Бессознательное в личности: Тема 10. Сознательное и бессознательное

Автор: | 24.04.2021

Содержание

Сознательное бессознательное: о личности и массе

Зрители проходят в небольшой зал, где вокруг подвешенного микрофона в несколько рядов плотно друг к другу стоят стулья. Рассаживаются вместе с актерами. У каждого зрителя в руках бумажка с репликой, которую в определенный момент надо произнести. Актеры от лица своих героев рассказывают истории первой любви. Иногда они обращаются к соседям — так если бы они были старыми знакомыми. Одна актриса прямо передо мной запечатлела долгий поцелуй на губах девушки, пришедшей на спектакль.

Когда микрофон загорается, любой желающий может рассказать о своей первой лав стори. Сначала зрители испытывают смущение, молчат, затем атмосфера теплеет, становится более интимной. Первые любови вспыхивают вместе с микрофоном, незнакомцы делятся подзабытыми воспоминаниями с незнакомцами. Встает немолодой человек и, улыбаясь, рассказывает о том, как он в пригородной электричке встретил женщину. Лет 30 назад они были влюбленными, увиделись в поезде, сели рядом, начали вспоминать, а остальные пассажиры слушали их трогательный разговор.

Сцена из спектакля «Совместные переживания»

© meyerhold.ru

Все происходящее напоминает сеанс групповой психотерапии — таков спектакль

«Совместные переживания», поставленный в Центре Мейерхольда. Выходя из зала с бумажкой-репликой «ну, это любовь» я думал, что постановка, несмотря на свою незатейливость, задевает важный нерв современности. Она растворяет человека в группе людей, соединяя его сознательное с коллективным бессознательным. При этом зритель не чувствует себя зрителем, но становится участником спектакля-сеанса, он не смотрит, а действует.

Через некоторое время в том же ЦИМе я посмотрел нашумевшую в свое время постановку «Конармия» Максима Диденко. Самое сильное впечатление — работа актеров уже ставшего легендарным курса Дмитрия Брусникина. Они выступают даже не ансамблем, а биомассой, коллективным телом, которое поет, играет на музыкальных инструментах, танцует, извивается, обнажается.

Актеры буквально перетекают друг в друга, да, периодически кто-то выходит на авансцену с сольным номером и печально поет, например, о том, что «на Волыни нет больше шмелей», но отдельный голос быстро тонет в молодом многоголосье.

Примерно с такими же впечатлениями я вышел после просмотра контемпорари-данс постановки «Все пути ведут на север» («Балет Москва»). На сцене работают семь мужчин-актеров — их индивидуальности размыты, есть только согласное гуденье насекомых в виртуозной пластической форме. Если один отбивается от стаи и выходит на авансцену, то ненадолго, остальные поджидают беглеца, пульсация сцепленных рук и ног продолжается — лавина тел движется на север.

Сцена из спектакля «Совместные переживания»

© meyerhold.ru

Эти три спектакля — абсолютно разные по форме, содержанию и степени художественности — объединяет одно: триумф коллективного, общего, полифонического. Голос (тело) актера не уникален — постулируется универсальность шума, нойза, массы, бессознательного.

Современный мир требует от человека осознанного индивидуализма. Твой голос, твое решение, твой выбор, твоя недвижимость, твой личный помощник et cetera. Человеку предлагают купить сотни удовольствий — предполагается, что он сидит в уютных апартаментах, независимый и уверенный, окруженный возможностями, технологиями и рекламой. Смотрит на результаты своих действий (в социальной, профессиональной или политической сфере), но на деле наблюдает за собой в отражении себя.

Индивидуальное переживание — абстрактно, коллективное — действенно.

Индивидуальное сознание обладает независимостью и ежедневно теряет ее. Ибо независимость предполагает наличие удовольствий и возможностей их приобрести, что ставит человека в подчиненное положение от этих самых удовольствий и своего социального статуса. Ничего не купишь, если не обладаешь стабильной работой, высокой зарплатой. За индивидуальную независимость приходиться платить высокую цену — временем, свободой, подлинностью.

Переживание себя как индивидуальности — осознанная необходимость, но также и травма, ибо пространство личного замкнуто пределами личности, позитивные и негативные переживания смешиваются, образуя взрывоопасный микс. Истинным и жизнетворческим индивидуальное переживание будет тогда, когда человек захочет с ним расстаться.

Индивидуальное переживание — абстрактно, коллективное — действенно. Современному человеку важно соединить абстракцию с действием, быть индивидуумом и массой, проявиться на фотопленке жизни не только зрителем, но и актором, перформером. Наблюдать и действовать.

Если бы зрители во время спектакля «Совместные переживания» просто смотрели на сцену, где бы актеры рассказывали о первой любви, они бы находились на дистанции по отношению к ним и самим себе. Вовлеченность в общее — вот что заставило их раскрепоститься, потерять свою независимость и обрести нечто большее — свободу.

Сцена из спектакля «Совместные переживания»

© meyerhold.ru

Актеры-брусникинцы и танцоры «Балета Москва» раскрыли себя через других участников действия. Думаю, что мы все порой должны становиться актерами, танцорами, биомассой, непосредственными участниками спектакля-действия.

Коллективные практики могут быть какими угодно — демонстрации, техно-рейвы, хэппенинги, обсуждения, любые массовые ивенты, врывающиеся в общественное, а значит и политическое поле. Английский арт-критик и писатель Джон Берджер в «Блокноте Бенто» пишет, что протест важен не своими последствиями, а непосредственным переживанием человека того, в чем он участвует. Иными словами, главным являются не требования протестующих, а ощущение себя частью живого, неравнодушного организма. Не независимое наблюдение за толпой, а свободное действие внутри нее.

Почему так популярны массовые рейвы? Вроде бы ничего такого не происходит, играет диджей, никакого особенного шоу, не за чем наблюдать, однако масса людей танцует, пульсирует, движется. Они переживают совместную конвульсию, коллективную практику саунда и пластики, здесь и сейчас царит деятельное и бессознательное. Конечно, от рейв-опенэйра до политического поля далековато, но ведь неслучайно, что самый раскованный город в мире Берлин — столица техно.

Сознательное бессознательное (личность, растворенная в массе) — это, с одной стороны, расковывание себя, а с другой — оборона от современного контролирующего и властного левиафана. Он может принимать разные обличия: капитал, полицейское государство, реклама, корпорация, медиа. Индивидуум может только наблюдать за тем, как левиафан подчиняет его себе (он способен критиковать, но это пассивная позиция), масса же действует здесь и сейчас, она противостоит власти тем, что показывает, демонстрирует саму себя, движется так, как ей хочется в данную минуту. Помню, как-то в одном из берлинских клозетов (а все они похожи на арт-инсталляции) я увидел постер к музыкальному концерту. На нем были изображены танцующие веселые люди под дулами полицейских автоматов. Лучшей метафоры придумать сложно, ибо левиафана пугает любое неконтролируемое им коллективное движение.

Личность — это независимость. Коллектив личностей — это свобода.

http://style.rbc.ru/view/theater/58c25e2a9a794728a09bcbd5

Идея бессознательного в экзистенциальной трактовке личности Н. А. Бердяева

Обращаясь к проблеме бессознательного, можно заметить, что основное внимание при ее изучении уделяется зарубежным мыслителям различных эпох. Ее истоки относят еще к античной философии. При этом русская философия незаслуженно остается вне поля зрения, в то время как она содержит богатейший материал по данной проблеме. Такая ситуация совершенно недопустима, поскольку неоправданно сужает полноту исследования, тем более что идея бессознательного в отечественной мысли решается с позиций принципиально иного подхода, обеспечивающего более высокую степень философской обобщенности в интерпретации этого сложного феномена.

На этот факт не случайно обращает внимание В.

М. Лейбин: «… становление и развитие психоанализа не связано, как принято считать, с русской естественнонаучной и тем более философской мыслью …оказывается само собой разумеющимся, что при освещении данной проблематики не обращаются к русской философии. Однако вопреки такому широко распространенному мнению обращение к русской философской мысли представляется весьма целесообразным. Как это, быть может, ни парадоксально на первый взгляд, некоторые психоаналитические идеи Фрейда формировались под влиянием русских источников. Их рассмотрение способствует прояснению истории вопроса»[1].

Действительно, трудно отметить такого русского философа, который так или иначе не коснулся бы идеи бессознательного. В этом отношении не является исключением Н. А. Бердяев, уделявший данной проблеме заметное внимание. Предваряя рассмотрение идеи бессознательного в творчестве философа, хотелось бы отметить тот момент, что в работе не предполагается подробный содержательный анализ концепции русского мыслителя, если даже автор не разделяет некоторые ее положения. Главной целью является выявление особенностей методологического подхода к проблеме бессознательного на основе акцентирования данной идеи в его трудах.

Исходным пунктом экзистенциальной трактовки личности Н. А. Бердяевым является признание ошибочным предположения старой психологии о том, что человек есть существо здоровое, по преимуществу сознательное и интеллектуальное. В противовес этому он уверен, что человек есть существо больное, с сильной подсознательной жизнью, с раздвоенной душой, в которой происходит мучительная борьба противоположных элементов – современного сознания и строя души, с одной стороны, и древнего архаического человека, дитя с инфантильными инстинктами, неврастеника и сумасшедшего, с другой стороны. Из-за этой раздвоенности человек не в состоянии понять себя, так как защищается от хаоса своего подсознательного цензурой сознания. Иными словами, причины болезни человеческой души заключены в конфликте сознания и подсознательного.

В этом философ вполне солидарен с психоанализом.

Считая основную идею З. Фрейда гениальной, а метод плодотворным, Бердяев вместе с тем не разделяет пансексуальную направленность его теории. Таким образом, он проявляет двойственное отношение к психоанализу. С одной стороны, психоанализ вскрывает конфликт между сознанием и бессознательным, в чем его положительной значение. Но как практика психоанализ имеет отрицательные и вредные стороны – сосредотачивается на половой жизни, вместо того чтобы отвлекать от нее. Слабое место психоанализа мыслитель видит в том, что тот обращается с душевной жизнью человека так, как будто самой души не существует, а потому называет его психологией без души. Особенно не устраивает Бердяева то, что «образ Божий в человеке совершенно затемнен и закрыт, его не видно за тьмой бессознательного и за ложью сознания»[2].

В соответствии с таким подходом меняется и гносеологическая оценка бессознательного. В то время как Фрейд преувеличивал незнание человеком своего бессознательного, Бердяев не так категоричен в решении этого вопроса. Человек знает, что он существо падшее и греховное, когда сознает себя Божьим творением и Божьей идеей. Признавая это, философ делает значительный шаг вперед в трактовке бессознательного. Он отходит от распространенного натуралистического, приземленного понимания этого феномена и распространяет на область духовной жизни человека. Источник конфликта сознательного и бессознательного он видит в борьбе за личность, за Божью идею.

Заслугой философа является и связанная с таким пониманием диалектическая интерпретация бессознательного, учитывающая в нем как низшее бессознательное (источник болезней человека, его конфликта с сознанием), так и источник творческого вдохновения, творческой интуиции, которое философ связывает со сверхсознательной сущностью, с движением к трансцендентному. Источником всякого творчества он считает воображение, имеющее в Боге абсолютную онтологическую силу и возникающее из недр бессознательного.

Бердяев неоднозначно оценивает не только роль бессознательного, но и сознания. Оно совершает большую работу относительно безликого подсознательного, но не просветляет, не преображает, не сублимирует его, а вытесняет внутрь, порождая бесконечные конфликты в человеческой душе. Как следствие вытесненного подсознательного – проекция человеком своего внутреннего недовольства нереализованными влечениями на внешнее окружение. При этом мыслитель не вполне согласен с преувеличением целительной силы сознания в трактовке Фрейда. Выступая против рационализации содержания бессознательного, он категорически не согласен с Фрейдом, стремящимся внести сознание в саму половую жизнь, которая должна оставаться в сфере бессознательного. В этом плане он обнаруживает себя противником внесения рациональной телеологической точки зрения в понимание стихийной жизни души.

В отличие от бессознательного с его творческим потенциалом, Бердяев придает сознанию неблаговидную роль, считая его насилием над бессознательным творчеством и искажением его результатов. Особенно это заметно в творчестве моральном, в нравственных актах человека. В насилии сознания над бессознательным Бердяев видит источник нервных и душевных заболеваний. Нравственное сознание, через которое общество диктует свою волю индивидууму, сталкивается с глубокими инстинктами человека, скрытыми в подсознательном. Здесь очевидна аналогия с фрейдовской схемой трехслойной структуры личности, когда человеческое сознание находится между сверхсознанием и подсознанием. Но, в отличие от Фрейда, философ признает в содержании нравственного сознания и божественное начало.

В связи с этим Бердяев дает свой рецепт излечения души человека. Возможность этого он видит в сфере сверхсознания, а не сознания, то есть в духе. Нравственное излечение человека не может быть достигнуто при помощи нравственного сознания, которое и делает человека больным. Выход он видит в построении новой этики, основанной не на нормах и законах сознания, а на благостной духовной энергии. В этом отношении философ не случайно обращается к христианскому учению о благодати, которое всегда было учением о восстановлении нравственного здоровья. Человек стремится к восстановлению душевного здоровья не только через победу над грехом, но и через творчество, также являющееся путем излечения.

В контексте симбиоза сознательного и бессознательного Бердяев выделяет три этики – этику закона, искупления и творчества. Этика в глубоком смысле слова должна быть учением о пробуждении человеческого духа, а не сознания, творческой духовной силы, а не закона и нормы. Этика закона, этика сознания, подавляющая подсознание и не знающая сверхсознания, по его мнению, является порождением аффекта страха в человеке и последствием первородного греха. Искупление завершается лишь в творчестве. Это и есть основная идея новой этики. «Душа боится пустоты, и она наполняется ложью, фикциями и призраками, если она не наполнена положительным творческим содержанием. …Победа над… болезненным раздвоением человека достигается в дальнейшей победе сверхсознания и в раскрытии этики творческой энергии, продолжающей и завершающей духовное дело искупления. В сверхсознании человек уже не один, он в единении с Богом»[3].

Таким образом, психоанализ с его натуралистическим подходом не мог удовлетворить Бердяева, устремленного к трансцендентному. Признавая человека существом иррациональным, Бердяев считает его одновременно существом, устремленным к высшим ценностям, к высшему Божественному бытию. В данном контексте мыслитель определяет и задачи психологии, которая, открывая в человеке бездну тьмы, противоречие и муку, должна также открывать в нем образ и подобие Божьи. В этом смысле он не разделяет психопатологической трактовки мистических явлений как проявления подсознательного. Когда он говорит об ощущении присутствия кого-то постороннего, он уверен, что такая интерпретация мало объясняет и не решает вопроса. Это ощущение он относит к притяжению и действию трансцендентного: «Я чувствовал погруженность в бессознательное лоно, в нижнюю бездну, но еще более чувствовал притяжение верхней бездны трансцендентного»[4].

Своеобразно решает Бердяев проблему социализации личности, которая в цивилизованном обществе приобретает нормативный характер приспособления к условиям цивилизации и также связана с двойственностью личности. Он писал: «Человек может познавать себя сверху и снизу, из своего света, из божественного в себе начала и познавать из своей тьмы, из стихийно-подсознательного и демонического в себе начала»[5]. При этом личность имеет стихийно-бессознательную основу, в силу чего человек рационализован лишь частично. Находясь на позиции персонализма и учитывая трансцендентный момент бытия, Бердяев предпринимает иную, по сравнению с психоанализом, классификацию психологических типов личности, которая не вполне совпадает с делением на интровертированных и экстравертированных (как, например, у Юнга). Он выделяет тип людей, находящихся в гармонии с окружающей средой, хотя эта гармония относительная, и тип людей, пребывающих в дисгармонии с окружающей средой, хотя эта дисгармония не абсолютная.

Принадлежность к двум типам Бердяев связывает не только с набором моральных характеристик личности, но и с соотношением сознательного и бессознательного в человеке. Преобладание первого или второго в отражательной активности субъекта может играть определяющую роль. В одной категории могут оказаться личности с полярными чертами, и одинаковые могут принадлежать к различным типам. Греховного человека Бердяев считает существом дисгармоническим. Но к типу гармонично существующих относит и тех, кто не безгрешен, но по причине убогости духовной жизни не тоскует по иной жизни, довольствуясь привычной и легко в ней адаптируясь. Люди дисгармоничного темперамента нередко являются «более внутренними» и углубленными, тоскуют по иной жизни и мирам, не довольствуясь тем, что им предоставляет жизнь. Причем эта тоска имеет бессознательный характер, не отражая явно свой предмет, пребывающий на метафизической высоте.

Неоднозначно определяет Бердяев и соотношение глубинного и поверхностного «Я» с социальным в человеке. Поверхностное «Я» он связывает с социализированным, рационализированным, цивилизованным, что не есть личность в человеке. Таким образом, не все в личности подчинено процессу социализации. Социализация человека не распространяется на глубину личности, в частности, на ее совесть. Социальная муштровка и «цивилизование» не всегда означают оформление личности. Вполне социализированный и цивилизованный человек может быть совершенно безличным, не замечая этого. Личность лишь частично актуализирована, очень многое остается в дремотном, скрытном состоянии. В этом заключено сложное, противоречивое отношение между сознанием и бессознательным личности, которая «из глубины созидает свое сознание»[6].

Конфликт цивилизованного и социализированного человека с его подсознательным Бердяев считает основным. Внешняя сторона жизни человека не всегда является показателем истинного положения дел. Если даже человек находится в гармонии с нормами и законами цивилизации и социальности, это не значит, что они овладели его бессознательным. Он может компенсировать себя теневой стороной бессознательного – влечением к тиранству, жестокости, садизму. Социальную роль человека Бердяев напрямую связывает с глубинными, потаенными тайниками бессознательного, например, идеологическую и политическую принадлежность.

«Несчастность» сознания человека Бердяев также связывает с раздвоенностью личности, с ее распадом на субъект и объект, на сознательное и бессознательное. Человек, чтобы победить свое «несчастие», пытается или подняться до сверхсознания, или снизойти до подсознательного. В сознании Бердяев видит путь человека, лежащий между подсознательным, стихийным и сверхсознательным. Одной из причин «несчастного сознания» Бердяев считает принудительную социализацию, осуществляющуюся «через условную ложь, вкорененную в сознание». Лжи феноменального мира он противопоставляет правду бессознательного инстинкта, который «вкоренен в большей глубине, чем так называемая «природа»[7]. Всякое организованное и организующееся общество Бердяев считает враждебным свободе и склонным к отрицанию че-ловеческой личности. По его мнению, это порождено ложной структурой и направлением сознания, ложной иерархией ценностей. И это, видимо, чаще всего не осознается. Личность же, осознавшая свою ценность и свою первородную свободу, остается одинокой перед обществом, перед массовыми процессами истории.

Касаясь социальной стороны человеческого бытия, Бердяев определяет осознанность как признак сложившейся личности, условие ее социальной состоятельности. Личность связана, в первую очередь, с осознанием призвания в жизни. Он уверен, что каждый человек должен осознать это призвание, независимо от размера дарований. Это призвание Бердяев определяет персоналистически. Оно заключается в том, чтобы «… в индивидуально-неповторимой форме дать ответ на Божий призыв и творчески использовать свои дары. Сознавшая себя личность слушает внутренний голос и повинуется лишь ему, она не покорствует внешним голосам. Величайшие из людей всегда слушали исключительно внутренний голос, отказываясь от конформизма в отношении к миру»[8].

Важным моментом в концепции бессознательного Бердяева является то, что он ведет речь не только об индивидуальном, но и об общественном бессознательном. Утверждая, что личность не зависима от детерминаций общества, имеет свой мир, своеобразный и неповторимый, он вместе с тем признает, что личность социальна – в ней есть наследие коллективного бессознательного, она исторична, поскольку реализует себя в обществе и истории. В этом контексте он характеризует особенности русского национального духа, связывая их со сферой бессознательного, которая занимает в нем существенное место. В частности, он считал, что в русском народе «сильна …религия земли, которая заложена в очень глубоком слое русской души»[9], под которым определенно следует понимать бессознательное.

Бердяев также подчеркивал, что русские, в большей или меньшей степени, сознательно или бессознательно, – хилиасты (приверженцы учения о наступлении тысячелетнего Царствия Божьего на земле). К бессознательным хилиастам философ относит даже русских революционеров, анархистов и социалистов. Поэтому он считает заблуждением мнение, полагавшее, что у русской революционной интеллигенции, исповедывавшей в большинстве случаев материалистическую идеологию, не может быть эсхатологии. Причину этого заблуждения он связывает с преувеличением значения сознательных идей, которые часто затрагивают лишь поверхностные стороны человеческой сущности. Мыслитель не сомневается в том, что русские атеизм, нигилизм, материализм имели религиозную окраску. «Даже у тех русских, которые не только не имеют православной веры, но даже воздвигают гонение на православную церковь, остается в глубине души слой, формированный православием»[10]. Русский народ религиозен по своему типу и по своей структуре. «В более глубоком слое, не нашедшем себе выражения в сознании (то есть в бессознательном. – Т. Б.), в русском нигилизме, социализме была эсхатологическая настроенность… обращенность к концу. Речь всегда шла о каком-то конечном совершенном состоянии, которое должно прийти на смену злому, несправедливому, рабьему миру»[11].

При этом понятие коллективного бессознательного Бердяева не вполне тождественно таковому у К. Юнга. Если создатель аналитической психологии утверждает универсально-типический, всеобщий характер архетипов коллективного бессознательного, то у русского философа идет речь о различении содержания коллективного бессознательного в зависимости от субъекта (в данном случае которым является нация). Действительно, такой взгляд представляется более правомерным, поскольку учитывает различие культурно-исторического опыта, который неизбежно сказывается не только на содержании сознания, но и бессознательного.

В контексте проблемы бессознательного Бердяев характеризует и феномен религии. Искажение христианства он связывает непосредственно с подсознательным в человеке. При этом он имеет в виду христианскую трансформацию и сублимацию садистских инстинктов мести, выразившихся в жестоком учении о вечных адских муках. В этой идее он видит огромное социологическое значение – управлять человеческими массами, смирять варварские и греховные инстинкты. Но, как подчеркивает он, идею использовали в угоду инстинктов и интересов господствующих слоев. Это имело роковые последствия в истории христианского мира. Но не только за это осуждает данную идею Бердяев. Он уверен, что безобразная и садистская идея вечных адских мук лишает ценности духовную и моральную жизнь человека. Она «обнаруживает самое мрачное подсознательное в человеке»[12]. Спасение мыслитель видит лишь в единстве с другими людьми, основанном на жалости, сострадании, соборности.

Культурно-исторический подход осуществляет Бердяев и в трактовке фрейдовской идеи Эдипова комплекса, относясь к ней конструктивно-критически. По его мнению, как бы ни преувеличивал Фрейд значение этого комплекса, он все же прикасается в этой точке к какой-то древней истине. Этим комплексом Бердяев объясняет древний ужас перед кровосмешением и связывает его с мистикой рода. Веления рода и его запреты воспринимались древним человеком как веления Божества, поскольку носителем нравственного закона и оценки являлся род, а не личность. Только христианство окончательно освобождает личность от власти космических сил, от власти рода. Мировое значение мифа об Эдипе Бердяев видит в том, что он отражает борьбу древних космических начал в человеке – материнства и отечества.

Трактуя комплекс Эдипа мистико-символически в свете космической борьбы полов за преобладание, Бердяев показывает это через призму конфликта сознательных и бессознательных начал. «При свете дня, в сознании Эдип есть невинный страдалец, но в подсознательном он восстал против отца, против побеждающего мужского начала и хотел соединиться с матерью, с женственным началом земли»[13], тем самым возвратиться к нему как к первоисточнику жизни. Комплекс Эдипа имеет место всегда, когда мужское моральное сознание побеждает, и его нормы господствуют в обществе. Восстание против отца может принимать любые формы – борьбу против власти, разума, нормы, закона. В человеке всегда будет тяготение к космической первостихии. Как половое существо человек не может жить в мире и гармонии. По мнению Бердяева, только основываясь на мифе об андрогине, можно построить антропологическую метафизику. Человек, по Божьему замыслу, есть существо цельное, «муже-женственное», солярно-теллурическое, «логическое» и стихийное. И лишь как существо целостное, он есть существо целомудренное, софийное в своей целостной полноте.

Первородный грех Бердяев связывает прежде всего с половым разрывом, с потерей целостности человека. В мире, пораженном первородным грехом, накапливается подсознательная половая энергия, производящая взрывы, которые человек не может преодолеть. Пол, загнанный внутрь (психоаналитическое вытеснение), делается опасным, порождая преступления и безумия. Великую задачу человека Бердяев видит не в уничтожении энергии пола, а в ее сублимации. Он солидарен с Фрейдом в том, что человеческая цивилизация, человеческое сознание, пытаясь наложить оковы на энергию пола, на полярность человеческой природы, лишь усложняют проблему, порождая неврозы. Но существенный недостаток Фрейда он видит в непонимании метафизической и религиозной глубины проблемы.

В теории познания Бердяев также тяготеет к иррационализму, будучи противником рационализма с его верой в выразимость бытия в понятиях. Сам он считает бытие рациональным и выразимым в понятиях лишь потому, что оно предварительно рационализировано и само есть понятие. Бытие, с которым имеет дело рациональная гносеология и онтология, есть уже продукт мысли, первичное бытие до процесса рационализации. Оно и есть подлинное бытие, которое познаваемо не через понятие.

Для оправдания возможности познания «первореальности» до рационализации, до обработки сознанием Бердяев различает первичное и вторичное сознание. Первичное сознание погружено в субъект как «первореальность», в нем дано тождество субъекта и объекта. Вторичное сознание он связывает с распадом на субъект и объект, оно объективирует познаваемое. Эту проблему Бердяев формулирует как отчуждение в процессе объективации единственно подлинного субъективного мира. «Объективный мир есть продукт объективации… мир падший, распавшийся и скованный, в котором субъект не приобщается к познаваемому»[14]. У Бердяева фактически идет речь о непосредственном знании, к которому человека подводит бессознательная логика.

Бердяев упоминает бессознательное и в механизме памяти как активном хранилище информации, совершающем ее отбор. Что-то из информации память выдвигает на первый план, другое оставляет в забвении, делая это иногда сознательно, иногда бессознательно. Он обращал внимание на эту особенность памяти с привлечением собственного опыта, указывая, что многое забывает на время, многое исчезает из его сознания, но сохраняется на большей глубине. Как он отмечал, в его жизни не господствовал разум, в ней было слишком много иррационального. Не случайно он считал свое мышление интуитивным. Он до многого доходил не с помощью холодных рассудочных операций, а посредством предчувствий. Как он вспоминал: «Я в глубине души, в более глубоком слое (бессознательном. – Т. Б.), чем умственные теории, поверил в первичную реальность духа и лишь во вторичную, отраженную, символически-знаковую реальность внешнего, так называемого «объективного» мира, природного и исторического»[15].

Обращение к творчеству Бердяева в контексте проблемы бессознательного позволяет увидеть нетрадиционность, специфичность подхода к ней, резко отличающегося от западной традиции в ее толковании. Эти особенности заключаются, на наш взгляд, в следующем.

В первую очередь, бросается в глаза последовательная диалектичность русского философа. Было бы неверным утверждать, что диалектический подход вообще не присутствует у других исследователей бессознательного. Определенной диалектичности не лишена даже концепция З. Фрейда, ведущего речь, в конечном счете, о необходимости перевода содержания бессознательного в сознательное состояние. К. Юнг также ведет речь о динамике бессознательного, что предполагает его взаимодействие (включая взаимопереходы) с сознательным отражением. Подобным образом в неофрейдизме утверждается не абсолютное бессознательное, а феномен, существующий наряду со своей противоположностью – сознательным. Однако в упомянутых концепциях диалектический подход сводится, фактически, к констатации факта существования полярных начал в активности человека – сознательного и бессознательного. Основное же внимание сосредоточено на анализе бессознательного как самодостаточной сущности. Это делает диалектический подход непоследовательным и декларативным, что неизбежно сказывается на объективности исследования.

Если западный дискурс мышления конструирует в целом репрезентативные схемы, наполненные надуманными содержательными нагрузками (например, натуралистическая подоплека комплекса Эдипа, сексуально детерминированная сублимация и пр.), то в философии Бердяева выражается реальная диалектика сознательного и бессознательного, подтверждающая себя на каждом шагу человеческой активности. Эта диалектика сопутствует сложной динамике развития духовного мира личности, заключающейся в восхождении от неосознанности к сознательности, в стремлении к совершенству, в приближении к Богу.

Последовательная диалектичность Бердяева проявляется не только в анализе экзистенциальной сущности человека как единства сознательного и бессознательного, но и в неоднозначной оценке их места и роли в жизнедеятельности личности. Диалектика сознательного и бессознательного в концепции Бердяева не соответствует диалектике положительного и отрицательного, созидательного и деструктивного. Как то, так и другое могут играть многоплановую роль в процессе социализации личности. Действительно, от-рефлексированность, осознанность или неотрефлексированность, неосознанность могут иметь разновекторный характер относительно социальной активности субъекта. Если не всегда можно согласиться с некоторыми содержательными моментами его концепции, то сам подход, исключающий односторонность оценки сознательных и бессознательных форм отражения действительности, представляется правомерным.

Важным моментом в подходе Бердяева к проблеме бессознательного является ее перенесение в метафизическую плоскость бытия. Как многие другие русские философы, он придает проблеме метафизическую и религиозную глубину. Призыв создать новую этику, далекую от рекомендаций психоанализа и наполненную истинно человеческим, гуманистическим содержанием, дает возможность преодолеть натурализм (а значит примитивизм) в понимании человека, возвыситься до духовного бытия личности. Это, в свою очередь, устраняет фрагментарность, редукционизм в решении проблемы. Тем самым выигрывает не только концепция бессознательного, но и теория личности в целом.

Преимущество такого подхода состоит также в том, что он дает возможность наполнить понятие бессознательного философским содержанием, отразить всю полноту проявлений этого сложного феномена, не ограничиваясь конкретными сферами, придать ему высокую степень обобщения. Это помогает избежать редукционизма и фрагментарности в его исследовании, что способствует не только более полной и объективной интерпретации бессознательного, но и созданию целостной картины сложного духовного мира личности.

Западная мысль в целом означает отход от того ценного, что имело место в русской философской традиции – от диалектики и принципа гуманизма. Некоторым последователям Фрейда хотя и удалось в значительной мере преодолеть натурализм классического психоанализа, наполнить его социокультурным и гуманистическим содержанием (Э. Фромм, К. Хорни), но в понимании бессознательного они все же не смогли подняться до того уровня морально-этической наполненности, который был присущ персоналистски ориентированной идее бессознательного в русской философии в целом и в творчестве Н. А. Бердяева в частности. В этом отношении неоценимым вкладом в развитие проблемы бессознательного является его философское наследие.

[1] Лейбин В. М. Фрейд. Психоанализ и современная западная философия. М.: Издательство политической литературы, 1990. С. 60.

[2] Бердяев Н. А. О назначении человека. М.: Республика, 1993. С. 76.

[3] Бердяев Н. А. О назначении человека. М.: Республика, 1993. С. 81.

[4] Бердяев Н. А. Самопознание. Сочинения. М.: ЭКСМО-Пресс, 1999. С. 297.

[5] Бердяев Н. А. Творчество и объективация. Минск: Экономпресс, 2000. С. 17.

[6] Бердяев Н. А. Творчество и объективация. Минск: Экономпресс, 2000. С. 31.

[7] Бердяев Н. А. Творчество и объективация. Минск: Экономпресс, 2000. С. 285.

[8] Там же. С. 36.

[9] Бердяев Н. А. Самопознание. Сочинения. М.: ЭКСМО-Пресс, 1999. С. 18.

[10] Там же. С. 245–246.

[11] Бердяев Н. А. Самопознание. Сочинения. М.: ЭКСМО-Пресс, 1999. С. 197.

[12] Там же. С. 315.

[13] Бердяев Н. А. О назначении человека. М.: Республика, 1993. С. 68.

[14] Бердяев Н. А. Самопознание. Сочинения. М.: ЭКСМО-Пресс, 1999. С. 345.

[15] Бердяев Н. А. Самопознание. Сочинения. М.: ЭКСМО-Пресс, 1999. С. 330.

Сознательное бессознательное: о личности и массе :: Впечатления :: РБК Стиль

Зрители проходят в небольшой зал, где вокруг подвешенного микрофона в несколько рядов плотно друг к другу стоят стулья. Рассаживаются вместе с актерами. У каждого зрителя в руках бумажка с репликой, которую в определенный момент надо произнести. Актеры от лица своих героев рассказывают истории первой любви. Иногда они обращаются к соседям — так если бы они были старыми знакомыми. Одна актриса прямо передо мной запечатлела долгий поцелуй на губах девушки, пришедшей на спектакль.

Когда микрофон загорается, любой желающий может рассказать о своей первой лав стори. Сначала зрители испытывают смущение, молчат, затем атмосфера теплеет, становится более интимной. Первые любови вспыхивают вместе с микрофоном, незнакомцы делятся подзабытыми воспоминаниями с незнакомцами. Встает немолодой человек и, улыбаясь, рассказывает о том, как он в пригородной электричке встретил женщину. Лет 30 назад они были влюбленными, увиделись в поезде, сели рядом, начали вспоминать, а остальные пассажиры слушали их трогательный разговор.

Сцена из спектакля «Совместные переживания»

© meyerhold.ru

Все происходящее напоминает сеанс групповой психотерапии — таков спектакль «Совместные переживания», поставленный в Центре Мейерхольда. Выходя из зала с бумажкой-репликой «ну, это любовь» я думал, что постановка, несмотря на свою незатейливость, задевает важный нерв современности. Она растворяет человека в группе людей, соединяя его сознательное с коллективным бессознательным. При этом зритель не чувствует себя зрителем, но становится участником спектакля-сеанса, он не смотрит, а действует.

Через некоторое время в том же ЦИМе я посмотрел нашумевшую в свое время постановку «Конармия» Максима Диденко. Самое сильное впечатление — работа актеров уже ставшего легендарным курса Дмитрия Брусникина. Они выступают даже не ансамблем, а биомассой, коллективным телом, которое поет, играет на музыкальных инструментах, танцует, извивается, обнажается. Актеры буквально перетекают друг в друга, да, периодически кто-то выходит на авансцену с сольным номером и печально поет, например, о том, что «на Волыни нет больше шмелей», но отдельный голос быстро тонет в молодом многоголосье.

Примерно с такими же впечатлениями я вышел после просмотра контемпорари-данс постановки «Все пути ведут на север» («Балет Москва»). На сцене работают семь мужчин-актеров — их индивидуальности размыты, есть только согласное гуденье насекомых в виртуозной пластической форме. Если один отбивается от стаи и выходит на авансцену, то ненадолго, остальные поджидают беглеца, пульсация сцепленных рук и ног продолжается — лавина тел движется на север.

Сцена из спектакля «Совместные переживания»

© meyerhold.ru

Эти три спектакля — абсолютно разные по форме, содержанию и степени художественности — объединяет одно: триумф коллективного, общего, полифонического. Голос (тело) актера не уникален — постулируется универсальность шума, нойза, массы, бессознательного.

Современный мир требует от человека осознанного индивидуализма. Твой голос, твое решение, твой выбор, твоя недвижимость, твой личный помощник et cetera. Человеку предлагают купить сотни удовольствий — предполагается, что он сидит в уютных апартаментах, независимый и уверенный, окруженный возможностями, технологиями и рекламой. Смотрит на результаты своих действий (в социальной, профессиональной или политической сфере), но на деле наблюдает за собой в отражении себя.

Индивидуальное переживание — абстрактно, коллективное — действенно.

Индивидуальное сознание обладает независимостью и ежедневно теряет ее. Ибо независимость предполагает наличие удовольствий и возможностей их приобрести, что ставит человека в подчиненное положение от этих самых удовольствий и своего социального статуса. Ничего не купишь, если не обладаешь стабильной работой, высокой зарплатой. За индивидуальную независимость приходиться платить высокую цену — временем, свободой, подлинностью.

Переживание себя как индивидуальности — осознанная необходимость, но также и травма, ибо пространство личного замкнуто пределами личности, позитивные и негативные переживания смешиваются, образуя взрывоопасный микс. Истинным и жизнетворческим индивидуальное переживание будет тогда, когда человек захочет с ним расстаться.

Индивидуальное переживание — абстрактно, коллективное — действенно. Современному человеку важно соединить абстракцию с действием, быть индивидуумом и массой, проявиться на фотопленке жизни не только зрителем, но и актором, перформером. Наблюдать и действовать.

Если бы зрители во время спектакля «Совместные переживания» просто смотрели на сцену, где бы актеры рассказывали о первой любви, они бы находились на дистанции по отношению к ним и самим себе. Вовлеченность в общее — вот что заставило их раскрепоститься, потерять свою независимость и обрести нечто большее — свободу.

Сцена из спектакля «Совместные переживания»

© meyerhold.ru

Актеры-брусникинцы и танцоры «Балета Москва» раскрыли себя через других участников действия. Думаю, что мы все порой должны становиться актерами, танцорами, биомассой, непосредственными участниками спектакля-действия.

Коллективные практики могут быть какими угодно — демонстрации, техно-рейвы, хэппенинги, обсуждения, любые массовые ивенты, врывающиеся в общественное, а значит и политическое поле. Английский арт-критик и писатель Джон Берджер в «Блокноте Бенто» пишет, что протест важен не своими последствиями, а непосредственным переживанием человека того, в чем он участвует. Иными словами, главным являются не требования протестующих, а ощущение себя частью живого, неравнодушного организма. Не независимое наблюдение за толпой, а свободное действие внутри нее.

Почему так популярны массовые рейвы? Вроде бы ничего такого не происходит, играет диджей, никакого особенного шоу, не за чем наблюдать, однако масса людей танцует, пульсирует, движется. Они переживают совместную конвульсию, коллективную практику саунда и пластики, здесь и сейчас царит деятельное и бессознательное. Конечно, от рейв-опенэйра до политического поля далековато, но ведь неслучайно, что самый раскованный город в мире Берлин — столица техно.

Сознательное бессознательное (личность, растворенная в массе) — это, с одной стороны, расковывание себя, а с другой — оборона от современного контролирующего и властного левиафана. Он может принимать разные обличия: капитал, полицейское государство, реклама, корпорация, медиа. Индивидуум может только наблюдать за тем, как левиафан подчиняет его себе (он способен критиковать, но это пассивная позиция), масса же действует здесь и сейчас, она противостоит власти тем, что показывает, демонстрирует саму себя, движется так, как ей хочется в данную минуту. Помню, как-то в одном из берлинских клозетов (а все они похожи на арт-инсталляции) я увидел постер к музыкальному концерту. На нем были изображены танцующие веселые люди под дулами полицейских автоматов. Лучшей метафоры придумать сложно, ибо левиафана пугает любое неконтролируемое им коллективное движение.

Личность — это независимость. Коллектив личностей — это свобода. 

Институт НеоКода – Новый код НЛП

Бессознательное — то, что в настоящее время не осознается. Внутри бессознательного можно выделить вещи, которые:

  • могут быть осознаны и регулярно осознаются

  • могут, но еще никогда не были осознаны

  • возможно, никогда не будут осознаны

Среди функций бессознательного:

Одно из основных направлений деятельности Института НеоКода – развитие методов коммуникации с бессознательным, сознательно-бессознательного и телесно-бессознательного интерфейса для достижения раппорта, конгруэнтности между этими частями личности.

Представления о не вполне контролируемой части личности сущуствуют уже много веков. Древние римляне и греки часто бывали «одержимы богами», впадая в неконтролируемый гнев, панику или любовь, они приписывали это соответствующим богам: Зевсу, Пану или Афродите. Психолог Джулиан Джейнс полагал, что примерно до 8 века до н.э. люди были просто не в состоянии осознавать себя в привычном для нас смысле и полагали все возникающие внутри голоса или позывы результатом божественного вмешательства.

По мере роста осознанности, способности к интроспекции, эти порывы стали приписывать самому человеку, или, точнее, его части, называемой «душа». Платон в диалоге «Федр» писал: «Уподобим душу соединенной силе крылатой парной упряжки и возничего. […] Во-первых, это наш повелитель правит упряжкой, а затем, и кони-то у него: один прекрасен, благороден и рожден от таких же коней, а другой конь — его противоположность и предки его — иные.»

Примерно таково наше представление о бессознательном и в настоящее время: как о движущей силе нашего поведения, всего хорошего и плохого, что в нас есть. Роль возницы в этой метафоре, конечно, отводится сознанию. С большой вероятностью эта метафора не вполне верна: за сознанием тоже кто-то должен присматривать. Предоставленное самому себе, оно часто впадает в заниматься чрезмерное обдумывание (Luybomirski, 2008), которое плохо отражается на системе в целом.

Термин «бессознательное» (unconscious) появился намного позднее. Впервые это слово в значении «неосознанность относительно наших собственных ментальных процессов» употребил шотландский судья Лорд Каменс в 1751 году.

Но по-настоящему известным термин «бессознательное» стал благодаря книге немецкого философа фон Хартмана «Философия бессознательного», которая была опубликована в 1869 году (за тридцать лет до Фрейда) и пользовалась таким успехом, что в течение десяти лет переиздавалась восемь раз. Хартман являлся последователем Шопенгауэра, истоки философии которого которго лежат, в частности, в восточном мистицизме, в буддизме и Ведах.

Согласно этой философии, под поверхностью индивидуального сознания скрыто космическое сознание, которое у большинства людей является «бессознательным» (das Ubewusste), но может быть пробуждено и полностью реализовано, и это превращение бессознательного в сознательное считалось наибольшим благом для человека.

Соотношение сознания и бессознательного

Все психические явления можно разделить на две группы. Первые осознаются самим человеком. Проявление вторых не отражается в сознании человека – их называют неосознаваемыми процессами, или бессознательным. Бессознательное  – это совокупность психических процессов, актов, состояний, обусловленных такими воздействиями, во влиянии которых на свое поведение человек не отдает себе отчета. Здесь нет ни самоконтроля, ни самооценки.

Элементы бессознательного в той или иной степени представлены во многих психических процессах, например бессознательное ощущение равновесия, неосознаваемые образы восприятия, связанные с узнаванием ранее виденного. Бессознательное в личности человека – это те стороны личности, которые человек не осознает у себя, но которые ему присущи и проявляются непроизвольно.

А. Г. Асмолов предложил  объединить разнообразные проявления бессознательного в поведении человека в следующие группы:

  • надиндивидуальные надсознательные явления  – это усвоенные субъектом типичные для данной группы (общности) образцы поведения, влияние которых не осознается самим человеком. Эти образцы, усваиваясь через подражание, определяют социально типичные особенности поведения человека;
  • неосознаваемые мотивы поведения  – будучи вытесненными из сознания личности из-за конфликта с социальными запросами общества, скрытые влечения образуют скрытые комплексы, воздействующие на личность и проявляющиеся в непрямых символических формах (сновидениях, оговорках, описках и т. д.). Такие бессознательные мотивы позволяет выявить метод психоанализа З. Фрейда;
  • неосознаваемые резервы органов чувств  – воздействие на поведение таких раздражителей, о которых человек не может дать себе отчета; такие явления были описаны еще И. М. Сеченовым как «шестое чувство»;
  • неосознаваемые регуляторы способов выполнения деятельности  (операционные установки и стереотипы) – возникают в процессе решения различных задач (перцептивных, мнемических, моторных, мыслительных) и предопределяются прошлым опытом поведения в аналогичных ситуациях.

Психика в целом, сознание и бессознательное в частности обеспечивают приспособленность, адаптацию человека к внешнему миру. Сознание управляет самыми сложными формами поведения, требующими постоянного внимания и сознательного контроля. Но многие поведенческие акты совершаются человеком на бессознательном уровне. Сознание и бессознательное – это качественно различающиеся уровни ориентировки в действительности, каждый из которых вносит свой вклад в регуляцию деятельности субъекта.

Структура личности по 3.Фрейду

Структура личности по 3.Фрейду

До создания фрейдовской теории психология в качестве объекта исследования имела лишь феномен сознания, что не давало возможности постичь скрытые мотивы поведения и особенностей человека, а следовательно и более глубинное изучение структуры личности, Фрейд встал перед необходимостью исследования природы психического, в том числе и тех пластов психики, которые не вписывались в представление о «сознательном «. Исходя из этих задач и предпосылок исследования, Фрейд и пришел к заключению о том, что человеческая психика представляет собой некий сложный конгломерат, состоящий из различных уровней и компонентов, отражающих как сознательные, так и бессознательные процессы.

Фрейд, ставя перед собой задачу выявления содержательной стороны бессознательного, подвергает эту сферу аналитическому расчленению. Здесь Фрейд высказывает важную мысль о существовании двух форм бессознательного. Это вопервых, скрытое, «латентное » бессознательное, т.е. то, что ушло из сознания, но может в дальнейшем «всплыть » в сознании; вовторых, это вытесненное бессознательное, т.е. те психические образования, которые не могут стать сознательными потому, что им противодействует какаято мощная незримая сила.

Первый вид бессознательного в дальнейших работах Фрейд называет предсознательным (ПСЗ), а второй собственно бессознательным (БСЗ, или «Оно «, или «Id «). Вырабатывая психоаналитические представления о бессознательном, Фрейд подобно мыслителям прошлого ставит вопрос о том, каким образом человек может судить о том, что скрыто от его сознания. И если философы говорили о том, что невозможно определять то, что мы не осознаем, то Фрейд достаточно решительно кладет учение о бессознательном в основу своих теоретических постулатов о психической жизни человека. В отличие от умозрительных рассуждений философов он пользуется конкретным материалом, полученным из внимательных клинических наблюдений над пациентами, страдающими неврозом. Кроме констатации самого факта существования в психике человека бессознательных представлений, Фрейд старается вскрыть особенности механизма переключения психических актов из сферы бессознательного в сознание. И здесь он пытается идти от обратного путем переформулирования задачи исследования: «Каким образом сознательные процессы становятся бессознательными? «. Возможность осознания бессознательных механизмов осуществляется тогда, когда имеющееся предметное представление облекается в словесную форму. Отсюда и то важное значение, которое Фрейд придавал роли языка и законов лингвистики в раскрытии болезненной симптоматики пациента.

Выделенные Фрейдом психические уровни собственно бессознательного и предсознательного объединяются автором в одну систему в тех случаях, когда анализируются взаимоотношения бессознательного и сознания в структуре психики человека. Причем, начиная с ранних своих работ, Фрейд подчеркивает, что бессознательное он считает центральным компонентом, составляющим суть психики человека, а сознательное лишь определенной надстройкой, базирующейся и произрастающей из сферы бессознательного.

Структура личности в законченном виде представлена Фрейдом в работах «По ту сторону принципа удовольствия » (1920) ; «Массовая психология анализ человеческого «Я » (1921) ; «Я » и «Оно » (1923). Предлагаемая модель личности представляет собой взаимодействия трех уровней, находящихся между собой в определенных соотношениях. Это «Оно » (Id), т.е. глубинный уровень бессознательных влечений, своеобразный резервуар бессознательных иррациональных психических реакций и импульсов, биологических по своей природе. Это основа деятельности личности, та психическая инстанция, которая руководствуется своими собственными законами. «Оно » является единственным источником психической энергии и руководствуется только принципом удовольствия.

Но, понятно, что безоглядная тяга к наслаждению, удовлетворению эгоистических потребностей, не учитывающая реальных жизненных условий, привела бы человека к гибели. Поэтому в процессе эволюции у человека появляется «Я » (Ego) как сознательное начало, действующее с учетом принципа реальности и выполняющее функции посредника между иррациональными стремлениями и желаниями «Оно » и требованиями человеческого сообщества. «Я «, как сфера сознательного, соизмеряет требования бессознательного «Оно » с конкретной реальностью, целесообразностью и необходимостью. Наконец, «СверхЯ (SuperEgo) » это внутриличностная совесть, т.е. инстанция, олицетворяющая собой ценности и установки общества. «СверхЯ » воплощает в себе интернализованные индивидом «родительские образы «, моральные запреты и нормы, внушенные в детстве, образы первых учителей и значимых для ребенка взрослых. В определенном смысле это результат «дрессировки » индивида обществом. «СверхЯ » описывается как своего рода моральная цензура, которая призвана обуздать эгоцентрические бессознательные порывы, стремления и желания человека и подчинить их требованиям культурной и социальной реальности конкретного общества. В процессе эволюции «СверхЯ » стала неотъемлемой частью, внутренним элементом личности.

Для образного описания взаимоотношений между «Я » и «Оно » Фрейд прибегает к аналогии отношений между всадником и лошадью, подобно тому как ранее А.Шопенгауэр использовал эту же аналогию для раскрытия взаимоотношений между интеллектом и волей. Движется всадник только благодаря энергии лошади, но формально управляет ею именно он. Всадник должен сдерживать и направлять лошадь, иначе есть вероятность погибнуть. И все же есть отдельные моменты, когда лошадь не только дает энергию передвижения, но и сама определяет путь и направление (всадник заснул или тяжело болен). Положение «Я » существенно сложнее, чем положение лошади ( «Оно «). Вопервых, «Я » должно учитывать требования и условия реального окружающего мира, т. е. следовать принципу реальности. Вовторых, «Я » испытывает постоянное давление со стороны мощного «Оно «, и этот конфликт между требованиями внешнего мира ( «СверхЯ «) и потребностями глубинных уровней личности ( «Оно «) порождает у «Я » постоянную внутреннюю тревогу и беспокойство. Втретьих, «Я » подвергается отдельному нажиму «СверхЯ «, как моральному прессу, совести. И это, в свою очередь, вызывает у человека глубинное чувство вины. Эти конфликтные взаимоотношения уровней личности, по мнению Фрейда, являются по сути неразрешимыми, и именно в них лежит ключ ко всем психологическим и патологическим проблемам как личности, так и общества. По своему положению и функциям в психике человека «СверхЯ » призвано осуществлять сублимацию бессознательных влечений, т.е. переключение антикультурных порывов «Оно » в социально приемлемые виды деятельности «Я «. Согласно Фрейду, «СверхЯ » является «наследником Эдипова комплекса и, следовательно, выражением самых мощных движений «Оно » и самых важных судеб его «.

Жесткая моральная цензура «СверхЯ » мешает осознанию собственных глубинных мотивов и устремлений, осуществление которых несовместимо с требованиями общества и морали. Это проявляется далеко не только в сфере сексуального, но и в обыденных поведенческих актах. Почему, скажем, завистник далеко не всегда осознает истинные причины своей ненависти к объекту зависти? Потому, что им с раннего детства усвоено, что зависть чувство недостойное, неприличное, низменное. Если это осознать, то резко понизится своя самооценка, самоуважение. Существенно легче объяснить себе и окружающим собственные чувства действительными или мнимыми пороками и недостатками объекта зависти. Таким образом и отрицательные чувства сохранены и объяснены, и самоуважение не страдает. Этот итог конфликта обеспечивается действием открытых Фрейдом, так называемых, «защитных механизмов «.

Защитные психические механизмы

Что такое «защитные механизмы «? В связи с тем, что как уже описывалось, согласно 3. Фрейду, в человеческой психике происходит постоянный конфликт между уровнями личности, для смягчения вызываемой этим конфликтом чувства напряженности и вины человеческая психика выработала ряд защитных механизмов, призванных бессознательно подавлять или не допускать в сознание ту информацию, которая противоречит требованиям цензуры «СверхЯ » и может травмировать личность.

Прежде всего это вытеснение. Под этим понятием предполагается механизм подавления и последующего исключения, изгнания из сознания импульса, стимулирующего у индивида чувство напряжения, беспокойства и тревоги. Этот механизм отличается от сознательного подавления какого-то вида осознанного желания ( «находясь в обществе, я осознаю желание почесаться, но умышленно и осознанно его подавляю «). Механизм вытеснения имеет дело с неосознанными импульсами. Например, человеку необходимо принять какоето трудное, мучительное для него решение. Он долго собирается, готовится к этому решению, тщательно все обдумывает, не может решиться на конкретное действие. Все это наполняет его напряжением, беспокойством, тревогой. И вот «вдруг » он «забывает » об этом деле. Имеет место временное «третье » решение, причем речь идет не о сознательном уклонении от принятия решения. Это не лицемерие. За счет механизма вытеснения нежелательная информация, тревожащая и напрягающая человека, на время исчезает, освобождая его психику.

Следующий защитный механизм это образование противоположной реакции. Здесь имеется в виду изменение неприемлемой, непереносимой для сознания тенденции на противоположную. Примеров можно привести более чем достаточно. Скажем, подросток чувствует влечение к девочке, что в его среде, мнение которой для него в этот возрастной период слишком значимо, вызывает насмешки и воспринимается крайне отрицательно. Тогда происходит как бы перемена знака «плюс » на «минус «. Подросток становится агрессивным именно по отношению к объекту привязанности. Становится «преследователем, гонителем, мучителем » именно этой девочки. Как раз чрезмерная подчеркнутость чувства или поведения (не просто игнорирует, а преследует) служит подтверждением механизма образования противоположной реакции. Возможно, этот механизм лежит в основе появления неприязненных чувств по отношению к тому, кто сделал много доброго и важного, но был свидетелем не самых приятных свойств человека и не лучших периодов его жизни.

Проекция это бессознательная попытка освободиться от какихто навязчивых тенденций, оцениваемых личностью как отрицательные, путем приписывания их другому или другим. Традиционный пример механизма проекции это представление об аморальности и сексуальной распущенности окружающих старой девой с ее подавленными, но отнюдь не уничтоженными сексуальными устремлениями и влечениями. Именно этим механизмом объясняется такое широко распространенное явление как ханжество, когда ханжа провоцирует на других собственные стремления глубинного уровня, противоречащие его моральному самосознанию, его «СверхЯ «. Механизм проекции универсален в сфере национальных и расовых предубеждений (ксенофобия), когда ненавидимой этнической группе приписываются собственные, но не осознаваемые отрицательные черты и свойства. Таким путем эти тенденции получают определенный выход, напряжение разряжается при том, что оценочные, моральные установки самосознания не страдают, остаются исходными. И.С.Кон в статье «Психология предрассудка » ( «Новый мир «, 1966, № 9) сопоставляет стандартные обвинения американскими белыми расистами негров в «изнасиловании белой женщины » и явно садистический характер большинства линчеваний.

Одной из форм проекции является механизм вымещения, иногда описываемый отдельно. Здесь имеется в виду бессознательная ориентация импульса или чувства с одного объекта на другой, чаще более доступный. Этот механизм весьма распространен в обыденной жизни эмоции выплескиваются либо на более близкого человека, либо на более слабого (например, неприятности на работе и унижения со стороны начальника приводят к вымещению накопившихся эмоций на жене, детях). В рамках этого механизма возникла расхожая идиома «козел отпущения «. Это именно та фигура, на которую ориентирован механизм вымещения определенного лица, либо группы лиц.

Защитный механизм, получивший название «рационализация «, предусматривает определенного рода самообман (когда имеет место бессознательная попытка рационально обосновать нелепый, абсурдный импульс или идею. Человеку свойственно когнитивное отношение к своему поведению, т.е. рационально его объяснять себе и окружающим, даже если оно иррационально. Рационализация повсеместно встречается в обыденной жизни человека. Например, человек, не вступившийся за несправедливо обиженного, спасая свое самоуважение, заявляет, что он «не знал «, «не успел » и т.п. Очень часто встречается ссылка на некие «интересы дела » (совершал неблаговидные поступки, но не из-за собственных изъянов, а во имя какихто общих интересов). Возможно, в рамках этого механизма станет более ясным смысл пословицы «с волками жить, поволчьи выть «. Интересно, что рационализация ярко себя проявляет в феномене, так называемого, постгипнотического внушения, когда гипнолог внушает испытуемому в состоянии гипнотического транса какоето нелепое действие, которое тот должен совершить после того, как будет выведен из этого состояния. Например, испытуемый должен предложить гипнологу потанцевать. Когда постгипнотическое явление осуществлено, и испытуемого спрашивают, почему он предложил столь неадекватное обстановке действие, ответ всегда звучит в плоскости механизма рационализации ( «А мне показалось, что объявили танцы » и т.п.). Иначе и для самого человека собственное поведение нелепо и предрассудительно. Рационализация призвана снять это противоречие.

Последним из основных защитных механизмов, описанных Фрейдом, является сублимация. Здесь предполагается превращение социально и морально неприемлемого импульса в приемлемый, допустимый. Можно говорить о переадресовке потока энергии из одного канала в другой. Согласно автору, основной энергией, подлежащей переориентировке, является libido. Так, например, человек, не имеющий возможность получать адекватную сексуальную разрядку, переключается на другой вид деятельности (наука, спорт, политика, искусство и т.д.).

В целом защитные механизмы призваны поддерживать известную целостность, устойчивость и идентичность индивидуального самосознания в условиях, когда конфликт различных установок ставит его под угрозу. Важность указанного хорошо ясна психиатрам, т.к. неустойчивость самооценок, разорванное самосознание, и отсутствие последовательных и адекватных представлений о самом себе обуславливают симптоматику многих психических заболеваний.

В истории психоанализа поражает не только разнообразие его толкований и оценок, но и какоето навязчивое стремление к его неприятию и критике. Десятилетиями в отечественной критике шло негласное соревнование по наиболее изощренной ругани 3.Фрейда. Сами же работы Фрейда не издавались и широкому кругу читателей были неизвестны. Почему не произошло то, что происходит с ложными теориями? Почему психоанализ не забыт? Причину сопротивления психоанализу Фрейд видел именно в существовании защитных механизмов у каждого из нас: «В деле признания психоанализа обстоятельства чрезвычайно неблагоприятны… всякий судящий о психоанализе сам по себе человек, у которого также существуют вытеснения и который, может быть, с трудом достиг такого вытеснения. Следовательно, психоанализ должен вызывать у этих лиц то же самое сопротивление, которое возникает и у больного. Это сопротивление очень легко маскируется как отклонение разумом… Потомуто так трудно привести людей к убеждению в реальности бессознательного и научить их тому новому, что противоречит их сознательному знанию «.

Бессознательное поведение

Замечание 1

В бессознательной структуре психики отображаются скрытые желания личности, закладываются основы желаний, мыслей, поступков и пр. Именно в бессознательном находятся истоки всего того, что впоследствии находит свое отражение в сознании, в реальных поступках человека. В этом отношении бессознательное занимает главенствующую роль в психике, формируя основы сознания личности.

Формы существования бессознательного

В наиболее общем виде бессознательное формируется двумя способами:

  • коллективное бессознательное, которое заложено в психике от рождения, выступает определенной концентрацией экзистенциального опыта, накопленного генерациями предшествующих поколений;
  • вторым механизмом формирования, наполнения бессознательного является информация, которая поступает к личности благодаря репрезентативным системам: визуальной, аудиальной, кинетической, сигнальным.

Другими словами, в личном бессознательном находит свою репрезентацию любой услышанный, увиденный, прочитанный материал, вся информация, полученная органами запаха, вкуса и пр. Впоследствии данный материал в переработанном виде поступает в сознание, во много определяя систему аксиологических модусов, норм и убеждений личности, оказывая влияние на реальное поведение. Личное бессознательное является поверхностным слоем психики, содержит переживания личности, принадлежащие исключительно ему.

Бессознательное в формировании поведенческих паттернов

Коллективное бессознательное содержит общие для всего человечества паттерны психического восприятия – архетипы. На протяжении исторического развития человечеству удалось накопить огромное множество архетипов, коллективных моделей, паттернов поведения, которые выступают основным содержанием мифологии, сказок, легенд и пр.

В бессознательном скрываются архаичные желания, архаичные инстинкты личности, которые во многом обуславливают функционирование в глобальном социуме стереотипов, определяющих специфику реализации бессознательного поведения, формирование системы социально одобряемых поведенческих стереотипов, которые во многом обеспечивают стабильность самого общества.

Архетипы личного бессознательного представляют собой остатки информации, которая попала в психику, но не была вытеснена в сознательное или глубины памяти, а осталась в личном бессознательном в виде несформировавшихся установок, паттернов. В ситуации поступления в психику аналогичной информации, информации с аналогичной кодировкой раннее сформировавшиеся на начальных этапах установки становятся полноценными доминантами, направляющими осознанное поведение личности.

Процесс формирования бессознательного поведения

Поступающая в психику информация откладывается в виде подсознательных установок. Однако в бессознательном к этому моменту уже существует определенная совокупность определенных, сформированных раннее паттернов поведения, устойчивых механизмов, направляющих поведение индивидуума. Новые установки, которые образуются вследствие предварительного формирования доминант, участвуют в формировании мыслей личности. Установки могут трансформироваться в паттерны, усиливая последние, а могут функционировать самостоятельно, оказывая влияние на поведение личности.

В ситуациях, когда индивидуум пребывает в трансовых, измененных состояниях сознания, когда личность действует бессознательно, рефлекторно, осуществляет реализацию поведения без предварительного участия сознания, инстинктивно, на основании сформированных в бессознательном установок, паттернов, моделей поведения, указанные установки находят свое отражение в бессознательном поведении.

Замечание 2

Таким образом, бессознательное не только выступает неотъемлемой составляющей психики, но и во многом обуславливает особенности личности, формирует систему аксиологических модусов, поведенческих моделей.

Изучение бессознательного в психологии личности — видео и стенограмма урока

Подсознание и эго

Фрейд назвал ваш рациональный разум или часть, которая пытается сделать вещи «нормальными» в вашей жизни и обществе, в котором вы живете, эго . Ваша личность в значительной степени построена на том, как ваше эго взаимодействует с окружением и людьми, которых вы знаете. Например, вы знаете, что для вас было бы неуместно (мягко говоря!) Пытаться убить кого-то, кто вас рассердил, и ваше эго найдет способы обойти ваше инстинктивное желание мести или удовлетворения в зависимости от вашей личности. Возможно, вы говорите что-то неприятное. Возможно, вы держите свой гнев внутри и изливаете его на какой-нибудь предмет, когда приходите домой, например, ударяя кулаком по подушке. Возможно, вы напишете об этом рассказ или пойдете домой и заплачете в подушку, вместо того чтобы ударить кулаком. Все это методы, которые ваша личность может выбрать для высвобождения инстинктивной энергии, которая поднимается из вашего подсознания.

В вашем подсознании есть множество ассоциаций, воспоминаний, эмоциональных привязанностей и убеждений, которые обычно не всплывают на поверхность, но могут иметь большое влияние в определенные моменты вашей жизни.Они дергают вас за веревочки, как будто вы какая-то марионетка, заставляя вас делать то, что вы обычно не хотели бы делать, — иногда даже то, что причиняет вред вам или другим. Например, ваш разум может не отпускать гнев на человека, который рассердил вас в нашем последнем примере. Фактически, вы можете быть шокированы интенсивностью вашей ярости. Вы обнаруживаете, что переживаете это весь вечер, пока, наконец, не прорветесь: «Я могу убить его за это!» Ваше подсознание соперничает за внимание, пытается захватить власть, и эта часть вашего разума может не иметь проблема с идеей кого-то убить!

Более того, подсознание воспринимает вещи, о которых вы не подозреваете, что видите, хранит информацию, о которой вы не подозреваете, и имеет свой собственный набор побуждений и намерений, которые вам неизвестны.Например, психологи определили целую область побуждений и потребностей, которую они называют вашими инстинктами. У вас есть инстинкт выживания, полового размножения, решения или мира, и все это влияет на ваши действия. Вы хотите, чтобы фильмы заканчивались определенным образом. Вас привлекают определенные люди, хотя вы на самом деле не знаете почему. Иногда ты боишься, когда не знаешь, почему ты напуган. Вы чувствуете себя лучше, когда эти инстинкты встречаются, и чувствуете дискомфорт, когда они не реализованы или не разрешены.

Причины в вашем подсознании. Наряду с основными инстинктами он также содержит воспоминания, которые мы подавили или скрыли. Он изобилует побуждениями и желаниями, которые цивилизованное общество считает варварскими. В нем есть вещи, о которых слишком больно, неудобно или даже опасно думать. Он побуждает делать то, чего не делают цивилизованные люди. В нем хранятся воспоминания, с которыми невозможно справиться. Он содержит проблемы, которые мы решили игнорировать. Он содержит то, что психиатр Карл Юнг назвал нашим теневым «я» или темной стороной.

Краткое содержание урока

Давайте рассмотрим то, что мы узнали, в частности, о слоях разума, как обрисовал Зигмунд Фрейд, изучая людей с психическими заболеваниями. Сознание — это разум, с которым мы наиболее знакомы, в котором мы думаем, принимаем решения, говорим и воображаем вещи, используя эту «когнитивную» область осознания. Подсознание содержит воспоминания, которые вы подавили или забыли, инстинктивные желания и потребности и другие скрытые аспекты вашего разума, о которых вы не знаете.

Мы также узнали о вашем эго. Ваше эго — это рациональная часть вас, которая пытается осмыслить различные побуждения и желания, которые у вас есть, и превратить их в эффективную деятельность в жизни. Фрейд сказал, что, по сути, это та часть нашего разума, которая пытается поддерживать нормальную жизнь. Вот почему бессознательный разум и эго часто расходятся между собой. Лучшее понимание своего бессознательного, вероятно, может дать вам инструменты для более эффективной жизни.

Роль бессознательного в теориях личности — 2548 слов

Введение

В обсуждении того, как бессознательный разум влияет на личность, нельзя отрицать роль психоанализа.

Согласно Кильстрому, Беру и Кляйну, психоанализ относится к «аспектам работы и исследований Фрейда, включая фрейдистскую терапию и методологию исследования, которую он использовал для развития своих теорий» (2002, с. 68).

При формулировании теории личности Фрейд в значительной степени полагался на тематические исследования, проведенные на его пациентах, вместе с прямыми наблюдениями за поведением пациентов. Согласно Фрейду, человеческий разум состоит из двух основных частей: сознательного и бессознательного.

Цель данной статьи — сравнить и сопоставить роль бессознательного в теориях личности с использованием двух точек зрения из курса. Эти точки зрения представляют собой психоаналитический и социальный когнитивный подходы к построению личности.

Перед этим разделом делается попытка обсудить сознательный и бессознательный разум с точки зрения того, как они помогают формировать личность людей.

Функционирование сознательного и бессознательного

Сознательного разума

Сознательный разум несет информацию, которую люди могут понять.Люди могут свободно и четко говорить об этих аспектах своих психических процессов в здравой и рациональной манере. Часть сознательного разума связана с человеческой памятью.

Однако, как отмечает Мэтт (2011), не вся информация, хранящаяся в сознательной памяти, является частью сознания людей, хотя эту информацию легко извлечь, чтобы ее можно было ввести в их сознание (стр. 81).

Согласно теории личности Фрейда, это воспоминание называется нормальным воспоминанием или просто предсознательным воспоминанием.Фрейд использовал аналогию с затопленным льдом, чтобы описать, как разделен человеческий разум.

По его словам, сознательный разум составляет наименьшую часть разума человека. Фрейд утверждал, что большинство воспоминаний и чувств, которые помогают построить личность человека, скрыты от сознательного разума (Matt, 2011).

Следовательно, многие чувства и воспоминания, отображаемые в личности человека, составляют область «бессознательного разума, который он разделил на суперэго, эго и ид» (Matt, 2011, p.81).

Подсознание

Подсознание — это вторая часть человеческого разума с точки зрения теории личности Фрейда. Он действует как основное хранилище всех мыслей, воспоминаний и чувств вместе с побуждениями, которые существуют вне сознательного понимания людей.

Что касается Kihlstrom, Beer, and Klein (2002), большая часть содержимого бессознательной памяти неприятна и / или неприемлема при нормальных обстоятельствах (с.73). Среди прочего, они включают чувство конфликта и боли, а также тревогу.

В своем анализе теории личности Зигмунда Фрейда Мэтт (2011) утверждает, что «бессознательное продолжает влиять на наше поведение и опыт, даже если мы не осознаем этих основных влияний» (стр. 43).

Следовательно, бессознательное — это часть человеческого разума, которую люди никоим образом не могут напрямую контролировать.

В отличие от сознательного, бессознательное — это кладезь инстинктивных желаний, потребностей и действий, связанных с призраками и мертвыми.Это также кладезь желаний, шокирующих и расстраивающих воспоминаний, неприятных эмоций и социальных идей, которые невозможно удалить из головы.

Процесс действия подсознания описывается термином психологическое вытеснение. Воспоминания и мнения из более ранних периодов могут быть удалены из мгновенного сознания.

Эти воспоминания вызывают эмоции вместе с мыслями, которые люди хранят в своих сознательных воспоминаниях. Поскольку личность человека постоянна и эти воспоминания можно удалить, можно утверждать, что они не влияют на личность человека.

Человек не получает идеи непосредственно в подсознании для обычного исследования (Fleeson, 2004).

Однако эмоции и идеи из подсознательного разума могут стать осознанными с помощью таких методов, как анализ снов, словесные оговорки, гипноз и свободное объединение людей с одинаковыми интересами. Эти методы тщательно изучаются и применяются во время психоанализа.

Психотерапия — это процесс, направленный на подавление эмоций и идей до состояния внимательности с целью избавления терпимого человека от страданий от повторяющихся ложных мыслей.

Согласно Фрейду, бессознательная часть разума называется Ид. Она состоит из основных потребностей и желаний людей. Ид ведет себя в соответствии с принципом, известным как принцип удовольствия, который предотвращает боль. Фрейд также определяет эго как компонент бессознательного.

Он говорит, что эго составляет сознательный целостный характер и естественные аспекты, которые находятся между бессознательной частью ума и реальностью (Мэтт, 2011, стр. 48).

Сравнение и противопоставление ролей бессознательного в теориях личности

Типы теорий личности

Для объяснения личности людей можно использовать несколько теорий.Они включают поведенческие теории, теории черт, социальные когнитивные теории, психоаналитические теории и гуманистические теории.

В этих теориях термин личность используется для обозначения «динамических и организованных наборов характеристик, которыми обладает человек, которые однозначно влияют на его или ее познания, эмоции, мотивацию и поведение в различных ситуациях» (Fleeson, 2004, p. 84).

Возможно, на этом определении основаны различные классификации теорий личности.

Например, эмоции и мотивация порождают психоаналитические теории личности, в то время как поведенческие аспекты в определении термина личность порождают поведенческие теории личности.

Поведенческие гипотезы утверждают, что качества людей проистекают из их отношений с окружающей средой.

Продвигая свои аргументы, бихевиористы изучают различные измеримые и наблюдаемые формы поведения людей, чтобы объяснить природу личности, изображаемой людьми (Matt, 2011).

Теоретики поведения, такие как Джон Уотсон, отвергают различные теории, которые предполагают, что личность человека является функцией чувств и мыслей, которые составляют часть сознательного и бессознательного.

Теория черт утверждает, что личность человека включает в себя различные общие черты. В контексте обсуждения этой теории, черты относятся к характеристикам, которые устойчивы в пределах индивида, которые определяют ход действий таких людей.

Одной из таких теорий является теория пяти факторов (Matt, 2011).Происхождение личностных характеристик является серьезной проблемой для теоретиков биологической личности. Эта группа теоретиков утверждает, что личность возникает из генетических характеристик человека.

Фактически, согласно Kihlstrom, Beer и Klein (2002), «исследования наследственности предполагают связь между генетикой и личностными чертами…» (стр.73). Изучение этих связей стимулирует исследования биологической личности.

Помимо двух основных парадигм теории личности, рассмотренных в этой статье, еще одна важная группа теорий, которые пытаются объяснить личность, включает гуманистическую теорию.

Эта теория уделяет невероятное внимание значению свободы воли людей вместе с индивидуальным опытом в содействии развитию личности. Центральное место в обсуждении гуманистических теорий занимает концепция самоактуализации.

Эта концепция подчеркивает, что личностный рост является важным аспектом, который влияет или мотивирует поведение людей (Matt, 2011).

Поведение — важный аспект, который влияет на личность человека с точки зрения социальной когнитивной и психоаналитической личности и теоретических парадигм.Абрахам Маслоу — один из известных сторонников гуманистической теории личности.

Поскольку цель данной статьи ограничивается обсуждением ролей бессознательного в теориях личности только с двух точек зрения, оставшаяся часть статьи рассматривает только психоаналитическую и социальную когнитивную точки зрения.

Роли бессознательного разума в социальной когнитивной теории личности

С точки зрения психоаналитических и социальных когнитивных теорий личности, сознание образует феноменальную субстанцию, которая помогает управлять психическим функционированием в жизни человека.

Он формирует основу для контекстуализации событий, построения планов действий и даже планирования различных действий (Bandura, 1995). Можно утверждать, что после экологического обучения не требуется умственных усилий для выполнения различных задач.

Скорее, подсознание функционирует как постоянное напоминание о соответствующем образе действий всякий раз, когда человек сталкивается с ситуацией, требующей действий, которые были выполнены ранее в ответ на заданные стимулы окружающей среды.

Способ, которым человек реагирует на определенные стимулы посредством определенного набора поведенческих действий, присущих конкретному человеку, составляет личность такого человека (Bandura, 1995).

С точки зрения социальных когнитивных теорий, автоматические реакции на определенные стимулы окружающей среды связаны с информацией, хранящейся в подсознании человека.

Основная задача социальных когнитивных теоретиков состоит в том, чтобы объяснить, как развиваются эти когнитивные способности.

Решение вышеуказанных проблем составляет основные отправные точки о роли бессознательного с точки зрения социальных когнитивных и психоаналитических теоретиков.

Например, в то время как психоаналитическая точка зрения утверждает, что некоторые характеристики человека, составляющие его личность, обязаны функционированию бессознательного разума, социальная когнитивная парадигма утверждает, что «сознание не может быть сведено к эпифеномену того или иного. результат умственного процесса, механически реализуемого на бессознательных нижних уровнях »(Bandura, 1999, p.7).

Исходя из этого утверждения, социальная когнитивная теория подчеркивает, что важно проводить различие между функциональными свойствами мозга человека и физическими процессами мысли, которые проявляются данным человеком.

В то время как психоаналитический подписчик склоняется к позиции, что человеческое бессознательное отвечает за реакции, связанные с негативным опытом, социальная когнитивная теоретическая парадигма утверждает, что бессознательное человеческое сознание по своей сути является генеративным, проактивным и творческим, помимо того, что оно является самоанализом или реактивный (Бандура, 1999, стр.3).

Этот аргумент подразумевает, что практики, ведущие к познаниям, которые удерживаются в подсознании, являются не только развивающими формами поведения, но и определяющими манипуляциями.

Подсознание рассматривается с точки зрения социального познания как хранилище информации, которое необходимо активировать, чтобы помочь в реакции на определение необходимого образа действий.

Кроме того, теоретики социальной когнитивной теории подчеркивают, что в выражении личности людей люди должны активировать определенные мозговые процессы, чтобы можно было реализовать выбранные намерения.Эти намерения определяют личность данного человека.

Следовательно, для выражения характеристик человека, которые отличают его или ее от других людей, необходимо возбуждать определенные схемы в подсознании.

Такие схемы состоят из социально познанных и / или генерируемых опытов. Главный аргумент здесь заключается в том, что воспоминания, хранящиеся в бессознательном разуме, получены из окружающей среды.

Социально-когнитивная теория личности утверждает, что люди демонстрируют определенное поведение благодаря четырем основным ключевым факторам: награды, сигналы, побуждения и реакции (Bandura, 1999).

В случае, если человек заинтересован в обучении определенному поведению, он или она использует технику наблюдения, чтобы изучить поведение. Такое поведение определяет личность человека, когда его схемы складываются в бессознательной памяти.

Когда человек наблюдает за поведением, оно закрепляется в процессе обучения. Следовательно, человеку не нужно прилагать никаких мысленных усилий, чтобы вспомнить его и / или отобразить в фенотипической манере.

С этой точки зрения личность человека является функцией усвоенного поведения из окружающей среды.

Роли бессознательного разума в психоаналитической теории личности

Как утверждалось ранее, социальная когнитивная теория подчеркивает, что личность человека конструируется социальным опытом посредством изучения поведения из окружающей среды.

После того, как это поведение полностью усвоено, бессознательная память служит цели автоматического извлечения воспоминаний, которые вызывают к действию соответствующее поведение после того, как ощущаются стимулы, требующие реакции определенного поведения (Bandura, 1995).

Эта цель бессознательного разума противоположна цели бессознательного в формировании личности человека с точки зрения психоанализа, как это оговорено и обсуждено Зигмундом Фрейдом.

Фрейд считал, что одним из дружественных механизмов раскрытия личности его пациентов является свободное общение с ними. Согласно Мэтту (2011), пациентов просили описать, что возникало у них в голове, когда начиналось обсуждение определенных тем.

Кроме того, Фрейд также исследовал сны людей, пытаясь установить связь между бессознательным разумом и личностью своих пациентов.

Посредством интенсивного анализа предсознательного разума вместе с бессознательным разумом пациентов фрейдистская школа мысли предполагает, что личность человека можно оценить.

Следовательно, можно проводить психотерапевтическое лечение психических заболеваний. Исходя из этого психоаналитического подхода к личности, это означает, что люди не могут контролировать свою личность.

Скорее, это контролируется подсознанием, которое при нормальном функционировании человека трудно раскрыть.

Этот аргумент, возможно, объясняет, почему фрейдистский подход к определению личности индивида заостряет внимание на анализе сновидений, а не на социальной когнитивной перспективе.

Во время сна человек не находится под контролем своего мыслительного процесса (Fleeson, 2004).

Однако в сновидениях человек вспоминает ситуации, с которыми он встречается в реальной жизни, пытаясь отреагировать на них, в зависимости от приобретенного опыта, о некоторых эффективных средствах решения таких ситуаций.

Этот аргумент подчеркивает важность рассмотрения социально-когнитивной теоретической перспективы при определении ролей бессознательного против психоаналитической точки зрения.

Этот случай важен, поскольку можно утверждать, что сновидения, обсуждаемые Фрейдом как проактивные средства определения роли бессознательного разума в построении личности, могут основываться на информации, полученной в результате социальных взаимодействий между сновидцем и другими людьми. люди в окружающей среде.

Социальная когнитивная теория личности дает представление о личности людей на основе познаний, приобретенных в процессе их взаимодействия.

Подход психоанализа утверждает: «Бессознательное — это кладезь инстинктивных желаний, потребностей, психических действий и хранилище социально неприемлемых идей, желаний или желаний, а также травматических воспоминаний» (Kihlstrom, Beer & Klein, 2002, p.74) .

Подсознание также является хранилищем болезненных эмоций.Социальные когнитивные теоретики критикуют это утверждение, утверждая, что психоаналитический подход к личности подчеркивает негативный опыт человека, влияющий на его или ее личность.

Остается выяснить роль бессознательного в влиянии на положительные черты личности, которые выражаются людьми.

Поиск ответа на этот вопрос порождает другие теоретические парадигмы объяснения того, как устроена личность человека, такие как поведенческие теории и гуманистические теоретические парадигмы.

Заключение

Действия и поведение людей можно отнести к нескольким факторам. К таким факторам относятся культурные убеждения и процессы социального взаимодействия. С психологической точки зрения на поведение людей также влияет сознание и подсознание.

Психоаналитические теоретики продвигают эту школу мысли, утверждая, что у людей есть внутренние силы, которые действуют вне их познаний. Такие силы влияют на поведение людей.

Как обсуждалось в статье, эта школа мысли приписывается Зигмунду Фрейду, который считается истоком психотерапии. Аргументы, выдвинутые Зигмундом Фрейдом, подверглись критике, и люди сочли их странными.

Следовательно, они вызвали много споров об их применимости в реальных жизненных ситуациях. Они также порождают альтернативные парадигмы теоретизирования личности людей.

Тем не менее, работа Фрейда продолжает влиять на ряд дисциплин, связанных с изучением человеческого поведения, таких как социология, антропология и психология среди других.

Справочный лист

Бандура, А. (1995). Социальные основы мысли и действия . Энглвуд Клиффс, Нью-Джерси: Прентис-Холл.

Бандура, А. (1999). Социально-когнитивная теория личности. Нью-Йорк: Публикации Гилфорда.

Флисон, В. (2004). Выдвижение личности за пределы споров между личностью и ситуацией: вызов и возможность индивидуальной изменчивости. Текущие направления в психологической науке, 13 (2), 83–87.

Kihlstrom, J., Beer, S., & Klein, B. (2002). Я и личность как память. Нью-Йорк: Guilford Press.

Мэтт Ф. (2011). Основание бессознательного: Шеллинг, Фрейд и рождение современной психики . Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

Личное и коллективное бессознательное

Еще на заре аналитической психологии у Карла Юнга возникла идея. Он предположил, что существует разделение между коллективным бессознательным уровнем, который разделяют все, и личным бессознательным, которое является полностью уникальным для человека.Коллективное бессознательное — это не «коллективный разум», а скорее набор ответов и реакций на обычные ситуации, с которыми люди сталкиваются с самого начала. Это коллективное бессознательное дает нам реакцию борьбы или бегства и позволяет нам дать отдых нашему сознанию, когда мы выполняем действия, которые мы делали сотни раз раньше.

Личная сфера сознания — совершенно другой зверь. Наше личное сознание состоит из мыслей, убеждений, поведения и идей, которые делают нас такими, какие мы есть.Все эти черты проистекают из бессознательного и его способности преобразовывать повседневные события в типы личности, определяющие характер. Личное сознание, в отличие от коллективного бессознательного, использует информацию, собранную из жизни человека, а не из коллективного прошлого человечества.

Важность личного бессознательного

Без личного бессознательного мы не были бы такими, какие мы есть, и не могли бы стать теми, кем нам суждено быть. Как люди, мы начинаем свою жизнь, зависящую от нашего бессознательного разума для выживания — только по мере того, как мы учимся и растем, мы начинаем развиваться и практиковать, используя наш сознательный разум, чтобы пробираться по всему миру.

Личное бессознательное помогает нам подходить к миру с нашей уникальной точки зрения. Например, человек, который бессознательно фильтрует информацию более аналитическим способом, с меньшей вероятностью будет иметь личность эмоционального типа как сильный определяющий фактор в его внешней сознательной личности. Таким же образом другие люди могут иметь тенденцию отдавать предпочтение чувствам, а не размышлениям, глядя на мир вокруг них, или развивать сильное чувство интуиции относительно жизненных обстоятельств по сравнению с более чувственным подходом к тем же ситуациям.

Наше личное сознание и личное бессознательное существуют на разных уровнях и, тем не менее, взаимодействуют друг с другом весьма специфическим образом. Работа с нашим сознанием и понимание того, как это работает с нашим бессознательным, может помочь нам стать лучшими лидерами, лучшими сотрудниками, лучшими коллегами и лучшими людьми.

Влияние коллективного бессознательного

Каким бы важным ни было наше личное бессознательное, мы не можем игнорировать историческое и психологическое влияние, которое наше коллективное бессознательное оказывает на нас.Те самые инстинкты, которые делают нас людьми, развились за огромный промежуток времени; эти инстинкты научили нас бегать и прятаться, когда мы в опасности, и распознавать признаки опасности или страха по физиологическим признакам, таким как тяжелое дыхание или тряска. Коллективное бессознательное также позволяет нам принимать быстрые решения, часто даже не зная, откуда они пришли. Коллективное бессознательное, помимо других важных функций, управляет интуицией и рефлексом.

Юнг открыл совершенно новый мир своими открытиями, и открытия в психологии личности и самости делаются и сегодня. Insights Discovery полностью основан на теориях Юнга и, как таковой, является бесценным инструментом, помогающим людям понять себя и других. Если вам нужна дополнительная помощь в идентификации себя или других как части четырех цветных личностей, назначьте меня, Скотта Швефеля, в качестве основного докладчика. Я приду в вашу группу и расскажу о различиях в личностях правдивым, веселым и легким для понимания образом. Подпишитесь на меня в Facebook, LinkedIn и Twitter, чтобы делиться моими блогами о цветовой энергии, с которой вы работаете!

NET \ per4

NET \ per4 Бессознательные аспекты личности

Назначенное чтение текста : Глава 6.Психодинамика. [Глава 5 не назначена]
Не несет ответственности за страницы 197-206.

Примеры вопросов для сочинения :

а. Определите пять защитных механизмов. Давать конкретный пример каждой из этих пяти.
г. Перечислите два распространенных мнения о гипнозе. Кратко обсудите результаты как минимум четырех эмпирических исследований, опровергающих одно или оба этих убеждения.
…………………………………………………………………………. ………………………………………….. …………………………………..

А. Фрейд и исследование бессознательного
1. Фрейд был крупным теоретиком, занимавшимся бессознательное.
2. Его теории сегодня НЕ получили широкого распространения, но многие идеи принимаются.

Б. Важные фрейдистские идеи
1. Стадии развития: оральный, анальный, фаллический, латентный, генитальный
2.Защитные механизмы
а. Репрессии. Исключаются важные убеждения или эмоции сознательного осознания.
б. Отрицание. Непринятие реальности чего-то неприятного
c. Проекция. Восприятие собственных чувств как принадлежащих кто-нибудь другой
d. Изоляция. Сознательные мысли без основных чувств
е. Регресс. Предполагает фиксацию (поддержание высокого уровня эмоциональной вовлеченности на более ранней стадии развития).

C. Эмпирические исследования защитных механизмов
1. Для их измерения разработаны весы. Проблемы с валидностью этих шкал.
2. Появляется использование определенных видов защиты. быть личным стилем.

D. Доказательства существования бессознательного
1. Подсознательное восприятие. Восприятие без осознанного осознания.
2. Бездумное действие. Действуя бессознательно осведомленность.
3. Творческое поведение в целом.
4. Считается, что сны — это окно в бессознательное.

E. Гипноз: Общие верования. Какие есть данные?
1. Под гипнозом у человека прекрасная память, но много ложных воспоминаний.
2. Под гипнозом можно вернуться к рождение или более ранняя жизнь. Но никаких веских доказательств.
3. Под гипнозом практически любая проблема может вылечиться. Данные о том, что гипноз эффективен
при лечении некоторых типов проблем, но не всех.

F. Психотерапия
1. Множество различных типов, включая гипноз. и психоанализ. Оба пытаются раскрыть бессознательное перед сознательное я. Такие методы, как свободные ассоциации и анализ сновидений чтобы обмануть сознательное я.
2. Эти и другие виды терапии известны. как «инсайт-терапия». Другие виды терапии основаны на разных предположения.

(1) Психопатология повседневной жизни (2) Бессознательное Основы человеческой личности, нормальное и ненормальное

(1) В последние годы наблюдается стремительный рост интереса к теоретическому объяснению и практическому лечению психических расстройств. болезни, особенно из тех так называемых «пограничных» случаев между нормальным и определенно безумным.Затронутые проблемы вызвали бурные споры, и самые противоречивые взгляды были выдвинуты различными школами мысли. Среди представителей этих различных доктрин двумя наиболее выдающимися являются профессор Фрейд из Вены и профессор Мортон Принс из Америки. В широком смысле психологическая система Фрейда основана на фундаментальном различии между двумя классами воспоминаний и психических тенденций, а именно, обычными воспоминаниями и тенденциями и теми, которые по той или иной причине были вытеснены. Последние — это те, кто вовлечен в психические конфликты и сопровождается болью. Они составляют истинное «бессознательное» ума. Остальные воспоминания Фрейд классифицирует как «предсознательные». Бессознательные воспоминания и психические наклонности сохраняют свою первоначальную интенсивность и, хотя и находятся вне сознания, продолжают действовать и время от времени воздействуют на сознание. «Как тени в« Одиссее », — говорит Фрейд, — они снова оживают, как только напиваются крови». Когда они особенно сильны или когда подавляющая сила ума тем или иным образом уменьшается, они могут вызывать симптомы истерии и других форм психических заболеваний.Но они также являются причиной сновидений у нормальных людей и очевидных непреднамеренных ошибок в речи, письме и других действиях, которым все мы более или менее подвержены, когда наше внимание отвлекается. Фрейд пытается поддержать эту последнюю точку зрения в своей «Психопатологии повседневной жизни». Он утверждает, что метод психоанализа, 1 или свободные ассоциации, убедительно демонстрирует, что такие промахи в памяти, речи и письме на самом деле являются преднамеренными и происходят из-за сопутствующей работы бессознательных психических тенденций.По его мнению, проблема психологии заключается не в том, почему мы способны помнить, а в том, почему мы приходим к забыванию, и его собственное решение проблемы состоит в том, что мы забываем неприятное, за исключением тех случаев, когда особые факторы делают это забывание невозможным.

Коллективное бессознательное — что это такое и почему это должно вас волновать?

Автор: peter

Коллективное бессознательное в свое время было радикальной концепцией.

Созданная Карлом Юнгом, эта идея отделила Юнга от теорий — и, в конечном итоге, от дружбы — Зигмунда Фрейда.

В то время как союз между Фрейдом и Юнгом не выдержал проверки временем, сама идея Юнга в конечном итоге выдержала, и коллективное бессознательное, возможно, стало его самым важным вкладом в психологию.

Хотя сейчас они сформулированы в других теориях и редко приписываются Юнгу, идеи, впервые выдвинутые коллективным бессознательным, теперь являются приемлемой и очень полезной частью многих различных видов научной мысли.

Что такое коллективное бессознательное?

Юнг предположил, что коллективное бессознательное — это слой нашего бессознательного разума, который мы приходим в этот мир, содержащий, который связывает каждый из них с историей мыслей и поведения всего человечества.

Идея кристаллизовалась для Юнга после сна, в котором он находился в доме, где первый этаж был хорошо оформлен и организован (сознательная личность), затем первый этаж более средневековый и темный (личное бессознательное), и, наконец, подвал с признаками примитивности культура и с древними черепами в ней (коллективное бессознательное).

Современная аналогия могла бы состоять в том, чтобы представить коллективное бессознательное скорее как унаследованную «базу данных», или как вычислительное «облако».Это обширная область информации, восходящая к древним временам, к которой мы все можем получить доступ, если нам это потребуется, и которая позволяет нам получить опыт, типичный для человечества.

Что содержит коллективное бессознательное?

Коллективное бессознательное содержит так называемые «архетипы».

Автор: jon jordan

Архетипы — это универсальные концепции, которые мы, кажется, инстинктивно знаем, или то, что Юнг описал как «идентичные психические структуры, общие для всех».

Архетипы означают, что у нас могут быть те же мысли и идеи, что и у других людей, которых мы никогда не встречали, даже если они происходят из совершенно другого происхождения и культуры.

Примером могут быть отношения мать-ребенок. Никто не говорит нам, что такое мать, но мы определенным образом реагируем на фигуру матери, независимо от того, где мы родились в мире или какова наша культура, религия или раса.

Если все это правда, то почему мы не совсем умны и не похожи друг на друга?

Для начала, это слово «бессознательное» — коллективное бессознательное работает таким образом, который находится вне нашего ментального контроля.

Архетипы, содержащиеся в коллективном бессознательном, также по существу дремлют. Как сказал Юнг, их можно рассматривать как «отложения всего опыта наших предков, но они не являются самими переживаниями».

Подобно планам, архетипы становятся опытом только тогда, когда мы бессознательно решаем их разыграть, вызванные чем-то, что с нами происходит, например, вызовом или жизненным кризисом. И поскольку то, что происходит с каждым из нас, уникально, мы будем использовать и проявлять части коллективного бессознательного индивидуальным образом.

Почему Фрейд так ненавидел идею коллективного бессознательного?

Дело не в том, что Юнг не разделял идеи Фрейда о том, что нас формирует личный опыт. Просто он не верил, как Фрейд, что мы прибываем в мир как чистый лист и являемся лишь продуктом нашего опыта, а это означает, что каждая вещь в нашей психике уникальна для нас.

Юнг счел эту точку зрения ограничивающей и решил, что мы приходим в мир с уже существующим коллективным бессознательным.У нас есть «архетипический потенциал», который мы можем активировать и развивать или нет.

Итак, для Фрейда личный опыт существует для развития того, кем мы являемся. Для Юнга личный опыт существует для развития того, что уже есть внутри нас.

Как Юнг пришел к идее коллективного бессознательного?

Автор: garlandcannon

Сновидения сыграли большую роль в формировании Юнгом теории коллективного бессознательного. С детства он был очарован инстинктом, что был связан с чем-то большим, чем он сам, и заметил, что его сны содержали вещи, которые были за пределами его собственных знаний и опыта.

Позже Юнг работал в психиатрической больнице, где у него была возможность внимательно изучить пациентов с шизофренией и сделать свои наблюдения научными. Он заметил, что в галлюцинациях и иллюзиях его пациентов были образы и символы, которые были больше, чем их возможный личный опыт, и даже имели мифические размеры.

Это была безумная идея или в этом есть доля правды?

Теории, аналогичные теории Юнга, сейчас уважаются в современных отраслях психологии и науки , а это означает, что идея Юнга опередила свое время.

Примером может служить этология, поведенческая биология, которая включает изучения животных в местах их обитания. Было обнаружено, что каждый вид содержит закодированные в центральной нервной системе так называемые IRM, врожденные механизмы высвобождения. Они рассматриваются как унаследованный набор форм поведения, которые становятся активными при столкновении с правильным стимулом. Примером этого являются чайки, которые видят красное пятно на клюве своей матери и клюют его, чтобы она кормила их.

Так как коллективное бессознательное может мне пригодиться?

Юнг чувствовал, что мы можем напрямую получить доступ к коллективному бессознательному через наши сны. Мы можем вспомнить наши сны, искать архетипы, а затем интерпретировать мудрость, которую предлагает архетип. Например, если нам снится, как с нами разговаривает старик, мы можем решить, что это знак того, что мы на правильном пути в жизни и приближаемся к нашей личной внутренней мудрости.

Коллективное бессознательное — это также способ почувствовать себя связанным, а не отделенным от других в мире. Мы можем прийти из разных мест и с разных точек зрения, но все мы тоскуем по матери, чувствуем страх, когда думаем о смерти, и ищем героев.И все мы по ночам мечтаем об архетипах.

У вас все еще есть вопросы о Юнге и коллективном бессознательном? Или хотите поделиться точкой зрения? Используйте поле для комментариев ниже.

Психодинамические теории личности: роль бессознательного

Один из наиболее важных психологических подходов к пониманию личности основан на теории австрийского врача и психолога Зигмунда Фрейда (1856–1939), который основал то, что сегодня известен как психодинамический подход к пониманию личности.Многие люди знают о Фрейде, потому что его работа оказала огромное влияние на наши повседневные представления о психологии, и психодинамический подход — один из важнейших подходов к психологической терапии (Roudinesco, 2003; Taylor, 2009). Фрейд, вероятно, самый известный из всех психологов, отчасти благодаря его впечатляющим наблюдениям и анализу личности (существует 24 тома его книги). сочинения). Как и все теории, многие гениальные идеи Фрейда оказались, по крайней мере, частично неверными, и тем не менее другие аспекты его теорий все еще влияют на психология.

На Фрейда повлияла работа французского невролога Жана-Мартена Шарко (1825–1893), который опрашивал пациентов (почти все женщины), которые испытывали то, что происходило в то время. известна как h y st e ria . Хотя он больше не используется для описания психологического расстройства, истерия в то время относилась к совокупности личностей и физические симптомы, включая хроническую боль, обмороки, судороги и паралич.

Шарко не смог найти биологической причины этих симптомов. Например, некоторые женщины теряли чувствительность в руках, но не в руках, и это казалось невозможным, учитывая, что Нервы в мышцах такие же, как и в руках. Шарко экспериментировал с использованием гипноза, и он и Фрейд обнаружили, что под гипнозом многие истеричные пациенты сообщили, что в детстве пережили травмирующий сексуальный опыт, например, сексуальное насилие (Dolnick, 1998).

Фрейд и Шарко также обнаружили, что во время гипноза воспоминание о травме часто сопровождалось излиянием эмоций, известным как c atharsis , и что после катарсис симптомы у пациента часто уменьшались по степени тяжести.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *