06/2013 — Презентация книги
  • 06/03/2013 — Творческий голод
  • 06/02/2013 — Публикация в журнале
  • 06/01/2013 — Любить ребенка
  • 05/28/2013 — Об относительности
  • 05/28/2013 — Пантеизм в России
  • 05/19/2013 — Драконы и сокровища
  • 05/18/2013 — Писатель Н.Селезнев
  • 05/09/2013 — Прибрежные веры
  • 05/06/2013 — Хроники «Необитаемого острова»
  • 04/28/2013 — Подвиг и подвижничество
  • 04/21/2013 — Паиньки и фантазеры
  • 04/18/2013 — Итоги конкурса
  • 04/14/2013 — В поисках разумных существ
  • 04/13/2013 — На необитаемом острове
  • 03/31/2013 — Пелевин и пустота
  • 03/24/2013 — Воспитание мужества
  • 03/23/2013 — Аленький цветочек
  • 03/23/2013 — Чужие дети
  • 03/16/2013 — Новый матриархат
  • 03/13/2013 — Жизнь как в сказке
  • 03/10/2013 — Война полов
  • 03/09/2013 — Примерные и скверные
  • 03/08/2013 — Дети — наше будущее
  • 03/02/2013 — Резолюция съезда РВС
  • 02/22/2013 — Ненужное вычеркнуть
  • 02/18/2013 — Сказка о птице
  • 02/17/2013 — Зеленая птица
  • 02/13/2013 — О России с любовью
  • 02/11/2013 — Воины света
  • 01/26/2013 — Заметки на полях
  • 01/25/2013 — Основы православной культуры
  • 01/06/2013 — Ура, каникулы!
  • 12/26/2012 — Ссылка на текст закона Об образовании
  • 12/25/2012 — Либерализм или свобода?
  • 12/24/2012 — Поздравляю, закон принят
  • 12/23/2012 — Назидательны ли сказки

20. Индивидуальная психология Адлера

Альфред Адлер — знаменитый австрийский психолог, который имея собственный опыт борьбы с физическими недугами с самого начала посвятил себя проблеме неполноценности органов, их компенсации и социальному интересу.           В 1895 г. Адлер закончил Венский университет и начал работать в Венском госпитале врачом. Он интересуется влиянием органических недостатков и социального окружения на психическую жизнь пациентов. В 1902 г. он знакомится с З. Фрейдом и начинает посещать кружок, который собирается по средам. В 1907 г. выходит его первая крупная работа «Исследование неполноценности органов».           Адлер и Фрейд существенно отличались друг от друга по темпераменту, возрасту, методам работы. Движение ума Адлера можно рассматривать как движение по горизонтали, а Фрейда — по вертикали. Идеи Адлера носили широкий, всеобъемлющий характер, охватывая разнообразие отношений человека с окружающим миром. Фрейд практически игнорирует внешнее, изучаяинтрапсихические механизмы. Фрейд обладал жестким типом мышления, для которого были характерны строгий детерминизм, установление номотетических законов, структурализм, тенденция представления целого в виде ограниченного количества отдельных составляющих.           Для Адлера характерен иной подход к объяснению динамики психического. В своих работах он тяготел к анализу психического как целого, не делимого на отдельные части. Идею целостности он почерпнул из философской концепции Яна Смитса, который полагал, что целые системы обладают свойствами, отсутствующими у частей.

В 1911 г. Адлер выступает перед членами кружка с сообщением «Критика фрейдовской теории сексуальности» и в этом же году покидает его. Одна за другой выходят его работы: «О нервическом характере» (1912), «Практика и теория индивидуальной психологии» (1920), «Социальный интерес: вызов человечеству» (1939). Всего им написано свыше 300 книг и статей. Умер Адлер во время чтения лекции в 1939 г. Направление, основанное Адлером и продолженное его дочерью Александрой носит название индивидуальной психологии.           Индивидуальная психология — теория личности Адлера, в которой подчеркивается уникальность каждого индивидуума и тех процессов, с помощью которых люди преодолевают свои недостатки в процессе движения к своим жизненным целям (individuum в переводе с латинского языка означает неделимый).

Рассмотрим некоторые из этих принципов.           Свои ранние работы Адлер посвятил проблеме неполноценности органов и их компенсации. Исходя из своего врачебного опыта, он считает, что у человека одни органы развиты несколько слабее других. Эта слабость органов приводит к заболеваниям (см. Хрестомат. 2.3).           В соответствии с исследованием неполноценных органов появляется идея об определенных психических феноменах, которые сопровождают органические недостатки. Это — чувство неполноценности.           Чувство неполноценности — ощущение и переживание своей неспособности, некачественности по сравнению с другими людьми.           Умеренно развитое чувство неполноценности приводит к желанию преодолеть свои недостатки, справиться с ними и является импульсом личностного роста. Механизмом преодоления недостатков является компенсация как способ нейтрализации мучительного чувства неполноценности. Компенсация способствует усилению психической деятельности и восполнению ощущаемого дефицита. Осуществляется этот процесс за счет тренировки органов.           Наряду с компенсацией рассматривается механизм сверхкомпенсации (или гиперкомпенсации) как способ преодоления чувства неполноценности и достижения выдающихся результатов. Например, при недостатке зрения человек развивал в себе дар художника, недостаток артикуляции способствовал развитию таланта оратора, недостаток слуха — развитию дара музыканта.           «Почти у всех выдающихся людей мы находим дефект какого-либо органа; складывается впечатление, что они очень страдали в начале жизни и преодолели свои трудности», — писал А. Адлер.           При сильно развитом чувстве неполноценности развитие личности может быть замедлено или даже нарушено. Чувство неполноценности фиксируется, а человек намеренно аранжирует свои дефекты, подчеркивая и усиливая их, считая недугом. Так возникает комплекс неполноценности.           Комплекс неполноценности — совокупность установок, представлений или поступков, выражающих в более или менее замаскированном виде чувство неполноценности или связанные с ним реакции. По Адлеру комплекс неполноценности является аранжировкой недостаточности.           Наличие комплекса приводит к нарушению полноценного функционирования личности, сужению сфер жизнедеятельности, отказу от ряда ситуаций, где человек мог бы полноценно развиваться.           Неполноценные органы и их оценка в виде чувства неполноценности стимулируют развитие человека, направленное на удовлетворение желания, которое Адлер считал основополагающим. Это — стремление к превосходству как стремление к совершенству. Стремление к превосходству означает необходимость преодолевать самого себя, развивать свои способности, потенциально заложенные возможности. В более ранних работах он полагал, что основным личностным свойством является агрессивность как сильная инициатива в преодолении переживаний. Эта идея возникла на основе представлений Ф. Ницше о «воле к власти». Позднее агрессию и волю к власти Адлер считает частным случаем стремления к превосходству.           Стремление к превосходству является врожденным. Тем не менее существуют варианты его проявления. Критерием этих различий является социальный интерес (социальное чувство, чувство общности, чувство солидарности) — врожденный инстинкт отказываться от своих эгоистических целей ради целей сообщества.           Низкий социальный интерес указывает на невротический путь развития и связан со стремлением к личному превосходству, желанием быть лучше всех. Высокий социальный интерес указывает на стремление преодолевать трудности и стремление кконструктивному превосходству. Социальный интерес — по Адлеру — является показателем психического здоровья, «барометром нормальности» и критерием различения типов превосходства.           Врожденность социального интереса не исключает возможности его развития, которое происходит за счет сотрудничества и кооперации.           Многие цели взрослого человека являются вполне осознанными, но все же основной из них является жизненная цель, которая формируется в раннем детстве и может быть неосознанной. С этим понятием связана концепция фикционного финализма, основанная на концепции Хакса Вайингера, изложенную в работе «Философия возможного». Он утверждал, что поведение людей находится под влиянием ожиданий, а не прошлых переживаний. Подобные ожидания похожи на идеалы, которые невозможно проверить на практике, соотнести с реальностью, но которые тем не менее позволяют наполнять все действия человека смыслом, задавать направление жизни. Цели-фикции структурируют процесс развития человека, организуя его в соответствии с заданным в них смыслом.           Понятия социального интереса, жизненной цели связаны со стилем жизни и общей идеей Адлера о целостности человека. «Главная задача индивидуальной психологии подтверждать это единство в каждом индивидууме, в его мышлении, чувствовании, действовании, в его так называемом сознании и бессознательном — во всех выражениях его личности».           Жизненный стиль — уникальный способ, выбранный каждым индивидуумом для следования своей жизненной цели.           Признаками здоровой личности по Адлеру являются — движение от центрированности на себе к социальному интересу, стремление к конструктивному превосходству, кооперация.

Следствием влияния трех выше названных причин может стать невроз как естественное, логическое развитие индивидуума с низким уровнем активности, эгоцентрически стремящегося к превосходству и поэтому имеющему задержку в развитии социального интереса.           Нередко Индивидуальную психологию Адлера называют психологией «здравого смысла» или «психологией обыденности».           Его оригинальные находки часто рассматривались как произвольное от психоанализа или что-то очевидное, тривиальное, узконаправленное. К. Юнг писал, что «оба исследователя (Фрейд и Адлер. — Н. Х.) рассматривают субъекта в отношении к объекту… Адлер делает акцент на субъекте, который охраняет себя и стремится добиться превосходства над объектом… Фрейд же, напротив, упирает лишь на объекты, которые в силу их определенного своеобразия либо способствуют, либо препятствуют удовлетворению стремления субъекта к удовольствию». (Юнг К. Психология бессознательного. М.: Канон, 1994. С. 76). Юнг решил эту дилемму, как мы знаем, с помощью типологии, т.е. деления людей на заинтересованных в объекте (экстравертов) и заинтересованных в самом себе (интровертов).

Что такое психология Адлера?

Адлерианская психология — это психотерапевтический подход, основанный на работах первооткрывателя Альфреда Адлера. Адлера часто считают одним из трех основателей психотерапии наряду с Зигмундом Фрейдом и Карлом Юнгом. Его индивидуальный психологический подход был принят во многих областях консультирования, образования и общественной работы. Хотя Адлер не так известен, как Юнг или Фрейд, его вклад в психологию и терапию неоценим.

Альфред Адлер

Альфред Адлер был офтальмологом в 1895 году, когда он начал изучать работы Зигмунда Фрейда и углубляться в психологию.К началу 1900-х Адлер приобрел такую ​​известность как психиатр, что его пригласили стать членом эксклюзивной дискуссионной группы Зигмунда Фрейда. Эта группа еженедельно собиралась в Вене, чтобы обсудить выдающиеся психологические и психиатрические теории, и эти беседы стали самой основой будущего психоаналитического движения. Со временем Фрейд и Адлер обнаружили, что у них есть непримиримые разногласия. Адлер вырвался из группы и создал собственную теорию индивидуальной психологии. Позднее его подход получил статус Общества свободной психологической мысли.

Значения не определяются ситуациями, мы определяем себя значениями, которые мы придаем ситуациям.

–Альфред Адлер

Адлерианская индивидуальная психология

Подход Адлера сосредоточен на важности воспитания у человека чувства принадлежности в контексте его сообщества. Он считал, что чувства, эмоции, мышление и поведение человека можно понять только в контексте жизненного опыта этого человека.

Адлер сосредоточился на влиянии чувства неполноценности и неполноценности на психическое здоровье человека. Эти чувства, по мнению Адлера, обычно являются результатом обесценивания в раннем возрасте, физических ограничений или недостатка сочувствия. Хотя чувство неполноценности может вызывать невротическое поведение, оно также может быть источником мотивации.

Сегодняшняя адлерианская терапия задумана как краткосрочное вмешательство с целью решения конкретной психологической проблемы. Терапия используется при многих типах заболеваний и в возрастных группах, включая детей и пожилых людей.Он состоит из четырех этапов: вовлечение, оценка, понимание и переориентация (GoodTherapy.org).

Термин «взаимодействие» — это просто еще один способ сказать, что у клиента складываются доверительные отношения с терапевтом и он готов принимать вводимые данные. На этапе оценки терапевт пытается понять историю человека, в том числе его или ее дату рождения. Это важно, потому что принадлежность человека к семье может повлиять на его восприятие. Например, средний ребенок часто игнорируется и может чувствовать себя невидимым.Убеждения, переживания, чувства и эмоции клиентов также раскрывают общие модели образа жизни человека.

Insight — это наблюдения, которые терапевт передает клиенту. Используя отношения, которые он или она установили с клиентом, он убеждает человека взглянуть на его историю и то, как она может повлиять на его нынешние обстоятельства. На заключительном этапе терапевт переосмысливает деструктивные мысли и негативные идеи в позитивной манере, что может помочь человеку развить новые способы мышления о своих ситуациях и побудить его укрепить новое понимание.Это может помочь изменить реакцию и поведение человека на обстоятельства, с которыми он сталкивается.

Преимущества и недостатки

Как и любой терапевтический метод, подход Адлера имеет свои достоинства и недостатки. Терапия может использоваться с клиентами из разных культур. Например, акцент на поощрении со стороны терапевта применим к латиноамериканским и азиатским клиентам, культура которых ценит сотрудничество, а концепция значения порядка рождения — это то, что европейцы и североамериканцы понимают из-за того, что они используют соперничество между братьями и сестрами для достижения успеха.Терапия также полезна практически при любом психологическом расстройстве и может использоваться в дополнение к игровой терапии, арт-терапии и другим вмешательствам.

Адлерианова терапия, однако, подвергалась критике за расплывчатость. Согласно статье в Johns Hopkins Muse , у него нет определенной терапевтической стратегии, которой следовало бы следовать. Кроме того, одно из его главных преимуществ — универсальность культурной связи — также является одним из его недостатков. Некоторые критики отмечают, что такие вещи, как очередность рождения, имеют разные коннотации в разных культурах.Адлерова терапия также подвергалась критике за то, что она не подкреплялась доказательствами ее успеха в лечении клиентов: самый большой недостаток адлерианской терапии состоит в том, что нет большого количества эмпирических доказательств того, что она работает.

При этом растет число терапевтов, исследующих терапевтические техники и пытающихся построить такую ​​платформу доказательной базы. Кроме того, терапия находит применение в таких областях, как групповое консультирование.

Адлер был одним из первых психологов, проводивших групповые консультации.Кроме того, он использовал общественное образование и семейное консультирование, чтобы познакомить широкую публику с психологией. Он надеялся, что этим обучением он сможет улучшить условия жизни людей. Цель индивидуальной психотерапии Адлера заключалась в том, чтобы помочь клиенту отказаться от своих деструктивных и дисфункциональных самоуправляемых убеждений и заменить такое поведение новыми, расширяющими социальные возможности инструментами.

Современные адлериане

Адлерианец — это любой человек, который применяет принципы Адлера в своей работе.Это может быть консультант, врач, медсестра, политик или рабочий, хотя терапевт должен быть лицензированным психологом. Адлерианец считает, что психическое здоровье связано с чувством принадлежности и вклада человека в общество, и эти практикующие твердо верят в силу поощрения. Тех, кто придерживается теории Адлера, можно найти работающими в школах, клиниках, больницах, частной практике и даже в корпоративной среде, где они воспитывают чувство принадлежности, сотрудничества и уважения.Сегодня существует несколько институтов, публикаций и обществ, посвященных расширению теорий Адлера, включая Североамериканское общество адлерианской психологии и Адлерианское общество Великобритании.

Подход Альфреда Адлера к психологии и консультированию во многих аспектах более современен и современен, чем более известные теории Фрейда и Карла Юнга. Терапевтические методы Адлера решительно отстаивают интересы человека, который, получив образование и наделенный положительными силами, должен иметь возможность брать на себя ответственность за свои действия.Это такое отношение к ответственному выбору, которое необходимо как-то измерить и задокументировать, чтобы терапия получила полное признание. Адлеровская психология имеет некоторые ограничения, но этот подход пользуется большим авторитетом и становится все более популярным среди нового поколения психологов.

Адлер был одним из первых психологов, проводивших групповое консультирование, просвещение общественности и семейное консультирование, чтобы помочь обучить широкую общественность психологии. Он надеялся, что, обучая людей психологии, он сможет улучшить условия жизни человека.Цель индивидуальной психотерапии Адлера — отбросить деструктивные и дисфункциональные самоуправляемые убеждения и заменить такое поведение новыми социальными инструментами.

Связанные ресурсы:

10 самых доступных онлайн-программ по психологии развития

Лучшие 30 доступных онлайн-программ для получения степени по психологии

Лучшие 50 программ магистратуры по психологии онлайн

Топ-6 самых доступных онлайн-программ PhD / PsyD по клинической психологии

Агрессивное поведение | психология | Британника

Агрессивное поведение , поведение животных, которое может причинить реальный или потенциальный вред другому животному.Биологи обычно различают два типа агрессивного поведения: хищная или антихищная агрессия, при которой животные охотятся на других животных разных видов или защищаются от них, и внутривидовая агрессия, при которой животные нападают на представителей своего собственного вида. Внутривидовая агрессия широко распространена в животном мире, проявляясь у таких разнообразных существ, как морские анемоны, тряпичные черви, пауки-волки, полевые сверчки, омары, лосось, древесные лягушки, ящерицы, певчие птицы, крысы и шимпанзе.Учитывая, что так много разных видов животных дерутся, агрессия принимает самые разные формы. Морские анемоны хлестают друг друга щупальцами, вооруженными жалящими клетками, тряпичные черви бьют друг друга хоботками, которые они используют для рытья нор, омары используют свои большие когти для ударов и хватания, древесные лягушки борются, малиновки клюют, благородные олени используют свои рога. толкать и бить друг друга, а один шимпанзе, прославившийся благодаря работам британской бихевиористки Джейн Гудолл, запугал соперников, столкнув две канистры с маслом.Обычно в драках участвуют всего два или несколько особей, но бывают случаи, когда в них участвуют более крупные группы животных. Яркими примерами являются смертельные бои, происходящие между соседними колониями муравьев весной, и убийственные налеты коалиций самцов шимпанзе против меньших соседних групп.

оленей благородных оленей ( Cervus elaphus )

Пара оленей благородных оленей ( Cervus elaphus ), соревнующихся за владение самкой в ​​сезон гона.

Стефан Мейерс GDT / Ardea London

Эта статья следует обычной практике биологов, рассматривая только внутривидовые атаки под заголовком агрессивное поведение . Акцент здесь делается на биологическом контексте, то есть на корнях агрессии в соревновании за еду и партнеров; влияние нервной системы, гормонов, генетики и окружающей среды; и научные модели для анализа вероятного исхода агрессивных взаимодействий.

Характер агрессии животных

Агрессия иногда происходит, когда родители защищают своих детенышей от нападений представителей своего вида.Например, самки мышей защищают своих детенышей от враждебных соседей, а самцы колюшки защищают икру и мальков от нападения каннибалов. Однако чаще животные дерутся из-за ресурсов, таких как еда и убежище, например, стервятники дерутся из-за доступа к тушам, а раки-отшельники дерутся из-за пустых раковин. Другой важный ресурс, из-за которого обычно происходят драки, — это потенциальные партнеры. В этом случае биология производства гамет влияет на агрессивное поведение: поскольку яйцеклетки самки больше, их меньше и для производства требуется больше энергии, чем сперматозоидов самцов, конкуренция между самцами за самок обычно более часта и интенсивна, чем у самок. конкуренция женщин над мужчинами.В результате самые зрелищные бои среди животных, будь то сверчки, лосось, квакши, зяблики или олени, происходят между самцами и плодовитыми самками.

Агрессия может быть сосредоточена на определенной области, например, на защищаемой территории, с которой соперники решительно исключены. Яркий пример — прыгуны, приливные рыбы, которые защищают небольшие территории, где они пасутся на микроскопических растениях. Рыбы строят глиняные стены вокруг границ своих территорий, и во время отлива вода удерживается в стенах (кстати, позволяя наблюдателю-человеку визуализировать мозаику территорий в колонии этих рыб).Территориальное поведение также демонстрируют тряпичные черви и крабы-скрипачи, когда они защищают свои норы, самцы стрекоз и колючек, защищающие места размножения, самцы квакш, шалфей и коб Уганды, защищающие высококачественные участки для ухаживания и спаривания, и пауки. , рифовые рыбы и гиены, когда они защищают районы нагула.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Общей чертой агрессии у большинства видов является то, что драки обычно начинаются с относительно безобидных проявлений или поз.Например, агрессивные взаимодействия между двумя оленями-оленями начинаются с обмена глубоким ревом, за которым следует демонстрация «параллельной ходьбы», при которой олени расхаживают бок о бок, оценивая свой относительный размер. Затем агрессия может перерасти в прямые атаки, во время которых олени атакуют друг друга, колют и борются рогами. Большинство столкновений разрешаются на ранней стадии во время показа, но многие другие продолжаются до уровня ожесточенных и опасных боев.

Вопреки предыдущим предположениям, травмы и смерть во время схваток с животными не редкость.Однако у видов, где животные живут в установленных группах, открытые схватки часто заменяются набором отношений, в которых подчиненная особь постоянно уступает место доминирующей. Например, стаи волков известны своими четкими иерархическими отношениями. Когда встречаются два члена группы, доминирующее животное принимает вертикальную стойку с поднятыми ушами и хвостом, в то время как подчиненный прижимает свое тело к земле, прижав уши к голове и опущенный хвостом, покорная поза, которая защищает его от нападения .У ряда видов птиц вариации оперения действуют как «знаки статуса», особенно в больших зимних стаях. Черная повязка на горле или нагрудник домашнего воробья и темная полоса на груди большой синицы — сигналы статуса; доминирующие особи имеют более заметные нагрудники или полосы, чем подчиненные, и поэтому имеют преимущественный доступ к пище.

развитие ребенка | Определение и факты

развитие ребенка , рост перцептивных, эмоциональных, интеллектуальных и поведенческих способностей и функционирования в детстве.Термин детство обозначает период в жизни человека от овладения языком в один или два года до наступления подросткового возраста в 12 или 13 лет.

Подробнее по этой теме

поведение человека: теории развития

Систематическому исследованию детей младше 200 лет, и подавляющее большинство его исследований было опубликовано с середины 1940-х годов….

Далее следует краткое описание развития ребенка. Полный курс: см. Поведение человека: теории развития. Физический рост детей лечится в развитии человека.

  • Узнайте об основных этапах развития человеческого мозга

    Узнайте больше о развитии человеческого мозга и когнитивном росте.

    Encyclopædia Britannica, Inc. Посмотрите все видео к этой статье
  • Откройте для себя силу игры в развитии человека

    Узнайте больше о том, как игра помогает людям развиваться.

    Encyclopædia Britannica, Inc. Посмотреть все видео по этой статье

Конец младенчества и начало детства отмечены появлением речи в возрасте от одного до двух лет. Дети добиваются огромных успехов в овладении языком на втором году обучения и демонстрируют постоянно растущий словарный запас, все более широкое использование слов в комбинациях и растущее понимание правил грамматики и синтаксиса. К третьему году дети склонны использовать предложения, содержащие пять или даже шесть слов, а к четвертому году они могут говорить предложениями, подобными взрослым.Пяти- и шестилетние дети демонстрируют владение сложными правилами грамматики и значения.

Раннее детство (от двух до семи лет) — это также время, когда дети учатся использовать символические мысли и язык для управления окружающей средой. Они учатся выполнять различные мыслительные операции, используя символы, концепции и идеи для преобразования информации, которую они собирают об окружающем мире. Начало логики, включающей классификацию идей и понимание времени и числа, проявляется в более позднем детстве (от 7 до 12 лет).Объем памяти детей также постоянно увеличивается в детстве и лежит в основе многих других когнитивных достижений, которые они совершают в то время. По мере улучшения как кратковременной, так и долговременной памяти дети демонстрируют повышенную скорость вспоминания и могут быстрее и эффективнее искать информацию в своей памяти.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас
  • Узнайте о технологиях и современном детстве

    Узнайте больше о роли технологий в жизни современных детей.

    Encyclopædia Britannica, Inc. Посмотрите все видео к этой статье
  • Узнайте о важности социального и эмоционального обучения

    Узнайте больше о социальном и эмоциональном обучении в детстве.

    Encyclopædia Britannica, Inc. Посмотреть все видео к этой статье

Растущее осознание детьми своего эмоционального состояния, характеристик и способностей приводит к эмпатии, то есть к способности ценить чувства и взгляды других.Сочувствие и другие формы социального осознания, в свою очередь, важны для развития нравственного чутья. Можно сказать, что основа нравственности у детей переходит от простого страха наказания и боли к заботе о сохранении одобрения родителей. Еще одним важным аспектом эмоционального развития детей является формирование их самооценки или идентичности, то есть их ощущения того, кто они есть и каковы их отношения к другим людям. Полоролевая идентичность, основанная на гендере, вероятно, является наиболее важной категорией самосознания и обычно проявляется к трем годам.

Начало физических и эмоциональных изменений в период полового созревания и приобретение у взрослых логических процессов знаменуют собой конец детства и начало юности.

Как философия Адлера изменила мою жизнь (и сделала меня счастливее). | Обри Чейсон

Как избавиться от экзистенциального страха и разрешить вопросы типа «кто я». В какой-то момент это случается со всеми, особенно в переходный период. Когда вы начинаете новую школу, заканчиваете школу, начинаете новую работу, теряете работу — всякий раз, когда источник рутины и структуры, которые неизбежно питали часть вашей личности, меняются, вы можете почувствовать надвигающийся небольшой экзистенциальный кризис.

Альфред Адлер (1870–1937), всемирно известный философ и психиатр, поддерживал необходимость понимания счастливых людей в рамках социального сообщества. Он не так популярен, как Фрейд или Юнг, вероятно, потому, что его теории недостает сексуальности или мифологии, но его идеи меняют жизнь — также утверждается, что неофрейдистов действительно следует называть неоадлерианцами.

Адлер считал, что люди являются социальными существами и поэтому в значительной степени движимы социальными целями в жизни. Он утверждал, что основным движущим фактором людей было чувство значимости и чувство, что то, что вы делаете, имеет значение, а также чувство, что вы принадлежите и принимаете.Он подчеркнул необходимость понимать социальные потребности человека и сосредоточился на том, чтобы раздеться, как достичь этого состояния оптимального человеческого развития.

Мне трудно читать книги по мотивации или психологии, которые слишком разговорчивы — это кажется дрянным и заставляет меня сомневаться в качестве написанных идей. Тем не менее, книги и эссе Адлера характеризуются поразительно ясным здравым смыслом, а его книги по клинической психологии раскрывают освежающее, тонкое понимание психических недугов и глубокий проницательный взгляд на исцеляющее искусство.Его слова невероятно логичны, хорошо аргументированы, мотивируют и вдохновляют читать; он заставляет вас чувствовать, что каждый может добиться оптимального человеческого развития — потому что это правда.

Адлерианская теория воспитания разума оказалась особенно полезной в применении к практике воспитания детей, но его практики работают с любым разумом, который хочет развиваться и расти. Адлериан считал, что плохое поведение является признаком подавленного сердца и разума, и что помощь людям чувствовать себя ценными, значительными и компетентными — самый эффективный метод борьбы с трудным поведением.Чтобы воспитывать здоровый и уверенный ум, идеология Адлера фокусируется на излечении людей от кажущейся неполноценности и неуверенности в себе, когда они сравнивают себя с другими. Чувство неполноценности может возникнуть из множества мест, но чаще всего семья имеет большое влияние. Если вы откроете пласты логики и рационализации глубоко укоренившихся эмоциональных проблем, вы удивитесь, как часто ваша младшая версия держится за глубокую рану. Адлер утверждает, что ранний опыт унижения, или раннее начало определенного состояния, или общее отсутствие социальной изоляции имели место в раннем возрасте — чувство неполноценности могло расти — и заставляло людей чувствовать себя никчемными, незначительными и ни на что не годными.

Взгляды Адлера на психологию указывают на попытки людей компенсировать свою собственную неполноценность по сравнению с другими. Он сосредотачивается на высоко контекстных и уникальных убеждениях, которые человек создает в детстве, которые часто диктуют его образ жизни и образ мышления во взрослом возрасте. Если у человека плохое отношение, идиосинкразии, поведение, причуды и личное представление о себе, его взгляд на мир будет мрачным. Адлерианцы сосредотачиваются на сути этих систем неверных убеждений, рассматривая ранний жизненный опыт человека.Часто модели поведения повторяются, когда они предоставлены самим себе, и люди должны проявлять инициативу в своих методах, чтобы измениться — это единственный способ, которым личный рост, исцеление и счастливый, умиротворенный ум могут принести плоды.

Источником многих экзистенциальных размышлений является наше представление о цели. Цель, которую мы даем своей жизни, очень индивидуальна и полностью выбирается нами из миллиона возможных причин — некоторые обнаруживают, что они парализованы чрезмерной сферой возможности выбора — а другие просто слишком удручены или безразличны к этому. верю, что есть цель.Очевидно, что вопрос о смысле жизни — очень сложный вопрос, на который я не могу ответить за вас, но вопрос о том, что заставляет нас жить и действовать — основной мотиватор, который лежит в основе наших индивидуальных решений и продвигает нас вперед по жизни, — это вопрос, на который Альфред Адлер всю свою жизнь пытался ответить изо всех сил. Он был одержим вопросом о том, что нами движет, и в конце концов он с любовью назвал эту силу «стремлением к совершенству». Упрощенная версия ответа, к которому он пришел, заключается в том, что у всех нас есть горячее желание реализовать свой потенциал и реализовать наши идеалы: и эта идея очень похожа на концепцию самоактуализации.

Самоактуализация, вероятно, намного более достижима, чем термин совершенства Адлера. Слова «совершенство» и «идеал» — это невероятно высокие стандарты и звучат как цели, которые принесут больше отчаяния, чем утешения. В то время как идея стремления быть лучшим, очевидно, является благородной и стоящей целью, концепция совершенства в психологии известна как недостижимая цель. Несомненно, в погоне за совершенством возникнут разочарование и чувство разочарования, и это может заставить человека пройти полный круг и полностью сдаться — погоня за совершенством убивает мотивацию.

Сам Адлер не решался использовать слово «совершенство» для описания мотивации жизни — вместо этого он использовал такие слова, как «влечение к агрессии», чтобы выразить чувство разочарования, которое может возникнуть, когда некоторые из наших основных потребностей не удовлетворяются — например, , когда вы голодны и хотите поесть, или когда вы не чувствуете себя любимым, как хотелось бы, и испытываете голод по любви. Это эмоциональный эквивалент разочарованного мяуканья — это чувство, которое он назвал словом агрессии.Я лично считаю, что слово «напористый» могло быть лучше, чем «агрессивный», но я могу понять его желание уловить очень сильное и первобытное желание. Кроме того, Фрейд также использовал термин «влечение к агрессии», за исключением того, что он чувствовал, что это отвлекает от его основного внимания сексуального влечения в его психоаналитической теории — и его идея «инстинкта смерти» очень похожа на взгляды Адлера.

Адлер также использовал слово «компенсация» для описания стремления к жизни, и он использовал это слово для обозначения процесса стремления преодолеть свои ограничения.Адлер заявил, что у каждого есть недостатки и недостатки, но то, что мы не можем преодолеть эти уникальные проблемы, в значительной степени будет определять характер нашей личности. Позже Адлер частично отверг эту идею, он не хотел предполагать, что проблемы являются причиной их характера, но он действительно сосредоточился на том, как самосознание и желание исправить свои недостатки со стороны человека имеют решающее значение. в развитии хорошего характера. Адлер также наблюдал феномен, когда мальчиков поощряют к самоутверждению в жизни, а девочек отговаривают делать то же самое — он играл с идеей мужского протеста и любил наблюдать различные культурные ожидания, которые возлагаются на мальчиков и девочек.Он не соглашался с идеей, что мужская самоуверенность проистекает из некоторого врожденного превосходства, он думал, что это следствие культурных и социальных норм, которые были возложены на молодой ум, и это глубоко влияет на человеческие желания в жизни. Он заметил, что мальчики часто хотят добиться успеха, быть сильными, агрессивными и контролировать ситуацию, и утверждал, что это связано с культурными ожиданиями.

Прежде чем Адлер остановился на фразе «стремление к совершенству», он на самом деле называл эту идею «стремлением к превосходству», вероятно, как намек на Ницше, философа, которым Адлер восхищался.Основная философия Ницше заключалась в том, что власть была основным мотивом человеческой жизни. Адлер, вероятно, изменил эту фразу, чтобы убрать ссылку на навязчивое стремление, и не хотел, чтобы коннотация превосходства над своими сверстниками была положительной.

Глубокое обсуждение Адлером комплекса неполноценности завораживает и является успокаивающим бальзамом для всех, кто сталкивается с неуверенностью в себе или чувством неполноценности. Его объяснение того, что движет человеческой психикой, подробно изложено, однако остается один вопрос.Если наша мотивация — это самоактуализация, полное раскрытие нашего потенциала и совершенства — почему многие люди остаются неудовлетворенными и очень далеки от совершенства? Почему они не близки к достижению своего самореализованного идеального «я»?

Адлер считал, что все мы рождены с чувством неполноценности. В детстве мы, конечно, слабее и физически, и умственно, чем взрослые, и наша неполноценность часто подкреплялась психологически — это если нам говорят, что мы плохо занимаемся спортом, глупы, уродливы и т. Д.Большинство детей пытаются компенсировать эту боль, либо осваивая то, что они плохи в рекламе, либо приобретают высокие навыки в чем-то другом, но у некоторых детей их самооценка подрывается — и они сдаются и не пытаются. У них остается низкая самооценка и развивается комплекс неполноценности, который давит на них каждый день.

Представьте, что вам сказали, что вы плохо писали в детстве. Вы запутаетесь, вам будет больно, и вы запутаетесь. Вы можете усерднее стараться, вы можете попросить о помощи, вы можете много работать, чтобы преодолеть свои недостатки.Или вы можете немного отстать, разочароваться и вообще потерять интерес к письму. Если бы у вас развился комплекс неполноценности, вы бы боролись и блуждали, едва прикладывая усилия к написанию эссе и чувствуя уныние каждый раз, когда вы это делаете, и вы бы запутались в старшей школе с ужасными оценками до концепции написания сравнительных исследований. и диссертация полностью подавляет вас, и вы вообще отказываетесь от написания.

Это печально, правда? Они могли бы быть лучшими писателями в этом проклятом мире, а мы никогда этого не узнаем.С другой стороны, они могли бы стать лучшими балеринами в мире, но их самооценка была слишком сломлена, чтобы они могли пробовать что-то еще. Теперь примените эту негативную спираль к периоду всей жизни — всепроникающее чувство неполноценности способствует невротическому мышлению, неуверенности в себе и плохой самооценке. Это может сделать личность человека застенчивым, неуверенным, навязчивым, нерешительным, пассивно-агрессивным, трусливым, робким, манипулятивным, негативным, самобичечным … Может возникнуть множество негативных черт, и эти недостатки, вероятно, не являются его истинной личностью.Комплекс неполноценности дает силу всем вокруг них, кроме самих себя, и они полагаются на утверждение других, чтобы подтвердить свое существование.

Однако, к счастью, не все дети, испытывающие чувство неполноценности, в конечном итоге имеют заниженную самооценку и ничего не достигают. Многие повышают устойчивость. Многие набираются смелости и настойчивости, чтобы попробовать еще раз, когда дела идут не так, как надо. Многие понимают, что навыкам можно научиться упорным трудом, а дисциплина — это достоинство. Все начинают с одного и того же, все мы рождены с неполноценностью, но есть четкое разделение между теми, кто преуспевает, и теми, кто застаивается, потому что чувствует себя подавленным.Я знаю, на чьей стороне хочу быть, как ты справляешься со своей детской неполноценностью?

Альфред Адлер | АдлерПедия

Альфред Адлер: (7 февраля 1870 г. — 28 мая 1937 г.)

Альфред Адлер родился в Вене, Австрия, в 1870 году. Адлер начал свою карьеру офтальмологом, но позже обратился к общей практике. Его работа с артистами цирка и людьми с более низким социально-экономическим статусом привела к его представлениям о неполноценности органов и компенсации. В 1907 году Адлер получил приглашение присоединиться к Зигмунду Фрейду и его Обществу среды для обсуждения теории.Адлер стал президентом того, что позже стало известно как Психоаналитическое общество в 1910 году, но позже отделился от Фрейда и его психоаналитических теорий. Адлер сформировал Общество индивидуальной психологии в 1912 году после ухода из группы Фрейда и начал разработку индивидуальной психологии.

Целью психологического движения Адлера было создание более целостного подхода к пониманию людей. Он не считал, что разделение людей на части — лучший способ понять людей или лечить их.Адлер был первым психиатром, который проигнорировал символическую кушетку в терапевтической комнате и предпочел два стула, чтобы создать чувство равенства между клиницистом и клиентом. Одна из самых влиятельных концепций Адлера — это концепция общественного интереса, который рассматривается как заинтересованность в улучшении благосостояния других и обретении чувства принадлежности к сообществу.

Альфред Адлер иммигрировал в Соединенные Штаты в 1932 году после того, как большинство его клиник было закрыто в Австрии из-за его еврейского происхождения.Он стал профессором Медицинского колледжа Лонг-Айленда и продолжал путешествовать по миру, чтобы читать лекции. Во время лекционного тура в Абердине, Шотландия, в 1937 году Альфред Адлер умер от сердечного приступа.

Альфред Адлер написал несколько книг, в том числе:

· Здоровье портных

· Невротический характер

· Индивидуальная психология Альфреда Адлера

· Превосходство и общественный интерес: собрание поздних произведений

Подробнее

Основные принципы индивидуальной психологии

(Первоначально опубликовано в «Бюллетене индивидуальной психологии», Vol.9, 1951.)

Было много дискуссий о различиях между различными школами психологии, и любой, кто обладает аналитическим складом ума, может легко обнаружить различия, противоречия или сходства. Мы могли бы определить школу мысли как сущность, принципы которой должны быть тщательно изучены и поняты, наиболее важной частью которой является синтетическое единство понимания взаимосвязанного баланса принципов. Таким образом, упоминание основных принципов адлерианской психологии должно вызвать у читателя синтетическое качество мышления, когда он связывает одну мысль с другой и думает движениями, а не измерениями.

Название «Индивидуальная психология», данное Адлером своей концепции психологии, было источником недопонимания. Смысл: психология уникальной, нераздельной личности. При этом Адлер выразил мнение, что уникальность человека существует только один раз и что его следует понимать как единство. Мы можем понять части только через общее.

Поскольку нет конца совершенствованию нашего метода анализа частей, нет конца и концепции тотальности.Адлер рассматривает человека как целостность, принадлежащую большему целому. Он заходит так далеко, что видит в нем часть космоса, что является бесконечной мыслью.

Другая основная концепция заключается в том, что человека видят в движении, постоянно в пути. Следовательно, возникает вопрос: «Куда он идет?» Если мы знаем, куда идет человек, мы можем понять, почему он движется так, как он движется. Другими словами: мы понимаем его поведение. Таким образом, адлеровская психология придерживается принципа близости, выраженного в концепции цели.

Эта цель имеет отправную точку в сочетании факторов, обнаруженных в раннем детстве. Благодаря наследству и тысячам впечатлений, которые дает его телосложение, среда (люди и окружение), а также влияние климата, культуры и общества, ребенок создает свой собственный путь выживания и развития. Скорее всего, он не просто «в пути», но что он защищает или защищает себя по-своему — согласно Адлеру, своим «стилем жизни».»

В психологии Адлера существенное значение имеет понятие творческих способностей. Своими творческими способностями ребенок пытается найти свой путь в неизведанном мире, в котором он должен найти свое место и достичь значимости. Из того, что является врожденным и что находится вне его, человек в раннем возрасте создает свою личную цель, которая оттуда диктует его действия, мышление и чувства. Только если эта личная цель включена в его представление о его значимости, он может стать целостной личностью.Это можно назвать концепцией общей цели.

Вместо этого он может индивидуализировать все больше и больше вместо того, чтобы развиваться в направлении принадлежности к более крупной единице — развитие функционирования вне совокупности, против личного «дополнения», где личный престиж имеет большее значение, чем прогресс человечества. Функционирование в смысле индивидуальной значимости может существовать только при условии принадлежности к общему. Индивидуализация становится изоляцией, которая является началом невротической установки.

В адлерианской психологии человек рассматривается как социальное существо. Поэтому акцент делается на его образе жизни и сотрудничества со своими собратьями в отношениях, работе и любви.

Каждое действие служит определенной цели. И действие, и бездействие характеризуют человека. Если у человека есть способности, которые он не развивает или не использует, его бездействие типично для его образа жизни. Основная мысль такова: использование важнее владения.

Согласно Адлеру, существует не просто один способ, которым индивид может использовать то, что у него есть; его творческие способности не ограничиваются нахождением одной определенной комбинации из врожденного и внешнего.У него есть выбор, потому что как человек он способен рассуждать. Если бы не было выбора, индивид неумолимо подчинялся бы своей наследственности, окружающей среде и тысячам факторов, влияющих на его жизнь; он будет полностью настроен и, следовательно, никогда не сможет использовать какие-либо творческие способности. Что бы он ни делал, его судьба будет определять его. Однако, когда мы изучаем жизнь в ее нынешнем виде, мы замечаем, что человек способен превращать негатив в позитив. Его можно найти либо на отрицательной, либо на положительной стороне жизни в результате выбора, который он делает из всех возможностей.Чтобы оправдать свою позицию с отрицательной стороны, важно, чтобы он не понимал, что он делает, чтобы «неосознанно» он мог продолжать следовать своей личной цели. Ибо то, что может показаться хранилищем непонятных побуждений, для которых не может нести ответственность, бессознательное и подсознательное, Адлер ввел термин «непонятное».

Из этого логически следует, что психология Адлера использует техники терпимости, терпения и поощрения. Неуверенность и чувство неполноценности взрослого мало чем отличаются от детских.Оба сталкиваются с трудностями, к которым они не готовы. Объективно ничто не может быть трудностью; мы называем вещь трудной, пока не знаем, что с этим делать. Если мы вообще ничего не делаем, мы превращаем трудность в проблему. Эта ответственность обычно кажется слишком большой, чтобы принять ее, и для многих людей это решающий момент, когда проявляются нервные симптомы.

Поскольку человек — социальное существо, которое не сможет выжить в одиночку или достичь нынешнего уровня цивилизации в одиночку, но постоянно заимствует ряды и получает ценности от других, он также несет ответственность за своих собратьев.Согласно принципам Адлера, человечество стремится к совершенству. Человек как часть человечества имеет склонность и в то же время должен принять свое несовершенство. Стремление к совершенству с признанием своего несовершенства ведет к совершенствованию: человек «идет своим путем».


Четыре этапа адлерианской терапии

Индивидуальная терапия или терапия Адлера — это подход, при котором терапевт работает с клиентом, чтобы выявлять препятствия и создавать эффективные стратегии для достижения своих целей.Адлерианцы считают, что, разбираясь в проблемах, люди могут преодолеть чувства неполноценности . Более того, адлерианцы верят, что люди получают наибольшее удовлетворение, когда они работают над достижением социальных интересов ; то есть, когда они делают то, что приносит пользу обществу в целом.

Ключевые выводы: Адлерианская терапия

  • Адлерианская терапия, также известная как индивидуальная терапия, подчеркивает способность человека вносить позитивные изменения в свою жизнь.
  • Адлерианская терапия состоит из четырех этапов: вовлечение, оценка, понимание и переориентация.
  • Согласно теории Адлера, люди работают над преодолением чувства неполноценности и действуют таким образом, чтобы приносить пользу обществу.

Четыре этапа адлерианской терапии

В подходе Адлера к терапии, получившем название индивидуальная психология или психология Адлера , терапия проходит через серию из четырех стадий:

  1. Помолвка. Клиент и терапевт начинают устанавливать терапевтические отношения. Отношения должны состоять из сотрудничества для решения проблем клиента. Терапевт должен предлагать поддержку и ободрение.
  2. Оценка. Терапевт старается больше узнать о прошлом клиента, включая его ранние воспоминания и семейную динамику. В этой части терапии терапевт пытается понять, как клиент мог развить определенные стили мышления, которые больше не являются для него полезными или адаптивными.
  3. Insight. Терапевт предлагает интерпретацию ситуации клиента. Терапевт предлагает теории о том, как прошлый опыт мог повлиять на проблемы, с которыми в настоящее время сталкивается клиент; что важно, терапевт оставляет на усмотрение клиента решать, являются ли эти теории точными и полезными.
  4. Переориентация. Терапевт помогает клиенту разработать новые стратегии, которые клиент может использовать в повседневной жизни.

Чувство неполноценности

Одна из самых известных идей Адлера состоит в том, что каждый испытывает чувства неполноценности (т.е. беспокоится о том, что человек не достигает достаточного уровня). У психологически здоровых людей это чувство неполноценности побуждает к достижению целей, обеспечивая мотивацию стремиться к самосовершенствованию. Другими словами, развивая позитивные способы справиться с чувством неполноценности, люди могут в конечном итоге добиться больших успехов и внести положительный вклад в общество в целом.

Однако некоторым людям трудно справиться с чувством неполноценности, из-за чего они впадают в уныние.Другие люди могут справляться с чувством неполноценности непродуктивными способами, например, вести себя эгоистично, чтобы чувствовать свое превосходство над другими. В адлерианской терапии терапевт работает, чтобы предоставить клиенту поддержку и ободрение, в которых он нуждается, чтобы более эффективно справляться с чувством неполноценности и выработать здоровые способы преодоления этих чувств.

Социальный интерес

Одной из других ключевых идей Адлера была концепция социального интереса . Согласно этой идее, люди проявляют себя наилучшим образом — психологически наиболее здоровы и наиболее удовлетворены — когда они действуют таким образом, чтобы приносить пользу обществу.Например, человек с высоким социальным интересом может изо всех сил помогать другим, в то время как человек с более низким уровнем социального интереса может запугивать других или действовать антисоциально. Важно отметить, что со временем уровень социального интереса может меняться. Терапевт может помочь своему клиенту повысить уровень социального интереса.

Жизнь и наследие Альфреда Адлера

Альфред Адлер родился в пригороде Вены, Австрия, в 1870 году. Он изучал медицину в Венском университете, который окончил в 1895 году.После медицинского вуза Адлер сначала работал офтальмологом, но позже решил изучать психиатрию. Первоначально он был коллегой Зигмунда Фрейда, вместе с которым он основал Венское психоаналитическое общество. Однако позже он расстался с Фрейдом и продолжил развивать свои собственные идеи о психиатрии. Адлер разработал подход к терапии, известный как индивидуальная психология , и в 1912 году он основал Общество индивидуальной психологии.

Сегодня влияние Адлера можно найти во многих областях психологии.Многие его идеи нашли поддержку в развивающейся области позитивной психологии, а его акцент на социальном контексте человека (например, семейном окружении и более широкой культуре) поддерживается во многих областях современной психологии.

Источники

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *