Понятие эмоции в психологии: Кутковой Н.А., Стефаненко Т.Г. Понятие эмоций в социальной психологии XXI века: основные подходы

Автор: | 23.03.2021

Эмоции

Физиологические основы эмоций

Как и другие психические процессы, эмоции имеют рефлекторную природу, возникая в ответ на внешние или внутренние (исходящие из внутренней среды организма) раздражения…

Внешнее выражение эмоций

Эмоции — внутренние психические субъективные состояния, характеризующиеся специфичным для них ярким телесным выражением, которое…

Классификация эмоций

Представляя собой группу очень сложных и многообразных психических явлений, эмоциональные переживания с трудом поддаются общему анализу. В связи с этим в психологии до сего времени не создано общепризнанной классификации эмоций…

Стенические и астенические эмоции

По тому влиянию, которое оказывают эмоции на жизненные процессы в организме и на деятельность человека, различают активные, или стенические, и пассивные, или астенические эмоции…

Настроения

Основными особенностями настроений являются…

Чувства

Отличительными особенностями чувств являются…

Нравственные чувства

Человек — общественное существо; вся его деятельность связана с обществом, в котором он живет. Связи, в которые он вступает с другими членами общества, и вызывают в нем ряд глубоких нравственных чувств, в каждом из которых он переживает то или иное отношение к требованиям общества, установившимся нормам поведения или нравственным принципам и правилам…

Интеллектуальные чувства

Интеллектуальными называются чувства, связанные с познавательной деятельностью человека; они возникают в процессе учебной и научной работы, а также творческой деятельности в различных видах искусства, науки и техники…

Эстетические чувства

Эстетическими называются такие высшие чувства, которые вызываются в нас красотой или безобразием воспринимаемых объектов, будь то явления природы, произведения искусства или люди, а также их поступки и действия…

Аффекты

Отличие аффектов по их интенсивности от других видов эмоций может быть иллюстрировано следующими примерами. ..

Теории эмоций

С древности физиологи связывали связывают эмоциональные состояния человека с различными изменениями в организме…

Влияние эмоций на человека

Эмоции влияют на людей разными путями. Одна и та же эмоция неодинаково переживается разными людьми, а также определенным человеком в разных ситуациях. Эмоции могут влиять на все системы индивида, субъекта в целом…

Виды эмоций

В зависимости от субъективной ценности переживаний Б. И. Додонова выделяет следующие виды эмоций…

Интерес

Интерес рассматривается как одна из фундаментальных естественных эмоций и считается доминирующей среди всех эмоций нормального здорового человека…

Радость

Уверенность и личная значимость, приобретаемые в радости, дают человеку ощущение способности преодолеть трудности и наслаждаться жизнью…

Страдания

Страдания — это глубинный аффекта, что сыграл свою роль в эволюции человека и продолжает выполнять важные биологические и психологические функции…

Депрессия

Существует много бихевиористских подходов к изучению депрессии…

Гнев

В отличие от страдания гнев имеет стенический характер (т.е. вызывает подъем, хотя и кратковременное, жизненных сил)…

Страх

Страх является наиболее опасной из всех эмоций. При слабой и средней интенсивности он часто взаимодействует с положительными и отрицательными эмоциями…

Высшие чувства

О высших моральных, интеллектуальных и эстетических чувствах …

Понятие об эмоциях

Эмоции (от франц. émotion – чувство) – психический процесс импульсивной регуляции поведения, основанный на чувственном отражении потребностной значимости внешних воздействий, их благоприятности или вредности для жизнедеятельности индивида.


Эмоции возникли как приспособительный «продукт» эволюции

, биологически обобщенные способы поведения организмов в типичных ситуациях. «Именно благодаря эмоциям организм оказывается чрезвычайно выгодно приспособлен к окружающим условиям, поскольку он, даже не определяя форму, тип, механизм и другие параметры воздействия, может со спасительной быстротой отреагировать на него определенным эмоциональным состоянием, т. е. определить, полезно или вредно для него данное конкретное воздействие».

Эмоции возникают в ответ на ключевые особенности явлений, отвечающие или не отвечающие потребностям индивида.

Эмоции двувалентны – они или положительны, или отрицательны – объекты или удовлетворяют, или не удовлетворяют соответствующие потребности. Отдельные жизненно важные свойства предметов и ситуаций, вызывая эмоции, настраивают организм на соответствующее поведение.

Эмоции – механизм непосредственной оценки уровня благополучности взаимодействия организма со средой. Уже элементарный эмоциональный тон ощущения, приятные или малоприятные простейшие химические или физические воздействия придают соответствующее своеобразие жизнедеятельности организма. Но и в самые трудные, роковые мгновения нашей жизни, в критических обстоятельствах эмоции выступают как основная поведенческая сила. Будучи непосредственно связанными с эндокринно-вегетативной системой, эмоции экстренно включают энергетические механизмы поведения.

Эмоции являются внутренним организатором процессов, которые регулируют внешнее поведение индивида в напряженных ситуациях. Так, эмоция страха, возникая в крайне опасной ситуации, обеспечивает преодоление опасности путем активизации ориентировочного рефлекса, торможения всех побочных текущих деятельностей, напряжения необходимых для борьбы мышц, учащения дыхания и сердцебиения, изменения состава крови, повышения ее свертываемости на случай ранений, мобилизации резервов из внутренних органов.

По механизму происхождения эмоции связаны с инстинктами. Так, в состоянии гнева у человека появляются реакции его отдаленных предков – оскал зубов, движение скул, сужение век, ритмические сокращения мышц лица и всего тела, сжимание кулаков, готовых для удара, прилив крови к лицу, принятие угрожающих поз.

Некоторое сглаживание эмоций у социализированного человека происходит за счет возрастания роли волевой регуляции. В критических же ситуациях эмоции неизменно вступают в свои права и нередко берут руководство «в свои руки», осуществляя диктатуру над разумным поведением человека.

Эмоциональные проявления связаны с деятельностью человека. Мы уже отмечали, что психическое отражение есть сигнальное отражение, чувствительность к тому, что так или иначе ориентирует организм в окружающей среде. Это отражение пристрастное, заинтересованное, потребностно направленное, деятельностно ориентированное. Каждый психический образ дает информацию о возможности взаимодействия с объектом отражения. Из множества вариантов поведения человек избирает тот, к которому у него «лежит душа». Все живое изначально расположено к тому, что соответствует его потребностям, и к тому, посредством чего эти потребности могут быть удовлетворены.

Человек действует только тогда, когда его действия имеют смысл. Эмоции и являются врожденно сформированными, спонтанными сигнализаторами этих смыслов. Познавательные процессы формируют психический образ, эмоциональные процессы ориентируют избирательность поведения.

Положительные эмоции, постоянно сочетаясь с удовлетворением потребностей, сами становятся настоятельной потребностью. Длительное лишение положительных эмоциональных состояний может привести к отрицательным психическим деформациям. Замещая потребности, эмоции становятся побуждением к действию.

Эмоции генетически связаны с инстинктами и влечениями. Но в общественно-историческом развитии сформировались специфические человеческие высшие эмоции – чувства, обусловленные социальной сущностью человека, общественными нормами, потребностями и установками. Исторически сформированные устои социального сотрудничества порождают у человека нравственные чувства – чувство долга, совести, чувство солидарности, сочувствия, а нарушение этих устоев – чувство возмущения, негодования и ненависти.

В практической деятельности человека сформировались практические чувства, с началом его теоретической деятельности связано зарождение его интеллектуальных чувств, а с возникновением образно-изобразительной деятельности – эстетических чувств.

Различные условия жизнедеятельности, направления деятельности индивида развивают различные стороны его эмоциональности, нравственно-эмоциональный облик личности. Формирующаяся в процессе становления личности эмоциональная сфера становится мотивационной базой ее поведения.

В мозаике чувств конкретного индивида отражается структура его потребностей, строение личности. Сущность человека проявляется в том, что его радует и печалит, к чему он стремится и чего избегает.

Если чрезмерно сложная жизненная ситуация превышает приспособительные возможности индивида – происходит избыточное перевозбуждение его эмоциональной сферы. Поведение индивида при этом смещается на более низкие уровни регуляции. Избыточная энергетизация организма при блокировании высших регуляционных механизмов приводит к соматическим нарушениям и нервным срывам. (Когда «Титаник» потерпел крушение в результате столкновения с айсбергом, подоспевшие через три часа спасатели обнаружили в шлюпках множество умерших и сошедших с ума людей – взрыв эмоций страха подавил их жизнедеятельность. Запредельное эмоциональное напряжение вызвало у многих из них инфаркты и инсульты.)

Во множестве эмоциональных проявлений выделяются четыре исходные эмоции: радость (удовольствие), страх, гнев и удивление. Большинство же эмоций имеет смешанный характер, так как они обусловливаются иерархически организованной системой потребностей. Наряду с этим одна и та же потребность в различных ситуациях может вызвать различные эмоции. Так, потребность самосохранения при угрозе со стороны сильного может вызвать страх, а при угрозе со стороны слабого – гнев.

Особенно интенсивное эмоциональное обеспечение получают те стороны поведения, которые являются «слабыми местами» для данного индивида.

Эмоции выполняют функцию не только текущего, но и опережающего подкрепления. Чувство радости или тревоги возникает уже при планировании будущего поведения.

Итак, эмоции, как и ощущения, – это базовые явления психики. В ощущениях отражается материальность бытия, в эмоциях – субъективно-значимостные его стороны Познание дает знание – отражение объективных свойств и взаимосвязей действительности; эмоции придают этому отражению субъективный смысл. Спонтанно определяя значимость воздействий, они мгновенно замыкаются на импульсивные реакции.

Эмоции – механизм экстренного определения тех направлений поведения в данной ситуации, которые ведут к успеху, и блокирования бесперспективных направлений. Эмоционально воспринимать объект – значит усматривать возможность взаимодействия с ним

. Эмоции как бы расставляют смысловые метки на воспринимаемых объектах и актуализируют соответствующую ориентировочную деятельность индивида, влияют на формирование внутреннего плана поведения. В многообразных жизненных ситуациях эмоции обеспечивают мгновенную первичную ориентировку, побуждая к использованию наиболее результативных возможностей и перекрывая бесперспективные направления поведения. Можно сказать, что эмоции – механизм интуитивного смыслообразования, спонтанного распознания первоочередных возможностей и необходимостей, механизм экстренного определения полезности или вредности внешнего воздействия, механизм стереотипного поведения в соответствующих ситуациях.

Эмоции в свете психологии морали Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ

УДК 17.024

ЭМОЦИИ В СВЕТЕ ПСИХОЛОГИИ МОРАЛИ

А.В. Абрамова

Раскрываются терминологические особенности понятия «эмоция», связанные не только со спецификой употребления, но и обнажающие проблему происхождения и действия эмоций. Кроме того, выявляется необходимость исследования эмоций в психологической и этической плоскости в связи с их влиянием на нравственное поведение человека.

Ключевые слова: эмоция, чувство, этика, психология морали, нравственное поведение.

Феномен человеческих эмоций является предметом исследования различных гуманитарных и естественных наук. До недавнего времени эмоции не выделялись в качестве самостоятельного объекта исследования, будучи растворенными в традиционной философской дихотомии чувственного и рационального. Сам термин «эмоция» приобрел широкое хождение в философии XX века. Известный исследователь в области философии эмоций Роберт Соломон в предисловии к сборнику статей «Thinkinga-boutFeeling» англо-американских философов отмечает, что «для многих современных философов очевидно, что эмоции «созрели» для философского анализа, став сегодня буквально «мейтстримом» [13, с. 3]. Это связано, прежде всего, с тем, что на сегодняшний день эмоции стали предметом междисциплинарных исследований: раскрытием природы эмоций занимается не только психология, нейрофизиология и психофизиология, имеющие непосредственное отношение к структуре человеческой природы, но и философия, а точнее философия морали, ставящая перед собой интегративную задачу, связанную с установлением смыслообразующих связей между человеческим естеством и нравственным поведением, вызванным эмоциями.

Потому наш интерес обусловлен этической атмосферой, возникшей вокруг понятия эмоций в контексте современных исследований человека. При этом «необходимо учитывать и социально-психологическую…традицию» [12, с. 92]. Однако чтобы изучать проблему эмоционального в этической плоскости, необходимо различать вообще сходства и различия специфики исследований этики и психологии в рам-

ках изучения человека. Не умаляя значения собственно психологии, ибо для нас в этой связи важны ее эмпирические открытия, требуется принимать в расчет следующее воззрение: «Исследования психолога и психиатра движутся по плоскости несомненно существующей, но все же именно по плоскости, тогда как у явлений имеется второй метафизический смысл, и не плоский, а неисчерпаемо глубокий» [7, с. 29].

Философы, пишущие на темы морали, мыслят примерно в том же ключе. Р. Г. Апресян отмечает, что в этике термины «эмоция», «эмоциональное» отличны от психологических терминологических аналогов, и это необходимо учитывать в исследованиях, поскольку «преувеличенный акцент на эмоциональной стороне морали приводит к отождествлению этического и психологического подходов» [1, с. 4]. Данный методологический постулат выполняет функцию сохранения определенного баланса интересов этики и психологии без ущерба друг для друга.

Тем не менее, не нужно забывать тот факт, что все науки, включая психологию, были изначально частью философии. Предметная автономи-зация привела к дифференциации, но не полной — просто в целях более детального изучения окружающего мира гораздо удобнее его фрагментиро-вать. Однако основной целью философии остается интеграция существующих знаний, вот почему нельзя игнорировать уже существующие психологические знания и открытия об эмоциях, несмотря на то, что природа подобного явления остается одной из самых таинственных. Длительное время сами этики выводили эмоции за границы исследований; но «неизученность» не есть абсолютная иррациональность, поэтому нельзя отрицать влияние эмоциональной составляющей на моральное поведение только в силу того, что имеется трудность и даже кажущаяся невозможность установления природы эмоций, а также — желания простому следованию за традиционным постулированием их стихийности и не-когнитивности.

Следы общности сильно проявляются в этике и психологии: «Этика — это еще одна область, которую философы <…> делят с психологией. Хотя этика, главным образом, занимается вопросом, как людям следует себя вести, практическая этика зависит от понимания человеческой природы. Добры ли люди по своей натуре? Какие мотивы существуют у людей? Какие из них следует приветствовать, а какие подавлять? Являются ли люди общественными существами? Существует ли общий стиль хорошей жизни, которого следует придерживаться всем? Подобные вопросы по сути своей психологические, и ответить на них можно, изучив человеческую природу. .. То есть этические представления проявляются во многих отраслях психологии» [6, с. 13].

В то же время отличия также весьма существенны. Во многом онтологическая граница между этикой и психологией выражена в известной мысли С. Л. Рубинштейна: «Человек — это большая тема мировоззренческого плана и, прежде всего, этического порядка <. > проблема этическо-

го — проблема самой сущности человека в его отношении к другим людям)» [10, с. 268].

Подобная позиция разделяется многими исследователями, как этиками, так и психологами. Наиболее содержательная и продуктивная дискуссия относительно онтологических и методологических границ двух наук изложена в книге «Психология и этика: опыт построения дискуссии» (1999). Ю. А. Шрейдер проблематизировал возможность взаимоотношения этики и психологии, исходя из их предметных различий: «А есть ли такое взаимоотношение? Ведь в принципе они противоречат друг другу. Это парадоксально, но это факт. Психология построена на том, что человек действует, думает, чувствует, развивается по некоему Закону, на основе которого можно извне направлять, детерминировать путь человека. Тестирование, кстати, один из способов такого управления. Этика же исходит из противоположной установки — свободы воли: только тогда и становится возможным сам этический поступок. Поступок возникает ни почему, как свободный акт воли. Этика основывается на том, что я делаю так, как хочу — потому, что мне так хочется. А психология изучает именно то, что же мне хочется.

Это не отрицание психологии, это различение ее с этикой. Психология показывает, как происходит этическое поведение: какие механизмы приводят к ощущению трудности поступка, что в человеке сопротивляется ему, какие механизмы приводят к отказу от поступка. А этика по своей сути антипсихологична. «Как» ее не волнует. Ее интересует содержание поступка, а не психологический фон. Именно поэтому в жизни этическое призвано контролировать психологическое. Так и должно быть, а не наоборот. Это самое главное» [8, с. 25].

Дано достаточно емкое определение предметных областей этики и психологии, показывающее невозможность их смешения без ущерба для обеих. Действительное расхождение между этикой и психологией, проходящее по линии «антипсихологичность этики» и «внеэтичность психологии», соответствует фундаментальной этической дихотомии сущего/должного. Однако таковой факт не должен стать камнем преткновения в споре о важности и первостепенности рассматриваемых областей знаний. Кроме того, прикладная этика не способна обходиться без возможности опоры на конкретный реальный опыт, отсюда необходимо просто признать существование специфики методологических подходов. Вот почему нельзя исключать этического исследования богатого эмпирического материала, синтеза необходимых для нас знаний этих двух областей, которые могут быть отнесены уже к психологии морали, что позволит по-новому взглянуть на причины морального поведения сквозь призму психологических открытий.

Итак, каким образом эмоции трактуются в психологии? Практически любой учебник, словарь, диссертация, монография по психологии, ру-

ководства по психологическим тренингам и т. д. обязательно содержат раздел, посвященный эмоциям. Рассмотрим наиболее общее понимание эмоций, принятых в психологии.

Школьно-академическая трактовка эмоций выглядит следующим образом. Большой психологический словарь дает следующие определения эмоции: «(от лат. emovere — волновать, возбуждать) — особый класс психических процессов и состояний (человека и животных), связанных с инстинктами, потребностями, мотивами и отражающих в форме непосредственного переживания (удовлетворения, радости, страха и т. д.) значимость действующих на индивида явлений и ситуаций для осуществления его жизнедеятельности. Сопровождая практически любые проявления активности субъекта, Э. служат одним из главных механизмов внутренней регуляции психической деятельности и поведения, направленных на удовлетворение актуальных потребностей… Э. возникли в процессе эволюции как средство, при помощи которого живые существа определяют биологическую значимость состояний организма и внешних воздействий».

Индивиду традиционно зачастую подменять понятия «эмоции» и «чувства»; тогда как эмоции отличаются от чувств и аффектов (особый вид эмоциональных явлений, отличающихся большой силой).

Чувства в словаре трактуются так: «Устойчивые эмоциональные отношения человека к явлениям действительности, отражающие значение этих явлений в связи с его потребностями и мотивами; высший продукт развития эмоциональных процессов в общественных условиях. … В отличие от собственно эмоций и аффектов, связанных с конкретными ситуациями, Ч. выделяют в воспринимаемой и представляемой действительности явления, имеющие для человека стабильную потребностно-мотивационную значимость».

Чувства формируются позже эмоций: «В онтогенезе Ч. проявляются позже, чем собственно эмоции; они формируются по мере развития индивидуального сознания под влиянием воспитательных воздействий семьи, школы, искусства. Возникая как результат обобщения отдельных эмоций, сформировавшиеся Ч. становятся образованиями эмоциональной сферы человека, определяющими динамику и содержание ситуативных эмоциональных реакций».

Чувства представляют собой более высокий уровень духовного развития человека, нежели эмоции: «В содержании доминирующих Ч. человека выражаются его мировоззренческие установки, направленность, т. е. важнейшие характеристики его личности» [3, с. 602, 622]. Таким образом, «сознающая себя конкретная личность обнаруживает себя в акте самосознания и в проекции своих сознательно-волевых актов в мир» [9, с. 42].

Словарные дефиниции важны, поскольку они репрезентируют обобщенное понимание, присущее научному сообществу. Это, можно сказать, социальная репрезентация научного этоса, свидетельствующая о том,

что понятие «чувство» имеет большую философскую коннотацию, нежели «эмоция». Словарь фиксирует эмоциональную устойчивость чувства и его связанность с социальными и духовными смыслами, в то время как смысл термина «эмоции» концентрируются вокруг биологических реалий.

Многомерная трактовка эмоций дана в классических работах американского ученого К. Изарда. Психолог представляет определение эмоций, которое включает три компонента: осознаваемое ощущение эмоций; процессы, происходящие в нервной, эндокринной, дыхательной, пищеварительной и других системах организма; поддающиеся наблюдению выразительные комплексы эмоции, в частности те, которые отражаются на лице.

К. Изард разделяет тезис Дарвина о врожденности и универсальности эмоций. Это означает следующее: «эмоции имеют врожденные нейронные программы, универсально понимаемую экспрессию и общие переживаемые качества» [4, с. 29]. Следует отметить, что данное предположение существенным образом повлияло на развитие нейропсихологии.

Особенность данной работы в том, что ученый с биологической позиции рассматривает вопрос о роли эмоций в развитии совести и морали. Например, чувство вины им полагается фундаментальной эмоцией: «Вина имеет особое влияние на развитие личной и социальной ответственности и на развитие совести. <…> совесть состоит в основном из аффективно-когнитивных структур, которые включают предписания различных общественных институтов» [4, с. 396].

Фундаментальное феноменологическое описание эмоций содержится в трудах С.Л. Рубинштейна. В основании трактовки эмоций лежат человеческие переживания и отношения. Личность не просто действует, но еще и переживает, что с ней происходит, и относится к тому, что ее окружает. «Переживание этого отношения человека окружающего составляет сферу чувств или эмоций. Чувство человека — это отношение его к миру, к тому, что он испытывает и делает, в форме непосредственного переживания» [10, с. 551].

Соотношение эмоций и чувств С. Л. Рубинштейн трактует следующим образом: «Генетически, несомненно, эмоции были первоначально связаны с инстинктами и влечениями. Связь эта сохраняется, но неправильно отождествлять чувства человека исключительно с инстинктивными реакциями и примитивными влечениями. Эмоциональная сфера проходит длинный путь развития — от примитивной чувственной, аффективной реакции у животного к высшим чувствам человека. Чувства человека — это чувства исторического человека» [10, с. 555].

В среде психологии весьма распространена теория К. Леонгарда, в которой выделен отдельный эмотивный тип личности. Прежде всего, у Леонгарда этическое трактуется как психологическое и через психологическое. Анализируя случаи убийств, совершенных «примитивными лично-

стями эпилептоидного типа», ученый приходит к заключению, что у них «отсутствует («выпадает») тот участок развития психики, в ведении которого находятся этические общественные нормы. Эта филогенетическая новая сфера человеческой психики, на уровне которой благоразумие обретает господство над инстинктами и неконтролируемыми побуждениями, у таких личностей вообще не развита» [5, с. 154-155].

Эгоизм также трактуется этически: «Нет оснований утверждать, что эгоистические устремления носят патологический характер: просто их осуществлению ничто не препятствует. Любому человеку хотелось бы добиться почета и материальных благ, но у большинства людей достаточно развито этическое начало, чтобы не позволить себе идти к цели «по трупам». Но существуют лица, у которых тщеславие и жадность выходят за пределы нормы» [5, с. 335].

Выделяя «эмотивные личности», Леонгард пишет, что «эмотив-ностъ характеризуется чувствительностью и глубокими реакциями в области тонких эмоций. Не грубые чувства волнуют этих людей, а те, что мы связываем с душой, гуманностью и отзывчивостью» [5, с. 198].

Большой вклад в разработку психологической теории эмоций с точки зрения агрессии внес Л. Берковиц. Ученый рассматривает феномен «эмоциональной агрессии», трактуя агрессию как эмоциональную реакцию, управляемой желанием причинить вред. Исследователь дает такую дефиницию эмоциональной агрессии: «эта агрессия, вызванная интенсивными внутренними физиологическими и моторными реакциями индивида. Внутреннее возбуждение стимулирует агрессию (или агрессивную тенденцию), которая вызывает попытки причинить ущерб жертве» [2, с. 48-49].

Большой раздел в книге посвящен теориям эмоций, в том числе когнитивным концепциям эмоций. Когнитивные концепции, считает Л. Берковиц, значительно ближе к повседневному пониманию эмоций, расценивающие мысли как необходимые детерминанты эмоциональных реакций. В действительности, полагает ученый, развитие эмоционального переживания значительно сложнее того, что видится при когнитивном подходе. Он считает, что «идеационные, физиологические и экспрессивно-моторные реакции образуют основу эмоционального переживания. Мысли и убеждения вступают в действие после того, как возбуждаются инициальные базовые эмоциональные реакции» [2, с. 114].

Весьма популярно и перспективно исследований эмоций с позиции нейропсихологии. Здесь исследователи полагают: «. ..есть надежда, что именно через анализ патологий эмоций, через изучение различных форм нарушения эмоциональной сферы будут получены знания, которые помогут создать наконец единую непротиворечивую общепсихологическую концепцию эмоций» [11, с. 5].

Отмечается особый статус эмоций в общей структуре психики, проявляющийся в их «первичности»: «Эмоции — более древняя («первичная»)

форма отражения, чем в значительной степени более осознанные, опосредованные речью познавательные процессы, и их главное назначение — сигнализировать о пользе или вреде для организма того или иного явления. Это оценка знака явления (положительного или отрицательного) является первичной» [11, с. 8-9]. Эмоциональная оценка предшествует логической. Нужно признать — очень важное наблюдение, раскрывающее природу человеческого сознания, в котором эмотивный фактор оказывается более существенный, нежели рациональный.

В целом следует помнить, что психологические теории эмоций восходят к Аристотелю, его «учению о душе». При этом, восприятие эмоций как области неосознанных инстинктивных реакций биологического свойства, даже имеющих некоторый когнитивный характер, остается в современной психологии доминирующим.

Психология в принципе трактует эмоции как реакции приспособления к окружающей среде; из нее не искореним эволюционный след. С одной стороны, эмоции помогают приспособиться, так как сигнализируют, скажем, о возможной опасности, а с другой, попадая в социальный контекст, они могут быть неприемлемыми (деструктивными, нежелательными и т.д.). Психология в расширенном смысле — это прагматика эмоций; поэтому и тренинг — способ обуздать, направить, контролировать эмоции, сделать их социально приемлемыми. Поэтому психологи тщательно изучают эмоции, создают бесконечные теории и практические курсы. И достижения психологии в области эмоций неоспоримо высоки.

Вопрос же, переведенный в философскую плоскость, может звучать так: а все ли психология знает об эмоциях, вернее, то ли она знает, обладает ли она истинным знанием о той реальности, которую называет «эмоциональным»? Вообще, насколько человек выразим, истин и постижим в эмоциях? На эти вопросы может ответить только этика. Вот почему необходимо использовать новейшие эмпирические открытия в области психологии и нейрофизиологии для освещения вопросов морали.

Список литературы

1. Апресян Р.Г. Когнитивный аспект функционирования эмоций и интеллекта в нравственности // Рациональное и эмоциональное в морали / под ред. А. И. Титаренко, Е. Л. Дубко. М.: Изд-во МГУ, 1983. 156 с.

2. Берковиц Л. Агрессия: причины, последствия и контроль. СПб.: Прайм-Еврознак, 2001. 512 с.

3. Большой психологический словарь / под ред. Б.Г. Мещерякова, В.П. Зинченко. СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2006. 666 с.

4. Изард К.Эмоции человека. М.: Изд-во МГУ, 1980. 439 с.

5. Леонгард К. Акцентуированные личности. Ростов н/Д.: Феникс, 2000. 544 с.

6. Лихи Т. История современной психологии. СПб: Питер, 2003.

448 с.

7. Мейер Г.А. Свет в ночи (о «Преступлении и наказании»: Опыт медленного чтения). Франкфурт на Майне: Посев, 1967. 515 с.

8. Психология и этика: уровни сопряжения // Психология и этика: опыт построения дискуссии. Самара: БАХРАХ, 1999. 128 с.

9. Репин Д.А., Юрков С.Е. Концепция внутреннего опыта в метафизической мысли русских персоналистов // Известия ТулГУ. Гуманитарные науки. Вып. 3. Ч. 1. Тула: Изд-во ТулГУ, 2013. С. 40-48.

10. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. СПб.: Питер, 2007. 713 с.

11. Хомская Е.Д. Мозг и эмоции: нейропсихологическое исследование. М.: Рос.пед. агентство, 1998. 266 с.

12. Юрков С.Е. Проблемы современной этики и Л.Н.Толстой // Известия ТулГУ. Гуманитарные науки. Вып. 1. Тула: Изд-во ТулГУ, 2011. С. 92-101.

13. Thinking about Feeling. Contemporary Philosophers on Emotions / edited by Robert C. Solomon. NewYork: Oxford University Press, 2004. 312 p.

Абрамова Анастасия Владимировна, канд. филос. наук, доц., зав. кафедрой, [email protected], Россия, Тульский филиал Российской международной академии туризма.

EMOTIONS IN THE SPHERE OF PSYCHOLOGY OF MORAL A.V. Abramova

This article is devoted to the terminological peculiarities of the notion of «emotion», which are connected not only with a specific character of its usage, but also reveal the problem of the origin and functioning of emotions. In addition, there was outlined the necessity of research of emotions not only in the psychological, but also in the ethical sphere because of their impact on the moral behaviour of a person.

Key words: emotion, feeling, ethics, psychology of moral, moral behaviour.

Abramova Anastasiya Vladimirovna, PhD (Philosophy), Associate Professor, Head of Department, [email protected], Russia, Tula, Russian International Academy for Tourism.

Новосибирский государственный архитектурно-строительный университет — Сибстрин

Студенты Сибстрина познакомились с Уполномоченным по правам человека в Новосибирской области

15 марта 2021 года в университете состоялась встреча с Уполномоченным по правам человека Новосибирской области Ниной Николаевной Шалабаевой. Целью визита, организованного Центром по внеучебной и воспитательной работе НГАСУ (Сибстрин), стало ознакомление студентов с деятельностью омбудсмена и воспитание их правовой грамотности. На встрече присутствовало более 100 студентов 1-4 курса. Должность Уполномоченного по правам человека в Новосибирской области учреждена в целях обеспечения дополнительных гарантий государственной защиты прав, свобод и законных интересов человека и гражданина, а также содействие совершенствованию законодательства в сфере их защиты, участие в деятельности по правовому просвещению и другое. Нина Николаевна Шалабаева рассказала о становлении…

Афиша фестиваля студенческого творчества «Звездопад НГАСУ (Сибстрин) 2021», посвященного Году науки и технологий в России

С 12 по 18 марта 2021 года в НГАСУ (Сибстрин) пройдет традиционный, 18-й по счету фестиваль студенческого творчества «Звездопад» между факультетами/институтами университета. Его цель – укрепление и расширение творческого контакта между студентами, открытие новых имен среди творческой молодежи вуза, а также поднятие престижа Сибстрина и строительной профессии среди учащихся и абитуриентов города. Предстоящий фестиваль носит название «Шаг вперед» и будет посвящен Году науки и технологий в России. Афиша фестиваля «Звездопад 2021»: 12 марта – Интеллектуальный турнир. Начало в 16.00 в холле 3-го этажа четвертого учебного корпуса…

НГАСУ (Сибстрин) получил благодарность за участие в проведении Международной конференции Университета ШОС

11 марта 2021 года на рабочем совещании руководителей и сотрудников международных служб высших учебных заведений города Новосибирска представителям НГАСУ (Сибстрин) были вручены Благодарственные письма министра образования Новосибирской области С.В. Федорчука. Сергей Владимирович высоко оценил вклад НГАСУ (Сибстрин) в подготовку и проведение мероприятий Международной научной конференции Университета Шанхайской организации сотрудничества «Университет ШОС: глобальные вызовы и возможности устойчивого развития до 2030 года». Напомним, что 3-4 декабря 2020 года в онлайн формате состоялась Международная научная конференция «Глобальные вызовы и возможности устойчивого развития до 2030 года» с участием Новосибирского государственного архитектурно-строительного университета (Сибстрин).

«Как рождаются эмоции»

Правда ли, что эмоции даны нам от рождения и что они не что иное, как реакция нашей нервной системы на внешний раздражитель? Что эмоции универсальны и едины для представителей всех культур и времен? Лиза Фельдман Барретт, автор книги «Как рождаются эмоции», которую издательство «Манн, Иванов и Фербер» выпускает в русском переводе Евгения Поникарова, дает неожиданный ответ на эти и множество других вопросов. Предлагаем читателям N + 1 познакомиться с главой из этой книги.

2 Эмоции конструируются

Пожалуйста, посмотрите на черные пятна на рис. 2.1.

Если вы видите эти пятна в первый раз, ваш мозг с трудом придает им смысл. Нейроны вашей зрительной коры обрабатывают линии и края. Ваше миндалевидное тело быстро возбуждается, поскольку на входе имеется нечто новое. Другие зоны мозга просеивают ваш прошлый опыт, чтобы определить, не встречались ли вы с чем-то подобным ранее, и общаются с вашим телом, чтобы подготовить его к пока-еще-неопределенному действию. Вероятнее всего, вы находитесь в состоянии эмпирической слепоты, видя только черные пятна непонятного происхождения.

Чтобы вылечить свою эмпирическую слепоту, посмотрите на изображение [ниже — прокрутите три-четыре экрана вниз]. Затем вернитесь обратно к этой странице. Вы будете видеть не бесформенные пятна, а знакомый объект.

Что произошло в вашем мозге для того, чтобы поменять ваше восприятие этих пятен? Ваш мозг добавил нечто из полной фотографии в обширный массив предыдущего опыта и сконструировал знакомый объект, который отныне вы видите в пятнах. Нейроны в вашей зрительной коре поменяли уровень возбуждения и создали линии, которых нет, связав пятна в форму, которая физически не существует. В некотором роде у вас галлюцинации. Не галлюцинации ужасного вида «мне лучше в больницу», а повседневные галлюцинации «мой мозг построен, чтобы работать вот так».

Работа с рис. 2.1 подталкивает к нескольким инсайтам. Ваш прошлый опыт — от прошлых встреч, фотографий, фильмов и книг — придает смысл вашим будущим ощущениям. Кроме того, весь процесс конструирования для вас невидим. Как бы вы ни старались, вам не удастся заметить или почувствовать, что вы строите этот образ. Нам нужен специально разработанный пример, чтобы обнаружить тот факт, что такое конструирование произошло. Вы осознанно испытали сдвиг от неизвестного к известному, поскольку видели рис. 2.1 до и после того, как у вас имелось знание, как он был нарисован. Этот процесс конструирования настолько привычен, что вы, видимо, никогда больше не увидите это изображение в виде бесформенных пятен, даже если будете стараться выкинуть его из головы и вернуться к эмпирической слепоте.

Этот фокус мозга настолько обычен и нормален, что психологи открывали его раз за разом, прежде чем поняли, как он работает. Мы будем называть его симуляцией. Это означает, что ваш мозг меняет возбуждение собственных сенсорных нейронов в отсутствие поступающего входного сенсорного сигнала. Симуляция может быть визуальной, как в случае с нашей картинкой, или затрагивать другие чувства. Слышали когда-нибудь в голове песню, от которой никак не получалось избавиться? Такая слуховая галлюцинация тоже является симуляцией.

Вспомните, как кто-то однажды дал вам красное сочное яблоко. Вы взяли его, откусили и ощутили яркий вкус. В эти моменты возбуждались нейроны в сенсорной и моторной областях вашего мозга. Двигательные нейроны возбуждались, чтобы обеспечивать ваши движения, а сенсорные нейроны возбуждались, чтобы обрабатывать ваши ощущения от яблока, например его красный цвет с зеленым боком; его гладкость в руке; его свежий растительный аромат; хруст, который слышится, когда вы откусываете; и его резкий вкус с оттенком сладковатости. Другие нейроны заставляют ваш рот наполняться влагой, чтобы высвободить ферменты и начать пищеварение, высвобождающее кортизол для подготовки вашего тела к тому, чтобы включить сахар в яблоке в процессы обмена веществ, а некоторые нейроны, возможно, создают ощущение тошноты и подведенного желудка. И вот что замечательно: сейчас, когда вы прочитали слово «яблоко», ваш мозг реагировал в определенной степени так, как если бы яблоко имелось на самом деле. Ваш мозг комбинировал фрагменты знания о предыдущих яблоках, которые вы видели и пробовали, и менял возбуждение нейронов в сенсорной и моторной областях, чтобы сконструировать психический образец для понятия «яблоко». Ваш мозг симулировал несуществующее яблоко с помощью сенсорных и двигательных нейронов. Это происходит так же быстро и незаметно, как сердцебиение.

Когда моя дочь праздновала двенадцатилетие, мы использовали силу симуляции (и неплохо позабавились), устроив вечеринку «отвратительной еды». Когда гости собрались, мы подали им пиццу, обработанную зеленым красителем так, чтобы сыр выглядел заплесневевшим, и персиковое желе с кусочками плодов, которое выглядело как рвота. В качестве напитков мы использовали белый виноградный сок в медицинских сосудах для сбора мочи. Все испытывали восторженное отвращение (прекрасный юмор двенадцатилетних), и несколько гостей не смогли заставить себя прикоснуться к еде, поскольку непроизвольно симулировали неприятный вкус и запах. Гвоздем программы была, однако, игра, которой мы занялись после обеда: простой конкурс по идентификации пищи по запаху. Мы использовали пюре для детского питания — персики, шпинат, мясо и так далее — и намазывали его на подгузники, чтобы они выглядели в точности как детские какашки. Хотя гости и знали, что перед ними еда, некоторые из них фактически давились от симулированного запаха.

Симуляция — это догадки вашего мозга о том, что происходит в мире. В момент любого пробуждения вы сталкиваетесь с неопределенной шумной информацией, поступающей от глаз, ушей, носа и других органов чувств. Ваш мозг использует прошлый опыт, чтобы сконструировать гипотезу — симуляцию, — и сравнивает ее с какофонией, поступающей извне. При этом симуляция позволяет вашему мозгу выделить значимые сигналы из шума, выбирая то, что относится к делу, и игнорируя остальное.

Открытие симуляции в конце 1990-х годов возвестило новую эру в психологии и нейронауках. Научные свидетельства говорят, что то, что мы видим, слышим, ощущаем тактильно, носом или на вкус, в значительной степени является симуляцией мира, а не реакциями на него. Дальновидные мыслители делают предположение, что симуляция является основным механизмом не только для восприятия, но также для понимания языка, переживания эмпатии, воспоминаний, воображения, мечтания и многих других психологических явлений. Здравый смысл подсказывает нам, что мышление, восприятие и мечтание — совершенно разные события душевной жизни (как минимум для тех, кто принадлежит к западной культуре), тем не менее существует единый процесс, который описывает их всех наилучшим образом. Симуляция — это автоматическая настройка всей умственной деятельности. Это также ключ к разгадке секрета, как мозг создает эмоции.

Вне вашего мозга симуляция может вызвать ощутимые изменения в вашем теле. Давайте устроим небольшую творческую симуляцию с нашей пчелой. Ваш мысленный взор направлен на пчелу на лепестке благоухающего белого цветка, шевелящуюся в поисках пыльцы. Если вы любите пчел, то трепет воображаемых крыльев немедленно заставляет ваши нейроны приготовить ваше тело к тому, чтобы подойти и посмотреть поближе, — ваше сердце готовится биться быстрее, потовые железы наполняются, кровяное давление снижается. Или, если вас в прошлом пчела больно жалила, ваш мозг может формировать несколько иную схему физических изменений — готовить тело, чтобы вы убежали или прихлопнули насекомое. Каждый раз, когда ваш мозг симулирует входной сенсорный сигнал, он готовит автоматические изменения в вашем теле, которые могут менять ваши переживания.

Связанные с пчелой симуляции коренятся в вашем понятии о том, что такое «пчела». Это понятие включает не только информацию о самой пчеле (как она выглядит, как жужжит, как вы воздействуете на нее, какие изменения в вашей вегетативной нервной системе позволяют проделать ваше действие и так далее), но также информацию, содержащуюся в других понятиях, связанных с пчелами («луг», «цветок», «мед», «жало», «боль» и так далее). Вся эта информация объединяется с вашим понятием «пчела» и определяет симуляцию пчелы в этом конкретном контексте. Таким образом, понятие вроде «пчелы» является совокупностью нейронных шаблонов в вашем мозге, представляющих ваш прошлый опыт. Ваш мозг разнообразными способами сочетает эти шаблоны, чтобы воспринимать мир и гибко руководить вашими действиями в новых ситуациях.

Используя ваши понятия, мозг одни вещи группирует, а другие отделяет. Вы можете посмотреть на три возвышенности и на основании своего опыта воспринять две из них как «холмы», а одну как «гору». Конструирование трактует мир как лист теста для выпечки, а ваши понятия являются формочками, которые вырезают границы, — не потому что границы естественны, а потому что они полезны или желательны. Конечно, эти границы имеют физические ограничения; вы никогда не воспримете гору как озеро.

Ваши понятия являются главным инструментом, который использует мозг, чтобы догадаться о значении входных сенсорных сигналов. Например, понятия придают смысл изменениям звукового давления, и вы воспринимаете их как слова или музыку, а не как случайный шум. В западной культуре бо?льшая часть музыки основана на октаве, разделенной на двенадцать равных интервалов: равномерно темперированный строй, закрепленный Иоганном Себастьяном Бахом в XVIII веке. Все люди западной культуры с нормальным слухом имеют понятие о такой общепринятой шкале, даже если они не могут точно описать ее. Однако не вся музыка применяет эту шкалу. Когда западные люди впервые слышат индонезийский гамелан, который основан на семи делениях октавы с переменными настройками, вероятнее всего, эти звуки представляются шумом. Мозг, который привязан к двенадцатитоновой шкале, не имеет понятия для такой музыки. Лично я практически глуха к дабстепу, хотя моя дочь-подросток понятие о нем, разумеется, имеет.

Понятия также придают значение химическим веществам, которые создают вкус и запах. Если я подам вам розовое мороженое, вы, видимо, ожидаете (симулируете) вкус клубники, но если у него оказывается вкус рыбы, вы можете счесть его неприятным, возможно, даже отвратительным. Если же я предварительно скажу, что это «охлажденный мусс из лосося», честно предупредив ваш мозг, возможно, вы сочтете тот же самый вкус приятным (при условии, что вам нравится лосось). Вы можете считать, что пища существует в физическом мире, однако фактически понятие «пища» в значительной степени культурное. Очевидно, что имеются некоторые биологические ограничители: вы не можете питаться бритвенными лезвиями. Однако есть некоторые абсолютно съедобные субстанции, которые не все мы воспринимаем как пищу, например хачиноко, японский деликатес из пчелиных личинок, от которого большинство американцев откажется. Это культурное различие обусловлено понятиями.

В любой момент, пока вы живы, ваш мозг использует понятия, чтобы симулировать внешний мир. Без понятий вы эмпирически слепы, как перед изображением пчелы из пятен. С помощью понятий ваш мозг производит симуляцию настолько незаметно и автоматически, что зрение, слух и прочие чувства выглядят скорее рефлексами, чем конструированием.

Теперь рассмотрим такой вопрос: а что, если ваш мозг использует тот же самый процесс для понимания ощущений внутри вашего тела — той сумятицы, которая возникает от сердцебиения, дыхания и прочих внутренних движений?

С точки зрения вашего мозга ваше тело является всего лишь еще одним источником входных сенсорных сигналов. Ощущения от вашего сердца и легких, вашего обмена веществ, изменений температуры и так далее — словно неопределенные пятна на рис. 2.1. Эти чисто физические ощущения внутри вашего тела не имеют объективного физиологического смысла. Но как только ваше понятие обращается к внятной картинке, эти ощущения могут получить дополнительное значение. Если вы чувствуете боль в желудке, садясь за обеденный стол, возможно, вам кажется, что это голод. Если на носу сезон гриппа, вы можете ощущать ту же самую боль как тошноту. Если вы судья в зале суда, возможно, вы отмечаете ту же боль как внутреннее чувство, что защитнику нельзя доверять. В любой определенный момент при определенном контексте ваш мозг использует понятия, чтобы придать значение внутренним ощущениям, так же как и внешним — одновременно. Исходя из боли в желудке, ваш мозг конструирует случай голода, тошноты или недоверия.

Теперь рассмотрим ту же боль в желудке, когда вы нюхаете подгузник с пюре из ягненка, как делали на вечеринке друзья моей дочери. Вы можете ощущать ту же боль как отвращение. Или, если ваш любимый человек только что вошел в комнату, вы можете ощущать ту же боль как порыв желания. Если вы у врача ждете результатов обследования, та же боль может восприниматься как чувство беспокойства. В этих случаях отвращение, желание и беспокойство — понятия, активные в вашем мозге, — это понятия эмоций. Как и ранее, мозг придает смысл боли в желудке вместе с ощущениями от внешнего мира, конструируя частный случай для такого понятия.

Случай эмоции.

Возможно, именно так могут создаваться эмоции.

***

Когда я была студенткой, один парень, участвовавший в моей программе по психологии, пригласил меня на свидание. Я не слишком хорошо его знала и не хотела идти, поскольку, честно говоря, он не был для меня особо привлекательным, однако слишком долго проторчала в лаборатории в тот день, так что согласилась. Когда мы уселись в кафе, к своему удивлению я ощутила, что во время разговора несколько раз покраснела. В животе у меня трепетало и были проблемы с концентрацией. Я поняла, что была неправа. Очевидно, я к нему оказалась неравнодушна. Через час мы разошлись — после того, как я согласилась пойти с ним куда-нибудь снова, — и я, заинтригованная, направилась домой. Я зашла в квартиру, уронила на пол ключи, меня вырвало, и следующие семь дней я провела в кровати с гриппом.

Тот же самый нейронный процесс конструирования, который симулирует пчелу, создавая ее из пятен, также конструирует переживание привлекательности из трепета в животе и покрасневшего лица. Эмоция — это творение вашего мозга из того, что означают ваши телесные ощущения, связанное с происходящим в мире вокруг вас. Философы давно предполагали, что ваша психика придает смысл вашему телу в мире, начиная с Рене Декарта в XVII веке и до Уильяма Джеймса (считающегося отцом американской психологии) в XIX веке. Однако нейронаука сейчас может показать нам, как этот процесс (и много больше) происходит в нашем мозге, создавая эмоцию немедленно на месте. Я называю это объяснение теорией конструирования эмоций:

В каждый момент бодрствования ваш мозг использует прошлый опыт, организованный в виде понятий, чтобы руководить вашими действиями и приписывать значение вашим ощущениям. Когда затронутые понятия являются понятиями эмоций, ваш мозг конструирует случаи явления эмоции.

Если рой жужжащих пчел лезет под вашу дверь, а сердце колотится в груди, прошлые знания вашего мозга о жалящих насекомых придают смысл ощущениям от вашего тела и виду, звукам, запаху и прочим ощущениям от мира, симулируя рой, дверь и страх. Те же самые телесные ощущения в другом контексте, например при просмотре захватывающего фильма о скрытой жизни пчел, могут сконструировать случай волнения. Если вы видите изображение улыбающейся пчелки из мультфильма в детской книге, напоминающее вам о любимой племяннице, которую вы взяли на диснеевский фильм, вы можете в уме сконструировать пчелу, племянницу и случай приятной ностальгии.

Мой опыт в кофейне, когда я переживала влечение во время гриппа, классический взгляд на эмоции назвал бы ошибкой или неправильной атрибуцией, однако это ошибка не в большей степени, чем вид пчелы в куче пятен. Вирус гриппа в моей крови привел к лихорадке и покраснению, а мой мозг придал смысл этим ощущениям с учетом контекста свидания, сконструировав переживание влечения таким же обычным образом, как конструирует любое другое психическое состояние. Если бы я испытывала те же самые телесные ощущения, находясь в постели с термометром, мой мозг, вероятно, сконструировал бы случай «плохого самочувствия», используя тот же самый процесс. (Напротив, классический взгляд на вещи требует, чтобы ощущения влечения и болезни имели различные телесные отпечатки, инициируемые различными цепями в мозге.)

Эмоции — это не реакции на мир. Вы — не пассивный приемник входных сенсорных сигналов, а активный создатель своих эмоций. Используя входные сигналы и прошлый опыт, ваш мозг конструирует значение и предписывает действие. Если у вас нет понятий, которые представляют прошлый опыт, все ваши входные сенсорные сигналы будут простым шумом. Вы не узнаете, что это за ощущения, что их вызвало и как нужно себя вести с ними. Имея понятия, ваш мозг приписывает значение ощущениям, и иногда это значение является эмоцией.

Теория конструирования эмоций и классический взгляд на эмоции совершенно по-разному излагают, как мы познаем мир с опытом. Классический взгляд интуитивно понятен: события в мире инициируют эмоциональные реакции внутри нас. В этой истории участвуют знакомые персонажи вроде чувств и мыслей, которые живут в различных местах мозга. Напротив, теория конструирования эмоций рассказывает историю, которая не соответствует вашей обычной жизни, — ваш мозг невидимым образом конструирует весь ваш опыт, в том числе и эмоции. Ее рассказ включает незнакомых персонажей вроде симуляции, понятий и вырожденности, и все это происходит в мозге одновременно.

Да, эта незнакомая история представляет проблему, поскольку люди ожидают историй с привычной структурой. Предполагается, что в каждой истории о супергерое есть злодей. В каждой романтической комедии нужна привлекательная пара, которая сталкивается с забавным недопониманием, но все заканчивается хорошо. Наша проблема в том, что динамика мозга и вопрос, как устроены эмоции, не следуют линейной истории вида «причина — следствие». (Такая проблема обычна для науки; например, в квантовой механике различие между причиной и следствием не имеет большого значения.) Тем не менее каждая книга должна рассказывать какую-нибудь историю, даже для нелинейной темы вроде функционирования мозга. Мне придется время от времени игнорировать обычные линейные рамки повествования.

Сейчас моя цель — дать вам представление о конструировании эмоций и показать, почему это научное объяснение имеет смысл. Позже мы увидим, что эта теория включает бо?льшую часть современного научного понимания того, как работает мозг, и она объясняет сильную изменчивость в ощущении и восприятии эмоций в повседневной жизни. Она поможет нам, не прибегая к представлениям об эмоциональных цепях или других биологических отпечатках, выяснить, как случаи счастья, печали, гнева, страха и других категорий эмоций конструируются посредством того же мозгового механизма, который создает пчелу из пятен, яблочный сок и запах какашек из размятой пищи.

***

Я не первый человек, который предположил, что эмоции создаются. Теория конструирования эмоций принадлежит к более широкой научной традиции под названием конструктивизм, которая считает, что ваш опыт и поведение создаются в определенный момент биологическими процессами в вашем мозге и теле. Конструирование основано на весьма старом наборе идей, восходящих к античной Греции, когда философ Гераклит произнес знаменитые слова «Нельзя войти в одну и ту же реку дважды», поскольку только разум воспринимает постоянно изменяющуюся реку как определенный водный объект. Сегодня теория конструирования охватывает множество тем, включая память, восприятие, психические заболевания и, разумеется, эмоции.

Подобный подход к эмоциям отличается парой ключевых идей. Одна идея состоит в том, что любая категория эмоций, как гнев или отвращение, не имеет отпечатка. Один случай гнева не обязан походить на другой или ощущаться как другой случай, и его могут вызывать вовсе не те же самые нейроны. Различие — это норма. Ваш диапазон гнева не обязательно таков же, что у меня, хотя если нас рассердить в сходных обстоятельствах, у нас, вероятно, будет какое-то совпадение.

Другая ключевая идея — что эмоции, которые вы переживаете и воспринимаете, не являются неизбежным следствием ваших генов. Можно быть уверенным лишь в том, что у вас есть некоторые понятия, с помощью которых вы придаете значение входным сенсорным сигналам от вашего тела в окружающем его мире, поскольку, как мы увидим в пятой главе, ваш мозг образует для этого специальные связи. Даже одноклеточные животные могут придавать значение изменениям в окружающей среде. Но конкретные понятия вроде «гнева» и «отвращения» не являются генетически предопределенными. Ваши знакомые понятия эмоций являются встроенными только потому, что вы выросли в определенном социальном окружении, где эти понятия эмоций были значимыми и полезными, и ваш мозг применяет их без участия вашего сознания, чтобы конструировать ваше переживание. Изменения частоты сердечных сокращений обязательны; их эмоциональное значение — нет. Другие культуры могут придать и придают другое значение тому же самому входному сигналу.

Теория конструирования эмоций включает идеи из нескольких направлений конструктивизма. Одна разновидность, называемая социальным конструктивизмом, изучает роль социальных ценностей и интересов при определении того, как мы воспринимаем и действуем в мире. Примером может быть вопрос, является ли Плутон планетой или нет, решение которого основано не на астрофизике, а на культуре. Сферические каменные предметы в пространстве объективно реальны и имеют различные размеры, однако идея «планеты», представляющая некоторую конкретную комбинацию характеристик, создана людьми. Каждый из нас понимает мир способом, который полезен, но не обязательно верен в некотором абсолютном объективном смысле. В вопросе об эмоциях теории социального конструктивизма спрашивают, насколько наши социальные роли и представления влияют на наши восприятие и чувства. Например, на мое восприятие влияет тот факт, что я женщина, мать, атеистка, принадлежу к еврейской культуре, белый человек, живущий в стране, которая когда-то поработила людей, у которых в коже меланина больше, чем у меня. Социальный конструктивизм имеет, однако, склонность игнорировать биологию как нечто не относящееся к эмоциям. Вместо этого такие теории предполагают, что эмоции инициируются различным образом, в зависимости от вашей социальной роли. Теории социального конструктивизма в основном связаны с социальными обстоятельствами во внешнем мире без учета, как эти обстоятельства влияют на связи в головном мозге.

Еще одна разновидность конструктивизма, известная как «психологический конструктивизм», обращает свой взгляд внутрь. Она предполагает, что ваши восприятия, мысли и чувства собираются из более простых элементов. Некоторые философы XIX века рассматривали психику как большой химический сосуд, где простые ощущения собираются в мысли и эмоции — подобно тому, как атомы соединяются в молекулы. Другие представляли психику как комплект универсальных частей вроде кирпичиков Lego, которые складываются в различные состояния психики, например восприятия или эмоции. Уильям Джеймс предполагал, что весь наш невероятно разнообразный эмоциональный опыт складывается из обычных компонентов. Он писал: «Эмоциональные процессы в мозге не только напоминают обычные сенсорные мозговые процессы, но по своей сути являются исключительно такими процессами в различных комбинациях». В 1960-х годах психологи Стэнли Шахтер и Джером Зингер вводили участникам эксперимента адреналин (без ведома испытуемых ) и наблюдали, как они переживают эту загадочную активность в виде гнева или эйфории, в зависимости от окружающей обстановки. Во всех приведенных подходах сами по себе случаи гнева или энтузиазма не содержат механизма причинности, что сильно отличается от классического взгляда, согласно которому каждая эмоция имеет особый механизм в мозге, и одно и то же слово (например, «печаль») называет и механизм, и его результат. За последние годы новое поколение ученых создало на основе идей психологического конструктивизма теории для понимания эмоций и того, как они работают. Не все теории согласуются во всех предположениях, однако в целом они утверждают, что эмоции создаются, а не инициируются; эмоции значительно различаются и не имеют «отпечатков» и эмоции в принципе не отличаются от восприятия и познания.

Возможно, вы удивитесь, узнав, что те же самые принципы конструирования проявляются в физической архитектуре мозга; эта идея именуется нейроконструктивизмом. Рассмотрим два нейрона, которые соединены синапсом. Очевидно, эти клетки мозга существуют в объективном смысле. Однако нет объективного способа сказать, являются ли эти два нейрона частью чего-либо, именуемого «цепь» или «система», или принадлежит ли каждый нейрон отдельной цепи, где один «управляет» другим. Ответ целиком зависит от точки зрения человека. Аналогично, взаимосвязи вашего мозга не обязательно являются следствием исключительно генов. Сегодня мы знаем, что свой вклад вносит опыт. Ваши гены включаются и выключаются в различном окружении, в том числе те гены, которые формируют связи клеток мозга (ученые называют это явление пластичностью). Это означает, что некоторые из ваших синапсов буквально возникают по той причине, что люди говорят с вами или обращаются с вами определенным образом. Другими словами, принцип конструирования распространяется вплоть до уровня клетки. Макроструктура вашего мозга в основном предопределена, однако «микросвязи» — нет. В результате прошлый опыт помогает определять ваш будущий опыт и восприятие. Нейроконструктивизм объясняет, как дети рождаются без способности распознавать лица, но могут развить такую способность в течение нескольких первых дней после рождения. Он также объясняет, как ранний культурный опыт — например, то, насколько часто ваши воспитатели были в физическим контакте с вами и спали ли вы в отдельной детской кроватке или вместе с родителями — придает форму взаимосвязям клеток головного мозга.

Теория конструирования эмоций объединяет элементы всех трех разновидностей конструктивизма. Она признает важность культуры и понятий, как и социальный конструктивизм. Она считает, что эмоции строятся базовыми системами головного мозга и тела, как и психологический конструктивизм. Она принимает идею, что опыт создает связи в головном мозге, как и нейроконструктивизм.

***

Теория конструирования эмоций отбрасывает большинство базовых предположений классического взгляда на эмоции. Например, классический взгляд предполагает, что счастье, гнев и другие категории эмоций имеют отличительные телесные «отпечатки». В теории конструирования эмоций нормой является изменчивость. Когда вы сердиты, вы можете сильно или слегка хмуриться, кричать, смеяться или даже оставаться в мрачном спокойствии — в зависимости от того, что лучше работает в конкретной ситуации. Частота ваших сердечных сокращений может увеличиться, уменьшиться или остаться той же самой — в зависимости от того, что необходимо для реализации того действия, которое вы выполняете. Когда вы воспринимаете кого-либо как сердитого человека, ваше восприятие меняется аналогичным образом. Поэтому слово для эмоции, например «гнев», обозначает совокупность различных случаев, каждый из которых сконструирован так, чтобы наилучшим образом руководить действием в определенной ситуации. Нет никакой конкретной разницы между гневом и страхом, потому что каждый случай «гнева» и «страха» уникален. Источником вдохновения для таких мыслей являются Уильям Джеймс, который подробно писал об изменчивости эмоциональной жизни, и революционная идея Чарльза Дарвина, что биологическая категория (например, вид) является совокупностью уникальных особей.

Вы можете представлять категории эмоций как печенье. Оно бывает рассыпчатым, требующим долгого разжевывания, сладким, пикантным, большим, маленьким, плоским, округлым, скрученным, с прослойкой, посыпанным мукой, без добавления муки и так далее. Участники категории «печенье» весьма различны, но считаются эквивалентными в отношении некоторой цели: быть вкусным легким перекусом или десертом. Печенье не обязано выглядеть одинаково или создаваться по единому рецепту; это множество различных образцов. Даже в рамках очень узкой категории, например «Печенье с шоколадной крошкой», по-прежнему имеется разнообразие, определяемое типом шоколада, количеством муки, отношением коричневого и белого сахара, содержанием жира в масле и временем, потраченным на охлаждение теста. Аналогичным разнообразием отличается и любая категория эмоций, например «счастье» или «вина».

Теория конструирования эмоций обходится без «отпечатков» не только в теле, но и в мозге. Она исключает вопросы, которые подразумевают существование нейронных «отпечатков», например: «Где находятся нейроны, которые инициируют страх?» Слово «где» автоматически предполагает, что какой-то конкретный набор нейронов активируется каждый раз, когда вы или любой другой человек в мире чувствует страх. В теории конструирования эмоций любая категория эмоций (например, печаль, страх или гнев) не имеет определенного местоположения в мозге и каждый случай эмоции является состоянием всего мозга, которое нужно изучить и понять. Поэтому мы задаем вопрос, как создаются эмоции, а не где они создаются. Более нейтральный вопрос «Как мозг создает случай страха» не предполагает наличия за сценой нейронного отпечатка, а подразумевает, что реальны и заслуживают изучения только переживание и восприятие страха.

Если провести аналогию между эмоциями и печеньем, то мозг можно сравнить с кухней, набитой обычными ингредиентами, например мукой, водой, сахаром и солью. Отталкиваясь от этих ингредиентов, мы можем создать разную еду: печенье, хлеб, пироги, кексы, бисквиты и булочки. Сходным образом ваш мозг имеет основные «ингредиенты», которые мы называли в главе 1 базовыми системами. Они комбинируются сложным образом, аналогично рецептам, и создают различные случаи счастья, печали, гнева, страха и так далее. Сами по себе эти ингредиенты являются универсальными, не посвящены специально эмоциям, но участвуют в их создании. Случаи двух различных категорий эмоций, таких как страх и гнев, могут быть составлены из сходных компонентов, точно так же, как печенье и хлеб сделаны из муки. Наоборот, два случая из одной категории, скажем, страха, будут иметь определенное различие в ингредиентах, точно так же, как одно печенье содержит орехи, а другое нет. Это явление — работа нашей старой знакомой, вырожденности: различные случаи страха конструируются различными комбинациями базовых систем в мозге. Мы можем описать конкретные случаи страха посредством шаблона активности мозга, но этот шаблон — всего лишь статистическое обобщение и не обязан описывать каждый конкретный случай страха.

Моя аналогия с кухней, как и все аналогии в науке, имеет свои границы. Сеть в мозге в роли базовой системы не является «вещью» вроде муки или соли. Это совокупность нейронов, которую мы рассматриваем как целое со статистической точки зрения, но это только какое-то подмножество всех участвующих в данное время нейронов. Если у вас есть десять примеров переживания страха, которые включают определенную цепь в мозге, каждое отдельное чувство может включать различные нейроны из этой сети. Это вырожденность на уровне сети. (Если вы предпочитаете спортивные аналогии, то сеть — словно бейсбольная команда. В любой момент играют только 9 человек из команды с 25 игроками, и эта девятка может в любой момент меняться, пока мы не скажем, что команда выиграла или проиграла матч.) Кроме того, печенье и хлеб — это дискретные физические объекты, в то время как случаи эмоций являются моментальными снимками непрерывной деятельности мозга и мы всего лишь воспринимаем эти моментальные снимки как дискретные события. Тем не менее вы можете обнаружить, что кухонная аналогия полезна, чтобы вообразить, как взаимодействующие сети производят различные психические состояния.

Базовые системы, которые составляют психику, взаимодействуют различными способами, не имея какого-то главного управляющего или босса для руководства этим шоу. Однако нельзя считать эти системы независимыми, словно разобранные части машины, или так называемыми модулями или органами эмоций. Причина в том, что их взаимодействие порождает новые свойства, которых нет в отдельных частях. По аналогии, когда вы печете хлеб из муки, воды, дрожжей и соли, новый продукт появляется вследствие сложного химического взаимодействия ингредиентов. Хлеб имеет собственные свойства, например «наличие корки» или «способность пережевываться», которых не было у отдельных компонентов. Фактически, если вы попробуете идентифицировать отдельные ингредиенты, пробуя готовый хлеб, вы окажетесь в затруднении. Возьмем соль: хлеб не имеет соленого вкуса, хотя соль абсолютно необходима. Аналогично случай страха нельзя свести к простым компонентам. Страх — это не телесный шаблон (равно как хлеб — не мука), а возникает при взаимодействии базовых систем. Любой случай страха обладает вновь образовавшимися свойствами, которых нет в самих компонентах, такие как неприятность (когда ваш автомобиль крутит на скользкой дороге) или приятность (когда вас крутит на американских горках). Вы не можете воссоздать рецепт случая страха на основании чувства страха.

Даже если нам известны все компоненты эмоции, но мы изучали их только изолированно, мы не получим верного понимания того, как они работают вместе для ее создания. Если мы исследуем соль по вкусу и по весу, мы не поймем ее вклада в создание хлеба. Причина в том, что при выпечке соль химически взаимодействует с другими компонентами: контролирует рост дрожжей, укрепляет глютен в тесте и, что самое важное, улучшает вкус. Чтобы понять, как соль преобразует рецепт хлеба, вы должны смотреть, как она работает, с учетом окружения. Аналогичным образом каждый компонент любой эмоции нужно изучать с учетом остальной части мозга, которая влияет на нее. Эта философия, известная под названием «холизм», объясняет, почему я получаю разные результаты, когда пеку хлеб у себя на кухне, даже при использовании одного и того же рецепта. Я взвешиваю каждый ингредиент. Я замешиваю тесто одно и то же количество времени. Я устанавливаю одну и ту же температуру в духовке. Я считаю количество струек воды, которые впрыскиваю в духовку для образования корочки. Но при всей этой планомерности хлеб в результате получается то легче, то тяжелее, то слаще. Причиной является то, что у выпечки есть дополнительные факторы, которые не учитываются в рецепте, — например, величина силы, с которой тесто месится, влажность на кухне и точная температура, при которой тесто поднимается. Холизм объясняет, почему хлеб, испеченный у меня дома в Бостоне, никогда не бывает таким вкусным, как хлеб, испеченный в доме моей подруги Анны в Беркли. Буханка в Беркли отличается превосходным вкусом из-за различных дрожжевых грибков, естественным образом имеющихся в воздухе, и из-за высоты над уровнем моря. Эти дополнительные переменные могут значительно повлиять на конечный продукт, и опытные пекари это знают. Холизм, проявляющиеся у целого новые свойства и вырожденность — прямая противоположность отпечаткам.

Следующее после телесных и нейронных «отпечатков» ключевое предположение классической точки зрения, которое мы отбрасываем, — как эмоции развиваются. Классический взгляд предполагает, что у нас есть животный мозг в подарочной упаковке — древние эмоциональные цепи, дошедшие от предков-животных, завернутые в уникальную схему человеческих цепей для рационального мышления, — словно глазурь для готового выпеченного кекса. Эта точка зрения навязывалась как «та самая» эволюционная теория эмоций, хотя на деле это просто еще одна эволюционная теория.

Конструктивизм учитывает последние научные открытия о дарвиновском естественном отборе и популяционном мышлении. Например, принцип вырожденности «много для одного» — многие различные комплекты нейронов могут производить один и тот же результат — обеспечивает бо?льшую надежность для выживания. Принцип «одно для многого» — любой отдельный нейрон может вносить свой вклад больше чем в один результат — метаболически эффективен и увеличивает вычислительные мощности мозга. Мозг такого рода создает пластичную психику без отпечатков.

Итоговое основное предположение классического взгляда состоит в том, что некоторые эмоции являются врожденными и универсальными: считается, что все здоровые люди в мире могут демонстрировать и распознавать их. Теория конструирования эмоций, напротив, предполагает, что эмоции не являются врожденными, а если они универсальны, то за счет общих понятий. Универсальной является способность формировать понятия, которые придают значение нашим физическим ощущениям, от западного понятия «печаль» до голландского понятия gezellig (особое ощущение комфорта с друзьями), которое не имеет точного перевода на английский язык.

По аналогии подумайте о капкейках и маффинах. Эти два вида выпечки имеют одинаковую форму и основаны на одном наборе ингредиентов: мука, сахар, разрыхлитель и соль. Для обоих можно использовать сходные дополнения — изюм, орехи, шоколад, морковь и бананы. Вы не сможете отличить маффин от капкейка по их химическому составу тем простым способом, которым отличаете муку от соли, а пчелу от птицы. Тем не менее одно едят на завтрак, а второе является десертом. Основное различие для них — время дня, когда их едят. Это различие не физическое, а полностью культурное, и ему учатся. Различие между капкейком и маффином — социальная реальность: когда объекты физического мира (например, выпечка) приобретают дополнительные функции по социальному соглашению. Аналогичным образом и эмоции являются социальной реальностью. Физическое событие, например изменение частоты сердечных сокращений, кровяного давления или дыхания, становятся эмоциональным опытом только тогда, когда мы с помощью понятий для эмоций, изученных нами в рамках своей культуры, насыщаем ощущения дополнительными функциями по социальному соглашению. От широко раскрытых глаз друга мы можем воспринять страх или удивление в зависимости от понятия, которое мы используем. Мы не должны смешивать физическую реальность (скажем, изменения в частоте сердечных сокращений или раскрытые глаза) с социальной реальностью понятий для эмоций.

Социальная реальность — это не просто слова, она глубоко в нас засела. Если вы воспринимаете одну и ту же выпечку как декадентский капкейк или полезный маффин, как показывает исследование, ваше тело включает их в обмен веществ по-разному. Аналогичным образом слова и понятия вашей культуры помогают устанавливать связи в вашем мозге и осуществлять физические изменения во время эмоции.

Сейчас, когда мы отказались от стольких предположений классического взгляда, нам нужен новый словарь для обсуждения эмоций. Знакомые обороты вроде «выражения лица» выглядят здраво, но неявно подразумевают, что существуют «отпечатки» эмоций и что лицо передает эмоции. Возможно, вы обратили внимание в главе 1, что я придумала более нейтральный термин конфигурация лица, поскольку в английском языке нет слова для «набора движений лицевых мышц, которые классический взгляд трактует как скоординированное целое». Я также устранила неоднозначность слова «эмоция», поскольку оно могло относиться к отдельному случаю переживания, скажем, счастья, или могло обозначать всю категорию счастья. Когда вы конструируете собственное эмоциональное переживание, я называю это случаем эмоции. Я называю страх, гнев, счастье, печаль и так далее категориями эмоций, потому что каждое такое слово называет совокупность различных случаев, как слово «печенье» называет совокупность различных случаев. Если бы я была очень строгой, я бы убрала отдельное слово «эмоция» из нашего словаря, поскольку мы не предполагаем объективное существование эмоций в природе и всегда говорим об отдельных случаях или категориях. Но это было бы несколько по-оруэлловски, так что я просто постараюсь указывать, когда я имею в виду случай, а когда — категорию.

Точно так же мы не «распознаем» или не «обнаруживаем» эмоции у других. Эти термины подразумевают, что категория эмоций имеет отпечаток, который существует в природе, независимый от воспринимающего лица, ожидающего то, что должно быть обнаружено. Любой научный вопрос об «обнаружении» эмоции автоматически предполагает ответ определенного рода. Находясь на позициях конструктивизма, я говорю о восприятии какого-то случая эмоции. Восприятие — это сложный психический процесс, который не подразумевает за эмоцией нейронного отпечатка, а просто предполагает, что произошел какой-то случай эмоции. Я также избегаю слов типа «инициирование» эмоции и оборотов вроде «эмоциональная реакция» и «эмоции, испытываемые вами». Такое словоупотребление подразумевает, что эмоции являются объективными реалиями. Даже когда вы не переживаете чувства отнесенности, когда переживаете эмоции (что происходит бoльшую часть времени), вы являетесь активным участником такого переживания.

Я также не говорю о «точном» восприятии чей-то эмоции. Случаи эмоций не имеют объективных «отпечатков» на лице, в теле и в мозге, так что «точность» не имеет научного смысла. Это имеет социальный смысл: мы определенно можем спросить, согласуются ли два человека в своем восприятии эмоции или согласуется ли восприятие с какой-либо нормой. Однако восприятие существует внутри воспринимающего.

Эти лингвистические указания могут сначала показаться капризом, но я надеюсь, что вы поймете их значимость. Этот новый словарь крайне важен для понимания эмоций и того, как они создаются.

***

В начале этой главы вы рассматривали кучу пятен, использовали набор понятий, и возникало изображение пчелы. Это не трюк вашего мозга, а демонстрация того, как ваш мозг работает постоянно — вы активно участвуете в определении того, что вы видите, и бо?льшую часть времени вы не осознаете, что вы это делаете. Те же самые процессы, которые конструируют смысл из простого визуального входного сигнала, дают решение и загадке человеческих эмоций. Проведя сотни экспериментов в своей лаборатории и рассмотрев еще тысячи экспериментов других исследователей, я пришла к весьма неочевидному заключению, которое разделяют все больше ученых. Эмоции не высвечиваются на лице или каком-то другом участке тела. Они не возникают из какого-то конкретного участка мозга. Ни одно научное новшество не обнаружит чудесным образом биологический «отпечаток» какой-либо эмоции. Причина в том, что наши эмоции не встроены и не ждут возможности раскрыться. Они создаются. Нами. Мы не распознаем эмоции и не идентифицируем эмоции: мы конструируем собственное эмоциональное переживание и наше восприятие чужих эмоций прямо на месте, по мере необходимости, посредством сложного взаимодействия систем. Человеческие особи не находятся во власти мифических эмоциональных цепей, глубоко скрытых в животных частях нашего высокоразвитого мозга: мы являемся архитекторами собственных переживаний.

Эти идеи не соответствуют нашему повседневному опыту, когда кажется, что эмоции возникают, как разрывающиеся маленькие бомбы, в зависимости от того, о чем мы только что думали, или того, что мы только что делали. Аналогично, когда мы смотрим на лица и тела других людей, кажется, что они объявляют о чувствах их владельцев без усилий с нашей стороны, даже когда сами владельцы об этом не осведомлены. И когда мы смотрим на наших рычащих собак и мурлыкающих котов, нам кажется, что мы и в этом случае видим их эмоции. Но этот личный опыт, каким бы убедительным ни казался, не объясняет, каким образом мозг создает эмоции, — не больше, чем наш опыт наблюдения, что солнце двигается по небу, означает, что оно вращается вокруг Земли.

Если вы новичок в конструктивизме, то идеи вроде «понятия для эмоций», «восприятия эмоций» и «конфигурации лиц», вероятно, еще не стали для вас второй натурой. Чтобы по-настоящему понять эмоции — тем способом, который согласуется с современными знаниями эволюции и нейронаук, — вам придется отбросить глубоко укоренившийся образ мышления. Чтобы помочь вам двигаться по этому пути, в следующей главе я предложу немного попрактиковаться в конструировании. Мы тщательно изучим знаменитое научное открытие об эмоциях, которое многие люди считают фактом и которое на пять десятилетий поставило классический взгляд в доминантное положение в психологии. Мы разберем его с точки зрения конструктивизма и увидим, как определенность трансформируется в сомнение. Пристегните свои ремни безопасности.

Полностью читайте:
Баррет, Лиза Ф. Как рождаются эмоции. Революция в понимании мозга и управления эмоциями / Лиза Фельдман Барретт; пер. с англ. Е. Поникарова. — М.: Манн, Иванов и Фербер, 2018. — 472 с.

Зачем человеку эмоции? //Психологическая газета

Эмоции – это часть нашей жизни, отказываясь от них, мы обделяем себя. Что влияет на нашу эмоциональную жизнь? В чем ценность эмоциональных переживаний? Эти и другие вопросы мы обсудили с профессором Альфридом Лэнгле, автором экзистенциально-аналитической теории эмоций, которая представлена в его монографии «Что движет человеком?»

Вся наша жизнь сопровождается эмоциями — мы удивляемся, радуемся, тревожимся, грустим. Кто-то привык проявлять свои эмоции, кто-то склонен держать их под контролем, но главное что мы способны их переживать. Невозможно почувствовать настоящую радость без ощущения радости, осознать потерю близкого человека без боли утраты. Через свои эмоции мы проживаем жизнь и если с ними что-то не так, мы теряем способность быть в этом мире по-настоящему.

— Что же такое эмоции и почему они так важны для человека?

Эмоции – это чувства, внутренние движения, в которых мы переживаем поток нашей жизни. Чувства дают нам понять, каковы на самом деле наши отношения с жизнью, они связывают нас с бытием. Переживая красивый закат или вкусный обед, мы чувствуем приятные эмоции, показывающие, что мы находимся в хороших отношениях с жизнью. Напротив, страдая от утраты или от болезни, у нас возникают негативные эмоции или аффекты, свидетельствующие, что мы в плохих отношениях со своим бытием.

— А в чем заключается разница между эмоциями и аффектами?

 Терминология не является общепринятой в психологии. В экзистенциальном анализе мы разводим их следующим образом, аффект вызван конкретным опытом, конкретным переживанием,  а эмоции приходят изнутри. Например, гнев или агрессия, возникают из-за какого-то внешнего стимула, так захватывающий фильм вызывает аффекты, а мое внутреннее спокойствие – это эмоция, которая приходит из моей собственной души, как радость или любовь. В то же время, эротические чувства являются аффектами, и хорошо, когда аффекты и эмоции встречаются, когда мы любим кого-то и одновременно испытываем эротические чувства к этому человеку.

— Являются ли аффекты и эмоции врожденными?

 Сама способность испытывать аффекты или эмоции является врожденной, это как способность говорить.  Но мы учимся говорить только в рамках определенной культуры, точно также мы учимся эмоциям в той среде, в которой живем, и наши приобретенные навыки накладываются на эту врожденную способность.

— Возможно ли контролировать свои эмоции?

 Да, конечно. Но нам нужно дифференцированно к этому подходить, так как под контролем находится далеко не все. Мы не можем контролировать саму эмоцию, когда она уже возникла и заранее предугадать ее характер. Но мы можем контролировать то, как мы с ней обходимся, по крайне мере, этому  можно научиться.  Ребенок не владеет этой способностью, но в процессе развития он приобретает необходимые навыки обхождения с эмоциями. Но, все же, мы не можем контролировать какое именно чувство, возникнет в той или иной ситуации. И в некоторых случаях эмоции могут быть очень беспокоящими. Например, я иду на вечеринку и ожидаю каких-то приятных эмоций, но вместо этого, сижу там и чувствую себя одиноким, неполноценным, непривлекательным. Я не могу по собственному желанию изменить вектор своих эмоций, они свободны и возникают сами по себе. Но в моих силах контролировать, как я с ними обхожусь, я могу либо не обращать на них внимание, либо позволять им происходить.

— Эмоции – это наши друзья или враги?

Эмоции как наши глаза. Глаза – это наши друзья или враги? Иногда глазам приходится видеть вещи, которые нам не нравятся. И в таких случаях мы можем сказать, что они – наши враги. В другой раз наши глаза видят приятные вещи и тогда они являются нашими друзьями. Но в действительности глаза и не друзья, и не враги, они нейтральны. Так и наши эмоции имеют нейтральный характер. Эмоции – это форма  восприятия. А способность воспринимать необходима нам так же, как способность видеть. И нам хуже живется без глаз или без эмоций.


— Что происходит с человеком, когда он блокирует свои эмоции?

— Этот человек чувствует себя отделенным от жизни.  Такая жизнь утрачивает глубину и перестает быть наполненной. Хотя в утрате эмоций есть и свое преимущество, без них человек меньше страдает. То, что причиняет боль перестает беспокоить, человек уже этого не чувствует. И это является главной причиной, по которой люди утрачивают свои эмоции. Они защищаются от переживаний, которые ранят их настолько сильно, что это становится невыносимым. И поэтому, они автоматически исцеляют себя, блокируя собственные эмоции.

— Получается, что человек перестает «быть». Блокирование эмоций связано с психологической смертью человека?

 Иногда это выглядит именно так, но во многих случаях, люди, отказавшись от своих эмоций, могут быть вполне социально успешными. Но с их внутренней жизнью все обстоит иначе, они больше не могут полноценно быть в отношениях с собой и с другими. Они становятся холодными, а для партнера это выглядит так, как будто человек эмоционально умер. Это типичная ситуация, при которой возникают психосоматические расстройства, потому что человек утрачивает чувствительность к собственному психологическому и соматическому состоянию. В некоторых случаях это приводит к перегрузке, слишком большому стрессу, который и вызывает подобные симптомы.

— В чем заключается разница между эмоциями и чувствами?

 Мы используем слово чувства, как более общий термин, который включает в себя эмоции и аффекты.


— Некоторые люди очень жизнерадостные, некоторые сдержанные. Существует ли понятие эмоциональной нормы?

— С позиции экзистенциальной психологии, нормальная эмоциональная жизнь – это такая жизнь, которая соответствует мне. При этом у человека есть ощущение собственной свободы, по отношению к своим эмоциям и он чувствует, что они адекватны его реальному состоянию. В противоположном случае, мы говорим о болезненности эмоциональных проявлений. Например, когда человек находится в кругу друзей и все вокруг смеются, но ему грустно, так как происходящее напоминает ему какой-то неприятный эпизод из детства. В этой ситуации человек не открыт реальности и не может пережить то, что в действительности происходит вокруг, он фиксируется на своих эмоциях. При здоровой же эмоциональной жизни человек позволяет эмоциям свободно течь в соответствии с реальностью.

— Как, на ваш взгляд, эмоции связаны с интуицией?

Интуиция – это тоже своего рода эмоция, благодаря которой в сознании возникают некоторые содержания. В настоящее время интуицию часто называют эмоциональным интеллектом.

— Можно ли полагаться на эмоции при принятии своих решений? И какую роль в этом играет интуиция?

— Все зависит от того, как человек хочет жить. Если он хочет проживать полноценную жизнь, то очень важно доверять своим эмоциям при принятии решений. Если человек предпочитает жить как робот, для того, чтобы функционировать, то эмоции будут ему только мешать.  С экзистенциальной точки зрения, правильнее полагаться на эмоции, принимая решения, потому что мы рассматриваем их, как одну из способностей восприятия. У нас есть не только пять чувств и интеллект для восприятия каких-то содержаний, мы также располагаем эмоциями для переживания действительности. Точно так же, как через глаза мы чувствуем электромагнитные волны, через эмоции мы обнаруживаем качество реальности. Например, взаимоотношения могут быть теплыми или холодными, и эти качества отражаются в эмоциях. Включение эмоций расширяет наши возможности, мы больше узнаем о реальности благодаря нашим чувствам, в отличие от ситуации, в которой мы опираемся только на мышление. Поэтому ориентироваться на эмоции при принятии решений просто жизненно необходимо. Более того, деятельность, которая является результатом таких решений приносит больше удовлетворения.

Что касается интуиции, то это особого рода чувство, которое дает информацию о чем-то, чего еще нет. Это восприятие чего-то не существующего, но возможного, это предвосхищение реальности и эмоциональный взгляд на развитие ситуации, которая наиболее вероятна. Поэтому, если мы учитываем нашу интуицию при принятии решений, они становятся более адекватными реальности. Я знаю многих умных и влиятельных людей, которые занимаются экономикой, это и финансовые аналитики, и директора банков, и брокеры. Они признаются, что часто опираются на свою интуицию при принятии решений,  и примерно в 4 из 5 случаев она их не подводит. Когда же решение принимается на основании рациональных выводов — в 3 из 5 случаев оно оказывается неверным.

— Обычно эмоции сопровождаются мимикой и жестами. Почему же нам бывает трудно понять другого человека?

 Иногда может быть трудно понять других людей, но во многих случаях это совсем не сложно. Мы понимаем когда человек жестами говорит нам «да» или «нет». Если человек машет рукой, то другой понимает, что его зовут подойти ближе. Эти простые жесты являются общими практически для всех. Но в некоторых странах они очень специфичны и могут вызывать непонимание у людей из других культур.  Например, в Персии, когда хозяин жестом предлагает гостям съесть еще что-нибудь и европейский гость это легко принимает, то тем самым он обижает хозяина.  Гость должен отказаться три раза, иначе у хозяина возникает чувство, что гость использует его. Он начинает думать, что к нему пришли не столько для того, чтобы пообщаться, а сколько для того, чтобы поесть. Точно также, когда я протягиваю русской женщине руку для рукопожатия, этот жест ей кажется странным. В тоже время, если я не протягиваю руку, то как австриец чувствую, что веду себя невежливо.


Почему важно понимать состояние другого человека?

— Когда я понимаю состояние другого, его грусть или радость, то это позволяет мне быть ближе к нему. И если другой человек чувствует тепло от того, что его понимают, то это очень ему помогает, поддерживает его, дает ему силы и углубляет взаимоотношения. Без понимания эмоционального состояния другого взаимоотношения становятся затрудненными, слабыми и запутанными.

— Могут ли эмоции быть опасными для здоровья?

— Я бы не согласился с тем, что эмоции могут быть опасными для здоровья. Но способы, которыми мы обходимся с нашими эмоциями, могут быть опасными, как например, непринятие человеком своих эмоций. Я уже говорил, сама по себе эмоция – это всего лишь форма восприятия, а восприятие в свою очередь, является связью с реальностью. Как может восприятие быть опасным, если оно соответствует реальности? Напротив, если мы не способны воспринимать реальность, это гораздо хуже, потому что мир воздействует на нас вне зависимости от того воспринимаем мы его или нет. Поэтому, я бы сказал, что эмоции никогда не угрожают нашему здоровью и только неправильное обхождение с ними может быть опасным, что, к сожалению, происходит довольно часто. В результате у нас может возникнуть депрессия или тревога, которая является свидетельством того, что мы находимся в плохих отношениях с реальностью. Так называемые, патологические чувства в действительности являются сигналами о том, что что-то в нашей жизни находится под угрозой, что нам не следует продолжать жить также, как мы жили до этого.

— Всегда ли мы можем удержать эмоции под контролем? Почему иногда говорят о слишком эмоциональном человеке, что он вышел из себя?

— Да, мы действительно можем оказаться в ситуации, когда утрачиваем контроль над нашими эмоциями или аффектами. В эволюционном смысле это имеет позитивное значение, потому что часто эмоции оказываются более спасительными для нашей жизни, чем мышление и контролируемое поведение. Во всех ситуациях, когда мы сталкиваемся со слишком мощным стрессом, мы очень медленно приходим к результату, если опираемся только на рациональные выводы. Необходимо провести слишком большую работу по обработке информации, чтобы прийти к представлению о том, какое поведение будет в данной ситуации адекватным. Во всех подобных случаях срабатывает защитная система нашей психики и у нас возникают защитные реакции. Тогда, источником нашего поведения в этих ситуациях являются эмоции или аффекты, которые мы не контролируем. Или другой пример, я встречаю давнего знакомого на улице и в этой ситуации мне не хочется контролировать свои чувства, я хочу испытывать радость и воодушевление. Если бы все свое поведение мы могли бы контролировать, то наша жизнь была бы стерильной и бесплодной. Но конечно, умение жить, состоит и в том, чтобы грамотно обходиться с эмоциями. Необходимо научиться тому, чтобы у человека всегда было маленькое пространство согласиться или не согласиться с теми чувствами, которые он испытывает, так чтобы жить в соответствии с ними. Например, когда я вижу своего друга на улице, я ощущаю чувство радости и даю свое внутренне согласие на то, что происходит. Я говорю: «О, это очень сильное чувство, я удивлен, но готов с удовольствием пережить его, я даю этому чувству право быть». Но в других ситуациях, когда меня переполняют какие-то агрессивные реакции, я также могу использовать эту крохотную возможность принять решение относительно моих чувств и спросить себя —  согласен ли я с этой агрессией или нет. Мастерство состоит в том, чтобы прожить эмоцию с внутренним согласием, или, в тех случаях, когда внутреннего согласия нет — удержать ее. 

А как, на ваш взгляд, переживание ценностей связано с эмоциональной жизнью человека?

— Мы принимаем ценности как раз посредством своих эмоций. В экзистенциальном подходе ценности рассматриваются, как то, что вызывает у человека положительные эмоции. То, что вызывает негативные чувства не является ценностью. Но почему переживание ценностей связано с эмоциями? Потому что ценности – это то, чем питается жизнь, а эмоция представляет собой восприятие качества той или иной вещи, идеи, реальности. Таким образом, эмоция говорит мне обладает ли необходимым качеством тот или иной объект, чтобы служить питанием для моей жизни.

Завершая наше интервью, мне бы хотелось дать короткое определение эмоций. С экзистенциальной точки зрения, эмоции – это органы восприятия того, что является важным для человеческого бытия.

Альфрид ЛЭНГЛЕ – д-р медицины и философии, психотерапевт, глава школы экзистенциального анализа и логотерапии, президент интернациональнго общества логотерапии и экзистенциального анализа.

Беседовала экзистенциальный психолог Галина Тимонова

Категоризированный список определений эмоций с предложениями для согласованного определения

  • Ариети, С. Познание и чувство. В М. Б. Арнольд (ред.), Чувства и эмоции; Симпозиум Лойолы . Нью-Йорк: Academic Press, 1970.

    Google ученый

  • Арнольд М. Б. Эмоции и личность (2 тома). Нью-Йорк: Издательство Колумбийского университета, 1960.

    Google ученый

  • Барон, Р.А., Бирн, Д. и Кантовиц, Б. Х. Психология: понимание поведения (2-е изд.). Нью-Йорк: Холт, Райнхарт и Уинстон, 1980.

    Google ученый

  • Беннет Т. Л. Мозг и поведение . Монтерей, Калифорния: Брукс / Коул, 1977 г.

    Google ученый

  • Бентли, М. Является ли «эмоция» чем-то большим, чем заголовок главы? В М. Л. Реймерт (ред.), Чувства и эмоции: Виттенбергский симпозиум .Вустер, Массачусетс: Clark University Press, 1928.

    Google ученый

  • Борн, Л. Э. и Экстранд, Б. Р. Психология (3-е изд.). Нью-Йорк: Холт, Райнхарт и Уинстон, 1979.

    Google ученый

  • Bowlby, J. Вложения и потеря: Vol. 1, приложение . Нью-Йорк: Basic Books, 1969.

    Google ученый

  • Брэди, Дж.V. Эмоция: некоторые концептуальные проблемы и психофизиологические эксперименты. В М. Б. Арнольде (ред.), Чувства и эмоции: Симпозиум Лойолы . Нью-Йорк: Academic Press, 1970.

    Google ученый

  • Браун Дж. И Линдер Д. Э. Психология сегодня (4-е изд.). Нью-Йорк: Random House, 1979.

    Google ученый

  • Бреннер, К. О природе и развитии аффектов: Единая теория. Psychoanalytic Quarterly 1974, 43 532–556.

    Google ученый

  • Бриджес, К. М. Б. Эмоциональное развитие в раннем младенчестве. Развитие ребенка 1932, 3 324–341.

    Google ученый

  • Браун, Х. Мозг и поведение: Учебник физиологической психологии . Нью-Йорк: Oxford University Press, 1976.

    Google ученый

  • Брюс, Р.Л. Основы физиологической психологии . Нью-Йорк: Холт, Райнхарт и Уинстон, 1977 г.

    Google ученый

  • Бруно, Ф. Дж .. Поведение и жизнь: Введение в психологию . Нью-Йорк: Wiley, 1980.

    . Google ученый

  • Бак, Р. Человеческая мотивация и эмоции . Нью-Йорк: Wiley, 1976.

    Google ученый

  • Булл, Н.Теория отношения к эмоциям. Монография по нервным и психическим заболеваниям, 1951, 81 .

  • Кэндленд, Д. К. Устойчивые проблемы эмоций. В книге Д. К. Кэндленда, Дж. П. Фелла, Э. Кина, А. И. Лешнера, Р. М. Тарпи и Р. Плутчика, Emotion . Монтерей, Калифорния: Брукс / Коул, 1977 г.

    Google ученый

  • Кэннон, В. Б. Нейронная организация эмоционального выражения. В М. Л. Реймерте (Ред.), Чувства и эмоции: Виттенбергский симпозиум . Вустер, Массачусетс: Clark University Press, 1928.

    Google ученый

  • Карлсон, Н. Р. Физиология поведения (2-е изд.). Бостон: Аллин и Бэкон, 1980.

    Google ученый

  • Карр, Х.А. Психология, исследование умственной деятельности . Нью-Йорк: Маккей, 1929.

    Google ученый

  • Чедвик-Джонс, Дж.К., Ленцер И. И., Дарли Дж. А. и Хилл К. А. Мозг, окружающая среда и социальная психология . Балтимор: University Park Press, 1979.

    Google ученый

  • Чаплин Дж. П. Психологический словарь (Новая редакция). Нью-Йорк: Dell, 1975.

    Google ученый

  • Чаплин, Дж. П., & Кравец, Т. С. Системы и теории психологии (4-е изд.). Нью-Йорк: Холт, Райнхарт и Уинстон, 1979.

    Google ученый

  • Clynes, M. Sentics: Прикосновение эмоций . Нью-Йорк: Anchor / Doubleday, 1977 г.

    Google ученый

  • Кофер, К. Н. Мотивация и эмоции . Гленвью, Иллинойс: Скотт, Форесман, 1972 г.

    Google ученый

  • Енот, Д. Введение в психологию: Исследование и применение (2-е изд.). Нью-Йорк: Запад, 1980.

    Google ученый

  • Дарвин, К. Выражение эмоций у человека и животных . Чикаго: University of Chicago Press, 1965. (Первоначально опубликовано в 1872 году).

    Google ученый

  • Davitz, J. R. Язык эмоций . Нью-Йорк: Макгроу-Хилл, 1969.

    Google ученый

  • Davitz, J. R.A. Словарь и грамматика эмоций. В М. Б. Арнольде (ред.), Чувства и эмоции: Симпозиум Лойолы . Нью-Йорк: Academic Press, 1970.

    Google ученый

  • Дельгадо, Дж. М. Р. Эмоции. В J. Vernon & P. ​​Suedfeld (Eds.), Введение в общую психологию: Учебник для самостоятельного выбора (2-е изд.). Дубьюк, Айова: Wm. К. Браун, 1973.

    Google ученый

  • Даффи Э. Концептуальные категории психологии: Предложение к доработке. Психологическое обозрение 1941, 48 177–203.

    Google ученый

  • Эдвардс, П. (ред.). Энциклопедия философии . Нью-Йорк: Macmillan, 1967.

    . Google ученый

  • Eibl-Eibesfeldt, I. Этология: биология поведения (2-е изд.). Нью-Йорк: Холт, Райнхарт и Уинстон, 1975.

    Google ученый

  • Экман Г. Измерения эмоций. Acta Psychologica 1955, 11 279–288.

    Google ученый

  • Экман П. Межкультурные исследования выражения лица. В П. Экман (ред.), Дарвин и выражение лица .Нью-Йорк: Academic Press, 1973.

    Google ученый

  • Экман П. Биологический и культурный вклад в движение тела и лица. В книге Дж. Блэкинга (ред.), Антропология тела: Монография А.С.А. 15 . Нью-Йорк: Academic Press, 1977.

    Google ученый

  • Английский, H. B., & English, A. C. Полный словарь психологических и психоаналитических терминов: Руководство по использованию .Нью-Йорк: Маккей, 1958.

    Google ученый

  • Эверт О. Установочный характер эмоции. В М. Б. Арнольде (ред.), Чувства и эмоции: Симпозиум Лойолы . Нью-Йорк: Academic Press, 1970.

    Google ученый

  • Фантино Э. Эмоушн. В Дж. А. Невин (ред.), Изучение поведения: обучение, мотивация, эмоции и инстинкт . Гленвью, Иллинойс: Скотт, Форесман, 1973.

    Google ученый

  • Фернальд, Л. Д., и Фернальд, П. С., Введение в психологию (4-е изд.). Бостон: Хоутон Миффлин, 1978.

    Google ученый

  • Ферстер, К. Б., и Перротт, М. К. Принципы поведения . Нью-Йорк: Appleton-Century-Crofts, 1968.

    Google ученый

  • Фрейд, С. Запреты, симптомы и тревога . Лондон: Hogarth Press, 1926.

    Google ученый

  • Фрейд С. Репрессия. В S. Freud, Сборник статей (Том 4). Лондон: Hogarth Press, 1949. (Первоначально опубликовано в 1915 г.)

    Google ученый

  • Галлистель К. Р. Организация действия: Новый синтез . Хиллсдейл, Нью-Джерси: Эрлбаум, 1980.

    Google ученый

  • Газзанига М.С., Стин Д. и Вольпе Б.Т. Функциональная неврология . Нью-Йорк: Harper & Row, 1979.

    . Google ученый

  • Гейвиц, Дж. Психология: глядя на себя (2-е изд.). Бостон: Литтл, Браун, 1980.

    Google ученый

  • Groves, P., & Шлезингер, К. Введение в биологическую психологию . Дубьюк, Айова: Wm. К. Браун, 1979.

    Google ученый

  • Хабер, А., & Руньон, Р. П. Основы психологии (2-е изд.). Ридинг, Массачусетс: Аддисон-Уэсли, 1978.

    Google ученый

  • Хебб, Д. О. Учебник психологии (2-е изд.). Филадельфия: Сондерс, 1966.

    Google ученый

  • Хилгард, Э. Р. Сознание в современной психологии. Annual Review of Psychology 1980, 31 1-26. (а)

    Google ученый

  • Хилгард, Э. Р. Трилогия разума: познание, привязанность и сопереживание. Журнал истории поведенческих наук 1980, 16 107–117. (б)

    Google ученый

  • Хилгард, Э.Р., Аткинсон, Р. Л., и Аткинсон, Р. К. Введение в психологию (7-е изд.). Нью-Йорк: Харкорт Брейс Йованович, 1979.

    Google ученый

  • Хьюстон, Дж. П., Би, Х., Хэтфилд, Э., & Римм, Д. К. Приглашение к психологии . Нью-Йорк: Academic Press, 1979.

    Google ученый

  • Ховард Д. Т. Функциональная теория эмоций.В К. Мерчисон и М. Л. Реймерт (ред.), Чувства и эмоции: Виттенбергский симпозиум . Вустер, Массачусетс: Clark University Press, 1928.

    Google ученый

  • Исааксон, Р. Л., Дуглас, Р. Дж., Любар, Дж. Ф., и Шмальц, Л. В. Учебник по физиологической психологии . Нью-Йорк: Харпер и Роу, 1971.

    Google ученый

  • Изард, К.E. Лицо эмоции . Нью-Йорк: Appleton-Century-Crofts, 1971.

    Google ученый

  • Джеймс У. Что такое эмоции? Разум 1884, 19 188–205.

    Google ученый

  • Ясперс, К. Allgemeine psychopathologie (5-е изд.). Берлин: Springer, 1948.

    Google ученый

  • Юнг, К.G. Психологические типы . Нью-Йорк: Harcourt, Brace, 1923.

    Google ученый

  • Каган Дж. Об эмоциях и их развитии: Рабочий документ. В М. Льюис и Л. А. Розенблюм (ред.), Развитие аффекта . Нью-Йорк: Plenum Press, 1978.

    Google ученый

  • Кемпер Т. Д. Теория эмоций социального взаимодействия . Нью-Йорк: Wiley, 1978.

    Google ученый

  • Кимбл Г. А., Гармези Н. и Зиглер Э. Принципы общей психологии (5-е изд.). Нью-Йорк: Wiley, 1980.

    . Google ученый

  • Лэндис, К., & Хант, У. А. Образец взрыва . Нью-Йорк: Холт, Райнхарт и Уинстон, 1939.

    Google ученый

  • Лазарь, Р.С. Когнитивно ориентированный психолог смотрит на обратную связь. Американский психолог 1975, 30 553–561.

    Google ученый

  • Липер, Р. У. Мотивационная теория эмоций, заменяющая «эмоцию как неорганизованную реакцию». Психологическое обозрение 1948, 55 5–21.

    Google ученый

  • Лефрансуа, Г. Р. Психология .Белмонт, Калифорния: Уодсворт, 1980.

    Google ученый

  • Leukel, F. Введение в физиологическую психологию (3-е изд.). Сент-Луис: К. В. Мосби, 1976.

    Google ученый

  • Левенталь, Х. Эмоции: основная проблема социальной психологии. В К. Немет (ред.), Социальная психология: классические и современные интеграции . Чикаго: Рэнд МакНалли, 1974.

    Google ученый

  • Льюис, М., и Розенблюм, Л. А. (ред.). Развитие аффекта . Нью-Йорк: Plenum Press, 1978.

    Google ученый

  • Линдзи Г., Холл С. С. и Томпсон Р. Ф. Психология (2-е изд.). Нью-Йорк: Уорт, 1978.

    Google ученый

  • Махони, М.J. Модификация познания и поведения . Кембридж, Массачусетс: Баллинджер, 1974.

    Google ученый

  • Мандлер Г. Эмоушн. В Э. Херст (ред.), Первый век экспериментальной психологии . Хиллсдейл, Нью-Джерси: Эрлбаум, 1979.

    Google ученый

  • Маркс, М. Х., & Хилликс, У. А. Системы и теории в психологии (3-е изд.). Нью-Йорк: Макгроу-Хилл, 1979.

    Google ученый

  • МакКоннелл, Дж. В. Понимание человеческого поведения: Введение в психологию (3-е изд.). Нью-Йорк: Холт, Райнхарт и Уинстон, 1980.

    Google ученый

  • McDougall, W. Введение в социальную психологию . Бостон: Люс, 1921.

    Google ученый

  • Мельзак, Р., И Кейси, К. Л. Аффективное измерение боли. В М. Б. Арнольде (ред.), Чувства и эмоции: Симпозиум Лойолы . Нью-Йорк: Academic Press, 1970.

    Google ученый

  • Милленсон, Дж. Р. Принципы поведенческого анализа . Нью-Йорк: Macmillan, 1967.

    . Google ученый

  • Миллер Н. Э. Либерализация основных концепций социального обеспечения: распространение на конфликтное поведение, мотивацию и социальное обучение.В С. Кохе (ред.), Психология — исследование науки (Том 2). Нью-Йорк: Макгроу-Хилл, 1959.

    Google ученый

  • Милнер П. М. Физиологическая психология . Нью-Йорк: Холт, Райнхарт и Уинстон, 1970.

    Google ученый

  • Мишель В. и Мишель Х. Н. Основы психологии (2-е изд.). Нью-Йорк: Рэндом Хаус, 1980.

    Google ученый

  • Морган, К. Т. Физиологическая психология (3-е изд.). Нью-Йорк: Макгроу-Хилл, 1965.

    Google ученый

  • Морган, К. Т., Кинг, Р. А. и Робинсон, Н. М. Введение в психологию (, 6-е изд. . Нью-Йорк: McGraw-Hill, 1979.

    ) Google ученый

  • Моррис, К.G. Психология: Введение (3-е изд.). Энглвуд Клиффс, Нью-Джерси: Прентис-Холл, 1979.

    Google ученый

  • Моултон, Дж. Личное сообщение, ноябрь 1980 г.

  • Окс, С. Элементы нейрофизиологии . Нью-Йорк: Wiley, 1965.

    . Google ученый

  • Питерс Р. С. Воспитание эмоций. В М. Б. Арнольде (Ред.), Чувства и эмоции: Симпозиум Лойолы . Нью-Йорк: Academic Press, 1970.

    Google ученый

  • Плутчик Р. Эмоции: факты, теории и новая модель . Нью-Йорк: Random House, 1962.

    Google ученый

  • Плутчик Р. Эмоция: психоэволюционный синтез . Нью-Йорк: Harper & Row, 1980.

    . Google ученый

  • Прибрам, К.H. Чувства как мониторы. В М. Б. Арнольде (ред.), Чувства и эмоции: Симпозиум Лойолы . Нью-Йорк: Academic Press, 1970.

    Google ученый

  • Rado, S. Адаптационная психодинамика: мотивация и контроль . Нью-Йорк: Дом науки, 1969.

    Google ученый

  • Рапапорт, Д. Эмоции и память . Балтимор: Уильямс и Уилкинс, 1942.

    Google ученый

  • Reich, W. Анализ характера (3-е изд.). Нью-Йорк: полдень, 1949.

    Google ученый

  • Рух, Т. К. Нейрофизиология эмоций и мотивации. В T. C. Ruch, H. D. Patton, J. W. Woodbury, & A. L. Towe, Neurophysiology . Филадельфия: В. Б. Сондерс, 1962.

    Google ученый

  • Рассел, Дж.A., & Mehrabian, A. Доказательства трехфакторной теории эмоций. Журнал исследований личности 1977, 11 273–294.

    Google ученый

  • Шахтер, С. Предположение об идентичности и периферийно-централистские противоречия в мотивации и эмоциях. В М. Б. Арнольде (ред.), Чувства и эмоции: Симпозиум Лойолы . Нью-Йорк: Academic Press, 1970.

    Google ученый

  • Шлосберг, Х.Три измерения эмоции. Психологическое обозрение 1954, 61 81–88.

    Google ученый

  • Schneider, A. M., & Tarshis, B. Введение в физиологическую психологию . Нью-Йорк: Random House, 1980.

    Google ученый

  • Schneirla, T. C. Теория эволюции и развития двухфазных процессов, лежащих в основе подхода и ухода.В М. Р. Джонсе (ред.), Небраска Симпозиум по мотивации (Том 7). Линкольн: Университет Небраски, 1959.

    Google ученый

  • Шварц, М. Физиологическая психология (2-е изд.). Энглвуд Клиффс, Нью-Джерси: Прентис-Холл, 1978.

    Google ученый

  • Сильверман, Р. Э. Психология (3-е изд.). Нью-Йорк: Мередит, 1978.

    Google ученый

  • Симонов П.В. Информационная теория эмоций. В М. Б. Арнольде (ред.), Чувства и эмоции: Симпозиум Лойолы . Нью-Йорк: Academic Press, 1970.

    Google ученый

  • Скиннер, Б. Ф. Наука и поведение человека. Нью-Йорк: Macmillan, 1953.

    Google ученый

  • Смит, Р.Э., Сарасон И. Г. и Сарасон Б. Р. Психология: границы поведения . Нью-Йорк: Харпер и Роу, 1978.

    Google ученый

  • Stein, D. G., & Rosen, J. J. Мотивация и эмоции . Нью-Йорк: Macmillan, 1974.

    . Google ученый

  • Штрассер, С. Чувство как основа познания и признания другого как эго. В М. Б. Арнольде (Ред.), Чувства и эмоции: Симпозиум Лойолы . Нью-Йорк: Academic Press, 1970.

    Google ученый

  • Томпсон Р. Ф. Введение в физиологическую психологию . Нью-Йорк: Харпер и Роу, 1975.

    Google ученый

  • Тихенер Э. Б. Учебник психологии . Нью-Йорк: Macmillan, 1910.

    . Google ученый

  • Томкинс, С.С. Влияют на образное сознание. Vol. 1, положительный эффект влияет на . Нью-Йорк: Springer, 1962.

    Google ученый

  • Tomkins, S. S. Аффект как основная мотивационная система. В М. Б. Арнольде (ред.), Чувства и эмоции: Симпозиум Лойолы . Нью-Йорк: Academic Press, 1970.

    Google ученый

  • Валенштейн, Э.С. Стимуляция и мотивация мозга .Гленвью, Иллинойс: Скотт, Форесман, 1973 г.

    Google ученый

  • Verplanck, W. S. Burrhus F. Skinner. В W. K. Estes et al. (Ред.), Современная теория обучения . Нью-Йорк: Appleton-Century-Crofts, 1954.

    Google ученый

  • Вондерах, А. Р. Анатомический субстрат эмоции. Новая схоластика 1944, 18 76–95.

    Google ученый

  • Уотсон, Дж.Б. Психология с точки зрения бихевиориста . Филадельфия: Липпинкотт, 1919.

    Google ученый

  • Уотсон, Дж. Б. Психология с точки зрения бихевиориста (2-е изд.). Филадельфия: Липпинкотт, 1924.

    Google ученый

  • Венгер, М. А., Джонс, Ф. Н., и Джонс, М. Х. Физиологическая психология . Нью-Йорк: Холт, Райнхарт и Уинстон, 1956.

    Google ученый

  • Виккенс, Д. Д., Мейер, Д. Р. Психология (Ред. Ред.). Нью-Йорк: Холт, Райнхарт и Уинстон, 1961.

    Google ученый

  • Вулман Б. Б. Словарь поведенческих наук . Нью-Йорк: Ван Ностранд Рейнхольд, 1973.

    Google ученый

  • Вудворт, Р.С. Экспериментальная психология . Нью-Йорк: Холт, Райнхарт и Уинстон, 1938.

    Google ученый

  • Янг, П. Т. Эмоции человека и животных: их природа и связь с установкой и мотивом . Нью-Йорк: Wiley, 1943.

    . Google ученый

  • Янг П. Т. Эмоции как неорганизованный ответ: ответ профессору Липеру. Психологическое обозрение 1949, 56 184–191.

    Google ученый

  • Янг, П. Т. Мотивация и эмоции: обзор детерминант деятельности человека и животных . Нью-Йорк: Wiley, 1961.

    . Google ученый

  • Янг П. Т. Чувства и эмоции. В B. B. Wolman (Ed.), Справочник по общей психологии . Энглвуд Клиффс, Нью-Джерси: Прентис-Холл, 1973 г.

    Google ученый

  • Янг, П.Т. Понимание своих чувств и эмоций . Энглвуд Клиффс, Нью-Джерси: Прентис-Холл, 1975.

    Google ученый

  • Зимбардо, П. Г. Основы психологии и жизни (10-е изд.). Гленвью, Иллинойс: Скотт, Форесман, 1980.

    Google ученый

  • Жесткие чувства: научная борьба за определение эмоций

    Когда Пол Экман был аспирантом в 1950-х годах, психологи в основном игнорировали эмоции.Большинство психологических исследований в то время было сосредоточено на бихевиоризме — классической обусловленности и тому подобном. Сильван Томкинс был еще одним знакомым Экманом человеком, который изучал эмоции, и он проделал небольшую работу над мимикой, которую Экман считал чрезвычайно многообещающей.

    «Для меня это было очевидно, — говорит Экман. «На тех холмах есть золото; Я должен найти способ добыть его ».

    Для своих первых межкультурных исследований в 1960-х годах он путешествовал по США, Чили, Аргентине и Бразилии.В каждом месте он показывал людям фотографии с разными выражениями лиц и просил их сопоставить изображения с шестью разными эмоциями: счастьем, грустью, гневом, удивлением, страхом и отвращением. «Была очень высокая степень согласия», — говорит Экман. Люди были склонны сочетать улыбающиеся лица со словом «счастье», морщинистые, сжатые губы с «гневом» и так далее.

    Но на эти ответы могла повлиять культура. Он думал, что лучший способ проверить, действительно ли эмоции универсальны, — это повторить свой эксперимент в совершенно удаленном обществе, которое не было открыто западным СМИ.Поэтому он запланировал поездку в Папуа-Новую Гвинею, его уверенность подкреплялась фильмами, которые он видел, об изолированных культурах острова: «Я никогда не видел выражения, которое мне не знакомо в нашей культуре», — говорит он.

    Оказавшись там, он показал местным те же фотографии, что и другим объектам исследования. Он дал им выбор между тремя фотографиями и попросил их выбрать изображения, соответствующие различным историям (например, «ребенок этого мужчины только что умер»). Взрослые участники выбирали ожидаемые эмоции от 28 до 100 процентов времени, в зависимости от того, какие фотографии они выбирали.(28 процентов были немного выбросом: это было, когда людям приходилось выбирать между страхом, удивлением и грустью. Следующим самым низким показателем было 48 процентов.)

    Так стали известны шесть эмоций, использованных в исследованиях Экмана. как «основные эмоции», которые все люди признают и переживают. Некоторые исследователи теперь говорят, что существует менее шести основных эмоций, а некоторые говорят, что их больше (сам Экман теперь масштабировал до 21), но идея остается той же: эмоции биологически врожденные, универсальные для всех людей и проявляются через выражение лица. выражения.Экман, ныне почетный профессор психологии Калифорнийского университета в Сан-Франциско, владеющий собственной компанией The Paul Ekman Group, был назван одним из 100 самых влиятельных людей Time в 2009 году благодаря этой работе.

    Но, несмотря на известность теории, есть ученые, которые не согласны с этим, и в последние годы возобновились споры о природе эмоций. Хотя этот аргумент можно было бы легко описать как двусторонний — за универсальность против антиуниверсальности или за дружбу Экмана против его критиков, — я обнаружил, что все, с кем я говорил для этой статьи, думают об эмоциях немного по-другому.

    В разных культурах люди склонны сочетать улыбающиеся лица с «счастьем», морщинистые, сжатые лица с «гневом» и так далее.

    «Говорят, что существует столько же теорий эмоций, сколько и теоретиков эмоций, — говорит Джозеф Леду, профессор нейробиологии и директор Института эмоционального мозга и Института психиатрических исследований Натана Клайна при Нью-Йоркском университете.

    Проблема, лежащая в основе этих дебатов и теоретизирования, заключается в том, что чрезвычайно сложно определить, о чем люди обсуждают и теоретизируют . Потому что нет четкого определения, что такое эмоция.

    Слово «эмоция» не существовало в английском языке до начала 17 века. Он совершил перелет из Франции в Великобританию, когда британский лингвист Джон Флорио перевел эссе философа Мишеля де Монтеня; Сообщается, что Флорио извинился за включение этого слова вместе с другими «неотесанными термами» из французского языка. Неуклюжие, возможно, потому, что, как объясняет Томас Диксон в своей истории слова, оно тогда относилось к возбуждению, телесным движениям или волнениям — например, могли быть «общественные эмоции».

    «Счастливое» лицо из исследовательского набора фотографий Пола Экмана (© Пол Экман)

    На протяжении многих столетий виды психических состояний, к которым сейчас относятся «эмоции», обычно назывались либо страстями, либо привязанностями. Общеизвестно, что древнегреческие и римские стоики были противниками страсти; они учили, что человек должен использовать разум, чтобы бороться со всеми чувствами, чтобы избежать страданий. Христианские богословы Фома Аквинский и Августин Гиппопотам думали, что это слишком много, поэтому они выделили отдельную категорию добрых, добродетельных чувств, которые они назвали привязанностями — такими вещами, как семейная любовь и сострадание к другим — и отделили их от «зла» такие страсти, как похоть и ярость.

    Примерно в середине 18 века, пишет Диксон, эти страсти и привязанности были объединены под эгидой эмоций. В начале 19 века шотландский философ Томас Браун первым предложил эмоции в качестве теоретической категории, открыв дверь для научных исследований. Но хотя Браун стремился его изучить, он не мог определить его.

    «Точное значение термина эмоция, трудно выразить какими-либо словами», — сказал Браун на лекции.Так и осталось.

    «Единственное, что можно сказать наверняка в области эмоций, — это то, что никто не согласен с тем, как определять эмоции», — написал мне по электронной почте Алан Фридлунд, доцент кафедры психологии и науки о мозге Калифорнийского университета в Санта-Барбаре. Многие современные статьи на эту тему начинаются со ссылки на статью 1884 года влиятельного психолога Уильяма Джеймса «Что такое эмоция?» И продолжают сетовать на то, что наука до сих пор не ответила на этот вопрос. Если исследователь предлагает рабочее определение в исследовании, маловероятно, что кто-либо, кроме автора, будет использовать его или соглашаться с ним.Автор может классифицировать эмоции на основе поведения, физиологических реакций, чувств, мыслей или любой их комбинации.

    «Семантика связана с указанием», — говорит Джеймс Рассел, профессор психологии Бостонского колледжа. «Под« эмоциями »мы подразумеваем« те вещи »».

    В повседневной жизни отсутствие формализованного определения эмоции (или любого из более конкретных терминов, которые из нее вытекают — счастье, гнев, печаль и т. Д.) может не иметь большого значения. Это не значит, что если кто-то говорит вам, что она злится, вы не понимаете, что она имеет в виду.Здесь есть некоторый уровень понимания. Но попросите людей объяснить словами, что такое эмоция («объясните это роботу, который только что стал разумным», — как я люблю это говорить), и они быстро запутаются.

    Я попросил нескольких своих коллег попробовать и получить такие ответы, как «индивидуальные реакции на переживания», «чувствительность к событиям», «реакция вашего разума на переживания» и, поэтично, «описание неосязаемых человеческих чувств, мощные внутренние ощущения, которые окрашивают каждый наш опыт.”

    Все эти определения довольно хороши. Все чувствуют себя хорошо . Но по сути, как сказал последний человек, эмоции неосязаемы. Они определенно что-то. Они не ничто. И этого может быть достаточно для жизни, но недостаточно для науки.

    «Психология — это действительно экспериментальная философия», — говорит Лиза Фельдман Барретт, выдающийся профессор психологии Северо-Восточного университета и автор готовящейся к выходу книги Как создаются эмоции .Например, биология — это дисциплина, которая полагается исключительно на наблюдения за миром природы, в то время как исследователи психологии «берут категории здравого смысла, которые люди используют в повседневной жизни, и пытаются рассматривать их как научные категории».

    «Сюрприз», эмоция, которую испытуемые Экмана часто путают со «страхом» или «грустью» (© Пол Экман)

    Барретт появился в последние годы как новый голос в области эмоций с уникальным взглядом на то, как думать об этом феномен. В своей статье 2006 года «Являются ли эмоции естественными видами?» Она бросила вызов, решительно выступив против точки зрения Экмана, согласно которой эмоции являются биологически базовыми.(Термин «естественный вид» относится к группе элементов, которые по своей сути эквивалентны.) «Взгляд на естественный вид изжил свою научную ценность, — писал Барретт, — и теперь представляет собой серьезное препятствие для понимания того, что такое эмоции и как они проявляются. работай.»

    Согласно Экману, доказательства универсальности «статистически чрезвычайно сильны и надежны». В метаанализе аналогичных экспериментов по сопоставлению фотографий люди из разных культур смогли правильно классифицировать выражения эмоций в среднем в 58% случаев — выше для одних эмоций, ниже для других.Это значительно больше, чем шанс. Вопрос в том, достаточно ли этого?

    По мнению Барретта, такие слова, как «радость» и «ярость», описывают целый ряд сложных процессов в мозге и теле, которые не обязательно связаны между собой.

    Барретт говорит нет. Она не думает, что категоризация выражений показывает, что эмоции являются биологически базовыми, и она не убеждена, что эти конкретные выражения появляются каждый раз, когда кто-то испытывает соответствующую эмоцию. Она указывает, например, на тонкость и диапазон эмоциональных выражений актеров.«Когда вы в последний раз видели, как актер выигрывал премию Оскар за хмурый вид?» она спрашивает.

    В своей статье 2006 года она признает, что «метааналитические и повествовательные обзоры ясно показывают, что воспринимающие из разных культур лучше, чем случайность, согласны с лучшими ярлыками, которые можно присвоить позируемым, статичным конфигурациям лица … часть картины ».

    Остальная часть рисунка — интерпретация. Либо 58 процентов вам достаточно, либо нет. Если происходит что-то действительно универсальное и врожденное, почему мы не можем добиться большего, чем просто «выше шанса»?

    Кто-то может сказать, что это человеческая ошибка.Тот факт, что эмоция выражается на лице, не означает, что человек, смотрящий на лицо, может ее точно прочитать. Или, может быть, одно и то же выражение может быть прочитано разными людьми по-разному. Барретт предполагает, что наставление людей историями вроде «ребенок этого мужчины умер» может привести к тому, что они будут классифицировать надутое лицо как печаль, в то время как они могут назвать это чем-то другим без контекста.

    Рассел, который также был известным критиком естественного взгляда на эмоции, имеет аналогичную жалобу.«Принуждение наблюдателя выбрать только один вариант рассматривает набор вариантов как взаимоисключающий, а это не так. Субъекты относят одно и то же выражение лица … к нескольким категориям эмоций ».

    По мнению Барретта, эмоции полностью выдуманы. Не то чтобы они не имели смысла — просто такие слова, как «радость», «стыд» и «ярость», описывают целый ряд сложных процессов в мозгу и теле, которые не обязательно связаны между собой. Мы только что собрали некоторые из этих вещей и назвали их.Она сравнивает понятие эмоции с понятием денег.

    «Единственное, что объединяет эту категорию, — это то, что люди согласны», — говорит она. «Валюта существует, потому что мы все согласны с тем, что что-то можно обменять на материальные блага. Поскольку мы согласны, это имеет ценность. Одна из замечательных вещей, которые могут сделать люди, чего не может сделать ни одно другое животное, — это то, что мы можем создавать вещи и делать их реальными. Мы можем создать реальность ».

    Одна из распространенных критических замечаний по поводу подхода с фотографиями на этикетках состоит в том, что выражения на картинках являются позированными.Исследование, проведенное в 1980-х годах, показало, что, когда людям показывали фотографии откровенных, спонтанных эмоций, уровень узнаваемости снижался с более чем 80 процентов на фотографиях до 26 процентов.

    «Страх» (© Пол Экман)

    Это правда, что в повседневной жизни вы, вероятно, не увидите лицо Эдварда Мунка Крик каждый раз, когда кто-то испытывает страх. Крайняя, преувеличенная версия эмоционального выражения лица может появиться только в экстремальных ситуациях — когда близкий человек умер или когда кто-то находится в смертельной опасности.Согласно теории Экмана, для более тонких эмоций соответствующие выражения также более тонкие.

    И люди могут также активно подавлять свои более драматичные выражения лица, если они не хотят, чтобы люди знали, что они чувствуют. То, что Экман называет микровыражениями, — это небольшие быстрые движения лица, которые иногда все равно просачиваются, даже когда кто-то пытается скрыть это.

    Чтобы подтвердить свою теорию микровыражений, Экман провел исследование, измеряя движение лицевых мышц при вызове эмоций.(Это привело к созданию Системы кодирования лицевых мышц Экмана, руководства по движению лицевых мышц, используемого как учеными, так и художниками, в том числе Pixar, по его словам.) Более мелкие движения труднее увидеть, что может объяснить, почему откровенные выражения в этом исследовании из В 80-е годы испытуемым было труднее распознать тонкие эмоции, которые исследователи чаще всего могут вызвать в лаборатории. Дахер Келтнер, бывший студент Экмана и профессор психологии Калифорнийского университета в Беркли, говорит об этом так: «Вы должны сделать шаг назад и напомнить себе, что на самом деле изучают эти ученые.Чаще всего мы изучаем реакцию людей на видеоклипы. Я люблю фильмы, но маленькие двухминутные видеоклипы ниже по шкале мощных возбудителей эмоций ».

    Даже если на брови появилась морщинка за доли секунды, это не значит, что кто-то заметит это или даже расценит как гнев. По словам Экмана, большинство людей этого не сделает. Вот почему он создал инструменты, которые теперь продает на своем веб-сайте, которые, как утверждается, учат пользователя распознавать эти микровыражения и, таким образом, лучше понимать, какие эмоции испытывают другие люди.Это было бы неплохо.

    «Эти [инструменты] использовались множеством организаций — всеми трехбуквенными разведывательными и правоохранительными органами на национальном уровне», — говорит Экман. «Мое исследование не ограничивалось маркировкой фотографий». Он жалуется, что при удалении его работы этот компонент полностью игнорируется. «Мои критики делают вид, что [исследование по измерениям] не было опубликовано, но оно было опубликовано, и для этого потребовалось много работы».

    Это исследование фактически является основой для телевизионной криминальной драмы Обмани меня , в которой участвует исследователь, который помогает правоохранительным органам обнаруживать обман с помощью мимики и языка тела.«Я просмотрел каждый сценарий, — говорит Экман, — и дал им отзывы, которые иногда они принимали, а иногда нет».

    Но по большей части основная идея Экмана — что эмоции одинаковы для всех людей в разных культурах — вызывает больше всего критики. За несколько десятилетий до того, как Барретт или Рассел раскритиковали его модель, он поймал критику со стороны известного антрополога Маргарет Мид, которая считала эмоции продуктом культуры. «[Мид] относился ко мне довольно дрянно, — говорит Экман.В выпуске журнала The Journal of Communication за 1975 год Мид написал пренебрежительную рецензию на книгу Экмана Дарвин и выражение лица , назвав ее «примером ужасающего состояния гуманитарных наук».

    «Я так и не узнал, использовала ли она каламбур над моим именем», — говорит Экман, имея в виду «Пола» в «ужасающем».

    Но эмоции не существуют в вакууме, и для некоторых исследователей контекст — это все. (Хотя, как бы то ни было, Экман признает, что на основной набор эмоций, общих для всех людей, может повлиять опыт.) «Когда у людей в разных культурах есть слова для обозначения гнева, это не значит, что гнев означает одно и то же, что он развивается таким же образом, что одни и те же ситуации считаются гневом, что гнев функционирует в отношениях. аналогично », — говорит Батья Гомеш де Мескита, директор Центра социальной и культурной психологии Левенского университета в Бельгии.

    Когда Мескита рассматривает фотографии Экмана, она говорит: «Мне не ясно, что эти лица выражают эмоции.Но несомненно, что то, что они выражают, имеет отношение к эмоциям. Я думаю, что многие проблемы не столько в данных, сколько в выводах из этих данных ».

    Если не мимика, то как лучше всего измерять эмоции? В статье 2007 года, в которой Барретт и Мескита были соавторами, содержится призыв «сосредоточить внимание на неоднородности эмоциональной жизни». Авторы утверждали, что «использование языка, контекст, культура или индивидуальные различия в предыдущем опыте вызывают различия в том, переживаются ли эмоции, какие эмоции переживаются и как они переживаются.«Существует ряд методологий, которые исследователи могут использовать для выявления этой неоднородности, от визуализации мозга до измерения физиологических реакций, но, по словам Барретта, узнать, что кто-то на самом деле чувствует, трудно с чем-либо, кроме самоотчета — попросить людей описать, как они чувствуют или отвечают на анкеты.

    «Гнев» (© Пол Экман)

    «Золотой стандарт — это самоотчет», — говорит Мария Гендрон, научный сотрудник лаборатории Барретта на Северо-Востоке. «Потому что он не делает предположений.

    Конечно, эта методология также вызывает споры. «Память об эмоциональных переживаниях крайне ненадежна, — говорит Экман. «Если использовался [самоотчет], я не буду читать статью».

    Одна проблема, как мне указали многие ученые, состоит в том, что язык — особенно язык эмоций — непоследователен. «Если кто-то говорит:« Я очень хочу тебя увидеть », на самом деле они говорят:« Я очень хочу тебя увидеть », — говорит Экман. «Если они беспокоятся о том, чтобы увидеть вас, это означает, что они очень взволнованы мысленно при мысли о встрече с вами.Обыватель употребляет эти слова очень небрежно ».

    Что касается биологии, некоторые исследователи пытаются определить структуры и системы в мозге, из которых происходят эмоции. Один ученый, Яак Панксепп, профессор нейробиологии в Университете штата Вашингтон, идентифицировал семь цепей нейронов, которые, по его словам, соответствуют семи основным эмоциям. Работа Панксеппа совпадает с работой Экмана по проблеме универсальности, но на самом деле он идет еще дальше — он работает с животными и говорит, что в эмоциях есть что-то биологически важное не только для людей, но и для всех млекопитающих.

    Леду, нейробиолог из Нью-Йоркского университета, находится где-то посередине. Он считает, что реакция на раздражители жестко запрограммирована в мозгу, который соответствует Экману и Панксеппу. Но, как и Барретт, он считает, что сознательный мозг и проводимый там анализ необходимы для переживания эмоций. По этой логике, поскольку мы не можем знать, что испытывают животные, невозможно узнать, есть ли у животных эмоции.

    Он подчеркивает роль человеческого сознания в изучении таких вещей, как эмоции.(Что такое сознание и как оно работает — это совершенно другой спорный вопрос.) «В физике не имеет значения, верят люди в восход солнца или нет», — говорит он. «Это не влияет на движение планет и звезд. В то время как в психологии представления людей о том, как работает ум, влияют на предмет изучения. Другими словами, наша народная психология не может быть отделена от науки ».

    Рассмотрим миндалины, два маленьких продолговатых отростка, по одному на каждой стороне мозга, которые широко считаются очагом страха.В недавнем эпизоде ​​шоу NPR Invisibilia была изображена женщина, страдающая редким заболеванием, из-за которого ее миндалины кальцинировались. Пациент с инициалами S.M. не сообщает о своем страхе — факт, который, казалось бы, укрепляет связь между анатомией и эмоциями. Но в 2013 году исследователи смогли вызвать реакцию страха у С.М. и другие пациенты с повреждением миндалины при вдыхании углекислого газа. Это заставляет тело чувствовать, что оно задыхается, и так называемые «бесстрашные» пациенты запаниковали, как и все остальные.

    «У всех был заголовок об этом:« Бесстрашная женщина чувствует страх », — говорит Леду. «Единственная причина, по которой вы удивитесь, — это если вы думаете, что страх исходит от миндалевидного тела».

    В 2013 году исследователи смогли вызвать реакцию страха у пациентов с повреждением миндалины, заставив их вдыхать углекислый газ.

    Леду определяет страх как то, что происходит в сознательном мозге в ответ на реакцию цепи выживания мозга на опасность. Если это так, то человек испытывает страх не из-за самой миндалины, а из-за структур мозга, отвечающих за познание.

    «Чувство страха возникает только у организмов, которые могут осознавать, что находятся в опасности», — написал он в статье, опубликованной в январе. Когда я разговаривал с ним, он добавил: «Если мы скажем людям, что миндалевидное тело непосредственно отвечает за страх, мы дадим неверный сигнал».

    Со своей стороны, даже Экман больше не говорил, что одно только выражение лица равно эмоциям. «Тридцать лет назад я подчеркивал выражение лица и мог бы сказать вам:« Выражения — это эмоции », — говорит он. «[Но] это не единичное явление.Это группа организованных явлений. Некоторые теоретики подчеркивают одно ».

    Экман теперь считает физиологию, оценку, субъективный опыт и предшествующие события (у вас есть эмоция примерно что-то) как отличительные характеристики эмоции, наряду с выражением лица и некоторыми другими факторами.

    «Печаль» (© Пол Экман)

    Тем не менее, «в основе« эмоции »лежит переживание эмоции, и это невозможно измерить», — пишет Фридлунд. Возможно, записано, но не измерено.«Это заставляет ученых, изучающих« эмоцию », вместо этого пытаться измерить все вокруг».

    Рассел высказывает то же самое. Он считает, что эмоции лучше всего изучать, измеряя их составляющие — выражение лица и активацию нервной системы, а также поведение и внутренние чувства. Но он говорит, что это заходит слишком далеко, чтобы складывать все это вместе и называть результат «эмоциями». «Мы выделяем определенные группы из них и называем их», — говорит он. «Когда ваша физиология на высоте, вы в опасности, и ваше лицо задыхается, вы говорите:« О, это страх.«Я думаю, что мы, как ученые, не сможем хорошо определять кластеры. Они слишком расплывчаты. Лучше, говорит он, просто спросить: «При каких условиях лицевые мышцы сокращаются определенным образом?» вместо того, чтобы говорить, что сжатие сигнализирует об эмоции.

    Даже если нет единого мнения о том, что такое эмоции , , есть по крайней мере некоторое совпадение в том, что, по мнению ученых, они вовлекают. В 2010 году Кэрролл Изард, который вместе с Экманом внес большой вклад в универсальную базовую теорию эмоций, опросил 34 исследователя эмоций на предмет их определения эмоций.Хотя «никакой сжатый синтез не может охватить все в 34 определениях« эмоции », данных участвовавшими учеными», — пишет он, — вот описание, которое придумал Изард, основанный на вещах, которые имели наибольшее согласие:

    Эмоция состоит из нейронных цепей (которые, по крайней мере, частично выделены), систем реагирования и состояния / процесса чувств, которые мотивируют и организуют познание и действие. Эмоция также предоставляет информацию человеку, испытывающему ее, и может включать предшествующие когнитивные оценки и текущее познание, включая интерпретацию состояния чувств, выражений или социально-коммуникативных сигналов, и может мотивировать подход или избегающее поведение, осуществлять контроль / регулирование реакций и быть социальным или реляционным по своей природе.

    Изард далее говорит, что «вышеизложенное заслуживающее внимания и весьма плюралистическое описание структур и функций эмоций не является определением». Ученые больше сошлись во мнении о том, что эмоция вызывает , чем то, что это такое. (Судя по моему исследованию, есть некоторые разногласия по поводу того, чем не является эмоция . Состояния, такие как «голодный» или «сонный», обычно исключаются, но в то время как один исследователь мог бы назвать «любовь» эмоцией, например , другой может сказать, что это недостаточно краткое чувство, чтобы квалифицироваться.)

    Странно, что в такой неопределенной области, как исследование эмоций, существует столько разногласий. Я редко слышал, чтобы ученые так нагло рассказывали о своих исследованиях. Экман обвинил некоторых из своих критиков в карьеристских мотивах. «Если вы бросите вызов кому-то, кто хорошо зарекомендовал себя, это может привлечь внимание прессы. Готовые пресс-релизы [Барретт] — вот что она освещает ». Когда я спрашиваю, что не так с пресс-релизами, он отвечает: «Я этого не делаю. Я никогда этого не делал … Есть другие способы добиться признания своей науки.

    Панксепп говорит, что он чувствует, что его часто втягивают в дебаты, хотя он видит свою работу, посвященную «первичному уровню» мозга, как основу для развития таких исследователей, как Леду и Барретт, которые делают упор на познание. «Я считаю, что оказываю большую помощь другим [ученым], если они хотят такой помощи», — говорит он, добавляя: «Люди всегда соревнуются. Так было всегда и так будет всегда ».

    Келтнер, психолог из Беркли, говорит: «Я думаю, мы всегда будем бороться за то, что такое широкое понятие эмоции.В эмоциях есть что-то, что порождает эти споры. Может быть, мы думаем, что приходим к сути человеческой натуры ».

    Когда нет согласованного определения того, что ищут исследователи, наука может выглядеть как своего рода религия. Люди выбирают разные пути, чтобы искать одно и то же. Некоторые убеждаются, что их путь правильный. Другие агностики — уверены только в неопределенности. Третьи довольствуются тем, что игнорируют вопросы, на которые нет ответа, и сосредотачиваются на анализе вещей, которые не сопротивляются анализу.Данные — это данные, достаточно правдивые, но люди могут интерпретировать их как угодно.

    Экман сам моделирует «презрение» (© Пол Экман)

    Рассел сравнивает наименование эмоций с своего рода психологической астрологией. «Многие культуры признали созвездия, дали им имена и сочинили о них истории. Люди, верящие в астрологию, все еще думают, что влияют на людей. Но в астрономии эти звезды не имеют особого отношения друг к другу ».

    Фридлунд рассматривает поле эмоций как своего рода пятно Роршаха, «на котором психология является предлогом, а идеология — подтекстом.Он описывает вражду Мид / Экман, например, как прежде всего идеологическую. Он считает, что теория универсальности Экмана была попыткой вернуть психологию от идеи культурного разнообразия Мида к «позитивному посланию Кумбайи», где «мы все одинаковы в глубине души».

    Наука — это не всегда ответы на вопросы, собрание с трудом добытых фактов о том, как устроен мир. Иногда научный метод охватывает десятилетия, даже столетия, каждое исследование — капля в ведро, которое, возможно, никогда не будет заполнено.Трудно понять, насколько исследователи эмоций близки к решению или существует ли оно вообще. «С философской точки зрения можно утверждать, что« опыт »не является чем-то внутренне измеряемым», — пишет Фридлунд. «Это может навсегда сделать его недоступным для науки».

    Было бы неплохо подумать, что в наш век ответов может возникнуть вечный вопрос. Не о Боге или смысле жизни, а только о людях и о том, как мы работаем. Может быть, эмоции — это просто совокупность физиологии, поведения и ситуационного контекста, не более того.Но, возможно, в них есть нечто большее, чем просто это — более глубокий смысл, который возникает из созвездий, которые мы создаем, что-то преобразующее и, в конечном счете, непознаваемое.

    Что такое эмоции? | Психология сегодня

    Философы и психологи давно обсуждают природу эмоций, таких как счастье.Являются ли они состояниями сверхъестественных душ, когнитивными суждениями об удовлетворении цели или восприятием физиологических изменений? Достижения в области нейробиологии показывают, как мозг генерирует эмоции посредством комбинации когнитивной оценки и телесного восприятия.

    Предположим, что сегодня с вами происходит что-то действительно хорошее: вы выигрываете в лотерею, ваш ребенок поступает в Гарвард или кто-то, кто вам был интересен, приглашает вас на свидание. Естественно, вы чувствуете себя счастливыми, но что это за счастье?

    Согласно традиционному дуалистическому взгляду на человека, вы состоите как из тела, так и из души, и именно душа испытывает ментальные состояния, такие как счастье.Эта точка зрения имеет привлекательный смысл, что вы даже можете почувствовать счастье после того, как ваше тело исчезнет, ​​если ваша душа продолжает существовать в приятном месте, таком как рай. К сожалению, нет убедительных доказательств существования души и бессмертия, поэтому дуалистический взгляд на эмоции и разум в целом можно отбросить как принятие желаемого за действительное или мотивированный вывод.

    В настоящее время существует два основных научных способа объяснения природы эмоций. Согласно теории когнитивной оценки, эмоции — это суждения о том, насколько текущая ситуация соответствует вашим целям.Счастье — это оценка того, что ваши цели достигаются, так как выигрыш в лотерее решает ваши финансовые проблемы, а приглашение на встречу обещает удовлетворить ваши романтические потребности. Точно так же печаль — это оценка того, что ваши цели не достигаются, а гнев — это суждение, направленное на то, что препятствует достижению ваших целей.

    С другой стороны, Уильям Джеймс и другие утверждали, что эмоции — это восприятие изменений в вашем теле, таких как частота сердечных сокращений, частота дыхания, потоотделение и уровни гормонов.С этой точки зрения счастье — это своего рода физиологическое восприятие, а не суждение, а другие эмоции, такие как грусть и гнев, являются психическими реакциями на различные виды физиологических стадий. Проблема с этим объяснением состоит в том, что телесные состояния, кажется, не так точно настроены, как множество различных видов эмоциональных состояний. Тем не менее, несомненно, существует некоторая связь между эмоциями и физиологическими изменениями.

    Понимание того, как работает мозг, показывает, что эти теории эмоций — когнитивная оценка и физиологическое восприятие — могут быть объединены в единое описание эмоций.Мозг — это параллельный процессор, выполняющий множество задач одновременно. Визуальное и другие виды восприятия являются результатом как сигналов органов чувств, так и интерпретаций сверху вниз, основанных на прошлых знаниях.

    Точно так же мозг может выполнять эмоции, интерактивно комбинируя как высокоуровневые суждения об удовлетворении цели, так и низкоуровневое восприятие телесных изменений. Суждения выполняются префронтальной корой, которая взаимодействует с миндалевидным телом и островком, которые обрабатывают информацию о физиологических состояниях.Следовательно, счастье может быть мозговым процессом, который одновременно оценивает и воспринимает тело.

    Подробнее о том, как это может работать, см. Модель эмоционального сознания EMOCON.

    Психология эмоций: от повседневной жизни к теории (9780471485681): Strongman, Kenneth T .: Books

    «Поздняя ночь, и вы сидите тихо. Соседи все в отъезде. Внезапно раздается громкий стук в входную дверь, крик, а затем гробовая тишина … »

    Поскольку эмоции и эмоциональные переживания являются повседневным явлением, они всегда были ключевыми темами изучения психологов.Пятое издание «Психологии эмоций» представляет собой классический учебник для студентов по этой теме. Этот учебник предлагает исчерпывающее руководство по всем основным теориям и концепциям эмоций и связывает их с повседневной жизнью, используя примеры, с которыми каждый может идентифицировать себя.

    Написанное в привлекательном, доступном стиле, это полностью переработанное издание включает:
    * всесторонний обзор и обсуждение основных теорий эмоций
    * примеры из реальной жизни, иллюстрирующие ключевые концепции
    * темы для обсуждения
    * резюме глав
    * предложения по дальнейшее чтение.

    Используемый мультидисциплинарный подход понравится тем, кто исследует эмоции в области философии и социальных наук, а также студентам-психологам и преподавателям. Каждый, кто изучает или преподает эмоции, найдет «Психологию эмоций» бесценным ресурсом.

    «Поздняя ночь, и вы сидите тихо. Соседи все в отъезде. Внезапно раздается громкий стук в входную дверь, крик, а затем гробовая тишина … »

    Поскольку эмоции и эмоциональные переживания являются повседневным явлением, они всегда были ключевыми темами изучения психологов.Пятое издание «Психологии эмоций» представляет собой классический учебник для студентов по этой теме. Этот учебник предлагает исчерпывающее руководство по всем основным теориям и концепциям эмоций и связывает их с повседневной жизнью, используя примеры, с которыми каждый может идентифицировать себя.

    Написанное в привлекательном, доступном стиле, это полностью переработанное издание включает:
    * всесторонний обзор и обсуждение основных теорий эмоций
    * примеры из реальной жизни, иллюстрирующие ключевые концепции
    * темы для обсуждения
    * резюме глав
    * предложения по дальнейшее чтение.

    Используемый мультидисциплинарный подход понравится тем, кто исследует эмоции в области философии и социальных наук, а также студентам-психологам и преподавателям. Каждый, кто изучает или преподает эмоции, найдет «Психологию эмоций» бесценным ресурсом.

    Об авторе

    Кеннет Стронгман — профессор психологии Кентерберийского университета, Новая Зеландия, а также член Королевского общества Новой Зеландии.Помимо четырех предыдущих изданий этой книги, его публикации включают еще четыре книги и многочисленные статьи, в основном об эмоциях, эмоциональном переживании и его последствиях. Он также много писал на популярном уровне.

    Определение эмоций Merriam-Webster

    эмоция | \ i-ˈmō-shən \

    : сознательная психическая реакция (например, гнев или страх), субъективно воспринимаемая как сильное чувство, обычно направленное на конкретный объект и обычно сопровождающееся физиологическими и поведенческими изменениями в организме.

    б : состояние чувства

    c : аффективный аспект сознания : чувство

    Сравнение 5 теорий эмоций

    Кажется, что эмоции доминируют во многих аспектах нашей жизни.Но что такое эмоции?

    Это слово впервые появляется в нашем языке в середине XVI века, оно происходит от французского слова émouvoir , что буквально означает «возбуждать». Однако можно найти предшественников слова «эмоция», восходящих к самым ранним из известных языковых записей. В поисках определения Хокенбери описывает эмоцию как «сложное психологическое состояние, которое включает три различных компонента: субъективный опыт, физиологический ответ и экспрессивный ответ.”

    Исследователи давно изучали, как и почему люди испытывают эмоции, и был предложен ряд теорий. Чтобы сравнить и сопоставить эти теории эмоций, полезно сначала объяснить их с точки зрения взаимодействия между их компонентами: стимулом, вызывающим эмоции, физиологическим возбуждением, когнитивной оценкой и субъективным переживанием эмоций.

    Согласно теории Джеймса-Ланге, первоначально предложенной Джеймсом и примерно в то же время также Ланге, стимул приводит к возбуждению, которое приводит к эмоции.Например, звук выстрела вызывает такие физиологические реакции, как учащенное сердцебиение и дрожь, которые приводят к субъективному переживанию страха. С другой стороны, согласно теории Кэннона-Барда, предложенной сначала Кэнноном, а затем расширенной Бардом, стимул приводит как к возбуждению, так и к эмоции. Например, звук выстрела вызывает как физиологические реакции, такие как учащенное сердцебиение и дрожь, так и субъективное переживание страха.

    Две наиболее известные когнитивные теории — это двухфакторная и когнитивно-опосредованная теории эмоций.Согласно двухфакторной теории, предложенной Шехтером и Сингером, стимул приводит к возбуждению, которое обозначается познанием, которое приводит к эмоции. Например, звук выстрела вызывает физиологические реакции, такие как учащенное сердцебиение и дрожь, которые субъективно воспринимаются как страх.

    Согласно когнитивно-опосредованной теории, предложенной Лазарусом, стимул приводит к личному значению, полученному из познания, что приводит как к возбуждению, так и к эмоциям.Например, звук выстрела интерпретируется как нечто потенциально опасное и приводит как к физиологическим реакциям, таким как учащенное сердцебиение и дрожь, так и к субъективному переживанию страха.

    Наконец, согласно теории лицевой обратной связи, эмоция — это переживание изменений в наших лицевых мышцах. Другими словами, когда мы улыбаемся, мы испытываем удовольствие или счастье. Когда мы хмуримся, мы испытываем печаль. Это изменения в наших лицевых мышцах, которые сигнализируют нашему мозгу и обеспечивают основу наших эмоций.Подобно тому, как на нашем лице существует неограниченное количество мышечных конфигураций, также существует, казалось бы, неограниченное количество эмоций. Например, звук выстрела заставляет ваши глаза расширяться, а зубы сжиматься, а ваш мозг интерпретирует эти изменения лица как выражение страха. Следовательно, вы испытываете эмоцию страха.

    Разбив их таким образом, можно уже заметить различия и сходства между различными теориями, поскольку можно четко идентифицировать компоненты, которые существуют в каждой теории, и порядок, в котором они встречаются.Как видно из вышеизложенного, теории Джеймса-Ланге и Кэннон-Барда фундаментально схожи в том, что они обе включают одни и те же три компонента, но они различаются тем, как они определяют время возникновения возбуждения и эмоции. Обе они отличаются от двух когнитивных теорий тем, что явно не признают никакой роли познания.

    Что касается сходства, последовательность трех компонентов как в теории Джеймса-Ланге, так и в теории двух факторов, а также в теории Кэннона-Барда и когнитивно-опосредованной теории одинакова.Фундаментальное различие между двумя теориями, составляющими каждую пару, заключается в добавлении когнитивного компонента в какой-то момент последовательности.

    Список литературы

    Хокенбери и Хоккенбери (2007). Открывая психологию: четвертое издание. Нью-Йорк: Worth Publishers, Inc.,

    ДЖЕЙМС У. (1884). II. — ЧТО ТАКОЕ ЭМОЦИЯ? Разум, os-IX (34), 188-205 DOI: 10.1093 / mind / os-IX.34.188

    Лазарус Р. С. (1991). Эмоция и адаптация. Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.

    Майерс, Д. Г. (2004). Теории эмоций. Психология: седьмое издание, Нью-Йорк, Нью-Йорк: Издательство Worth.

    Изображение предоставлено Elnur / Shutterstock.

    Эмоции — Психология

    OpenStaxCollege

    [latexpage]

    Цели обучения

    К концу этого раздела вы сможете:

    • Объясните основные теории эмоций
    • Опишите роль, которую лимбические структуры играют в эмоциональной обработке.
    • Понять повсеместную природу создания и распознавания эмоционального выражения

    В процессе повседневной жизни мы испытываем множество эмоций.Эмоция — это субъективное состояние бытия, которое мы часто называем своими чувствами. Слова «эмоция» и «настроение» иногда используются как синонимы, но психологи используют эти слова для обозначения двух разных вещей. Обычно слово «эмоция» указывает на относительно интенсивное субъективное аффективное состояние, которое возникает в ответ на что-то, что мы переживаем ([ссылка]). Часто считается, что эмоции переживаются сознательно и преднамеренно. С другой стороны, настроение относится к длительному, менее интенсивному аффективному состоянию, которое не возникает в ответ на что-то, что мы переживаем.Состояния настроения могут не распознаваться сознательно и не несут в себе интенциональности, связанной с эмоциями (Beedie, Terry, Lane, & Devonport, 2011). Здесь мы сосредоточимся на эмоциях, а вы узнаете больше о настроении в главе, посвященной психологическим расстройствам.

    Малыши могут быстро проходить через эмоции, будучи (а) чрезвычайно счастливыми в один момент и (б) очень грустными в следующий. (кредит А: модификация работы Керри Чешика; кредит б: модификация работы Керри Чешик)


    Мы можем быть на высоте радости или в глубине отчаяния или.Мы можем злиться, когда нас предают, бояться, когда нам угрожают, и удивляться, когда происходит что-то неожиданное. В этом разделе будут описаны некоторые из наиболее известных теорий, объясняющих наши эмоциональные переживания, и дается понимание биологических основ эмоций. Этот раздел завершается обсуждением повсеместной природы выражения эмоций на лице и нашей способности распознавать эти выражения у других.

    Наши эмоциональные состояния — это комбинация физиологического возбуждения, психологической оценки и субъективных переживаний.Вместе они известны как компоненты эмоции. Эти оценки основаны на нашем опыте, происхождении и культуре. Следовательно, у разных людей могут быть разные эмоциональные переживания, даже когда они сталкиваются с похожими обстоятельствами. Со временем было предложено несколько различных теорий эмоций, показанных в [ссылка], чтобы объяснить, как различные компоненты эмоций взаимодействуют друг с другом.

    Теория эмоций Джеймса-Ланге утверждает, что эмоции возникают в результате физиологического возбуждения.Вспомните, что вы узнали о симпатической нервной системе и нашей реакции «бей или беги» при угрозе. Если бы вы столкнулись с какой-либо угрозой в окружающей среде, например с ядовитой змеей на заднем дворе, ваша симпатическая нервная система инициировала бы значительное физиологическое возбуждение, которое заставило бы ваше сердце учащенно биться и учащалось бы ваше дыхание. Согласно теории эмоций Джеймса-Ланге, вы испытаете чувство страха только после того, как произойдет это физиологическое возбуждение.Кроме того, разные модели возбуждения будут связаны с разными чувствами.

    Другие теоретики, однако, сомневались в том, что физиологическое возбуждение, возникающее при различных типах эмоций, достаточно отчетливо, чтобы приводить к большому разнообразию эмоций, которые мы испытываем. Таким образом, была разработана теория эмоций Кэннон-Барда. Согласно этой точке зрения, физиологическое возбуждение и эмоциональное переживание происходят одновременно, но независимо (Lang, 1994). Итак, когда вы видите ядовитую змею, вы чувствуете страх точно в то же время, когда ваше тело начинает реагировать на борьбу или бегство.Эта эмоциональная реакция будет отдельной и независимой от физиологического возбуждения, даже если они возникают одновременно.

    Теории Джеймса-Ланге и Кэннон-Барда получили эмпирическую поддержку в различных исследовательских парадигмах. Например, Хвалис, Динер и Галлахер (1988) провели исследование эмоциональных переживаний людей с травмами спинного мозга. Они сообщили, что люди, которые были неспособны получать автономную обратную связь из-за своих травм, по-прежнему испытывали эмоции; тем не менее, люди, менее осознающие вегетативное возбуждение, имели тенденцию испытывать менее сильные эмоции.Совсем недавно исследование, посвященное гипотезе лицевой обратной связи, показало, что подавление выражения эмоций на лице снижает интенсивность некоторых эмоций, испытываемых участниками (Davis, Senghas, & Ochsner, 2009). В обоих этих примерах ни одна из теорий не подтверждается полностью, потому что физиологическое возбуждение не кажется необходимым для эмоционального переживания, но это возбуждение, по-видимому, участвует в повышении интенсивности эмоционального переживания.

    Двухфакторная теория эмоций Шахтера-Зингера — это еще один вариант теорий эмоций, который учитывает как физиологическое возбуждение, так и эмоциональные переживания.Согласно этой теории, эмоции состоят из двух факторов: физиологического и когнитивного. Другими словами, физиологическое возбуждение интерпретируется в контексте, чтобы произвести эмоциональное переживание. Возвращаясь к нашему примеру с ядовитой змеей на заднем дворе, двухфакторная теория утверждает, что змея вызывает активацию симпатической нервной системы, которая в контексте обозначается как страх, а наш опыт — это страх.

    Этот рисунок иллюстрирует основные утверждения двухфакторных теорий эмоций Джеймса-Ланге, Кэннона-Барда и Шехтера-Зингера.(кредит «змейка»: модификация работы «tableatny» / Flickr; кредит «лицо»: модификация работы Кори Занкера)


    Важно отметить, что Шехтер и Сингер считали, что физиологическое возбуждение очень похоже на разные типы эмоций, которые мы испытываем, и поэтому когнитивная оценка ситуации имеет решающее значение для реальных переживаемых эмоций. Фактически, можно было бы ошибочно приписать возбуждение эмоциональному переживанию, если бы обстоятельства были правильными (Schachter & Singer, 1962).

    Чтобы проверить свою идею, Шахтер и Зингер провели хитрый эксперимент. Участники мужского пола были случайным образом распределены в одну из нескольких групп. Некоторым из участников вводили адреналин, который вызывал телесные изменения, имитирующие реакцию симпатической нервной системы «бей или беги»; однако только некоторым из этих мужчин было сказано ожидать этих реакций как побочных эффектов инъекции. Другим мужчинам, которым вводили адреналин, сказали, что либо у инъекции не будет побочных эффектов, либо возникнет побочный эффект, не связанный с симпатической реакцией, например зуд в ногах или головная боль.Получив эти инъекции, участники ждали в комнате с кем-то еще, кого они считали еще одним объектом исследования. На самом деле другой человек был сообщником исследователя. Конфедерация демонстрировала сценарии эйфорического или гневного поведения (Schachter & Singer, 1962).

    Когда испытуемых, которым сказали, что они должны ожидать появления симптомов физиологического возбуждения, спросили о любых эмоциональных изменениях, которые они испытали, связанных с эйфорией или гневом (в зависимости от того, как их соратник вёл себя), они не ответили ни на что.Однако мужчины, которые не ожидали физиологического возбуждения в результате инъекции, с большей вероятностью сообщали, что они испытали эйфорию или гнев в результате поведения назначенного им сообщника. В то время как все, кто получил инъекцию адреналина, испытали одно и то же физиологическое возбуждение, только те, кто не ожидал возбуждения, использовали контекст, чтобы интерпретировать возбуждение как изменение эмоционального состояния (Schachter & Singer, 1962).

    Сильные эмоциональные реакции связаны с сильным физиологическим возбуждением.Это заставило некоторых предположить, что признаки физиологического возбуждения, в том числе учащенное сердцебиение, частота дыхания и потоотделение, могут служить инструментом для определения того, говорит ли кто-то правду или нет. Предполагается, что большинство из нас проявят признаки физиологического возбуждения, если будут вести себя нечестно с кем-то. Полиграф или тест на детекторе лжи измеряет физиологическое возбуждение человека, отвечая на ряд вопросов. Кто-то, обученный чтению этих тестов, будет искать ответы на вопросы, связанные с повышенным уровнем возбуждения, как потенциальные признаки того, что респондент мог быть нечестным в этих ответах.Хотя полиграфы все еще широко используются, их достоверность и точность весьма сомнительны, поскольку нет никаких доказательств того, что ложь связана с каким-либо конкретным паттерном физиологического возбуждения (Saxe & Ben-Shakhar, 1999).

    Взаимосвязь между нашим переживанием эмоций и нашей когнитивной обработкой их, а также порядок, в котором они возникают, остается темой исследований и дискуссий. Лазарус (1991) разработал когнитивно-опосредованную теорию, согласно которой наши эмоции определяются нашей оценкой стимула.Эта оценка является посредником между стимулом и эмоциональной реакцией, и она является немедленной и часто неосознаваемой. В отличие от модели Шахтера-Зингера, оценка предшествует когнитивному ярлыку. Вы узнаете больше о концепции оценки Lazarus, когда изучите стресс, здоровье и образ жизни.

    Две другие выдающиеся точки зрения вытекают из работ Роберта Зайонка и Жозефа Леду. Зайонц утверждал, что некоторые эмоции возникают отдельно от нашей когнитивной интерпретации или до нее, например, чувство страха в ответ на неожиданный громкий звук (Zajonc, 1998).Он также верил в то, что мы могли бы случайно назвать интуитивным чувством, — что мы можем испытать мгновенное и необъяснимое приязнь или неприязнь к кому-то или чему-то (Zajonc, 1980). Леду также считает, что некоторые эмоции не требуют познания: некоторые эмоции полностью обходят контекстную интерпретацию. Его исследования в области нейробиологии эмоций продемонстрировали главную роль миндалины в возникновении страха (Cunha, Monfils, & LeDoux, 2010; LeDoux 1996, 2002). Стимул страха обрабатывается мозгом одним из двух путей: от таламуса (где он воспринимается) непосредственно к миндалине или от таламуса через кору, а затем к миндалине.Первый путь быстрый, а второй позволяет больше обрабатывать детали стимула. В следующем разделе мы более подробно рассмотрим нейробиологию эмоциональных реакций.

    Ранее вы узнали о лимбической системе, которая представляет собой область мозга, отвечающую за эмоции и память ([ссылка]). Лимбическая система включает гипоталамус, таламус, миндалину и гиппокамп. Гипоталамус играет роль в активации симпатической нервной системы, которая является частью любой эмоциональной реакции.Таламус служит сенсорным ретрансляционным центром, нейроны которого проецируются как в миндалину, так и в более высокие области коры для дальнейшей обработки. Миндалевидное тело играет роль в обработке эмоциональной информации и отправке этой информации в корковые структуры (Fossati, 2012). Гиппокамп объединяет эмоциональные переживания с познанием (Femenía, Gómez-Galán, Lindskog, & Magara, 2012).

    Лимбическая система, которая включает гипоталамус, таламус, миндалевидное тело и гиппокамп, участвует в обеспечении эмоциональной реакции и памяти.



    Пройдите через интерактивный трехмерный тренажер мозга Open Colleges, чтобы освежить знания о частях мозга и их функциях. Чтобы начать, нажмите кнопку «Начать изучение». Чтобы получить доступ к лимбической системе, щелкните значок «плюс» в правом меню (набор из трех вкладок).

    Миндалина

    Миндалевидное тело привлекло большое внимание исследователей, заинтересованных в понимании биологической основы эмоций, особенно страха и беспокойства (Blackford & Pine, 2012; Goosens & Maren, 2002; Maren, Phan, & Liberzon, 2013).Миндалевидное тело состоит из различных субъядер, включая базолатеральный комплекс и центральное ядро ​​([ссылка]). Базолатеральный комплекс имеет плотные связи с множеством сенсорных областей мозга. Это очень важно для классической подготовки и для придания эмоциональной ценности учебным процессам и памяти. Центральное ядро ​​играет роль во внимании и связано с гипоталамусом и различными областями ствола мозга, регулируя деятельность вегетативной нервной и эндокринной систем (Pessoa, 2010).

    Анатомия базолатерального комплекса и центрального ядра миндалины проиллюстрирована на этой диаграмме.


    Исследования на животных продемонстрировали повышенную активацию миндалевидного тела у крысят, у которых есть запаховые сигналы в сочетании с поражением электрическим током, когда их мать отсутствует. Это приводит к отвращению к сигналу запаха, который предполагает, что крысы научились бояться сигнала запаха. Интересно, что когда мать присутствовала, крысы фактически отдавали предпочтение запаху, несмотря на то, что он ассоциировался с поражением электрическим током.Это предпочтение было связано с отсутствием увеличения активации миндалины. Это предполагает различное влияние на миндалевидное тело со стороны контекста , (присутствие или отсутствие матери) определяет, научились ли детеныши бояться запаха или привлекаться к нему (Moriceau & Sullivan, 2006).

    Raineki, Cortés, Belnoue и Sullivan (2012) продемонстрировали, что у крыс отрицательный опыт ранней жизни может изменить функцию миндалины и привести к формированию подростковых моделей поведения, имитирующих человеческие расстройства настроения.В этом исследовании крысят в течение 8–12 дней после рождения получали либо жестокое, либо обычное лечение. Было две формы жестокого обращения. Первая форма жестокого обращения заключалась в неудовлетворительном постельном состоянии. У крысы-матери не хватало подстилки в клетке, чтобы построить нормальное гнездо, в результате чего она проводила больше времени вдали от своих детенышей, пытаясь построить гнездо, и реже кормила детенышей. Вторая форма жестокого обращения заключалась в задаче ассоциативного обучения, которая включала сочетание запахов и электрического раздражителя в отсутствие матери, как описано выше.Контрольная группа находилась в клетке с достаточным количеством подстилок и не беспокоилась со своими матерями в течение того же периода времени. У крысят, подвергшихся жестокому обращению, гораздо больше шансов проявлять симптомы депрессии в подростковом возрасте по сравнению с контрольной группой. Такое депрессивное поведение было связано с повышенной активацией миндалины.

    Исследования на людях также предполагают связь между миндалевидным телом и психологическими расстройствами настроения или тревогой. Изменения в структуре и функции миндалины были продемонстрированы у подростков, которые либо относятся к группе риска, либо у которых были диагностированы различные расстройства настроения и / или тревожные расстройства (Miguel-Hidalgo, 2013; Qin et al., 2013). Также было высказано предположение, что функциональные различия миндалевидного тела могут служить биомаркером для дифференциации людей, страдающих биполярным расстройством, от людей, страдающих большим депрессивным расстройством (Fournier, Keener, Almeida, Kronhaus, & Phillips, 2013).

    Гиппокамп

    Как упоминалось ранее, гиппокамп также участвует в эмоциональной обработке. Как и в случае с миндалевидным телом, исследования показали, что структура и функция гиппокампа связаны с различными расстройствами настроения и тревожными расстройствами.У лиц, страдающих посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР), наблюдается заметное уменьшение объема нескольких частей гиппокампа, что может быть результатом снижения уровней нейрогенеза и ветвления дендритов (генерация новых нейронов и генерация новых дендритов в существующих нейронах, соответственно. ) (Wang et al., 2010). Хотя невозможно сделать причинно-следственную связь с подобными корреляционными исследованиями, исследования продемонстрировали улучшения в поведении и увеличение объема гиппокампа после фармакологической или когнитивно-поведенческой терапии у лиц, страдающих посттравматическим стрессовым расстройством (Bremner & Vermetten, 2004; Levy-Gigi, Szabó, Келемен и Кери, 2013 г.).


    Посмотрите это видео об исследовании, которое демонстрирует, как объем гиппокампа может изменяться в зависимости от травматических переживаний.

    Культура может влиять на то, как люди проявляют эмоции. Правило культурного проявления — это один из набора культурных специфических стандартов, которые регулируют типы и частоту проявления эмоций, которые являются приемлемыми (Malatesta & Haviland, 1982). Следовательно, у людей с разным культурным происхождением могут быть очень разные культурные правила отображения эмоций.Например, исследования показали, что люди из США выражают отрицательные эмоции, такие как страх, гнев и отвращение, как в одиночку, так и в присутствии других, в то время как японцы делают это только в одиночестве (Matsumoto, 1990). Кроме того, люди из культур, которые склонны подчеркивать социальную сплоченность, с большей вероятностью будут участвовать в подавлении эмоциональной реакции, чтобы они могли оценить, какая реакция наиболее уместна в данном контексте (Matsumoto, Yoo, & Nakagawa, 2008).

    Эмоциональность может быть связана с другими отличительными культурными особенностями.Например, в эмоциональной обработке могут быть гендерные различия. Хотя исследования гендерных различий в эмоциональном проявлении неоднозначны, есть некоторые свидетельства того, что мужчины и женщины могут по-разному регулировать эмоции (McRae, Ochsner, Mauss, Gabrieli, & Gross, 2008).

    Несмотря на разные правила отображения эмоций, наша способность распознавать и воспроизводить эмоции на лице кажется универсальной. Фактически, даже врожденно слепые люди производят такое же выражение эмоций на лице, несмотря на то, что у них никогда не было возможности наблюдать эти выражения эмоций на лице других людей.Казалось бы, это наводит на мысль, что паттерн активности лицевых мышц, участвующих в формировании эмоциональных выражений, универсален, и действительно, эта идея была предложена в конце 19 века в книге Чарльза Дарвина Выражение эмоций у человека и животных (1872). . На самом деле, есть существенные доказательства семи универсальных эмоций, каждая из которых связана с различными выражениями лица. К ним относятся: счастье, удивление, печаль, испуг, отвращение, презрение и гнев ([ссылка]) (Ekman & Keltner, 1997).

    Показаны семь универсальных выражений эмоций на лице. (кредит: модификация работы Кори Занкера)


    Улыбка делает вас счастливым? Или счастье заставляет тебя улыбаться? Гипотеза лицевой обратной связи утверждает, что выражения лица способны влиять на наши эмоции, а это означает, что улыбка может сделать вас счастливее (Buck, 1980; Soussignan, 2001; Strack, Martin, & Stepper, 1988). Недавние исследования показали, как ботокс, который парализует лицевые мышцы и ограничивает выражение лица, может влиять на эмоции.Хавас, Гленберг, Гутовски, Лукарелли и Дэвидсон (2010) обнаружили, что люди, находящиеся в депрессивном состоянии, меньше сообщали о депрессии после паралича их хмурых мышц инъекциями ботокса.

    Конечно, эмоции отображаются не только через выражение лица. Мы также используем тон нашего голоса, различное поведение и язык тела для передачи информации о наших эмоциональных состояниях. Язык тела — это выражение эмоций в виде положения тела или движения. Исследования показывают, что мы весьма чувствительны к эмоциональной информации, передаваемой через язык тела, даже если мы не осознаем ее (de Gelder, 2006; Tamietto et al., 2009).


    Посмотрите этот короткий видеоролик History Channel о языке тела, чтобы увидеть, как он проявляется в напряженной ситуации политических дебатов. Чтобы применить эти же концепции к более повседневным ситуациям, с которыми большинство из нас сталкивается, ознакомьтесь с этими советами из интервью на шоу Today с экспертом по языку тела Джанин Драйвер.

    Расстройство аутистического спектра и выражение эмоций

    Расстройство аутистического спектра (РАС) — это набор расстройств нервного развития, характеризующихся повторяющимся поведением, коммуникативными и социальными проблемами.Дети с расстройствами аутистического спектра испытывают трудности с распознаванием эмоционального состояния других, и исследования показали, что это может быть связано с неспособностью различать различные невербальные выражения эмоций (например, выражения лица) друг от друга (Hobson, 1986). Кроме того, есть данные, позволяющие предположить, что аутичным людям также трудно выражать эмоции тоном голоса и выражением лица (Macdonald et al., 1989). Трудности с распознаванием и выражением эмоций могут способствовать нарушению социального взаимодействия и общения, которые характерны для аутизма; поэтому были изучены различные терапевтические подходы для решения этих трудностей.Различные учебные программы, когнитивно-поведенческая терапия и фармакологические методы лечения показали некоторые перспективы в оказании помощи аутичным людям в обработке эмоционально значимой информации (Bauminger, 2002; Golan & Baron-Cohen, 2006; Guastella et al., 2010).

    Эмоции — это субъективные переживания, состоящие из физиологического возбуждения и когнитивной оценки. Были выдвинуты различные теории, объясняющие наши эмоциональные переживания. Теория Джеймса-Ланге утверждает, что эмоции возникают в результате физиологического возбуждения.Теория Кэннона-Барда утверждает, что эмоциональные переживания возникают одновременно с физиологическим возбуждением и независимо от него. Двухфакторная теория Шехтера-Зингера предполагает, что физиологическое возбуждение получает когнитивные ярлыки в зависимости от соответствующего контекста и что эти два фактора вместе приводят к эмоциональному переживанию.

    Лимбическая система — это эмоциональный контур мозга, который включает миндалевидное тело и гиппокамп. Обе эти структуры играют роль в нормальной эмоциональной обработке, а также в психологическом настроении и тревожных расстройствах.Повышенная активность миндалевидного тела связана с обучением страху, и это наблюдается у людей, которые подвержены риску или страдают от расстройств настроения. Было показано, что объем гиппокампа уменьшается у людей, страдающих посттравматическим стрессовым расстройством.

    Способность вызывать и распознавать выражения эмоций на лице кажется универсальной, независимо от культурного происхождения. Однако существуют культурные правила демонстрации, которые влияют на то, как часто и при каких обстоятельствах могут выражаться различные эмоции.Тон голоса и язык тела также служат средством, с помощью которого мы передаем информацию о наших эмоциональных состояниях.

    У лиц, страдающих посттравматическим стрессовым расстройством, уменьшились объемы ________.

    1. миндалины
    2. гиппокамп
    3. гипоталамус
    4. таламус

    Согласно ________ теории эмоций, эмоциональные переживания возникают в результате физиологического возбуждения.

    1. Джеймс-Ланге
    2. Пушечный бард
    3. Двухфакторный
    4. Schachter-Singer
    5. Дарвиновский

    Что из перечисленного не является одной из семи универсальных эмоций, описанных в этой главе?

    1. неуважение
    2. отвращение
    3. меланхолия
    4. гнев

    Какая из следующих теорий эмоций предполагает, что полиграф должен достаточно точно отличать одну эмоцию от другой?

    1. Теория пушечного барда
    2. Теория Джеймса-Ланге
    3. Двухфакторная теория Шахтера-Зингера
    4. Дарвиновская теория

    Представьте, что вы обнаружили ядовитую змею, которая ползет по вашей ноге сразу после приема лекарства, предотвращающего активацию симпатической нервной системы.Что теория Джеймса-Ланге предсказывает о вашем опыте?

    Теория Джеймса-Ланге предсказывала, что я не буду чувствовать страх, потому что у меня не было физиологического возбуждения, необходимого для того, чтобы вызвать это эмоциональное состояние.

    Почему мы не можем сделать причинно-следственные связи между объемом гиппокампа и посттравматическим стрессовым расстройством?

    Существующие исследования носят корреляционный характер.Возможно, уменьшение объема гиппокампа предрасполагает людей к развитию посттравматического стрессового расстройства или уменьшение объема может быть результатом посттравматического стрессового расстройства. Причинно-следственные связи могут быть сделаны только при проведении эксперимента.

    Подумайте о случаях в своей жизни, когда вы были в абсолютном приподнятом настроении (например, возможно, баскетбольная команда вашей школы только что выиграла в соревновании по мячу на национальном чемпионате) и очень боялись (например, вы собирались выступить с речью в своем классе публичных выступлений. в комнату, полную 100 незнакомцев).Как бы вы описали физическое проявление вашего возбуждения? Были ли заметные различия в физиологическом возбуждении, связанном с каждым эмоциональным состоянием?

    Глоссарий

    базолатеральный комплекс
    часть мозга с плотными связями с различными сенсорными областями мозга; это очень важно для классической обработки и придания эмоциональной ценности памяти
    язык тела
    эмоциональное выражение через положение тела или движение
    Теория эмоций Кэннон-Барда
    физиологическое возбуждение и эмоциональное переживание происходят одновременно
    центральное ядро ​​
    Часть мозга, отвечающая за внимание и связанная с гипоталамусом и различными областями ствола мозга для регулирования активности вегетативной нервной и эндокринной систем
    когнитивно-опосредованная теория
    наши эмоции определяются нашей оценкой стимула
    компоненты эмоции
    физиологическое возбуждение, психологическая оценка и субъективный опыт
    правило показа культурных ценностей
    один из культурных стандартов, определяющих приемлемые типы и частоту эмоций.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *