Бихевиоризм автор: БИХЕВИОРИЗМ • Большая российская энциклопедия

Автор: | 18.05.2021

Содержание

Бихевиоризм

Словообразование. Происходит от англ. behaviour — поведение.

Автор. Берет свое начало с публикации в 1913 г. статьи Дж.Уотсона «Психология с точки зрения бихевиориста».

Категория. Психологическое направление.

Специфика. Основан на использовании естественнонаучной методологии в изучении человека и животных. Уотсон отошел от господствовавшего в его время структурализма, который опирался на метод интроспекции, и стал исследовать только доступные наблюдению проявления индивидуальных реакций. Сами по себе внутренние процессы объективно не наблюдаемы, поэтому они были отброшены. В качестве предмета исследования стал фигурировать не субъективный мир человека, а объективно фиксируемые характеристики поведения, вызываемого внешними воздействиями. В качестве единицы анализа поведения постулировалась связь стимула (S) и ответной реакции (R). Все ответные реакции разделялись на наследственные (рефлексы, физиологические реакции и элементарные «эмоции») и приобретенные (привычки, мышление, речь, сложные эмоции, социальное поведение), которые образуются при связывании (обусловливании) наследственных реакций, запускаемых безусловными стимулами, с новыми (условными) стимулами. В исследованиях Уотсона, в частности, было показано, что, если сочетать безусловный стимул, вызывающий у младенца эмоцию страха (резкий звук, потеря опоры), с другим, первоначально нейтральным, например с белым кроликом, то через некоторое время страх может вызваться уже одним только показом кролика.

Наиболее важные данные были получены в бихевиоризме по проблеме научения, что дало толчок для развития операционализма. Главный представитель этого направления — К.Л.Халл, проводивший много исследований для уточнения схемы стимул — реакция.

В дальнейшем было показано, что само обусловливание представляет собой достаточно сложный процесс. Постепенно возникли изменения в концептуальном аппарате бихевиоризма. В схеме S — R появились «промежуточные переменные» (образ, цель, потребность). Это привело к преобразованию его в необихевиоризм.

Другим вариантом ревизии классического бихевиоризма стала концепция оперантного бихевиоризма Б.Скиннера, разработанная в 30-х гг. XX в., где в результате многочисленных опытов (прежде всего на крысах и голубях) было модифицировано понятие реакции. На основе его теории оперантного обусловливания возникли специальные психотерапевтические техники, основанные преимущественно на внутренних психологических процессах (Х.Ю.Айзенк, Вольпе).

В целом, бихевиоризм оказал большое влияние на развитие психотерапии, методы программированного обучения.

Литература. Rachlin H. Introduction to Modern Behaviorism. San Francisco, 1976

Психологический словарь И.М.Кондакова

Бихевиоризм

Представители:

Эдвар Торндайк (18741949), Джон Брадуас Уотсон (18781958)

Предмет изучения.

Изучать не сознание, а поведение человека.

Личность все то чем обладает индивид.

Человек в концепции бихевиоризма понимается, прежде всего, как реагирующее, обучающееся существо, запрограммированное на те или иные реакции, действия, поведение.

Основные теоретические положения.

Благодаря манипуляциями внешними стимулами можно формировать у человека разные черты поведения.

Связь «ситуацияреакция » характеризуется признаками:

1) исходный пункт проблемная ситуация;

2) организм противостоит ей как целое;

3) он активно действует в поисках выбора;

4) выучивается путем упражнения.

Законы «естественного отбора » полезных действий у индивида: закон упражнения при прочих равных обстоятельствах реакция на ситуацию связывается с ней пропорционально частоте повторения связей и их силе. закон готовности упражнения изменяют готовность организма к проведению нервных импульсов. закон ассоциативного сдвига если при одновременном действии раздражителей один из них вызывает реакцию, то другие приобретают способность вызывать ту же самую реакцию. закон эффекта

Сфера психологии взаимодействие между организмом и средой.

Коннексия это элемент поведения.

Практика.

Человек полностью зависит от своей среды, и всякая свобода действий, которой, как ему кажется, которой он может пользоваться чистая иллюзия.

Одна из главных причин сделавших нас такими, какие мы есть, связана с нашей склонностью подражать поведению других людей с учетом того, насколько благоприятны, могут быть результаты такого подражания для нас.

Таким образом, на человека влияют не только внешние условия: он также постоянно должен предвидеть последствия своего поведения путем его самостоятельной оценки.

Вклад.

Подняли эксперимент на высокую ступень исследования.

В результате проделанной работы было выявлено 16 типов поведения. (перцептивное поведение, защитное, индуктивное, привычное, утилитарное, ролевое, сценарное, моделирующее, уравновешивающее, освобождающее, атрибутивное, экспрессивное, автономное, утверждающее, исследовательское, эмпатическое.)

источник неизвестен

Роберт Фрейджер — книги автора, биография, фото, личная жизнь

  • Код товара 355958

    Издательство: Прайм-Еврознак

    Язык: Русский

    Год издания: 2007

    Переплет: Мягкий

10 психологических экспериментов о поведении человека, которые открывают удивительную правду о нас ⋆ ГардИнфо

Человека всегда завораживала неизвестность того, как работает разум и каковы причины нашего поведения. И вот в начале XX века получила развитие экспериментальная психология.

Исследования изучали целый ряд областей: от поведенческих до социальной динамики и сложных биологических процессов, происходящих в мозге. Результаты тщательно контролируемых исследований, проведенных во имя экспериментальной психологии, поведали многое о человеческом состоянии, благодаря им мы стали лучше понимать, почему мы ведем себя так или иначе.

Мы собрали список самых знаменитых и интригующих экспериментов прошлого века. От самых простых социальных до изучающих сложные поведенческие модели, которые раскрывают то, как работает человеческое подсознание, и сдвигают принятые этические рамки. Вы точно задумаетесь, все ли вы знаете о себе и на что способен человек на самом деле.

«Голубоглазые/кареглазые»

В 1968 году после убийства борца за гражданские права Мартина Лютера Кинга учительница Джейн Эллиот попыталась обсудить проблемы дискриминации, расизма и предубеждения с учениками третьего класса в школе города Рисевилл, штат Айова. Чувствуя, что дети не только не понимают, что значит дискриминация по цвету кожи, но и никогда не встречали ее проявления в небольшом городе, Эллиот начала двухдневное упражнение «голубоглазые/кареглазые», чтобы показать всю несправедливость расизма.

Ученики были разделены на две группы по цвету глаз. У обладателей голубых глаз были привилегии в учебном процессе: вторая порция на обед, доступ в новую игровую комнату, лишние пять минут на перемене. Эллиотт разместила голубоглазых учеников на передних рядах класса, тогда как кареглазые были отправлены на задние ряды. Она мотивировала подопечных к общению только с одноклассниками из своей группы, советуя им избегать контактов с кареглазыми учениками.

Также представителям двух групп было запрещено пить воду из одного фонтанчика. Кареглазые постоянно подвергались наказанию со стороны учителя, когда не следовали правилам или допускали какие-то ошибки. Эллиотт подчеркивала различия между группами, выделяя достоинства голубоглазых учеников и недостатки кареглазых. На следующий день привилегированными учениками стали кареглазые.

В результате та группа, которая считалась превосходящей, стала лучше учиться. Те же, кто подвергался дискриминации, стали допускать больше ошибок — даже те ученики, которые до эксперимента были отличниками.

Ступени в виде пианино

Инициативная группа Volkswagen под названием The Fun Theory («Теория веселья») хотела доказать, что поведение человека может измениться к лучшему, если добавить в рутинные и скучные действия веселья. Они разместили в стокгольмском метро ступени в виде пианино, чтобы посмотреть, сколько людей выберет лестницу вместо эскалатора.

Результаты показали, что в тот день лестницу с музыкальными ступенями выбрали 66 процентов.

Скрипач в метро

12 января 2007 года около тысячи пассажиров, утром проезжающих через станцию ​​метро в Вашингтоне, округ Колумбия, услышали небольшой бесплатный концерт, который исполнил скрипач-виртуоз Джошуа Белл. Он играл около 45 минут, исполнив шесть классических произведений на скрипке Страдивари 1713 года, которая, по некоторым данным, стоит 3,5 миллиона долларов.

Только шесть человек остановились, чтобы послушать музыку. Около 20 дали денег, продолжая идти своим обычным темпом. Скрипач собрал 32 доллара. Когда он закончил играть и наступила тишина, никто этого не заметил. Никто не аплодировал. Никто не понял, что один из лучших музыкантов в мире сыграл одну из самых сложных композиций на скрипке стоимостью 3,5 миллиона долларов.

Писатель и журналист Washington Post Джин Вайнгартен (Gene Weingarten), автор этого эксперимента, описал его «как эксперимент о контексте, восприятии и приоритетах, а также оценке общественного вкуса: в банальной и скучной обстановке, в неудобное для всех время, будет ли заметна красота?».

Дым в комнате

Для эксперимента в одной комнате были собраны люди, которые заполняли анкету, когда из-под двери вдруг повалил дым. Что бы вы сделали? Вероятнее всего, встали бы и покинули помещение или сообщили об этом ответственному лицу. Теперь представьте себе ту же ситуацию, за исключением того, что вы не одни, с вами еще люди, которых, похоже, совсем не беспокоит дым.

Два нанятых актера должны были вести себя так, как будто ничего не происходит. В итоге только 10% испытуемых покинули комнату или сообщили о дыме. 9 из 10 фактически продолжали работать над анкетой, потирая глаза и отгоняя дым от лица.

Эксперимент показал, что люди реагируют медленнее или вообще не реагируют на чрезвычайные ситуации в присутствии пассивных личностей. Мы сильнее полагаемся на реакцию и поведение других людей, чем на собственные инстинкты. Если группа людей ведет себя так, как будто все в порядке, то, должно быть, так оно и есть, правильно? На самом деле нет. Не позволяйте себе бездействовать из-за пассивности других. Не стоит думать, что всегда поможет кто-то другой.

«Летний лагерь»

Этот эксперимент протестировал теорию реалистичных конфликтов и стал примером того, как возникает негативное отношение между группами из-за конкуренции за ограниченные ресурсы.

Экспериментаторы взяли две группы мальчиков 11 и 12 лет и поместили их в место, которое они посчитали летним лагерем. Первую неделю группы были разделены и не знали друг о друге. За это время отношения внутри групп стали крепче.

Далее мальчиков представили друг другу, и тут же стали появляться признаки конфликта. Экспериментаторы создали конкуренцию между группами, и, как и ожидалось, уровень враждебности и агрессивного поведения усилился.

На третьей неделе экспериментаторы создали условия, чтобы обе группы работали вместе, решая общую проблему. Например, проблема питьевой воды. У детей сложилось впечатление, что их питьевая вода была отрезана, возможно, из-за вандалов. Обе группы работали вместе, чтобы решить эту проблему.

К концу эксперимента, после того как мальчики из разных групп работали вместе, они подружились, что свидетельствует о том, что общая работа — это один из наиболее эффективных способов снижения предрассудков и дискриминации.

Эксперимент Carlsberg

Социальный эксперимент проводился датским пивоваренным заводом Carlsberg. Ничего не подозревающая пара входила в переполненный байкерами кинотеатр. Свободно было всего два места рядом с татуированным байкером.

По результатам неофициального эксперимента (он проводился в качестве рекламы продукта), не все пары сели на свободные места: увидев соседа, они тут же покидали зал. Некоторые все же оставались и занимали место, за что их сразу же вознаграждали аплодисментами и бесплатным пивом Carlsberg. Не стоит судить книгу по ее обложке.

Эффект дезинформации

В 1974 году Элизабет Лофтус начала изучать эффект дезинформации на примере дорожно-транспортных происшествий. В одном из экспериментов семь видеорядов длительностью от 5 до 30 секунд были показаны 45 студентам, разделенным на группы по 9 человек. В этих видео была запись автомобильной аварии. После каждого видео студенты заполняли опросный лист, первый пункт в котором был сформулирован так: «Дайте отчет об аварии, которую вы только что увидели».

Далее был представлен ряд конкретных вопросов про ДТП. Самый главный вопрос касался скорости автомобилей, представленных на видео. Девятерых человек спросили: «Как быстро двигались автомобили на видео в тот момент, когда они врезались друг в друга?» Остальные испытуемые получили похожий вопрос, но в нем вместо слова «врезались» использовались слова «соприкоснулись», «ударились», «разбились», «стукнулись». При использовании в вопросе слова «разбились» машинам приписывалась наибольшая скорость — 40,8 миль/ч. Результатом данного эксперимента стал вывод о том, что форма вопроса влияет на ответ свидетеля. Лофтус сделала предположение, что это связано с изменениями представления в памяти испытуемых.

Эксперимент Милгрэма

Этот эксперимент был проведен в 1961 году психологом Стэнли Милгрэмом. Его целью было понять, как далеко могут зайти люди в подчинении авторитетам, даже если приказы от этих авторитетов вредят другим людям.

В опыте участвовали экспериментатор, испытуемый и актер, игравший роль другого испытуемого. Заявлялось, что один из участников («ученик») должен заучивать пары слов из длинного списка, пока не запомнит каждую пару, а другой («учитель») — проверять память первого и наказывать его за каждую ошибку все более сильным электрическим разрядом.

В начале эксперимента роли учителя и ученика распределялись между испытуемым и актером «по жребию» с помощью сложенных листов бумаги со словами «учитель» и «ученик», причем испытуемому всегда доставалась роль учителя. После этого «ученика» демонстративно привязывали к креслу с электродами. «Учитель» получал «демонстрационный» удар током.

«Учитель» уходил в другую комнату и садился за стол перед прибором-генератором. Экспериментатор поясняет «учителю», что при нажатии на каждый из переключателей к ученику подводится соответствующее напряжение, при отпускании переключателя действие тока прекращается. Нажатый переключатель остается в нижнем положении, чтобы «учитель» не забывал, какой выключатель был уже нажат, а какой нет. Прибор производил серьезное впечатление реального, не давая повода сомневаться в подлинности эксперимента.

На самом деле никого не било током. «Ученик» специально отвечал на вопросы неправильно и делал вид, что ему становится больнее, поскольку напряжение якобы увеличивалась с каждым неправильным ответом. Несмотря на это, многие субъекты продолжали бить током людей, когда им приказывал авторитет — «экспериментатор». В конце концов 65% испытуемых применили такой «удар электричеством», который мог бы быть смертельным.

Результаты эксперимента показали, что обычные люди, вероятнее всего, будут следовать приказам от авторитетной фигуры, вплоть до убийства невиновного человека. Подчинение власти укоренилось во всех нас, поскольку именно так нас воспитывают в детстве.

Тест маршмеллоу

Эксперимент конца 1960-х — начала 1970-х годов под руководством психолога Уолтера Мишеля включал серию исследований на тему отложенного вознаграждения.

Детей от 4 до 6 лет сажали на стул в комнату, где на столе лежало угощение (чаще всего маршмеллоу, иногда печенье или крендель). Детям говорили, что они могут съесть сладкое, но если подождут 15 минут и не поддадутся искушению, то получат вторую порцию.

Мишель заметил, что некоторые закрывали глаза руками или поворачивались так, чтобы не видеть сладости, другие начинали пинать стол, дергать себя за волосы или поглаживать зефир, как будто это была плюшевая игрушка. Другие же просто съедали зефир, как только уходили исследователи.

В эксперименте приняли участие более 600 детей. Сразу же съели угощение меньшинство. Из тех, кто пытался удержаться, одна треть получила второе угощение. Причем возраст был основным определяющим фактором.

Дальнейшие исследования показали, что дети, которые были в состоянии ждать, как правило, имели лучшие результаты в жизни, более высокий уровень образования и низкий индекс массы тела.

Эффект ложного консенсуса

В этом эксперименте исследователи спросили студентов колледжа, будут ли они ходить по кампусу в течение получаса с большой табличкой с сообщением: «Ешьте у Джо».

Затем студентов попросили прикинуть, как много людей согласится на это. В итоге те, кто согласился пройтись с табличкой, предположили, что большинство людей тоже согласятся. Те, кто отказался, естественно, думали, что большинство так же, как они, откажутся. То есть участники исследования твердо верили, что большинство людей сделает тот же самый выбор, что и они.

Результаты продемонстрировали то, что в психологии известно как эффект ложного консенсуса. Независимо от того, каковы наши убеждения, мнения или поведение, мы склонны полагать, что большинство других людей согласны с нами и действуют так же, как и мы.

bigpicture.ru

*Бихевиоризм (англ. behaviour — поведение) – направление в психологии, изучающее поведение человека как объективный феномен психики.

Поделиться ссылкой:

Похожее

Бихевиоризм: Psychology OnLine.Net

Классики поведенческого подхода в России и Америке: И.П. Павлов, Б.Скиннер, Дж. Уотсон, Э.Толмен.


Близкие разделы (1): Библиотека » Учебная литература » Хрестоматия » Введение в общую психологию » Историческое введение в психологию » Психология поведения (12)

Канадский психолог, известный своими работами по теории социального обучения (или социального когнитивизма).

Американский психолог, один из наиболее известных представителей бихевиоризма. Разрабатывал концепцию инструментального (оперантного) научения. Автор теории программированного обучения.

Американский психолог, основатель бихевиоризма. Известен своей критикой субъективного метода в психологии. Разработал основы классической психологии поведения, не предполагавшей явлений сознания как научного факта.

Теория Джулиана Роттера основана на предположении, что когнитивные (cognitive) факторы способствуют формированию реакции человека на воздействия окружающей среды. Роттер отвергает концепцию классического бихевиоризма, согласно которой поведение формируется непосредственными подкреплениями, безусловно происходящими из окружающей среды, и считает, что основным фактором, определяющим характер деятельности человека, являются его ожидания (expectations )относительно будущего.

Российский физиолог, разработавший учение об условных рефлексах и высшей нервной деятельности, оказавшее огромное влияние на становление американского бихевиоризма. Также известен своими работами в области темперамента.

Американский психолог, один из представителей методологического бихевиоризма. Известен своими исследованиями целевых и когнитивных детерминант поведения, в частности, когнитивных карт.

Джон Бродес Уотсон | Индустрия рекламы

Джон Бродес Уотсон (John Broadus Watson) — американский ученый, психолог, исследователь человеческого поведения, основоположник бихевиоризма (от англ. behavior — поведение) — одной из самых распространенных теорий в психологии XX века. Уотсоном было многое сделано для развития психологии рекламы, поэтому он признается одним из создателей этого направления прикладных исследований.

Джон Уотсон родился в маленьком городке Тревелерс Рест в Южной Калифорнии в очень религиозной семье. В 1894 году он поступил в Южную баптистскую школу при Университете Фермана (Furman University), где проучился пять лет; среди предметов, которые его больше всего интересовали, была психология [28]. В 1900 году, после года преподавания в школе, он с 50 долларами в кармане отправился в Чикаго, где продолжил свое образование. Работая дворником, официантом, лаборантом, он под руководством крупных специалистов Джеймса Эйнджелла (James Rowland Angell, 1869–1949) и Генри Доналдсона (Henry Herbert Donaldson, 1857–1938) блестяще провел исследование и в 1903 году получил степень доктора наук.

Его теоретические выводы и экспериментальные результаты стали основой нового научного направления психологии, получившего название «бихевиоризм». В научных изданиях и популярных лекциях и статьях Уотсон называл бихевиоризм «учением о том, что люди делают». Он продуктивно работал, активно публиковался, редактировал два академических журнала и в 1915 году был выбран президентом Американской психологической ассоциации. Однако в 1920 году личные обстоятельства — громкий развод и женитьба на своей ассистентке — вынудили Уотсона, к тому моменту более десяти лет бывшего профессором и директором психологической лаборатории в Университете Джонса Хопкинса (Johns Hopkins University), оставить науку. В рекламную индустрию он пришел, будучи широко известным в стране и за рубежом ученым, однако ему фактически пришлось начинать свою карьеру заново.

Процесс перехода Уотсона из знакомой ему университетской среды в мир производства и распространения рекламы показывает, сколь значительный интеллектуальный потенциал притягивала к себе в начале 1920-х годов эта новая тогда прикладная область психологии: социальные исследователи уже знали о стремлении лидеров рекламной индустрии понять механизмы воздействия рекламы на сознание и поведение потребителей и об их желании использовать рекомендации науки в целях повышения эффективности бизнеса. Более того, даже опытные и именитые ученые серьезно задумывались о работе в этой исследовательской сфере. Во всяком случае, еще работая в университете, Уотсон в течение ряда лет размышлял о расширении использования своих результатов и выводов, и среди прочих направлений он рассматривал варианты сотрудничества с фирмами, действовавшими непосредственно на потребительском рынке. В частности, им были предприняты шаги по включению в университетскую программу курса «Психология рекламы» [29, p. 207–220]. Уотсон был одним из создателей и активных участников «The Scott Company» — созданного по инициативе Уолтера Скотта исследовательского и консультационного агентства в области прикладной психологии.

В формулировке Уотсона [27 p. X] бихевиоризм был направлением психологии, первейшей задачей которого было предсказание и контроль поведения человека. Причем Уотсон трактовал эти функции науки вполне буквально. Но одно дело — понимать важность прикладной психологии и содействовать ее развитию, находясь при этом в знакомой академической атмосфере, и совсем иное — оставить университет и войти в этот новый чужой мир. Осенью 1920 года стоял перед подобным выбором, и он его сделал. Уотсон не сомневался в том, что найдет работу в бизнес-сообществе, но радости от этого не испытывал. Иначе он не писал бы своему коллеге, известному психиатру Адольфу Мейеру (Adolf Meyer, 1866–1950), что это все же лучше, чем «выращивание цыплят и капусты». Но завершалось письмо словами: «Я перейду в бизнес полностью, с открытым сердцем и сожгу все мосты» [29, p. 211].

Свою новую карьеру Уотсон решил начать в известном нью-йоркском агентстве «J. Walter Thompson» (JWT), возглавляемому тогда классиком этой отрасли Стэнли Ризором (Stanley Barnet Resor, 1879–1962), которому он был представлен своим другом социологом и этнографом Уильямом Томасом (William Isaac Thomas, 1863–1947), в 1930-е годы ставшим известным благодаря проведенному им и Флорианом Знанецки (Florian Znaniecki, 1882–1958) фундаментальному исследованию жизни польских крестьян в Америке. Видимо, фирма просила Уотсона представить дополнительные рекомендательные письма от своих коллег. Одним из тех, кто отозвался на эту просьбу, был Эдвард Титченер, американский ученик В. Вундта, один из создателей структурализма и, что важно заметить, решительный, «ортодоксальный» оппонент бихевиоризма и прикладной психологии [30].

Это показывает, что Ризора и Уотсона сближало общее представление о том, что в основании поведения человека, в частности потребительского поведения, лежат определенные законы, которые могут быть обнаружены на основе концепций и методов бихевиоризма. Другими словами, им представлялся естественным и продуктивным синтез нового психологического учения и «томпсоновской» (или «ризоровской») культуры рекламы. Ризор полагал, что Уотсон возглавит и организует исследования, которые откроют законы поведения людей и позволят влиять на их сознание. Со своей стороны, Уотсон хотел «использовать свои психологические знания и навыки работы для решения проблем, связанных с рынком» [29, p. 212].

Несмотря на все заслуги Уотсона в науке и его международную известность, он прошел все этапы, предусмотренные политикой JWT при приеме сотрудников на постоянную работу, в частности, предоставил рекомендации относительно своей интеллектуальной честности и порядочности. Подобно всем новым сотрудникам JWT, Уотсон осваивал специальный курс — введение в новую профессию [4, p. 85]. Прежде всего ему было предложено изучить на значительной территории рынок резиновой обуви. Он вспоминал: «Я был неопытен и робок, но вскоре я научился нажимать кнопку звонка на дверях домов и останавливать машины фермеров, чтобы узнать, резиновую обувь какой фирмы носит их семья» [31]. В течение десяти недель он посещал небольшие магазины, пытаясь продать там тот вид кофе, которой рекламировался агентством, а затем два месяца работал клерком в одном из универмагов. Все это было частью разработанной Ризором программы подготовки сотрудников фирмы, «университета рекламы». Уотсон писал, что его бизнес-практика показала ограниченность его знания психологии, очень поверхностное представление о рекламной индустрии и незнание привычек и мест расселения широко распространенного вида животных, называемых потребителями. Примечательны его слова: «… теоретически я изучал этот вид животных в течение всей своей жизни, практически же я не знаю, как подойти к нему» [20].

Но все же работа Уотсона в агентстве заключалась не в исследовании психологии потребителя или механизмов воздействия рекламы, а в продвижении новых идей психологии в маркетинговые исследования. Его лекции по бихевиоризму содействовали становлению науки о рекламе, служили своеобразным мостом между существующими теоретическими конструкциями и будущими прикладными исследованиями в психологии.

Вскоре после начала работы в JWT Уотсон стал восприниматься как посол Ризора, который, как президент самой большого в мире рекламного агентства, был постоянно востребован на высокого уровня конференциях. Уотсон по указанию Ризора представлял агентство не только на американских, но и на международных форумах. С этой задачей он справлялся прекрасно. Уотсон был «великолепным докладчиком, производил прекрасное впечатление, был внешне привлекательным, и ему импонировал общественный интерес» [20].

Уотсон уделял крайне мало времени и внимания рутинным исследованиям, проводившимся в агентстве. Он фактически стал апостолом философии Ризора о роли науки в рекламном бизнесе. Один из историков бихевиоризма заметил: «Никто не говорил «Наука! Наука!» громче Уотсона» [32]. В начале 1930-х годов Уотсон отмечал, что психология уже вышла из академических лабораторий и пришла туда, где продаются и покупаются товары; исследования рынка становятся составной частью рекламных кампаний, и создатели реклам открывают свои собственные лаборатории для тестирования реакций потребителей [29, p. 214]. Наукой рекламы, по Уотсону, была психология торговли, и процесс рекламирования становился в той мере научным, в какой он учитывал методы психологии. В своих лекциях он подчеркивал, что «то, что продает реклама, — больше, чем продукт»: она продает идеи, престиж, экономику [29, p. 215].

Газетные статьи Уотсона и его выступления по радио строились таким образом, чтобы предлагать товары не напрямую, а исподволь. К примеру, он объяснял, что кофе повышает эффективность умственной деятельности. Он не предлагал покупать зубную пасту Pebeco, но объяснял функции слюнных желез и связывал их работу с процессом чистки зубов. Слушателям лекций раздавались резюме лекций и образцы пасты.

Известность Уотсона повышала доверие к его выступлениям и помогала фирме находить новых клиентов. В 1924 году он стал вице-президентом JWT.

Ряд специалистов полагает, что непосредственный вклад Уотсона в деятельность агентства был невысоким. По-настоящему ему не удалось соединить принципы психологии и практику рекламы. В JWT рекламные кампании планировались и проводились, прежде всего, усилиями двух выдающихся копирайтеров: женой Стэнли Ризора Хелен Ризор (Helen Lansdown Resor, 1886–1964) и Джеймсом Янгом, стиль которых сложился задолго до прихода Уотсона в агентство. Янг в течение многих лет был вице-президентом JWT, и многие свои наблюдения и обобщения он изложил в книге дневниковых записей, включавших краткие заметки о природе знания о рекламе и о познании природы рекламы. В одном из эссе он писал: «Что может человек, работающий в области психологии личности, привнести в рекламу? Ответ не ясен. Уолтер Дилл Скотт, я полагаю, предпринял первую попытку более двадцати пяти лет назад в своей «Психологии рекламы»; успех был скромным. Позже свой вклад в рекламу пытался внести известный создатель бихевиоризма Джон Уотсон. Но рекламная индустрия приняла Джона, не приняв многого из его психологии» [33]. И все же нельзя не учитывать, что как вице-президент агентства Уотсон успешно руководил рядом многомиллионных рекламных проектов, делавшихся по заказам известных фирм, среди которых были: «Baker’s Chocolate», «Coconut», «Johnson and Johnson Baby Powder», «Pebeco Toothpaste», «Odorono» и «Pond’s Extract».

Главная заслуга Уотсона заключается в распространении прикладной науки на рекламный и другие типы бизнеса. Для этого он использовал свои лекции и активно публиковался в прессе. Однако Уотсон не только демонстрировал возможности психологии в изучении рекламы, он пропагандировал бихевиоризм как новое направление науки. В 1924 году вышло первое издание книги Уотсона «Behaviorism» («Бихевиоризм») [34], содержавшей популярное изложение его научных идей. Книга вышла с посвящением Ризору; очевидно, Уотсон имел веские основания так поступить.

Ризор, безусловно, хорошо знал результаты Гейла, Скотта и других психологов, анализировавших в первые десятилетия ХХ века механизмы восприятия рекламы. Однако, приглашая Уотсона в свое агентство, Ризор преследовал достижение иной, более общей цели: его философия рекламы требовала знания законов поведения человека. То, что делали пионеры изучения рекламы, не давало ответов на его общетеоретические вопросы, ему нужен был иной, более высокий уровень осмысления эффективности рекламы. Судя по всему, Ризор не мог не понимать сложности подобной задачи и ее долгосрочного характера, и первый шаг к ее решению виделся ему в выработке общего знания о рекламе на основе принципов и методов науки, в частности экспериментальной и общей психологии, экономики и социологии. Поэтому он пригласил в свое агентство психолога высочайшего класса Уотсона, а несколько позже — экономиста и исследователя рынка, гарвардского профессора Пола Черингтона.

Если соотносить деятельность Уотсона с теми целями, к которым стремился Ризор, то можно согласиться с теми экспертами, которые признают значимым его вклад в развитие уникальной культуры производства рекламы в JWT. Что касается роли Уотсона в развитии науки о рекламе в целом, то здесь мнения всех специалистов едины: Уотсон по праву относится к основоположникам этого научного направления [20].

Библиография:
  1. Coolsen F. G. The Development of Systematic Instruction in the Principles of Advertising. University of Illinois. The Graduate School. September 17, 1942.
  2. Coolsen F. G. Marketing Thought in the United States in the Late Nineteenth Century. Lubbock, Texas: Tech Press, 1960.
  3. Barnum P. T. The Life of P. T. Barnum Written By Himself. New York: Redfield, 1855.
  4. Fox S. The Mirror Makers: A History of American Advertising and Its Creators. New York: William Morrow and Co., 1984. P. 36.
  5. Bate C. A. Good Advertising. New York: Holmes Pub. Co., 1896.
  6. Bates C. A. The Art and Literature of Business. New York: Bates, 1902.
  7. Calkins E. E., Holden R. Modern Advertising. New York: D. Appleton, 1905.
  8. Calkins E. E. «Louder Please!» Boston: Atlantic Monthly Press, 1924. P. 118.
  9. Lewis E. St.E. Financial Advertising, for Commercial and Savings Banks, Trust, Title Insurance, and Safe Deposit Companies, Investment Houses. Indianapolis: Levey Bros. & Co., 1908.
  10. Dickson T. Mass Media Education in Transition: Preparing for the 21st Century. Contributors. Mahwah, NJ: Lawrence Erlbaum Associates, 2000. P. 36.
  11. Ross B. I., Osborne A. C. Jef I., Richards J. I. Advertising Education, Yesterday — Today — Tomorrow. Baton Rouge, LA: Louisiana State University, 2006.
  12. Электронное письмо Б. Росса Б. Докторову от 16 августа 2007 г.
  13. Ross C. G. The Writing of News: A Handbook with Chapters on Newspaper Correspondence and Copy Reading. New York: H. Holt and Co., 1911.
  14. Chasnoff J. E. Retail Advertising and the Newspaper. Columbia, Mo.: University of Missouri, 1912.
  15. Chasnoff J. E. Selling Newspaper Space: How to Develop Local Advertising. New York: The Ronald Press Co., 1913.
  16. Resor, Stanley Burnet // The National Cyclopedia of American Biography: Vol. 53. New York: James T. White and Co., 1971. P. 86.
  17. Ogilvy D. Ogilvy on Advertising. New York: Vintage Book, P. 192.
  18. Buckle H. T. History of Civilization in England. New York: Appleton and Co., 1883.
  19. Schudson M. Advertising, the Uneasy Persuasion: Its Dubious Impact on American Society. New York: Basic Books, 1984. Р. 169.
  20. Kreshel P. J. John B. Watson at J. Walter Thompson: The Legitimation of «Science» in Advertising // Journal of Advertising. 1990. Vol. 19. № 2.
  21. Strable E. The History of Advertising Libraries and Agency Libraries // SLA Advertising & Marketing Division Bulletins, Fall 1986 — Winter 1988.
  22. Wood J. P. Stanley Resor // The Journal of Marketing. 1961. Vol. 25. № 6. P. 73.
  23. Laurence W. J. Stanly B. Resor 1897–1962 // Pioneers in Marketing / Ed. by J. Wright, P. Dimsdale, Jr. Atlanta, Georgia: Georgia State University, 1974. P. 11.
  24. Advertising Handbook / Ed. by R. Barton. Englewood Cliffs, NJ: Prentice-Hall, Inc., 1950. P. 158.
  25. Cherington P. T. The Consumer Looks At Advertising. New York: Harper & Brothers, 1928.
  26. Ewen S. Captains of Consciousness. New York: McGraw-Hills Book Co., 1976.
  27. Buckley K. W. Mechanical Man. John Broadus Watson and The Beginnings of Behaviorism. New York: The Cuilford Press, 1989. P. 136.
  28. Brewer C. L. Perspectives on John B. Watson // Portraits of Pioneers in Psychology / Ed. by G. A. Kimble, et al. Washington, DC: American Psychological Association, 1991. Ch. 12.
  29. Buckley K. W. The Selling of a Psychologist: John Broadus Watson and the Application of Behavioral Techniques to Advertising // Journal of the History of the Behavioral Sciences. Vol. 18 (July). P. 207–220.
  30. Wozniak R. H. Edward Bradford Titchener: An Outline of Psychology (1896).
  31. Watson, John B (roadus) // Current Biography: Who’s News and Why. New York: The Wilson Co., 1942, P. 870.
  32. Birnbaum L. T. Behaviorism in the 1920s // American Quarterly. 1955. Vol. 7 (Spring). P. 15–30.
  33. Young J. W. The Diary of an Ad Man. Chicago, Ill: Advertising Publications, Inc., 1944. P. 120.
  34. Watson J. B. Behaviorism. New York: People’s Institute Publishing Company, 1924/1925.
  35. Crossley A. Paul Terry Cherington. 1876–1943 // Pioneers In Marketing / Ed. by J. S. Wright, P. D. Dimsdale, Jr. Atlanta: School of Business, Georgia State University, 1974. P. 29–31.
  36. Converse J. M. Survey Research in the United States: Roots and Emergence, 1890–1960. Berkeley, 1987. P. 89.
  37. Cherington P. T. Advertising As A Business Force: A Compilation of Experience Records. New York: Arno Press, 1913.
  38. Cherington P. T. The Elements of Marketing. New York: The Macmillan Co., 1920.
  39. Cherington P. T. Relation Between Colleges and Business // The Journal of Marketing. 1940. Vol. 4. № 2. P. 120–121.
  40. Resor S. Introduction // Cherington P. T. The Consumer Looks at Advertising. New York: Harper & Brothers, 1928. P. X.
  41. Childs H. L. A Reference Guide to the Study of Public Opinion. Princeton: Princeton University Press, 1934. P. 9.
  42. Cherington P. T. People’s Wants and How to Satisfy Them. New York: Harper & Brothers, 1935.
  43. Link H. Some Milestones in Public Opinion Reserarch // Journal of Applied Psychology. 1947. Vol. 31. № 3. P. 225–229.
  44. Cherington P. T. Opinion Polls as the Voice of Democracy // Public Opinion Quarterly. 1940. Vol. 4. № 2. P. 236.
  45. Cherington P. T. Our Freedoms and Our Opinions // Public Opinion Quarterly. 1942. Vol. 6. № 4. P. 617, 621.
  46. Raymond Rubicam // Current Biography: Who’s News and Why. New York: The H. W. Wilson Co. 1943. P. 637–641.
  47. Rubicam R. Foreword // Lewis J. The 100 Greatest Advertisements. Who Wrote Them and What They Did. New York: Dover Publications, Inc., 1959. P. VIII.
  48. Gribbin G. [Interview] // The Art of Writing Advertising. Lincolnwood, Illinois: NTC Business Books, 1965. P. 57–59.
  49. Daniels D. Giants, Pigmies, and Other Advertising People. Chicago: Crain Communications, Inc., 1974. P. 41.
  50. Lewis J. The 100 Greatest Advertisements. New York: Dover Publications, Inc., 1959.
  51. Ohmer S. George Gallup in Hollywood. New York: Columbia University Press, 2006. P. 36.
  52. Herbert E. S. Raymond Rubicam // The Ad Men and Women / Ed. by E. Applegate. Westport, Connecticut: Greenwood Press, 1994. P. 289.
  53. Young J. O. Adventures in Advertising. New York: Harper, 1948.
  54. Allen C. Eisenhower and the Mass Media: Peace, Prosperity, & Prime- Time TV. Chapel Hill, NC: University of North Carolina Press, 1993. P. 16.
  55. Columbia University and the U. S. Intelligence Community.
  56. Письмо С. Лармона президенту Д. Эйзенхауэру от 18 июля 1952 года. Цит. с разрешения Eigen’s Political & Historical Quotations.
  57. Eisinger R M. The Evolution of Presidential Polling. New York: Cambridge University Press, 2003. P. 85.

Механизм возникновения фобии. Эксперимент «Маленький Альберт»

На многие вопросы в прошлом столетии пыталась дать ответы психология, в том числе и на вопрос о том, возможно ли формирование у человека условных рефлексов? Concepture публикует статью о печально известном эксперименте «Маленький Альберт».

Горе-философ

Начало XX века – эпоха научного эксперимента и бурного развития психологии и, в частности, бихевиоризма как одного из первых направлений молодой научной дисциплины. Изучение поведения – вот методологическая основа бихевиоризма, и справедливости ради стоит заметить, что не все эксперименты начала прошлого века (да и не только начала) были в строгом смысле этого слова «научными». Многие исследователи нагло подделывали результаты или же несильно заботились о точности проведения исследования.

Одним из таких неудачных в исторической перспективе и знаковых экспериментов (наверное, даже сенсационных) был абсолютно неэтичный с современной точки зрения эксперимент, проведенный американским бихевиористом Джоном Бродесом Уотсоном и его аспиранткой Розали Рейнер в 1920 году.

Как у любого значимого для истории события, у эксперимента имеются предпосылки. Началось все с кардинальной смены интересов Уотсона. В определенный момент ему надоедает философия, которую он активно изучал под руководством небезызвестного Джона Дьюи в Чикагском университете.

И вот, будущий психолог решает сменить научного руководителя, занявшись изучением физиологии и психологии вместе с Жакобом Лебом. Этот опыт в последующем сильно повлияет на отца-основателя бихевиоризма и станет главным фактором, сподвигнувшим Уотсона на разработку метода, ориентированного на исключительно объективное исследование поведения.

В 1903 году Уотсон защищает свою первую докторскую и становится весьма известной фигурой в научных кругах. Ну а каких-то 10 лет спустя он читает свою знаменитую лекцию (скорее манифест, так как лекцией это трудно назвать) «Психология с точки зрения бихевиоризма». Затем следуют долгие 7 лет планомерной работы по формированию теоретической основы бихевиоризма, приведший Уотсона к судьбоносному эксперименту, кардинально изменившему жизнь психолога.

Молот для «Альберта Б.»

Испытуемым выступал девятимесячный сирота под псевдонимом «Альберт Б.», взятый из приюта специально для проведения эксперимента. Главной целью исследования было доказать, что у человека возможно возникновение и формирование условных рефлексов, ранее не существовавших, и понять механизм возникновения фобии.

Проводился эксперимент следующим образом: в течении двух месяцев в спальне мальчику каждый день поочередно демонстрировали белую крысу, хлопковую вату, белого кролика, классическую маску Санта Клауса (и несколько других), горящие газеты. Мальчик, по мнению экспериментаторов, реагировал на них адекватно, не проявляя признаков страха.

Вторая часть эксперимента проходила в комнате для игр, где целую неделю малышу давали играть с белой крысой и другими предметами, чтобы дать мальчику привыкнуть к ним. Естественно, Альберт снова не проявил никаких признаков страха.

Затем Уотсон подвесил в комнате метровую металлическую пластину позади ребенка так, чтобы он ее не видел, и бил в нее молотом каждый раз, когда мальчик прикасался к крысе. В итоге мальчик стал бояться прикосновений к крысе. Первая фаза исследования завершилась именно так, как того хотел ученый – условный рефлекс был сформирован.

Потом была взята пауза на пять дней. Альберт снова оказался у экспериментаторов. Они проверили его реакцию: обычные игрушки не вызывали негативной реакции. Крыса же всё еще пугала малыша. Теперь нужно было проверить – случился ли перенос реакции страха на других животных и похожие предметы. Выяснилось, что ребенок действительно боится кролика (сильно), собаки (слабо), мехового пальто, хлопковой пряжи (минимально), шевелюры исследователя, маски Санта-Клауса.

На основании проведенного эксперимента Джон Уотсон сделал вывод о наличии генерализации страха у испытуемого. Другими словами, маленький Альберт после того, как у него выработали боязнь к крысе, стал испытывать страх относительно всех внешне похожих предметов.

Данный феномен в бихевиоризме получил название «перенос». Как итог, Джон Уотсон выдвинул предположение, что большинство страхов, фобий, антипатий, депрессий и разного рода тревожных состояний формируются еще в глубоком детстве.

Эксперимент, который изменил всё

Уотсон торжествовал, исследование удалось, сделаны сенсационные выводы, но, как ни странно, это было начало конца бихевиоризма и на то имелись веские причины, на которые уже были намеки в начале статьи.

Во-первых, последующая «обработка» результатов эксперимента показала, что в методологическом плане у исследования были большущие проблемы. Оказалось, Уотсон время от времени «подкреплял» реакции страха на втором этапе и мешал ребенку включать компенсаторные механизмы (Альберт сосал палец и успокаивался, Уотсон вытаскивал палец изо рта).

Во-вторых, дальнейшая судьба Альберта осталась неизвестной – как и долгосрочный эффект «закрепления» страха. И только лишь недавно стало известна судьба Альберта. Оказалось, что он (вопреки заверениям Уотсона и Рейнер) страдал гидроцефалией и умер спустя несколько лет после эксперимента. Думаю, понятно, насколько (!) вскрывшиеся подробности меняют общую картину исследования.

В-третьих, в дальнейшем повторить эксперимент не удалось никому. В том числе и самому Уотсону: через шесть месяцев после публикации ему пришлось покинуть университет Джона Хопкинса в связи с этическим скандалом. Правда, никого не волновала судьба малыша – роман женатого Уотсона с аспиранткой возмутил общество гораздо сильнее. В конце концов, психологу пришлось уйти в рекламу.

Дж. Уотсон — Бихевиоризм

Дж. Уотсон

Биография

Уотсон (Watson) Джон Броадус (1878-1958) — американский психолог, основатель бихевиоризма. Образование получил в Чикагском университете. Ученик Дж. Энджелла и Дж. Дьюи. В 1903 г. защитил докторскую диссертацию о связи между уровнем развития центральной нервной системы и сложностью поведения белых крыс. С 1908 по 1920 г. — профессор и заведующий психологической лабораторией Университета Джона Хопкинса, вел там курсы сравнительной и экспериментальной психологии. Президент Американской психологической ассоциации (1915). В 1920 г. перешел на работу в рекламное агентство. В период между 1920 и 1930 гг. вел курс бихевиоризма в Новой школе социальных исследований в Нью-Йорке.

Исследования.

Видео YouTube


Автор программной статьи нового направления «Психология с точки зрения бихевиориста» (1913). В противовес интроспективной психологии, которую критиковал за субъективизм и практическую бесполезность, предложил опираться исключительно на объективные методы, требования к которым были разработаны в естественных науках. Этот тезис был основан на философии позитивизма и прагматизма. В качестве предмета психологии понимал поведение человека от рождения до смерти, трактуя его очень широко (включая выделения желез в ответ на реакцию). Все поведенческие реакции являются приобретенными или наследственными, а также внутренними или внешними. При этом считал, что число врожденных реакций невелико, и практически все поведение является результатом обучения. Поэтому основная задача усматривалась им в том, чтобы изучить процесс научения, или формирования в течение жизни новых реакций, предсказывать поведение и контролировать его. Разрабатывал гипотезу, в соответствии с которой формирование навыков происходит на основе принципа обусловливания, причем осуществляется этот процесс методом проб и ошибок, и поэтому он неуправляем. Терапия. На основе своей теории психического развивал методы поведенческой психотерапии. Классическими являются его эксперименты на основе метода выработки условного рефлекса, проведенные совместно с Р. Рейнер, по формированию, генерализации и угашению фобии у шестимесячного Альберта. Этот ребенок начал бояться белых лабораторных крыс только после того, как их показ стал сопровождаться резким звуком. Затем его условный рефлекс страха распространился на все предметы, имеющие белый мех (в частности, на кроликов). В дальнейших исследованиях, проведенных М. К. Джойс, было показано, что подобные страхи детей могут быть угашены на основе положительного подкрепления.

подробнее:https://psy.wikireading.ru/4269

Терапия отвращения | Simply Psychology

  1. Бихевиоризм
  2. Классическое кондиционирование
  3. Терапия отвращения

Доктор Сол МакЛеод, опубликовано 4 марта 2021 г.


Терапия отвращения — это метод поведенческой терапии, направленный на снижение нежелательного поведения.

Терапия отвращения работает путем сочетания стимула, который может вызвать девиантное поведение (например, ахолический напиток или сигарета), с некоторой формой неприятного (отталкивающего) стимула, например, электрическим шоу или вызывающим тошноту лекарством.При повторных предъявлении два стимула становятся связанными, и у человека развивается отвращение к стимулам, которые изначально вызвали отклоняющееся поведение.

Аверсионная терапия основана на классическом кондиционировании. Согласно теории обучения, два стимула становятся связанными, когда они часто встречаются вместе (спаривание). Например, при зависимости наркотик, алкоголь или поведение, связанное с азартными играми, ассоциируются с удовольствием и сильным возбуждением.

Терапия отвращения использует тот же принцип, но изменяет ассоциации и заменяет удовольствие неприятным состоянием (контркондиционирование).


Алкогольная зависимость

Отвращающая терапия в течение многих лет эффективно использовалась при лечении алкоголизма (Davidson, 1974; Элкинс, 1991; Стритон и Уилан, 2001).

Пациентам вводят аверсивное лекарство, вызывающее рвоту. У них начинается тошнота, в этот момент им дают напиток с сильным запахом алкоголя, они почти сразу начинают рвать. Лечение повторяют с более высокой дозой препарата.

Другое лечение включает использование дисульфирама (например,грамм. Антабус). Этот препарат нарушает метаболизм алкоголя. Обычно спирт распадается на ацетальдегид, а затем на уксусную кислоту (уксус).

Дисульфирам предотвращает возникновение второй стадии, приводящей к очень высокому уровню ацетальдегида, который является основным компонентом похмелья. Это приводит к сильной пульсирующей головной боли, учащенному сердцебиению, сердцебиению, тошноте и рвоте.


Пристрастие к азартным играм

При поведенческой зависимости, такой как отвращение к азартным играм, терапия предполагает ассоциирование таких стимулов и поведения с очень неприятным безусловным стимулом, таким как электрический шок.Эти удары болезненны, но не причиняют вреда.

Игрок создает карточки-подсказки с ключевыми фразами, которые он ассоциирует со своей игрой, а затем аналогичные карточки для нейтральных утверждений.

Читая заявления, они применяют двухсекундный электрический шок для каждого заявления, связанного с азартными играми. Пациент сам устанавливает интенсивность шока, чтобы он был болезненным, но мучительным.

Таким образом, клиент учится связывать нежелательное поведение с поражением электрическим током, и между нежелательным поведением и рефлекторной реакцией на удар электрическим током формируется связь.


Критическая оценка

Существуют этические проблемы, связанные с использованием отвращающей терапии, такие как физический вред (рвота может привести к электролитному дисбалансу) и потеря достоинства, по этой причине скрытая сенсибилизация теперь предпочтительнее отвращающей терапии.

Соблюдение режима лечения низкое из-за неприятного характера используемых раздражителей, например, вызвать сильную рвоту.

Помимо этических соображений, есть еще две проблемы, связанные с использованием терапии отвращения.

Во-первых, не очень ясно, как шок или наркотики имеют свои эффекты. Может случиться так, что они делают ранее привлекательный стимул (например, вид / запах / вкус алкоголя) отвращающим, или они могут подавлять (то есть уменьшать) поведение при употреблении алкоголя.

Во-вторых, есть сомнения в долгосрочной эффективности аверсионной терапии. Это может иметь драматические последствия в кабинете терапевта. Однако во внешнем мире он часто менее эффективен, когда не принимались вызывающие тошноту лекарства и очевидно, что шоковые воздействия не производятся.

Кроме того, очень высока частота рецидивов — успех терапии зависит от того, сможет ли пациент избежать стимула, против которого он был обусловлен.

Вдали от контролируемой среды, где формируются ассоциации между поведением / наркотиками и неприятными стимулами, пристрастия часто возвращаются.

Chesser (1976) обнаружил, что с помощью терапии отвращения 50% алкоголиков воздерживались как минимум в течение года и что лечение было более успешным, чем отсутствие лечения.Это поддерживает эффективность вмешательств, основанных на классическом кондиционировании.

Однако Hajek и Stead (2013) проанализировали 25 исследований эффективности терапии отвращением и обнаружили, что все, кроме одного, имели значительные методологические недостатки, что означает, что к их результатам следует относиться с осторожностью.

Поведенческая терапия в основном используется в сочетании с другими методами лечения [(КПТ) или биологическими (лекарственные препараты)], поэтому оценить их эффективность сложно.

Поведенческие вмешательства сосредоточены на поведении, но не устраняют основную причину зависимости, такую ​​как биологические факторы, когнитивные предубеждения или социальная среда (т.е. то, что в первую очередь приводит их к аддиктивному поведению) более целостный подход может быть более эффективным для достижения длительного улучшения.
Ссылки на стиль APA

Чессер, Э. С. (1976). Поведенческая терапия: последние тенденции и современная практика. Британский журнал психиатрии, 129 (4), 289-307.

Дэвидсон, В. С. (1974). Исследования аверсивной обусловленности для алкоголиков: критический обзор теории и методологии исследования. Психологический бюллетень, 81 (9), 571.

Элкинс, Р. Л. (1991). Оценка методов химической отвращения (рвотной терапии) к лечению алкоголизма. Исследование поведения и терапия, 29 (5), 387-413.

Хайек, П., Стед, Л. Ф., Уэст, Р., Джарвис, М., Хартманн-Бойс, Дж., И Ланкастер, Т. (2013). Меры профилактики рецидивов для отказа от курения. Кокрановская база данных систематических обзоров , (8).

Стритон, К. и Уилан, Г.(2001). Налтрексон, поддерживающее лечение алкогольной зависимости для профилактики рецидивов: метаанализ рандомизированных контролируемых исследований. Алкоголь и алкоголизм, 36 (6), 544-552.

Как ссылаться на эту статью:
Как ссылаться на эту статью:

McLeod, S. A. (2021, 4 марта). Терапия отвращения . Получено https://www.simplypsychology.org/aversion-therapy.html

сообщить об этом объявлении

(PDF) Уильям Джеймс и Б.Ф. Скиннер: Бихевиоризм, подкрепление и интерес.

Уильям Джеймс и? .F. Скиннер: бихевиоризм, подкрепление и интерес

Более поздняя работа Скиннера менее существенна? слабость заключается в его попытках применить очень предварительную и конкретную формулировку к объяснению быстро описанных явлений

. Это предлагает сравнение с превосходными описаниями Джеймса; Я попытался передать

их колорит, включив отрывки, но для реального понимания необходимо прочитать

его работы.

Сравнивая Джеймса и Скиннера дальше, я предполагаю, что «анализ» Скиннера часто сводится к простому переводу на язык условных обозначений. Его сильная уверенность в том, что «подкрепить

непредвиденных обстоятельств» — почти литературный прием; применение термина

ко многим событиям, которые могут действовать как таковые, является большим упрощением. Я отмечаю, что Джеймс мог бы использовать слово

«интерес» аналогичным образом, но он признал недостатки такого подхода

.

Слово «подкрепление» часто используется как признание незнания

как рассматриваемого поведения, так и его предшественников. Лечение Скиннера успешным в

, имеющем дело с широким кругом явлений, только в том случае, если человек остается терпеливым с его очень бесцеремонным лечением ключевых понятий

. Если правильное определение подкрепления требует знания

всей истории рассматриваемого вида и конкретного человека, то учет

, основанный на подкреплении, мало поможет.«Непредвиденные обстоятельства подкрепления»

могут помочь в формулировании проблем; концепция ничего не объясняет, если только

мы не сможем лучше понять, что мы имеем в виду, когда мы ее используем.

ССЫЛКИ

Byrd, L.D. Реакция кошки, поддерживаемая при независимом от реакции электрошоке, и реакция

приводила к поражению электрическим током. Журнал экспериментального анализа поведения, 1969, 12, 1-10.

Хомский, Н. Обзор Б.Ф. Скиннера, Вербальное поведение.Язык, 1959, 35, 26-58.

Ферстер, К.Б. и Скиннер, Б.Ф. Графики армирования. Нью-Йорк: Appleton-Century-Crofts, 1957.

Greenwald, A.G. Механизмы сенсорной обратной связи в управлении производительностью: со специальной ссылкой на идеомоторный механизм

. Психологическое обозрение, 1970, 77, 73-99.

Гатри, Э.Р. Психология обучения. Нью-Йорк: Харпер, 1953.

Hull, C.L. Принципы поведения. Нью-Йорк: Appleton-Century, 1943.

Джеймс У.Принципы психологии. Нью-Йорк: Холт, 1890.

Джеймс У. Очерки радикального эмпиризма. Нью-Йорк: Лонгманс, Грин и Ко., 1912.

Кантор, Дж. Р. Анализ экспериментального анализа поведения (TEAB). Journal of the Experimental

Анализ поведения, 1970, 13, 101-108.

Kimble, G.A. и Perlmutter, L.C. Проблема воли. Психологическое обозрение, 1970, 77, 361-384.

Кох С. Психология и возникающие концепции знания как унитарного.В Ванне Т. (Ред.), Be

Гавиоризм и феноменология — Противопоставление основ современной психологии. Чикаго: Chicago Univ.

Press, 1964.

Квале С. и Греннесс К. Скиннер и Сартр: К радикальной феноменологии поведения? Обзор

Экзистенциальная психология, 1967,7, 128-150.

MacCorquodale, K. Об обзоре словесного поведения Скиннера Хомским. Journal of the Experimental

Анализ поведения, 1970, 13, 83-99.

Мэлоун, Дж.К., младший. Специфические для стимула эффекты контраста во время обучения оперативной дискриминации. Журнал

Experimental Analysis of Behavior, 1975, в печати.

Мэлоун, Дж. К. Мл. И Стаддон, Дж. Э. Р. Эффекты контраста в сохраненных градиентах обобщения. Journal ofthe

Experimental Analysis of Behavior, 1973, 19, 167-179.

Премак Д. К эмпирическим законам поведения: 1. Положительное подкрепление. Психологическое обозрение, 1959,66,

219-233.

Рейнольдс, Г.С. Поведенческий контраст. Журнал экспериментального анализа поведения, 1961, 4, 57-71.

Сеченов, И.М. Рефлексы головного мозга (СПб., 1863) Транс, как «Рефлексы головного мозга»

А.А. Субкова в И.М.Сеченов, Избранные произведения. Москва и Ленинградское государственное издательство

Биологическая и медицинская литература, 1935 г. о.jstor.org/terms

Бихевиоризм (электронная книга, 2017 г.) [WorldCat.org]

Аннотация:

«Уотсон был отцом бихевиоризма. Его ныне почитаемые лекции по этой теме определили бихевиоризм как естественную науку, которая рассматривает всю область адаптации человека как свою собственную. Задача бихевиористской психологии — предсказывать и контролировать человеческую деятельность. имеет своей целью иметь возможность, учитывая стимул, предсказать реакцию или увидеть реакцию, чтобы узнать стимул, который ее вызвал.Уотсон утверждал, что психология так же хороша, как и ее наблюдения: что организм делает или говорит в общей среде. Уотсон определил «законы» обучения, включая частоту и новизну. Кимбл совершенно ясно дает понять, что бихевиоризм Уотсона, будучи глубоко обязан Ивану Павлову, вышел за рамки русского мастера в его трактовке познания, языка и эмоций. Становится ясно, что бихевиоризм — это совсем не редукционистская карикатура, которую часто изображают в критической литературе.Уже по одной этой причине работа заслуживает широкого прочтения. Бихевиоризм, как это было типично для психологии того времени, предлагал широкий спектр приложений, и все они, можно сказать, относились к просвещенной стороне книги. Во время неоднозначных сообщений Уотсон выступал против избиения и жестокого обращения с детьми, за образцы просвещенных методов управления фабрикой, а также за исцеление больных и изоляцию небольшой группы преступников, не подлежащих исправлению. И, предвосхищая Томаса Саса, он выступал против доктрины исключительно психических заболеваний и за тщательное изучение поведенческих заболеваний и расстройств.Блестящее введение Кимбла в Ватсона заканчивается вызовом субъективизму, чтобы предоставить доказательства того, что бихевиоризм Ватсона не может объяснить человеческие действия без интроспективных представлений о разуме. Эта подлинная классика социальных наук в нашем веке остается актуальной не только для проведения психологических исследований, но и для исследований в области философии науки и социологии знания ». — Предоставлено издателем.

Преднамеренное поведение — 1-е издание

«Ни одна дисциплина не может полностью учитывать сложности, определяющие выбор потребителя.В своей новой книге Intentional Behaviorism: Philosophical Foundations of Economic Psychology Гордон Фоксолл мастерски устраняет разрыв между различными дисциплинарными предметами и школами мысли, предлагая междисциплинарный подход и философский анализ сложностей экономического и социального поведения. Эта всеобъемлющая и информативная книга значительно продвигает эту область и является обязательной книгой для профессионалов в этой области », — Мирелла Яни-де-Сориано, читатель, Кардиффский университет, Великобритания.

«Гордон Фоксолл более трех десятилетий проводит программу эмпирических исследований потребительской поведенческой и экономической психологии, а также принятия решений и выбора потребителями. В своем нынешнем и наиболее новаторском подходе к психологическому объяснению действия Фоксолл представляет концепцию Януса. -переменные как средство связи экстенсиональных и интенциональных переменных при сохранении их индивидуальных сфер применимости: гениальное устройство, которое окупит серьезное внимание ученых-бихевиористов и философов.Он демонстрирует широкий спектр знаний и успешно объединяет поистине междисциплинарные исследования, используя замечательное использование философских рассуждений, чтобы предложить объяснение экономического поведения и многое другое ». — Пол М. В. Хакетт, почетный научный сотрудник, факультет философии, университет из Дарема, Дарем, Великобритания, и профессор этнографии, Школа коммуникации, EMERSON COLLEGE, Бостон, США

«Гордон Фоксолл начинает свою тщательно аргументированную и убедительную работу с наблюдения за экономической деятельностью -« распределением ограниченных ресурсов между конкурирующими целями »(стр.7) — применимо ко всем видам деятельности, которые обычно не считаются экономическими. Он отмечает, что социальное, политическое и даже романтическое поведение (и давайте добавим много животных, не относящихся к человеку) можно с пользой рассматривать в рамках этой широкой экономической перспективы. И действительно, «полезный» — это ключевое слово здесь, поскольку Фоксолл строит исследовательскую основу для экономического поведения, которая опирается на две философии психологии, которые традиционно считаются несовместимыми. Но, по мнению Фоксолла, радикальный бихевиоризм не был вытеснен когнитивизмом (особенно когнитивизмом с намеренной позицией) в войне куновских парадигм.Скорее, столкновение между этими двумя сторонами может быть связано с продуктивными инновациями — научным согласованием, а не разрушительным соревнованием. Используя именно это взаимодействие между этими двумя могущественными основаниями, Фоксолл выводит оригинальную методологию для области эмпирической науки о поведении, призванную сделать экономическое поведение более понятным. Эта книга является достойным усилий к этому неоспоримо важной задачей «. — Линда A.W. Бракел, доктор медицинских наук, доцент (адъюнкт), кафедра психиатрии, Университет штата Мичиган.

«Книга профессора Фоксолла о намеренном бихевиоризме амбициозна; побуждает бихевиористов и когнитивистов ценить философскую точку зрения друг друга как метод дальнейшего продвижения в экономической психологии. Одним из важных исследований в этом направлении было выявление как сильных сторон, так и ограничений мейнстрима. анализ поведения (или радикальный бихевиоризм, как его изображают Скиннер и его последователи), когда речь идет о сложном поведении, которое находится под влиянием многих случайностей, которые не поддаются экспериментальному анализу.В этом отношении Фоксолл создал преднамеренный бихевиоризм; инструмент критического толкования, который дает исследователю несколько концептуальных уровней в работе со сложностями потребительского выбора, от экстенсионального до преднамеренного », — Валдимар Сигурдссон, профессор Центра исследований в области маркетинга и психологии потребителей Рейкьявикского университета.

«Впечатляющее интеллектуальное усилие, которое исследует границы бихевиоризма, социально-когнитивной психологии и нейробиологии в объяснении сложного человеческого поведения и предлагает интегративную структуру, которая раскрывает их уникальный вклад.Материал великолепно написан, тщательно представляя исторический контекст, философские основы и последние разработки, связанные с каждым подходом. Обязательный к прочтению любой ученый в области поведенческих наук », — Хорхе М. Оливейра-Кастро, профессор Института психологии Университета Бразилии,

«Если вы ищете объяснительный подход в экономической психологии, эта книга — исчерпывающий отчет. Я рекомендую эту книгу, потому что она новаторская, и на рынке нет другой, которая отражает эту попытку описать современное экономическое поведение с философской глубиной. .Предложение о согласовании когнитивного и поведенческого подходов элегантно. В главе 8, где автор представляет стратегию исследования намеренного бихевиоризма, подробно описывается, как использовать программу исследования с этой целью. Три этапа — теоретический минимализм, преднамеренная интерпретация и когнитивная интерпретация — хорошо объяснены и являются важной частью книги «. — Рафаэль Баррейрос Порто, доцент кафедры менеджмента, Университет Бразилиа

г.Ф. Скиннер, 86 лет, бихевиорист и писатель, умер

Б. Ф. Скиннер, один из самых влиятельных и противоречивых психологов 20-го века, умер в субботу от лейкемии в больнице недалеко от своего дома в Кембридже, штат Массачусетс. Ему было 86 лет.

Декан современных бихевиористов Бурхус Фредерик Скиннер — Фред для своих друзей — представил в этом месяце в Бостоне на съезде 20 000 психологов со всего мира свой последний доклад, защищающий его поведенческие теории. Он до конца утверждал, что поведение определяется окружением человека и что «свобода воли» практически отсутствует или отсутствует.

«Я пишу доклад, в котором резюмирую суть психологии и атакую ​​когнитивных психологов», — сказал Скиннер Associated Press незадолго до съезда. «Когнитивным психологам это не понравится, но меня это совершенно не беспокоит.

«Я умру через несколько месяцев», — добавил он со смехом. «Но это не дало мне ни малейшего беспокойства, беспокойства или чего-то подобного; Я всегда знал, что умру ».

Среди широкой публики Б. Ф. Скиннер был, пожалуй, менее известен как одно из великих психологов, чем как человек, научивший голубей играть в настольный теннис и управляя ракетами — практическое применение его теорий обусловливания, — и как изобретатель механический детский тендер, в котором его собственная дочь жила 2,5 года, и ящик Скиннера, используемый в поведенческих исследованиях.Он был автором как художественной, так и научно-технической литературы, в которых изложил свои противоречивые взгляды ясной и убедительной прозой.

Из примерно 16 книг, носящих имя Скиннера, включая трехтомную автобиографию, возможно, двумя самыми известными были его утопический роман «Уолден-два» и «За пределами свободы и достоинства», научно-популярный бестселлер, в котором он выступал за отказ от личности. свобода и достоинство в пользу контроля над человеческим поведением для построения мира, свободного от войн, загрязнения и других социальных зол.

Он также первым изобрел обучающие машины, продемонстрировав свою первую в 1954 году, и программировал обучение.

Скиннер, почетный профессор психологии и социальных отношений в Гарварде, положил начало экспериментальному анализу поведения, в ходе которого поведение организма изучалось в контролируемой лабораторной среде.

В своей теории оперантного обусловливания Скиннер считал, что поведением можно управлять путем умелого, систематического использования вознаграждений — или положительных подкреплений — для поощрения желаемых реакций.Другими словами, можно манипулировать окружающей средой, чтобы добиться желаемого поведения.

Скиннер сформулировал свои теории после изучения крыс и голубей, но он утверждал, что эти законы поведения применимы ко всем организмам, включая человека. Он также не колебался распространять эти теории на другие области, включая лингвистику в «Вербальном поведении» (1957), преподавание в «Технологии обучения» (1968) и, наконец, на культуру в «За пределами свободы и достоинства» (1971).

Его отрицание свободы воли и его защита поведенческой инженерии возмущали религиозных лидеров и других людей как внутри психологии, так и за ее пределами.Его критиков не успокоило его наблюдение: «Организмом, за поведением которого я наблюдал наиболее пристально, был я сам».

Критики, включая Артура Кестлера и Джозефа Вуда Крачча, отвергли его как «крысиного психолога» или, что еще хуже, тоталитаризма. Один критик сказал, что Скиннер сбивал с толку людей и голубей. Крутч обвинил Скиннера в бесчеловечности людей, «обуславливая их совершенной добродетелью».

Скиннер считал, что эти критики и даже некоторые из его друзей глубоко неверно поняли его идеи.Он утверждал, что не хочет контролировать людей. По его словам, он использовал слово «контроль», как астроном, говоря об управлении одной планетой над другой.

«Людей контролировала их физическая и социальная среда, но это не означало, что какой-либо человек должен их контролировать», — писал он в третьем томе своей автобиографии «Вопрос последствий».

Скиннер, по мнению общества, напротив, не выступал за наказание. Фактически, ему это не нравилось, и он считал это неэффективным методом контроля, потому что наказанный не столько пытается изменить свое поведение, сколько пытается избежать наказания.Скиннер считал, что положительное подкрепление или вознаграждение будет работать лучше и с меньшим количеством неприятных побочных эффектов.

Хотя Скиннер мог критиковать себя — однажды заметил: «Я не восхищаюсь собой как личностью. Мои успехи не перевешивают мои недостатки »- критика в адрес его теорий обеспокоила его до такой степени, что в конце концов он больше не мог их читать. И во время споров, охвативших его после публикации« По ту сторону свободы и достоинства », он страдал ангиной.

Но к 1980-м годам Скиннер, к тому времени хрупкий и похожий на птицу, казалось, вызывал больше благоговения, трепета и даже привязанности, чем раздоров среди коллег-психологов. Они аплодировали ему стоя после его выступлений, в которых иногда критиковались некоторые из них, в Американской психологической ассоциации. условности. Иногда его осаждали ищущие автографы и фанаты в сценах, больше напоминающих премьеру фильма, чем профессиональную встречу. На съезде в этом месяце Американская психологическая ассоциация.дал ему пожизненное цитирование вклада.

Но великий старик бихевиоризма не был доволен тенденциями, которые он видел в психологии. В последние годы жизни Скиннера влияние когнитивной психологии с ее упором на сознание возрастало. Скиннер назвал когнитивную психологию отступлением к древним объяснениям человеческого поведения, любви, воли, чувств и состояний ума.

Он жаловался на «заметное послабление» в использовании научных принципов. «В психологии не происходило ничего важного, — сказал он.«В отрыве от бихевиоризма. . . он отказывался от претензий на то, чтобы быть наукой »

Возможно, лучше всего Скиннера, как в профессиональном, так и в личном плане, можно было охарактеризовать как цитату, сопровождавшую награду Американской психологической ассоциации за выдающийся научный вклад, которая была вручена ему в 1958 году. большой объективностью в научных вопросах и теплотой и энтузиазмом в личных контактах ».

Скиннер родился 20 марта 1904 года в железнодорожном городе Саскуэханна, штат Пенсильвания., юристу Уильяму Артуру Скиннеру и Грейс Беррхус Скиннер, девичья фамилия которой стала необычным именем ее сына. По поводу этого Скиннер заметил: «Это всегда было неприятно: это нужно подробно изложить и объяснить». Итак, для своих друзей он был Фредом.

Он описал свое детство как «теплое и стабильное». Он написал, что никогда не был наказан отцом и только однажды матерью, которая, когда он использовал плохое слово, полоскала ему рот с мылом.

Мальчиком Скиннер был заинтригован механикой и гаджетами, и он построил все, от управляемых саней и плотов до паровой пушки, которая стреляла бы картофельными и морковными пробками по соседским домам.Однако ему не удалось создать вечный двигатель и планер, на котором он мог бы летать.

Во время учебы в средней школе он занимался разнообразной работой — от сбора телефонных счетов и продажи обуви до игры на саксофоне в джаз-оркестре и написания статей для местной газеты, где он написал несколько рекламных объявлений, написал воспоминания о городе и иногда освещал собрания или встречи. концерт.

Он начал писать рассказы и стихи в раннем возрасте, и первоначальным стремлением молодежи, которая станет гигантом поведенческой психологии, была литературная карьера.Когда он поступил в Гамильтон-колледж в Клинтоне, штат Нью-Йорк, он специализировался на английском языке и сотрудничал с литературными и юмористическими журналами кампуса.

После окончания колледжа в 1926 году Скиннер решил посвятить год написанию художественной литературы и вскоре «обнаружил печальный факт, что мне нечего сказать».

В течение того «темного года» он блуждал в поисках профессии и прочитал серию журнальных статей философа Бертрана Рассела, которые частично касались бихевиоризма Джона Б. Уотсона.

В 1913 году Уотсон, восстав против самоанализа и спекуляций в психологии, призвал превратить ее в науку о поведении, а не на изучение разума. Поведение человека следует изучать путем внешнего наблюдения и измерения, как и поведение других животных.

Забудьте о человеческом разуме, сказал Ватсон. Даже если бы он существовал, его нельзя было бы объективно изучить путем наблюдения и измерения, как поведение. Проблема Уотсона привела к глубокому психологическому расколу между бихевиористами и менталистами.

Когда годы спустя Скиннер сказал Расселу, что его статьи обратили его в бихевиоризм, философ ответил: «Боже мой, я думал, это разрушило бихевиоризм».

Журнальная статья 1927 года, в которой Г. Уэллс хвалил Ивана Павлова, отца классической или павловской обусловленности, а не драматурга Джорджа Бернарда Шоу, подтвердила решение Скиннера отказаться от литературы в пользу психологии.

Приняв это решение, он несколько месяцев с удовольствием изучал богемную жизнь в Гринвич-Виллидж, прежде чем поступить в Гарвардский университет в качестве аспиранта-психолога осенью 1928 года.

И в Гарварде положительное подкрепление для его обращения, казалось, исходило не столько от того, что он изучал в классе, сколько от его работы в механическом цехе, где исследователи психологии изготавливали большую часть своего собственного оборудования.

«Магазин был центром моей деятельности», — писал он позже.

Одним из результатов был ящик Скиннера, в котором лабораторное животное было тщательно запечатано, чтобы случайные стимулы не испортили эксперимент. В этой контролируемой среде Скиннер мог наблюдать и записывать модели поведения животного с различными последствиями.Коробка Скиннера была более сложным потомком коробки-головоломки Эдварда Ли Торндайка, в которой последний изучал поведение кошек.

В конце концов, однако, он пришел к выводу, что ранние бихевиористы были слишком упрощены в своем мышлении. Кондиционирование было более сложным и тонким, чем их простой цикл стимул-реакция.

Скиннеру была присвоена докторская степень. из Гарварда в 1931 году, но не раньше, чем его необычная докторская диссертация была отклонена председателем его комитета.Вместо того чтобы изменить тезис, Скиннер повторно представил его новому комитету, который одобрил его. (По иронии судьбы, 27 лет спустя Скиннер сменил этого неодобрительного председателя на посту профессора психологии Гарварда Эдгара Пирса.)

Эта диссертация легла в основу книги Скиннера «Поведение организмов: экспериментальный анализ», опубликованной в 1938 году.

После Получив докторскую степень, Скиннер проработал еще пять лет в Гарварде, где продолжил свои исследования на животных. Скиннер работал сначала с крысами, а затем с голубями, у которых продолжительность жизни была намного выше.

В 1936 году он принял преподавательскую должность в Университете Миннесоты и 1 ноября того же года женился на Ивонн Блю. У пары было две дочери: Джули, ныне психолог, и Дебора, художница.

Когда Скиннеры решили завести второго ребенка, миссис Скиннер сказала, что она больше всего боялась первого или двух лет его младенчества.

Чтобы упростить уход за младенцем, ее муж изобрел детскую игрушку, замкнутое жилое пространство размером с колыбель со звукопоглощающими стенами и большим иллюминатором, через которое ребенок мог наблюдать за окружающим миром и наблюдать за ним.Через него циркулировал влажный, теплый, фильтрованный воздух, так что ребенку не нужно было носить одежду и одеяла. Он оснастил его специальными игрушками, и Дебору часто вывозили для объятий и игр в течение двух с половиной лет, которые она провела в коробке.

История об этой «детской кроватке» в национальном журнале потрясла многих читателей, критиковавших Скиннера за «младенца в коробке».

Одним человеком, который не критиковал его, была Дебора, которая много лет спустя, будучи художницей, живущей в Лондоне, сказала интервьюеру: «Я думаю, что была очень счастливым ребенком.Большинство критических замечаний по поводу коробки исходят от людей, которые не понимают, что это было «.

В 1945 году Скиннер стал преподавателем и на короткое время заведующим кафедрой психологии в Университете Индианы. Это было в том же году, когда он написал свой единственный роман «Уолден-два» в семинедельном порыве интенсивного творчества.

В нем описывалось построенное на основе поведенческой инженерии утопическое сообщество, основанное беглецом от академической психологии по имени Фрейзер, взгляды которого соответствовали результатам лабораторных исследований Скиннера.Рассказчик, Беррис, профессор колледжа с традиционными идеями, был скептически настроен, когда он сначала посетил сообщество, но в конечном итоге его убедили присоединиться к нему.

«Я не знал, пока не закончил книгу, что я и Беррис, и Фрейзер», — позже писал Скиннер. «Я позволил Фрейзеру сказать то, что я сам еще не был готов никому сказать. . . . В конце концов я стал набожным фрейзерианцем.

Книга не была опубликована до 1948 года, когда она получила неоднозначные отзывы. «Уолден-2» подвергся критике со стороны некоторых критиков, обеспокоенных его поведенческой инженерией, как антиутопия.Изначально было продано всего несколько тысяч экземпляров книги, но она стала популярной в мятежные 1960-е. Было сформировано несколько сообществ, которые пытались подражать «Уолдену Два». К 1982 году было продано более 2 миллионов экземпляров книги.

В 1947 году Скиннер вернулся в Гарвард в качестве лектора, а в следующем году стал там профессором, где и оставался до выхода на пенсию в 1974 году. этому учили.Он начал применять оперантное кондиционирование в классе, и в результате появилась обучающая машина с запрограммированным обучением, которая позволяла ученику двигаться в своем собственном темпе и была направлена ​​на стимулирование его интереса с помощью положительного подкрепления. В следующем году Скиннер продемонстрировал свою первую машину.

Однако после всплеска интереса эти машины исчезли с образовательной сцены и были вытеснены через поколение компьютерами. Скиннер обвинил гибель этих ранних машин частично в всплеске коммерциализма и плохом программировании со стороны некоторых, кто бросился в поле.

В последующие годы Скиннера беспокоило ухудшение здоровья. У него ухудшилось зрение и слух, он прошел лучевую терапию по поводу опухоли слюнной железы и заболел лейкемией.

Скиннер, когда-либо являвшийся научным наблюдателем, помещал свои угасающие способности в контекст оперантного бихевиоризма:

«По мере того как чувства притупляются, стимулирующая среда становится менее ясной, — сказал он. «Когда больше не следует подкрепляющих последствий, нам скучно, мы разочарованы и подавлены.. . . Наше окружение больше не поддерживает строгое поведение ».

2014: КАКАЯ НАУЧНАЯ ИДЕЯ ГОТОВА К ОТНОШЕНИЮ?

Каждого, изучающего психологию, учат, что радикальный бихевиоризм был вытеснен когнитивной революцией, потому что он был глубоко ошибочен с научной точки зрения. Тем не менее, он все еще применяется для модификации поведения животных и даже в некоторых областях современной клинической психологии человека. Здесь я утверждаю, что дальнейшее применение радикального бихевиоризма должно быть прекращено не только по научным, но и по этическим соображениям.

Центральная идея радикального бихевиоризма — — любое поведение может быть объяснено как результат усвоенных ассоциаций между стимулом и реакцией, подкрепляемых или подавляемых вознаграждением и / или наказанием, — восходит к психологам начала -х годов века Б.Ф. Скиннер (в Гарварде) и Джон Б. Уотсон (в Джоне Хопкинсе). Радикальный бихевиоризм подвергся критике со стороны общественности, когда книга Скиннера Verbal Behavior (опубликованная в 1957 году) получила критический обзор когнитивиста-лингвиста Ноама Хомского в 1959 году в журнале Language .Один из научных аргументов Хомского заключался в том, что никакое воздействие языка, никакое количество вознаграждения и подкрепления не могло заставить собаку говорить или понимать язык; тогда как для человеческого младенца, несмотря на весь шум в различных средах, обучение языку происходит повсеместно. Это означает, что поведение — это нечто большее, чем просто усвоенные ассоциации. Есть развитые нейрокогнитивные механизмы.

Время от времени эти дебаты изображались так, как если бы они происходили между нативизмом (Хомский ясно заявил, что точно так же, как растет эмбрион, язык развивается под действием универсальной генетической программы) исторонники tabula rasa-эмпирики (Скиннера изображали так, будто он считал, что новорожденный человеческий разум был не более чем чистым листом, хотя это было чем-то вроде соломы, поскольку по крайней мере в одном интервью Скиннер четко признавал роль генетики).

Моя научная причина для аргументации в пользу радикального бихевиоризма не в том, чтобы вернуться к уже устаревшим дебатам о природе и воспитании (все разумные ученые признают, что поведение организма является результатом их взаимодействия), а скорее потому, что радикальное бихевиоризм с научной точки зрения малоинформативен.Поведение по определению — это поверхностный уровень, из чего следует, что одна и та же часть поведения может быть результатом различных лежащих в основе когнитивных стратегий, различных лежащих в основе нейронных систем и даже различных основных причинно-следственных связей. Два человека могут демонстрировать одно и то же поведение, но могли прийти к нему по совершенно разным причинным путям. Подумайте о носителях английского языка и о тех, кто полностью владеет английским как вторым языком; или подумайте о человеке, который очаровательно вежлив, потому что он искренне внимателен к другим, vs.психопат, который научился безупречно вести себя очаровательно вежливо. Идентичное поведение, вызванное разными путями. Без упоминания лежащих в основе познания, нейронной активности и причинных механизмов поведение с научной точки зрения малоинформативно.

Принимая во внимание эти научные аргументы, можно было бы подумать, что радикальный бихевиоризм давно исчез, и все же он продолжает оставаться основой программ «модификации поведения», в которых тренер стремится формировать поведение другого человека или животного, вознаграждая его. их за то, что они вызывают поверхностное поведение, игнорируя при этом лежащую в основе эволюцию нейрокогнитивную структуру.Помимо научных причин отказа от радикального бихевиоризма, у меня есть еще и этическая причина.

Лори Марино из Университета Эмори провела исследование на стыке нейробиологии и этики и изучила жизнь косатки («косатки»), пойманной в 1983 году в Исландии и доставленной в Силенд Тихого океана, тематический парк в Британской Колумбии. а позже переехал в SeaWorld Orlando во Флориде. Косатку обучали выполнять трюки, например кивать головой, имитируя кивок дрессировщика, или размахивать плавником, имитируя махание рукой дрессировщика.Косатка послушно выработала поведение, чтобы получить награду (еду), но за годы пребывания в неволе он был причастен к гибели 3 человек. Никогда не было документально подтверждено, что косатки убили человека в дикой природе, так что это могло быть реакцией на радикальных бихевиористов, которые обучали эту косатку проявлять новое поведение, игнорируя при этом миллионы лет эволюционировавших социальных и эмоциональных нейрокогнитивных схем в мире. мозг животного, схема, которая не исчезает просто так в неволе.

Косатки очень социальны.Они живут в семейных группах и сложных обществах, состоящих из «кланов», каждый со своим собственным уникальным диалектом вокализации, который, вероятно, служит для усиления групповой идентичности. Они охотятся группами, что свидетельствует об их замечательной способности к социальной координации, и как мужчины, так и женщины вносят свой вклад в уход за детьми. Похищение одной особи косатки и помещение его или ее в неволи не только изолируют животное от их социального сообщества, но и сокращают продолжительность их жизни и вызывают признаки плохого состояния здоровья, такие как частое разрушение спинного плавника.Использование радикального поведения по отношению к таким животным в неволе вдвойне неэтично из-за отсутствия уважения к истинной природе животного. Сосредоточение внимания на формировании поведения на поверхности игнорирует, кто или что на самом деле животное.

Здесь могут быть этические уроки, когда мы думаем о все еще широко распространенном использовании модификации поведения людей в современных клинических условиях: необходимость уважать то, как человек думает и чувствует, уважая его настоящую природу, а не просто сосредотачиваться на том, могут ли они обучены изменять свое поведение на поверхности.

Бихевиоризм: критический взгляд

Насколько люди себя помнят, они всегда интересовались что делает их такими, какие они есть, и какие аспекты их существования отличает каждого из них от других представителей своего вида. По мнению бихевиористов, ответ — не более чем мир, в котором они выросли. Бихевиоризм — это теория, согласно которой человеческая природа можно полностью понять по законам, присущим природной среде.

Бихевиоризм как одна из старейших теорий личности восходит к Декарт, который ввел идею стимула и назвал человека машиной зависящие от внешних событий, чья душа была призраком в машине.Бихевиоризм выводит эту идею на другой уровень. Хотя большинство теорий в той или иной степени оперируют предположение, что у людей есть какая-то свобода воли и моральное мышление сущностей, бихевиоризм отказывается признавать внутреннюю работу людей. В По мнению бихевиориста, люди — не более чем простые посредники между поведение и окружающая среда (Скиннер, 1993, стр. 428).

Отказ от внутренней работы людей приводит к одной проблеме противники с поведенческой теорией.Это, наряду с его неспособностью объясняя человеческий феномен языка и памяти, создайте убедительный аргумент против бихевиоризма как всеобъемлющей теории. Тем не менее, хотя эта критика указывают на его полную несостоятельность, они не отрицают, что бихевиоризм и его идеи есть чему научить мир об особенностях поведения, выражаемых человечество.

Теория поведения

Классический кондиционер

Павловский эксперимент. При изучении пищеварительных рефлексов у собак, Русский ученый Павлов сделал открытие, которое положило начало настоящим истокам. поведенческая теория. Он мог надежно предсказать, что у собак будет выделяться слюна, когда еда будет помещается в рот из-за рефлекса пищеварения, называемого «слюнным рефлексом». Пока что Вскоре он понял, что со временем слюнный рефлекс возник еще до еды был предложен. Потому что звук двери и вид дежурного, несущего еда »неоднократно и надежно предшествовала доставке еды ко рту в прошлого «собаки перенесли рефлекс на эти события (Schwartz & Lacy, 1982, стр.21). Таким образом, у собак начиналось выделение слюны просто на звук двери и присутствие сопровождающего. Павлов продолжал экспериментировать с собаками, используя тон сигнал о еде. Он обнаружил, что результаты совпадают, и собаки начали выделение слюны с тонусом и без еды (Schwartz & Lacy, 1982, стр. 20-24).

То, что обнаружил Павлов, было условием первого порядка. В этом процессе нейтральный стимул, который не вызывает естественной реакции в организме, связан с безусловный стимул — событие, которое автоматически или естественным образом вызывает реакцию.Эта обычно временная ассоциация вызывает реакцию на безусловный раздражитель, безусловный ответ, чтобы перейти на нейтральный раздражитель. Безусловный стимула больше не требуется, чтобы реакция произошла в присутствии ранее нейтральный стимул. Учитывая, что этот ответ неестественен и должен быть выученным, реакция теперь является условной реакцией, а нейтральный стимул теперь условный раздражитель. В опыте Павлова тон был нейтральный. раздражитель, связанный с безусловным раздражителем пищи.В безусловная реакция слюноотделения стала условной реакцией на вновь возникший условный раздражитель тона (Бикрофт, 1966, стр. 8-10).

Кондиционирование второго порядка. Когда вводится другой нейтральный стимул и связанный с условным раздражителем, имеет место даже дальнейшее обусловливание. Условный ответ приучен возникать только после условного раздражителя сейчас. переходит на нейтральный раздражитель, превращая его в другой условный раздражитель.Теперь второй условный раздражитель может вызвать реакцию без обоих условный раздражитель и безусловный раздражитель. Таким образом, многие новые условные ответы можно узнать (Schwartz & Lacy, 1982, стр. 48).

Когда обусловленность второго или даже первого порядка происходит с пугающими развиваются безусловные раздражители, фобии или иррациональные страхи. В исследовании, проведенном Watson и Rayner (1920), у маленького мальчика возник сильный страх перед крысами. по имени Альберт.Всякий раз, когда Альберт брал крысу, исследователи делали громкий шум и напугать его. Через классическое кондиционирование Альберт ассоциировал крыс громким устрашающим шумом и с шумом перенес свой страх на боязнь крыс. Затем он пошел дальше и связал пушистых крыс со всеми пушистыми объектами. Из-за обусловленности второго порядка у маленького Альберта сформировался иррациональный страх перед всеми. пушистые предметы (Mischel, 1993, стр. 298-299).

Современное классическое кондиционирование. Тогда как Павлов и большая часть его современники рассматривали классическое обусловливание как обучение, которое происходит в результате раскрытия организм к ассоциациям экологических событий, современное классическое кондиционирование теоретики, такие как Р. А. Рескорла, предпочитают определять его в более конкретных терминах. Рескорла подчеркивает тот факт, что смежность или временная связь между безусловного раздражителя и условного раздражителя недостаточно для Павлова. кондиционирование должно произойти. Вместо этого условный раздражитель должен связывать некоторые информация о безусловном раздражителе (Рескорла, 1988, с.151-153).

Важность этого различия можно увидеть в экспериментальной работе, выполненной Камин (1969) и его блокирующий эффект. В его эксперименте крысы подвергались воздействию тон, за которым последовал шок. Следуя павловским принципам кондиционирования, тон стал условной реакцией. Тем не менее, когда одни и те же крысы подвергались звуковому и свет, за которым последовал шок, никакое кондиционирование со светом не происходило. Это было потому что тон уже передал информацию о прибытии шока.Так, любая информация, которую дал бы свет, была бы бесполезна. Хотя свет был временно связан с шоком, кондиционирования не было, потому что информации по этому поводу не было (Schwartz & Lacy, 1982, стр. 53).

Оперантное кондиционирование

Закон действия Торндайка. Хотя свидетельства классической обусловленности Э. Л. Торндайк не считал его исчерпывающим, поскольку большинство поведение в естественной среде было недостаточно просто, чтобы его можно было объяснить Теория Павлова.Он провел эксперимент, в котором он поместил кошку в клетку с защелка на двери и кусок лосося вне клетки. После первой попытки протянуть руку через клетку, а затем почесать прутья клетки, наконец, кошка ударил защелку двери, и дверь открылась. При повторении этого эксперимента, количество времени и усилий, потраченных на бесполезную деятельность по достижению и кошачьи царапины стали меньше и произошло освобождение защелки раньше.Анализ этого поведения Торндайком заключался в том, что поведение, порождающее желаемый эффект стал доминирующим и, следовательно, наступил быстрее в следующий эксперименты. Он утверждал, что на более сложное поведение повлияли ожидаемые результаты, а не запускающий стимул, как предполагал Павлов. Эта идея стала известный как закон следствия, и он послужил основой для операнта Скиннера. обусловливающий анализ поведения (Schwartz & Lacy, 1982, стр. 24-26).

Положительное и отрицательное подкрепление Скиннера. Хотя Торндайк разработал основной закон эффекта, Скиннер взял этот закон и построил исследование программа вокруг него. Он основывал эту программу на экспериментах, которые он проводил в своей изучение наказания и награды. По словам Скиннера, поведение, вызванное закон эффекта был назван оперантным обусловливанием, потому что поведение организма изменили или воздействовали на окружающую среду. Не было реальных стимулов окружающей среды вынуждая организм реагировать, как в классическом кондиционировании.Operant обуславливание состоит из двух важных элементов: операнта или реакции и последствие. Если последствия благоприятные или положительно подкрепляющие, то вероятность другого подобного ответа больше, чем если бы следствием было наказание (Mischel, 1993, стр. 304-308).

Например, в эксперименте Скиннера крысу поместили в ящик с рычагом. Каждый раз, когда рычаг нажимался, пища отпускалась. В результате крыса научилась нажать на рычаг, чтобы получить благоприятные последствия.Однако когда еда была заменены амортизаторами, нажатие на рычаг практически сразу прекратилось из-за наказание за последствия. Аналогичные результаты были получены при прекращении положительного усиление пищи в целом в процессе, называемом вымиранием, но оперант условная реакция снижалась гораздо медленнее, чем при применении наказания. Такого рода оперантное обусловливание возникает в дисциплине поощрения или наказания. действия, предпринятые по отношению к ребенку (Schwartz, 1982, стр.27-53).

Дискриминационные стимулы. Влияние стимулов на оперантный ответ отличается от Павловского обусловливания, потому что раздражители не вызывают отклик. Они просто направляют реакцию к положительным или отрицательным последствиям. Эти стимулы оперантного ответа называются дискриминирующими стимулами, потому что они различать хорошие и плохие последствия и указывать, какой ответ будет самым плодотворным. Например, красный свет светофора указывает на то, что следует наступить на тормоза.Хотя нет ничего, что естественным образом заставляло бы людей остановиться на красный свет они останавливаются. Это потому, что красный цвет означает, что если они это сделают нет, последуют негативные последствия (Schwartz & Lacey, 1982, стр. 30–31).

Теория избегания. Хотя это не всегда так с дискриминационными стимулы, стимулы красного стоп-сигнала и соответствующая стоп-реакция также являются пример поведения, известного как поведение избегания-побега. Проще говоря, стимул указывает на то, что последуют отрицательные последствия, если действие не выполняется, поэтому действие выполняется.Это может показаться запутанным, учитывая, что вымирание происходит при внезапном отсутствии какого-либо положительного подкрепления. Однако, как Как показали эксперименты Рескорла и Соломон (1967), это не так. Животное было помещено на одну сторону перегородки и обучено перепрыгивать через перегородка, чтобы избежать шока. Когда шок был снят, животное сохранило условное прыжковое поведение. Очевидно, в избегающем поведении побег или отсутствие подкрепления происходит из-за ответа.Животные в коробке научились ожидать шока, если они не ответят, или никакого шока, если они ответят. Таким образом исчезновение произошло, потому что они продолжали реагировать на якобы устранение шок (Schwartz & Lacey, 1982, 87-90).

Графики армирования. Еще одно исключение из правила вымирания: оперантный условный ответ, который был обусловлен прерывистым расписанием армирования. Существует четыре типа периодических графиков: фиксированный интервал. графики, которые усиливают реакцию через определенный фиксированный промежуток времени, переменные графики интервалов, которые усиливают ответ по прошествии определенного времени от подкрепления к подкреплению, графики с фиксированным соотношением, которые усиливают реакцию после того, как было дано определенное фиксированное количество ответов, и графики различных соотношений которые усиливают ответ после того, как дано различное количество ответов.Так же странно, как может показаться, что на этих прерывистых расписания в противоположность постоянно подкрепляемому поведению. Это связано с тем, что что с этими случайными схемами подкрепления исчезновение подкрепления требуется много времени, чтобы распознать. Но как только его узнают, другой происходит усиление, и исчезновение подкрепления теперь занимает еще больше времени распознавать. Таким образом, прерывистые графики заставляют организм «гадать», когда подкрепление произойдет и усилит поведение без фактического происходит усиление (Schwartz & Lacey, 1982, стр.91-101).

Естественный отбор по последствиям. В попытке убедить своих критиков Скиннер сделал несколько интересных выводов о справедливости своей теории оперантного обусловливания. параллели между его теорией и теорией естественного отбора Дарвина. В соответствии с Скиннера, оперантное обусловливание — это не что иное, как «второй вид отбора по последствия »(Скиннер, 1984b, стр. 477). Он указал, что хотя естественный отбор был необходим для выживания вида, оперантное кондиционирование было необходимо человеку, чтобы учиться.Кроме того, эволюционный прогресс произошел потому, что виды с этими преимуществами были более эффективны в передаче преимущества, и оперантное обусловливание возникает из-за того, что определенные подкрепления повлияли на индивидуальным более эффективным способом. Скиннер проводит параллель между эволюция живых существ из молекул без концепции жизни и инициирование оперантного поведения из окружающей среды без концепции независимый ум. Наконец, Скиннер упоминает, как виды приспосабливаются к окружающей среде в таким же образом человек приспосабливается к ситуации.Сравнивая эти две теории, Скиннер надеялся показать, что, подобно теории естественного отбора, его современники следует принять теорию оперантного поведения (Скиннер, 1984b, стр. 477-481).

Действительность поведения

Критика теории бихевиоризма

Противоречия с идеями естественного отбора Дарвина. В то время как Теория Дарвина была широко принята большинством ученых, бихевиоризм — это постоянно подвергается критике.В самом деле, именно поэтому Скиннер предпочитает согласовать его теорию с теорией Дарвина, чтобы придать убедительность своей собственной. Однако, как отмечает Б. Дальбом (1984) указывает, что некоторые идеи дарвинизма противоречат операнту Скиннера. кондиционирование. Дарвин считает, что люди постоянно совершенствуются, чтобы получить лучше самоконтроль. Тем не менее, «усилить самоконтроль — значит увеличить свободу» или самоотверженность, что отрицается самой теорией Скиннера (Dahlbom, 1984, p. 486). Таким образом, сама основа, на которой Скиннер сформировал свою теорию, является прямым противоречием. идей Дарвина (Dahlbom, 1984, стр.484-486).

В то же время, как показывает W. Wyrwicka (1984), Скиннер сравнивает положительные влечение к подкреплению, присущее оперантному обусловливанию с предложением Дарвина о естественный отбор, присущий природе. По словам Вырвики, естественный стремление к отбору зависит от того, что необходимо для выживания вида, и «последствия оперантного поведения заключаются не столько в выживании, сколько в сенсорной удовлетворение «(Wyrwicka, 1984, стр. 502). Учитывая, что то, что доставляет наибольшее удовольствие чувства не всегда лучше для выживания генов, часто эти два диски противоречат друг другу.Например, курение крэка и участие в опасные виды спорта — два популярных занятия, несмотря на опасность, которую они представляют для человека. жизнь. Очевидно, что дарвинизм более приемлем, чем оперантное обусловливание. К противореча идеям Дарвина, теория оперантной обусловленности Скиннера теряет большую часть поддержка, которую Скиннер надеялся получить своими параллелями (Wyrwicka, 1984, стр. 501-502).

Неспособность показать адекватную обобщаемость человеческого поведения. Хотя было проведено множество экспериментов, показывающих доказательства как павловской обусловленности, так и оперантного обусловливания, все эти эксперименты были основаны на животных и их поведение.К. Боулдинг (1984) ставит под сомнение применение Скиннером принципов поведение животных к гораздо более сложному поведению человека. При использовании животных в качестве заменители людей в исследовании человеческого поведения, Скиннер делает большое предположение, что общие законы, относящиеся к поведению животных, могут быть применены для описания сложных отношений в человеческом мире. Если это предположение доказывает ложь, тогда весь фундамент, на котором зиждется бихевиоризм, рухнет. вниз.Чтобы доказать достоверность, необходимо провести больше экспериментов с участниками-людьми. этой теории (Боулдинг, 1984, стр. 483-484).

Неспособность объяснить развитие человеческого языка. Хотя Идеи Скиннера об оперантной обусловленности могут объяснить фобии и неврозы, они, к сожалению, не применимы к более сложным формам человеческого поведения язык и память. Неспособность теории объяснить феномен языка на самом деле привлекло большое количество критиков, которые отвергли эту теорию.Хотя у Скиннера ответил на критику, его аргументы остаются слабыми и относительно бездоказательными. В то время как общественные объективные стимулы действуют как операционные стимулы для вербального ответы, личные стимулы или такие понятия, как «Я голоден», сложнее объяснить. Согласно Скиннеру, приобретение вербальных ответов на личные стимулы может быть объяснил четырьмя способами. Во-первых, он утверждает, что частные стимулы и сообщество не нужна связь. Пока есть какие-то общественные стимулы, которые могут быть связанные с личными стимулами, ребенок может учиться.Кроме того, публика может сделать вывод личные стимулы через невербальные знаки, такие как стоны и мимика выражения. Однако эта ассоциация публичных и частных мероприятий часто может быть неверно истолковано. Его третья теория, согласно которой определенные общественные и частные стимулы идентичный дает очень короткий список идентичных стимулов и его окончательную теорию о том, что частные стимулы могут быть обобщены на общественные стимулы с совпадающими характеристиками дает очень неточные результаты (Скиннер, 1984a, стр.511-517).

М. Э. П. Селигман предлагает интересную альтернативу слабому Скиннеру. объяснение языка. Он объясняет, что хотя операционная и классическая кондиционирования важны, есть третий принцип, связанный с определением поведение организма. Это генетическая готовность организма к ассоциировать определенные стимулы или подкрепления с ответами. Организм приносит с собой к эксперименту определенное оборудование и тенденции, определенные генетикой, которые вызывают определенные условные раздражители и безусловные раздражители должны быть более или менее связаны.Следовательно, организм более или менее подготовлен эволюцией, чтобы связать эти два стимулы. Селигман классифицирует эти тенденции к ассоциации на три категории: готовы или легко могут связать два стимула, неподготовленные или несколько трудно связать два стимула и не подготовлен или не может связать два стимулы. Он утверждает, что проблема бихевиористов в том, что они в основном сосредоточили свои эксперименты на неподготовленных наборах стимулов, таких как свет и шок.Они обеспечивают небольшое количество входных данных, необходимых для неподготовленной ассоциации. происходить, а затем создавать законы, которые распространяют неподготовленное поведение на все типы поведение. Таким образом, хотя бихевиористские законы могут выполняться для неподготовленных наборов стимулов, проверенных в лабораториях, им трудно объяснить подготовленное поведение (Селигман, 1970, с. 406-408).

Чтобы доказать свою теорию, Селигман приводит пример эксперимента. проведенный Розином и Гарсиа (1971), в котором крыс кормили водой для дегустации сахарина. пока вспыхивал яркий свет и звучал шум.В то же время крысы были лечить рентгеновским излучением, чтобы вызвать тошноту и болезнь. Когда крысы заболели через несколько часов они почувствовали отвращение к воде с сахаристым вкусом, но не к свет или шум. Согласно Селигману (1970), эволюция подготовила крыс к ассоциировать вкус с болезнью, но не подготовил связь между шум / свет и болезнь (стр. 411-412).

Когда теория готовности Селигмана применяется к языковой проблеме, она дает правдоподобное решение.Язык просто состоит из хорошо подготовленных стимулов которые легко могут создавать отношения между словесными словами и идеями или объекты. На самом деле они настолько просты, что часто требуется очень мало ввода. необходимо для создания ассоциаций. Но если эту теорию принять за истину, чего не может быть без дальнейших исследований, то это означает, что существует генетический фактор, который вместе с окружающей средой создает личность. Это отвергает всеобъемлющая теория бихевиоризма, которую так поддерживают Скиннер и его сотрудники (Селигман, 1970, с.416-417).

Приложения валидной теории поведения

Показанные свидетельства, особенно свидетельства языка, указывают на несостоятельность бихевиоризм как всеобъемлющая теория. Однако нет ничего, что отрицает бихевиоризм действителен, когда он ограничен определенными областями психологии. При условии многочисленные эксперименты показали, что бихевиористская теория имеет достоинства, некоторые Идеи этой теории могут быть использованы при лечении расстройств.

Идеи бихевиоризма могут значительно улучшить лечение неврозы и фобии.Вместо того, чтобы сосредотачиваться на корне проблемы, как традиционный психопатолог, бихевиорист может сосредоточиться на устранении симптома путем задействования классической и оперантной обусловленности. Усиливая исчезновение симптома, психопатологическое заболевание пациента могло быть устранены (Schwartz & Lacy, 1982, стр. 194-196).

Значительные улучшения могут быть также достигнуты в области лечения алкоголизма и никотиновая зависимость. Используя принципы Павлова, зависимость возникает из-за обоих приятные физиологические эффекты никотина и алкоголя, безусловные раздражители, а вкус никотина и алкоголя — условные раздражители.Когда останавливаешься проглатывание вещества, как и при традиционных лечебных процедурах, чрезвычайно легко снова стать зависимым. В конце концов, «просто не предъявляя условных стимул не устраняет связи между ним и безусловными раздражителями » (Schwartz & Lacy, 1982, стр.197). Всего за одно использование вкус и безусловный приятные эффекты снова становятся связанными друг с другом. Однако если вкус никотина или алкоголя, условная реакция сочетается с новым неприятным эффект, такой как тошнота и рвота, результатом будет отрицательное отвращение к рассматриваемые вещества.Так было, когда и старик-алкоголик, и молодому заядлому курильщику давали апоморфин в сочетании с алкоголем и никотин соответственно. Апоморфин вызывает сильное чувство тошноты и рвота, из-за которой они оба отказались от этих вызывающих привыкание веществ на всю жизнь. Этот процесс называется контркондиционированием и имеет замечательный успех в лечении зависимости (Schwartz & Lacy, 1982, стр. 196-200).

Заключение: теория бихевиоризма

Критика в этой статье уже давно преследует теорию бихевиоризма. и не позволил большинству ученых быть по-настоящему приемлемым.Фактически, сегодня очень мало ученых, которые считают, что бихевиористская теория всеобъемлющий, как когда-то думали. Несмотря на пробелы в теории, не может быть никаких сомнений в полезности исследований, проведенных в области бихевиоризм. Нельзя полностью игнорировать влияние окружающей среды на поведение ни роли, которую он играет в развитии личности, как показано в этом исследовании. Действительно, когда теория бихевиоризма применяется для борьбы с определенными расстройствами, результаты показали, что он очень эффективен.Таким образом, хотя всеобъемлющий необходимо отказаться от бихевиоризма, его идеи нельзя игнорировать в применении к определенным ситуации.

Список литературы

Бикрофт, Р. С. (1966). Метод в классическом кондиционировании. В Р. С. Бикрофте, Классическое кондиционирование (стр. 8-26). Голета, Калифорния: Psychonomic Press.

Боулдинг, К. Э. (1984). Б. Ф. Скиннер: Диссидентская точка зрения. Поведенческие и Brain Sciences, 7, 483-484.

Дальбом, Б.(1984). Скиннер, отбор и самоконтроль. Поведенческие и Brain Sciences, 7, 484-486.

Камин, Л. Дж. (1969). Предсказуемость, удивление, внимание и условность. В Б. А. Кэмпбелл и Р. М. Черч (ред.), Наказание и отвращение. Новое Йорк: Appleton-Century-Crofts.

Мишель, В. (1993). Поведенческие концепции. В W. Mischel, Введение в личность (стр. 295-316).Нью-Йорк: Харкорт Брейс.

Рескорла, Р. А. (1988). Павловское кондиционирование: это не то, что вы думаете является.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *