Норма это в психологии: Понятие нормы в психологии — Реферат – Психическая норма и патология: где границы?

Автор: | 28.01.2021

Содержание

Психическая норма и патология: где границы?

Норма — установленный эталон, стандарт для оценки существующих и создания новых объектов. Нормы существуют лишь там, где есть человеческие потребности и соответственно цели. В природе, не включенной в человеческую деятельность, норм нет. Соответствует норме и, следовательно, является нормальным лишь тот объект, который служит достижению не любой, а лишь благой цели, т. е. объект, включенный в процесс реализации смысла человеческой жизни.

Виды норм:

  • Статистическая — уровень или диапазон уровней функционирования организма, который свойственен большинству людей.
  • Идеальная — идеальный образец состояния человека; субъективный, произвольно устанавливаемый норматив, который принимается за совершенный образец.
  • Функциональная — оценивают состояния человека с точки зрения их последствий (вредно или не вредно) либо возможности достижения определенной цели.
  • Социальная – контролирует поведение человека, заставляя его соответствовать некоторому желаемому или установленному властью образцу.
  • Индивидуальная – предполагает сравнение состояния человека не с другими людьми, а с состоянием, в котором человек обычно пребывал раньше и которое соответствует его личным целевым установкам, жизненным ценностям, возможностям и обстоятельствам жизни.

Норма задает границы количественных изменений объекта, в которых он сохраняет свое качество служить средством для достижения благой цели. Различают нижнюю границу нормы (минимум), верхнюю (максимум) и “золотую середину” между ними (оптимум). Оптимальное средство для достижения поставленной цели называют также идеальным. Норма — это частный случай меры — интервала, в котором предмет, изменяясь количественно, сохраняет свое качество. Иногда границы нормы и границы меры совпадают. В ряде случаев (напр. в заповеди “Не убий”) минимум, максимум и оптимум нормы сливаются, идеал и норма становятся неразличимыми.

Границы нормы лишь в простейших случаях задаются только целью. Никаких умозрительных критериев для определения границ нормы нет. Для этого необходимо знание не только чистой теории, но и реального положения дел.

Наиболее известная область применения нормы — диагноз как познавательный прием, позволяющий установить, находится ли реальный эмпирический объект в границах нормы. Именно эту задачу решают медицинский, социальный, технический и др. виды диагноза. Норма — довольно грубый критерий для диагностирования. Она делит объекты на два класса — годные и негодные для достижения цели и игнорирует все различия внутри этих классов.

Социальные, медицинские, технические, грамматические, гносеологические и другие нормы изучаются особыми отделами наук и даже целыми науками. Наиболее тщательно разработана теория социальных норм. Здесь выделяют две главные системы нормативной регуляции — мораль и право. Социальные нормы различают также по области применения (общезначимые и специфические), по способу фиксации (устные и письменные), по способу выражения (предписания и запреты), по средствам, обеспечивающим их выполнение (внутренняя потребность и внешнее принуждение) и т. д.

Норма — в ряде наук о живых организмах, в том числе о человеке рассматривается, как некая точка отсчёта, эталон, стандарт — для сравнения с другими вариантами состояния живого объекта (объектов) (которые могут рассматриваться, как девиация, патология). В этих науках понятие нормы тесно связано с изучением патологии.

Патология – это нарушение на биологическом уровне функционирования организма. Нормальное состояние, функционирование или развитие личности изменяется вследствие морфо-функциональных нарушений (на уровне мозговых, психофизиологических, эндокринных и иных биомеханизмов регуляции поведения).

Проблема психической нормы и патологии

Клиническая психология занимается проблемой определения, что же такое психическая норма и патология. В рамках нозологического подхода принято выделять два состояния человека — здоровье и болезнь.

Типичными признаками здоровья считаются структурная и физическая сохранность нервной системы и органов человека, индивидуальная приспособляемость к физической и социальной среде, сохранность стабильного привычного самочувствия.

Болезнь характеризуется общим или частным снижением приспособляемости, при этом выделяют следующие возможные исходы болезни: полное выздоровление, выздоровление с наличием остаточных явлений, инвалидизация (получение дефекта) и летальный исход.

Также выделяют патологическое психическое состояние, обусловленное этиологией процесса и не имеющее исхода.

Вопрос определения нормы и патологии является крайне сложным и затрагивает различные сферы человеческой деятельности — от медицины и психологии до философии и социологии. Был совершён ряд попыток вывести критерии психической нормы, в число которых включали соответствующую возрасту человека зрелость чувств, адекватное восприятие действительности, наличие гармонии между восприятием явлений и эмоциональным отношением к ним, умение уживаться с собой и социальным окружением, гибкость поведения, критический подход к обстоятельствам жизни, наличие чувства идентичности, способность планировать и оценивать жизненные перспективы. Во многих случаях под психической нормой определяют то, насколько индивид адаптирован к жизни в социальной среде, насколько он продуктивен и критичен в жизни.

При постановке диагноза психиатры и клинические психологи пользуются как личным опытом и общими рекомендациями, так и Международной классификацией болезней (МКБ) и «Диагностическим и статистическим справочником по психическим расстройствам».

Вводное занятие Университета

Норма (медицина) — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

У этого термина существуют и другие значения, см. Норма.

Но́рма (от лат. norma — дословно «науго́льник», переносное значение — «пра́вило») — понятие, используемое в медицине и психологии для обозначения здоровья и психического развития человека.[1][2] Нормальным считается состояние организма или органа, которое не нарушает его функционирования.[3]

Норма (медицина) — состояние динамического равновесия между био-психо-социальными параметрами человека и идентичными параметрами окружающей его среды.

[4]

Принятые в психиатрии нормы основаны на статистических данных, клинических показателях, социальных стереотипах и субъективных ожиданиях человека.[1] Они являются культурно обусловленными и со временем меняют своё содержание.[1] Понятию «норма» соответствует образующее с ней дихотомию понятие патология.[2]

  • Предметная норма — совокупность знаний, умений и навыков, необходимых ребёнку для овладения предметным содержанием школьной программы.
  • Социально-возрастная норма — показатели интеллектуального и личностного развития школьника или дошкольника, которые должны сложиться к концу определённого возрастного периода.
  • Индивидуальная норма — индивидуальные особенности развития ребёнка и его саморазвития.
  • Норма (правило) — правило или предписание, действующее в определённой сфере и требующее своего выполнения.
  • Норма (характеристика) — междисциплинарное понятие, используемое в различных науках для обозначения некоторой количественной или качественной характеристики.
  1. 1 2 3 Норма // Нартова-Бочавер С. К. Дифференциальная психология, глоссарий
  2. 1 2 Норма // Большой психологический словарь / Сост. Мещеряков Б., Зинченко В. — Олма-пресс, 2004
  3. ↑ Норма // Оксфордский толковый словарь общей медицины, 2002
  4. Anatoly Kreinin. Hearing voices” in schizophrenia: Who’s voices are they? // Medical Hypotheses Volume 80, Issue 4 , Pages 352-356, April 2013.

А это нормально вообще? Проблема нормы в психологии / Habr

Понятие нормы – это одно из фундаментальных понятий в психологии. Любая коррекционная работа начинается с того, что мы решаем, что является нарушением (которое можно устранить или, во всяком случае, скомпенсировать), а что – конструктивной особенностью отдельно взятого индивидуума. Многие люди на том или ином этапе своей жизни задаются вопросом о психологической норме. Нормален ли я? Нормален ли мой ребенок? Нормально ли то, что делает мой партнер? Сегодня, соответственно, мы попытаемся разобраться, что означает слово «нормально» применительно к душевной жизни.

Начать здесь нужно с того, что у этого слова может быть несколько разных значений. Одни и те же феномены могут быть «нормальными» с одной точки зрения и «ненормальными» – с другой.

Во-первых, мы можем понимать норму статистически. Многие психологические и психофизиологические характеристики вариабельны в широком диапазоне, и разброс их значений можно описать через нормальное распределение. Если мы будем исследовать какой-то вариант интеллекта (например, измеряя способность решать типовые задачи из тестов Айзенка), то мы увидим небольшое количество исключительно эффективных испытуемых, небольшое количество исключительно неэффективных и много промежуточных, средних результатов. Эти средние результаты мы можем считать нормативными, а краевые результаты, соответственно, интерпретировать как одаренность или, наоборот, интеллектуальный дефицит. Но тут сразу возникает резонный вопрос: если «колокольчик» нормального распределения имеет плавную форму, то что дает нам основание для выделения в нем качественно различных областей? На каком основании мы считаем то или иное значение характеристики пороговым, задающим границы нормы? Ответ неутешителен: у нас нет этого основания. Выделение нормативной области является вопросом договоренности, и решение о границах нормы здесь принимается не на основании качественных различий, а скорее на основании психологического здравого смысла. Если из наблюдений мы знаем, что при некоторых достаточно низких значениях параметра человеку становится затруднительно функционировать (например, он не может усваивать школьную программу), то это позволяет нам сказать, что такие значения ненормативны. С другой стороны, мы можем подойти к этому вопросу формально, приняв за отклоняющиеся, например, верхние пять процентов результатов и нижние пять процентов результатов. Что мы можем сказать о человеке, который попадает в эти краевые зоны? Только то, что он точно отличается по некоторому отдельному параметру от большей части популяции. Мы не знаем, мешает это ему или нет. Мы не знаем, создает ли это проблемы для окружающих. Мы знаем только то, что он необычен.

Второй вариант – мы можем понимать норму функционально. В этом случае мы как раз начинаем с того, что задаем вопросы прагматического плана. Удобно ли жить с такой особенностью, безопасно ли это, не мешает ли это в каких-то важных аспектах жизни, не ухудшает ли это качество жизни? Например, Зигмунд Фрейд определил в свое время психическую норму как способность любить и работать. Что это означает? Это означает, что психически «нормальный» человек может поддерживать целенаправленную продуктивную деятельность в течение продолжительных отрезков времени, и он может выстраивать устойчивые близкие отношения, которые не становятся мучительными и разрушительными. Это удобный критерий, потому что его легко отслеживать. Если человек не удерживается ни на одном рабочем месте больше нескольких месяцев, мы понимаем, что какая-то проблема мешает ему функционировать. Если все его отношения распадаются в течение нескольких месяцев (или вообще не могут возникнуть), мы тоже можем понять, что есть какая-то проблема. С другой стороны, можно говорить о том, что у этого конкретного человека существенно более узкий диапазон условий, в которых он может хорошо функционировать, и в определенным образом организованной среде он может быть вполне устойчив, конструктивен и продуктивен, сохраняя все те же самые свои особенности. Например, глубокий интроверт имеет очень небольшую потребность в общении, и его отношения могут планомерно распадаться из-за того, что его партнеры систематически чувствуют себя обделенными вниманием. Значит ли это, что интроверт вообще плохо функционирует? Нет, это значит только то, что он не может поддерживать продолжительные близкие отношения с людьми, которым нужно много общения и много эмоциональной обратной связи. Однако вполне возможно, что у него могут быть очень устойчивые и комфортные отношения с другим глубоким интровертом. Аналогичным образом, определенный тип людей органически не способен приходить на работу вовремя, но очень хорошо функционирует в режиме свободного графика. Это ситуация, когда человеку вообще-то нравится работать, но у него свой специфический цикл активности. Например, он совсем непродуктивен рано утром и очень продуктивен в три часа ночи. Мы не можем сказать, что этот человек в принципе является негодным сотрудником; мы можем сказать только то, что он хорош на той работе, которую можно делать в три часа ночи, и не очень хорош на той работе, которую обязательно надо начинать делать в восемь утра.

Соответственно, третий смысл, который мы можем вкладывать в понятие нормы, связан со спектром типологических вариантов. Зеленоглазых людей, допустим, в популяции может быть не очень много, но мы не считаем зеленоглазость проблемой, а считаем ее просто одним из возможных вариантов пигментации радужной оболочки. Применительно к циклам активности мы можем выделять типы «жаворонков» и «сов», считая их просто индивидуальными вариантами. С этой точки зрения потребность работать именно в три часа ночи – это просто особенность определенного типа людей. Например, на некотором этапе гомосексуальность была извлечена из перечня сексуальных нарушений и начала считаться типологическим вариантом. Логика за этим стоит следующая: в популяции спонтанно возникает определенный процент гомосексуальных индивидуумов, попытки искусственно изменить их ориентацию оказываются вполне бесплодными, их ориентация не мешает им работать, поддерживать отношения и быть счастливыми – значит, видимо, это надо рассматривать как индивидуальную особенность. С точки зрения воспроизводства населения эта особенность, как мы понимаем, создает определенные сложности, но, во-первых, не то что бы человечество находилось на грани вымирания, а во-вторых, репродуктивные технологии шагнули достаточно далеко, чтобы появление потомства вообще перестало как-либо зависеть от сексуальной активности родителей. Если исходить из того, что конечная цель прикладной психологии в избавлении людей от душевных страданий, то, скажем, нормализация вариантов сексуального поведения в массовом сознании приносит больше пользы, чем попытки терапевтировать то, что изначально ничему и не мешало, потому что таким образом мы уменьшаем количество страданий, связанных со стигматизацией. Сама по себе ориентация страданий не причиняет, зато их причиняет необходимость скрываться, лгать о своих отношениях, переживание своей неправильности (патологичности, греховности), оскорбительные и оценочные реплики окружающих и т.д.

Четвертый смысл, соответственно, связан с границами социально приемлемого в конкретной культуре. В разных сообществах одни и те же вещи могут считаться нормальными, а могут вызывать бурное неприятие. Например, в нашей культуре нормализованы некоторые химические зависимости: зависимость от никотина и легкая степень зависимости от алкоголя. Известно, что эти виды зависимости имеют определенные негативные последствия для здоровья (причем как самого зависимого человека, так и окружающих его людей), но на уровне сообщества существует договоренность, что это приемлемое поведение, которое не является существенной и серьезной проблемой. Когда мы говорим о нормальном в смысле социальной приемлемости, мы имеем в виду, что у человека с определенными особенностями, вероятно, не возникнет проблем во взаимодействии с социумом, связанных с негативной реакцией на эти особенности. Такая нормальность, естественно, будет относительной характеристикой, зависящей от конкретного сообщества и его внутренних границ приемлемости. Применение физического и эмоционального насилия к детям, например, в одних культурах нормализовано, а в других считается недопустимым. Это не значит, что в одних культурах оно имеет меньше негативных последствий, чем в других. Это значит только то, что где-то это принято считать проблемой, а где-то не принято – в зависимости от того, насколько вообще на уровне сообщества чувства человека осознаются как ценность. Сообщество, которое стремится к эмоциональному благополучию своих членов, будет иметь другие границы приемлемости, чем сообщество, для которого остро стоит вопрос выживания и оно не имеет достаточно ресурса для того, чтобы заботиться еще и о тонких материях.

Клиент не всегда прав


Возможна ситуация, когда сообщество – например, исходя из культурного понимания нормы – говорит индивиду: «Знаешь, парень, ты больной, и тебе надо лечиться», – а индивид, опираясь на функциональное понимание нормы, отвечает на это: «Отстаньте, у меня все в порядке». Во многих случаях, если индивиду его особенности не мешают функционировать, такая позиция вполне оправдана. Иногда у индивида могут быть достаточно серьезные проблемы функционирования, но ему проще с ними мириться, чем принять идею, что с его психикой что-то не в порядке. Идея, что ты психически нездоров, очень страшная, и тем более страшная, чем больше в сообществе стигматизированы люди с психическими заболеваниями. Если на уровне общественного сознания лечение у психиатра не очень сильно отличается от лечения, например, у кардиолога, то человек, у которого присутствует некоторое психическое расстройство, с гораздо большей вероятностью признает его наличие и обратится за помощью, чем когда лечение у психиатра (тем более в стационаре) – это несмываемое пятно на репутации. Чем более стыдно быть психически нездоровым, тем больше в сообществе будет недиагностированных и нелеченых индивидов, которые могли бы функционировать гораздо лучше, если бы получали адекватную помощь.

Примерно так же срабатывают защитные механизмы у родителей особых детей. Быть мамой «дефективного» ребенка обидно и стыдно. Во-первых, у мамы собственная самооценка зависит от того, насколько развит, умен и успешен ее ребенок. Во-вторых, она боится мысли о том, что может быть как-то виновата в состоянии ребенка. В-третьих, у нее уже есть некоторые ожидания относительно будущего ребенка, и она часто бывает не готова отказаться от позитивного образа будущего, где ее ребенок будет успешным взрослым, и принять другое будущее, где она посвятит много лет уходу за инвалидом и попыткам адаптировать его к этому миру (а мир к нему). И это большая проблема, потому что иногда у мамы уходит несколько лет, чтобы смириться с реальностью того, что у ребенка есть серьезные трудности и он нуждается в помощи, а это как раз те годы, когда помощь была бы наиболее эффективна. Степень стигматизации здесь тоже играет большую роль. Когда «даун» – это слово с ярко выраженной негативной окраской, то маме ребенка с синдромом Дауна сложнее разговаривать вслух о трудностях ребенка, а окружающим, соответственно, сложнее воспринимать этого ребенка как живого человека, нуждающегося в поддержке. Поэтому, например, так ценны фильмы, книги, комиксы, где в качестве персонажей присутствуют особые люди. Они распространяют представление о том, что такие люди бывают, это живые люди с обычными человеческими проблемами (и некоторым количеством специфических), а не неведомые чудища.

– У меня ребенок аутичный.
– Как это?
– Ну, он типа Шелдона из «Теории большого взрыва».
– Ааа, ясно. У меня одноклассник был такой.

Когда нет стигмы, то диагноз становится не катастрофой, а просто фактом жизни, который нужно, естественно, как-то учитывать, но жизнь на нем не ломается и не заканчивается.

При некоторых психических расстройствах (например, при психозах в остром состоянии) непосредственно нарушается способность к критическому мышлению. На уровне симптоматики это проявляется, например, бредом. При этом человек становится неспособен объективно оценить свое состояние, потому что утрачивает контакт с реальностью. Мы не должны верить такому человеку, если он говорит, что у него все в порядке. Но с другой стороны, когда он находится в остром состоянии, то мы не сможем убедить его, что он нуждается в помощи, потому что рациональная аргументация в это время не действует. При определенных условиях такому человеку можно оказать помощь помимо его воли. Отечественное законодательство позволяет оказывать психиатрическую помощь принудительно в тех случаях, когда человек активно опасен для себя и окружающих, либо он может погибнуть, если его не госпитализировать. Последнее – это, например, случай старушки, впавшей в депрессию, которая ложится на диван и перестает есть. Она вроде бы и не пытается себя покалечить, но если не полечить эту старушку принудительно, то она имеет реальные шансы тихо умереть от голода на своем диване.

В норме (в том смысле, что по умолчанию у взрослых людей обычно это так работает) у нас сначала происходит некоторая когнитивная оценка ситуации, а потом в ответ на эту оценку возникает эмоция. Соответственно, мы можем управлять своими чувствами, меняя описание ситуации. Если мы описываем себя как неуспешного человека, то испытываем чувство неполноценности. Оно становится гораздо слабее, если мы меняем это описание на более подробное, например так: «мне трудно дается деятельность в ситуации конкуренции и соревнования, потому что я испытываю тревогу, которая мешает мне расслабиться и сосредоточиться на работе, и я боюсь оказаться неэффективным на фоне других». С этим уже можно работать: например, выбирать виды деятельности, не связанные с агрессивной конкуренцией. Утверждение «я тупой» при увеличении детализации может превратиться, например, в утверждение «я более медленно решаю математические задачи, тем большая часть людей, которые учатся вместе со мной (зато мне легко писать сочинения, а им трудно)», и это уже гораздо менее обидно.

При некоторых психических расстройствах эта механика работает наоборот: сначала возникает эмоция, а уже под эту эмоцию создается описание ситуации. Например, сначала сам собой возникает страх, а дальше психика достраивает обоснование. Почему мне страшно? Да потому что за мной охотятся спецслужбы, вот почему! Поэтому такое мышление и недоступно для рациональной аргументации. Его функция не в том, чтобы дать правильное описание ситуации, а в том, чтобы наделить смыслом то чувство, которое изначально не имеет под собой основания. Конкретный бредовой сюжет выбирается из культурного контекста, в который погружен человек. Например, бред о преследовании спецслужбами опирается на присутствующее в общественном сознании представление о том, что иногда спецслужбы действительно преследуют некоторых людей.

Засада здесь заключается в том, что чем выше уровень интеллекта у человека, тем более убедительные и правдоподобные обоснования он может выстраивать в болезненном состоянии и тем, соответственно, его сложнее диагностировать.

Иногда бывает и ровно обратная картина: человек хорошо информирован о своем состоянии и готов информировать о нем окружающих, чтобы они были в курсе и в случае чего не удивлялись. А окружающие, скажем, никогда не сталкивались с психиатрией, существуют в режиме выживания и привыкли не обращать внимание даже на собственные чувства.

– Я весной не мог работать, у меня была депрессия, – сообщает человек, страдающий депрессиями.
– Депрессия у него… Да ты просто лентяй безвольный и ищешь себе какие-то оправдания вместо того, чтобы за ум взяться.

У людей, страдающих депрессиями, очень хрупкая самооценка. Они периодами ощущают себя совершенно никчемными и ничтожными людьми. Им нужно было бы наоборот слышать про себя что-то позитивное и воодушевляющее, а они вместо этого получают ворох дополнительных негативных оценок.

Применительно к детям картина аналогичная:

– Простите, у моего ребенка аутизм.
– Да ты его просто не воспитываешь, вот он и носится!

На маму особого ребенка ложится дополнительный груз: с одной стороны, у нее огромное количество сил уходит на попытки отрегулировать своего ребенка, а с другой стороны, ей нужно справляться с потоком осуждения со стороны тех, кто искренне не понимает, насколько это на самом деле трудно.

Уже не обычный, еще не больной


Существует несколько типичных направлений, в которых может изменяться психика. Совокупность состояний с различной степенью нарушения функционирования, но сходными проявлениями и похожей внутренней логикой называется спектром. Например, есть шизо-аутистический спектр, а есть циклоидный. Первый, если говорить в двух словах, объединяет «чудаков», а второй – людей с перепадами настроения.

У спектра есть несколько уровней. Ядро спектра составляют нарушения психотического уровня, которые характеризуются утратой контакта с реальностью. Применительно к аутистическому спектру это разные формы шизофрении. Человек в остром психотическом состоянии не может понять, где реальность, а где болезненные проявления; бредовые идеи кажутся ему совершенно достоверными, галлюцинации вплетаются в реальность. Мы не сможем рационально объяснить человеку в этом состоянии, что его идеи не верны, потому что в этот момент у него отсутствует критика к себе и к происходящему.

Означает ли это, что человек, у которого диагностирована шизофрения, постоянно оторван от реальности? Вовсе необязательно. Бывают формы с непрерывным течением, а бывают приступообразные. Если у человека приступообразная форма, то в отсутствии медикаментозной терапии ему свойственно периодически на какое-то временя терять контакт с реальностью. Например, весной и осенью его начинают очень сильно беспокоить происки спецслужб, и тогда он активно ведет просветительскую работу, распространяя технологии по защите помещений от прослушивания с помощью проволочных контуров и алюминиевой фольги. Вне приступов этот человек может быть вполне адекватен. Он может осознавать, что болеет, может испытывать стыд за за свое поведение во время приступа, может быть очень заинтересованным в профилактике обострений и ответственно подходить к приему препаратов. Например, классик отечественной психиатрии Виктор Кандинский имел приступообразную форму, и галлюцинаторную симптоматику при шизофрении он описывал в том числе на материале собственного случая. Должны ли мы отметать его работы на основании того, что они были написаны психически больным человеком? Нет, потому что в тот момент, когда он их писал, он мыслил ясно.

Второй уровень – это нарушения психопатического уровня. Здесь у человека сохранен контакт с реальностью, но у него очень тяжелый характер – настолько, что это серьезно мешает ему функционировать. Особенности психопатического плана характеризуются тем, что присутствуют у человека постоянно, на протяжении всей жизни, они проявляются во всех ситуациях, мешают жить самому человеку и обременительны для окружающих.

А третий уровень – это уровень акцентуаций характера. Здесь мы увидим людей, которые по своим проявлениям напоминают тех, у кого нарушения психотического или психопатического уровня. Но у них те же самые особенности будут выражены более мягко, и они не будут препятствовать нормальной жизни.

Всех представителей аутистического спектра объединяет ряд общих особенностей. Это люди, которым тяжело дается общение; они могут быть замкнутыми, стеснительными или просто не заинтересованными в других. Они производят впечатление чудаков: странно выбирают слова, необычно мыслят, неконвенционально ведут себя, как будто нарочно игнорируя принятые нормы (а на самом деле – не замечая, не чувствуя их). Они эмоционально прохладные, часто угловатые и неловкие. Им сложно осознать свои чувства, и телесные потребности они тоже ощущают слабее (могут, например, не замечать чувство голода). Они склонны к высокому уровню абстрагирования, поэтому часто их привлекает математика. У них могут быть необычные и очень устойчивые интересы, и они поглощены тем, что их интересует. Им нравится предсказуемость и ритуальность, это люди привычки и четко сформированных предпочтений.

Мы увидим эти особенности и у людей, страдающих шизофренией, и у шизоидных психопатов – синдром Аспергера, в частности, можно рассматривать как шизотипическую психопатию, – и у шизоидных акцентуантов. Но одних представителей аутистического спектра мы будем рассматривать как имеющих заболевание, а других – как здоровых людей, состояние которых является вариантом нормы. На каком основании мы проводим это разделение? Мы проводим его, понимая норму в функциональном смысле – как способность учиться, работать, общаться, действовать в коллективе, выстраивать отношения.

Если речь идет о человеке, больном шизофренией, то в остром состоянии, как мы понимаем, он нетрудоспособен, потому что погружен в переживания и недоступен диалогу. По мере развития заболевания у него может нарастать так называемый шизофренический дефект – совокупность симптомов утраты. Он постепенно утрачивает чувства, стремление к поддержанию контактов, у него падает уровень активности, и в какой-то момент он может потерять способность учиться и работать, потому что у него не находится достаточно ресурса на поддержание систематической целенаправленной деятельности. Такой человек получает инвалидность.

При шизоидной психопатии человек сохраняет достаточно высокий уровень активности и контакт с реальностью, но ему может быть очень сложно подстроиться под окружающих людей. Во-первых, он в них не очень-то и заинтересован, во-вторых, он может чистосердечно не замечать правил и норм, а в-третьих, его поведение сильно зависимо от его собственных внутренних правил, ритуалов и переживаний. Аутичный ребенок может просто отказаться заходить в класс, где его что-то напрягает (слишком шумно, слишком пестро, а почему дверь, а вдруг ее закроют). Если неожиданно изменилось расписание и вместо математики нужно пойти рисовать, то это может вызывать чудовищный дискомфорт вплоть до протестных реакций и истерики, потому что ребенок точно знает, что должна быть математика, а ритуал – это святое. И таких трудностей возникает множество. При этом у ребенка может быть высокий уровень интеллекта, а учиться ему все равно тяжело, потому что нарушено поведение.

Значит ли это, что такой ребенок вообще не может учиться в школе? Нет, не значит. Иногда это значит, что ребенку нужен тьютор, который будет сопровождать его на занятиях, принимая на себя часть функции регуляции поведения, которую ребенок еще не может осуществлять полностью самостоятельно, помогая ему удерживать внимание на предмете и взаимодействовать с другими людьми. Иногда это значит, что ребенку нужен какой-то альтернативный формат школьного обучения. Бывает, что ребенок может сидеть на уроке, но только если класс маленький, потому что ему нужно достаточно много индивидуального внимания и он плохо переносит скопления людей. И так далее. Неблагоприятный вариант – это когда ребенок выводится полностью на домашнее обучение, потому что у него уже изначально есть коммуникативные трудности, и если он при этом не получает коммуникативного опыта, то разрыв со сверстниками нарастает и через некоторое время может стать непреодолимым. Шизоидному или аутичному ребенку очень важно общаться – именно потому, что ему это тяжело. Другой неблагоприятный вариант – это когда ребенок вброшен в переполненный класс массовой школы, и никто не помогает ему адаптироваться к этой ситуации. Если ребенок на этом месте отключится от происходящего и уйдет в себя (будет, например, просто мирно раскачиваться весь урок), то польза от его нахождения в школе устремится к нулю.

Взрослый человек, который хорошо осознает свои особенности и ограничения, может сознательно стремиться к тому, чтобы их преодолеть. Мы можем встретить аутичных людей, которые методично учились общаться по книжкам, или аутичных людей, которые собирают всю доступную информацию о человеке, прежде чем вступить с ним в контакт (так они точно знают, как и о чем с ним разговаривать). Такой человек может достичь не просто нормального уровня функционирования, но в интересующих его областях даже сверхэффективного. Он все равно будет очень необычен, и некоторые его «психологические костыли» будут гораздо более энергоемкими, чем то, что они призваны заменять, но мы уже не можем сказать, что особенности этого человека мешают ему жить. Такого человека мы можем называть успешно скомпенсированным.

Частью адаптации шизоидного или аутичного человека является поиск той среды, той жизненной ниши, где характерные шизоидные качества не только не будут препятствием к деятельности, но даже могут дать определенное преимущество. В частности, мы увидим скопление людей с такой структурой психики среди математиков, физиков, программистов. На этапе получения профессионального образования социальная ситуация для шизоидных людей становится проще, потому что они оказываются в окружении себе подобных, а с себе подобными договориться гораздо легче. Как минимум, нет необходимости долго объяснять свои заморочки, когда у каждого второго они идентично такие же. Оборотная сторона этого как раз в том, что взрослые шизоидные люди достаточно легко договариваются между собой, однако им все равно оказывается трудно взаимодействовать со всеми остальными. Поэтому они себя комфортнее ощущают в рабочих коллективах, которые опять же состоят в основном из шизоидов. Отдельный плюс такой ситуации – это то, что когда вокруг все немного странные, собственные странности на этом фоне не выделяются, и можно почувствовать себя нормальным (относительно этого сообщества) человеком.

Закономерно, если есть компенсация, то есть и декомпенсация. Если человек с шизоидной акцентуацией, обыкновенное состояние которого мы квалифицируем как вариант нормы, окажется в каких-то непереносимых для него обстоятельствах, то его функционирование может на некоторое время нарушиться. Значит ли это, что он из нормального стал ненормальным? Нет, это значит только то, что данные условия выходят за пределы диапазона, в котором этот человек может адекватно функционировать. Например, если мы посадим замкнутого, эмоционально хрупкого шизоида на телефон, чтобы он там работал техподдержкой, то он кончится очень быстро, потому что не рассчитан ни на такое количество общения, ни на такое количество эмоций, которое некоторые люди могут выдавать, если у них что-нибудь не работает. Этот человек может начать, например, заикаться и тикать глазом, а потом и вовсе свалится больным. Значит ли это, что данный человек плохой работник? Нет, это значит только то, что ему не стоит работать оператором техподдержки.

Такой уж возраст


Как мы понимаем, человек не сразу и не одномоментно обретает все свои психические функции, возможности и ресурсы. Есть некий процесс развития, в ходе которого они формируются. Соответственно, мы говорим о нормативах развития – ожидаемом возрасте, к которому становятся доступны те или иные вещи. Например, пока у дошкольника еще не сформирована теория ума (или он еще не научился ее применять), он будет в разговоре со взрослым упоминать всевозможных Кать, Вань, Анн Викторовн и прочих людей, ожидая, что взрослый понимает, о ком идет речь. В районе пяти лет ребенок еще может так делать по инерции, но не удивится, если у него запросить дополнительную информацию. И это нормально, потому что соответствует возрасту. А вот если так будет разговаривать школьник, то это уже вызовет у нас некоторые вопросы. Мы должны будем заинтересоваться, что у этого ребенка с коммуникативным навыком и понимает ли он, что мы не знакомы с этими людьми. Если же взрослый уверенно считает, что окружающие «достают мысли из его головы», то мы можем захотеть найти для этого взрослого хорошего психиатра.

Некоторые вещи в целом рассматриваются как патологические симптомы, но считаются нормативными на определенных этапах развития. Например, обильная и навязчивая рефлексия с постоянными размышлениями о себе, о людях и о смысле бытия будет подозрительной, если мы ее наблюдаем у тридцатилетнего человека, но совершенно нормальной – у подростка.

Еще один важный момент – это то, что психологическое развитие не является полностью запрограммированным, а в значительной степени зависит от среды и от опыта, который получает человек. В частности, те нормативы дошкольного развития, которыми мы пользуемся для оценки того, насколько правильно развивается ребенок и насколько успешно он усваивает образовательную программу, были набраны десятилетия назад, когда многие социальные ситуации развития были другими. Естественно, что когда у ребенка нет возможности пойти во двор и полдня там болтаться с другими детьми без присмотра взрослых и когда дома ему выдают планшет с мультиками, чтобы нейтрализовать в нем желание общаться, то это получается совсем другая речевая ситуация, и нас поэтому не должно удивлять, если мы на детской выборке увидим отставание по речевому развитию, допустим, на год от принятых нормативов. Оно сигнализирует не о том, что дети массово поглупели, а о том, что вот в такой ситуации развития, которая сейчас есть у детей в условиях города, речь развивается медленнее и труднее, чем полвека назад. И опять же мы можем подходить к этому по-разному. Можем называть этот эффект педзапущенностью (то есть замедлением развития из-за неблагоприятной среды). А можем решить, что сегодняшняя среда не лучше и не хуже той – она просто другая. И тогда мы принимаем другие нормативы и решаем, что вот в такой среде детям естественно развиваться вот с такой скоростью. Но если мы посмотрим с функциональной точки зрения, то нас будет интересовать, достаточно ли ребенку тех речевых навыков, которые он успевает получить, для решения его жизненных задач: для учебы, для социализации, для выстраивания отношений. Обнаружив, что местами речевых навыков явно не хватает, мы можем сказать, что развитие правильно относительно среды (ребенок научился всему, чему мог в таких обстоятельствах), но функциональные возможности ребенка недостаточны для решения стоящих перед ним задач. Поэтому, несмотря на отсутствие каких-то нарушений развития, ребенку все равно могут потребоваться развивающие занятия и помощь специалистов.

Кто на нас с медведем


Если мы посмотрим на ситуацию первого класса школы, то некоторые проблемы, с которыми там сталкиваются дети, очень похожи на проблемы ролевых персонажей на начальном уровне развития. Вот, например, приходит в первый класс умный мальчик, потомственный математик. Худой, немного неуклюжий, очкастый, невероятно сообразительный. Кто это такой? Это волшебник первого уровня. Проблемы низкоуровневых волшебников известны — заклинаний (способов непрямого решения проблем) у них очень мало, а отправить в нокаут их можно одним ударом. Если мы выпустим волшебника первого уровня в лес с гоблинами, его там съедят. Первого гоблина, допустим, он завалит единственным имеющимся у него заклинанием, но за первым придет еще пятнадцать, и дальше понятно.

Как можно выруливать из этой проблемы? Первый вариант – мы можем мультиклассировать волшебника. Применительно к мальчику – отправить его заниматься каким-нибудь самбо или айкидо. Как мы ожидаем, после этого он будет способен дать сдачи, если его обидят. Но тут есть два нюанса: во-первых, если у персонажа низкие показатели силы, ловкости и выносливости (представляем себе костлявое близорукое дитя), то воин из него сомнительный, даже если он пройдет боевую подготовку. А во-вторых, у волшебника есть свои собственные задачи (читать много книг, в первую очередь), на которые ему нужно много времени. И мы мешаем волшебнику развиваться как волшебнику, когда пытаемся сделать из него кого-то другого.

Второй вариант, который обычно можно наблюдать в настольных ролевых играх, – это когда проблема решается путем кооперации. Отдельно взятый волшебник нокаутируется с одного удара, но если перед ним стоит четыре воина (которые его очень любят, потому что он им дает списывать математику), то это уже совсем другая история. Сейчас, на этом уровне развития, волшебник находится в слабой позиции, и ему нужна поддержка. Волшебники начинают слабыми и раскачиваются долго, но дойдя до высоких уровней, они обретают огромные возможности, и там соотношение сил может радикально поменяться. То есть двадцать лет спустя мы этого же очкастого мальчика можем увидеть большим начальником, к которому придут устраиваться на работу те самые ребята, за чьими спинами ему когда-то приходилось прятаться.

Чтобы это работало, волшебнику нужен определенный уровень социального навыка и определенные идеи в картине мира. Например, если он убежден, что ценность личности измеряется интеллектом («с дураками дружить не буду»), он не сможет вступить в такой кооператив. Он не сможет вступить в такой кооператив, если он убежден, что его мозги и результаты его интеллектуального труда – это его личная собственность, а не ресурс группы. Если он готов делиться тем, в чем он сильнее других, то естественно, что к нему будут относиться гораздо лучше, и в ответ он тоже получит каких-то групповых ресурсов (в частности, ту самую физическую безопасность).

Если мы посмотрим на большой социум, то там мы можем увидеть похожие процессы. Например, есть люди, которые сознательно выбирают профессии врачей и учителей, понимая, что это будет тяжелая, неблагодарная и, вполне вероятно, плохо оплачиваемая работа. Они выбирают такие профессии, потому что хотят заботиться о других. Этим людям трудно отстаивать собственные интересы, и они будут безропотно продолжать заниматься своим делом, даже если им неуклонно ухудшать условия труда. Это их сила или слабость? Относительно отдельно взятого человека – слабость, потому что они не могут сами позаботиться о себе. А относительно большого социума – сила, потому что именно такие люди способны пронести культуру и гуманистические ценности через голод, войну и рыночную экономику. Что это за люди? Это жрецы, клерики. Если мы выпустим в лес с гоблинами отдельно взятого клерика, то без команды ему там будет так же кисло, как и волшебнику. Но и команде без клерика тоже придется нелегко. Если на уровне большого социума есть осознание ценности такой роли, то у представителей социальных профессий достойные условия труда, о них заботятся. Но большой социум может злоупотреблять их смирением и прогрессивно нагружать все большим количеством работы на все худших условиях. Тогда мы увидим выгорание клериков: они будут работать, пока у них хватит сил, а потом силы кончатся, и они либо сменят род деятельности, либо сменят мировоззрение и из добрых героев превратятся в злых. Очень многие равнодушные врачи и злобные школьные училки – это вот такие выгоревшие клерики. Понятно отсюда, почему в социальных профессиях преобладают женщины: если кооператив на уровне большого социума перестает работать (скажем, зарплата врача в поликлинике позволяет вести только нищенское существование и не позволяет прокормить семью), то женщина в этой ситуации может опереться на семейную кооперативную структуру и продолжать выполнять свою социальную роль, а мужчине, скорее всего, придется искать какую-то другую работу, потому что он в большей степени отвечает за материальное благополучие своей семьи.

Коротко


Какая здесь общая идея? Люди разные, и это нормально. Понятие психологической нормы связано не с одинаковостью, а скорее со способностью достаточно эффективно функционировать в обычных, не экстремальных условиях. Мы будем говорить о нарушении не в том случае, когда человек отличается от других, а в том случае, когда он не может справляться с определенными, достаточно обычными ситуациями: такими как школьное обучение, например. Мы не ждем, что любой «нормальный» человек будет способен решить любую задачу исключительно своими силами, но важный элемент успешной адаптации – это способность воспользоваться ресурсом группы или большого социума в тех случаях, когда собственных возможностей не хватает.

Принятие разнообразия людей помогает лучше понимать и учитывать возможности и потребности каждого отдельного человека — которые также могут быть весьма разнообразны. Если человеку для оптимального функционирования нужны какие-то специфические условия, это само по себе еще не говорит о ненормальности: только о том, что у этого человека есть определенные индивидуальные особенности.

Понятие психологической нормы | Psylist.net

Основным потребителем дифференциально-психологических знаний является психодиагностика. В психологии индивидуальных различий рождаются понятия, для измерения которых затем создаются или подбираются методики. Здесь же возникает представление о способах оценки и интерпретации полученных результатов. В связи с этим очень важным является понятие психологической нормы, очень неоднородное по своему содержанию, на которое оказывают влияние по меньшей мере четыре фактора.

1. Норма – статистическое понятие. Нормальным признается то, чего много, что относится к середине распределения. А «хвостовые» его части, соответственно, указывают на область низких («субнормальных») или высоких («супернормальных») значений. Для оценки качества мы должны соотнести показатель человека с другими и таким образом определить его место на кривой нормального распределения. Очевидно, что приставки «суб» и «супер» не дают этической или прагматической оценки качества (ведь если у человека «супернормальный» показатель агрессивности, едва ли это хорошо для окружающих и для него самого).

Нормы не абсолютны, они развиваются и получаются эмпирически для данной группы (возрастной, социальной и других). Так, например, на протяжении последних лет показатель маскулинности по опроснику MMPI у девушек устойчиво повышен; однако это говорит не о том, что они поголовно ведут себя как юноши, а о необходимости пересмотра устаревших норм.

2. Нормы обусловлены социальными стереотипами. Если поведение человека не соответствует общепринятому в данном обществе, оно воспринимается как отклоняющееся. Например, в российской культуре не принято класть ноги на стол, а в американской это никем не осуждается.

3. Нормы ассоциируются с психическим здоровьем. Ненормальным может считаться то, что требует обращения к клиницисту. Необходимо отметить, однако, что и в психиатрии оценочный подход дискутируется, а в качестве наиболее существенных указаний на отклонение от нормы принимается нарушение продуктивности деятельности и способности к саморегуляции. Так, например, когда пожилой человек, осознавая слабость своей памяти, использует вспомогательные средства (записную книжку, раскладывание необходимых предметов в поле зрения), то это поведение соответствует норме, а если он, относясь к себе некритически, отказывается от необходимости «протезировать» свое жизненное пространство, то это приводит в конечном счете к неспособности решать поставленные задачи и свидетельствует о нарушении психического здоровья.

4. Наконец, представление о нормах определяется ожиданиями, собственным необобщенным опытом и другими субъективными переменными: так, например, если первый ребенок в семье начал говорить в возрасте полутора лет, то второй, который к двум годам еще не научился свободно изъясняться, воспринимается как наделенный признаками отставания.

В. Штерн, призывая к осторожности в оценке человека, отмечал, что, во-первых, психологи не имеют права из установленной аномальности того или иного свойства делать заключение об анормальности самого индивида как носителя этого свойства и, во-вторых, невозможно установленную анормальность личности свести к узкому признаку как ее единственной первопричине. В современной диагностике понятие «норма» используют при изучении внеличностных характеристик, а когда речь заходит о личности, применяют термин «особенности», тем самым подчеркивая намеренный отказ от нормативного подхода.

Итак, нормы – это не застывшее явление, они постоянно обновляются и изменяются. Обязательно должны регулярно пересматриваться и стандарты психодиагностических методик.

С. К. Нартова-Бочавер

Вконтакте

Facebook

Twitter

Одноклассники

Похожие материалы в разделе Дифференциальная психология:

23. Понятие «нормы» в психологии и ее критерии.

Понятие «нормы» важно для психодиагностики и психологии индивидуальных различий.

Влияние оказывают четыре фактора.

1. Норма – статистическое понятие. Нормальным признается то, чего много, что относится к середине распределения. А «хвостовые» его части, соответственно, указывают на область низких («субнормальных») или высоких («супернормальных») значений. Для оценки качества мы должны соотнести показатель человека с другими и таким образом определить его место на кривой нормального распределения. Нормы не абсолютны, они развиваются и получаются эмпирически для данной группы (возрастной, социальной). Например, на протяжении последних лет показатель маскулинности по опроснику MMPI у девушек устойчиво повышен; однако это говорит не о том, что они поголовно ведут себя как юноши, а о необходимости пересмотра устаревших норм.

2. Нормы обусловлены социальными стереотипами. Если поведение человека не соответствует общепринятому в данном обществе, оно воспринимается как отклоняющееся.

3. Нормы ассоциируются с психическим здоровьем. Ненормальным может считаться то, что требует обращения к клиницисту. Необходимо отметить, однако, что и в психиатрии оценочный подход дискутируется, а в качестве наиболее существенных указаний на отклонение от нормы принимается нарушение продуктивности деятельности и способности к саморегуляции.

4. Представление о нормах определяется ожиданиями, собственным необобщенным опытом и другими субъективными переменными: так, например, если первый ребенок в семье начал говорить в возрасте полутора лет, то второй, который к двум годам еще не научился свободно изъясняться, воспринимается как наделенный признаками отставания.

В. Штерн, призывая к осторожности в оценке человека, отмечал, что, во-первых, психологи не имеют права из установленной аномальности того или иного свойства делать заключение об анормальности самого индивида как носителя этого свойства и, во-вторых, невозможно установленную анормальность личности свести к узкому признаку как ее единственной первопричине. В современной диагностике понятие «норма» используют при изучении внеличностных характеристик, а когда речь заходит о личности, применяют термин «особенности», тем самым подчеркивая намеренный отказ от нормативного подхода.

Итак, нормы – это не застывшее явление, они постоянно обновляются и изменяются. Обязательно должны регулярно пересматриваться и стандарты психодиагностических методик.

Вот что написано об аномальном развитии: Аномальное развитие в широком смысле – всякое отклоняющееся от нормативного (по психологическим и социокультурным нормам) развитие ребенка, в том числе и с ретардацией (задержка) и с акселерацией. Широкий смысл включает 2 категории детей:

1)с опережающим интеллектуальным, моторным, эмоциональным и социальным развитием,

2) с задержкой развития указанных сторон или с разнообразными сочетаниями нарушений развития (нарушения развития у детей с генетической, перинатальной, неврологической, психической патологией, с умственной отсталостью разных форм, с нарушениями адаптации). Аномальное развитие в узкий смысл – болезненное по происхождению (генетическая патология, органическая патология и т.д.), ведущее к дезадаптации отклонение в развитии.

В патопсихологии в определении нормы и психического здоровья обычно придерживаются определения ВОЗ: «Не только отсутствие болезней, но состояние физического, социального и психического благополучия». Психологические критерии, которые помогают различить нормальное и аномальное состояние:

  1. Неадекватность поведения человека в той ситуации, в которой он находится.

  2. Отсутствие критичности по отношению поступкам, к своему физическому и психическому состоянию, своему поведению.

  3. Непродуктивность деятельности. Человек не нацелен на конечный результат своей деятельности. Деятельность подменяется разговорами, планированием, обещаниями, но далее слов дело не идет.

Оценочное содержание нормы: нормой считается некоторый идеальный образец состояния человека. У такого образца всегда есть философское и мировоззренческое обоснование как состояния «совершенства», к которому должны в той или иной мере стремиться все люди. В этом аспекте норма выступает в качестве идеальной нормы — субъективного, произвольно устанавливаемого норматива, который принимается за совершенный образец по соглашению каких-либо лиц, обладающих правом установления таких образцов и имеющих власть над другими людьми. В качестве норматива идеальная норма выступает средством упрощения многообразия форм жизнедеятельности организма и проявлений личности, в результате чего одни из них признаются удовлетворительными, тогда как другие оказываются за гранью допустимого, приемлемого уровня функционирования. Таким образом, в понятие нормы может быть включен оценочный, предписывающий компонент: человек должен быть таким, а не иным. Все, что не соответствует идеалу, объявляется ненормальным.

Проблема нормы-норматива связана с проблемой выбора нормативной группы — людей, чья жизнедеятельность выступает в качестве стандарта, по которому измеряется эффективность уровня функционирования организма и личности. В число норм-нормативов включаются не только идеальные нормы, но также функциональные нормы, социальные нормы и индивидуальные нормы.

Функциональные нормы оценивают состояния человека с точки зрения их последствий (вредно или не вредно) либо возможности достижения определенной цели (способствует или не способствует это состояние реализации связанных с целью задач).

Социальные нормы контролируют поведение человека, заставляя его соответствовать некоторому желаемому (предписываемому со стороны окружения) или установленному властью образцу.

Индивидуальная норма предполагает сравнение состояния человека не с другими людьми, а с состоянием, в котором человек обычно пребывал раньше и которое соответствует его личным (а не предписываемым обществом) целевым установкам, жизненным ценностям, возможностям и обстоятельствам жизни. Идеальное с точки зрения индивида.

1.7. Понятие нормы в психологии

Каждый психолог, занимаясь практической деятельностью, в той или иной мере сталкивался с проблемой определения нормы и отклонения от нее в поведении человека. Так, что же считать нормой и как квалифицированно определить аномальное поведение?      Объективного ответа на этот вопрос не существует. Он зависит исключительно от тех критериев, которые приняты у представителей данной культуры в определенную историческую эпоху. То, что вчера считалось ненормальным, завтра, возможно, будет казаться нормальным, а то, что нам представляется неприемлемым, иногда очень хорошо вписывается в жизнь других народов.      Необходимо также различать критерии, которыми пользуются другие люди, определяя поведение раздражающего или вызывающего у них недоумение человека как «ненормальное», от тех критериев, которыми при этом пользуется сам этот человек, характеризуя, например, свое состояние, когда он не способен преодолеть собственное расстройство или даже просто сообщить о нем.

     Как правило, чем реже встречается та или иная форма поведения, тем больше вероятность, что ее будут воспринимать как аномальную. Как и в случае интеллекта, речь идет здесь о статистическом критерии, позволяющем утверждать, что от 2 до 3% людей по обе стороны от того большинства, которое ведет себя более или менее «нормально», окажутся люди соответственно «слишком» или «недостаточно» общительные, беспокойные, организованные и т.д.      Чаще всего, однако, «ненормальным» считают человека, «вышедшего из всех нормальных рамок», все поведение которого идет вразрез с ценностями, привычками или установками других людей.

    Поведение будет считаться тем «ненормальнее», чем больше опасности оно будет представлять для самого человека или для окружающих. В качестве примеров можно привести суицидальные действия, злоупотребление наркотиками или поведение, создающее угрозу для общественного порядка.      Одним из критериев аномальности может быть тот факт, что «расшифровка» окружающего мира головным мозгом происходит у данного человека не так, как у других. Мы знаем, что наше восприятие действительности организуется и «стандартизируется» головным мозгом, важная функция которого состоит в фильтрации внешних сигналов. Всякое отклонение от «нормальной» расшифровки этих сигналов связано с риском неправильной адаптации. Именно так обстоит дело у людей с нарушениями слуха или обоняния, а также у тех, кто склонен воспринимать взгляды и жесты других людей как враждебные или, наоборот, как самые благожелательные.      Кроме того, дело может заключаться и в изменении уровня сознания, связанном с его «помрачением», что может стать причиной зрительных или слуховых галлюцинаций. Такого рода частые погружения во внутренний мир нормально воспринимаются лишь у некоторых народов, где их рассматривают как способ общения с «потусторонним миром». Западная культура единственно нормальным состоянием сознания признает экстравертированное сознание.      Но еще сильнее, чем перечисленные симптомы, внимание к человеку могут привлечь эмоциональные нарушения, например, преувеличенные проявления грусти или гнева, безосновательные страхи или депрессия, вызванная травмирующим событием, преодолеть которую человек не в состоянии.

     Наконец, бывает, что и без каких-либо эмоциональных расстройств человек оказывается неспособным преодолеть жизненный стресс, что ведет к уходу в себя или просто уединению и тем самым к разрыву нормальных путей общения с другими людьми.      Таким образом, понятие нормы весьма неоднозначно, и если вдуматься, то можно прийти к выводу, что четкой границы между «приемлемым» и «неприемлемым» нет. Не существует и «идеальной» нормы. Всякий человек в той или иной степени ненормален. Просто у отдельных людей некоторые свойства выражены сильнее, чем у остальных, и поэтому такие люди нуждаются в поддержке, чтобы адаптироваться.

Основным потребителем дифференциально-психологических знаний является психодиагностика. В психологии индивидуальных различий рождаются понятия, для измерения которых затем создаются или подбираются методики. Здесь же возникает представление о способах оценки и интерпретации полученных результатов. В связи с этим очень важным является понятие психологической нормы, очень неоднородное по своему содержанию, на которое оказывают влияние по меньшей мере четыре фактора.

1. Норма – статистическое понятие. Нормальным признается то, чего много, что относится к середине распределения. А «хвостовые» его части, соответственно, указывают на область низких («субнормальных») или высоких («супернормальных») значений. Для оценки качества мы должны соотнести показатель человека с другими и таким образом определить его место на кривой нормального распределения. Очевидно, что приставки «суб» и «супер» не дают этической или прагматической оценки качества (ведь если у человека «супернормальный» показатель агрессивности, едва ли это хорошо для окружающих и для него самого).

Нормы не абсолютны, они развиваются и получаются эмпирически для данной группы (возрастной, социальной и других). Так, например, на протяжении последних лет показатель маскулинности по опроснику MMPI у девушек устойчиво повышен; однако это говорит не о том, что они поголовно ведут себя как юноши, а о необходимости пересмотра устаревших норм.

2. Нормы обусловлены социальными стереотипами. Если поведение человека не соответствует общепринятому в данном обществе, оно воспринимается как отклоняющееся. Например, в российской культуре не принято класть ноги на стол, а в американской это никем не осуждается.

3. Нормы ассоциируются с психическим здоровьем. Ненормальным может считаться то, что требует обращения к клиницисту. Необходимо отметить, однако, что и в психиатрии оценочный подход дискутируется, а в качестве наиболее существенных указаний на отклонение от нормы принимается нарушение продуктивности деятельности и способности к саморегуляции. Так, например, когда пожилой человек, осознавая слабость своей памяти, использует вспомогательные средства (записную книжку, раскладывание необходимых предметов в поле зрения), то это поведение соответствует норме, а если он, относясь к себе некритически, отказывается от необходимости «протезировать» свое жизненное пространство, то это приводит, в конечном счете к неспособности решать поставленные задачи и свидетельствует о нарушении психического здоровья.

Споры начинаются тогда, когда нужно решить, какой должна быть эта поддержка — социальной, психологической или медицинской. Выбор, который в этих случаях необходимо сделать, по существу, зависит от того подхода, к которому прибегают в попытках объяснить аномальное поведение, а также определяется историей борьбы с «безумием» в нашем обществе.      Проблема нормы, а точнее, изучения психологических особенностей здорового человека в последнее время относится к числу перспективных теоретико-практических направлений в психологии.

Определение факторов, противостоящих возникновению расстройств психики, выявление личностных параметров, которые приводят к повышению устойчивости к неблагоприятным воздействиям окружающей среды может способствовать гораздо лучшему пониманию этиологии организменных поломок.

Представления о психическом здоровье человека в высшей степени обусловлены историческим и социокультурным аспектами. Современное его понимание сводится в основном к следующему: психическое здоровье — состояние душевного благополучия, которое характеризуется отсутствием болезненных психических проявлений, обеспечивающее регуляцию поведения, адекватного условиям окружающей среды. В понятии психического здоровья отражены общественные и групповые нормы и ценности.      Критерии психического здоровья в настоящее время выражаются в следующих позициях:

  • адекватность субъективных образов объективной действительности;

  • адекватность уровней зрелости эмоционально-волевой и интеллектуальной сфер возрасту;

  • способность к саморегуляции поведения;

  • разумное планирование жизненных целей и поддержание активности при их достижении.

4. Наконец, представление о нормах определяется ожиданиями, собственным необобщенным опытом и другими субъективными переменными: так, например, если первый ребенок в семье начал говорить в возрасте полутора лет, то второй, который к двум годам еще не научился свободно изъясняться, воспринимается как наделенный признаками отставания.

В. Штерн, призывая к осторожности в оценке человека, отмечал, что, во-первых, психологи не имеют права из установленной аномальности того или иного свойства делать заключение об анормальности самого индивида как носителя этого свойства и, во-вторых, невозможно установленную анормальность личности свести к узкому признаку как ее единственной первопричине.

В современной диагностике понятие «норма» используют при изучении внеличностных характеристик, а когда речь заходит о личности, применяют термин «особенности», тем самым подчеркивая намеренный отказ от нормативного подхода. (С. К. Нартова-Бочавер)

Итак, нормы – это не застывшее явление, они постоянно обновляются и изменяются. Обязательно должны регулярно пересматриваться и стандарты психодиагностических методик.

Лекция 2.

Психическая норма — Контрольная работа

метки: Правило, Человек, Психический, Поведение, Понятие, Порядок, Состояние, Словарь

Введение

Вопрос определения, что является нормой в отношении психики человека, а что можно считать психическими отклонениями, является достаточно сложным, и граница между нормой и отклонением может быть довольно-таки расплывчатой.

Каким образом мы учимся отличать норму от патологии? В процессе развития, с ранних лет мы познаем себя и других людей. Мы видим, что люди отличаются между собой, и что они реагируют на одни и те же события по-разному. Мы учимся взаимодействовать друг с другом, и в процессе становления личности, столкновения с различными социальными институтами, мы знакомимся с определенными правилами, установленными обществом, — правилами поведения, правилами мышления.

Существуют некие общественные правила поведения, обусловленные исторически, с целью сохранения жизни, здоровья и благополучия людей в социуме. Такими правилами могут быть обычаи, традиции и нравственные нормы. Во всех мировых религиях также очерчены определенные правила поведения, мышления, которые, будучи верно истолкованы, направляют человека по пути его развития и сохранения его от разрушения себя и окружающего мира.

Мы учимся гармонично взаимодействовать с такими правилами, принимать их либо не принимать, исходя из собственного отношения к ним либо отношения к людям, их представляющим. Для кого-то одни правила могут быть понятными и принятыми в силу их совпадения с личными характеристиками человека, в том числе его характером. А для других такие же правила могут вызвать негативную реакцию, и это также будет обусловлено его собственными качествами характера.

В таком случае может возникнуть вопрос — какие правила брать за основу для определения «нормальности» или «ненормальности» психики человека? Что вообще означает понятие «норма»? Как можно отличить человека психически здорового от человека с психической патологией? Что является психической патологией?

9 стр., 4287 слов

Правила безопасного поведения в толпе

… . Чтобы избежать возможных неприятностей, каждому необходимо знать основные правила поведения в местах большого скопления людей. Оказавшись в месте проведения массового культурно-зрелищного или … .Чтобы избежать возможных неприятностей, каждому необходимо знать основные правила поведения в местах большого скопления людей. Оказавшись в месте проведения массового культурно-зрелищного или …

В этой работе я попытаюсь ответить на указанные вопросы и разграничить клинические проявления психической нормы и патологии.

1. Психическая норма

Психическая норма — относительное понятие, она может быть определена лишь оценочным суждением с использованием тех или иных критериев. В свою очередь, именно при ограничении определенной психической нормы, очерчивании ее пределов, возможно, отличить и установить здоровые состояния человеческой психики и наличие психических отклонений, то есть фактически — отклонений от психической нормы. Что же означает само понятие психической нормы?

1.1 Определение психической нормы

Норма — понятие социально обусловленное. Это руководящее правило, образец. Это среднестатистическая величина, то, что характерно для большинства людей. Обратимся к определению понятия «нормы» в словарях русского языка.

Норма (от лат. norma — руководящее начало, правило, образец), 1) узаконенное установление, признанный обязательным порядок. 2) Установленная мера, средняя величина чего-нибудь (напр., норма выработки).

3) В полиграфии — совокупность сведений (номер типографского заказа, сокращенное название издания или фамилия автора книги), помещаемых в левом нижнем углу 1-й полосы печатного листа (из «Энциклопедического словаря» под редакцией Введенского Б.А.).

Норма — 1. Узаконенное установление, признанный обязательным порядок, строй чего-н. Н. поведения. Нормы литературного языка. Войти (прийти) в норму (прийти в порядок, в обычное состояние).

2. Установленная мера, средняя величина чего-н. Н. выработки. Н. высева семян. Н. выпадения осадков. В норме кто-что (разг.) — чувствует себя нормально, находится в нормальном состоянии (из «Толкового словаря русского языка» Ожегова С.И.).

Норма — (ж. лат.) общее правило, коему должно следовать во всех подобных случаях; образец или пример. Нормальное состоянье, обычное, законное, правильное, не выходящее из порядка, не впадающее ни в какую крайность. Нормальный вес, мера, принятые за общее где-либо правило и служащие основаньем; единица веса и меры (из «Толкового словаря живого великорусского языка» Даль В.И.).

4 стр., 1559 слов

Вопрос 1. Со: многообразие определений и понятий

… Существует более пятисот определений и понятий Паблик рилейшнз. Считается, что термин «ПР» родился в … ее общественностью,- одно из классических определений. Все эти определения принадлежат Сэму Блэку. Такое разнообразие определений свидетельствует об отсутствии четкой формулировки СО … эффект можно спрогнозировать заранее. Эффект же от ПР, как правило, во времени. Хотя между рекламой и ПР много общего …

Всемирная Организация Здравоохранения (ВОЗ) предлагает следующее определение «нормы»: норма — этический стандарт, модель поведения, рассматриваемая как желательная, приемлемая и типичная для той или иной культуры.

Наиболее распространенным пониманием понятия «психической нормы» является следующее — это общепринятые в обществе требования к различным параметрам проявлений психической активности человека.

То есть при определении психической нормы существует привязка к определению образцов, стандартов, к определению отклонений, то есть понятие «психическая норма», в свою очередь, опирается на определение критериев общепринятого, наиболее распространенного, и понятие «патология».

Таким образом, к определению «психической нормы» можно отнести: — состояние индивидуальной психики относительно самой себя; — соответствие общественным правилам, стандартам, наиболее распространенным характеристикам, которые являются неким образцом; — способность к адаптации, к принятию решению, к самостоятельной жизнедеятельности в обычных, «нормальных» условиях; — отсутствие психических болезней, патологий.

По сути указанных определений психическая норма — это состояние, в котором человеку комфортно, при способностях к жизнедеятельности и здоровому взаимодействию с окружающим миром, при отсутствии отклонений, и которое соотносится с общепризнанными (по различным критериям), некими установленными правилами.

1.2 Основные подходы к определению «норма — патология»

Впервые вопрос о норме возник в тех областях психиатрии и психологии, которые имели дело с так называемыми пограничными явлениями, такими как психопатии. Усилению интереса к проблеме нормы и патологии способствовал психоанализ З. Фрейда, включивший «психопатологии обыденной жизни». В 1908 году вышла статья Ганнушкина «Постановка вопроса о границах душевного здоровья», в которой он указал, что установить пограничную линию между нормальными и патологическими явлениями практически невозможно, потому что между здоровьем и заболеванием существует множественные многообразные ступени.

7 стр., 3232 слов

Психологический портрет делового человека. Культура делового письма

… Б. Карлоф, — творческие, изобретательные, энергичные люди. Часто это незаурядные личности, с трудом вписывающиеся в административно-корпоративную культуру. Они могут строить корабли, учиться … общественного мышления, но и сопротивление среды — традиций, правовых и моральных норм и т.п. Наконец, третьим качеством является развитое воображение, помогающее …

В современной науке выделяют несколько подходов к пониманию «нормы»:

. Статистический подход. Этот подход состоит в понимании нормы как чего-то среднего, установившегося, не выделяющегося из массы, как наиболее приспособленного, адаптированного к окружающей среде. Как правило, чем реже встречается та или иная форма поведения, тем больше вероятность, что ее будут понимать как аномальную. Грубо говоря, исходя из статистического подхода, быть нормальным — значит быть как все, соответствовать усредненному стандарту оценки возможностей человека. Однако, поскольку нормативы, полученные статистическим путем, обусловлены культурно, исторически, территориально, они являются относительными и не могут в полной мере быть критериями «нормальности». Отождествление нормальности с часто встречающимся резко снижает представление о человеческом развитии, низводя его до уровня приспособления к расхожим шаблонам поведения. Статистически «нормальное» общество не будет развиваться. Следовательно, необходимы вариации норматива для развития общества.

. Адаптационный подход — исходит из такого утверждения, что быть нормальным — значит быть приспособленным, адаптированным. Достоинство такого подхода состоит в целостном взгляде на человека, живущего в изменяющихся условиях. При этом социальная адаптация является сужением приспособленности. Последователи этого подхода рассматривают «норму» в связи с понятием «адаптация». При этом адаптация понимается, во-первых, как динамическое равновесие между организмом и средой, а во-вторых, как динамическое равновесие между психическими процессами и деятельностью человека. Для нормы характерным признаком является наличие жизненной цели; наличие устойчивых структурных черт личности в процессе её развития и тех черт, которые изменяются в процессе её развития. В целом норма и не норма — это постоянно процесс, в ходе которого личность достигает или не достигает своего функционального оптимума (оптимума психического функционирования).

2 стр., 933 слов

Каузальный подход в экспериментальной психологии

… исследования: «Каузальный подход в экспериментальной психологии». Цель исследования: Изучение каузального подхода в экспериментальной психологии. Объект исследования: Каузальный подход. Предмет исследования: Каузальный подход в экспериментальной психологии. Задачи исследования …

То есть, норма — процесс достижения личностью функционального оптимума и динамического равновесия в реализации целей самосохранения, развития и самореализации. Понятие «нормы» смещается до границ индивида. Каждый человек рассматривается по отношению к самому себе: каким он был, каким он стал. Таким образом, проблема нормы значительно снижается.

. Культурно-релятивистский подход. Исходя из такого подхода, о норме и патологии можно судить лишь на основании соотношения особенностей культуры определенных социальных групп, к которым принадлежат исследуемые. То, что совершенно нормально для одной социальной группы, для прочих будет рассматриваться как патология. То есть, нормальное — это то, что соответствует представлениям данной культуры о норме. Однако, множественность социальных отношений, «социумов», к которым принадлежит любой индивид, и неоднородность предъявляемых каждым таким социумом требований, исключают однозначное определение нормального и патологического поведения. Поэтому поведение индивида регулируется не единым набором норм, а множеством требований, хотя и связанных между собой, но не совпадающих и подчас не согласуемых друг с другом (например, требования родственников, друзей, трудового коллектива, социальной среды и т. д.).

Кроме того, существуют универсальные психические расстройства, например, старческое слабоумие, которые не зависят ни от культуры, ни от ранга.

. Психопатологический подход. Является достаточно распространенным среди исследователей, которые стали принимать за основу оценки негативные критерии нормы. Исходя из этого подхода, норма понимается, прежде всего, как отсутствие каких-либо выраженных патологических симптомов. Если у человека этих симптомов не обнаруживается, значит, он нормален, значит, он здоров. Таким образом, здоровье определяется через нездоровье, норма — через аномалию. Однако, и этот подход не лишен некоторой однобокости.

2 стр., 763 слов

Л. С. Выготский в своей статье сравнивает два подхода в психологии, опираясь на мнения различных учёных, таких как, З. Фрейд, А. Б. Залкинд, О. Ф. Канитц,

… в психологии, опираясь на мнения различных учёных, таких как, З. Фрейд, А … психологии, считая их непримиримыми и полярными научными системами, которые ввели современную психологию в кризис. Л.С. Выготский в своей статье сравнивает два подхода …

. Гуманитарный (гуманистический) подход. Проявляется в оценке нормы самой по себе при отсутствии дихотомии «норма-патология». Этот подход прямо противоположен психопатологическому подходу, поскольку описывает критерии психического здоровья и пытается выделить то позитивное, что несет в себе нормальная личность. Рассматривает не отсутствие тех или иных ущербов и недугов, а самочувствие личности как некоторое особое достояние, полнота.

Данный подход тесно связан с теорией личности. Норма — это человек самоусовершенствующийся, самоактуализирующийся. А. Маслоу предлагает следующие характеристики самоактуализирующихся личностей:

эффективное восприятие реальности, устойчивость к тому, что воспринимается;

принятие себя, других, природы; отсутствие стыда, вины, тревоги;

непосредственность, простота, естественность;

центрированность на цели;

независимость и наличие потребности в уединении от суеты;

автономия, т. е. независимость от культуры и окружения; наличие ответственности за свою судьбу;

спокойное отношение к социальным поощрениям;

свежесть восприятия, открытость новым впечатлениям, умение радоваться жизни;

вершинные переживания, состояния подъема и экстаза;

глубокие межличностные отношения;

разграничение целей и средств;

философское чувство юмора;

Э. Фромм выделяет следующие характерные черты нормы: — продуктивное дело, т. е. созидание; — связь человека с внешним миром через эмоции и переживания; — постижение объективной реальности своим интеллектом; — осознание собственной неповторимости при наличии связи с ближними и с другими людьми; — отсутствие признания иррациональных авторитетов, но охотное подчинение рациональным; — постоянное возрождение нормального человека; — нормальный человек смотрит на жизнь как на величайшее из дарованных ему благ.

2 стр., 822 слов

Понятие нормы и патологии в психиатрии. Права больных психическими заболеваниями

… и постоянного состояния человека. С понятием нормы непосредственно связано состояние здоровья, поэтому отклонение от нормы определяется как патология и болезнь. Как отмечает Н.В … . Сербского, 1994. – 148 с. 2. Репина Н.В. Основы клинической психологии URL: psyinst.ru/library.php?part=article&id=1613 …

Исходя из вышеизложенного, границы между «нормой» и «ненормой» есть динамичны, поэтому вопрос о «норме» и «ненорме» должен решаться «здесь и сейчас». В психологии сформулированы несколько подходов, которые имеют свои достоинства и недостатки, и применению их должен предшествовать анализ индивида сразу в нескольких направлениях, чтобы найти верное решение в отношении него. Подходов к пониманию «нормы» и «ненормы» достаточно много, поэтому для решения определенных задач в своей практике психолог должен выбирать наиболее уместный и правильный подход к норме в данном, конкретном случае.

1.3 Психическое здоровье

Здоровье — состояние любого живого организма, при котором он в целом и все его органы способны полностью выполнять свои функции; отсутствие недуга, болезни (подробное рассмотрение определений здоровья приведено ниже).

К наукам, изучающим здоровье, относятся: диетология, фармакология <#»justify»>2. Определение акцентуации

Понятие «акцентуация» близко к понятию «расстройство личности <#»justify»>3. Психическая патология

Патологическое поведение, мысли и эмоции — это поведение, мысли и эмоции, которые сильно отличаются от наших представлений о том, что является нормой. Суждения о том, что считать патологией, зависят от разных обстоятельств. В мире, в котором мы живем, могут сильно воздействовать на психику крупные катастрофы и различные бедствия. И какую реакцию на негативные события в таком случае можно назвать здоровой, нормальной, а какую — нет?

3.1 Определение психической патологии

Патология (от греч. pathos — страдание и logos — учение) — учение о болезнях; отклонение от нормы. Патологический — больной, ненормальный. Кант называет патологическим то, что определяется чувствами или влечениями (а не является самодеятельным, не определяется свободным разумным решением).

Психология <#»justify»>Выводы

В настоящее время уже не возникает сомнений в размытости границ между «нормой» и «патологией». Рассмотрение проблемы соотнесения особенностей «психологической нормы» и «психических отклонений», довольно просторно представленной в современных научных и практико-ориентированных публикациях, свидетельствует о том, что она пока ещё далека от решения в виду своей сложности. Но, используя выведенные принципы, подходы и критерии в психологии и психиатрии, а также развивая и расширяя границы своего понимания человека в совокупности с определяющими его качества обстоятельствами, в том числе внешним факторами, мы имеем возможность найти и обозначить границы — где психическая норма, а где есть психическая патология.

Список литературы

1.Международная статистическая классификация болезней и проблем, связанных со здоровьем. 10 пересмотр = International Statistical Classification of Diseases and Related Health Problems: Tenth Revision. — Москва: Медицина, 2003. — Т. 1−4. — 2440 с.

2.Клиническая психология: учебник / Под ред. Б.Д. Карвасарского. — СПб: Питер, 2002. — 960 с.

.Психология здоровья: новое научное направление // Психология здоровья / под редакцией Г. С. Никифорова. — СПб.: Питер, 2003. — С. 28−30. — 607 с.

.Лакосина Н.Д., Ушаков Г. К. Медицинская психология — 2-е изд, — М.: Медицина, 1984. — 272 с.

.Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков / Под ред. Ю.Б. Гиппенрейтер, В.Я. Романова. — Санкт-Петербург: Речь, 2009. — 256 с.

.Маслоу А.Г. Мотивация и личность. — СПб.: Евразия, 1999. — 478 с.

.Менделевич В.Д. Клиническая и медицинская психология: Практическое руководство. — М., 2001. — 592 с.

.Фромм Э. Человек для самого себя. Исследование психологических проблем этики = Man for Himself: An Inquiry Into the Psychology of Ethics (1947) / Перевод Э.М. Спировой. — Москва: Аст, 2010. — 352 с.

.Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений / РАН. Институт русского языка им. В. В. Виноградова. — 4-е изд., дополненное. — М.: Азбуковник, 2002. — 939 с.

Если вы автор этого текста и считаете, что нарушаются ваши авторские права или не желаете чтобы текст публиковался на сайте ForPsy.ru, отправьте ссылку на статью и запрос на удаление:

Отправить запрос

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *