Основные представители кейнсианство: Кейнс и кейнсианство — Сайт Марии Загорской

Автор: | 30.03.2021

Содержание

аспекты методологического взаимодействия – тема научной статьи по экономике и бизнесу читайте бесплатно текст научно-исследовательской работы в электронной библиотеке КиберЛенинка

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 3, № 3. 2011

10

ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ ИСТИТУЦИОНАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ

ИНСТИТУЦИОНАЛИЗМ И СОВРЕМЕННЫЕ ТЕЧЕНИЯ КЕЙНСИАНСТВА: АСПЕКТЫ МЕТОДОЛОГИЧЕСКОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

ГАЙДАЙ ТАТЬЯНА ВИКТОРОВНА,

кандидат экономических наук, доцент, Киевский национальный университет имени Тараса Шевченко, г. Киев,

e-mail: [email protected]

В статье предпринят сравнительный методологический анализ институционализма и течений современного кейнсианства с позиций дескриптивной методологии. Раскрыты некоторые значимые аспекты продуктивного методологического воздействия институционализма на посткейнсианство и новое кейнсианство.

Ключевые слова: институциональная экономическая теория; посткейнсианство; новое кейнсианство; аспекты методологического взаимодействия.

The comparative methodological analysis of Institutionalism and modern Keynesian theory is undertaken in the article from positions of descriptive methodology. Some substantial aspects of Institutional Economics methodological influence on Post-Keynesian and New Keynesian Economics are researched.

Keywords: Institutional economics; Pos-Keynesian economics; New Keynesian economics; aspects of methodological interlinks.

Коды классификатора JEL: B22, B25, B50, B52.

Мировой финансово-экономический кризис 2008-2009 гг. с новой силой привлек внимание мирового научного экономического сообщества к фундаментальному вопросу о соотношении научной теории и практики: способна ли современная экономическая наука с достаточной степенью эффективности выполнять свои базовые функции — познавательную, прогностическую и практическую (регуляторно-нормативную)? В этой связи как никогда ранее актуализировалась проблема научной достоверности экономико-теоретического знания, адекватности теоретического отражения экономической реальности основными направлениями экономической науки.

Анализ последних исследований и публикаций свидетельствует, что глобальный финансовый кризис 2000-х гг., с одной стороны, выявил системные теоретикометодологические и функциональные дефекты неоклассического ядра господствующей макроэкономической ортодоксии — симбиоза монетаризма, новой классической макроэкономики, теории экономики предложения. С другой стороны, судя по обширнейшей экономической литературе, недавний кризис способствовал как возрождению кейнсианской научной традиции в целом, так и стремительному росту научного признания объяснительно-прогностической эффективности современных течений кейнсианства — посткейнсианства и нового кейнсианства. В частности, на фоне реалий глобального финансового кризиса 2000-х гг. ярчайшим примером методологической

© Т.В. Гайдай, 2011

продуктивности и прогностической проницательности стала теория финансовой хрупкости современного рыночного хозяйства лидера посткейнсианства Х. Мински. Существенный сдвиг в приоритетах макроэкономической теории не был обойден вниманием, в том числе, и видных представителей институционализма (Hodgson 2009).

Этот аспект обусловливает необходимость исследования теоретико-методологических оснований современного кейнсианства, углубленного анализа теоретических источников их формирования и развития, к числу которых, несомненно, принадлежит институциональная экономическая теория. Следует отметить, что данное исследовательское направление уже получило определенную разработку в публикациях Р.Л. Рэя (Wray 1998), К.П. Джеймсона (Jameson 2004), К. Найггла (Niggle 2006), К.Дж. Валена (Whalen 2008; 2009), а на постсоветском пространстве — преимущественно в работах российского ученого И.В. Роз-маинского, ориентированных на разработку нормативного (прескриптивного) методологического аспекта синтеза институционализма и кейнсианства (Розмаинский 2003; 2009). Вместе с тем в целом теоретико-методологическое взаимодействие институционализма и современного кейнсианства в структуре экономической теории конца ХХ — начала ХХ1 вв. остается относительно мало исследованным. Несомненный научный интерес представляет сравнительный методологический анализ институционализма и современного кейн-сиансства с позиций позитивной (дескриптивной) методологии, что и составило цель данной публикации.

Мощным пластом экономико-теоретического знания практически на всех исторических этапах его развития является экономическая гетеродоксия, представленная альтернативными господствующему мейнстриму направлениями экономической теории. Следует отметить, что и институциональная теория, и кейнсианство первоначально сформировались в лоне экономической гетеродоксии своего времени. Сегодня она имеет достаточно разветвленную структуру, включая такие научные течения, как институционализм, посткейнсианство, эволюционная теория, социальная экономика, новая политическая экономия, марксистская и радикальная экономическая теория, поведенческая, экологическая, феминистская экономическая теория и др. Основное предназначение гетерогенных течений в структуре современной экономической науки состоит в компенсации очевидной теоретико-методологической недостаточности господствующего течения на основе развития более реалистических и продуктивных альтернативно-конкурентных подходов в области экономической методологии, нормативной и позитивной экономической теории.

Реализация институционального подхода в теории Дж. М. Кейнса. Об исходной теоретико-методологической конгруэнтности (совместимости) кейнсианской и институциональной научных традиций свидетельствует, прежде всего, изучение теоретического наследия самого основоположника кейнсианства — Дж. М. Кейнса. Несомненное наличие в макроэкономической теории Дж. М. Кейнса обширного институционального контекста обусловлено его общим методологическим противостоянием неоклассической ортодоксии. Речь идет о своеобразии экономической философии и идеологии Кейнса, его новаторских принципах макроанализа, выходящих далеко за рамки социально- и институционально выхолощенных аналитических подходов неоклассики.

Прежде всего, экономическая реальность в теории Кейнса, несомненно, институционально наполнена. В ходе реализации макроэкономического анализа в «Общей теория занятости, процента и денег» Кейнс неоднократно акцентирует внимание на значимости множественных факторов институциональной среды, формирующих и детерминирующих экономическое поведение субъектов рыночных отношений. Так, исследуя склонность к потреблению, он отмечает: «Субъективные факторы … описывают те психологические особенности человеческого характера, а также те общественные привычки и институты (курс. — Г.Т.), которые, хотя и не являются неизменными,

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 3, № 3. 2011

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 3, № 3. 2011

все же едва ли подвержены существенным переменам в течение коротких промежутков времени (за исключением каких-либо выходящих из ряда вон обстоятельств или революционных потрясений)» (Кейнс 2002, 91). Или, говоря о мотивах субъективной склонности к потреблению, Кейнс констатирует: «Сила этих мотивов будет резко меняться в зависимости от .

привычек, создаваемых расовыми особенностями, уровнем образования, условностями, религией, существующими представлениями о морали …» (Кейнс 2002, 109), обращаясь, по сути, к проблеме вариативности экономического поведения рыночных субъектов под влиянием факторов неформальной институциональной среды. При этом значимость социальных привычек (рутин) и институций, по Кейнсу, предопределена, прежде всего, экономической неопределенностью будущего. Стремясь избежать либо обезопасить себя от негативного влияния неопределенности, экономические субъекты склонны следовать ранее выработанным и зарекомендовавшим себя стандартам социального взаимодействия.

Институциональный подход в теории Дж. М. Кейнса был реализован и в существенной коррекции самой сути аналитической модели человека. Экономическая жизнедеятельность человека предстает в «Общей теории» Кейнса в своей сложности, противоречивости и многогранности. Дж. М. Кейнсом раскрыты и исследованы не только мотивы и/или аспекты рационального экономического поведения (осторожность, предусмотрительность, расчетливость, стремление к лучшему, независимость, предприимчивость), но и не полностью (ограниченно) рационального или даже нерационального поведения (щедрость, гордость, скупость, недальновидность, нерасчетливость, тщеславие, мотовство) (Кейнс 2002, 108). Аналитическая модель человека у Кейнса существенно приближена к институциональной традиции Т. Веблена. Человек в макротеории Кейнса выведен за узкие рамки формалистически-упрощенной неоклассической модели всецело рационального максимизирующего поведения и функционирует в сложной, в значительной степени неопределенной и институционально детерминированной реальности.

В дальнейшем, по мнению исследователей кейнсианства, дух и идейно-методологическое новаторство исходной макротеории Кейнса в значительной мере были выхолощены в ходе реализации кейнсианско-неоклассического синтеза 1950-1970-х гг. На современном этапе эстафета принципиального методологического противостояния теории кейнсианства и неоклассической ортодоксии подхвачена представителями таких его новейших течений, как посткейнсианство и неокейнсианство, по-своему критически противостоящих как кейнсианско-неоклассическому синтезу, так и новой классической макроэкономике.

Институциональное видение макроэкономики в посткейнсианстве. В своей основе влияние институционализма на посткейнсианскую макроэкономическую теорию обусловлено тем, что институционализм явился одним из значимых теоретикометодологических источников данного течения. По мнению К. Найггла, его эволюция в значительной степени предопределена синтезом идей институционализма и пост-кейнсианской макроэкономики. Это создало предпосылки для достаточно основательного использования посткейнсианством достижений институциональной экономической теории, вследствие чего возник термин «посткейнсианский институционализм» (Whalen 2009, 1-2; Forstater 2001, 2).

К посткейнсианству принято относить совокупность неортодоксальных подходов, направленных на возрождение и развитие «истинного духа» теоретического наследия Дж. М. Кейнса (неорикардианское, калецкианское, монетарное посткейнсианство и др.), объединенных при этом неприятием и теоретико-методологическим противостоянием кейнсианской макроэкономической ортодоксии — неоклассическому синтезу. Представители посткейнсианства полагали, что развитие в 1950-1970-х гг. кейнсианской

макроэкономики в русле мейнстрима стало дорогой в никуда, фактически нивелировало и выхолостило кейнсианскую научную революцию. По их мнению, разработка кейнсианско-неоклассического синтеза интеллектуальными лидерами неокейнсианства (Дж. Хикс, П. Самуэльсон, Э. Хансен, Ф. Модильяни, Дж. Тобин и др.) по своей сути представляла собой возврат к неоклассическим принципам. Более того, провал ортодоксального неокейнсианского анализа и разочарование в разработанных на основе его принципов политических рекомендациях на фоне кризисов 1974-1975 гг. и 19801981 гг. повлекли за собой монетаристскую и новую классическую «контрреволюции» (Дэвидсон 2006, 82).

Рис. 1. Течения посткейнсианства

Структурно посткейнсианство является достаточно неоднородным, объединяя в своем составе ряд течений (рис. 1). Их представители поставили целью очистить теоретическое наследие Кейнса от последующих наслоений, формалистических упрощений и «извращений» в духе неоклассического синтеза и завершить «кейнсианскую революцию» на основе развития истинных идей Кейнса с учетом новых исторических реалий рыночной системы хозяйствования.

Критика кейнсианской ортодоксии оказалась созвучной английскому посткейнсианству, сформировавшемуся на основе новой английской кембриджской школы (первоначально известной как «левое кейнсианство») во главе с Дж. В. Робинсон и ее приверженцами Н. Калдором, П. Сраффой и др. Его представители на широкой институционально-ориентированной методологической основе аргументировали необходимость объединения теории эффективного спроса с ограничением деятельности монополий и проведением социальных реформ. Они выступили за создание новой целостной теоретической концепции, которая бы завершила «кейнсианскую революцию». Ортодоксальную же версию неокейнсианства Дж. Робинсон считала «незаконнорожденной», вульгаризирующей учение Кейнса.

У истоков американского монетарного посткейнсианства объединилась молодая генерация ученых-новаторов, выступивших с резкой критикой ортодоксальной кейнсианской теории. Эту группу радикально настроенных приверженцев теории Кейнса новой волны возглавили такие выдающиеся американские экономисты, как С. Вайнтрауб, П. Дэвидсон, X. Мински. Они выступили с обоснованием принципов современного творческого прочтения и переосмысления наследия Дж. М. Кейнса, а также с кардинальной переоценкой и критикой стандартной версии кейнсианства в структуре неоклассического синтеза. По их мнению, последователи Кейнса — Дж. Хикс, Э. Хансен, П. Самуэльсон и др. — на самом деле «извратили» истинный смысл теории Кейнса, подменив его «Хиксианской моделью», имеющей очень мало или вовсе не имеющей ничего общего с тем, о чем писал Кейнс.

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 3, № 3. 2011

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 3, № 3. 2011

Отличительной методологической особенностью посткейнсианской макроэкономики является учет существования и взаимодействия системы социальноэкономических и политических институций. Посткейнсианству свойственно институциональное понимание («виденье», по Й. Шумпетеру) того, как функционирует макроэкономика. Методологические основания такого виденья, по мнению К. Дж. Валена, были заложены Т. Вебленом, У. Митчеллом, Дж. Коммонсом, Дж. М. Кейнсом и Й. Шумпетером (Whalen 2009, 28). Х. Мински и другие «посткейнсианские институционалисты» воздвигали свои теоретические построения именно на этих основаниях.

В условиях консервативного сдвига в идеологии и политике, характерного для периода 1980-1990-х гг., а особенно глобального финансового кризиса 2000-х гг., монетарное посткейнсианство приобрело все возрастающее научное влияние. Его теоретическими особенностями стали модернизация предмета исследования и методологии кейнсианского анализа под влиянием актуализации монетаризма, неоклассической ми-кро- и макроэкономической теории. Центральное место в монетарном посткейнсианстве принадлежит, во-первых, учету денежной природы экономики, а отсюда — исследованию денежного фактора экономики. Во-вторых, акцентирована значимость неопределенности будущего и ожиданий в развертывании хозяйственных процессов.

Важнейшим пунктом теории Кейнса американские посткейнсианцы считали идею внутренней нестабильности экономики. Поэтому его теорию они трактовали не как статическую теорию равновесия с неполной занятостью, а как динамическую макроэкономическую теорию приспособления к нарушению экономического равновесия. Большое значение, по их мнению, Кейнс уделял роли неопределенности экономических процессов, недостаточности хозяйственной информации. Монетарные посткейнсианцы исходят из того, что само использование идеи неопределенности покачнуло основания неоклассической системы, базирующейся на моделировании поведения рационального, хорошо осведомленного хозяйственного субъекта. В теории Кейнса, по их мнению, предвидения относительно будущих процессов непременно являются неопределенными. И именно этим в первую очередь отличают «Общую теорию занятости, процента и денег» Кейнса от неоклассики, а не теорией эффективного спроса, как принято считать.

Монетарные посткейнсианцы также исходят из того, что в условиях неопределенности деньги выступают как связующее звено между современным и будущим состоянием экономики. Признанный классик посткейнсианства П. Дэвидсон основное внимание в своих исследованиях отводит взаимосвязи между фундаментальной неопределенностью, отсутствием нейтральности денег и ролью форвардных контрактов в экономической системе, предлагая на этой основе оригинальный подход к макроэкономическому анализу.

Учет денежного фактора и неопределенности, введение их в теоретический анализ способствует более реалистической оценке сложных и противоречивых процессов рыночной экономической системы. Именно финансовая нестабильность через систему денежно-финансовых институтов влияет на экономику, а финансовые кризисы лежат в основе экономических кризисов, полагал X. Мински. Он считает, что не личное потребление, а развитие производственных ресурсов (в т.ч. серьезное изменение направления государственных расходов) способно противодействовать экономическим спадам. Представители монетарного посткейнсианства реалистически оценивают противоречия, присущие рыночной экономике, и пути их преодоления.

На глубоком понимании функционирования и эволюции финансовых институций основывается теория финансовой хрупкости (нестабильности) экономики Х. Мински (Minsk 1986). Примечательно то, что ученый разработал ее еще в 1970-1980-х гг.

Ее высокие прогностически-объяснительные способности с особой убедительностью проявились в ходе глобального кризиса 2000-х гг. Ученый сосредоточил основное внимание на особенностях формирования институций финансового сектора и денежного спроса. В основе его теории — тезис о том, что капиталистическая экономика самой своей природой, эндогенно порождает неустойчивую финансовую структуру, подверженную кризисам. На этой теоретической основе Мински дал объяснение ряду кризисов, произошедших за последние 100 лет. Х. Мински показал, что финансовая устойчивость и динамичность экономики в значительной степени зависят от способов финансирования развития предпринимательского сектора. Он привлек внимание к проблеме обеспеченности финансирования инвестиционной активности. Обеспеченное финансирование означает непреложное требование того, чтобы фирмы имели денежные поступления, достаточные как для регулярного погашения долга, так и процентов по нему. Невыполнение этих условий чревато повышенным риском финансовой сферы и, в конечном счете, — неизбежными финансовыми кризисами.

По мнению Х. Мински, в начальной фазе роста делового цикла обеспеченное финансирование преобладает. Это связано с тем, что в памяти экономических субъектов еще свежи воспоминания о недавней депрессии. На последующих фазах делового цикла стираются воспоминания о предшествовавшей депрессии, что постепенно приводит к преобладанию спекулятивного финансирования фирм. Последнее означает погашение процентов по долгу и его периодическое рефинансирование. Оно имеет место в случае финансирования долгосрочных инвестиционных проектов за счет краткосрочных кредитов. При росте процентных ставок и утрате фирмами способности выплачивать даже проценты по долгам, задолженность начинает расти лавинообразно, что приводит к образованию финансовой пирамиды. Финансово-экономический кризис становится неизбежным, причем в значительной мере наступает из-за хронической неспособности предпринимательского сектора рассчитаться с финансовым сектором.

Следует особо отметить, что теоретическая значимость и экспертная авторитетность монетарного посткейнсианства особенно возросла в условиях мирового финансовоэкономического кризиса 2007-2009 гг. Теория финансовой хрупкости современной экономики получила неожиданное, но вместе с тем неопровержимое подтверждение на практике. В этой связи значительный теоретический интерес для мировой экономической науки представила не только разработка посткейнсианцами природы и причин финансовых кризисов, но и обоснование путей вывода экономики из кризисного состояния.

Новое кейнсианство: институциональные аспекты макроэкономического анализа. Сформировавшееся в 1970-1980-х гг. новое кейнсианство самим своим названием акцентировало существенные теоретические и методологические отличия от неокейнсианства 1950-1970-х и посткейнсианства 1970-1980-х гг. Данное течение объединило экономистов, противопоставивших критике приверженцев экономического неоконсерватизма, прежде всего новых классиков (Р. Лукас, Сарджент, Н. Уоллес и др.), методологическую модернизацию кейнсианской доктрины. Теоретические новации, выдвигаемые новыми кейнсианцами, охватывают микро- и макроаспекты экономической теории: новое кейнсианство отличает стремление создать собственный новый синтез макро- и микроэкономической теории. Приоритетная роль в разработке его теоретикометодологических оснований принадлежит таким американским экономистам, как Дж. Стиглиц, Дж. Акерлоф, Г. Мэнкью, П. Кругман и др.

Новое кейнсианство объединяет с посткейнсианством и отличает от неоклассической школы признание наличия стойких факторов макроэкономической нестабильно-

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 3, № 3. 2011

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 3, № 3. 2011

сти рыночной экономики и необходимости корректирующего влияния государственного регулирования экономики. К началу 1980-х гг. в кейнсианстве не были разработаны проблемы микроэкономики. Эта теоретическая область оставалась исключительной прерогативой неоклассики, за что кейнсианство все больше подвергалось критике как со стороны монетаристов, так и со стороны представителей новой классической макроэкономической теории. Посткейнсианцы также не использовали неоклассических идей и инструментов микроэкономического анализа. Напротив, новых кейнсианцев отличает стремление преодолеть методологическое несовершенство и незавершенность предшествовавших попыток кейнсианско-неоклассического синтеза. Новое кейнсианство критически оценивает достижения синтеза Хикса — Самуэльсона, упрекая его в проявлениях теоретической слабости, непоследовательности и эклектичности. К числу таких методологических недостатков предшественников из числа неокейнсианцев новые кейнсианцы относят игнорирование роли социально-психологичесих факторов (столь значимых для институционалистов).

Теоретические разработки новых кейнсианцев направлены на достижение органичного соединения кейнсианской теории с методологически обновленным микроэкономическим обоснованием макроэкономической теории и политики. Новое кейнсианство критически противостоит неоклассике в ее традиционной теоретической вотчине — микроэкономике, выявляя нереалистичность методологических предпосылок неоклассического микроэкономического анализа. При этом нельзя не заметить того, что вводимые элементы новокейнсианской теории методологически созвучны методологическим подходам институционализма и одновременно представляют собой значительное отклонение от привычных аналитических допущений приверженцев неоклассики. Речь идет о факторе экономической неопределенности, несовершенстве экономической координации рынков, асимметрии информации, асинхронности вследствие этого ценообразования и др. Эти факторы не учитываются в качестве значимых предпосылок теоретического анализа ни неоклассической микроэкономической теорией, ни новой классической макротеорией. Игнорирование реалий экономической среды, по мнению новых кейнсианцев, обедняет и упрощает неоклассический анализ, составляя при этом интеллектуальную основу для традиционного экономического обоснования laissez-faire.

Наиболее убедительной в плане исходных предпосылок макроэкономического анализа представляется концепция асимметрии экономической информации, разработанная признанными интеллектуальными лидерами нового кейнсианства, лауреатами Нобелевской премии 2001 г. Дж. Стиглицем и Дж. Акерлофом. Под асимметрией информации прежде всего понимается ее неравномерное распределение между участниками рыночной сделки: продавцом продукции и ее покупателем, работодателем и наемным работником, кредитором и заемщиком. Асимметрия информации приводит к формированию информационных преимуществ у одной из сторон рыночной сделки, что порождает неоптимальные последствия на микроуровне.

Во-первых, представители нового кейнсианства стремятся отразить в своих исследованиях институциональную природу и социальную структуру рынков. Во-вторых, несложно заметить, что идея асимметрии рыночной информации по своей сути весьма методологически созвучна теории информационных издержек осуществления рыночных трансакций, разработанной представителями нового институционализма.

Исследуя экономический феномен асиммметрии информации в своей классической работе «Рынок «лимонов»» (1970), Дж. Акерлоф сосредоточил экономический анализ на сегменте американского рынка подержанных автомобилей. Асимметрия информации делает этот специфический тип рынка крайне неустойчивым. Как отмечал ученый, наличие многочисленных разновидностей одних и тех же товаров ставит ин-

тересные и важные проблемы теории рынков. Анализ различий в качестве в условиях неопределенности может объяснить природу многих важных институтов рынка труда. Другие прикладные аспекты теории касаются структуры денежных рынков, понятия «страхуемости», ликвидности товаров длительного пользования и использования фирменных знаков (Акерлоф 1994).

Для противостояния влиянию неопределенности качества, по мнению Дж. Акер-лофа, возникают многочисленные противодействующие институциональные механизмы. В числе главных из них — гарантии. Их имеют большинство потребительских товаров длительного пользования: продавец гарантирует покупателю, что качество его товара соответствует некоторому нормальному ожидаемому уровню. Одно из следствий, естественным образом вытекающее из данной модели, заключается в том, что риск возлагается на продавца, а не покупателя. Если эти гарантии четко не определены (формально институционализированы — специфицированы), страдает бизнес. Однако трудность определения качества внутренне присуща миру бизнеса; этот факт позволяет объяснить природу многих экономических институтов и, возможно, является одним из наиболее важных аспектов неопределенности.

Важным перспективным направлением дальнейшего развития кейнсианской теории Дж. Акерлоф считает также разработку в ее составе поведенческой макротеории, которая включала бы обширные исследования психологических и социальных явлений на микроэкономическом уровне. Так, особенности рынка труда он связывает с действием комплекса факторов, имеющих психологические основания: трудовая мораль, справедливость, инсайдерство как результат асимметричности информации.

Таким образом, в развитии институционализма и современного кейнсианства в структуре экономической теории последней трети ХХ — начала ХХ! вв. отчетливо прослеживается взаимодействие двух определяющих тенденций: во-первых, тенденции к теоретико-методологической дивергенции по отношению к господствующей ортодоксии (неоклассической, неокейнсианской), во-вторых, тенденции к методологическому синтезу (конвергенции) онтологического видения экономической реальности, гносеологических предпосылок анализа, методов научного исследования и подходов к реализации экономической политики. Это открывает более широкие возможности для методологического сближения и активного плодотворного взаимодействия институциональной экономической теории и новейших течений кейнсианства.

Процесс осмысления и дальнейшего развития идей Дж. М. Кейнса представителями современного кейнсианства реализуется на основе дальнейшего совершенствования теоретико-методологических предпосылок научного познания, его большей ориентации на создание эволюционно и институционально обоснованной макроэкономической теории, способной эффективно отвечать на глобальные вызовы современности. Методологическое влияние институционализма прослеживается по линии теоретического отражения сложной институциональной реальности рыночной системы хозяйства в целом и отдельных рынков (денег, финансов, товаров, труда, услуг), учета институциональной природы денежной экономики, роли ограниченной рациональности экономического поведения рыночных субъектов, неполноты информации и др. Свободная конкурентная состязательность научных идей, их теоретическое взаимоо-богащение являются непременными условиями дальнейшего формирования плодотворных макроэкономических подходов, творческого поиска путей совершенствования механизма рыночного регулирования, оптимизации реальной макроэкономической политики.

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 3, № 3. 2011

JOURNAL OF INSTITUTIONAL STUDIES (Журнал институциональных исследований) • Том 3, № 3. 2011

ЛИТЕРАТУРА

Акерлоф Дж. (1994). Рынок «лимонов»: неопределенность качества и рыночный механизм // THESIS. Вып. 5. 91-104.

Дэвидсон П. (2006). Посткейнсианская школа в макроэкономической теории // Вопросы экономики. № 8. 82-101.

Кейнс Дж.М. (2002). Общая теория занятости, процента и денег. М.: Гелиос АРВ,

352.

Розмаинский И.В. (2003). Посткейнсианство + традиционный институционализм = целостная реалистическая экономическая теория ХХ1 века // Экономический вестник Ростовского государственного университета. Т. 1. № 3. 28-35.

Розмаинский И.В. (2009). Неопределенность и институциональная эволюция в сложных экономических системах: посткейнсианский подход // Вопросы экономики. № 6. 48-59.

Forstater, М. (2001). An Institutionalist Post Keynesian Methodology of Economic Policy with an Application to Full Employment // Working Paper. No. 18. University of Missouri. Kansas City. 29.

Hodgson, G.M. (2009). The great crash of 2008 and the reform of economics // Cambridge Journal of Economics. No. 33. 1205-1221.

Jameson, K.P. (2004). Dollarization in Ecuador: A Post-Keynesian Institutionalist Analysis // Working Paper. Paper No. 5. University of Utah Department of Economics. Salt Lake City. 40.

Minsky, H. (1986). Stabilizing an Unstable Economy. L.: Yale University Press. 350.

Niggle, C. (2006). Evolutionary Keynesianism: A synthesis of institutionalist and post Keynesian macroeconomics // Journal of Economic Issues. Vol. 40. Part 2. 405-412.

Whalen, C.J. (2008). Toward «Wisely Managed» Capitalism: Post-Keynesian Institutionalism and the Creative State // Forum for Social Economics. Vol. 37. No. 1. May. 43-60.

Whalen, C.J. (2009). An Institutionalist Perspective on the Global Financial Crisis // Visiting Fellow Working Papers. Paper 27. Cornell University ILR School. 43.

Wray, R.L. (1998). Is Keynesianism Institutionalist? An Irreverent Overview of the History of Money from the Beginning of the Beginning to the Present // Working Paper. Paper No. 257. The Jerome Levy Economics Institute. November. 12.

Кейнс об инфляционных процессах | PhD в России

Реклама от Google

 

Исследования кейнсианства в российских диссертациях

Содержание

(выберите и нажмите пункт для быстрого перехода)

 

Выбор темы диссертации про кейнсианство

В российских диссертационных советах диссертации про «кейнсиаанство и неокейнсианство» защищаются по следующим специальностям: ʻʻ08.00.01 Экономическая теорияʼʼ (экономические), ʻʻ08.00.14 Мировая экономикаʼʼ (экономические).

По тематике «кейнсианство» были защищены следующие диссертации:

• Аганаева, Надежда Юрьевна. Кейнсианские теории экономической динамики: историко-экономический анализ: диссертация … кандидата экономических наук: 08.00.01 / Аганаева Надежда Юрьевна; [Место защиты: Вост.-Сиб. гос. ун-т технологий и упр.].- Улан-Удэ, 2013.- 171 с.: ил. РГБ ОД, 61 13-8/801
• Аронова Светлана Анатольевна. Институционализация взаимосвязи уровня занятости, доходов населения и научно-технических изменений: диссертация … доктора экономических наук: 08.00.01; [Место защиты: ГОУВПО «Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов»]. — Санкт-Петербург, 2008. — 349 с. : 107 ил.
• Афанасьев Владилен Сергеевич. Лженаучные теории кейнсианцев — орудие поджигателей войны. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидат экономических наук: [Место защиты — Московский государственный экономический институт]. М., 1954. 55-8/169
• Афанасьев Сергей Викторович. Экономическое учение Дж. М. Кейнса: Дис. … канд. экон. наук: 08.00.02: [Место защиты — Российская государственная экономическая академия им. Г.В, Плеханова]. Москва, 2000. 135 c. РГБ ОД, 61:01-8/224-5
• Бажан Анатолий Иванович. Денежно-кредитная политика в послевоенной Западной Европе и современной России: Дис. … д-ра экон. наук: 08.00.14. Москва, 2005 316 с. РГБ ОД, 71:06-8/94
• Бродская Инна Александровна. Роль государства в социально-экономическом развитии: эволюция концепций. Либеральный и либерально-реформистский подходы (1930-1990-е гг.): эволюция концепций. Либеральный и либерально-реформистский подходы (1930-1990-е гг.): диссертация … кандидата экономических наук: 08.00.01. Москва, 2007 134 с., Библиогр.: с. 132-134 РГБ ОД, 61:07-8/4907
• Дондоков Зорикто Бато-Дугарович. Мультипликационные эффекты в экономике (Методология и методика): Дис. … д-ра экон. наук: 08.00.01. Иркутск, 2000 234 c. РГБ ОД, 71:01-8/269-4
• Ткачева Елена Владимировна. Эффективный спрос в системе макрорыночных приоритетов транзитивной экономической политики (Методология и теория анализа): Дис. … д-ра экон. наук: 08.00.01. Ростов н/Д, 2001 260 c. РГБ ОД, 71:02-8/302-2
• Черновол Светлана Николаевна. Эволюция кейнсианства как развитие научно-исследовательской программы: диссертация … кандидата Экономических наук: 08.00.01 / Черновол Светлана Николаевна;[Место защиты: ФГБОУ ВО «Российский экономический университет имени Г.В. Плеханова»], 2019
• Хованский Николай Константинович. Теория и практика денежной политики после первой мировой войны: Дис. … канд. экон. наук: 08.00.02. СПб., 1998 214 c. РГБ ОД, 61:98-8/671-8

Реклама от Google

 

Некоторые понятия кейнсианской теории

Джон Мейнард Кейнс в труде «Общая теория занятости, процента и денег» полагал, что представленная самой себе экономическая система подвергается стагнации и резким колебаниям. Это порождает как чрезмерные сбережения, так и нехватку капиталов. Он отказался от идеи «совершенной конкуренции», согласно которой функционирование экономики зависит от деятельности мелких фирм, не обладающих «рыночной властью» и не способных позволить себе исследования, необходимые для обеспечения 3%-ных среднегодовых темпов роста. Результатом «совершенной конкуренции» между мелкими фирмами были бы стагнация и хроническая безработица.

Кейнс полагал, что рост представляет собой функциональную необходимость для экономической стабильности, и не достигается автоматически. Он выступал за концепцию смешанной экономики с регулирующей ролью государства и политику социальных услуг. По его мнению, государство должно проводить активную политику регулирования цен, налогов, инвестиций, государственных заказов, долгосрочного планирования, прогнозирования рыночных колебаний. Он также обосновывал необходимость политики полной занятости, корпоративных форм правления, увеличения уровня государственной поддержки соцстрахования, введения пособий по безработице и инвалидности.

В результате «Великой депрессии» платежи и расчеты оказались нарушенными, что способствовало значительному спаду темпов производства. В области денежно-кредитной политики Кейнс рекомендовал следующие меры:
— восстановление банковской системы с учетом условий, которые способствовали бы привлечению банков к кредитованию реального сектора, решение проблемы рекапитализации банков, в наибольшей степени пострадавших от кризиса;
— создание доходных ликвидных инструментов для вложения капиталов, восстановление финансовых рынков;
— восстановление доверия к банковской системе клиентов, и, прежде всего, населения путем совершенствования нормативно-правовой базы, создание гарантийных резервных фондов, а также доходных ликвидных инструментов для вложения капиталов.

На основе идей Кейнса в США в 1933 г. были созданы Национальная администрация по оздоровлению экономики (НИРА) и Администрация по регулированию сельскохозяйственного производства (ААА). Управление совокупным экономическим спросом благодаря использованию определенных экономических механизмов позволило обеспечить низкий уровень безработицы и контроль за циклическим развитием экономики, казавшиеся невозможными в довоенный период. В условиях послевоенной Европы на основе кейнсианского компромисса удалось добиться «примирения» капитализма, демократии и рыночного хозяйства.

Влияние учения Кейнса на современную экономическую мысль

Кейнсианцы инкорпорировали «модель аккуратного равновесия», рассматривая её как отдельный аспект экономики и, считая при этом, что другие аспекты экономических отношений могут быть олигополистическими. Они использовали довод об индивидуальном рациональном выборе при конструировании своих моделей и заимствовали неоклассическую «теорию жизненного цикла». По мнению неоклассиков, отдельные индивиды принимают решения относительно произвольных индивидуальных решений. С точки зрения кейнсианцев, сами решения относительно сбережений является интегральной частью нестабильной экономики. Кейнсианцы утверждали, что комплекс индивидуальных решений относительно сбережений отражается учетными ставками, которые и определяют темпы экономического роста.

Левые кейнсианцы считают, что оптимальное развитие экономики зависит от неуклонно растущего уровня инвестирования, которое, в свою очередь, стимулируется перспективами нормальных или больших прибылей. Прибыли зависят от объема продаж, а последние — от покупательной способности населения. Левые кейнсианцы, следуя за Михаилом Калецки, считают, что потребительский спрос определяется не объемом ВНП в целом, а уровнем заработной платы, поскольку получатели заработной платы составляют подавляющее большинство потребителей. Часть ВНП, переходящая к богатым капиталистам, идет на сбережения, а не потребление. Адекватный экономический рост зависит от сохранения и увеличения доходов наемных работников. Покупательная способность должна постоянно расти, чтобы обеспечить стимул для неуклонного роста инвестиций. Без увеличения спроса прямое стимулирование инвестиций может быть лишь временным средством против стагнации.

Правые кейнсианцы озабоченны главным образом оптимальным функционированием и роста всей экономики, нейтрально относятся к различным формам фискальной и монетарной политики и выступают за поиск наиболее оптимального экономического курса для каждого конкретного периода. Их интересует не распределение доходов в рамках экономики, а оптимальный рост ВНП. Правые кейнсианцы считают, что эффективное размещение ресурсов достигается с помощью рыночной системы. Хотя правительство и ответственно за перераспределение доходов для достижения большего равенства, главная его обязанность состоит в сохранении стабильности и роста экономики.

Постепенно идейное кредо либерализма трансформировалось в сторону кейнсианства. В 1970-е гг. произошло сближение кейнсианства и неоклассической школы. Монетаристы приняли кейнсианскую терминологию («функция потребления»), а также кейнсианские концепции об «иллюзии денег» и «корреляции спроса в денежном капитале и учетных ставках» ― то есть отделили их от индивидуальных преференций и рациональных решений. Кейнсианцы инкорпорировали «модель аккуратного равновесия», рассматривая её как отдельный аспект экономики и, считая при этом, что другие аспекты экономики могут быть олигополистическими. Они использовали довод об индивидуальном рациональном выборе при конструировании своих моделей и заимствовали неоклассическую «теорию жизненного цикла».

После Кейнса развитие событий привело к скрытому обобществлению производства, в меру которого частные фирмы и предприниматели взяли на себя коллективные обязательства за безопасность потребителя, охрану труда и охрану природы. Возникла новая, смешанная экономика, основанная на частной и общественной собственности. Причем, в различных странах государство управляет экономическим развитием по-разному: в США оно стремится влиять на нее больше через бюджет, поощряя государственные инвестиции в приоритетные отрасли; во Франции воздействие на экономику достигалось посредством индикативного планирования и также регулирования цен и конкуренции.

Анализ особенностей инфляции в кейнсианской и монетаристской теориях

 

Уже в самой трактовке термина «инфляция» существуют принципиальные расхождения между разными научными школами. Разработка теории и эффективной политики преодоления инфляции в переходных экономиках предполагает продуманное использование имеющихся теоретических заделов мировой экономической мысли, лежащих в основании разных экономических стратегий. И здесь нужно обратиться к анализу сущности расхождений в трактовках природы инфляции, которые представлены в таких школах, как кейнсианство и монетаризм. Этот вопрос имеет особо важное значение с точки зрения выявления большей предпочтительности предлагаемых ими рецептов для теоретического осмысления и для практики финансового оздоровления переходной экономики.

Дж.М. Кейнс не разделял подхода классической школы к проблеме макроэкономического равновесия. Он понимал ее расширительно, не сводя к финансовым потокам, обслуживающим некое идеальное рыночное хозяйство, которому присуща жесткая пропорциональность денежной массы, уровня цен, бюджетных расходов, обменных курсов. Отсюда закономерно, что в качестве конечной цели анализа им выставлялась проблема занятости, которую он считал приоритетной.

Отвергая идею достижения автоматического равновесия спроса и предложения, идущую еще от Ж.Б. Сэя, Кейнс делал главный акцент на допущении возможности этого равновесия в условиях безработицы, а значит, оценивал стандартные рыночные рекомендации борьбы с ней как малоэффективные.

Соответственно Кейнсом с существенными коррективами оценивалась роль основополагающей формулы обмена, лежащей в основе количественной теории денег. Трактовка Кейнсом нейтральности денежной массы в отношении цен ставит вопрос о том, насколько ситуация существовавшая в России позволяла проводить политику активного стимулирования спроса. Дело в том, что радикализация рыночных отношений в ней началась при фактически полной занятости и исчерпанности других производственных резервов. Последующее развитие экономической ситуации привело к появлению резерва производственных мощностей, учитывая 40-50%-ное падение промышленного производства, но при этом уровень безработицы остается существенно ниже величины спада. Поэтому видеть в теории и политике кейнсианства прямую альтернативу монетарному варианту подавления инфляции и достижению макроэкономического равновесия вряд ли оправданно без соответствующих корректив.

Кейнсианский подход в принципе определяет два возможных варианта проведения антикризисной политики: за счет стимулирования массового потребления и через стимулирование дополнительной инвестиционной деятельности. Сам Кейнс отдавал предпочтение второму варианту. Отсюда и такая его рекомендация: «Если практически невозможно увеличить инвестиции, то, очевидно, нет других способов обеспечить более высокий уровень занятости, кроме увеличения потребления». Значит, возросший объем продукции, произведенный сверх потребления, должен использоваться на приобретение дополнительных средств производства, а увеличенные сбережения должны превратиться в производственные инвестиции. Отсюда предпосылкой экономического роста в естественных его масштабах становится равенство сбережений и инвестиций. В свою очередь, если сбережения превышают инвестиции, то наступает спад. Когда инвестиции больше сбережений, то экономика попадает в состояние «перегрева» с реальной опасностью инфляционного скачка.

Если инвестиционная активность, по Кейнсу, выступает более предпочтительным способом вывода экономики из спада, то в таком случае важно определиться с тем, как запустить ее в реальной экономике, особенно в кризисной фазе развития. Для этого также имеются два способа решения рассматриваемой проблемы, которые в известном смысле являются альтернативными. Во-первых, это можно сделать на основании проведения соответствующих манипуляций в процентной политике. Понижение процента, последовательно осуществляемое в долгосрочной перспективе и тем самым ведущее к увеличению предложения денег, дает возможность рассчитывать на увеличение предельной эффективности капитала, которое в результате должно привести к расширению инвестиционной активности частных инвесторов. Дело в том, что уменьшение процентной ставки не столь однозначно и прямолинейно влияет на поведение капитала и если такое воздействие сказывается, то в долгосрочной перспективе. Что касается краткосрочного периода, то для частных инвесторов более значимыми на деле оказываются не динамика процента, а их конъюнктурные ожидания, которые определяются степенью доверия к политике правительства, политической ситуацией в стране, возможностями вложения капитала в другие национальные экономики и т.д. Долгая раскачка частных инвесторов, сопровождаемая множеством других ограничителей, ведет либо к хроническому кризису с опасностью закрепления макроэкономического равновесия на более низком уровне, либо требует иных решений. По сути дела в целях придания экономике первоначального инвестиционного импульса вынужденным становится подключение государства, которое через свою бюджетную политику (государственные расходы) в состоянии обеспечить расширение эффективного совокупного спроса. В ее проведении допускается и даже в какой-то степени поощряется возникновение дефицита государственного бюджета с покрытием его выпуском займов, что становится платой за активизацию участия государства в хозяйственной жизни.

Проблема достижения устойчивой экономической динамики специально не исследовалось Кейнсом, который главное внимание обращал на кризисные (неравновесные) процессы, но такая теоретическая работа была проведена его последователями (Р. Харродом, Э. Хансеном, Е. Домаром и др.). В их трудах, в частности, была разработана концепция акселератора, который базируется не на эффекте дохода, а на производственном. Его запуск происходит как результат действия автономных инвестиций, приводящих к расширению величины эффективного спроса. В свою очередь это заставляет производственных агентов осуществлять индуцированные инвестиции, стимулированные возросшим совокупным спросом. Объем же таких дополнительных инвестиций будет зависеть от коэффициента приростной капиталоемкости (т. е. акселератора). Величина акселератора (А) характеризуется количеством единиц дополнительного капитала, необходимого для производства дополнительной единицы продукции. Вложенные в соответствии со сложившимся коэффициентом приростной капиталоемкости (акселератором) инвестиции ведут к последующему расширению совокупного спроса, в котором также содержится мультипликационный эффект, вновь формирующий потребность в индуцированных инвестициях.

С момента своего возникновения теория Кейнса встретила суровую критику, которая велась по всем ее содержательным элементам. Особую весомость она приобрела с конца 60-х гг., когда экономика развитых капиталистических стран стала испытывать сильные кризисы, попытки выхода из которых на основе стандартных методов кейнсианского регулирования потерпели неудачу. Стремление расширить совокупный спрос как лекарство против хозяйственной депрессии обернулось еще большим ростом бюджетного дефицита с последующим значительным для развитых стран скачком инфляции, колеблясь в развитых рыночных странах в 1972-1980 гг. от 5 до 21% в среднем за год. Причем используемые методы макроэкономического регулирования не помогли национальным хозяйствам преодолеть кризис, более того, способствовали их попаданию в середине 70-х гг. в еще худшую ситуацию стагфляции – одновременного роста инфляции с продолжающимся кризисом производства и высокой безработицей.

При этом надо иметь в виду те крупные сдвиги, которые в ней произошли и сопутствовали их провалу. Речь идет о том, что в это время рухнула бреттон-вудская система международных платежей, которая базировалась на использовании в качестве резервной валюты доллара, привязанного к золотой базе, и на согласованной политике государств по поддержанию фиксированных курсов национальных валют. Отказ в США в 1968 г. от золотого покрытия банкнот и резервов депозитов во внутреннем обращении, а в 1971 г. прекращение обмена доллара на золото в международных расчетах и переход к плавающим курсам валют – все эти события не случайно совпали с крахом действующей в то время системы обеспечения макроэкономической стабильности в пределах отдельных государств. Огромные денежные потоки, не контролируемые национальными правительствами и какими-либо общепризнанными международными организациями, создали автономную финансово-денежную сферу со своими участниками, механизмами и правилами. Эти денежные потоки, перемещаясь под влиянием спекулятивных мотивов из одной страны в другую, фактически подорвали отлаженный механизм внутреннего стимулирования национальных экономик за счет расширения совокупного спроса. В таких трансформировавшихся мирохозяйственных и макроэкономических отношениях ортодоксальные кейнсианские приемы восстановления равновесия перестали работать. Требовалась существенная их коррекция применительно к возникшей новой ситуации.

Главные возражения по поводу самой теоретической конструкции антикризисной модели регулирования Кейнса, которая получила оппонентов практически сразу же с ее созданием, наиболее полно представлены в трудах современных представителей монетарного течения в мировой экономической мысли (М. Фридмена, Ф. Хайека и др.), продолжающих традиции неоклассической школы.

Основные возражения касаются наиболее важного пункта несовпадения позиций – о роли денежного фактора. Если у Кейнса, изменение денежной массы нейтрально к ценам в условиях имеющихся неиспользованных ресурсов, а сами деньги связаны с инвестиционным спросом, то позиция Фридмена противоположная. Любое превышение роста денег в сопоставлении с увеличением объема производства однозначно оборачивается инфляцией. Это означает, что уровень цен (темпы инфляции) прямо пропорционален приросту денежной массы и скорости денежного обращения, но обратно пропорционален произведенному продукту.

Эмпирическая проверка выводов монетарной теории, имеющая ключевое значение для их обоснованности, встречает противоречивые оценки. Далеко не все экономисты согласны с используемыми методами расчета зависимостей и делаемыми на их основании заключениями. Среди самих экономистов монетарной школы нет единства по вопросу о том, какой денежный агрегат использовать в качестве расчета зависимостей, а в дальнейшем – как объект контроля.

В теории и хозяйственной практике монетаристы особое внимание уделяют разработке модели проведения эффективной денежной политики. Исходя из определения экономической природы денег и их решающей (по существу единственной) роли в возникновении инфляции в качестве ведущей в стратегии хозяйственного развития выдвигается цель обеспечения ценовой стабилизации за счет сохранения устойчивости денежной единицы, которое достигается регулированием денежной массы (денежное правило). Тем самым определение параметров денежной массы приобретает ключевое теоретическое и практическое значение.

Что же касается проведения чисто монетарной стратегии, то возникает немало сугубо теоретических возражений по поводу обоснованности сведения всего комплекса проблем восстановления хозяйственной стабильности и вообще успешного экономического развития только к действию денежного фактора. В этой связи отметим несколько наиболее уязвимых звеньев в данной концепции, фактически ставящих под сомнение всю монетарную конструкцию. Во-вторых, представление о жесткой заданности цен изменениями в денежной массе фактически развивает бесспорное и элементарное их определение как денежного выражения стоимости (или полезности) произведенных товаров. С этой стороны цена товара всегда получает свое денежное воплощение. Однако в монетаристских взглядах указанное определение доводится по существу до того, что цена товаров сводится только к сумме денег, оторванной от их «естественного уровня», который в одном случае можно понимать как стоимость товара, а значит, и издержек на их производство, в другом – как предельную полезность блага или полезность последней единицы запаса.

Таким образом, представители монетаризма не просто претендуют на доказательство важности финансово-кредитной дисциплины в экономике (в чем они преуспели, а их аргументы нельзя не принимать во внимание): свою главную миссию они видят в обосновании наивысшей эффективности свободно-рыночных, капиталистических методов хозяйствования, полностью отвергая целесообразность государственного регулирования экономики (за исключением денежной сферы) и не уставая обличать вредность социализации экономики.

Выводы

В экономической теории подход к инфляции не оставался неизменным. В 30-60-е гг. она перестала трактоваться как абсолютное зло, отношение к ней определялось возможностью ее использования в хозяйственной жизни при недопущении неконтролируемого и чрезмерного уровня, когда она из дополнительного стимулятора превращается в деструктивную силу. Такое отношение к инфляции особенно характерное для кейнсианской школы мировой экономической мысли, отвергается представителями монетарной научной школы.

Как одни, так и другие методы предполагают наличие определенной совокупности исходных параметров, характерных для сложившегося и зрелого типа капиталистического рыночного хозяйства, которыми на данном этапе наше хозяйство не обладает. Этим не исключается возможность выделения предпочтительного варианта проведения антикризисной политики, который с соответствующими модификациями, адаптированными к реальным условиям хозяйствования, может быть поставлен в качестве определенной теоретической и стратегической основы. Как представляется, при их сопоставлении предпочтение следует все же отдать кейнсианским рецептам. До тех пор пока неиспользованные производственные мощности до конца не разрушены, а рабочая сила полностью не маргинализирована, экономика находится в ситуации, близкой к стандартно описываемой с помощью инструментария кейнсианского анализа.

Что же касается проведения чисто монетарной стратегии, то возникает немало сугубо теоретических возражений по поводу обоснованности сведения всего комплекса проблем восстановления хозяйственной стабильности и вообще успешного экономического развития только к действию денежного фактора. В этой связи следует отметить несколько наиболее уязвимых звеньев в данной концепции, фактически ставящих под сомнение всю монетарную конструкцию.

Во-первых, при всей безусловной важности в рыночной экономике денег и объема их эмиссии надо обязательно учитывать обратное влияние потребности в них. Ведь функции денег многообразны и в принципе они должны эмитироваться в таком объеме, чтобы с их помощью обслужить всю произведенную массу товаров и услуг. Сжатие же денежной массы как самоцель, а это главная забота российских монетаристов, действительно способно на какое-то время сбить инфляцию, но одновременно лишает хозяйство необходимых денег для обслуживания обменных сделок с соответствующими последствиями.

Возможность контролировать с помощью денег уровень цен в хозяйственной практике оказывается значительно преувеличенной по сравнению с теоретическими схемами, поскольку всегда экономические субъекты располагают разными способами использования альтернативных денежно-финансовых инструментов (в частности, разного рода денежных суррогатов). Еще раз надо подчеркнуть, что далеко не случайно возникновение феномена устойчивой инфляции совпало с завершением формирования монополистической (олигополистической) структуры рыночной экономики. Сколь значима роль последнего фактора в экономике России, не требует особых доказательств. Такие же возражения можно высказать и по поводу гипотезы о стабильности скорости денежного обращения, так как она в условиях переходных (неустойчивых) хозяйственных процессов подвержена существенным колебаниям.

Во-вторых, с теоретической и особенно практической позиции не может по-настоящему привлекать однофакторность и однолинейность разрабатываемых монетаристами хозяйственных моделей. Она может работать и более или менее обеспечивать экономическую стабильность в идеальной рыночной ситуации совершенной конкуренции, которой никогда не было и которая вряд ли когда-нибудь возникнет. В реальной экономике преобладает значительно более сложный и многогранный комплекс проблем, а для его разрешения более выигрышны многофакторные модели. При этом, оставаясь на теоретических позициях, близких к кейнсианству, не следует отрицать важность проведения продуманного использования денежного фактора в экономике, а при определенных условиях (исчерпанности резервов производства) – и достаточно ее жесткого варианта.

В качестве еще одной причины, по которой не следует искать в монетаризме теоретическую опору, полезную для разрешения хозяйственных трудностей переходной экономики России, выступает та общая идеология, которую он выражает и защищает. Ведь его представители не просто претендуют на доказательство важности финансово-кредитной дисциплины в экономике (в чем они преуспели, а их аргументы нельзя не принимать во внимание): свою главную миссию они видят в обосновании наивысшей эффективности свободно-рыночных, капиталистических методов хозяйствования, полностью отвергая целесообразность государственного регулирования экономики (за исключением денежной сферы) и не уставая обличать вредность социализации экономики. За этим кроется очередная попытка возрождения новой апологетики идеальной модели капитализма, которая и в исторически прошедших периодах мало соответствовала истинным потребностям экономического развития, но еще более далека она от современных реальностей. Характерно, что в их теоретических и практических схемах не найти даже упоминания о таких острых проблемах настоящего времени, как экологический кризис, социальное неравенство и бедность, и т.п.

©

Вместе с этим читают:
• Социально-политические воззрения Ф. Фукуямы
• Экономический либерализм А. Смита
• Институционализм Гэлбрейта

Реклама от Google просмотров: 155

в чем суть, основные идеи, принципы

Что такое кейнсианство в экономике

В 1929–1939 году мир переживал один из самых сильных и продолжительных экономических кризисов, который получил название Великой депрессии. Тогда стало очевидно, что доминирующая в то время неоклассическая теория и методы не отвечают требованиям реального экономического положения.\

Вызовы Великой депрессии привели к возникновению нового направления экономической мысли, основателем которого стал выдающийся английский экономист Джон Мейнард Кейнс. В своем главном труде «Общая теория занятости, процента и денег» он заложил основы макроэкономики и ознаменовал начало так называемой Кейнсианской революции и теории кейнсианства.

Примечание

Сущность кейнсианства состоит в необходимости активного вмешательства государства в экономическую политику.

Согласно Кейнсу, экономика развивается циклично, и периодические кризисы являются органической частью этого развития. Рыночная экономика не способна к саморегулированию, поэтому успешное функционирование ее механизмам может обеспечить только государственное регулирование. При этом участие государственного аппарата должно проявляться в форме увеличения или уменьшения потребительского и инвестиционного спроса, путем снижения процентной ставки и финансирования частных компаний из госбюджета.

Учение кейнсианства стало самой эффективной экономической теорией 20 века и внесло большой вклад в развитие экономики США и Западной Европы. Макроэкономика, которой положил начало Кейнс, до сих пор глубоко изучается и уточняется учеными.

Основные идеи

Во время Второй мировой войны и в период послевоенного развития в экономике развитых стран активно применялась кейнсианская модель. Большая часть политической элиты и государственных должностных лиц отказывалась от неоклассической микроэкономики в пользу кейнсианской макроэкономики. В результате изменений экономических воззрений представителей академического сообщества, важнейшее значение приобрел вопрос безработицы и неизбежности государственного вмешательства в сферу экономики.

Для решения этой проблемы был сформирован ряд идей и принципов, на которые опиралось кейнсианство:

  • рыночная экономика — неустойчивая, несовершенная;
  • цены не могут сбалансировать спрос и предложение;
  • зарплата не обладает гибкостью;
  • государство должно вмешиваться в экономику;
  • скорость обращения денег непредсказуема;
  • поведение экономических объектов зависит от их ожидания;
  • безработица является последствием недостаточной емкости рынков товаров.

Кейнс утверждал, что рыночная экономика не обладает достаточным равновесием для гарантирования полной занятости на рынке труда. Это обусловлено стремлением людей делать сбережения, в результате которых совокупное предложение превышает совокупный спрос. Исходя из этого, английский экономист предполагал, что воздействовать на спрос необходимо через регулирование государства.

Причину возникновения кризиса он обосновывает исчерпывающей схемой, в которой описывается связь между следующими взаимовлияющими факторами:

  • при падении спроса сокращается выработка товаров и услуг;
  • минимизация производства влечет разорение мелких предпринимателей, увольнение работников и увеличение безработицы;
  • отсутствие работы приводит к сокращению доходов населения и их покупательской способности, что снова ведет к падению спроса;
  • экономика оказывается в безвыходном положении и приходит к хронической депрессии.
Примечание

Проблемы экономики решаются только с точки зрения спроса, а не предложения. При этом уровень занятости населения зависит от масштабов производства.

Особенности кейнсианства

Кейнсианство возникло как качественно новый взгляд на причины упадка экономики и возможные пути ее развития. Опровергнув стандартную теорию о всесильности рынка, Кейнс предложил более эффективные идеи, способствующие экономическому росту.

В рамках нового подхода к форме участия государства в экономике, основным инструментом регулирования и контроля представлялась бюджетная политика. Именно она, согласно кейнсианству, должна была гарантировать занятость населения и производственного оборудования. Также Кейнс описал взаимосвязь между психологией человека и процессами экономики, которая состоит в склонности людей к сбережениям и инвестициям.

Ценность теории заключалась в предоставлении конкретных рекомендаций по развитию экономики и возможности практического воплощения.

Кейнсианство в современной экономике

Кейнсианство в классической форме просуществовало до конца 70-х годов, уступив место концепции монетаризма. Причиной стало наступление нового кризиса и безработицы, которые больше не поддавались объяснению прежней теорией. Однако после мирового финансового кризиса 2008 года, когда классические теории перестали справляться с его последствиями, интерес к кейнсианству снова возрос.

В отличие от традиционной теории, новое кейнсианство основано на микроэкономических факторах.

Примечание

Большое значение придается функционированию конкретных предпринимателей и бизнесов: учитываются их ожидания и то, как они принимают решения.

Новые кейнсианцы критиковали утверждение о связи объемов производства с занятостью населения, считая его недостаточно аргументированным. Большая часть их исследований затрагивает именно эту сферу. При этом главные понятия и идеи кейнсианства о доминировании спроса и неизбежности государственного вмешательства в экономике, вошли в формирование нового течения.

Еще одним важным вопросом, который затрагивает современное кейнсианство, является развитие ценообразования как основы макроэкономики. Своей целью новые классики видят демонстрацию особенностей ценообразования в условиях преобладания крупных фирм, контролирующих цены и масштабы производства наряду с активным участием государства, регулирующего товары и рабочую силу.

Современная кейнсианская модель в реалиях современного экономического процесса не занимает лидирующие позиции, но динамично развивается, пытаясь найти ответы на актуальные вопросы экономики.

Плюсы и минусы кейнсианской экономики

В послевоенное время экономическая теория Кейнса перестала справляться с новыми вызовами очередного экономического кризиса. Чтобы понять, почему это произошло и какие факторы способствовали ее упадку, рассмотрим основные плюсы и минусы кейнсианства.

Плюсы кейнсианской экономики заключались в том, что Кейнс доказал неспособность рынка справиться с обеспечением полного использования трудового ресурса без вмешательства государства. Также результатом функционирования этой модели стала успешная борьба с безработицей. Минус кейнсианства заключается в краткосрочном характере этой борьбы: с сокращением безработицы возрастал спрос на товары и услуги, что создавало опасность инфляции. Поэтому государству приходилось урезать рабочие места и заказы, что вновь приводило к росту безработицы.

Журнал Международная жизнь — Кейнсианская революция и неолиберальная контрреволюция

В результате Великой депрессии 20-х – 30 –х гг. прошлого века новая волна критики обрушилась на  неоклассические идеи, основываясь нa вполне прагматических принципах. Эта новая волна носила международный характер и включала политических лидеров и экономистов из разных стран и разных убеждений: просвещенные мыслители-буржуа, социалисты и марксисты. На фоне массовой безработицы и общего угнетения раздавались предложения о масштабных общественных проектах с привлечением широких рабочих масс, об антициклических вливаниях государственных средств и даже об экспроприации банков. Такие предложения исходили от разных авторов: доктора экономических наук Третьего Рейха Шахта, бельгийского социалиста Демана, основателей Стокгольмской школы экономики при поддержке шведских социал-демократов, британца Кейнса, голландца Тинбергена, норвежца Фриша, французского технократического движения Groupe X-crise, президента Мексики Ласаро Карденаса (1935-1940), адептов аргентинского «перонизма» 30-х гг., президента США Рузвельта (избранного в ноябре 1932 г.) и его «Нового курса». В 1936 г. весь перечень предложений и прагматических курсов в своей работе «Общая теория занятости, процента и денег» резюмировал британец Джон Мейнард Кейнс.

 

Кейнсианская революция

Подготовительная работа, проведенная Джоном Мейнардом Кейнсом (1883-1946), заложившего основы «Общей теории», была вызвана необходимостью поиска способов преодоления разрастающегося кризиса капиталистической системы. Более того, это решение должно было заложить основы длительного выживания капиталистической системы. Отчасти работа Кейнса была следствием масштабного коллективного прогресса, результатом которого стало создание целых групп «кейнсианских лагерей», часто не вполне ладящих друг с другом. Кто-то (как британец Джон Рорбинсон и поляк
М. Калецки) склонялся в сторону позиций марксизма; к слову сказать, на самом деле основные принципы «Общей теории» до Кейнса сформулировал поляк Калецки. Другие постепенно перешли в лагерь либерализма и неокласической экономической теории, которую сам Кейнс осуждал. В одной из своих работ Кейнс воздает должное английскому философу Джорджу Эдварду Муру, которого он благодарит за помощь в освобождении от превалировавшей на тот момент морали и за «защиту всех нас от окончательного скатывания к абсурду Бентамизма под названием «Марксизм»» [2].

Кейнс начал активно заниматься политикой еще с Первой мировой войны. Будучи сотрудником Министерства финансов Британской Империи, он принимал активное участие в переговорном процессе, работавшем над формулировкой положений Версальского соглашения, которое положило конец войне в 1918 г. В знак протеста против размера репараций, возложенных на Германию, Кейнс вышел из состава британской делегации. Вскоре после этого он опубликовал работу «Экономические последствия мира» [Keynes 1919]. В 1926 г. в своем памфлете «Конец либерального принципа свободной торговли» Кейнс пишет: «В корне неправильно делать выводы, что, политэкономия, стоящая на страже интересов отдельных лиц, всегда работает на благо общего интереса» [3]. В 20-е гг. Кейнс осуждал политику правительства тори во главе с Уинстоном Черчиллем: он выступал против либеральной (неоклассической) политики, спровоцировавшей забастовку шахтеров, организованную после всеобщей забастовки в 1926 г. С этого момента он призывал проводить политику крупных государственных инвестиций: Кейнс был сторонником Либеральной партии, одновременно поддерживая дружеские связи с Лейбористской партией. В 1929 году после поражения тори и либералов новое правительство лейбористов включило Кейнса в комиссию Макмиллана по экономической ситуации. В 1930 г. он стал советником правительства лейбористов.

После обвала на биржевых площадках США в 1929 г. экономический кризис усилился, что сподвигло Кейнса провести анализ ситуации с занятостью и денежной массой, который укрепил его убеждения, что государство должно повысить свою контролирующую роль в экономике. Чтобы компенсировать нехватку спроса, государство должно стимулировать рост экономики и занятости. После этого Кейнс был вовлечен в масштабные дебаты с австрийским экономистом и философом Фридрихом Августом фон Хайеком. Хотя Хайек, как и Кейнс, пришел к отрицанию ряда идей Адама Смита, Давида Рикардо, Леона Вальраса Уильяма Стенли Джевонса, включая сторонника классического либерализма Людвига фон Мизеса (1881-1973), он сформулировал ряд ультралиберальных идей, в которых яростно отрицал основы «кейнсианской» революции. В то время как Кейнс и его коллеги-экономисты были убеждены, что причиной Великой депрессии являлся резкий спад инвестиций, Хайек со своими сторонниками считал причиной Великой депрессии чрезмерный объем инвестиций, вызванный вялой монетарной политикой. По Кейнсу движителем роста потребительского сектора и объема инвестиций должна была стать сильная роль государства в экономике. По Хайеку сильная роль государства в экономике снижала объем средств, доступных для частных инвестиций. По Кейнсу стимулом роста потребительского сектора должен был стать рост зарплат. По Хайеку зарплаты необходимо понизить, чтобы снова обеспечить полную занятость.
В 1932 г. дебаты (полемика) между Хайеком и Кейнсом перешли на страницы британской прессы, в частности, на страницы газеты Times от 17 и 19 октября 1932 г. Кейнс полагал, что экономическая политика должна ориентироваться на снижение высокого уровня безработицы, распределение доходов на основах равенства: он полагал что, если правительство не достигнет полной занятости и не добьется установления относительного равенства, существует серьезная угроза победы фашизма или большевистского коммунизма. Политика правительства должна быть направлена на урезание высоких процентных ставок, которые канализируют жизненно важные денежные ресурсы в финансовый сектор. Целью урезания процентных ставок была победа идеи уничтожения класса «рантье», живущего на доходы, не заработанные своим трудом – этого проклятия капиталистической системы. Тем не менее, в то же время Кейнс четко отмечает, что последствия его теории будут носить «умеренно либеральный характер»: «[…] хотя эта теория подчеркивает огромную важность формирования центрального регуляторного механизма тех сфер, которые на сегодняшний день находятся полностью в частных руках, она все же оставляет в частных руках большое количество иных сфер […] Данная теория не призывает к формированию системы государственного социализма, которая подчинит государственному контролю почти все аспекты экономической жизни общества [4]. Рекомендации Кейнса применялись на практике во многих странах мира вплоть до 70-х гг. Его идеи также сильно повлияли на ряд экономистов, например, лауреатов Нобелевской премии в области экономики Пола Самуэльсона и Джеймса Тобина, видного экономиста-теоретика Джона Гелбрейта и автора теории зависимого развития Рауля Пребиша.

Подготовка к неолиберальной контрреволюции

Политика государственного интервенционизма Кейнса (сильная роль государства в финансово-экономическом секторе), направленная на стимулирование спроса и достижение полной занятости, получила быструю ответную реакцию. Начиная с 30-х гг., Хайек и фон Мизес вознамерились разгромить предложения Кейнса. «Начиная с 1945 г. в научных и деловых кругах одновременно возникли различные проекты, задачей которых было сплотить высококлассных сторонников либерализма (представителей неоклассической экономической теории) и дать совместный отпор сторонникам теории государственного интервенционизма и социализма. В период «послевоенного противостояния» было организовано 3 центра неолиберальной экономической теории: Женевский институт международных отношений, Лондонская школа экономики и Чикагский университет [5]».

В конце Второй мировой войны Хайек преподавал в Лондонской школе экономики. В 1947 г. совместно с фон Мизесом Хайек основал общество «Мон Пелерин». На первое заседание этого общества, прошедшее в апреле 1947 г. в отеле Hôtel du Parc на горе Мон Перелин в городке Веве, что недалеко от Женевы, собрались 36 «просвещенных либералов». Заседание финансировали швейцарские банкиры и промышленники. Своих представителей направили передовые издания США – журналы Fortune, Newsweek и Reader’s Digest (кстати, на тот момент журнал Reader’s Digest только что опубликовал сокращенный вариант одного из основных трудов Хайека «Дорога к рабству». В этой книге говорится: «В прошлом подчинение безличным законам рынка обеспечивало развитие цивилизации, которое в противном случае было бы невозможным. Лишь благодаря этому подчинению мы ежедневно вносим свой вклад в создание того, чего не в силах вместить сознание каждого из нас в отдельности [6]. В работе заседания общества приняли участие экономисты правых взглядов и философы, представляющие различные направления. «В конце заседания было образовано общество «Мон Пелерин – своего рода неолиберальное Масонство, хорошо организованное, избравшее своей деятельностью сеяние неолиберального учения с проведением регулярных международных заседаний [7]. Одними из наиболее активных членов общества «Мон Пелерин» были Хайек, фон Мизес, видный французский экономист Морис Алле, выдающийся австро-британский философ Карл Поппер и американский экономист Мильтон Фридман. Общество «Мон Пелерин» стало своего рода «научно-исследовательским институтом неолиберализма» и автором контрнаступления неолиберальной теории. Многие члены общества «Мон Пелерин» стали лауреатами Нобелевской премии в области экономики: Хайек в 1974 г., Фридман в 1976 г. и Алле в 1988 г.

Примечания

[1] Первая часть серий публикаций «Взглянуть в прошлое, чтобы понять будущее» была опубликована на сайте «Комитета по отмене долга стран третьего мира» (CADTM) 12 июня 2009 г. под заголовком «Адам Смит ближе к Карлу Марксу, чем сами марксисты»:
http://www.cadtm.org/spip.php?article4462;
Вторая часть была опубликована 13 июня 2009 г. под заголовком «Неолиберальная идеология – крепкий орешек»:  http://www.cadtm.org/spip.php?article4468;
Третья часть была опубликована 19 июня 2009 г. под заголовком «30-е – 70-е: затменье либерализма»: http://www.cadtm.org/spip.php?article4495;
Четвертая часть была опубликована 25 июня 2009 г. под заголовком “ 70-е: возмездие либерализма»: http://www.cadtm.org/spip.php?article4508;

[2] Цит. по Beaud and Dostaler, 1995, с.37

[3] Цит. по Beaud and Dostaler, 1995, с.40.

[4] Keynes, 1936, Final Notes, Spanish ed p 362

[5] Udry, 1996

[6] Von Hayek, 1944

[7] Anderson, 1996

Библиография

Adda, Jacques. 1996. La Mondialisation de l’économie, 1 et 2, La Découverte, « Repères », Paris, 2000, 125 p. et 126 p.

Anderson, Perry. 1996. « Histoire et leçons du néo-libéralisme: La construction d’une voie unique », Page Deux, octobre 1996.

Beaud, Michel et Dostaler, Gilles. 1993. La Pensée économique depuis Keynes, Seuil, Paris, 1996, 444p.

Dewey, John. 1935. «The Future of Liberalism», The Journal of Philosophy, XXII, N°9, p. 225-230.

Friedman, Milton. 1970. The Counter-Revolution in Monetary Theory, London of Economic Affairs.

Greenspan, Alan. 2007. The age of turbulence: Adventures in a new world. Penguin Books Edition, 2007.

Hayek von, Friedrich August. 1944. The Road to Serfdom, Routledge Press, UK

Keynes, John. M. 1936. The General Theory of Employment Interest and Money, MacMillan, London, 1964, 403 p.

Malthus, Thomas-Robert. 1798. An essay on the principle of population , J Johnson, Paris.

Marx, Karl. 1867. Capital, Volume I, Penguin Classics, 1993.

Marx, Karl. 1869-1879. Capital, Volume II, Penguin Classics, 1993. Capital Volume III, Penguin Classics, 1993.

Prebisch, Raúl. 1981. Capitalismo periférico, Crisis y transformación, Fondo de Cultura Económica, Mexico, 1984, 344 p.

Ricardo, David. 1817. On the Principles of Political Economy and Taxation, 1950, Cambridge University Press, London

Smith, Adam. 1776. An Inquiry into the Nature and Causes of the Wealth of Nations. http://www.adamsmith.org/smith/

Tobin, J. 1978. « A Proposal for International Monetary Reform », The Eastern Economic Journal, juillet-octobre 1978.

Tobin, J. et autres. 1995a. « Two cases for sand in the wheels of internatio­nal finance », in « Policy forum: sand in the wheels of international finance », The Economic Journal, 105, janvier 1995.

Udry, Charles-André. 1996. “Los Origenes del neoliberalismo: F von Hayek : el apostol del neoliberalismo”, Desde los Cuatro Puntos, n°1, Mexico, 1997.

Zinn, Howard. 1966. New Deal Thought, Hackett Publishing Company, Indianapolis, 2003, 431 p.

(Статья написана в июле 2009 г.)

 

Источник: http://www.globalresearch.ca/the-keynesian-revolution-and-the-neo-liberal-counter-revolution/14376

Публикацию и комментарий подготовил Михаил Бакалинский, кандидат филологических наук, доктор философии, независимый международный обозреватель

Современная эскалация геополитического противостояния в мире вызвана, в первую очередь, глубоким и системным кризисом неолиберальной экономической модели, установившейся в мире в 70-е гг. после отказа Вашингтона от Бреттон-Вудской валютной системы. Иногда это объясняют необходимостью получения «дешевых кредитов» для развития мировой экономики. Тем не менее, этот шаг был вызван следующим:

1)      желанием обесценить долги, которые к 70-м гг. уже были аккумулированы в большом объеме;

2)      сворачиванием роста зарплат и подменой их кредитным предложением (нарушая тем самым первый закон капитализма), поскольку находящаяся у власти корпоратократия опасалась, что доходы (т.е. прибавочная стоимость) начнут превращаться в средства производства, а значит, приведут к ослаблению ее влияния.

Тем не менее, как показывает история, неолиберальная экономическая модель, стоящая на позициях свободной конкуренции («невидимая рука рынка» Адама Смита) уже была причиной глобальных экономических потрясений, наиболее известным из которых является Великая депрессия 20-30 гг. Тогда же, следуя принципу «Кризис – это не только вызовы, но и возможности», миру была предложена альтернативная экономическая теория, вошедшая в историю под названием «кейнсианская экономика». Сегодня эта теория актуальна как никогда, поскольку волатильность мировой экономики, вызвана во многом именно «свободным» рынком. (По сути кейнсианская экономика – это модель государственного капитализма. К слову сказать, экономическая модель государственного капитализма фактически была предложена президентом России Владимиром Путиным в его Послании Федеральному Собранию в декабре 2015 г. )

Можно долго говорить о недостатках «кейнсианской экономики», поскольку она зиждется на принципах капитализма, сама суть которого, согласно распространенному мнению, изжила себя. И все же, исходя из реальной ситуации, необходимо отметить, что усиление роли государства в экономике с точки зрения интересов всего государства (а не отдельных хозяйствующих субъектов) является благом. Во избежание обвинения в предвзятости изложения фактов в качестве аргумента приведем слова американского! сторонника государственного капитализма Джона Перкинса, разоблачившего механизм формирования Американской империи под названием «экономическое киллерство»: «30-е годы ХХ века представляли собой переломный момент в международной экономике. Это десятилетие открыло дверь кейнсианской экономике и идее о том, что правительство должно играть главенствующую роль в управлении рынком, а также участвовать в организации здравоохранения, в выплате компенсаций безработным и других формах социальной помощи. Мы уходили от старых представлений о том, что рынок является саморегулирующейся структурой и что вмешательство государства должно быть минимальным» [1, c. 118-119]. 

Использованная литература:

  1. Перкинс Дж. Исповедь экономического убийцы / Предисловие и ред. русского издания д.э.н. проф. Л.Л. Фитуни. – М.: Pretext, 2005. – 319 c.

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

КРИЗИС КЕЙНСИАНСКОЙ ТЕОРИИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XX ВЕКА | Опубликовать статью ВАК, elibrary (НЭБ)

Муратшина Г.Р.

Студентка, исторический факультет, Башкирский Государственный университет.

КРИЗИС КЕЙНСИАНСКОЙ ТЕОРИИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XX ВЕКА

 Аннотация

Целью нашей работы является изучение кризиса кейнсианской экономической теории во второй половине 20 века. Задачи поставленные перед нами: понять кризисные моменты истории 20 века  в западных странах приведших к краху кейнсиаства. Изучить альтернативные теории в экономике, сменившие кейнсианство. Данная работа , позволит нам понять какие ошибки допускали правительства в те времена, и как избежать тех потрясений, к которым они в итоге пришли.

Ключевые слова: Стагфляция, энергетический кризис, монетаризм.

Muratshina G.R.

Student, Department of Histori, Bashkort state university

THE CRISIS OF THE KEYNESIAN THEORY IN THE SECOND HALF OF THE XX CENTURY

Abstract

The aim of our work is to study the crisis of the Keynesian economic theory in the second half of the 20th century. The tasks set before us: to understand the critical moments in the history of the 20th century, western countries have led to the collapse of Keynesian economic theory. Explore alternative theories in economics, who replaced Keynesianism. This work will allow us to understand what mistakes allowed the government at the time, and how to avoid those shocks to which they will eventually come

Keywords: Stagflation, the energy crisis, monetarism

После окончания Второй Мировой Войны мир в экономическом плане вступил в эпоху макроэкономического планирования на основе кейнсианской теории. На первых порах это привело к поразительным успехам. Создаются такие организации как МВФ и МБРР. В США как стране ставшей фактически проводником кейнсианской теории наблюдается экономический подъём, который не смог остановить даже послевоенный «перегрев» экономики, связанный с перепроизводством в тяжёлой и оборонной промышленности. В странах «запада» принимается Бреттон-Вудская система экономических расчётов, залогом которой стал золотой запас Соединённых Штатов способный обеспечить стабильный курс доллара в мировой экономике. По всему «западу» наблюдается расцвет поддерживаемый планом Маршалла.[1] Однако всеобщая эйфория и процветание были недолгими. В 1973-1975 гг. одновременно наступает ряд кризисов в то время, как в соц.странах продолжался подъём: кризис перепроизводства, вызванный тем, что предприниматели благодаря поддержке государства так же перестали чувствовать беспокойство в завтрашнем дне, и массово увеличивали выпуск продукции, что на первый взгляд увеличивало ВВП, но эту продукцию уже никто не потреблял, а здесь проследовала и следующая причина. Развивающиеся страны отказались предоставлять сырьё по прежним ценам,  и национализировав природные недра подняли цены в 10-20 раз. Это привело к «инфляции издержек». Всё это показало, что кейнсианство не справляется с отведённой ей ролью регулятора экономики, и поддержки её на определённом стабильном уровне. Однако последней каплей стало явление стагфляции, процесс, который не может быть объяснён в полной мере до сих пор. Две волны в конце 60-х и второй половине 70-х заставили пересмотреть ситуацию и начать искать новые теории. Сразу стали говорить о двух основных слабых местах данной теории: допуск дефицита гос.бюджета когда для его покрытия увеличивается денежная масса и займы, а в период экономического подъёма увеличиваются налоги,  что не устраивало работников и предпринимателей незаинтересованных в увеличении заработков и прибыли, так как среднее значение оставалось на примерно том же уровне.[2]  И тут на первый план выходят следующие экономические школы: монетаризм, теория рациональных ожиданий и теория экономики предложения. Фридман был лидером монетаристской школы и он указывал на то, как функции цены влияют на сбалансированность народного хозяйства:  информационная – то как изменяется соотношение спроса и предложения, стимулирующая  – применять такие факторы, которые помогают достичь прибыли, и распределительная – уровень доходов продавцов и покупателей. Всё это привело к следующему рецепту – жестко ограничить предложение денег и выдачу кредитов, сократить  эмиссию денег( их количество должно быть соответственно росту производства) уменьшить социальные программы( то есть выплаты населению от государства).[3]

Представители теории рациональных ожиданий уверенны, что субъекты хозяйств сами могут прогнозировать ход процессов и принимать выгоднейшее для них решение, но только в том случае  если можно надеяться на последовательное развитие, что зачастую невозможно, так как государство в попытке регулировать порой принимает неожиданные решения. Решением проблем они считали: стабильные правила хозяйствующих субъектов, правительство идёт на долгосрочное финансовое планирование.

Теория экономики предложения хотела возрождения свободы предпринимательства, и рыночный механизм регулирования. В итоге должен был начаться рост предложения капитала и труда. Для победы стагфляции  снижаются налоги на заработную плату и прибыль. Все три школы неоконсерваторов разработали модель макроэкономического регулирования. В ее основе было возрождение рыночного саморегулирования и стимулирование частного предпринимательства. Эта модель – прямая противоположность кейнсианству. В итоге всё это привело к появлению принципа эффективного предложения (рейгономика, тетчеризм). Уменьшается вмешательство государства в экономику, снижаются налоги  и социальные программы. В итоге инфляция сократилась в 3-4 раза. Но в конце 70-х гг. новый кризис и рост промышленного производства остаётся на нулевой отметке.[4] Так что только время покажет, какая теория лучшая.

Литература

Абель Э., Бернанке Б. Макроэкономика / Пер. с англ. Н.Габенова, А. Смольского; научн. ред. д.э.н., проф. Л. Симкина. — СПб.: Питер, 2008.

Мочерный С.В., Фомишин С.В., Фомишина В.М., Тищенко О.И. История экономической мысли – Херсон: «Олди-плюс», 2000

http://www.bibliotekar.ru/economicheskaya-teoriya-2/173.htm

http://www.vevivi.ru/best/Krizis-sistemy-makroyekonomicheskogo-regulirovaniya-i-keinsianskoi-teorii-v-70-kh-godakh-XX-veka-ref115802.html


[1] Абель Э., Бернанке Б., 2008

[2] Точка доступа: http://www.bibliotekar.ru

[3] Мочерный С.В., Фомишин С.В., Фомишина В.М., Тищенко О.И., 2000

[4] Точка доступа: ://www.vevivi.ru

Кейнсианство — Вики

Между тем «Общую теорию» Кейнса целенаправленно выхолащивали, и этот процесс начался вскоре после её опубликования и заметно усилился в 1960—1970 гг. Последователи Кейнса убрали из его концепции всё, что касается иррационального начала — то есть неэкономических мотивов и нелогичного поведения, — на котором, в первую очередь, и основывалась кейнсианская трактовка Великой депрессии.

Идеи Кейнса становятся почти самоочевидными в отношении кризисных явлений в экономике, но не для представителей неоклассической школы экономики. В 2009 году Роберт Лукас заявил: «Видимо, в условиях кризиса кейнсианцем становится каждый»[9]. Однако характер развития финансового кризиса 2008 года показывает трудности реализации кейнсианского подхода в условиях, когда процентная ставка изначально была невысока, а государственный долг близок или превышает сумму годового ВВП страны. Профессор РЭШ Константин Сонин в предисловии к русскому изданию книги Роберта Скидельски «Кейнс: Возвращение Мастера», говоря о последнем экономическом кризисе, пишет[3], что:

У кейнсианских идей внушительная интеллектуальная оппозиция, и голоса оппонентов звучат сейчас не менее громко, чем голоса неокейнсианцев. Однако финансовый кризис развивался так стремительно, что дебаты приходится вести после того, как большинство стран выбрало первый ответ на кризис. И ответ был практически везде — решительно кейнсианским.

Неокейнсианство

В послевоенные годы кейнсианство претерпело значительные изменения. Обновлённая теория должна была решить два вопроса, на которые классическая школа кейнсианства не отвечала. Необходимо было создать теорию экономического роста и циклического развития. Основная модель Дж. М. Кейнса была статической; он рассматривал экономику в краткосрочном периоде, параметры производства в этом периоде не менялись. Такая теория решала задачи 30-х кризисных годов XX в., тогда задачи долгосрочного роста не стояли на первом месте. После второй мировой войны ситуация изменилась: экономика была подстёгнута военными расходами и показывала невиданные темпы развития; нужно было иметь долгосрочный рост в связи с соревнованием с социалистическими странами. Кейнсианскую теорию экономического роста разрабатывает Рой Харрод, неокейнсианская теория цикла вырабатывается Элвином Хансеном.

Критика

С позиций неоклассической теории

Мировой экономический кризис 30-х гг. XX в. нанёс тяжёлый удар по центральной концепции неоклассиков о стихийном рыночном регулировании капиталистической экономики, отвергающей государственное вмешательство. В новых условиях существования крупных монопольных гигантов свободное предпринимательство приводит рыночную экономику к краху.

Тем не менее, после второй мировой войны неоклассическая школа начинает возрождаться. Представители неоклассиков указывают на противоречия регулирования экономики по кейнсианским рецептам, настаивают на том, что социалистическая экономика менее эффективна, чем рынок, хотя последний не идеален, но его лучше регулировать с помощью политического, а не экономического вмешательства.

Наиболее видные теоретики неоклассического направления были представителями новой австрийской школы. К представителям неоклассиков того периода можно отнести Лайонела Чарлза Роббинсона. Возрождение неоклассической школы также происходит благодаря исследованиям в области теорий экономического роста, основоположником этой теории были Джеймс Эдуард Мид, Роберт Солоу.

В первые два десятилетия после второй мировой войны неоклассики вырабатывают концепцию теории роста, которая критически оценивала неокейнсианскую теорию роста, которая, прежде всего, предусматривала государственное вмешательство с целью решения проблем расширенного воспроизводства.

Методологически неоклассики использовали обновлённые постулаты классической теории. Например, теория факторов производства, фокусировавшая внимание на компонентах успешного экономического развития и роста, правильному соотношении факторов производства, которое выбирает предприниматель. На рубеже 50—60-х гг. XX в. появляются концепции экономического роста. Один из виднейших классиков Роберт Солоу показывает связь роста экономики и технического прогресса. Ни Джеймс Мид, ни Роберт Солоу не связывают экономический рост и экономическую политику государства, подчёркивая важность предпринимательства.

Теоретики неоклассики базируют свои модели экономического роста на теории производственной функции и её экономической интерпретации.

В 1970-е годы в виду экономического кризиса неоклассики триумфально возвращаются в качестве основного течения экономической мысли, вытесняя кейнсианцев. В 1970-е и 1980-е проводятся жесткие реформы, направленные на уменьшение роли государства в экономике, в ряде стран проводится полномасштабная приватизация[11]. Неоклассики выдвигают идею о том, что главным способом регулирования экономики может быть только монетарная политика или политика регулирования денежной массы. Тем не менее, после кризиса 2001 года доткомов в США и Великой рецессии 2008 года кейнсианское течение в экономике опять возвращается в качестве мейнстрима[9]. Однако за 30 с лишним лет концепции неоклассиков и кейнсианцев сближаются, устраняются «слабые места», различия между двумя концепциями, которые были разительными в начале XX в., начале XXI в. стираются, формируя новый мейнстрим[12].

С позиций австрийской школы

Австрийская школа в экономике в 1940—60-е годы публикует значительную часть трудов, иногда течение экономической мысли в этот период называют «новоавстрийской школой»[13]. Представителями австрийской школы Л. Мизесом и Ф. Хайеком последовательно критикуются любые вмешательства в свободу экономических решений, включая социализм или государственное регулирование по кейнсианским рецептам. Представители австрийской школы полагали, что выбор отдельных индивидуумов нельзя предсказать, запланировать, спрогнозировать. На выбор влияет слишком много индивидуальных факторов. Именно поэтому нет возможности предсказать или прогнозировать экономику. Любое вмешательство государства в рыночные механизмы приводит только к ухудшению. На основе этого, концепция Дж. М. Кейнса, предполагавшая прогноз на основе изучения макроэкономических показателей, в австрийской школе считались неприемлемой.

Работая в качестве профессора в Лондонской школе экономики, Фридрих Хайек становится инициатором одной из наиболее продолжительных экономических дискуссий 30-х гг. XX в. вокруг работы Кейнса «Трактат о деньгах». Хайек пишет рецензию к этой книге, в которой оспаривает выводы книги с позиций австрийской школы. В ответ на это Кейнс попросил П. Сраффу написать для редактируемого им «Экономического журнала» рецензию на книгу Хайека «Цены и производство». После этого последовала длительная полемика, состоящая из заявлений, комментариев двух школ, говорившая о полной непримиримости двух концепций[14].

Кроме общих претензий (спонтанность рыночного механизма; недопустимость государственного вмешательства в любой форме; неприемлемость анализа экономики на макроуровне) Хайек выдвинул и ряд специальных аргументов против кейнсианства. Работы представителей австрийской школы экономики были насыщены социологическими, психологическими концепциями, имели труды по праксиологии, а также работы, связанные с методологией. Общая линия работ австрийской школы обязательно предполагала апологетику экономического либерализма.

Хайек выдвинул следующие аргументы против центральных идей кейнсианства.

Во-первых, концепция совокупного спроса Кейнса не имеет ничего общего с реальностью с точки зрения Хайека в связи с тем, что в модели Кейнса не учитываются структура спроса и структура предложения. При большой разнице структур спроса и предложения товары не будут распроданы, даже если величины совокупного спроса и предложения совпадут.

Во-вторых, Хайек полагал, что причиной безработицы является не недостаточный уровень эффективного спроса, а высокий уровень заработной платы, которого добиваются профсоюзы, что сокращает прибыли предпринимателей и уменьшает спрос на труд. Нельзя считать правительство ответственным за безработицу.

В-третьих, Хайек считал неверной концепцию регулирования валюты, которая предполагала, что умеренная инфляция приводит к снижению безработицы. Хайек полагал, что инфляция не уменьшит безработицу, а лишь создаст её новый виток. Инфляция неравномерна по отраслям и искусственное создание инфляции приведёт к тому, что неэффективные отрасли экономики будут поддержаны, что потребует новых денежно-кредитных инъекций. При этом проиграют более эффективные предприниматели.

С позиций марксизма

Марксизм и кейнсианство имеют системное и идеологическое противоречие, что отразилось на восприятии кейнсианства марксистами.

В Советском Союзе игнорировали «Общую теорию занятости, процента и денег». Впервые рассказ о теории Кейнса и её критику в научных рамках опубликовал советский экономист И. Г. Блюмин. Он отметил, что одна из ключевых проблем, находящихся в фокусе внимания кейнсианства — массовая безработица, — не имела, по мнению советских экономистов, никакого значения для централизованно планируемой экономики. В 1948 году появился первый (подчищенный) русский перевод «Общей теории…». После начала «холодной войны» в 1952 году И. Г. Блюмин уже называет Кейнса бессовестным интриганом, злейшим врагом рабочего класса и трудящихся масс, «приспешником современного империализма». То есть критика Кейнса стала идеологической, перестав быть научной.

Кейнсианство отрицало единственность планово-административного управления и регулирования экономики, принятого в социалистических странах. Как альтернативу Кейнс предложил систему макроэкономического регулирования. Реализация концепций Кейнса после Второй мировой войны привела к экономическому «золотому веку» в экономике западных стран. Также кейнсианство ставило под вопрос основной догмат марксистской идеологии, который постулировал неизбежность краха капитализма. Кейнсом предлагались инструменты преодоления кризисов капитализма в рамках рыночной идеологии.

О Карле Марксе Кейнс отзывался язвительно, в 1935 году, прочитав переписку Маркса с Энгельсом, он писал Бернарду Шоу: «Вижу, что они изобрели некий метод развития своих мыслей и мерзкую манеру письма; их последователи преданно сохраняют и то и другое. Но когда вы говорите мне, что они нашли ключ к экономической загадке, я развожу руками, ибо обнаруживаю только отгремевшие в прошлом споры»[4].

См. также

Примечания

  1. Джон М. Кейнс. Общая теория занятости, процента и денег  (рус.) в формате DOC
  2. ↑ С. 130. Экономическая мысль: Сквозь призму веков.- В 5 т./ Сопред. редкол. Г. Г. Фетисов, А. Г. Худокормов.- Т.IV: Век глобальных трансформаций / Отв. ред. Ю. Я. Ольсевич.- М.: Мысль, 2004.
  3. 1 2 Скидельски Р., 2011, с. 8.
  4. 1 2 Скидельски Р. Джон Мейнард Кейнс. 1883—1946. Экономист, философ, государственный деятель.- В 2-х книгах./Пер с англ.- М.: Московская школа политических исследований, 2005.
  5. ↑ Худокормов, 2009, с. 13.
  6. ↑ Абель, Бернанке, 2008, с. 44.
  7. ↑ См. подробнее: Дж. М. Кейнс
  8. ↑ См. предисловие редактора перевода Л. П. Куракова. Кейнс Дж. М. Общая теория занятости, процента и денег. — М.: Гелиос АРВ, 2002. С. 7.
  9. 1 2 3 Скидельски Р., 2011, с. 15.
  10. ↑ Акерлоф, Шиллер, 2010, с. 18.
  11. ↑ Скидельски Р., 2011, с. 14-15.
  12. ↑ Абель, Бернанке, 2008, с. 42-45.
  13. ↑ Худокормов, 2009, с. 60.
  14. ↑ Нобелевские лауреаты XX в: Экономика: Энциклопедический словарь / Автор-составитель, к.э.н. Л. Л. Васина.-М.: РОССПЭН, 2001.- С. 79.

Литература

  • Абель Э., Бернанке Б. Макроэкономика / Пер. с англ. Н. Габенова, А. Смольского; научн. ред. д.э.н., проф. Л. Симкина. — СПб.: Питер, 2008. — ISBN 978-5-469-01110-1.
  • Акерлоф Дж., Шиллер Р. Spiritus Animalis, или Как человеческая психология управляет экономикой и почему это важно для мирового капитализма / Пер. с англ. Д. Прияткина; под научн. ред. А. Суворова; вступ.ст. С. Гуриева. — М.: ООО «Юнайтед Пресс», 2010. — ISBN 978-5-904522-33-9.
  • Блауг М. Кейнсианская система // Экономическая мысль в ретроспективе = Economic Theory in Retrospect. — М.: Дело, 1994. — С. 607-629. — XVII, 627 с. — ISBN 5-86461-151-4.
  • Блюмин И. Г. Значение кейнсианства // Критика буржуазной политической экономии: В 3 томах. — М.: Изд-во АН СССР, 1962. — Т. III. Кризис современной буржуазной политической экономии. — С. 273-305. — 379 с. — 3 200 экз.
  • Блюмин И. Г. Кейнсианство как типичное выражение современной буржуазной политической экономии // Критика буржуазной политической экономии: В 3 томах. — М.: Изд-во АН СССР, 1962. — Т. II. Критика современной английской и американской политической экономии. — С. 72-81. — 519 с. — 3 200 экз.
  • Варга Е. С. О причинах популярности кейнсианства // Избранные произведения: В 3 томах. — М.: Наука, 1974. — Т. 3. Капитализм после Второй мировой войны. — С. 468-495. — 555 с. — 6 150 экз.
  • История экономических учений: Современный этап: Учебник / Под общ. ред. А. Г. Худокормова. — М.: ИНФРА-М, 2009. — ISBN 978-5-16-003584-0.
  • Кейнс Дж. М. Общая теория занятости, процента и денег / Пер. с англ. проф. Н. Н. Любимова; под ред. д.э.н., проф. Л. П. Куракова.— М.: Гелиос АРВ, 2002. — ISBN 5-85438-052-8.
  • Кейнсианство / Афанасьев В. С. // Кварнер — Конгур. — М. : Советская энциклопедия, 1973. — (Большая советская энциклопедия : [в 30 т.] / гл. ред. А. М. Прохоров ; 1969—1978, т. 12).
  • Мировая экономическая мысль: Сквозь призму веков.- В 5 т. / Сопред. редкол. Г. Г. Фетисов, А. Г. Худокормов.- Т. IV.— Век глобальных трансформаций / Отв. ред. Ю. Я. Ольсевич. — М.: Мысль, 2004. — См.: Раздел II «Кейнсианство и неорикардианство». — ISBN 5-244-01040-9; ISBN 5-244-01039-5.
  • Скидельски Р. Кейнс: Возвращение мастера / Пер. с англ. О. Левченко; науч. ред. О. Замулин. — М.: ООО «Юнайтед Пресс», 2011. — ISBN 978-5-904522-92-6.
  • Современная экономическая мысль = Modern Economic Thought / Под ред. С. Вайнтрауба; пер. с англ. . — М.: Прогресс, 1981. — 816 с. — (Экономическая мысль Запада).

Кейнсианство

                                     

2. Суть кейнсианства

Рыночной экономике не свойственно равновесие, обеспечивающее полную занятость. Причина — склонность сберегать часть доходов, что приводит к тому, что совокупный спрос меньше совокупного предложения. Преодолеть склонность к сбережению невозможно. Поэтому государство должно регулировать экономику воздействием на совокупный спрос: увеличение денежной массы, снижение ставок процента стимуляция инвестиционной деятельности. Недостаток спроса компенсируется за счёт общественных работ и бюджетного финансирования.

По данной схеме развитые страны успешно строили экономику в течение 25 лет. Лишь в начале 1970-х начали проявляться проблемы макроэкономической политики, обострившиеся в связи с нефтяным кризисом 1973 г.

Кейнс выстраивал следующую цепочку: падение общего покупательского спроса вызывает сокращение производства товаров и услуг. Сокращение производства ведёт к разорению мелких товаропроизводителей, к увольнениям наёмных работников большими предприятиями и крупномасштабной безработице. Безработица влечёт снижение доходов населения, то есть покупателей. А это, в свою очередь, форсирует дальнейшее падение покупательского спроса на товары и услуги. Возникает замкнутый круг, удерживающий экономику в состоянии хронической депрессии.

Кейнс предлагал следующий выход: если массовый потребитель не способен оживить совокупный спрос в масштабах национальной экономики, это должно сделать государство. Если государство предъявит и оплатит предприятиям некий крупный заказ, это приведёт к дополнительному найму рабочей силы со стороны этих фирм. Получая заработную плату, бывшие безработные увеличат свои расходы на потребительские товары, и, соответственно, повысят совокупный экономический спрос. Это, в свою очередь, повлечёт рост совокупного предложения товаров и услуг и общее оздоровление экономики. При этом начальный государственный заказ, предъявленный предприятиям, может быть грандиозным и в той или иной степени даже малополезным.

Основные методологические положения подхода Дж. М. Кейнса:

  • Введение термина «эффективный спрос» стимулировало анализ макроэкономических показателей, что позволило выяснить, как функционирует экономическая система в целом, движется поток производимой, распределяемой и потребляемой стоимости.
  • Рыночная экономика не может саморегулироваться, и поэтому вмешательство государства неизбежно.
  • Важнейшие проблемы расширенного воспроизводства необходимо решать не с позиции изучения предложения ресурсов, а с позиции спроса, обеспечивающего реализацию ресурсов.
  • Кризисы перепроизводства нежелательны, поэтому проблему равновесия в макроэкономике следует решать с позиции «эффективного спроса», который выражает равновесие между потребителем и производством, доходом и занятостью.
  • Основным инструментом регулирования экономики признавались бюджетная политика, на которую возлагались задачи обеспечения занятости рабочей силы и производственного оборудования.

Идеи Кейнса получили дальнейшее развитие в работах как представителей «ортодоксального» кейнсианства, так и левых кейнсианцев Дж. Робинсон, П. Сраффы и др. Глава американских последователей Кейнса Э. Хансен положил кейнсианский коэффициент мультипликатора в основу теории экономического цикла. Он сделал вывод, что увеличивая расходы и сокращая налоги возникающий дефицит бюджета покрывается за счет резервов и займов в периоды кризисного спада производства и уменьшая расходы и увеличивая налоги возникающий профицит бюджета используется на создание резервов и погашение займов в периоды «перегрева экономики», государство способно сглаживать циклические колебания производства и занятости.

Кейнсианство ввело в научный оборот макроэкономические агрегатные совокупные величины макроэкономические индикаторы, их количественные взаимосвязи. Тем самым оно дало импульс развитию новых разделов экономической науки, в частности эконометрики.

Значение главного труда Кейнса, по мнению некоторых авторитетных экономистов, недооценено или вовсе непонято. Особенно, когда в «Общей теории» заходила речь об иррациональных факторах в поведении человека:

Между тем «Общую теорию» Кейнса целенаправленно выхолащивали, и этот процесс начался вскоре после её опубликования и заметно усилился в 1960 — 1970 годов Последователи Кейнса убрали из его концепции всё, что касается иррационального начала — то есть неэкономических мотивов и нелогичного поведения, — на котором, в первую очередь, и основывалась кейнсианская трактовка Великой депрессии.

Идеи Кейнса становятся почти самоочевидными в отношении кризисных явлений в экономике, но не для представителей неоклассической школы экономики. В 2009 году Роберт Лукас заявил: «Видимо, в условиях кризиса кейнсианцем становится каждый». Однако характер развития финансового кризиса 2008 года показывает трудности реализации кейнсианского подхода в условиях, когда процентная ставка изначально была невысока, а государственный долг близок или превышает сумму годового ВВП страны. Профессор РЭШ Константин Сонин в предисловии к русскому изданию книги Роберта Скидельски «Кейнс: Возвращение Мастера», говоря о последнем экономическом кризисе, пишет:

У кейнсианских идей внушительная интеллектуальная оппозиция, и голоса оппонентов звучат сейчас не менее громко, чем голоса неокейнсианцев. Однако финансовый кризис развивался так стремительно, что дебаты приходится вести после того, как большинство стран выбрало первый ответ на кризис. И ответ был практически везде — решительно кейнсианским.

Определение Джона Мейнарда Кейнса

Кем был Джон Мейнард Кейнс?

Джон Мейнард Кейнс был британским экономистом начала 20 века, известным как отец кейнсианской экономики. Его теории кейнсианской экономики касались, среди прочего, причин длительной безработицы. В статье под названием «Общая теория занятости, процентов и денег» Кейнс стал откровенным сторонником полной занятости и государственного вмешательства как способа остановить экономический спад.Его карьера охватывала академические должности и государственную службу.

Среди других отличительных черт своих экономических теорий Кейнс считал, что правительства должны увеличивать расходы и снижать налоги, чтобы стимулировать спрос в условиях рецессии.

Ключевые выводы

  • Британский экономист Джон Мейнард Кейнс — основоположник кейнсианской экономики.
  • Среди других убеждений Кейнс считал, что правительства должны увеличивать расходы и снижать налоги в условиях рецессии, чтобы создавать рабочие места и повышать покупательную способность потребителей.
  • Еще один основной принцип кейнсианской экономики состоит в том, что экономики, которые вкладывают больше, чем их сбережения, испытают инфляцию.

Понимание Джона Мейнарда Кейнса

Джон Мейнард Кейнс родился в 1883 году и вырос экономистом, журналистом и финансистом во многом благодаря своему отцу Джону Невиллу Кейнсу, преподавателю экономики в Кембриджском университете. Его мать, одна из первых женщин-выпускниц Кембриджского университета, занималась благотворительностью для малообеспеченных людей.

Отец Кейнса был сторонником экономики невмешательства, и во время своего пребывания в Кембридже сам Кейнс традиционно верил в принципы свободного рынка. Однако позже Кейнс стал сравнительно более радикальным и начал выступать за вмешательство государства как способ обуздать безработицу и, как следствие, рецессию. Он утверждал, что государственная программа занятости, увеличение государственных расходов и увеличение бюджетного дефицита снизят высокий уровень безработицы.

Принципы кейнсианской экономики

Самый основной принцип кейнсианской экономики состоит в том, что если инвестиции в экономику превышают ее сбережения, это вызовет инфляцию. И наоборот, если сбережения экономики превышают ее инвестиции, это вызовет рецессию. Это было основой убеждения Кейнса, что увеличение расходов на самом деле снизит безработицу и поможет восстановлению экономики. Кейнсианская экономика также утверждает, что на самом деле спрос движет производством, а не предложение.Во времена Кейнса считалось обратным.

Имея это в виду, кейнсианская экономика утверждает, что экономика ускоряется, когда есть здоровый объем производства, обусловленный достаточным объемом экономических расходов. Кейнс считал, что безработица вызвана недостатком расходов в экономике, что снижает совокупный спрос. Постоянное сокращение расходов во время рецессии приводит к дальнейшему снижению спроса, что, в свою очередь, приводит к повышению уровня безработицы, что приводит к еще меньшим расходам по мере увеличения количества безработных.

Кейнс утверждал, что лучший способ вывести экономику из рецессии — это для правительства занимать деньги и увеличивать спрос, наполняя экономику капиталом для расходов. Это означает, что кейнсианская экономика резко контрастирует с невмешательством в том, что она верит в вмешательство государства.

Определение социальной экономики

Что такое социальная экономика?

Социальная экономика — это отрасль экономики и социальных наук, которая фокусируется на взаимосвязи между социальным поведением и экономикой.Социальная экономика состоит из двух широких точек зрения, которые, хотя и противоположны по своему подходу, могут рассматриваться как дополняющие друг друга. Первый, предложенный лауреатом Нобелевской премии Гэри Беккером, применяет основные теоретические и прикладные инструменты неоклассической микроэкономики к областям человеческого поведения, которые традиционно не рассматриваются как часть собственно экономики, таким как преступление и наказание, злоупотребление наркотиками, брак и семейные решения.

Во втором случае идеи других социальных наук, таких как социология, психология и исследования групп идентичности, применяются к таким предметам экономического характера, как поведение потребителей или рынки труда.Эти практики социальной экономики используют историю, текущие события, политику и другие социальные науки для прогнозирования социальных тенденций, которые потенциально могут повлиять на экономику. Этому направлению социальной экономики и посвящена данная статья.

Иногда теории социальной экономики расходятся с общепринятыми экономическими теориями. Теории социальной экономики часто рассматривают факторы, которые выходят за рамки основной экономической теории, включая влияние окружающей среды и экологии на потребление и благосостояние.

Ключевые выводы

  • Социальная экономика — это отрасль экономики и социальных наук, которая фокусируется на взаимосвязи между социальным поведением и экономикой.
  • Теории социальной экономики часто рассматривают факторы, которые выходят за рамки основной экономической теории, включая влияние окружающей среды и экологии на потребление и благосостояние.
  • Социальная экономика может пытаться объяснить, как определенная социальная группа или социально-экономический класс ведет себя в обществе, включая их действия в качестве потребителей.

Социальную экономику также называют социоэкономикой.

Понимание социальной экономики

Социальная экономика в первую очередь занимается взаимодействием между социальными процессами и экономической деятельностью в обществе. Социальная экономика может попытаться объяснить, как определенная социальная группа или социально-экономический класс ведет себя в обществе, включая их действия в качестве потребителей.

Различные социально-экономические классы могут иметь разные приоритеты в отношении того, как они направляют свои средства.Социально-экономический класс — это группа людей со схожими характеристиками. Эти характеристики могут включать социальное и экономическое положение, уровень образования, текущую профессию, а также этническое происхождение или наследие.

Определенные товары или услуги могут быть недоступны для определенных социально-экономических классов в зависимости от их способности позволить себе их (в результате их дохода). Эти товары или услуги могут включать доступ к более современному или полному медицинскому обслуживанию, возможности получения образования и возможность покупать продукты питания, отвечающие определенным требованиям в отношении питания.

Измерение воздействия

Социально-экономический статус человека может существенно повлиять на его уровень образования и финансовую безопасность. Например, человек из состоятельного социального класса, вероятно, будет иметь больше возможностей для получения высшего образования, и от сверстников и других членов его класса можно ожидать, что он будет преследовать такую ​​цель.

Получение высшего образования с большей вероятностью увеличит их потенциальный доход, а также предоставит возможности для взаимодействия с людьми аналогичного или более высокого социального положения и создания полезных социальных сетей.

Напротив, высшее образование может быть недостижимо для человека, живущего за чертой бедности или ниже нее. Многие исследования показали, что маленькие дети из семей, живущих на уровне бедности или ниже, развивают академические навыки медленнее, чем дети из зажиточных социальных классов. Более низкий социально-экономический статус также связан с плохим когнитивным развитием, речью, памятью, социально-эмоциональной обработкой и, как следствие, плохим доходом и здоровьем во взрослом возрасте.

Более того, школьные системы в сообществах, которые в основном населены людьми, живущими за чертой бедности или ниже ее, часто не получают достаточных ресурсов, что отрицательно сказывается на успеваемости и успеваемости учащихся.Плохие академические навыки и успеваемость в сочетании с высоким процентом отсева могут повлиять на успеваемость детей в долгосрочной перспективе (и еще больше закрепить низкий социально-экономический статус сообщества).

Пример социальной экономики

Дети из малообеспеченных семей, как правило, не имеют тех же возможностей, что и дети из семей со средним или высоким доходом.

Например, семьи с низким доходом могут быть не в состоянии оплачивать участие своих детей в командных видах спорта, уроках музыки или частных репетиторствах, которые могут подтолкнуть их к достижению благополучного будущего (а также вселяют в них растущую уверенность в том, что они могут брать на себя больше. проблемы).Кроме того, эти дети могут посещать переполненные школы, где образование недофинансируется или не укомплектовано персоналом.

Что было Великой депрессией?

Великая депрессия была величайшим и самым продолжительным экономическим спадом в современной мировой истории. Это началось с краха фондового рынка США в 1929 году и закончилось только в 1946 году после Второй мировой войны. Экономисты и историки часто называют Великую депрессию самым катастрофическим экономическим событием 20 века.

Обвал фондового рынка

Во время короткой депрессии, продлившейся с 1920 по 1921 год, известной как Забытая депрессия, У.Фондовый рынок С. упал почти на 50%, а прибыль компаний упала более чем на 90%. Однако в оставшуюся часть десятилетия экономика США демонстрировала уверенный рост. Ревущие двадцатые годы, как эта эпоха стала называться, были периодом, когда американская публика открыла для себя фондовый рынок и сначала взяла верх.

Спекулятивное безумие затронуло как рынки недвижимости, так и Нью-Йоркскую фондовую биржу (NYSE). Слабая денежная масса и высокий уровень маржинальной торговли инвесторов способствовали беспрецедентному росту цен на активы.В преддверии октября 1929 года цены на акции выросли до рекордных значений, кратных более чем 30-кратной прибыли, а контрольный индекс Dow Jones Industrial Average вырос на 500% всего за пять лет. Сочетание этих факторов в конечном итоге приведет к краху фондового рынка.

  • Великая депрессия была величайшим и самым продолжительным экономическим спадом в современной мировой истории.
  • Американская общественность начала лихорадочно вкладывать средства на спекулятивный рынок в 1920-х годах.
  • Обвал рынка 1929 года уничтожил значительную часть номинального богатства как частных лиц, так и предприятий.
  • Другие факторы, включая бездействие, за которым последовала чрезмерная активность ФРС, также внесли свой вклад в Великую депрессию.
  • И президенты Гувер, и Рузвельт пытались смягчить влияние депрессии с помощью государственной политики.
  • Ни политика правительства, ни начало Второй мировой войны не могут в одиночку считать окончанием депрессии.
  • Торговые пути, созданные во время Второй мировой войны, оставались открытыми и помогли рынку восстановиться.

Пузырь NYSE резко лопнул 24 октября 1929 года, в день, который стал известен как Черный четверг. Кратковременное ралли произошло в пятницу 25-го и во время полудневной сессии в субботу 26-го. Однако следующая неделя принесла Черный понедельник, 28 октября, и Черный вторник, 29 октября. Промышленный индекс Доу-Джонса (DJIA) упал более чем на 20% за эти два дня. Фондовый рынок в конечном итоге упал почти на 90% с пика 1929 года.

Волны кризиса распространились через Атлантический океан в Европу, вызвав другие финансовые кризисы, такие как крах Boden-Kredit Anstalt, самого важного банка Австрии.В 1931 году экономическая катастрофа ударила по обоим континентам в полную силу.

Штопор экономики США

Обвал фондового рынка 1929 года уничтожил номинальное богатство, как корпоративное, так и частное, и отправил экономику США в штопор. В начале 1929 года уровень безработицы в США составлял 3,2%; а к 1933 году он вырос до 24,9%. Несмотря на беспрецедентное вмешательство и государственные расходы со стороны администраций Герберта Гувера и Франклина Делано Рузвельта, уровень безработицы оставался выше 18.9% в 1938 году. Реальный валовой внутренний продукт (ВВП) на душу населения был ниже уровня 1929 года к тому времени, когда японцы бомбили Перл-Харбор в конце 1941 года.

Хотя крах, вероятно, спровоцировал десятилетний экономический спад, большинство историков и экономистов согласны с тем, что сам по себе крах не стал причиной Великой депрессии. Это также не объясняет, почему глубина и упорство спада были такими серьезными. Множество конкретных событий и политики способствовали Великой депрессии и помогли продлить ее в течение 1930-х годов.

Ошибки молодого Федерального резерва

Относительно новый Федеральный резерв (ФРС) неправильно управлял денежной массой и кредитом до и после краха 1929 года. Согласно монетаристам, таким как Милтон Фридман и признанным бывшим председателем Федеральной резервной системы Беном Бернанке.

Созданная в 1913 году Федеральная резервная система бездействовала в течение первых восьми лет своего существования. После того, как экономика оправилась от депрессии 1920-1921 годов, ФРС разрешила значительную денежную экспансию.Общая денежная масса выросла на 28 миллиардов долларов, увеличившись на 61,8% в период с 1921 по 1928 год. Банковские депозиты увеличились на 51,1%, ссуды и сбережения выросли на 224,3%, а чистые резервы по страхованию жизни подскочили на 113,8%. Все это произошло после того, как Федеральная резервная система сократила обязательные резервы до 3% в 1917 году. Прирост золотых резервов через Казначейство и ФРС составил всего 1,16 миллиарда долларов.

Увеличивая денежную массу и удерживая процентную ставку на низком уровне в течение десятилетия, ФРС спровоцировала быстрое расширение, которое предшествовало краху.Рост избыточной денежной массы в значительной степени вызвал раздувание пузырей на фондовом рынке и на рынке недвижимости. После того, как пузыри лопнули и рынок рухнул, ФРС пошла по противоположному курсу, сократив денежную массу почти на треть. Это сокращение вызвало серьезные проблемы с ликвидностью для многих мелких банков и подорвало надежды на быстрое восстановление.

Жестокий корм в 30-е годы

Как отметил Бернанке в обращении в ноябре 2002 г., до существования ФРС банковские паники обычно разрешались в течение нескольких недель.Крупные частные финансовые учреждения будут ссужать деньги самым сильным более мелким учреждениям для поддержания целостности системы. Подобный сценарий имел место двумя десятилетиями ранее, во время паники 1907 года.

Когда бешеные продажи привели к падению Нью-Йоркской фондовой биржи и массовому бегству банков, инвестиционный банкир Дж. П. Морган вмешался, чтобы сплотить жителей Уолл-стрит, чтобы они переместили значительные суммы капитала в банки, испытывающие недостаток средств. По иронии судьбы, именно эта паника заставила правительство создать Федеральный резерв, чтобы уменьшить его зависимость от отдельных финансистов, таких как Морган.

После «черного четверга» главы нескольких нью-йоркских банков пытались вселить уверенность, активно покупая крупные пакеты акций «голубых фишек» по ценам выше рыночных. Хотя эти действия вызвали кратковременное ралли в пятницу, панические распродажи возобновились в понедельник. За десятилетия, прошедшие с 1907 года, фондовый рынок вырос за пределы возможностей таких индивидуальных усилий. Теперь только ФРС была достаточно большой, чтобы поддерживать финансовую систему США.

Однако ФРС не удалось этого сделать из-за вливания денег в период с 1929 по 1932 год.Вместо этого он наблюдал за крахом денежной массы и позволил буквально тысячам банков обанкротиться. В то время законы о банковской деятельности затрудняли рост и достаточную диверсификацию учреждений, чтобы они могли пережить массовое изъятие депозитов или работу в банке.

Резкая реакция ФРС, хотя и трудная для понимания, могла произойти из-за опасений, что оказание помощи небрежным банкам только поощрит фискальную безответственность в будущем. Некоторые историки утверждают, что ФРС создала условия, которые вызвали перегрев экономики, а затем усугубили и без того ужасную экономическую ситуацию.

Повышенные цены Гувера

Хотя Герберт Гувер часто характеризовался как «бездействующий» президент, он все же принял меры после того, как произошла авария. Между 1930 и 1932 годами он увеличил федеральные расходы на 42%, участвуя в масштабных программах общественных работ, таких как Корпорация финансирования реконструкции (RFC), и повышая налоги для оплаты этих программ. Президент запретил иммиграцию в 1930 году, чтобы неквалифицированные рабочие не наводнили рынок труда. К сожалению, многие из других вмешательств, предпринятых им и Конгрессом после краха — заработная плата, труд, торговля и контроль цен — подорвали способность экономики приспосабливаться и перераспределять ресурсы.

Одной из основных опасений Гувера было сокращение заработной платы рабочих после экономического спада. По его мнению, для обеспечения высоких зарплат во всех отраслях необходимо, чтобы цены оставались высокими. Чтобы цены оставались высокими, потребителям нужно было бы платить больше. Общественность сильно пострадала в катастрофе, и у большинства людей не было ресурсов, чтобы щедро тратить на товары и услуги. Компании также не могли рассчитывать на внешнюю торговлю, поскольку иностранные государства не были готовы покупать американские товары по завышенным ценам не больше, чем американцы.

Протекционизм США

Эта мрачная реальность вынудила Гувера использовать законодательство для поддержания цен и, следовательно, заработной платы, подавляя более дешевую иностранную конкуренцию. Следуя традициям протекционистов и вопреки протестам более 1000 экономистов страны, Гувер подписал Закон о тарифах Смута-Хоули 1930 года. Изначально этот закон был способом защиты сельского хозяйства, но впоследствии превратился в многопрофильный тариф. введение огромных пошлин на более чем 880 иностранных товаров.Почти три дюжины стран ответили на эти меры, и импорт упал с 7 миллиардов долларов в 1929 году до 2,5 миллиардов долларов в 1932 году. К 1934 году международная торговля сократилась на 66%. Неудивительно, что экономические условия во всем мире ухудшились.

Желание Гувера сохранить рабочие места, а также индивидуальный и корпоративный уровень доходов было понятно. Однако он призвал предприятия повышать заработную плату, избегать увольнений и поддерживать высокие цены в то время, когда они, естественно, должны были упасть. С предыдущими циклами рецессии / депрессии Соединенные Штаты страдали от одного до трех лет низкой заработной платы и безработицы, прежде чем падение цен привело к восстановлению.Не в силах поддерживать эти искусственные уровни и в условиях фактического прекращения мировой торговли, экономика США перешла от рецессии к депрессии.

Спорный новый курс

Вступивший в должность в 1933 году, президент Франклин Рузвельт пообещал радикальные перемены. Новый курс, который он инициировал, был инновационной, беспрецедентной серией внутренних программ и действий, направленных на поддержку американского бизнеса, сокращение безработицы и защиту населения.

Его концепция, основанная на кейнсианской экономике, заключалась в том, что правительство могло и должно стимулировать экономику.Новый курс поставил высокие цели по созданию и поддержанию национальной инфраструктуры, полной занятости и здоровой заработной платы. Правительство приступило к достижению этих целей с помощью контроля цен, заработной платы и даже производства.

Некоторые экономисты утверждают, что Рузвельт продолжал многие из интервенций Гувера, только в большем масштабе. Он сохранил жесткий фокус на поддержании цен и минимальной заработной плате и исключил страну из золотого стандарта, запретив людям хранить золотые монеты и слитки.Он запретил монополистические, некоторые считают их конкурентоспособными, деловую практику и учредил десятки новых программ общественных работ и других агентств по созданию рабочих мест.

Администрация Рузвельта платила фермерам и владельцам ранчо, чтобы они остановили или сократили производство. Одной из самых душераздирающих загадок того периода было уничтожение излишков урожая, несмотря на то, что тысячам американцев требовался доступ к недорогой еде.

Федеральные налоги утроились с 1933 по 1940 год для оплаты этих инициатив, а также новых программ, таких как социальное обеспечение.Это увеличение включало повышение акцизов, подоходного налога с населения, налога на наследство, корпоративного подоходного налога и налога на сверхприбыль.

Успех и провал нового курса

Новый курс вновь привел к общественному доверию, поскольку были достигнуты измеримые результаты, такие как реформа и стабилизация финансовой системы. Рузвельт объявил банковский выходной на целую неделю в марте 1933 года, чтобы предотвратить институциональный крах из-за панического вывода средств. Затем последовала программа строительства сети плотин, мостов, туннелей и дорог, которые все еще используются.В рамках этих проектов тысячи людей получили работу через федеральные рабочие программы.

Хотя экономика в некоторой степени восстановилась, восстановление было слишком слабым, чтобы политика Нового курса могла быть однозначно признана успешной в вытаскивании Америки из Великой депрессии.

Историки и экономисты расходятся во мнениях относительно причины. Кейнсианцы винят недостаток федеральных расходов — Рузвельт недостаточно далеко зашел в своих ориентированных на правительство планах восстановления. Напротив, другие утверждают, что, пытаясь вызвать немедленное улучшение, вместо того, чтобы позволить экономическому / деловому циклу следовать своему обычному двухлетнему курсу, когда он достигает дна, а затем восстанавливается, Рузвельт, как и Гувер до него, мог продлить депрессию.

В исследовании, проведенном двумя экономистами из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, опубликованном в августовском 2004 г. в журнале «», «Журнал политической экономии », «Новый курс» продлил Великую депрессию как минимум на семь лет. Однако вполне возможно, что относительно быстрое выздоровление, характерное для других выздоравливающих после депрессии, могло произойти не так быстро после 1929 года. Это различие объясняется тем, что впервые широкая публика, а не только элита Уолл-стрит, потеряла крупные суммы на фондовом рынке.

Роберт Хиггс, американский экономический историк, утверждал, что новые правила и постановления Рузвельта появились так быстро и были настолько революционными — как и его решения баллотироваться на третий и четвертый сроки, — что предприятия стали бояться нанимать или инвестировать. Филип Харви, профессор права и экономики в Университете Рутгерса, предположил, что Рузвельта больше интересовало решение проблем социального обеспечения, чем создание пакета макроэкономических стимулов в кейнсианском стиле.

Последствия Второй мировой войны

Судя только по валовому внутреннему продукту (ВВП) и занятости, Великая депрессия внезапно закончилась примерно с 1941 по 1942 год, когда Соединенные Штаты вступили во Вторую мировую войну.Уровень безработицы упал с 8 миллионов в 1940 году до менее 1 миллиона в 1943 году. Однако более 16,2 миллиона американцев были призваны в армию. В частном секторе реальный уровень безработицы вырос во время войны.

Из-за нехватки продовольствия в военное время, вызванной нормированием, уровень жизни снизился, а налоги резко выросли для финансирования военных действий. Частные инвестиции упали с 17,9 млрд долларов в 1940 году до 5,7 млрд долларов в 1943 году, а общий объем производства в частном секторе упал почти на 50%.

Хотя представление о том, что война положила конец Великой депрессии, является ошибкой разбитого окна, конфликт поставил Соединенные Штаты на путь восстановления. Война открыла каналы международной торговли и полностью изменила контроль над ценами и заработной платой. Внезапно возник правительственный спрос на недорогие продукты, и этот спрос создал массивные бюджетные стимулы.

Когда война закончилась, торговые пути остались открытыми. В первые 12 месяцев после этого частные инвестиции выросли с 10 долларов.От 6 миллиардов до 30,6 миллиардов долларов. Через несколько лет фондовый рынок вошел в бычий рост.

Итог

Великая депрессия явилась результатом неудачного сочетания факторов — нестабильной работы ФРС, протекционистских тарифов и непоследовательных интервенционистских усилий правительства. Его можно было сократить или даже избежать, изменив любой из этих факторов.

Несмотря на то, что споры о том, были ли эти вмешательства уместными, продолжаются, многие реформы Нового курса, такие как социальное обеспечение, страхование от безработицы и сельскохозяйственные субсидии, существуют и по сей день.Предположение о том, что федеральное правительство должно действовать во время экономического кризиса в стране, сейчас активно поддерживается. Это наследие — одна из причин, по которой Великая депрессия считается одним из важнейших событий в современной американской истории.

Джон Мейнард Кейнс | Биография, теория, экономика, книги и факты

Джон Мейнард Кейнс , (родился 5 июня 1883 года, Кембридж, Кембриджшир, Англия — умер 21 апреля 1946 года, Фирл, Сассекс), английский экономист, журналист и финансист, наиболее известный своими экономическими теориями (кейнсианская экономика) на причины длительной безработицы.Его самая важная работа, Общая теория занятости, процента и денег (1935–36), защищала средство от экономического спада, основанное на проводимой правительством политике полной занятости.

Популярные вопросы

Где получил образование Джон Мейнард Кейнс?

Джон Мейнард Кейнс учился в Итон-колледже (1897–1902 гг.) И в Королевском колледже в Кембридже, где получил степень бакалавра искусств. в 1905 г. защитил диссертацию по математике. В 1909 г. он был избран членом Королевского колледжа.

Чем занимался Джон Мейнард Кейнс?

Джон Мейнард Кейнс был экономическим аналитиком в офисе Индии, преподавателем в Кембридже, фактическим финансовым менеджером британских военных действий во время Первой мировой войны и (на безвозмездной основе) главным экономическим представителем страны в США и США. международные форумы во время и сразу после Второй мировой войны.

Что написал Джон Мейнард Кейнс?

Самой влиятельной работой Джона Мейнарда Кейнса была работа Общая теория занятости, процента и денег (1935–36).Среди других его работ: Индийская валюта и финансы (1913), Экономические последствия мира (1919), Трактат о вероятности (1921), Трактат о денежной реформе (1923), Трактат о Деньги (1930), а также множество научных и публицистических статей.

Почему важен Джон Мейнард Кейнс?

Предпосылки и начало карьеры

Кейнс родился в умеренно обеспеченной семье. Его отец, Джон Невилл Кейнс, был экономистом, а затем академическим администратором Королевского колледжа в Кембридже.Его мать была одной из первых женщин-выпускниц того же университета, в который Кейнс поступил в 1902 году.

В Кембридже он находился под влиянием экономиста Альфреда Маршалла, который побудил Кейнса сместить свои академические интересы с математики и классики на политику и экономику. Кембридж также познакомил Кейнса с важной группой писателей и художников. Ранняя история группы Блумсбери — исключительного круга культурных избранных, в который входили Леонард и Вирджиния Вульф, художник Дункан Грант и искусствовед Клайв Белл — сосредоточилась на Кембридже и выдающейся личности Литтона Стрейчи.Стрейчи, который поступил в Кембридж на два года раньше Кейнса, ввел молодого человека в эксклюзивный частный клуб, известный просто как «Общество». Его члены и соратники (некоторые из них гомосексуалисты, как и сам Кейнс) были ведущими духами Блумсбери. На протяжении всей своей жизни Кейнс лелеял привязанность и откликался на влияние этой группы.

После получения степени бакалавра искусств в 1905 году и степень магистра в 1909 году, Кейнс стал государственным служащим, устроившись на работу в индийское бюро в Уайтхолле.Его опыт там лег в основу его первой крупной работы, Indian Currency and Finance (1913), окончательного исследования индийских финансов и валюты до Первой мировой войны. Затем он вернулся в Кембридж, где преподавал экономику до 1915 года. С началом Первой мировой войны Кейнс вернулся на государственную службу, на этот раз в министерстве финансов (агентство, даже более мощное, чем его американский аналог), где он изучал отношения с союзниками. и рекомендуемые средства сохранения скудного предложения Британии иностранной валюты.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишись сейчас

Его выступление могло означать, что Кейнс сделал публичную карьеру, но Версальская мирная конференция изменила его устремления. Сопровождая премьер-министра Дэвида Ллойд Джорджа во Франции в качестве экономического советника, Кейнс был обеспокоен политическими уловками и обременительной политикой, которые должны были быть навязаны побежденной Германии. Он ушел со своего поста в подавленном состоянии, цитируя письмо отцу, о надвигающемся «опустошении Европы».

Однако он занял позицию активиста, превратив личное беспокойство в общественный протест. За два летних месяца он составил обвинительное заключение Версальского соглашения, которое поступило в книжные магазины к Рождеству 1919 года как Экономические последствия мира . Неизменная важность этого полемического эссе заключается в его экономическом анализе строгих репараций, возложенных на Германию, и соответствующей маловероятности того, что долги когда-либо будут выплачены. Однако популярный успех книги был достигнут благодаря блестящим наброскам Вудро Вильсона, Жоржа Клемансо и старого вождя Кейнса Ллойда Джорджа.Как следствие, в некоторых кругах Уайтхолла Кейнса считали человеком, которому нельзя доверять, бунтарем, готовым раскачать любую лодку, в которую его неосторожно пригласили.

Ключевые вклады

Репутация Кейнса в Кембридже была совершенно иной. Его ценили как самого блестящего ученика Маршалла и его коллегу-экономиста А.С.Пигу, автора больших и исчерпывающих работ, объясняющих, как функционируют конкурентные рынки, как работают предприятия и как люди расходуют свои доходы.После публикации The Economic Consequences of the Peace Кейнс оставил свой лекторский пост, но остался в качестве научного сотрудника Королевского колледжа, деля свое время между Кембриджем и Лондоном.

Хотя тон основных работ Кейнса в 1920-е годы иногда был скептическим, он не оспаривал напрямую общепринятую точку зрения того периода, которая отдавала предпочтение невмешательству — лишь слегка сдерживаемым государственной политикой — как лучшему из всех возможных социальных механизмов. Два мнения Кейнса действительно предвещали теоретическую революцию, которую он спровоцировал в 1930-х годах.В 1925 году он выступал против возврата Великобритании к золотому стандарту при довоенном соотношении доллара к фунту в 4,86 ​​доллара; и задолго до Великой депрессии Кейнс выразил озабоченность по поводу постоянной безработицы британских угольщиков, рабочих верфей и текстильных рабочих. К этому времени примирившись с Ллойд Джорджем (которому так и не суждено было вернуться в офис), он поддержал программу общественных работ Либеральной партии, направленную на то, чтобы лишить безработных социальных пособий, направив их на полезную работу. Но «респектабельные» экономисты по-прежнему ожидали, что автоматические корректировки свободного рынка решат эти проблемы, и Министерство финансов было убеждено, что общественные работы бесполезны, потому что любое увеличение государственного дефицита, вероятно, вызовет такое же сокращение частных инвестиций.Хотя Кейнс не мог предложить теоретическое опровержение мнения своих коллег, тем не менее он выступал за общественные работы.

Только позже, в The General Theory of Employment, Interest and Money , Кейнс предоставил экономическую основу для государственных программ занятости как решения проблемы высокой безработицы. Общая теория , как ее стали называть, является одной из самых влиятельных книг по экономике в истории, однако ее отсутствие ясности все еще заставляет экономистов спорить, «что на самом деле говорил Кейнс.Похоже, он предположил, что снижение уровня заработной платы не приведет к сокращению безработицы; вместо этого ключом к снижению безработицы было увеличение государственных расходов и преодоление бюджетного дефицита. Правительства, многие из которых искали предлоги для увеличения расходов, полностью приняли точку зрения Кейнса. Большинство его коллег по профессии также согласились с его взглядами.

Интересно, что Кейнс считал, что политика, которую он отстаивал, будет лучше всего работать в тоталитарном обществе. В своем предисловии к немецкому изданию книги General Theory Кейнс писал:

Тем не менее, теория выпуска в целом, которую предлагает следующая книга, гораздо легче адаптировать к условиям тоталитарного государства. , чем теория производства и распределения данной продукции, произведенной в условиях свободной конкуренции и значительной меры невмешательства.

Более поздние работы и оценка

Долгосрочное влияние Кейнса не было таким значительным, как его краткосрочное влияние. Кейнсианская модель была основной частью учебников по экономике с конца 1940-х до конца 1980-х годов. Но по мере того, как экономисты стали больше беспокоиться об экономическом росте и больше осведомлены об инфляции и безработице, кейнсианская модель потеряла свое значение.

The General Theory была последней крупной письменной работой Кейнса. В 1937 году он перенес тяжелый сердечный приступ.Два года спустя, хотя и не полностью выздоровел, он вернулся к преподаванию в Кембридже, написал три влиятельные статьи о военном финансировании под названием How to Pay for the War (1940; позже перепечатано как Collected Writings , vol.9, 1972), и снова служил в Казначействе универсальным советником. Он также сыграл видную роль на Бреттон-Вудской конференции в 1944 году. Но институты, возникшие в результате этой конференции, Международный валютный фонд и Всемирный банк, больше отражали теории Казначейства Соединенных Штатов, чем взгляды Кейнса.

Его последней крупной государственной службой были переговоры осенью и в начале зимы 1945 года о многомиллиардной ссуде, предоставленной Соединенными Штатами Великобритании. Кейнс умер в следующем году.

The Editors of Encyclopaedia Britannica Эта статья была недавно отредактирована и обновлена ​​Брайаном Дуиньяном, старшим редактором.

Узнайте больше в этих связанных статьях Britannica:

Иллюзия

Иллюзия

Дэвида К. Левина, март 2015 г.

1.Введение

Философия кейнсианства очень привлекательна. В лекарство от экономических бедствий для правительства — тратить больше денег — и никакие повод беспокоиться о том, как это оплачивается. Не только кейнсианский лекарство лечит наши недуги — оно даже имеет приятный вкус, когда спускается вниз. Аскетизм — это ужасная ошибка. Великую рецессию можно было предотвратить, если бы правительство потратило больше. Было бы бесконечно хуже, если бы не для стимула, который действительно имел место. Это повторяют люди, чьи мнения я уважение: юрист Ричард Познер, блогер Кевин Барабан — и многие другие.И все мы знаем, что основная теория это Джон Мейнард Кейнс.

Позвольте мне дать объяснение Кейнса Ричардом Познером из его статья в New Republic, объясняющая, как он стал кейнсианцем.

Доходы, потраченные на потребление, в в отличие от дохода, который сохраняется, становится доходом для продавца расход хороший. Когда я покупаю бутылку вина, для меня стоимость — это доход. продавцу, и то, что он потратит из этого дохода, будет доходом кто-то другой и так далее. Таким образом, активные инвестиции, которые привели к доход, на который я купил вино, будет цепная реакция — то, что Кейнс называет «мультипликативным» — эффектом…Для Кейнса, другими словами, именно потребление, а не бережливость способствует экономический рост.

Из этого следует вывод, что в тяжелые времена правительство должен стимулировать спрос — каждый потраченный доллар будет увеличиваться экономической активности не на один доллар, а на один доллар, умноженный на множитель, чтобы расходы (по сути) более чем окупались сам.

Это состоит из двух частей: история множителя и заключение о государственных расходах. Первое похоже здравый смысл: все мы знаем, что если в городе построят огромный спортивный стадион местные ласты для гамбургеров выиграют от увеличения продаж — и, в свою очередь, они будут покупать больше других вещей, таких как стрижки и татуировки, тем самым в пользу парикмахеров и тату-мастера.Кажется, это подтверждает первую часть истории. Поддержка второй части — и свидетельства, которые преобладали над профессия экономиста на протяжении десятилетий — была Великая депрессия и особенно конец Великой депрессии. В наши дни это сложно чтобы понять, насколько ужасной была Великая депрессия — насколько обширна была количество преуспевающих людей среднего класса, которые превратились в нищих едва в состоянии чтобы прокормить свои семьи. Мы говорим так, как будто «Великая рецессия» каким-то образом сопоставимо — но это не так (в U.С.) подойди близко. И как Конец Великой депрессии? Со Второй мировой войной — как казалось Кейнсу рекомендовать правительство, занимающееся массовыми расходами, финансируемыми занимать и печатать деньги — и вуаля — Великая депрессия превратилась в великое процветание.

Дело в том, что кейнсианский рецепт — больше трать и не беспокойтесь о предстоящих счетах — звучит слишком хорошо, чтобы быть правда, почти как вечный двигатель машина.

Здесь я хочу сослаться на рисунок М.С. Эшер. На нем изображен канал, по которому вода течет вниз и вокруг. несколько углов, пока не достигнем водопада с водяным колесом, затем течет по каналу вниз по склону к вершине.


Это иллюстрация вечного двигателя — который конечно, мы знаем, что это невозможно. Откуда нам это знать? Если измерить углы внимательно и сделайте расчеты, которые мы обнаружим — конечно — что вода течет в гору. И мы можем задаться вопросом, а не причина ли Кейнс так популярен среди тех, кто не занимается математикой, потому что они не могут точно измерить углы.Мы могли бы захотеть подвергать Кейнсу весьма расплывчатые истории тщательному измерению.

Еще кое-что, что мы можем сделать с Эшер Диаграмма состоит в том, чтобы попытаться построить машину — в этом случае мы обнаружим это невозможно. Насколько Кейнс идет, мы к этому тоже придем.

2. Теория Кейнса, поскольку она существует.

Я хочу подвергнуть историю Кейнса некоторому исследованию — тщательно измерьте углы. Я мог бы сделать это, используя сложную математику — и если бы я хотел быть реалистом, я бы так и поступил, но это его рассуждения мне нужны, и я могу измерить это на простом примере это точно, но без математических расчетов — важна точность.

Я хочу думать здесь о полной экономике, населенной реальными люди, которые производят и потребляют вещи. Допустим, их четыре: телефон парень, который делает телефоны, флиппер для бургеров, парикмахер и татуировку художник. Скажем, бургер-флиппер хочет только телефон, парикмахер хочет только гамбургер, татуировщик хочет только стрижку А телефонисту нужна только татуировка — по сути, по кругу. Предположим, что каждый может произвести по одному телефону, бургеру, стрижке или тату и что каждый ценит единицу того, что они хотят купить, больше, чем единица того, что они могут продать.То есть парикмахер с удовольствием подстригает волосы, если он может достать гамбургер, и так далее. Что происходит, достаточно ясно: телефонный парень достает телефон, продает его татуировщику в обменять на татуировку, который продаст телефон парикмахеру в обменять на стрижку, кто обменивает ее на бургер-флиппер в обмен на бургер. Все работают, все получают чего хотят — все довольны.

Теперь предположим, что телефонист вдруг решает, что он не как татуировки достаточно, чтобы беспокоиться о создании телефона.Теперь круг сломан и это полная катастрофа. Все безработные. Спрос недостаточный. Недостаточно потребления — совсем нет в факт. И обратите внимание, как это работает: один человек — глупый телефонист, который вызывает проблему нежеланием покупать татуировку — это «добровольно безработный »- он ленив и работать не хочет. Остальные трое «невольно безработный», каждый готов работать в обмен на платить. Бургер-флиппер хотел бы приготовить гамбургеры, если сможет телефон, парикмахер хотел бы подстричь волосы, если бы он мог купить гамбургер и татуировщик хотел бы поработать, если бы он мог подстричься и но все безработные.

Теперь о множителе. Предположим — вместо того, чтобы строить спортивный стадион — правительство дает телефон телефонисту. Почему потом он продаст его за тату (телефон ему не нужен) сам) татуировщик будет использовать вырученные средства для покупки стрижки, и так по кругу. Полная занятость. Просто вставь один телефон и ты также сделай стрижку, тату и бургер! Это множитель, и именно то, что мы видим, когда городское правительство строит спортивный стадион. Здесь нет ничего загадочного.

Но … это то, что экономист назвал бы стандартным теория конкурентного равновесия — это означает, что нет бесплатного обеда и на самом деле нам лучше спросить — как правительство получило телефон, чтобы дать телефонный парень? Вспоминается старый экономический анекдот:

Физик, химик и ученый. экономист застрял на острове, и ему нечего есть. Банка супа смывает на берег. Физик говорит: «Давайте разбьем банку камень «. Химик говорит:» Давайте сначала разожжем огонь и нагреем банку.» Экономист говорит: «Давайте предположим, что у нас есть консервный нож …»

Это основа кейнсианства, что мы должны предположить, что у правительства есть телефон, который можно подарить? Ну, может, и нет. Может быть правительству следует последовать совету Кейнса и напечатать немного денег (или закопать его) и отдайте телефонисту. Тогда телефонный парень может купить татуировку, и татуировщик может купить стрижку, а парикмахер может купить бургер и флиппер — ой … он не может купить телефон, потому что телефонов нет. Есть две возможности.Во-первых, что бургер флиппер понимает, что ему не следует продавать бургер, потому что он не может купить на вырученные деньги все, что он захочет, и мы вернемся к тому месту, где мы началось со всех безработных. Или, может быть, он этого не осознает и остается с сумкой. Для обозначения такой схемы есть слово — это называется схемой Понци, и иногда они работают — люди делают ошибки — а иногда и нет — и это похоже на плохое оправдание для экономической политики, что наш план состоит в том, что мы надеемся, что бургер флиппер будет дураком и захочет остаться с сумкой.

Теперь мы можем попробовать еще кое-что: мы можем заставить телефонисту, чтобы сделать телефон — тогда он может продать его и получить тату, и мир хорош — для всех, кроме телефонного парня, который вынужден построить телефон, который он не хотел бы строить. Теперь есть смысл в котором это могло стоить того — в конце концов, мы помогли трем людям — татуировщик, парикмахер и бургер-флиппер в за счет одного — телефониста. Но тогда давайте хотя бы не притворяться что есть бесплатный обед — давайте будем честны и скажем, что мы трахает телефонного парня, чтобы помочь всем остальным.Не похоже, что это это то, о чем говорят Кейнс или кейнсианцы, и заставляет людей работать против их воли, вероятно, кажется довольно фантастическим в качестве экономическая политика … но вернемся к примеру Второй мировой войны потому что именно это и сделало правительство — не только они тратят много денег, которые они взяли в долг или напечатали, но они также мобилизовал солдат в армию и заставил многие предприятия производить и делать то, чего они на самом деле не хотели бы делать. И конечно, в то время как экономическая активность, возможно, значительно выросла во время и после войны — сомнительно, что призывники, погибшие в война от этого очень выиграла.Итак, большое доказательство кейнсианства исчезает, когда мы рассматриваем его более внимательно — и что кажется, хорошо сочетается с очень простыми и очень классическими экономическая теория.

Давайте поговорим подробнее о том, как правительство может получить телефон — наш плакат против жесткой экономии в настоящее время — Греция. Что, если Германия передаст телефон Греции? Было бы здорово — если бы Телефонный парень получает телефон, как мы уже знаем, мы вернулись к полной занятость — мультипликатор и все такое.Но: что, если Германия просто как Греция, разве что их телефонный парень любит делать телефоны? Если мы Отнимите телефон у немецкого телефониста, тогда Германия рухнет в безработицу — мультипликатор работает и в обратном направлении. Так что со спортивными стадионами — это отлично подходит для предприятий поблизости — но деньги откуда-то пришли, и, конечно же, все предприятия, которые имел дело с людьми, у которых раньше были эти деньги, собираются страдать. В нашем примере это всего лишь стирка — мы можем найти работу в В Германии или в Греции, но не в том и другом вместе — и так как это немецкий телефонист кто хочет собрать телефон, это не сложно понять из того, что произойдет.

Но Кейнс (и Познер) очень беспокоятся об инвестициях и экономия. Так что, если телефонный парень перестал производить телефонов и покупок татуировок было потому, что он хотел проводить свое время создание «следующего великого дела», которое приведет к миру во всем мире и процветание через несколько лет? Мы могли бы решить проблему безработицы заставляя его производить телефоны — но затем, конечно, следующий великий этого никогда не случится. Нет инвестиций и НИОКР без сбережения — так что остерегайтесь теории, что путь к более высокому росту лежит через меньшая экономия.

Вот и все: если взять теорию Кейнса и измерить углы внимательно мы обнаруживаем, что вы не можете сделать вечный двигатель машина.

3. Сможете ли вы построить такой?

Это все теория, и я уверен, что вы практический человек. Итак, в отличие от Кейнса я могу сформулировать точную теорию, которая объясняет факты о спортивных стадионах, мультипликаторах и Второй мировой войне — может моя теория неверна и мы действительно можем построить вечный двигатель машины? Что ж, это было опробовано … Я цитирую Ричарда Никсона, который в ответ на рецессию, начавшуюся в 1969 году, сказал в 1971 году: «Теперь я Кейнсианство в экономике.»Как следствие, экономика США пришла в упадок. десятилетие «стагфляции» с высоким уровнем безработицы и высокой инфляцией — то, что кейнсианская теория не могла объяснить (инфляция — это должен вылечить безработицу) — и кое-что, что кейнсианское экономисты потратили бесчисленные часы и профессиональные публикации, пытаясь объяснять — и с таким небольшим успехом, что помимо нескольких упорных остальная часть профессии совершенно справедливо отказалась от теории. Мы устали построить вечный двигатель — и это не сработало.

Для тех из вас, кто — разумно — интересуется фактами — помните, что главный постулат кейнсианства заключается в том, что ключ к рост заключается в том, чтобы избежать экономии. Страна, в которой произошли самые феноменальные рост — на самом деле в мировой истории — был Китай более последние несколько десятилетий. Вы удивитесь, узнав, что норма сбережений в Китае эти десятилетия составляли почти 50% — вероятно, также самый высокий в мировой истории?

4. М. К. Эшер против Дж. М. Кейнса

Сравнение Эшера и Кейнса не особо честно по отношению к Эшеру, который нарисовал простое элегантное устройство не с той точки зрения, что любой мог бы попытаться построить такой, но как хитроумную иллюзию.Напротив Теория Кейнса не проста и не изящна — Общая теория — это вид Rube Устройство Голдберга


с множеством прялок, крошечными мостами, подвижными грузами вверх и вниз по ниткам — и при внимательном осмотре многие части не связаны ни с какими другими частями. Те, кто знает Кейнс может возразить против моего обсуждения множителя выше, несмотря на то, что тот факт, что он предсказывает все факты, о которых говорит Кейнс — потому что это не то, что имел в виду Кейнс.В частности, Кейнс обсуждает возможность того, что — даже если телефонист готов производить телефон — торговли может вообще не быть, потому что татуировщик не желает принимать телефон в оплату за татуировку из опасения, что парикмахер не примет телефон и т. д. Это равновесие сбоя координации, при котором никто не торгует, потому что никто не верит, что кто-то другой будет торговать, имеет (очевидно) другое последствия для политики, чем телефонный парень, который не хочет производить Телефон.К сожалению, это неясно, что правительство может с этим поделать: даже если они дадут позвонить парню бесплатный телефон или заставить его производить телефон не похоже решить проблему.

Вот в чем дело: возможность сбоя координации практически не имеет ничего общего с множителем. Это правда, что если там чисто двусторонняя торговля: телефонный парень хочет татуировку, а вот татуировщик хочет телефон там вряд ли будет проблема — мы представьте, что они двое могут собраться вместе и разобраться.Но, как как только для торговли потребуется более двух, возможность нарушение координации кажется вероятным. Более того, хотя Кейнс говорит о нарушение координации, я не считаю, что это расценивается как особенно «кейнсианский». Один с одной стороны, это не часть того, что считается «кейнсианским модели ». С другой стороны, это часть практически каждой современной модели. в котором есть деньги — хотя немногие из них могут считаться «Кейнсианский». Конечно, верно, что если у денег нет внутренняя стоимость и используется для торговли, существует вероятность того, что торговля рухнет, потому что никто не ожидает, что деньги будут иметь какую-то ценность.Но: если это так, правительство вряд ли решить проблему, напечатав дополнительные деньги, которые никому не нужны.

У Кейнса также говорят о роли ожидания при нарушении координации — оптимизм и пессимизм. За пример: пессимистичные люди ожидают, что деньги не имеют ценности, они не торгуют, и это самоисполняющееся пророчество; оптимистичные люди ожидают, что деньги имеют ценность поэтому они торгуют, и это тоже самоисполняющееся пророчество. Следовательно, это может быть тем, что правительство может исправить ситуацию (если что-то действительно не так) с помощью убеждать людей быть оптимистами.Это было бы замечательно, но к сожалению, данные свидетельствуют о том, что это не работает. FDR дал большое речи о том, что «нечего бояться, кроме самого страха», что сильно приподнял настроение — но ничего не сделал, чтобы положить конец Великой депрессии. Или возьмем нынешний кризис в Греции: с выборами Сырзии. оптимизм правительства — по данным опросов — зашкаливал. Если Кейнс был совершенно прав: мы ожидали резкого роста экономической активности, люди, чтобы вернуться к работе, начать платить налоги, греческие акции рынок для взлета и т. д.Ничего не может быть дальше от правда: экономическая активность как всегда анемична, люди так же безработные как всегда, мало кто платит налоги — и все по-прежнему пытаются вывозят свои деньги из страны.

Общая теория Кейнса это длинная книга, и любая книга, содержащая множество анекдотов и идей, обязана иногда быть правым. Но что бы там ни было, это ни то, ни другое общей или теории — и как руководство к экономическим исследованиям или практическая политика по сути бесполезна.

5.Заключение

Дело в том, что Кейнс столь же увлекателен и заманчив, как рисунок Эшера — и не имеет практического смысла. Экономисты десятилетиями пытались разобраться в теории Кейнса и использовать чтобы объяснить факты о депрессиях, рецессиях, кризисах, безработица и пр. Вряд ли консервативный профессии уволили Кейнса и отказались воспринимать его всерьез, что экономическая профессия никогда не давала ему равных. Довольно напротив: некоторые из самых блестящих умов в этой профессии убеждены абсолютной истины идей Кейнса десятилетиями пытались эти идеи работают — они и мы потерпели неудачу.

Я знаю о Кейнсе и о кейнсианстве. я стар тоже были преподаны кейнсианской теории как ортодоксии и как студент и аспирант. Мой отец — кандидат экономических наук, научным руководителем которого был великий кейнсианец. Лауреат Нобелевской премии Джеймс Тобин — называл себя кейнсианцем — почти как религиозное утверждение. В моем В молодости мы с отцом написали эмпирическую работу, используя кейнсианскую модель. Я учился у кейнсианцев — я брал уроки у Боба Солоу, открыто заявлял кейнсианец. Я работал научным сотрудником Стэна Фишера. выполнение эмпирической работы с использованием кейнсианской модели.Одним из моих наставников был Аксель Лейонхуфвуд. чьей великой и известной работой была книга под названием «Кейнсианская экономика и экономика». Кейнса. Когда я был студентом, нам приходилось изучать историю экономической мысли — я прочитал «Общую теорию Кейнса» и некоторые из менее значительных работ Кейнса — я даже получил высшую оценку экспертиза о них. Я участвовал (в основном был свидетелем) в долгом дебаты между Лейонхуфвудом и другим великим кейнсианцем Доном Патинкиным о том, что на самом деле имел в виду и что сказал Кейнс. Знание Кейнсианство и кейнсианские модели еще глубже для великого Нобелевского Лауреаты премии, первооткрыватели современной макроэкономики — макроэкономики. с людьми, которые покупают и продают вещи, которые копят и инвестируют — Роберт Лукас, Эдвард Прескотт и Томас Сарджент среди прочего.Они также выросли с кейнсианской теорией как ортодоксией — больше, чем я. И мы отвергли кейнсианство, потому что оно не работает. не из-за какого-то эстетического ощущения, что теория недостаточно элегантный.

Собственная работа Кейнса состоит из забавных анекдотов и вводящие в заблуждение истории. Кейнсианство, как утверждают такие люди, как Пол Кругман и Брэд Делонг это теория без людей, рациональная или иррациональная, теория графики, взятые в основном из воздуха, ряд предсказаний, которые безнадежно неправильно — вместе с тщетной надеждой, что их можно поставить вправо, если только кривые на графиках можно закрутить вправо направление.Так получилось, что мы разработали гораздо лучшие теории — теории, которые действительно объясняют многие факты, теории, которые предоставляют разумные руководящие принципы политики, теории, которые работают достаточно хорошо, теории, которые не иллюзия. Текущие версии этих теорий очень не похожи на карикатуру. теории безнадежно рациональных людей, которые все идентичны. Текущий теории не идеальны, но в отличие от кейнсианской теории вечного движущихся машин они много объясняют и имеют много правда для них.Работающий макроэкономист, читающий Кругмана и Делонга чувствует себя как врач, если бы главный хирург встал и сказал, что способ вылечить рак — это взять кровь с помощью пиявки.

Остерегайтесь политиков, говорящих «вы нас никогда не предупреждали», когда правда в том, что «мы проигнорировали ваши предупреждения» — и в равной степени остерегайтесь экономисты, несущие пустые обещания вечных двигателей. И когда дело доходит до государственных заимствований, помните, что если в долгосрочной перспективе мы все мертвы, надеюсь, наших детей не будет.

Приложение

После того, как я разместил вышеупомянутое эссе, Стив Блаф написал в Твиттере Брэду ДеЛонгу о соломенных людях. К счастью, Брэд предоставил нам красивую иллюстрацию. который прекрасно отражает проблемы с типом рассуждений, которые я писал о — так что, надеюсь, мое обсуждение его ответа на ответ будет не предъявлять никаких обвинений соломенным людям.

Я начну со слов «Все остальные считают, что правильный способ Модель экономики — это не бартерная экономика DKL ». Мой простой пример тщательно построен, так что бартер невозможен.Если цитировать себя «Это правда, что если будет чисто двусторонняя торговля: телефон парень хочет татуировку «это модель бартера. Но пример с телефонный парень, татуировщик, парикмахер и гамбургер флиппер — пример экономики с товарными деньгами: каждая сделка предназначена для телефона, так что в этом хозяйстве телефон служит деньгами. Так что это в золоте экономика, где торговля — это товары против золота, но некоторым нравится золото за его внутреннюю ценность.

Брэд совершенно прав, что мы живем не в мире товарных денег — хотя Милль и Мальтус, которых он цитирует, действительно жили в экономия.И я должен подчеркнуть, что построенный мною простой пример не задумывался как реалистичное руководство по экономике или полезный политический совет — цель состояла в том, чтобы тщательно изучить кейнсианскую рассуждение — как бы измерить углы на диаграмме Эшера осторожно. Однако есть еще несколько вещей, которые мы можем сделать с простой телефон-тату-стрижка-бургер эконом. Мы могли бы, например, иметь торговля осуществляется с использованием долговых расписок, а не телефонов. Так что телефонный парень обменивает татуировщика долговую расписку на телефон в обмен на татуировку, татуировщик меняет долговую расписку на стрижку, парикмахер меняет долговую расписку на гамбургер, а затем флиппер погашает долговую расписку в обмен на телефон.Это называется внутренними деньгами и, как видите, ничего особенного не меняется — кроме того, что подчеркивается роль доверия — Каждый должен поверить в обещание телефониста отдать телефон обменять на долговую расписку, и вы увидите, как может быть согласование неудача, если доверие терпит неудачу — опять же без очевидного способа, которым правительство может восстановить это доверие.

Теперь Брэд имеет в виду не товарные деньги или внутренние деньги, а внешние. Деньги. Это сложнее — поэтому я избегал этого в оригинале. пример.Нам нужно начать с предположения, что у людей уже есть внешние деньги — скажем, у каждого есть долларовая купюра. Важнее — поскольку в конце все еще будет плавать четыре доллара — нам нужно подумать, почему они хотят держать эти долларовые купюры. Я вернусь к это, но пока давайте просто скажем, что каждый человек хочет держать долларовая купюра в конце по той или иной причине. Тогда телефонный парень может дать татуировщику доллар в обмен на татуировку, и так долларовая купюра движется по кругу, пока не достигнет бургера флиппер.На данный момент, потому что у телефониста нет долларовой купюры и хотел бы иметь на доллар больше, чем телефон, которому он продает телефон бургер-флиппер для долларовой купюры. С другой стороны, если телефон парень решает, что не хочет делать телефоны, давая ему второй доллар похоже, не решает проблему — он мог бы обменять лишний доллар по кругу, но в итоге ему придется обменять телефон на доллар — мы только что договорились, что он не хочет этого делать.

Брэд хочет провести еще один концептуальный эксперимент в моем примере «Предположим, что у телефонного парня есть куча ценных бумаг с ипотечным покрытием пенсионный портфель, который внезапно падает в цене вместе с финансовыми кризис… Телефонист смотрит на ее пенсионный портфель с нулевой стоимостью и приступает к сборке телефона, но решает использовать свои заработки не на то, чтобы сделать татуировку, но держать их в виде посторонних денег: наличных денег «. Давайте проигнорируем немного о ценных бумагах, обеспеченных ипотекой, поскольку нет дома, покупатели домов или брокеры в примере экономики. Если мы думаем эти люди важны, тогда мы должны поместить их в модель, объясняя, кто они, чего хотят и могут ли они хочу телефоны и татуировки и так далее.В любом случае — попытаться разобраться в Брэд — давайте придерживаться простой внешней денежной экономии. Идея похоже, что телефонист решает — из-за потери своего пенсионный портфель или что-то еще — что он хочет иметь второй доллар больше, чем тату. Так что экономика действительно рушится. Но если правительство дает каждому второй доллар, все в порядке — они могут торгуй двумя долларами по кругу, и телефонист будет счастлив потому что у него может быть татуировка и два доллара. Подумай об этом.Как экономика, в которой у каждого есть два доллара, отличные от экономика, в которой у всех один доллар? Если это действительно работает, не могу правительство решает экономический кризис, просто заявляя, что четверти будут называться долларами — в этом случае у каждого есть четыре раза сколько долларов? На этом этапе нам действительно нужно спросить, кто держит деньги и почему — и если государство дает людям деньги, кому они это дают? Возможно, если правительство даст каждому дополнительный доллар — и поэтому цены удваиваются — телефонист решит, исходя из инфляция, что он действительно хочет четыре доллара, а не два на пенсию? Чтобы понять это, нам нужно понять, почему люди держат долларов в первую очередь — поэтому в моем простом примере я использовал товарные деньги: с внешними деньгами люди предположительно не держат их из-за красоты произведения искусства, но покупать вещи с ним в будущее.Но чтобы изучить, что нам нужно представить будущее, и это требует использовать за пределами того, что мы можем сделать в простой кейнсианской структуре единого период и дальше того, что можно сделать без математики — но вряд ли дальше что делается в современных макроэкономических моделях.

Итак, что произойдет, если мы выйдем за рамки простого однопериодного кейнсианского рамки? Что, если люди держат внешние деньги, чтобы использовать их для будущих сделок? Что произойдет, если со временем люди захотят покупают и иногда хотят продать — хотя они не всегда знают аванс, который — и они держат внешние деньги на время в будущем они захотят покупать, не желая продавать? Вот цитата из введение в статью 1992 г., в которой изучается такая модель: «трейдер может иногда оказывается в положении, в котором он хочет покупать у другой трейдер, который хочет продать, но у него недостаточно денег рука, чтобы сделать покупку.Экспансионистская [денежно-кредитная] политика, которая дает у всех трейдеров равное количество валюты эффективно перераспределяет богатство от относительно богатого продавца к относительно бедному покупателю. Это может сделать возможными социально желательные сделки, которые в противном случае не принесли бы место ». Сейчас в этом есть много гипотез, но авторы статьи тщательно проработал детали с помощью математики и пришел к выводу, что что иногда такая политика приносит пользу всем. Мы можем перейти от этого к выводу, что кейнсианство правое и что просто тратить деньги независимо от того, откуда они и кто это идет на лечение всех экономических недугов? Должны ли мы сделать вывод, что мы должны идти вернуться к использованию простых моделей IS-LM для анализа политики? По крайней мере, один из авторы явно так не думают — цитата из статьи «Пересмотренное оптимальное количество денег», авторы — Тим Кехо, Майк Вудфорд и я.

Почему наша работа не подтверждает кейнсианскую точку зрения Брэда? Для начала мы также пришел к выводу, что «для широкого диапазона значений параметров дефляция явно хорошо «- то есть иногда Брэд ошибается, а иногда правильно — это зависит от того, какая экономика. Даже когда он прав, однако степень, в которой все стали лучше, весьма small: в статье показано, что для разумных значений параметров, если инфляция увеличивается на 1%, что эквивалентно увеличению ВВП на 0,004. процентов.Отсюда может возникнуть соблазн сделать вывод, что правильная что нужно сделать, это иметь инфляцию на 1000%, чтобы получить 4% -ное увеличение ВВП, но это неверно — на самом деле, для более высоких темпов инфляции ВВП скорее падает, чем растет. Хуже — если инфляция слишком высока ВВП полностью падает. Причина этого стоит указать: если слишком большая инфляция, которую никто не хочет экономить, потому что их сбережения будет бесполезен в следующем периоде, и это приведет к сбою координации в котором деньги не имеют ценности, потому что никто не хочет держать вещи — и экономика рушится из-за отсутствия торговли и полной безработицы.Уведомление что это ставит кейнсианство с ног на голову: кейнсианцы думают, что экономический коллапс вызван тем, что люди хотят слишком много сберегать и не потребляют достаточно — здесь наоборот, это вызвано людьми, которые хотите сэкономить слишком мало и потреблять слишком много. Эта теория коллапса вызванная высокой инфляцией, к сожалению, была тщательно проверена — например, в начале 1920-х годов в Германии, где это привело к выходу потеря сопоставима с потерей Великой депрессии.

Я не хочу глубоко защищать модель в статье двадцатилетней давности — сейчас доступны гораздо лучшие модели, но это иллюстрирует важный момент: если мы будем осторожно делать то, о чем говорят кейнсианцы, насчет простых кейнсианских результатов мы не получаем.Однако мы получаем результаты, которые намного лучше согласуются с данными — действительно, один из большая проблема современных моделей в том, что часто не хватает данные, чтобы сказать нам, какой из них правильный. Контраст между этим современным литература с возражением Брэда на простой, но точный пример в моем эссе бросается в глаза. Он говорит, что «проблема в» общем перенасыщении » что избыток всего остального — обратная сторона чрезмерный спрос на безопасные, ликвидные и надежные финансовые активы «. Затем он цитирует Милля и Мальтуса, говорящих о «избытке всех товары относительно денег «и» перенасыщенные рынки, падающие цены, и реализация хлопчатобумажных изделий на Камщатке ниже, чем затраты на производство.»Вот в чем дело: он говорит о» перенасыщении «, как будто это какой-то своего рода узнаваемый объект вроде человека — но на самом деле это теоретическая конструкция. Что значит «перенасыщены» рынки »на Камщатке? Что хлопчатобумажные товары лежат в улицы не куплены? Могу ли я представить, что это «перенасыщение» хлопчатобумажными товарами имеет собственное независимое поведение? Я понимаю людей которые хотят покупать, продавать и делать вещи сейчас и в будущем, и кто может или может быть нерациональным по-разному.Однако в этом обсуждении Делонга, Милля и Мальтуса нет упоминания о людях и о том, что они может, а может и не хочет. Брэд говорит о флогистонах и молекулах, а я нахожу это весьма ироничным. Теория «перенасыщения» XIX века звучит для мне нравятся «флогистоны», как и не менее загадочный 20 век теоретические концепции «совокупного предложения» и «совокупного спроса» — в то время как теория людей 21 века, которые покупают, продают и производят и торговать с течением времени и с неопределенными последствиями для меня звучит как теория молекул.Брэд, очевидно, считает обратное.

Чтобы преодолеть нынешний кризис, мы должны обратиться к Кейнсу

Для этого я рекомендую обратиться к известному британскому экономисту Джону Мейнарду Кейнсу. Я читал прекрасную новую биографию Кейнса Захари Д. Картера и считаю эту книгу и идеи Кейнса чрезвычайно своевременными. Большой объем работ Кейнса указывает на более инклюзивную экономику и общество, которое сбросит ярмо доминирующих предположений, которые спустя 74 года после смерти Кейнса все еще подавляют функциональную представительную демократию.

Большинство людей ассоциируют кейнсианскую экономику с правительствами, пытающимися выйти из рецессии, — политикой, действующей в реальном времени по всему миру. В этом, безусловно, лежит суть кейнсианской революции в политической экономике, но остановка на этом не позволяет охватить объем идей, которые Кейнс разработал задолго до того, как он подтолкнул Рузвельта к чрезмерным расходам на Новый курс во время Великой депрессии 1930-х годов.

Во время Первой мировой войны и особенно после нее, когда его мудрое руководство было проигнорировано, Кейнс изо всех сил пытался примирить трагические события, которые он видел разворачивающимися, с классическими предположениями о том, что рынки и, следовательно, общества, которые они поддерживают, всегда естественным образом устанавливают оптимальные условия.

Кейнс правильно предсказал, что введение суровых репараций в послевоенную Германию посеет семена следующей мировой войны. Он видел, вопреки классической модели, которой его обучали, бесконечные циклы подъемов и спадов, порожденные предположениями о деньгах, заработной плате и работе, которые неизменно приводили к высокой безработице и застойным заработкам рабочих на фоне огромных прибылей для «рантье» (те чьи доходы получены от приумножения богатства, а не от работы).

Он стал свидетелем политического недовольства, которое выросло из этой динамики, и понял, как провал капитализма того времени — заручившийся несвязанными, часто коррумпированными финансовыми рынками — стал мощным топливом для коммунизма.Кейнс отверг марксизм, полагая вместо этого, как отмечает Картер, что «настало время не свергать капитализм, а« разумно управлять »». Но Кейнс понимал и опасался политических результатов экономической системы, которая не могла обеспечить стабильную безопасность. если не процветание, то большинству людей.

Зачем капитализму был нужен менеджмент?

Потому что, вопреки предположениям, он не справился сам. Кейнс заметил, например, что отдельные люди часто откладывают больше, чем инвестируют предприятия (опять же, вопреки предположениям).По сей день студентов, изучающих экономику, учат, что сбережения равны инвестициям, и что способ увеличить инвестиции — это сэкономить больше (это распространенный аргумент против дефицита бюджета).

Но люди, которых беспокоит будущее — может быть, из-за… о, я не знаю, невидимого, вредного микроба — с точки зрения широкого общественного благосостояния будут чрезмерно экономить и недоедать. Нет невидимой руки, которая могла бы волшебным образом уравновесить такие вещи, и поэтому просвещенное правительство должно вмешаться, чтобы уравновесить дисбаланс.

Все это звучит теоретически, пока вы не поймете, что рынок труда США, как я отмечал на прошлой неделе, был с полной занятостью только 37 процентов времени с 1972 года, а показатель черных никогда не достигал этой отметки. Другими словами, предположение о том, что полная занятость является нормой, полностью опровергается данными сейчас, а во времена Кейнса оно не было более верным. Тем не менее, он по-прежнему пронизывает экономическое мышление и политику.

Кейнс видел, что рынки не достигают «оптимального равновесия», но могут отклоняться от таких условий в течение многих лет.Более того, рынки существуют в политическом контексте, который определяет, кто выигрывает, а кто проигрывает. Примеры включают правила производства и отрасли, трудовые стандарты (например, правила о минимальной заработной плате и сверхурочной работе), объем коллективных переговоров, антидискриминационные правила и их соблюдение, а также свободу действий работодателей по увольнению работников по своему желанию.

В его время, как и сегодня, этот политический контекст поддерживается экономическими «правилами», которые могут быть как разрушительными, так и ошибочными. Кейнс годами утверждал, что привязка валют к негибкому золотому стандарту является источником бесконечных и ненужных страданий.Но вы можете найти современные примеры таких фиктивных «правил» в таких идеях, как консервативный аргумент о том, что нам может не нравиться загрязнение, но мы должны нести его издержки, чтобы не помешать росту и инновациям. Даже экономические сигналы, которые мы измеряем — валовой внутренний продукт в отличие от благосостояния людей (что далеко не одно и то же) — определяются политически, и эти решения влияют на то, кто процветает, а кто борется.

Кейнс умер в 1946 году, и через несколько десятилетий после его смерти контрреволюция в экономике восстановила большинство ложных убеждений, которые он старался опровергнуть и искоренить.В экономической ортодоксии снова утвердился широкий спектр антикейнсианских идей: правительство рассматривалось как враг «свободного рынка»; любая торговая сделка считалась выгодной; и минимальная заработная плата, социальные пособия и налоги для богатых — все это предположительно искаженные стимулы. Утверждалось, что экономика должна заботиться только о росте, а не о его распределении.

Но поскольку Кейнс был настолько фундаментально прав в отношении того, как на самом деле работает экономика, эти ложные предположения снова были разоблачены в том, чем они являются на самом деле: правилами фальсифицированной системы.

Итак, куда Кейнс направил бы нас сегодня? Кажется излишним рекламировать финансируемые за счет дефицита кейнсианские стимулы, поскольку этот инструмент активно применялся для компенсации текущей рецессии (хотя важно, чтобы она не прекратилась слишком рано).

Но мы не слышим послания Кейнса относительно неравенства. Он будет рассматривать наши огромные различия в доходах, богатстве и политической власти как экономический и социальный ущерб. Он подчеркнул бы проблему избыточных сбережений, когда слишком большая покупательная способность сосредоточена наверху, проблема, которая активно сдерживает текущее восстановление.Он бы ловко соединил точки между устойчивым неравенством и ростом ложных популистов, обещающих свергнуть элиты, при этом направляя им еще больше богатства. Возможно, самое главное, он осознал бы явную несправедливость и внутреннюю нестабильность экономической системы, которая генерировала так много богатства, но оставила так много позади.

Даже с нашими беспомощными национальными лидерами мы пройдем через ад и переберемся на другую сторону этого кризиса. Однако что мы делаем, когда добираемся туда, остается открытым вопросом.Я рекомендую кейнсианский путь, поскольку он, скорее всего, приведет нас к экономике, которая нам сейчас нужна больше, чем когда-либо.

Новая кейнсианская экономика — обзор, предположения, стоимость меню

Что такое новая кейнсианская экономика?

Новая кейнсианская экономика — это школа современной макроэкономики, основанная на кейнсианской экономике. Оригинальная кейнсианская экономическая теория была опубликована в 1930-х годах; однако классические экономисты в 1970-х и 1980-х годах критиковали и скорректировали кейнсианскую экономику, чтобы создать новую кейнсианскую экономику.

Новые кейнсианские допущения

Новая кейнсианская экономика предполагает два основных допущения. Во-первых, люди и компании ведут себя рационально и с рациональными ожиданиями. Во-вторых, новая кейнсианская экономика предполагает целый ряд факторов неэффективности рынка, включая жесткую заработную плату и несовершенную конкуренцию.

«Неустойчивая» заработная плата относится к случаям, когда заработная плата сотрудников не обязательно отражает результаты деятельности их компании или экономики; кроме того, считается, что заработная плата более стабильна в направлении вниз, чем вверх, из-за нежелания сотрудников получать более низкую номинальную заработную плату.Кроме того, нежелание работников получать более низкую заработную плату может привести к вынужденной безработице.

В дополнение к жесткой заработной плате допущение несовершенной конкуренции Новой Кейнсианской экономики относится к рыночным ситуациям, которые могут включать монополии, дуополии Дуополия Дуополия — это тип олигополии, характеризующийся двумя основными корпорациями, действующими на рынке или в отрасли, производящими одинаковые или похожие , картели и сговоры. Это может помочь объяснить различное влияние налогово-бюджетной политики на разные компании в одной и той же отрасли.

Стоимость нового кейнсианского меню

Новая кейнсианская экономика также поддерживает идею жестких цен посредством концепции, называемой стоимостью меню, и что стоимость меню способствует неэффективности рынка. Чтобы компания могла изменить цену на товар или услугу, необходимо понести расходы, например, изменить цену в каталогах или меню. Некоторые утверждают, что затраты на меню невелики и пренебрежимо малы для макроэкономики.

Однако другие утверждают, что, хотя стоимость меню для компаний обычно невысока, пренебречь ею нельзя.Кроме того, те, кто аргументирует важность затрат на меню, выдвигают идею о том, что изменение цен на товар или услугу служит внешним фактором. Уменьшая стоимость товара, реальный доход потребителей увеличивается, учитывая, что товар не является товаром неполноценного качества. Низкокачественные товары. Низкие товары — это тип товара, спрос на который уменьшается с увеличением дохода потребителя или расширением экономики (что, и спрос на товар во всей отрасли увеличится, поскольку средняя стоимость товара в отрасли немного снизится.

Таким образом, снижение цен одной компанией незначительно стимулирует экономику. Однако компании, как правило, не учитывают такие внешние эффекты при принятии решения о том, превышают ли затраты на изменение цены затраты на ее неиспользование. Следовательно, компании не могут быстро изменить свои цены, чтобы соответствовать изменениям спроса.

Несовершенная конкуренция

Несовершенная конкуренция — еще одна причина неэффективности рынка, которую объясняет новая кейнсианская экономика.Исследование, проведенное Хью Диксоном и Грегори Мэнкью в 1980-х годах, показало, что фискальный мультипликатор может увеличить неэффективность, вызванную изменениями фискальной политики. В условиях несовершенной конкуренции, то есть монополии, фискальная политика Фискальная политика Фискальная политика относится к бюджетной политике правительства, которая предполагает, что правительство контролирует уровень своих расходов, а налоговые ставки не влияют на каждую компанию в равной степени, что приводит к идее фискального мультипликатора. .

Сторонники нового кейнсианства утверждают, что причина, по которой фискальный мультипликатор может увеличить неэффективность, заключается в том, что реальная заработная плата имеет тенденцию к снижению при несовершенной конкуренции и что домашние хозяйства склонны выбирать досуг вместо потребления при несовершенной конкуренции.

Сторонники также утверждают, что, когда правительства навязывают фискальную политику для увеличения расходов, досуг и потребление сокращаются, поэтому домохозяйства работают больше, но потребляют меньше. Следовательно, чем больше несовершенство конкуренции, тем больше фискальный мультипликатор.

Эффективная заработная плата

Новая кейнсианская экономика утверждает, что безработица вызвана эффективностью заработной платы. Другие макроэкономические теории утверждают, что безработица Безработица Безработица — это термин, относящийся к лицам, которые трудоспособны и активно ищут работу, но не могут найти работу.Сюда входит механизм самокоррекции, при котором большое количество рабочей силы оказывало бы понижательное давление на заработную плату; следовательно, поскольку компании предлагают более низкую заработную плату, их спрос на рабочую силу будет увеличиваться, что приведет к сокращению предложения рабочей силы и безработицы.

Однако New Keynesian Economics утверждает, что заработная плата влияет на производительность и эффективность работников. Влияние заработной платы на производительность — это то, что заставляет компании не снижать свою заработную плату, что привело бы к сокращению предложения рабочей силы и безработицы. Кроме того, хотя снижение заработной платы может привести к снижению затрат на заработную плату для компании, снижение заработной платы также может снизить производительность, тем самым уменьшив корпоративную прибыль.

Сторонники нового кейнсианства утверждают, что не только более высокая заработная плата увеличивает производительность, но и снижает текучесть кадров.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *