Оскорбленные и униженные о чем: «Униженные и оскорбленные» Федор Достоевский: рецензии и отзывы на книгу | ISBN 978-5-389-02646-9, 978-5-91181-652-0, 978-5-9985-0277-4

Автор: | 29.05.1971

Содержание

«Униженные и оскорблённые» за 10 минут. Краткое содержание романа Достоевского

Иван Петрович, двадцатичетырехлетний начинающий писатель, в поисках новой квартиры встречает на петербургской улице странного старика с собакой. Невозможно худой, в лохмотьях, он имеет обыкновение часами сидеть в кондитерской Миллера возле Вознесенского проспекта, греясь у печки и уставясь мертвенным невидящим взглядом в кого-нибудь из посетителей. В этот мартовский вечер один из них возмущается «невежливостью» бедняка. Тот в страхе уходит и умирает неподалёку на тротуаре. Придя домой к незнакомцу, Иван Петрович узнает его имя — Смит — и решает поселиться в его опустевшем жилище под самой кровлей многоквартирного дома,

Продолжение после рекламы:

С детства сирота, Иван Петрович вырос в семье Николая Сергеевича Ихменева, мелкопоместного дворянина старинного рода, управляющего богатым имением князя Петра Александровича Валковского. Дружба и любовь связали его с дочерью Ихменевых Наташей, моложе его тремя годами. Юношей герой уехал в Петербург, в университет, и увиделся со «своими» только через пять лет, когда они переехали в столицу из-за ссоры с Валковским. Последний много лет оказывал дружбу и доверие своему управляющему вплоть до того, что отправил ему на «воспитание» своего девятнадцатилетнего тогда сына Алешу. Поверив слухам о стремлении Ихменевых женить молодого князя на своей дочери, Валковский в отместку обвинил доброго, честного и наивного старика в воровстве и затеял судебный процесс.

Иван Петрович чуть ли не ежедневный гость у Ихменевых, где вновь принят как родной. Именно здесь он читает свой первый роман, только что напечатанный и имеющий чрезвычайный успех. Крепнет любовь между ним и Наташей, речь уже заходит о свадьбе, с которой, однако, решают подождать один год, пока литературное положение жениха не упрочится.

Брифли существует благодаря рекламе:

«Чудное» время проходит, когда Ихменевых начинает посещать Алеша. Валковский, имеющий свои виды на будущее сына, повторяет обвинение в сводничестве и запрещает последнему видеться с Наташей. Оскорблённый Ихменев, однако, не подозревает о любви дочери и молодого князя, пока та не уходит из родительского дома к любовнику.

Влюблённые снимают квартиру и хотят вскоре обвенчаться. Их отношения осложняются необычным характером Алеши. Этот красивый, изящный светский юноша — сущий ребёнок по наивности, бескорыстию, простодушию, искренности, но и эгоизму, легкомыслию, безответственности, бесхарактерности. Безмерно любя Наташу, он не старается обеспечить её материально, часто оставляет одну, затягивает мучительное для неё состояние любовницы. Увлекающийся, безвольный Алеша поддаётся влиянию своего отца, желающего женить его на богатой. Для этого надо разлучить сына с Наташей, и князь отказывает юноше в денежной поддержке. Это серьёзное испытание для молодой четы. Но Наташа готова жить скромно и работать. Кроме того, найденная князем для Алеши невеста — Катя — прекрасная девушка, чистая и наивная, как и её предполагаемый жених. Ею нельзя не увлечься, и новая любовь, по расчёту умного и проницательного князя, вскоре вытеснит из неустойчивого сердца сына старую. Да и сама Катя уже любит Алешу, не зная, что он не свободен.

Продолжение после рекламы:

Наташе с самого начала ясен её возлюбленный: «если я не буду при нем всегда, постоянно, каждое мгновение, он разлюбит меня, забудет и бросит». Она любит «как сумасшедшая», «нехорошо», ей «даже муки от него — счастье». Более сильная натура, она стремится властвовать и «мучить до боли» — «и потому-то ‹…› поспешила отдаться ‹…› в жертву первая». Наташа продолжает любить и Ивана Петровича — как задушевного и надёжного друга, опору, «золотое сердце», самоотверженно одаривающее её заботой и теплом. «Мы будем жить втроём».

Бывшую квартиру Смита посещает его тринадцатилетняя внучка Нелли. Поражённый её замкнутостью, дикостью и нищенским видом, Иван Петрович выясняет условия её жизни: мать Нелли недавно умерла от чахотки, а девочка попала в руки жестокой сводни. Размышляя о способах спасения Нелли, герой сталкивается на улице со старым школьным товарищем Маслобоевым — частным детективом, с помощью которого вырывает девочку из развратного притона и поселяет у себя на квартире. Нелли тяжело больна, а главное — несчастья и людская злоба сделали её недоверчивой и болезненно гордой. Она с подозрением принимает заботы о себе, медленно оттаивает, но наконец горячо привязывается к своему спасителю. Даже ревнует его к Наташе, чьей судьбой так занят её старший друг.

Брифли существует благодаря рекламе:

Уже полгода, как последняя ушла от безутешных родителей. Отец страдает молча и гордо, ночью проливая слезы над портретом дочери, а днём осуждая и чуть ли не проклиная её. Мать отводит душу в разговорах о ней с Иваном Петровичем, который сообщает все новости. Они неутешительны. Алеша все больше сближается с Катей, не показываясь у Наташи по нескольку дней. Та думает о разрыве: «Жениться он на мне не может; он не в силах пойти против отца». Тяжело, «когда он сам, первый, забудет» её возле другой — поэтому Наташа хочет опередить «изменника». Однако Алеша объявляет Кате о невозможности их брака из-за своей любви к Наташе и обязательств перед ней. Великодушие «невесты», одобрившей его «благородство» и проявившей участие к положению «счастливой» соперницы, восхищает Алешу. Князь Валковский, обеспокоенный «твёрдостью» сына, предпринимает новый «ход». Придя к Наташе и Алеше, он даёт притворное согласие на их брак, рассчитывая, что успокоенная совесть юноши больше не будет препятствием для его возрастающей любви к Кате. Алеша «в восторге» от поступка отца; Иван же Петрович по ряду признаков замечает, что князю безразлично счастье сына. Наташа также быстро разгадывает «игру» Валковского, чей план, однако, вполне удаётся. Во время бурного разговора она разоблачает его при Алеше. Притворщик решает действовать иначе: напрашивается в друзья к Ивану Петровичу.

Последний с удивлением узнает, что князь пользуется услугами Маслобоева по некоему делу, связанному с Нелли и её умершей матерью. Обиняками и намёками однокашник посвящает героя в его суть: много лет назад Валковский «залез» в предприятие с заводчиком-англичанином Смитом. Желая «даром» завладеть его деньгами, он соблазнил и увёз за границу страстно влюблённую в него идеалистку, дочь Смита, которая и отдала ему их. Обанкротившийся старик проклял дочь. Вскоре мошенник бросил девушку, с которой, видимо, все же вынужден был обвенчаться, с маленькой Нелли на руках, без средств к существованию. После долгих странствий смертельно больная мать возвратилась с Нелли в Петербург в надежде, что отец девочки примет участие в её судьбе. В отчаянии она не раз порывалась написать подлецу мужу, преодолевая гордость и презрение. Сам же Валковский, лелея планы о новой выгодной женитьбе, боялся документов о законном браке, возможно, хранившихся у матери Нелли. Для их розыска и был нанят Маслобоев.

Валковский везёт героя на вечер к Кате, где присутствует и Алеша. Наташин друг может убедиться в тщетности её надежд на Алешину любовь: «жених» Наташи не может оторваться от Катиного общества. Затем Иван Петрович с князем едут ужинать в ресторан. Во время разговора Валковский сбрасывает маску: высокомерно третирует доверчивость и благородство Ихменева, цинично разглагольствует о женских достоинствах Наташи, открывает свои меркантильные планы относительно Алеши и Кати, смеётся над чувствами Ивана Петровича к Наташе и предлагает ему деньги за женитьбу на ней. Это сильная, но абсолютно безнравственная личность, чьё кредо «люби самого себя», а других используй в своих интересах. Особенно забавляет князя игра на возвышенных чувствах своих жертв. Сам он ценит лишь деньги и грубые удовольствия. Он хочет, чтобы герой подготовил Наташу к близкой разлуке с Алешей (тот должен уехать в деревню вместе с Катей) без «сцен, пасторалей и шиллеровщины». Его цель — остаться в глазах сына любящим и благородным отцом «для удобнейшего овладения впоследствии Катиными деньгами».

Далёкий от планов отца, Алеша разрывается между двумя девушками, уже не зная, какую любит сильнее. Однако Катя по своему характеру ему больше «пара». Перед отъездом соперницы встречаются и решают судьбу Алеши помимо его участия: Наташа с болью уступает Кате своего возлюбленного, «без характера» и по-детски «недалёкого» умом. Странным образом «это-то» она «в нем и любила больше всего», а теперь то же самое любит Катя.

Валковский предлагает покинутой Наташе деньги за связь с развратным старичком графом. Подоспевший Иван Петрович бьёт и грубо выгоняет оскорбителя. Наташа должна вернуться в родительский дом. Но как убедить старика Ихменева простить хотя и горячо любимую, но опозорившую его дочь? В дополнение к прочим обидам князь только что выиграл судебный процесс и отнимает у несчастного отца все его небольшое состояние.

Уже давно Ихменевы задумали взять к себе девочку-сиротку. Выбор пал на Нелли. Но та отказывалась жить у «жестоких» людей, подобных её дедушке Смиту, так и не простившему её мать при жизни. Умоляя Нелли рассказать Ихменеву историю своей матери, Иван Петрович надеется смягчить сердце старика. Его план удаётся: семья воссоединяется, а Нелли вскоре становится «идолом всего дома» и откликается на «всеобщую любовь» к себе.

В тёплые июньские вечера Иван Петрович, Маслобоев и доктор часто собираются в гостеприимном домике Ихменевых на Васильевском острове. Скоро разлука: старик получил место в Перми. Наташа грустна из-за пережитого. Омрачает семейное счастье и серьёзная болезнь сердца у Нелли, от которой бедняжка вскоре умирает. Перед смертью законная дочь князя Валковского не прощает, вопреки евангельской заповеди, своего предателя отца, а, напротив, проклинает его. Наташа, удручённая будущим расставанием с Иваном Петровичем, жалеет, что разрушила их возможное совместное счастье.

Эти записки составлены героем через год после описанных событий. Теперь он одинок, в больнице и, кажется, скоро умрёт.

Отзывы на книгу «Униженные и оскорбленные»

«Униженные и оскорбленные»
Мастерство сюжетной интриги и особенная материя слова Достоевского не дает погрузиться в бездну отчаяния, но и демонстрирует – счастье недостижимо. Точнее, истинное счастье в чем-то другом. Иван наследует Мечтателю из «Белых ночей» в своей любовной судьбе. Только после ссылки Достоевский уже не поэтически вздыхает, а жестко выписывает парадоксальность чувства. К тому же, герой романа не только рассказчик, но и сам полууспешный писатель. Можно долго психотерапевтически копаться в страницах, посвященных литературной деятельности Ивана – где писатель кокетливо рисовал себя, где мстил журнальным оппонентам. Но статус творческого человека позволяет как бы оправдать хирургический, почти бесстрастный взгляд (и порывистые, человеколюбивые поступки) на происходящий вокруг героя ужас. Иван – и действующее лицо, значительно влияющее на развитие сюжета, и просто глаза читателя в самые откровенные, неположенные для посторонних сцены. Вообще, степень неистовой интимности у Достоевского вызывает особенно потрясающий эффект. Герои будто забывают стыд и приличия, бьются в припадках откровения и безумия. Эффекты, собственно, театральные. Мелодраматические ходы с отцовскими проклятиями, пересечением сюжетных линий, брошенными женами и потерявшимися детьми… И они могли бы быть пошлыми, если бы происходили в пошлых ситуациях. Гений Достоевского находит такой ракурс, при котором любовное объяснение, истерика предательства, монологи уязвленной гордости и прочие пограничные состояния вскрыты до их сути. Человек действительно уже не может молчать, сжигает мосты, и на физиологическом уровне это ощутимо и правдиво.

Но вот если в захлебывающейся речи Алексея начинать выискивать схему мастерства, то всё как будто рассыпается. Эти сбивчивые фразы, вызывающие одновременно ироничную улыбку и сочувствие, будто созданы по наитию. Невозможно с циничной лупой рассматривать каждый поворот изощренной вязи монологов князя. Уйдет что-то поэтическое и мистическое, окутывающее страшную, грязную историю.

Историю, в которой ссора отца с непокорной дочерью, несостоявшийся брак молодых влюбленных и даже «пушкинская» вражда двух отцов кажутся чрезвычайно милыми. На фоне недоговорённого, но от того не менее чудовищного разврата. Здесь даже не полуромантическая ситуация с «легальным» грехопадением уже совершеннолетней Сонечки Мармеладовой. Тут педофилия, покрываемая сильными мира сего. Даже помутневшее стекло времени не может снизить остроту этого кошмара. Конечно, в романе ощущается социальное неравенство, ставящее одних в положение «униженных», а другим дает в руки право насиловать физически и морально (что виртуозно проделывает князь за «ужином» с Иваном). Но не только статус, а сам образ мышления, некая «образованность» переплавляет философию в преступление. Из князя вырастет потом Свидригайлов, темный демон извращенного сознания.

Но роман напоминает и о сочувствии, о смягчении жестокости сердца. О семье, в конце концов, где терпимы к глупостям и ошибкам, где происходят на самом деле самые важные вещи. Распад и обретение семьи в романе довольно сентиментальны, но чрезвычайно трогательны.

«Игрок»
Сложно этот роман сделать любимым, как и нетрудно заметить, что местами он дурно написан. Самый хрестоматийный сюжет писательской скороспелости, который сохраняет Достоевского в народной памяти как человека, не чуждого пороков и слабостей. Именно «Игрок» позволяет отряхнуть комья философских блудней, навязанных системой равнодушного образования. И этот неуклюжий, но страстный текст живет как миф о терапевтической силе искусства – написал и исцелился.

Фабула романа, с одной стороны, любимый Достоевским «скверный анекдот» — неловкие ситуации, эксцентричные мысли и поступки. С другой, подделка, не без сарказма, под французские любовные романы. Любовный квадрат, в котором маячит предшественница Настасьи Филипповны и Грушеньки, тянущая за собой флер «белоночной» Настеньки. Вторая часть, посвященная кутежу Алексея в Париже – и авантюра, и привет Бальзаку.

Самое интересное, это трансформации рассказчика. Записки от первого лица у Достоевского не редки. Но Алексей ни разу не пытается оправдаться. Мы видим молодого человека, полного нездоровых амбиций, расцветающих пороков. Он претендует на любовь девушки, не имея на это никаких моральных прав. Несколько грубовато, условно Алексей бросается играть, но добытые деньги не приводят его к успеху – остается только развратничать. Но он и не требует сочувствия. Один из немногих героев Достоевского, который не страдает, не плачет, не безумствует в пылу страстей. Жесткий, рациональный, он лишь однажды поддается азарту. Но что такое рулетка, Достоевский ранее с виртуозной психологичностью показал на примере бабуленьки. Безусловно, это вставной шедевр в романе.

Трагикомичность захлёбывающихся диалогов на фоне скрупулезной игровой лексики. Бешеный темп, мельчайшие детали – и никакого катарсиса, а голодное опустошение. Зло здесь не сама рулетка, а изначальная порочность человека. Вздорная бабуленька поначалу выглядит злобной местью слабому и жалкому генералу, ожидающему смерти родственницы. Но бабуленька далека от экстравагантных старух из театральных водевилей. Она держит раболепствующих слуг, которых безжалостно гоняет, ограничена умом.

Возвращаясь к Алексею, необходимо заметить, что он еще носитель националистических идей. Порой кажется, что разговоры о том, что «Игрок» — роман об азарте и игре в рулетку с жизнью и счастьем – прикрытие неудобной темы. С мрачным сарказмом рассказчик подмечает и грубо, цинично выпячивает негативные черты, которые якобы принадлежат той или иной национальности. Чего стоит только один монолог о немцах. Отдельными ядовитыми каплями разбросаны «полячки» и «жиды». А пресловутый русский характер обрисован тоже в казалось бы нелицеприятных красках, но с каким-то юродствующим бешенством, в припадке гордости за варварскую страстность, претендующую на величие. Рулетенбург становится неким чистилищем с картонной роскошью, за которой оторванные от родины люди ненавидят друг друга за то, что они такие разные. Национализм Алексея писатель прикрывает ревностью. Но не трудно увидеть, что за польдекоковской штукатуркой скрывается жгущая сознание Достоевского схема, а в ней жестко по местам расставлены человеческие типы по странам цивилизованного мира. Внешне роман обмазан бульварными приемами, но они трещат от внутренней ядерной реакции.

«Вечный муж»
Как пошленькую мелодраму превратить в мистическую драму с шекспировским если не размахом, то космизмом и комизмом? Секрет знал Достоевский.

Действие большинства произведений писателя происходит, как это модно сейчас говорить, в одной Вселенной. Из одного в другое перетекают сюжетные мотивы, характеры получают развитие. Кажется, что герои порой просто меняют имена и немного подправляют биографию. Вот и здесь мотивы двойничества, скверного анекдота, провинциальных «снов» дают о себе знать.

По сути, в этом рассказе, который тянет на небольшую повесть, травестирован сюжет о человеке и бесе. Могучая фигура Вельчанинова, господина светского, мыслящего с претензией на оригинальность, конечно, до Фауста не дотягивается, но бродит где-то между героев средневековых моралитэ. И Трусоцкий – меняющий лики бес, пришедший не за душой, но за покоем и совестью. Кто как не черт может признаться в любви и лезть с поцелуями к мужчине? Это даже не намеки, а прямое указание на запретные отношения, доведенный до фантасмагорической черты провинциальный и скучный роман.

Развязывать архетипические узлы здесь одно удовольствие. Вельчанинов грешен прелюбодеянием, и самое страшное наказание – обретенная и потерянная тут же дочь. Трусоцкий же гениален в своей низости, трусости и способности искушать. Сцена у Захлебининых – это еще одно искушение героя, испытание, которое он не проходит (а также изящный реверанс Пушкину, сумевшему жестоко обсмеять шаблонную любовную интригу). И Достоевский верен себе. Весь ужас в том, что дьявол не тащит душу в ад. Вельчанинов даже приобретает в финале некоторые блага земные. Но он прошел через страх, муки и кровь.

Искусство Достоевского наполнить бытовую ситуацию мистическим ужасом всегда потрясает. Здесь нет потусторонних явлений. Впрочем, несколько традиционных готических моментов с тенями и криками присутствуют. Но главный же эффект достигается умением схватить и передать истерическое состояние, парадоксальность поведения, взлом и взрыв представлений о «приличном» поведении.

При этом писатель разом пародирует своих старших современников, снимая флёр с буколических любовно-социальных историй. Неравные браки, молодежные бунты – всё это превращается в пьяный фарс, несуразицу, суету мелких, похожих друг на друга людей. Надежда Федосеевна, Олимпиада Семеновна – разницы нет, не отыскивается сред них ни Эмилии Бовари, ни уж тем более Маргариты.

Темные лестницы, дурно обставленные комнаты, пьяное воодушевление – и ощущение непреодолимой дьявольской силы, увлекающей слабых духом людей. Страшнее и больнее ран телесных душевные страдания и больные фантазии. И анекдот о том, как встретились муж и любовник, превращается в мучительный психологический триллер с обманным финалом. Потому что Достоевский не развлекает, не щекочет нервы, но и не поучает. Он терзает вопросами и сопереживанием.

«Униженные и оскорбленные» краткое содержание

Роман «Униженные и оскорбленные» Федора Михайловича Достоевского – это произведение, которое было написано им после каторги и впервые опубликовано в журнале «Время» с января по июль 1861 года. Очевидец сильных человеческих страданий, автор вынашивал идею “Самый забитый последний человек есть тоже человек, и называется брат твой”. С первых строчек романа мы знакомимся с писателем по имени Иван Петрович (повествование ведется от 1 лица), который вышел искать более приемлемое жилье: старая квартира была сырой, и это влияло на здоровье.

На улице он почувствовал себя нехорошо, но вдруг увидел такое, от чего сжалось сердце: нелепую и странную фигуру старого человека, который приближался к кондитерской. Высокого роста, со сгорбленной спиной, в старом, разорванном по швам пальто, старик производил впечатление сумасшедшего, который убежал от своих надзирателей. Рядом с ним была собака, выглядевшая тоже очень старой.

Старик переступил порог кондитерской и, как обычно, уселся на стул. Он заходил туда часто и делал одно и то же: обосновавшись в углу, смотрел в одну точку бессмысленным тупым взглядом. Не читал, ни с кем не разговаривал. Рядом ложилась собака – и тоже производила впечатление неподвижной.

Так продолжалось до тех пор, пока свой пристальный взгляд старик (совершенно неосознанно!) обратил на некого Адама Ивановича, амбициозного посетителя кондитерской, который, как сам он утверждал, был «известен у двора» и возмутился таким поведением. Началась суматоха, ведь ничего не понимающий старик засуетился и собрался уходить. Добрый хозяин кондитерской Миллер проникся жалостью к бедному человеку: «Нет-нет, сидите! Шульц очень просил вас не смотреть на него. Он у двора известен».

Бедняк, казалось, не понимал ничего. Он стал звать свою собаку – Азора – но, как выяснилось, животное уже умерло. Горю старика не было предела. Все это поняли и захотели помочь бедняге, Миллер даже предложил коньяк. Увы, безутешный старый человек вышел из кондитерской. За ним устремился писатель, предлагая отвести домой. Но старик уже не мог подняться и успел пробормотать только адрес, после чего скончался.

Эта печальная история стоила писателю многих хлопот. Во-первых, отыскали квартиру старика – очень бедное жилище, где из мебели был только стол, на котором стояла глиняная кружка и лежала сухая корка хлеба; диван, два стула. Печь не топилась уже долгое время. Во-вторых, выяснились имя и фамилия «героя происшествия» – им был иностранец, русский подданный Иеремия Смит, которому было семьдесят восемь лет и который когда-то работал машинистом. Также в жилище старика обнаружились две книги – краткая география и Новый Завет. Их писатель приобрел для себя. А после похорон он и сам поселился в опустевшей квартире Смита.

Впрочем, начиная роман с этой истории, автор намеренно забегает наперед. И лишь затем рассказывает о том, что по праву и должно было стать началом повествования, – о своей жизни. Проследим и мы его судьбу.

Начало истории

Итак, герой романа не имел родителей и рос в доме помещика Николая Сергеевича Ихменева, у которого из детей была лишь дочка по имени Наталья на три года моложе мальчика-сиротки. С нею они росли как брат с сестрой! Писатель с умилением вспоминает свое счастливое детство где «на небе было такое ясное, такое непетербургское солнце и так резво, весело бились их маленькие сердца».

Теперь пришло время поговорить о Николае Сергеевиче Ихменеве. Этот человек, в прошлом гусар, проиграл все свое состояние в карты. Но, к счастью, в самый последний момент, когда, казалось бы, пришел крах всему, – отыгрался и заполучил одну из своих деревень под названием Ихменовка. В селе он женился на бедной дворянке Анне Андреевне Шумиловой, женщине, которая получила образование в пансионе. Надо сказать, хозяином Николай Сергеевич был отличным: все спорилось в его руках. Даже соседи-помещики перенимали у него полезный опыт.

Жизнь шла своим чередом, как вдруг в их деревню пожаловал из Петербурга князь Петр Александрович Валковский, человек большого чина и значительных связей. Сильное впечатление произвел он и на обитателей дома Ихменевых, а в особенности на Анну Андреевну. С некоторыми другими соседями (которых считал ниже себя) не захотел даже поздороваться.

Он был очень любезен с этой семьей, часто заходил к ним, шутил, играл на фортепиано и отнюдь не производил впечатление черствого эгоиста, как о нем отзывались соседи. Но вскоре выяснилась причина такого поведения: князю понадобился управляющий, и им он хотел сделать именно честного (в отличие от прежнего управителя) Николая Сергеевича. Естественно, семья согласилась на такое предложение, а сам Николай Сергеевич даже привязался к Петру Александровичу как к другу. На протяжении пяти лет процветало имение Валковского, а князь еще и приобретал новые имения. Кстати, сам Петр Александрович был женат на дочери купца, от которой у него родился сын Алеша.

Вдруг Николай Сергеевич получает от князя письмо, которое кажется удивительным, особенно на фоне предыдущей сухой, чисто деловой переписки. Петр Александрович во всех подробностях описывает свои семейные обстоятельства и просит взять Алешу (который ведет себя неподобающим образом) на воспитание. И вот с этого момента начинается череда интересных событий: по селу Васильевское проходит слух, что Ихменовы хотят, чтобы молодой князь женился на их дочери. Это была подлая и гнусная клевета, но, как говорится, на чужой роток не накинешь платок. Валковский, узнав об этом, поверил недобрым людям. А еще и тому, что Николай Сергеевич отнюдь не честен, как казалось раньше, что он растратил в свою пользу много хозяйских денег (двенадцать тысяч серебром). Начался судебный процесс. Из-за этих неприятных обстоятельств Ихменевы переехали в Петербург.

Приятные перемены
Долгожданная встреча писателя Ивана Петровича с Наташей, которую он не видел много лет, внесла светлую радость в его обыденную жизнь.

Он постоянно общался с девушкой и с каждым днем узнавал в ней что-то новое. Он был влюблен в неё. К тому же, в свет вышел его первый роман, который публикой был воспринят очень даже положительно, да и сама литературная деятельность вызвала восторг родителей Наташи, которые до того даже не подозревали, чем занимается Иван. Молодые мечтали о свадьбе, не против неё были Николай Сергеевич и Анна Андреевна, но решили все повременить годик. А в этот промежуток времени произошло неприятное событие: Алексей, сын князя Валковского, снова появился в доме у Ихменевых, и, хотя в том не было никакого умысла, а лишь утешение старикам, опять поползли неприятные слухи и сплетни. Как громом, сразило Николая Алексеевича ужасное письмо с обвинениями, написанное князем.

И все изменилось. Наташа стала другой: куда делась веселость былых лет? Теперь это была болезненная девушка с впалыми щеками, со сверкающими, как в лихорадке, глазами. Во взгляде её была какая-то страшная решимость. Иван, который в то время посетил Ихменевых, увидел её состояние и, поддавшись уговорам родителей, которые хотели, чтобы доченька пошла помолиться, взялся провожать девушку в церковь.

По дороге Наталья призналась ему о том, что вот в этот вечер уходит от родителей навсегда, что действительно любит Алексея беззаветно и преданно и не может жить без него, что они договорились встретиться в условленном месте, жить отдельно, а потом обвенчаться – тайно от Петра Александровича. Их встреча произвела на Ваню ошеломляющее впечатление. Он не знал, что делать дальше, как жить дальше, как объясниться с несчастными родителями Натальи, которые ждали её и верили в неё. Ведь это известие – очередной удар для Николая Сергеевича, который и так немало претерпел от князя, для Анны Андреевны. С этой минуты жизнь Вани переломилась надвое.

Оправляясь после безответной любви

Вот после такой неудавшейся любви Ваня и оказывается в бедном жилище, где до него обитал старик-иностранец Смит. Он творит свои произведения, изредка видится с Наташей, поселившейся отдельно вместе с Лешей. Вдруг в квартире внезапно появляется внучка Смита по имени Нелли – худая и бледная девочка с запутанными волосами. Она ищет дедушку и поражена известием о его смерти. Молодой человек пытается утешить Нелли, но тщетно. В страхе ребенок убегает, и как ни пытается догнать девчушку Иван, ничего не выходит. Зато на улице он совершенно случайно (в такое-то вечернее время!) встречает Николая Сергеевича, и вопреки своим планам побывать у Наташи, чтобы не обидеть старика идет к ним домой.

В задушевной беседе с Анной Андреевной Ваня рассказывает подробности совместной жизни Натальи с Алексеем: между ними уже давно размолвка, и Алексей увлечен другой девушкой по имени Катя. Этому, конечно же, посодействовал Петр Александрович, чтобы расстроить эти неугодные ему отношения. Но от Анны Андреевны Ваня узнает, что князь хочет женить Лешу на Екатерине не просто так. С мачехой её, графиней, у Петра Александровича была любовная связь, но жениться на ней он не смог. А теперь хочет стать родственником её падчерицы из-за выросшего – в три миллиона – состояния.

Вдруг вечером, когда Наталья и в очередной раз пришедший в гости Иван обсуждают поведение Леши, является и он сам – заявляя о желании разорвать отношения с Катериной, потому что хочет быть с Наташей (об этом Кате он уже сказал). Неожиданно явившийся в гости князь Валковский вдруг – как потом выяснилось, притворно – соглашается на брак сына с Натальей.

Но что князь Петр Александрович – совершенно плохой человек и преследует лишь цели собственной выходы, подтверждается еще одним, вернее двумя обстоятельствами. Во-первых, он, напросившись в друзья к Ивану Петровичу, однажды «снимает маску» и во время беседы с ним раскрывает свое истинное лицо и настоящие намерения: смеется над его чувствами к Наташе, издевается над доверчивостью и благородством Ихменева, как циник рассуждает о женских достоинствах девушки – и, конечно же, против этой женитьбы Алеши. Во-вторых, выясняется еще одно, весьма любопытное дело – о, как же в этой книге переплетены судьбы людей! Речь идет о девочке-сиротке, с которой Иван сталкивался недавно. Это бедное дитя терпит настоящие издевательства от мещанки Бубновой, бабы злобной и разъяренной. Она бьет девочку, таскает за волосы, проклинает, обзывает ужасными словами. И свидетелем одного из таких случаев становится молодой писатель, страстно пожелавший выяснить условия жизни девочки и поэтому проследивший за ней. Он хочет защитить Нелли, но в той ситуации это представляется невозможным.

На помощь приходит счастливый случай (если вообще можно назвать случайностью то, что происходит с людьми): герой прямо на улице встречает своего школьного товарища Маслобоева и ему – частому детективу – рассказывает эту печальную историю. Благодаря совместным усилиям, им удается вырвать девочку из страшного притона и поселить в квартире у Ивана Петровича. Но тут выясняется очень любопытное обстоятельство – оказывается, отец Нелли – не кто иной, как… Валковский, тот самый Петр Александрович. Когда-то, много лет назад, князь имел деловые отношения со Смитом (который в то время был небедным иностранцем). Чтобы завладеть его деньгами, Петр Александрович постарался влюбить в себя его дочь и соблазнить её, пообещав жениться. В Швейцарии от них родилась маленькая девочка – Нелли. Валковский добился своей цели, но обанкротившийся Смит проклял дочь, не желая простить её.

Не принял он ее и после того, как после долгих скитаний бедная женщина вернулась с девочкой в Петербург, надеясь на поддержку – и отца, и князя. Но, увы, расчетливый Петр Александрович лелеял планы насчет нового брака и, конечно же, не желал, чтобы документы о его обязательстве когда-то жениться на дочери Смита обнаружились. Разумеется, ни о какой отцовской помощи маленькому ребенку не могло быть и речи. В конце концов, женщина умерла от чахотки, а девочка оказалась у Бубновой. Вот за расследование этого дела и взялся Маслобоев.

Не оставьте без внимания другие книги Достоевского Федора Михайловича, талантливого русского писателя – художника и мастера слова, который в своих произведениях затрагивает темы философии, религии, истории и этики.

Также вас может заинтересовать краткое содержания “Братьев Карамазовых” – выдающегося последнего романа Ф. М. Достоевского, который автор писал два года. Роман затрагивает глубокие вопросы о Боге, свободе, морали.

А между тем Алеша, разрываясь между двумя девушками, запутался совсем. Он не знает о расчетливом плане отца, он наивен, как дитя и его нельзя обвинять. Встреча двух соперниц – Кати и Наташи – решает все: Наталья, хотя и с болью, решается уступить любимого Алешу Екатерине. Обе – как ни странно – они любили этого недалекого молодого человека за бесхарактерность и детскую наивность.

После всего пережитого Наталья должна вернуться в родительский дом. Но как добиться прощения отца? И тут на помощь приходит Нелли. На просьбу старика Ихменева поселиться у них в качестве дочери она решительно отвечает отказом: «Не хочу, потому что вы злой…» Она не может смириться с тем, что Николай Сергеевич не прощает дочь. Но спустя короткое время поддается уговорам Ивана и едет «спасать Наташу». У Ивана Петровича возникла идея, и она заключалась в том, чтобы девочка без утайки рассказала свою историю: к каким тяжелым последствиям может привести непрощение отца. План удался: сердце Николая Сергеевича смягчилось, и семья снова воссоединилась.

А Нелли стала всеобщей любимицей. Но недолго продолжалось это счастье – девочка умерла от порока сердца. Она знала о том, что является законной дочерью князя, но не смогла простить обиду, нанесенную ей и матери.

Чем же заканчивается этот увлекательный роман? Старик получает новое место в Перми. Семья собирается уезжать, но омрачает это обстоятельство боль Натальи и немой вопрос в её глазах: «Зачем она разрушила свое счастье с Иваном?» Увы, назад уже ничего не вернешь.

Униженные и оскорбленные (роман) — это… Что такое Униженные и оскорбленные (роман)?

Униженные и оскорбленные (роман)

«Униженные и оскорблённые» — роман русского писателя Фёдора Михайловича Достоевского, впервые опубликованный в 1861 году. Это первый из многих романов Достоевского, в котором центральную идею занимает человеческое страдание.

Сюжет

В основе повествования лежат две главных линии: любовный треугольник Алёша — Наташа — Иван Петрович, в котором последний является вынужденным «другом», и взаимодействие Ивана Петровича с осиротевшей девочкой Еленой (Нелли), которой он оказывает покровительство. В романе показано противостояние «больших» людей и людей «маленьких», отстаивающих право на собственные чувства.

Персонажи

  • Иван Петрович; от его лица ведется повествование
  • Николай Сергеевич Ихменев, помещик
  • Анна Андреевна Ихменева (до замужества Шумилова), жена Ихменева
  • Наташа, дочь Ихменева
  • Князь Пётр Александрович Валковский
  • Князь Алексей Петрович Валковский, сын Петра Валковского
  • Иеремия Смит
  • Елена, внучка Смита
  • Филипп Филиппыч Маслобоев, старый знакомый Ивана Петровича
  • Александра Семёновна, жена Маслобоева
  • Катерина Фёдоровна, будущая жена Князя Алексея Валковского

Wikimedia Foundation. 2010.

  • Унии церковные
  • Университеты Санкт-Петербурга

Смотреть что такое «Униженные и оскорбленные (роман)» в других словарях:

  • Униженные и оскорбленные — Униженные и оскорблённые: «Униженные и оскорблённые»  роман Фёдора Михайловича Достоевского. Униженные и оскорблённые (фильм, 1958) Италия Униженные и оскорблённые (фильм, 1977) Мексика Униженные и оскорблённые (фильм, 1979), СССР Униженные и… …   Википедия

  • Униженные и оскорблённые (роман) — Униженные и оскорблённые Униженные и оскорблённые Жанр: Роман Автор: Достоевский, Фёдор Михайлович Язык оригинала: русский Год написания: 1861 …   Википедия

  • Униженные и оскорблённые — У этого термина существуют и другие значения, см. Униженные и оскорблённые (значения). Униженные и оскорблённые Униженные и оскорблённые …   Википедия

  • Социальный роман — рисует широкую картину общества в определенную эпоху, при чем индивидуальности выступают в самой тесной связи с борющимися социальными группами. В социальном романе социальный вопрос оттесняет на задний план вопросы личного благополучия отдельных …   Литературная энциклопедия

  • Социальный роман —     СОЦИАЛЬНЫЙ РОМАН рисует широкую картину общества в определенную эпоху, при чем индивидуальности выступают в самой тесной связи с борющимися социальными группами. В социальном романе социальный вопрос оттесняет на задний план вопросы личного… …   Словарь литературных терминов

  • Бесчестье (роман) — У этого термина существуют и другие значения, см. Бесчестье. Бесчестье Disgrace Жанр: роман Автор: Дж. Кутзее Язык оригинала: английск …   Википедия

  • Пятковский, Александр Петрович — Александр Петрович Пятковский Александр Петрович Пятковский Имя при рождении: Александр Петрович Пятковский Псевдонимы: Мизантропова фельетоны, О. Волоколамский …   Википедия

  • Достоевский, Федор Михайлови — писатель, родился 30 октября 1821 г. в Москве, умер 29 января 1881 г., в Петербурге. Отец его, Михаил Андреевич, женатый на дочери купца, Марье Федоровне Нечаевой, занимал место штаб лекаря в Мариинской больнице для бедных. Занятый в больнице и… …   Большая биографическая энциклопедия

  • Достоевский Федор Михайлович — знаменитый романист, род. 30 окт. 1821 г. в Москве, в здании Марьинской больницы, где отец его служил штаб лекарем. Мать, урожденная Нечаева, происходила из московского купечества (из семьи, по видимому, интеллигентной). Семья Д. была… …   Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

  • Достоевский Фёдор Михайлович — (1821 1881), русский писатель, член корреспондент Петербургской АН (1877). В повестях «Бедные люди» (1846), «Белые ночи» (1848), «Неточка Незванова» (1849, не окончена) и других поставил проблему нравственного достоинства «маленького человека» в… …   Энциклопедический словарь

Книги

  • Униженные и оскорбленные (аудиокнига MP3 на 2 CD), Ф. М. Достоевский. «Униженные и оскорбленные» — роман о «маленьком человеке», затерявшемся в страшном мире нищеты и порока, об искалеченных душах, о забитых, потерянных людях, обреченныхна физическую и… Подробнее  Купить за 330 руб аудиокнига
  • Униженные и оскорбленные, Ф. М. Достоевский. Действие романа происходит в 40-х годах XIX-го столетия. Писатель реалистически воспроизвел политическую атмосферу: в романе показан Петербург с его социальными противоречиями,… Подробнее  Купить за 140 руб
  • Униженные и оскорбленные, Ф. М. Достоевский. Роман «Униженные и оскорбленные» (1861) создавался Ф. М. Достоевским в эпоху необычайного подъема русской общественной жизни, — в эпоху, когда публикация нового литературного произведения… Подробнее  Купить за 140 руб
Другие книги по запросу «Униженные и оскорбленные (роман)» >>

Фёдор Достоевский «Униженные и оскорблённые»

Если верить дате, поставленной в книге после точки, «Униженные и оскорбленные» Достоевский написал в 1861 году. Символично. Этот роман принято относить к ранним вещам писателя, и мне неоднократно встречалось мнение, будто он – не лучший в творческом наследии Федора Михайловича. Конечно, с такими монументами, как «Преступление и наказание» или «Идиот» этому роману соревноваться трудно. Но мы пойдем другим путем и просто не будем сравнивать, а рассмотрим произведение вне контекста таким, какое оно есть.

Одно небольшое отступление: творчество Достоевского я позорным образом проигнорировал. Пройдя по школьной программе историю Раскольникова, попытался одолеть «Идиота», но не осилил – из-за возраста. Тогда мне было интереснее читать про ракеты и космических принцесс (впрочем, интересно и сейчас, но поле зрения расширилось), поэтому ищущий правды ФМ (для краткости) показался мне весьма унылым и занудным – не смог я продраться сквозь чудовищные монологи длиной в несколько страниц. Не смог. А в них-то и заключалась вся соль.

И вот настало время.

В принципе, история, рассказанная в романе, проста. Обычная история семейных и любовных отношений, где эгоистические интересы ставятся выше заботы о ближнем, порождая страдания, становясь причиной личных трагедий. Дочь уходит от отца, инфантильный парень – от невесты, внучка отвергается дедом. И все это на фоне грязного холодного Питера, с его свинцовыми тучами и «полубезумными» обитателями, злобными, невежественными, мелкими людишками, унизить и оскорбить человека для которых – проще простого.

Достоевскому интересны социальные низы – он увлеченно живописует быт простых людей, вынужденных встать на крайнюю черту, побираться, страдать от болезней (чаще чахотки) и голода. В столь нечеловеческие, сами по себе унизительные условия Достоевский помещает нормальных, хороших людей, словно в агрессивный химический раствор, как бы стараясь понять – сломается его персонаж или нет. Тварь ли он дрожащая или право имеет? Его герои страдают, сильно, отчетливо, порой надрывно и долей мелодраматизма. Князь унижает девушку. Отец проклинает дочь. И на фоне всех этих событий возникает основной вопрос: для чего все это?

Для того, чтобы показать – страдание, униженное состояние возвышает человека. Страдание и боль очищают. Даже излечивают от эгоизма и иных пороков. Человек потому называется таковым, что может удержаться от морального падения, даже несмотря на то что его унизили, вопреки этому, потому что он познал боль и муки страдания. Поэтому никаким князьям и мещанкам никогда в жизни не понять, каким свиньями, по сути низменными животными они являются. Для них унижение – норма. Плюнули им в лицо сильные, они попросят добавки. И точно так же будут делать сами со слабыми. Только для настоящего человека унижение – не норма. Именно поэтому его персонажи так мучаются, ищут. Потому что понимают – так быть не должно. Как это прекрасно понимала больная Нелли, протягивая на улице руку за подаянием, стараясь морально оправдать попрошайничество: «у одного просить стыдно, а у всех не стыдно» (неточная цитата).

Еще одну важную мысль вкладывает писатель в этот роман. Мысль, что человек со временем смиряется со своим униженным состоянием, а это крайне опасно. Человек, рожденный в нищете, будет воспринимать плевки богачей как норму, что гораздо хуже, потому что унижение въелось ему в кровь и будет передаваться из поколения в поколения, порождая целую нацию униженных людей, отмена крепостного права для которых во многом стала актом символическим.

Вот такие мысли возникают после прочтения.

Что касается технической составляющей письма и авторского стиля, тут действительно можно сказать, что Достоевский выполнил картину грубыми мазками, с сильным контрастом и без полутонов. Не хватает ему пока изящества. Сюжет схематичен, прорисовка героев не так тонка, как хотелось бы. В начале романа действие провисает, и читать лично мне было тяжеловато. Но зато в тексте есть две-три действительно мощных сцены. Особенно запомнился диалог автора-рассказчика с князем.

В сухом остатке: отличное произведение русской классической литературы, в котором можно четко проследить основные «проклятые» вопросы осознанного выбора между добром и злом, которые ставил Достоевский во всем своем творчестве.

Приятного чтения.

«Униженные и оскорбленные», анализ романа Достоевского

«Униженные и оскорбленные» – психологический эксперимент Достоевского

«Униженные и оскорбленные» Достоевский написал вскоре после своей ссылки. Идея романа зародилась еще в 1857 году, но к реализации замысла классик приступил лишь три года спустя. Весной 1861-го в журнале «Время», который издавался под редакцией самого Достоевского и его младшего брата Михаила, увидела свет первая часть произведения. Остальные части романа печатались затем в каждом номере журнала.

«Униженные и оскорбленные» – первое объемное произведение Достоевского. Его можно считать экспериментальным, поскольку многие художественные приемы, сюжетные линии и образы были детально разработаны писателем в последующих сочинениях. Достоевский показывает общество своего времени. Он возвращается к теме «бедных людей», к защите оскорбленных, униженных и обездоленных.

Без полутонов

Герои романа четко поляризованы. Петр Александрович Валковский всецело служит злу. Этот человек вобрал в себя практически все негативные черты богатых людей: эгоизм, черствость, корыстолюбие. Он готов добывать деньги любой ценой. Ради выгоды князь способен на любую жестокость и подлость. Он и женился-то ради денег, а затем обобрал и выгнал на улицу беременную мать Нелли. О сыне Валковский вспоминает лишь тогда, когда появляется возможность выгодно его женить. Ради этого князь цинично разрушает благополучную семью Ихменевых, оклеветав помещика Николая Сергеевича. А ведь этот человек воспитал его сына, восстановил разоренное имение. Валковский многим обязан Ихменеву, но вместо благодарности отплатил ему подлостью.

Внешне князь красив, однако его выразительные черты, о которых много раз вспоминает автор, контрастируют с низменной натурой. Постепенно читателю становится ясно, что любезное обращение и светский лоск – всего лишь маска, скрывающая подлинное лицо Валковского. Это личность сильная и коварная, ему доставляет удовольствие манипулировать людьми, использовать в своих целях их благородство и преданность. Князь предлагает деньги Ивану Петровичу за то, чтобы тот женился на Наташе, которую бросил сын Валковского. Петр Александрович хочет выглядеть в глазах отпрыска заботливым отцом. Неужели этот человек дорожит мнением Алеши? Ничуть, ему просто нужно иметь с сыном хорошие отношения, чтобы без проблем завладеть деньгами его богатой невесты.

В противовес Валковскому автор создал образ рассказчика Ивана Петровича. Это начинающий писатель, в биографии которого прослеживаются некоторые совпадения с жизненными этапами молодого Достоевского. Благородство и стремление Вани помогать совершенно чужим людям, несмотря на собственную бедность, крайне противоположны цинизму и корыстолюбию князя. Иван Петрович своей самоотверженностью и добротой спасает Нелли, помогает Наташе вернуться в семью. Он готов уступить другому мужчине свою возлюбленную, если она будет счастлива.

Выбор и шанс на спасение

В романе четко прослеживаются две основные сюжетные линии: история семейства Ихменевых и трагедия Смитов. Достоевский считает, что итог в похожих жизненных ситуациях может быть различным и зависит от нравственного выбора человека. Старик Смит не простил дочь, и вся его семья погибла, включая безвинную Нелли. Ихменев же нашел в себе силы для прощения. И эта семья получила некоторые шансы на спасение. Достоевский вовсе не призывает смиренно переносить унижения и оскорбления. Просто он считает, что делать добро, прощать ошибки и подавать руку помощи крайне необходимо. Только так можно выстоять в суровых жизненных неурядицах.

В сетях своего эго

«Униженные и оскорбленные» можно назвать психологическим трактатом по исследованию такого явления, как эгоизм. Самым откровенным его проявлением, почти не прикрытым, являются поступки Валковского.

Его сын Алексей тоже эгоистичен. Он не может устоять против перспектив обеспеченной жизни. В метаниях между Катей и Наташей перевес оказывается на стороне Кати, благодаря ее миллионам. Алеша понимает, что не сможет обеспечить семью, если отец откажется его содержать. Самоотверженное желание Наташи работать не находит в нем отклика.

Своеобразный жертвенный эгоизм проявляет и Наташа. Упиваясь собственными страданиями, она не хочет замечать мук родителей. Ее ослепляет чувство к Алексею, но это любовь эгоистичная, порабощающая: «…чтоб он был мой, поскорее мой…». Наташа, рассказывая Ивану Петровичу о своих любовных переживаниях, не понимает как жестоко поступает с любящим ее человеком.

Не менее эгоистичны в своих гневных обидах старик Смит и Николай Сергеевич Ихменев. Погруженные в ненависть, они не замечают страданий близких людей. Их гордыня сильнее любви.

Наиболее тонко «эгоизм страдания» выписан в образе Нелли. Ей нравится чувствовать себя жертвой. Девочка отвергает заботу о себе, не хочет верить людям, считая их жестокими. Она готова голодать, бродяжничать и нищенствовать, но не желает менять свой образ жизни: «ни я первая; другие и лучше меня, да мучаются».

Герои, характеры и символы

Современники Достоевского встретили роман по-разному. Чернышевский считал его «одним из лучших», а Добролюбов был более сдержан и нашел в произведении массу недостатков. Столь противоположные оценки дают «Униженным и оскорбленным» и сегодня. В одном, правда, литературные критики и читатели единодушны: роман привлекает остротой поднятых социальных и психологических проблем. В нем Достоевский впервые предстал как будущий мастер психологического реализма.

Нет консолидированного мнения и о том, кто является главным героем произведения. На него претендуют трое: Иван Петрович, Наташа Ихменева и князь Валковский.

Большую роль в романе играют диалоги. Именно в них раскрываются характеры героев, проявляются их чувства. К примеру, разговор Валковского и Ивана Петровича во время ужина в ресторане обнажает всю суть вероломного и бездушного князя. А бытовые подробности и действия изображены Достоевским почти схематично.

В романе немало символичных сцен. Когда Ихменев проклинает Наташу, у него из кармана выпадает портрет дочери. Читателю становится понятно, что старик по-прежнему любит Наташу. Не менее символична смерть Азорки – собачки дочери Смита. Старик словно переносит на нее всю любовь к потерянной дочери и не может пережить смерть животного.

В романе есть эпилог, однако многие вопросы так и остаются нерешенными. Читателю остается лишь надеяться, что униженные и оскорбленные все же заслужили свое счастье, выстрадали его.

  • «Униженные и оскорбленные», краткое содержание по частям романа Достоевского
  • «Преступление и наказание», анализ романа
  • «Идиот», анализ романа
  • Анализ образов главных героев в романе «Преступление и наказание»
  • «Братья Карамазовы», краткое содержание по главам романа Достоевского
  • «Белые ночи», краткое содержание по главам повести Достоевского
  • «Белые ночи», анализ повести Достоевского
  • «Братья Карамазовы», анализ романа Достоевского
  • «Бедные люди», анализ романа Достоевского
  • «Бесы», краткое содержание по главам романа Достоевского
  • «Идиот», краткое содержание по частям романа Достоевского
  • «Бедные люди», краткое содержание романа Достоевского
  • «Мальчик у Христа на елке», анализ рассказа Достоевского
  • «Преступление и наказание», краткое содержание по частям романа Достоевского
  • «Бесы», анализ романа Федора Достоевского

По произведению: «Униженные и оскорбленные»

По писателю: Достоевский Федор Михайлович


Краткое содержание Достоевский Униженные и оскорблённые

Иван Петрович – начинающий писатель, в Петербурге подыскивает приемлемый вариант жилища – предыдущее место было сырым и пахло плесенью, на одном перекрестке наталкивается на пожилого человека с псом. Человек с непрямой спиной в старом пальто направлялся в сторону кондитерского заведения, за ним шла старая псина.

Старец, зайдя в кондитерскую, занял свой обычный стул. Он был частым посетителем данного заведения, всегда садился в углу и направлял свой взор в одно место. Ни с кем не общался, в руках книгу не держал – рядом лежала неподвижная собака.

В один день внимание старика привлек Адам Иванович, посетитель славился своим дворянским происхождением, и вел себя неподобающе. Из-за суматохи старик хотел уйти. Хозяин кондитерской – Миллер, относился с жалостью к старику, и попросил его не уходить.

Бедный старик в недопонимании происходящего процесса – стал поднимать свою собаку. Оказалось, собака умерла лежа в ногах старика. Пожилого человека охватило горе, ушел единственный друг. Все посетители пытались утешить старика, хозяин Миллер предложил коньяка. Но, расстроенный старик направился к выходу. Следом за ним пошел писатель, хотел проводить его домой. Пожилой мужчина едва успел сказать свой адрес, после пожилой человек помер.

Писатель с трудом нашел квартиру старика. Его жилище оказалось очень бедным, в нем находился стол, на котором была кружка с коркой хлеба; старый затрёпанный диван и два стула. Печку долгое время не использовали. Иван Петрович выяснил инициалы старика – это был поданный Иеремия Смит, ему было 78 лет, проработал машинистом. В его жилище были найдены две книги – география и Новы Завет. Писатель взял их себе. Организовав похороны ушедшего Смита, писатель вселился в его квартиру.

Иван – был сиротой, и был воспитан в семейном гнездышке Ихменева Николая Сергеевича, тот имел дворянский титул, управлял усадьбой князя Валковского Петра Александровича. Иван сблизился с дочерью Николая Сергеевича – Натальей, она была младше на три года. Потом Иван уехал на учебу в Петербург, и увиделся со своей семьей спустя пять лет. Ихменев с дочерью переселились в Петербург, из-за недопонимания с Валковским. Петр Александрович в связи с дружбой, направил к своему управляющему на воспитание – сына Алексея в возрасте 19 лет. До Валковского дошла информация – о старании Ихменева женить его сына Алексея на свою дочь, Валковский выдвинул обвинение своему управляющему в краже, шло разбирательство.

Иван Петрович переодически навещает свою семью Ихменевых, именно они становятся слушателями его первого романа. Любовь между Иваном и Натальей только укрепляется, дело движется к свадьбе. Пара решает год переждать, пока Иван не укрепит свое положение.

Поместье Ихменевых посещает сын Валковского – Алексей, отец запрещает ему видеться с Натальей. Ихменев оскорблен поведением своего бывшего хозяина, не знает о любовных отношениях Наташи с Алексеем, вскоре она уходит к нему жить.

Парочка снимает квартиру – планирует устроить венчание. Процесс совместного проживания усложняет сложный характер Алексея. Этот князь – оказался еще ребенком легкомысленным и безответственным. Любы Наталью, он не пытается ее поддерживать материально, зачастую она остается одна наедине со своими проблемами в роли любовницы. Отец Валковский предлагает сыну – жениться на богатой особе, только тогда он будет на денежном финансировании. В связи с этим, княжна Наталья намерена устроиться на работу и скромно вести хозяйство. Алексей увлекается подобранной отцом суженой – Катей. Вскоре Наталья остается одна.

Наталья питать нежные чувства к Ивану Петровичу, и ценит в нем опору и надежного друга, а к Алексею испытывает сумасшедшую любовь. Наталья возвращается в имение отца.

Главная мысль

Произведение учит к необходимости, правильно понимать себя. В переизбытке чувств и эмоций необходимо остановиться и успокоиться, иначе можно наломать много дров.

Можете использовать этот текст для читательского дневника

Достоевский. Все произведения

Униженные и оскорблённые. Картинка к рассказу

Сейчас читают

  • Маршак

    Самуил Маршак всегда помогал детям. В 1917 году стал создателем « Детского городка». Этот городок состоял из библиотеки, школы и мастерских, театра юного зрителя.

  • Краткое содержание Пристли Опасный поворот

    К семье Кэплен устраивается обед, на который собрались друзья. Мужчины начинают вести разговоры, а женщины решают послушать пьесу по радио. Они не знают о чем идет речь, потому что пропустили пять сцен, не знают,

  • Краткое содержание Тургенев Ася

    Н.Н. светский мужчина в возрасте 45 лет, повествует о давней истории, произошедшей во времена его юности. Герою на тот момент было не больше 25 лет

  • Краткое содержание Осеева Почему? (Совесть)

    Рассказ Валентины Осеевой «Почему?» начинается со сценки баловства мальчика со своим четвероногим другом Бумом. Они находились одни в столовой, мальчик лихо раскачивался на стуле

  • Краткое содержание Отчего у верблюда горб Киплинг

    Когда-то давным-давно Верблюд из-за своей великой лени отказался служить Человеку. Ленив он был настолько, что даже просто произнести что-нибудь вразумительное – и то ему было лень. И что бы ему ни говорили

Оскорбленные и униженные Федором Достоевским

Униженные и оскорбленные = Humiliés et Offensés = Оскорбленные и униженные, Федор Достоевский

Наташа покидает родительский дом и сбегает с Алешей (князем Алексеем Валковским), сыном князя Алексея Валковского. В результате его боли ее отец, Николай, проклинает ее. Единственный друг, который остается рядом с Наташей, — это Иван — ее друг детства, который очень любит ее и которого Наташа отвергла, несмотря на их помолвку.

Князь Валковский пытается разрушить планы Алеши жениться на Наташе,

Униженные и Оскорбленные = Humiliés et Offensés = Униженные и униженные, Федор Достоевский

Наташа уходит из родительского дома и сбегает с Алешей (сыном) Алешей. князя Валковского. В результате его боли ее отец, Николай, проклинает ее. Единственный друг, который остается рядом с Наташей, — это Иван — ее друг детства, который очень любит ее и которого Наташа отвергла, несмотря на их помолвку.

Князь Валковский пытается разрушить планы Алеши жениться на Наташе и хочет заставить его жениться на богатой княжне Катерине. Алеша — наивный, но симпатичный молодой человек, которым легко манипулирует отец. По отцовскому плану Алеша влюбляется в Катерину, но по-прежнему любит Наташу.

Он постоянно разрывался между этими двумя женщинами, слишком нерешителен и увлечен обеими, чтобы принять решение. В конце концов, Наташа жертвует собственными чувствами и уходит, чтобы Алеша выбрал Катерину.Тем временем Иван спасает девочку-сироту Елену (известную как Нелли) из лап сводницы и узнает, что ее мать сбежала из дома своего отца (Джереми Смита) со своей возлюбленной, человеком, который бросил ее, когда мать Нелли родила. .

Позже выясняется, что принц Валковский — отец Нелли. Ее родители состояли в законном браке, но князь Валковский убедил свою молодую и невинную жену ограбить ее отца Джереми. После переезда в Петербург мать Нелли просит прощения у отца, но он их отвергает.Перед смертью мать Нелли заставляет Нелли обещать никогда не идти к своему настоящему отцу, имя которого указано в документе, который она оставила своей дочери.

В попытке заставить Николая (отца Наташи) помириться с Наташей, Иван уговаривает Николая и его жену усыновить Нелли. Рассказывая им историю своей жизни, Нелли смягчает сердце Николая, он прощает Наташу и снимает проклятие, и они воссоединяются.

Семья Наташи планирует переехать из Петербурга, но незадолго до отъезда Нелли умирает от хронической болезни сердца; девочка дает понять Ивану, что не прощает отцу жестокого обращения с ее матерью.Она также говорит ему, что он должен жениться на Наташе. …

عنوانها: «ردگان» ؛ «نفرین شدگان» ؛ «تحقیر و توهین ده ها» ؛ «رنج کشیدگان و وارشدگان» ؛ تاریخ نخستین وانش: روز بیست و سوم ماه آوریل سال 1976 میلادی

Страна: ردگان ؛ نویسنده: ودور داستایوسکی ؛ مترجم: ربیع مشفق همدانی ؛ تهران ، صفیعلیشاه ، 1327 ؛ در 466 ص ؛ چاپ یازدهم 1359 ؛ چاپ سیزدهم 1362 ؛ اپ دیگر: در 517 ص ، صفیعلیشاه ، 1388 ؛ شابک 9789645626646 ؛ موضوع داستانهای نویسندگان روسیه — سده 19

عنوان: ردآزان ؛ نویسنده: ودور داستایوسکی ؛ مترجم: بهزاد ؛ بی جا ، شهریار ، 1327 ؛ در 575 ؛

عنوان: ردگان ؛ نویسنده: ودور داستایوسکی ؛ مترجم: عنایت الله شکیباپور ؛ تهران ،؟ ،؟ ؛ در 575 ؛ اپ دیگر تهران ، دنیای کتاب ، 1388 ؛ در 575 ؛ شابک 9643460495 ؛

عنوان: ردگان ؛ نویسنده: ودور داستایوسکی ؛ مترجم: مه حصارکی ؛ تهران ، نگارستان کتاب ، 1389 ؛ در 620 ؛ شابک 9786001

8 ؛

عنوان: نفرین شدگان ؛ نویسنده: ودور داستایوسکی ؛ مترجم: اسماعیل قهرمانی پور ؛ تهران ، سمیر ، 1393 ؛ در 464 ؛ شابک 9789642201471 ؛

на сайте: تحقیر و توهین شده ها ؛ نویسنده: ودور داستایوسکی ؛ مترجم رویز شهدی ؛ تهران به سخن مجید ، 1394 ؛ در 504 ؛ شابک 9786009484447 ؛

عنوان: رنج کشیدگان و وارشدگان ؛ نویسنده: ودور داستایوسکی ؛ مترجم: محسن رمی ؛ تهران ، نیلوفر ، 1394 ؛ در 480 ؛

تاب نخستین بار در سال 1861 میلادی منتشر د ؛ اثر بزرگ «داستایوسکی» است ، که ایشان پس از بازگشت از «سیبری» بنوشتند ؛ رمان رمان ، ‌ «وانیا» س سرگذشت خویش می‌گوید ؛ بهتر است کتاب را بارها خود بخوانید ، رچند میدانم مناسب این روزهای پر از دیدنیهای تصویری وباتا نخست چکیده داستان را بنوشته بودم ؛ اما بیشتر دوستان نازنین احساس خویش مینویسند که را چکیده داستان را بنوشته ام س از نگارش همهاراردو شخصیتها: «وانیا راوی» ؛ «ناتاشا دختر عاشق» ؛ «لیوشا پسر اهزاده» ؛ «اخمنینف در ناتاشا» ؛ «اهزاده والکوسکی پدر آلیوشا» ؛ و «اسمیت» ؛

نقل از متن تحقیر و توهین شده ها: (یک سال گذشته, عصر روز بیست ودوم مارس, ماجرای بسیار عجیبی برایم اتفاق افتاد; تمام روز شهر را برای پیدا کردن آپارتمانی, زیر پا گذاشته بودم; آپارتمان قدیمی ام که در آن سکنا داشتم خیلی نمناک بود و در آن دوره, سرفه های شدیدی هم میکردم; از پاییز سال گذشته تصمیم داشتم تغییر مکان بدهم, ولی اجرای آن تا بهار سال بعد طول کشید; تمام روز هیچ جای مناسبی پیدا نکردم, چون اولا آپارتمانی مستقل میخواستم نه مشترک با مستاجری دیگر, و ثانیا حتا به داشتن یک اتاق هم برای سکونت راضی بودم, به این شرط که بزرگ باشد, و البته با اجاره ی کم; به این نتیجه رسیده ام, که در آپارتمانی کوچک و تنگ, افکار آدم هم محدود میشوند; همیشه ضمن فکر کردن به داستانهایی که در آینده باید بنویسم, عادت دارم توی اتاقم قدم بزنم; راستی; همواره لذت میبرده ام به آثاری که مینویسم بیندیشم, و در عالم خیال بیشتر به طرحهای آنها توجه داشته باشم, تا نوشتنشان و این عادت هم واقعا به هیچوجه به علت تنبلی نیست ؛ پس چه دلیلی دارد؟) ؛ ایان نقل

تاریخ بهنگام رسانی 02/10/1399 ری ورشیدی ؛ ا.ربیانی

Прочитать «Оскорбленные и униженные в сети» Федора Достоевского

IX

ЧАСТЬ I

ГЛАВА I

В прошлом году, вечером 22 марта, у меня произошло очень странное приключение. Весь тот день я бродил по городу, пытаясь найти ночлег. Моя старая была очень влажной, и у меня начался зловещий кашель. С осени собирался переехать, но продержался до весны. За весь день мне не удавалось найти ничего приличного.В первую очередь мне нужен был отдельный дом, а не комната в чужом доме; во-вторых, хотя я мог бы обойтись одной комнатой, она должна быть большой и, конечно, в то же время как можно более дешевой. Я заметил, что в замкнутом пространстве тесновата даже мысль; Когда я размышлял над будущим романом, мне нравилось ходить по комнате. Кстати, мне всегда больше нравится размышлять над своими работами и мечтать, как они должны быть написаны, чем писать их на самом деле. И это действительно не от лени.Почему это?

Я чувствовал себя плохо весь день, а ближе к закату почувствовал себя очень плохо. Началось что-то вроде лихорадки. К тому же я весь день стоял на ногах и очень устал. Ближе к вечеру, незадолго до того, как стемнело, я шел по Вознесенскому проспекту. Обожаю мартовское солнце в Петербурге, особенно на закате, в ясную морозную погоду, конечно. Вся улица вдруг вспыхивает, залитая ярким светом. Кажется, будто все дома вдруг как бы заблестели. Их серый, желтый и грязно-зеленый оттенки на мгновение теряют всю свою мрачность, как если бы в душе внезапно появилась ясность, как будто кто-то испугался или как будто кто-то толкнул его локтем.Это новое мировоззрение, новый ход мыслей … Удивительно, что один солнечный луч может сделать для души человека!

Но луч солнца угас; мороз стал резче и стал кусать нос: сумерки сгущались; газ горел из магазинов. Когда я подошел к кондитерской Мюллера, я внезапно замер и стал смотреть в ту сторону улицы, как будто предчувствовал, что со мной сейчас произойдет что-то необычное; и в тот самый момент я увидел на противоположной стороне улицы старика с собакой.Я хорошо помню, что почувствовал неприятное ощущение, сжавшееся в моем сердце, и сам не мог бы сказать, что это за ощущение.

Я не мистик. Я почти не верю в предчувствия и предсказания, но, как, вероятно, и у большинства людей, в моей жизни были довольно необъяснимые переживания. Например, этот старик: почему при той встрече с ним я сразу предчувствовал, что в тот же вечер со мной случится что-то необычное? Но я был болен, и ощущения от болезни почти всегда обманчивы.

Старик, нагнувшись и постукивая палкой по тротуару, медленно, слабым шагом подошел к кондитерской, двигая ногами, как палками, и, казалось, не сгибал их. Я никогда в жизни не встречал такой странной, гротескной фигуры, и, когда я встречал его раньше у Мюллера, он всегда производил на меня болезненное впечатление. Его высокая фигура, его согнутая спина, его смертоносное лицо с печатью восьмидесяти лет, его старая шинель, разорванная по швам, потрепанная круглая шляпа лет двадцати лет, которая закрывала его голову — лысая, но ибо одна прядь волос не седая, а желтовато-белая — все его движения, которые, казалось, выполнялись как бы бесцельно, как будто приводились в действие пружиной, — все, кто встречал его впервые, не могли не поразить все это.Было действительно странно видеть старика, который так пережил естественный лонжерон, в одиночестве, без никого, кто бы за ним ухаживал, тем более, что он выглядел как сумасшедший, сбежавший от своих охранников. Меня тоже поразило его необычайное исхудание; Казалось, что у него почти не было никакого тела, как будто на его костях ничего не было, кроме кожи. Его большие тусклые глаза, словно в синих обводках, всегда смотрели прямо перед ним, никогда не смотрели в сторону и никогда ничего не видели — в этом я уверен; хотя он смотрел на вас, он шел прямо на вас, как будто перед ним было пустое место.Я заметил это несколько раз. Он только недавно стал появляться у Мюллера, его всегда сопровождала собака, и никто не знал, откуда он. Ни один из клиентов Muller’s не решился обратиться к нему, и он не обратился ни к кому из них.

А зачем тащится к Мюллеру, что ему там делать? — подумал я, стоя на противоположной стороне улицы и пристально глядя на него. Во мне поднялась какая-то раздражительная досада, вызванная болезнью и усталостью. О чем он думает? Я все думал. Что у него в голове? Но думает ли он вообще о чем-нибудь? Его лицо настолько мертво, что вообще ничего не выражает. И где он мог взять ту отвратительную собаку, которая никогда не покидает его, как если бы она была его неотъемлемой частью и которая так на него похожа?

Эта несчастная собака выглядела так, словно ей тоже было восемьдесят; да, конечно, должно быть так. Во-первых, она выглядела старше, чем когда-либо были собаки, а во-вторых, меня почему-то поразило, когда я впервые увидел ее, что это не может быть собака, как все остальные; что это была исключительная собака; что в этом должно быть что-то фантастическое, что-то сверхъестественное; что это может быть что-то вроде Мефистофеля в обличье собаки и что его судьба каким-то таинственным неизвестным образом связана с судьбой его хозяина.Глядя на него, вы сразу допустили бы, что со времени последнего приема пищи прошло, должно быть, лет двадцать. Он был тонким, как скелет, или, что почти то же самое, как его хозяин. Почти все его волосы упали, а хвост свисал между ног, голый, как палка. Его голова и длинные уши угрюмо свисали вперед. Я никогда в жизни не встречал такой отвратительной собаки. Когда они оба шли по улице, хозяин впереди, а собака за ним по пятам, ее нос касался юбки его пальто, как будто приклеился к нему.И походка, и вся их внешность казались почти кричащими на каждом шагу: Мы старые, старые. Господи, сколько нам лет! Я тоже помню, что однажды мне пришло в голову, что старик и собака каким-то образом вышли из какой-то страницы Гофмана, иллюстрированного Гаварни, и выставляли напоказ этот мир, прогуливаясь по рекламе издания.

Я перешел дорогу и пошел за стариком в кондитерскую.

В магазине старик вёл себя очень странно, и Мюллер, стоя у его прилавка, в последнее время начал делать гримасу досады при входе непрошенного гостя.Во-первых, странный гость ни о чем не просил. Каждый раз он уходил прямо в угол у печки и садился там на стул. Если место у плиты было занято, то, постояв некоторое время в растерянном недоумении перед занявшим его место джентльменом, он уходил, казалось, озадаченный, в другой угол у окна. Там он закрепился на стуле, сознательно сел на него, снял шляпу, положил ее на пол рядом с собой, положил свою палку за шляпу, а затем, опускаясь обратно в кресло, оставался неподвижным в течение трех или трех лет. четыре часа.Он никогда не брал в руки газету, не произносил ни слова, ни звука, а просто сидел, глядя прямо перед собой широко открытыми глазами, но с таким пустым, безжизненным взглядом в них, что можно было бы поспорить, что он видел и ничего не слышал о том, что происходило вокруг него. Собака, обернувшись два-три раза на одном и том же месте, угрюмо легла к его ногам, засунув нос между его сапог, глубоко вздохнув, и, вытянувшись во всю длину на полу, тоже простояла, не двигаясь, весь вечер. как будто это плохо умерло на время.Можно представить, что эти два существа лежали где-то мертвыми весь день и только на закате ожили снова, просто чтобы посетить магазин Мюллера и выполнить какой-то таинственный секретный долг. Просидев часа три-четыре, старик наконец вставал, брал шляпу и отправлялся куда-нибудь домой. Собака тоже встала и, по-прежнему опуская хвост и повесив голову, машинально пошла за ним тем же медленным шагом. Привычные посетители в лавке стали наконец всячески избегать старика и даже не садились рядом с ним, как если бы он вызывал у них чувство отвращения.Он ничего этого не заметил.

Покупателями кондитерской в ​​основном были немцы. Собрались сюда со всех концов Вознесенского проспекта, в основном руководители различных магазинов: плотники, пекари, маляры, шляпники, шорники, все патриархальные люди в немецком понимании этого слова. В целом патриархальные традиции у Мюллера сохранялись. Часто хозяин магазина присоединялся к какому-нибудь знакомому покупателю и садился рядом с ним за стол, когда потреблялось определенное количество пунша.Собаки и маленькие дети из дома иногда выходили и к покупателям, а последние ласкали и детей, и собак. Все они знали друг друга и уважали друг друга. И пока гости были поглощены чтением немецких газет, через дверь, ведущую в комнаты лавочника, доносился звон Mein lieber Augustin, на треснувшем пианино, на котором играла старшая дочь, маленькая немецкая мисс с льняными кудрями. очень похоже на белую мышку.Вальс встретили с удовольствием. Я ходил к Мюллеру в начале каждого месяца, чтобы читать русские журналы, которые там брали.

Зайдя, я увидел, что старик уже сидит у окна, а собака, как всегда, лежит, вытянувшись у его ног. Я сидел в углу, не говоря ни слова, и мысленно спрашивал себя, зачем я пришел сюда, когда мне действительно нечего было здесь делать, когда я болел и было бы лучше поскорее домой, чтобы выпить чаю и лечь спать .Мог ли я прийти сюда просто посмотреть на этого старика? Я был раздражен. Что мне с ним делать? «» — подумал я, вспоминая то странное, болезненное ощущение, с которым я только что смотрел на него на улице. И что мне до всех этих тупых немцев? В чем смысл этого фантастического настроения? Что означало это дешевое волнение по пустякам, которое я заметил у себя в последнее время и мешало мне жить и ясно видеть жизнь? Один проницательный рецензент уже заметил это в своей возмущенной критике моего последнего романа.Но хотя я колебался и сожалел об этом, все же я оставался там, где был, а тем временем меня все больше и больше одолевала болезнь, и я не хотел выходить из теплой комнаты. Я взял франкфуртскую газету, прочитал пару строк и задремал. Немцы мне не мешали. Они читали и курили, и только раз в полчаса или около того передавали друг другу какие-нибудь новости о Франкфурте, резко, вполголоса, или какую-нибудь шутку или эпиграмму прославленного немецкого остроумия Сапфира, после чего они снова погружались в чтение с удвоенной силой. гордость за свою национальность.

Я проспал полчаса и проснулся от сильной дрожи. Домой непременно нужно было ехать.

Но тем временем драма в тупой постановке, которая разыгрывалась в комнате, снова остановила меня. Я уже сказал, что как только старик садился в свое кресло, он на что-то смотрел и не снимал весь вечер. В прошлом моей судьбой было столкнуться с этим бессмысленным, настойчивым, невидящим взглядом. Это было очень неприятное, даже невыносимое ощущение, и я обычно менял место, как только мог.В этот момент жертвой старика стал невысокий, круглый, очень аккуратный немец, с накрахмаленным воротником-стойкой и необычно красным лицом, позвонил новый посетитель магазина, купец из Риги, как я узнал впоследствии , Адам Иваныч Шульц. Он был близким другом Мюллера, но пока ничего не знал ни о старике, ни о многих покупателях. Потягивая пунш и с удовольствием читая «Дорфбарбье», он внезапно поднял глаза и заметил, что старик пристально смотрит на него.Это его смутило. Адам Иваныч был очень обидчивым и чувствительным человеком, как и все превосходящих немцев. Ему показалось странным и обидным, что на него так бесцеремонно пялились. С подавленным негодованием он отвернулся от бестактного гостя, пробормотал что-то себе под нос и укрылся за газетой. Но уже через пять минут он не удержался, чтобы не выглянуть подозрительно из-за бумаги; все тот же настойчивый взгляд, все тот же бессмысленный взгляд.

И тогда Адам Иваныч ничего не сказал. Но когда то же самое повторилось в третий раз, он вспыхнул и почувствовал себя обязанным защищать свое достоинство и не умалять в глазах столь джентльменской компании престиж прекрасного города Риги, о котором он, вероятно, чувствовал себя представителем. Нетерпеливым жестом он швырнул бумагу на стол, энергично постукивая по ней палкой, к которой она была прикреплена, и пылал личным достоинством и покраснел от удара и любви. Пропре, в свою очередь, устремил свои налитые кровью глазки на стол. обидный старик.Казалось, что двое из них, немец и его противник, пытались одолеть друг друга магнетической силой своих взглядов и ждали, чтобы увидеть, кто из них первым потеряет самообладание и опустит глаза. Стук палки и эксцентричная поза Адама Иваныча привлекли внимание всех покупателей. Все отложили в сторону то, что они делали, и с серьезным и безмолвным любопытством наблюдали за двумя противниками. Сцена становилась очень комичной, но магнетизм вызывающих глаз маленького краснолицого джентльмена был полностью отброшен.Старик продолжал смотреть прямо на разъяренного Шульца и совершенно не замечал, что он был объектом всеобщего любопытства; он был так невозмутим, как если бы он был не на Земле, а на Луне. Терпение Адама Иваныча наконец не выдержало, и он взорвался.

Почему ты так пристально на меня смотришь? «» — крикнул он по-немецки резким, пронзительным голосом и угрожающим видом.

Но его противник продолжал молчать, как будто не понимал и даже не слышал вопроса.Адам Иваныч решил заговорить с ним по-русски.

Я вас спрашиваю, зачем вы на меня так прилежно пялились? он кричал с удвоенной яростью, Я в суде хорошо известен, а вы не знаете! добавил он, вскакивая со стула.

Но старик и волос не пошевелился. Среди немцев послышался возмущенный ропот. Сам Мюллер, привлеченный шумом, вошел в комнату. Когда он узнал, в чем дело, он вообразил, что старик глухой, и наклонился к своему уху.

Мастер Шульц старательно просил вас не пялиться на него. сказал он как можно громче, пристально глядя на непонятного посетителя.

Старик машинально посмотрел на Мюллера; на его лице, которое до того оставалось неподвижным, виднелись следы тревожных мыслей, своего рода тревожного волнения. Он волновался, наклонился, вздохнул и задыхался, чтобы поднять шляпу, схватил ее вместе с палкой, встал со стула и с жалобной улыбкой нищего вывернулся из сиденья, которое он занял по ошибке. , он приготовился выйти из комнаты.В кроткой и покорной поспешности бедного дряхлого старика было столько сострадания, столько раздражения сердца, что вся компания, начиная с Адама Иваныча и ниже, сразу по-иному взглянула на положение. Было очевидно, что старик, далеко не способный кого-либо оскорбить, понимал, что его могут выгнать откуда угодно, как нищего.

Мюллер был добрым и отзывчивым человеком.

Нет-нет, сказал он, ободряюще похлопав его по плечу, сиди спокойно.Абер, герр Шульц, просит вас особо не смотреть на него. Он хорошо известен при дворе.

Но и этого бедный старик не понял; он был взволнован больше, чем когда-либо. Он нагнулся, чтобы поднять свой носовой платок, старый оборванный синий, выпавший из его шляпы, и стал звать свою собаку, которая неподвижно лежала на полу и, казалось, крепко спала, уткнувшись носом в лапы.

Азорка, Азорка, пробормотал он дрожащим, старым голосом. Азорка!

Азорка не шевелилась.

Азорка, Азорка, — тревожно повторил старик и ткнул собаку палкой. Но он остался в том же положении.

Палка выпала из его рук. Он нагнулся, опустился на колени и обеими руками поднял голову Азорки. Бедный пес был мертв. Незаметно он умер у ног своего хозяина от старости, а может быть, и от голода. Старик с минуту смотрел на нее как на пораженный, как будто не понимал, что Азорка мертва; затем осторожно наклонился к своему старому слуге и другу и прижался бледной щекой к мертвой морде собаки.Прошла минута молчания. Мы все были тронуты. Наконец бедняга встал. Он был очень бледен и дрожал, как в лихорадке.

Вы можете забить его, сказал сочувствующий Мюллер, стремящийся утешить его любым способом (под заглушил он имел в виду чучело). Вы можете его хорошенько заткнуть, Федор Карлыч Крюгер прекрасно топчет; — Федор Карлыч Крюгер — мастер стучания, — повторил Мюллер , поднимая палку с земли и передавая ее старику.

Да, я отлично умею топтать, скромно заявил сам герр Крюгер, выходя вперед.

Это был высокий, долговязый и добродетельный немец, с спутанными рыжими волосами и очками на крючковатом носу.

Федор Карлыч Крюгер обладает огромным талантом делать всевозможные великолепные удары, — добавил Мюллер, , с энтузиазмом относясь к своей идее.

Да, у меня большой талант делать всевозможные великолепные удары, снова повторил герр Крюгер. И я ни за что не стану оглушать вас, вашу собаку, добавил он в доступе великодушного самопожертвования.

Нет, я заплачу за это! Адам Иваныч Шульц отчаянно закричал, покраснев в два раза, в свою очередь светясь великодушием и чувствуя себя невинной причиной несчастья.

Старик все это слушал, видимо, не понимая, по-прежнему дрожа всем телом.

Подождите! Выпейте стакан козьего коньяка! крикнул Мюллер, видя, что загадочный гость пытается убежать.

Они принесли ему бренди. Старик машинально взял стакан, но его рука дрожала, и, прежде чем он поднес стакан к губам, он пролил половину и поставил его обратно на поднос, не взяв ни капли. Затем со странной, совершенно неуместной улыбкой он быстрыми, неровными шагами вышел из магазина, оставив Азорку на полу. Все стояли в недоумении; были слышны восклицания.

Швернот! Была ли fur eine Geschichte? сказали немцы, искоса глядя друг на друга.

Но я бросился за стариком. В нескольких шагах от магазина, через калитку справа, есть темный и узкий переулок, закрытый огромными домами. Что-то подсказало мне, что старик, должно быть, сдался туда. Здесь справа строился второй дом, окруженный лесами. Забор вокруг дома доходил почти до середины переулка, а вокруг него были уложены доски. В темном углу, сделанном забором и домом, я нашел старика.Он сидел на краю деревянного тротуара, подперев голову обеими руками, положив локти на колени. Я сел рядом с ним.

Послушайте, сказал я, не зная, с чего начать. Не горюй об Азорке. Пойдем, я отвезу тебя домой. Не волнуйся. Я сейчас же пойду за такси. Где вы живете?

Старик не ответил. Я не мог решить, что делать. В переулке не было прохожих. Вдруг он стал хватать меня за руку.

Душно! сказал он хриплым, еле слышным голосом: Душно!

Пойдем к вам домой, Я плакала, вставая и насильно поднимая его. Выпьем чаю и ложись спать. . . . Я возьму такси. Я вызову врача … Я знаю врача. . . .

Не знаю, что еще я ему сказал. Он попытался встать, но снова упал на землю и снова начал бормотать тем же хриплым задыхающимся голосом. Я наклонился повнимательнее и прислушался.

На Васильевском острове старик ахнул. Шестая улица. Шестой … й поток … эт

Он погрузился в тишину.

Вы живете на Васильевском острове? Но тогда вы ошиблись. Это будет слева, а вы — справа. Я возьму тебя прямо. . .

Старик не шелохнулся. Я взял его за руку; рука упала, словно мертвая. Я посмотрел ему в лицо, прикоснулся к нему — он был мертв.

Мне казалось, что все это произошло во сне.

Этот инцидент доставил мне много неприятностей, в ходе которых моя лихорадка прошла сама собой. Была обнаружена квартира старика. Однако он жил не на Васильевском острове, а всего в паре шагов от того места, где он умер, в Домах Клюгена, на пятом этаже прямо под крышей, в отдельной квартире, состоящей из крохотного входа и большого невысокая комната, с тремя прорезями в окнах. Он жил очень бедно. Его мебель состояла из стола, двух стульев и очень-очень старого дивана, твердого, как камень, с волосами, торчащими из него во все стороны; и даже эти вещи оказались помещичьими.Печь, видимо, давно не топили, свечей тоже не нашли. Я серьезно сейчас думаю, что старик пошел к Мюллеру просто посидеть в освещенной комнате и согреться. На столе стояла пустая глиняная кружка, а рядом лежала черствая корочка хлеба. Денег не нашлось, ни гроша. Не было даже смены белья, чтобы его похоронить; кто-то дал для этой цели свою рубашку. Было ясно, что он не мог жить так, в полной изоляции, и, несомненно, кто-то, должно быть, время от времени навещал его.В ящике стола нашли его паспорт. Оказалось, что покойник иностранного происхождения, но был русским подданным. Его звали Джереми Смит, он был инженером-механиком семидесяти восьми лет. На столе лежали две книги, краткая география и Новый Завет в русском переводе, отмеченные карандашом на полях и отмеченные ногтем. Эти книги я взял себе. Хозяина и других квартиросъемщиков допросили — все они почти ничего о нем не знали. В здании было множество жильцов, почти все ремесленницы или немки, которые сдали жилье с питанием и посещаемостью.Смотритель квартала, начальник, тоже ничего не мог сказать о бывшем арендаторе, за исключением того, что жилье сдавалось за шесть рублей в месяц, что покойный прожил в нем четыре месяца, но не заплатил ни копейки. , за последние два, так что ему пришлось бы выгнать его. Был задан вопрос, приходил ли кто-нибудь к нему, но никто не мог дать удовлетворительного ответа по этому поводу. Это был большой блок, к такому Ноеву ковчегу приходило много людей, всех их невозможно было вспомнить.Швейцар, который пять лет проработал в квартире и, вероятно, мог бы дать какую-то информацию, за две недели до этого уехал домой, в родную деревню, оставив на своем месте своего племянника, молодого человека, который еще не знал половина жильцов на виду. Не знаю, чем в конце концов закончились все эти расспросы, но в конце концов старика похоронили. В те дни, хотя мне было о чем заботиться, я был на Васильевском острове, на Шестой улице и смеялся над собой, когда приехал туда.Что я мог видеть на Шестой улице, кроме обычного ряда домов? Но почему, подумал я, старик говорил о Шестой улице и Васильевском острове, когда умирал? Был ли он в бреду?

Я посмотрел на заброшенную квартиру Смита, и она мне понравилась, я взял ее себе. Главное в нем было то, что он был большим, хотя и очень низким, настолько большим, что сначала я подумал, что должен удариться головой о потолок. Но вскоре я к этому привык. За шесть рублей в месяц ничего лучше не найти.Меня соблазнила его независимость. Все, что мне оставалось сделать, это организовать какую-то услугу, потому что я не мог жить без слуги. Носильщик тем временем обязался приходить раз в день, чтобы делать то, что было абсолютно необходимо. И кто знает, подумал я, может быть, кто-нибудь придет узнать о старике Но прошло пять дней после его смерти, а никто еще не пришел.

ГЛАВА II

В то время, всего год назад, я все еще работал в штате некоторых газет, писал статьи и был твердо убежден, что однажды мне удастся написать что-то хорошее в большем масштабе.В то время я сидел над длинным романом, но все закончилось тем, что я оказался здесь, в больнице, и я верю, что скоро умру. А раз уж я умру, зачем, можно спросить, писать воспоминания?

Я не могу не вспоминать постоянно весь этот горький последний год моей жизни. Я хочу все это записать, и если бы я не нашла это занятие, думаю, я бы умер от несчастья. Все эти впечатления от прошлого иногда волнуют меня до глубины тоски, агонии. По мере того, как я буду писать, они станут более успокаивающими и гармоничными.Они будут не столько бред, сколько кошмар. Я так себе представляю. Простое механическое упражнение в письме имеет значение. Он меня успокоит, охладит, заново пробудит во мне старые литературные привычки, превратит мои воспоминания и больные мечты в работу — в занятие … Да, это хорошая идея. Более того, будет что оставить моему сопровождающему, если он только оклеит окошко моей рукописью, когда ставит на зиму двойные рамы.

Но я начал свой рассказ, не знаю почему, с середины.Если это все должно быть написано, я должен начать с самого начала. Что ж, начнем с самого начала, хотя моя автобиография не будет длинной,

Я родился не здесь, а далеко, в глухой провинции. Надо полагать, что мои родители были хорошими людьми, но в детстве я остался сиротой и воспитывался в доме Николая Сергеича Ихменева, мелкого помещика по соседству, который из жалости принял меня. У него был только один ребенок, дочь Наташа, ребенок на три года младше меня.Мы выросли вместе, как брат и сестра. О, детство мое родное! Как глупо горевать и сожалеть об этом в двадцать пять и вспоминать об этом наедине с энтузиазмом и благодарностью! В те дни на небе было такое яркое солнце, такое непохожее на петербургское солнце, и наши сердечки бились так весело и весело. Тогда вокруг нас были поля и леса, а не груды мертвых камней, как сейчас. Как чудесны были сад и парк в Васильевском, где Николай Сергеич был управляющим. Мы с Наташей гуляли в том саду, а за садом был большой влажный лес, в котором мы оба когда-то заблудились.Счастливых, золотых дней! Первое предвкушение жизни было таинственным и манящим, и было так приятно увидеть его. В те дни за каждым кустом, за каждым деревом кто-то еще казался живым, таинственным, невидимым для нас, сказочная страна смешалась с реальностью; и когда порой густой вечерний туман затягивался в глубоких лощинах и укутывался серым, обвивая пучками кусты, цеплявшиеся за каменные ребра нашего большого оврага, мы с Наташей, взявшись за руки, выглядывали с края в ущелье. глубины внизу с робким любопытством, каждую минуту ожидая, что кто-нибудь выйдет или позовет нас из тумана на дне оврага; и что сказки нашей няни станут твердой истиной.Однажды, спустя много времени, я случайно напомнил Наташе, как нам достался экземпляр Детских чтений ; как мы сразу побежали к пруду в саду, где было наше любимое зеленое место под старым кленом, а там устроились и начали читать Альфонсо и Далинду — сказку. Я до сих пор не могу вспомнить эту историю без странного трепета в моем сердце, и когда год назад я напомнил Наташе первые строки: Альфонсо, герой моего рассказа, родился в Португалии; Дон Рамиро, его отец, и так далее, я чуть не прослезился.Это должно было показаться очень глупым, и, вероятно, поэтому Наташа странно улыбнулась моему тогдашнему энтузиазму. Но она сразу сдержалась (я это помню) и начала вспоминать былые времена, чтобы утешить меня. Одно вело к другому, и она сама была тронута. Это был восхитительный вечер. Мы все перебрали, и как меня отправили учиться в уездный город-рай, как она тогда плакала! — и наше последнее расставание, когда я навсегда уехал из Васильевского. Я тогда заканчивал интернат и собирался в Петербург готовиться к университету.Мне тогда было семнадцать, а ей пятнадцать. Наташа говорит, что я была тогда такой неуклюжей, неуклюжей тварью, что на меня нельзя было смотреть без смеха. В момент прощания я отвел ее в сторону, чтобы сказать ей что-то ужасно важное, но мой язык внезапно подвел меня и прижался к небу. Она вспоминает, что я был в сильном волнении. Конечно, наш разговор ни к чему не привел. Я не знал, что сказать, и, возможно, она бы меня не поняла. Я только горько заплакал и ушел, ничего не сказав.Мы снова виделись спустя долгое время в Петербурге; Это было два года назад. Старый Николай Сергеич приехал в Петербург по делу, а я только начинал свою литературную карьеру.

ГЛАВА III

Николай Сергеич происходил из хорошей семьи, давно пришедшей в упадок. Но после смерти родителей он остался с прекрасным имением со ста пятидесятью крепостными. В двадцать лет он пошел в гусарскую службу. Все прошло хорошо; но, проработав шесть лет в армии, в один неудачный вечер он потерял все свое имущество в карты.Он не спал всю ночь. На следующий вечер он появился за карточным столом и поставил свою лошадь — его последнее владение. Его карта была выигрышной, за ней следовали вторая и третья, и в течение получаса он отыграл одну из своих деревень, деревню Ихменевка, в которой по последней переписи насчитывалось пятьдесят душ. Он отправил свои бумаги и уволился со службы на следующий день. Он навсегда потерял сотню крепостных. Через два месяца он получил увольнение в звании лейтенанта и уехал домой в свою деревню.Он никогда в жизни не говорил о своем проигрыше в карты, и, несмотря на его хорошо известную добродушие, он наверняка поссорился бы с любым, кто на это ссылался. В деревне он усердно ухаживал за своей землей и в тридцать пять лет женился на бедной девушке из хорошей семьи, Анне Андреевне Шумиловой, которая была совершенно без приданого, хотя она и получила образование в средней школе. французским эмигрантом по имени Мон-Ревеш, привилегией, которой Анна Андреевна гордилась всю свою жизнь, хотя никто так и не смог узнать, в чем именно состояло это образование.Николай Сергеич был прекрасным земледельцем. У него соседские помещики научились управлять своими имениями. Прошло несколько лет, как вдруг помещик князь Петр Александрович Валковский приехал из Петербурга в соседнее имение Васильевское, в селе которого было девятьсот крепостных жителей. Его приезд произвел большой переполох во всей округе. Князь был еще молод, хотя и не в первой молодости. Он занимал высокое положение на службе, имел важные связи и состояние; был красивым мужчиной и вдовцом, что представляло особый интерес для всех девушек и дам в округе.Люди говорили о блестящем приеме, оказанном ему губернатором, с которым он был в некотором роде; о том, как он вскружил голову всем дамам своей галантностью, и так далее, и так далее. Одним словом, он был одним из тех ярких представителей аристократического петербургского общества, которые редко бывают в провинции, но производят необычайную сенсацию, когда появляются. Князь, однако, был отнюдь не самым вежливым, особенно по отношению к людям, которые не могли быть ему полезны и которых он так мало считал своими подчиненными.Он не считал нужным заводить знакомства со своими соседями по деревне и сразу нажил много врагов, пренебрегая этим. И поэтому все очень удивились, когда ему вдруг пришло в голову зайти к Николаю Сергеичу. Это правда, что последний был одним из его ближайших соседей. Князь произвел большое впечатление на двор Ичменевых. Он очаровал их обоих одновременно; Особенно восторженно отзывалась о нем Анна Андреевна. За короткое время он сблизился с ними, ходил туда каждый день и приглашал их к себе домой.Он рассказывал им истории, шутил, играл на их жалком пианино и пел. Ичменевы не устали гадать, как такого хорошего и обаятельного человека можно назвать гордым, высокомерным, холодным эгоистом, как его в один голос объявляли все соседи. Надо полагать, что князю очень нравился Николай Сергеич, человек простодушный, прямой, бескорыстный и щедрый. Но вскоре все объяснилось. Князь специально приехал в Васильевское, чтобы избавиться от своего управляющего, блудного немца, тщеславного человека и искусного земледельца, обладавшего почтенной седой, очками и крючковатым носом; однако, несмотря на эти преимущества, он без стыда и меры ограбил князя и, что еще хуже, замучил до смерти нескольких крестьян.Наконец Иван Карлович был уличен в своих проступках и разоблачен, глубоко оскорбился, много говорил о немецкой честности, но, несмотря на все это, был уволен и даже с некоторым позором. Князю был нужен управляющий, и его выбор пал на Николая Сергеича, который был прекрасным распорядителем и человеком, в честности которого не могло быть сомнений. Князь, казалось, особенно беспокоился, что Николай Сергеич добровольно предложит занять этот пост, но это не сработало, и в одно прекрасное утро князь сам сделал это предложение в виде очень дружеской и смиренной просьбы.Николай Сергеич сначала отказался; но щедрое жалованье привлекало Анну Андреевну, и удвоенная сердечность князя преодолевала все сомнения, которые он еще испытывал. Князь добился своей цели. Можно предположить, что он умел судить о характере. Во время своего краткого знакомства с Ичменевым он вскоре понял, с каким человеком ему приходится иметь дело, и понял, что его нужно завоевывать теплым и дружелюбным способом, что его сердце должно быть покорено, и что без этого деньги мало что сделают. с ним.Валковскому нужен был стюард, которому он мог бы слепо доверять навсегда, чтобы ему никогда больше не пришлось побывать в Васильевском, и именно на это он рассчитывал. Его восхищение Николаем Сергеичем было настолько сильным, что последний искренне верил в его дружбу. Николай Сергеич был одним из тех очень простодушных и наивно романтичных людей, которые, что бы люди ни говорили против них, так очаровательны среди нас, в России, и которые всей душой преданы каждому, к кому (Бог знает почему) они относятся фантазии, а порой доводят свою преданность до комического уровня.

Прошло много лет. Имение князя Валковского процветало. Отношения владельца Васильевского и его управляющего продолжались без малейших трений с обеих сторон и не выходили за рамки чисто деловой переписки. Хотя князь не мешал руководству Николая Сергеича, но иногда давал ему советы, которые поражали последнего своей необычайной проницательностью и практическими способностями. Было очевидно, что он не хотел тратить деньги зря и действительно умел их получать.Спустя пять лет после посещения Васильевского князь прислал Николаю Сергеичу разрешение на приобретение в той же губернии еще одного великолепного имения с населением в четыреста крепостных. Николай Сергеич обрадовался. Успехи принца, новости о его продвижении по службе, его продвижение по службе были так дороги его сердцу, как если бы они были успехами его собственного брата. Но его восторг достиг апогея, когда принц однажды проявил необычайное доверие, которое он ему оказал. Вот как это случилось…. Но здесь я считаю необходимым упомянуть некоторые подробности из жизни этого князя Валковского, который в некотором роде является ведущей фигурой в моем рассказе.

ГЛАВА IV

Я уже упоминал, что он был вдовцом. Он женился в ранней юности и женился из-за денег. От полностью разоренных родителей в Москве он почти ничего не получил. Васильевское снова и снова закладывалось. Он был обременен огромными долгами. В двадцать два года князь, вынужденный в то время поступить на службу в правительственное ведомство в Москве, не имел ни гроша и вошел в жизнь как нищий потомок древнего рода. Его спасла женитьба на пожилой дочери налогового инспектора.

Подрядчик, конечно, обманул его по поводу приданого, но в любом случае он смог на деньги жены выкупить свое имение и снова встать на ноги. Дочь подрядчика, выпавшая на долю князя, с трудом могла писать, не могла сложить два слова, была уродлива и имела только одно большое достоинство: она была добродушной и покорной. Князь максимально использовал это качество в ней.После первого года брака он оставил свою жену, которая тем временем родила ему сына, в Москве, на попечение ее отца, подрядчика, и уехал служить в другую провинцию, где благодаря интересам могущественного связавшись в Петербурге, он получил видный пост. Его душа жаждала отличия, продвижения, карьеры, и, понимая, что он не может жить с женой ни в Петербурге, ни в Москве, он решил начать свою карьеру в провинции, пока не появится что-нибудь получше.Говорят, что даже в первый год брака он утомлял жену своим жестоким поведением. Этот слух всегда возмущал Николая Сергеича, и он горячо защищал князя, заявляя, что он не способен на подлый поступок. Но через семь лет его жена умерла, и погибший муж сразу вернулся в Петербург. В Петербурге он действительно произвел небольшую сенсацию. С состоянием, внешностью и молодостью, множеством блестящих качеств, остроумием, вкусом и неизменной веселостью он явился в Петербурге не подхалимом и охотником за удачей, а как человек, занимающий довольно самостоятельную позицию.Говорят, что в нем действительно было что-то захватывающее; что-то доминирующее и мощное. Он был чрезвычайно привлекателен для женщин, а интрига с светской красотой принесла ему скандальную известность. Он разбрасывал деньги без ограничений, несмотря на свою естественную экономию, которая почти равнялась скупости; он терял деньги в карты, когда это было удобно, и мог проиграть крупные суммы, не поворачиваясь ни на йоту. Но он приехал в Петербург не ради развлечения. Он был настроен сделать свою карьеру и, наконец, утвердиться в своей должности.Он достиг этой цели. Граф Наинский, его выдающийся родственник, который не обратил бы на него внимания, если бы он явился обычным соискателем, был настолько поражен его успехом в обществе, что счел подходящим и возможным проявить к нему особое внимание и даже снизошел до него. его семилетний сын будет воспитываться в его доме. К этому периоду относится приезд князя в Васильевское и его знакомство с Николаем Сергеичем. Достигнув наконец под влиянием графа видного поста в одном из важнейших иностранных посольств, он уехал за границу.Позже слухи о его поступках были довольно туманными. Люди говорили о каком-то неприятном приключении, постигшем его за границей, но никто не мог объяснить, что именно. Все, что было известно, это то, что ему удалось купить имение из четырехсот крепостных, о чем я уже упоминал. Много лет спустя он вернулся из-за границы; он занимал высокое положение на службе и сразу получил очень заметную должность в Петербурге. До Ичменевки дошли слухи, что он собирается заключить второй брак, который свяжет его с очень богатой, знатной и влиятельной семьей. Он идет большой дорогой к величию, сказал Николай Сергеич, от удовольствия потирая руки. Я был тогда в Петербурге, в университете, и помню, что Николай Сергеич специально написал мне, чтобы узнать, правда ли это сообщение. Он тоже написал принцу, чтобы заинтересовать меня, но принц оставил письмо без ответа. Знал только, что князь сын, воспитанный первым в графском доме

Аудиокнига недоступна | Слышно.com

  • Evvie Drake: начало более

  • Роман
  • По: Линда Холмс
  • Рассказал: Джулия Уилан, Линда Холмс
  • Продолжительность: 9 часов 6 минут
  • Несокращенный

В сонном приморском городке в штате Мэн недавно овдовевшая Эвелет «Эвви» Дрейк редко покидает свой большой, мучительно пустой дом почти через год после гибели ее мужа в автокатастрофе.Все в городе, даже ее лучший друг Энди, думают, что горе держит ее внутри, а Эвви не поправляет их. Тем временем в Нью-Йорке Дин Тенни, бывший питчер Высшей лиги и лучший друг детства Энди, борется с тем, что несчастные спортсмены, живущие в своих худших кошмарах, называют «ура»: он больше не может бросать прямо, и, что еще хуже, он не может понять почему.

  • 3 из 5 звезд
  • Что-то заставляло меня слушать….

  • По Каролина Девушка на 10-12-19

Рецензия на произведение Федора Достоевского «Обиженные и раненые»

Рэйчел Бомбергер — копирайтер в Eerdmans. Любит читать, писать и матрешки.

Рэйчел Бомбергер

***

Поскольку я изучал английский язык, я прочитал в колледже Преступление и наказание . (Разве все английские специальности не читают Преступление и наказание в колледже?) Это произошло в середине 18-недельного курса по разработке романа, на котором мы ускоренно просматривали всю книгу почти каждую неделю. Это было поучительно, но утомительно — изнурительная игра, которую наш энергичный профессор не раз сравнивал с «поездкой на мотоцикле по Лувру».

Мне запомнились работы Федора Достоевского как блестящие, но трудные.Я помню тревогу, мрак, мучения — и пару цитат из моего любимого персонажа Разумихина — но, увы, не более того. Все прошло так быстро.

Теперь, наконец, у меня появилась возможность снова встретиться с Достоевским, хотя и в его более молодой и зеленой версии, в новом переводе Эрдманса «Оскорбленные и раненые». Я не могу отрицать этого, поскольку большая часть моих профессиональных усилий посвящена гораздо большему — кхм — академическим текстам видов, шанс прочитать роман по работе был слишком хорош, чтобы упустить его.Я с энтузиазмом принялся за него, как только на нашем общем диске появились корректуры первой страницы.

Оскорбленные и раненые

Оскорбленные и раненые — книга, которую мы называем здесь «незначительной жемчужиной в каноне Достоевского». У него захватывающий, сентиментальный, даже мыльный сюжет. (Мэри Хитбринк была достаточно любезна, чтобы развязать несколько из множества взаимосвязанных отношений в своем посте на прошлой неделе.) Он наполнен классическими элементами, которые гарантированно сделают любую историю захватывающей: безответная любовь, воздаенная (но все равно обреченная) любовь, мошенники, идиоты, жалкие сироты, прекрасные наследницы, капризные мамы, суровые папы, дурные женщины с золотыми сердцами, дурные женщины с каменными сердцами, самоотверженный герой и бездушный злодей, настолько безжалостный и мерзкий, что заставит вашу кожу ползти мурашки по коже.(Злодейский князь Валковский, конечно, одна из лучших вещей в книге. Презирать его — это восхитительно весело.)

Роман остается перелистывающим на протяжении всего романа — несмотря на то, что иногда он бормочет, иногда быстро скачет, иногда останавливается, а иногда даже запутывается в собственных переплетающихся сюжетных линиях. Похоже, что в некоторых местах Достоевскому было трудно сохранить прямолинейность своего рассказа — кто-то в Голливуде мог бы сказать, что в произведении есть «проблемы с непрерывностью».«У него медленное начало и быстрое окончание. Это не всегда ужасно отполировано. Это не , а великая книга — не , а Преступление и наказание или Братья Карамазовы — , но это никогда не мешает ей быть такой хорошей.

Как и во всех книгах Достоевского, я подозреваю, что действительно важны персонажи, а в «Оскорбленные и раненые» каждый из них блестяще передан. Полнотелые и психологически тонкие, даже маленькие персонажи кажутся многомерными и реалистичными.

По мере того, как я узнавал одну за другой из них, в моей голове все время загорались лампочки признания. Ваня? Я ходил с ним в школу! Алеша? Я думаю, он встречался с моей сестрой. Анна Андреевна? Она ходит в мою церковь. Анна Семёновна? Маслобоев? Наташа? Нелли? Смит? Я их всех знаю. (Или почти все. Слава Богу, я еще ни разу не встречал князя Валковского во плоти. Это во многом объясняет, почему я остаюсь светлоглазым оптимистом).

Еще более поразительным было ощущение, что я тоже был представлен на страницах книги.Я все время видел себя в персонажах Достоевского (правда, для сохранения собственного достоинства не скажу, каких именно). Я обнаружил, что признаю их мысли как свои собственные; их действия, решения и эмоциональные реакции на их триумфы и трагедии тоже были мне до жути знакомы. В некоторых местах мне показалось, что Достоевский внимательно следил за мной, читал мои мысли и сбрасывал лучшее и худшее из меня вместе в Петербурге девятнадцатого века. (Мэри, редактирующая книгу, призналась мне, что у нее был подобный опыт, когда она впервые прочитала рукопись.) Там больше грязи, больше водки, больше потребления и в целом больше поцелуев, чем, наверное, в моей жизни, но драмы, разыгрываемые в творчестве Достоевского, во многом являются теми же драмами, которые много раз разыгрывались глубоко в укромных уголках моей жизни. разум.

Юджин Петерсон в своей превосходной книге для пасторов «Под непредсказуемым растением» благодарит Достоевского за то, что он помог ему пережить тяжелый профессиональный кризис. «Я предпринял несколько попыток найти профессионального наставника среди живых, но безуспешно», — вспоминает он.«Потом я нашел Достоевского. . . . Я взял свой календарь встреч и писал на двухчасовых встречах с «ФД» три раза в неделю. В течение следующих нескольких месяцев я прочитал весь корпус, некоторые из них дважды. . . . И вот кризис закончился. Благодаря Достевскому Бог и страсть больше никогда не окажутся в опасности, по крайней мере, в профессиональном плане ».

Петерсон объясняет далее (для него, как и для меня, важны персонажи): «Достоевский поправил меня не спорами, а тем, что создал — создав персонажей, которые демонстрируют дегуманизированное высыхание безбожной жизни и в контраст и сравнение, ужасные красоты погони за Богом.. . . Теперь, когда мне попадались скучные люди, я вставлял их в один из романов, чтобы посмотреть, что из них сделает Достоевский. Это было незадолго до того, как развились более глубокие измерения, вечный голод и жажда — и Бог ».

«Более глубокие измерения». Да, именно так. «Оскорбленные и оскорбленные» демонстрирует всю незрелость и зеленоватость, типичную для раннего романа, но также захватывающе показывает ранние семена великой жизненной работы Достоевского: понимание людей и того, как они работают, и демонстрация через художественную литературу, как непреходящие темы творения — желание, грех, боль, смерть, отчаяние, ненависть, любовь, прощение, примирение, радость, надежда, мир и многое другое — трогают и изменяют их жизни, их отношения с другими и их души.

«« Оскорбленные и раненые » — это, в общем, та книга, которая заставляет меня по-настоящему воодушевляться тем, что я делаю. И если мой опыт работы с этой книгой является каким-либо показателем, я думаю, что пора мне дать Преступление и наказание , не говоря уже о Братья Карамазовы , Идиот , Записки из подполья и все остальное. отдых — еще один шаг.

Нажмите здесь, чтобы оформить предзаказ Оскорбленные и раненые

Связанные

«Оскорбленные и оскорбленные»: резкий декаданс

Роман Федора Достоевского «Оскорбленные и оскорбленные» за эти годы пережил собственное оскорбление и травму.Наспех написанный в 1861 году как сериализованный треп после того, как русский писатель был политическим заключенным и сибирской ссылкой, он является одним из первых примеров сочувствия Достоевского к товарам, наносящим ущерб обществу. Несмотря на недостаток содержания его философских романов, которые последуют за этим («Преступление и наказание» было через пять лет), малоизвестный роман — его единственный английский перевод, сделанный в 1905 году, чрезвычайно трудно найти — представляет социальный упадок, достаточный для того, чтобы удержать Берлинская театральная компания Volksbuhne am Rosa-L Luxembourg-Platz была очень загружена в течение примерно четырех активно возмутительных часов в театре Фрейда Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе.

Трудно поверить, что это первый визит в США Volksbuhne (или «народной сцены»), штаб-квартира которой расположена на площади Розы Люксембург в бывшей Восточной Германии. Труппа, основанная в 1914 году Эрвином Пискатором как рабочий театр, на протяжении почти столетия была образцом авангардной политической сцены. Это помогло Бертольту Брехту развить его эпический театр. После воссоединения Германии он нашел особенно благодатную почву для нападок (а также для увлечения) массовой культурой и привлечения споров.

«Оскорбленные и раненые», часть Международного театрального фестиваля UCLA Live, является третьей частью цикла режиссера Фрэнка Касторфа «Капитализм и депрессия», который начался в 1999 году с «Трамвай« Желание »». Это также часть его непрекращающегося увлечения Достоевским — Фольксбухне также поставил свои недавние постановки «Демонов» и «Идиота». И, что самое главное, это отличный показатель того, что легендарная левая театральная труппа не потеряла своей ярости.

Каким бы длинным ни был вечер, Касторф не терпит постепенного изложения Достоевским декаданса.Персонажи с самого первого появления на сцене лишены приличия. Сочувствие выброшено в окно. Шоу начинается с беспорядка и остается таким, и удивительно то, что оно может выдерживать этот порыв до истерии в течение длительного времени.

Частично автобиографический роман Достоевского повествует обнищавший писатель Ваня, идеализм которого держит его в постоянном недоумении. Персонажи исполняют свое предназначение. Богатые и безжалостные становятся богаче и могущественнее. Те, кто не будет играть в игру, никуда не денутся.Бедные остаются на месте.

Адаптация Касторфа похожа на просмотр романа в глазок. В необычной постановке Берта Неймана весь Санкт-Петербург перенесен в один пригородный немецкий дом, который вращается. Иногда мы можем видеть сквозь окна, но большую часть происходящего внутри можно наблюдать на большом видеоэкране. Расположенный на крыше, он превращает драму в мыльную оперу. С одной стороны дома каток. Когда все остальное терпит неудачу, персонажи надевают коньки и катаются взад и вперед или превращаются в маниакальные танцевальные шаги под громкую музыку — рок, клезмер, узбекскую попу.Это жестокая группа, и уход за ней регулярно превращается в жестокую физическую жестокость.

В этой адаптации (исполненной на немецком языке с английскими субтитрами) мало что осталось от России, кроме того факта, что Ваня (Мартин Вуттке) носит меховую шапку и проводит свои четыре часа на сцене, полубезумно. Его заклятый враг, принц (Генри Хюбхен), один из элегантных злодеев Достоевского, становится грубым немецким бизнесменом, который наслаждается своим личным сексуальным унижением не меньше, чем он использует свое богатство и власть для унижения других.

Но к оскорбленным и раненым мало сочувствия. Сумасшедшая умирающая сирота Нелли (Катрин Ангерер), которую Ваня усыновляет, — более угрюмый сексуальный котенок. Наташа (Жанетт Спасова), которую любит Ваня, больше не излишне чувствительная молодая женщина Достоевского, а злая ледяная дева. Алеша (Милан Пещель), сын принца, опрометчиво вступает в конфликт между Наташей и богатой молодой принцессой, которую выбирает для него отец. Принцесса Катя (Ирина Потапенко) — банальная современная принцесса-подросток в обтягивающем топе с наклеенным на руку блестящим американским флагом.Отец Наташи (Бернхард Шютц) предлагает тяжелую дозу гнева рабочего класса.

Сюжет Достоевского приходит и уходит. Некоторые сцены близки к роману, но в этом сумасшедшем доме они мало что складываются. Конечно, сэр Генри, лаунж-ящерица, который устанавливает свой синтезатор Yamaha в гостиной и создает фон для рисования Euroschlock, счастливее всего, когда он может остановить жаркий спор, убедив людей присоединиться к попурри Beatles.

Но этот непрекращающийся конфликт между сильными неконтролируемыми эмоциями и поп-культурой очаровывает зрителя.Когда видеоэкран не смотрит на мыльную оперу в доме, он показывает нам телевизионную рекламу — и немного порнухи распутного принца.

Достоевский рисует удручающую картину российского общества с очень тонкой подстраховкой, забитой массой, для которой оскорбления и травмы — не самое худшее; по крайней мере, это означает, что все еще жив и способен чувствовать. Касторф показывает, что полтора века спустя эта сетка полностью изношена. Эти безвкусные персонажи больше не могут искупить себя.

Тем не менее, они могут загипнотизировать нас. Может быть, это просто та волнующая энергия на сцене от блестящего, трудолюбивого, бесстрашного состава. Кажется, Касторф говорит, что даже среди обломков современной жизни жизненная сила каким-то образом процветает.

*

«Оскорбленные и раненые»

Где: Freud Playhouse, UCLA, 405 Hilgard Ave., Westwood

Когда: Сегодня вечером, 8

Окончание: Сегодня

Цена: 30-45 долларов

Контакт: (310) 825-2101

Продолжительность: 4 часа 30 минут

Эмоциональная компетентность — унижение

Вас оскорбили, ваше эго ушиблено, ваше гордость обижена, вы были бессильны и каким-то образом принижены, а теперь вам больно и чертовски злой! У тебя только что унижены, это несправедливо, и тебе не нравится чувствовать себя глупо.Унижение часто приводит в насильственном возмездии и мести.

Помните, в конце концов, единственное мнение о себе, которое имеет значение, — это твой собственный.

Определения:

  1. Чувство неуважения.
  2. Потеря роста или имиджа.
  3. Изменение имиджа, отражающее уменьшение того, что другие думают о вашем рост.
  4. Вынужденный стыд
  5. Чтобы уменьшить гордость или не признать достоинство другого
  6. Событие, воспринимаемое как причинение вреда чести и побуждение стыд.
  7. Чувство бессилия.
  8. Несправедливое принуждение к унизительному положению.
  9. Насмешки, презрение, презрение или иное обращение со стороны других лиц.

Корень: от латинского humilis, низкий, низкий , из перегноя, молотый . Буквально до грязи.

Синонимы включают потерять лицо, чувствовать себя дураком, чувствовать глупый, обиженный, опозоренный, униженный, униженный, униженный, удрученный, опозоренный, опозоренный, неуважение, презрение, клевета, униженный, презираемый, пренебрежительный, невнятный, пристыженный, униженный, отвергнутый, смеющийся в.В то время как смирение считается силой, унижение вредно; то различие основывается на автономии.

Признательность — противоположность унижения.

Унижение включает событие, демонстрирующее неравенство сила в отношениях, в которых вы находитесь низшее положение и несправедливо приуменьшено. Часто болезненные переживания ярко проявляются вспомнил давно. Ваш мстительный возбуждаются страсти, и униженная ярость может результат.Есть три вовлеченных стороны: 1) преступник осуществление власти, 2) жертва, которая оказывается бессильной и, следовательно, униженной, и 3) свидетель или наблюдатели на мероприятии.

Из-за бессилия и отсутствия контроля, которые он демонстрирует, унижение может вызвать беспокойство.

Смирение — это признание и принятие наших собственных ограничений на основе точная и скромная оценка нашей важности и значимости. скромный человек признает, что он один из шести миллиардов взаимозависимые люди на этой Земле, Земля — ​​это одна планета, вращающаяся вокруг Солнца, а наше Солнце одна из миллиарда звезд в ныне известная вселенная.Из-за этого широкого и разумного взгляда на нее значение, по-настоящему смиренного человека нельзя унижать.

Смирение снижает нашу потребность в самооправдании и позволяет нам признавать свои ошибки и учиться на них. Наше эго отступает.

Унижение и позор

Стыд — личное, унижение — публичное.

Существенное различие между унижением и стыдом состоит в следующем: вы соглашаетесь со стыдом, и вы не согласны с унижением.Унижение — это оскорбление. Если вы считаете оскорбление достоверным, тогда тебе становится стыдно. Другие могут оскорблять и унижать вы, но вы почувствуете стыд только в том случае, если снизится ваша самооценка; и это требует вашей собственной оценки и решения. Человек, неуверенный в своих неподдельный рост больше склонен стыдиться результат оскорбления. Это потому, что они доверяют тому, что другие думают о них, чем о том, что они думают о себе.Это может привести к хрупкая самооценка.

Люди верят, что заслуживают позора, но не верят, что заслуживают их унижение. Унижение считается несправедливым.

Формы унижения

У людей есть много способов пренебрегать другими и унижать их. Например:

  • Не обращать внимания на кого-то, принимать их как должное, игнорировать их, отдавать им молчаливое обращение, обращение с ними как с невидимыми или заставляющее их без надобности ждать вас,
  • Отвергать кого-то, держать его на расстоянии, покинутым или изолированным,
  • Удержание признания, отказ в признании, манипулирование признание,
  • Отказ кому-то в основных социальных удобствах, потребностях или людях достоинство,
  • Манипулирование людьми или обращение с ними как с предметами (им) или животными, вернее чем как человек (ты).
  • Несправедливое обращение с людьми,
  • Доминирование, контроль, манипуляция, отказ,
  • Угрозы или злоупотребления, в том числе: словесные (например, обзывание), физические, психологические или сексуальные,
  • Нападение, нападение или телесное повреждение
  • Понижение звания, ответственности, роли, звания, служебной власти или власть,
  • Предательство или обман, обман, обман, сосание или обман,
  • Над вами смеются, издеваются, дразнят, высмеивают, ругают, плюют или заставляют выглядеть глупо или глупо.
  • Быть жертвой розыгрыша, розыгрыша или схемы доверия.
  • Ложное обвинение или инсинуация,
  • Общественный позор, неуважение или пренебрежение, понижение, поражение или обиженный
  • Принудительная нагота,
  • Изнасилование или инцест,
  • Видеть, как ваш любовный интерес флиртует с другим, вызывает ревность, насилие ваш любовный интерес, рогоносец,
  • Видеть сексуальное насилие над женой, девушкой, сестрой или дочерью,
  • Бесчестие,
  • Бедность, безработица, плохие инвестиции, долг, банкротство, потеря права выкупа, лишение свободы, бездомность, наказание, бессилие,
  • Оскорбление ценностей человека, верования, наследие, раса, пол, внешний вид, характеристики или принадлежность,
  • Зависимость, особенно от более слабых,
  • Проигрыш в соревновании за доминирование.Существование вынужден подчиняться.
  • Посягательство, такое как нарушение конфиденциальности или других границ,
  • Нарушение, отрицание или подавление права человека,
  • Утрата основных личных свобод, таких как мобильность, доступ или автономия; существование контролируется, доминирует, вторгается, эксплуатируется или манипулируется,
  • Снижение дееспособности в результате инвалидности, обездвиживания, обмана, ослаблены, пойманы в ловушку, вводят в заблуждение, препятствуют достижению целей, противодействуют, саботируют или подводят.
  • Уменьшение ресурсов в результате ограбления, ограбления, обмана, выселены или лишены привилегий или прав,
  • Защита или безопасность снижены запугиванием или угрозой,
  • Отклонение, обесценивание или умалчивание вашей истории,
  • Человек низшего роста относится к нему как к равному.

Парадокс унижения

Обида обычно причиняет боль, но ее важно разрешить самостоятельно. разум, основанный на доказательствах, почему оскорбление больно.Что убыток он представляет для вас? Решаем, если оскорбление:

  • — это неоправданная атака, которая не снижает вашего роста, не снижает вашего самооценку, ни запятнать ваш общественный имидж или репутацию, или
  • оправдан и ухудшил ваш общественный имидж или репутацию, или
  • оправдан и уменьшил или изменил ваше представление о себе.

Начните анализ с определения, основано ли оскорбление на информации который точно представляет вас.Затем подумайте и подумайте, есть ли у вас изображение точно отображает ваш рост. Если решите, что оскорбление неоправданно тогда вы можете просто игнорировать это (не клюнуть на приманку) или можете описать, почему это несправедливо и попросите обидчика извинения. Если ваш публичный имидж превосходит ваш рост, то оскорбление может стать оправданным возмездием за ваше высокомерие и он может содержать важное сообщение, из которого вы можете извлечь уроки. Если оскорбление оправдано, это может вызвать у вас чувство позор, а затем заставит вас пересмотреть свои самооценка лучше совместить его со своим ростом.Оскорбление никогда не бывает оправдано, если это попытка снизить свой рост ниже человеческого порога. достоинство.

Общественный имидж, самооценка, рост и месть

За оскорбление с целью снизить ваш общественный имидж публика должна поверить в то, что это правда. За оскорбление, чтобы уменьшить твой самооценка или самооценка, вы должны верить, что это истинный. Оскорбление не может умалить вашего роста, потому что ваше представление о себе — это не вы. Оскорбление может заставить вас пересмотреть свою самооценка или чувство собственного достоинства.

Месть часто ищут как средство от унижение; возможно, используя в качестве оправдания фразу о защите чести. Но месть не может быть эффективным средством от унижения, потому что она ничего не делает чтобы увеличить свой рост.

Beyond Offense

Унижение унизительнее и обиднее, чем обидеться на что-то. Обидеться познавательно; вы сомневались, не соглашались или нападали мои убеждения и, возможно, мои ценности.Мы не согласны, и я думаю, что ты ошибаешься. Обида интеллектуальна; это то, о чем я думаю. Унижение интуитивно; ты напал на меня, мое существо, мое я, и заставил меня чувствовать себя глупо из-за того, кто я есть. Атака носит личный характер и достаточно убедительно, что вы заставили меня усомниться в собственной значимости, и тем самым вызвал мой позор. Унижение экзистенциально; это о том, кто я.

Последствия

Унижение связано с неуспеваемостью, низкий чувство собственного достоинства, социальная изоляция, неуспеваемость, в браке конфликт, правонарушение, насилие, дискриминация, депрессия, выученная беспомощность, социальная разрушение, пытки и даже смерть.Люди у власти используют унижение как форму социального контроля; это обычное орудие угнетения. Страх унижения также мощная мотивирующая сила.

Культурные различия

Хотя стыд и унижение человеческие универсалии, особые обстоятельства и события, которые вызывают унижение , могут сильно отличаться от одной культуры к другой. Благоприятное событие для одной культуры может вызвать большое оскорбление, стыд и унижение в другом.Например:

  • Согласно исламским законам женщина, проводящая время наедине с посторонним мужчиной приносит большой позор ее семье.

Разрешение

Жертвы унижения могут добиться разрешения с помощью любого из два пути. Во-первых, переоценить унизительный опыт каким-либо образом, который признает силу и способности жертвы справиться с трудной ситуацией. Этот подход повышает уверенность в себе и уменьшает страх унижения.Второй путь — покинуть унизительную среду и найти более благодарный окружающая обстановка.

Котировки

  • Самые опасные люди на земле — это те, кто боюсь, что они слабаки. ~ Джеймс Гиллиган,
  • Никто не может заставить вас чувствовать себя неполноценным без вашего согласия. ~ Элеонора Рузвельт.
  • По-настоящему смиренного человека нельзя унижать. ~ Дональд Кляйн
  • Страх унижения кажется одним из самых сильных мотиваторы в индивидуальном и коллективном человеческом поведении.~ Дональд Кляйн
  • Постоянное унижение лишает вас возможности восстать. ~ М. Серебро
  • Насмешки — самое мощное оружие человека. ~ Саул Алинский
  • Разница между тем, как человек обращается с бессильными и беспомощными. Насколько я знаю, могущество — это лучший показатель человеческого характера. ~ Роберт И. Sutton
  • Когда вы отклоняете мою историю, вы отвергаете то, кем я являюсь; вы меня унижаете. ~ Леланд Р. Бомонт

Ссылки:

Об извинениях, Аарон Лазар

Кто-то и ничто: преодоление злоупотребления рангом, Роберт У.Фуллер

Насилие, Джеймс Гиллиган

Правило без мудаков , Роберт И. Саттон

Отношение Угроза эгоизма насилию и агрессии: темная сторона высокого Самооценка, Обзор психологии, 1996, Vol. 103, No. 1, 5-33, автор: Рой Ф. Баумейстер, Лаура Смарт, Джозеф М. Боден

Унижение и помощь: говорить правду о власти, рассказывать Новая история Линды М.Хартлинг, Колледж Уэллсли

Динамика унижения, Дональд К. Кляйн, доктор философии, Союзный институт

Унижение: оценка призрака насмешек, унижения и Унижение, Линда М. Хартлинг (1995), докторская диссертация. Цинциннати, Огайо: Аспирантура Института Союза.

Рецензия на книгу — Оскорбленные и униженные — Федор Достоевский


Есть книги, и есть книги.Есть книги, которые вы читаете с мечтательными глазами, среди ленивых снов, плавающих между различными стадиями, переходящими от сознания к бессознательному. Но зато есть книги, которые сильно выводят вас из ступора, вытаскивают из защитной утопической оболочки, взбалтывают ваше сердце и заставляют хотеть кричать правду, и вы внезапно открываете ее. Роман великого русского — одна из таких книг. Прочитав его и поплакав над страницами, хочется бродить, как сумасшедший Ницше с фонарем в руках.Он раскрывает печаль в этом мире, который охватывает Землю своей серой тусклостью, простирающейся по всему континууму. В тот момент, когда вам так не терпится спрыгнуть со скалы, вы обнаруживаете, что дерзкий и упорный рассвет пытается вырваться на самый дальний конец мрачного темного неба. В этом мраке, мраке и внезапном свете в конце заключена красота книги.

Типичный для Достоевского, рассказ не играет с персонажами, чтобы выдвинуть высоко летящее знамя. Он создает живых, дышащих людей и глубоко проникает в сердца персонажей и смотрит на их испытания и невзгоды.Сообщение, которое выходит, является естественным производным и случайным. Персонажи развиваются с любовью и терпением, и они превращаются в историю.

История состоит из двух сюжетных линий, сливающихся в одну во второй части истории. Иван Петрович, или Ваня, как его ласково называют, — писатель и повествователь. Он — мост, соединяющий два подсюжета, каждый из которых имеет параллельные мысли. По одну сторону сюжета — Наташа, дочка Николая Ихменева, которого Ваня, приемный ребенок домовладельца, вырос и безмолвно влюблен в него.Эта любовь пронизывает жизнь Наташи и Вани на подсознательном уровне, в то время как мир вокруг них движется быстро. Алоиша или князь Алексей — сын коварного и коварного князя Валковского, бывший взрослый, эгоистичный ребенок. Мир князя Алексея вращается вокруг него самого, и, пока он влюбляется в Наташу, разница в их темпераментах, зрелости и взглядах на любовь причиняет огромную боль, особенно Наташе. Николай и князь Валковский связаны друг с другом общей историей, и время истории вовлечено в судебную тяжбу, в которой князь ошибочно обвиняет Николая в хищении его денег, и честный и моральный домовладелец решает очистить свое имя. .Оба родителя выступают против союза влюбленных по разным причинам: Принц — потому что это нарушило его планы вернуть ускользающее богатство, а Николай — потому что он ненавидел принца за предательство и оскорбление его чести. Наташа, совершенно влюбленная в юного принца, уходит из дома, родителей. Ваня, остро осознавая безвыходность положения, для себя, потому что Наташа помогает ей сбежать, если можно так сказать. Сам он истекает кровью от боли, как пишет Достоевский,

« С этого момента все мое счастье было разрушено, и моя жизнь была разбита пополам.Я чувствовал это остро .. Мои мысли мы сочтем; мои ноги подкосились подо мной. И это история моего счастья. «

Любой, кто любил и потерял, может идентифицировать себя с моментом, когда жизнь распадается на две определенные эпохи: до и после ситуаций, окрашенных в сильные контрасты и с тем, насколько мастерски пишет автор. Ваня собирает их, и заблудшие, побежденные добираются до своего дома. В такие моменты мучительного поражения размеры окружающего нас мира меняются: он либо расширяется с такой скоростью, что мы задыхаемся, либо сжимается так быстро, что нам не остается места, чтобы оставаться в здравом уме.Иван говорит: « По мере того, как становилось темнее, моя комната становилась все больше и больше, как будто стены отступали. » Николай нарушает то, что он выглядит как акт полного предательства со стороны дочери.

Это самая печальная часть любви, о которой говорится в этом романе, и в то же время самая глубокая — любовь к ребенку. Он борется с собой, чтобы победить упорное чувство любви, которое выживает и даже временами преодолевает гнев, предательство и поражение, которые навлекла на него его любящая дочь.Было бы проще описать любовь между мужчиной и женщиной как любовниками, но для описания любви между отцом и его ребенком в гневе, поражении и чувстве потери требуется редкая деликатность пера. Сердце любого отца растает, когда он прочитает, насколько беспомощен Николай, когда он хочет проклясть свою дочь, но не может довести себя до необходимой жестокости сердца, чтобы это сделать. Достоевский пишет здесь: « В одиночестве, невидимый для всех, он смотрел в лицо своего обожаемого ребенка с бесконечной любовью, смотрел и не мог смотреть достаточно».. ему пришлось отгородиться от всех, чтобы поговорить со своей драгоценной Наташей, воображая ее ответы и отвечая на них сам; и ночью с мучительным горем, с подавленными рыданиями он ласкал и целовал дорогую статую, и вместо проклятий предполагал прощение и благословение для той, которую он не хотел видеть и проклинал перед другими ». — что сердце отца не выдержало. и истекать кровью, читая это? Печаль, горе и глубокая любовь могут смягчить самое жестокое сердце. Наташа вспоминает, как ее отец любил ее девочкой ; взрослым ребенком , но беспомощен перед любовью принц, которого она выбрала, и оплакивает , что я должна быть женщиной.Это никогда не приходило ему в голову … даже если бы он (Николай) и простил меня, он бы встретил сейчас совсем другого человека.

Как Ваня предсказал и предупредил Наташу, князь уходит от нее. Он попался на механизацию своего отца и стал жертвой собственной несостоятельности, так как он сетует: « она (Наташа) слишком меня любит, так что все это непропорционально, и я страдаю за это, и она тоже». Мягкий решимости и неустойчивый дух, встречается с Катериной, с которой в конце концов женится.

Параллельная история идет о старике Смите, который умирает в кафе. Ваня, по совпадению, находится там в момент, когда умирает Смит, вместе со своей собакой Азоркой. Он снимает квартиру Смита и находит посетителя, бедную четырнадцатилетнюю девочку Нелли. Девушку спасает Ваня от ее удручающих обстоятельств. Она остается с ним, но ее омрачают несколько факторов, таких как недоверие к людям, ее прошлое, ее плохое здоровье (она эпилептик) и ее собственные чувства к Ване, которые она не понимает.По совету матери Наташи Ваня советует Нелли присоединиться к дому Николая, который отказывается, так как ненавидит тот факт, что Николай бросил свою дочь из ложной гордости. Затем она делится с Ваней, что ее мать была оставлена ​​дедушкой из-за ее брака, который Смит не одобрил. До боли грустная, в первый раз рассказанная Ване история, разрывает все границы горя, как будто с неба льются слезы, когда она рассказывает, как Смит бежал со своей внучкой, когда узнал, что его дочь, брошенная им , умирал и мог добраться до нее только для того, чтобы найти ее мертвой.Она рассказывает, что Азорка была собакой, которую Смит подарил своей дочери, и рассказывает Николаю, : «Когда мама ушла, она оставила Азорку. Вот почему он так любил Азорку. собака умерла, он тоже умер ». Эта история трогает Николая, который прощает Наташу, брошенную к тому времени незрелым молодым принцем, и возвращает ее домой. Нелли в эпилептическом припадке сдается смерти, но с надеждой видит, как ее любимый Ваня находит любовь в Наташе.

Это простая сказка, трогающая читателя чистой честностью и силой эмоций. Когда закрываешь книгу, дочитав, улыбаешься в слезах. Я так и сделал, когда поцеловал свою пятилетнюю дочь, которая к тому времени уже крепко спала. Эта книга выходит за рамки времени, национальности и пола.

Это одна из таких книг, которую можно рассматривать как дань уважения. Эти книги, когда их не читают, — это не потеря для книги или читателя, а потеря для читателя, который подошел к книжной полке и не взял эту книгу.

Оценок: 5/5 (больше не могу дать)

Обязательно к прочтению всем литературоведам, писателям, отцам и дочерям.

Первая публикация: 1861

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.