Что подразумевает аксиологическое отношение: АКСИОЛОГИЧЕСКОЕ ОТНОШЕНИЕ — это… Что такое АКСИОЛОГИЧЕСКОЕ ОТНОШЕНИЕ? – АКСИОЛОГИЧЕСКОЕ ОТНОШЕНИЕ это что такое АКСИОЛОГИЧЕСКОЕ ОТНОШЕНИЕ: определение — Философия.НЭС

Автор: | 19.09.2020

Содержание

АКСИОЛОГИЧЕСКОЕ ОТНОШЕНИЕ — это… Что такое АКСИОЛОГИЧЕСКОЕ ОТНОШЕНИЕ?

— опосредованное духовной свободой отношение людей к смыслу собственной жизни и будущему своего рода.

А. о., как правило, либо отождествляется с одной из его многочисленных смысловых характеристик (чаще всего с ценностью или с оценочным отношением), либо используется в предельно абстрактном значении, не имеющем своего собственного концептуального содержания. Оба эти варианта непродуктивны. За термином А. о. скрывается не только ценностное отношение, но и исторически предшествовавшее ему, а ныне сосуществующее с ним отношение полезности. За ним скрывается также многообразие наличных проявлений человеческого бытия (желания и предпочтения, цели и установки, ожидания и предметные значения, образцы и стандарты, планы и программы), когнитивных форм выражения (ценностные представления и оценки, идеалы и утопии) и бесчисленное множество видовых модификаций (индивидуальных, социальных, этических, эстетических и др.). Феноменологическая редукция всего этого исторически сложившегося многообразия приводит к метафизическому представлению о едином благе. Но позиция абстрактного тождества не выдерживает столкновения с реальностью, что и обнаруживает непрерывное воспроизводство в поколениях двух взаимосвязанных вопросов — ради чего живет человек и куда идет род человеческий. Оба эти вопроса могут складываться на разных уровнях — либо в форме эмоционально насыщенного полуосознанного переживания, либо в виде категориально выраженной мировоззренческой рефлексии.

Генетически А. о. складывается одновременно с культурой как всеобщей формой человеческой жизнедеятельности и в органическом единстве с ней. В этом единстве культура всегда остается условием сохранения родовой жизни людей: каждый вновь родившийся индивид, чтобы стать человеком, вынужден, в той или иной мере, овладевать культурой. Для сменяющих друг друга поколений культура образует пространство сосуществования, поле возможностей, возрастающих в историческом развитии человечества. В этом же контексте А. о. обретает всего лишь один, но зато предельно глубокий временной смысл — отношения к будущему. Тем самым А. о. становится условием направленного обновления родовой жизни, способом ориентации людей на те возможности культуры, которые детерминированы в качестве исторически предельных или актуально значимых, но всегда желанных ориентиров.

Структуру А. о. образует стихийно складывающееся временное отношение индивидов к культуре. Родовая жизнь людей возникает в форме «группового эффекта», предполагающего социокультурную «одновременность», как результат пролонгированного согласования индивидуальных интенций, способностей и усилий, которые не только различны по своей физической природе, но еще и психологически «разновременны». В социогенезе эта одновременность формируется как отношение длительности и последовательности взаимосвязанного со-бытия индивидов; в онтогенезе — как стремление связать в уме предметную память и предметное ожидание. И в том и в другом случае речь идет об опосредованном совместным опытом или наличным переживанием отношении к будущему. Феномен «задержанного» ожидания, с его прямой («волевой») и обратной («когнитивной») связью, становится инвариантом А. о., сохраняющимся во всех его типах, формах, вариативных воплощениях и видовых модификациях.

В наличной действительности А. о. сплетено с другими типами отношений — социальным, экономическим, политическим и иными, совпадая с ними по одним и существенно различаясь по другим параметрам. Эта сплетенность, с одной стороны, придает любым социокультурным отношениям временной смысл, открытый в будущее, но с другой — затрудняет понимание А. о. как такового.

Существенное своеобразие А. о. обусловлено прежде всего особой, проективной формой связи субъективного и объективного. Как предметно ориентированная связь А. о. чувственно переживается каждым без исключения индивидом и, благодаря этому, становится явлением субъективным; но соучастие в групповой деятельности других людей от сознания индивида зависит в очень малой степени и поэтому требует для своего подкрепления выработки объективно значимого основания (эту функцию берет на себя язык, как знаковая система)  и социально организованного регулятивного воздействия (осуждения и запрещения, оправдания и поощрения). Складываясь на своем собственном, знаковом основании, А. о. становится жизненным проектом для индивида и проективной реальностью для организации совокупной жизни людей. Проект, по Сартру, «располагается между объективными условиями среды и объективными структурами поля возможностей и сам по себе представляет подвижное единство субъективности и объективности».

Другим своеобразием А. о., вырастающим из его способности непосредственно связывать находящееся вне сознания и относящееся к самому сознанию, является принципиальная возможность развиваться сразу в двух взаимозависимых сферах — реальной и идеальной. Оставаясь мыслительной способностью и деятельностью, ориентированной на предмет, значимый для обшностей самого различного порядка и величины (община, артель, группа единомышленников, толпа), А. о. порождает «идею», т. е. «живое событие, разыгрывающееся в точке диалогической встречи двух или нескольких сознаний» (Бахтин). Знаковое основание дает возможность для идеального конструирования и дальнейшей критической «проработки» в уме некоторого замысла, начинания и любых иных общезначимых проектов будущего. Но в той же самой совместной жизнедеятельности людей А. о. становится еще и необходимостью предварительной реализации проекта. В этом случае, оставаясь проективной реальностью, А. о. становится «организатором» деловых отношений между людьми, способом и формой поиска взаимного согласия, технического моделирования, финансового расчета и иных подчиненных конечной реализации проекта действий.

Функциональная роль и конечное назначение А. о. определяются исторически становящейся духовной свободой. В своих истоках духовная свобода связана с ментальностью, т. е. тем уровнем пробуждающегося коллективного сознания, который формируется стихийно и представляет собой потаенный сплав чувств и умонастроений, бессознательных влечений и не вполне осознаваемых предпочтений, определяющих изменчивую форму предметных ориентации индивидов. Свою определенность и направленность совместность человеческих желаний и предпочтений обретает лишь стохастически. Эта слабо выраженная тенденция существенно усиливается благодаря внешним (для А. о.) воздействиям — социальным, политическим, идеологическим и др. В итоге на каждой ступени исторического становления и развития складывается конкретная функциональная взаимозависимость между сферой человеческих влечений (А. о.), сферой родового опыта и возможностей для реализации индивидуальных интенций (культурой) и сферой социума, в которой люди сознательно создают нормы и институты, с помощью которых детерминируют, регулируют и контролируют А. о. Как бы ни ограничивалось при этом А. о., духовная свобода никогда не исчезает. С одной стороны, она модифицируется в зависимости от тех сфер, с которыми А. о. взаимодействует, проникая в культуру (в форме творчества), в политику (в виде политической свободы), в искусство (оборачиваясь здесь художественным творчеством и свободой художественного воображения) и т. д. С другой стороны — она сохраняется и в собственной сфере, модифицируясь в исторически сменяющих друг друга устойчивых типах. Тип А. о. зависит уже не только от ментальности, но еще и от менталитета, более высокого уровня коллективного сознания, складывающегося в зависимости от традиционно признанных и проверенных в опыте образцов, стандартов и эталонов, влияющих на формирование устойчивых массовых установок. В первобытности, т. е. относительно однородном типе организации родовой жизни, менталитет был относительно однороден. Какие бы духовные ориентации ни складывались в первобытности (религиозные, нравственные, художественные), все они концентрировались вокруг единого и единственно устойчивого образца — мифа, как универсального способа описания, объяснения и оправдания родовой жизни людей. В условиях цивилизации существенно усложнилась не только ментальность, но и менталитет: появляется возрастающее множество особенных, но тоже претендующих на универсальность, образцов — истина, добро, красота, власть, богатство, слава и т. д. Исторические типы А. о. складываются в процессе взаимодействия ментальности и менталитета, т. е. изменчивой сферы индивидуальных влечений и их устойчивой ориентации на универсально значимый единый образец или некоторое множество таковых. В первобытности духовная свобода, определяющая в конечном счете жизненный успех всего множества индивидов, принимает вид пользы, т. е. ориентации на ближайшее и очевидное каждому индивиду будущее; в цивилизации — вид ценностей, ориентирующих на отдаленное и многократно опосредованное будущее.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});

А. о. гносеологически уникально — оно может быть предметом переживания, оценки и переоценки, понимания или непонимания, но никогда не может стать объектом «чистого» познания. Причиной этого является то обстоятельство, что А. о. всегда остается «внутренним» либо в психологическом, либо в социальном плане, а роль «внешнего» для него играет культура, т. е. сфера родовых возможностей. К этому добавляется и другое обстоятельство: А. о. всегда остается отношением целого (родового, универсального) и части (индивидного, уникального), каждое из которых представляет собой предварительное условие для понимания «другого», а потому их единство образует «герменевтический круг» .

Основным вопросом для понимания содержательной стороны А. о. является вопрос, имеющий судьбический смысл как на индивидуальном, так и на родовом уровне — ради чего живет человек и куда идет род человеческий. Основной гносеологический вопрос (что мы можем знать) и все познавательные процедуры — от сбора фактов до построения научной картины мира — оказываются в этом случае совсем в другой плоскости, пересекающейся с А. о. только в оценочной сфере, которая переводит «фактичность» и все другие когнитивные структуры в транзитивный план, т. е. требует обязательного перехода от индивидуального смысла к родовому и обратно. Например, утвердительное суждение «В первобытности люди жили ради пользы, а в условиях цивилизации они живут ради ценностей» обретает содержательный смысл только в контексте целостности родовой жизни людей. И, напротив, взятое в своем частичном сугубо личностном выражении это же суждение утрачивает не только судьбический смысл, но и конкретное содержание, всегда связанное с переживанием и духовностью. Еще более сложным оказывается ответ на вопрос, куда идет род человеческий, содержательная сторона которого зависит от понимания будущего и судеб цивилизации.

В. И. Плотников

Современный философский словарь. — М.: Панпринт. В.Е. Кемеров. 1998.

АКСИОЛОГИЧЕСКОЕ ОТНОШЕНИЕ это что такое АКСИОЛОГИЧЕСКОЕ ОТНОШЕНИЕ: определение — Философия.НЭС

АКСИОЛОГИЧЕСКОЕ ОТНОШЕНИЕ

опосредованное духовной свободой отношение людей к смыслу собственной жизни и будущему своего рода.

А. о., как правило, либо отождествляется с одной из его многочисленных смысловых характеристик (чаще всего с ценностью или с оценочным отношением), либо используется в предельно абстрактном значении, не имеющем своего собственного концептуального содержания. Оба эти варианта непродуктивны. За термином А. о. скрывается не только ценностное отношение, но и исторически предшествовавшее ему, а ныне сосуществующее с ним отношение полезности. За ним скрывается также многообразие наличных проявлений человеческого бытия (желания и предпочтения, цели и установки, ожидания и предметные значения, образцы и стандарты, планы и программы), когнитивных форм выражения (ценностные представления и оценки, идеалы и утопии) и бесчисленное множество видовых модификаций (индивидуальных, социальных, этических, эстетических и др.). Феноменологическая редукция всего этого исторически сложившегося многообразия приводит к метафизическому представлению о едином благе. Но позиция абстрактного тождества не выдерживает столкновения с реальностью, что и обнаруживает непрерывное воспроизводство в поколениях двух взаимосвязанных вопросов — ради чего живет человек и куда идет род человеческий. Оба эти вопроса могут складываться на разных уровнях — либо в форме эмоционально насыщенного полуосознанного переживания, либо в виде категориально выраженной мировоззренческой рефлексии.

Генетически А. о. складывается одновременно с культурой как всеобщей формой человеческой жизнедеятельности и в органическом единстве с ней. В этом единстве культура всегда остается условием сохранения родовой жизни людей: каждый вновь родившийся индивид, чтобы стать человеком, вынужден, в той или иной мере, овладевать культурой. Для сменяющих друг друга поколений культура образует пространство сосуществования, поле возможностей, возрастающих в историческом развитии человечества. В этом же контексте А. о. обретает всего лишь один, но зато предельно глубокий временной смысл — отношения к будущему. Тем самым А. о. становится условием направленного обновления родовой жизни, способом ориентации людей на те возможности культуры, которые детерминированы в качестве исторически предельных или актуально значимых, но всегда желанных ориентиров.

Структуру А. о. образует стихийно складывающееся временное отношение индивидов к культуре. Родовая жизнь людей возникает в форме «группового эффекта», предполагающего социокультурную «одновременность», как результат пролонгированного согласования индивидуальных интенций, способностей и усилий, которые не только различны по своей физической природе, но еще и психологически «разновременны». В социогенезе эта одновременность формируется как отношение длительности и последовательности взаимосвязанного со-бытия индивидов; в онтогенезе — как стремление связать в уме предметную память и предметное ожидание. И в том и в другом случае речь идет об опосредованном совместным опытом или наличным переживанием отношении к будущему. Феномен «задержанного» ожидания, с его прямой («волевой») и обратной («когнитивной») связью, становится инвариантом А. о., сохраняющимся во всех его типах, формах, вариативных воплощениях и видовых модификациях.

В наличной действительности А. о. сплетено с другими типами отношений — социальным, экономическим, политическим и иными, совпадая с ними по одним и существенно различаясь по другим параметрам. Эта сплетенность, с одной стороны, придает любым социокультурным отношениям временной смысл, открытый в будущее, но с другой — затрудняет понимание А. о. как такового.

Существенное своеобразие А. о. обусловлено прежде всего особой, проективной формой связи субъективного и объективного. Как предметно ориентированная связь А. о. чувственно переживается каждым без исключения индивидом и, благодаря этому, становится явлением субъективным; но соучастие в групповой деятельности других людей от сознания индивида зависит в очень малой степени и поэтому требует для своего подкрепления выработки объективно значимого основания (эту функцию берет на себя язык, как знаковая система) и социально организованного регулятивного воздействия (осуждения и запрещения, оправдания и поощрения). Складываясь на своем собственном, знаковом основании, А. о. становится жизненным проектом для индивида и проективной реальностью для организации совокупной жизни людей. Проект, по Сартру, «располагается между объективными условиями среды и объективными структурами поля возможностей и сам по себе представляет подвижное единство субъективности и объективности».

Другим своеобразием А. о., вырастающим из его способности непосредственно связывать находящееся вне сознания и относящееся к самому сознанию, является принципиальная возможность развиваться сразу в двух взаимозависимых сферах — реальной и идеальной. Оставаясь мыслительной способностью и деятельностью, ориентированной на предмет, значимый для обшностей самого различного порядка и величины (община, артель, группа единомышленников, толпа), А. о. порождает «идею», т. е. «живое событие, разыгрывающееся в точке диалогической встречи двух или нескольких сознаний» (Бахтин). Знаковое основание дает возможность для идеального конструирования и дальнейшей критической «проработки» в уме некоторого замысла, начинания и любых иных общезначимых проектов будущего. Но в той же самой совместной жизнедеятельности людей А. о. становится еще и необходимостью предварительной реализации проекта. В этом случае, оставаясь проективной реальностью, А. о. становится «организатором» деловых отношений между людьми, способом и формой поиска взаимного согласия, технического моделирования, финансового расчета и иных подчиненных конечной реализации проекта действий.

Функциональная роль и конечное назначение А. о. определяются исторически становящейся духовной свободой. В своих истоках духовная свобода связана с ментальностью,

Философский словарь — значение слова Аксиологическое Отношение

— опосредованное духовной свободой отношение людей к смыслу собственной жизни и будущему своего рода. А. о., как правило, либо отождествляется с одной из его многочисленных смысловых характеристик (чаще всего с ценностью или с оценочным отношением), либо используется в предельно абстрактном значении, не имеющем своего собственного концептуального содержания. Оба эти варианта непродуктивны. За термином А. о. скрывается не только ценностное отношение, но и исторически предшествовавшее ему, а ныне сосуществующее с ним отношение полезности. За ним скрывается также многообразие наличных проявлений человеческого бытия (желания и предпочтения, цели и установки, ожидания и предметные значения, образцы и стандарты, планы и программы), когнитивных форм выражения (ценностные представления и оценки, идеалы и утопии) и бесчисленное множество видовых модификаций (индивидуальных, социальных, этических, эстетических и др.). Феноменологическая редукция всего этого исторически сложившегося многообразия приводит к метафизическому представлению о едином благе. Но позиция абстрактного тождества не выдерживает столкновения с реальностью, что и обнаруживает непрерывное воспроизводство в поколениях двух взаимосвязанных вопросов — ради чего живет человек и куда идет род человеческий. Оба эти вопроса могут складываться на разных уровнях — либо в форме эмоционально насыщенного полуосознанного переживания, либо в виде категориально выраженной мировоззренческой рефлексии. Генетически А. о. складывается одновременно с культурой как всеобщей формой человеческой жизнедеятельности и в органическом единстве с ней. В этом единстве культура всегда остается условием сохранения родовой жизни людей: каждый вновь родившийся индивид, чтобы стать человеком, вынужден, в той или иной мере, овладевать культурой. Для сменяющих друг друга поколений культура образует пространство сосуществования, поле возможностей, возрастающих в историческом развитии человечества. В этом же контексте А. о. обретает всего лишь один, но зато предельно глубокий временной смысл — отношения к будущему. Тем самым А. о. становится условием направленного обновления родовой жизни, способом ориентации людей на те возможности культуры, которые детерминированы в качестве исторически предельных или актуально значимых, но всегда желанных ориентиров. Структуру А. о. образует стихийно складывающееся временное отношение индивидов к культуре. Родовая жизнь людей возникает в форме «группового эффекта», предполагающего социокультурную «одновременность», как результат пролонгированного согласования индивидуальных интенций, способностей и усилий, которые не только различны по своей физической природе, но еще и психологически «разновременны». В социогенезе эта одновременность формируется как отношение длительности и последовательности взаимосвязанного со-бытия индивидов; в онтогенезе — как стремление связать в уме предметную память и предметное ожидание. И в том и в другом случае речь идет об опосредованном совместным опытом или наличным переживанием отношении к будущему. Феномен «задержанного» ожидания, с его прямой («волевой») и обратной («когнитивной») связью, становится инвариантом А. о., сохраняющимся во всех его типах, формах, вариативных воплощениях и видовых модификациях. В наличной действительности А. о. сплетено с другими типами отношений — социальным, экономическим, политическим и иными, совпадая с ними по одним и существенно различаясь по другим параметрам. Эта сплетенность, с одной стороны, придает любым социокультурным отношениям временной смысл, открытый в будущее, но с другой — затрудняет понимание А. о. как такового. Существенное своеобразие А. о. обусловлено прежде всего особой, проективной формой связи субъективного и объективного. Как предметно ориентированная связь А. о. чувственно переживается каждым без исключения индивидом и, благодаря этому, становится явлением субъективным; но соучастие в групповой деятельности других людей от сознания индивида зависит в очень малой степени и поэтому требует для своего подкрепления выработки объективно значимого основания (эту функцию берет на себя язык, как знаковая система) и социально организованного регулятивного воздействия (осуждения и запрещения, оправдания и поощрения). Складываясь на своем собственном, знаковом основании, А. о. становится жизненным проектом для индивида и проективной реальностью для организации совокупной жизни людей. Проект, по Сартру, «располагается между объективными условиями среды и объективными структурами поля возможностей и сам по себе представляет подвижное единство субъективности и объективности». Другим своеобразием А. о., вырастающим из его способности непосредственно связывать находящееся вне сознания и относящееся к самому сознанию, является принципиальная возможность развиваться сразу в двух взаимозависимых сферах — реальной и идеальной. Оставаясь мыслительной способностью и деятельностью, ориентированной на предмет, значимый для обшностей самого различного порядка и величины (община, артель, группа единомышленников, толпа), А. о. порождает «идею», т. е. «живое событие, разыгрывающееся в точке диалогической встречи двух или нескольких сознаний» (Бахтин). Знаковое основание дает возможность для идеального конструирования и дальнейшей критической «проработки» в уме некоторого замысла, начинания и любых иных общезначимых проектов будущего. Но в той же самой совместной жизнедеятельности людей А. о. становится еще и необходимостью предварительной реализации проекта. В этом случае, оставаясь проективной реальностью, А. о. становится «организатором» деловых отношений между людьми, способом и формой поиска взаимного согласия, технического моделирования, финансового расчета и иных подчиненных конечной реализации проекта действий. Функциональная роль и конечное назначение А. о. определяются исторически становящейся духовной свободой. В своих истоках духовная свобода связана с ментальностью, т. е. тем уровнем пробуждающегося коллективного сознания, который формируется стихийно и представляет собой потаенный сплав чувств и умонастроений, бессознательных влечений и не вполне осознаваемых предпочтений, определяющих изменчивую форму предметных ориентации индивидов. Свою определенность и направленность совместность человеческих желаний и предпочтений обретает лишь стохастически. Эта слабо выраженная тенденция существенно усиливается благодаря внешним (для А. о.) воздействиям — социальным, политическим, идеологическим и др. В итоге на каждой ступени исторического становления и развития складывается конкретная функциональная взаимозависимость между сферой человеческих влечений (А. о.), сферой родового опыта и возможностей для реализации индивидуальных интенций (культурой) и сферой социума, в которой люди сознательно создают нормы и институты, с помощью которых детерминируют, регулируют и контролируют А. о. Как бы ни ограничивалось при этом А. о., духовная свобода никогда не исчезает. С одной стороны, она модифицируется в зависимости от тех сфер, с которыми А. о. взаимодействует, проникая в культуру (в форме творчества), в политику (в виде политической свободы), в искусство (оборачиваясь здесь художественным творчеством и свободой художественного воображения) и т. д. С другой стороны — она сохраняется и в собственной сфере, модифицируясь в исторически сменяющих друг друга устойчивых типах. Тип А. о. зависит уже не только от ментальности, но еще и от менталитета, более высокого уровня коллективного сознания, складывающегося в зависимости от традиционно признанных и проверенных в опыте образцов, стандартов и эталонов, влияющих на формирование устойчивых массовых установок. В первобытности, т. е. относительно однородном типе организации родовой жизни, менталитет был относительно однороден. Какие бы духовные ориентации ни складывались в первобытности (религиозные, нравственные, художественные), все они концентрировались вокруг единого и единственно устойчивого образца — мифа, как универсального способа описания, объяснения и оправдания родовой жизни людей. В условиях цивилизации существенно усложнилась не только ментальность, но и менталитет: появляется возрастающее множество особенных, но тоже претендующих на универсальность, образцов — истина, добро, красота, власть, богатство, слава и т. д. Исторические типы А. о. складываются в процессе взаимодействия ментальности и менталитета, т. е. изменчивой сферы индивидуальных влечений и их устойчивой ориентации на универсально значимый единый образец или некоторое множество таковых. В первобытности духовная свобода, определяющая в конечном счете жизненный успех всего множества индивидов, принимает вид пользы, т. е. ориентации на ближайшее и очевидное каждому индивиду будущее; в цивилизации — вид ценностей, ориентирующих на отдаленное и многократно опосредованное будущее. А. о. гносеологически уникально — оно может быть предметом переживания, оценки и переоценки, понимания или непонимания, но никогда не может стать объектом «чистого» познания. Причиной этого является то обстоятельство, что А. о. всегда остается «внутренним» либо в психологическом, либо в социальном плане, а роль «внешнего» для него играет культура, т. е. сфера родовых возможностей. К этому добавляется и другое обстоятельство: А. о. всегда остается отношением целого (родового, универсального) и части (индивидного, уникального), каждое из которых представляет собой предварительное условие для понимания «другого», а потому их единство образует «герменевтический круг». Основным вопросом для понимания содержательной стороны А. о. является вопрос, имеющий судьбический смысл как на индивидуальном, так и на родовом уровне — ради чего живет человек и куда идет род человеческий. Основной гносеологический вопрос (что мы можем знать) и все познавательные процедуры — от сбора фактов до построения научной картины мира — оказываются в этом случае совсем в другой плоскости, пересекающейся с А. о. только в оценочной сфере, которая переводит «фактичность» и все другие когнитивные структуры в транзитивный план, т. е. требует обязательного перехода от индивидуального смысла к родовому и обратно. Например, утвердительное суждение «В первобытности люди жили ради пользы, а в условиях цивилизации они живут ради ценностей» обретает содержательный смысл только в контексте целостности родовой жизни людей. И, напротив, взятое в своем частичном сугубо личностном выражении это же суждение утрачивает не только судьбический смысл, но и конкретное содержание, всегда связанное с переживанием и духовностью. Еще более сложным оказывается ответ на вопрос, куда идет род человеческий, содержательная сторона которого зависит от понимания будущего и судеб цивилизации. В. И. Плотников

Смотреть значение Аксиологическое Отношение в других словарях

Отношение — касательство
Словарь синонимов

Отношение — см. относить.
Толковый словарь Даля

Отношение — отношения, ср. (книжн.). 1. только ед. Действие по глаг. отнестись в 1 знач. — относиться. Невнимательное отношение к делу. Хорошее отношение к детям. 2. связь, касательство,……..
Толковый словарь Ушакова

Авансовое Отношение — —
отношение первоначального
размера займа на
приобретение автомобиля к его розничной или оптовой цене.
эквивалентно отношению размера
кредита к……..
Экономический словарь

Доля Наличных Средств В Активах, Отношение Наличных К Сумме Депозитов — Балансовый коэффициент ликвидности (liquidity ratio), представляющий собой отношение суммы наличных денег в кассе и приравниваемых к ним средств плюс обращающихся (легкореализуемых)……..
Экономический словарь

Отношение — см. отношенье
Толковый словарь Кузнецова

Ожидаемое Отношение Дохода К Бете — Условие модели CAPM, предполагающее, что премии за риск ценных бумаг будут пропорциональны бете.
Экономический словарь

Ответственное Отношение К Учению — — состояние моральной готовности; активное действенное
отношение; сознательный
выбор способов поведения и деятельности в отношении к учению;
стимулирование……..
Экономический словарь

Отношение — RATIOМатематическое выражение связи между одним количественным показателем и др. 400 к 200 составляет 2:1, или 2. Если О. представляет какой-то практический интерес, то в этом……..
Экономический словарь

Отношение Аграрные — экономические отношения в сельском хозяйстве, определяемые характером землевладения и землепользования. С
изменением условий землевладения и землепользования……..
Экономический словарь

Отношение Активов К Собственному Капиталу — Отношение суммарных активов к акционерному капиталу.
Экономический словарь

Отношение Валовой Прибыли (gross Profit Ratio) — Валовая прибыль, деленная на чистую реализацию. 
Экономический словарь

Отношение Вознаграждения К Волатильности — Отношение полученного вознаграждения к среднеквадратическому отклонению портфеля.
Экономический словарь

Отношение Всех Опционов Пут Ко Всем Опционам Колл На Данную Ценную Бумагу — Отношение торгового оборота опционов «пут» на продажу к объему торгов опционами «колл» на покупку. Отношение обеспечивает количественную оценку «бычьих» и «медвежьих»……..
Экономический словарь

Отношение Дивиденда К Цене — DIVIDEND/PRICE RATIOСумма
дивиденда на одну акцию, деленная на рыночную цену за акцию и умноженная на 100. Выраженная в процентном отношении, данная
величина называется……..
Экономический словарь

Отношение Долгосрочной Задолженности К Собственному Капиталу — — показатель, характеризующий, в какой степени финансирование деятельности фирмы осуществляется за счет привлечения долгосрочных кредитов, в особенности, в форме облигационных……..
Экономический словарь

Отношение Долгосрочных Обязательств К Капитализации — Показатель финансового
левереджа. Показывает
долгосрочные обязательства как долю от ликвидного
капитала. Рассчитывается как
отношение долгосрочных……..
Экономический словарь

Отношение Долгосрочных Обязательства К Собственному Капиталу — Коэффициент капитализации, сравнивающий
долгосрочные обязательства с акционерным капиталом.
Экономический словарь

Отношение Заемных Средств К Собственным Средствам — Индикатор финансового левереджа. Используется для сравнения активов, предоставленных кредиторами, с активами, предоставленными акционерами. Рассчитывается как отношение……..
Экономический словарь

Отношение Зерно-свинья — CORN-HOG RATIOКоличество бушелей зерна, равное
по стоимости 100 фунтам живого веса свиньи, показывающее в рыночных
ценах относительную привлекательность для фермеров……..
Экономический словарь

Отношение Издержек И Прибыли — Чистая текущая
стоимость
инвестиции, деленная на ее стартовую стоимость. Также называется индексом прибыльности.
Экономический словарь

Отношение К Учению — — сложный мотив учения, влияющий на развитие умственных способностей и совершенствование навыков учебного труда; уровень нравственной воспитанности
Экономический словарь

Отношение Ликвидных Средств И Краткосрочной Задолженности — — показатель платежеспособности фирмы. Он именуется коэффициентом покрытия краткосрочной задолженности ликвидными средствами, включающими наличность и быстрореализуемые……..
Экономический словарь

Отношение Наличных Средств (кассовых Резервов) К Суммарным Активам Взаимных Фондов — Объем активов взаимных инвестиционных фондов, поддерживаемых в форме налично-денежных инструментов. Управляющий фондом может выбрать политику поддержания большой……..
Экономический словарь

Отношение Оборотных Активов Ко Всему Заемному Капиталу — —
показатель платежеспособности фирмы. Она считается высокой, если
стоимость оборотных активов полностью покрывает
задолженность фирмы, то есть превышает
заемный капитал.
Экономический словарь

Отношение Общего Долга К Сумме Активов (total-debt-to-total-asset Ratio) — Разновидность коэффициента платежеспособности. 
Экономический словарь

Отношение Общей Стоимости Продаж К Оборотным Активам — —
показатель, свидетельствующий о скорости оборачиваемости оборотного
капитала в течение года, поэтому именуется на практике коэффициентом оборачиваемости………
Экономический словарь

Отношение Общей Суммы Задолженности К Собственному Капиталу — — показатель соотношения внешних и собственных источников финансирования. Предполагается, что задолженность не должна превышать собственный капитал. Для анализа представляет……..
Экономический словарь

Отношение Основного Капитала К Собственному Капиталу — RATIO OF FIXED ASSETS TO NET WORTHОдин из показателей, рассчитываемых на основании фин. отчетности банковскими кредитными аналитиками при оценке кредитного риска. Целью расчета этого……..
Экономический словарь

Отношение Предложения К Его Покрытию — BID-TO-COVER RATIOОтношение количества предложений цен, полученных по казначейским векселям, предлагаемых к продаже, к числу предложений цен, принимаемых Казначейством. Повышение……..
Экономический словарь

Посмотреть еще слова :

Философская энциклопедия — аксиологическое отношение

опосредованное духовной свободой отношение людей к смыслу собственной жизни и будущему своего рода.

А. о., как правило, либо отождествляется с одной из его многочисленных смысловых характеристик (чаще всего с ценностью или с оценочным отношением), либо используется в предельно абстрактном значении, не имеющем своего собственного концептуального содержания. Оба эти варианта непродуктивны. За термином А. о. скрывается не только ценностное отношение, но и исторически предшествовавшее ему, а ныне сосуществующее с ним отношение полезности. За ним скрывается также многообразие наличных проявлений человеческого бытия (желания и предпочтения, цели и установки, ожидания и предметные значения, образцы и стандарты, планы и программы), когнитивных форм выражения (ценностные представления и оценки, идеалы и утопии) и бесчисленное множество видовых модификаций (индивидуальных, социальных, этических, эстетических и др.). Феноменологическая редукция всего этого исторически сложившегося многообразия приводит к метафизическому представлению о едином благе. Но позиция абстрактного тождества не выдерживает столкновения с реальностью, что и обнаруживает непрерывное воспроизводство в поколениях двух взаимосвязанных вопросов ради чего живет человек и куда идет род человеческий. Оба эти вопроса могут складываться на разных уровнях либо в форме эмоционально насыщенного полуосознанного переживания, либо в виде категориально выраженной мировоззренческой рефлексии.

Генетически А. о. складывается одновременно с культурой как всеобщей формой человеческой жизнедеятельности и в органическом единстве с ней. В этом единстве культура всегда остается условием сохранения родовой жизни людей: каждый вновь родившийся индивид, чтобы стать человеком, вынужден, в той или иной мере, овладевать культурой. Для сменяющих друг друга поколений культура образует пространство сосуществования, поле возможностей, возрастающих в историческом развитии человечества. В этом же контексте А. о. обретает всего лишь один, но зато предельно глубокий временной смысл отношения к будущему. Тем самым А. о. становится условием направленного обновления родовой жизни, способом ориентации людей на те возможности культуры, которые детерминированы в качестве исторически предельных или актуально значимых, но всегда желанных ориентиров.

Структуру А. о. образует стихийно складывающееся временное отношение индивидов к культуре. Родовая жизнь людей возникает в форме «группового эффекта», предполагающего социокультурную «одновременность», как результат пролонгированного согласования индивидуальных интенций, способностей и усилий, которые не только различны по своей физической природе, но еще и психологически «разновременны». В социогенезе эта одновременность формируется как отношение длительности и последовательности взаимосвязанного со-бытия индивидов; в онтогенезе как стремление связать в уме предметную память и предметное ожидание. И в том и в другом случае речь идет об опосредованном совместным опытом или наличным переживанием отношении к будущему. Феномен «задержанного» ожидания, с его прямой («волевой») и обратной («когнитивной») связью, становится инвариантом А. о., сохраняющимся во всех его типах, формах, вариативных воплощениях и видовых модификациях.

В наличной действительности А. о. сплетено с другими типами отношений социальным, экономическим, политическим и иными, совпадая с ними по одним и существенно различаясь по другим параметрам. Эта сплетенность, с одной стороны, придает любым социокультурным отношениям временной смысл, открытый в будущее, но с другой затрудняет понимание А. о. как такового.

Существенное своеобразие А. о. обусловлено прежде всего особой, проективной формой связи субъективного и объективного. Как предметно ориентированная связь А. о. чувственно переживается каждым без исключения индивидом и, благодаря этому, становится явлением субъективным; но соучастие в групповой деятельности других людей от сознания индивида зависит в очень малой степени и поэтому требует для своего подкрепления выработки объективно значимого основания (эту функцию берет на себя язык, как знаковая система)  и социально организованного регулятивного воздействия (осуждения и запрещения, оправдания и поощрения). Складываясь на своем собственном, знаковом основании, А. о. становится жизненным проектом для индивида и проективной реальностью для организации совокупной жизни людей. Проект, по Сартру, «располагается между объективными условиями среды и объективными структурами поля возможностей и сам по себе представляет подвижное единство субъективности и объективности».

Другим своеобразием А. о., вырастающим из его способности непосредственно связывать находящееся вне сознания и относящееся к самому сознанию, является принципиальная возможность развиваться сразу в двух взаимозависимых сферах реальной и идеальной. Оставаясь мыслительной способностью и деятельностью, ориентированной на предмет, значимый для обшностей самого различного порядка и величины (община, артель, группа единомышленников, толпа), А. о. порождает «идею», т. е. «живое событие, разыгрывающееся в точке диалогической встречи двух или нескольких сознаний» (Бахтин). Знаковое основание дает возможность для идеального конструирования и дальнейшей критической «проработки» в уме некоторого замысла, начинания и любых иных общезначимых проектов будущего. Но в той же самой совместной жизнедеятельности людей А. о. становится еще и необходимостью предварительной реализации проекта. В этом случае, оставаясь проективной реальностью, А. о. становится «организатором» деловых отношений между людьми, способом и формой поиска взаимного согласия, технического моделирования, финансового расчета и иных подчиненных конечной реализации проекта действий.

Функциональная роль и конечное назначение А. о. определяются исторически становящейся духовной свободой. В своих истоках духовная свобода связана с ментальностью, т. е. тем уровнем пробуждающегося коллективного сознания, который формируется стихийно и представляет собой потаенный сплав чувств и умонастроений, бессознательных влечений и не вполне осознаваемых предпочтений, определяющих изменчивую форму предметных ориентации индивидов. Свою определенность и направленность совместность человеческих желаний и предпочтений обретает лишь стохастически. Эта слабо выраженная тенденция существенно усиливается благодаря внешним (для А. о.) воздействиям социальным, политическим, идеологическим и др. В итоге на каждой ступени исторического становления и развития складывается конкретная функциональная взаимозависимость между сферой человеческих влечений (А. о.), сферой родового опыта и возможностей для реализации индивидуальных интенций (культурой) и сферой социума, в которой люди сознательно создают нормы и институты, с помощью которых детерминируют, регулируют и контролируют А. о. Как бы ни ограничивалось при этом А. о., духовная свобода никогда не исчезает. С одной стороны, она модифицируется в зависимости от тех сфер, с которыми А. о. взаимодействует, проникая в культуру (в форме творчества), в политику (в виде политической свободы), в искусство (оборачиваясь здесь художественным творчеством и свободой художественного воображения) и т. д. С другой стороны она сохраняется и в собственной сфере, модифицируясь в исторически сменяющих друг друга устойчивых типах. Тип А. о. зависит уже не только от ментальности, но еще и от менталитета, более высокого уровня коллективного сознания, складывающегося в зависимости от традиционно признанных и проверенных в опыте образцов, стандартов и эталонов, влияющих на формирование устойчивых массовых установок. В первобытности, т. е. относительно однородном типе организации родовой жизни, менталитет был относительно однороден. Какие бы духовные ориентации ни складывались в первобытности (религиозные, нравственные, художественные), все они концентрировались вокруг единого и единственно устойчивого образца мифа, как универсального способа описания, объяснения и оправдания родовой жизни людей. В условиях цивилизации существенно усложнилась не только ментальность, но и менталитет: появляется возрастающее множество особенных, но тоже претендующих на универсальность, образцов истина, добро, красота, власть, богатство, слава и т. д. Исторические типы А. о. складываются в процессе взаимодействия ментальности и менталитета, т. е. изменчивой сферы индивидуальных влечений и их устойчивой ориентации на универсально значимый единый образец или некоторое множество таковых. В первобытности духовная свобода, определяющая в конечном счете жизненный успех всего множества индивидов, принимает вид пользы, т. е. ориентации на ближайшее и очевидное каждому индивиду будущее; в цивилизации вид ценностей, ориентирующих на отдаленное и многократно опосредованное будущее.

А. о. гносеологически уникально оно может быть предметом переживания, оценки и переоценки, понимания или непонимания, но никогда не может стать объектом «чистого» познания. Причиной этого является то обстоятельство, что А. о. всегда остается «внутренним» либо в психологическом, либо в социальном плане, а роль «внешнего» для него играет культура, т. е. сфера родовых возможностей. К этому добавляется и другое обстоятельство: А. о. всегда остается отношением целого (родового, универсального) и части (индивидного, уникального), каждое из которых представляет собой предварительное условие для понимания «другого», а потому их единство образует «герменевтический круг» .

Основным вопросом для понимания содержательной стороны А. о. является вопрос, имеющий судьбический смысл как на индивидуальном, так и на родовом уровне ради чего живет человек и куда идет род человеческий. Основной гносеологический вопрос (что мы можем знать) и все познавательные процедуры от сбора фактов до построения научной картины мира оказываются в этом случае совсем в другой плоскости, пересекающейся с А. о. только в оценочной сфере, которая переводит «фактичность» и все другие когнитивные структуры в транзитивный план, т. е. требует обязательного перехода от индивидуального смысла к родовому и обратно. Например, утвердительное суждение «В первобытности люди жили ради пользы, а в условиях цивилизации они живут ради ценностей» обретает содержательный смысл только в контексте целостности родовой жизни людей. И, напротив, взятое в своем частичном сугубо личностном выражении это же суждение утрачивает не только судьбический смысл, но и конкретное содержание, всегда связанное с переживанием и духовностью. Еще более сложным оказывается ответ на вопрос, куда идет род человеческий, содержательная сторона которого зависит от понимания будущего и судеб цивилизации.

В. И. Плотников

Аксиологическое Отношение — это, определение слова, понятие. Что такое Аксиологическое Отношение, значение, словарь, энциклопедия

— опосредованное духовной свободой отношение людей к смыслу собственной жизни и будущему своего рода. А. о., как правило, либо отождествляется с одной из его многочисленных смысловых характеристик (чаще всего с ценностью или с оценочным отношением), либо используется в предельно абстрактном значении, не имеющем своего собственного концептуального содержания. Оба эти варианта непродуктивны. За термином А. о. скрывается не только ценностное отношение, но и исторически предшествовавшее ему, а ныне сосуществующее с ним отношение полезности. За ним скрывается также многообразие наличных проявлений человеческого бытия (желания и предпочтения, цели и установки, ожидания и предметные значения, образцы и стандарты, планы и программы), когнитивных форм выражения (ценностные представления и оценки, идеалы и утопии) и бесчисленное множество видовых модификаций (индивидуальных, социальных, этических, эстетических и др.). Феноменологическая редукция всего этого исторически сложившегося многообразия приводит к метафизическому представлению о едином благе. Но позиция абстрактного тождества не выдерживает столкновения с реальностью, что и обнаруживает непрерывное воспроизводство в поколениях двух взаимосвязанных вопросов — ради чего живет человек и куда идет род человеческий. Оба эти вопроса могут складываться на разных уровнях — либо в форме эмоционально насыщенного полуосознанного переживания, либо в виде категориально выраженной мировоззренческой рефлексии. Генетически А. о. складывается одновременно с культурой как всеобщей формой человеческой жизнедеятельности и в органическом единстве с ней. В этом единстве культура всегда остается условием сохранения родовой жизни людей: каждый вновь родившийся индивид, чтобы стать человеком, вынужден, в той или иной мере, овладевать культурой. Для сменяющих друг друга поколений культура образует пространство сосуществования, поле возможностей, возрастающих в историческом развитии человечества. В этом же контексте А. о. обретает всего лишь один, но зато предельно глубокий временной смысл — отношения к будущему. Тем самым А. о. становится условием направленного обновления родовой жизни, способом ориентации людей на те возможности культуры, которые детерминированы в качестве исторически предельных или актуально значимых, но всегда желанных ориентиров. Структуру А. о. образует стихийно складывающееся временное отношение индивидов к культуре. Родовая жизнь людей возникает в форме «группового эффекта», предполагающего социокультурную «одновременность», как результат пролонгированного согласования индивидуальных интенций, способностей и усилий, которые не только различны по своей физической природе, но еще и психологически «разновременны». В социогенезе эта одновременность формируется как отношение длительности и последовательности взаимосвязанного со-бытия индивидов; в онтогенезе — как стремление связать в уме предметную память и предметное ожидание. И в том и в другом случае речь идет об опосредованном совместным опытом или наличным переживанием отношении к будущему. Феномен «задержанного» ожидания, с его прямой («волевой») и обратной («когнитивной») связью, становится инвариантом А. о., сохраняющимся во всех его типах, формах, вариативных воплощениях и видовых модификациях. В наличной действительности А. о. сплетено с другими типами отношений — социальным, экономическим, политическим и иными, совпадая с ними по одним и существенно различаясь по другим параметрам. Эта сплетенность, с одной стороны, придает любым социокультурным отношениям временной смысл, открытый в будущее, но с другой — затрудняет понимание А. о. как такового. Существенное своеобразие А. о. обусловлено прежде всего особой, проективной формой связи субъективного и объективного. Как предметно ориентированная связь А. о. чувственно переживается каждым без исключения индивидом и, благодаря этому, становится явлением субъективным; но соучастие в групповой деятельности других людей от сознания индивида зависит в очень малой степени и поэтому требует для своего подкрепления выработки объективно значимого основания (эту функцию берет на себя язык, как знаковая система) и социально организованного регулятивного воздействия (осуждения и запрещения, оправдания и поощрения). Складываясь на своем собственном, знаковом основании, А. о. становится жизненным проектом для индивида и проективной реальностью для организации совокупной жизни людей. Проект, по Сартру, «располагается между объективными условиями среды и объективными структурами поля возможностей и сам по себе представляет подвижное единство субъективности и объективности». Другим своеобразием А. о., вырастающим из его способности непосредственно связывать находящееся вне сознания и относящееся к самому сознанию, является принципиальная возможность развиваться сразу в двух взаимозависимых сферах — реальной и идеальной. Оставаясь мыслительной способностью и деятельностью, ориентированной на предмет, значимый для обшностей самого различного порядка и величины (община, артель, группа единомышленников, толпа), А. о. порождает «идею», т. е. «живое событие, разыгрывающееся в точке диалогической встречи двух или нескольких сознаний» (Бахтин). Знаковое основание дает возможность для идеального конструирования и дальнейшей критической «проработки» в уме некоторого замысла, начинания и любых иных общезначимых проектов будущего. Но в той же самой совместной жизнедеятельности людей А. о. становится еще и необходимостью предварительной реализации проекта. В этом случае, оставаясь проективной реальностью, А. о. становится «организатором» деловых отношений между людьми, способом и формой поиска взаимного согласия, технического моделирования, финансового расчета и иных подчиненных конечной реализации проекта действий. Функциональная роль и конечное назначение А. о. определяются исторически становящейся духовной свободой. В своих истоках духовная свобода связана с ментальностью, т. е. тем уровнем пробуждающегося коллективного сознания, который формируется стихийно и представляет собой потаенный сплав чувств и умонастроений, бессознательных влечений и не вполне осознаваемых предпочтений, определяющих изменчивую форму предметных ориентации индивидов. Свою определенность и направленность совместность человеческих желаний и предпочтений обретает лишь стохастически. Эта слабо выраженная тенденция существенно усиливается благодаря внешним (для А. о.) воздействиям — социальным, политическим, идеологическим и др. В итоге на каждой ступени исторического становления и развития складывается конкретная функциональная взаимозависимость между сферой человеческих влечений (А. о.), сферой родового опыта и возможностей для реализации индивидуальных интенций (культурой) и сферой социума, в которой люди сознательно создают нормы и институты, с помощью которых детерминируют, регулируют и контролируют А. о. Как бы ни ограничивалось при этом А. о., духовная свобода никогда не исчезает. С одной стороны, она модифицируется в зависимости от тех сфер, с которыми А. о. взаимодействует, проникая в культуру (в форме творчества), в политику (в виде политической свободы), в искусство (оборачиваясь здесь художественным творчеством и свободой художественного воображения) и т. д. С другой стороны — она сохраняется и в собственной сфере, модифицируясь в исторически сменяющих друг друга устойчивых типах. Тип А. о. зависит уже не только от ментальности, но еще и от менталитета, более высокого уровня коллективного сознания, складывающегося в зависимости от традиционно признанных и проверенных в опыте образцов, стандартов и эталонов, влияющих на формирование устойчивых массовых установок. В первобытности, т. е. относительно однородном типе организации родовой жизни, менталитет был относительно однороден. Какие бы духовные ориентации ни складывались в первобытности (религиозные, нравственные, художественные), все они концентрировались вокруг единого и единственно устойчивого образца — мифа, как универсального способа описания, объяснения и оправдания родовой жизни людей. В условиях цивилизации существенно усложнилась не только ментальность, но и менталитет: появляется возрастающее множество особенных, но тоже претендующих на универсальность, образцов — истина, добро, красота, власть, богатство, слава и т. д. Исторические типы А. о. складываются в процессе взаимодействия ментальности и менталитета, т. е. изменчивой сферы индивидуальных влечений и их устойчивой ориентации на универсально значимый единый образец или некоторое множество таковых. В первобытности духовная свобода, определяющая в конечном счете жизненный успех всего множества индивидов, принимает вид пользы, т. е. ориентации на ближайшее и очевидное каждому индивиду будущее; в цивилизации — вид ценностей, ориентирующих на отдаленное и многократно опосредованное будущее. А. о. гносеологически уникально — оно может быть предметом переживания, оценки и переоценки, понимания или непонимания, но никогда не может стать объектом «чистого» познания. Причиной этого является то обстоятельство, что А. о. всегда остается «внутренним» либо в психологическом, либо в социальном плане, а роль «внешнего» для него играет культура, т. е. сфера родовых возможностей. К этому добавляется и другое обстоятельство: А. о. всегда остается отношением целого (родового, универсального) и части (индивидного, уникального), каждое из которых представляет собой предварительное условие для понимания «другого», а потому их единство образует «герменевтический круг». Основным вопросом для понимания содержательной стороны А. о. является вопрос, имеющий судьбический смысл как на индивидуальном, так и на родовом уровне — ради чего живет человек и куда идет род человеческий. Основной гносеологический вопрос (что мы можем знать) и все познавательные процедуры — от сбора фактов до построения научной картины мира — оказываются в этом случае совсем в другой плоскости, пересекающейся с А. о. только в оценочной сфере, которая переводит «фактичность» и все другие когнитивные структуры в транзитивный план, т. е. требует обязательного перехода от индивидуального смысла к родовому и обратно. Например, утвердительное суждение «В первобытности люди жили ради пользы, а в условиях цивилизации они живут ради ценностей» обретает содержательный смысл только в контексте целостности родовой жизни людей. И, напротив, взятое в своем частичном сугубо личностном выражении это же суждение утрачивает не только судьбический смысл, но и конкретноесодержание, всегда связанное с переживанием и духовностью. Еще более сложным оказывается ответ на вопрос, куда идет род человеческий, содержательная сторона которого зависит от понимания будущего и судеб цивилизации. В. И. Плотников


Поделиться:

АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ — это… Что такое АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ?


АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ
АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ
(от греч. axia — ценность и logos — слово, понятие, учение) — имеющий отношение к ценности или к теории ценностей. Последняя обычно рассматривает, как, напр., у Э. Гуссерля, не только хорошее и плохое, но и оценочно безразличное и то, что вообще исключается из сферы оценивания. Иногда в теории ценностей используются не только абсолютные, но и сравнительные оценки.

Философия: Энциклопедический словарь. — М.: Гардарики. Под редакцией А.А. Ивина. 2004.

.

Синонимы:
  • АКСИОЛОГИЧЕСКИЕ КАТЕГОРИИ
  • АКСИОЛОГИЯ

Смотреть что такое «АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ» в других словарях:

  • аксиологический — прил., кол во синонимов: 2 • оценочный (6) • ценностный (3) Словарь синонимов ASIS. В.Н. Тришин. 2013 …   Словарь синонимов

  • аксиологический — ая, ое. axiologique adj. 1900. Лексис. Отн. к аксиологии, философскому учению о ценностях. Хотелось бы избежать оценок. Аксиологические подходы к чужой работе всегда подозрительны, выдают умыслы пишущего, групповые счеты и прочие каверзы. Знамя… …   Исторический словарь галлицизмов русского языка

  • аксиологический — аксиолог ический …   Русский орфографический словарь

  • аксиологический — см. аксиология; ая, ое. А ая шкала ценностей …   Словарь многих выражений

  • Аксиологический подход в праве — способ познания права, в основе которого лежит ценностное восприятие социально правовой действительности, а критерием истинности правового выступают общечеловеческие начала. В основе данного подхода лежит личностное соизмерение права …   Элементарные начала общей теории права

  • системно-аксиологический — системно аксиологический …   Орфографический словарь-справочник

  • АКСИОЛОГИЯ — (от греч. axia ценность и logos учение) филос. дисциплина, исследующая категорию «ценность», характеристики, структуры и иерархии ценностного мира, способы его познания и его онтологический статус, а также природу и специфику ценностных суждений …   Философская энциклопедия

  • АКСИОЛОГИЯ — ( от греч. axia ценность, logos учение) учение о формах и способах ценностного проектирования человеком своих жизненных устремлений в будущее, выбора ориентиров для наличной жизни и оправдания или осуждения прошлого, иного и общезначимого.… …   Современный философский словарь

  • ИСТОРИЦИЗМ — стратегия исторического (и шире гуманитарного) познания, предполагающая постижение истории с парадигмальной позиции снятия субъект объектной оппозиции внутри когнитивной процедуры. Складывается на рубеже 19 20 вв. В историко философской традиции… …   История Философии: Энциклопедия

  • ИСТОРИЦИЗМ — стратегия исторического (и шире гуманитарного) познания, предполагающая постижение истории с парадигмальной позиции снятия субъект объектной оппозиции внутри когнитивной процедуры. Складывается на рубеже 19 20 вв. В историко философской традиции… …   Новейший философский словарь


Аксиологическая концепция культуры — Википедия

Аксиологическая концепция культуры — подход к изучению культуры, в рамках которого культура рассматривается как система базовых ценностей общества.

«Аксиология культуры представляет собой ценностную теорию культуры и одновременно философское учение о культурных ценностях»[1].

История зарождения аксиологической концепции[править | править код]

Советский и российский философ и культуролог М.С. Каган отмечает, что «суждения о различных видах ценности — о благе, добре, красоте, святости и т. п. — мы встречаем и у классиков античной философии, и у теологов средневековья, и у ренессансных мыслителей, и у философов Нового времени, однако обобщающего представления о ценности как таковой и соответственно о закономерности ее проявления в различных конкретных формах в философии не было до середины прошлого столетия»[2].

Становление философской теории ценности в конце XIX—начале XX вв.[править | править код]

Важную роль в становлении аксиологической теории и утверждении ценностного подхода к культуре сыграла философия Ф. Ницше: «Идея ценности в метафизике пришла к господству … решительно только через Ницше», поскольку создатель образа Заратустры само бытие трактовал в конечном счете не как объективную реальность, а как ценность, тем самым растворяя онтологию в аксиологии. Роль Ф. Ницше в становлении аксиологии отмечал и В. Виндельбанд, и упоминавшийся ее историк А. Штерн, говоря, что творец Заратустры «взрыхлил почву» для разработки теоретических основ философии ценности»[3].

«В 1902 г. французский философ П. Лапи в работе «Логика воли» вводит для обозначения теории ценностей термин аксиология (от греч. axios – ценный), вытеснивший предложенный в том же 1902 г. И. Крайбигом термин «тимология» (от греч. timia – ценимый). Э. Гартман определяет место Axiologie в своей «Cистеме философии в общем очертании» (1907 – 1909 гг.) наряду с гносеологией, натурфилософией, метафизикой, этикой, эстетикой и философией религии, утвердив тем самым название и статус новой философской дисциплины»[4].

В 1905 Г. Риккерт в своих работах излагает культурфилософскую концепцию, созданную им на основе ценностной теории. Эта концепция подразумевает, что реальный мир состоит из бытия и ценностей. «Само бытие, в свою очередь, может быть двух видов, во-первых, связанное с ценностями – это блага, а совокупность благ и есть культура как «совокупность объектов, связанных с общезначимыми ценностями и лелеемых ради этих ценностей». Во-вторых,– ценностно нейтральные, прежде всего природные явления, не относящиеся к культуре. На этом основании он и различает науки о природе и науки о культуре, пользующиеся впервые введенным Г. Риккертом методом отнесения к ценности. Выявленная с помощью этого метода «культурная ценность определяет выбор исторически существенного»[5].

Постепенно развитие аксиологических представлений привело к пониманию культуры как «мира воплощенных ценностей», и ее изучение стало сводиться к описанию истории ценностей; так родилась новая наука — история культуры, и, как утверждает М.С. Каган, из этих же предпосылок выросла квазиисторическая теория «локальных цивилизаций» О. Шпенглера и его последователей[6].

М.Шелер разрабатывает принципы ценностной культурфилософии, содержательной этики ценностей и философской антропологии[7]. «Ценности культуры являются, по Шелеру, производными от духовных ценностей, в виде, например, сокровищ искусства, научных институтов, позитивного законодательства, представляя собой «культурные блага в собственном смысле слова»[8].

Содержательным анализом культуры на ценностной основе фактически являются «Этика» (1925 г.) и «Эстетика» (1945 г.) Н.Гартмана. Он выделил шесть иерархически расположенных классов ценностей (от низших к высшим): ценности блага (Guterwerte), то есть пользы и отношения вещей; ценности удовольствия (Lustwerte) – приятное; жизненные ценности (Vitalwerte) – все полезное для жизни; нравственные (добро), эстетические (прекрасное) и познавательные ценности (истина). «Последние три класса являются ценностями духовной культуры в результате объективации живого духа в обеих его формах – персонально-субъективной и исторически объективной»[9] .

Таким образом, как отмечает Выжлецов Г.П., «онтологическая аксиология Г. Риккерта, М. Шелера и Н. Гартмана создала содержательные предпосылки для развития ценностной культурфилософии»[10]. Это отметил и М. Хайдеггер: «Философия ценности оказывается истинной научной философией культуры»[11].

Развитие аксиологической мысли в последние десятилетия XX в.[править | править код]

М.С. Каган в «Философской теории ценностей» выделяет характерную для этого периода активизации контактов Запада и Востока тенденцию оттеснения доминировавшего эпистемологического структурализм проблемой ценности. И в качестве одного из фактов, подтверждающих интерес к аксиологической проблематике приводит распространение аксиологического подхода на психологическую науку: «…А. Маслоу «К психологии бытия» целый раздел назван автором «Ценности», в котором ценность трактовалась как избирательный принцип, свойственный всякому живому существу, от цыпленка до человека; такую концепцию психолог называет «натуралистической наукой о человеческих ценностях», считая возможным и продуктивным «изучать высшие ценности или цели человеческих существ точно так же, как мы изучаем ценности муравьев, лошадей или деревьев, или, если хотите, марсиан»[12].

Аксиологическая концепция проникала в конкретные области гуманитарного знания — в социологию, культурологию и искусствознание: «в обобщающих трудах по социологии Р. Пэнто и М. Гравица «Методы социальных наук» и Г. Беккера и А. Боскова «Современная социологическая теория», в монографиях П. Сорокина, М. Рокича, Е. Коуэлла и многих других (в книге М. Рокича «Природа человеческих ценностей» библиография насчитывает более 250 названий книг и статей, посвященных проблемам социологического анализа ценностей, причем в обычном для американских ученых стиле в ней приводятся только работы на английском языке), проблема эта подвергается самостоятельному методологическому анализу, а Ф. Коуэлл, посвятивший свое исследование месту ценности в социологической концепции П. Сорокина, не только интерпретировал в аксиологическом духе различение П. Сорокиным «идеационного», «сенситивного» и «идеалистического» типов культуры, но пришел вообще к выводу, что «социология в основе своей есть исследование ценностей»[13].

Развитие аксиологической концепции в конце XX-начале XXI вв.[править | править код]

«Современная онтологическая «аксиология культуры» (1996 г.) обосновывает объективность культурных ценностей трансцендентностью их источника… Аксиология культуры, являясь основой современного гуманитарного знания в целом, опирается на рациональность как действенную активность разума», — утверждает Г.П. Выжлецов[14].

«Культура, в конечном итоге, есть реализация ценностей как воплощения трансцендентного и живого человеческого духа. Поэтому аксиология культуры является на современном этапе сущностным ядром всего гуманитарного знания, а его истиной становится духовная ценность. В противовес распространенному и распространяемому сегодня узко прагматическому, технократическому мышлению, духовно-ценностное, смысложизненное содержание гуманитарного знания превращает его в убеждение как основу принятия жизненно важных решений, поступков, поведения и, в конечном итоге, судьбы. Именно от его качества и степени влияния напрямую зависит дальнейшее развитие и всего общества, и каждого человека в реалиях XXI века[15]».

Аксиологическая концепция встретила критику со стороны представителей марксистской философии, которые отвергали само понятие ценности как «буржуазное» и считали аксиологию идеалистическим учением (как, впрочем, и философскую антропологию, и культурологию — все, что выходило за пределы теории познания, к которой сводился диалектический материализм, и содержания исторического материализма, трактованного как «общая социология»)[16].

В наше время также можно найти тех, кто стремится опровергнуть аксиологическую теорию. Например, в статье С.Е. Янчина с позиции онтологических ориентиров основных направлений современной философии, дается критика попытки представить ценность в качестве универсального основания человеческого бытия и культуры: «…Отношение смысла и ценности можно понимать как экзистенциальную антиномию, где ценность обнаруживает себя как субъективированный культурой смысл. Падение смысла в ценности – неизбежно. В современном мире «позднего капитализма» это падание происходит с заметным ускорением. Философия, в рамках своей критической миссии, разоблачает мифологию ценностей и тем самым хранит смысл человеческого бытия в культуре[17]».

  1. ↑ Выжлецов Г.П. Аксиология культуры на рубежах веков / Axiology of Culture at the Turn of the Centuries // Международный журнал исследований культуры. – 2016. — 2 (23). – С. 15.
  2. ↑ Каган М.С. Философская теория ценности. — Санкт-Петербург, ТОО ТК «Петрополис», — С.10.
  3. ↑ Каган М.С. Философская теория ценности. — Санкт-Петербург, ТОО ТК «Петрополис», — С. 14
  4. ↑ Выжлецов Г.П. Аксиология культуры на рубежах веков / Axiology of Culture at the Turn of the Centuries // Международный журнал исследований культуры. – 2016. — 2 (23). – С. 15-26
  5. ↑ Выжлецов Г.П. Аксиология культуры на рубежах веков / Axiology of Culture at the Turn of the Centuries // Международный журнал исследований культуры. – 2016. — 2 (23). – С. 17
  6. ↑ Каган М.С. Философская теория ценности. — Санкт-Петербург, ТОО ТК «Петрополис», — с. 16
  7. ↑ «Формализм в этике и материальная этика ценностей» (1913, 1916 гг.)
  8. ↑ Выжлецов Г.П. Аксиология культуры на рубежах веков / Axiology of Culture at the Turn of the Centuries // Международный журнал исследований культуры. – 2016. — 2 (23). – С. 19
  9. ↑ Выжлецов Г.П. Аксиология культуры на рубежах веков / Axiology of Culture at the Turn of the Centuries // Международный журнал исследований культуры. – 2016. — 2 (23). – С. 19
  10. ↑ Выжлецов Г.П. Аксиология культуры на рубежах веков / Axiology of Culture at the Turn of the Centuries // Международный журнал исследований культуры. – 2016. — 2 (23). – С. 19
  11. ↑ Хайдеггер М. Феноменология и трансцендентальная философия ценности. Киев: Издательство «Cartel», 1996.С. 38
  12. ↑ Каган М.С. Философская теория ценности. — Санкт-Петербург, ТОО ТК «Петрополис», — с. 21.
  13. ↑ Каган М.С. Философская теория ценности. — Санкт-Петербург, ТОО ТК «Петрополис», — с. 28.
  14. ↑ Выжлецов Г.П. Аксиология культуры на рубежах веков / Axiology of Culture at the Turn of the Centuries // Международный журнал исследований культуры. – 2016. — 2 (23). – С. 15
  15. ↑ Выжлецов Г.П. Аксиология культуры на рубежах веков / Axiology of Culture at the Turn of the Centuries // Международный журнал исследований культуры. – 2016. — 2 (23). – С. 26
  16. ↑ Каган М.С. Философская теория ценности. — Санкт-Петербург, ТОО ТК «Петрополис», — с. 10.
  17. ↑ Ячин С.Е. Смысл и ценности. К критике теории ценности в современной философии / Sense and Values. On the Criticism of the Theory of Values in Modern Philosophy// Международный журнал исследований культуры. – 2016. — 2 (23). – С. 27

Каган М.С. Философская теория ценности. — Санкт-Петербург, ТОО ТК «Петрополис», — с. 205.

Выжлецов Г.П. Аксиология культуры на рубежах веков / Axiology of Culture at the Turn of the Centuries // Международный журнал исследований культуры. – 2016. — 2 (23). – С. 15-26

Ячин С.Е. Смысл и ценности. К критике теории ценности в современной философии / Sense and Values. On the Criticism of the Theory of Values in Modern Philosophy// Международный журнал исследований культуры. – 2016. — 2 (23). – С. 27

Риккерт Г. О понятии философии // Риккерт Г. Науки о природе и науки о культуре. М., 1998. С. 15—42.

Риккерт Г. О системе ценностей // Риккерт Г. Науки о природе и науки о культуре. М., 1998. С. 363—391.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.