Психология самоубийцы: Психология самоубийства – Психология суицидального поведения

Автор: | 17.05.2018

Содержание

Психология самоубийства

По данным ВОЗ в мире каждые 40 секунд совершается один суицид, а ежегодно происходит всего более 800 тысяч суицидов. При этом мужчины совершают суициды вдвое чаще, чем женщины, а женщины в четыре раза чаще совершают покушения на самоубийства, чем мужчины.

В России ежегодно происходит в среднем 19,5 случаев суицида на каждые 100 тысяч жителей страны, но ситуация сильно различается по регионам: если в Москве совершается в среднем от 4 до 6 суицидов на каждые 100 тысяч жителей, то в Сибири и на Дальнем Востоке происходит более 30, а на Алтае, в Бурятии, Туве и Ненецком автономном округе и на Чукотке — более 60 случаев суицида на каждые 100 тысяч человек.

Эти показатели могли бы быть намного ниже, если бы родственники людей, которые предпринимают попытки совершения суицида, своевременно заметили психологические проблемы своих близких и обратились за психологической помощью к специалистам. Несмотря на то, что по статистике только одна из 20 попыток самоубийств заканчивается смертью, нельзя слепо надеяться, что суицидальное поведение не приведет к трагическому концу.

Большинство попыток самоубийств у взрослых являются следствием серьезных психических расстройств — глубокой депрессии, шизофрении, биполярного расстройства, деменции, психопатии и других психических патологий. У подростков попытки суицида чаще всего бывают спровоцированы желанием привлечь к себе внимание. Независимо от того, что заставило человека задуматься о суициде, стремление наложить на себя руки происходит не сразу: им всегда предшествует определенный период времени, в который поведение человека из обычного становится суицидальным.

Суицидальное поведение отличается следующими признаками:

  • Несвойственная ранее усталость, вялость, безразличие или внезапное спокойствие.
  • Хронические нарушения сна, бессонница, потеря аппетита, психологические проблемы.
  • Тревожность, агрессия, страх, нарушение психологического равновесия.
  • Пренебрежительное отношение к своему внешнему виду.
  • Разговоры о суицидах и о смерти, повышенный интерес к случаям суицида, посещение сайтов с описаниями самоубийств.
  • Употребление алкоголя или наркотиков.
  • Приобретение средств, которыми можно совершить суицид (огнестрельного оружия, медикаментов и т.п.).
  • Предыдущие или недавние попытки совершения суицида.
  • Случаи суицида в семье или в близком окружении.
  • Наследственная предрасположенность к депрессии или психическим расстройствам.
Типы суицидального поведения

Существует пять основных типов смысла самоубийства: «протест», «призыв», «избежание», «самонаказание», «отказ».

«Протест» — это желание наказать обидчиков, причинить им вред хотя бы фактом собственной смерти.

«Призыв» — это крик о помощи, о недостатке внимания. Смысл самоубийства такого рода – вызвать своей смертью сочувствие, сострадание окружающих.

«Избежание» ставит перед собой цель уйти от страдания или наказания. Так, например, пускает пулю в лоб человек, растративший общественную казну.

«Самонаказание» — нечто вроде диалога двух «я»: судьи и подсудимого. Моральный смысл такого суицида – искупление вины («нет, после такого поступка я не достоит жить»).

«Отказ»: здесь цель самоубийства и мотив поведения почти совпадают, а потому и смысл самоуничтожения можно характеризовать как полную капитуляцию.

Аналоги суицидального поведения

Все выделенные типы суицидального поведения — это аналоги общеповеденческих стратегий в ситуациях конфликта, и что им соответствуют те же типы морально-психологических позиций личности: протеста и обвинения окружающих; призыва к помощи; уклонения от борьбы и бегства от трудностей; самообвинения; отказа от деятельности и капитуляции.

Если проанализировать индивидуальный стиль поведения и разрешения конфликтов многих, то становится ясно, что в жизненных ситуациях их реакции обычно тяготели к тому типу решения, который они выбрали в качестве самоубийства.

Что происходит перед самоубийством?

Кризисные состояния, предшествующие самоубийству, можно назвать «перекрытием» источников жизненного смысла: происходит блокада жизненных целей, представление о невозможности самореализации, разрыв между тем что «должно» и тем, что есть, между собственной и окружающей жизнью. В результате – утрачивается жизненный смысл, интерес к жизни, перспективы, а следовательно – и стимулы к деятельности. Возникает отчуждение и безнадежность, ощущение тягостности и безнадежности жизни.

Такие состояния могут возникать не только в итоге одного серьезного травмирующего события, но и в результате череды жизненных трудностей.

Главный механизм, специфичный для суицидального поведения и запускающий акт самоубийства, — это инверсия (переворот) отношений к жизни и смерти. Жизнь утрачивает все степени положительного отношения и воспринимается только негативно, в то время как смерть меняет свой знак с отрицательного на положительный. С этого момента начинается формирование цели самоубийства и разработка плана ее реализации.

Психологическая помощь при суицидальном поведении

Своевременная психологическая помощь при суицидальном поведении поможет не только предотвратить суицид и сохранить жизнь пациенту, но и выяснить причины, вызвавшие такое поведение. Если вы заметили в поведении кого-то из ваших близких психологический дисбаланс, описанные выше признаки или другие психологические отклонения, не теряйте времени и срочно обращайтесь за психологической помощью к психотерапевту. Чем раньше вы обратитесь за консультацией, тем легче и быстрее можно будет скорректировать поведение пациента и вернуть его к нормальной жизни. Психологическая помощь специалиста в данной ситуации заключается в ранней диагностике психосоматических заболеваний, нервно-психических расстройств и психических отклонений, обуславливающих суицидальные мысли и поступки, выяснение причин, которые могут привести к суициду, коррекция выявленных расстройств и связанных с ними психологических проблем с поведением.

Суицидальный риск бывает особенно высоким в тех случаях, если в прошлом пациент уже проходил лечение от психического заболевания, если у него раньше уже были намерения суицида или в прошлом он когда-либо отказался от лечения психиатрического заболевания или прервал его. Риск возрастает также при рецидивах психического заболевания и критических перемен в жизни такого пациента.

Суицидальное поведение подростков

Особенно важна своевременная психологическая помощь при суицидальном поведении подростков. Нельзя забывать, что в подростковом возрасте психологические мотивы, толкающие подростка к самоубийству, могут быть совершенно незначительными с точки зрения взрослых и абсолютно неадекватными относительно размера проблемы. Такие «трагедии» как двойка и угроза наказания за нее, жестокая шутка или издевательство сверстников, запрет родителей на дружбу с каким-то определенным человеком или на пользование интернетом могут резко изменить поведение подростка и привести его к импульсному решению совершить суицид.

Оценить тревожные психологические отклонения в детском и подростковом возрасте без помощи психологом или психотерапевтов довольно сложно: дети часто смешивают игру и реальную жизнь, и суицидальные намерения могут остаться незамеченными. Нужно помнить, что в группу риска входят подростки из неблагополучных семей, дети с эмоциональной неустойчивостью и повышенной внушаемостью, склонные к импульсивным и необдуманным поступкам, а также подростки, употребляющие алкоголь, наркотики и другие токсические вещества.

Склонность родителей к депрессиям, психозам и другим психическим расстройствам также повышает вероятность суицида у подростка. Плохие отношения с родителями также увеличивают вероятность появления суицидальных настроений. Есть и еще один важный фактор, провоцирующий у подростков психологическую неуравновешенность и опасные психологические изменения — это интернет-зависимость. Если подросток практически перестал общаться с «реальными» друзьями и целыми днями сидит в интернете, это очень тревожный сигнал. Интернет-зависимость сродни наркотической зависимости и также может довести подростка до непоправимой трагедии.

Есть один очень важный момент: зачастую подростки воспринимают смерь нереально — не как конец жизни, а просто как переход в другое состояние, как сон, после которого можно проснуться и снова вернуться к жизни. Есть и еще один важный фактор, с которым необходимо считаться: суицидальное поведение у подростков заразительно. Если кто-то из молодежных кумиров, друзей или знакомых совершает суицид, это часто провоцирует всплеск суицидальных настроений у целой группы молодежи, и в результате может произойти целый ряд трагедий, обусловленных групповым поведением.

Если подросток начинает проявлять агрессию, замыкается в себе, теряет аппетит или перестает следить за своей внешностью, если он слишком долго сидит в интернете — это признак того, что пора обратиться к помощи психолога. Опасными признаками являются также нелюдимость подростка, отсутствие у него друзей, правонарушения, участие в неформальных группировках, неосознанные стремления причинить себе боль (грызет ногти и пальцы, выдергивает волосы, часто появляются порезы, царапины и ушибы), а также склонность к безрассудному риску — например, чрезмерное увлечение экстремальными видами развлечений. Осложнить ситуацию может сложная обстановка в семье (развод родителей, появление отчима или мачехи, конфликты между родителями или близкими родственниками и т.п.).

Признаки того, что у подростка начинает формироваться суицидальные наклонности, могут быть следующими:

  • Пассивность и безразличие к происходящему.
  • Низкая самооценка, неудовлетворенность собой, своим положением среди сверстников и своим внешним видом.
  • Неумение найти себе интересное занятие или увлечение.
  • Психологические или эмоциональные нарушения: неуравновешенность, агрессивность, импульсивные поступки, психологический дисбаланс
  • Психические нарушения: депрессии, навязчивые идеи, фобии и т.п.
  • Мрачные настроения, трагические мысли, разговоры о смерти, повышенный интерес к смертям и трагедиям в кино, литературе и новостях.
  • Негативная оценка настоящего и пессимистические настроения относительно будущего
  • Социальное отторжение (отсутствие друзей в школе, плохие отношения с родителями, издевательства сверстников и т.п.).
  • Трудности с концентрацией внимания, рассеянность, забывчивость.
  • Прием наркотиков, «спайсов», каких-либо токсических веществ или алкоголя.

Необходимо помнить, что истинную глубину проблемы может оценить только специалист, поэтому при появлении тревожных признаков у подростка не следует терять время и нужно срочно обратиться к помощи психолога. Психолог определит степень риска суицида у подростка, сориентирует его на поиски выхода из создавшейся сложной ситуации или поможет изменить отношение к тем проблемам, которые решить невозможно.

Если случилась очень острая ситуация, единственным выходом из которой подросток считает уход их жизни, то в этом случае необходима экстренная консультация психотерапевтов или психиатров, которая может потребовать психотерапевтического или медикаментозного лечения. Своевременное оказание медицинской помощи поможет не только предотвратить трагедию, но и вернуть пациента к нормальной полноценной жизни.

Попытка суицида: психологическая помощь пациенту

Профессиональная помощь суициденту — пациенту, совершившему попытку суицида — должна оказываться в экстренном порядке и включать несколько этапов. Наиболее эффективным методом выведения пациента из критического состояния являются индивидуальные беседы с психотерапевтом, который всесторонне займется психологическими проблемами пациента.

На первом этапе психологической помощи целью психотерапевта является установление эмоционального контакта с пациентом и предоставление ему возможности выговориться. Как правило, после неудачного покушения на самоубийство пациент охотно изливает свои чувства в длительном монологе, после чего его состояние становится более спокойным, и психотерапевт может перейти к следующему этапу помощи — выяснению причин, которые послужили пациенту поводом для глубокого психологического кризиса. На этом этапе задача психотерапевта состоит в том, чтобы увести пациента от суицидальных мыслей, избавить его от ощущения безысходности, поднять его самооценку и убедить его в том, что все его психологические проблемы и тяжелое эмоциональное состояние — явление временное, и все трудности, с которыми он столкнулся, преодолимы, а его уход из жизни не решит проблем, но станет тяжелым ударом для родных и друзей. После того как психотерапевт убедит пациента в том, что все его психологические проблемы преодолимы, начинается следующий этап помощи — выработка мер для преодоления кризисной ситуации.

На этом этапе психотерапевт помогает пациенту уделить особое внимание психологическим проблемам, поверить в свои силы и составить план преодоления проблемной ситуации. Конструктивный пошаговый план дальнейших действий, которые можно предпринять вместо самоубийства, поможет суициденту эффективнее преодолеть возникшие психологические проблемы и быстрее найти выход из неразрешимой, по его мнению, ситуации. Когда при помощи психотерапевта состояние пациента изменится с пассивного бездействия на попытку самостоятельного решения проблемы, психотерапевт будет всячески поддерживать.

Психологическая помощь при суициде

Если близкие не проявили должного внимания к суициденту и не сумели предотвратить трагедию, то в этом случае родственникам тоже могут потребоваться психологические консультации. Такие трагедии как суицид всегда вызывают у близких чувство вины за бездействие и в свою очередь могут привести к депрессии и глубоким эмоциональным расстройствам. В случае если суициденту удалось выжить после инцидента, задача психотерапевта заключается в том, чтобы защитить пациента от повторения суицидальных покушений и членовредительства, улучшить его субъективное восприятие качества жизни и перспектив на будущее, а также снизить чувство безнадежности ситуации и бессмысленности жизни, которое толкнуло его на отчаянный шаг.

Необходимо также помнить, что лучше всего решить любые психологические проблемы может только специалист, поэтому при первых же тревожных признаках у кого-то из близких не стоит терять время и нужно немедленно обратиться за консультацией к психологу, психотерапевту. Раннее выявление психологического дисбаланса и возможных психических отклонений поможет пациенту преодолеть психологический кризис и избавит в будущем от многих проблем.

Блуждание во мраке: 17 фактов о самоубийствах

В среднем каждые две недели кто-нибудь прыгает с моста «Золотые Ворота» в Сан-Франциско. Мост протяженностью более километра признан «лучшим» местом для совершения самоубийства: на нем уже свели счеты с жизнью больше трех тысяч человек. Такова пугающая реальность. Что в жизни этих людей было настолько тяжкого и невыносимого?

Суицид всегда непросто принять. Эта тема сложна для изучения с точки зрения психотерапии, не говоря уже о понимании со стороны родственников и друзей. За годы работы я поняла, насколько нужны понимание и забота тем, кто борется с суицидальными мыслями. Важно не обесценивать то, что они переживают, не заставлять их чувствовать себя ненормальными. Исследования утверждают, что недостаток поддержки и доступность способов лишить себя жизни — факторы риска, а они делают нас более восприимчивыми к возникающим трудностям.

Вот что я поняла о тех, кто думает, собирается или уже совершал попытку убить себя.

1. Большинство хочет об этом поговорить

На первичном приеме я часто спрашиваю у клиентов о мыслях или попытках суицида. Я задаю этот вопрос совершенно бесстрастно, чтобы рассеять мифы, ослабить защитные механизмы и добиться открытости. Если клиент говорит, что подумывал о самоубийстве, я интересуюсь, делился ли он с кем-нибудь этими мыслями. Как правило, люди держат их в тайне, потому что опасаются отрицательной реакции, осуждения или обесценивания своих чувств. Со временем я поняла, что многие мои клиенты-подростки и некоторые взрослые хотят поговорить о самоубийстве, но боятся, что другие увидят в них депрессивного или пессимистичного человека.

2. Думать о суициде не значит его совершить

В состоянии внутреннего конфликта находятся и уже пытавшиеся себя убить, и те, кто долго размышляет об этом. Часто о смерти думают после нескольких лет страданий, попыток излечиться и множества травматичных или трагических событий. Для некоторых людей суицид — своего рода «пластырь». К сожалению, они не осознают, что он не решит проблем, а причинит еще более сильную боль. Временный «пластырь» ничего не исправит. Я верю, что люди, которые борются с суицидальными мыслями, в глубине души знают это. Но они ищут хоть что-нибудь, что остановит их боль.

3.  Причинение себе вреда не всегда означает желание умереть

Работая в больнице, я встречалась с подростками, у которых по всему телу были множественные следы от нанесенных себе повреждений. Я осознала, что многие из этих детей не обязательно хотели умереть. Они хотели «остановить» боль, но не знали как. Я работала с десятилетним поджигателем, которого нельзя было оставить одного с бабушкой — он убегал и находил дома что-нибудь возгораемое. В конце концов он сжег дом, начал резать и прижигать себя. Проработав с ним 90 дней, я обнаружила, что он вовсе не хотел умереть. Ребенок пытался остановить навязчивые мысли, от которых страдал много лет после того, как стал жертвой сексуального насилия.

4. За первой попыткой скорее всего последует еще одна

Результаты многочисленных исследований говорят о том, что, если человек хотя бы раз пытался совершить самоубийство, он с большой вероятностью предпримет новые шаги. Первая попытка как будто снижает страх перед последующими. Она может быть «пробным шаром», чтобы посмотреть, что произойдет. Особенно часто так поступают тинейджеры.

5. Наличие суицидальных мыслей не обязательно означает, что человек нуждается в помощи

В обществе принято считать: если у человека есть суицидальные мысли, он нуждается в психиатрическом лечении. Пора развенчать этот миф. Самоубийство — один из вызовов, которые бросает нам жизнь. Вполне естественно, что время от времени люди начинают думать об этом. Реальные проблемы начинаются, когда человек глубоко изучает эту тему с намерением убить себя. Если ваш близкий упоминает об этом в разговоре или вы чувствуете, что он об этом размышляет, можно спросить его о причинах. Но не заставляйте его чувствовать себя «плохим» или виноватым!

6. Тема суицида не должна быть табуированной

Сегодня подростки, кажется, больше понимают об этом, чем взрослые. Популярный среди них сериал «13 причин почему» дает реалистичный взгляд на проблему суицида. Увы, родители пока не готовы обсуждать это с тинейджерами. Как правило, подобные разговоры не начинаются, пока самоубийство не происходит в семье. Мне же кажется, что старшее поколение должно пользоваться возможностью говорить на эту тему. Самоубийство — вторая по частоте причина смерти людей в возрасте 12-24 лет. Это настоящая эпидемия среди молодежи.

7. Большинство тех, кто размышляет о самоубийстве, хотят жить, но не знают как

Лично я ценю красоту жизни, когда у меня все хорошо. Наслаждаюсь природой и отношениями, получаю удовольствие от работы и учебы. Но стоит случиться чему-то по-настоящему неприятному — и краски тускнеют и все это теряет смысл. Те, кто борется с суицидальными мыслями, испытывают ту же дилемму. С одной стороны, хочется жить и наслаждаться красотой жизни. С другой — кажется, что свобода лишь в одном шаге.

8. Многие размышляющие о самоубийстве не знают, как его совершить

У меня было много клиентов, которые рассказывали мне о своих суицидальных мыслях, но у них не было конкретного плана. План — та самая составляющая, которая делает суицидальные мысли смертоносными. И еще один важный момент: некоторых самоубийство страшит больше, чем перспектива пасть от руки другого, и они провоцируют других причинить им вред.

9. Важно максимально осторожно подойти к проблеме

Важно помочь человеку увидеть ценность жизни. Например, работая с суицидальными подростками (особенно с теми, кто полон решимости исполнить задуманное и у кого есть доступ к оружию или таблеткам), я должна сделать нашу первую встречу позитивной. Важно помочь клиенту увидеть, что надежда на то, что все наладится, все же есть. Когда кто-то находится на этой стадии, важно обходиться с ним максимально бережно.

10.  Те, кто совершает попытки суицида, как правило, об этом жалеют

26 человек из тех, кто спрыгнул с моста «Золотые Ворота», жалели о своем поступке. Один из выживших рассказал, что прыжок затянулся на целую вечность и он передумал в ту же секунду, когда оттолкнулся ногами от моста. Это еще раз доказывает, что люди испытывают противоречивые чувства и не всегда действительно хотят умереть, даже размышляя о суициде.

11. Каждую секунду кто-то в нашем мире хочет убить себя

Облекая этот факт в слова и начиная глубже исследовать проблему суицида, можно осознать весь ужас ситуации. Даже если мы счастливы и довольны, кто-то в этот самый момент несчастен и думает покончить с собой. Пока мы увлечены собственной жизнью, кто-то обрывает свою. Кто-то думает об этом прямо сейчас. А самое страшное: по статистике, четыре из пяти подростков-самоубийц подавали ясные сигналы, что их посещает желание умереть, но никто их не заметил, пока не стало слишком поздно.

12. Орудием самоубийства может стать то, что всегда под рукой

В процессе строительства моста «Золотые Ворота» погибли 11 человек, и в план было включено возведение сетки безопасности для строителей. Сегодня жители Сан-Франциско предлагают установить «сетку для самоубийц». Многих пугает мысль, что такому количеству людей мост «помогает» свести счеты с жизнью. Не следует забывать: размышляющий о суициде человек преодолеет любое расстояние, чтобы осуществить задуманное.

13. Большинство людей думают о самоубийстве, но избегают говорить или размышлять о нем глубже

Вы бы поделились суицидальными мыслями с теми, кто никогда не поймет вас, не проявит сочувствия или обесценит вашу боль? Уверена, что нет. Поэтому многие люди, втайне думающие о суициде, осторожно «подают сигналы», собирают орудия для реализации своего плана и затем доводят его до конца. Есть масса поведенческих признаков, по которым можно определить, что кто-то задумывается о самоубийстве.

14. Философы рассматривали самоубийство как дилемму человеческого бытия

Кант, Платон, Фридрих Ницше, Сократ и многие другие философы писали о суициде. Платон считал его постыдным действием, проявлением трусости, а самоубийц предлагал хоронить без опознавательных знаков. Не подобного ли мнения в основном придерживается и современное общество? Самоубийство как акт заклеймено, и многие избегают обсуждать эту тему.

15. Мысли и чувства о суициде всегда порождают внутренний конфликт

Доктор Лайза Файерстоун из некоммерческой Ассоциации Глендон изучает самоубийства и насилие. Она выяснила, что многие из тех, кто решается на суицид, переживают острейшую внутреннюю борьбу: желание жить борется в них с желанием умереть.

16. Три фактора, влияющие на вероятность суицида: генетика, окружение, травма

Предрасположенность к определенным психическим состояниям (например, депрессии), небезопасное окружение, недостаток заботы и поддержки, психологические травмы могут существенно повысить риск суицидального поведения.

17. Негативный внутренний монолог и внутренний «локус контроля» могут привести к суицидальным мыслям

Навязчивые негативные мысли и заблуждения, «застревание» на определенной болезненной теме — все это может как способствовать развитию депрессии, так и быть ее проявлениями. Депрессия же, в свою очередь, приводит к суицидальным мыслям. Это порочный круг.

Людям с суицидальными мыслями и противоречивыми чувствами необходима поддержка. Чуткость близких и открытость к обсуждению этой темы могут предотвратить ужасные события. Готовы ли вы к такому разговору?

Автор — Тамара Хилл, психотерапевт, специалист по работе с эмоциональными травмами.

Читайте также

Самоубийство. Психология

Почему люди совершают самоубийства?

Но его утрата – хоть и необходимое, но не достаточное условие суицидального поведения. Нужна еще переоценка смерти. Смерть должна приобрести определенный смысл, и тогда представление о ней может превратиться в цель деятельности. И, наконец, часто события, толкающие к самоубийству, наносят мощный удар по ценностям человека.

Решение совершить самоубийство — это акт морального выбора. Отдавая предпочтение самоубийству, человек соотносит его мотив и результат, принимает на себя ответственность за самоуничтожение или перекладывает эту ответственность на других. Так или иначе, когда человек самоубийство, то видит в нем не просто действие, ведущее к смерти, но и определенный поступок, несущий «мессадж» для людей, вызывающий их отношение, оценки и мнения.

Парадокс самоубийства

Многочисленные наблюдения дают основания утверждать, что даже при истинных самоубийствах (то есть, тех, целью которых не является шантаж), их непосредственная цель — прекращение жизни — в большинстве случаев не совпадает с мотивами поведения самоубийц. Самоубийство является как бы средством, обслуживающим иной, вышестоящий мотив, причем не смертельный, а вполне жизненный. Парадокс самоубийства заключается в том, что прекращение жизни наполняется для самоубийцы морально-психологическим смыслом. Впрочем, не такой уж это и парадокс. Если бы самоубийство не обретало смысл, как все другие поведенческие акты, то оно и не было бы убийством себя, то есть осознанным поступком.

Типы суицидального поведения

Существует пять основных типов смысла самоубийства: «протест», «призыв», «избежание», «самонаказание», «отказ».

«Протест» — это желание наказать обидчиков, причинить им вред хотя бы фактом собственной смерти.

«Призыв» — это крик о помощи, о недостатке внимания. Смысл самоубийства такого рода – вызвать своей смертью сочувствие, сострадание окружающих.

«Избежание» ставит перед собой цель уйти от страдания или наказания. Так, например, пускает пулю в лоб человек, растративший общественную казну.

«Самонаказание» — нечто вроде диалога двух «я»: судьи и подсудимого. Моральный смысл такого суицида – искупление вины («нет, после такого поступка я не достоит жить»).

«Отказ»: здесь цель самоубийства и мотив поведения почти совпадают, а потому и смысл самоуничтожения можно характеризовать как полную капитуляцию.

Аналоги суицидального поведения

Все выделенные типы суицидального поведения — это аналоги общеповеденческих стратегий в ситуациях конфликта, и что им соответствуют те же типы морально-психологических позиций личности: протеста и обвинения окружающих; призыва к помощи; уклонения от борьбы и бегства от трудностей; самообвинения; отказа от деятельности и капитуляции.

Если проанализировать индивидуальный стиль поведения и разрешения конфликтов многих, то становится ясно, что в жизненных ситуациях их реакции обычно тяготели к тому типу решения, который они выбрали в качестве самоубийства.

Что происходит перед самоубийством?

Кризисные состояния, предшествующие самоубийству, можно назвать «перекрытием» источников жизненного смысла: происходит блокада жизненных целей, представление о невозможности самореализации, разрыв между тем что «должно» и тем, что есть, между собственной и окружающей жизнью. В результате – утрачивается жизненный смысл, интерес к жизни, перспективы, а следовательно – и стимулы к деятельности. Возникает отчуждение и безнадежность, ощущение тягостности и безнадежности жизни.

Такие состояния могут возникать не только в итоге одного серьезного травмирующего события, но и в результате череды жизненных трудностей.

Выводы

Итак, главный механизм, специфичный для суицидального поведения и запускающий акт самоубийства, — это инверсия (переворот) отношений к жизни и смерти. Жизнь утрачивает все степени положительного отношения и воспринимается только негативно, в то время как смерть меняет свой знак с отрицательного на положительный. С этого момента начинается формирование цели самоубийства и разработка плана ее реализации.

Психология суицидального поведения — лекции на ПостНауке

Самоубийство — тема, которая может рассматриваться в разных аспектах. Начнем с того, что это процесс. Самостоятельный уход из жизни — это процесс, который обычно делится на две фазы: предиспозиционную (пресуицидальную) и собственно суицидальную. Первая фаза — это фаза подготовки, в которой мы можем наблюдать у человека, который вскоре совершит такого рода попытку, какие-то факторы, которые предрасполагают его к совершению этого поступка. А суицидальная фаза вбирает в себя весь репертуар так называемой суицидальной активности, куда входят и мысли, и планирование действий, которые будут способствовать уходу из жизни, и эти самые действия. Когда мы говорим об объяснении, что такое суицид, что собой представляет группа феноменов, которая связана с принятием решения уйти из жизни, мы сталкиваемся с различными концепциями. Я не буду пересказывать эти концепции в историческом контексте. Скажу лишь только, что на сегодняшний момент практически все ученые признают, что суицид — это биопсихосоциальный феномен, то есть там есть биологические факторы, психологические и социальные.

Начнем с биологических факторов. Они стали изучаться относительно недавно и представляют значительный интерес, потому что всегда считалось, особенно в отечественной психиатрии, что самоубийство — это социально-психологическая дезадаптация в условиях переживаемого конфликта по классическому определению, которое дает профессор Амбрумова, основатель отечественной суицидологии. Это абсолютно верное определение, которое говорит о факте, о феноменологии, о том, что такое суицид. Но оно не в достаточной степени говорит о природе. Тем не менее оно непротиворечиво, и сейчас, даже исходя из этого определения, ищут биологические предиспозиции суицида. Что же мы можем по этому поводу сказать? Во-первых, генетические факторы. Действительно, существуют генетические данные, данные о том, что родственники самоубийцы первой степени родства в 4 раза чаще совершают самоубийство, то есть чаще склонны к поведению такого рода. Близнецовые исследования: монозиготные близнецы в 20 раз чаще совершают самоубийства: если один из близнецов совершил, то у второго, по статистике, риск в 20 раз увеличивается. Дизиготные близнецы: по разным данным, до 4% увеличивается риск суицидального поведения.

Биохимические факторы находят у пациентов, которые совершили попытку самоубийства, но остались живы. При изучении их биохимии находят увеличение обратного захвата серотонина, в первую очередь в лобных долях головного мозга. Интересно, что, когда нейропсихолог проводит нейропсихологическое тестирование пациентов, которые совершили самоубийство, он находит определенный дефицит в функциях лобных долей мозга, то есть психика самоубийцы работает немного по-другому. Есть типология суицидов в самом общем виде. Например, пациенты, которые совершают импульсивный суицид — при столкновении с каким-то сильным стрессом бросаются в окно или царапают себя, царапают себе руки очень импульсивно. Оказывается, что у них дефицит по нейропсихологическим тестам, и это совпадает с данными функциональной МРТ — дефицит в орбитальных зонах лобных долей мозга. А вот у пациентов, которые долго планируют самоубийство, оказывается дефицит функций дорсолатеральной префронтальной коры. О чем это говорит? О том, что люди вследствие наличия у них дефицита дорсолатеральной префронтальной коры не могут найти различные варианты решения своей проблемы, потому что повреждение этой зоны мозга связано с формированием ригидности. Люди застревают в своем негативном состоянии и не могут найти решение. Наоборот, здоровые люди, у которых эти зоны мозга сохранны, могут найти варианты решения.

Действительно ли самоубийца ненавидит жизнь? Психология самоубийства

Означает ли самоубийство нелюбовь к жизни и ее благам? Поверхностно самоубийство может произвести впечатление потери всякого вкуса к земной жизни, окончательной отрешенности от нее. Но в действительности это не так. Самоубийство есть в большинстве случаев особого рода проявление непросветленной любви к земной жизни и ее благам. Самоубийца есть человек, который потерял всякую надежду, что блага жизни могут быть ему даны. Он ненавидит свою несчастную, бессмысленную жизнь, а не вообще земную жизнь, не вообще блага жизни. Он хотел бы более счастливой и осмысленной земной жизни, но отчаялся в ее возможности.

Когда человек кончает жизнь самоубийством, то его убивает мир, ставший для него слишком горьким, в то время как сладость мира он считал единственной настоящей и подлинной жизнью. Яд, который человек в порыве отчаяния принимает внутрь, пуля, которую он пускает себе в лоб, река, в которую он бросается, все это есть уничтожающий его «мир», во власти которого он находится.

Когда же человек глубоко и жизненно проникается той мыслью, что жизнь в этом мире, в этом времени не есть единственная и окончательная жизнь, что есть иная, высшая, вечная жизнь, ему никогда не придет в голову мысль покончить с собой. Тогда является перед человеком бесконечная задача врастания в вечность, духовном восхождения, освобождения от власти дурной, несчастной, бессмысленной жизни мира.

Победить волю к самоубийству значит победить власть «мира» над своей судьбой. Вот в чем основной парадокс самоубийства. Самоубийца есть менее всем человек, способный к жертве своей жизнью, он слишком привязан к ней и погружен в ее мрак. Самоубийство есть погруженность человека в себя и рабство человека у мира.

Психология, которая приводит к самоубийству, есть менее всего психология отрешенности от благ земной жизни. Люди аскетического типа, напряженной духовной жизни, обращенные к иному миру, к вечности, никогда не кончают жизнь самоубийством. Нужна, наоборот большая обращенность к временному и земному, забвение о вечности и небе, чтобы образовалась психология самоубийства. Для психологии самоубийства именно временное стало вечным, вечное же исчезло, именно земная жизнь с ее благами есть единственная существующая жизнь, и никакой другой жизни нет.

Человек, духовно свободный от власти мира, никогда не мог бы испытать состояния отчаяния и безнадежности, которое ведет к самоубийству. Он знает, что подлинная радость дается не благами мира, а возрастанием в духовной жизни и близостью Бога, что подлинная жизнь есть врастание в вечность. Но человек, врастающий в вечность, никогда не пожелает покончить насильственно свою жизнь во времени.

Самоубийство эгоистично и оно противоположно жертве своей жизнью во имя других, во имя какой-нибудь идеи, во имя своей веры. Если бы человек, решивший покончить с собой, был еще способен на жертву, то он остался бы жить, он совершил бы жертву, приняв тяготу жизни. Если бы самоубийца в роковую минуту способен был думать о других и совершить для других жертву, рука бы его дрогнула и жизнь его была бы спасена.

Онлайн курс «Повышение самопринятия» изменит Вашу жизнь.

Власть мира над самоубийцей выражается не в том, что он способен думать о мире, отрешившись от себя, забыв о себе, а в том, что он весь поглощен страданиями, которые ему мир приносит и отчаянием от того, что мир никогда не принесет желанных благ. Это значит, что в отношении к миру он ориентирован эгоцентрически. Но эгоцентрическая ориентировка всегда и есть источник рабства. Человек хотел бы, чтобы мир имел для него вкус, возбуждал его, привлекал его, и мучается, что это прошло и уже невозможно. Тут прикованность к миру, хотя в отрицательной форме, остается полностью.

Самоубийство есть не только насилие над жизнью, но есть также насилие над смертью. В самоубийстве нет вольного принятия смерти в час, ниспосылаемый свыше. Самоубийца считает себя единственным хозяином своей жизни и своей смерти, он не хочет знать Того, Кто создал жизнь и от Кого зависит смерть.

Вольное принятие смерти есть вместе с тем принятие креста жизни. Смерть и есть последний крест жизни. Самоубийца в большинстве случаев думает, что его крест тяжелее, чем крест других. Но никто не может решить, чей крест тяжелее. Тут нет никакого объективного критерия для сравнения. У каждого человека свой особый крест, иной, чем у другого человека.

Самоубийство есть не только ложное и греховное отношение к жизни, но также ложное и греховное отношение к смерти. Смерть есть великая тайна, такая же глубокая тайна, как и рождение. В сущности человек всю жизнь должен готовиться к смерти и значительность и качественные достижения его жизни определяются тем, готов ли он к смерти. Готовиться к смерти совсем не значит умирать, ослаблять и уничтожать свою жизнь. Наоборот, это значит повышать свою жизнь, внедрять ее в вечность.

 Через смерть мы идем к воскресению для новой жизни. Самоубийство прямо противоположно Кресту Христову, Голгофе, но есть отказ от креста, измена Христу. Поэтому оно глубоко противоположно христианству. И психология самоубийства совсем не есть психология искупительной жертвы. Искупительная жертва основана на свободе. Самоубийца же не знает свободы, он не победил мир, а побежден миром.

 ( Победишь.ру 46 голосов: 2.87 из 5 )

Глава 7. ОБЩИЕ ЧЕРТЫ САМОУБИЙСТВА. Душа самоубийцы

Глава 7. ОБЩИЕ ЧЕРТЫ САМОУБИЙСТВА

Подобно пище для голодающего или смене одеяния для узника, освободившегося из концентрационного лагеря, новые идеи дают новые надежды. Эта истина касается как человека с суицидальными мыслями, так и психотерапевта, работающего с ним. Для меня такой новой идеей стала мысль о том, что суицидальные пациенты — я имею в виду всех людей, совершавших самоубийства или суицидальные попытки, которых мне довелось наблюдать в течение многих лет, — независимо от различий в потребностях проявляют определенный набор психологических характеристик. Переварив эти данные в котле своих размышлений, я выделил 10 общих черт самоубийства55.

Под «общими чертами» самоубийств я понимаю те проявления, которые отмечаются по крайней мере у 95 из 100 лиц, совершивших суицид, и касаются мыслей, чувств или форм поведения, наблюдаемых почти в каждом случае самоубийства. Я не говорю о суицидах среди мужчин, негритянского населения Америки, у подростков или больных с маниакально-депрессивным психозом. Я говорю о самоубийстве вообще — любом самоубийстве. Мне хотелось обратить внимание не столько на возраст, пол, этническую принадлежность или психиатрический диагноз, сколько на конкретные случаи суицида, чтобы постараться понять личность самоубийцы — и, естественно, причины, заставившие его совершить столь экстремальный поступок.

Вот десять общих психологических характеристик самоубийств, которые я обнаружил в моих исследованиях (см. табл. 3).

Таблица 3. Десять общих черт суицида

• Общей целью суицида является нахождение решения.

• Общая задача суицида состоит в прекращении сознания.

• Общим стимулом к совершению суицида является невыносимая психическая (душевная) боль.

• Общим стрессором при суициде являются фрустриро-ванные психологические потребности.

• Общей суицидальной эмоцией является беспомощность-безнадежность.

• Общим внутренним отношением к суициду является амбивалентность.

• Общим состоянием психики при суициде является сужение когнитивной сферы.

• Общим действием при суициде является бегство.

• Общим коммуникативным действием при суициде является сообщение о своем намерении.

• Общей закономерностью является соответствие суицидального поведения общему жизненному стилю поведения.

1. Общей целью суицида является нахождение решения. Самоубийство не является случайным действием. Оно никогда не совершается бесцельно. Оно представляется выходом из создавшегося положения, способом разрешения жизненной проблемы, дилеммы, обязательства, затруднения, кризиса или невыносимой ситуации. Для Ариэль, Беатрис, Кастро — да и всех прочих — идея самоубийства приобрела бесспорную логичность и стала несомненным побуждением к действию. Суицид является ответом, представляющимся единственно доступным из всех возможных решений, на почти неразрешимый вопрос: «Как мне из всего этого выбраться? Что же мне делать?». Цель каждого самоубийства состоит в разрешении проблемы, нахождении решения головоломной задачи, причиняющей человеку сильные страдания. Чтобы понять причину суицида, прежде всего следует знать, какую именно психологическую проблему пытается разрешить самоубийца. Как сказала Ариэль, ей необходимо было предпринять что-то, чтобы «…не было так мучительно больно». Кастро, со своей стороны, определял цель следующим образом: «Я хотел обрести покой, который я так давно искал».

2. Общей задачей суицида является прекращение сознания. Самоубийство легче всего понять как стремление к полному выключению сознания и прекращению невыносимой психической боли, особенно если это выключение рассматривается страдающим человеком как вариант выхода — и надо сказать, очень надежный вариант выхода — из насущных, болезненных жизненных проблем. В тот момент, когда мысль о возможности прекращения сознания становится для испытывающего мучения человека единственным ответом или выходом из невыносимой ситуации, тогда добавляется еще какая-то инициирующая искра, и начинается активный суицидальный сценарий. «Я предал себя в руки смерти» — так Кастро сообщает нам о своем желании, чтобы все прекратилось раз и навсегда.

3. Общим стимулом к совершению суицида является невыносимая психическая (душевная) боль. Если человек, имеющий суицидальные намерения, движется к прекращению сознания, то душевная боль — это то, от чего он стремится убежать. Детальный анализ показывает, что суицид можно легче всего понять как сочетание движения по направлению к прекращению своего потока сознания и бегства от нестерпимых чувств, невыносимой боли и неприемлемых страданий. Никто не совершает самоубийства, испытывая радость. Враг жизни — это боль. «Внутри я умер», «Я испытывала сильнейшую внутреннюю боль», «Захлестывающие волны боли бурлили во всем теле». Таким образом, боль можно считать квинтэссенцией самоубийства. Суицид является уникальной человеческой реакцией на невыносимую душевную боль — боль, порожденную человеческим страданием. Я полагаю, что если кому-то из нас представится благоприятная возможность завладеть вниманием суицидента, то приоритетным местом приложения наших терапевтических усилий должна стать боль. Если нам доведется хоть немного снизить интенсивность страдания другого человека, то вполне вероятно, что он увидит иные варианты решения проблемы помимо самоубийства, и выберет жизнь.

4. Общим стрессором при суициде являются фрустрированные психологические потребности. Как было видно из историй Ариэль, Беатрис и Кастро, самоубийство порождается нереализованными, заблокированными или неудовлетворенными психологическими потребностями. Именно они причиняют душевную боль и толкают человека на совершение суицидального действия. Чтобы в этом контексте понять самоубийство, вопрос следует поставить по возможности шире, а именно: какова психологическая подоплека большинства человеческих поступков? Пожалуй, лучший, наиболее общий ответ на этот вопрос состоит в том, что в целом действия людей направлены на удовлетворение их различных потребностей. Поэтому естественно, что в большинстве суицидов задействованы комбинации различных фрустрированных потребностей. В силу этого на фундаментальном уровне человек, проявляющий суицидальные тенденции, полагает, что его самоубийство преследует определенную цель, направленную на преодоление фрустрации стремлений. Встречается множество бессмысленных смертей, но никогда не бывает немотивированных самоубийств, любой суицидальный поступок отражает ту или иную неудовлетворенную психологическую потребность.

5. Общей суицидальной эмоцией является беспомощность-безнадежность. В начале своей жизни ребенок испытывает некоторое количество эмоций (например, ярость или наслаждение), которые довольно быстро дифференцируются. В суицидальном состоянии, будь то подростка или взрослого, ощущается одно всеобъемлющее чувство беспомощности-безнадежности. «Я уже ничего не могу сделать [кроме совершения самоубийства], и никто не может мне помочь [облегчить боль, которую я испытываю]». Взгляды на суицид ранних представителей психоаналитической школы подчеркивали характерную для него бессознательную враждебность. Но сегодня суицидологи знают, что существуют другие, более глубокие базисные эмоции. Их ядром является чувство активной, бессильной внутренней опустошенности, унылое ощущение, что все вокруг совершенно безнадежно, а человек беспомощен что-либо изменить. Кастро пишет об этом так: «Утерян последний луч надежды».

6. Общим внутренним отношением к суициду является амбивалентность. Зигмунд Фрейд поведал нам незабываемую психологическую истину, которая нарушает поверхностное впечатление о стройности формальной логики, утверждая, что нечто может одновременно являться «А» и «не-А». Например, мы можем одновременно любить и ненавидеть одного и того же человека: «Я не могу решить, ненавижу я тебя или люблю». Ариэль как-то говорила мне: «Оказалось, что в действительности я любила отца. А я ведь думала, что ненавижу его». У нас часто имеется два противоположных мнения в отношении многих важных вещей в нашей жизни. Я полагаю, что люди, совершающие самоубийство, испытывают двойственное отношение к жизни и смерти даже в тот момент, когда кончают с собой. Они желают умереть, но одновременно хотят, чтобы их спасли. Как говорила мне молодая женщина, ходившая по железной балке между крышами больничных зданий: «Я надеялась, что хоть кто-нибудь увидит меня через одно из этих многочисленных окон; ведь все здание целиком сделано из стекла». Для самоубийства типично состояние, при котором человек перерезает себе горло и одновременно взывает о помощи, и оба эти действия являются искренними и непритворными. Амбивалентность представляет собой совершенно естественное состояние при самоубийстве: чувствовать, что ты должен совершить его, и одновременно желать постороннего вмешательства. Я не знаю ни одного человека, который бы на все 100% желал покончить с собой, не имея одновременно фантазий о возможном спасении. Люди были бы счастливы не идти на саморазрушение, если бы не «должны» были предпринять его. Именно эта всегда имеющаяся амбивалентность дает деонтологические основания для терапевтического вмешательства. И в самом деле, почему бы каждому цивилизованному человеку не выступить на стороне жизни в ее борьбе со смертью?

7. Общим состоянием психики при суициде является сужение когнитивной сферы. Я не принадлежу к сторонникам мнения о том, что самоубийство лучше всего трактовать в контексте психоза, невроза или психопатии. Я полагаю, что суицид можно правильнее определять как более или менее преходящее психологическое состояние сужения и аффективной, и интеллектуальной сферы: «Мне ничего больше не оставалось»; «Единственно возможным выходом была смерть»; «Я могла только покончить с собой, одним-единственным способом — спрыгнуть с достаточной высоты». Все это примеры работы аффективносуженного сознания.

Синонимом сужения когнитивной сферы является туннельное сознание, заключающееся в резком ограничении выбора вариантов поведения, обычно доступных сознанию данного человека в конкретной ситуации, если его мышление в состоянии паники не стало дихотомическим (либо—либо). Либо я достигну некоего особенного (почти волшебного) разрешения всей ситуации, либо же перестану существовать. Все — или ничего.

Горький и настораживающий факт: в состоянии когнитивного сужения суицидент не просто пренебрегает жизненно важной ответственностью по отношению к любимым людям; хуже того — иногда они просто отсутствуют в поле его сознания. Совершающий самоубийство прерывает все связи с прошлым, объявляет себя в душе своеобразным банкротом, и это как бы лишает других права претендовать на его память и внимание. Воспоминания его уже не спасут; он находится вне пределов их досягаемости. Поэтому в случае любой попытки спасения в первую очередь следует направить терапевтические усилия на преодоление состояния суженного сознания. Цель и задачи представляются ясными: открыть перед человеком реальное присутствие иных возможностей, сняв с него психические шоры.

8. Общим действием при суициде является бегство (эгрессия). Эгрессией называется преднамеренное стремление человека удалиться из зоны бедствия или места, где он пережил несчастье. Вот примеры из суицидальных записок: «Покончив с собой, я избавлюсь от всего»; «Теперь, наконец, придет свобода от душевных мучений». Самоубийство является предельной эгрессией, на фоне которой меркнут все прочие виды бегства — уход из дома, увольнение с работы, дезертирство из армии или развод с супругом. Мы говорим о желании «отключиться» от повседневной жизни, когда уходим в отпуск или ныряем в увлекательную книгу, но большинство из нас все же проводят грань между желанием отстраниться от окружающей реальности на время и стремлением уйти из жизни навсегда.

9. Общим коммуникативным действием при суициде является сообщение о своем намерении. Одним из наиболее интересных результатов, полученных при психологической аутопсии случаев смерти в результате несомненного самоубийства, проводившейся нами в Центре превенции суицидов в Лос-Анджелесе, было наличие в большинстве экспертиз предвестников приближающегося летального события. «Я умираю», — сказал Уильям Стайрон совершенно чужому человеку; Кастро писал: «Я начал прощаться с друзьями». Многие люди, намеревающиеся совершить самоубийство, несмотря на амбивалентное отношение к планируемому поступку, исподволь, сознательно или безотчетно подают сигналы бедствия, как бы снабжая окружающих ключами к своему намерению, они стенают о своей беспомощности, взывают о вмешательстве или ищут возможности спасения. Следует отметить печальный и в то же время парадоксальный факт, общее коммуникативное действие при самоубийстве — это не проявление вражды, ярости или разрушения, и даже не замкнутость или депрессия, а именно сообщение о своем суицидальном намерении. Естественно, эти словесные сообщения и поведенческие проявления часто бывают косвенными, но человек внимательный в состоянии заметить их.

10. Общей закономерностью является соответствие суицидального поведения общему жизненному стилю поведения. Люди, умирающие от болезни (например, рака) на протяжении недель или месяцев, все это время в достаточной мере остаются сами собой, свойственные им черты проступают даже в большей степени, чем обычно. Почти в каждом из этих случаев можно увидеть характерные формы (паттерны) поведения: проявление определенных чувств или использование защитных механизмов, соответствующих острым или долговременным реакциям на боль, опасность, неудачу, бессилие или утрату свободы действий. Они имеют отличия у каждого конкретного человека и соответствуют присущим ему формам поведения в предыдущих состояниях душевного волнения. Люди остаются чрезвычайно упорными в верности самим себе и выражают ее однотипностью своих реакций в схожих обстоятельствах на протяжении всей жизни. Однако при самоубийстве нас поначалу сбивает с толку тот факт, что оно по своей природе является действием, которого человек никогда ранее не совершал, и ему нет аналогов или прецедентов в личной истории. Тем не менее, существует какая-то преемственность с тем, как он раньше справлялся с подобными трудностями. Чтобы оценить индивидуальную способность человека переносить психическую боль, следует обратиться к предыдущим -состояниям душевного волнения, мрачным временам в его жизни. Немаловажно выяснить, нет ли у него склонности к состояниям сужения когнитивной сферы, дихотомическому мышлению или устоявшихся моделей бегства и эгрессии, применявшихся в возникавших ранее критических ситуациях. Ответы можно получить, расспросив о деталях и нюансах того, каким образом происходило, например, увольнение с работы или развод, как удавалось справиться с душевной болью. Повторные тенденции к капитуляции, уходу, избеганию или агрессии являются, пожалуй, одним из самых красноречивых предвестников самоубийства.

Меня как-то пригласили принять участие в расследовании самоубийства одного старика восьмидесяти лет, болевшего запущенной формой рака, который извлек из своего тела все иглы и трубочки, каким-то образом опустил перила кровати и, собрав все оставшиеся силы, поднял тяжелую оконную раму в больничной палате, а затем выбросился из окна. Я долго размышлял над этим поступком (как и по поводу всех других случаев самоубийства). Что заставило его так поспешить? Даже если бы он ничего не предпринял, то все равно умер бы через несколько дней. Он был ветераном второй мировой войны, и поэтому сведения о его жизни оказались достаточно полными. Сравнительно немногочисленные данные о работе, супружестве, образовании и военной службе оказались особенно показательными. Этот человек был несколько раз женат, получил поверхностное образование в различных учебных заведениях, подолгу не задерживался ни на одном рабочем месте. При этом его не уволил ни один начальник и не бросила сама ни одна жена. Наоборот, именно он уходил с работы первым, если возникали какие-либо трения. Не жены покидали его, а он во всех случаях оставлял их. А во время прохождения военной службы, как только возникала малейшая опасность служебного расследования, он немедленно переводился в другую часть. Вся его жизнь напоминала череду спешных отъездов. Вот и смерти от рака ни в коем случае не удастся его настигнуть; он умрет, как сам того пожелает, и самостоятельно выберет для этого время. Его самоубийство было вполне предсказуемым, исходя из преобладания определенных форм поведения на протяжении жизни.

Итак, люди остаются весьма последовательными и верными самим себе. Но я хотел бы добавить, что ни одно возможное в будущем самоубийство не вырублено в камне, и способность к изменениям является уникальным отличительным признаком человеческого рода. Вероятно, практически невозможно вести себя, не соответствуя своему характеру, но изменения в характере, непрерывный процесс роста и созревания человека — это действительно реально и происходит постоянно. Кроме того, у человека имеется немало внутренних ресурсов, чтобы выстоять и пережить преходящую душевную боль.

В некоторых из наших самых любимых литературных произведений описывается самоубийство. Я, например, вспоминаю роман «Пробуждение» Кэйт Чопин, «Госпожу Бовари» Флобера, «Страдания юного Вертера» Гете, «Карлика» Лагерквиста, «Анну Каренину» Льва Толстого — и это далеко не все. Особый интерес в них (помимо других замечательных качеств) для суицидо-лога представляет цельность и последовательность характеров основных героев, а также наше отношение к их добровольной смерти как к практически закономерному концу их жизни. Суицидальный исход не является неожиданностью, свойственной новеллам Мопассана, а скорее представляет собой логическое завершение сюжета и вполне вытекает из особенностей характера героя. Его следует признать огорчительной, но психологически обоснованной «необходимостью», если принять во внимание неблагоприятные жизненные обстоятельства и человеческие слабости. Может ли любой человек совершить самоубийство? Вряд ли. Однако если вы являетесь Анной, Эммой или Эдной, то вам стоит переворачивать страницы своей жизни с осторожностью и беречься того угла, в который вы можете загнать себя.

Существуют определенные вопросы, которые следует задавать, чтобы уменьшить степень когнитивного сужения у человека в суицидальном состоянии. Что у Вас болит? Что происходит с Вами? С какой проблемой Вы стремитесь разобраться или покончить? Сложились ли у Вас некие планы, как причинить себе вред, и каковы они? Что помогло бы Вам остаться в живых? Была ли у Вас когда-нибудь ситуация, похожая на нынешнюю, что Вы тогда предприняли и как она разрешилась?

Следует подумать о том, как помочь человеку с суицидальными намерениями в разработке альтернативы самоубийству, сначала вернувшись к обдумыванию (и переформулировке) проблемы, а затем рассмотрев и другие возможные варианты действий. Новые решения не всегда могут полностью разрешить проблему в том виде, как она была предъявлена, но создадут приемлемые варианты, с которыми человек будет в состоянии жить дальше. И именно в этом заключается основная цель терапевтической работы с суицидальным человеком.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Часть II: ПСИХОЛОГИЯ САМОУБИЙСТВА. «Душа самоубийцы»

 

Глава 3. ПРЕДВЕСТНИКИ САМОУБИЙСТВА И СУЖЕНИЕ СОЗНАНИЯ: СКРЫТОЕ САМОУБИЙСТВО И ПРИБЛИЖЕНИЕ СМЕРТИ

Сегодня с полным правом можно утверждать, что открытие предвестников (clues) суицида явилось наиболее важным результатом исследований, начавшихся в 1950-х годах в Центре профилактики суицидов в Лос-Анджелесе. Следовательно, возможны реальные стратегии предотвращения самоубийства. Предвестники представляют собой доступные для наблюдения явления, предваряющие (и, в каком-то смысле, предсказывающие) интересующее нас событие. Это признаки, указывающие на приближение некоего трагического события, например, болезни, самоубийства или другой катастрофы. Синонимами термина «предвестники», которыми пользуются профессионалы, например врачи-клиницисты, могут служить также такие понятия как «продромальные симптомы», «форпост-признаки». Таким образом, выражаясь метафорически, эти явления как бы отбрасывают тень перед собой и служат предостережением.

Уже в то время, когда я начал работать в области суицидологии, было известно, что существуют два типа предвестников: словесные (вербальные) и поведенческие. В общем смысле, вербальными предвестниками самоубийства являются любые высказывания человека, которые можно трактовать как прощание, если он косвенно, в виде намеков, а иногда и прямо говорит о том, что его в недалеком будущем не станет. «В следующем году меня здесь уже не будет»; «Я навестил вас в последний раз»; «Вы со мной больше не увидитесь»; «Я больше не могу выносить это». Заслуживающим внимания парадоксом самоубийства является тот факт, что люди действительно подают предвещающие сигналы. Возможно, это объясняется выраженной амбивалентностью, двойственностью чувств, когда стремление остановить душевную боль сочетается с желанием постороннего вмешательства и спасения. Как бы то ни было, часто вербальные предвестники бывают замаскированы, зашифрованы или обладают скрытым смыслом. Как будет видно из этой главы, нередко наблюдается и противоположное явление; некоторые люди, совершающие самоубийство, способны диссимулировать, скрывать свои истинные намерения и не предоставляют никаких признаков своих летальных устремлений. Общим эмпирическим правилом является следующее: если в каких-либо высказываниях человека — пациента или коллеги, друга или члена семьи — звучит что-то непонятное или имеющее скрытый подтекст, касающийся вопросов жизни и смерти, то лучшей реакцией станет выясняющий вопрос — что он конкретно подразумевал под своим замечанием. И если после полученного ответа у вас возникнут подозрения, что речь идет о суицидальных намерениях, то следует спросить прямо: «Вы имеете в виду самоубийство?».

Предвестники самоубийства, проявляющиеся в особенностях поведения, ставят перед потенциальным спасателем задачу иного рода. Они схожи с поступками человека, который собирается надолго уехать. К ним относятся такие очевидные для суицидального контекста занятия, как неожиданное приведение в порядок своих дел, различных бумаг и документов, решение написать завещание, и, особенно, дарение или возврат владельцам ценных вещей безо всяких объяснений. То, что Аризль в холодный зимний вечер возвратила друзьям тостер, было ее способом продемонстрировать, что он ей больше никогда не понадобится. Можно предположить, что некоторые из подобных поступков являются настолько очевидными, что само собой напрашивается их объяснение суицидальными намерениями. Однако в моей практике, например, имел место реальный случай, когда студент-медик подарил сокурснику свой бинокулярный микроскоп (у того был только монокулярный). Тот с благодарностью принял более совершенный прибор, а на следующий день узнал, что его однокашник ночью повесился. Простой вопрос: «А что случилось?» или «Почему ты это делаешь?» (в самом деле, зачем студенту-медику отдавать нужную вещь, свой микроскоп?) вместо бездумной благодарности: «Вот спасибо!», мог бы привести к разговору, который, возможно, позволил бы спасти эту жизнь.

Молодая девушка, бросившаяся с балкона верхнего этажа больницы (оставшись в живых, она рассказала об этом), описывала, как она в одном легком больничном халате ходила по узкой стальной балке, расположенной высоко над землей, от одного здания к другому «…в надежде, что меня увидят из окон; ведь все здания сделаны из стекла».

Те формы поведения, которые я привел, обычно не относят к симптомам расстройства психической деятельности — депрессии, как, например, нарушения сна или аппетита. Более того, в этой книге подчеркиваются именно психологические аспекты, касающиеся самоубийства, такие как побуждение поговорить о нем (хотя и в скрытой, завуалированной манере), и формы поведения, наводящие на мысль, что человека скоро не станет и ему больше не понадобятся часы, ручка, свитер, украшения, или тостер, или охотничье ружье, или микроскоп. Откуда все это стало известно? Описанные предвестники были выявлены в 1950-е годы путем проведения «психологической аутопсии» людей, погибших в результате самоубийства.

Мой коллега, Роберт Литман, много лет возглавлявший Центр профилактики самоубийств в Лос-Анджелесе, со страниц своих работ напоминает мне, что вопрос о предвестниках суицида не так прост. Существуют два вида данных: проспективные и ретроспективные. Проспективные предвестники включают в себя высказывания о возможном самоубийстве, предшествующие покушения на свою жизнь, саморазрушающие формы поведения, виды деятельности, ведущие к смерти, состояния безнадежности, глубокой подавленности, стрессовые ситуации, вызывающие смятение чувств и страдания, обращения в службы неотложной телефонной помощи и т.п. Существуют также и ретроспективные предвестники. При психологической аутопсии, проводимой в тех случаях, когда возникают сомнения в истинной причине смерти, следует принять во внимание ряд факторов, имеющих отношение к самоубийству, в том числе скрытую или нечетко выраженную депрессию, недавнюю смерть любимого человека, неразрешенную конфликтную ситуацию на работе, напряженность в семейных отношениях, алкоголизм, шизофрению, внезапное соматическое заболевание, суженное или дихотомическое (в соответствии с принципом «все или ничего») мышление, мысли и беседы о смерти и т.д. Естественно, что количество людей с подобными проявлениями во много раз превышает число тех, кто реально пытается покончить с собой. В своей записке ко мне Р.Литман добавил: «Причина недостаточной эффективности превенции суицидов на основе их предвестников состоит в том, что этим способом обнаруживалось чрезмерно большее число потенциально склонных к самоубийству людей, тогда как ресурсы помощи им оказывались слишком ограниченными».

В обычном свидетельстве о смерти, используемом в 50 штатах США и большинстве стран мира, имеется графа «Несчастный случай, самоубийство, убийство». Если причина смерти не относится ни к одной из этих категорий, то ее называют «естественной». Одна из главных целей регистрации смертей состоит в классификации в соответствии с этими четырьмя видами смерти; я дал ей название «Классификация причин смерти (ЕНСУ)»: Е (Естественная смерть), Н (Несчастный слу- чай), С (Самоубийство), У (Убийство). В смерти, как и в жизни, на некоторые критические вопросы не всегда можно найти четкий ответ; причины значительной доли смертей (приблизительно 10%) остаются недостаточно ясными. Сомнения обычно возникают в отношении двух причин смерти: было ли случившееся несчастным случаем или самоубийством?

Даже после получения результатов судебно-медицинской и токсикологической экспертиз ответ может остаться неясным. «Понимаете, все зависит…» — скажет судебный эксперт. «От чего же?» — спросите вы. «Все зависит от того, что было на уме у покойного. Точнее, от того, каковы были его намерения». Приняла ли умершая таблетки, чтобы хорошо выспаться и пробудиться к жизни с новыми силами, или же она намеревалась уснуть и никогда больше не просыпаться. Однако как выяснить ее намерения после того, как она умерла? Впо

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о