К активным формам воображения относятся: Мечты, грезы, фантазии — особые виды воображения. Виды воображения

Автор: | 04.04.1981

Содержание

Виды воображения — Pro-Psixology.ru

Можно выделить несколько видов воображения, основные среди которых — пассивное и активное. Пассивное, в свою очередь, делится на произвольное (мечтательность, грезы) и непроизвольное (гипнотическое состояние, фантазия в сновидениях). Активное воображение включает в себя артистическое, творческое, критическое, воссоздающее и антиципирующее. Близка к этому эмпатия — способность понимать другого человека, проникаться его мыслями и чувствами, сострадать, сопереживать, радоваться за другого.

Активное воображение всегда направлено на решение творческой или личностной задачи. Человек оперирует фрагментами, единицами конкретной информации в определенной области, различным образом их комбинируя. Стимуляция такого процесса создает объективные возможности для того, чтобы возникли оригинальные новые связи между зафиксированными в памяти человека и общества условиями.

В активном воображении мало мечтательности и «беспочвенной» фантазии. Оно связано с будущим и оперирует временем как вполне определенной категорией (т. е. человек не теряет чувства реальности, не ставит себя вне временных связей и обстоятельств). Это воображение направлено больше вовне, человек занят средой, обществом, деятельностью и в меньшей степени внутренними субъективными проблемами. Активное воображение, наконец, и пробуждается задачей, и ею направляется, оно определяется волевыми усилиями и поддается волевому контролю.

Воссоздающее воображение — один из видов активного, когда происходит конструирование новых образов, представлений в соответствии с воспринятой извне стимуляцией в виде словесных сообщений, схем, условных изображений, знаков и т. д. Несмотря на то что его продуктами являются совершенно новые, ранее не воспринимаемые человеком образы, оно основано на прежнем опыте.

Антиципирующее воображение лежит в основе очень важной способности человека: предвосхищать будущие события, предвидеть результаты своих действий и т. д. Этимологически предвидеть тесно связано со словом «видеть», что показывает важность осознания ситуации и перенесения определенных ее элементов в будущее, что основано на знании или предугадывании логики развития событий. Благодаря этой способности человек может «мысленным взором» увидеть, что произойдет с ним, с другими людьми или окружающими вещами в будущем. Ф. Лерш назвал это прометеевской (глядящей вперед) функцией воображения, которая зависит от величины жизненной перспективы: чем моложе человек, тем сильнее и ярче его воображение ориентировано вдаль. У пожилых и старых людей воображение в большей мере связано с событиями прошлого.

Творческое воображение — вид воображения, когда человек самостоятельно создает новые образы и идеи, представляющие ценность для других людей или общества в целом и которые воплощаются («кристаллизуются») в конкретные оригинальные продукты деятельности. Творческое воображение является необходимым компонентом и основой всех видов творческой деятельности человека.

Его образы создаются благодаря различным интеллектуальным операциям. В структуре творческого воображения различают два их типа. Посредством первого формируются идеальные образы, с помощью второго перерабатывается готовая продукция.

Один из первых психологов, изучавших эти процесса, Т. Рибо, выделил две основные операции: диссоциацию и ассоциацию.

Диссоциация — отрицательная и подготовительная операция, в ходе которой раздробляется чувственно данный опыт. В результате такой предварительной обработки опыта его элементы способны дать новое сочетание.

Без предварительной диссоциации творческое воображение немыслимо. Это первый его этап, стадия подготовки материала. Невозможность диссоциации — существенное препятствие для творческого воображения.

Ассоциация — создание целостного образа из его элементов. Она дает начало новым сочетаниям, новым образам.

Существуют и другие интеллектуальные операции, например способность мыслить по аналогии с частным и чисто случайным сходством.

Пассивное воображение подчинено внутренним, субъективным факторам. Оно подчиняется желаниям, которые представляются при фантазировании осуществленными. В образах пассивного воображения «удовлетворяются» неудовлетворенные, большей частью неосознанные, потребности личности. Все это направлено на усиление и сохранение положительно окрашенных эмоций и на вытеснение, редукцию отрицательных аффектов.

В процессе такого пассивного воображения осуществляется нереальное, мнимое удовлетворение какой-либо потребности или желания. В этом и состоит отличие от реалистического мышления, направленного на действительное, а не мнимое удовлетворение потребностей,

Материалами пассивного воображения, так же как и активного, являются образы, представления, элементы понятий и другая информация, почерпнутая из опыта.

Синтез, реализуемый в воображении, обретает разные формы:

  • агглютинация: «склеивание» различных, несоединимых в повседневной жизни качеств, частей;
  • гиперболизация: увеличение или уменьшение предмета, а также изменение отдельных частей;
  • схематизация: отдельные представления сливаются, различия сглаживаются, а черты сходства выступают четко;
  • типизация: выделение существенного, повторяющегося в однородных образах;
  • заострение: подчеркивание каких-либо отдельных признаков.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите

Ctrl+Enter.

Как отличить Активное Воображение от пассивной фантазии

Как отличить Активное Воображение от пассивной фантазии

Активное Воображение — это особый метод использования силы воображения, разработанный Юнгом в начале этого столетия. Несмотря на то, что этот метод применялся многими людьми и его огромная практическая ценность уже хорошо доказана, о нем мало кто знает, за исключением последователей юнгианства. А многие из тех, кто слышал о нем, считают, что разбираются в нем не настолько хорошо, чтобы применять его на практике.

В данном разделе этой книги мы исследуем основные концепции Активного Воображения, рассмотрим некоторые примеры и узнаем метод пофазового подхода, который вы сможете применять, занимаясь Активным Воображением самостоятельно.

В сущности, Активное Воображение — это диалог, который вы ведете с различными частями вашего «я», живущими в бессознательном. В определенном смысле это похоже на сон, с той лишь разницей, что, испытывая это ощущение, вы не спите и полностью осознаете происходящее. Это, собственно, и является отличительной чертой этого метода. Вместо того чтобы погружаться в сон, вы, бодрствуя, погружаетесь в воображение. Вы позволяете живущим в бессознательном образам подниматься на уровень вашего воображения, как это они делают в сновидениях, посещающих вас во время сна.

В вашем воображении вы начинаете говорить с вашими образами и взаимодействовать с ними. Они вам отвечают. Вы с удивлением узнаете, что они выражают точки зрения, прямо противоположные тем, что содержатся в вашем осознающем разуме. Они рассказывают вам о вещах, существование которых вы до сих пор не осознавали, и сообщают вам мысли, до сих пор неведомые вашему осознающему разуму.

Большинство людей в процессе Активного Воображения ведет оживленную беседу, обменивается мнениями с внутренними фигурами, пытается примирить противоположные точки зрения, даже обращается за советом к живущим в бессознательном мудрецам.

Но не все беседы ведутся посредством слов.

Вероятно, самым первым зарегистрированным применением Активного Воображения в его современной форме было видение Юнга, в котором не прозвучало ни единого слова, зато имело место активное взаимодействие между его осознающим разумом и образами, появившимися из его бессознательного. Это было одно из тех событий, благодаря которым Юнг понял, что он может входить в свою фантазию, осознанно в ней участвовать и превращать ее в активный обмен между осознающей и бессознательной энергетическими системами.

«Я сидел за своим столом и снова обдумывал все свои опасения. Затем я позволил себе «упасть» Неожиданно возникло такое ощущение, будто земля, в буквальном смысле этого слова ушла у меня из-под ног, и я полетел в черную пропасть. Я не мог избавиться от чувства страха. Но затем, пролетев не такое уж большое расстояние, я приземлился на ноги, почувствовав под ними мягкую липкую массу. Я ощутил огромное облегчение, хотя и находился в непроглядной тьме.

Через несколько минут мои глаза привыкли к мраку, который напоминал, скорее, глубокие сумерки. Передо мной находился вход в темную пещеру. Посреди входа стоял гном с высохшей, словно у мумии, кожей. Я протиснулся мимо него в пещеру и побрел по доходившей мне до колен ледяной воде к другому ее концу, где я увидел сверкающий красный кристалл лежащий на скальном выступе. Я схватил камень, поднял его и обнаружил под ним пустоту. Поначалу я ничего не мог разглядеть, но затем увидел поток воды. Этот поток пронес мимо меня труп молодого светловолосого человека с раной в голове. За ним последовал гигантский черный скарабей, а потом красное солнце поднялось из водных глубин»[13]

Активное Воображение помогает лучше понять» что возникающие в воображении образы на самом деле являются символами, представляющими глубоко сидящие внутри нас части нашего «я». Подобно образам из снов, они символизируют содержимое нашего бессознательного. Поскольку эти внутренние существа обладают «своим собственным разумом», они говорят и делают вещи, которые иногда потрясают, зачастую просвещают, а иногда и оскорбляют наше эго

Хотя Юнг высоко ценил сны, он считал Активное Воображение еще более прямым путем к бессознательному. Разница заключается в следующем: когда вам что-либо снится, вы действительно, получаете сигналы от бессознательного, но ваш осознающий разум в этом процессе не участвует. Когда вы просыпаетесь, осознающий разум может вспомнить сон и задуматься над его значением, но во время самого сна осознающий разум бессилен. С Активным Воображением все наоборот — в этом случае осознающий разум бодрствует. Он осознанно принимает участие в событиях.

В снах события происходят исключительно на уровне бессознательного. В процессе Активного Воображения, события происходят на уровне воображения, которое не относится ни к осознающему разуму, ни к бессознательному, а представляет собой «место встречи», «нейтральную полосу», на которой осознающий разум и бессознательное встречаются, чтобы создать событие жизни, сочетающее в себе элементы и того, и другого. Два уровня сознания сливаются друг с другом на поле воображения, подобно двум рекам, которые впадают друг в друга, чтобы создать один мощный поток. Они дополняют друг друга; они начинают работать вместе, и, в результате, ваша полная личность начинает преобразовывать себя в единство. Диалог осознающего разума с бессознательным, приводит в действие высшую «божественную» функцию, «я», которое представляет собой синтез этих двух уровней сознания.

Любопытно, что, когда человек начинает заниматься Активным Воображением, количество его сновидений резко сокращается. Если вы серьезно относитесь к этому искусству как к особому способу медитации, то вы ассимилируете содержимое бессознательного раньше, чем у него возникнет потребность передать его вам посредством сна. Решение поставленных сновидениями проблем происходит в процессе Активного Воображения.

Ввиду связи между снами и Активным Воображением, Юнг прописал Активное Воображением людям, которых каждую ночь посещало такое количество сновидений, что они были просто не в состоянии разобраться в них посредством обычной работы со снами. Когда вы начнете регулярно заниматься Активным Воображением, то обнаружите, что количество ваших сновидений резко сократилось, стало меньше повторяющихся сновидений, а сами сновидения стали более «сфокусированными». Когда вы решаете ваши проблемы посредством Активного Воображения, вашим снам нет нужды часто повторяться.

Суть Активного Воображения заключается в вашем осознанном участии в процессе воображения. Этот, вид воображения потому и называется активным, что эго, на самом деле, входит во внутренний мир, гуляет там, беседует, спорит, заводит себе друзей и наживает врагов среди населяющих этот мир личностей. Вы осознанно играете роль в спектакле вашего воображения. Вы заводите разговор с другими исполнителями, обмениваетесь точками зрения, вместе отправляетесь навстречу приключениям и, в конце концов, учитесь сами и учите других.

Это качество отличает Активное Воображение от обычной, пассивной фантазии. Пассивная фантазия — это сны наяву, вы, словно в кинотеатре, просто сидите и наблюдаете за потоком фантазии, проникающим в ваш мозг. Пассивная фантазия — это процесс, в котором вы не принимаете осознанного участия; вы не задумываетесь над тем, что происходит, и по отношению к тому, что происходит, вы не занимаете независимой, этической позиции.

Пассивная фантазия также представляет образы из бессознательного. Но, поскольку мы не можем осознанно войти в нее, она, по большей части, представляет собой пустую трату времени и энергии. Представленные фантазией проблемы разрешению не поддаются. В большинстве случаев, фантазия снова и снова появляется на обочине нашего разума, пока ей это не надоест или пока это не надоест нам. Никакой эволюции не происходит, потому что эго никогда не сталкивается с ситуацией из фантазии и никогда не входит в нее как осознающая, независимая сила.

Хорошим примером этого является феномен беспокойства. Беспокойство — это одна из форм пассивной фантазии. Большинству из нас есть о чем беспокоиться, причем беспокоиться постоянно, В нашем мозгу возникает фантазия, в которой мы видим себя добившимися поставленной цели победителями. Затем наступает черед контр-фантазии, фантазии-беспокойства, в которой мы видим себя потерпевшими унизительное поражение. До тех пор, пока мы пассивно сидим и позволяем фантазии-беспокойству овладевать нами, мы не найдем никакого выхода, но в случае с Активным Воображением появляется возможность проникнуть в беспокойство, активно противостоять ему, вступить с ним в диалог, выяснить, кто или что внутри нас находится в состоянии конфликта, и сделать что-то по этому поводу.

Во всех случаях Активного Воображения вы обратите внимание на то, что имеете дело с историей, которая относится к первому лицу: в ней всегда присутствует «я». «Я» иду в определенное место. «Я» вижу образ. «Я» взаимодействую с ним. «Я» должно обязательно там присутствовать, взаимодействовать с другими персонажами, ибо, в противном случае, эго не будет принимать в происходящем никакого участия.

Воображение не может быть активным, если в спектакле не задействованы ваши чувства и эмоции. «Я» испытываю определенные чувства: «я» счастлив, заинтересован, печален или зол в результате происходящих событий. «Я» должно ощущать воображаемое действие так полно, как если бы оно было внешним, физическим событием. Да, это событие — символическое, но, тем не менее, оно является реальным событием, в котором задействованы реальные чувства.

Посредством вашего активного участия вы превращаете то, что могло бы остаться бессознательной, пассивной фантазией, в абсолютно осознанный, мощный акт воображения. Если Активное Воображение применяется правильно, оно соединяет те различные части вашего «я», которые конфликтовали между собой или были отделены друг от друга. Оно пробуждает внутри вас могучие голоса и приводит к заключению мира между враждующими эго и бессознательным, к началу сотрудничества между ними.

Основной задачей этого искусства является обеспечение связи между эго и теми частями бессознательного, от которых мы, как правило, отрезаны. Когда вы занимаетесь Активным Воображением, в вашей душе, действительно, происходят перемены. Меняются отношения между эго и бессознательным. Если имеет место невротический дисбаланс между установками эго и ценностями бессознательного, то эту брешь можно заделать, дополняющие друг друга противоположности можно свести воедино. Активное Воображение выводит человека на путь, ведущий к целостности, к осознанию полноты своего «я», и все это только потому, что человек научился общаться со своим внутренним «я».

Развитие творческого воображения у детей младшего школьного возраста в декоративно-прикладной деятельности

%PDF-1. 5 % 1 0 obj > /Metadata 4 0 R >> endobj 5 0 obj /Title >> endobj 2 0 obj > endobj 3 0 obj > endobj 4 0 obj > stream

  • Развитие творческого воображения у детей младшего школьного возраста в декоративно-прикладной деятельности
  • Эльрих Е. В.1.52018-06-08T12:50:22+05:002018-06-08T12:50:22+05:00 endstream endobj 6 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] /XObject > >> /MediaBox [0 0 595. 32 841.92] /Contents [93 0 R 94 0 R 95 0 R] /Group > /Tabs /S /StructParents 0 /Annots [96 0 R] >> endobj 7 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 97 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 4 >> endobj 8 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 98 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 7 >> endobj 9 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 101 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 8 >> endobj 10 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 104 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 9 >> endobj 11 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 106 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 10 >> endobj 12 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595. 32 841.92] /Contents 108 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 11 >> endobj 13 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 109 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 12 >> endobj 14 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 110 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 13 >> endobj 15 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 111 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 14 >> endobj 16 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 112 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 15 >> endobj 17 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 113 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 16 >> endobj 18 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 114 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 17 >> endobj 19 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 115 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 18 >> endobj 20 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 116 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 19 >> endobj 21 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 117 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 20 >> endobj 22 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 118 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 21 >> endobj 23 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 119 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 22 >> endobj 24 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 120 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 23 >> endobj 25 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 121 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 24 >> endobj 26 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 122 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 25 >> endobj 27 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 123 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 26 >> endobj 28 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 124 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 27 >> endobj 29 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 125 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 28 >> endobj 30 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 126 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 29 >> endobj 31 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 127 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 30 >> endobj 32 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 128 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 31 >> endobj 33 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 129 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 32 >> endobj 34 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 130 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 33 >> endobj 35 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 131 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 34 >> endobj 36 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 132 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 35 >> endobj 37 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 133 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 36 >> endobj 38 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 135 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 37 >> endobj 39 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 136 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 38 >> endobj 40 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 137 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 39 >> endobj 41 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 138 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 40 >> endobj 42 0 obj > /XObject > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 140 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 1 >> endobj 43 0 obj > /XObject > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 142 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 2 >> endobj 44 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 143 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 41 >> endobj 45 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 144 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 42 >> endobj 46 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 145 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 43 >> endobj 47 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 146 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 44 >> endobj 48 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 147 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 45 >> endobj 49 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 148 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 46 >> endobj 50 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 149 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 47 >> endobj 51 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 150 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 48 >> endobj 52 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 151 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 49 >> endobj 53 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 152 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 50 >> endobj 54 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 153 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 51 >> endobj 55 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 154 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 52 >> endobj 56 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 155 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 53 >> endobj 57 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 156 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 54 >> endobj 58 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 157 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 55 >> endobj 59 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 158 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 56 >> endobj 60 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 159 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 57 >> endobj 61 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 160 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 58 >> endobj 62 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 161 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 59 >> endobj 63 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /Annots [162 0 R 163 0 R] /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 164 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 60 >> endobj 64 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 165 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 63 >> endobj 65 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /Annots [166 0 R] /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 167 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 64 >> endobj 66 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 168 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 66 >> endobj 67 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 169 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 67 >> endobj 68 0 obj > /XObject > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 173 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 3 >> endobj 69 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 174 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 68 >> endobj 70 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 175 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 69 >> endobj 71 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 176 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 70 >> endobj 72 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 177 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 71 >> endobj 73 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 178 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 72 >> endobj 74 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 179 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 73 >> endobj 75 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 180 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 74 >> endobj 76 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 181 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 75 >> endobj 77 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 182 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 76 >> endobj 78 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 183 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 77 >> endobj 79 0 obj > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 184 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 78 >> endobj 80 0 obj > /XObject > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 186 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 5 >> endobj 81 0 obj > /XObject > /ProcSet [/PDF /Text /ImageB /ImageC /ImageI] >> /MediaBox [0 0 595.32 841.92] /Contents 188 0 R /Group > /Tabs /S /StructParents 6 >> endobj 82 0 obj > endobj 83 0 obj > endobj 84 0 obj > endobj 85 0 obj > endobj 86 0 obj > endobj 87 0 obj > endobj 88 0 obj > endobj 89 0 obj > endobj 90 0 obj > endobj 91 0 obj > endobj 92 0 obj > stream x

    Словарь аналитической психологии

    Активное воображение – практикующий этот метод воображения обращается только к своим образам и не использует внешние элементы, как, например, делается в направленном воображении, где вы начинаете с сознательно выбранного образа, или в медитативных практиках, где используются определенные мантры. В активном воображении процесс происходит между сознательной личностью и субъективным внутренним миром образов.

    Эго-комплекс вступает в живые отношения с архетипическими образами бессознательного. Активное участие эго-комплекса направлено на формирование и развитие этих образов в качестве внутренних событий и вещей. Процесс может принимать самые различные формы: медитативные фантазии, рисование, автоматическое чирканье или письмо, диалоги с внутренним «Другим» (тень, анима, анимус и пр) и даже форму танца и музыки.

    Дети только и занимаются, что активным воображением. Воображаемый партнер по играм, сказочные страны или другие фантазии, создаваемые эго ребенка, относятся к области активного воображения. Существует тесная связь  между активным воображением и переходным объектом, описанным Винникоттом, который очень важен для символообразующей функции психики.

    Амплификация – перевод слова amplificare означает «расширить, раздуть, увеличить, умножить, вынести на яркий свет».  Это обогащение символа различными культурными объектными ассоциациями, которое постепенно или внезапно приводит к прояснению его значения и может спонтанно войти в сознание и стимулировать процесс трансформации. Амплификация не является линейным процессом, концентрическими кругами она вновь и вновь возвращается к выбранному символу.

    Метод амплификации позволяет использовать способность символов трансформировать энергию и стимулирует трансцендентную функцию.

    Знание мифологии, этнологии, сравнительной истории религий, символизма, сказок и т.д. является необходимым условием для продуктивного использования метода амплификаций , поскольку он дает аналитику реальное понимание глубины любого символа. Но нужно уметь донести это знание до клиента; аналитик не должен бояться делиться подобными аналогиями с клиентом, причем важно, чтобы эти аналогии подходили к ситуации клиента и в то же время соответствовали его способности их понять. Опасностью этого метода является затопление клиента амплификациями, которые он не  в состоянии переварить. Поэтому на практике не обходимо предлагать аналогии умеренно и тщательно взвесив, сможет ли клиент к ним отнестись эмоционально.

    Есть красивая легенда про Будду, иллюстрирующая важность этого момента. По легенде Будда остановился в лесу и набрал охапку листьев. Он показал их ученикам и сказал, что также как листья в его руках такая малость по сравнению со всей листвой в лесу, его учение только немногое из того, что он знает, но он пытается передать ученикам только ту часть, которая будет полезна им для достижения просветления. Аналитику не следует давать клиенту больше зелья знаний, чем последнему необходимо и чем он сможет усвоить и интегрировать для решения своей проблемы. Передозировки в амплификации могут стать ядом или инфляцией, точно так же, как и передозировки лекарств в медицине.

    К какому психическому материалу приложим метод амплификаций? Ко всему, что сознание может понять и инкорпорировать как истинный символ. Это относится не только к сновидениям, фантазиям, активному воображению, галлюцинациям, медитативным образам и пр., но и к воспоминаниям, внешним объектам и эмпирическим переживаниям, поскольку все они имеют символический характер для самого человека.

    Анима/ Анимус – персонификация женского начала в бессознательном мужчины и мужского начала в бессознательном женщины. Эта психологическая бисексуальность  соответствует биологической реальности, ибо преобладающее количество мужских или женских генов является решающим фактором в определении пола. Меньшая часть генов противоположного пола формирует соответствующее проявление психики, которое обычно остается на заднем плане, в бессознательном. Являются самыми значительными архетипами.

    В сновидениях анима, как правило, воплощается в образе женщин. Спектр персонажей очень широк: от проститутки и соблазнительницы до духовной проводницы. Анима несет в себе закон Эроса и подчиняется ему, поэтому развитие мужской анимы отражается в отношении мужчины к женщине. Идентификация с анимой может проявляться в подверженности перепадам настроения, в изнеженности и чрезмерной чувствительности. Юнг называл аниму архетипом самой жизни.

    Анимус подчиняется закону Логоса. Идентификация проявляется у женщины в жесткости, стремлении отстаивать свою точку зрения и склонности к аргументации. Говоря о позитивной стороне анимуса, можно представить его как внутреннего мужчину, который, подобно мосту, соединяет эго женщины с творческими ресурсами  ее бессознательного.

    Персона

    Установку, те способы, которыми человек предъявляет себя внешнему миру и то, какое место он занимает в социуме, Юнг назвал персоной. Персона, в переводе с греческого – маска, которую надевали актеры во время представления. То есть, таким образом, они предъявляли своего персонажа зрителям.

    Слово «персонаж» образовано от слова «персона» — тот, кто полностью состоит из персоны. Маска помогала актеру разтождествляться со своим персонажем, и подчеркивала зрителю роль актера, скрывая самого актера, как человека, как личность. Выходит, что, с одной стороны, персона – это проводник эго во внешний мир, его полномочный представитель, а с другой – защитник эго от внешнего мира, его панцирь. Этакий переговорщик между социальным миром и эго. «В сущности, персона не является чем-то «действительным». Она — компромисс между индивидуумом и социальностью по поводу того, «кем кто-то является».» (К.Г.Юнг) «Иными словами, это компромисс между требованиями среды и внутренней структурной потребностью индивида». (И. Якоби)

    Включает ли персона в себя идеальное «Я»? Мне кажется, и да, и нет. С одной стороны, это мечта, что когда-нибудь я стану таким, что все вокруг поразятся, как они так долго не замечали, какой я хороший – и тогда, это про желание через персону быть принятым миром, а может быть, отомстить за обиды этому миру, хотя, наверное, это две стороны одной медали. А с другой стороны, ведь то, каким я хочу стать и гораздо глубже – это может быть про потенциальность личности и то, что прорывается сквозь персону, хочет быть реализованным, найти своё место, но, опять же, в социуме.

    Для того, чтобы маска справлялась с возложенными на нее функциями, должны присутствовать три составляющих: во-первых, приемлемый образ Я – человеку в этом образе должно быть комфортно; во-вторых, этот образ должен быть принятым в этом обществе «в чужой монастырь со своим уставом не ходят»; в третьих, есть еще то, что Иоланда Якоби называет «более или менее случайные физические и психические обстоятельства, ограничивающие возможности реализации идеалов». Если одна из этих составляющих выпадает, что случается сплошь и рядом, тогда происходит перекос персоны и она не может адекватно выполнять свои функции. То есть, наш переговорщик – либо представляет нас совершенно не адекватно, либо защищает так, что мы остаемся в полном одиночестве.

    В нашей стране еще в недавнем прошлом власть относилась к отдельно взятой личности, как Прокруст к мимо проходящим путникам – тому голову подрежет, тому ноги. Не надо выделяться, надо, что бы «быть как все», когда Персона кастрировалась – отвергался желаемый образ Я и культивировался «человек толпы», «винтик», «незаменимых людей у нас нет» (И.Сталин). И, как следствие, были те, которые отказывались быть «такими, как все» — бунтари, дессиденты, те, которые вели политические дебаты на кухнях. Причем, многие из них не считали себя никакими бунтарями, они просто жили в согласии с собой. Как сказал Юрий Стефанов (известный переводчик, исследователь сакрального), после того, как его пригласили на один из литературно-правозащитных вечеров: «Все они считали меня диссидентом, а я и не знал, что я диссидент».

    Можно сказать, это наше российское наследство – преодолевать страх наших ближайших предков, их высказываемые реально и транслирующие бессознательно наказы «не высовывайся», «не выпендривайся», «будь как все».

    Персона включает в себя формы социального поведения и привычки, относящиеся к внешнему виду человека, его осанке, походке, манере одеваться, мимике, даже к таким мелочам, как прическа. В современном мире и автомобиль, и квартира, и даже обустроенность рабочего пространства являются визитными карточками владельца. И, конечно, именно этими образами персона представляется в снах.

    Если личность в ладу с социальным миром и собственной внутренней жизнью, то персона является тонкой защитной оболочкой. Но, если, по каким — то причинам, человеку выгодно скрывать свою истинную природу, маска застывает и становится ригидной. Фасад наращивается, покрывается лепниной, раскрашивается яркими красками – задача заключается в том, чтобы не допустить любопытных до того, что скрывается за кричащими вывесками. Задача – скрыть, замаскировать слабое эго. Есть даже такой вариант смерти: люди умирают, выйдя на пенсию. Они не знают, как дальше жить – ответственность за собственную жизнь, отсутствие возможности спрятаться за своей профессиональной маской оказываются для них невыносимым грузом. Маска «врастает» в эго, делая его недоступным для окружающих. Такой человек не удовлетворен своей жизнью, переполнен инфантилизмом и раздражительностью, которые скрывают горькую правду о том, что «всю свою жизнь я жил чужой жизнью».

    Если же эго сильное, то оно в состоянии распоряжаться своей маской в зависимости от ситуации, в которой находится. Хорошо адаптированный к среде человек не станет участвовать в свадебном торжестве, вести переговоры с налоговым инспектором и председательствовать на собрании в одной и той же маске. Он позволит себе быть разным.

    Напишите пожалуйста по этому тексту изложение Особой формой воображения является мечта. Так

    Помогите пожалуйста. Тема причастия

    ПОМОГИТЕ!!!! Составить поздравление и пожелания с Днём матери в двух вариантах: шутливом и серьёзном, используя формы речевого этикета

    Мы выходим на лёд, покрытый уже насслеженным снегом, вступаем в снег. Можно морфологический разбор причастия

    Выписываем наречия, указываем разряд и способ образованияпомогите пожалуйста) срочно надо!!!​

    Сочинение рассуждение на тему: Что бы случилось если бы исчезли деепричастия. Помогите пожалуйста

    сделать транскрипцию слова «здесь»​

    помогите, подалуйста. русский 8 классзадания под Аномера: 1,2,3,6​

    ДАЮ 25 балловЭто очень срочнооооо!Сделать план на 4 пункта и по этим пунктам кратко пересказатьпожалуйста!!!!!!!!!!Приезжающие в Китай отмечают, что х … отя на улицах китайских городов необычно многолюдно (миллиард населения на каждом шагу напоминает о себе), но очень спокойно.Терпимость и уравновешенность часто помогают китайцам в повседневной жизни. Что было бы у нас, если бы на крупной городской магистрали где-нибудь в районе Садового кольца автолюбитель из провинции застрял бы на своем стареньком «Запорожце» на перекрестке?! Я не раз становился свидетелем аналогичных ситуаций на пекинских улицах.Представьте себе утренний час пик на одной из пекинских кольцевых дорог, где скрещиваются пути спешащих на работу на автомобилях чиновников, общественного транспорта, такси, велосипедистов, которые, как правило, доезжая до ближайшей станции метро или автовокзала, оставляют здесь свои велосипеды, чтобы продолжить дорогу на городском транспорте. Навстречу им движется поток велоповозок и небольших грузовичков, везущих на утренние рынки Пекина продукты из ближайших деревень.Однажды я видел, как в самой гуще застрял старик-крестьянин со своей повозкой, доверху груженой капустой. Движение на какое-то время парализовалось. Но на старика не зашумели, не стали свирепо жать на клаксоны… Водители, хотя и с соответствующим выражением лиц и произносимыми «автомобильными комментариями» ждали, когда он, наконец, вырулит, а кто-то слез с велосипеда и помог растерянному дед поскорее освободить дорогуНаверное, разряжать подобные ситуации — дело дорожной полиции. Но она работает в Пекине плохо: чувствуется, что ее опыт явно отстает от стремительно растущих транспортных проблем многомиллионного Пекина, на улицах которого каждый месяц появляются десятки тысяч автомобилей, да и велосипедов в городе шесть миллионов — более чем по одному на каждую пекинскую семью.Действуют здесь другие законы. Я бы назвал их законами совместного выживания в многонаселенной стране. Именно они помогают, например, мирно сосуществовать на одной улице бок о бок трем парикмахерским или нескольким недорогим ресторанам. Как они делят клиентов, разбираются с конкурентами?Даже на крестьянском рынке, где зачастую продавцов больше, чем покупателей, и трудно ждать от них особого такта и деликатности, никогда не будут насмехаться над деревенской женщиной, которая по малограмотности путается в счете и дает сдачу себе в ущерб. Всем миром подсчитают, помогут.Очевидно, дело в том, что сам уклад жизни диктует людям определенные формы поведения в семье, обществе. И одна из них — терпимость и взаимоуважение.​

    100 баллов. у вас есть 8 котов, которых вы подобрали с улицы. напишите про них сочинение(не короткое) буду репортить тупые ответы

    100 БАЛЛОВ СРОЧНО! ПРОЧИТАЙТЕ ДИКТАНТ, КОТОРЫЙ Я ПРИКРЕПИЛА И СДЕЛАЙТЕ ГРАММАТИЧЕСКОЕ ЗАДАНИЕ ПОЖАЛУЙСТА!!!! Грамматическое задание Выполните следующ … ие задания (их переписывать не нужно, просто ставите цифру и записываете ответ): 1.Напишите, какой стиль речи использует автор. Определите тип речи, который используется в первом и втором предложениях третьего абзаца. 2.Выпишите из первого абзаца одно глагольное словосочетание и одно именное. 3.Выпишите из последнего абзаца по одному словосочетанию со связью управление, согласование, примыкание. 4.Определите способы связи между словами в словосочетаниях иногда оказывались, утренний морозец, зарослей ежевики. Аргументируйте свой ответ (отметьте главное слово, задайте вопрос, выделите грамматические признаки связи, если они есть)

    воображение как познавательный процесс — Docsity

    Введение Воображение является особой формой человеческой психики, стоящей отдельно от остальных психических процессов и вместе с тем занимающей промежуточное положение между восприятием, мышлением и памятью. Специфичность данной формы психического процесса заключается в том, что воображение, вероятно, характерно только для человека и странным образом связано с деятельностью организма, будучи в то же самое время самым «психическим» из всех психических процессов и состояний. Последнее означает, что ни в чем другом, кроме воображения, не проявляется идеальный и загадочный характер психики. Можно предполагать, что именно воображение, желание его поныть и объяснить привлекло внимание к психическим явлениям в древности, поддерживало и продолжает его стимулировать в наши дни. Однако феномен воображения остается загадочным и в наши дни. Человечеству до сих пор почти ничего не известно именно о механизме воображения, в том числе о его анатомо-физиологической основе. Вопросы о том, где в мозгу человека локализовано воображение, с работой каких известных нам нервных структур оно связано, сегодня еще не разгаданы. По крайней мере, об этом мы можем сказать гораздо меньше, чем, например, об ощущениях, восприятии, внимании и памяти, которые изучены в достаточной степени. Психические процессы, воображение и мысленный эксперимент История развития науки свидетельствует о блестящих результатах применения мысленного эксперимента, а современные тенденции развития знания превращают его в одну из важнейших процедур познания. Мысленных эксперимент использовали Галилей и Ньютон, к нему постоянно обращались А. Эйнштейн, Н. Бор, Г. Гейзенберг. Однако отсутствует единая терминология мысленного эксперимента. Его называют умственным идеализированным, воображаемым, теоретическим. Мысленный эксперимент и творческое воображение Мысленный эксперимент – это познавательная деятельность, где важное место занимает научное воображение. Д.П. Горский называет мысленным экспериментом метод, «позволяющий прибегнуть к отвлечениям, в результате которых создается идеализированный объект (абстракция, идеализация)». Мысленный эксперимент определяется здесь как одна из форм умственной деятельности познающего субъекта. С другой стороны мысленный (воображаемый) эксперимент характеризуется как умственный процесс, строящийся по типу реального эксперимента и принимающий его структуру. Это вид теоретического рассуждения, реализующий одну из основных присущих человеку функций – поиск новых знаний. Мысленный эксперимент является такой формой умственной деятельности человека, которая имеет широкое распространение в науке как эвристическое средство исследования. Эксперимент, осуществляемый практически, есть вид материальной деятельности, имеющий своей целью исследование объекта, проверку полученных знаний и так далее. Всякий материальный эксперимент предполагает выбор определенного объекта исследования и определенного способа воздействия на него. Воздействие осуществляется в строго воспроизводимых условиях, что обеспечивает воспроизводимость результата эксперимента. планированием своих действий. «Паук совершает операции, напоминающие операции ткача, и пчела постройкой своих восковых ячеек посрамляет некоторых людей-архитекторов. Но и самый плохой архитектор от наилучшей пчелы с самого начала отличается тем, что, прежде чем строить ячейку из воска, он уже построил её в своей голове» (Маркс К., см. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 23, с. 189). В данном случае особенно трудно разграничить деятельность Воображение и мышления, но в реальном единстве всех психических функций субъекта Воображение сохраняет свою специфику: предвосхищение того, чего ещё не существует-либо в личном опыте данного человека, либо в действительности вообще. С этим связана способность делать открытия, находить новые пути, способы решения возникающих перед человеком задач. Догадка, интуиция, ведущие к открытию, невозможны без Воображение Поэтому Воображение является компонентом создания не только образно-насыщенных продуктов деятельности, но и абстрактно-понятийных. Воображение И. Ленин писал о фантазии: «Напрасно думают, что она нужна только поэту. Это глупый предрассудок! Даже в математике она нужна, даже открытие дифференциального и интегрального исчисления невозможно было бы без фантазии» (Полн. собр. соч., 5 изд., т. 45, с. 125). «Сотрудничество» логики и Воображение возможно потому, что их противоположность не абсолютна. В мышлении постоянно происходит перекодирование нередко несут основную эвристическую нагрузку в решении мыслительной задачи. Именно это обстоятельство является одной из пока не преодолённых преград на пути формализации эвристических процессов и передачи их машине. Различают воссоздающее и творческое Воображение Воссоздающее Воображение заключается в создании образов объектов, ранее не воспринимавшихся, в соответствии с их описанием или условным изображением (чертежом, топографической картой, литературным текстом и т.д.). Творческое Воображение состоит в самостоятельном создании новых образов, воплощаемых в оригинальные продукты деятельности. Оно является одним из психологических факторов научного и технического прогресса и наиболее выпукло проявляется в художественном творчестве, претворяясь в особую форму познания и одновременно показа, «объективации» жизненной реальности в её сущности. Особый вид творческого Воображение представляет собой мечта – создание образов желаемого будущего, не воплощаемых непосредственно в те или иные продукты деятельности. Мечта может играть активизирующую роль в жизни индивидуума и общества, если заключённая в ней идея ведёт к дальнейшим практическим преобразованиям. Чрезвычайно широкий диапазон проявлений Воображение, всегда выступающих в единстве с другими сторонами психики, обусловливает также разнообразные по своему характеру и сложности умственные приёмы преобразования имеющихся у человека представлений и восприятий. Механизм этих преобразований в общем виде сводится к анализу и синтезу исходного «материала» Воображение В простых случаях имеет место комбинирование разнородных элементов («агглютинация» – склеивание), преувеличение или преуменьшение отдельных сторон действительности, объединение сходного в различном или разъединение реально единого. В сложных случаях творческого Воображение требуются широкие мысленные обобщения и сопоставления, идущие по линии поисков конкретных фактов, черт, ситуаций, наглядных моделей и художественных конструкций, отражающих общие идеи и закономерности, которые нужно выявить или открыть (показ типического через индивидуальное в художественном творчестве, открытие естественнонаучного закона посредством наблюдения конкретных явлений или создания их экспериментальной модели). Деятельность Воображение может иметь различную степень произвольности, от спонтанных детских фантазий до длительных целеустремлённых поисков изобретателя. К непроизвольной деятельности Воображение относят сновидения, однако они могут детерминироваться заданной в состоянии бодрствования целью; таковы известные примеры решения научных задач во сне. Воображение развивается в процессе творческой деятельности под влиянием общественных потребностей. Предпосылкой высокого развития Воображение является его воспитание, начиная с детского возраста, через игры, учебные занятия, приобщение к искусству. Необходимым источником Воображение является накопление разнообразного жизненного опыта, приобретение знаний и формирование убеждений. Воображение – Всякое воспринятое впечатление оставляет известный след, который может возобновиться и тогда у нас появляется воспоминание. То, что появляется в нашем воспоминании, называется образом. Термин образ в психологии употребляется не только для воспоминания зрительных впечатлений, но и для слуховых и др.; можно сказать: образ мелодии, осязательный образ известного осязательного впечатления. Образ есть копия впечатления, более или менее живая. Иногда он отличается крайней слабостью, бледностью в сравнении с действительным впечатлением, а иногда по живости приближается к реальному впечатлению. Способность воспроизведения впечатлений и есть то, что иные называют воображением воспроизводительным, в отличие от Воображение построительного (см. ниже). По исследованиям английского ученого Гальтона, способность воображения различна, смотря по расе. Возраст и пол также имеют значение: оно больше развито у детей, чем у взрослых, у женщин больше, чем у мужчин. Каждое чувство имеет соответствующие образы; есть, следовательно, зрительные, слуховые, осязательные, двигательные и проч. образы. В наших мыслительных процессах мы можем пользоваться или всеми видами образов, или прибегнуть к одному только виду. Существуют различные типы индивидуумов по отношению к их способности воображения. К индифферентному типу относятся лица, у которых ни один вид образов не развит больше других. Когда они стараются припомнить какое-нибудь лицо, в их уме возникают форма и цвет фигуры также ясно, как и звуки его голоса; воспроизведение зрительных образов у них одинаково с воспроизведением слуховых образов; к зрительному типу относятся лица, которые в своих размышлениях употребляют по преимуществу зрительные образы. У других типов преобладают слуховые и двигательные образы. Один образ вызывается в нашем сознании другим на основании ассоциации. Практическое применение темы курсовой работы заключается в накоплении опыта, в консолидации умений, навыков, знаний в постановке задач, в проработке всевозможных решений, связанных с влиянием роли воображения и творчества в развитии познавательных процессов, в применении игровых, проблемных методов обучения с целью «высвобождения» творческих возможностей, повышению интеллектуального уровня и профессиональных знаний в познавательной деятельности. Основные виды воображения 1. Активное воображение – характеризуется тем, что, пользуясь им, человек по собственному желанию, усилием воли вызывает у себя соответствующие образы. 2. Пассивное воображение заключается в том, что его образы возникают спонтанно, помимо воли и желания человека. 3. Продуктивное воображение – отличается тем, что в нем действительность сознательно конструируется человеком, а не просто механически копируется или воссоздается. При этом в образе эта действительность творчески преобразуется. 4. Репродуктивное воображение – при его использовании ставится задача воспроизвести реальность в том виде, какова она есть, и хотя здесь также присутствует элемент фантазии, такое воображение больше напоминает восприятие или память, чем творчество. С процессом воображения в практической деятельности людей прежде всего связан процесс художественного творчества. Так, с репродуктивным воображением может быть соотнесено направление в искусстве, называемое натурализмом, а также отчасти реализм. По картинам И.И. Шишкина, например, ботаники могут изучать флору русского леса, так как все растения на его полотнах выписаны с «документальной» точностью. Работы художников-демократов второй половины XIX века И. Крамского, И. Репина, В. Петрова при всей их социальной заостренности также являются поиском формы, максимально приближенной к копированию действительности. В искусстве источником любого направления может быть только жизнь, она же выступает в качестве первичной базы для фантазии. Однако никакая фантазия не способна изобрести нечто такое, что человеку не было бы известно. В связи с этим именно реальность становится основной творчества ряда мастеров искусства, чей полет творческой фантазии уже не удовлетворяют реалистические, а тем более натуралистические средства воображения. Но эта реальность пропускается через продуктивное воображение творцов, они по-новому ее конструируют, пользуясь светом, цветом, наполняя свои произведения вибрацией воздуха (импрессионизм), прибегая к точечному изображения предметов (пуантилизм в живописи и музыке), разлагая объективный мир на геометрические фигуры (кубизм) и т.д. Поэтому с продуктивным воображением в искусстве мы встречаемся и в тех случаях, когда воссоздание действительности реалистическим методом художника не устраивает. Его мир – фантасмагория, иррациональная образность, за которой – вполне очевидные реалии. Например, плодом такого воображения является роман М. Булгакова «Мастер и Маргарита», фантастика братьев Стругацких и др. Обращение к столь необычным и причудливым образам позволяет усилить интеллектуальное и эмоционально- нравственное воздействие искусства на человека. Чаще всего творческий процесс в искусстве связан с активным воображением: прежде чем запечатлеть какой-либо образ на бумаге, холсте или нотном листе, художник создает его в своем воображении, прилагая к этому сознательные волевые усилия. Нередко активное воображение настолько захватывает творца, что он утрачивает связь со своим временем, своим «я», вживаясь в создаваемый им образ. Немало свидетельств этому дано в литературе. Реже импульсом творческого процесса становится пассивное воображение, так как спонтанные, независимые от воли художника образы чаще всего являются продуктом подсознательной работы его мозга, скрытой от него самого. И, тем не менее, наблюдения за творческим процессом, описанные в литературе, дают возможность привести примеры роли пассивного воображения в художественном творчестве. Так, Франц Кафка исключительную роль в своем творчестве уделял сновидениям, запечатлевая их в своих фантастически мрачных произведениях. Кроме того, творчески процесс, начинаясь, как правило, с волевого усилия, т.е. с акта воображения, постепенно настолько захватывает автора, что воображение становится спонтанным, и уже не он творит образы, а образы владеют и управляют художником, и он подчиняется их логике. Работа человеческого воображения не ограничивается литературой и искусством. В не меньшей степени она проявляется в научном, техническом, других видах творчества. Во всех этих случаях фантазия как разновидность воображения играет положительную роль. Но есть и другие виды воображения – сновидения, галлюцинации, грезы и мечты. Сновидения можно отнести к разряду пассивных и непроизвольных форм воображения. Их подлинная роль в жизни человека до сих пор не установлена, хотя известно, что в сновидениях человека находят выражение и удовлетворение многие жизненно важные потребности, которые в силу ряда причин не могут получить реализации в реальной жизни. Галлюцинациями называют фантастические видения, не имеющие, по-видимому, почти никакой связи с окружающей человека действительностью. Обычно галлюцинации являются результатом тех или иных нарушений психики или работы организма и сопровождают многие болезненные состояния. Источники воображения Воображение в своем развитии проходит несколько этапов и зависит от характера ведущей деятельности. В раннем детстве (от рождения до трех лет) необходимым условием становления воображения как самостоятельной психической функции являются: полноценное эмоциональное общение взрослых с ребенком в первый год жизни, предметно-манипулятивная деятельность и становление самосознания. Полноценное общение взрослых с ребенком в первый год его жизни определяет весь процесс психического развития и выступает в качестве необходимого условия возникновения воображения как высшей психической функции. Предметно-манипулятивная деятельность ребенка, которая приходит на смену ведущей деятельности предыдущего возрастного периода развития – эмоционально окрашенного общения ребенка со взрослым, выступает вторым необходимым условием возникновения воображения. В процессе предметно- манипулятивной деятельности ребенок учится всесторонне обследовать предмет. Он получает совершенно необходимые для его воображения представления о свойствах предметов, составляющих его образ. От количества разнообразных предметов, находящихся в поле деятельности ребенка, зависит богатство и красочность возникающих у него образов. Действуя с разными предметами, дети совершенствуют первооснову воображения – моторику. От развития моторики в раннем возрасте прямо и непосредственно зависит уровень продуктивной деятельности, влияющей на качество воображения. С развитием разнообразных манипуляций ребенок усваивает ключевое действие с тем или иным предметом и способ его применения, учится переносить действия с одного предмета на другой, учится действовать с предметами-заместителями, например вместо настоящего руля может использовать крышку от кастрюли, а под столом устроиться как в машине и т.п. На этой основе зарождается игра, обеспечивающая развитие воображения в дошкольном возрасте. Во время действий с предметами у ребенка появляется еще одно психологическое новообразование, без которого невозможно развитие воображения, – речь. Детская речь есть результат деятельности воображения, это перенос смысла и функций предмета в звучащую речь («как будто он уже поспал», «как будто это шприц» и т.д.). Последним условием, способствующим появлению воображения, является кризис трех лет. Во время этого кризиса ребенок приобретает способность осознавать и чувствовать себя субъектом деятельности, учится отделять свои действия от действий других. У него появляется самосознание, позволяющее строить собственную индивидуальную деятельность. После кризиса трех лет у ребенка в психическом развитии происходят качественные изменения: появляется воображение как самостоятельная функция. Это дает ему возможность не зависеть от реальности, принимать на себя образы любых людей и предметов, действовать не импульсивно, а по собственному замыслу, перевоплощаться и быть независимым от ситуации. Итак, полноценное эмоциональное общение взрослых с ребенком в первый год его жизни, предметно-манипулятивная деятельность, становление самосознания – источники возникновения воображения как самостоятельной психической функции в раннем детстве. Сущность и виды воображения Воображение играет огромную роль в жизни человека. Благодаря воображению человек творит, разумно планирует свою деятельность и управляет ею. Почти вся человеческая материальная и духовная культура является продуктом воображения и творчества людей. Воображение играет также огромное значение для развития и совершенствования человека как

    Понимание вашего творческого двигателя — 8 типов воображения | автор: Argumentative Penguin

    Существует 8 типов воображения. Я объясню их в общих чертах в соответствии с психологической моделью. Для тех из вас, кто любит дополнительные исследования, вы можете взглянуть на Hunter (2012). Затем я расскажу, как они могут конкретно применяться к письму и вашей писательской работе.

    Чем больше вы понимаете свои мыслительные процессы, тем эффективнее вы можете работать.

    По Мюррею.Восемь подразделов воображения:

    1. Эффектное воображение
    2. Интеллектуальное или конструктивное воображение
    3. Воображаемая фантазия
    4. Эмпатия
    5. Стратегическое воображение
    6. Эмоциональное воображение
    7. Сны
    8. Реконструкция памяти.

    Важно отметить, что существует некоторое совпадение между каждым из этих типов воображения. Они не функционируют полностью независимо друг от друга, и многие из них сочетаются в течение каждого дня.

    Эффектное воображение

    Это то, что позволяет нам синтезировать существующие идеи вместе из существующей информации. Если бы я предложил вам бутерброд с пингвином и собачьим пометом, вам, вероятно, не пришлось бы его пробовать, чтобы знать, что он вам не понравится. Вы просто взяли существующую информацию (ингредиенты) и сделали новую конструкцию (бутерброд).

    Как писатель вы можете думать о себе как о проводнике для создания новых идей из уже имеющейся информации в творческой сфере.Вы создаете что-то новое из того, что уже существовало на протяжении всей истории человечества. Вы присоединяетесь к канону писателей, которые уже существуют и установили шаблоны и жанры.

    Важно, чтобы вы читали: чем больше вы читаете, тем больше информации вы должны использовать для своего воображения. Когда вы заядлый читатель, вы заядлый изобретатель, когда вы заядлый изобретатель, вы гораздо лучше подготовлены к тому, чтобы стать реальным борцом. Вы можете взять существующие вещи и превратить их во что-то новое.Это суть хорошего сценария.

    Интеллектуальное воображение

    — это когда вы можете работать по существующему плану или определенной идее и руководствуетесь определенной целью. Интеллектуальное воображение — это очень сознательный и продуманный процесс.

    Для тех из нас, кто мечтает о большой работе, единственной вещи, которую мы полны решимости написать в течение нашей жизни. Мы хотим, чтобы это было абсолютно правильно. Чтобы сделать это, мы должны представить — мы должны исследовать и создавать что-то впечатляющее сознательно, прилагая много усилий и заботы.Мы можем потратить больше десяти или двух лет на его исследование и создание чего-то, что превосходит финансовое вознаграждение, которое мы можем получить за это. Книга Кена Фоллетта « столпов Земли » является прекрасным примером этого.

    Imaginative Fantasy

    Это — это когда вы можете генерировать новые идеи с нуля и можете руководствоваться ими или не руководить ими. Это то, в чем хорошо разбирается большинство писателей и художников. Обычно у нас бывает момент вдохновения, и мы отправляемся исследовать, куда бы нас ни завела фантазия.Как писатель, я много времени провожу пешком. Ходить, думать и мечтать. Позвольте своему мозгу уйти в собственном направлении и вернуться с вещами, о которых еще не думали.

    Каждый раз, когда вы входите в библиотеку, просто постойте и окунитесь в собранное воображение человечества. Истории созданы в тысячах жанров, с миллионами персонажей (некоторые из которых более известны, чем любой живой человек) и миллиардами и миллиардами слов. Все просто для того, чтобы взять историю из головы одного человека и внедрить ее в чужую.Образное фэнтези — это душа творчества.

    Сочувствие

    Это способность людей мысленно отстраняться от самих себя и переживать то, что другой человек переживает с их точки зрения. Это позволяет нам совершить творческую прогулку на чужом месте.

    Чтобы быть хорошим писателем, я думаю, у вас должно быть много сочувствия. Я думаю, что для всех персонажей, которых вы пишете, важно, чтобы вы могли видеть мир так, как они его видят.Как еще вы могли бы создавать закругленные символы в противном случае? Нет ничего хуже, чем персонажи, которые чувствуют себя фальшивыми, особенно персонажи, написанные как двумерное зло. Даже самый злой человек думает, что он хороший парень. Чтобы это понять, нужно сопереживать.

    Без чуткого воображения, работающего на высоком уровне, все ваши персонажи неизменно будут звучать как вы.

    Стратегическое воображение

    Это в первую очередь связано с тем, «что может быть…».Это способность замечать возможности и визуализировать, что могло бы случиться, если бы вы ими воспользовались. Люди, обладающие прекрасным стратегическим воображением, будут иметь реалистичное представление о своих навыках и смогут определять возможности для развития.

    Мы, писатели, должны уметь думать об ограничениях наших способностей и своего развития. Я бы никогда не начал писать фантастический роман, у меня нет выдержки. Я проиграл сценарий в своей голове и вижу, как меня парализует различные требования к письму.Возможно, по мере того, как я становлюсь более уверенным в своем письме, но в настоящий момент мое стратегическое воображение опровергает эту возможность.

    Если это поможет вам дать стратегическому воображению броское имя, то вы можете назвать это «мудрость».

    Эмоциональное воображение

    Это немного сложнее определить. Он связан с проявлением эмоциональных наклонностей и расширением их в сценариях. Нам нужно воображение, чтобы подпитывать наши эмоциональные состояния, нам нужно представить себе монстров, чтобы чувствовать страх, представить сценарии, разыгрывающиеся в нашей жизни, чтобы заставить нас чувствовать беспокойство.

    Как писатели, мы должны осознавать свои эмоции и эмоции людей в целом. Если мы знаем, как вызвать страх, как вызвать грусть, смех, и у нас есть возможность играть на этих эмоциях, то мы можем создать форму и структуру, которые играют в этом аспекте мышления нашей аудитории. Каждый раз, когда вы начинаете чувствовать комок в горле во время просмотра художественной литературы, поаплодируйте писателю. Они просто взломали твой мозг.

    Сны

    Это бессознательная форма воображения, которую мы делаем, когда спим.Ученые все еще решают, что это за сумасшедшие маленькие ночные видения, но для тех из нас, кто мечтает, это может быть забавный, а иногда и пугающий способ получить доступ к нашему воображению.

    Dreamcatcher от Free-Photos на Pixabay

    Dreams отлично подходят для писателей. И я имею в виду действительно здорово. Я настоятельно рекомендую держать у кровати блокнот и ручку. Некоторые из лучших моих мечтаний попали в короткий список предложений для продюсерских компаний.

    Поскольку ваше подсознание часто сталкивается с проблемами сознания, пока вы спите, вы можете обнаружить, что ответы на ваши скриптовые проблемы появляются полностью сформированными утром (пожалуйста, пожалуйста, пусть это будет так!)

    Реконструкция памяти

    Когда мы восстанавливаем наши воспоминания о людях, объектах и ​​событиях, мы используем наше воображение для восстановления изображений.Воспоминания — это подсознательные накопленные биты информации, которые втягиваются в наш сознательный мозг, и наше воображение часто заполняет пробелы, в которых память не была должным образом обработана.

    Большая часть моих работ — это реконструкция памяти. Я пишу разговоры, которые у меня были, я пишу людям, которых я встречал, я пишу о своих отношениях с реальными людьми и даю им разные имена. Многое о том, кто мы есть и чем мы занимаемся, входит в наши сочинения. Воспоминания стали плотью.

    Заключение

    Воображение — ключ к письму.Это двигатель творчества. Воображение — ключ к человеческому существованию не только для писателей, но и для всех нас. Без воображения мы не можем функционировать эмоционально, наши воспоминания не работают, и нам не хватает способности путешествовать вперед или назад во времени. Сила нашего воображения может быть тем, что делает нас уникальными как биологический вид.

    Для тех из нас, кто зарабатывает на жизнь монетизацией своего воображения — важно, чтобы этот двигатель был хорошо смазан и работал. Это не что-то пассивное.Вы должны предпринять активные шаги, чтобы сохранить его работоспособность.

    Есть методы, которые можно использовать.

    Но поделиться этими методами — это уже другой день и отдельная статья. Сегодня у меня довольно напряженный график писем, которого я должен придерживаться. Я надеюсь, что вы нашли эту статью информативной и полезной, и что вы уже соединяете точки и решаете, над какими частями вашего собственного воображения вам нужно будет поработать.

    Активное воображение и психическое здоровье

    Автор: Николь Бизли

    Обновлено 31 августа 2021 г.

    Медицинское заключение: Одри Келли, LMFT

    В детстве наше воображение не знает границ.В одну секунду мы — пираты, плывущие по опасным морям нашей ванны. В следующий раз мы прячемся в наших неразрушимых замках, построенных из одеял и простыней. Однако по мере того, как мы становимся старше, уровень наших творческих способностей может снизиться. Наши мечты часто более ограничены пределами реальности, и нам могут сказать, что проявлять воображение — это не нормально, особенно в игровой форме.

    Хотя мы, безусловно, можем обойтись без активного воображения, активное воображение занимает особое место в психологии, в нашем психическом здоровье, а также в нашем умственном развитии и поддержании.В этой статье мы попытаемся оценить и подчеркнуть важность активного воображения как в детстве, так и во взрослой жизни.

    Активное воображение и развитие ребенка Источник: rawpixel.com

    Не нужно смотреть дальше животного царства, чтобы понять важность игры и активного воображения в развитии многих видов. Игровое поведение привязано к разным видам, чтобы удовлетворить их потребности в развлечениях и помочь им развить разнообразные способности, которые повысят их шансы на выживание.Точно так же активное воображение и творческая деятельность, которыми занимаются человеческие дети, играют решающую роль в их развитии.

    1. Активное воображение помогает детям развивать ценные социальные навыки

    Если вы кое-что знаете об игровой терапии, вы знаете, какие положительные эффекты дает возможность ребенку выражать свое активное воображение через воображаемые ситуации. Дети, которые притворяются, могут придумывать свои миры и персонажей, с помощью которых они подражают некоторым социальным навыкам, которые они наблюдали в реальном мире, и выясняют, как они применяются в той или иной ситуации.

    Эти преимущества становятся еще больше, когда дети играют в воображение с другими детьми. Это дает им возможность узнать о сотрудничестве и компромиссе с другими.

    2. Игра с воображением способствует когнитивному развитию

    Через воображаемые ситуации дети учатся решать проблемы, использовать язык и понимать, как устроен окружающий их мир. Предположим, например, что у вас есть ребенок, который делает вид, будто работает в ресторане в открытом космосе.Их опыт научит их, как им нужно разговаривать с окружающими, чтобы дела шли гладко. Их активное воображение научит их, как работает реальный ресторан, когда они начнут больше исследовать механизмы реального обеденного опыта, и научит их, как находить собственные решения, если что-то пойдет не так в ресторане.

    Все эти навыки дети могут применять в реальной жизни по мере взросления.

    3. Притворная игра часто включает физическую активность

    Дети замечательно проявляют активность, и это не прекращается, когда они притворяются.Помимо познавательных преимуществ, которые дает активное воображение, ролевые игры также дают детям возможность чувствовать себя более комфортно со своим телом и помогают им улучшить необходимые функции, такие как моторика и зрительно-моторная координация.

    Активное воображение в зрелом возрасте

    Источник: rawpixel.com

    В зрелом возрасте нередки случаи, когда человека, обладающего активным воображением, рассматривают как ребенка. Хотя логично думать, что потребность в воображении исчезает, когда мы приобретаем навыки, которые может предложить нам воображение, воображение так же важно во взрослой жизни, как и в детстве, особенно когда речь идет о вашем психическом здоровье.Вот почему:

    1. Нам все еще нужны эти навыки

    Навыки, которым мы научились, не исчезнут просто так, как только мы перестанем их использовать или будем использовать их реже. Однако навыки, которым мы обучаемся, могут стать менее доступными, если мы не будем использовать их постоянно. Активное воображение и творческий подход позволят отточить упомянутые выше навыки для постоянного использования на протяжении всего взрослого возраста.

    1. Творческая игра снимает стресс и улучшает отношения

    Вспомните время, когда вы играли в игру или занимались творчеством, используя свое активное воображение.Как это было? Это заставило вас почувствовать себя умнее, больше общаться и избавиться от стресса повседневной жизни? Творческие занятия и творческие игры с другими людьми дают нам возможность перезарядить наш мозг, сделать столь необходимый перерыв в повседневных стрессовых факторах и помочь нам наладить связь с окружающими. Это может быть особенно верно, когда мы действительно используем свое активное воображение в рабочей среде.

    1. Активное воображение держит ваш разум и тело энергичным и острым

    Есть что-то освежающее и воодушевляющее в творчестве и использовании активного воображения.Это позволяет нам, хотя бы на короткое время, уйти от жизни, какой мы ее знаем. Это дает нам возможность исследовать новые миры, узнавать новое о нашем существующем мире, а также о самих себе, и позволяет нам соприкасаться с этой детской частью нас самих. Наше активное воображение держит нас в тонусе, умственно и физически.

    1. Термин «активное воображение» — это просто еще один способ сказать «визуализация»

    Иногда фразу «активное воображение» ставят под клеймо.Когда мы думаем о словосочетании «активное воображение», мы, скорее всего, не вызываем в воображении видений успеха и изобилия в нашей жизни. Вместо этого мы, скорее всего, думаем о людях, которые чрезвычайно креативны, но чья жизнь, возможно, менее обычна. Может быть, мы думаем о «голодающем художнике», о ком-то очень творческом и творческом, но все же пытающемся свести концы с концами. Тем не менее, есть много артистов, которые неплохо себя чувствуют!

    Одним из способов решения этой проблемы обществу является превращение фразы «активное воображение» в «визуализацию».Когда мы слышим слово «визуализация», мы можем думать об индустрии самопомощи и о способности привлекать то, что мы хотим, просто представляя, что у нас это уже есть.

    Когда мы визуализируем то, что хотим, и знаем, что хотим того, что визуализируем, это говорит нашему подсознательному уму, что мы способны получить от жизни то, что хотим. По сути, это тот же принцип, который вы видите в других аспектах психологии, таких как позитивное мышление и позитивные утверждения. Визуализация, или активное воображение, помогает нам перепрограммировать наш образ мышления и, следовательно, образ действий.

    Использование активного воображения в психологии

    Источник: rawpixel.com

    Как упоминалось в начале этой статьи, некоторые терапевты используют игровую терапию, пытаясь оценить и помочь детям, у которых есть проблемы с поведением или психическим здоровьем. Этот вид терапии обычно применяется только к детям и не очень часто применяется у взрослых. Взрослые психологи могут применить воображение к психотерапии для достижения тех же результатов.

    Согласно главе 13 «Справочника по методам терапевтической визуализации» , «Теоретическая цель использования воображаемых ситуаций основана не только на том, как пациент видит свой мир, но и на способности со временем« открыть »его». закрытая система внутренней реальности »… Психо-воображаемая терапия пытается поместить человека через его собственные образы в определенную ситуацию, которая вызовет набор взаимодействий, которые будут полезны не только для выявления основных проблем в областях значимости в области пациента. жизнь, но это также позволило бы ему пережить переживания заново.”

    Таким образом, психо-воображаемая терапия помогает нам проникнуть внутрь самих себя и решить наши проблемы, используя активное воображение, а не полагаясь только на реальность.

    Этот тип терапии, использующий активное воображение, может быть идеальным для тех, кто очень креативен и кому нужна помощь с проблемами психического здоровья. Если вы относитесь к вышеизложенному, отличное место для получения помощи — это BetterHelp.

    Платформы онлайн-терапии

    оказались столь же эффективными, как и личная терапия: 98% пользователей BetterHelp добились значительных успехов в своих поисках психического здоровья, 96% предпочитают их другим вариантам терапии и 100% оценивают их как удобные.Для сравнения: 74%, 60% и 80% пользователей очной терапии соответственно.

    BetterHelp — это крупнейшая в мире платформа электронного консультирования, которая предоставляет удобные, доступные и доступные онлайн-консультации. Возможность проводить сеансы в любое время и в любом месте при наличии подключения к Интернету делает его легко доступным, независимо от того, живете ли вы далеко от кабинетов традиционной личной терапии или у вас плотный график. Продолжайте читать, чтобы найти отзывы о некоторых из наших сертифицированных терапевтов от людей, испытывающих аналогичные проблемы.

    «Я работаю с Бэйли около трех месяцев. За это время в моей жизни произошли огромные изменения и самореализация. Бейли поддержал меня в работе по исцелению, предлагая творческие предложения, осознанные мысли и пространство, чтобы чувствовать себя увиденным и услышанным ».

    «Я очень рекомендую и доверяю доктору Абни как терапевту / консультанту / врачу. Недостаточно слов, чтобы описать, насколько он профессионален и совершенен. Его талант превращать негативные мысли и ситуации в позитивные таким уникальным образом, превращать слабости в сильные стороны, обеспечивая основу, чтобы мы могли понять, принять и полюбить себя и увидеть жизнь в лучшем свете.Большинству из нас может быть трудно поговорить с терапевтом / консультантом (по крайней мере, я разговаривал до того, как нашел доктора Эбни!), И у него есть волшебный способ сделать это так просто. Спасибо за миллион, доктор Эбни !! »

    Чтобы начать онлайн-консультирование, щелкните ссылку ниже. Вы перейдете к краткой анкете, которая поможет вам найти подходящего для вас онлайн-консультанта!

    https://www.betterhelp.com/start/

    Образное мышление

    Абстрактное

    Поразительная способность человеческого воображения быть задействованной в широком диапазоне контекстов безгранична и является фундаментальной для нашего повседневного опыта.Хотя процессы воображения занимают центральное место в психологической функции человека, они редко занимают центральное место в академических дискуссиях или эмпирических исследованиях в психологической и нейробиологической сферах. Целью данной статьи является устранение этого дисбаланса путем объединения множества граней воображения в общие рамки. Процессы попадают в одну из пяти категорий в зависимости от того, охарактеризованы ли они как связанные с перцептивными / моторными ментальными образами, интенциональной или воспоминательной обработкой, новой комбинаторной или генеративной обработкой, исключительной феноменологией в эстетической реакции или измененными психологическими состояниями, которые варьируются от обычных до обычных. дисфункциональный.Эти предложенные категории определены на основе теоретических идей философии, а также эмпирических данных нейробиологии. Синтезируя результаты, полученные в этих областях воображения, эта новая пятичастная или пятичастная классификация человеческого воображения помогает систематизировать и тем самым способствует нашему пониманию работы и нейронных основ человеческого воображения. Это послужит планом для дальнейших достижений в области воображения, а также будет способствовать перекрестным помехам в отношении ориентированных на стимулы аспектов обработки информации.Биологически и экологически обоснованная психология — это психология, которая стремится объяснить фундаментальные аспекты человеческой природы. Учитывая повсеместную природу воображаемых операций в нашей повседневной жизни, не может быть никаких сомнений в том, что эти квинтэссенциальные аспекты ума должны быть центральными в обсуждении. Hum Brain Mapp 37: 4197–4211, 2016 . © 2016 Wiley Periodicals, Inc.

    Ключевые слова: воображение, мозговые сети, творчество, эстетика, интенциональность, образы

    ВВЕДЕНИЕ

    «Все человеческие достижения имеют одно и то же происхождение, одинаково.Воображение — это сила природы ». — Сол Беллоу, Хендерсон, Король дождя,

    С самого начала этого подхода в когнитивной психологии (а впоследствии и в когнитивной нейробиологии) доминировала модель S – O – R, в которой центральная идея состоит в том, что стимулов в окружающей среде воспринимаются организмом , который осмысливает эту информацию и генерирует соответствующие ответы на основе непредвиденных обстоятельств ситуации и предшествующих знаний.Хотя репрезентативная модель в когнитивной психологии по-прежнему является наиболее влиятельной в связи психологической функции с функцией мозга, ее полезность все чаще ставится под сомнение. Некоторые призывают к пересмотру его основных предположений, в то время как другие стремятся ослабить или акцентировать внимание на том или ином аспекте этого аккуратного цикла, который обычно реализуется в терминах вычислений обработки информации. Кредо моделей прогнозирующего кодирования [Clark, 2013; Grossberg, 2009], например, заключается в том, что системы мышления и действия характеризуются стремлением к эффективному и действенному прогнозированию.Сторонники воплощенного познания подчеркивают центральную роль тела и его взаимодействие с богатой информацией средой [Kiverstein and Miller, 2015; Wilson and Golonka, 2013], тогда как эволюция в рамках различных аспектов системы, которая разворачивается во времени, занимает центральное место в моделях динамических систем [Beer, 2000; Гельфанд, Энгельхарт, 2012]. Это определенно захватывающее время для когнитивного психолога или нейробиолога, особенно если основное внимание уделяется областям восприятия и действия.

    Однако в этих обсуждениях, которые стремятся охарактеризовать всеобъемлющие принципы разума, есть вопиющее упущение. Почти исключительное сосредоточение на цикле ориентированных на стимулы мышления и поведения означало, что динамика, лежащая в основе спонтанных, независимых от стимулов и образных аспектов разума, или, действительно, того, как они связаны с первым, в значительной степени игнорируются [Christoff, 2012] или обсуждается только в строго ограниченной манере. Хотя такие упущения не являются результатом какой-либо формы преднамеренного пренебрежения, а являются следствием следования преобладающим традициям и догмам, принятым в рамках дисциплины, пришло время по-настоящему задуматься о том, как наше участие в относительно сложных, схематичных и эзотерических сферах воображения соответствует с доминирующими взглядами на то, как работает ум.Биологически и экологически обоснованная психология может быть только той, которая стремится объяснить фундаментальные аспекты человеческой природы, и не может быть никаких сомнений в том, что образные аспекты разума должны быть центральными в дискуссии.

    ПОЧЕМУ НАМ НУЖНО РАССМАТРИВАТЬ ВООБРАЖЕНИЕ КАК ВСЕ?

    Ключевой критикой, которая регулярно подвергается экспериментальным психологам, является очевидное отсутствие экологической обоснованности по большей части; что лабораторные условия не точно отражают сложные непредвиденные обстоятельства в реальном мире оцениваемого явления.Однако можно пойти еще дальше. Какая часть реального повседневного психологического опыта проверяется эмпирической работой? Возьмем, к примеру, те ответы, которые записываются как данные и анализируются для оценки психологической функции. В повседневной деятельности ответы редко требуются с точностью до секунды, и чаще всего они небинарные или качественные. Тип и скорость ответа также сильно зависят от ситуации. Например, когда я получаю текстовое сообщение со следующей инструкцией: «Позвони мне, когда получишь это!» мои действия не вызваны автоматически только информацией в этом предложении.Как и когда я решу ответить, зависит от ряда факторов, таких как кто отправил сообщение, мои отношения с этим человеком, предыдущий опыт и вытекающие из этого ожидания, физический контекст, в котором я нахожусь в то время, мое текущее состояние , и мой характер. Выбранный результат определяется динамичным и сложным взаимодействием между этими факторами.

    Ситуация еще более усложняется, если учесть тот факт, что наш разум постоянно занят, даже когда никакой реакции не требуется, и что содержание наших размышлений не обязательно связано с информацией, которая в настоящее время проходит через наши органы чувств.Это эмпирически подтверждается исследованиями спонтанного познания с использованием опросников ретроспективной выборки мыслей. В периоды отдыха во время эксперимента, когда участники пассивно зацикливаются на центральном изображении креста и нет ни задачи, которую нужно посетить, ни реакции для подготовки, участники сообщают, что думают о стимулах, с которыми они только что столкнулись, только в 10% случаев. Вместо этого их разум вовлекается в свободное и активное внутреннее размышление о прошлом, будущем, вневременных аспектах мира и так далее [Andrews-Hanna et al., 2010].

    Один из важнейших вопросов, требующих ответа, — это тип и степень совпадения между образными и не-образными аспектами перцептивной, когнитивной и поведенческой функции. Каким образом нейрокогнитивные модели объясняют психологическую функцию, когда снижается внимание к S и R аспектам цикла S – O – R? Каковы ключи к пониманию возникновения самораспространяющихся аспектов O? Как по существу цикл восприятия-предсказания в мозге порождает открытое образное мышление?

    Подобные вопросы могут поднять более фундаментальный вопрос о том, должны ли дисциплины психологии и нейробиологии вообще заниматься «не связанной с конкретной задачей» умственной деятельностью.И ответ будет зависеть от мотивации рассматриваемых ученых. Если цель — понять фундаментальную природу человеческого опыта, то ответ будет утвердительным, независимо от существенных проблем, связанных с этим. Также стоит отметить, что умственная деятельность, не относящаяся к конкретной задаче, — в терминах спонтанного мышления, мышления, независимого от стимулов, мышления, не связанного с задачей, мечтаний или блуждания разума — уже обсуждаются в психологической и нейробиологической литературе как отражающие операции воображения [e .г., Кристофф, 2012; Джамбра, 1995; Мейсон и др., 2007; Zedelius and Schooler, 2015]. Это соответствует довольно широким представлениям в философской традиции о процессах воображения, где «вообразить что-то — значит сформировать особый вид мысленного представления этого предмета» [Gendler, 2013].

    Действительно, большая часть работы по не связанной с задачей умственной деятельности обсуждается с явной ссылкой на процессы, относящиеся к воображению, такие как образы [например, TUIT: не связанные с задачей образы и мысли в Giambra, 1995].Другие указали на спонтанный и направленный внутрь характер умственной деятельности, не связанной с задачей, так что они происходят, когда «автоматическая активация лично значимой, но не связанной с задачей цели временно отвлекает наше внимание от основной задачи» [Смоллвуд и Schooler, 2006]. Более того, тот факт, что теперь у нас есть множество доказательств того, что существует существенное перекрытие между нейронными сетями и механизмами обработки информации, связанными с такими ненаправленными или спонтанными аспектами воображения и направленными или преднамеренными аспектами воображения [Schacter, 2012a; Смоллвуд и др., 2011; Stawarczyk and D’Argembeau, 2015] свидетельствует о необходимости рассматривать обе стороны воображения по отношению друг к другу.

    Простая задача предприятия не должна быть поводом для уклонения от непосредственного занятия темой воображения. Есть несколько примеров сложных и центральных аспектов человеческого опыта (например, язык, память, сознание и т. Д.), Которые значительно выиграли от наличия структурированных рамок и классификаций, которые помогают нам разобраться в рассматриваемом явлении.Они жизненно важны для создания и проверки гипотез и, следовательно, необходимы для достижения прогресса в любой области. И действительно, часто результаты показывают, что ранние идеи и основы не оправдали себя, и в результате были внесены изменения или уточнения (например, модель памяти Аткинсона-Шиффрина, стадии когнитивного развития Пиаже и т. Д.). Поэтому чрезвычайно полезно иметь соответствующую терминологию, общее понимание использования этой терминологии и связанных понятий, а также структурированную структуру, чтобы помочь понять сложность.В настоящее время существует несколько разрозненных идей по различным аспектам воображения с очень небольшими перекрестными помехами между областями. Цель данной статьи — обрисовать теоретически и эмпирически обоснованную новую структуру, которая поможет интегрировать эти различные нити значимым образом с надеждой, что это поможет обеспечить беспрепятственный поток информации, конструктивный дискурс и прогресс в этой области.

    РЕЗЬБА ВООБРАЖЕНИЯ В СУСТАВАХ: НАМЕКИ ИЗ ФИЛОСОФИИ

    Хотя воображение не занимало заметного места в поле зрения психологов и нейробиологов, этого нельзя сказать о других академических традициях.Философы веками пытались понять воображение, и существует общее мнение, что это явление слишком широкое, чтобы дать возможность дать исчерпывающее определение или исчерпывающую классификацию его различных аспектов [Gendler, 2013]. Номинальное описание воображения из словарей английского языка состоит в том, что оно отражает представление концептуального содержания при отсутствии внешнего ввода. Хотя это объяснение может резонировать с нашими народными представлениями о воображении, оно все еще довольно неопределенное.Например, концептуальная информация в форме правил может активно сохраняться в рабочей памяти, не воспринимаясь в данный момент через органы чувств.

    В Стэнфордской энциклопедии философии дано определение, что «вообразить что-то — значит сформировать особый вид ментального представления этого предмета», где воображение рассматривается отдельно от таких ментальных состояний, как восприятие, запоминание, вера, желание и т. Д. предвидение, зачатие и предположение [Гендлер, 2013].Однако в психологической и нейробиологической областях такие различия кажутся несостоятельными, поскольку, как будет более подробно исследовано в следующих разделах, имеется множество свидетельств, показывающих, что запоминание и зачатие являются актами воображения в том смысле, что они затрагивают определенные операции декларативной памяти. которые включают строительство или моделирование [Buckner, 2010; Маллалли и Магуайр, 2013; Schacter et al., 2012].

    Пытаясь дать исчерпывающее, но емкое определение, Найджел Дж.Т. Томас заявил, что «Воображение — это то, что делает наш сенсорный опыт значимым, позволяя нам интерпретировать и осмысливать его, будь то с традиционной точки зрения или с новой, оригинальной, индивидуальной точки зрения. Это то, что делает восприятие чем-то большим, чем простая физическая стимуляция органов чувств. Он также производит ментальные образы, визуальные и прочие, что позволяет нам мыслить за пределами нашей нынешней перцептивной реальности, рассматривать воспоминания о прошлом и возможности на будущее и сравнивать альтернативы друг с другом.Таким образом, воображение делает возможным все наши размышления о том, что есть, что было, и, возможно, самое главное, что могло бы быть »[цитируется по Manu, 2006]. Это определение также имеет проблему того, что оно очень широкое. Однако его детализация и полнота делают его полезным с точки зрения использования в качестве якоря при разработке теоретических основ для понимания воображения с психологической и нейробиологической точек зрения, поскольку оно затрагивает множество различных сфер воображения [Abraham and Bubic, 2015].Полезность этого определения также заключается в том, что оно подчеркивает одну из центральных черт воображения — то, что эта способность позволяет нам размышлять о вещах, выходящих за рамки непосредственного настоящего.

    Было предложено несколько таксономий, чтобы различать аспекты воображения. К ним относятся спонтанное или преднамеренное воображение, одиночное или социальное воображение, сенсорное или развлекательное или творческое воображение [Currie and Ravenscroft, 2002; Уолтон, 1990]. Каждая из этих групп подчеркивает определенные отличительные факторы — уровень воли, обусловленный направленностью процесса, вовлеченность коллектива, а также перцептивную, воспоминания или новую комбинаторную природу процесса, соответственно.Такие двойные и тройные классификации, хотя и не являются исчерпывающими, также являются эффективными помощниками в структурировании и категоризации сложной массы нейробиологической литературы о воображении.

    На сегодняшний день наиболее полная классификация воображения была проведена Лесли Стивенсоном, который выделил 12 типов или концепций [Stevenson, 2003]. К ним относятся фундаментальные способности, такие как способность формировать мысленные образы или вообще что-либо представлять, а также думать о чем-то, что возможно или реально в пространственно-временном отношении, но не воспринимается в настоящее время.Способность формировать убеждения, делать нерациональные причинно-следственные выводы и воспринимать одни вещи как вымышленные, в то время как другие реальны, отличается от способности верить в реальность чего-то нереального. Наконец, чувственный опыт при оценке произведений искусства, красоты и выражений, раскрывающих истинный смысл жизни, и создание таких произведений, вызывающих такую ​​чувственную феноменологию, также получают должное в этой концептуализации. Эти концепции носят описательный характер, и их различия не указывают прямо на операционализированные механизмы.Но, как и в случае с вышеупомянутой категоризацией, эти более подробные характеристики, которые я неформально разделил выше на три общие группы различий, основанных на сенсорных, интенциональных и феноменологических различиях, также ценны, поскольку они позволяют нам определить полноту различий. любая структура обработки информации, которая применяется для понимания воображения.

    В заключение этого раздела стоит отметить, что современный философский дискурс о воображении в основном сосредоточен вокруг трех областей [Gendler, 2013]: (а) феноменология и когнитивная архитектура воображения, (б) эстетика и творческое вовлечение в художественной литературе, и (c) как способность вообразить и представить возможность формирует возможности с точки зрения модальной эпистемологии.Из них можно сказать, что основная часть исследований нейробиологии воображения касается вопросов, имеющих отношение к первой области (A) — соответствия между воображением и другими психическими состояниями, понимание себя и других, репрезентации прошлого и будущего. события и так далее. Совершенно отличным от них является сосредоточение внимания на мозговых механизмах, лежащих в основе эстетического взаимодействия (B) или гипотетических формах рассуждений (C), которые получили значительно меньше внимания в нейробиологии воображения.Эта связь между философской и нейробиологической областями служит отправной точкой для разработки общей концепции. Я расширяю эти теоретико-эмпирические параллели в рамках этой структуры, также добавляя многие вышеупомянутые различия в том, как истолковываются (и исследуются) явления, относящиеся к человеческому воображению. Эта новая структура воображения для обработки информации будет описана в следующем разделе.

    РЕЗЬБА ВООБРАЖЕНИЯ В СОЕДИНЕНИЯХ: НАМЕКИ НАУКИ КОГНИТИВНОЙ НЕЙРОНУКЦИИ

    В эмпирической литературе по различным областям воображения можно заметить одно сходство, заключающееся в том, что классификации, используемые для обозначения различий в обработке информации при характеристике различных процессов воображения, по существу идентичны те, которые используются при описании не образных аспектов психологической функции: нисходящие или восходящие, неявные и явные, внутренние и внешние, спонтанные или преднамеренные, автоматические или контролируемые, глобальные и локальные.Тем не менее, хотя нейробиологические исследования активно проводятся во многих различных областях воображения, между этими областями мало теоретических или эмпирических перекрестных помех. Когда существует диалог между полями, он в основном ограничивается контекстами, в которых может быть обнаружена высокая степень соответствия между доменами либо в результирующих выводах (например, вовлеченность схожих областей мозга), либо в теоретическом обосновании, определяющем ожидания (например, мозг регионы, участвующие в восприятии, пересекаются с теми, которые задействованы в воображении).

    Чтобы помочь сориентироваться в основных открытиях в области нейробиологии воображения, в следующих нескольких разделах будет развернута новая структура. Многочисленные области исследования будут разделены на пять различных категорий на основе философских идей, которые были представлены в предыдущем разделе относительно классификаций или типов воображения (рис.) И их соответствия с точки зрения функций мозга (рис.), Которые являются подробно описано ниже. Эти категории обозначены: (i) воображение, основанное на ментальных образах, (ii) воображение, основанное на интенциональности, (iii) новое комбинаторное воображение, (iv) воображение, основанное на феноменологии, и (v) измененные состояния воображения.

    Схематическая диаграмма пятичастной или пятичастной классификации операций, относящихся к человеческому воображению, которые были классифицированы на основе сходства в лежащих в их основе предполагаемых нейрокогнитивных механизмах.

    Обобщенное резюме нейрокогнитивной основы каждой из пяти категорий воображения.

    Воображение на основе ментальных образов (перцептивное / моторное)

    Что касается видов явлений, охватываемых термином воображение, большая часть внимания в традиции философии уделяется «квази-перцептивному опыту» ментальных образов [ Томас, 2014].Теоретики-основатели современной эмпирической психологии, такие как Уильям Джеймс и Густав Фехнер, которые были погружены в традиции философии, серьезно задумались над пониманием разницы между воображением и восприятием [James, 1891]. Среди множества пунктов дискурса были индивидуальные различия в воображении, типы мысленных образов (зрительные, слуховые, осязательные, моторные) и то, как остаточные образы отличаются от образов-воображений.

    По сравнению с другими аспектами воображения, в постбихевиористскую эру области психологии и нейробиологии уделялось много внимания области ментальных образов.Критические дебаты, которые доминировали в этой области, например, касающиеся формата ментальных репрезентаций [Pearson and Kosslyn, 2015; Пилишин, 2002], во многом послужили стимулом для исследований. Одна из важнейших задач заключалась в том, чтобы определить, участвуют ли области мозга, участвующие в сенсорном восприятии или генерации движения, в мысленных образах этих состояний. Действительно, в пользу этой идеи подкрепляются значительные данные [Pearson et al., 2015]. Например, восприятие или воображение отдельных букв привело к активности мозга в областях ранней и поздней обработки изображений в затылочной и височной долях, что указывает на их участие как в визуальном восприятии, так и в визуальных образах [Stokes et al., 2009]. Было показано, что даже среди людей, полностью слепых от рождения, мысленные образы активируют первичную и вторичную зрительную кору коры головного мозга [Lambert et al., 2004; Striem ‐ Amit et al., 2012].

    Дополнительные находки совпадения между восприятием и образами были также зарегистрированы в слуховой области для простых слуховых функций, музыки, языка и сложных невербальных звуков [Hubbard, 2010], а также в моторной области в виде ментальных звуков. моделирование действий [Hétu et al., 2013]. Например, слух или воображение сложных невербальных звуков приводит к активации вторичной слуховой коры [Bunzeck et al., 2005]. Есть также свидетельства того, что тренировки влияют на образы. Музыкально подготовленные участники превосходят музыкально наивных коллег по музыкальным и немузыкальным задачам слуховых образов, но не визуальных образов [Aleman et al., 2000]. Действительно, в исследовании магнитоэнцефалографии (MEG), где музыканты и не музыканты воображали знакомые мелодии, а затем указывали, правильно ли представленный тон продолжает мелодию, неправильные тона привели к отрицательности несоответствия образов (MMN), которая является реакцией мозга, указывающей на нарушение устоявшееся правило, но только у музыкантов [Herholz et al., 2009].

    Было показано, что в моторном домене области верхней теменной доли и премоторной коры задействованы в условиях выполненного достижения, наблюдаемого достижения и воображаемого достижения [Filimon et al., 2007]. Паттерн задействования мозга, связанный с воображением движения, также весьма специфичен. Например, тип активации по отношению к различным эффекторам (рука, кисть, рот) вдоль премоторной коры соответствует соматотопической организации моторной коры для движения этих эффекторов [Wolfensteller et al., 2007]. Имеющиеся данные также указывают на то, что намеренные аспекты действия кодируются в задней теменной коре головного мозга, что обнаруживается в моторных образах целей действия у людей, которые не могут фактически двигать конечностями, например, при тетраплегическом параличе [Aflalo et al., 2015].

    Другие подходы, которые являются информативными в контексте ментальных образов, включают исследования кросс-модальных аспектов восприятия и образов с точки зрения мультисенсорного восприятия [Berger and Ehrsson, 2014] и сенсорной замены в восприятии [Poirier et al., 2007]. В самом деле, одна попытка дифференцировать модально-зависимые и независимые от модальности аспекты систем воображения мозга показала, что зрительные и слуховые ассоциации коры задействованы во время ментальных образов в зависимости от модальности, тогда как независимая от модальности «основная» сеть образов соответствует Сеть с режимом по умолчанию (DMN) [Daselaar et al., 2010]. DMN состоит из областей мозга, которые сильно задействованы в условиях покоя и спонтанного познания [Andrews-Hanna, 2012], и значение его роли в воображении будет исследовано более подробно в следующем подразделе.

    Таким образом, поведенческие и нейробиологические данные по сенсорно-моторным доменам поддерживают идею функционального перекрытия между нейронными субстратами, участвующими в восприятии / действии и их образами (рис.). Литература также иллюстрирует присущую системам мозга гибкость и пластичность в отношении ментальных образов, поскольку задействование областей мозга по-разному модулируется в зависимости от тренировок (например, музыкантов) и способа отбора проб окружающей среды (например, врожденная слепота).

    Воображение, основанное на интенциональности (рефлексивное / социальное)

    Нейробиологический подход к пониманию психологической функции подвергается обильной критике со всех сторон, при этом некоторые ставят под сомнение саму полезность этого подхода для предоставления конкретных ответов о восприятии, познании, эмоциях или действиях. Например, одной из основных критических замечаний была неспособность исследований нейровизуализации вынести единодушные вердикты по конкурирующим теориям, которые предлагают лучшее объяснение некоторых аспектов психологической функции [Coltheart, 2006, 2013].Есть некоторые возражения, которые связаны с такими проблемами [Poldrack, 2006], но то, что редко задумывается или получает должное, — это то, как нейровизуализация часто позволяет нам обнаруживать общие черты в лежащих в основе механизмов обработки информации аспектов психологической функции, которые обычно не выполняются. рассматриваются по отношению друг к другу [Mather et al., 2013].

    Ярким примером этого являются процессы воображения, такие как автобиографическая и эпизодическая память (например, воспоминания о моем первом дне в начальной школе), эпизодическое мышление будущего (напр.ж., воображение, каким будет мой следующий день рождения), рассуждение о психическом состоянии или теория разума (например, делать выводы о том, о чем думает кто-то другой), самореферентное мышление (например, оценка моих собственных мыслей и поведения) и моральное обоснование (например, оценка допустимости моих собственных или чужих действий). Общее у этих операций то, что все они затрагивают основные области DMN, которые включают медиальную префронтальную кору (вентральный и дорсальный аспекты), медиальную теменную кору (ретроспленальную и заднюю поясную коры), переднюю боковую височную кору, нижнюю теменную кору. (включая височно-теменное соединение) и медиальные структуры височной доли, такие как образование гиппокампа [Andrews-Hanna et al., 2014; Бакнер и др., 2008; Маллалли и Магуайр, 2013; Schacter et al., 2012; Spreng et al., 2009].

    Роль DMN широко задокументирована в литературе, которая демонстрирует ее постоянное участие во время независимого от стимула или спонтанного познания, которое автоматически происходит в условиях покоя или низкой когнитивной потребности. Фактически участники сообщают об активном внутреннем мышлении в таких ситуациях, которое принимает форму размышлений об их прошлом, будущем и так далее [Andrews-Hanna et al., 2010]. Таким образом, есть свидетельства значительного перекрытия мозговых сетей, задействованных в различных аспектах воображения, таких как созерцание событий, которые могут развернуться в будущем, или оценка намерений другого человека в конкретной ситуации, независимо от того, возникают ли они в результате спонтанного познания или направленное познание.

    В первые дни раскрытия функционального профиля, связанного с DMN, другая доминирующая идея о роли DMN заключалась в том, что он задействован во время «ориентированного на стимулы мышления», когда мозг настроен на возможность столкнуться с информацией, относящейся к задаче. [Gilbert et al., 2007]. Ни одно опубликованное исследование не тестировало эти конкурирующие альтернативы напрямую в рамках одного эксперимента, а в промежуточный период были предложены другие гипотезы, такие как, например, что DMN управляется значительными изменениями когнитивного контекста, независимо от того, является ли контекст внешним. или внутренне ориентированный [Crittenden et al., 2015].

    Большая часть исследований, сообщающих о не связанных с конкретными задачами умственных действиях с привлечением DMN, интерпретирует свои выводы в связи с независимой от стимулов структурой мышления.Но также было дано должное адаптивному характеру этого внутреннего мышления. Например, в литературе о перспективах или мышлении о будущем говорится о воображении и моделировании будущих сценариев и возможностей [Andrews-Hanna et al., 2010; Бубич и Абрахам, 2014; Бакнер, 2010; Suddendorf, Corballis, 2007]. Тем не менее, они могут быть классифицированы как не относящиеся к задаче или независимые от стимула, потому что «задача» или, скорее, «возможность», к которой готовятся или моделируются, не определены ни четко, ни напрямую не связаны с поставленной задачей.Джамбра [Giambra, 1995] считал, что мышление, не связанное с заданием, было инстанцировано как направление мысли «прочь от текущей ситуации», которая, тем не менее, отражает текущие заботы человека. Смоллвуд и Скулер [2006] фактически заявили, что «блуждание ума можно рассматривать как процесс, движимый целью, хотя и не направленный на решение основной задачи».

    Было выдвинуто несколько предложений относительно функциональной роли и / или наметить общую метрику, которая может учитывать участие DMN (полностью или частично) в этом разнообразном наборе ментальных операций.К ним относятся самопроекция [Бакнер и Кэрролл, 2007], построение мысленной сцены [Хассабис и Магуайр, 2009], конструктивное моделирование [Schacter, 2012b], проактивная ассоциативная обработка [Bar, 2007] и оценочная обработка [Legrand and Ruby, 2009] ]. Интересно, что некоторые данные указывают на то, что эти гипотезы не могут быть взаимоисключающими и что различные функциональные роли могут по-разному выполняться разными компонентами одной и той же схемы. Например, Курчек и др. [2015] сообщили, что по сравнению со здоровыми подобранными участниками из контрольной группы неврологические пациенты с поражением медиальной префронтальной коры демонстрировали нарушения самореферентной оценки, но не самопроекции, тогда как пациенты с поражением медиальной височной доли демонстрировали противоположную картину в том, что они были нарушены самопроекция, но не референциальное мышление [Kurczek et al., 2015].

    При рассмотрении общих черт между этими различными формами воображения оказывается, что контексты, которые возникают в каждой из этих ситуаций, явно «социальные», поскольку они включают необходимость оценивать, рассуждать или оценивать действия и события, которые вовлекают одну или несколько сущностей. Хотя поэтому может показаться разумным называть эту категорию воображения социальной, это может быть не совсем правильно. В конце концов, как ясно показывают историческое исследование Хайдера и Зиммеля, а также последующие исследования установления причинной связи и кажущегося поведения, мы также приписываем психические состояния и черты личности не-сущностям [Bloom and Veres, 1999; Хайдер и Зиммель, 1944; Scholl and Tremoulet, 2000].Такие результаты должны заставить нас задуматься над более широким вопросом о том, что является «социальным» в социальной информации, если его нельзя полностью определить в терминах сущности, особого вида и других биологических характеристик или категорий социальных групп. Для настоящей цели разработки классификаций операций воображения понятие интенциональности по отношению к «интенциональной позиции» [Dennett, 1987] может обеспечить более жизнеспособный и репрезентативный ярлык для этой категории.

    В этой основополагающей работе Деннет [1987] выделил три позиции, которые задействованы (неявно) в нашем сознании, когда мы оцениваем события, которые происходят вокруг нас.Физическая стойка применяется, когда рассматриваемые события можно объяснить действиями физических сил в мире (например, карандаш, который скатывается со стола, упадет на пол). Это отличается от проектной позиции, которая применяется, когда происшествие может быть учтено с точки зрения того, каким образом вещи спроектированы для определенной функции (например, термостат автоматически включается и выключается для регулирования температуры в комнате). . Для любого события, которое нельзя объяснить ни с точки зрения физической, ни с точки зрения дизайна, автоматически применяется намеренная позиция.Здесь события интерпретируются намеренно или целенаправленно (например, если читатель дошел до этой точки в статье, это должно означать, что он / она интересуются идеями, представленными в ней. Никаких чисто физических явлений, таких как как ветер, может учитывать переворачивание страниц, и страницы не были предназначены для самостоятельного поворота).

    Таким образом, операции воображения, обсуждаемые в этом разделе (рассуждение о психическом состоянии, эпизодическое мышление о будущем и т. возможное объяснение рассматриваемой ситуации или события.Это достигается посредством спонтанного доступа к обширному и разнообразному репертуару соответствующих знаний при обработке таких контекстов. Лучшее или наиболее правдоподобное объяснение — это то, которое лучше всего соответствует тому, что уже известно с точки зрения вас самих и / или своего мировоззрения. Сеть мозга, которая наиболее последовательно участвует в воображении, основанном на интенциональности, — это DMN (рис.). Более того, в недавней статье даже говорилось о том, что DMN на самом деле «поддерживает намеренную позицию» [Spunt et al., 2015].

    Роман Комбинаторное воображение (контрфактическое / творческое / порождающее)

    «Произведение искусства никогда не бывает законченным, а просто брошенным» — это цитата, которую обычно приписывают Леонардо да Винчи. Суть того, что передано в этом утверждении, намекает на элементы, которые присущи процессам воображения, которые попадают в эту третью категорию, такие как новизна, открытость, открытия и генеративность. Когда наша сила воображения сосредоточена за пределами «что было» и «что есть» и распространяется на «что, если» или «что могло бы быть», пространство возможностей, которое мы исследуем, значительно шире, и это верно во всех областях. искусства, науки и коммерции.Что случится с миром, если Земля перестанет вращаться? Как можно сочетать арбузы, пастернак и горчицу, чтобы приготовить вкусное блюдо? Какую новую стратегию я мог бы придумать для своей команды, чтобы бросить вызов нашим более сильным конкурентам? Эти контексты относительно открыты в одном или нескольких аспектах процесса решения / исследования проблем, поскольку они включают путешествие в пространстве возможностей, чтобы выйти за рамки статус-кво, и требуют комбинирования или оценки существующих знаний новыми способами. Поэтому такие ситуации требуют «нового комбинаторного мышления», поскольку они требуют контрфактических рассуждений, генерации гипотез, творчества или гипотетических рассуждений во время решения / исследования проблем.

    Когда предлагается решить вопрос или проблему, процесс изучения вопроса или решения проблемы обычно включает поиск идей, решений, стратегий или планов. Следовательно, процесс требует перехода от проблемы (начального состояния) к решению (целевому состоянию) посредством определенного курса действий (операционное состояние). Ежедневное решение проблем, независимо от того, включает ли оно приобретение новых навыков (например, обучение катанию на коньках) или выполнение знакомых действий (например,g., полив растений в саду), отмечен четко определенными начальными состояниями и целевыми состояниями, а также относительно логическими и последовательными курсами действий в рабочем состоянии. Однако в случае новых комбинаторных аспектов воображения одно или несколько из этих состояний во время исследования проблемы неизвестны или являются относительно открытыми и включают больше степеней свободы.

    Можно привести два примера из области творчества, чтобы проиллюстрировать специфику таких различий. Обе задачи имеют четко определенные начальные состояния, но они сильно различаются по своим целевым состояниям.Когда его просят изобрести как можно больше вариантов использования общего объекта (например, газеты), сценарий решения проблемы, с которым сталкивается участник, является открытым с точки зрения состояния цели, поскольку могут быть созданы многочисленные потенциальные варианты использования / реакции ( дивергентное творческое задание: задание альтернативного использования). Напротив, когда вас просят найти четвертое слово, которое образует сложный ассоциатив с тремя заданными словами (например, ядерный / вражда / альбом), состояние цели становится менее открытым, поскольку количество потенциальных решений / ответов ограничено (решение : family) (конвергентное творческое задание: Remote Associates Test).Но обе считаются задачами, оценивающими творческое мышление, потому что пространство возможностей, исследуемое в операционных состояниях, является относительно открытым и требует нелинейных комбинаций информации для достижения решения путем сдвигов перспективы, изменения ментальных установок или преодоление функциональной неподвижности [Abraham and Windmann, 2007].

    Важным моментом, на который следует обратить внимание на данном этапе, является то, что новинка в данном контексте не объединяет ex nihilo или из ничего.По словам Стейна [1953], который, как считается, первым сформулировал общепринятое в настоящее время определение творчества [Runco and Jaeger, 2012], оно «… возникает в результате реинтеграции уже существующих материалов или знаний, но когда он завершен, он содержит новые элементы »[Stein, 1953]. Это имеет параллели с идеей новизны, возникающей в результате смешения или «бисоциации» двух или более не связанных между собой мысленных матриц с целью порождения новой матрицы значений [Koestler, 1969].

    Операции, принадлежащие к категории новаторско-комбинаторного воображения, включают творчество в решении проблем и их выражении, дивергентное мышление, контрфактические рассуждения, генерацию гипотез и гипотетические рассуждения [Abraham and Bubic, 2015]. В отличие от относительно непротиворечивой картины, которая возникает в результате исследований форм воображения, основанных на интенциональности, литература о новом воображении, основанном на комбинаторных способностях, гораздо более разнородна и сложна. Это связано с тем, что эмпирическая сфера уделяет ему меньше внимания, и между подобластями практически отсутствует дискурс.Таким образом, чрезвычайно сложно сделать вывод и представить исчерпывающую картину из разрозненных данных в литературе. Тем не менее, будет сделано предварительное обоснование функциональных общностей, основанных на последовательных моделях, которые возникают во всех областях исследований в этой категории.

    В самых общих чертах творчество определяется как способность генерировать как оригинальные (новые, уникальные, статистически редкие), так и подходящие (соответствующие, релевантные, значимые) ответы для конкретной цели [Runco and Jaeger, 2012; Stein, 1953].Это определение творчества применимо ко всем категориям человеческих усилий, независимо от того, относится ли оно к творчеству на службе решения проблем, например, в научных и прикладных областях, или к творчеству на службе самовыражения, как в изобразительном и исполнительском искусстве. Наблюдаемая общность этих сфер заключается в том, что спонтанное и неограниченное производство идей / ответов (генерация идей), творческих или других , приводит к вовлечению частей DMN, особенно в медиальных аспектах префронтальной и фронтополярной коры. .Когда ограничения обеспечения релевантности или соответствия применяются к генерируемым ответам (выбор идеи), чтобы считаться действительно творческими , активируются семантические и когнитивные управляющие сети мозга, особенно латеральные аспекты префронтальной и фронтополярной коры [Abraham, 2014; Абрахам и др., 2012; Beaty et al., 2015; Юнг и др., 2013; Лимб и Браун, 2008].

    То, что паттерны взаимодействия мозга различаются по степени ограничения пространства возможностей в операционном состоянии, также можно почерпнуть из других типов гипотетического мышления, которые требуют нового комбинаторного познания, таких как генерация гипотез и воображение вымышленных сценарии, а также контрфактические и гипотетические рассуждения.Кажется, что дело в том, что когда исследуемое пространство возможностей, условно говоря, более открытое (или менее ограниченное), наблюдается большая активность в медиальных префронтальных областях и других частях DMN. И, наоборот, когда исследуемое пространство возможностей, условно говоря, менее открыто (или более ограничено), наблюдается большая активность в боковых префронтальных областях и других частях семантических и когнитивных управляющих сетей мозга.

    Например, в вербальной и невербальной областях генерация гипотез (например,g., можно ли составить слово из букв IKFEN?) обычно затрагивает вентральную латеральную префронтальную кору [Goel and Vartanian, 2005; Вартанян, Гоэл, 2005]. Подобные области мозга выборочно активируются при оценке того, могут ли сценарии, содержащие вымышленных персонажей, возникать в нашей реальности, какой мы ее знаем (например, можно ли поговорить с Золушкой?), По сравнению со сценариями с участием реальных сущностей (например, можно ли поговорить с Джорджем Буш?) [Abraham et al., 2008b]. Пространство возможностей в таких контекстах более ограничено (или менее открыто), поскольку степени свободы в том, что исследуется, узко ограничены несколькими осязаемыми вариантами.Более того, здесь цели-состояния включают в себя достижение решений или ответов, которые можно считать объективно правильными.

    Напротив, ситуации, которые требуют контрфактических или гипотетических рассуждений, которые требуют относительно более широкой и открытой выборки и интеграции информации в пространстве возможностей, последовательно задействуют области DMN, такие как медиальная префронтальная кора [Abraham et al., 2008a ; Van Hoeck et al., 2013] и гиппокамп [Hassabis et al., 2007]. Ментальные операции, на которые здесь нацелены, включают эпизодическое контрфактическое мышление (например,g., если бы я ушел из офиса раньше, я бы не пропустил свой поезд), семантическое мышление будущего (например, вероятно ли, что в Сиднее будет Диснейленд через 50 лет?) и воображение новых визуально-пространственных сцен. Состояния цели включают в себя достижение решений или ответов, которые можно считать истинными или вероятными только субъективно.

    Поскольку DMN задействована как в новом комбинаторном воображении, так и в воображении, основанном на интенциональности, ее роль требует дальнейшего уточнения. Оба типа воображения влекут за собой непроизвольный или спонтанный доступ к обширным и разнородным источникам знаний с целью генерирования объяснений / идей / гипотез в отношении ситуации или события.Чем больше открыто пространство возможностей или чем шире сеть, которая используется для выборки информации, необходимой для достижения этих объяснений / идей / гипотез, тем сильнее задействуется DMN. Разница между ними, похоже, лежит на уровне объяснения / результата. В соответствии с по существу рецептивно-предсказательным циклом функции человеческого мозга [Bubic et al., 2010], наилучшее возможное объяснение в формах воображения, основанных на интенциональности, — это то, которое подходит лучше всего или предлагает путь наименьшего сопротивления.Обратное верно в случае воображения, основанного на новом комбинаторном подходе, когда ситуация требует либо игнорирования доминантного ответа, либо учета ранее не учтенных перспектив — и это требует дополнительного набора не-DMN сетей.

    Таким образом, сложное взаимодействие между режимом по умолчанию, семантическим познанием и сетями когнитивного контроля создает новые комбинаторные аспекты воображения (рис.), И одним из показателей, которые следует учитывать при характеристике этой системы, является степень ограничений / открытость в различных аспектах процесса решения / исследования проблем.Это предварительная гипотеза, но ее можно легко и систематически исследовать.

    Воображение на основе феноменологии (эстетическое вовлечение)

    Заявляя, что «принцип истинного искусства — не изображать, а вызывать», писатель Ежи Косинский указывает на существенную черту, присущую всем формам искусства, — то, что произведение of art предназначена для того, чтобы вызвать определенный ответ или набор ответов. Но что любопытно в вызванной эстетической реакции при оценке произведения искусства, так это то, что это не одномерная реакция, которую человек испытывает.Вместо этого мы находимся в состояниях сложной чувственной феноменологии, которые являются субъективными и не могут быть полностью объяснены только сенсорными характеристиками объекта.

    Психология и нейробиология эстетики уделяют основное внимание эстетике искусства, особенно визуальному искусству и музыке, хотя очевидно, что эстетические переживания возникают и в контекстах, не основанных на артефактах [Palmer et al., 2013]. Существует несколько идей, касающихся основ эстетического отклика, с точки зрения эстетического опыта , который, как считается, отражает исключительное состояние ума, а также эстетического предпочтения , , которое является суждением о красоте.Они рассматриваются как относительно отдельные компоненты, поскольку художественный опыт значительно влияет на этот последний, более когнитивный компонент эстетической оценки, но не на аффективный опыт того же самого [Van Paasschen et al., 2015]. В рамках самого эстетического опыта Маркович [2012] различает три компонента: (а) эстетическое восхищение, о чем свидетельствует высокий уровень возбуждения, поглощенность акцентом внимания и чувство потери времени, (б) эстетическая оценка или когнитивное взаимодействие, которое позволяет человеку выйти за пределы общего использования значения и (c) эстетические эмоции, которые вызывают чувство единства и связи с объектом эстетического восхищения и оценки [Маркович, 2012].Эстетические эмоции отличаются от неэстетических или повседневных эмоций тем, что они вызываются при переживании эстетического объекта, но не служат утилитарным или гомеостатическим целям, несмотря на то, что связаны с телесными реакциями, не ориентированными на действие, такими как пилорекция и слезы [Scherer, 2005].

    Из множества теорий, которые были выдвинуты для объяснения эстетической реакции, некоторые стремятся объяснить конкретные компоненты реакции (например, простой эффект воздействия, динамику возбуждения, теорию прототипов и теорию беглости речи), в то время как другие выделяют стадии обработка информации, которая лежит в основе эстетической оценки в более широком смысле (например,g., теория I-SKE Шимамуры, теория оценки Сильвии, теория когнитивного развития Парсона и теория трех стадий Огненовича) [Маркович, 2012; Palmer et al., 2013]. Например, наиболее влиятельные теории, которые были сформулированы для объяснения нейроэстетики визуального искусства и музыки, представляют собой многоэтапные модели, в которых эстетический опыт, как считается, управляется распределенным набором нейронных сетей, посвященных различным аспектам перцептивной, когнитивной и эмоциональной информации. обработка [Chatterjee, Vartanian, 2014; Ледер, Надаль, 2014].

    На данный момент было проведено два метаанализа результатов функциональных нейровизуализационных исследований, в которых изучались корреляты мозга с эстетической реакцией. Единственной структурой мозга, которая обычно участвовала в эстетической оценке — даже в различных сенсорных модальностях — была передняя островковая часть [Brown et al., 2011; Vartanian and Skov, 2014], регион, который играет ключевую роль в интероцептивной осведомленности и обработке эмоций [Barrett et al., 2007; Wiens, 2005; Заки и др., 2012]. Фактически, недавнее исследование реакции мозга во время динамических эмоциональных переживаний при прослушивании аудиоповествования показало, что передняя островковая часть является нервным узлом, где интероцептивные состояния осознания интегрируются с экстероцептивными представлениями об эмоциональной значимости [Nguyen et al., 2016].

    Эта связь между эстетическим опытом и интероцептивным осознаванием часто расширяется в литературе по нейроэстетике, чтобы интерпретировать результаты как отражение обработки вознаграждения в головном мозге, особенно когда есть сопутствующая мозговая активность в пределах базальных ганглиев.Это потому, что такие особенности, как симметрия, гармония, беглость и хороший гештальт традиционно связаны с красотой и положительным влиянием в эстетической оценке. Многие свидетельства указывают на то, что в целом люди предпочитают симметричные или прототипные стимулы, что объясняется тем фактом, что такие формы легче (или менее требовательны к когнитивным функциям) для обработки, чем их аналоги [беглость: Reber et al., 2004]. Более низкие затраты на обработку информации также объясняют, почему стимулы, которые ранее неоднократно наблюдались, оцениваются как более приятные [простой эффект воздействия: Zajonc, 1968].

    Приравнивание эстетической оценки исключительно к переживанию удовольствия или «положительных эмоций», однако, не без проблем. Во-первых, похоже, что существует общее смешение концепции положительной эмоции с концепцией вознаграждения или положительного подкрепления. Также бесспорно, что эстетическая оценка не только вызывает положительные эмоции (например, удовольствие), но также отрицательные и другие сложные эмоции (например, гнев, замешательство, сожаление, стыд и т. Д.) [Silvia, 2009]. Более того, есть бесчисленные примеры высокого искусства, которые можно легко вспомнить, когда условность бросается на ветер, а такие характеристики, как симметрия и беглость, целенаправленно стираются, чтобы создать проблему для восприятия.Тем не менее, такие работы вызывают глубокое эстетическое удовлетворение. В самом деле, важность негативного аффекта в эстетической реакции очевидна, поскольку художники часто проектируют свои работы так, чтобы нарушать построенные предсказания.

    Отчет об ошибке прогнозирования эстетической оценки помогает приспособиться к кажущимся нелогичным процессам, которые происходят во время эстетической оценки [Van de Cruys and Wagemans, 2011]. Центральная идея состоит в том, что великие произведения искусства создаются таким образом, что ожидания порождаются, а затем уничтожаются в оптимальных точках.Получатель таких работ сначала испытывает двусмысленность, но это чувство рассеивается по мере того, как смысл извлекается путем построения нового паттерна, который возникает путем создания новых ассоциаций между несколькими предоставленными концептуальными крючками. Этот процесс включает в себя создание нового смысла на другом уровне, и успешное объединение этого нового гештальта приводит к уменьшению двусмысленности и неопределенности наряду с соответствующим эффектом вознаграждения от «решения головоломки». Это также называют «эстетической ага» [Muth and Carbon, 2013].Действительно, то, что эстетические переживания приносят самоокупаемость, а не целенаправленность, считается одной из его определяющих черт [Apter, 1984]. Некоторые нейрофармакологические доказательства в поддержку этой идеи получены из исследования прослушивания музыки с помощью ПЭТ, где прилежащее ядро, структура мозга, которая является центральной для системы вознаграждения, активно задействовалось во время переживания пиковых эмоциональных реакций на музыку, сопровождаемых выбросом эндогенного дофамина в striatum, что также происходило во время пика эмоционального возбуждения [Salimpoor et al., 2011].

    Итак, общий вывод из литературы по эстетической оценке состоит в том, что области мозга, соответствующие нейронным цепям обработки информации, которые лежат в основе интероцепции, эмоций и обработки вознаграждения, участвуют в облегчении феноменологических аспектов эстетического взаимодействия (рис.). И что чувство «награды» или положительного подкрепления, которое сопровождает эстетическую оценку, может происходить двумя разными путями; (а) через резонанс через простоту доступа и (б) через успех в открытии новой точки зрения, ассоциации или понимания.В качестве предостережения следует иметь в виду, что область нейроэстетики в значительной степени сосредоточена на нейронном отклике, который сопровождает оценку классических эстетических категорий, то есть суждение эстетических произведений как красивых, возвышенных или приятных. Поскольку другие универсальные эстетические категории [например, «интересные» — Ngai, 2012] не получили особого внимания, вопрос, который еще предстоит изучить, заключается в том, как современные нейрокогнитивные модели эстетической реакции применимы в контексте альтернативных категорий.

    Измененные состояния воображения

    Эта последняя категория воображения охватывает ряд разнородных состояний, некоторые из которых являются функциональными или стандартными в том смысле, что каждый должен испытать такие состояния (сновидения) или может попытаться испытать такие состояния (гипноз, медитация, использование психоделических препаратов), в то время как другие явно дисфункциональны или исключительны в том смысле, что только часть населения испытывает такие переживания (например, галлюцинации, бред, конфабуляция, внетелесные переживания).Вывести закономерности из разнообразной литературы по этим темам сложно, потому что такие состояния сложнее исследовать и они менее хорошо изучены. Тем не менее, поскольку они относятся к измененным состояниям воображения, можно будет использовать идеи из ранее описанных областей воображения, чтобы обеспечить полезный контекст, из которого можно лучше понять механизмы обработки информации, лежащие в основе таких состояний.

    Сновидения, которые связаны со стадиями быстрого сна (быстрого движения глаз), — это состояние воображения, которое каждый из нас регулярно испытывает.Исследования нейровизуализации и ЭЭГ в этой области можно разделить на те, которые изучают мозговые корреляты сновидений, и на те, которые исследуют воспоминания сновидений. Результаты первого подхода in situ , а также последнего ретроспективного подхода показывают, что части DMN мозга, такие как медиальная префронтальная, височно-теменная и гиппокампальная области, которые участвуют в воображении, основанном на интенциональности, более тесно связаны между собой. со сновидениями, когда области когнитивного контроля, такие как латеральная префронтальная кора, деактивированы [De Gennaro et al., 2012; Fox et al., 2013; Хобсон и др., 1998; Maquet, 2000; Maquet et al., 1996; Нир и Тонони, 2010].

    Напротив, противоположный паттерн задействования мозга происходит в условиях гипноза, поскольку они сопровождаются повышенной активностью в латеральных префронтальных областях когнитивного контроля наряду с дезактивацией областей DMN [Deeley et al., 2012; Окли и Халлиган, 2009 г .; Vuilleumier, 2014]. Эта диссоциация между нейронными коррелятами сновидения и гипноза отражает тот факт, что первое состояние является спонтанным и вызванным непроизвольно, тогда как второе состояние является преднамеренным и направленным по своей природе.С другой стороны, медитативные состояния включают взаимодействие между спонтанными и преднамеренными компонентами, поскольку обе операции являются неотъемлемой частью процесса медитации и вызываются по-разному в зависимости от типа применяемой медитативной техники [Brewer et al., 2011; Hasenkamp et al., 2012; Lutz et al., 2008; Manna et al., 2010; Tang et al., 2015].

    Прием психоделиков, таких как диэтиламид лизергиновой кислоты (ЛСД), псилоцибин и кетамин, также вызывает временные измененные состояния воображения и приводит к снижению связи между областями DMN, такими как медиальная префронтальная кора и задняя поясная извилина. кора.В то время как DMN обычно обратно связана с сетями «позитивных задач», такими как сеть исполнительного или когнитивного контроля, потребление галлюциногенов меняет эту модель на противоположную, так что между DMN и другими сетями позитивного задания возникает повышенная взаимосвязь. Мозговые сети, которые управляют разными функциями, становятся недифференцированными в таких условиях, что приводит к дезорганизованным состояниям мозга и неограниченному познанию [Carhart-Harris et al., 2014; Галлимор, 2015; Tagliazucchi et al., 2014; Vollenweider and Kometer, 2010].

    Некоторые предлагали использовать психоделическую модель временной дезорганизации мозга в качестве модели системной дезорганизации мозга, как это видно в случае психоза, который часто ассоциируется с такими явлениями, как галлюцинации и бред [Carhart-Harris et al., 2013 ; Corlett et al., 2007]. Галлюцинации относятся к восприятию без раздражителей. Они преимущественно возникают в слуховой и зрительной областях и связаны с соответствующей сенсорной модальностью специфической активности мозга [Allen et al., 2008; Weiss and Heckers, 1999]. В основе этого феномена лежит снижение активности в мозговых сетях, которые регулируют нисходящий контроль посредством когнитивного мониторинга и подавления внимания [Ford et al., 2012; Хугдал, 2015; Shine et al., 2014; Waters et al., 2014]. Вопросы личной значимости и социальной значимости также были подчеркнуты в связи с галлюцинациями при психозе, особенно с учетом вклада областей мозга DMN [Bell, 2013; Waters et al., 2014]. Одним из них является височно-теменное соединение (TPJ). Повреждения этой области мозга приводят к внетелесным переживаниям, когда тело ложно воспринимается как визуально-пространственное удаленное от своего привычного местоположения [Blanke and Arzy, 2005]. В самом деле, фокальная стимуляция TPJ может вызвать ощущение иллюзорного человека, который внимательно следит за позой стимулируемого [Arzy et al., 2006].

    Другой релевантной областью DMN в этом контексте является вентральный аспект медиальной префронтальной коры и прилегающие области орбитофронтальной коры.Поражения этой области связаны с феноменом конфабуляции или ложных воспоминаний, особенно спонтанного разнообразия, которые возникают неспровоцированно и развитие которых может достигать фантастических размеров [Gilboa et al., 2006; Гловинский и др., 2008; Schnider, 2003]. Хотя это имеет некоторое сходство с феноменом бреда, конфабуляции отражают «псевдо-воспоминания», тогда как бред — это ложные убеждения, которые убеждены и связаны с высокой степенью фиксации и озабоченности [Gilboa, 2010; Копельман, 2010].

    Существует огромная неоднородность, связанная с представлением бредовых идей, которые называются политематическими, когда они возникают по ряду несвязанных тем, и монотематическими, когда они вращаются вокруг общей темы [Coltheart et al., 2011]. Недавние предложения о мозговой основе бредовых идей постулировали, что они являются результатом серьезных нарушений рецептивно-прогнозного цикла мозга, которым способствуют лобные петли. Это проявляется как «неспособность оптимизировать неопределенность сенсорной информации» и приводит к снижению точности кодирования предсказания и ошибкам предсказания [Corlett et al., 2010; Пикард и Фристон, 2014]. Хотя есть некоторые опасения по поводу того, в какой степени эта теория ошибок предсказания может всесторонне объяснить чрезвычайно сложный феномен бреда [Griffiths et al., 2014; Sass and Byrom, 2015], это убедительная структура, объясняющая, как формируются и поддерживаются такие явные искажения вывода убеждений.

    Таким образом, эта последняя категория измененных состояний воображения отражает одну из двенадцати концептуализаций Стивенсона [2003], которая была описана как «способность думать о чем-то, что субъект считает реальным, но что не является реальностью. настоящий.Поступая таким образом, они по существу отражают несовершенное или ошибочное «тестирование реальности» [Gerrans, 2014], которое происходит из-за локальных или глобальных сбоев в DMN, когнитивном контроле и сенсомоторных сетях мозга.

    Творческие типы Зарезервируют особый уголок мозга для больших мечтаний

    Пятилетние изобретают воображаемых друзей, подростки представляют себе, каково будет влюбленность, а взрослые планируют рабочие достижения, покупку дома или путешествия по миру. Воображение — это черта, которой все мы обладаем и используем в повседневной жизни.Но если мы пытаемся думать о ситуациях, которые слишком далеки от нашей реальности во времени или пространстве — возможно, о мире в 2500 или о том, каково было бы жить на Луне или Марсе, — нам часто трудно представить себе эти сценарии.

    На протяжении десятилетий нейробиологи и психологи пытались понять, что именно происходит в мозге, когда мы развязываем наше воображение, и что ограничивает способность многих из нас предвидеть отдаленные сценарии. В исследовании, опубликованном в апреле в журнале Journal of Personality and Social Psychology , исследователи сообщают, что творческие профессионалы, по-видимому, лучше других преодолевают ментальные барьеры на пути к удаленному воображению, и их способности могут частично объясняться их способностями. подключение к мозговой сети, к которой имеют доступ только они.

    Используя дорсомедиальную часть того, что ученые называют «сетью по умолчанию» мозга, творческие люди могут расширить свое воображение до более далеких перспектив, мест, перспектив и гипотетических реальностей. Сеть по умолчанию состоит из группы взаимосвязанных областей мозга, включая медиальную префронтальную кору, заднюю поясную кору, угловую извилину и гиппокамп. Эти области мозга разговаривают друг с другом, когда мы мечтаем, вспоминаем воспоминания или думаем о намерениях других.Предыдущая литература предполагает, что они также могут играть роль в представлении о будущем.

    Ученые считают, что некоторые из этих стандартных сетевых схем могут помочь нам извлечь из нашего опыта, когда мы представляем себе ситуации, близкие нам во времени и пространстве. Например, мы можем думать о достопримечательностях и запахах кофейни, в которых мы часто бывали в прошлом, когда обдумываем новое место в городе, чтобы покровительствовать на следующей неделе или в следующем году. Однако творческие профессионалы задействуют другие сетевые подсистемы по умолчанию, когда представляют более отдаленные сценарии, которые невозможно реконструировать путем смешивания и сопоставления различных воспоминаний, которые приходят на ум.Возьмем, к примеру, писателя-фантаст. «Они представляют чужую точку зрения в среде, которая не является прямой реальностью [автора]», — говорит ведущий автор Меган Мейер, доцент кафедры психологии и науки о мозге в Дартмутском колледже.

    Чтобы раскрыть, как творческие профессионалы так ярко представляют далекие или гипотетические реальности, Мейер и ее коллеги провели серию из трех экспериментов. Во-первых, они попросили 300 случайно выбранных участников исследования представить, какой будет планета через 500 лет или мир, в котором континенты никогда не делились или в котором прожил жизнь злого диктатора.Участников также попросили придумать как можно больше способов использовать ручку или улучшить мегафон. Те, кто набрал высокие баллы в творчестве, были оценены как лучше в использовании дистального воображения.

    Затем исследователи повторили эти тесты со 100 участниками, продемонстрировавшими определенный опыт в творчестве — писателями, актерами, режиссерами и художниками, получившими награды в своих областях. Они также задали те же вопросы группе не менее успешных специалистов в области финансов, права и медицины.Творческие профессионалы превзошли других в письменных ответах и ​​в самоотчетах о том, насколько ярко они могут представить ситуации в своем сознании.

    Мейер и ее команда задались вопросом, были ли у творческих профессионалов просто более сильные «мускулы воображения», как у профессиональных бейсболистов более крепкие руки для метания по сравнению с не спортсменами. Чтобы увидеть эти мускулы воображения в действии, они попросили 27 творческих людей и 26 контрольных участников выполнить задачи моделирования, лежа в сканере функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ).Мозговая активность творческих адептов и управляющих была аналогичной при представлении следующих 24 часов, но, к удивлению исследователей, творческая группа в одиночку задействовала дорсомедиальную сеть по умолчанию при представлении событий в будущем.

    Дорсомедиальная сеть по умолчанию не была активна в контрольной группе. Но эта сеть была включена даже тогда, когда творческие профессионалы отдыхали. «Это большой шаг вперед в понимании творческого мозга», — говорит Роджер Бити, исследователь психологии из Университета штата Пенсильвания, который не принимал участия в исследовании.«Полученные данные позволяют понять, как мозг может представлять различные ситуации и что делает творческих экспертов исключительными в воображении отдаленных ситуаций», — говорит он.

    Результаты также имеют значение для нашего отношения к другим людям. Поскольку дорсомедиальная сеть по умолчанию участвует в размышлениях о перспективах, которые значительно отличаются от нашего собственного опыта, люди, которые могут активировать эту сеть, могут лучше сопереживать другим или представлять себе, как государственная политика может повлиять на будущие поколения, — говорит Дэниел Шактер, Гарвардский психолог, не участвовавший в исследовании.

    Следующий большой вопрос заключается в том, можно ли улучшить активацию дорсомедиальной сети по умолчанию с помощью обучения, — говорит Шактер. Если это податливая способность, возможно, занятия по рисованию или что-то подобное улучшат наше воображение и помогут нам всем лучше общаться с другими.

    Это очень похоже на реальность, как показывают исследования — ScienceDaily

    Представьте себе лающую собаку, пушистого паука или другую предполагаемую угрозу, и ваш мозг и тело реагируют так же, как если бы вы испытали настоящую угрозу.Представьте себе это несколько раз в безопасной среде, и вскоре ваша фобия — и реакция вашего мозга на нее — утихнет.

    Это вывод из нового исследования изображений мозга, проведенного исследователями из Университета Колорадо в Боулдере и Медицинской школы Икана, которые предполагают, что воображение может быть мощным инструментом, помогающим людям со страхом и расстройствами, связанными с тревогой, преодолеть их.

    «Это исследование подтверждает, что воображение — это неврологическая реальность, которая может влиять на наш мозг и тело способами, которые имеют значение для нашего благополучия», — сказал Тор Вейджер, директор лаборатории когнитивной и аффективной нейробиологии в CU Boulder и соавтор статьи. , опубликовано в журнале Neuron .

    Примерно каждый третий человек в США страдает тревожными расстройствами, включая фобии, а 8 процентов страдают посттравматическим стрессовым расстройством. С 1950-х годов врачи использовали «экспозиционную терапию» в качестве лечения первой линии, прося пациентов столкнуться со своими страхами — реальными или воображаемыми — в безопасной контролируемой обстановке. Как ни странно, результаты были положительными.

    Но до сих пор было очень мало известно о том, как такие методы влияют на мозг или как воображение неврологически сравнивается с реальным воздействием.

    «Эти новые открытия ликвидируют давний разрыв между клинической практикой и когнитивной нейробиологией», — сказала ведущий автор Марианна Кумелла Реддан, аспирантка факультета психологии и нейробиологии в CU Boulder. «Это первое нейробиологическое исследование, показывающее, что представление об угрозе может фактически изменить способ ее представления в мозгу».

    В рамках исследования 68 здоровых участников были обучены ассоциировать звук с дискомфортным, но не болезненным, электрическим током.Затем их разделили на три группы и либо услышали один и тот же угрожающий звук, либо попросили «воспроизвести этот звук в своей голове», либо попросили представить приятные звуки птиц и дождя — и все это без дальнейшего сотрясения.

    Исследователи измерили активность мозга с помощью функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ). Датчики на коже измеряли реакцию тела.

    В группах, которые воображали и слышали угрожающие звуки, активность мозга была удивительно схожей: слуховая кора (которая обрабатывает звук), накапливаемое ядро ​​(которое обрабатывает страх) и вентромедиальная префронтальная кора (связанная с риском и отвращением) полностью освещены. вверх.

    После многократного воздействия без сопутствующего шока испытуемые как в реальной, так и в воображаемой группе угроз испытали так называемое «исчезновение», когда ранее вызывавший страх стимул больше не зажигал реакцию страха.

    По сути, мозг разучился бояться.

    «Статистически реальная и воображаемая подверженность угрозе не различалась на уровне всего мозга, и воображение работало точно так же», — сказал Реддан.

    Примечательно, что группа, которая воображала птиц и звуки дождя, показала разные реакции мозга, и их реакция страха на звук сохранилась.

    «Я думаю, многие люди считают, что способ уменьшить страх или негативные эмоции — это вообразить что-то хорошее. На самом деле, более эффективным может быть прямо противоположное: вообразить угрозу, но без негативных последствий», — сказал Вейджер. .

    Предыдущие исследования показали, что представление о действии может активировать и укрепить области мозга, участвующие в его реальном выполнении, улучшая производительность. Например, представление игры на пианино может усилить нейронные связи в областях, связанных с пальцами.Исследования также показывают, что можно обновлять наши воспоминания, добавляя новые детали.

    Новое исследование предполагает, что воображение может быть более мощным инструментом, чем считалось ранее, для обновления этих воспоминаний.

    «Если у вас есть память, которая больше не полезна для вас или калечит вас, вы можете использовать воображение, чтобы задействовать ее, изменить ее и повторно консолидировать, обновив то, как вы думаете о чем-то и переживаете что-то», — сказал Реддан. подчеркивая, что такая простая вещь, как представление единственного тона, задействована в сложной сети мозговых цепей.

    Она отмечает, что в группе, которая представляла тон, было гораздо больше различий в активности мозга, чем у тех, кто действительно слышал его, предполагая, что люди с более ярким воображением могут испытывать большие изменения в мозге при моделировании чего-то мысленным взором.

    По мере того, как воображение становится все более распространенным инструментом среди клиницистов, необходимы дополнительные исследования, пишут они.

    А пока, советует Вейджер, обратите внимание на то, что вы представляете.

    «Управляйте своим воображением и тем, что вы позволяете себе вообразить.Вы можете конструктивно использовать воображение, чтобы сформировать то, что ваш мозг узнает на собственном опыте «.

    Воображение — настолько древняя способность, что может предшествовать языку.

    Воображение является неотъемлемой частью нашей внутренней жизни. Можно даже сказать, что в наших головах он составляет «вторую вселенную». Мы изобретаем животных и события, которых не существует, мы воспроизводим историю с альтернативными исходами, представляем социальные и моральные утопии, упиваемся искусством фэнтези и размышляем как о том, кем мы могли бы быть, так и о том, кем мы могли бы стать.Аниматоры, такие как Хаяо Миядзаки, Уолт Дисней и сотрудники Pixar Studios, мастерски владеют воображением, но они создают только публичную версию нашей повседневной частной жизни. Если бы вы могли увидеть фантастическое смешение в уме среднего пятилетнего ребенка, то Star Wars и Harry Potter показались бы трезвыми и унылыми. Итак, почему философы, психологи и ученые так мало анализируют воображение?

    За исключением некоторых загадочных отрывков из Аристотеля и Канта, в философии почти ничего не говорится о воображении, и то, что в ней говорится, кажется полностью отделенным от творчества, которое художники и миряне называют «образным».

    Аристотель описал воображение как способность человека (и большинства других животных) производить, хранить и вспоминать образы, которые мы используем в различных умственных действиях. Даже наш сон наполняется энергией сновидениями нашего непроизвольного воображения. Иммануил Кант видел воображение как синтезатор чувств и понимания. Хотя между философиями Аристотеля и Канта есть много различий, Кант согласился с тем, что воображение — это бессознательная синтезирующая способность, которая сближает чувственные восприятия и связывает их в последовательные представления с универсальными концептуальными измерениями.Воображение — это умственная способность, которая является посредником между частностями органов чувств — скажем, «светящимися синими цветами» — и универсалиями нашего концептуального понимания — скажем, суждением о том, что «синий цвет Марка Шагала America Windows (1977 г.) ) прекрасна ». Согласно этим философам, воображение — это своего рода познание, или, точнее, предварительное условие« процесса связывания »до познания. Его работа бессознательна и открывает путь к знанию, но не является достаточно абстрактной или лингвистической, чтобы выступать в качестве действительного знания.

    Этот довольно механический подход к воображению находит отражение в более поздних вычислительных и модульных теориях разума, согласно которым человеческое мышление упаковывается врожденными процессорами. Американский философ Денис Даттон, например, утверждал в The Art Instinct (2009), что пейзажные картины популярны, потому что они вызывают врожденное инстинктивное предпочтение отдаленных разведывательных позиций у наших предков, которые оценивали горизонт на предмет угроз и ресурсов.Этот взгляд, преобладающий в современной эволюционной психологии, кажется очень далеким от взглядов художника или даже инженера на творческое воображение.

    Возможно, неудивительно, что философы и когнитивные теоретики имеют довольно сухое представление о воображении, но наши повседневные представления о воображении не намного лучше. Следуя за греками, мы все еще думаем о нашем собственном творчестве как о музе, которая нисходит на нас — своего рода одержимость духом или чудесное безумие, которое захлестнуло Винсента Ван Гога и Джона Леннона, но только просачивается в нас с вами.После смерти великого техасского гитариста-импровизатора Стиви Рэя Вона Эрик Клэптон воздал ему должное, охарактеризовав его как «открытый канал… музыка просто текла через него».

    Мы так романтизировали творчество, что в наших головах возникла непостижимая тайна. Возможно, мы больше не верим в одержимость музой буквально, но мы еще не заменили этот «таинственный» взгляд на лучший. Как сказал австрийский художник Эрнст Фукс о таинственной потере себя, которая сопровождает создание искусства: «Моя рука создавала, вводила в транс, непонятные вещи … Не редко я впадаю в транс, когда рисую, мое состояние сознания исчезает, уступая дорогу. к ощущению себя на плаву … сознательно делать то, о чем я мало что знаю.Этот таинственный взгляд на воображение расплывчат и неясен, но, по крайней мере, он отражает кое-что о децентрализованном психологическом состоянии творчества. Психологи, такие как Михай Чиксентмихайи, отмечали этот аспект творчества, описывая (и рекомендуя) «потоки» состояния, но идея «потока» оказалась немногим более, чем светское переописание таинственного взгляда.

    Эволюционная мысль предлагает выход из этой путаницы. В соответствии с другими развитыми аспектами человеческого разума у ​​воображения есть история.Мы должны думать о воображении так, как археолог может представить себе богатое место раскопок с наложенными друг на друга слоями мощностей. Он проявляется медленно в течение огромных промежутков времени, прерывистый процесс равновесия, который строится на нашей общей животной наследственности. Чтобы понять это, нам нужно покопаться в осадочных слоях разума. В книге The Происхождение человека (1871) Чарльз Дарвин говорит: «Воображение — одна из высших прерогатив человека.Этой способностью он объединяет прежние образы и идеи независимо от воли и таким образом создает блестящие и новые результаты … Сновидение дает нам лучшее представление об этой силе; как говорит [поэт] Жан Поль Рихтер: «Сновидение — это невольное искусство поэзии».

    Шествие, Зимбабве, Чинамора, Массимбура 8000–2000 гг. До н. Э. Акварель Элизабет Маннсфельд, 1929, 65 x 202,5 ​​см © Frobenius-Institut Frankfurt am Main

    Ричард Кляйн, Морис Блох и другие выдающиеся палеоантропологи поместили воображение довольно поздно в историю нашего вида, через тысячи лет после появления людей современного анатомического типа. .Частично эта теория отражает предубеждение, что художественные способности — это своего рода эволюционный сырный пирог — сладкие десерты, которые возникают как побочные продукты более серьезных когнитивных адаптаций, таких как язык и логика. Что еще более важно, он основан на относительно позднем появлении наскального искусства в период верхнего палеолита ( 38000 лет назад). Археологи часто предполагают, что воображение развивается поздно, вслед за языком, а наскальные рисунки — это признак того, что современные умы работают, думают и творят так же, как мы сегодня.

    Вопреки этой интерпретации, я хочу предположить, что воображение, правильно понятое, является одной из самых ранних человеческих способностей, а не недавним появлением. Это правда, что язык значительно улучшает мышление и общение. Но «мышление образами» и даже «мышление телом» должно было предшествовать языку на сотни тысяч лет. Чтение, хранение и извлечение эмоционально закодированных представлений о мире является частью нашей наследственности у млекопитающих, и мы делаем это с помощью условных ассоциаций, а не пропозиционального кодирования.

    Львы в саванне, например, учатся и делают прогнозы, потому что опыт создает сильные ассоциации между восприятием и чувством. Похоже, что животные используют образы (зрительные, слуховые, обонятельные воспоминания) для навигации по новым территориям и проблемам. Для ранних людей открылся своего рода когнитивный разрыв между стимулом и реакцией — разрыв, который создавал возможность иметь несколько ответов на восприятие, а не одну немедленную реакцию. Этот разрыв имел решающее значение для воображения: он создавал внутреннее пространство в наших умах.Следующим шагом было то, что ранний человеческий мозг начал генерировать информацию , а не просто записывать и обрабатывать ее — мы начали создавать представления о вещах, которых никогда не было, но которые могли бы быть. С этой точки зрения, воображение уходит корнями в плейстоцен, по крайней мере, и, вероятно, медленно возникло у наших двоюродных братьев Homo erectus .

    Когда мы слышим слово «чашка», моторные части нашего мозга «улавливают» «чашку»

    В современной философии представление обычно понимается в терминах языка.Репрезентация — это внутренняя ментальная сущность, которая имеет значение через соответствие внешнему миру или через свою связь в контексте других значимых переживаний (то есть других представлений, правил, схем и т. Д.). Мое представление о «собаке» заменяет настоящих млекопитающих из плоти и крови в мире. Традиционные семантические теории, основанные на эмпиризме, позитивизме и даже некоторой семиологии, предполагали, что основным элементом значения было слово — «собака», «чиен» или «гоу».Однако философы, такие как Марк Джонсон из Университета Орегона, бросили вызов этой модели значения, показав, что существуют глубоко воплощенные метафорические структуры внутри самого языка , а смысл коренится в теле (а не в голове).

    Значение основывается не на словах, а на действиях, связанных с восприятием или изображением. Даже когда наш мозг обрабатывает кажущиеся нейтральными лексические термины, мы обнаруживаем более глубокую систему моделирования образов. Когда мы слышим, например, слово «чашка», наши нейромоторные и тактильные системы задействованы, потому что мы понимаем язык, «моделируя в нашем сознании, каково было бы испытать то, что описывает язык», как сказал когнитивист Бенджамин. Берген помещает это в громче слов (2012).Когда мы слышим слово «чашка», моторные части нашего мозга «подбирают» «чашку».

    Это было важное исследование того, как мы понимаем сознание, но чтобы полностью понять воображение, нам также необходимо исследовать эволюционный период до появления языка (слой доязыкового разума, к которому, как я полагаю, у нас все еще есть доступ). Подобно доязычным малышам или даже нечеловеческим приматам, взрослые люди имеют эмоциональное ассоциативное представление, например, о собаке. Это могут быть милые ассоциации, которые побуждают нас приблизиться, или негативные чувства, которые заставляют нас избегать.Образ собаки в восприятии или в памяти будет наполнен чувствами и возможностями действий. Слово «собака», напротив, является более поздним, более ослабленным и абстрактным уровнем репрезентации, лишенным большей части эмоционального и моторного содержания.

    Таким образом, воображение — это слой ума выше чисто бихевиористских стимулов и реакций, но на ниже лингвистических метафор и пропозиционального значения. Наше современное воображение берет свое начало в этой ранней эре значения изображения или семантики изображения.Этот исторический момент (вероятно, начатый в раннем плейстоцене, 2 миллиона лет назад) воспроизводится или воспроизводится в процессах нашей современной творческой деятельности. Это способность отключать разум от непосредственного потока восприятия и запускать моделирование контрфактических виртуальных реальностей.

    Наша импровизационная и образная жизнь сегодня имеет косвенный доступ к исконному человеческому разуму. Понимание этой связи является целью растущего исследовательского движения, называемого биосемантикой, которое стремится обосновать человеческий смысл в воплощенном взаимодействии социальных приматов, а не только на человеческом языке.Как человекообразные обезьяны, мы, люди, почти наверняка участвуем в тонком, антифонном общении на языке тела, которое мы наблюдаем у всех социальных приматов. Психологи-приматы, такие как Луиза Барретт в книге Beyond the Brain (2011), начинают отслеживать сети взаимодействия, которые медленно выстраиваются в процессе развития, давая приматам локальный лексикон жестов, которые в конечном итоге служат более крупным функциям доминирования и подчинения, спаривания и союза. , разделение еды, обеспечение и так далее.Но мы тоже действуем в этих воплощенных системах значений жестов гораздо больше, чем мы признаем. Чтобы увидеть веселый пример общения с младенцами, которое на самом деле связано с эмоциональным выражением, очередностью и привязанностью, а не описанием мира или передачей информации, посмотрите это видео, в котором показаны «говорящие» младенцы-близнецы.

    Наши кузены-приматы обладают впечатляющими способностями (основанными на мозжечке) к упорядочиванию двигательной активности — у них есть своего рода грамматика задач для выполнения сложных серий действий, таких как переработка несъедобных растений в съедобную пищу.Гориллы, например, едят крапиву только после тщательно продуманной последовательности сбора и складывания листьев, иначе их рты будут разорваны множеством зазубрин. Это уровень решения проблем, который ищет более разумные шаги (и «банки» успехов и неудач) между телом и окружающей средой. Такой вид моторной последовательности может быть первым уровнем импровизационной и образной грамматики. Образы и последовательности поведения можно было перестроить в сознании с помощью грамматики заданий задолго до появления языка.Лишь намного позже мы начали думать с помощью лингвистических символов. В то время как все более абстрактные символы, такие как слова, усиливали отделение представлений и симуляций от непосредственного опыта, они создавали и несли значение, запуская древние воплощенные системы (такие как эмоции) у рассказчиков и слушателей рассказов.

    Музыкант, танцор, спортсмен или инженер с богатым воображением обращается непосредственно к доязыковой резервуаре смысла (иногда называемому « горячей системой познания » — быстрым, вентральным путем через мозг, который дает нам эмоциональные и полуинстинктивные решения проблем в нашем теле). среда).Музыкальный импровизатор или интуитивно умеющий решать проблемы должен задействовать это древнее познание языка тела и эмоционального выражения с помощью призыва и отклика, чтобы правильно ориентироваться в социальном мире. Мы пробуем этот ход и ждем ответа, пробуем этот ход и наблюдаем. Мы уклоняемся и парируем этот входящий жест, принимаем тот. В этих случаях полет на сиденье наших штанов — это не просто аналогия с долингвистическим общением — это сама вещь.

    Люди могут просто мечтать о желаемом теле, и сексуальное оборудование начнет наращивать обороты для действий

    Звонок и ответ, например, одна из старейших импровизационных техник, как и синхронизация наших мелодий и движений нашего тела (как в танце).Это древние методы цементирования сообществ, воплощенные в представлениях, которые выражают и вызывают эмоции. На простом уровне люди синхронизируют свои движения, чтобы танцевать во времени. На более сложном уровне они вспоминают танец позже и экспериментируют с ним, изобретая его заново. Такие методы моделирования позволяют нам исследовать неограниченные возможности на грани социальных и технологических правил. В конце концов такое социально ограниченное исследование превращается во все больше и больше автономных экспериментов, перерастая в формы мышления с помощью изображений, звуков, жестов.

    Эмоционально заряженный аспект этого вида автономной симуляции очевиден, если учесть, что нашим родственникам-животным нужны химические триггеры и явное восприятие сексуально привлекательного тела, чтобы возбудиться, но люди могут просто мечтать о желаемом теле, и сексуальное оборудование будет начать действовать. Сначала наши предки симулировали других в реальном времени, воспроизводя танцы и изготовление инструментов, но затем эти симуляции стали доступны в автономном режиме (без модели реального времени) по мере развития памяти и исполнительных функций.

    Вычислительные теории разума, приравнивающие наш разум к бинарному пламени поиска в Google, могут согласовываться с нашим более поздним лингвистическим мышлением, но не с нашим более ранним образным познанием. Мышление, основанное на образах, использует гештальты, состоящие из богатых информацией деталей, а также эмоциональных и моторных ассоциаций. Мы кодируем изображения и жесты и манипулируем ими, тем самым формируя основу для последующего смысла. Как говорит Эрик Кандел в книге The Age of Insight (2012):

    Возможно, в эволюции человека способность выражать себя в искусстве — на языке изображений — предшествовала способности выражать себя на разговорном языке.Как следствие, возможно, процессы в мозге, которые важны для искусства, когда-то были универсальными, но были заменены по мере развития универсальной способности к языку.

    Я считаю, что изобразительные и жестовые языки все еще с нами, и когда мы успокаиваем свое дискурсивное сознание на достаточно долгое время — как мы это делаем в импровизационной и творческой деятельности — мы все еще можем разговаривать на этих более древних языках.

    Редкий случай из медицинской литературы дает нам убедительные доказательства того, что образное мышление обладает собственной силой, независимой от языка.В 1998 году психолог Николас Хамфри из Кембриджского университета обнаружил поразительное сходство между стилями наскальной живописи в Шове и рисунками аутичной девушки ХХ века по имени Надя. Случай Нади предполагает возможность того, что живопись и рисунок, отнюдь не прерогатива современного ума, могли вообще предшествовать языку.

    Надя родилась в 1967 году в Ноттингеме в Англии и страдала от серьезного нарушения развития.В шесть лет она все еще не могла говорить, у нее были физические недостатки и многие социальные недееспособности. Но даже с этими существенными недостатками Надя могла рисовать изображения с большой точностью и выразительностью уже в трехлетнем возрасте. Хамфри поместил детские рисунки Нади рядом с изображениями из Шове и заметил поразительное сходство в изображении животных, таких как лошади и слоны.

    Возможно, что Homo sapiens из 40000 лет назад были графически грамотными до того, как стали вербально грамотными

    Контурные линии существ удивительно похожи, как и их динамические позы, но также и то, как фигуры повторяются и накладываются друг на друга.Эта параллель не является мистической или признаком врожденных представлений, а скорее указывает на то, что человеческий разум настроен на точное моделирование. А графическое моделирование — как и лингвистическое описание — это своего рода знания.

    Мы не можем слишком доверять анекдотическим данным, но случай Нади должен, по крайней мере, вызвать некоторый скептицизм в отношении представления о том, что у народов верхнего палеолита был современный ум. Если Надя была так хороша в графическом изображении, но не имела основы лингвистической символики, то вполне возможно, что Homo sapiens из 40 000 лет назад были графически грамотными до того, как стали вербально грамотными.Еще более сильная интерпретация состоит в том, что Надя была изобразительно сложной , потому что у нее было мало концептуальных / лингвистических отвлекающих факторов в уме. Без отчуждающих аспектов языковых символов Надя могла бы быть более чувствительной к восприятию, что привело бы к большей точности и выразительности ее рисунка.

    Надя очень эффективно передавала смысл без инструментов высказывания. Наши недавние предки также могли обладать впечатляющим нелингвистическим умом — возможно, всегда в режиме воображения.Образное мышление могло иметь дополнительный эволюционный путь наряду с языком или могло развиться раньше в результате естественного отбора на способности создавать орудия и техники украшения.

    Воображение — будь то изобразительное или позднее лингвистическое — особенно хорошо для эмоционального общения, и оно могло развиться, потому что эмоциональная информация управляет действием и формирует адаптивное поведение. Мы должны помнить, что само воображение зародилось как адаптация во враждебном мире, среди социальных приматов, поэтому, возможно, неудивительно, что хороший рассказчик, художник или певец может манипулировать моей внутренней второй вселенной, вызывая в моем сознании контрфактические образы и события. несущие в себе сильный эмоциональный заряд.Фантазия, которая действительно движет нами — будь то высокая или низкая культура — имеет тенденцию резонировать с нашими древними страхами и надеждами. Ассоциативный ум горячего познания, находящийся больше в лимбической системе, действует как резервуар для творческих людей. Такие художники, как Эдгар Аллан По, Сальвадор Дали, Эдвард Мунк и Г. Р. Гигер, могут совершать контролируемые путешествия к своему примитивному мозгу (неконтролируемое путешествие — безумие), а затем вносить эти бессознательные силы в свои последующие образы или истории.

    Арчер, Южно-Африканская Республика, ферма Корф Хукс, 8000–2000 гг. До н. Э.Акварель Марии Вейерсберг, Предоставлено Frobenius-Institut Франкфурт-на-Майне

    Воображение прекрасно умеет создавать ассоциации изображений, но также чрезвычайно искусно в ассоциациях смешанных средств массовой информации. Для мышления и общения с изображениями требуется доступ к внутренним представлениям, но художник смешивает эти образы с неестественными и неожиданными комбинациями. Наши очень древние когнитивные способности к свободным ассоциациям переплетаются с более сложными аспектами познания, такими как управляющая функция и способность смешивать или нарушать таксономические категории — гибридизовать образы.Когда мы воображаем, мы смешиваем картинки и предложения, воспоминания и переживания в реальном времени, звуки, истории и чувства. Это мультимедийный процессор, который прыгает в сторону через коннотации, а не вниз через логический вывод. Большая часть этого бессознательна, поэтому сравнение с музой настолько мощно, но за этой фазой следует фаза возвращения, когда свободные ассоциации или поток сознания возвращаются под контроль исполнительной власти и интегрируются в более сфокусированные проекты общества. агент или художник.

    Жизнь гомининов наяву могла быть ближе к свободным ассоциациям нашей современной жизни во сне

    Тайны сосредоточились на этой лишенной эго фазе потока воображения, в то время как механисты сосредоточились на комбинаторных результатах, произведенных темной машиной воображения. Каждая модель отражает аспект воображения, но когда мы рассматриваем эволюцию разума, мы видим, как две модели интегрированы в деятельность нашего воплощенного познания.

    На самой ранней стадии этого эволюционного процесса (вероятно, в эпоху плиоцена) у нас было своего рода непроизвольное воображение.В то время жизнь гомининов наяву могла быть ближе к свободным ассоциациям нашей современной жизни во сне. Наши предки, очевидно, могли видеть льва в саванне, но случайные образы львов из памяти могли также непредсказуемо возникать во время повседневной работы. Затем, во время плейстоцена, возникло полувольное воображение, как мы находим в горячем познании в реальном времени (все еще доступном в нашем современном импровизационном творчестве). Мы можем представить, например, как ритуальное поведение, управляемое шаманами, привело бы к сознанию воображаемых существ (некоторые из которых основаны на львах) посредством привычных действий и жестов.

    И, наконец (от верхнего палеолита до эпох голоцена), возникает произвольное воображение, которое собирает ассоциативные продукты из первых двух фаз и ставит их под исполнительный контроль холодного познания (медленное, логическое обдумывание). Например, наскальные рисунки «человек-лев» в Hohlenstein-Stadel в Германии и «бизон-человек» в Grotte de Gabillou во Франции могут быть ранними примерами добровольного смешения животных и людей в изобразительном искусстве. Гибридные или составные существа занимают некоторые из самых ранних форм культурного самовыражения — от наскальной живописи до месопотамской, египетской и ведийской мифологии.Такие нарушения зоологической категории кажутся ранними (и постоянными) маневрами логики воображения.

    Между модульной схемой и таинственными полетами фантазии лежит скромное царство эволюционных ступеней. Прежде чем у вас появится современный глаз, вам понадобится более простой оптический предшественник, а до этого вам понадобится чувствительная светочувствительная ткань. Эволюция, так сказать, растет от земли. Точно так же эволюция создала грубую способность к воображению до того, как язык и культура усовершенствовали ее до сложной.Необработанная система (в которой преобладают эмоциональные и перцептивные ассоциации) все еще жива и здорова в основе нашей психологии. Вы можете увидеть это во сне или просто взять в руки музыкальный инструмент или кисть и бумагу и открыть взор ума предков.

    Последняя книга Стивена Т. Асмы, The Evolution of Imagination (2017), опубликована издательством Chicago Press.

    Образы, сны, галлюцинации и активное воображаемое восприятие

    Humanities 2014, 3 147

    Более того, эта предвзятость не ограничивается текстами для студентов бакалавриата.Популяризации, такие как

    Пинкера «Как работает разум» [194] или «Визуальный интеллект Хоффмана» [195], рассказывают ту же историю: зрение

    в основном зависит от обработки информации в мозгу и движений глаз,

    сведены к минимуму из-за того, что почти не упоминаются. Рассмотрим также

    популяризаций, направленных на детей: например, достойная внимания серия «Исследуй свои чувства» предназначена для ознакомления детей младшего школьного возраста с современной наукой о восприятии.Он состоит из пяти

    коротких книг, каждая из которых посвящена одному из традиционных пяти чувств [196–200]. Каждый из них в

    усилиях довести до ума то, что орган, который действительно выполняет основную работу по восприятию, — это мозг,

    — что восприятие происходит в мозгу (а не, как можно было бы подумать, в органах чувств. ) и, исходя из значения

    , подразумевается, что глаза и другие органы чувств являются не чем иным, как преобразователями, пассивными приемниками

    ощущений или информации.Действительно, большинству из нас неоднократно и авторитетно говорили, начиная с

    детства, что это единственный по-настоящему научный способ думать о том, как работает зрение. Для этой истории факт

    , что наши глаза постоянно, целенаправленно движутся, что мы действительно не можем видеть без движения

    наших глаз, не просто неуместен, это смущает.

    Конечно, более широкие концептуальные рамки, в которых процветала VIPT, восходит к далеким

    до того, как такие понятия, как вычисления и обработка информации, были введены в психологию в середине двадцатого века

    [201,202].Возможно, первоначальным источником пассивной концепции зрения является соблазнительная аналогия

    , которая долгое время проводилась между процессом зрения и процессом создания слепка

    объекта из мягкого воска, который, возможно, впервые использовал Демокрит. , в V веке

    гг. до н.э. ([203], стр. 111). Платон, первый теоретик когнитивной теории, чьи работы выживают in extenso, использует аналогию восковых

    впечатлений лишь в предварительном порядке в своем обсуждении формирования памяти (Theatetus 191c, d в [204]).

    Однако, когда бывший ученик Платона Аристотель приходит, чтобы обсудить работу видения, он

    недвусмысленно принимает аналогию (De Anima 424a 17ff в [205]), и, таким образом, конечно, идея

    была передана в схоластики Средневековья и до наших дней. Воск, конечно же,

    представляет ум, пассивно ожидающий, чтобы его отпечатала входящая сенсорная форма.

    19

    Как метафора

    для восприятия, слово «впечатление» все еще очень много с нами, оно было возрождено в

    17 веке Декартом и Гоббсом среди других, а затем стало центральным в

    Юма. философия [34].Тот факт, что не только сам Юм, но и большинство его читателей, даже сегодня, кажется, рассматривают его как совершенно безобидную и ненавязчивую метафору, является показателем того, насколько глубоко пассивный взгляд на восприятие в целом и видение в целом. В частности, укоренился в современном, образованном

    здравом смысле.

    Но преобладание пассивной концепции видения в современной мысли отнюдь не полностью

    из-за влияния Аристотеля и метафоры впечатления.Он также связан с одной из

    страниц (явно больше, чем большинство других текущих учебников), посвященных движениям глаз и их физиологии, а

    признает, но не очень подробно описывает их функциональную роль в зрении. Двумя другими исключениями были

    , впервые опубликованные относительно недавно, и оба отводят движению глаз заметную и центральную роль в своих отчетах о человеческом зрении

    , явно или неявно отвергая VIPT [63,193]. Они представляют собой новую, альтернативную парадигму визуальной науки.

    19

    Это последнее замечание не относится к Демокриту, который, по-видимому, считал, что впечатление было произведено буквально

    в воздухе между воспринимающим и воспринимаемым объектом, после чего впечатление, произведенное как -it-were,

    сжатый затвердевший воздух, предположительно попал в глаз [206].

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.