Монетаризм это в экономике: Монетаризм в экономике — виды, история

Автор: | 01.06.2021

Содержание

МОНЕТАРИЗМ — это… Что такое МОНЕТАРИЗМ?

  • Монетаризм — (monetarism) Школа экономической мысли, которая ставит деньги в центр макроэкономической политики (macroeconomics). Основанная на количественной теории денег (quantity theory of money) и впервые сформулированная шотландским философом Дэвидом… …   Словарь бизнес-терминов

  • МОНЕТАРИЗМ — экономическая теория, рассматривает денежную массу, находящуюся в обращении, как определяющий фактор в формировании хозяйственной конъюнктуры. Монетаризм устанавливает причинную связь между изменениями количества денег и величиной ВВП. Монетаризм …   Большой Энциклопедический словарь

  • МОНЕТАРИЗМ — (monetarism) Школа в экономической науке, которая ставит деньги в центр макроэкономической политики. Основанная на количественной теории денег (quantity theory of money), она связывает уровень цен с количеством денег в народном хозяйстве.… …   Финансовый словарь

  • Монетаризм — – экономическая теория и научная школа, представители которой считают, что деньги являются главной силой, действующей на все экономические процессы. Монетаризм – одна из ветвей неоклассицизма в экономике. С точки зрения монетаризма вмешательство… …   Банковская энциклопедия

  • МОНЕТАРИЗМ — МОНЕТАРИЗМ, экономическая теория, рассматривающая денежную массу, находящуюся в обращении, как определяющий фактор в формировании хозяйственной конъюнктуры и исследующая зависимость между изменениями количества денег и величиной валового… …   Современная энциклопедия

  • монетаризм — а, мн. нет, ж. (фр. monétarisme …   Словарь иностранных слов русского языка

  • МОНЕТАРИЗМ — (monetarism) Экономическое учение, утверждающее, что изменения в количестве денег, поступающих в экономику, порождают изменения в общем уровне цен. Вместе с тем особо подчеркивается необходимость минимального вмешательства в экономику со стороны… …   Политология. Словарь.

  • монетаризм — а, м. monétarisme < monétaire денежный, финансовый. экон., фин. Экономическая теория, согласно которой денежная масса, находящаяся в обращении, играет решающую роль в проводимой государством экономической политике. Крысин 1998. Если… …   Исторический словарь галлицизмов русского языка

  • Монетаризм — [monetarism] направление экономической мысли, ставящее во главу угла в изучении экономических процессов влияние денег («денежного сектора экономики«) на течение этих процессов. Сторонники этого направления развили количественную теорию… …   Экономико-математический словарь

  • монетаризм — Теория, согласно которой уровень экономической активности может контролироваться путем регулирования денежной массы …   Словарь по географии

  • Монетаризм курсовая по экономической теории

    Введение Монетаризм — школа экономической мысли, отводящая деньгам определяющую роль в колебательном движении экономики. Монетарный — значит денежный (money — деньги, monetary — денежный). Главную причину нестабильности экономики представители этой школы усматривают в неустойчивости денежных параметров1. В центре внимания монетаристов находятся денежные категории, денежно-кредитные инструменты, банковская система, денежно-кредитная политика. Они рассматривают эти процессы и категории для выявления связи между объемом денежной массы и уровнем совокупного дохода. По их мнению, банки — ведущий инструмент регулирования, при непосредственном участии которого изменения на денежном рынке трансформируются в изменения на рынке товаров и услуг2. Можно сказать, что монетаризм — это наука о деньгах и их роли в процессе воспроизводства. Это теория, обосновывающая специфические методы регулирования экономики с помощью денежно-кредитных инструментов. Монетаризм представляет собой одно из наиболее влиятельных течений в современной экономической науке, относящееся к неоклассическому направлению.

    Он рассматривает явления хозяйственной жизни преимущественно под углом зрения процессов, протекающих в сфере денежного обращения3. 1 Бункин М.К. Монетаризм. М: АО «ДИС», 1994. 2 Курс экономики: Учебник/ Под ред. Б.А. Райзберга. – М.: ИНФРА-М, 2001. 3 Бункин М.К. Монетаризм. М.: АО «ДИС», 1994. 3 1. Сущность монетаризма Монетаризм – экономическая теория, в соответствии с которой денежная масса, находящаяся в обращении, играет определяющую роль в стабилизации и развитии рыночной экономики4. Монетаризм – альтернативная кейнсианству экономическая теория, согласно которой совокупный объем продукта и уровень цен изменяются в зависимости от изменения предложения денег; и, следовательно, достижение безинфляционного роста экономики требует контроля за обращаемой денежной массой. Термин «монетаризм» имеет и второе значение. Часто в экономической литературе им обозначают антиинфляционную политику государства, которая прошла апробацию в ряде промышленно развитых стран мира (США, Великобритании и др.) в 80-е гг. XX в. Отдельные ее положения принесли ощутимый успех в борьбе с инфляционными процессами. Антиинфляционная программа предусматривала установление высокого банковского процента, прекращение роста заработной платы и даже ее снижение. С этой целью предлагалось поддерживать безработицу на достаточно высоком уровне. Монетаризм – одно из основных течений современного неоконсерватизма, которое сформировалось наряду с теорией предложения в 50-70-е гг. XX в. Термин «монетаризм» ввел в 1968 г. американский экономист К. Брене с целью выделить денежную массу в качестве ключевого фактора, определяющего экономическую конъюнктуру. Оно имеет, однако, давние исторические корни, которые уходят в XVIII век, ко временам классиков — А. Смита, Д. Рикардо, Ж. Б. Сея, Д. Юма, и представляет собой доктрину «неоклассического возрождения»5. Монетаризм представляет собой одно из наиболее влиятельных течений в современной экономической науке, относящееся к неоклассическому направлению. Он рассматривает явления хозяйственной жизни 4 А.
    И. Михайлушкин. П.Д. Шимко. Основы экономики./ Уч. пособие. – СПб.: Издательский дом «Бизнес- пресса», 2001. 5 Костюк В.Н. История экономических учений. М.: ОАО «Дата», 1997. 4 4. Отличие конечного состояния от процесса перехода в это состояние демонстрирует разницу между долгосрочной статикой и краткосрочной динамикой. 5. Смысл понятия «реальный запас денег» и его роль в процессе перехода от одного стационарного состояния равновесия к другому8. Монетаристская концепция опирается на количественную теорию денег, хотя ее интерпретация несколько отличается от традиционной. Количественная теория говорит о том, что существует прямая связь между количеством денег и уровнем цен, что цены определяются количеством денег, находящихся в обращении, а покупательная способность денег обусловливается уровнем цен. Увеличивается денежная масса — растут цены. И наоборот, сокращается денежная масса — снижаются цены. При прочих равных условиях товарные цены изменяются пропорционально количеству денег. Монетаристы исходят из того, что главная функция денег — служить финансовой основой и важнейшим стимулятором экономического развития. Регулирование денежной массы через систему банков воздействует на распределение ресурсов между отраслями, способствует техническому прогрессу, поддержанию экономической активности9. Денежным инструментом следует пользоваться осторожно. Если происходит относительно небольшое увеличение количества денег в обращении и соответственно повышение цен, согласуемые с темпом экономического роста, то создаются необходимые предпосылки для равновесия между денежным и товарным секторами. Если цены растут быстро, то развертывается неконтролируемая инфляция. Снижается покупательная сила денег. Потребность в них возрастает, ибо увеличивается объем товарооборота (в номинальном выражении). Нехватка денежных средств может привести к кризису платежей и расчетов10. 8 Макконелл К.Р., Брю С.Л. Экономикс: Принципы, проблемы и политика. — М.: «ИНФРА-М», 1996. 9 Ядгаров Я.С. История экономических учений.
    – М.: «Инфра-М», 1997. 10 Фридмен М. Если бы деньги заговорили. – М.: Дело, 1998. 7 Согласно представлениям монетаристов, инфляция — чисто денежное явление. По словам Фридмена, «центральным актом является то, что инфляция всегда и везде представляет собой денежный феномен». Причина инфляции — избыток денежной массы, «много денег — мало товаров». Изменения в спросе на деньги обычно возникают как реакция на происходящие процессы, на рыночную ситуацию, перемены в сфере хозяйственной политики. Монетаристы различают две разновидности инфляции: ожидаемую (нормальную) и непредвиденную (не соответствующую прогнозам и представлениям участников экономического процесса). При ожидаемой инфляции создаются предпосылки для достижения равновесия на рынках товаров и услуг: темп роста цен соответствует ожиданиям и расчетам людей. Государство в той или иной форме информирует о предполагаемом росте цен, скажем, на 3% в год, и к этому приспосабливаются производители, продавцы, покупатели. Иное дело, если темп инфляции выходит за границы ожидаемого. Резкий рост цен сопровождается различными нарушениями, отклонениями от привычного ритма хозяйственной деятельности11. М. Фридмен высказывал свое отрицательное отношение к регулированию цен, к сдерживанию роста цен. Он утверждал, что контроль над ценами и заработной платой не способен устранить инфляцию. Денежная политика должна быть направлена на достижение соответствия между спросом на деньги и их предложением. Рост денежного предложения (процент прироста денег) должен быть таким, чтобы обеспечивалась стабильность цен. Фридмен исходит из того, что маневрировать с различными показателями прироста денег весьма сложно12. 11 Ховард К. Эриашвили Н.Д. Никитин А.М.Экономическая теория: Учебник для вузов. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2000. 12 Гайгер, Линвуд Т. Макроэкономическая теория и переходная экономика. М.: «ИНФРА-М», 1996. 8 Прогнозы центрального банка нередко ошибочны. Трудно, а скорее, и невозможно выяснить, какие именно факторы оказывают воздействие на экономическое развитие.
    Принимаемые решения, как правило, запаздывают13. «Если рассматривать кредитно-финансовую область — в большинстве случаев скорее всего будет принято неправильное решение, поскольку принимающие решение рассматривают лишь ограниченную область и не принимают во внимание совокупность последствий всей политики в целом», — писал Фридмен. По его мнению, центральному банку следует отказаться от конъюнктурной политики краткосрочного регулирования и перейти к политике долгосрочного воздействия на экономику, постепенного увеличения денежной массы14. Денежная масса влияет не на реальный, а на номинальный ВНП. Монетарные факторы «работают» на ценовые, стоимостные показатели. Поэтому под воздействием количественного роста денег происходит рост цен, а не увеличение реального объема общественного продукта. Это обстоятельство должно учитываться при выработке практических рекомендаций15. 13 Гусейнов В.Н. История экономических учений. — Новосибирск: СибУПК, 1997. 14 Фридмен М. Если бы деньги заговорили. – М.: Дело, 1998. 15 Фридмен М. Шварц А. История монетаризма в США. 1867 – 1960. – М.: ТетраСистем, 1999. 9 краха системы фиксированных валютных курсов. Последовавшее за этим резкое увеличение стоимости золотых резервов центральных банков привело к усилению нестабильности внутреннего денежного обращения и валютных курсов18. Эконометрические исследования. В 1970 г. в журнале, издающемся Федеральным банком г. Сент-Луиса, была опубликована статья, в которой излагалась эконометрическая модель, описывающая воздействие кредитно- денежной политики на экономику в духе монетаризма. Эта модель противостояла построенной примерно в то же время совместными усилиями экономистов из Совета управляющих Федеральной резервной системы и Массачусетсского технологического института эконометрической модели FRS- MIT, которая отражала кейнсианское видение механизма воздействия денег на экономику. Сент-луисская модель представляла систему из восьми приведенных уравнений. Экзогенные переменные модели: масса денег в обращении, правительственные расходы на поддержание занятости, потенциальный уровень производства, прошлые темпы инфляции; эндогенные — изменение совокупных расходов, избыточный спрос, изменения уровня производства, текущий темп инфляции (зависит от величины избыточного спроса), ожидаемые изменения уровня цен (задаются как адаптивные ожидания), расхождения между достигнутым и потенциальным обменом производства, уровень безработицы, процентные ставки (зависят от изменений массы денег, цен и их ожиданий)19.
    Модель номинального дохода. Параллельно с эконометрическими исследованиями создавалась и теоретическая основа монетаризма — модель номинального дохода Фридмена. Принципиальное значение в модели имеют два механизма: воздействия денег на процент, а через него на ожидаемое изменение номинального дохода, и 18 Гусейнов В.Н. История экономических учений. – Новосибирс: СибУПК, 1997. 19 Бартнев С.А. Экономические теории и школы (история и современность): Курс лекций. – М.: Издательство БЕК, 1996. 12 адаптации, отражающий способность системы адаптироваться к отклонениям номинального дохода от ожидаемого его уровня. Оба эти механизма во взаимодействии и определяют траекторию краткосрочного движения. Модель ничего не говорит о влиянии денег на цены и уровень производства в отдельности. Этот аспект был рассмотрен в рамках так называемой теоремы об ускорении, которая явилась обобщением модели номинального дохода. Фридмен ввел функции, описывающие изменения цен и реального дохода. Переменными этих функций являлись: изменения номинального дохода, ожидаемых цен и ожидаемого реального дохода, а также реального дохода и его ожидаемого значения. При некоторых упрощающих предположениях можно ожидать, что данная система будет описывать затухающий колебательный процесс, т.е. когда воздействие одноразового увеличения денежной массы прекращается, через некоторое время экономика возвращается на траекторию устойчивого роста. Колебания возобновляются, когда системе сообщается новый импульс в виде ускоренного роста денежной массы. Иными словами, для того чтобы денежная политика влияла на реальное производство, необходимо увеличивать массу денег возрастающим темпом. В этом и состоит теорема об ускорении20. Попытка структурного подхода. Ограниченность модели номинального дохода, по мнению некоторых монетаристов, связана, прежде всего, с тем, что эта модель не учитывает структурные сдвиги на рынке ссудного капитала, которые неизбежны при проведении кредитно-денежных мероприятий. Речь идет, прежде всего, о влиянии этих мероприятий на структуру процентных ставок, а через них — на совокупные расходы и их структуру. Особое внимание этой проблеме уделено в модели Бруннера-Мелцера. В этой модели авторы исследовали эффект роста правительственных расходов в зависимости от того, как он финансируется: через увеличение предложения 20 Титова Е.Н. История экономических учений. – М.: Гуманитарный издательский центр «ВЛАДОС», 1997. 13 денег или выпуск облигаций. Согласно этой модели рост правительственных расходов, осуществляемый через банковскую систему, т.е. посредством эмиссии, вызывает увеличение реальных кассовых остатков, что ведет к росту расходов и номинальных доходов. В коротком периоде рост номинальных доходов приводит к увеличению реальных доходов, а впоследствии — к росту цен и процентных ставок. Если расходы финансируются за счет выпуска облигаций, рыночная стоимость ценных бумаг понижается, процентные ставки растут и изменяется их структура, происходит изменение стоимости активов, находящихся у экономических субъектов, а следовательно, изменяется их спрос, однако уже через эффект богатства, а не реальных кассовых остатков, как в первом случае. Теоретически оба способа финансирования правительственных расходов одинаково действенны. Однако проведенные Мелцером и Брукнером расчеты показали, что в первом случае эффект значительнее21. Кривая Филлипса и ее интерпретация монетаристами. Важной геометрической интерпретацией теоремы об ускорении стала гипотеза о сдвигающихся кривых Филлипса, выражающая зависимость между темпом инфляции и уровнем безработицы. С помощью гипотезы о сдвигающейся кривой Филлипса Фридмен хотел показать возможность отклонения величины безработицы от естественного уровня и одновременно продемонстрировать временный характер такой ситуации. Эта гипотеза давала ему также возможность объяснить одновременное существование инфляции и безработицы. Он опирался на два положения: о естественном уровне занятости (безработицы), который не зависит от проводимой денежной политики (от изменения массы денег), и об адаптивном характере ожиданий22. 21 Бартнев С.А. История экономических учений. – М.: Юрист, 2001. 22 Фридмен М. Шварц А. История монетаризма в США. 1867 – 1960. – М.: ТетраСистем, 1999. 14 3. Возможности реализации в современной экономике Высшей и конечной целью монетарной политики государства является обеспечение стабильности цен, полной занятости и роста реального объема ВНП. Проводником монетарной политики является центральный банк страны. Объекты политики – предложение и спрос на денежном рынке26. Предложение денег – это общее количество денег, находящееся в обращении. Спрос на деньги состоит из спроса на деньги как средство обращения (или деловой, операционный спрос для совершения сделок) и как средство для сохранения стоимости. Общий спрос определяется уровнем номинального ВНП. Операционный спрос не зависит от процентной ставки ЦБ. Спрос на деньги как средство сохранения стоимости зависит от величины номинальной ставки. Графически денежный рынок представляется следующим образом: Рис. 2 где D – спрос денег на рынке, S – предложение денег, E – равновесная ставка % или цена денег, M – деньги в обращении, % — процентная ставка. Рис. 3 Если предложение выросло, то ставка процента снижается. Люди стремятся уменьшить количество денежных запасов путем покупки других финансовых активов (облигаций, например). Спрос на них растет, цены увеличиваются, процентная ставка или альтернативная стоимость хранения не 26 Гайгер. Линвуд Т. Макроэкономическая теория и переходная экономика. – М.: «Туран», 1996. D S E % M D S E % M E1 S1 18 приносит прежнего дохода. Ликвидность становится менее дорогой. Вследствие чего население и фирмы увеличивают количество наличности и чековых вкладов, которые они готовы держать на руках и восстанавливается равновесие на денежном рынке при большем предложении денег и меньшем проценте. Рис. 4 Если спрос на деньги вырос, то процентная ставка повышается. Это может быть из-за роста номинального ВНП. Т.е. население и фирмы хотят держать больше активов в виде наличных денег и чековых вкладов, продавая облигации. При неизменном предложении денег равновесие может быть установлено поднятием процентной ставки27. При проведении монетарной политики центральный банк может использовать следующие инструменты: 1. за счет операций на открытом рынке, т.е. на вторичном рынке казначейских бумаг. ЦБ может скупать или продавать ценные бумаги. Тем самым можно увеличивать или уменьшать спрос на деньги. 2. политика учетной ставки, т.е. регулируется процент по займам коммерческих банков у центрального банка. 3. изменение норматива обязательных резервов. Это наибольший по эффективности инструмент28. Монетарная политика действует в краткосрочном периоде. С точки зрения кейнсианцев основа монетарной политики – уровень процентной ставки. С точки зрения монетаристов – сам уровень предложения денег. В то же время монетаристский подход, который имеет достаточно строгие логические основания в условиях нормальных рыночных экономик, выглядит весьма странным особенно в странах бывшего соцлагеря. Можно и на цифрах, и 27 Курс экономики: Учебник./ Под ред. Б.А. Райзберга. – М.:ИНФРА-М, 2001. 28 Макконелл К.Р. Брю С.Л. Экономикс: Принципы, проблемы и политика. – М.: «Туран», 1996. D S E % M E1 D1 19 на жизненных примерах показывать, как ужесточение монетарной политики в данных условиях вело не столько к ограничению инфляции, сколько к прогрессирующему «дефициту денег». Точно так же можно на цифрах продемонстрировать, как сокращение государственных расходов приводило к тому, к чему оно в нормальных условиях приводить не может: к примерно такому же, а иногда и еще большему сокращению доходов бюджета. Это являлось следствием того, что в таких условиях урезание расходов провоцировало распространение бартерных сделок и неплатежей, чего не должно происходить в функционирующих по стандартным правилам рыночных экономиках.29 М. Фридмен, строя свои выводы о зависимости динамики цен и экономической стабильности от предложения денег высокой эффективности (т.е. от эмиссии центральных банков), опирается на данные за вековой период; в то же время он подчеркивает, что к коротким периодам времени его выводы не относятся. Внутри короткого периода времени решающими факторами экономической динамики являются ставка процента и уровень доходов (прежде всего — заработной платы). Капитализм некоторых стран не располагает вековой историей, в различных экономиках последнего десятилетия короткие периоды усиления и ослабления спада сменяют друг друга. Теория Фридмена, очевидно, имеет в виду развитое, устоявшееся капиталистическое общество, со сложившимися вековыми тенденциями. К кризисной экономике переходного типа она явно неприменима. Далее М. Фридмен полагает, что в обществе существует сложившийся, привычный уровень дохода для основной массы индивидов, который обусловливает устойчивость ожиданий — ценовых, процентных, ожиданий будущих доходов; на основе устойчивых ожиданий складывается стабильный спрос на деньги. В кризисной экономике и эта предпосылка монетаризма отсутствует. Уровень цен и доходов подвержен резким и частым изменениям, ожидания индивидов и фирм неустойчивы30. 29 Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. – М.: Изд-во МГУ, 1994. 30 Макроэкономика. Учебное пособие./ Под ред. Бункина М.К. – М.: ООО «Хатбер», 1998. 20 Великобритании, Канаде, Внедрение их в других странах тормозится отсутствием там достаточно широкого и активного рынка государственных облигаций; с 50-х годов применяются в ФРГ, Нидерландах, Японии, скандинавских странах32. Изменение норм обязательных резервов, хранимых кредитными учреждениями в центральном банке, — метод прямого воздействия на величину банковских резервов. Впервые этот метод был введен в США в 1933 г. Ныне он используется во многих странах. В дополнение к общим методам денежно- кредитного регулирования в практике центральных банков применяются селективные. Кредитно-денежная политика монетарных властей реально может иметь дело лишь с процессами, протекающими на коротком отрезке времени, причем в условиях кризиса. Именно таков подход к анализу экономических процессов, развитый Дж. М. Кейнсом. Идеи Кейнса, интерпретированные Дж. Р. Хиксом в духе неоклассической школы, получили воплощение в знаменитой модели LS-LM (investment-saving- liguidity-money). Основные зависимости, описываемые этой моделью, это обратная зависимость национального дохода от процента в реальном секторе экономики (чем ниже процент, тем выше инвестиции и национальный доход, причем инвестиции определенно равны сбережениям), и прямая зависимость процента от национального дохода в денежном секторе экономики (чем выше национальный доход при заданной денежной массе, тем больше денег необходимо для обслуживания трансакций, тем меньше денег может поступать на спекулятивные рынки, тем выше ставка процента). Главный вывод из модели IS-LM заключается в том, что увеличение денежной массы относительно достигнутого уровня национального дохода позволяет снизить равновесную ставку процента и добиться увеличения национального дохода. 32 Курс экономики: Учебник./ Под ред. Б.А. Райзберга. – М.: ИНФРА-М, 2001. 23 Если в реальном секторе модель IS-LM постулирует равенство инвестиций и сбережений, то в денежном секторе эта модель постулирует автоматическое первоначальное поступление денег на обслуживание трансакций, и лишь избытка денежной массы сверх необходимых трансакций — на спекулятивные рынки. Возможность инвестирования сбережений и нехватки денег для обслуживания трансакций априори исключается, что может противоречить реалиям экономики некоторых стран33. 33 А.И. Михайлушкин. П.Д. Шимко. Основы экономики./Учебное пособие. – СПб.: Издательский дом «Бизнес- пресса», 2001. 24 Заключение Монетаризм приобрел популярность в 70-х гг., когда проявилась несостоятельность кейнсианских методов обеспечения высокой занятости и преодоления инфляции. Причину экономической нестабильности монетаристская теория усматривает в нарушениях функционирования денежного сектора, в чрезмерном росте денежной массы. Положения и выводы монетаристской школы опираются на количественную теорию денег, признание способности рыночной экономики к саморегулированию. Подчеркивается исключительная роль денег — особого товара, позволяющего максимизировать доходы от других видов активов. М. Фридмен и его последователи исходят из того, что между ростом денежной массы и динамикой национального дохода существуеттесная корреляционная связь. Она наиболее рельефно проявляется в рамках долгосрочного периода. В пределах одного хозяйственного цикла изменения в темпах роста денежной массы и номинального дохода происходят с разрывом во времени в несколько месяцев. Наличие временных лагов говорит о неэффективности краткосрочных методов регулирования. В отличие от кейнсианских взглядов монетаристская теория исходит из признания устойчивого спроса на деньги, являющегося главным условием устойчивости платежеспособного спроса и рыночной системы в целом. Предпочтение отдается денежно-кредитной политике. Рецепт монетаристов заключается в том, что денежная масса должна постоянно расти с неизменной скоростью, соответствующей темпу роста производства (денежное правило Фридмена). Как показала практика, бездумное использование монетаристских рецептов не способно обеспечить решение задач переходного периода. Теория монетаристов не должна рассматриваться как универсальная. Рекомендации монетаристов следует использовать с учетом реальных условий, в сочетании с другими мерами экономической политики. 25 Содержание Введение 4 1. Сущность монетаризма 5 2. Эволюция монетаризма 11 3. Возможности реализации в современной экономике 18 Заключение 25 Литература 26 5 МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ БЕЛОРУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ филиал в г. Пинске Курсовая работа По предмету: Макроэкономика На тему: МОНЕТАРИЗМ Выполнил И.В. Саганович Руководитель М.В. Бокша Пинск 2005 6 Реферат Курсовая работа выполнена студенткой Саганович Ириной Васильевной. Тема курсовой работы: Монетаризм: сущность монетаризма, эволюция монетаризма и возможности реализации в современной экономике. Объем работы – 25 листов. 7

    Теория монетаризма и переходная экономика Текст научной статьи по специальности «Экономика и бизнес»

    представляющее собой не произвольную совокупность, а взаимосвязанные элементы в определенной целостности, экономические показатели призваны выражать конечный результат с учетом всех фаз воспроизводственного процесса. ОИ ЭКОЛОГИЗАТСИЯИ ИЦТИСОДИЁТ

    Дар мацола бархе муаммоуои экологй, ки чй дар Чумуурии Тоцикистон ва чй дар манотици мухталифи цауон дар даусолауои охир ба миён омадаанд, таулилу баррасй гардида, баури рафъи зараруои ицтисодй ва умуман оцибатуои манфии онуо пешниуодуои мушаххаси моуияти илмидошта баён гардидаанд.

    ORIFOV A.

    ZOKIROV R.

    SOME ECOLOGY PROBLEMS OF ECONOMY

    Ecological problems occurred the last decades in Tajikistan and all over the world and concrete recommendations of scientific character purposeful for the decision of this problem is considered in this article.

    МУРТАЗОКУЛОВ М.М.,

    преподаватель кафедры математических методов в экономике ТГУПБП.

    ТЕОРИЯ МОНЕТАРИЗМА И ПЕРЕХОДНАЯ ЭКОНОМИКА

    Монетаризм возник во второй половине XX-го века в США, когда имели место инвестиционный бум в странах капиталистического мира, ускорение НТП, возрождение Европы и восстановление японской экономики. Общепризнано, что основоположником и несомненным лидером этого направления является профессор чикагской школы М. Фридмен. Кроме него, к числу выдающихся представителей данного направления относятся также Карл Брунер, Алон Мельтцер, Анна Шварц. Эта теория приобрела особую популярность в начале 70-х — конце 80-х годов прошлого века. Об этом профессор новой школы общественных исследований США Р. Хайлбронер, в

    частности, пишет: «Самым влиятельным экономистом этого периода был Милтон Фридмен, чья защита рыночной экономики и неприятие государственного вмешательства в хозяйственную деятельность заложили фундамент для серьезного изменения политики и философии многих капиталистических стран»1. Отдельные теоретические и практические рекомендации монетаристов частично применяются и по настоящее время. В экономической литературе и практике, в первую очередь из-за того, что эта школа почти полностью игнорировала идеи кейнсианцев, её называют монетаристской контрреволюцией. Важнейшей отличительной особенностью этой концепции являлось предположение, согласно которому не существует долговременной связи между инфляцией и безработицей: долгосрочная «кривая Филипса» представляет собой вертикальную прямую.

    Согласно теоретическим концепциям монетаризма, деньги, выполняя роль функции совокупного спроса, влияют не только на уровень цен, но и играют важную роль при управлении хозяйственными процессами, в том числе объемом производства и занятости. В данном контексте, например, у Фридмена имеется следующая точка зрения: «Верно, деньги только

    механизм, но механизм в высшей степени эффективный. … никакая другая чудесная машина не смогла бы столь безболезненно и с малыми затратами труда окончательно поставить крест на нашей деревенской жизни. Но от других машин деньги отличает то, что эта машина слишком капризна и при поломке повергает в конвульсии все другие механизмы. Великая депрессия является самым драматичным, но не единственным примером этого. Каждая из больших депрессий в этой стране была вызвана, либо обострилась, из-за нарушения денежного обращения. Любая из инфляций явилась следствием денежной эмиссии, к которой прибегали во время войны для покрытия неудовлетворенного спроса в дополнение к явным налогам».2 Вопреки кейнсианцам монетаристы утверждали, что рынки в достаточной степени конкуренты и если они не подвергаются государственному вмешательству, то рыночная конкуренция обеспечивает высокую степень макроэкономической стабильности. Основываясь на этом теоретическом взгляде, монетаристы считают, что скорость обращения денег стабильно меняется. Под стабильностью монетаристы понимали, что скорость обращения изменяется постепенно, но в умеренно одинаковых темпах. Иными словами, они предполагали, что изменение скорости обращения денег предсказуемо и, следовательно, поддержание макроэкономической стабильности возможно только при умелом и оптимальном поддержании или управлении стабильным темпом роста предложения денег. Эта точка зрения монетаристов отличается от кейнсианства тем, что последние считали

    1 Хайлбронер Р. Научный анализ и видение в истории современной экономической мысли.// Вопросы экономики. — М., 1993. -№11. — С.11.

    2 Фридмен Милтон. Если бы деньги заговорили…/ пер. с англ. — М.: Дело, 1999. —

    С.139

    скорость обращения денег нестабильной, а также от классиков тем, что они считали этот показатель постоянным.

    Это утверждение монетаристов вытекает из их теоретических постулатов по вопросу о том, что является основой макроэкономической нестабильности. Они считают, что экономическая нестабильность порождается нарушением кредитно-денежного регулирования. Согласно им, допущение ошибок в денежно — кредитном регулировании обусловливается следующими причинами:

    — во-первых, эффект от реализации той или иной экономической политики проявляется через определенный временной лаг. В этом плане М. Фридмен указывает временной лаг интервалом: краткосрочный — от 6 до 8 месяцев, длительный — до 2 -х лет. Он, в частности, отметил: «Во-первых, в краткосрочных периодах темп изменения денежной массы может отличаться, и иногда заметно, от темпа изменения номинального дохода или цен из-за влияния других факторов, включая фискальную политику. Во-вторых, и это более важно, последствия изменения массы обращающихся денег не дают немедленного эффекта. Прежде чем изменение в количестве денег заметно повлияет на номинальные доходы и цены, может пройти шесть месяцев, или год, или полтора года. Неспособность принять во внимание этот разрыв во времени является главной причиной ошибочного истолкования опыта денежного обращения».1 Для того чтобы обеспечить стабильный темп роста денежной массы в целях недопущения колебаний в экономическом развитии страны, они рекомендовали соблюдение так называемого «монетарного правила», согласно которому нельзя допустить прироста денежной массы более, чем на 3-5 % в год.

    Вторая причина кроется в установлении процентных ставок. Теоретически регулирование процентных ставок направлено на стабилизацию инвестиций, как следствие, в экономику в целом. Монетаристы полагают, что субъекты денежно-кредитного регулирования не в состоянии одновременно стабилизировать денежное предложение и процентные ставки. Следовательно, меры, направленные на стабилизацию процентной ставки, могут привести к развитию кризисных явлений. Например, если в каком — то периоде начинает осуществляться политика дешевых денег, а в этот период вначале экономика, преодолевая спад, набирает темпы инвестиционной активности, то из-за увеличения экономической активности повышается спрос на деньги и это приведет к росту процентной ставки. Если в этих условиях государство в целях стабилизации процентных ставок снизит его уровень (компонент политики дешевых денег), то в этом случае увеличивается инвестиционный спрос, а он происходит в тот момент, когда экономика находится на грани инфляционного бума. Следовательно, попытки урегулирования процентной ставки, увеличивая спрос, приведут к росту

    1 Фридмен Милтон. Если бы деньги заговорили…/ пер. с англ. — М.: Дело, 1999, -С.113 -114

    инфляции и затем повлияют на экономическую активность населения и безработицу.

    С помощью основного уравнения монетаристов — количественной теории денег, постараемся проанализировать ситуации об устойчивом росте предложения денег, дабы выяснить, насколько она является предпосылкой устойчивого роста реального ВВП или развития инфляционных тенденций в переходной экономике Республики Таджикистан. 139,9 133 141,4 116,8 129,5 128,7 137,6

    Фактический номинальный И« ВВП 132,8 143,4 131,6 141 129,5 116,8 129,5 137,1

    * Реальный ВВП в % к 108,3 110,2 109,5 110,2 110,6 106,7 107 107,8

    Из таблицы 1 видно, что в национальной экономике первой реакцией на увеличение предложения денег является значительное повышение (дефлятора ВВП) уровня цен, а не рост реального ВВП. Данная ситуация не подтверждает предположения монетаристов о том, что первой реакцией должно быть увеличение реального ВВП, а рост уровня цен, напротив, должен происходить относительно медленно. Если брать в расчет только темпы роста денежной массы, то и следующее утверждение монетаристов о том, что «темпы роста предложения денег есть главный фактор изменения номинального ВВП» также не подтверждается фактами. Как видно из данных таблицы, между этими параметрами не существует пропорциональной или

    1 Расчеты произведены автором на основе данных: Банковский статистический бюллетень. -Душанбе, 2007. — №4. -С.20; Банковский статистический бюллетень. — Душанбе, 2008. — №4. -С.18; Статистический ежегодник Республики Таджикистан. — Душанбе, 2007. -С.196-197; Статистический ежегодник Республики Таджикистан. — Душанбе, 2008. -С.203-204

    линейной связи, всё изменяется хаотично. Например, когда темп роста денежной массы по сравнению с предыдущим годом составил 31,4%, рост номинального ВВП составил 43,4%, (2001 г). Иными словами, рост ВВП опережал рост денежной массы. В то же время в 2002 г. рост М2 в размере 43,8%, а рост номинального ВВП составил 31,6%, то есть опережал рост денежной массы. Такие непредсказуемые тенденции сохранились и в последующие годы. В частности, в 2004 году относительно малые изменения в денежной массе (2,8%) сопоставляются со слишком значительными изменениями роста номинального ВВП (29,5%).

    На основе среднеквадратического взвешенного, определяя средний рост скорости обращения денег, который, по нашим вышеприведенным эмпирическим данным, составляет 13,7 %, с помощью монетарного правила можно также спрогнозировать объем ВВП на будущий период. Допустим, учитывая то, что экономика Таджикистана находится на стадии подъема, Национальный банк увеличивает денежную массу на максимальное значение монетарного правила — 5 %, тогда ежегодный темп роста номинального ВВП должен составлять в среднем около 19,0 % в год. Этот уровень будет номинальным объемом ВВП на следующий прогнозируемый год. Если определять, каков мог быть темп роста реального ВВП, то для этого необходимо взять в расчет темпы инфляции. Допустим, в следующем году мы можем удержать инфляцию на уровне 8%, которые предусмотрены денежно-кредитной политикой, разработанной Национальным банком Таджикистана. Тогда, согласно расчетам, произведенным на основе уравнения обмена монетаристов, реальный темп роста будет 9,9 %, то есть около 10 %. Это намного больше, чем те среднегодовые темпы роста реального ВВП, которые в среднем были достигнуты за 1997 — 2007 годы в нашей стране (около 6%). Это говорит о том, что главная проблема экономики — все- таки проблема инфляции, что подтверждает точку зрения монетаристов. Однако, как показывает отечественная практика, за весь период рыночных отношений в реализации денежно-кредитной политики нам не удалось хоть в каком-то отдельно взятом году добиться удержания инфляции на ожидаемом или планируемом уровне, что отразилось, соответственно, на реальных темпах роста ВВП. Поэтому можно предполагать, что управление инфляцией чисто монетарными мерами пока у нас ожидаемых результатов не принесет, так как в период переходной экономики, в котором находится и Таджикистан, инфляция проявляется в специфичной форме, которая наряду с монетарными имеет и другие корни, лежащие в производственной сфере или в специфике реализации рыночных элементов и.т.д.

    Одним словом, монетаристы в объяснении кризисов экономики опираются на анализ процессов, происходящих в сфере денежного обращения. Они видят главную проблему экономики в сдерживании инфляции и стабилизации цен. Для этого используют инструмент регулирования денежной массы и в целях преодоления кризисов предлагают

    регулирование денежной массы посредством сдерживания роста количества денег и других платежных средств в заранее заданных пределах, полную ликвидацию госбюджета и поддержание рестрикционной денежно-кредитной политики.

    Эту концепцию поддерживают многие экономисты стран мира и в современных условиях. Однако в условиях переходной экономики отрицать значение денежной сферы в регулировании хозяйственных процессов, конечно, нельзя, но упрощенный, механический и односторонний подход также неприемлем, так как недуги рынка в трансформационной экономике обусловливаются многими факторами. Поэтому механизм денежнокредитного регулирования, наряду с ориентировкой на борьбу с инфляцией, должен учитывать изменения в сфере производства, распределении дохода, практике ценообразования, влияния монополий, государственного регулирования экономики и т.д.

    Ключевые слова: монетаризм, инвестиционный бум, страны капиталистического мира, неприятие государственного вмешательства, хозяйственная деятельность, «кривая Филипса», денежная эмиссия, макроэкономическая стабильность, инфляционные тенденции, денежные массы.

    Литература:

    1. Хайлбронер Р. Научный анализ и видение в истории современной экономической мысли.// Вопросы экономики. — М., 1993. -№11. — С.11.

    2. Фридмен Милтон. Если бы деньги заговорили…/ пер. с англ. — М.:

    Дело, 1999. — С.139

    3. Банковский статистический бюллетень. — Душанбе, 2008. — №4. -С.18;

    4. Статистический ежегодник Республики Таджикистан. — Душанбе,

    2007. -С.196-197;

    5. Статистический ежегодник Республики Таджикистан. — Душанбе,

    2008. -С.203-204

    МУРТАЗОЦУЛОБ М.Р.

    НАЗАРИЯИМОНЕТАРИЗМ БА ИЦТИСОДИ ДАБРАИ ГУЗАРИШ

    Дар мацола асосуои назарияи монетаризм ва татбщи он мавриди таулил царор гирифтааст. Муаллиф ацидауои назарияи монетаризм дар давраи гузариш ба ицтисоди бозоргонй, хусусиятуои онро дар Чумуурии Тоцикистон таулил намуда, хулосауои худро баён намудааст. Инчунин дар мацола таъсири омилуои гуногун ба муомилоти пулй ва умуман ицтисодиёт баён шудааст.

    MURTAZOKULOV M.R. THE THEORY OF MONETARISM AND TRANSFORMING ECONOMY Transformation into market economy has brought a lot of problems in all branches of economy in Tajikistan. One of these problems is monetary system and its regulation.

    The author tries to analyze various theories of monetary circulation and its consequences, also influence of credit in the regulation of monetary circulation Beside its influence the other factors in the change of money in the sphere of economy as a whole is considered in the article.

    Монетаризм — экономическая этимология


    Центральное положение монетаризма: изменения в денежной массе – главный фактор изменений в совокупном спросе, а через него – в объеме производства, уровне цен и занятости.

    Центральное положение монетаризма: контрастирует с основной идеей предыдущего мейнстрима – кейнсианства. Для кейнсианства главный фактор изменений в совокупном спросе – изменения в совокупных расходах, а изменения в денежной массе не имеют большого значения. Монетаристы же доказывают, что, да, деньги не имеют большого значения: деньги – это единственное, что имеет значение.

    Основатель монетаризма – американский экономист Милтон Фридмен, самый знаменитый экономист ХХ века. Автор термина – Карл Брунер.

    Основные положения монетаризма.


    Антикейнсианство. Монетаризм отрицает исходные положений кейнсианства. Жесткость заработной платы в стороны снижения? Это явление отражает не природу рынка, а его зарегулированность. Ликвидная ловушка? Статистика не подтверждает (горизонтальной части кейнсианской кривой спроса на деньги). Велика Депрессия? Она порождена не монетаристской политикой, а её отсутствием: в 1929-1933 годах денежная масса в США уменьшилась на треть.
    Некорректность кривой Филлипса. Она связывает безработицу не с измеренной инфляцией, а с ожидаемой. В долгосрочном периоде кривая вертикальна. Её пересечение оси безработицы – естественная безработица – безработица, определяемая естественными рыночными факторами: ограниченной мобильностью труда и барьерами на входе на рынок труда и выходе из него.
    Значимость долгосрочного периода. Знаменитая фраза Кейнса: «В долгосрочном периоде мы все мертвы«. Монетаристы – нужно признать эффекты долгосрочного периода.
    Замена принципов и рычагов экономической политики. Принцип Кейнса – дискретность, рычаг – фискальный. Принцип Фридмена – принцип правила, рычаг – монетарный.

    Политические последствия формирования монетаризма – монетаристская революция и в экономической науке, и в общественной жизни. В 70-80 годы общественное мнение многих стран качнулось в сторону радикального либерализма. К власти пришли консерваторы, наиболее яркий пример которых – Маргарет Тетчер и Рональд Рейган. Августовские 1991 года события в СССР и последовавший затем крах Советского Союза могут рассматриваться как монетаристская революция, результат воздействия идей Фридмена.

    Истоки слова – от английского слова money деньги, от от латинского moneta- монета. Монета — эпитет Юноны, супруги Юпитера, возможно от monere – предупреждать, что совпадает с канвой известной легенды о замеченном Юноной приближении врага, за что она и получила право печатать денежные знаки. В древнеримской мифологии она также богиня покровительницы брака и рождения, на территории храма которой печатались денежные знаки.

    О влиянии монетаризма и кейнсианства на риски монетарной политики политику НБУ — my-banks.info

                Не так давно медиа-пространство захлестнула волна публичной дискуссии о том, в каком направлении должна развиваться монетарная политика НБУ. Спор устроили поклонники кейнсианства, точнее неокейнсианства, и адепты монетарной теории. По моим субъективным ощущениям, часть членов Совета НБУ исповедуют неокейнсианство, часть — поддерживают монетарные принципы, Правление исповедует монетаризм. Попробуем разобраться, что несет эта, пока еще научная, дискуссия экономике, гражданам и бизнесу.

     

                Кто они такие?

                Кейнсианство и монетаризм — это два взгляда на роль денег в экономике. Кейнсианцы считают, что количество денег в экономике не имеет значения до определенных границ, а адепты монетаризма говорят о том, что количество денег в экономике имеет значение. Разница в их взглядах представлена в таблице:

     

    Кейнсианство

    Монетаризм

    Необходимо государственное вмешательство в рыночное хозяйство

    Рынок в состоянии сам себя регулировать

    Занятость зависит от совокупного эффективного спроса

    Экономика сама устанавливает уровень производства и занятости

    Денежная масса нейтральна по отношению к производству

    Денежная масса — причина роста или изменения конъюнктуры

    Главная проблема — занятость ресурсов

    Главная проблема — инфляция

    Необходима гибкая денежная политика

    Необходима стабильная денежная политика

    Бюджетный дефицит — способ стимулирования спроса

    Бюджетный дефицит — причина инфляции

    Кейнсианство — теория экономического роста

    Монетаризм — теория экономического равновесия

     

                Как мы видим, разница в ценностях существенная. Если для одних важны занятость и экономический рост, и все равно, какая будет инфляция (конечно, до определенных пределов), то для других важен уровень инфляции и они готовы приносить в жертву занятость и рост (также до определенных пределов), считая, что после стабилизации рынков они отрегулируются сами и будут подвержены росту.

                Отсюда вытекает и любовь к политике «инфляционного таргетирования» (удержания инфляции) на определенном уровне у одних и ненависть к инфляционному таргетированию у других. Со стороны спорящие стороны похожи на хирургов, спорящих о том, каким образом лучше вырезать аппендикс. Результат дают обе теории, но не всегда в чистом виде, и не всегда положительный. Успех Кейнсианства в первой половине ХХ в. был дискредитирован провалами в 70-ых гг., однако ныне в действиях главы ФРС Джанет Йеллен часто прослеживается ситуация, когда окончательное решение ФРС принимает только после получения данных о занятости населения. Монетаризм, мягко говоря, с не очень хорошей стороны показал себя в Аргентине и некоторых странах Азии, хотя почти во всех случаях в кредитуемых МВФ странах был высокий уровень коррупции.

     

                Что не так в предложенных принципах монетарной политики?

                Те принципы денежно-кредитной политики, которыми руководствуется НБУ в 2016 году, являются творчеством Правления и наверняка они же будут поданы Совету НБУ как проект на 2017 год. В целом документ составлен в лучших традициях монетаризма и, думаю, может быть поддержан Радой НБУ, однако и к нему есть два серьезных уточнения.

     

                Во-первых, мне не нравится то, как в документе изложен взгляд на валютный курс. Как бы вы не проанализировали лексику документа, но получается так, что валютный курс — может быть в принципе ЛЮБЫМ. На самом деле, это не так. В феврале 2015 года мы видели, что у гривны на практике есть курсовые пределы, за которыми банковская система теряет капитал и фактически подходит к ситуации остановки платежей. Поэтому любым курс гривны быть не может в принципе.

                С другой стороны, заставлять НБУ лгать и, как предлагают некоторые господа, устанавливать курсовой коридор — это очень плохая идея, которая где-то граничит с уголовным преступлением. Ни НБУ, ни аналитики точно не знают, каким будет курс гривны в 2017 году — при маленьких чистых ЗВР и при частой смене трендов на зерно, металлы, масленичные культуры и ЖРС.

                По моему мнению, НБУ в принципах денежно-кредитной политики рациональней было бы задекларировать свое стремление (но не обязанность) поддерживать среднегодовой курс, который взял для расчетов бюджета Минфин. Это был и курсовой ориентир, но с пониманием того, что колебания курса могут диктоваться изменениями на экспортных рынках и динамикой ЗВР.

                Второй момент, а плавающий ли у нас курс? Как показала практика 2016 года, НБУ наращивал чистые ЗВР со слабого экспорта, т.е. монетарный регулятор шел на небольшую девальвацию ради пополнения ЗВР. Выходит, что курс у нас плыл в одну сторону. Вероятно в редакции принципов денежно-кредитной политики стоит отразить приоритетность наполнения ЗВР.

     

                Во-вторых, НБУ декларирует в качестве основного инструмента денежно-кредитной политики свою процентную ставку. Это классика монетаризма. Горячие головы пытаются сейчас доказать, что лучше было бы взять как основной инструмент норму резервирования, но думаю в условиях 2016 года — это инструмент второго порядка. Однако вызывает вопрос качество такого инструмента. НБУ добился хорошей связки своей ставки с рынком депозитных сертификатов и по мере того он опускает ставку, ДС НБУ становятся непривлекательными, что по чуть-чуть выдавливает ликвидность в рынок.

                Но это лишь одна сторона медали. Так, из принципов ДКП не ясно, что конкретно делает НБУ для того чтобы его ставка стала репрезентативной для кредитного рынка. К примеру, в конце ноября государственный Укргазбанк выдает кредит государственной компании «Аграрный фонд Украины» под 21,5%, т.е. как бы надежный банк кредитует надежного заемщика. Казалось бы, в этой индикативной сделке должна быть prime rate, а мы видим ставку существенно выше учетной ставки НБУ. Правда, «Аграрный фонд Украины» тут не в обиде, поскольку 21,5% — это значительно меньше рыночных кредитных ставок.

                Тем не менее, теряется эффективность политики таргетирования. Если вы выдавливаете ликвидность из ДС НБУ, опуская ставки, — это хорошо, но если эта ликвидность уходит в кредитный рынок со ставками от 21,5%, а чаще около 35% годовых, то эффект для экономического роста от такого «давления ставками» будет гораздо скромнее чем если бы деньги уходили в рынок, скажем, под 18,5%. Т.е. таргетирование не повлияло на экономический рост не из-за того что оно тут не работает, а поскольку рынок кредитов на прямого заемщика очень слабо реагирует на снижение ставки.

                В 2016 году НБУ 7 раз снижал ставку (с 22% до 14%), что в итоге очень хорошо влияло на депозитный рынок, где средние ставки по гривне упали с 21% до 17%, по доллару  -с 7,5% до 5,2%. Де-факто, для улучшения «приёмистости» таргетирования — НБУ нужно углублять связь своих инструментов с кредитным рынком, и для этого совсем не нужно «печатать деньги» или увеличивать объем операций на открытом рынке в 10 раз. Вероятнее всего, вносить эти тонкие материи «приёмистости» таргетирования в принципы монетарной политики не имеет смысла, однако хотелось бы, чтобы НБУ взял более четкий курс на то, чтобы добиваться большей увязки динамики своих ставок с кредитным рынком, раз уж у нас в приоритетах таргетирование. Также отмечу, что «приемистости» таргетирования и большой степени влияния своими ставками на кредитные ставки на прямого заемщика на развивающихся рынках добилось не так много банков.

                В целом, в монетарном лагере не все так плохо, как рассказывают кейнсианцы:

                1. В 2016 году произошла безусловная макростабилизация — инфляция около 12%, прирост курса доллара к гривне 10-12%, уже меньше банковских дефолтов и т.д.

                2. За 10 месяцев рост промпроизводства составил +1,9%, с/х — +2,8%, строительства — 13,7%.

                3. Имеет место яркое падение процентных ставок на ключевых сегментах рынка, включая кредитные.

                4. Стабилизация объемов кредитования за 9 месяцев 2016 года по брутто-кредитам (с учетом резервов) на уровне около 995 млрд. грн. по платежеспособным банкам. Это означает что был фактический рост, т.к. за 9 месяцев число платежеспособных покинули ряд банков, в т.ч. и такой крупный игрок рынка как банк Хрещатик.

     

                В сухом остатке монетаристам остается:

    • подправить редакцию документа там, где они описывают валютный курс. Сейчас есть путаница и с «плавающим» курсом, и с приоритетом в наполнении ЗВР, и с отсутствием рыночного ориентира. Но как бы документ не правили, от этого в 2017 чистые ЗВР не добавятся, т.е. суть политики останется той же.
    • решить вопрос с улучшением приёмистости политики таргетирования через навязывание рынку правил, при которых рыночные ставки по кредитам на прямого заемщика находились бы в большей зависимости от движения ставок НБУ.

     

                Букет  рисков от (нео)-кейнсианцев

                В лагере кейнсианцев не так все радужно. Риторика их сторонников иногда вводит в шок спекулянтов на рынке еврооблигаций и совсем не радует тех, кто оценивает перспективы сотрудничества с МВФ. Тут я опишу взгляд на концепцию кейнсианцев с позиции рисков, а несут они нашей экономике целый их букет.

     

                1. Звучат жалобы на слабую монетизацию ВВП, поэтому идея напечатать денег и раздать их счастливым заемщикам (читай — крепким хозяйственникам) ясна. Но тут мы провоцируем ВАЛЮТНЫЙ риск. Если увеличивать денежную базу, насыщая рынок ликвидностью, то в современной ситуации просто нельзя избежать алгоритма, в котором заметная часть этих денег попадет на валютный рынок. Не забывайте, что тут надо применять анализ денежного оборота и мультипликатора. Если Вася получил рефинансирование на свой банк под 14% годовых, следом выдал целевой кредит металлургическому комбинату под 18%, и это все в гривне, то это вовсе не означает, что деньги миновали валютный рынок. Владелец металлургического комбината на эти деньги купил руду, владелец ГОКа на выручку от руды заказал ремонт основных фондов, подрядчик полученные деньги направил на выплату з/п, на часть з/п работники ремонтной организации купили доллары, часть потратили на рынке, где местные предприниматели тоже на заработанное купили доллары.

                На каждом этапе на выпущенной в оборот сумме есть дельта, которая может быть направлена на валютный рынок. Если учесть, что у нас 40-50% экономики находится в тени, то инструментария для увязывания этой «заработанной дельты» просто нет. По моим наблюдениям, даже 20-25 млрд. грн. избыточной ликвидности могут запросто расшатать  валютный рынок. Так что, если НБУ не является эмитентом мировой резервной валюты или у него нет 20-25 млрд. долл. чистых ЗВР, то о повышении уровня монетизации через: инъекции ликвидности в рынок, рост бюджетных расходов, программы количественного стимулирования, — можно просто на время забыть.

     

                2. Очень большой вопрос вызывает и то, а зачем нам повышать монетизацию в состоянии избыточной ликвидности? Логично было бы вначале выдавить уже существующую ликвидность на кредитный рынок, а потом строить планы на количественное стимулирование. Данные НБУ показывают, что в нашей банковской системе на 1 октября:

    • средняя мгновенная ликвидность (Н4) по системе превышала минимально требуемое значение в ТРИ РАЗА;
    • средняя текущая ликвидность (Н5) по системе превышала минимальное значение в ДВА РАЗА;
    • средняя краткосрочная ликвидность (Н6) по системе превышала минимальное значение в ПОЛТОРА РАЗА.

     

                Данные в разрезе конкретных банков куда более интересные. В банковской системе запросто можно найти с десяток банков, у которых Н4, Н5 и Н6 превышали 100%. По моим оценкам, в режиме избыточной ликвидности по нормативам Н4 и Н5 по состоянию на 01.10.2016 находились примерно 70 из 100 платежеспособных банков. Основная масса ликвидности была сконцентрирована в банках с иностранным капиталом и украинских госбанках. При этом, ликвидность была распределена неравномерно, и это одна из проблем, из-за которых монетарные рецепты от МВФ тут имели плохую «приёмистость».

                Однако именно в этом месте логической цепочки возникает любопытное наблюдение: при том, что система перенасыщена ликвидностью, по рынку бродят заемщики, которых не берут ни французы с очень строгими правилами кредитного контроля, ни наши «жесткие» банкиры типа Сергея Тигипко, ни даже наши госбанки. И эти заемщики включили отраслевое лобби и пытаются дотянуться до рефинансирования от НБУ, пробивая смягчение монетарной политики.

                Вырисовывается очень неприглядная картина, граничащая с коррупцией, и в перспективе не сулящая нам ничего хорошего кроме больших КРЕДИТНЫХ РИСКОВ по выданным в период смягчения монетарной политики кредитам. Ни в коем случае нельзя подбирать тех заемщиков, которых уже отверг рынок, находящийся в состоянии избытка ликвидности, и то, что они не могут брать кредиты по высоким ставкам, — это совсем не аргумент. Вначале нужно «выработать» существующий избыток ликвидности, выдавливая его из ДС НБУ и ОВГЗ, а только потом заводить речь о программе количественного стимулирования, если есть чем контролировать валютный риск.

     

                3. ПРОЦЕНТНЫЙ РИСК. Любители низких процентных ставок забывают, что снижение ставок по кредитам административными или рыночными, но искусственными, методами как правило приводит к падению чистого процентного дохода банков, а это их основная статья доходов. Чем банки будут подкреплять больше чем 50% проблемных кредитов, и закрывать в 2017 году растущее падение качества активов — вопрос, который остался без ответа. Среди лагеря кейнсианцев нет понимания, что вопрос растущей проблемной задолженности не закрыть никакими списаниями проблемки, потому как списание безнадежных кредитов совсем не уменьшает пассивы. Другими словами, после списания активов — депозиты все равно нужно возвращать и формировать резервы под «новые плохие активы». Просто взять и обрезать банкам ЧПД в 2017 году раза в два — это взять и снова втолкнуть их в 2015 год, когда почти все, кому не помогли акционеры, ушли с рынка. И тут мы подходим к практической модели реализации процентного риска: снижая ставки мы забираем доходы у банков (еще не оклемавшихся от кризиса), отдаем их в реальный сектор, а банки снова идут с протянутой рукой к акционерам.

     

                Боюсь, что кейнсианские тезисы на данном этапе обсуждения выглядят сыроватыми и не учитывают весь периметр классических банковских рисков: валютный, кредитный и процентный. Однако это не означает, что все их идеи можно отвергнуть. Если они смогут доказать на действительно публичных слушаньях, что их модели дееспособны именно в 2017 году, а риски, которые просматриваются за инициативами, могут быть подавлены какими-то инструментами, то вполне возможно частичное их применение для ускорения экономического роста. Пока же я вижу только один возможный компромисс между монетаристами и кейнсианцами, который должен устроить обе стороны. В цели монетарной политики можно заложить не только инфляцию, но и экономический рост в том формате, в котором это делает, например, Банк Англии — когда целью центрального банка остается «инфляция и экономический рост, если достижение последнего не противоречит достижению целям по инфляции».

     

    Виталий Шапран

    член исполкома УОФА

    Монетарист – Финансовая энциклопедия

    Что такое ?

    Монетарист – экономист , твердо убежденный в том, что денежная масса , включая физическую валюту, депозиты и кредиты, является основным фактором, влияющим на спрос в экономике. Следовательно, эффективность экономики, ее рост или сокращение могут регулироваться изменениями денежной массы.

    Ключевой движущей силой этого убеждения является влияние инфляции на рост или здоровье экономики, а также идея о том, что, контролируя денежную массу, можно контролировать уровень инфляции .

    Ключевые моменты

    • Монетаристы – это экономисты и политики, которые придерживаются теории монетаризма.
    • Монетаристы считают, что регулирование денежной массы – самый эффективный и прямой способ регулирования экономики.
    • Известные монетаристы включают Милтона Фридмана, Алан Гринспен и Маргарет Тэтчер.

    Понимание монетаристов

    По своей сути монетаризм – это экономическая формула. В нем говорится, что денежная масса, умноженная на ее скорость (скорость, с которой деньги переходят из рук в руки в экономике), равна номинальным расходам в экономике (товары и услуги), умноженным на цену. Хотя это имеет смысл, монетаристы утверждают, что скорость в целом стабильна, что обсуждается с 1980-х годов.

    Наиболее известным монетаристом является  Милтон Фридман , который написал первый серьезный анализ с использованием монетаристской теории в своей книге 1963 года «Денежная история Соединенных Штатов, 1867–1960». В своей книге он вместе с Анной Шварц выступал за монетаризм как способ борьбы с экономическими последствиями инфляции. Они утверждали, что нехватка денежной массы усугубила финансовый кризис конца 1920-х годов и привела к Великой депрессии, и что устойчивое увеличение денежной массы в соответствии с ростом экономики приведет к росту без инфляции.

    Монетаристская точка зрения была точкой зрения меньшинства как в академической, так и в прикладной экономике до финансовых проблем 1970-х годов. По мере роста безработицы и инфляции доминирующая экономическая теория, кейнсианская экономика, была неспособна объяснить текущую экономическую загадку, представленную экономическим сокращением и одновременной инфляцией.

    Кейнсианская экономика утверждала, что высокий уровень безработицы и экономический спад приведут к дефляции из-за коллапса спроса и, наоборот, что инфляция была результатом превышения спроса над предложением в перегретой экономике. Окончательный крах золотого стандарта в 1971 году, нефтяные потрясения середины 1970-х годов и начало деиндустриализации в Соединенных Штатах в конце 1970-х годов – все это способствовало стагфляции , новому явлению, которое кейнсианской экономике было трудно объяснить. .

    Монетаризм, однако, утверждал, что ограничение денежной массы убьет инфляцию, что было бы необходимым шагом к регулированию экономики, даже если бы это произошло за счет краткосрочной рецессии. Именно это и сделал Пол Волкер, глава Федеральной резервной системы с 1979 по 1987 год, и результатом стало окончательное подтверждение монетаризма в глазах экономистов и политиков.

    Примеры монетаристов и монетаризма

    Большинство монетаристов выступили против золотого стандарта в том смысле, что ограниченное предложение золота остановит количество денег в системе, что приведет к инфляции, что, по мнению монетаристов, должно контролироваться денежной массой, что невозможно при золотом стандарте, если только золото постоянно добывается. 

    Милтон Фридман – самый известный монетарист. Среди других монетаристов – бывший председатель Федеральной резервной системы Алан Гринспен и бывший премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер.

    Олег Смолин: Не наступать на старые грабли монетаризма

    «В России формируется курс нового правительства. Очень хотелось бы предостеречь его от ошибок прежних и от желания наступить на старые грабли. Я имею в виду экономическую философию так называемого монетаризма, согласно которой главная задача финансового блока в правительстве – экономить деньги, складывая их в кубышку, а к социальной политике относиться по известной формуле «мадам с дилижанса – кони быстрее». С таким заявлением выступил на заседании Государственной думы депутат фракции КПРФ Олег Смолин. Публикуем текст его выступления.

    Напомню, в свое время Жорж Помпиду утверждал, что есть три способа разориться: самый быстрый – карты, самый приятный – женщины, самый надежный – высокие технологии или в другом переводе идеальное технологическое решение.

    Насчет технологий можно было бы поспорить, но зато можно добавить четвертый способ, самый вредный – экономия на человеке.

    Хорошо известно – скупой платит дважды. Гобсек и Плюшкин умирают в нищете, зато на сундуках с деньгами.

    Между прочим, наиболее серьезные экономисты сейчас считают, что ключом к развитию экономики и модернизации страны становится человеческий потенциал, который превращается в человеческий капитал. А значит, что экономия на человеке становится прямо вредной не только с социальных позиций, но и с точки зрения развития самой экономики.

    Попробую доказать это методом от противного. Первое – экономическая стагнация. На фоне всеобщего увлечения конспирологией, президент прямо заявил: наш главный враг не вне, а внутри, это нарастающая экономическая отсталость. Действительно, по данным академика Ивантера, одного из самых известных российских экономистов, экономический рост, с позволения сказать, в нашей стране в 2008–2013 годах составил 1,2 процента, а затем четыре года минус 0,2 процента. Мы развивались медленнее развитых, среднеразвитых и слаборазвитых стран, коллеги. Между прочим, в результате мы перешли в группу стран, где соседствуем с такими странами, как Румыния, Турция, Чили, Уругвай и даже Экваториальная Гвинея.

    Федеральный бюджет на 2018 год, как вы знаете, предполагает рост на 2,1 процента. На самом деле эксперты говорят: будем расти примерно на 1,5. Как печально шутят юмористы, темпы роста нашего падения замедлились. В такой ситуации разговоры о прорыве могут оказаться пропагандой, а самоотравление пропагандой для политиков и властей почти новичок. Коллеги, как вы думаете, те же люди в правительстве, которые десять лет обеспечивали стагнацию, смогут обеспечить экономический прорыв? Блажен, кто верует.

    Среди главных факторов развития рыночной экономики, как известно, к безоговорочным поклонникам которой я не отношусь, находятся дешёвые кредиты и платёжеспособный спрос. В России за редким исключением нет дешевого кредита, а с 2014 года нет и платежеспособного спроса. В такой ситуации призывы к бизнесу инвестировать в экономику оказались гласом вопиющего в пустыне. Бизнес не дурак, зачем инвестировать, если некому покупать. Это ещё раз доказывает, социальная политика – один из главных факторов экономического роста. Убежден, коллеги, без активной социальной политики мы так и будем плестись подобно паре гнедых, а нам нужен экономический прорыв.

    Второе – низкая зарплата. Как известно, мы работаем не здорово, однако живем много хуже, чем работаем.

    Зарплата большинства граждан России далеко отстает не только от развитых стран, но и от стран с аналогичным уровнем производительности труда.

    Мы гордимся тем, что наконец вывели минималку на прожиточный минимум. Это хорошо, коллеги, но в долларовом эквиваленте наша зарплата теперь составит 180 долларов – втрое больше, чем в Индии, приблизительно как в ЮАР, чуть больше, чем в Бразилии, однако в 2,5 раза меньше, чем в Турции, почти втрое меньше, чем в Китае.

    Почему? Ответ очевиден: более высокая степень эксплуатации труда. Доля зарплаты работника у нас 25–30 процентов от того, что он создает, в социальных государствах Европы – 55–60 процентов. Социальные последствия очевидны: низкий уровень жизни и, как говорила Ольга Юрьевна Голодец, «уникальная российская бедность – бедность работающих людей».

    Менее очевидны экономические последствия, в частности, низкая производительность труда. Коллеги, когда бизнес имеет дешевую рабочую силу, у него нет стимулов внедрять новейшие достижения. А потому дешевая рабочая сила – это неэффективная рабочая сила. Здесь мы имеем еще один механизм торможения.

    Третье – низкие пенсии. Пенсии у нас также значительно меньше, чем в странах с аналогичным уровнем производительности труда. Вот, как это выглядит в долларовом исчислении: в Швейцарии – 3 тысячи 400, Германия – 2 тысячи 650, Штаты – 2 тысячи 150, Греция (внимание) – 930, точно не лучше нас работают, Эстония – 440, Россия – 235. Для того чтобы не так обидно было: Украина — 100, Таджикистан – 50. В чем причина? Самый простой и очевидный ответ – низкие зарплаты. Пенсионный фонд формируется путем отчисления от заработной платы. Кстати, коэффициент замещения в России 33–34 процента явно не дотягивает до минимальных размеров 40 процентов, установленных конвенцией Международной организации труда номер 102.

    Социальный результат – все та же бедность, экономический – все тот же низкий платежеспособный спрос, который тормозит развитие отечественного производства. Вот вам еще один механизм торможения.

    Четвертое – отказ от индексации пенсий работающим. В результате того, что пенсии работающим не индексируются с 2016 года, при прочих равных условиях работающий пенсионер получает примерно на 22,5 процента меньше, чем неработающий, ему недодали почти 13 процентов в 2016 году, почти 6 – в 2017-м и 4 процента – в 2018 году, с пересчетом на сложенные проценты – 24 процента, почти на четверть.

    Не надо было быть актуарием, достаточно здравого смысла, чтобы предсказать последствия: часть пенсионеров с работы ушла, а большая часть уходит в тень.

    Когда мы готовили законопроект о восстановлении индексации пенсий, мы посмотрели данные на сайте Росстата. Оказалось, на 1 января 2016 года у нас было (округляю) 15,3 миллиона работающих пенсионеров, на 1 января 2017-го – девять девятьсот, то есть практически на 5,5 миллиона меньше.

    Мы посчитали потери, оказалось, что потери Пенсионного фонда на 125 миллиардов больше, чем экономия. Скупые финансисты остались, что называется, без брюк.

    Угадайте, какая была реакция? Отвечаю: статистика на официальных сайтах изменилась, теперь число работающих пенсионеров считают не на 1 января, а на 1 октября. По новым данным Росстата, у нас там оказалось, что на 1 октября 2015-го было 3420 тысяч, 3 миллиона 420 тысяч пенсионеров, а на октябрь 2017-го – 3 миллиона 280, сокращение, вроде бы только на 140 тысяч человек.

    Но при этом, во-первых, никто не понимает, что происходило примерно с 9, 10 миллионами пенсионеров, куда они исчезали? А они оформлялись на работу после января и увольнялись к 1 октября, когда происходит индексация пенсий. Кто кого обманул, коллеги?

    Я уже не говорю о том, что помимо вот этих потерь нужно считать еще и потери Фонда социального страхования, обязательного медицинского страхования и потери региональных бюджетов, которым недоплачивают налог на доходы физических лиц. Кто это считал? Похоже, никто.

    О последствиях такой политики говорил Максим Топилин на съезде «Единой России», он сказал, что жизненный уровень пенсионеров в ближайшие годы будет снижаться. Но есть и экономические последствия, о них мы только что уже говорили.

    Уважаемые коллеги, конечно, велико желание объяснить все это экономической упертостью: уперлись в монетаризм и следуем ему, хоть трава не расти. Тем более, что Эйнштейн как-то заметил, две вещи в этом мире бесконечны – Вселенная и человеческая глупость. «Впрочем, насчет Вселенной я еще не уверен», – говорил Эйнштейн.

    Однако гораздо больше оснований видеть здесь корыстный интерес, ведь, если увеличивать вложение в человека, надо вводить прогрессивную систему налогообложения – значит, обижать олигархов, но власть их обижать не хочет и говорит, что их у нас нет, как будто, если черта не называть по имени, он исчезнет.

    И последнее, уважаемые коллеги. Может быть, самый большой механизм торможения недавно заявил Председатель правительства Дмитрий Анатольевич Медведев – это повышение пенсионного возраста.

    Между прочим, по последним данным, по данным последнего опроса, за сохранение современного пенсионного возраста выступает 53 процента граждан, 35 за его снижение, 6 процентов за повышение, коллеги. Повышение пенсионного возраста затормозит технический прогресс, поскольку породит огромное количество дешевой невостребованной рабочей силы.

    Мы вносим законопроект о моратории на повышение пенсионного возраста до 2030 года тогда, когда, мы надеемся, будет достигнута национальная цель и продолжительность жизни составит 80 лет. Вот когда исполним эту цель, тогда будем обсуждать повышение пенсионного возраста.

    А пока, уважаемые коллеги, я хочу напомнить вам известное высказывание Дмитрия Менделеева, он однажды сказал так по поводу сжигания нефти: топить можно и ассигнациями. Так вот, экономить на человеке хуже, чем топить ассигнациями.

    Кейнсианство против монетаризма — Справка по экономике

    Вопросы читателей Не могли бы вы объяснить сравнение между кейнсианством и монетаризмом?

    Кейнсианство подчеркивает роль, которую фискальная политика может сыграть в стабилизации экономики. В частности, кейнсианская теория предполагает, что более высокие государственные расходы во время рецессии могут способствовать более быстрому восстановлению экономики. Кейнсианцы считают ошибкой ждать, пока рынки очистятся, как предполагает классическая экономическая теория.См. Дополнительную информацию в статье «Кейнсианская экономика

    ».

    Монетаризм подчеркивает важность контроля денежной массы для контроля над инфляцией. Монетаристы обычно критикуют экспансионистскую фискальную политику, утверждая, что она вызовет только инфляцию или вытеснение и, следовательно, бесполезна.

    Принципы кейнсианства

    • В ловушке рецессии / ликвидности государственное вмешательство может стимулировать совокупный спрос и реальный объем производства за счет государственных займов и увеличения государственных расходов.Поэтому кейнсианцы выступают за экспансионистскую фискальную политику во время рецессии.
    • Кейнсианцы отвергают теорию вытеснения, предложенную монетаристами. Кейнсианцы говорят, что в случае резкого роста сбережений частного сектора (и сокращения расходов) государственные расходы могут компенсировать это сокращение расходов частного сектора.
    • Парадокс бережливости. Ключевым элементом кейнсианской теории является идея «избытка» сбережений. Кейнс утверждал, что во время рецессии люди реагировали на угрозу безработицы увеличением сбережений и сокращением своих расходов.Это был рациональный выбор, но он способствует еще большему снижению AD и ВВП. Вот почему может потребоваться вмешательство государства.
    • Кейнсианцы обычно считают, что существует некоторая жесткость заработной платы. По словам Кейнса, во время рецессии заработная плата может быть «липкой вниз», поскольку профсоюзы сопротивляются снижению номинальной заработной платы, и это может привести к реальной безработице.
    • Во время рецессии, когда в экономике есть свободные мощности, увеличение совокупного спроса (AD) будет иметь влияние на реальный объем производства и лишь минимальное влияние на уровень цен.
    • Кейнсианцы полагают, что часто существует мультипликативный эффект. Это означает, что первоначальное вливание в круговой поток может привести к большему окончательному увеличению реального ВВП.
    • Как правило, кейнсианцы более склонны подчеркивать важность сокращения безработицы, чем инфляции.
    • Кейнсианцы отвергают теории реального цикла деловой активности (идею о том, что правительство не может влиять на экономический цикл).
    Монетаризм
    • Монетаристы более критически относятся к способности налогово-бюджетной политики стимулировать экономический рост.
    • Монетаристы / экономисты-классики считают, что заработная плата более гибкая и может корректироваться в сторону понижения, чтобы предотвратить реальную безработицу.
    • Монетаристы подчеркивают важность контроля денежной массы для поддержания низкого уровня инфляции.
    • Монетаристы скорее сделают упор на снижение инфляции, чем на поддержание низкого уровня безработицы.
    • Монетаристы подчеркивают роль естественного уровня безработицы. (безработица со стороны предложения)
    Конвергенция кейнсианства и монетаризма

    Граница между позициями кейнсианцев и монетаристов немного более размыта.Например, многие «кейнсианские» экономисты взяли на вооружение идеи естественного уровня безработицы в дополнение к безработице, дефицитной по спросу. Экономисты «новой классики» более склонны принимать идеи жесткости цен и заработной платы.

    Связанные

    Видео по кейнсианской экономике

    Монетаризм | Поликономика

    Монетаризм, термин, впервые использованный Бруннером в 1968 году, можно понимать двояко.Первый связан с экономической мыслью, которая видит в количестве денег главный источник экономической активности и ее нарушениях (особенно инфляция ), а также полагает, что нацеливание на рост денежной массы является лучшей денежно-кредитной политикой . Во-вторых, это относится к большой группе экономистов, придерживающихся этих взглядов, во главе с Милтоном Фридманом и Чикагской школой экономики .

    Эта парадигма, которая приобрела популярность в 1960-х годах, тесно связана с неоклассической экономикой , полагая, что свободный поток кредитов и процентных ставок, а также позиция laissez faire — лучший путь, поскольку ограниченное государственное вмешательство и конкурентоспособная экономическая система даст лучшие результаты, чем результаты, полученные на основе кейнсианской экономики .Однако, поскольку монетаристы считают денежно-кредитную политику более эффективной, требуется государственный контроль над денежной массой. Кроме того, поскольку монетаристы верили в важность количества денег, уравнение обмена вновь обрело популярность.

    Монетаристы считают фискальную политику менее эффективной, чем денежно-кредитная политика, из-за низкой эластичности спроса на деньги по процентным ставкам. Следовательно, при использовании модели IS-LM монетаристы считают кривую IS более эластичной, чем кривая, используемая кейнсианцами, а кривую LM — более неэластичной.Это причина того, почему при использовании монетаристской модели IS-LM государственные инвестиции, создаваемые фискальной политикой, создают эффект вытеснения по сравнению с частными инвестициями, снижая эффективность государственных расходов. Однако даже несмотря на то, что денежно-кредитная политика более надежна, ее влияние может потребовать времени, чтобы заметили в экономике, и поэтому ее реализация может быть затруднена.

    Что касается кривой Филлипса , монетаристы критикуют подразумеваемую денежную иллюзию , которая является основой взаимосвязи между инфляцией и безработицей .Они считают, что, учитывая непредвиденный рост инфляции и последующее снижение безработицы, компромисс, показанный на кривой Филлипса, сохранится. Однако этого не произойдет, когда ожидается денежно-кредитная политика, подразумевающая, что компромисс между инфляцией и безработицей не применим в долгосрочной перспективе. Это наглядный пример процесса обучения, представленного в гипотезе Adaptive Expectations , впервые сформулированной (хотя и не под ее широко известным названием) Ирвингом Фишером в его статье «Покупательная способность денег», 1911 г., и популяризованной Филиппа Кейгана в 1956 году и Фридмана в его статье «Роль денежно-кредитной политики», 1968, где он также представил концепцию естественного уровня безработицы , который представляет собой уровень, которого экономика будет достигать после каждого движения вдоль Филлипса. изгиб.Следует подчеркнуть, что, в отличие от исследований New Classical Macroeconomics и ее гипотезы рациональных ожиданий , монетаристы полагают, что компромисс можно систематически использовать в краткосрочной перспективе, если каждая политика непредвидена.

    Учитывая низкую эффективность налогово-бюджетной политики, а также риски высокой инфляции, вызванные систематической денежно-кредитной политикой, монетаристы отстаивают приверженность денежных властей устойчивому росту денежно-кредитной политики и отвергают дискреционную и политически обусловленную денежно-кредитную политику из-за создаваемой ими неопределенности. .

    Монетаризм против кейнсианства — объяснение!

    Статья, принадлежащая M. Agarwal

    Монетаристы против кейнсианцев:

    Существуют противоречивые взгляды на механизм того, как денежная масса влияет на общую экономическую деятельность или уровень доходов.

    С одной стороны, некоторые теоретики подчеркивают прямую связь между денежной массой и расходами.

    С другой стороны, некоторые утверждают, что влияние денежной массы на экономическую деятельность можно оценить только по изменению финансовых условий, в частности процентных ставок, объемов кредитования и заимствования.

    Согласно предыдущей школе, увеличение денежной массы означает, что некоторые держатели денег будут иметь избыточный остаток денег в своих портфелях активов. В процессе восстановления равновесия эти остатки будут преобразованы в реальные товары и услуги либо напрямую, либо при посредничестве финансовых институтов. Давление спроса на большее количество товаров и услуг будет стимулировать производство и стимулировать рост цен до тех пор, пока стоимость продукции не вырастет пропорционально увеличению денежной массы.

    Эта школа называется «денежной школой» и не уделяет особого внимания процентным ставкам по финансовым активам. Другая школа указывает, что увеличение денежной массы повлияет на процентные ставки, и подчеркивает, что изменение денежной массы повлияет на стоимость и доступность кредита.

    Снижение ставки, взимаемой с заемщиков, может напрямую стимулировать потребление и инвестиции, или общее смягчение условий финансирования после увеличения денежной массы может побудить финансовые учреждения сделать средства более доступными для потенциальных заемщиков.

    Превосходство денежной модели над кейнсианской не было продемонстрировано. Однако денежные факторы не маловажны; нет причин отвергать точку зрения, согласно которой изменения в денежной массе будут влиять на доход прямо или косвенно через изменения процентных ставок или доступность кредита.

    Сторонники монетарного подхода еще не доказали, что изменения в денежной массе имеют надежное и предсказуемое влияние на расходы, даже вопрос о причинно-следственной связи между денежной массой и доходом.Фактически, нам не нужно придавать денежной массе особого значения в финансовом механизме, нам не нужно приписывать ей какое-либо особое прямое причинное влияние на экономическую активность, и нам не нужно полагать, что денежно-кредитные власти применяют какой-либо очень простой механизм для ее обеспечения. контроль.

    Тем не менее, также очевидно, что мы не можем отклонить денежную массу и другие финансовые факторы как неважные при определении экономической активности; скорее следует понимать, что процентные ставки и предложение кредита могут иметь значительное влияние на экономическую активность и что денежно-кредитные органы имеют возможность контролировать эти переменные.

    Самым интересным событием в области экономических идей за очень долгое время является то, как послевоенная форма кейнсианской экономики была поставлена ​​под сомнение новой школой мысли, называемой «монетаристами», во главе с ее лидером Милтоном Фридманом. Чикагский университет. Продолжаются споры между одной группой, которая уделяет основное внимание фискальной политике как главному двигателю роста и стабилизации экономики, и второй группой, которая считает, что деньги и, следовательно, денежно-кредитная политика являются наиболее важным основным фактором роста и экономической стабильности.

    Экономисты расходятся во мнениях относительно характера, истории и границ дебатов или разногласий. Первый этап — это занятие крайних позиций. Позиция фискалиста заключается в том, что «деньги не имеют значения» (или имеет значение только фискальная политика) как эффективное средство управления спросом. Крайняя позиция монетаристов состоит в том, что «имеют значение только деньги» (или фискальная политика не имеет значения) как эффективное средство управления спросом.

    На втором этапе дискуссии более четко определяются области разногласий и уступки, на которые готовы пойти крайние позиции: фискальная позиция или уступка заключаются в том, что «деньги имеют очень мало значения», а монетаристская позиция или уступка (другому лагерю) ) заключается в том, что «деньги важнее всего» как эффективное средство управления спросом.

    На третьем этапе дискуссии выявляется компромиссный элемент — посткейнсианская позиция состоит в том, что «важны и денежно-кредитная, и фискальная политика», нам нужно сочетание двух, но позиция монетаристов состоит в том, что «деньги имеют значение главным образом». Милтон Фридман из Чикаго и его последователи утверждают, что власти обладают не более чем временной властью влиять на объем производства и занятость и что разница между политикой высокого и низкого спроса в долгосрочной перспективе влияет на уровень цен (оставим в стороне, для в настоящее время платежный баланс).

    По данным I.S. Риттер: «Каждая девочка и крохотный человечек, рожденные в семейном гнезде, являются либо маленькими кейнсианцами, либо маленькими монетаристами». Президенты США время от времени использовали следующие различные подходы при разработке экономической политики, в зависимости от того, была ли их ориентация кейнсианской или монетаристской. Как кейнсианцы, они будут настойчиво требовать от Конгресса антициклических налогов и расходов. Если бы они были монетаристами, они бы тратили больше энергии на попытки повлиять на действия Федеральной резервной системы.

    Администрация Эйзенхауэра, по сути, занимала монетаристскую позицию, в то время как ориентация экономической политики при Кеннеди и Джонсоне была преимущественно кейнсианской. Администрация Никсона, похоже, находится на середине пути. Джимми Картер, президент США, принял кейнсианскую политику, объявив о снижении налогов и увеличении государственных расходов для лечения экономических недугов, связанных с безработицей.

    Он включал Л. Кляйн, известный кейнсианец среди своих экономических советников. Президент Рейган в 1980-х годах также не придерживается другой политики, хотя экономическая политика, которой он придерживается в США, в народе называется «экономикой Рейгана»; с упором на предложение, снижение налогов и стимулы для производства.

    Практическое значение политики :

    Политические последствия между кейнсианским подходом к доходам и расходам и монетаризмом важны для экономики. Современная количественная теория (монетаризм) также имеет тесную связь с классической экономикой в ​​том смысле, что не потому, что она подчеркивает важность денежной массы, но также потому, что она восходит к классической идее о том, что рыночная экономика не является по существу нестабильной. Другими словами, экономика имеет естественную тенденцию двигаться по траектории выпуска, определяемой ростом ее производственного потенциала.

    Определенные события вне экономической системы, такие как войны, забастовки, засухи, изменения ожиданий и предпочтений, изменение внешнего спроса, действительно вызывают колебания объемов производства и занятости в соответствии с траекторией тренда. Но они непродолжительны, и основная стабильность экономики обеспечивается рыночными силами.

    Монетаристы также придерживаются мнения, что эти внешние факторы сами по себе не вызывают колебания доходов, объема производства и занятости как неправильное управление денежной массой со стороны монетарных властей — они рассматривают этот тип действий правительства как причину, а не лекарство от краткосрочная экономическая нестабильность.Эта точка зрения монетаристов резко контрастирует с кейнсианской точкой зрения.

    Согласно последней школе кейнсианцев, правительство должно играть активную стабилизирующую роль не путем изменения налогов и расходов, но также посредством таких действий, которые повлияют как на частные расходы на потребление, так и на инвестиции, прокладывая путь к стабилизации. Профессор Фридман подчеркнул основную сущность монетаристской идеи в 1967 году в своем президентском обращении к Американской экономической ассоциации, говоря о «естественном уровне безработицы» — уровне, определяемом взаимосвязью между основными реальными факторами, такими как реальная заработная плата, скорость накопления капитала и т. Д. технологические изменения и др.

    Он подтвердил уверенность в том, что экономика со временем приспособится к уровню производства и занятости, определяемому темпами роста этих основных реальных факторов. Он также считает, что этот процесс очень прост, за исключением случаев, когда ему мешают внешние силы, в том числе правительство. Другими словами, очевидное практическое значение его анализа состоит в том, что изменения в любых важных реальных агрегатах экономики находятся за пределами досягаемости краткосрочных инструментов политики правительства, фискальной или денежно-кредитной.

    Учитывая стабильную функцию спроса на деньги, а также твердую уверенность в том, что денежная масса влияет только на такие номинальные переменные, как ВНП и уровень цен, деньги сами по себе становятся подходящим инструментом политики для воздействия на экономическую активность. С точки зрения монетаристов, контроль центрального банка над денежной массой является единственным наиболее мощным фактором, влияющим на уровень экономической активности, чем фискальные меры, связанные с изменением налогов или государственных расходов.

    Но, согласно профессору Фридману, существуют значительные временные лагы неопределенной продолжительности между изменениями денежной массы / запасов и переменными, на которые влияют такие изменения, включая уровень цен.Он говорит, что мы не можем правильно предсказать, какое влияние конкретное денежно-кредитное действие окажет на уровень цен и когда оно окажет такой эффект.

    Таким образом, попытка прямого контроля уровня цен может сделать саму денежно-кредитную политику источником экономических потрясений из-за ложных остановок и запусков. Временные лагы являются реальной проблемой, центральный банк не должен пытаться следовать антициклической стабилизации, политике изменения денежной массы / запасов в ответ на текущие экономические события.

    Поэтому он защищал денежное правило увеличения денежной массы от 3 до 5 процентов в год для плавного роста экономики, игнорируя при этом другие типы тревожных экономических событий. Это было и остается сутью политических рекомендаций современной количественной теории денег, называемой школой монетаристов.

    Последствия монетаристского вызова :

    Этот тип монетаристского подхода, названный «монетаристской контрреволюцией», вызвал длительные споры на протяжении более двух десятилетий, и, похоже, им нет конца.

    Хотя возникло и прояснилось, если не решено, несколько основных проблем, но все же важные как для монетаристов, так и для кейнсианской школы следующие вопросы:

    (i) Вопрос о том, являются ли изменения в деньгах или изменения в автономных расходах в кейнсианском смысле наиболее важными для объяснения краткосрочных изменений объема производства, доходов, занятости и уровня цен; (ii) основная стабильность функции спроса на деньги — вопрос прежде всего стабильности скорости; (iii) эластичность спроса на деньги по процентам; и (iv) способность центрального банка контролировать денежную массу.

    (ii) Эконометрические модели, упражнения и эмпирические тесты, разработанные на сегодняшний день, не смогли окончательно установить, являются ли денежная масса или кейнсианские автономные переменные важными детерминантами изменений выпуска, дохода, занятости и уровень цен.

    Безусловно, дебаты будут продолжаться, поскольку сторонники монетаризма утверждают, что деньги являются ключом к этим изменениям в экономической системе, в то время как кейнсианцы утверждают, что деньги, несомненно, должны играть определенную роль, — важность финансовых инструментов экономической стабилизации. и управление спросом нельзя свести к минимуму.Возможно, мы сможем облечь эту дискуссию в несколько лучшую форму, если учесть, что ни фискальная, ни денежно-кредитная политика по отдельности (или в совокупности) еще не оказались адекватными для решения серьезной и постоянной проблемы стагфляции.

    (iii) Переходя к следующему вопросу базовой стабильности функции спроса на деньги — что в конечном итоге означает проблему стабильности дохода — скорости обращения денег (GNP / M 1 ), Фридман сказал, что это действительно так. это не означает, что скорость обращения денег должна быть численно постоянной во времени — по его мнению, стабильность заключается в функциональных отношениях между количеством требуемых денег и переменными, которые его определяют.

    Другими словами, это означает не то, что скорость не может измениться, а то, что изменения постепенные и предсказуемые. Однако есть мнение, что это могло случиться временами в прошлом, но в последние годы ситуация изменилась, особенно в 80-е годы. С другой стороны, скорость — скорость, с которой деньги оборачиваются или переходят из рук в руки, снижается, и это вызвало множество проблем в экономической системе.

    Экономисты не смогли, не смогли понять, что Федеральная резервная система (США) выкачивает много денег (долларов) в 1980-е годы, но их просто нет в обращении.Некоторые экономисты считают, что добрались до истины. Они чувствуют, что скорость обращения денег снизилась, что, в свою очередь, создает проблемы. Скорость, как мы знаем, — это простая мера скорости, с которой деньги переходят из рук в руки или оборачиваются. Это изменение скорости означает фундаментальное изменение способа использования денег и скорости роста экономики.

    Советы Федеральной резервной системы (США) в 1986 году откачивали деньги в США почти на 13 процентов в год, однако реальный объем производства вырос только на 2.5 процентов. Между тем в этом году инфляция быстро пошла на убыль. Таким образом, очевидно, что деньги не являются двигателем роста, которым они были раньше. Председатель Совета ФРС (США) Пол А. Волкер заметил, что узко определенная денежная масса M 1 «сегодня не является надежным показателем» будущей инфляции или экономического роста. Он чувствовал, что могут потребоваться годы, чтобы понять новые особенности скорости M 1 .

    Некоторые экономисты предупреждали, что опасность заключается в том, что ФРС будет создавать все больше и больше денег с все меньшим и меньшим экономическим эффектом.Не то чтобы дополнительные деньги падали в черную дыру — они просто не оборачиваются так быстро, как раньше, для стимулирования производства или инвестиций. В конечном итоге деньги могут оказаться в руках людей, которые должны их тратить, и мы приближаемся к чему-то вроде «ловушки ликвидности».

    Строго говоря, экономисты определяют ловушку ликвидности как состояние, при котором никакая сумма денег не может снизить процентную ставку. Люди хотят брать всю наличность, которую выдвигает центральный банк (ФРС), и помещать их на свои текущие счета вместо того, чтобы покупать ценные бумаги с выплатой процентов, такие как облигации.Как следствие, отсутствие спроса на ценные бумаги удерживает ставки без изменений. Экономисты спорят об этой возможности (ловушка ликвидности) с тех пор, как Кейнс предупредил о ловушке ликвидности в 1930-х годах.

    Ясно, что сегодня это условие не выполняется. Ставки по-прежнему снижаются, а люди продолжают тратить. Но учитывая сумму денег, которую ФРС. в США в 1985-86 гг. очевидно, что что-то пошло наперекосяк во взаимосвязи между денежной массой и процентными ставками.

    Что случилось? В 1970-х годах экономисты-монетаристы утверждали, что рост денежной массы тесно связан с экономическим ростом и что скорость роста, составляющая около 3 процентов в год, была стабильной частью уравнения.

    Однако с 1980 года скорость резко возрастала, а с 1985 года она резко упала. Более низкая скорость означает, что каждая денежная единица (доллар) выполняет меньше работы, поэтому вам нужно больше денежных единиц (долларов) для поддержания заданного уровня. экономической деятельности. Большинство монетаристов интерпретируют эти изменения осторожно и осторожно и считают, что они «не уверены в том, что что-то продолжалось.”

    Некоторые монетаристы считают, что неожиданное поведение скорости в последние годы связано с проблемами определения или измерения. Проще говоря, M 1 и валовой национальный продукт — это не то, чем они были раньше, потому что скорость равна ВНП, деленному на M 1 , изменения в числителе и знаменателе могут иметь большое значение.

    Например, за последние несколько лет M 1 был расширен за счет включения процентных счетов NOW.Эти счета быстро растут, как показывает рост M 1 , однако они оборачиваются реже, чем деньги на обычных текущих счетах. Таким образом, рост денежной массы приводит к меньшему количеству транзакций, что, в свою очередь, приводит к снижению выпуска. Это, по их словам, одно из возможных объяснений снижения скорости обращения денег.

    Другая вероятная причина может заключаться в том, что хотя M 1 быстро растет, и люди тратят деньги по-прежнему; но сейчас они покупают больше импортных товаров, чем раньше.Это ухудшает торговый баланс страны, что снижает ВНП, уменьшая числитель в уравнении скорости. Таким образом, M 1 делит s на ВНП меньше раз, что дает более низкую скорость. Затем есть случай пропущенных транзакций, которые не отражаются в статистике ВНП и, следовательно, не учитываются должным образом. Например, вся эта ликвидность, безусловно, была использована для покупки обыкновенных акций и других финансовых активов.

    Оборот есть, — считают монетаристы, — но на текущем выпуске он не отражается.Таким образом, проблема стабильности скорости претерпевает изменения, и очень трудно сказать, что она останется стабильной при быстро меняющихся обстоятельствах, как утверждают монетаристы, — каковы бы ни были причины. Многие экономисты утверждают, что реальные процентные ставки (цена денег с поправкой на инфляцию) упали не так быстро, как номинальные процентные ставки.

    Связь между ростом денежной массы и расходами действительно работает через реальные процентные ставки. Для ФРС (в США) была очень необычная ситуация — ускорять рост денежной массы, но удерживать реальные процентные ставки на высоком уровне, в то же время временами рискуя рецессией.Скорость и ее предполагаемая стабильность в уравнении Фридмана были величайшей причинностью в этом процессе, и, похоже, предположение о стабильности скорости больше не выполняется — как предположение, на котором построено все монетаристское здание.

    По сути, данные показывают, что спрос на деньги довольно чувствителен к процентной ставке, но не настолько чувствителен, как утверждали более ранние кейнсианцы.

    (iv) Что касается контроля над денежной массой центральными банками — данные показывают, что в течение длительного периода денежно-кредитные органы могут контролировать с разумной точностью общую денежную массу (M 1 ), но в меньшей степени способны контролировать денежную массу. короткая перебежка.

    Перед заключением можно попытаться сделать несколько заключительных комментариев:

    «Выдающиеся экономисты заявили, что тщательно разработанная профессором Фридманом формулировка современной количественной теории денег (монетаризма) на самом деле является не чем иным, как элегантным и сложным утверждением современной кейнсианской денежной теории. Как только будет понято особое значение, которое Фридман придает богатству и затратам на хранение денег, должно стать ясным основное сходство между его функцией спроса на деньги и кейнсианской функцией спроса на денежные отношения.

    На самом деле, некоторые из сторонников монетаризма были обеспокоены, поскольку они думали, что попытка Фридмана прояснить механизм передачи монетаризма, присущий монетаристской структуре / теории, только приблизила его к кейнсианскому взгляду на процесс. Некоторые критики обвиняли Фридмана в том, что он на самом деле не понимает сущности кейнсианского анализа, особенно той роли, которую неопределенность играет в кейнсианской системе ».

    Различия между подходами Фридмана и кейнсианцами носят скорее идеологический, чем теоретический характер.Это, вероятно, верно, потому что в фундаментальном смысле контрреволюция монетаристов — это атака на основную кейнсианскую идею о том, что рыночная экономика по своей сути нестабильна, и, если она хочет работать хорошо, правительство может играть стабилизирующую роль с помощью своих денежных и фискальных средств. .

    Выверка :

    Неокейнсианцы или посткейнсианцы, Уолтер Хеллер, Артур Окун, Тобин, Самуэльсон и т. Д. Не занимают крайних позиций и считают, что и фискальная, и денежно-кредитная политика являются важными детерминантами уровня реального объема производства.В нынешнем состоянии противоречий немногих экономистов можно отнести к полностью приверженным монетаристским или фискалистским лагерям. Споры или диспут между двумя подходами — это фиктивный спор, и вопрос о выборе одного ценой игнорирования другого, на самом деле, не должен возникать; потому что одна (денежно-кредитная политика) чрезвычайно полезна в долгосрочной перспективе во время инфляции, а другая (фискальная политика) очень полезна в краткосрочной перспективе во время депрессии.

    Неокейнсианцы утверждают, что возможно, что изменения в совокупном спросе вызовут изменения в спросе на деньги, которые потребуют от органов денежно-кредитного регулирования реагирования на потребности торговли и деятельности и, таким образом, увеличения предложения денег.Таким образом, суть спора между кейнсианцами и монетаристами заключается просто в том, какая теория лучше всего объясняет и предсказывает реальное поведение ВНП, цен и безработицы.

    Посткейнсианская позиция состоит в том, что она пытается выбрать лучшее из обоих лагерей: посткейнсианцы утверждают вместе с фискалистами, что основное влияние денежно-кредитной политики передается на реальный сектор косвенно через изменения процентных ставок других стран. -деньги финансовые активы. Посткейнсианцы спорят с монетаристами, что спрос на деньги неэластичен.Но они также утверждают, что, поскольку денежная масса положительно связана с процентной ставкой и является относительно эластичной по процентной ставке, комбинированная процентная эластичность денежного предложения и спроса делает процентную эластичность графика LM.

    Они также спорят с монетаристами, что инвестиции в реальный бизнес очень эластичны по процентным ставкам, так что график IS очень эластичен по процентным ставкам. Таким образом, при использовании графиков IS и LM с высокой степенью эластичности процентной ставки посткейнсианцы приходят к выводу, что и денежно-кредитная, и фискальная политика являются жизнеспособными и приемлемыми средствами, с помощью которых можно контролировать экономику посредством управления совокупным спросом (деньги, без сомнения, имеют значение, но также имеет значение фискальная политика. ).

    Несмотря на позицию посткейнсианцев, спор между монетаристами и кейнсианцами все еще существует. Природа дебатов в основном такая же, как и те, которые существовали в прошлом в течение многих лет по поводу использования кейнсианской теории определения уровня экономической активности и количественной теории денег как теории определения уровня экономической активности. экономическая активность.

    Таким образом, мы заключаем, что и монетаризм, и старый монетаризм, и неомонетаризм, и неомонетаризм — и кейнсианство — посткейнсианство и неокейнсианство — являются односторонними и частичными.Они эффективны в течение определенной фазы торгового цикла в капиталистической экономике, тогда как монетаризм более эффективен во время инфляционной фазы — кейнсианство более эффективно во время дефляционной фазы цикла.

    Следовательно, разумное сочетание двух — больше монетаризма и меньше кейнсианства во время инфляции и больше кейнсианства и меньше монетаризма во время дефляции — может способствовать экономическому росту при небольшой стабильности в развитых капиталистических экономиках. Однако ни кейнсианство, ни монетаризм, ни их сочетание не способны инициировать процесс развития в развивающихся странах, поскольку в этой политике делается упор на регулирование спроса и предложения на монетарные факторы, тогда как реальная проблема в развивающихся странах заключается в создании и регулировании финансовых факторов. спрос и предложение на реальные физические факторы в плановом порядке.

    Можно согласиться с наблюдениями профессора П. Р. Брахмананды о том, что «Наше суждение состоит в том, что аналитическая структура Кейнса и / или Фридмана неуместна в индийских условиях, в первую очередь потому, что обе вышеупомянутые структуры полностью отвергают закон Сэйса и восхваляют что инвестиции или деньги имеют независимое влияние на выпуск через канал увеличенного реального спроса. И кейнсианский множитель, и фридмановская реальная скорость не работают. Приведенные ниже цифры показывают рабочие и политические последствия сочетания денежно-кредитной и налогово-бюджетной политики.

    Микс денежно-кредитной и налогово-бюджетной политики :

    Очевидно, что ни денежно-кредитная политика, ни налогово-бюджетная политика, действуя в одиночку, не могут обеспечить блага и желаемые цели. По общему мнению, одна политика может быть более эффективной, чем другая в определенных ситуациях: денежно-кредитная политика более эффективна при инфляции, а фискальная политика более эффективна при дефляции. Однако с практической точки зрения формирования политики лицо, принимающее решение, должно будет прибегнуть к обеим мерам одновременно.

    Здесь показано, что для определения наиболее подходящего сочетания мер политики для любой конкретной ситуации необходимо принять сочетание налогово-бюджетной и денежно-кредитной политики. Совместное воздействие денежно-кредитной и налогово-бюджетной политики схематически показано с помощью хорошо известных кривых IS / LM Хикса-Хансена. Традиционное изображение IS / LM несет в себе неявное предубеждение против денежно-кредитной политики, потому что наша первоначальная попытка заключалась в популяризации кейнсианской экономики с помощью кривых IS / LM. Это предубеждение против денежно-кредитной политики видно из рис.48.1.

    На рис. 48.1 (A) горизонтальная часть кривой LM явно предполагает кейнсианскую ловушку ликвидности и показывает, что денежно-кредитная политика совершенно неэффективна в плане влияния ни на уровень дохода, ни на процентную ставку (как показано пунктирной линией), если В этой области ловушки ликвидности происходит пересечение IS / LM.

    Таким же образом на рис. 48.1 (B) показана вертикальная кривая IS, которая получена из предположения о полностью неэластичной функции спроса по процентам, и ясно показывает, что здесь денежно-кредитная политика снова бесполезна, однако новый подход подчеркивает тот факт, денежные изменения повлияют на решение о расходах независимо от инвестиционной реакции.

    Вкратце, новый монетаризм подразумевает, что кривая IS и кривая LM взаимозависимы в том смысле, что изменение денежной массы напрямую повлияет на решение о расходах. Опять же, функции IS / LM представляют собой полезный инструмент для объяснения последствий комбинированной денежно-кредитной и налогово-бюджетной политики и для классификации альтернативной политики в данной ситуации.

    Более того, в этом анализе легко учесть внешний сектор — как показано на рис.48.2. На этом рисунке мы накладываем функцию платежного баланса «BOP» на стандартную диаграмму IS / LM. Кривая ПБ суммирует все комбинации процентных ставок и дохода, которые поддерживают равновесие во внешнем счете.

    Эта кривая (ПБ) имеет положительный наклон, потому что, если предполагается, что экспорт является экзогенным, увеличение дохода ухудшит торговый счет (ПБ), поскольку увеличение дохода приведет к большему притоку импорта. Следовательно, для поддержания равновесия требуется компенсирующее улучшение счета операций с капиталом — это произойдет за счет повышения процентной ставки.

    Высокая процентная ставка привлечет в страну иностранный капитал, что, вероятно, устранит общий торговый дефицит в ПБ. Таким образом, чтобы поддерживать равновесие во внешнем счете, рост дохода должен сопровождаться увеличением процентной ставки, т.е. положительной взаимосвязью, поэтому говорят, что кривая ПБ имеет положительный наклон.

    Мы видим, что кривая BOP изогнута в точке «O». На диаграмме мы предполагаем, что реакция притока капитала на изменение процентной ставки будет в решающей степени зависеть от процентных ставок, преобладающих в других местах (в других странах) в мире.Если процентная ставка ниже средней ставки, преобладающей в мире (в других странах, т.е. ниже точки «О» на рис. 48.2), она вряд ли вызовет значительный приток капитала, тогда как когда она поднимется выше «среднемировой» ‘- ответ будет гораздо более быстрым и значительным.

    В то же время мы можем разумно предположить, что «импортный» эффект заданного роста дохода будет примерно одинаковым, независимо от того, происходит ли рост на более высоком или более низком уровне.Поэтому кривая противовыбросового превентора носит изогнутый характер. Схема носит чисто иллюстративный характер. Теперь мы объясним с помощью приведенного выше рисунка, как сочетание денежно-кредитной и фискальной политики может обеспечить внешний и внутренний баланс. Это поясняется на рис. 48.3.

    На рис. 48.3 мы предполагаем исходную ситуацию, определяемую пересечением кривых IS и LM в точке (C). Это пересечение означает, что безработица равна AB (на оси OY), а дефицит платежного баланса равен FULL CD.Теперь либо денежно-кредитная политика, либо налогово-бюджетная политика, действуя независимо, способны достичь одной из целей политики.

    Если будет принята ограничительная денежно-кредитная политика, что означает повышение процентной ставки, что привлечет иностранный капитал в страну и, таким образом, избавит торговый счет от ПБ. На рисунке такая сдерживающая денежно-кредитная политика приведет к достижению равновесия в точке E кривой BOP, устраняя торговый дефицит (CD) на торговом счете. Но он не сможет обеспечить полную занятость в экономике i.е., внутренний баланс.

    Следовательно, сдерживающая денежно-кредитная политика будет достигать только цели внешнего баланса по устранению торгового дефицита, в то время как стимулирующая денежно-кредитная политика, то есть падение процентной ставки (что приведет к увеличению инвестиций), может привести экономику к точке F на кривой IS. и достичь цели занятости (тем самым устраняя безработицу AB). Аналогичные рассуждения применимы к экспансионистской и сдерживающей фискальной политике.

    Но полное равновесие, то есть как внешнее, так и внутреннее равновесие при U (дефицит полной занятости), обозначенное пунктирными линиями, может быть достигнуто путем комбинированного взаимодействия обеих политик одновременно, а именно, экспансионистской фискальной политики в сочетании с ограничительной денежно-кредитной политикой; когда будет принята ограничительная денежно-кредитная политика — она ​​сместит кривую LM влево, а экспансионистская фискальная политика (увеличение расходов) сместит кривую IS вправо, и обе (пунктирные кривые) пересекаются друг с другом в точке U.Здесь двойная цель {т. Е. внешний баланс и полная внутренняя занятость).

    В точке U нет ни дефицита платежного баланса, ни безработицы. Для достижения двойной цели требуются оба инструмента (денежно-кредитный и фискальный). Однако можно отметить, что обе требуемые меры политики служат для повышения процентной ставки. Однако возможность ограничения институциональной процентной ставки препятствует принятию комбинированной меры политики.

    Когда установлен предел институциональной процентной ставки, не указано иное возможное решение, кроме успешной девальвации (которая фактически снижает функцию платежного баланса для любого данного дохода и процентной ставки (комбинации).Действительно, само существование безработицы и постоянного внешнего дефицита предполагает переоценку национальной валюты.

    Модель Манделла :

    Безработица, низкие доходы и связанные с ними низкие темпы роста — дорогостоящие способы достижения торгового баланса. Точно так же инфляция, хотя она действительно может устранить положительное сальдо торгового баланса, также является довольно дорогостоящим способом сделать это. Правительства, стремящиеся ликвидировать безработицу и снизить инфляцию, часто рассматривают проблемы с платежами как вмешательство в свои внутренние планы.

    Однако обе цели могут быть достигнуты путем сочетания как денежно-кредитной, так и налогово-бюджетной политики. Различные конфликты в использовании фискальной и денежно-кредитной политики для одновременной корректировки национального дохода и платежного баланса могут быть четко показаны, впервые проработанные двумя профессорами международной экономики Тревором Своном и Робертом Манделлом.

    На рис. 48.4 налогово-бюджетная политика показана по вертикальной оси, причем государственный бюджет показан восходящим от дефицита к балансу, а затем к профициту.Здесь предполагается, что бюджетный дефицит ведет к расширению, сбалансирован и нейтрален для бюджета, а профицит бюджета ограничивает экономику, а также импорт.

    Процентная ставка показана на горизонтальной оси, которая указывает денежно-кредитную политику. Предполагается, что низкие процентные ставки способствуют росту экономики, а также импорта и препятствуют притоку краткосрочного иностранного капитала и, следовательно, ухудшают состояние платежного баланса. Высокие процентные ставки делают наоборот.

    На рис.48.4 (A), показанная кривая представляет собой кривую внешнего баланса, которая показывает все различные комбинации налогово-бюджетной и денежно-кредитной политики, которые не требуют какого-либо государственного вмешательства при данном обменном курсе для поддержания этого курса.

    Короче говоря, в официальной расчетной версии платежного баланса нет ни дефицита, ни профицита. Начиная с точки A (которая показывает равновесие ПБ) на кривой внешнего баланса, мы предполагаем, что бюджет испытывает дефицит. Дефицит бюджета приводит к расширению экономики, увеличению импорта и, следовательно, к дефициту платежного баланса.

    Теперь, чтобы достичь платежного равновесия, процентные ставки должны быть выше, как в точке B на кривой. Более высокие ставки (сдерживающая денежно-кредитная политика) будут препятствовать импорту и в то же время привлекать краткосрочный капитал. Оба эффекта стремятся восстановить равновесие платежного баланса. Крутой наклон кривой «внешнего баланса» означает, что двойное воздействие денежно-кредитной политики как на торговлю, так и на движение капитала является относительно сильным и что налогово-бюджетная политика относительно слабее в том, что касается внешнего баланса.

    На рис. 48.4 (B) показана кривая внутреннего баланса. Эта кривая показывает различные комбинации налогово-бюджетной и денежно-кредитной политики, которые могут обеспечить максимально достижимый уровень низкой инфляции и низкой безработицы. Здесь, начиная с буквы W, мы предполагаем, что государственный бюджет испытывает дефицит. Это приведет к расширению экономики и приведет к инфляции, если процентная ставка не вырастет и не достигнет точки равновесия X. Более высокие процентные ставки будут иметь охлаждающий эффект на экономику, контролируя инфляцию (высокие процентные ставки контролируют деньги в обращении), восстанавливая внутреннее равновесие.

    На этих диаграммах предполагается, что обменные курсы фиксированы. Если обменные курсы изменятся, обе кривые сместятся, например, обесценивание валюты (рупии) будет стимулировать экспорт и препятствовать импорту, тем самым улучшая платежный баланс. Теперь для любого государственного бюджета внешний баланс потребует более низких процентных ставок, что будет стимулировать экономику, увеличивать импорт и ограничивать приток краткосрочного капитала. Кривая внешнего баланса на рис. 48.4 (A) сместится влево — к пунктирной линии, и смещение будет большим из-за воздействия как на торговлю, так и на движение капитала.

    С другой стороны, амортизация сдвинет кривую внутреннего баланса вверх и вправо к пунктирной линии, как показано на Рис. 48.4 (B). Из-за обесценения наши экспортные расходы увеличатся, а импорт будет сдерживаться и изменяться за счет заменителей, произведенных внутри страны. Теперь, чтобы внутренний баланс был неинфляционным, потребовался бы больший профицит бюджета или меньший дефицит при любом заданном уровне.

    Чтобы показать, каковы изменения в политике и каковы их последствия, диаграммы (A) и (B) могут быть разделены на зоны.На рис. 48.4 (A) показана кривая внешнего баланса, которая имеет зону ниже и слева от кривой, где любое сочетание налогово-бюджетной и денежно-кредитной политики приведет к дефициту платежного баланса. Вверху и справа от кривой находится зона, в которой комбинации полисов (A) приведут к профициту платежа.

    Тот же метод используется на Рис. 48.4 (B) с кривой внутреннего баланса. Здесь, в области ниже и слева от кривой, комбинация обеих политик является инфляционной, а выше и правее кривой — дефляционной.

    Теперь обе кривые для внешнего и внутреннего баланса сопоставлены на одной диаграмме, как показано на диаграмме (C), которая изображает четыре отдельные зоны, каждая из которых имеет различный набор проблем. В зоне 1 обе политики приводят к спаду и дефициту платежного баланса. В зоне 2 — спад плюс профицит платежей. Зона 3 — инфляция и профицит платежа. В зоне 4 — инфляция и дефицит платежей. Здесь правильную политику легко определить в зонах 2 и 4; но включает конфликты в зонах 1 и 3.

    Мы берем первую зону 2. Чтобы противостоять рецессии и сократить профицит платежного баланса, как фискальная, так и денежно-кредитная политика могут быть экспансионистскими. Рассмотрение зоны 4 — охладить инфляцию и сократить дефицит платежного баланса, нецелесообразно принимать сдерживающую фискальную и денежно-кредитную политику. Но в зоне 1 содержится призыв к политике расширения, направленной на преодоление спада, и политике сдерживания, чтобы противостоять дефициту платежей, в то время как в зоне 3, где сокращение необходимо для противодействия инфляции, и расширение профицита платежей, наблюдается противоположное.

    При выборе правильной политики в зонах 1 и 3 лица, определяющие политику, должны будут принять во внимание тот факт, что кривая внешнего баланса круче, чем кривая внутреннего баланса. Судя по наклону кривой (кривые внутреннего и внешнего баланса), кажется, что денежно-кредитная политика оказывает более сильное влияние на внешний баланс, а фискальная политика — на внутренний баланс.

    Таким образом, политики (или менеджеры), по-видимому, предпочтут жесткие деньги и экспансионистскую фискальную политику в зоне 1 и легкие деньги в сочетании с дефицитом бюджета в зоне 3.Но решение непростое, и стране, расположенной либо в зоне 2, либо в зоне 4, гораздо легче принять решение о вариантах своей политики. Таким образом, внешний и внутренний баланс могут быть достигнуты с помощью разумного сочетания обеих политик. Единая политика, действующая независимо, не может достичь общего баланса или желаемых целей полной занятости и торгового баланса.

    Модель

    Манделла предполагает, что изменения в размере бюджетного профицита можно рассматривать как показатель налогово-бюджетной политики; в то время как изменения процентной ставки указывают на стимулирующую или сдерживающую денежно-кредитную политику.Учитывая ограничение фиксированного обменного курса, соответствующая политика стабилизации требует, чтобы денежно-кредитная политика была направлена ​​на внешние цели, а фискальная политика — на внутренние цели. Более того, несоблюдение этого политического предписания может привести к тому, что политика дискреционной стабилизации окажет обратный эффект и сделает итоговую ситуацию хуже той, для исправления которой она была предназначена.

    Исходная диаграмма

    Манделла (рис. 48.5), приведенная здесь, показывает функцию ХХ, которая описывает все эти комбинации профицита бюджета и процентных ставок, которые обеспечивают полную занятость без инфляции.Функция имеет отрицательный наклон, так как предполагается, что уменьшение профицита бюджета, предполагаемое экспансионистским, потребует компенсирующего сокращения инвестиционных расходов за счет более высоких процентных ставок, если совокупный уровень доходов останется неизменным. Точно так же функция FF суммирует все эти профициты бюджета — комбинации процентных ставок, которые соответствуют равновесию платежного баланса.

    Он имеет отрицательный наклон, поскольку при неизменном экспорте любое увеличение импорта, возникающее в результате экспансионистского воздействия снижения профицита бюджета, должно быть компенсировано улучшением счета операций с капиталом за счет повышения ставки процента.

    Важность модели Манделла заключается в подчеркивании того факта, что эффективная политика стабилизации требует, чтобы инструменты политики были направлены на достижение целей политики, на которые они оказывают наибольшее влияние. Просто утверждение необходимого равенства между инструментами и целями само по себе является недостаточным условием для эффективной разработки политики. Даже если количество инструментов может равняться количеству заявленных целей, ненадлежащее использование соответствующих инструментов политики может положительно дестабилизировать.

    Возьмем точку Z на рис. 48.5; будучи функцией ХХ — такое сочетание процентной ставки и профицита бюджета полностью соответствует цели занятости, но в то же время подразумевает дефицит внешнего счета. Если власти решат скорректировать его (дефицит) с помощью налогово-бюджетной политики, увеличение профицита бюджета восстановит равновесие в точке T; но одновременно приведет к отходу от полной занятости.

    Если сейчас для восстановления внутреннего равновесия применяется денежно-кредитная политика, это потребует снижения процентной ставки до позиции «U»; но такой шаг приводит к увеличению внешнего дефицита по сравнению с исходным уровнем.Таким образом, несоответствующее сочетание денежно-кредитной и фискальной политики с целями политики оказывает положительное дестабилизирующее воздействие. Таким образом, неоднократные опасения или дебаты по поводу сравнительной эффективности денежно-кредитной и налогово-бюджетной политики действительно неуместны; то, что требуется, — это разумная и оптимальная комбинация мер политики для решения любой конкретной ситуации.

    Сочетание денежно-кредитной и налогово-бюджетной политики и рост :

    В последние годы все большее внимание уделяется разработке подходящих сочетаний денежно-кредитной и налогово-бюджетной политики для повышения темпов экономического роста с целью повышения уровня инвестиций за счет потребления.

    Утверждается, что налогово-бюджетная политика может использоваться для сокращения потребления; в то время как денежно-кредитная политика может быть принята для стимулирования инвестиций. Таким образом, правильный набор мер политики может эффективно переводить ресурсы от текущего потребления к инвестициям с благотворным влиянием на долгосрочные темпы роста.

    Суть модели Манделла состоит в том, что хотя может существовать бесконечное количество профицита бюджета — комбинации процентных ставок, согласующиеся с поддержанием внешнего баланса; будет только одна уникальная комбинация, способная одновременно удовлетворить обе цели.

    Другими словами, отсюда следует, что силу внешнего дефицита нельзя игнорировать в течение длительного времени — аналогично, существуют серьезные политические причины, ограничивающие отход от полной занятости — допустимое сочетание денежно-кредитной политики для экономического роста эффективно заранее определено, как показано на диаграмму здесь, разделив ее на области с высокими и низкими темпами роста.

    Мы обнаружили, что совместные условия внутреннего и внешнего равновесия диктуют последнее (низкий рост). Единственный способ добиться высоких темпов роста — это девальвация, о чем свидетельствует смещение внешней функции внутрь (пунктирной линией).Это не должно удивлять, если иметь в виду равенство количества целей и инструментов.

    Комбинированное использование денежно-кредитной и налогово-бюджетной политики смогло обеспечить двойную цель внутреннего и внешнего равновесия при эффективном использовании — дополнительная цель (экономический рост) требует дополнительного инструмента политики — в данном случае курсовой политики ».

    Другими словами, атака на проблемы инфляции, дефляции, стагфляции, ПБ и т. Д. Должна быть многосторонней, и разумное сочетание должно быть действительно разумным, потому что элементы и пропорции, в которых они объединены в разумное сочетание, имеют претерпевать изменения в зависимости от обстоятельств, преобладающих в экономике, и стадии ее развития.

    Статьи по теме

    одинаковых сторон одной подростковой монеты

    Джон Мейнард Кейнс (Фото: Википедия)

    Популярная история, продвигаемая мыслителями школы монетаризма, — это история о том, как Милтон Фридман дискредитирует кривую Филлипса. Для тех, кто не знаком с последним, это неверная теория, которую разделяют кейнсианцы, согласно которой экономический рост является причиной инфляции.

    Кейнсианцы полагают, что быстрый рост ведет к нехватке рабочей силы и производственных мощностей, что приводит к повышению цен. Конечно, если мы игнорируем тот факт, что рабочая сила и мощность динамичны, а не статичны, и также игнорируем технологические усовершенствования, которые позволяют компаниям производить все большие объемы с меньшими трудозатратами и производительностью, мы не можем игнорировать то, что США — это не остров. Предполагая дефицит, американские производители регулярно получают доступ к мировой рабочей силе и мировым фабрикам, так что рост никогда не может повлиять на уровень цен, как предполагается.

    О том, что США не являются неприступным экономическим островом, монетаристы должны принять к сведению, поскольку их теория аналогичным образом предполагает Fortress USA. Они считают, что долларовый кредит контролируется ФРС через банки, которые он регулирует, в отличие от кредитования за доллары, которое является довольно широким понятием, так как любая «ограниченность» ФРС исторически компенсировалась притоком долларов (среди множества других — рынок евродолларов) со всего мира.

    Монетаристы правильно утверждали, что инфляция всегда является денежным феноменом, но вновь возрожденная теория, которая была давно отвергнута даже Фридманом, является просто разновидностью сильно дискредитированной Кривой Филлипса.Проще говоря, монетаризм — это параллельная версия кейнсианского управления спросом.

    В то время как кейнсианцы наивно полагают, что государственные расходы являются источником экономического роста, монетаристы столь же наивно полагают, что создание денег ради них стимулирует экономику. Как утверждается, кейнсианский спрос через государственные расходы увеличивает рост и уровень цен, так же как и создание монетаризма в соответствии с теорией другой школы. Одна школа считает, что правительство стимулирует рост, другая — создание денег, и обе приходят к одному и тому же выводу, что инфляция может быть конечным результатом их централизованного планирования, которое якобы ведет прежде всего к процветанию.Как ни странно, обе стороны считают, что, если они могут управлять расходами и созданием денег, их опыт гарантирует отсутствие инфляции, которую они предполагают.

    Итак, хотя монетаризм ассоциируется с Фридманом и как таковой рассматривается некоторыми как «свободный рынок», не сомневайтесь в том, что это такое на самом деле. Монетаризм, как и его кейнсианский двойник, является централизованным планированием. Кейнсианцы еще раз считают, что рост — это так же просто, как Вашингтон облагает налогом или заимствует ресурсы у частного сектора, чтобы их можно было потратить на Командных высотах.Юношеская логика, лежащая в основе этой школы мысли, заключается в том, что, когда «совокупный спрос» падает, правительства должны брать средства из частного сектора и тратить их без учета экономической ценности расходов.

    Монетаристы также сосредотачиваются на «совокупном спросе», но в их случае они думают, что он может быть достигнут с помощью печатного станка. Как объяснялось в недавней статье, продвигающей эту теорию, более динамичный экономический рост может быть достигнут с «новым режимом денежно-кредитной политики, который возвращает номинальные расходы к докризисной тенденции и сохраняет стабильный рост в будущем.«Что касается доходов, монетаристы считают, что, в отличие от инвесторов, генеральных директоров и рыночных сил, которые диктуют, сколько мы зарабатываем, якобы мудрые умы в ФРС могут работать лучше. Как написали два автора из этой Школы в июле прошлого года: «Во время Великой умеренности центральные банки не следовали четким правилам стабилизации номинального дохода. Тем не менее, они стабилизировали его лучше, чем они это делали в предыдущие десятилетия или делали во время недавнего экономического кризиса и слабое восстановление «. Авторы продолжают писать, что «центральные банки должны проводить четкую политику стабилизации номинального дохода.»Для человека современные монетаристы отрицают, что они являются центральными планировщиками, поэтому читатели должны решить, не будут ли они слишком много протестовать. Что смешно, а также грустно во всем этом, так как оба мыслительных процесса очень похожи, неудивительно, что оба Стороны игнорируют тот факт, что никакие меры по сбережению никогда не снижают спроса.

    Обе стороны осуждают экономию в неспокойные экономические времена, но в их свете забывают, что все, что у нас есть сегодня — от автомобилей до мобильных телефонов и компьютеров, за которыми вы сейчас работаете, — говорит о гении экономии.Если бы мы потребляли все, что зарабатывали, мы не только были бы бедными, но и у предпринимателей не было бы капитала, к которому они могли бы получить доступ. Проще говоря, без капитала предпринимателей не бывает.

    Вот почему сбережения так важны во время экономических спадов, но сам процесс их совершения противоречит кейнсианским и монетаристским догмам. Экономия не только поддерживает человека, но и само слово «рецессия» сигнализирует о провале прошлых экономических идей, которые свободные рынки пытаются исправить, а вместе с этим — разрушении капитала.Сбережения — это то, что восстанавливает капитальную базу, так что новые идеи, способные поднять экономику, могут сочетаться с кредитом.

    Возвращаясь к тому, чтобы сбережения не умаляли спроса, кейнсианцы выступают за расходование средств других политиками, чтобы экономика могла подняться, в то время как монетаристы более тонкие и, будучи более тонкими, более нечестны. Они стремятся создать массовые деньги в то время, когда производство низкое, а спрос на деньги низкий — это означает, что они явно призывают к девальвации — что создает стимул для тех, у кого есть сбережения, потратить их до того, как они потеряют ценность.Обе стороны стремятся к потреблению капитала, а не к самим сбережениям, которые обеспечивают кредиты предприятиям, которые в противном случае двигали бы экономику вперед.

    Принимая во внимание цену кредита, которая, если оставить ее в покое, соответствует потребностям вкладчиков и тех, кто хочет сбережений, обе школы централизованного планирования стремятся к искусственно заниженной стоимости кредита. Они пытаются получить это через центральный банк. На первый взгляд, даже четвероклассник понимает, что если центральные планировщики постановят, что пентхаусы Ferrari и Манхэттен скоро будут стоить по 10 000 долларов каждый, то никому не будет ни Феррари, ни пентхаусов Манхэттена.Но когда дело доходит до кредита, обе религии действуют так, как будто деньги можно получить по просьбе, будь прокляты сберегатели.

    По словам известного монетаристского мыслителя, «Но большинство американцев зависят от заработной платы как средства к существованию, а не от процентного дохода, и более высокие процентные ставки нанесут ущерб рынку труда, который все еще остается слабым, с безработицей около восьми процентов и заработной платой. едва поднимается. Кроме того, у большинства американцев больше долгов, чем сбережений, а это означает, что они напрямую получают выгоду от более низких процентных ставок. Естественно, этот, несомненно, благонамеренный комментатор упускает из виду, что искусственно заниженная цена на что-либо означает дефицит того же самого. В отличие от замедления роста рынка труда, возможно, более высокая рыночная процентная ставка вернет на рынок вкладчиков, в том числе самых богатых, чей капитал будет больше всего способствовать росту; их сбережения в той или иной степени ссужались предприятиям, стремящимся к расширению.

    Принимая во внимание более низкий доход американцев, предполагая, что они тоже могут получить рыночную прибыль на сэкономленные деньги, они, если бы они предпочли сберегать, были бы лучше за счет меньшего потребления и большего сбережения.Ирония здесь в том, что кейнсианцы и монетаристы в отношении мужчины и женщины говорят, что любят работу, но их запутанная идеология, согласно которой деньги можно получать по ставкам, установленным государственными плановиками, ослепляет их от реальности, что если вы любите работу, вы должны любить самое главное. вкладчики, чей капитал расширяет возможности трудоустройства. Рыночные процентные ставки — это то, как вы заманиваете вкладчиков на рынок.

    Конечно, даже если бы не было предпринимателей, ищущих ссуды или финансирование, необходимое для роста, мышление обеих школ все равно было бы очень схожим и, как таковое, было бы очень ошибочным.Действительно, в их преклонении перед спросом, превыше всего остального, явно говорится, что сэкономленные деньги будут бездействовать. Вот почему один стремится к государственным расходам, а другой — к девальвации.

    Проблема теоретических рассуждений обеих сторон состоит в том, что банки и другие хранилища сбережений не платят проценты на депонированные средства, чтобы они могли сесть на эти деньги. Вместо этого получатели сбережений берут на себя обязательства именно потому, что у них есть клиенты с ближайшими потребностями в потреблении, которые они хотят удовлетворить.Короче говоря, и еще раз: никакие действия по сбережению никогда не отвлекают от спроса — как предполагают монетаристы и кейнсианцы — просто потому, что финансовые учреждения не могут принимать обязательства (депозиты), не превращая эти обязательства в активы в виде кредитов и инвестиций для потребителей и предприниматели.

    Возвращаясь к предпринимательским концепциям и существующим предприятиям, которые так часто нуждаются в кредите, ирония кейнсианской точки зрения о том, что правительства должны тратить нас на выход из рецессии, заключается в том, что, поскольку у правительств нет ресурсов, их расходы естественным образом вычитаются из доступного пула капитала, который в противном случае мигрировал бы в сторону бизнеса и, достигнув бизнеса, повысил бы заработную плату сотрудников.Последнее болезненно проявляется двумя способами: больший доступный капитал означает больше инвестиций, а без вложений нет рабочих мест и нет заработной платы. Также верно и то, что больший капитал означает больше инвестиций в повышение производительности, что делает каждую единицу труда более ценной и, следовательно, легче повышать зарплату. Проще говоря, государственные расходы не только снижают частную заработную плату, но и лишают предприятия возможности повышения производительности, которая обычно делает повышение заработной платы неизбежным.

    Монетаристское мышление в этом отношении также тупо. Стремясь создать деньги ради них, с помощью которых можно до смешного стимулировать экономический рост в лаборатории центральных плановиков, обладающих печатным станком для денег, их экономический план таков, что деньги обесцениваются, а с девальвацией потребление снова растет. . К сожалению, для рабочих, страдающих подобным детским мышлением, последствия аналогичны тем, которые вызваны государственными расходами.

    Действительно, имея уверенность в том, что те самые инвесторы, чьи инвестиции создают рабочие места, покупают будущие потоки долларового дохода, когда вкладывают капитал в новые идеи, Монетаристская (или, говоря современным языком, «рыночная монетаристская») школа стремится обесценить эти самые потоки доходов. это обычно служит приманкой для инвесторов.Негативное влияние такое же, как и большие государственные расходы. Компаниям нужны инвестиции, чтобы предлагать работникам заработную плату, и точно так же им нужны инвестиции, чтобы платить за повышение производительности, которое делает каждого работника более ценным и, следовательно, его легче повышать, но обесценивание денег, которое возникает в результате их печати для из-за этого у инвесторов не возникает стимула вкладывать капитал с самого начала. Вместо этого они ищут страховку от той самой девальвации, к которой стремятся монетаристы, которая чаще всего представляет собой вложение в вчерашнее богатство: вспомним землю, товары, редкие марки, искусство и т. Д.

    Пожалуй, самая большая ирония, которую упускают из виду эти слишком похожие школы мысли, заключается в том, что их наивные сердца находятся в правильном месте. Они хотят, чтобы люди работали и имели больше, чтобы больше потреблять. Проблема для сторонников того и другого заключается в том, что они явно проспали в колледже лекции о законе Сэя, который является тавтологией, утверждающей, что производство является источником спроса.

    Перефразируя Джона Стюарта Милля, мы обмениваем продукты на продукты, излишки нашего труда — на излишки других.Поскольку это правда, единственный способ увеличить потребление — это увеличить производство. Если так, то единственный выход для политического класса — отказаться от обеих школ экономической мысли. Государственные расходы в очередной раз снижают заработную плату, а также снижают рост производительности, что приводит к тому самому производству, которое стимулирует спрос. Унижение денежной массы, к которому стремится Монетаристская школа, приводит к такому же плохому результату, поскольку отговаривает инвесторов и предприятия от вложения капитала в концепции роста, которые увеличили бы производство, а вместе с ним и спрос.Монетаристы и кейнсианцы, близнецы в своем стремлении к росту совокупного спроса, продвигают те самые идеи, которые ведут его к снижению.

    Иронично также то, что обе эти идеологии-близнецы ставят телегу впереди лошади. Кейнсианцы считают, что государственные расходы — это путь к экономическому росту, а не его результат. США сегодня не богатая страна, потому что наше федеральное правительство тратит колоссальные суммы, скорее федеральное правительство может тратить ужасающие суммы именно потому, что США.богатый.

    Монетаристы считают, что рост денег в обращении — это путь к нирване, но поскольку их идеология извращает единственную цель денег как стабильного показателя стоимости, деньги в обращении никогда не достигают заранее установленных « целей », когда эта неудавшаяся идея набирает обороты в основном из-за нестабильности денег отпугивает инвесторов и, следовательно, ложится мокрым одеялом на само производство, что приводит к увеличению денежной массы. Идея о том, что создание бумаги — это то, что сделает нас богатыми или подстегнет экономику, является предметом юношеских фантазий, но для взрослых, которые считают, что ФРС может создать больше Intel и IBM за счет чрезмерной покупки казначейских и ипотечных ценных бумаг, монетаризм в настоящее время стремится конвертирует.Возвращаясь к реальности, стабильные деньги с точки зрения стоимости заслуживают доверия, и, поскольку они заслуживают доверия, они широко востребованы и обращаются. Монетаристы хотят нестабильных денег, стоимость которых колеблется, то есть денег, которые не заслуживают доверия и которые не пользуются большим спросом. Короче говоря, монетаризм — злейший враг самому себе.

    Что, пожалуй, наиболее комично в этих двух школах, и это говорит о том, насколько они похожи, так это то, что обе стороны считают, что в основе нашего недуга лежит отсутствие у них экономического яда. Читатели наверняка знакомы с частыми кейнсианскими восторгами Пола Кругмана о том, как U.С. экономика страдает, потому что федеральное правительство потратило недостаточно наших денег. Монетаристы утверждают примерно то же самое; их мнение, что экономика не восстановилась, потому что наш центральный банк не напечатал достаточно наших денег. Как эти две школы являются врагами — одна из главных загадок жизни, учитывая, как они обе ставят спрос на пьедестал превыше всего, и обе убеждены, что экономическое возрождение — это всего лишь триллион долларов расходов или гораздо больше триллионов долларов на печать.

    Печальная правда заключается в том, что U.Сегодня экономика С. борется из-за навязывания обеих патетических идеологий. Государственные расходы выросли до невероятного уровня вместе с созданием доллара аналогичным гротескным образом. В результате экономика проседает. Обе стороны должны уйти от обсуждения, хорошо помня о видимых неудачах своих идей. Только тогда, когда эти близнецы-подростки перестанут отравлять экономику США, она вернется к траектории роста, преобладавшей в 80-х и 90-х годах.

    Монетаризм — Оксфордская стипендия

    Страница из

    НАПЕЧАТАНО ИЗ ОНЛАЙН-СТИПЕНДИИ ОКСФОРДА (Оксфорд.Universitypressscholarship.com). (c) Авторские права Oxford University Press, 2021. Все права защищены. Отдельный пользователь может распечатать одну главу монографии в формате PDF в OSO для личного использования. дата: 19 марта 2021 г.

    Глава:
    (стр.32) 3 Монетаризм
    Источник:
    Business Cycle Theory
    Автор (ы):

    Лутц Г. Арнольд

    Издатель:
    Oxford University Press

    DOI: 10.1093 / acprof: oso / 9780199256815.003.0003

    В этой главе обсуждается, что монетаризм возник как отдельная школа теории экономического цикла из работ Фридмана по монетарной экономике в 1950-х и 1960-х годах. Главное достижение монетаризма — отодвинуть сторону предложения экономики, которая была отодвинута на задний план кейнсианской экономикой. Кроме того, монетаризм гораздо более скептичен, чем кейнсианская экономика, в отношении необходимости и эффективности политики стабилизации.Чтобы не искажать ценовые сигналы, правительство должно сделать денежную массу стабильной и предсказуемой. Независимый центральный банк помогает в достижении этой цели. Модель Лайдлера показывает, что взаимодействие между фридмановской кривой акселерационизма Филлипса и уравнением количества достаточно для генерации бизнес-циклов в понимании Р. Фриша. Сторона предложения определяет средний совокупный выпуск (NAIRO), а взаимодействие между спросом и предложением определяет колебания около этого среднего уровня.

    Ключевые слова: монетаризм, Фридман, сторона предложения, кейнсианская экономика, ценовые сигналы, стабилизация, кривая Филлипса, модель Лайдлера, NAIRO

    Для получения доступа к полному тексту книг в рамках службы для получения стипендии

    Oxford Online требуется подписка или покупка. Однако публичные пользователи могут свободно искать на сайте и просматривать аннотации и ключевые слова для каждой книги и главы.

    Пожалуйста, подпишитесь или войдите для доступа к полному тексту.

    Если вы считаете, что у вас должен быть доступ к этому заголовку, обратитесь к своему библиотекарю.

    Для устранения неполадок, пожалуйста, проверьте наш FAQs , и если вы не можете найти там ответ, пожалуйста Связаться с нами .

    Монетаризм и методология экономики

    Редактор

    Включено в список:
    • Кевин Д.Гувер

    • Стивен М. Шеффрин

    Abstract

    «Монетаризм и методология экономики» представляет собой сборник из 14 оригинальных эссе в честь Томаса Майера, посвященных темам монетаризма, трансмиссионному механизму денежно-кредитной политики, политической экономии денежно-кредитной политики и методологии эмпирической экономики.

    Рекомендуемая ссылка

  • Кевин Д. Гувер и Стивен М. Шеффрин (ред.), 1995. « Монетаризм и методология экономики ,» Книги, Эдвард Элгар Паблишинг, номер 232, март.
  • Рукоятка: RePEc: elg: eebook: 232

    Скачать полный текст от издателя

    Цитаты

    Цитаты извлекаются проектом CitEc, подпишитесь на его RSS-канал для этого элемента.


    Цитируется по:

    1. Кевин Гувер и Марк Сиглер, 2008 г. « Звук и ярость: Макклоски и проверка значимости в экономике », Журнал экономической методологии, Taylor & Francis Journals, vol. 15 (1), страницы 1-37.
    2. Сельва Демиральп и Кевин Д. Гувер, 2003 г. « Поиск причинной структуры векторной авторегрессии ,» Оксфордский бюллетень экономики и статистики, факультет экономики Оксфордского университета, т. 65 (s1), страницы 745-767, декабрь.

    Исправления

    Все материалы на этом сайте предоставлены соответствующими издателями и авторами. Вы можете помочь исправить ошибки и упущения. При запросе исправления укажите номер этого элемента: RePEc: elg: eebook: 232 .См. Общую информацию о том, как исправить материал в RePEc.

    По техническим вопросам, касающимся этого элемента, или для исправления его авторов, названия, аннотации, библиографической информации или информации для загрузки, обращайтесь: (Даррел МакКалла). Общие контактные данные провайдера: http://www.e-elgar.com .

    Если вы создали этот элемент и еще не зарегистрированы в RePEc, мы рекомендуем вам сделать это здесь. Это позволяет связать ваш профиль с этим элементом. Это также позволяет вам принимать потенциальные ссылки на этот элемент, в отношении которых мы не уверены.

    У нас нет ссылок на этот товар. Вы можете помочь добавить их, используя эту форму .

    Если вам известно об отсутствующих элементах, цитирующих этот элемент, вы можете помочь нам создать эти ссылки, добавив соответствующие ссылки таким же образом, как указано выше, для каждого ссылочного элемента. Если вы являетесь зарегистрированным автором этого элемента, вы также можете проверить вкладку «Цитаты» в своем профиле RePEc Author Service, поскольку там могут быть некоторые цитаты, ожидающие подтверждения.

    Обратите внимание, что исправления могут занять пару недель, чтобы отфильтровать различные сервисы RePEc.

    Что такое монетаризм? Определение и значение

    Монетаризм — это школа мысли, которая считает, что если вы контролируете денежную массу, остальная часть экономики страны позаботится о себе сама — денежная масса является основным фактором, определяющим экономическую активность. Монетаризм вырос в оппозиции к кейнсианской политике управления спросом, которая возникла во время Великой депрессии 1930-х годов и стала популярной после Второй мировой войны.

    Денежная масса — это общая сумма денег, которая в настоящее время присутствует в экономике страны, т.е.е. все свои деньги.

    Сторонников монетаризма называют монетаристами. Они считают, что инфляция почти всегда связана с тем, что правительство печатает слишком много денег — печатает больше денег со скоростью, превышающей рост ВВП (валового внутреннего продукта).

    Монетаристы утверждают, что колебания денежной массы являются основными факторами роста национального производства в краткосрочной перспективе и цен в долгосрочной перспективе.


    Монетаризм — школа экономической мысли, также называемая «Чикагской школой» (где проф.Фридман), который предполагает, что денежная масса в экономике является ключевым фактором, определяющим: 1. Экономическую активность. 2. Создание / сдерживание инфляции. 3. Управление экономическими циклами.

    Согласно словарю финансовых терминов The Street для определения монетаризма следующим образом:

    «Монетаризм — это школа экономической мысли, которая считает, что денежная масса является основным фактором, определяющим экономическую активность. Другими словами, если денежная масса растет, экономика будет расти, а если рост денежной массы ускоряется, то же будет и экономический рост.Главный защитник монетаризма — экономист Милтон Фридман ».


    Монетаризм и Милтон Фридман

    Милтон Фридман (1912–2006), американский экономист, получивший Нобелевскую премию по экономическим наукам 1976 года, утверждал, что правительства должны поддерживать достаточно стабильную денежную массу, ежегодно увеличивая ее, чтобы обеспечить естественный рост ВВП.

    Если правительствам удастся придерживаться этого, добавил профессор Фридман, рыночные силы самостоятельно решат проблемы рецессии, безработицы и инфляции.


    Монетаристы говорят, что почти во всех случаях причиной высокой инфляции является денежная масса, которая увеличивалась более высокими темпами, чем рост ВВП.

    Проф. Фридман и Анна Шварц (1915-2012), американский экономист из Национального бюро экономических исследований, считающийся одним из величайших ученых в области денежно-кредитной политики, являются соавторами влиятельной книги — Денежная история Соединенных Штатов. , 1867-1960 . В книге они написали, что «инфляция всегда и везде является денежным феноменом».

    Проф. Фридман был против существования Федеральной резервной системы. Однако, учитывая его существование, он сказал, что политика центрального банка должна заключаться в поддержании равновесия спроса и предложения на деньги, измеряемого ростом спроса и производительности.

    Монетаристы против золотого стандарта. Профессор Фридман считал, что чистый золотой стандарт нецелесообразен. Он признал, что одним из преимуществ золотого стандарта было то, что он ограничивал инфляцию.

    Однако, если население страны или объем торговли превышают денежную массу, не будет никакого способа противодействовать снижению ликвидности и дефляции, кроме добычи большего количества золота.

    Монетаризм получил известность после того, как снизил высокие темпы инфляции 1970-х годов в Соединенных Штатах и ​​Соединенном Королевстве. В 1979 году инфляция в США достигла пика в 29%.

    Когда президент Рональд Рейган и премьер-министр Маргарет Тэтчер возглавили правительства США и Великобритании соответственно в 1980-х годах, монетаризм быстро распространился по миру.

    Монетаризм сильно повлиял на решение Федеральной резервной системы США стимулировать экономику во время глобального финансового кризиса 2007/8 года и Великой рецессии, которую он спровоцировал.


    Милтон Фридман (1912–1912), родился в Бруклине, штат Нью-Йорк, получил Нобелевскую премию по экономическим наукам 1976 года. Он был одним из интеллектуальных лидеров «чикагской школы», а также одним из первых пропагандистов монетаризма. (Изображение: famouseconomists.net)

    Что такое уравнение монетаризма?

    Центральным элементом монетаризма является уравнение обмена , которое выражается следующим уравнением:

    MV = PQ

    M означает денежную массу, ‘ V — скорость или то, как часто каждый год тратится средний доллар, P представляет цены на продукты и услуги, и Q — количество товаров и услуг.

    Уравнение предполагает, что если V является постоянным и денежная масса увеличивается, то должно увеличиваться либо P , либо Q .

    Соответственно, монетаристы утверждают, что политики могут контролировать инфляцию, не позволяя M расти быстрее желаемых темпов роста ВВП (Q).


    Монетаризм против кейнсианства и что это значит?

    Хотя монетаризм приобрел большое значение в конце 1970-х годов, он подвергся критике со стороны кейнсианства, которое стремилось заменить.Кейнсианцы считают, что ключом к экономическому производству является спрос на продукты и услуги.

    Последователи кейнсианской экономики утверждают, что монетаризм не может служить адекватным объяснением экономики, потому что V по своей сути нестабильно, и практически не придают значения количественной теории денег и монетаристскому призыву к правилам.

    Поскольку экономика подвержена резким колебаниям и периодической нестабильности, заставлять центральный банк придерживаться заранее установленной денежной цели опасно, утверждают кейнсианцы.Центральные банки должны иметь некоторую «свободу действий» (свободу действий) при реализации политики.

    Кейнсианцы утверждают, что рынки не приспосабливаются к сбоям и быстро возвращаются к уровню производства с полной занятостью.

    Кейнсианство господствовало в течение первых 25 лет после Второй мировой войны. Однако монетаризм значительно усилился в 1970-е годы — десятилетие, когда инфляция была высокой, а рост ВВП — медленными. В 1970-е годы кейнсианская экономика не имела адекватных ответных мер политики, в то время как монетаристы во главе с проф.Фридман — убедительно утверждал, что высокие темпы инфляции были вызваны резким скачком денежной массы, что сделало контроль над M (денежной массой) ключом к хорошей политике.

    Пол А. Волкер стал председателем Федеральной резервной системы в 1979 году и сделал борьбу с инфляцией главным приоритетом центрального банка.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *