Патопсихология и психопатология сущность различий: Патопсихология и психопатология — определения, различия и общность – Психопатология и патопсихология. Две науки или одна?: rabota_psy — LiveJournal

Автор: | 12.07.2020

Психопатология и патопсихология. Две науки или одна?: rabota_psy — LiveJournal


Патопсихология — это отрасль психологической науки, относящаяся к прикладным областям знания. Признание положения, что патопсихология является психологической дисциплиной, определяет ее предмет и задачи в их специфическом отличии от предмета и задач психиатрии.

Психопатология, как и всякая отрасль медицины, направлена на выяснение причин психической болезни, на исследование симптомов и синдромов, типичных для тех или иных заболеваний, на лечение и профилактику болезни.

Патопсихология как психологическая дисциплина исходит из закономерностей развития и структуры психики в норме.

Общая теория медицины неразрывно связана с общими психологическими концепциями. И той, и другой науке присущи общие проблемы: соотношение биологического и социального в деятельности человека, связь между психикой и деятельностью мозга, психосоматические и соматопсихические корреляции, проблемы нормы и патологии, соотношения между сознанием и неосознаваемыми формами психической деятельности.

Понятие патопсихологии иногда без оснований идентифицируется с понятием психопатологии, хотя они вовсе не тождественны, несмотря на их внешнее сходство и единство образующих эти слова корней.

Предметом патопсихологии, по определению Б. Зейгарник, является изучение закономерностей распада психической деятельности и свойств личности в сопоставлении с закономерностями формирования и протекания психических процессов в норме, изучение закономерности искажения отражательной деятельности мозга.

Психопатология, т.е. общая психиатрия, занимается описанием признаков психического заболевания в динамике, в течении болезни. А. В. Снежневский видит основное отличие психопатологии от психологии в том, что первая оперирует понятиями медицинскими (этиология, патогенез, симптом, синдром) и использует общепатологические критерии (возникновение болезни, исход болезни). Патопсихология также использует эти клинические критерии, так как без постоянного соотнесения с ними она бы утратила свое практическое прикладное значение. Данные патопсихологического исследования в обязательном порядке должны соотноситься с психическим статусом больного, со стадией течения заболевания, с его динамикой.

О. П. Росин считает, что патопсихология так же, как и психопатология, изучает закономерности и стереотип развития психической болезни, но предметом ее исследования является не закономерность смены симптомов и синдромов, а определенное звено в структуре симптомообразования, т.е. то, что предшествует психопатологическим образованиям в патогенезе болезни. То есть патопсихология — это необходимое звено в общей патологии психического.

Психопатология, так же как патопсихология, является наукой, изучающей расстройства психики, но пользуются они при этом разными методами. Если патопсихология изучает психические расстройства методами психологии, то психопатология, в основном, прибегает к методу клинико-описательному. Поводом для утверждений о том, что психопатология, или психиатрия, и патопсихология являются одной и той же наукой, иногда, очевидно, служит то обстоятельство, что и патопсихология, и психопатология имеют дело с одним и тем же объектом — нарушениями психической деятельности.

И так, психопатология и патопсихология все же разные науки не смотря на единый объект изучения.

Психопатология и патопсихология, характеристика и различия.

Патопсихология — одна из самых старых и важнейших составляющих медицинской психологии, включает:

—          определение структуры нарушения познавательных процессов,

—          закономерности их распада в сравнении с нормой в понятиях современной психологии,

—           диагностика особенности личности, поведения, общения

—          адаптация к измененным условиям функционирования в связи с психическими расстройствами.

Основная цель — диагностирование изменений психики человека в сравнении с нормой.

Психопатология — сугубо медицинская наука, один из разделов психиатрии, изучающей признаки психических расстройств в динамике. В отличие от патопсихологии в основном оперирует клиническими понятиями этиология (причина возникновения), патогенез (механизм возникновения), симптом, синдром и диагноз (нозологической формы психического расстройства, ее тяжесть и течение, обоснование патогеничной терапии и т.д.) и использует общепатологические клинические критерии (возникновение и исход болезни).

Общее для них — выявление характерных признаков того или иного нарушения психической сферы (симптоматика), их закономерного сочетания, обусловленного единым патогенезом, т.е. синдромом.

Следовательно, патопсихология является основой диагностического процесса в психопатологии. С учетом этого медицинскому психологу необходимо иметь понятия и дифиниции (определения) методологии диагностики и клиники психических расстройств.

Патопсихология является одним из разделов психологии (клинической психологии), а психопатология является отраслью медицины (психиатрии). Таким образом, в силу принадлежности к различным научным дисциплинам психопатология и патопсихология имеют каждая свой специфический предмет исследования, методы исследования и различный категориальный аппарат.

Предметом любой медицинской отрасли, как известно, является болезнь во всех ее проявлениях и связях. Предметом же психологиии (а следовательно, и любой ее отрасли) является психика. В отношении психопатологии предметом изучения выступает особая категория заболеваний — психические заболевания, т. е. заболевания, при которых в первую очередь нарушаются именно психические функции (познание и регуляция поведения). Другими словами, можно сказать, что психопатология изучает причины возникновения, особенности проявления, течения, лечения и предотвращения различных психических расстройств /19/.

Существенные различия между психопатологией и патопсихологией отмечаются и в области методологии и методики проведения исследований. В практике психиатрии традиционно доминирует клинико-описательный метод исследования психопатологических явлений, что связано во многом с самой природой патологии психики. Как отмечает С. Я. Рубинштейн /18/, эта природа такова, что установить ее удается лучше всего при расспросе и наблюдении. Причем опытный врач-психиатр в большей степени, чем представители других медицинских специальностей, умеет контактировать с больным, обладает искусством выявлять признаки заболевания в ходе наблюдения и беседы с пациентом, расспросов родственников и персонала о его поведении. Надо отметить, что в оценке психического состояния беседа и наблюдение до сих пор занимают основное место, тогда как соматическое состояние больного исследуется многообразными современными лабораторными и экспериментальными методами. Между тем, при анализе патологии психики методы опроса и наблюдения обязательно должны быть дополнены экспериментом, так как именно экспериментальный метод позволяет перейти от описания явления к анализу причин и механизмов симптомообразования.

Патопсихология, являясь отраслью психологии, использует весь арсенал методов, накопленных психологической наукой, и среди них эксперимент занимает ведущее место. В силу специфики предмета и решаемых ею практических задач, можно сказать, что патопсихология является экспериментальной наукой. В патопсихологии накоплен большой опыт экспериментального исследования психики больных, и этот опыт является весьма полезным для психопатологии.

Современный системный подход к исследованию психических расстройств требует их всестороннего рассмотрения, поэтому данные клинического анализа должны быть дополнены данными патопсихологического исследования. Поэтому в последнее время все четче проявляется тенденция к сближению практики исследования нарушений психики в психологии и психопатологии: клиницисты все активнее используют психологические экспериментальные методы исследования, а в патопсихологии (и клинической психологии в целом) существенная роль отводится описательному подходу.

Однако различия в предметной области обеих наук остаются неизменными. Поэтому можно сказать, что психопатолог и патопсихолог подходят к одному и тому же явлению — психическому расстройству — с различных сторон. Для клинициста любые нарушения психики интересны, потому что они являются признаками (симптомами или синдромами) тех или иных психических заболеваний, т. е. в психопатологии акцент делается именно на проявлении нарушений. Патопсихолога же интересуют психические нарушения, так как они раскрывают специфику психики, проявляющейся в особых условиях (в условиях болезни), т. е. для патопсихологии актуальным остается изучение именно психологических феноменов.

Предмет патопсихологии. Ее отличие от психопатологии.

До настоящего времени вопрос о разграничении предмета патопсихологии и психопатологии остается дискуссионным.

Патопсихология и психопатология — понятия нетож­дественные, несмотря на их внешнее сходство и единство образующих эти слова корней. Патопсихология, по определению Б. В. Зейгарник (1969), изучает закономерности распада психической деятельности и свойств личности в сопоставлении с закономерностями формирования и протекания психических процессов в норме.

Она дает квалификацию психопатологических явлений в понятиях психологии.

Психопатология яв­ляется наукой медицинской, она оперирует, главным образом, клиническими понятиями. Кроме того, психо­патология, являющаяся разделом клинической психиат­рии, занимается описанием признаков психического за­болевания в динамике, в течении болезни. А. В. Снеж-невский (1970) видит основное отличие психопатологии от психологии в том, что первая оперирует понятиями медицинскими (этиология, патогенез, симптом, синдром) и использует общепатологические критерии (возникнове­ние болезни, исход болезни).

Психопато­логия, так же как и патопсихология, является наукой, изучающей расстройства психики. Однако, если пато­психология изучает психические расстройства методами психологическими, то психопатология, в основном, при­бегает к методу клинико-описательному. Поводом для утверждений о том, что психопатология и патопсихоло­гия являются одной и той же наукой, служит то обстоя­тельство, что и патопсихология, и психопатология имеют дело с одним и тем же объектом — нарушениями психи­ческой деятельности. Однако, изучая одни и те же проявления психической патологии, например, разорванность мышления или резонерство, патопсихологи исследуют их психологическую структуру, а психопатологи, т.е. медицинские работники, дают клиническое описание этих признаков, прослеживают особенности их возникновения и связь с другими наблю­даемыми в клинике нарушениями мышления.

Необхо­димость разграничить предмет патопсихологии и пси­хиатрии (психопатологии) мотивируется тем, что не­которые исследователи в США, Германии, Польше и в России в последнее время в рамки патопсихологии стали вклю­чать и предмет «пограничной», так называемой «малой» психиатрии (неврозы, проблемы психотерапии). Психи­атрия — клиническая дисциплина, которая изучает на­рушения психики, типичные для того или иного заболе­вания, их причины и способы лечения клиническими методами.. Патопсихология — психологическая дисциплина, которая исходит из закономерностей развития и структуры психики в норме. Разграничив эти понятия по критерию ориентации патопсихологии на нормативные проявления, а психопатологии – на отсутствие данного критерия, исследователи вносят еще большую путаницу.

Следует обратить внимание на замечание В.М. Блейхера (1976) о том, что психопатология не сводится только к изучению патологических изменений психики, но и их механизмов, в том числе и психологических. При этом трудно себе представить, что возможно изучение патологических проявлений в любой области медицины без обращения к норме.

Завершая дискуссию о разграничении патопсихологии и психопатологии, обращаем внимание на то, что первая является разделом медицинской или клинической психологии, т.е. наукой психологической, а вторая – разделом психиатрии, т.е. наукой медицинской. Каждая из этих наук имеет свои специфические методы.

Забвение того положения, что патопсихология является психологической наукой, приводит к еще одному нежелательно результату. Из-за недостаточности специалистов — патопсихологов в дифференциально-диагностическую работу в учреждениях здравоохранения вливаются специалисты смежных дисциплин, не владеющие ни знаниями в области психологии, ни профессиональными навыками. Патопсихолог должен быть прежде всего психологом, хорошо осведомленным в теоретических основах и практических запросах психиатрической клиники и клиники неврозов.

Контрольные вопросы

1.В чем заключаются основные отличия патопсихологии от психопатологии?

2. Почему важно разграничить предмет патопсихологии и психопатологии?

Психопатология и патопсихология клинического феномена

Всё свидетельствует о том, что единственной реальной проблемой научной психологии сегодня становится методологическое обоснование своего предмета и выработка системы собственных универсальных концептов (теории), позволяющей систематизировать множество эмпирических фактов, полученных в опыте.

Парадоксально складывается история научного изучения психики и её нарушений. Сформировалось множество научных дисциплин: общая психология, психофизиология, нейропсихология, патопсихология, психопатология, в названии которых обозначен их предмет — психика человека. Предмет будто бы един, а наук — множество. Эти дисциплины практикуют собственные методы исследования, выработали уже собственный терминологический аппарат, теоретические конструкции так, что и взаимопонимание между специалистами, работающими на этом общем поле, стало уже невозможным. В контексте этого феномена особенно примечательны отношения психопатологии и патопсихологии в отечественной традиции.
 
Психопатология, будучи медицинской дисциплиной, исторически базируется на клиническом методе и сосредоточена на фиксации знаков заболевания, его феноменологии. В рамках общей психопатологии разрабатывались сложные систематизации разнообразных явлений психического расстройства. Суть психопатологической диагностики сводится к соотнесению совокупностей этих феноменов с конкретными нозологическими единицами, определёнными соответствующей классификацией болезней. Так картина поведения, фиксируемая у конкретного пациента, соотносится с картиной, описанной в соответствующем руководстве, например в МКБ-10. При этом конкретные наблюдаемые психические явления редуцируются и переозначиваются, сама сущность и механизмы нарушения психической деятельности остаются вне поля зрения.

Однако и патопсихологическое исследование, в этом аспекте, также не продвигает к пониманию сущности психического расстройства, хотя первоначальный замысел патопсихологии был, очевидно, в этом. Предпринятый на заре становления экспериментальной психологии функциональный метод, членящий исходную целостную систему психики на ряд несуществующих психических функций, с одной стороны, позволил упорядочить множество проявлений поведения и его расстройств (сейчас любое руководство как по психопатологии, так и по патопсихологии содержит их тщательное описание: расстройства ощущения, восприятия, внимания, мышления, памяти, личности и т.п.). С другой стороны такой аналитический подход, конечно, никак не соответствует действительной картине психического заболевания, где наблюдатель имеет дело с целостной системой, членение которой на функции может иметь лишь дидактическое значение.

Патопсихология, таким образом, подобно психопатологии, осуществляет собственное переозначивание состояния психики больного, хотя и в другие термины. Такой путь, конечно, ничуть не приближает к задачам практики (лечение, коррекция, профилактика). Несмотря на заявляемую самостоятельность и принципиальное отличие от психопатологии, патопсихология сегодня в действительности лишь переописывает картину поведения больного в другие термины, в значительной мере заимствуя из психиатрического языка. Такой путь, конечно, ничуть не приближает к задачам практики (лечение, коррекция, профилактика, реабилитация психического заболевания). Зато при этом появляется возможность «удвоения» («утроения» и т.п.) «картины» заболевания и поддержания иллюзии нового знания. Более того, подобное «умножение» ещё больше затрудняет координацию усилий специалистов разного профиля, работающих на поприще попечения душевнобольных.

Приходится констатировать, что путь подмены одной феноменологии (клинической) другой (патопсихологической) на сегодняшний день исчерпал свои познавательные возможности. Хотя на определённом этапе исторического развития такой путь был и предопределённым и эффективным. 

И если, несмотря на ограничения феноменологического подхода, предметные границы психопатологии в настоящее время поддерживаются устоявшимися практиками, сформированными в рамках естественно-научного подхода, то патопсихология с момента своего возникновения с большим трудом способна отстаивать свою самостоятельность.

Ограниченность метода переозначивания легко проиллюстрировать. Психопатология, включая в свой предмет рассмотрение пограничных психических расстройств, психопатий и акцентуаций характера, соматопсихических феноменов неизбежно скатывается в простое перечисление свойств наблюдаемого. Метод, зарекомендовавший свою эффективность при анализе и систематизации одних явлений — психозов, оказывается несостоятельным при переходе к другим феноменам. Точно так же и патопсихология, приближаясь к анализу пограничных психических расстройств, утрачивает самостоятельность и вынуждена использовать терминологический аппарат психопатологии, подменяя наблюдаемые явления клиническими «аналогиями», обозначая состояния как «депрессия», «тревога», «астения» и т.п.., что, конечно, познанием не является.

Интуитивно понятно, что множество наук о психике вещают об одном. Речь идёт о некоем целостном феномене, выделяющемся на фоне других феноменов жизни, имеющем свою собственную специфику, проявления, свойства. Но, приняв за свой предмет «психику» («душу») человека, все эти науки обречены на суверенитет. 

Душа человека научно определена быть не может, а без чёткого определения границ предмет научного исследования неизбежно рассыпается. Следствием этого становятся и те непреодолимые «дуализмы» (сома и психика, мозг и сознание, объект и субъект и т.п.), которыми страдает психология и которые без успеха прикрываются декларациями о «био-психо-социо-духовной» природе человека.

Попытки породить собственный терминологический аппарат «психологической диагностики» неизбежно приводят к созданию симулякров (Алёхин А.Н., 2009). Отсутствие в психологии собственных концептов и теорий, подобных выработанным в медицине: «организм», его функции (физиология), их нарушений (патофизиология) обесценивает и способы психологического вмешательства (терапии) — так называемой «психотерапии» в психологическом исполнении.

К сожалению, подобными прегрешениями инфицирована уже и медицинская психология, начало которой, в отличие науки о «душе», было многообещающим, и которой были достигнуты выдающиеся успехи, признанные во всём мире и до сих пор не утратившие своего значения для понимания процессов жизни. Некритичное смешение парадигм — «гуманистической» и «естественно-научной», обусловленное отнюдь не задачами науки, но исключительно житейскими обстоятельствами (разговорный жанр, конечно, экономичнее экспериментальных исследований) ведёт к тому, что и медицинская (клиническая) психология теряет уже свою целостность и прагматическую ориентацию.

Всё состояние современной психологии свидетельствует о её глубоком и перманентном кризисе, суть которого была проявлена ещё Л.С. Выготским (1982) и который теперь уже примирительно констатируют современные авторы (Василюк Ф.Е., 1996; Мазилов В.А., 2006). Вряд ли причина такого кризиса сводима лишь к сложности «объекта» познания. Кризис этот методологический, и преодоление его предполагает серьёзную методологическую работу, интерес к которой, увы, угас.

Для обозначения предмета науки психологии в отечественной традиции естествознания разрабатывалась категория «поведение», категория, которая позволяла преодолевать неизбежно присущие предмету и методу исследования «психики» дуализмы (Ярошевский М.Г., 1996). 

При таком понимании, где психика и поведение — суть одно, и поведение при этом не сводимо к «видимым» реакциям, но полагается сложноорганизованной системой функций, обеспечивающей целостность и адаптацию организма, существующие научные дисциплины предстают как частные описания различных аспектов (феноменологических, нейрофизиологических, психологических) поведения человека. 

Всё их разнообразие определяется, следовательно, лишь «точками обзора» и используемыми терминами.

При понимании поведения как сложно организованной системы открываются замечательные возможности для анализа ее структуры, функций, динамики. Неизбежное при этом определение уровней организации такой системы: нейрофизиологический, психофизиологический, психологический, социально-психологический является естественным и не нарушает исходной целостности поведения, но позволяет рассматривать его в разных аспектах, где и психомоторные, и познавательные и личностные процессы осуществляются по единым механизмам, сформулированным в теории функциональных систем (Анохин П.К., 1970). Такой подход позволяет рассматривать и психосоматические отношения в качестве векторов единого континуума поведения. Более того, такой ход мысли освобождает от непреодолимого иначе противопоставления «организм-среда», противопоставления, которое блокирует адекватное понимание сути гомеостазиса, стресса и адаптации применительно к психологическим аспектам этих процессов.

Например, с точки зрения теории поведения, нет существенной разницы в сути феноменов обсессивно-компульсивных расстройств и аддикций: в обоих случаях речь идёт о формировании нового поведенческого паттерна, циркулирующего в динамике напряжения и разрядки и не подвластного сознательному регулированию. Патопсихологические механизмы формирования специфики феноменов — предмет исследования. Однако описание и переописание феноменов, например, аддиктивного расстройства ничего не прибавляет к возможности решения задач профилактики и коррекции.

Всё свидетельствует о том, что единственной реальной проблемой научной психологии сегодня становится методологическое обоснование своего предмета и выработка системы собственных универсальных концептов (теории), позволяющей систематизировать множество эмпирических фактов, полученных в опыте. 

Идеальным решением этой проблемы можно было бы счесть разработку теории поведения человека на разных уровнях его организации: соматическом, когнитивном, личностном (психологии в её истинном значении), теории нарушений психической адаптации — психогенеза психических расстройств (патопсихологии), теории психологического воздействия (психопрофилактики, реабилитации и психотерапии). Такое строение психологической науки, подобное исторически выработанному строению теории медицины, обеспечило бы выход её из методологического тупика и приобретение ею статуса практической дисциплины.

Клинический феномен (симптом, синдром, динамика заболевания) очевидно детерминирован не только болезненным процессом (патофизиологической сущностью заболевания), но и психологическими процессами, определяющими реакции личности на болезнь, и психологическими свойствами и структурами, определяющими собственно личность больного (патопсихологическая сущность заболевания). Такой системный анализ клинического феномена позволил бы не только открыть новые возможности для научного исследования психических расстройств, но и интегрировать усилия специалистов в решении практических задач по психологической профилактике нарушений психической адаптации, диагностике психического расстройства и реабилитации психически больных.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Алёхин А.Н. Психологическая диагностика как производство симулякров // Научное мнение. 2011. № 1. С. 133-138.
  2. Выготский Л.С. Исторический смысл психологического кризиса. Собр. соч. В 6 т. Т. 1. М.: Педагогика, 1982. С. 386-389.
  3. Василюк Ф.Е. Методологический смысл психологического схизиса // Вопросы психологии. 1996. № 6. — С. 25-40.
  4. Мазилов В.А. Методологические проблемы психологии в начале XXI века // Психол. журн. — 2006. — № 1. — С. 23-34
  5. Ярошевский М.Г. Наука о поведении: Русский путь. М.; Воронеж: Изд-во Института практической психологии; МОДЭК, 1996. — 380 с.
  6. Анохин П.К. Теория функциональной системы // «Успехи физиол. наук.», 1970, т. 1, № 1, с. 19-54.

1.2. Соотношение патопсихологии и психопатологии. Предмет патопсихологии.

По своим целям и решаемым практическим задачам патопсихология направлена на оказание конкретной практической помощи клиницистам, занимающимся проблемами нарушений психики при разнообразных психических расстройствах. Наиболее тесные связи (даже в названии) обнаруживаются у патопсихологии с одним из разделов психиатрии — психопатологией. Названия этих дисциплин состоят из одних и тех же древнегреческих корней: «pathos» — «страдание», «болезнь», «psyche» — «душа», «психика» и «logos» — «изучение» /4/. Таким образом, и патопсихология, и психопатология представляют собой отрасли, изучающие различные проявления нарушений психики.

Однако при всем внешнем сходстве, при общности «объекта» исследования (в качестве которого выступают нарушения психики), между психопатологией и патопсихологией имеются существенные различия. Эти различия заключаются, в первую очередь, в том, что патопсихология является одним из разделов психологии (клинической психологии), а психопатология является отраслью медицины (психиатрии). Таким образом, в силу принадлежности к различным научным дисциплинам психопатология и патопсихология имеют каждая свой специфический предмет исследования, методы исследования и различный категориальный аппарат.

Предметом любой медицинской отрасли, как известно, является болезнь во всех ее проявлениях и связях. Предметом же психологии (а следовательно, и любой ее отрасли) является психика. В отношении психопатологии предметом изучения выступает особая категория заболеваний — психические заболевания, т. е. заболевания, при которых в первую очередь нарушаются именно психические функции (познание и регуляция поведения). Другими словами, можно сказать, что психопатология изучает причины возникновения, особенности проявления, течения, лечения и предотвращения различных психических расстройств /19/.

Патопсихология, как и любая другая отрасль психологии, изучая психику, имеет и свою собственную специфику, так как ее предметом является не просто психика, а психика, нарушенная тем или иным психическим расстройством. Наиболее полно и точно определение предмета патопсихологии дала Б. В. Зейгарник: «патопсихология как психологическая дисциплина исходит из закономерностей развития и структуры психики в норме. Она изучает закономерности распада психической деятельности и свойств личности в сопоставлении с закономерностями формирования и протекания психических процессов в норме, она изучает закономерности искажений отражательной деятельности мозга» /6/.

Патопсихология, рассматривая нарушения психики, дает квалификацию психопатологических явлений в понятиях современной психологии, используя общий для всех отраслей психологии категориальный аппарат. Патопсихолог пользуется такими понятиями, как психика, деятельность, общение, личность, познание и т. п. Психопатология, являясь наукой сугубо медицинской, оперирует главным образом клиническими понятиями, такими, как этиология, патогенез, симптом, синдром и т. д. При этом надо отметить, что эти клинические термины должны быть известны и часто используются в практике патопсихологии, что связано с ее пограничным и прикладным характером. Решение практических задач, которые стоят перед патопсихологией, немыслимо без хорошей ориентировки в клинических особенностях заболевания, а данные патопсихологического исследования обязательно должны соотноситься с психическим статусом больного, с динамикой течения заболевания.

Существенные различия между психопатологией и патопсихологией отмечаются и в области методологии и методики проведения исследований. В практике психиатрии традиционно доминирует клинико-описательный метод исследования психопатологических явлений, что связано во многом с самой природой патологии психики. Как отмечает С. Я. Рубинштейн /18/, эта природа такова, что установить ее удается лучше всего при расспросе и наблюдении. Причем опытный врач-психиатр в большей степени, чем представители других медицинских специальностей, умеет контактировать с больным, обладает искусством выявлять признаки заболевания в ходе наблюдения и беседы с пациентом, расспросов родственников и персонала о его поведении. Надо отметить, что в оценке психического состояния беседа и наблюдение до сих пор занимают основное место, тогда как соматическое состояние больного исследуется многообразными современными лабораторными и экспериментальными методами. Между тем, при анализе патологии психики методы опроса и наблюдения обязательно должны быть дополнены экспериментом, так как именно экспериментальный метод позволяет перейти от описания явления к анализу причин и механизмов симптомообразования.

Патопсихология, являясь отраслью психологии, использует весь арсенал методов, накопленных психологической наукой, и среди них эксперимент занимает ведущее место. В силу специфики предмета и решаемых ею практических задач, можно сказать, что патопсихология является экспериментальной наукой. В патопсихологии накоплен большой опыт экспериментального исследования психики больных, и этот опыт является весьма полезным для психопатологии.

Современный системный подход к исследованию психических расстройств требует их всестороннего рассмотрения, поэтому данные клинического анализа должны быть дополнены данными патопсихологического исследования. Поэтому в последнее время все четче проявляется тенденция к сближению практики исследования нарушений психики в психологии и психопатологии: клиницисты все активнее используют психологические экспериментальные методы исследования, а в патопсихологии (и клинической психологии в целом) существенная роль отводится описательному подходу.

Однако различия в предметной области обеих наук остаются неизменными. Поэтому можно сказать, что психопатолог и патопсихолог подходят к одному и тому же явлению — психическому расстройству — с различных сторон. Для клинициста любые нарушения психики интересны, потому что они являются признаками (симптомами или синдромами) тех или иных психических заболеваний, т. е. в психопатологии акцент делается именно на проявлении нарушений. Патопсихолога же интересуют психические нарушения, так как они раскрывают специфику психики, проявляющейся в особых условиях (в условиях болезни), т. е. для патопсихологии актуальным остается изучение именно психологических феноменов.

1.2. Соотношение патопсихологии и психопатологии. Предмет патопсихологии

По своим целям и решаемым практическим задачам патопсихология направлена на оказание конкретной практической помощи клиницистам, занимающимся проблемами нарушений психики при разнообразных психических расстройствах. Наиболее тесные связи (даже в названии) обнаруживаются у патопсихологии с одним из разделов психиатрии — психопатологией. Названия этих дисциплин состоят из одних и тех же древнегреческих корней: «pathos» — «страдание», «болезнь», «psyche» — «душа», «психика» и «logos» — «изучение» /4/. Таким образом, и патопсихология, и психопатология представляют собой отрасли, изучающие различные проявления нарушений психики.

Однако при всем внешнем сходстве, при общности «объекта» исследования (в качестве которого выступают нарушения психики), между психопатологией и патопсихологией имеются существенные различия. Эти различия заключаются, в первую очередь, в том, что патопсихология является одним из разделов психологии (клинической психологии), а психопатология является отраслью медицины (психиатрии). Таким образом, в силу принадлежности к различным научным дисциплинам психопатология и патопсихология имеют каждая свой специфический предмет исследования, методы исследования и различный категориальный аппарат.

Предметом любой медицинской отрасли, как известно, является болезнь во всех ее проявлениях и связях. Предметом же психологии (а следовательно, и любой ее отрасли) является психика. В отношении психопатологии предметом изучения выступает особая категория заболеваний — психические заболевания, т. е. заболевания, при которых в первую очередь нарушаются именно психические функции (познание и регуляция поведения). Другими словами, можно сказать, что психопатология изучает причины возникновения, особенности проявления, течения, лечения и предотвращения различных психических расстройств /19/.

Патопсихология, как и любая другая отрасль психологии, изучая психику, имеет и свою собственную специфику, так как ее предметом является не просто психика, а психика, нарушенная тем или иным психическим расстройством. Наиболее полно и точно определение предмета патопсихологии дала Б. В. Зейгарник: «патопсихология как психологическая дисциплина исходит из закономерностей развития и структуры психики в норме. Она изучает закономерности распада психической деятельности и свойств личности в сопоставлении с закономерностями формирования и протекания психических процессов в норме, она изучает закономерности искажений отражательной деятельности мозга» /6/.

Патопсихология, рассматривая нарушения психики, дает квалификацию психопатологических явлений в понятиях современной психологии, используя общий для всех отраслей психологии категориальный аппарат. Патопсихолог пользуется такими понятиями, как психика, деятельность, общение, личность, познание и т. п. Психопатология, являясь наукой сугубо медицинской, оперирует главным образом клиническими понятиями, такими, как этиология, патогенез, симптом, синдром и т. д. При этом надо отметить, что эти клинические термины должны быть известны и часто используются в практике патопсихологии, что связано с ее пограничным и прикладным характером. Решение практических задач, которые стоят перед патопсихологией, немыслимо без хорошей ориентировки в клинических особенностях заболевания, а данные патопсихологического исследования обязательно должны соотноситься с психическим статусом больного, с динамикой течения заболевания.

Существенные различия между психопатологией и патопсихологией отмечаются и в области методологии и методики проведения исследований. В практике психиатрии традиционно доминирует клинико-описательный метод исследования психопатологических явлений, что связано во многом с самой природой патологии психики. Как отмечает С. Я. Рубинштейн /18/, эта природа такова, что установить ее удается лучше всего при расспросе и наблюдении. Причем опытный врач-психиатр в большей степени, чем представители других медицинских специальностей, умеет контактировать с больным, обладает искусством выявлять признаки заболевания в ходе наблюдения и беседы с пациентом, расспросов родственников и персонала о его поведении. Надо отметить, что в оценке психического состояния беседа и наблюдение до сих пор занимают основное место, тогда как соматическое состояние больного исследуется многообразными современными лабораторными и экспериментальными методами. Между тем, при анализе патологии психики методы опроса и наблюдения обязательно должны быть дополнены экспериментом, так как именно экспериментальный метод позволяет перейти от описания явления к анализу причин и механизмов симптомообразования.

Патопсихология, являясь отраслью психологии, использует весь арсенал методов, накопленных психологической наукой, и среди них эксперимент занимает ведущее место. В силу специфики предмета и решаемых ею практических задач, можно сказать, что патопсихология является экспериментальной наукой. В патопсихологии накоплен большой опыт экспериментального исследования психики больных, и этот опыт является весьма полезным для психопатологии.

Современный системный подход к исследованию психических расстройств требует их всестороннего рассмотрения, поэтому данные клинического анализа должны быть дополнены данными патопсихологического исследования. Поэтому в последнее время все четче проявляется тенденция к сближению практики исследования нарушений психики в психологии и психопатологии: клиницисты все активнее используют психологические экспериментальные методы исследования, а в патопсихологии (и клинической психологии в целом) существенная роль отводится описательному подходу.

Однако различия в предметной области обеих наук остаются неизменными. Поэтому можно сказать, что психопатолог и патопсихолог подходят к одному и тому же явлению — психическому расстройству — с различных сторон. Для клинициста любые нарушения психики интересны, потому что они являются признаками (симптомами или синдромами) тех или иных психических заболеваний, т. е. в психопатологии акцент делается именно на проявлении нарушений. Патопсихолога же интересуют психические нарушения, так как они раскрывают специфику психики, проявляющейся в особых условиях (в условиях болезни), т. е. для патопсихологии актуальным остается изучение именно психологических феноменов.

50. Патопсихология. История. Основные проблемы. Различие предметов патопсихологии и психопатологии. Принципы построения патопсихологических исследований.

51. Теоретические проблемы патопсихологии.

Патопсихология. Определение. Основные проблемы.

Область клинической психологии, которая возникла на стыке психологии и психиатрии. Термин «патопсихология» — Бехтерев, 1903.

Установить точно предмет патопсихологии возможно при четком отграничении задач патопсихологии и психиатрии.

Психиатрия направлена на выяснение причин психических заболеваний, на исследование синдромов и симптомов, типичных для того или иного психоза, закономерностей их появления и чередования, на анализ критериев течения и прогноза болезней в целом.

Патопсихология изучает закономерности изменения психической деятельности и свойств личности на основе сопоставления их с закономерностями формирования и протекания психических процессов в норме, т. е. изучает закономерности искажения отражательной деятельности мозга. Следовательно, при всей близости объектов исследования предмета этих наук не один и тот же.

Патопсихология — наука о законах нарушений (изменений) психических процессов и свойств психической деятельности. В отличие от:

Психиатрия — изучение и помощь лицам с психическими болезнями

Психопатология — часть медицины, посвященная описанию и изучению симптомов и синдромов при отдельных психических болезнях.

Патопсихология — психопатология:

объект: один, человек с психическими заболеваниями

метод: психологический — эксперимент, психиатрический – наблюдение

предмет: психопатология — характеристики проявлений, продуктов, результатов психического нарушения; психология — закономерности нарушения психики, приводящие к этим результатам.

Таким образом, в патопсихологии болезнь используется как орудие анализа, изучения психики.

Практические задачи патопсихологии (Б.В. Зейгарник)

  1. Получение дополнительных данных о психическом состоянии больного для помощи врачу в постановке диагноза заболевания. Чаще всего — отграничение шизофрении от органических повреждений мозга или психопатии и т.д.

  2. Проведение экспериментально-психологического обследования с целью психиатрической экспертизы (военной, судебной, трудовой). Сложность такого исследования — больной заинтересован исходе дела — в постановке диагноза или в признании психически полноценным, и первоначальная установка диктует больному тактику поведения на протяжении всего эксперимента, ведя к диссимуляции или аггравации болезненных нарушений.

  3. Исследование изменений психической деятельности под влиянием терапии, оценка эффективности

  4. Рекомендации по реабилитационному роду деятельности, типу социального окружения на основании обследования динамики изменения психической деятельности выздоравливающего

  5. Участие психолога в системе психотерапевтических мероприятий — отдельная и сложная задача психолога в психиатрической клинике (до конца не определена)

53. Нейропсихология. Основные проблемы. Ее научное и практическое значение.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *