Личность психастеническая: Психастения — Википедия – Психастенический тип личности — расстройства на его фоне: ананкастное, тревожное

Автор: | 21.12.2020

Содержание

Психастения — Википедия

Другие уточненные невротические расстройства: Психастения
МКБ-10 F48.848.8
МКБ-9 300.89300.89

Психастени́я (от др.-греч. ψυχή «душа» + ἀσθένεια «бессилие, слабость») — психическое расстройство, на данный момент классифицируемое как невроз (F48.848.8). Специфических признаков данного невроза в Международном классификаторе болезней не приводится. До перехода на этот классификатор в 1997 году в советской, а затем российской психиатрии использовалась классификация психопатий, разработанная П. Б. Ганнушкиным, в которой выделялась психастени́ческая психопати́я. В современной классификации расстройств личности точного эквивалента психастенической психопатии не выделяется, но наибольшее сходство имеет тревожное (уклоняющееся) расстройство личности. Характер психастеников называют тревожно-сомневающимся (тревожно-мнительным).

Психастеников характеризуют изначальная (базальная) тревога со слабым вытеснением, дефензивность с конфликтом ранимого самолюбия и чувства неполноценности, деперсонализация со слабой чувственностью, рефлексивная аналитичность и постоянные тревожные сомнения, реалистичность мироощущения

[1][2].

Понятие психастении ввёл П. Жане в 1894 году (также 1903, 1911), он понимал психастению очень широко и видел её причину в пониженном психическом напряжении, от чего страдает «функция реального» и происходит деперсонализация, откуда идут нерешительность, «умственная жвачка», неуверенность в себе, навязчивые состояния. Также широко понимал психастению Ф. Раймонд (1911). С. А. Суханов (1905, 1912) понимал психастению («тревожно-мнительный характер») у́же, исключив из неё болезненные влечения, эпилептические и органические расстройства, однако, его описание всё ещё включало в себя психастеноподобные ананкастические и шизофренические состояния. Т. И. Юдин (1926) отграничил от психастеников сенситивных шизоидов, но при этом также не отделил ананкастов. Все эти исследователи рассматривали главной причиной психастении истинные навязчивости.

[1][2]

П. Б. Ганнушкин (1907, 1933) считал главной в психастенике склонность к сомнениям, он впервые сделал целостное описание психастенического характера, отграничил психастеника от астеника и неврастеника и от шизофренических состояний. И. П. Павлов (1935) описал «второсигнальность», чувственную блеклость, двигательную неловкость, отсутствие чувства реального, неестественность, ощущение неполноты жизни, рассудочность психастеников. Позднее психастеников описывал М. Е. Бурно, согласно нему в основе этого расстройства лежит «обусловленная природной, изначальной тревожностью-дефензивностью, вкупе с чувственной жухлостью-блеклостью и засильем реалистической аналитической работы мысли, тревожно-тягостная неуверенность в своих достаточно реалистически-земных чувствах».[1][2]

В англо- и немецкоязычной психиатрии преобладает описание отчасти схожих ананкастических (обсессивно-компульсивных) состояний.

[1] Специфических признаков данного невроза в Международном классификаторе болезней (МКБ-10) не приводится. До перехода на этот классификатор в 1997 году в советской, а затем российской психиатрии использовалась классификация психопатий, разработанная П. Б. Ганнушкиным, в которой выделялась психастеническая психопатия. В современной классификации расстройств личности точного эквивалента психастенической психопатии не выделяется, но наибольшее сходство имеет тревожное (уклоняющееся) расстройство личности, выделенное в 1980 году. Хотя термин больше не используется в психиатрической диагностике, он по-прежнему представляет собой одну из десяти клинических шкал популярных самоопросников MMPI и MMPI-2.

Для психастеников характерен врождённый высокий уровень личностной тревоги. Психастеник видит в жизни множество опасностей и тревожится в ожидании того, что они реализуются, остро переживает такую возможность. Причём опасности эти не выдуманные, они действительно могут произойти, но психастеник преувеличивает их вероятность. Он знает, что в жизни есть также и радость, но предполагает, что она может быть разрушена. Психастеник не может справиться с этой тревогой в связи с тем, что у него слабо развито её вытеснение и нет интуитивного доверия к жизни.

[1][3][2]

Как и для родственных астеников, для психастеников характерна дефензивность (оборонительность) с конфликтом ранимого самолюбия и преувеличенного чувства собственной неполноценности. Это означает, что при жизненных трудностях они пасуют, прячутся, замыкаются. Неспособность справляться с трудностями говорит психастеникам, что они хуже других, но их самолюбие не может смириться с этим, что вызывает страдание. Психастеник ненавидит дефензивность в себе, но к дефензивности других людей относится терпимее, мягче. Чувство неполноценности выражается в робости, застенчивости, стеснительности, нерешительности, тревожной мнительности, в малодушии, склонности к сомнениям, неуверенности в себе. В отличие от астеников, психастеники подробно анализируют этот конфликт и его внешние проявления.

[1][2]

Психастеникам присуща (как защита от тревоги) мягкая деперсонализация (чувство своей эмоциональной изменённости, неуверенность в своих чувствах): в стрессовой ситуации у них притупляются чувства, при том что мышление работает ясно, разумно. В связи с этим психастеники, несмотря на свою обычную робость и страх смерти, могут проявлять героизм, спокойно отвечать на экзамене, не чувствовать горя на похоронах, мужественно перенести смертельный диагноз. Однако для психастеника стрессовыми являются многие повседневные ситуации, при этом притупившиеся чувства приводят его к растерянности, становится невозможным раскованное, непосредственное поведение. Психастеник в таких случаях вынужден придумывать как себя вести, при этом постоянно сомневаясь в правильности своих действий, испытывая напряжение и тревогу. Зачастую его поведение при этом становится неуклюжим, что только усугубляет ситуацию. Часто психастеник вынужден изображать чувства. Изменённые чувства при деперсонализации ощущаются всё же как свои, а не чужеродные. В спокойной обстановке чувства возвращаются к психастенику и он полноценно переживает всё произошедшее с ним за недавнее время.

[1][2]

Согласно И. П. Павлову, у психастеника преобладает вторая сигнальная система (то есть активность коры больших полушарий мозга превалирует над активностью подкорковых областей мозга), что приводит к явлению, которое описывают как слабое непосредственное чувственное переживание, «блеклая чувственность», «жухлая подкорка», слабость «животной половины». При этом в качестве компенсации усиливается работа мысли. «Блеклая чувственность» приводит к тому, что мир воспринимается не так ярко как мог бы, радости жизни приглушены. Несмотря на блеклую чувственность у психастеников чувствительная душа: они остро ощущают обиду, унижения, страдания, нежность, доброту, заботу, восторг. У психастеника сильное чувство голода, но гурманов среди них мало.

[1][2]

От чувственной бедности и деперсонализации психастеник не внимателен к деталям, например не может вспомнить как именно выглядел собеседник, конкретные фразы разговора, подробный сюжет художественного произведения; зато хорошо помнит общий смысл и впечатление. Часто психастеники испытывают проблемы с глазомером, интуицией, механической памятью, музыкальным слухом. Плохая механическая память и невнимательность к деталям приводят к низкой эрудиции психастеника, ему может, например, казаться, что он зря читает книги, так как тут же забывает их содержание; однако это не так, прочтя хорошую книгу психастеник всегда становится мудрее, его взгляд на мир становится шире и глубже. Слабая чувственность обусловливает то, что психастеники непрактичны в широком смысле этого слова: плохо рассчитывают время на дорогу, покупают в магазинах больше, чем могут унести, покупают одежду не своего размера, планируют слишком много дел, плохо ориентируются в пространстве. Отсюда же идёт и рассеянность психастеника, только что произведённые им действия не оставляют следа, и он, например, может не помнить выключил ли он минуту назад газ или нет, куда только что положил какую-ту вещь. Чтобы психастеник запомнил что-то, ему нужно это понять. Когда психастеник достаёт информацию из памяти, она напоминает не фотографию, а рисунок по мотивам, причём каждый раз немного разный. Психастеники не отличаются и быстротой мысли. При этом у них нередко встречается глубокий творческий ум.

[1][2]

Неуверенность, вызванную деперсонализацией и слабой чувственностью, психастеник компенсирует чрезмерной аналитичностью. Психастеник действует по поговорке «семь раз отмерь — один отрежь» (а зачастую не «отрежь» вовсе). Занятый постоянными раздумьями, психастеник становится нерешительным. Значительную часть размышлений составляет рефлексия, психастеник постоянно оценивает себя со стороны. В условиях слабого вытеснения она перерастает в постоянный тягостный самоанализ-самокритику, вплоть до самобичеваний. Неудачи пробуждают чувство неполноценности; страдающее самолюбие и гипертрофированная совестливость при этом «наказывает» психастеника. Отказаться же от надоедливого самоанализа психастеник не может, ему нужно знать, кто он есть.

[1][2]

Тревога и аналитичность в ситуации неопределённости приводят психастеника к чрезмерным сомнениям, особенно если речь идёт о чём-то важном и возможны угрожающие варианты. В таком случае психастеник не может не думать об этом, но и прийти к какому-либо решению также зачастую не способен, в результате чего сомнение ходит по кругу, не в силах остановиться. Типичные объекты размышлений психастеника — смерть, опасные болезни (часто встречается ипохондрия), будущее своё и близких, межличностные отношения, смысл жизни, позор, долг, нравственность. При этом психастеник обычно спокойно переносит мелкие неприятности, неопасные болезни. В детстве у психастеника могут встречаться абсурдные навязчивости, которые обычно проходят с возрастом; сомнения же его напротив всегда логичны, реалистичны, пугающее его действительно может произойти, но психастеник сильно преувеличивает вероятность и опасность этого, ему важно, чтобы негативное событие вообще было не возможным, что в реальности зачастую недостижимо. Неопределённость для психастеника даже хуже негативной определённости. Психастеник смолоду боится будущего, не умеет жить настоящим, но с удовольствием погружается в воспоминания о прошлом, чем напоминает старика. Сомнения зачастую приводят психастеника к ленивости, «тяжести на подъём». Стоит отметить, что психастеник не всегда умён, сомнения такого психастеника примитивны.

[1][2]

Мироощущение психастеников реалистично (мировоззрение же не всегда, но психастеник редко бывает истинно религиозен). Источником своего духа, согласно М. Е. Бурно, они ощущают своё тело. Психастеник ощущает единство всего живого. Психастеника волнуют земные проблемы, а не абстрактные философские или мистические построения. Мышление его опирается на факты и постоянно сверяется с ними. Взгляд на мир у психастеника глубок, но при этом прост. Психастеник ценит теплоту и красоту материальности. Психастеник стремится к личностному развитию, самопознанию, так как изначально он не ясен сам себе. Стремление понять себя часто становится причиной творчества. Духовные раздумья и переживания доставляют большое удовольствие психастеникам. Психастеник стремится систематизировать свои знания, но при этом его картина мира всегда остаётся открытой. Страх смерти приводит психастеника к поиску смысла жизни. Психастенику очень страшно осознавать, что после смерти от него ничего не останется, как будто его и не было. Неверующие психастеники редко бывают воинственными атеистами. Если психастеник верующий, то, как правило, считает, что Бог — бесконечно милостив, а спасение зависит не от выполнения формальных правил, а от того, насколько человек был добрым. Психастенику важно уважать себя и быть уважаемым; незаслуженную похвалу ему слушать неприятно. Психастеника мало интересуют чувственные удовольствия, власть, борьба — для него важно найти своё дело жизни, которому можно искренне служить, оно помогает преодолеть мелочные тревоги и сомнения; неподходящая же работа делает психастеника несчастным.

[1][2]

Телосложение психастеников часто астеническое (хилое, слабое) или лептосомное (узкое), встречаются элементы диспластики (смешение элементов разных телосложений). В движениях психастеника чувствуется робость, неуверенность, плохая координация движений, неловкость.[1][2] Психастения чаще диагностируется среди мужчин.[3] У психастеников, как и у других дефензивных личностей, часто встречается вегетативная неустойчивость (учащённое сердцебиение, головная боль от сосудистых спазмов, пустая отрыжка и прочее), остеохондрозные ощущения, боли, геморрой и другие хронические, обычно не опасные, симптомы. Для психастеников характерна раздражительная слабость, выражающаяся в бессонницах, в быстрой утомляемости, в лени, в капризной нетерпеливости.[2]

Психастенические черты обычно обнаруживаются уже к началу школьного периода.[3] Уже в раннем детстве психастеники более тревожны, чем другие дети, например они могут сильно волноваться, если родители задерживаются с работы. В качестве защит от многочисленных тревог у психастеников могут появляться символические ритуалы (постукивания, приметы, подсчёт предметов и т. д.) и обереги.[1]

Учёба в младших классах может вызывать затруднения в связи с относительно слабой механической памятью. Дети-психастеники постоянно перепроверяют себя, в связи с чем медлительны. При выступлении на публике они остро оценивают реакцию окружающих, что может привести к боязни выступлений. Психастеники стремятся к порядку, но зачастую не могут его достичь, что приводит к раздражению. Психастеники переживают за свою успеваемость. В старших классах и в вузах в связи с развитыми аналитическими и нередко творческими способностями учёба, несмотря на медлительность, даётся психастеникам легче. Они способны до всего дойти своим умом, хорошо разобраться в материале, вникнуть в суть, логически обобщить узнанное. Талант к этому нередко продолжает развиваться и в зрелости.[1]

В связи со страхом ответственности и риска, психастеники неохотно участвуют в школьной общественной работе. С приятелями сходятся медленно, отбирая тех, кто не способен задеть их ранимость. Моторная неловкость приводит к низким результатам в физкультуре и на уроках труда. Драться не умеют и боятся, в связи с чем избегают конфликтов, уступают. Испытывают проблемы в общении с противоположным полом.[1]

Однако у ребёнка ещё нет цельности взрослого характера и временами он может вести себя не характерно для психастеника. В систему его характер складывается в юности в связи с появляющимися новыми вызовами, узнаванием всё больше нового об опасностях мира, на фоне бледнеющей чувственности усиливается рефлексия. Всё это приводит к усилению нерешительности, стеснительности, трудностей общения. В юности у психастеника часто особенно сильны страх смерти, ипохондрия, ужас перед безграничностью вселенной. Юный психастеник может пойти на бунт против родителей, если они навязывают ему ложную программу.[1]

Очень важно, чтобы родители оказывали психастеническому ребёнку психологическую поддержку, учили его действовать, спокойней относиться к жизни. Не стоит перегружать их ответственностью. Нельзя жёстко ругать таких детей — это приведёт к страху неудачи. Им необходимо доброе подбадривание, ласка. Ребёнок-психастеник старается соответствовать ожиданиям родителей. Родительская любовь и уважение — лучшая психопрофилактика развития психастении.[1] Очень вредно воспитание по типу гиперпротекции, особенно тревожными бабушками и дедушками.[3]

Психастеник испытывает значительные трудности в общении, обычно круг его знакомств узок или даже очень узок. Для психастеника типично чувство одиночества. Ведя разговор, психастеник параллельно оценивает ситуацию со стороны. Психастеник от неуверенности не бывает раскован, старается не смотреть в глаза. Психастеники не переносят длинных пауз в разговорах, молчание для них тягостно, так как они чувствуют, что оно возникает по вине их низких коммуникативных навыков; в таких ситуациях психастеник либо уходит глубоко в себя, не в силах произнести ни слова, либо начинает говорить глупости. Стремление как можно понятнее выразить свою мысль доходит до занудства. Инертность-медлительность мысли приводит к кажущейся невежливости психастеника, например, он может не сообразить, что нужно помочь женщине донести тяжёлую сумку, не сказать доброе слово тому, кому оно нужно, за что потом винит себя. Из-за инертности мышления и погруженности в собственные переживания, психастеники часто реагируют на шутки с некоторым запозданием, что может быть воспринято окружающими как проблемы с чувством юмора, хотя на самом деле это и не так.[источник не указан 54 дня] В качестве гиперкомпенсации могут появляться напускная уверенность, бравада, категоричность, поучительный тон. В отличие от астеника, психастеник подробно анализирует свои коммуникативные проблемы: проигрывает неудачные моменты разговора, придумывает как нужно было лучше сказать, размышляет о том, как на его слова реагировали собеседники, поняли ли они его правильно. Часто психастеник почти сознательно отталкивает от себя людей, которых по той или иной причине считает лучше себя, — чтобы не чувствовать себя рядом с ними ещё более неполноценно.[1][2]

Для психастеников характерна неконгруэнтность (разница в мыслях, словах и поступках), часто замечаемая и осуждаемая наблюдательными людьми. Психастеник пытается притвориться таким же как и все, так как боится открыто проявлять себя, опасаясь насмешек. Зачастую умный психастеник в компании старается скрыть свой интеллект, а сентиментальный — свои чувства. Нанесённые другими людьми обиды и оскорбления психастеники часто молча проглатывают, при этом сильно страдая внутри. От мелких обид они избавляются, жалуясь на обидчика третьим лицам и находя сочувствие. Сильные же обиды они способны хранить годами, что влияет на отношение с обидчиком, но при этом мстительность им не свойственна.[1][2]

Психастеники очень нравственные люди, вопросы морали для них повседневны. Если же они совершают «дурные поступки», то всегда раскаиваются в этом, могут даже преувеличивать свою вину. Совесть психастеника достаточно подвижна и склонна к компромиссам, но на настоящие злодеяния психастеники не способны. Однако стремление никого не задевать может выйти боком для психастеника, например, он может отказаться от своих важных планов, если для их выполнения нужно «побеспокоить» кого-то, нарушить чьи-то интересы. Обидеть другого человека — страшный поступок для психастеника, в связи с этим он избегает начинать разговоры на чистоту, уступает там, где нужно было возмутиться. При этом, иногда уставая от такой осторожности психастеник выражается чересчур резко. Психастенику трудно быть начальником, так как ему неудобно отдавать распоряжения, заставлять людей подчиняться. Вместо давления на людей своей властью они пытаются убедить подчинённого, что неприятный приказ для его же пользы, либо обусловлен действиями высшего начальства или возможными проверками. Неоднозначные решения, невозможность никого не обидеть тяжело действуют на психастеника-начальника, иногда доводя до нервного срыва.[1][2]

Психастеники могут испытывать сильное половое влечение и оргазм. Психастеники не теряют рассудок в сексе, для них не характерны изобретательность и стремление к экспериментам, при этом они способны наблюдать за собой со стороны и думать о посторонних вещах. Мастурбация для психастеников не намного беднее реальной близости. Фригидность психастеничкам не свойственна. Мужчине-психастенику сложно предложить половой контакт уважаемой им женщине; часто психастеники разделяют близких им женщин на тех, которые «только для любви» и тех, которые «только для секса»; причем иногда психастеники вообще не смешивают понятия секса и любви — в их понимании они остаются абстрагированными одно от другого, и как бы «параллельными» друг другу[источник не указан 54 дня]. Психастеникам трудно и страшно переходить от романтических отношений к физическим.[1]

Любят психастеники ласково, нежно и лирично. Психастеник боится трудностей семейной жизни: ответственности, быта, нехватки времени на духовные раздумья. Однако мысль прожить жизнь в одиночестве ещё страшнее. Для успешной семейной жизни психастенику очень важно найти человека, с которым бы у него возникло духовное и идейное согласие, взаимное уважение; сексуальная сторона играет меньшую роль. Психастеники редко изменяют и тяжело переживают измены. Кровное родство для психастеника значит меньше чем личностное сродство, отсюда возникает прохладное отношение даже к ближайшим родственникам, в том числе к детям, если с ними не возникает душевного единения; психастеник винит себя за это. Женщины-психастеники часто решают родить ребёнка не по велению сердца, а из понятия женского долга, материнский инстинкт у неё слабый. Если психастеник заботится о ком-то, то делает это серьёзно и последовательно, сильно беспокоится за таких людей. Если же нет — то не заботится вовсе, однако может делать вид участливого отношения, это вызвано стыдом за свою холодность перед этими людьми. Психастеник стыдится за плохие поступки близких людей как за свои собственные; это может перерастать в излишний контроль.[1][2]

В узком кругу близких людей психастеник ведёт себя естественно и просто, проявляет чувство юмора, импровизирует. С другой стороны, он может раздражать близких доходящим до формализма перфекционизмом, постоянными сомнениями по незначительным поводам, занудством, раздражительностью, ленью. Испытывая сильную потребность в психотерапии, психастеник часто «превращает» своих близких в психотерапевтов.[1][2]

В отличие от также дефензивных астеников у психастеников нет острой чувственности, зато есть деперсонализация и гипертрофированная аналитичность. Психастенической застенчивости присуща двигательная неловкость.[1]

Есть целый ряд отличий психастеников от также страдающих от постоянных сомнений ананкастов, с которыми их нередко необоснованно смешивают. Ананкаст обладает острой чувственностью. У него нет двигательной неловкости. Многие ананкасты в отличие от психастеников весьма практичны, решительны и высокомерны, неуступчивы даже в деталях. Аккуратность не ценна для психастеников сама по себе как ананкасту, она нужна ему для борьбы с рассеянностью, суетливостью, неряшливостью. Занудствует психастеник, чтобы его лучше поняли, а не от навязчивостей. Также и с многократными проверками — у психастеника они от плохой памяти, а у ананкаста от навязчивостей. Совесть психастеников гибка, при этом им стыдно перед теми, кто от них пострадал, а ананкастам — стыдно от того, что они нарушили свои правила, они боятся наказания. Ананкасты обычно не боятся смерти, зато их пугают мелкие жизненные неприятности. Опасения у психастеника реалистичны, а у ананкаста зачастую абсурдны.[1]

Считается, что психастениками были такие известные люди как учёные Ч. Дарвин и И. П. Павлов, литераторы Е. А. Баратынский, В. Г. Белинский, А. П. Чехов, Э. Золя, художник К. Моне, театральный деятель К. С. Станиславский.[1][4][3][2]

Из художественных персонажей к психастеникам можно отнести Гамлета из одноимённой трагедии У. Шекспира, Уинстона Смита из антиутопии Дж. Оруэлла «1984», Новосельцева из фильма Э. Рязанова «Служебный роман», Бузыкина из фильма Г. Данелия «Осенний марафон», Тодда Андерсена из фильма П. Уира «Общество мёртвых поэтов», героев рассказов А. П. Чехова — Алёхина из «О любви», Беликова из «Человек в футляре», Николая Степановича из «Скучной истории», Червякова из «Смерть чиновника».[1][2][5], Сёи Исида из аниме «Форма голоса».

Основной метод лечения психастении — психотерапия. Считается, что психотерапия психастеников дело нелёгкое и затяжное. Психастенику важно знать, что психотерапевт правильно понимает его проблему и хорошо в ней разбирается.[3]

В связи с аналитичностью и блеклой чувственностью психастеника, контакт с ним следует вести через логику, подробно разбирая все ситуации, обосновывая что весомых причин для тревоги нет. Успокоение, внушение, ободрение, отвлечение помогают психастенику мало. При ипохондрии разубедить психастеника лучше всего может врач, доказав ему, что с ним всё в порядке.[1]

Психастенику важно изучить и принять себя, и, опираясь на знание своих особенностей, начать совершенствоваться. Положительный эффект имеет научное изучение характерологии, сопровождаемое конспектированием. Изучение людских характеров может сделать из психастеника неплохого «психотерапевта» для своих близких. Ранее травмировавшее его поведение других людей, может начать интересовать психастеника как исследователя.[1]

В принятии себя может помочь групповая психотерапия в среде других психастеников: общаясь с похожими людьми, психастеник начнёт проникаться уважением к ним и получать от них уважение, что постепенно должно привести к повышению самооценки. Важно показать психастенику, что люди с подобным характером достигали больших успехов, благодаря тому, что в них есть не только отрицательные качества, на которых концентрируется психастеник, но и много положительного. Изучая характеры известных психастеников, он находит ценные качества и в себе. Но важно при этом, чтобы в группе не было агрессивно настроенных людей.[1]

Психастенику нужно стремиться как можно больше взаимодействовать с жизнью, активировать свою чувственность, поднимать жизненный тонус. Необходимо быть готовым к действию, стараться сначала действовать, а потом думать. Психастенику важно, чтобы сама жизнь показала ему его ценность.[1][2] Важно переключить внимание психастеника на работу, физкультуру, путешествия, хобби, творчество, оживить его эмоции. Физкультура, моржевание, пешие прогулки улучшают физическое самочувствие психастеников, укрепляя тем самым их психическое состояние.[3] Неорганизованному от природы психастенику важно соблюдать расписание, распорядок дня (хорошо, если он уложится в него хотя бы частично).[2]

В связи с плохой памятью на эмоциональные подробности собственной жизни психастенику стоит делать больше фотографий, вести дневник и т. п., чтобы иметь возможность оживить прожитое в воспоминаниях.[2]

Психастенический тип личности — расстройства на его фоне: ананкастное, тревожное

Психастенический тип личности относится к одному из видов акцентуаций характера А.Е. Личко. В детстве такие дети часто пугливые, неуверенные в себе. Склонны к самоанализу. Любят все рационализировать.

Девушка и ручки

Акцентуации характера – это обострившиеся черты характера, образующие единую некую систему личностных особенностей. Человек часто проявляет их уже в детстве, но особенно эти черты проступают обычно в подростковом возрасте. Иногда с возрастом акцентуация «сглаживается», становится неявно выраженной. Исчезает ли она? Трудный вопрос. Но то, что в детстве или пубертате было критически важным для человека, с возрастом может утратить значимость и силу воздействия на личность. Порой одна акцентуация трансформируется в другую.

За годы развития психологии и психиатрии как науки было множество классификаций личностей. Одной из известных является классификация, предложенная российским ученым – А. Е. Личко. В частности, психастеническая личность рассматривается им как тип личности, предрасположенный к развитию неврозов, а именно обсессивно-фобических.

В современной классификации к психастении, как к расстройству личности приближены два вида: ананкастное и тревожное расстройство личности. На самом деле, все будет зависеть от специалиста, занимающегося конкретным случаем психастении. Как диагноз, в современном классификаторе она отсутствует. То, что называли раньше психопатией, а сейчас расстройством личности, остается с человеком на всю жизнь. Некоторые специалисты к психастении относят невроз (F 48.8) в рамках существующей систематизации.

Содержание статьи:

Характеристика психастенического типа личности (по А.Е. Личко)

Среди всех акцентуаций психастения в подростковом возрасте обычно не проявляется ярко. Зато примерно от 20 до 40 лет такие люди легко различимы. Так как психастеники склонны к проявлениям повышенной ответственности, то обучение в школе, в средних и старших классах помогает сглаживать их характерологические особенности. Но младшие классы становятся периодом частых стрессов. В первом классе жизненный устрой резко меняется, на ребенка накладывается тяжелая ответственность, с которой он не всегда может сразу успешно справиться, но стараться он будет изо всех сил. В некоторых источниках эмотивный психотип сравнивают с психастениками, но сам А.Е. Личко проводил параллель психастеника с педантичным типом акцентуации.

Именно в этот период психастенические черты проявляются ярко у детей – они тревожны, переживают из-за невыученных уроков, мнительны. Постепенно входят в ритм, усердно выполняются домашние задания, успешно осваивают учебные программы, показывая хорошие результаты. Школьный период улучшает их уровень социальной адаптации. Режим обучения их устраивает, важных решений принимать не приходится. Все уже распределено за них. Хорошо учишься – получаешь положительные оценки. Главное, следовать правилам.

Мнительность и неуверенность в себе – основные признаки

В период экзаменов, на первый план выступают явления декомпенсации. У личности, не справившейся с возникшими трудностями, выявляются нарушения – у психастеников в этот период проявляются фобии или навязчивости. В период стрессовых ситуаций им крайне необходима поддержка близких. Особенно, родителей или иных значимых взрослых.

Их тревожная мнительность достигает высоких значений. Они часто боятся неизвестно чего. Их страшит будущее. Но реализациях их представлений о чем-то страшном маловероятна. Они не боятся чего-то реально им угрожающего, их страхи надуманы. Но они способны «застревать» на этих страхах, которые трансформируются в фобии. Именно такие личности сильно переживают за мать или отца, которые не пришли вовремя с работы, поэтому они не отходят от окна, ожидая их прихода или звонят им через каждые 5 минут. Их страхи чаще всего ничем не обоснованы. Они боятся, что с близкими или с ними случится что-то страшное. Что именно? На этот вопрос психастеники не способны вразумительно ответить. То они боятся автокатастроф, потому что посмотрели новостной блок и статистику ДТП, то вдруг начинают всерьез опасаться за здоровье своей матери, хотя ничто к этому не предрасполагает.

Страхи – мнимые и действительные как постоянный источник внутреннего напряжения

Из-за постоянных или частых страхов за свое будущее и будущее близких, они придумывают ритуальные действия, которые помогают им справиться со страхами и возникающим напряжением. Такие люди склонны к странным, только им понятным ритуалам. Чтобы успешно сдать экзамен, например, они придумают себе особый маршрут до учебного заведения или условие – не наступать на камни, например. Или дотронуться три раза до выключателя в ванной, например. Их ритуалы выглядят странно в глазах окружающих. Они это знают, поэтому усиленно это скрывают. Но отказаться от этих действий не могут.

Например, в монографии А.Е. Личко был описан один подросток, боящийся заразиться венерического заболеваниями. Он узнал об их распространении по телевидению, в связи с этим стал бесконечное количество раз мыть руки с мылом, стремясь избавиться даже от малейшей вероятности заболевания. Эти действия потом приобрели характер настоящей патологии навязчивости. Попав в клинику, он стремился скрыть свои особенности от окружающих, но не делать их не мог, поэтому несколько раз на дню дотрагивался до крана с водой или мыла.

Отличная учеба как способ справиться с напряжением

Они часто отлично учатся, интеллект выше среднего. Даже увлечения склонны выбирать интеллектуально-эстетические. Например, если собирают марки, то делают это с целью изучения чего-то – географии, животных, растений и т.д., в зависимости от тематики. Страсть именно к собирательству у них при этом отсутствует.

Подростки и дети, у которых психастенический тип личности, со сверстниками общаются нормально, но им трудно заводить близких друзей. У них часто наблюдаются навязчивые страхи. Перед принятием любого решения, даже незначительного, долго сомневаются. Но бывают удивительно нетерпеливыми, если уже приняли решение, стремятся как можно быстрее осуществить желаемое. Обнаруживается некоторая противоречивость – при принятии важных решений, где нужно как следует подумать, наоборот, проявляют поспешность. А чтобы решить, какой фильм посмотреть или какое платье выбрать к празднику будут долго сомневаться.

Ответственность и педантизм – так им проще жить

Раньше, именно такие подростки ухаживали за младшими детьми в семье. Родителям было очень легко поручить им это. Впоследствии, когда в семьях стало рождаться уже меньше детей, да и особенности воспитания поменялись, такие дети стали объектом завышенных ожиданий родителей. Психастеники, чтобы не потерять любовь и расположение близких изо всех сил стараются «не ударить в грязь лицом», хотят соответствовать самым высоким ожиданиям родителей, чаще всего в учебе. Любят заниматься «самокопанием», рассуждать о глобальных проблемах человечества.

Вообще часто в неудачах обвиняют именно себя, а не других. Они вяло радуются даже своим успехам. Справедливо относятся к другим, не склонны к агрессии и обвинительству. Не будут с «пеной у рта» доказывать свою правоту, даже если это очевидно. Плохо переносят ситуации соперничества. Не стремятся к лидерству. Но сами хотят быть «правильными» во всем. Любят заведенный порядок, плохо переносят перемены. Склонны к педантизму, но только лишь потому, что им трудно привыкать к новому. Им легче поддерживать порядок, чем по новой все обустраивать.

Если говорить о спорте, то здесь уже сложнее. Подростки с психастенической акцентуацией чаще всего неловки в движениях, у них слабые руки, но зато сильные ноги, они успешны в беге, прыжках. В занятиях, требующих отличного развития мелкой моторики, они не показывают высоких результатов. Они не склонны к деликвентному поведению, у них редко бывает алкоголизация или наркотизация. Они не проявляются также и суицидальных намерений.

Психастеническая акцентуация характера является крайним вариантом нормы. Но существует также психопатия или расстройство личности по психастеническом типу. Здесь уже говорится о более глубоком изменении личности. Мешающем нормальной адаптации личности к окружающему миру.

Психастеническая психопатия или ананкастное расстройство личности

Когда психастенический или ананкастный тип характера приобретает патологические черты, то имеется ввиду уже расстройство личности, окончательно излечить его сложно, код по МКБ 10 F 60.5. В центре расстройства – мнительность и постоянный страх за себя, свою безопасность, постоянная неуверенность в себе. Ананкасты малообщительны, но не из-за нежелания общаться, а из-за своей природной стеснительности. Им трудно первыми вступать в разговор. Они постоянно о чем-то тревожатся.

Все их переживания направлены внутрь себя, они больше интроверты. Берясь за дело, они заранее настроены на неудачу, хотя в силу высокого интеллекта и повышенного чувства ответственности как раз они выполняют поручения тщательно, а результат работы обычно выше среднего.

Их страхи становятся настоящими фобиями, их мнительность сильно мешает им нормально жить, они тревожатся из-за любой мелочи. Трудно решаются на что-то.

Ананкастное расстройство личности

Это расстройство личности разными авторами называлось также по-разному – Э.Кречмер характеризовал таких людей сенситивными, П. Ганнушкин психастеническими, К. Шнейдер ананкастными.

Это щепетильные и ужасающе педантичные люди. Они абсолютно все делают правильно и ни на йоту не отступают от своего стиля поведения и своих правил. У них все размерено, у каждой вещи свое место. Педантизм сильно утрирован. Это они следуют каждой предложенной инструкции. Кажутся при этом эмоционально закрытыми. Они не проявляют открыто чувств. Их стремление к чистоте и порядку носит болезненный характер. Ананкастический тип личности – классический пример домашних тиранов в стремлении командовать и делать все только по им нужному укладу.

Они не любят неожиданностей ни в чем, да собственно и не умеют адаптироваться к ним должным образом, трудно привыкают к новому и усиленно сопротивляются изменениям. Именно у них нередко развивается обсессивно-компульсивное расстройство, которое уже невозможно вылечить окончательно, так как у него хронический характер. Часто диагностируются навязчивые состояния. На фоне повышенной тревожности у них нередко развивается бессонница. Внезапные изменения приводят их в состояние паники.

Диагностические критерии ананкастного расстройства

Психастеническая психопатия или тревожное (уклоняющееся) расстройство личности

Наблюдаем личность, глубоко неуверенную в себе. Это тихие и впечатлительные люди. Внушают доверие и производят впечатление милых и застенчивых. Они не агрессивны, редко спорят, не склонны отстаивать свою точку зрения, даже если заведомо правы. В детстве у них нередки страхи темноты, одиночества, высоты. Они избегают контактов с людьми в силу робости и боязни насмешки. В литературе типичным психастеником является Пьер Безухов.

Они стремятся все делать правильно, потому что постоянно чего-то боятся. Их педантизм дает им иллюзию защиты от плохого в будущем. Они патологически совестливы, постоянно сверяя свое поведение со всеми мыслимыми и немыслимыми правилами. Но в состоянии опасности они проявляют истинное бесстрашие, диктуемое глубоким отчаянием и безысходностью. Такие люди всегда доброжелательны, умеют сопереживать и искренне сочувствовать. В этом они напоминают эмотивный психотип личности. Они с трудом способны брать на себя ответственность за какие-либо решения. Если у них обнаруживается малейшая проблема в здоровье, то делают из этого сразу огромную проблему. Они действительно трудолюбивы, нацелены на результат. Но постоянно недовольны собой. Часты вегетативные проявления в виде учащенного сердцебиения, покраснение лица и т.д. Наблюдается дереализация, когда человек не понимает, что реально, а что вымысел.

Диагностические критерии тревожного расстройства

Диагностика, лечение и прогнозы

Психастению диагностируют при помощи беседы, наблюдения и тестирования. Хотя результаты тестирования нельзя считать основополагающими для дифференциации акцентуации или психопатии. Диагностика трудна и многоэтапна. Она включает консультации психиатра, психолога, экспериментально-психологические методы, возможно привлечение других специалистов – терапевта, невролога. Среди тестов используют личностные опросники MMPI, Shmishek, Айзенка и проч.

В целом прогнозы довольно благоприятные. Как лечить? При помощи психотерапии в основном, медикаменты играют подчиненную роль, хотя иногда жизненно необходимы. Такие люди готовы сотрудничать с терапевтом, хотя иногда проявляют упрямство, злословят в адрес психотерапевта. Основной задачей становится установление контакта. Если проводится терапия с подростком, то лучше сначала получить основные сведения от матери, она обычно может больше сообщить об особенностях характера подростка. С родителями лучше беседовать порознь. От родителей получают сведения также об особенностях воспитания, об уровне развития ребенка, его способностях, увлечениях, манере общения. О его друзьях, особенностях протекания раннего детства и т.д.

При терапии в первую очередь пациенты избавляются от стремления все делать правильно, вместе с этим уходит напряжение. Неуверенность в себе порождается низкой самооценкой, с этим также необходимо работать. Терапия будет эффективной только при отсутствии внутреннего сопротивления пациента. Когда есть готовность к изменению себя.

Психастенический тип — Психологос

Коротко

Психастенический тип определяет склонность к самоанализу и рефлексии. Психастеники часто колеблются при принятии решений и не переносят высоких требований и груза ответственности за себя и других. Такие субъекты демонстрируют аккуратность и рассудительность, характерной чертой для них является самокритичность и надёжность. У них обычно ровное настроение без резких перемен. В сексе они зачастую опасаются совершить ошибку, но в целом их половая жизнь проходит без особенностей.

Подробное описание по А.Е. Личко

Фрагмент из книги «Психопатии и акцентуации характера у подростка»

​Этот тип, так же как астеноневротический, относится к области тесного соприкосновения психопатий и неврозов. Психастеническая личность особенно расположена к развитию того варианта невроза навязчивых состояний, который у подростков обозначен как обсессивно-фобический [Личко А. Е. 1979; Шевченко Ю. С., 1979]. Вслед за тем, как P. Janet (1903) описал психастению, большинство наиболее известных ее исследователей стали рассматривать ее не как невроз, а как аномалию характера.

Психастенические проявления в детстве незначительны и ограничиваются робостью, пугливостью, моторной неловкостью, склонностью к рассуждательству и ранними «интеллектуальными интересами». Иногда уже в детском возрасте обнаруживаются навязчивости, особенно фобии — боязнь незнакомых людей и новых предметов, темноты, боязнь остаться за запертой дверью и т. д. Реже можно наблюдать навязчивые действия, невротические тики.

Критическим периодом, когда психастенический характер развертывается почти во всей полноте, являются первые классы школы. В эти годы безмятежное детство сменяется первыми заботами — первыми требованиями к чувству ответственности. Подобные требования представляют один из самых чувствительных ударов для психастенического характера. В минувшее время, возможно, важнейшим фактором, способствующим становлению психастении, было воспитание в условиях «повышенной ответственности», когда в силу трудных условий жизни родители возлагали недетские заботы по надзору и уходу за малышами или беспомощными членами семьи, когда в тяжелых материальных и бытовых условиях подростку и даже еще ребенку приходилось оказываться в положении старшего среди братьев и сестер [Сухарева Г. Е., 1959].

В нашу эпоху материального благополучия пришлось столкнуться с иной формой воспитания в условиях «повышенной ответственности». Родители лелеют слишком большие надежды на успехи своего чада, требуя только отличной учебы или заметных достижений в какой-либо престижной для них области — в занятиях музыкой или языками, или отдавая дань какой-либо очередной моде вроде фигурного катании на коньках. Склонный к психастении ребенок не остается безучастным к родительским надеждам, чутко воспринимает эти высокие экспектации и страшится их не оправдать, дабы не потерять всей полноты родительского внимания и любви.

По сравнению с другими типами психопатий в пубертатном периоде резких обострений психастении обычно не бывает. Однообразно регламентированная школьная жизнь, отсутствие необходимости самостоятельно принимать важные решения, ставшие уже привычными и легко выполнимыми нагрузки на чувство ответственности (выучить уроки, выполнить данные поручения и т. п.) благоприятствуют удовлетворительной адаптации даже при выраженных психастенических чертах. Декомпенсации могут выступать опять же в моменты особенно высоких требований к чувству ответственности, например во время экзаменов. Известно, что наибольшего расцвета психастения достигает в возрасте 20—40 лет, с началом инволюции ее проявления опять слабеют.

Главными чертами психастенического типа характера в подростковом возрасте являются нерешительность и склонность к рассуждательству, тревожная мнительность и любовь к самоанализу и, наконец, легкость возникновения обсессий — навязчивых страхов, опасений, действий, ритуалов, мыслей, представлений.

Тревожная мнительность психастенического подростка отличается от сходной черты астеноневротического и сенситивного типов. Если астеноневротическому типу присущим бывает опасение за свое здоровье (ипохондрическая направленность мнительности и тревоги), а сенситивному типу свойственно беспокойство по поводу отношения окружающих, возможных насмешек, пересудов, неблагоприятного мнения о себе (релятивная направленность мнительности и тревоги), то страхи и опасения психастеника целиком адресуются к возможному, хотя и маловероятному в его будущем (футуристическая направленность мнительности и тревоги): как бы чего не случилось ужасного и непоправимого, как бы не произошло какого-либо непредвиденного несчастья с ними самими, а еще страшнее — с теми близкими, к которым они обнаруживают страстную, порою патологическую привязанность. Опасности реальные и невзгоды уже случившиеся пугают куда меньше. У подростков особенно ярко выступает тревога за мать — как бы она не заболела и не умерла, хотя ее здоровье не внушает никому опасений, как бы не погибла под транспортом, не попала в катастрофу. Если мать опаздывает с работы, где-то без предупреждения задержалась, такой подросток не находит себе места.

Психологической защитой от постоянной тревоги за будущее становятся специально придуманные приметы и ритуалы. Если, например, шагая в школу, обходить ЕСС люки, не наступая на их крышки, то «не провалишься», отвечая уроки, на экзаменах и т. п.; если не дотрагиваться до ручек дверей, то не заразишься и не заболеешь; если при всякой вспышке страха за мать произносить про себя самим выдуманное заклинание, то с нею ничего плохого не случится.

Другой формой защиты бывают особо выработанный формализм и педантизм. Осознанно или подсознательно, не отдавая себе отчета, психастенический подросток исходит здесь из постулата, что если все заранее предусмотреть и действовать в точном соответствии с намеченным планом, то ничего неожиданного и плохого случиться не должно. Педантизм психастеника отличается от такового при эпилептоидном типе. За педантизмом эпилептоида всегда стоят себялюбие, забота о собственных интересах и благополучии, понуждение окружающих к соблюдению в мелочах выгодного для него порядка. Педантизм психастеника надуман и формалистичен, никаких «земных» выгод ему не сулит.

Нерешительность в действиях и рассуждательство у психастенического подростка идут рука об руку. Такие подростки бывают сильны на словах, но не в поступках. Всякий самостоятельный выбор, как бы малозначим он ни был (например, какой фильм пойти посмотреть в воскресенье), может стать предметом долгих и мучительных колебаний. Однако уже принятое решение должно быть немедленно исполнено. Ждать психастеники не умеют, проявляя здесь удивительное нетерпение.

У психастенических подростков приходится видеть реакцию гиперкомпенсации в отношении своей нерешительности и склонности к сомнениям и колебаниям. Эта реакция проявляется у них неожиданными самоуверенными и безапелляционными суждениями, утрированной решительностью и скоропалительностью действий в моменты и в обстоятельствах, когда требуются именно неторопливая осмотрительность и осторожность. Постигающие вследствие этого неудачи еще более усиливают нерешительность и сомнения.

Склонность к самоанализу более всего распространяется на размышления по поводу мотивов своих поступков и действий, проявляется в копании в своих переживаниях И ощущениях.

Физическое развитие психастеников обычно оставляет желать лучшего. Спорт и все ручные навыки даются им плохо. Обычно у психастенических подростков особенно слабы и неловки руки при более сильных ногах. Поэтому в спортивных занятиях им легче даются бег, прыжки, ходьба на лыжах, езда на велосипеде. Элементарные ручные навыки (даже ровно вбить гвоздь или очинить карандаш) иногда бывают камнем преткновения.

Подростковые поведенческие реакции при психастеническом типе характера бывают выражены слабо и своеобразно. Вместо реакции эмансипации нередко приходится видеть патологическую привязанность к кому-либо из членов семьи — у мальчиков чаще к матери. Возможно, эта привязанность питается нерешительностью и тоже служит психологической защитой. Тяга к сверстникам проявляется в робких формах — места в подростковой группе им обычно не находится, если только не посчастливится попасть в компанию юных интеллектуалов. Увлечения, как правило, относятся к области интеллектуально-эстетических хобби. Даже собирание коллекции у подростков этого типа более питается этими потребностями, чем страстью накопительства («Я собираю марки разных стран, чтобы изучить географию»,— заявил 12-летний мальчик с психастеническим типом характера).

Сексуальное развитие обычно опережает общее физическое. Нередко наблюдается интенсивный онанизм, который становится источником самоугрызений и символических запретов. Может обнаружиться также склонность к транзиторному подростковому гомосексуализму.

Все описанные формы нарушений поведения (подростковая делинквентность, ранняя алкоголизация и т. д.) психастеникам несвойственны. Даже суицидального поведения в трудных ситуациях нам встречать не приходилось. Место этих нарушений, видимо, полностью вытесняют навязчивости, мудрствование и самокопание.

Самооценка, несмотря, казалось бы, на склонность к самоанализу, далеко не всегда бывает правильной. Часто выступает тенденция находить у себя самые разнообразные черты характера, включая диаметрально противоположные (например, истероидные).

Юрий Ч., 15 лет. Из хорошей, дружной семьи Мать склонна к чрезмерной опеке сына. С детства отличался пугливостью. В возрасте полутора лет, после того, как испугался включенного пылесоса, появилось заикание. Посещал специализированный детский сад для детей с нарушениями речи — к 6 годам заикание полностью исчезло. Был застенчив, играть любил с девочками В 7 лет — легкая черепно-мозговая травма без последствий В школе учился хорошо, старательно, но был робок, нерешителен. Постоянно тревожился за мать, отца, старшую сестру — как бы с ними чего-нибудь не случилось плохого Если мать опаздывала с работы — бежал из дому ее встречать.

С 12 лет появились первые навязчивости. После того как тайком от старших прочитал брошюру о венерических болезнях, стал бояться заразиться ими — начал часто мыть руки. С того же возраста — онанизм Сперва подолгу мыл руки после мастурбации, затем — всякий раз, когда появлялись «плохие мысли» или чтобы «избавиться от неприятностей:». С 14 лет перед окончанием восьмилетней школы появилась масса других навязчивостей. Перед уходом в школу выполнял ряд ритуалов — чтобы не получить неудовлетворительной отметки, чтобы не случилось ничего плохого. Одевался в строго определенной последовательности, несколько раз дотрагивался до выключателя, шел в школу по строго определенному маршруту. Считал «счастливой» цифру три — символ удовлетворительной отметки, а также символ троих самых дорогих ему людей — матери, отца и старшей сестры Появилась страсть к самоанализу — подолгу раздумывал о мотивах своих поступков, желаний и т. п. За онанизм подвергал себя «наказаниям» — не смотрел интересующую его передачу по телевизору.

Тяготился придуманными им ритуалами, но избавиться от них не мог — их исполнение, по его словам, давало «разрядку внутреннего напряжения». Никогда не выполнял ритуалов при посторонних или старался замаскировать их под необходимые или случайные действия. Например, будучи госпитализирован в соматическую больницу, вместо того, чтобы часто мыть руки, только дотрагивался до мыла или водопроводного крана.

Учился хорошо. Общался с товарищами, но близкого друга найти не мог. Был влюблен в одноклассницу, но старался никак не показать свои чувства. Иногда даже нарочито пренебрегал общением с нею. Увлекался чтением классической литературы, любил слушать классическую музыку.

В 15 лет сам попросил мать отвести его к психиатру, чтобы избавиться от мучивших его навязчивостей и от онанизма. После рациональной психотерапии и лечения меллерилом навязчивости значительно ослабли — по словам больного, «их стало легко маскировать от посторонних».

При неврологическом, соматическом и электроэнцефалографическом обследовании — без отклонений.

Обследование с помощью ПДО. По шкале объективной оценки диагностирован смешанный — психастенический и сенситивный — тип. Признаков, указывающих на возможность психопатии, не отмечено. Конформность умеренная, реакция эмансипации слабая. Имеется высокая откровенность в выборе ответов, что свойственно психастеническому типу. Склонности к делинквентности не обнаружено. Отмечено выраженное отрицательное отношение к алкоголизации. По шкале субъективной оценки самооценка недостаточная: черт никакого типа не выделилось. Однако достоверно отвергает черты типов меланхолического (что часто встречается у здоровых подростков), неустойчивого (что наиболее присуще психастеническим подросткам) и гипертимного (склонность к субдепрессивным состояниям).

Диагноз. Обсессивно-фобический невроз на фоне психастенической акцентуации характера.

Катамнез через 2 года. Успешно окончил 10 классов школы, хотел поступать в вуз. Однако перед конкурсными экзаменами навязчивости усилились настолько, что мешали к ним готовиться. Часами выполнял различные ритуалы. После психотерапии и лечения элениумом принял решение отказаться от попытки поступления — навязчивости почти прекратились. Поступил на работу и на подготовительное отделение в институт.

При психастенической психопатии в отличие от акцентуации того же типа имеются постоянные, хотя и колеблющиеся по интенсивности, обсессии и фобии. Навязчивости и чрезвычайная нерешительность нарушают трудоспособность, крайне затрудняют общение и семейную адаптацию. Утрированными оказываются и гиперкомпенсаторные механизмы — нетерпеливость при уже принятом решении, неожиданная и ненужная безапелляционность, доходящий до карикатуры педантизм.

В тяжелых случаях нередко возникает необходимость дифференцировать эту психопатию с обсессивно-фобическим синдромом при неврозоподобной вялотекущей шизофрении (см. гл. VII).

Психастеническая психопатия является чаще всего конституциональной аномалией характера. Возможно, однако, и психопатическое развитие на основе акцентуации того же типа при неправильном воспитании (условия повышенной моральной ответственности, доминирующая гиперпротекция).

Первая из них сказывается еще у подростка, а при доминирующей гиперпротекции несостоятельность чаще проявляется при вступлении в самостоятельную жизнь.

Вводное занятие Университета

Психастения — лечение, причины, симптомы

Психастения – это психическое расстройство, характеризующееся бессилием и слабостью душевных качеств человека. Долгое время в отечественной психиатрии психастения относилась к классификации психопатия. Очень важно психастению дифференцировать от нервной слабости (неврастения).

Современная классификация расстройств личности не имеет точного эквивалента психастенической психопатии, однако наиболее близко к ней подобралось ананкастное расстройство личности. Термин психастения был впервые введен в 1894 году Пьером Жане.

Психастения причины

Причинами психастении выступают травмирующие психику жизненные события. В переводе с греческого языка заболевание называется душевной слабостью. Данное заболевание наблюдается у индивидуумов мыслительного склада ума. Послужить развитию болезни может нервное истощение, которое приведет к поражению психической активности. Исследователи считают, что понижение психического напряжения вызывается нарушениями питания мозга, а также кровообращения. Полагают, что в основе навязчивых сомнений выступает нарушение индукционных отношений. Это когда один очаг не способен затормозить другой, который конкурирует с ним.

Психастения симптомы

Психастения характеризуется чрезмерной мнительностью, впечатлительностью, ранимостью, застенчивостью, пугливостью, чувством тревоги, отсутствием инициативы, нерешительностью, неуверенностью в себе; страхами за будущее, представляющимися бесперспективными, несущими неприятности, а также неудачи. По этой причине возникает боязнь неизвестного, нового.

Психастения и ее симптомы: педантичность, бесконечные сомнения, медленные действия, контроль за проделанными действиями, ригидность мышления, мучительный самоанализ, отвлеченные рассуждения, невыраженные влечения; сильная восприимчивость от прочитанного, которая не соответствует реальной действительности; деперсонализационно-дереализационные нарушения, ощущения неполноты жизни.

Психастеники выделяются раздражительностью, впечатлительностью, слабостью и вегетативной неустойчивостью, реакциями гиперкомпенсации, быстрой утомляемостью.

Психастеники имеют много общего с астениками, а отличительные моменты последних выражаются в острой чувственности, отсутствии гипертрофированной аналитичности и острой  деперсонализации.

Психастения и ее признаки проявляются в нравственности, в мыслительных мучениях, в трудностях при общении. Психастеник все трудности тщательно анализирует, обдумывает. Каждый важный разговор тревожно перебирает в памяти, к своим словам относится предвзято и мучается от того, что сказал совершенно не то. Страдающий от заболевания длительно беспокоится, что был неправильно понят собеседником. Психастеник находится в ожидании новой встречи с этим собеседником, чтобы поговорить и, наконец, успокоиться. Бывает, что психастеник не может выждать и поздним звонком беспокоит человека для извинения, чем очень удивляет человека, поскольку для него разговор давно уже в прошлом.

Для таких людей все вокруг происходит, как во сне. Их поступки, решения, воспринимаются ими же недостаточно точно, а также непонятно. Этими факторами обусловлена их нерешительность и неуверенность, бесконечные сомнения, вызванные любым поводом. Такие больные тревожны, мнительны, скромны и застенчивы. Для больных имеют значение, как реальные проблемы, так и те, которые еще не возникли. Мысли такого плана более значительно терзают человека, чем при настоящей неприятности. Люди любят размышлять на отвлеченные темы и мысленно рисовать в воображении ситуации, где уже активно действуют. А реальная действительность предстает совершенно иной, и личность уклоняется от нее всевозможными способами. На работе человек также проявляет профессиональное безволие. Перед выполнением профессиональных задач психастеник терзается сомнениями и ощущает неуверенность перед собственными действиями.

Психастения зачастую сопровождается ипохондрическими и навязчивыми состояниями. Признаки психастении способны проявить себя уже в молодости. Психастенические личности живут не настоящим, а прошлым или будущим. Всякий пустяк, мелочь вынуждают думать психастеников. Каждое незнакомое дело, любая инициатива выступает источником мучения. Отдельные исследователи относят психастеников к обыкновенным ипохондрикам. Перманентная тревога, беспокойство, опасения — вот, чем наполнена жизнь психастеников. Все ожидания для психастенических личностей очень мучительны.

Поэтому, несмотря на постоянную нерешительность, психастеник бывает настойчивым, а также нетерпеливым. Он подозрителен, недоверчив, скептичен, печален, мечтателен, нуждается в тепличных условиях. Навязчивые идеи – это отличительный симптом психастении. Зачастую лица, склонные к навязчивым мыслям, обеспокоены страхом заболеть психическим заболеванием. У психастеников низкий процент сосредоточения, работоспособности и быстрое нарастание утомляемости. Им сложно переключаться на другой вид деятельности.

Зачастую неуверенность психастеника превращается в почву для развития невротической патологии, что провоцирует неблагоприятные прогностические признаки. В результате может возникнуть комплекс расстройств, связанных с неуверенностью. Неуверенность при психастении порождает следующие проблемы: зависимость от алкоголя, половые проблемы (психогенная импотенция у мужчин, у женщин – аноргазмия и фригидность), длительное одиночество приводит к депрессии.

Психастения лечение

Очень важно соблюдать режим труда, а также отдыха. Человеку необходимо освободить себя от дополнительных нагрузок, а время прогулок увеличить минимум до одного часа. Необходимо включить в лечение снотворные, горячие ножные ванны, массаж всего туловища и конечностей.

От солнечных ванн следует воздержаться, поскольку они могут спровоцировать головные боли, слабость, раздражительность.

Рекомендуются воздушные ванны в хорошо проветриваемых помещениях. Одним из действенных методов психотерапии психастении является аутогенная тренировка. Для этого требуется активное волевое участие заболевшего в лечении, в принятии определённых усилий, перестроения отношения к заболеванию, а также мобилизации сил для полнейшего выздоровления. Цель тренировочных занятий заключается в способности контролировать дыхание, воспитывать внимание, укреплять и развивать силу воли, управлять своими действиями, чувствами, настроениями.

Медикаментозное лечение психастении включает Бромистый Натрий, препараты Валерианы, Пустырника. Лечение заболевших — это комплексный и длительный процесс. Важно устранить неблагоприятные для больного ситуации, поддерживающие психическое раздражение. Без этого нервная система не будет приведена к норме.

Как лечить психастению

Для психастении характерны расстройства, переходящие в постоянные, которые на начальном этапе устраняются самостоятельно без помощи врача. Если обстоятельства, послужившие причиной психастении, не устраняются и не осуществляется систематическое лечение, то симптомы психастении способны проявиться в серьезной форме. У женщин психастения особенно остро проявляется в пубертатный период и в период климакса, поэтому важно учитывать эти особенности в период лечения.

Психастения и антидепрессанты для лечения применяются следующие — Амитриптилин, Кломипрамин, Тофранил. Важно внимательно следовать инструкциям этих препаратов!

Автор: Психоневролог Гартман Н.Н.

Врач Медико-психологического центра «ПсихоМед»

Информация, представленная в данной статье, предназначена исключительно для ознакомления и не может заменить профессиональную консультацию и квалифицированную медицинскую помощь. При малейшем подозрении о наличии психастении обязательно проконсультируйтесь с врачом!

Психастенический тип. Психология и психоанализ характера

Психастенический тип

Этот тип, так же как и астено-невротический, относится к области тесного соприкосновения психопатий и неврозов. Психастеническая личность особенно расположена к развитию обсессивного невроза («невроз навязчивых состояний»).

Психастенические проявления в детстве незначительны и ограничиваются робостью, пугливостью, моторной неловкостью, склонностью к рассуждательству и ранними «интеллектуальными интересами». Иногда уже в детском возрасте обнаруживаются навязчивые явления, особенно фобии — боязнь незнакомых людей и новых предметов, темноты, боязнь оказаться за запертой дверью и т.п. Реже можно наблюдать появление навязчивых действий, невротических тиков и т.п.

Критическим периодом, когда психастенический характер развертывается почти во всей своей полноте, являются первые классы школы. В эти годы безмятежное детство сменяется первыми требованиями к чувству ответственности. Подобные требования представляют один из самых чувствительных ударов для психастенического характера. Воспитание в условиях «повышенной ответственности», когда родители возлагают недетские заботы по надзору и уходу за младшими или беспомощными стариками, положение старшего среди детей в трудных материальных и бытовых условиях способствует становлению психастении. В прошлые годы, возможно, все это было важнейшими факторами. В наше время материального благополучия пришлось столкнуться с иной формой «повышенной ответственности». Родители лелеют слишком большие надежды на успехи ребенка, требуя только отличной учебы или заметных достижений в занятиях музыкой или языками, или отдавая дань какой-либо очередной моде, вроде фигурного катания на коньках. Склонный к психастении ребенок не остается безучастным к родительским надеждам, чутко воспринимает эти высокие экспектации и страшится их не оправдать, дабы не потерять всей полноты родительского внимания и любви.

По сравнению с другими типами психопатий резких обострений психастении в пубертатном периоде обычно не бывает. Психастенические черты в этот период могут даже несколько сглаживаться. Однако чаще все же выступает склонность к рассуждательству, мудрствованию, чрезмерному самоанализу, но все это обычно не приводит к социальной дизадаптации. Декомпенсации могут наступать опять же в моменты высоких требований к чувству ответственности, например во время экзаменов. Наибольшего расцвета психастения достигает в возрасте 20-40 лет, с началом инволюции ее проявления опять ослабевают.

Главными чертами психастенического типа в подростковом возрасте являются нерешительность и склонность к рассуждательству, тревожная мнительность и любовь к самоанализу и, наконец, легкость образования обсессий — навязчивых страхов, опасений, действий, ритуалов, мыслей, представлений.

Тревожная мнительность психастенического подростка отличается от сходных черт астено-невротического и сенситивного типов. Если астено-невротическому типу присущи страх за свое здоровье (ипохондрическая направленность мнительности и тревоги), а для сенситивного типа свойственных беспокойство по поводу отношения, возможных насмешек, пересудов, неблагоприятного мнения о себе окружающих (релативная направленность мнительности и тревоги), то опасения психастеника целиком адресуются к возможному, даже к маловероятному в будущем (футуристическая направленность). Как бы чего не случилось ужасного и непоправимого, как бы не произошло какого-либо непредвиденного несчастья с ними самими, а еще страшнее с теми близкими, которым они обнаруживают патологическую привязанность. Опасности реальные и невзгоды уже случившиеся пугают куда меньше. У подростков особенно характерной бывает тревога за мать — как бы она не заболела и не умерла, хотя ее здоровье никому не внушает никаких опасений, как бы не попала в катастрофу, не погибла бы под транспортом. Если мать опаздывает с работы, где-то без предупреждения задержалась, психастенический подросток не находит себе места.

Защитой от постоянной тревоги за будущее становятся специально выдуманные приметы и ритуалы. Если, на пример, шагая в школу, обходить все люки, не наступая на их крышки, то не провалишься на экзаменах, если не дотрагиваться до ручек двери, то не заразишься и не заболеешь, если при всякой вспышке страха за мать произносить про себя самим придуманное заклинание, то с ней ничего не случится и т.п. Другой защитой становится специально выработанный педантизм и формализм. Осознанно или подсознательно психастенический подросток исходит здесь из постулата, что если все заранее предусмотреть и поступать в точном соответствии с заранее намеченным решением, то ничего плохого не случится. Педантизм психастеника отличается от такового у эпилептоида. За педантизмом последнего всегда стоят себялюбие, заботы о собственных интересах и благополучии; педантизм психастеника более надуман и формалистичен.

Нерешительность и рассуждательство у психастенического подростка идут рука об руку. Такие подростки бывают сильны на словах, но не в действиях. Всякий самостоятельный выбор, как бы малозначим он не был — например, какой фильм пойти посмотреть в воскресенье — может стать предметом долгих и мучительных колебаний. Однако уже принятое решение должно быть немедленно исполнено. Ждать психастеники не умеют, проявляя удивительное нетерпение. У психастенических подростков нередко приходится видеть реакцию гиперкомпенсации в отношении своей нерешительности и склонности к сомнениям. Эта реакция проявляется у них самоуверенными и безапелляционными суждениями, утрированной решительностью и скоропалительностью действий в моменты, когда требуется неторопливая осмотрительность и осторожность. Постигающие вследствие этого неудачи еще более усиливают нерешительность и сомнения.

Склонность к самоанализу более всего распространяется на размышления по поводу мотивов своих поступков и действий, проявляется в компании в своих ощущениях и переживаниях.

Физическое развитие психастеников обычно оставляет желать лучшего. Спорт, как и все ручные навыки, дается им плохо. Обычно у психастенических подростков особенно слабы и неловки руки при более сильных ногах. Поэтому привлечение к спорту лучше начинать с бега, прыжков, лыж и т.п., что такому подростку облегчает возможность утвердиться.

Специфически-подростковые поведенческие реакции у психастеников выражены слабо или своеобразно. Вместо реакции эмансипации нередко приходится видеть патологическую привязанность к кому-либо из членов семьи, у мальчиков — чаще к матери. Возможно эта привязанность питается несамостоятельностью и нерешительностью. Тяга к сверстникам проявляется в робких формах — места в подростковой группе им обычно не находится, если только не посчастливится попасть в компанию юных интеллектуалов. Психастенические увлечения, как правило, относятся к области интеллектуально-эстетических хобби. Даже коллекционирование более питается этими потребностями, чем страстью накопительства («Я собираю марки, чтобы изучать географию» — заявил 12-летний психастеник).

Сексуальное развитие обычно опережает общее физическое. Нередко наблюдается интенсивный онанизм, который становится источником самоугрызений и символических запретов. Может обнаруживаться также склонность к гомосексуализму.

Все описанные формы проявления подростковых нарушений поведения не свойственны психастеникам. Ни делинквентность, ни побеги из дому, ни алкоголь, ни наркотики, ни даже суицидальное поведение в трудных ситуациях нами не встречались. Их место, видимо, полностью вытеснили навязчивости, мудрствование и самоанализ.

Самооценка, несмотря на склонность к самоанализу, далеко не всегда бывает правильной. Часто выступает тенденция находить у себя самые разнообразные черты характера, включая совершенно несвойственные (например, истероидные).

В зависимости от того, как выражены психастенические явления и насколько они нарушают социальную адаптацию подростка, следует говорить о психастенической психопатии или акцентуации характера.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Читать книгу целиком

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

О ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ ПСИХАСТЕНИЧЕСКИМ (тревожно-сомневающимся) ЛЮДЯМ часть 1: psychasthenik — LiveJournal

Определенным врожденно-патологическим (психопатическим) характерам, как известно, соответствуют определенные здоровые характеры такой же структуры (рисунка), но без патологической выраженности черт этого характерологического рисунка (их называют еще «акцентуации»). Попытаюсь высветить, по возможности, в каждом случае самое существо каждого характерологического рисунка (радикала), не входя в специальную дифференциальную диагностику между психопатиями, между психопатией и душевной болезнью, между больным и здоровым (акцентуацией). В заголовках этого «характерологического букваря» вслед за названием психопатии помещаю в скобках название соответствующей ей акцентуации.
Психастеническая психопатия, или психастеники (психастеническая акцентуация)
Описаны П. Б. Ганнушкиным (1907,1933), И. П. Павловым (1935). Будучи также реалистами, они, по причине своей природной чувственной бедности, жухлости (в противовес циклоидам и эпилептои-дам), почти постоянно испытывают более или менее выраженное тревожное чувство эмоциональной измененное™ (мягкая деперсонализация), противоположное чувству естественности. С этим связана их всегдашняя тревожная неуверенность в своих чувствах, поступках с обостренным переживанием вины и понятная защитная склонность к подробным, аналитическим размышлениям по поводу того, что к кому и как они чувствуют, как поступают и что думают. Психастенический художник Клод Моне в своем страдании, как известно, застыдился своей профессиональной заинтересованности игрой красок на лице только что умершей жены, которую очень любил.— Эта неуместная заинтересованность как раз и объясняется психастенической неспособностью чувствовать естественно, переживанием своей душевной измененное™ в виде, например, эмоционального онемения, осознанной туманно-мягкой «отодвинутости» от горя в трагической ситуации. При том, что, скажем, не менее тревожный естественный циклоид обычно в подобном случае искренне переживает, плачет, и ему в это время не до анализа красок. Такого рода характерологической неестественностью объясняется и нерешительность, непрактичность психастеника в житейских делах:
чувство не подсказывает ему естественный выход из какого-то положения, а размышления, анализ нередко запутывают. Тревожная психастеническая неуверенность в себе захватывает, прежде всего, две жизненные темы: 1) неуверенность, тягостные сомнения (с ожиданием беды) по поводу своего здоровья (ипохондрические переживания) (ипохондрия — переживания по поводу своих болезней, которых на самом деле нет) и здоровья самых близких людей и 2) неуверенность нравственно-этического порядка — совестливое переживание, также наполненное сомнениями, но уже по поводу своих отношений с людьми, своих, возможно поранивших кого-то поступков. У одного и того же психастеника по временам, по обстоятельствам может главенствовать то одна тема, то другая.
Нравственные психастеники склонны мучиться нравственно-этическими переживаниями и тревогой за близких. Говоря, однако, об отношении охваченного творчеством человека к другим людям, в том числе близким, родным, важно учитывать следующее. Сосредоточенный на своем творчестве, не способный по причине психастенической инертности быстро из него вылезти, переключиться (даже когда в семье несчастье), психастеник нередко все страдания вокруг и даже страдания близких, любимых людей невольно воспринимает, больше или меньше, как материал для своего творчества. Ему трудно отвлечься от своей работы горем близких. Так, живописец, захваченный работой над картиной, как бы не слышит слов жены о том, что ребенок тяжело болен или даже уже умер, и не может прервать свою работу. Страх же собственных возможных болезней, смерти объясняется у творческого психастеника, главным образом, опасениями, что телесная катастрофа помешает ему завершить какое-то свое дело, выполнить свой душевный долг. Или психастеническая ипохондрия объясняется опасениями пребывать в беспомощном состоянии в тягость близким и т.п. Т.е., в конечном счете, и ипохондрические расстройства нередко проникнуты здесь также нравственно-этическими переживаниями, имеющими иногда безнравственную изнанку. Все это характерно и для других творческих психопатов с выраженной психастеноподобностью.
Блеклая чувственность психастеника (пищевая, сексуальная) не туманит ему голову. Практически все его душевные движения проникнуты подробным, аналитическим размышлением. Но это не мешает ему быть чеховски-теплым, заботливым.
Свойственный психастенику конфликт чувства неполноценности (сказывается неуверенностью в себе, робостью, застенчивостью и т.п.) с ранимым самолюбием может звучать в душе у различных психопатов (акцешуантов), но у психастеника (психастенического акцентуанта) этот конфликт разыгрывается на почве отмеченной выше деперсонализаци-онности («животной», подкорковой жухлости), инертно-реалистической, тревожно-аналитической мыслительное™ — ив таком виде является ядерным, составляя самое существо душевного склада.
Как и всякий застенчивый, страдающий от своей робости, стеснительности человек, психастеник, особенно молодой, приспосабливаясь к обстоятельствам, нередко стремится (в основе своей бессознательно) играть для людей свою развязно-нахальную противоположность (сверхкомпенсация). Это может звучать и в творчестве, в письмах, например, молодого психастенического прозаика (как находим это, например, у Чехова).
Телосложение — чаще астено-диспластическое: хрупкая (астеническая) узость тела сочетается с разнообразными телесными диспропорциями вследствие неправильной закладки (диспластика). Психомоторика также неловкая — нет «животной» точности, пластичности движений.
Постоянное инертное кропотливо-нравственное со склонностью к сомнениям и самообвинению копание в себе, понятно, излишне с точки зрения естественно, трезво чувствующего человека. Оно может «задушить» домашних тревожно-мелочным занудством, по-
портить жизнь близким и сослуживцам сверхпринципиальностью, сверхщепетильностью, даже иногда вырождаясь при этом практически в безнравственность. Но работа добросовестного тревожно-нравственного сомнения, пытающегося разобрать, осмыслить то, над чем обычно не задумываются люди здравого смысла, дарит нам и одухотворенно-скрупулезные исследования психастенического Дарвина, и психологическую прозу Чехова и Толстого. Толстой, конечно, эпилептически-мозаичен своим складом, но, несомненно, в этой мозаике выходит вперед богатая психастеноподобная грань. С другой стороны, переживание душевного онемения, неверности своих чувств побуждает психастеников-живописцев к оживляюще-импрессионистическим краскам. Из отечественных знаменитых психастеников (психастенических акцентуантов) отмечу Баратынского, Белинского, Чехова, Павлова, Станиславского.
Э. Кречмер не признавал психастенический характер. Он относил одних психастеников (в нашем понимании) к шизоидам, других (например, Дарвина) — к циклоидам. К шизоидам Э. Кречмер относит и Л. Толстого.
На Западе гораздо меньше психастеников, нежели в России. Если типичный западный интеллигент — шизоид (шизоидный акцентуант) или ананкаст, то типичный российский, чеховский интеллигент — психастеник (психастенический акцентуант) или человек иного характера, но все же с налетом психастеноподобности.


Классические описания психастенической психопатии и попыток лечения психастеников принадлежат отечественным исследователям П. Б. Ганнушкину, С. А. Суханову, И. П. Павлову, С. И. Кон-сторуму. Некоторые обзорно-исторические доказательства этого, моменты отграничения психастенической психопатии от психасте-ноподобных состояний (прежде всего от ананкастической психопатии), иные способы помощи психастеникам дал в других работах (М. Е. Бурно, 1971998). Интересно, что у начинающего психиатра-клинициста, поначалу принимающего за психастеника почти всякого тревожно-мнительного, застенчиво-нерешительного пациента, по мере накопления опыта все более суживается клиническое представление о психастенике, подобно тому, как само учение о психастении исторически развивалось от необъятно широкой «психастении» Жане к психастенической психопатии Ганнушкина.
Упомяну лишь несколько трудных клинических моментов, понимание которых весьма важно для насущного практического врачевания.
Суть психастенического склада — болезненный, нередко малоосознанный пациентом конфликт собственного чувства неполноценности (сказывающегося в застенчивости, робости, нерешительности и других пассивно-оборонительных реакциях) с ранимым самолюбием-честолюбием. Конфликт этот проникнут деперсонализационной чувственной блеклостью, с которой, во всяком случае отчасти, связаны неуверенность, неспособность крепко и трезво, практически чувственно стоять на земле, в том числе и двигательная неловкость. Вместе с этим и в связи с этим психастеник перегружен тревожно-мыслительной работой, в большей своей части непосредственно непродуктивной, хотя и реалистической по складу мысли и чувства. Работа эта заключается в постоянных тревожных сомнениях по поводу собственного благополучия, благополучия своих близких, собственной нравственности, сцепляющихся в тягостный самоанализ с самообвинением и ипохондрическими поисками. Следует добавить, что болезненное самолюбие-честолюбие психастеника, в отличие, например, от истерического, есть компенсаторное стремление утвердить себя не внешне, шумно-истерически, а на основе истинного самоусовершенствования:
даже маленькая незаслуженная слава тягостна ему, и, совестливый,он не способен ею увлечься. Временами в мечтах он даже судит о себе лучше, чем есть на самом деле, но чуть споткнется, как готов пассивно-оборонительно обхватить голову руками и искренне каяться в полной своей несостоятельности и никчемности. Обостренная нравственность, совестливость психастеника выражается не столько в том, что он, подобно, например, некоторым духовно-нравственным шизоидам, органически не способен с детства к дурным поступкам, сколько в том, что, даже совершая эти поступки в немалом количестве (особенно в юности), он длительно «по-нехлюдовски» мучается потом совестью и, главное, не только по поводу действительно безнравственных поступков, но и по поводу обыденной, множеством людей тут же забывающейся собственной мало-тактичности. Здесь можно говорить о болезненной нравственности, так как мука совести не адекватна содеянному. Например, в течение нескольких суток, и особенно по ночам, психастеник морально истязает себя за то, что как-то не уступил в троллейбусе место женщине с сумками. Психастенику свойственно и глубокое нравственное переживание скверных поступков других людей, нередко доходящее до нравственного припадка, подобного припадку чеховского студента в рассказе «Припадок» после посещения публичного дома. Само собой разумеется, что с годами у психастеника как защита вырабатывается стойкая система щепетильно-нравственного поведения, чтобы поменьше страдать самому с собой.
Блеклость чувственности психастеника сказывается уже в том, что он не получает столь яркого чувственного наслаждения от непосредственного соприкосновения с желанным объектом, как чувственные художественные натуры. Наслаждение психастеника сосредоточено главным образом в области его представлений, раздумий и духовных переживаний, а это возможно вдалеке от желанного объекта. Психастеник утоляет сексуальный голод не столько с художнически-чувственным, сколько с духовным переживанием. Его любовный порыв при всей своей силе и остроте (истинная фригидность у женщин такого склада не встречается), если можно так выразиться, «грубо срублен», не изобилует тонкими, сложными мелодиями, сказочными «головокружениями» и переливами, как встречаем это у чувственных художественных натур.Оргазм психастеников окутан духовной мягкостью и сравнительной деперсонализационной ясностью сознания. Приходится отметить это, поскольку многие психастеники, подозрительно изучая себя в интимной близости, считают, что никогда не получали от близости истинного наслаждения, о котором пишут в романах, и расценивают это как серьезную и позорную патологию, вызванную юношеским онанизмом, или как проявление душевной болезни. Психастеник должен знать, что это не столько недостаток, сколько особенность человека психастенического склада, как, впрочем,и его склонность глубоко вникать в свое дело, плодотворно-творчески сомневаться в том, в чем не сомневаются другие, механически запоминая и принимая на веру.
Центральный психопатологической феномен психастенической психопатии — болезненное сомнение, а не навязчивость. Болезненное сомнение отличается от навязчивости, и, в частности, от навязчивого сомнения прежде всего тем, что при болезненном сомнении, с точки зрения сомневающегося пациента, в содержании этого сомнения нет логической неверности, неразумности. Каким-то словом он, возможно, действительно обидел близкого ему человека; уплотнение, которое он обнаружил под языком, действительно, с его точки зрения, может быть раковым. Обычно он сам понимает малую вероятность своих сомнений, но, загруженный ими, мучается неопределенностью с вероятностью плохого, пока его трезво не разуверят в этом. Навязчивое же сомнение возникает обычно на иной характерологической почве, прежде всего ананкастической, и здесь пациент внутри первого же сомнения, как правило, убежден, что сомневается зря, просит подтвердить это, не требуя объяснений, не нуждаясь в доказательствах. Потому и по содержанию своему болезненные сомнения не бывают заведомо нелепыми, как многие ананкастические. Психастеник, в отличие от ананкаста, никогда не пойдет к врачу с тревожным вопросом о бешенстве, если незнакомая собака просто коснулась шерстью его брюк, пробежав мимо. Ананкаст же часто будет продолжать мучиться навязчивым сомнением, что бугорок, нащупанный во рту языком, есть сифилитический элемент, хотя ему квалифицированно разъяснили, что это слизистая или сальная железка. Если же после слов врача навязчивость ананкаста исчезает, то также не от логически-информативного разъяснения, а, возможно, от какого-то механически-суггестивного толчка. Корни бесчисленных болезненных сомнений психастеника лежат в конституционально-изначальной психастенической тревоге (тревожной готовности) — тревоге за собственное благополучие, благополучие близких и, может быть, за свое дело, если психастеник ему предан.
Психастеник с ипохондрической направленностью, затмевающей прочие сложности его бытия (трудности межличностных отношений, мучительные раздумья о смысле жизни и т.д.), постоянно, каждодневно боится смерти. Болезненная тревожность его как бы «пропитывается» «второсигнальностью», мыслью, анализом, и в результате возникает масса болезненных сомнений в немногих указанных направлениях, тогда как у тревожно-мнительного астеника обнаруживается лишь болезненная тревожная мнительность, как правило, нестойкая, поддающаяся суггестии, так как отсутствует аналитический каркас. В мнительности больше эмоций, чем мысли. Итак, психастеника нередко не оставляет мысль, подобная той,что ведь случается, что человек живет, радуется траве и солнцу, еще не зная, что в нем уже «растет рак». Подогреваемый этой тревогой, ипохондрический психастеник неустанно ищет с утра до вечера, что в нем не так, что может погубить его. Тревожно следит за своими отправлениями, осматривает, где что в теле неудобно или несимметрично, фиксирует тревожное внимание даже на крошке, прилипшей в горле. Пугается при замечаниях типа: «Ты вроде хрипишь?» Сразу при этом подозревает у себя рак горла, голосовых связок и тянется смотреть свое горло в зеркале. У психастеника с большим трудом возникает вера в то, что все будет хорошо, вообще плохо вытесняется все неугодное и неудобное личности, то есть плохо работает психологическая защита художественно-истерической структуры, и психастеник защитно тянется к информационно-разъяснительной помощи врача. Он в этом смысле противоположен человеку, которому не верится, что он может серьезно заболеть. Изматывает, мучает родных и близких просьбами посмотреть ему в рот, пощупать родинку, не затвердела ли, не увеличилась ли, и т.д. Всякое найденное им у себя «опасное отклонение» повергает его в страх с бурной, подчас вегетативной реакцией: вот оно, вот то страшное, чего он так боялся. Он вообще не может примириться с тем, что когда-нибудь, в далеком будущем умрет, как и все, не может спокойно жить сегодняшним днем. Со смертью знакомого или близкого ипохондрическая тревога обостряется, и психастеник раздражает близких постоянными, нескончаемыми разговорами о возможной своей смерти и прощальными завещаниями. Соматическая ослабленность, недосыпание, колебания атмосферного давления усугубляют тревожность-ипохондричность, увеличивают число «находок», но и в таком случае трезвое, основательное разуверение всегда помогает, разрушает данное болезненное сомнение. Следует отметить, что даже без врачебного разуверения психастеник успокаивается, отмечая со временем, что его родимое пятно не превратилось в меланому. Это еще раз подтверждает особую, в отличие от навязчивости, психопатологическую структуру болезненного сомнения: болезненность заключается здесь в почти постоянном тревожном ожидании беды, громадном преувеличении вероятности заболевания. Нервно-артритическая конституция (обычная у психастеников) с непременной вегетативной неустойчивостью дает возможность почти постоянно испытывать, особенно при нацеленном внимании, сенсорные и вегетативные «спотыкания» (аэрофагия с отрыжкой, глоссальгия, миальгия, парестезии и т.д.), что, несомненно, является богатой почвой для произрастания болезненных сомнений.
Психастеник, понятно, больше боится той болезни, которая больше грозит смертью. При ананкастической же ипохондрии навязчивые опасения и страхи, как правило, не имеют под собой истинного страха смерти, и потому ананкаст, как правило, не склонный к болезненным сомнениям, способен навязчиво бояться сифилиса (страх страха сифилиса) и в то же время быть сравнительно спокойным, узнав, что у него подозревают- злокачественную опухоль.
Итак, болезненное сомнение питается тревожностью, но в отличие от навязчивости и болезненной тревожной мнительности аналитично в своем ядре, проникнуто логическим поиском, что и дает блестящую возможность терапии разъяснением. Нередко психастенические сомнения-размышления философского и нравственного порядка, не содержащие острых тревог, направленные на поиски смысла жизни и собственного места в жизни, вроде тех, которым предается толстовский Пьер Безухов, отнюдь не тягостны для пациента и не являются, в сущности, болезненными. Психастеник нередко не без удовольствия погружается в них в поисках определенности знания о мире, смягчающей его тревожность.
Вообще можно сказать, что в большинстве случаев, чем интеллектуальнее, зрелее, старше психастеник, тем слабее в нем переживание своей застенчивости, вообще неполноценности, поскольку он обычно постепенно добивается немалого в жизни. Все это, однако, отнюдь не избавляет его от ипохондрических страданий и трудностей в межличностных отношениях с чуждыми ему натурами, трудностей, связанных прежде всего с его подчас непомерной обидчивостью, подозрительностью, в основе которых также лежит болезненное сомнение со всеми его свойствами, но уже не ипохондрического, а этически-межличностного содержания.
Есть несколько ведущих значимых комплексов переживаний психастеника, лежащих в основе многих его межличностных конфликтов и, следовательно, декомпенсаций. Психастеник настолько не хочет быть кому-то в тягость, что при соответствующих обстоятельствах, например, решительно и сразу расстается и с женой, и с работой. Ему нередко невыносимо трудно жить одному, одиночество гнетет его до такой степени, что он готов, например, вдруг жениться на ком угодно, чтобы не оставаться одиноким в ближайшие вечера. С деликатностью, осторожностью психастеника и даже излишней его щепетильностью нередко сосуществует (видимо, как компенсаторный момент) излишняя аффективная, раздражительная категоричность, противоположная сангвинической живой гибкости, позволяющей даже в трудных конфликтных ситуациях в отношениях с неприятными людьми сохранять достаточную мягкость.
Важная особенность психастенической эмоциональности состоит в том, что психастеник способен искренне и глубоко переживать засебя, за своих близких, за свое дело, за любого человека, с которым есть духовное созвучие, за несчастных, в частности за животных, на месте которых способен себя представить, но по отношению же ко всему прочему, при всей своей глубокой щепетильности и нравственности, психастеник может ощущать эмоциональную «прохладность», которая сказывается, например, в неспособности искренне пожелать помочь даже симпатичному ему человеку, попавшему в беду, или в неспособности глубоко и долго переживать смерть близкого человека, с которым, однако, не было духовного родства. Таким образом, внутренняя отзывчивость психастеника весьма избирательна.
Эмоциональная притупленность, деперсонализационные «прохладность», душевное онемение психастеника в стрессовой ситуации, как и неспособность испытывать естественное, искреннее чувство, соответствующее обстоятельствам (феномен, описанный еще Жане),— все это есть моменты индивидуальной психастенической психологической защиты (Рожнов В. Е. и Бурно М. Е., 1976). Психастеник, остро страдающий в пределах своих значимых переживаний, «разрушился» бы, если бы страдал так и за пределами значимых переживаний, по всем поводам.
Отсутствие у психастеника способности непосредственно переживать и выражать свои чувства, такой живой и яркой, например, у сангвинических и циклоидных натур, может создать впечатление сухости в отношении к людям, тогда как на самом деле это не истинная сухость, а защитная притупленность со стыдливым пониманием и переживанием этой притупленности или способность иногда сдерживать некоторые свои эмоции. При внимательном общении с психастеником обнаруживаются духовная гибкость, теплое, мягкое обаяние, излучаемое сквозь эту сухость и даже внешнюю суровость.
Свойственны психастенику, особенно в юности, и истинные элементарные навязчивости (навязчивое движение шеей, будто воротник жмет, навязчивое подергивание плечами, желание считать предметы, навязчивое выдергивание волос, выдавливание прыщиков, неодолимое желание сковырнуть всякую корку и другую неровность на коже и т.д.) Навязчивости не отличаются здесь стойкостью, в отличие от подобных навязчивостей, возникших на характерологически-астенической и шизоидной почве.

Психотерапия психастеников с жалобами на характерологические трудности, болезненность общения с людьми

Главный принцип лечения таких пациентов заключается в известной формуле: «Познай самого себя». Жизнь убеждает в том, что у врача-психиатра истинно психастенического склада характерологически-поведенческих (неипохондрических!) трудностей во много раз меньше, чем у него же до того, как он стал психиатром. Объясняется это тем, что, во-первых, мучительная для психастеника неопределенность, усиливающая тревожность, ослабевает от более определенного знания собственных душевных механизмов. Когда психастеник может предвидеть характер своих переживаний и поступков в определенных ситуациях, ему уже легче.
«Эмоция возникает в ситуации неопределенного прогноза как подотовка организма к разнообразным действиям, которые могут понадобиться» (Фейгенберг И. М., 1972). Во-вторых, психастеник, изучивший психастенический склад с его нередко отличительно-высокими мыслительными, нравственными свойствами и сравнительно! слабой «инструментально-багажной» частью ума (память, объем знаий, сообразительность и т.д.), познавший, что инертность и за стенчивость не такой уж дефект, сомнение — не глупость, а отсутствие восторженности — не тупость души, изучивший гениальны^ проявления психастенической личности (Дарвин, Чехов, Павлов),, чувствует себя гораздо увереннее, способен по-настоящему уважать свой характер, опираясь на научные факты. В-третьих, психиатр-психастеник знает не только собственную личностную структуру, но и другие характерологические варианты. Он может предвидеть не только собственные переживания и поступки, но также переживания I поступки других людей, с которыми имеет дело, способен принимал их такими, какие они есть, без попыток радикальной личностной реконструкции, не требуя от людей иного душевного склада того, что требует от себя. Он понимает, что «плохих» людей намного меньше, чем считал раньше, что разные характеры дополняют друг друга. В то же время он отчетливее усматривает в досаждающих ем^ людях поверхностность, жадность, циничную беспринципиальностй и т.п.— и нет уже того переживания, которое было бы, если бы он их высоко ценил. Ф. В. Бассин, В. Е. Рожнов, М. А. Рожнова (19741 замечают в этом смысле, что «ощущение униженности исчезает, еош «обесценивается» личность обидчика».
А. И. Ющенко (1937) писал: «Необходимо широкое знакомстве с учением о психоневрозах в массах. Приведу один поучительный факт. За последние 3 года больше тысячи больных-невротиков прошли через клинику неврозов и психоневрозов Украинской психоневрологической академии. Из тысячи прошедших больных были люди всякой нации, всякого пола, возраста, социального положения Меньше всего было врачей и ни одного психоневролога».
Таким образом, сделаться психиатром-психотерапевтом было бьг идеалом психотерапии для психастеника с характерологически-поведенческими трудностями. Разумеется, было бы смешно и нелепое советовать всем молодым психастеникам избирать своей профессией психиатрию. Однако отмеченный факт свидетельствует о том, что основным в рациональной психотерапевтической работе с психастеником должно быть стремление помочь ему разобраться, насколько это возможно, в собственном личностном складе и в типологии личностей вообще. Психастеники, в силу своей личностной структуры, настолько увлекаются этими лечебными занятиями (лекции врачей, групповые беседы, чтение научной и художественной литературы с обсуждением один на один с врачом или в группе, например, работ Ганнушкина, Павлова или переживаний и поведения психастенических героев Толстого и Чехова), они настолько тонко и живо воспринимают психастенические моменты, например, в автобиографии Дарвина и воспоминаниях о нем, что иное отношение к этому делу, думается, должно дифференциально-диагностически настораживать. В основном это, конечно, долгая амбулаторная работа, снимающая с психастеника тягостные для него душевные грузы, преобразующая его отношение к себе и людям, освобождающая его подчас высокие творческие возможности, а значит, приносящая врачу радостное удовлетворение. Работа эта требует, однако, вдохновения, творчества. Потому не даю здесь подробных рецептов, отмечу лишь, что основы некоторых наших психологически-просветительных лекций для пациентов и широкой аудитории приведены в брошюре «Психопатии» (1976).
Такого рода психотерапевтическая работа в конце концов совершает перестройку душевной жизни психастеника в том смысле, что он начинает жить радостно, творчески выражая свою душевную особенность в делах своей жизни. Всякий человек получает и удовольствие и облегчение в творческом самовыражении, но если, например, ювенильно-сангвиническая «врожденная хозяюшка» самовыражается с радостной легкостью на кухне, то психастеник, сообразно своему духовно-мыслительному складу, бессознательно тянется прежде всего к сугубо духовному, интеллектуальному самовыражению, творчеству, и без этого пребывает нередко в декомпенсации, мучается душевной несобранностью, раздерганностыо и суетой. Психастеника трудно научить уважать в себе психастеническое, когда в силу сложившихся обстоятельств он не имеет возможности творчески выражать себя, свои особенности в любимом деле и вследствие этого не может убедиться в силе и общественной полезности некоторых своих свойств. Так, женщина психастенического склада, вынужденная заниматься домашним хозяйством, раздражается и испытывает горькое разочарование от «кухонной помойки», «постоянной стирки, глажки». На что ей творческие сомнения и нравственные искания, когда чашки валятся из моторно-неловких рук?Психотерапия психастенической ипохондрии

Все о психастениках и для психастеников’s Journal

? LiveJournal
  • Find more
    • Communities
    • RSS Reader
  • Shop
  • Help
Login
  • Login
  • CREATE BLOG Join
  • English (en)
    • English (en)
    • Русский (ru)
    • Українська (uk)
    • Français (fr)
    • Português (pt)
    • español (es)
    • Deutsch (de)
    • Italiano (it)
    • Беларуская (be)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *