Плюсы и минусы авторитарного режима: Авторитарный режим: плюсы и минусы

Автор: | 17.04.2021

Содержание

Стиль управления: преимущества, недостатки, особенности

Автор: Виктор Валентинович Травин, кандидат экономических наук, доцент Академии народного хозяйства при правительстве РФ, директор «Школы кадрового менеджмента» Академии, преподаватель с двадцатилетним стажем.

 

Стиль управления — это способ, которым руководитель управляет подчиненными ему сотрудниками, а также независимый от конкретной ситуации управления образец поведения руководителя. С помощью установленного стиля управления может достигаться удовлетворенность работой и поощряется производительность сотрудников. Вместе с тем оптимального стиля управления не существует, и говорить о преимуществе того или иного стиля управления можно только для определенной ситуации управления.

Различают следующие стили управления.

 

Усилия руководителя сконцентрированы на задаче, которую необходимо выполнить. При этом, как утверждает Бизани, руководитель:

  • порицает недостаточную работу;

  • побуждает медленно работающих сотрудников прилагать больше усилий;

  • придает особенное значение объему работы;

  • руководит железной рукой;

  • обращает внимание на то, что его сотрудники работают с полной отдачей;

  • побуждает сотрудников посредством нажима и манипулирования к еще большим усилиям;

  • требует от малорезультативных сотрудников большей отдачи.

 

Исследования Хальпина—Винера и Пельца показывают, что такие руководители:

  • часто более положительно характеризуются своими начальниками, чем личностно-ориентированные руководители;

  • позитивно оцениваются своими сотрудниками, если руководители имеют влияние «наверху».

 

При таком стиле управления в центре внимания стоят сотрудники с их потребностями и ожиданиями. По Бизани, руководитель:

  • обращает внимание на здоровье сотрудников; заботится о хороших отношениях со своими подчиненными; обращается со своими подчиненными как с равноправными;

  • поддерживает своих сотрудников в том, что они делают или должны сделать;

  • заступается за своих сотрудников.

 

Руководитель, который управляет, ориентируясь на личность, не может, однако, сразу рассчитывать на полное удовлетворение сотрудников. Для этого важны влияние и уважение руководителя «наверху», на основе чего он способен защищать интересы сотрудников.

Стилю управления присущи три проблемы:

1. Результаты, которые должны быть достигнуты с помощью стиля управления, содержат несколько компонентов, которые не могут быть собраны воедино.
2. Абсолютизация стиля управления рассматривается как способ, с помощью которого повышается производительность труда.

3. Ситуация управления рассматривается как неизменная, в то время как с течением времени она может измениться и руководитель должен соответственно изменить свое отношение к отдельным сотрудникам.

Стили управления могут быть одно- и многомерными. Стиль управления одномерный, если рассматривается один критерий оценки. Одномерными являются авторитарный, корпоративный и прочие стили управления, причем первый и второй стили полярно отличаются друг от друга.

 

При таком стиле управления вся производственная деятельность организуется руководителем без участия подчиненных. Этот стиль управления может применяться при решении текущих задач и предполагает большую дистанцию в образовании между руководителем и подчиненным, а также материальную мотивацию сотрудников.

Типичные признаки авторитарного стиля управления:

Руководитель в силу своей законной власти управляет подчиненными и ожидает от них послушания. Он принимает решения без обоснования их перед подчиненными, при этом исходит из того, что он в отличие от подчиненных обладает большим пониманием и знанием дела, чего, разумеется, быть не должно. Решения руководителя имеют характер распоряжений, которые должны безоговорочно выполняться подчиненными, в противном случае они могут ожидать санкций по отношению к себе;

Руководитель соблюдает дистанцию в отношениях с подчиненными, информирует их о фактах, которые они обязательно должны знать для выполнения своих задач. Он контролирует» следуют ли его распоряжениям и насколько. Знаки, подчеркивающие положение человека в глазах окружающих его людей (например, автомашина), поддерживают репутацию обладающего властью руководителя.

 

Штопп перечисляет требования к авторитарно управляющему руководителю:

  • высокая сознательность;

  • высокий самоконтроль;

  • дальновидность;

  • хорошая способность к принятию решений;

  • пробивная способность.

 

Подчиненные — адресаты приказаний. По теории x и xy:

  • средний человек ленив и, насколько возможно, отлынивает от работы;

  • работники нечестолюбивы, боятся ответственности и желают быть руководимыми;

  • давление на подчиненных и санкции к ним необходимы для достижения целей предприятия;

  • строгое управление подчиненными и частный контроль над ними неизбежны.

 

При этом стиле управления мотивация подчиненных часто ограниченна, потому что руководитель отделяется социально, передает, как правило, менее интересную работу подчиненным и поддерживает в них страх перед угрожающими санкциями. Подчиненные становятся безучастными по отношению к руководителю, а также к предприятию. Информацию они добывают из-за поставленных руководителем информационных барьеров неофициальными путями.

Требования к авторитарно управляемому подчиненному по Штоппу:

  • признание руководителя единственной инстанцией;

  • признание и выполнение распоряжений руководителя;

  • отсутствие стремления к обладанию правом контроля.

 

Преимущества авторитарного стиля управления — возможно большая скорость принятия решений, успешность при повседневных, обычных работах.

Недостатки авторитарного стиля лежат в слабой мотивации самостоятельности и развития подчиненных, а также в опасности ошибочных решений посредством чрезмерных требований руководители в отношении количества и (или) качества работы.

Авторитарный стиль управления может применяться на практике в нескольких вариантах, которые все больше приближаются к корпоративному стилю.

 

При корпоративном стиле управления производственная деятельность организуется во взаимодействии руководителя и подчиненного. Этот стиль управления может применяться при превалировании творческого содержания работы и предполагает примерно равный уровень образования руководителя и подчиненных, а также нематериальное поощрение сотрудника.

Типичные признаки корпоративного стиля управления:

Руководитель управляет подчиненными, включая их в процесс принятия решений, за которые он несет ответственность. Он ожидает от своих подчиненных конкретной помощи, принимает решения с учетом их предложений и возражений. Он делегирует свои полномочия, насколько это возможно, и распоряжается только при необходимости. При этом он признает способности подчиненных и сознает то, что не может все знать и все предвидеть. Контролируется только результат работ, допускается самоконтроль.

Руководитель не только подробно информирует о фактическом положении дел, которое должно быть известно для выполнения задач, но и сообщает другую информацию о предприятии. Информация служит средством управления. Руководитель не нуждается в знаках, подчеркивающих его положение в глазах окружающих его людей.

Требования, предъявляемые к корпоративно управляющему руководителю, по Штоппу:

  • открытость;

  • доверие к сотрудникам;

  • отказ от индивидуальных привилегий;

  • способность и желание делегировать полномочия;

  • служебный надзор;

  • контроль результатов.

 

Подчиненные рассматриваются как партнеры, способные относительно самостоятельно выполнять «ежедневные работы». При оценке подчиненных при этом стиле руководства чаще всего исходят из теории у теории ху, по которой:

  • нежелание трудиться является не врожденным от природы, а следствием плохих условий труда, которые уменьшают естественное желание трудиться;

  • сотрудники принимают во внимание целевые установки, обладают самодисциплиной и самоконтролем;

  • цели предприятия достигаются кратчайшим путем посредством денежного поощрения и предоставления возможности индивидуального развития;

  • при благоприятном опыте сотрудники не боятся ответственности.

 

Активная позиция подчиненных повышает их мотивацию, что влечет улучшение результатов труда. Требования к корпоративно управляемым подчиненным:

  • стремление и способность нести личную ответственность;

  • самоконтроль;

  • использование прав контроля.

 

Преимущество корпоративного стиля — принятие целесообразных решений, высокая мотивация сотрудников и разгрузка руководителя. Кроме того, поддерживается развитие сотрудников. Недостаток — корпоративный стиль управления может замедлить принятие решений.

 

Такое управление — технический прием, при котором компетенции и ответственность за действия передаются, насколько это возможно, сотрудникам, которые принимают и реализуют решения. Делегирование может быть направлено на любое поле деятельности предприятия. Однако следует отказаться от того, чтобы делегировать типично управленческие функции руководства, а также задачи с далеко идущими последствиями.

При делегировании полномочий снимается нагрузка с руководителя, поддерживается собственная инициатива работников, усиливаются их трудовая мотивация и готовность нести ответственность. Кроме того, сотрудникам должно быть оказано доверие в принятии решений под собственную ответственность.

Чтобы успешно применять управление делегированием, необходимы:

  • делегирование сотрудникам задач;

  • делегирование сотрудникам компетенций;

  • делегирование сотрудникам ответственности за действия;

  • исключение возможности отзыва делегированных полномочий либо передачи их от одних сотрудников другим;

  • установление порядка регулирования исключительных случаев;

  • исключение возможности вмешательства руководителя при правильных действиях сотрудника;

  • обязательность вмешательства руководителя в случае ошибки и получения результатов, урегулированных в особом порядке;

  • принятие руководителем ответственности по руководству;

  • создание соответствующей информационной системы.

 

Переданные задачи должны соответствовать способностям сотрудников, быть преимущественно однородными, завершенными по форме. Делегированные компетенции и ответственность за действия должны соответствовать друг другу по объему.

Преимущества управления методом делегирования:

  • разгрузка руководителя;

  • возможность быстрого принятия грамотных решений; сотрудникам передаются компетенции и ответственность за действия;

  • содействие развитию собственной инициативы, трудовой мотивации у сотрудников.

 

Недостатки управления методом делегирования:

  • руководитель делегирует по возможности меньшее число интересных задач;

  • могут быть утверждены иерархические отношения;

  • сильна ориентация на задачи, а не на сотрудников;

  • установление иерархических отношений «по горизонтали».

 

Почему руководители недостаточно делегируют полномочия?

1. Опасение того, что подчиненные недостаточно компетентно выполняют поручения (делают ошибки).
2. Недоверие по отношению к компетентности подчиненных.
3. Опасение того, что подчиненные слишком быстро приобретают высокую компетенцию.
4. Опасение потери своего значения и сопутствующих ему благ.
5. Опасение потери собственного авторитета или статуса.
6. Опасение того, что руководитель сам потеряет контроль за данным вопросом.
7. Страх перед риском.
8. Нежелание отдавать работу, которой руководитель сам хорошо владеет.
9. Неумение консультировать подчиненных и управлять ими.
10. Недостаток времени для консультирования подчиненных и управления ими.

 

Почему подчиненные не готовы нести ответственность?

1. Недостаточная уверенность в себе.
2. Дефицит информации.
3. Страх перед возможной критикой.
4. Недостаточный положительный отклик на успешно выполненные поручения.
5. Недостаточная мотивированность сотрудника.
6. Отрицательная атмосфера рабочего места.

 

Как делегировать?

1. Тщательно выбрать задания, подлежащие делегированию.
2. Тщательно выбрать человека, кому делегировать.
3. Делегировать преимущественно «окончательные результаты» вместо точных методов выполнения задания.
4. Быть готовым к тому, что будут допущены ошибки и что их нужно простить.
5. Дать достаточно полномочий для выполнения задания до конца.
6. Информировать других, что делегировано и кому.
7. Делегировать постепенно и усложнять делегированные задания.

 

Применение того или иного стиля, а также его результаты зависят от многих факторов. Это прежде всего полное овладение одним из стилей руководства, предрасположенность коллектива к восприятию порой навязанного ему сверху стиля управления и руководства. При освоении науки управления очень важно избежать ошибок.

Анализ деятельности руководителей разного уровня и различных предприятий позволил специалистам выявить наиболее частые ошибки, допускаемые менеджерами. Десять основных ошибок в управлении персоналом па предприятии можно сформулировать следующим образом:

1. Стремление все делать самому.
2. Склонность давать возможность делам идти своим чередом.
3. Предубежденность против определенных работников.
4. Застывшие, схематичные или доктринерские установки.
5. Излишняя восприимчивость к иному, в том числе критическому, мнению.
6. Самоудовлетворенность или заносчивость.
7. Невосприимчивость к предложениям сотрудников.
8. Очевидное неуважение личности сотрудника, например допустимость критики при других.
9. Явное недоверие к сотрудникам.
10. Недостаточная последовательность в действиях.

 

Опыт преуспевающих предприятий показал, что руководители этих предприятий в значительно большей степени:

1. ценят знание дела;
2. относятся к людям как к равным;
3. вознаграждают справедливо;
4. обнаруживают ошибки объективно;
5. надежны и лояльны;
6. выслушивают мнения, отличающиеся от своих;
7. ценят прогресс;
8. имеют авторитет знатоков дела;
9. лишены предвзятости;
10. переносят критику;
11. способны к изменению, чем начальники малоуспешных предприятий.

 

Стиль управления или руководства — важнейший фактор в менеджменте на предприятии. Правильно определенный и успешно применяемый стиль позволяет наиболее успешно использовать потенциал всех сотрудников предприятия. Именно поэтому в последние годы многие фирмы уделяют этому вопросу столь существенное внимание.

 

Растите и совершенствуйтесь как руководитель изучив эти практические курсы по управлению и менеджменту или выбрав обучение по абонементу, со скидкой.

как авторитарный режим создаёт самое технологичное государство планеты — Будущее на vc.

ru

Зачем власти Сингапура контролируют персональные данные, запахи в автобусах и личный транспорт — материал издания Futurist.

{«id»:31873,»url»:»https:\/\/vc.ru\/future\/31873-metod-singapura-kak-avtoritarnyy-rezhim-sozdaet-samoe-tehnologichnoe-gosudarstvo-planety»,»title»:»\u041c\u0435\u0442\u043e\u0434 \u0421\u0438\u043d\u0433\u0430\u043f\u0443\u0440\u0430: \u043a\u0430\u043a \u0430\u0432\u0442\u043e\u0440\u0438\u0442\u0430\u0440\u043d\u044b\u0439 \u0440\u0435\u0436\u0438\u043c \u0441\u043e\u0437\u0434\u0430\u0451\u0442 \u0441\u0430\u043c\u043e\u0435 \u0442\u0435\u0445\u043d\u043e\u043b\u043e\u0433\u0438\u0447\u043d\u043e\u0435 \u0433\u043e\u0441\u0443\u0434\u0430\u0440\u0441\u0442\u0432\u043e \u043f\u043b\u0430\u043d\u0435\u0442\u044b»,»services»:{«facebook»:{«url»:»https:\/\/www.facebook.com\/sharer\/sharer.php?u=https:\/\/vc.ru\/future\/31873-metod-singapura-kak-avtoritarnyy-rezhim-sozdaet-samoe-tehnologichnoe-gosudarstvo-planety»,»short_name»:»FB»,»title»:»Facebook»,»width»:600,»height»:450},»vkontakte»:{«url»:»https:\/\/vk.com\/share.php?url=https:\/\/vc.ru\/future\/31873-metod-singapura-kak-avtoritarnyy-rezhim-sozdaet-samoe-tehnologichnoe-gosudarstvo-planety&title=\u041c\u0435\u0442\u043e\u0434 \u0421\u0438\u043d\u0433\u0430\u043f\u0443\u0440\u0430: \u043a\u0430\u043a \u0430\u0432\u0442\u043e\u0440\u0438\u0442\u0430\u0440\u043d\u044b\u0439 \u0440\u0435\u0436\u0438\u043c \u0441\u043e\u0437\u0434\u0430\u0451\u0442 \u0441\u0430\u043c\u043e\u0435 \u0442\u0435\u0445\u043d\u043e\u043b\u043e\u0433\u0438\u0447\u043d\u043e\u0435 \u0433\u043e\u0441\u0443\u0434\u0430\u0440\u0441\u0442\u0432\u043e \u043f\u043b\u0430\u043d\u0435\u0442\u044b»,»short_name»:»VK»,»title»:»\u0412\u041a\u043e\u043d\u0442\u0430\u043a\u0442\u0435″,»width»:600,»height»:450},»twitter»:{«url»:»https:\/\/twitter. com\/intent\/tweet?url=https:\/\/vc.ru\/future\/31873-metod-singapura-kak-avtoritarnyy-rezhim-sozdaet-samoe-tehnologichnoe-gosudarstvo-planety&text=\u041c\u0435\u0442\u043e\u0434 \u0421\u0438\u043d\u0433\u0430\u043f\u0443\u0440\u0430: \u043a\u0430\u043a \u0430\u0432\u0442\u043e\u0440\u0438\u0442\u0430\u0440\u043d\u044b\u0439 \u0440\u0435\u0436\u0438\u043c \u0441\u043e\u0437\u0434\u0430\u0451\u0442 \u0441\u0430\u043c\u043e\u0435 \u0442\u0435\u0445\u043d\u043e\u043b\u043e\u0433\u0438\u0447\u043d\u043e\u0435 \u0433\u043e\u0441\u0443\u0434\u0430\u0440\u0441\u0442\u0432\u043e \u043f\u043b\u0430\u043d\u0435\u0442\u044b»,»short_name»:»TW»,»title»:»Twitter»,»width»:600,»height»:450},»telegram»:{«url»:»tg:\/\/msg_url?url=https:\/\/vc.ru\/future\/31873-metod-singapura-kak-avtoritarnyy-rezhim-sozdaet-samoe-tehnologichnoe-gosudarstvo-planety&text=\u041c\u0435\u0442\u043e\u0434 \u0421\u0438\u043d\u0433\u0430\u043f\u0443\u0440\u0430: \u043a\u0430\u043a \u0430\u0432\u0442\u043e\u0440\u0438\u0442\u0430\u0440\u043d\u044b\u0439 \u0440\u0435\u0436\u0438\u043c \u0441\u043e\u0437\u0434\u0430\u0451\u0442 \u0441\u0430\u043c\u043e\u0435 \u0442\u0435\u0445\u043d\u043e\u043b\u043e\u0433\u0438\u0447\u043d\u043e\u0435 \u0433\u043e\u0441\u0443\u0434\u0430\u0440\u0441\u0442\u0432\u043e \u043f\u043b\u0430\u043d\u0435\u0442\u044b»,»short_name»:»TG»,»title»:»Telegram»,»width»:600,»height»:450},»odnoklassniki»:{«url»:»http:\/\/connect.ok.ru\/dk?st.cmd=WidgetSharePreview&service=odnoklassniki&st.shareUrl=https:\/\/vc.ru\/future\/31873-metod-singapura-kak-avtoritarnyy-rezhim-sozdaet-samoe-tehnologichnoe-gosudarstvo-planety»,»short_name»:»OK»,»title»:»\u041e\u0434\u043d\u043e\u043a\u043b\u0430\u0441\u0441\u043d\u0438\u043a\u0438″,»width»:600,»height»:450},»email»:{«url»:»mailto:?subject=\u041c\u0435\u0442\u043e\u0434 \u0421\u0438\u043d\u0433\u0430\u043f\u0443\u0440\u0430: \u043a\u0430\u043a \u0430\u0432\u0442\u043e\u0440\u0438\u0442\u0430\u0440\u043d\u044b\u0439 \u0440\u0435\u0436\u0438\u043c \u0441\u043e\u0437\u0434\u0430\u0451\u0442 \u0441\u0430\u043c\u043e\u0435 \u0442\u0435\u0445\u043d\u043e\u043b\u043e\u0433\u0438\u0447\u043d\u043e\u0435 \u0433\u043e\u0441\u0443\u0434\u0430\u0440\u0441\u0442\u0432\u043e \u043f\u043b\u0430\u043d\u0435\u0442\u044b&body=https:\/\/vc. ru\/future\/31873-metod-singapura-kak-avtoritarnyy-rezhim-sozdaet-samoe-tehnologichnoe-gosudarstvo-planety»,»short_name»:»Email»,»title»:»\u041e\u0442\u043f\u0440\u0430\u0432\u0438\u0442\u044c \u043d\u0430 \u043f\u043e\u0447\u0442\u0443″,»width»:600,»height»:450}},»isFavorited»:false}

63 171 просмотров

Вы идёте на остановку, кликаете на приложение в смартфоне и просматриваете, когда приедет автобус, и сколько там будет свободных мест. В ожидании транспорта смотрите по сторонам и изучаете пятидесятиметровые деревья, которые сами накапливают дождевую воду (для себя) и солнечную энергию (для парковых фонарей).

Докурив сигарету, вы не бросаете окурок на тротуар, помытый сегодня утром мыльным раствором, а бережно несёте его к урне — штраф за окурок на тротуаре слишком высок, чтобы пренебрегать этим правилом. Тем более, что незаметно кинуть что-либо на дорогу всё равно не получится — весь квартал обвешан камерами наблюдения и тепловыми датчиками.

Сингапур — город, который поставил перед собой цель стать лучшим в мире и уверенно движется в этом направлении. Город, куда хочется вернуться, чтобы вновь ощутить прикосновение к будущему.

Артем Фридлянд

украинский писатель

Чтобы превратиться в такое уникальное место, Сингапур потратил всего полвека. И за это время создал себя заново.

Кто всё это начал

В середине 20 века у Сингапура не было ничего. Ни денег, ни ресурсов, ни свободы. Маленький регион входил в состав Британской империи, закупая у соседей даже песок и пресную воду. Но в конце 1950-х годов к власти пришёл человек, который изменил всё.

Премьер-министр Ли Куан Ю — один из самых популярных мировых лидеров столетия, которого публично хвалили Барак Обама, Маргарет Тэтчер, Владимир Путин и многие другие.

Когда Сингапур стал независимым в 1965 году, никто не ожидал, что он выживет.

Сайман Честерман

профессор национального университета страны

Ли Куан Ю получил государство, где экспорт едва приносил реальный доход, коррупция пожирала каждую сферу, а треть населения поддерживала социализм.

Ли Куан Ю

За несколько десятилетий он развернул план, который уже описывали абсолютно везде — это «Сингапурское экономическое чудо». Если коротко: перестроив весь госаппарат, пуская в страну любых инвесторов и создав центр торговли, Лу Куан Ю разработал уникальную систему, которая вывела нищий Сингапур в лидеры по уровню жизни, росту и доходам.

Всё это — из-за особых отношений между государством и его народом. Для сингапурцев власть — не жестокий босс, но суровый родитель. Она даёт людям социальный комфорт и надёжность, требуя взамен полный контроль над ситуацией.

При Ли Куан Ю правительство сурово выдавливало из общественной жизни всех противников системы и разработало законодательство, которое удивляет другие страны. И если штраф за брошенную на асфальт жвачку скорее забавляет иностранцев в очередной подборке интересных фактов, то смертная казнь через повешение за торговлю наркотиками формирует к порядкам Сингапура уже совсем другое отношение.

Список запретов и штрафов Сингапура даже используется в сувенирной продукции

Лу Куан Ю официально не управляет страной с 1990-го года: два года назад он умер, а до этого был советником других руководителей. Но все его ключевые идеи до сих пор являются основой государственного строя. И как раз благодаря им Сингапур движется к тому, чтобы стать первой в истории человечества Smart Nation.

Острова, которые знают о тебе всё

Один 38-летний сингапурец очень любил выйти на балкон без рубашки и выкурить пару сигарет, задумчиво разглядывая дома района. Пока однажды ему не прислали штраф на $14 тысяч за выброшенные из окна бычки, а его фото не опубликовали на сайте агентства по охране окружающей среды. Этого хулигана засекла обычная сеть камер наблюдения. Технологии Smart Nation умеют намного больше.

В рамках программы весь остров начиняется тысячами датчиков, установленных на транспорте, улицах, жилых домах. Они видят, как передвигается по квартире ваша пожилая родственница, сколько машин едет перед вашей в ряду и куда они сейчас повернут, на что расходуется вода и откуда, если что, её взять (на густонаселённом острове без собственных пресных запасов), чтобы вы без проблем помылись перед важной встречей.

Разработчики Smart Nation обозначают цели программы кодом E3A: «Everyone, Everything, Everywhere, All time» («Каждому, всё, везде, всегда»).

«Что бы вы могли сделать, когда у вас есть всё это, — спрашивает в разговоре с The Wall Street Journal Тим Грейсингер, исполнительный директор компании International Business Machines Corp, которая работает в системе Smart Nation. — Ваши возможности безграничны».

Согласно данным исследовательской фирмы IDC Government Insights, рынок технологий smart city в Азии достигнет триллиона долларов к 2025 году. И Сингапур точно будет центром этого потока.

К концу 2018 года Сингапур должен суммировать все свои контролирующие нити в единую 3D-модель страны в реальном времени. Проект «Виртуальный Сингапур» разрабатывается французской компанией Dassault Systèmes и стоит $73 млн. Наглядно это выглядит как что-то вроде игры Sims. Только тут всё по-настоящему.

Проект «Виртуальный Сингапур»

Для развития инструментов аналитики общественной жизни и сбора данных Сингапур ещё в 2015 году планировал вложить в сотрудничество с частными технокомпаниями около $1,7 млрд за период 2017 года. Большинство из них — малые предприятия и стартапы.

Руководители программы настойчиво указывают на то, что Smart Nation — невиданное удобство и пример применения искусственного интеллекта на пользу человеку. Но любое международное обсуждение проекта всегда сводится к двусторонней сути такой жизни. Потому что гигантская сенсорная сеть — это самое масштабное проникновение государства в частную жизнь.

Но, похоже, западные представители воспринимают тему совсем не так, как сами сингапурцы. Это люди, живущие в стране, которая полвека росла на успехах диктатуры и в которой 80% жителей сегодня обитают в государственных квартирах, 74% — полностью доверяют своему правительству.

Один показательный эпизод, рассказывающий о менталитете сингапурцев. В 2014 году в стране стал хитом портал Stomp, который создала популярная газета The Straits Times. Это что-то вроде соцсети для стыда и осуждения.

Любой пользователь загружает фотографию некорректного поведения, с которым столкнулся, и рассказывает о ситуации остальным. Например, пьяные эмигранты уснули в парке или студент поставил ноги на соседнее кресло в полупустом автобусе. Тогда сервисом за год воспользовались 12 млн человек, а внутри тусовок Stomp превратилась в тему для полушуток о контроле.

Налог на машину, цена за образование и сад для пенсионеров

Методы Сингапура хорошо раскрываются на примере развития общественного транспорта. Там наиболее показательно сочетаются технологии и забота о людях с неоспоримым контролем над ними.

С одной стороны, власти Сингапура делают всё, чтобы на автобусах хотелось ездить. Wi-Fi, бесконтактная оплата, контроль маршрута. Сингапурские автобусы даже пахнут приятно.

Общественный автобусный оператор Tower Transit скооперировался с местными маркетологами из AllSense и выпустил на городские дороги сотню автобусов, которые распыляют аромат, напоминающий садовые цветы и мяту.

Сюда же добавляются многие другие акции. Например, строительство отдельных полос для беспилотных такси. Дорожный департамент уделил внимание даже цвету авто и провёл исследования о том, какой он должен быть у такси.

Когда в 1907 году в Чикаго появились жёлтые такси, это делалось просто для того, чтобы отличить эти машины от тысяч чёрных авто. Сейчас известно, что жёлтый цвет лучше, чем синий (другой популярный цвет такси в Сингапуре).

Согласно результатам исследования, полный переход на один цвет сократит несчастные случаи почти на тысячу инцидентов и сэкономит около $1,7 млн в год, не считая денег на покраску.

С другой стороны, власти Сингапура настойчиво делают так, чтобы у людей не оставалось выбора. В стране ввели почти стопроцентный налог на покупку личного автомобиля и добавили сюда сложную процедуру оформления специального разрешения. В результате свой транспорт сегодня есть только у 15% сингапурцев.

Ещё одна дорогая сфера в Сингапуре — образование. По данным HSBC Holdings Plc, на обучение ребёнка за период от начальной до высшей ступени сингапурские родители тратят суммарно $70 939. Из всех стран и городов мира этот показатель выше только в Гонконге и ОАЭ.

При этом государство активно поддерживает образование и в 2017 году вложило в него почти пятую часть бюджета. Это в два раза больше по сравнению с цифрами 2005 года.

Увеличение госрасходов на образование, скорее всего, положительно повлияет на экономику страны в долгосрочной перспективе. Эти инициативы призваны увеличить человеческий капитал и производительность труда.

преподаватель экономики в Национальном университете Сингапура

В Сингапуре, согласно прогнозам, к 2030 году четверть населения будет старше 65 лет, и в эту категорию граждан власти инвестируют отдельным пунктом. Есть специальный план, рассчитанный на пятнадцать лет вперёд, три десятка различных инициатив и бюджет в $3 млрд. Внутри — улучшение качества автобусных остановок и транспорта, обучение новым технологиям, повышения качества больниц.

Самый необычный пункт программы — создание терапевтического сада HortPark. Это специальный парк, созданный для пенсионеров с деменцией или перенёсших инсульт, который поможет им жить удобно и ярко.

Бригады ландшафтных дизайнеров, архитекторов, садоводов и медиков высчитывали в нём размеры дорожек и набор посаженных растений, тщательно подбирали подходящий стиль территории.

Современные пенсионеры Сингапура — те, кто проследил весь путь создания общества, где государство даёт всем социальным группам удобство, но забирает право принимать решения. Кажется, пока такой метод работает.

Все диктатуры обречены на гибель

Cледует отметить, что диктатура в научном смысле – это несменяемость верховной власти одного человека, или единственной правящей партии, либо олигархии, управляемой военными. Есть такой вид авторитарных режимов как персоналистские диктатуры. Персоналистские политические режимы направляются единоличной властью одного лидера (одной персоны). В этом режиме лидер отождествляется с государственной властью, как в свое время Людовик XIV заявлял: «Государство — это я». Барбара Геддес полагает, что отличительная черта персоналистских режимов – это «наличие неформальных и иногда нестабильных связей лидера и подчиненных, основанных на личных отношениях, родстве, этничности». Персоналистский режим держится за счет, в первую очередь, лояльности «клики» — ближайшего окружения лидера.

Д. Аджемоглу считает, что устойчивость таких режимов обеспечивается стратегией «разделяй и властвуй», когда правитель договаривается с основными политическими группами, обеспечивая тем самым свое властвование. Как вы все знаете, этот вариант активно реализуется в политических режимах Центральной Азии. «Жесткий» тип персоналистского режима «предполагает большую тоталитарность, невозможность возникновения любых противоречий или же быструю их ликвидацию». Тем не менее, главной чертой диктаторских режимов является отнюдь не система государственного террора – к ней не всегда могут прибегать. В диктаторских режимах «всегда имеет место сговор с главной целью – присвоения государственных средств членами избранной клики закадычных дружков». В этом, собственно, уже заложена мина замедленного действия, которая рано или поздно взорвется и погребет все остатки былого величия диктатора, его семьи и клана. К тому же в современном мире «людям становится все сложнее оправдывать диктатуры, частично благодаря тому, что весь мир находится в поле зрения СМИ».

Ввиду того, что персоналистский режим «сосредоточен на лидере, чаще всего после его ухода или смерти режим не возобновляется и клика ликвидируется». Герхард Ловенберг показал, что существуют 4 основных фактора устойчивости авторитарного режима: отсутствие политического насилия; сохранение (поддержание) имеющейся системы; уровень авторитарности режима и «устойчивость как комплекс различных возможностей государства», где есть и «способность минимизировать гражданское насилие», способность на позитивное принуждение. Как видим, большая часть из этого списка отсутствует в большинстве стран ЦА. Устойчивость персоналистских диктатур очень слабая, поскольку такой режим «не может существовать без своего основателя и в ситуации передачи власти в связи со смертью или уходом правителя появляются сложности». В результате «кризис наследования» приводит к тому, что «соперничающие друг с другом группировки начинают оспаривать власть, и это, в зависимости от обстоятельств, приводит либо к государственному перевороту, либо к демократизации».

Укрепление личной власти посредством репрессий, отказ от выборов являются признаком приближения конца персоналистского режима, «а назначение преемника и проведение выборов — это движение к концу». Конец наступает благодаря резкому накоплению недовольства, «дворцовому перевороту» или «революции». Все это приводит либо к демократизации, либо «к становлению нового персоналистского или гибридного режима». Как показала мировая практика, сосредоточенность власти на одном субъекте сильно угрожает устойчивости режима. Власть таких лидеров становится возможной из-за слабости политических институтов, а также вследствие их распада или свержения. Неминуемая гибель персоналистского режима уже заложена в его сущности, когда диктатор для сохранения власти подавляет оппонентов, выделяет ресурсы в целях обеспечения лояльности сторонников.

В конечном итоге, как говорится, «сколько верёвочке не виться, а конец будет», то есть режим сметают последствия насилий, предательства «сторонников», не удовлетворенных размером выделяемых для них ресурсов. Учитывая, что в этом типе недемократического режима всегда есть «репрессируемый класс и сверхоплачиваемый класс, все остальные, что печально, могут оказаться в любом из этих». Напомним, что в наших странах периодически оказываются низверженными в тюрьму с высокого политического пьедестала крупные элитарии, ставшие неугодными диктатору, его клану. В персоналистских режимах политическими и экономическими дивидендами пользуется лишь «небольшая клика приближенных к лидеру участников, число которых увеличивается только при угрозе оппозиционного восстания». Понятное дело, что в период кризисов у контрэлиты в таком режиме появляется шанс поднять общество на массовые протестные выступления с вытекающими отсюда последствиями.

Вместе с тем при обычном раскладе отстраненные от власти группы стремятся сотрудничать с персоналистским режимом, потому что так выгоднее и безопаснее. Не правда ли, это что-то напоминает? Как бы то ни было, но неограниченная власть «персоналистского» лидера ведет к непредсказуемости, неэффективности и некомпетентности политики. Некомпетентность является результатом «негативной кадровой политики обмена лояльности на компетентность», что «приводит к ошибкам во внутренней и внешней политике». Тем самым такие испытания, как сегодняшний экономический кризис, вызванный падением цен на экспортируемое сырье, эпидемия коронавируса могут запросто положить конец персоналистскому режиму. Не случайно «более двух третей диктаторов (205 из 303) стали жертвами переворотов или других действий инсайдеров режима и, в первую очередь, это относится к персоналистским режимам».

Лидер персоналистского режима в случае появления оппозиционных своей власти сил в стране стремится кооптировать их в правящую элиту, но «такая институционализация способствует не разрешению конфликта, а его нейтрализации». Словом, угроза режиму лишь консервируется на время, которое работает против диктатора. Так, в 1946-2010 годах большинство (35%) изменений авторитарных режимов стало возможным за счет военных переворотов. В 13 процентах случаев авторитарные режимы трансформировались вследствие проигранных лидером выборов, в 17% благодаря ненасильственным протестным действиям «снизу», 8% — в результате организованного вооруженного конфликта. Пять процентов авторитарных режимов менялись под воздействием внешних факторов, 2% — после распада государства, а 8% благодаря другим изменениям, инициированным «сверху».

Многие диктаторы, как это водится, прославлялись как спасители и наилучшие благодетели отечества. При этом они в начале своего правления делали для страны определенные хорошие вещи. Но затем скатились в произвол, тиранию и впоследствии плохо закончили свой жизненный путь. Но были и исключения. Так, президент Ганы Джерри Ролингс сначала был жестким диктатором, но затем перешел к политике национального примирения, привлек иностранные инвестиции и сделал страну демократией. Более того, потом он добровольно ушел в отставку и сейчас «разъезжает по миру с лекциями об устойчивом развитии». Кенийский президент Даниэль арап Мои тоже пошел по этому пути, начав демократизацию страны. Для нашей политической действительности представляет интерес опыт президента Замбии Кеннет Каунда, который «после 27 лет у власти бескровно отдал ее лидеру партии, победившей на выборах». Наверное, эти лидеры поняли, что тирания не приведет их ни к чему хорошему и отказались от такого сомнительного «богатства».

Как гласят некоторые исследования, «нефтяные деньги позволяют «покупать» граждан и поддерживать аппарат репрессий» и тем самым поддерживать долгожительство автократий. Получается, сегодняшнее существенное снижение цен на нефть делает уязвимыми некоторые современные постсоветские автократии. Практика показывает, что когда наступает сильный длительный экономический кризис, то сторонники диктатора начинают нервничать, опасаясь, что он не в силах им помочь, «и тогда они начинают рыскать по сторонам в поисках возможности подороже себя продать». Вслед за этим следуют перевороты. Крах политических и экономических активов клана И. Каримова после его «внезапной» смерти является ярким примером того, что ждет, в конце концов, большинство диктаторов…

 

Аналитический отдел Platon.asia

 

 

Фото: http://nv.am/

«Правило 3,5%»: как незначительное меньшинство может без насилия изменить мир

  • Дэвид Робсон
  • BBC Future

Автор фото, Getty Images

Это может показаться удивительным, но в борьбе с диктатурой или авторитарным правлением мирные протесты вдвое эффективнее, чем любые насильственные действия. Причем решающую роль может сыграть даже довольно незначительное меньшинство населения, несогласное с положением в стране, подчеркивает обозреватель BBC Future. А если доля таких людей перерастает критическую цифру в 3,5%, то их мирный протест практически всегда приводит к переменам в обществе.

Примеров много. В 1986 году миллионы филиппинцев вышли на улицы Манилы с мирным протестом и молитвой (это назвали Революцией народной власти, или Желтой революцией). Авторитарный режим Маркоса пал на четвертый день.

В 2003 году народ Грузии сместил Эдуарда Шеварднадзе во время бескровной Революции роз, во время которой протестующие взяли штурмом здание парламента, держа в руках цветы.

В начале этого года в результате продолжавшихся долгое время массовых народных протестов и в Судане, и в Алжире были отстранены от должности президенты этих стран, находившиеся у власти десятилетия.

В каждом из этих случаев гражданское сопротивление рядовых членов общества победило политическую элиту, добившись радикальных перемен.

Конечно, существует много причин придерживаться именно ненасильственной стратегии. Но убедительные результаты исследования Эрики Ченовет, политолога Гарвардского университета, подтверждают, что мирное гражданское неповиновение — это не только моральный выбор.

Это еще и наиболее эффективный способ изменить мировую политику — значительно более эффективный, чем любой другой.

Рассмотрев сотни кампаний протеста XX века, Ченовет пришла к выводу, что ненасильственные с вероятностью в два раза большей достигали своих целей, чем насильственные.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Организаторы протестов «Восстание против вымирания» заявили, что исследование Ченовет вдохновило их

И хотя динамика развития событий может зависеть от многих факторов, исследовательница продемонстрировала: для серьезных политических перемен достаточно того, чтобы в протестах активно участвовало около 3,5% населения.

Влияние выводов Ченовет можно проследить на примере недавних протестов Extinction Rebellion («Восстание против вымирания», социально-политическое движение, использующее методы ненасильственной борьбы против изменений климата, потери биоразнообразия и риска социально-экологического коллапса.Прим. переводчика), движения, британские основатели которого говорят, что их вдохновили результаты исследования Ченовет.

Но как она пришла к подобным заключениям?

Конечно, очевидно, что исследование Ченовет опирается на философские взгляды многих влиятельных фигур прошлого: известных феминисток, борцов за гражданские права женщин, не говоря уже о Махатме Ганди и Мартине Лютере Кинге. Все они убедительно обосновывали могущество мирного протеста.

И все-таки Ченовет признает: когда она только приступала к своему исследованию в середине 2000-х, то была настроена довольно скептически. Неужели в большинстве ситуаций ненасильственные действия могут быть куда более эффективными, чем вооруженная конфронтация?

Будучи аспиранткой Колорадского университета, она несколько лет изучала факторы, влияющие на рост терроризма. Однажды ее попросили участвовать в научном семинаре, организованном Международным центром изучения ненасильственных конфликтов (ICNC), некоммерческой организацией, находящейся в Вашингтоне.

На семинаре приводилось много убедительных примеров мирных протестов, приведших к устойчивым политическим переменам: речь шла и о филиппинских событиях.

Но что более всего удивило Ченовет, так это то, что до нее никто не пробовал всесторонне сравнить показатели эффективности ненасильственных протестов с теми, в которых применялись насильственные методы — приводились просто примеры, выбор которых выглядел достаточно произвольно.

«Мой скептицизм относительно эффективности ненасильственного сопротивления стал моим мотиватором», — признается она.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Авторитарный режим Маркоса пал, когда на демонстрации вышли миллионы

Вместе с Марией Стефан, исследователем из ICNC, Ченовет принялась за обзор научных трудов по гражданскому сопротивлению и общественным движениям с 1900-го по 2006 год. В основном учитывались попытки сменить правящий режим.

Считалось, что то или иное мирное движение привело к успеху, только если ему удавалось полностью достигнуть своих целей. При этом, например, смена режима в результате иностранного военного вмешательства не считалась успехом.

Кампания признавалась насильственной, если происходили похищения людей, взрывы бомб, разрушались объекты инфраструктуры или наносился любой другой физический ущерб людям или собственности.

«Мы старались проверить степень эффективности ненасильственного сопротивления в довольно строгих рамках», — говорит Ченовет. (Настолько строгих, что в анализе Ченовет и Стефан индийское движение за независимость не было признано примером мирных протестов, поскольку решающим фактором посчитали иссякшие военные ресурсы Британии — при том, что, конечно, протесты тоже сыграли огромную роль.)

Сила в цифрах

Отчасти это результат разницы в количестве участников. Ченовет считает, что мирные кампании с большей долей вероятности приводили к успеху, потому что могли привлечь в свои ряды больше людей из широких слоев населения, что приводило к серьезным сбоям в функционировании общества, парализовало нормальную городскую жизнь.

Из 25 самых крупных кампаний протеста, которые они изучили, 20 были мирными и 14 из них привели к безоговорочному успеху. В среднем, ненасильственные протесты привлекали в свои ряды в четыре раз больше участников (200 тысяч), чем средняя кампания с применением насилия (50 тысяч).

Например, Революция народной власти на Филиппинах, направленная против режима Маркоса, на своем пике привлекла к участию два миллиона, бразильские протесты 1984-1985 гг. — миллион, Бархатная революция в Чехословакии 1989 года — 500 тысяч граждан.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Пожилая женщина разговаривает с полицейскими алжирских спецподразделений во время недавних протестов

«Цифры имеют значение для того, чтобы движение набрало силу и стало представлять собой серьезный вызов или угрозу засидевшимся у власти элитам или оккупантам», — отмечает Ченовет. И мирный протест, судя по всему, — лучший способ для движения заручиться широкой поддержкой общества.

Как только в протестах начинает принимать активное участие около 3,5% всего населения страны, успех, по всей видимости, неизбежен. И во время Революции народной власти, и во время Поющей революции в Эстонии (конец 1980-х), и во время Революции роз в Грузии (2003 г.) был достигнут этот порог.

«Не было ни одной кампании, которая бы потерпела неудачу после того, как число ее участников на пике достигло 3,5% от всего населения», — подчеркивает Ченовет. Этот феномен она назвала «правилом 3,5%».

Ченовет признается, что поначалу такие результаты ее удивили. Но сейчас она приводит много причин того, почему протесты, не прибегающие к насилию, получают такую поддержку у населения.

Наиболее очевидная — насильственные действия отпугивают тех людей, которые ненавидят кровопролитие или боятся его, а те, кто протестует мирно, имеют моральное превосходство.

Ченовет указывает на то, что для участия в мирных протестах меньше физических препятствий. Вам не обязательно быть физически подготовленным или иметь отменное здоровье, чтобы участвовать в забастовке.

В то же время насильственные кампании протеста склонны полагаться преимущественно на поддержку молодых людей в хорошей физической форме.

И хотя многие формы мирных протестов тоже несут в себе серьезный риск (вспомним хотя бы реакцию китайских властей на протесты на площади Тяньаньмэнь в 1989 году), по словам Ченовет, ненасильственные акции протеста, как правило, легче обсуждать открыто, что означает: информация об их проведении может достигнуть более широкой аудитории.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Мирные протесты с большей долей вероятности привлекают на свою сторону население. На снимке — участница демонстрации в поддержку реформ перед бойцами сил безопасности в Марокко (2011 г. )

С другой стороны, движениям, полагающимся на насилие, необходимо оружие, соблюдение конспирации, поэтому до широких слоев населения им сложнее достучаться.

Обретя широкую поддержку населения, мирные кампании протеста с большей долей вероятности привлекают на свою сторону представителей полиции и вооруженных сил — тех самых групп, на которые обычно полагается правительство для сохранения существующего порядка.

Во время мирных массовых демонстраций, в которых участвуют миллионы, представители сил безопасности могут также опасаться того, что в рядах протестующих — их родственники и друзья.

«Или же они видят огромную толпу и могут прийти к выводу, что пора покинуть борт тонущего корабля», — добавляет Ченовет.

Что касается специфических стратегий, то всеобщие забастовки — «вероятно, наиболее мощное оружие ненасильственного сопротивления», говорит она. Но они могут дорого обойтись каждому из участников, потому что, в отличие от других форм мирных протестов, не могут быть анонимны.

Ченовет приводит в пример бойкоты эры апартеида в Южной Африке, когда многие чернокожие граждане отказывались покупать продукцию компаний, чьи владельцы были белыми. Результат — экономический кризис белой элиты, что стало одной из причин отказа от политики сегрегации в начале 1990-х.

«У мирного сопротивления, особенно когда масштаб его растет, больше вариантов для тех, кто не хочет подвергать себя физической опасности (в сравнении с вооруженным сопротивлением)», — говорит Ченовет.

«Способы ненасильственного сопротивления часто более наглядны, так что людям проще понять, как им участвовать и как координировать свои действия для достижения максимального эффекта».

Магическое число?

Конечно, всё это — очень общие закономерности. И несмотря на то, что мирные протесты в два раза более успешны, чем насильственная конфронтация, мирное сопротивление, тем не менее, в 47% случаев тоже терпит поражение.

Как подчеркивают Ченовет и Стефан в своей книге, так порой случается потому, что ненасильственные протесты не набирают достаточной поддержки или достаточной динамики, «чтобы подорвать власть противника и оставаться несгибаемыми перед лицом репрессий».

Но и некоторые достаточно серьезные мирные протесты тоже терпели неудачу — например, протесты против правления коммунистической партии в Восточной Германии (ГДР) в 1950-х, в которых на пике участвовало 400 тысяч человек (около 2% населения), но которые не привели к переменам.

Если судить по данным, собранным Ченовет, успех мирных протестов только тогда кажется гарантированным, когда они достигают порога в 3,5% от населения страны. Но это — непростая задача.

Для примера: в Великобритании 3,5% населения — это 2,3 млн человек, активно вовлеченных в протесты, что примерно в два раза больше населения Бирмингема, второго по величине города Соединенного королевства.

Для США же эта цифра составит 11 миллионов граждан — больше, чем население Нью-Йорка.

Факт, тем не менее, остается фактом: мирные кампании протеста — единственный надежный способ собрать такое количество сторонников.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Свечи к мемориалу Бархатной революции в Праге. В 1989 году власть коммунистов в Чехословакии пала — еще одно подтверждение «правила 3,5%», выведенного Ченовет

Первоначальное исследование Ченовет и Стефан впервые было опубликовано в 2011 году, и его выводы с тех пор привлекают к себе огромное внимание.

«Трудно переоценить, насколько влиятельным стало их исследование», — говорит Мэттью Чандлер, изучающий проблемы гражданского сопротивления в Университете Нотр-Дам в штате Индиана.

Изабел Брамсен, занимающаяся историей международных конфликтов в Копенгагенском университете, согласна: выводы Ченовет и Стефан выглядят убедительно. «Сейчас это установленная истина: ненасильственный подход к протестам с гораздо более высокой долей вероятности приведет к переменам, чем насилие», — говорит она.

Что же касается «правила 3,5%», то она подчеркивает: хотя 3,5% — это незначительное меньшинство населения, такой уровень активного участия в протестах означает, что цели протестующих молчаливо разделяют гораздо больше людей.

Эти исследователи теперь хотят поглубже разобраться в том, какие еще факторы могут приводить к успеху или провалу протестных движений. И Брамсен, и Чандлер подчеркивают важность единства среди демонстрантов.

В качестве примера Брамсен приводит неудавшееся восстание в Бахрейне (2011 год). Поначалу в протестах участвовало много людей, но движение быстро раскололось на конкурирующие фракции. Потеря сплоченности, считает Брамсен, привела к тому, что протесты утратили динамику развития и ни к чему не привели.

Внимание Ченовет привлекли недавние кампании в ее родных Соединенных Штатах — движение Black Lives Matter («Жизни чернокожих важны») и Марш женщин в 2017 году (после инаугурации Дональда Трампа). Ей также интересно движение «Восстание против вымирания» (Extinction Rebellion).

«Им приходится преодолевать большую инерцию общества, — отмечает она. — Однако, я считаю, их стратегия прекрасно продумана. Кажется, у них правильное чутье на то, как надо развивать ненасильственные кампании протеста и с их помощью просвещать людей».

Ей очень хотелось бы, чтобы в учебниках истории уделялось больше внимания мирным кампаниям протеста — вместо того, чтобы рассказывать в основном о войнах.

«Многие исторические события, о которых мы рассказываем друг другу, — это прежде всего насилие. И даже если всё кончается полной катастрофой, мы все равно умудряемся найти в этом признаки победы», — размышляет Ченовет.

И мы склонны игнорировать успех мирных протестов, подчеркивает она.

«Обычные, простые люди в разных странах все время участвуют в поистине героической деятельности, изменяющей мир. И они заслуживают того, чтобы их заметили и прославили».

Прочитать оригинал этой статьи на английском языке можно на сайте BBC Future.

Школа 3 г.Нарьян-Мар — Школа 3 г.Нарьян-Мар

Учиться увлеченно – это здорово!

 

            С 12 по 16 марта в школе прошла предметная неделя в начальных классах «Хочу всё знать!» Всю неделю в начальной школе все дети были заняты делом: учились, творили, играли, соревновались, обсуждали, переживали. Каждый ребенок являлся активным участником всех событий недели.

 

Каждый день недели был посвящен одному из школьных предметов. Выявлялись  лучшие ученики   по отдельным учебным дисциплинам.

В первый день на втором этаже школы был оформлен стенд «Предметная неделя в начальных классах», где размещалось название каждого дня и те мероприятия, которые проводились в течение дня. Также на стенде размещалась информация о победителях каждого конкурса по классам.

Первый день, День русского языка, прошёл под девизом «Думай, проверяй, пиши!». В этот день учителя провели в классах внеклассные мероприятия по русскому языку. Учащиеся 3 «б» класса с азартом отгадывали загадки, шарады, ребусы, находили ошибки в тексте, работали с фразеологизмами  на занятии «В мире русского языка». Победителем стал Канев Константин, призёрами – Банин Павел и Габрилёва Виктория. Команды учащихся 3 «а» класса бились за победу в КВНе «Ты наш друг, родной язык!». Победила команда «Грамотеи». Проверили свои знания по русскому языку учащиеся 4 «а» класса, соревнуясь в игре «Слабое звено». Игра прошла очень эмоционально, каждый из детей хотел одержать  победу!! В результате упорной борьбы лучшим знатоком русского языка стала  Шутова Татьяна!  В 4 «б» классе ребята написали каллиграфический диктант.

Учитель – логопед  Кечко М. Ю. подготовила и провела во всех классах  викторину «Знаешь ли ты русский язык?». Так же среди учащихся был проведён конкурс «Лучший каллиграф».  

Второй день, День математики,  прошёл под девизом «Считай, смекай, отгадывай!».

В этот день учителя подготовили для учащихся математические газеты. Дети с удовольствием  решали логические задачки, математические ребусы, шарады, соревновались в быстром счёте. Во 2 «б» классе в конкурсе «Призадумайся» победу одержал Солопов Пётр, решивший больше всех заданий на смекалку.

В первых классах прошли конкурсы «Лучший счётчик» и «Оживи цифру». Цифры у первоклассников превращались в лебедей, принцесс, снеговиков.  А лучшими счётчиками стали ученица 1 «а» класса Коткина Полина и ученик 1 «б» класса  Кириллов Игорь. В конкурсе «Лучшая тетрадь по математике» выявлены победители и призёры в каждом классе.

«Читай, думай, рассказывай!» — девиз третьего дня, Дня читателя. Хозяйками этого дня стали библиотекарь школы Рочева Г.Г. и педагог – организатор Мустафаева Т. А.

Для учащихся 1-х классов была проведена викторина «Весёлый день с Сергеем Михалковым». Первоклассники путешествовали по станциям под весёлую песенку «Мы едем, едем, едем…». Оформлена выставка рисунков по произведениям С. Михалкова.

Учащиеся  2-3 классов читали рассказы М.М. Пришвина на мероприятии «Лесной писатель», угадывали голоса птиц, разгадывали кроссворд. Победителями стали Ляпунов Иван и Хозяинов Михаил, учащиеся 3 «б» класса.

Учащиеся 4 — х классов на литературном часе «Читаем сказки Горького» отвечали на вопросы викторины, по результатам которой определились победители: Шицова Милолина, ученица 4 «а» класса, Сухопаров Артём, Боброва Елизавета и Миклин Александр, учащиеся 4 «б» класса.

Четвёртый день, День краеведения,  прошёл под девизом «Хочу всё знать!». Это день развития  любознательности и познавательного интереса к окружающему нас миру. Все учащиеся написали олимпиаду «Знатоки природы», в каждом классе определены победители и призёры.

            Учащиеся 3 «а» класса посетили мероприятие «Погостите в тёплом чуме». Хозяйка чума рассказала ребятам, что такое  «дом» оленевода, как его строить и почему важно, чтобы чум был мобильным сооружением. Учащиеся  охотно слушали рассказ о традиционной ненецкой одежде и детских игрушках в тундре, угощались вкусным чаем.

Пятый день посвящён Дню искусства, девизом которого были слова «Мастери, рисуй, твори!».

2018 год в НАО объявлен Годом оленеводства. Учащимся предлагалось поучаствовать в конкурсе поделок и рисунков, сочинений и стихов «Родина…Родина… Тропы оленьи».

В течение всей недели пополнялась выставка рисунков, поделок, стихов и сочинений, которая была оформлена на 2 этаже школы. Она явилась логическим завершением предметной недели.

Неделя начальных классов прошла успешно.  Все проведённые мероприятия были хорошо подготовлены и с интересом восприняты детьми. Победители и призёры всех конкурсов получили свои заслуженные грамоты. Огромное спасибо всем педагогам и учащимся начальной школы!

Руководитель МО начальных классов Безумова О. Б.

Авторитарный стиль преподавания

Авторитарный стиль преподавания


Foto: LETA

Учитель — царь и бог. Он знает все. Ученик выполняет его указания. В классе господствует дисциплина и строгая иерархия. Дети обучаются работать по алгоритму: для каждой задачи есть оптимальный путь решения, выучи его и действуй по нему. Твой успех зависит от того, насколько точно ты следуешь правилам. Понятие «надо» ставится выше, чем «хочу», что воспитывает в ребенке чувство долга.

Такой стиль был принят в школах Советского Союза, до сих пор распространен в классических гимназиях Франции, в частных школах Великобритании.

Плюсы

Ребенок приобретает много глубоких и прочных знаний. Привыкает к дисциплине: он точно знает, за что его похвалят, за что накажут. И отлично действует в рамках приказа. У него развивается чувство ответственности за порученное дело: выполнил — хорошо, не выполнил — плохо.

Ребенок быстро справляется с решением стандартных задач. Может собраться и сделать, раз так надо. Он легко встраивается в любую иерархическую систему и как подчиненный, и как шеф, поскольку умеет и подчиняться, и приказывать. Может стать идеальным государственным служащим: ответственным, исполнительным и образованным. Уважает авторитеты.

Минусы

Очень большую роль в этом процессе играет учитель. Хорошо, если он человек мудрый, образованный и творческий, а если ограниченный, туповатый и деспотичный?

Ребенок «тормозит» и не справляется, если ситуация или задача потребует от него нестандартного подхода.

Нередко вырастает ограниченным и прямолинейным, как трамвай: есть один правильный путь, одно верное решение.

Он постоянно подавляет свои желания, душит свои эмоции и свою чувствительность. И ему сложнее создать что-то новое и творить.

Кому и когда подходит

Отличный выбор для семилетнего ребенка с сильной нервной системой, особенно если он при этом несколько неорганизованный и капризный. Хороший стиль для некоторых юных гениев. Оригинально мыслить гений и от природы умеет, а толковый учитель даст ему базу полезных знаний, не позволит лениться.

Можно рекомендовать тинейджеру 11-13 лет, который научился творить при другой системе обучения, чтобы дать как можно больше информации. Он уже достаточно взрослый, чтобы сознательно оценить плюсы авторитарного обучения и с помощью родителей миновать минусы.

Кому не подходит

Детям очень ранимым, робким, чувствительным — они станут еще более тихими и замкнутыми. Могут и сломаться.

Детям из демократических семей, где каждый имеет право на свое мнение и все решения принимаются сообща. У таких детей начнутся конфликты или дома, или в школе.

Автократия — Вики

Автокра́тия (др.-греч. αὐτο-κράτεια «самовластие, самодержавие»; от αυτός «сам» + κράτος «власть») — одна из форм правления, основа которой стоит на неограниченном контроле власти одним лицом или же советом, наподобие однопартийного парламента или президентской республики. Автократия — переходная ступень от демократии к тоталитарному режиму и наоборот. При этом не является в полной мере ни одной из них, совмещая признаки обеих форм правления. Правитель может быть преемником предыдущего автократа, избираться парламентом после его смерти или отставки/импичмента прежнего правителя. Хотя есть место и исключению, где новоиспечённый правитель может получить титул, переданный по наследству. Подобным образом дело обстоит с династией Кимов в КНДР.

История

Авторитарный режим может являть собою как абсолютную власть одного человека, так и смешанную власть парламента и непосредственно самого правителя, где значимый перевес будет в сторону последнего, исходя из авторитета правителя. По факту, сама власть в подобном государстве представляет собою единую политическую партию. Однако, будучи авторитарной страной, государство может иметь различные идеологические взгляды. К примеру, уклон в национализм, социализм, технократию, меритократию, теократию и так далее. В истории нередко встречались авторитарные государства. Однако стоит подметить, что различия между ними могли быть кардинальными. Исходя из религиозных, политических, принципиальных, идеологических, экономических или даже личных соображений самого автократа или его партии.

Из наиболее известных примеров авторитарного государства можно выделить следующие:

Понятием «автократия» обозначаются также неограниченные полномочия субъектов в какой-то сфере государственной деятельности.

Политология

В современной политологической литературе понятие «автократия» иногда означает тоталитарные и полностью авторитарные политические режимы, в которых осуществляется неограниченная и бесконтрольная власть одного вождя. Однако, следует понимать всю многогранность этой формы правления. При авторитарном режиме контроль правительства над обществом не является всеобъемлющим, что и отличает его от тоталитарного режима. Автократические политические решения не способствуют общественному и индивидуальному развитию, поскольку по существу большинство авторитарных режимов отрицают естественные человеческие права на свободу, равенство и справедливость, оставляют за собою право определять для государства институты национальных и социальных ценностей, создавая на данной почве цивилизацию.

В зависимости от объёма функций управления общественной жизнью (в том числе и её экономической сферой), принятых на себя государственными органами, автократии подразделяются на:

  • Тоталитарные — основаны на первоначальной поддержке большинства населения, предполагают его формально-демонстрационное участие в формировании органов государственной власти и активное вмешательство государства во все сферы общественной жизни;
  • Авторитарные — проявление относительной самостоятельности государственных властей вне зависимости от определённых социальных сил. Вмешательство авторитарного государства в общественную жизнь ограничено, как правило, лишь политической сферой и установлением законодательного права. Гражданские лица всё же имеют право вносить свои коррективы, предлагая свои инициативы на рассмотрение в высшие инстанции, где в будущем законопроект может быть одобрен парламентом или же правителем единолично.

Диссонанс при автократии

  1. Как и любая другая форма правления, идеология или политическое движение, автократия имеет свои плюсы и минусы. Одним из главных и явных минусов автократии является передача власти и «застой» правителя на посту главы государства. После кончины или отставки правителя не совсем ясно, по каким именно правилам власть должна переходить к следующему претенденту. Неправильная организация передачи власти может дестабилизировать политическую жизнь страны, а в конечном счёте подобное может привести к неблагоприятным последствиям. Подобным примером конфликта автократии и демократии с последующей гражданской войной можно считать события в Югославии 1990-х годов, где коллапс произошёл после смерти главы государства Иосипа Броз Тито при ослаблении контроля над минорными национальностями.
  2. Возможным и неблагоприятным аспектом при авторитарном правительстве является наступление стагнации в экономическом, социальном и техническом плане, что впоследствии может повлечь за собой переход к замедленному развитию в различных отраслях. Но есть и примеры противоположных процессов. Ими могут послужить некоторые мусульманские страны с авторитарными, но различными по внутреннему устройству режимами. Это Иран во время Исламской революции 1978-1979 годов и Ливия времён Муаммара Каддафи.
  3. «Оттепель». Новый лидер может в корне поменять политический курс предшествующей власти. Однако это может повлечь не только качественные преобразования режима, но и смуту в обществе.

См. также

Ссылки

Автократическое и демократическое лидерство: преимущества и недостатки

Если вас недавно повысили до руководящей должности или вы в последние месяцы заметили, что ваша команда работает менее эффективно, возможно, вам потребуется больше узнать о стилях лидерства, которые наиболее эффективны при управлении компанией. Два наиболее распространенных подхода включают автократическое лидерство и демократический стиль лидерства. Продолжайте читать, чтобы узнать все об этих двух методах управления командой.

Что такое автократическое лидерство?

Автократические лидеры — это те, кто берет на себя более авторитетную роль на работе.В статье Forbes сообщается, что все больше компаний стремятся использовать авторитарный стиль руководства среди своих сотрудников. Некоторые утверждали, что лучшие лидеры более нарциссичны и даже обманчивы с точки зрения своего автократического стиля управления, игнорируя при этом демократические процессы.

«Директивный тип лидерства, который в прошлом назывался автократическим, предполагает принятие всех решений самостоятельно в качестве менеджера, указание вашим сотрудникам следовать определенным указаниям и ожидание от сотрудников выполнения всех задач вовремя», — говорится в предыдущем сообщении. блог под названием Преимущества и недостатки руководства Laissez-Faire .

Автократический лидер — это тот, кто придерживается сильного подхода к руководству сверху вниз. По сути, автократическое управление подразумевает, что один человек управляет всеми основными решениями в компании или внутри группы, при этом почти или совсем не принимая участия членов команды. Все окончательные решения принимает руководитель, и другие, работающие вместе с менеджером, не дают никаких советов или предложений. Эти лидеры не консультируются со своей командой при принятии решения и не позволяют кому-либо из подчиненных принять важное решение.Ожидается, что после того, как выбор будет сделан, остальная часть команды подчинится окончательному решению.

Кроме того, некоторые эксперты определяют авторитарный стиль лидерства как человека, который идет на смелый риск и бросает вызов существующему положению вещей. Кроме того, тот, кто следует определенным путем, невзирая на возникающие проблемы, склонен более авторитетно относиться к лидерству. Те, у кого есть долгосрочные планы и большие идеи, как правило, занимают более авторитарные руководящие должности.

>> Рекомендуемая литература: 20 лучших книг о лидерстве, чтобы стать лучшим лидером

Каковы преимущества автократического лидерства?

Согласно Houston Chronicle , автократическое лидерство имеет ряд жизненно важных преимуществ.Например, у команды будет четкое видение ожиданий и того, в каком направлении движется их проект и компания. По сути, никого не смущает направление компании или даже конкретное задание, над которым они работают. Миссия компании будет понятна всем сотрудникам. По сути, автократический стиль руководства не принимает во внимание никакие второстепенные, противоположные мнения, что делает видение организации более простым. Те, кто противоречит руководителю, часто ненадолго остаются в компании.

Еще одним важным преимуществом является то, что каждый знает, чего от него ждут. Деспотичный лидер устанавливает определенные ожидания в отношении всех сотрудников, работающих под его началом. Например, у отдела продаж могут быть определенные цели, которых они достигают, чтобы продать продукт и получить достаточную прибыль для компании. Такой тип целей позволяет всем сотрудникам лучше понять, чего от них ждут.

Автократический стиль руководства также предполагает более быстрый процесс принятия решений, что приносит пользу компании и сотрудникам.Поскольку за все важные решения отвечает только один человек наверху, в такой среде дела идут быстрее. Может быть группа советников, с которыми консультируются, но ответственное лицо принимает все окончательные решения, которые затем быстро выполняются.

Наконец, авторитарный лидер также занимает более сильную и твердую позицию на переговорах. Улучшенная позиция на переговорах связана с лидером, который имеет в виду определенные финансовые интересы и долларовую стоимость и не отклоняется от этих ожиданий.Автократический лидер уверен в себе во время переговоров и не отступит, пока соглашение не станет удовлетворительным.

>> Рекомендуемая литература: Как создать культуру собственности среди своих сотрудников

Каковы недостатки автократического лидерства?

Хотя автократический стиль руководства имеет различные преимущества, с ним также связан ряд проблем и недостатков. Например, среди очень профессиональных и независимых команд этот тип лидерства может вызвать недовольство, низкий моральный дух и даже гнев сотрудников, согласно статье, написанной специалистом по привлечению талантов Ренджи Раджаном для LinkedIn.

Слишком тщательная проверка может заставить ваших сотрудников чувствовать себя неадекватными и беспокоиться больше, чем необходимо. Кроме того, слишком много авторитарного стиля может привести к исчезновению всего группового вклада. Кроме того, согласно The Economic Times , при таком подходе к руководству сотрудники, работающие на менеджера, никогда не получают вознаграждения или признания. Таким образом, это может повредить моральному духу рабочих.

Поскольку этот тип лидерства имитирует стиль диктатора, многие утверждают, что в долгосрочной перспективе это нанесет ущерб сотрудникам.По сути, такой стиль управления ведет к снижению морального духа сотрудников и может снизить эффективность их работы.

Что такое демократическое лидерство?

Согласно Harvard Business Review, в отличие от автократических лидеров, демократическое лидерство предполагает наличие менеджера, который больше созвучен своей команде и способен разделить ответственность, а также принятие решений и власть с подчиненными ему или ей. .

Еще один термин для обозначения демократического лидерства — это коллективное лидерство, которому уделяется больше внимания, чем когда-либо прежде, в программах обучения и управленческих ресурсах компании.По сути, менеджеров поощряют открывать свои решения для принятия решений среди своих сотрудников и работать с другими над разработкой планов и долгосрочных целей.

Некоторые ключевые аспекты определяют демократическое лидерство, такие как принятие командных решений, совместная постановка целей и улучшение навыков слушания для двустороннего общения. Самый важный аспект того, чтобы быть демократическим лидером, вовлекает менеджера, включая подчиненных, в процесс принятия решений. Некоторые из способов достижения этого — открытое и честное общение, поддержание легкой доступности, улучшение развития сотрудников и проявление внимания к другим, а также поддержка сотрудников.Еще один важный аспект демократического лидера — это желание меняться.

Учет потребностей подчиненных также является важной частью демократического лидерства. Исследования показывают, что тренинги и образование побудили менеджеров изменить свой стиль руководства и принять более демократические принципы.

Каковы преимущества демократического лидерства?

Согласно статье LinkedIn, написанной финансовым аналитиком Сурендрой Джакхар, одним из самых больших преимуществ демократического лидерства является его упор на вовлеченность, участие и вовлеченность команды. Работа каждого сотрудника признается, и лучшие результаты среди сотрудников награждаются. По сути, в среде под демократическим руководством есть более высокий моральный дух.

Еще одно преимущество состоит в том, что сотрудники в такой среде, как правило, работают более продуктивно и разрабатывают более инновационные, творческие идеи для общего роста компании. При таком стиле лидерства между работниками происходит более тесное сотрудничество.

Сотрудники с большей вероятностью будут замечать собственные достижения и ставить разумные цели в демократической среде.Следовательно, работники с большей вероятностью будут расти и продвигаться по карьерной лестнице, если их руководитель использует демократический стиль руководства. Сотрудники получают большее удовлетворение от работы в этом типе рабочей среды из-за проводимых мероприятий по сотрудничеству и тимбилдингу.

Кроме того, работодатели, использующие демократическое руководство, склонны предлагать своим работникам большую гибкость и адаптацию за счет более открытого процесса общения. Сотрудники также могут быть более мотивированы демократическими лидерами.Применяя этот стиль, вы расширяете потенциал своих сотрудников.

>> Рекомендуемая литература: Лучшие качества хорошего лидера и 5 шагов к достижению

Каковы недостатки демократического лидерства?

Наряду с преимуществами демократического лидерства жизненно важно понимать опасения и недостатки этого типа стиля лидерства. Например, если роли неясны или сроки быстро приближаются, такой стиль управления может привести к незавершенным проектам и сбоям в общении.

Кроме того, некоторые сотрудники могут оказаться не в состоянии внести правильный вклад в принятие решений в отношении конкретного проекта, особенно если у них нет необходимых навыков или опыта. Если сотрудники не обладают высокой квалификацией или опытом, такой стиль руководства может оказаться не очень эффективным.

Кроме того, для достижения консенсуса при принятии решений в группе может потребоваться много усилий и времени. Иногда такой тип лидерства приводит к слишком большому количеству встреч, на которых ничего не происходит, и люди откладывают дела на потом, потому что не могут прийти к выводу и действовать в соответствии с определенным решением.

Наряду с этими недостатками также неэффективно использовать демократическое лидерство, когда мало времени для принятия решения или когда неэффективно спрашивать мнение каждого. Если компания находится в трудном положении и не может ошибаться, такой стиль руководства не очень поможет.

Как правильные инструменты повышают ваши лидерские навыки

Независимо от того, выберете ли вы демократический стиль руководства или автократический, технологии, которые вы используете в своей компании, могут сыграть важную роль в процессах управления проектами.Программное обеспечение Runrun.it может помочь вам в выполнении ваших задач и принять тот стиль руководства, который вам подходит.

Вы сможете делегировать задания и планировать долгосрочные цели, а также повседневные задачи, используя эту новую систему и ее информационные панели. Фактически, вы сможете измерять результаты и результаты среди членов вашей команды и вознаграждать тех, кто добился лучших результатов. Кроме того, вы можете бесплатно протестировать эту программу для управления проектами. Начните бесплатную пробную версию, зарегистрировавшись по адресу: http: // runrun.это

Китай и достопримечательности авторитаризма

Сегодня Китай характеризуют четыре политические и экономические особенности: авторитарное правительство, экономика, ориентированная на потребителя, стремление к большей глобализации и технологические инновации.

Вместе эти особенности составляют то, что Пекин считает системой, конкурирующей с заикающимися либеральными демократиями Запада. Неумелая реакция США на пандемию коронавируса подорвала их статус мирового лидера.Пекин быстро воспользовался этим, продвигая предполагаемые преимущества своей конкурирующей авторитарной системы и усиливая свои претензии в качестве претендента на мировое лидерство США.

Националистические интеллектуалы в Китае, такие как Чжан Вэйвэй, утверждают, что авторитарные политические системы имеют явные преимущества и что «меритократическое» и «иерархическое» правительство обеспечивает компетентность при исполнении служебных обязанностей. В то время как политический новичок, такой как Дональд Трамп, может занять высший пост в Соединенных Штатах, ни один китайский политик не сможет реально стать лидером, если он сначала не возглавит большую провинцию (Си Цзиньпин был партийным секретарем провинции Чжэцзян на востоке Китая в период с 2002 по 2007 год. ).

Политические ястребы на Западе приводят Советский Союз как пример неустойчивости авторитарных режимов. Но СССР распался отчасти из-за его несуществующей экономики и неспособности обеспечить желаемые потребительские товары. Экономическая революция в Китае, напротив, увеличила благосостояние его граждан. Коммунистическая партия Китая (КПК) использует данные о ВВП, чтобы обосновать авторитарную политику, проводимую сверху вниз: 1,4 миллиарда человек в Китае имеют средний доход на душу населения в размере 10 000 долларов, тогда как в Индии — крупнейшей демократии в мире — он составляет 2300 долларов.

Китай безжалостно расширяет свое глобальное присутствие, о чем свидетельствует Инициатива «Один пояс, один путь» по созданию огромной инвестиционной зоны по всей Евразии. Одним из самых мощных инструментов в этом стремлении является его способность производить технологии военного и гражданского назначения, такие как распознавание лиц, и высокотехнологичные потребительские товары, укрепляющие его имидж как задающей тенденции гиперсовременной экономики. До разногласий по поводу своей роли в построении сети 5G компания Huawei была наиболее известна в Великобритании как производитель телефонов.Сегодня приложение для обмена видео TikTok, разработанное китайской ByteDance, есть почти на каждом телефоне подростка.

В начале 2020 года Китай выдержал международное осуждение своего политического вмешательства в дела Гонконга и репрессивного режима, который он установил в отношении уйгурских мусульман в Синьцзяне.

Но пандемия Covid-19 нанесла ущерб глобальной репутации Китая, а также нанесла ущерб проекту Пекина по убеждению мира в том, что его версия авторитаризма является более жизнеспособной формой политической организации, чем либеральная демократия.

Китайские государственные СМИ хвастаются, что скорость реакции страны на вирус могла быть достигнута только в авторитарном государстве. Но этот аргумент был подорван успехом демократических стран, таких как Южная Корея, Тайвань и Новая Зеландия, в борьбе с вирусом. Эти страны сделали это, не скрывая и не подвергая цензуре информацию о масштабах своих эпидемий. Между тем наблюдатели со всего мира назвали кризис чернобыльским моментом в Китае, а премьер-министр Китая Ли Кэцян был вынужден потребовать «не скрывать или занижать информацию» после того, как стало ясно, что чиновники слишком напуганы, чтобы честно сообщать факты. .

Положение Китая как защитника глобального Юга также подорвано. Высокопоставленные лица в правительстве Жаира Болсонару в Бразилии — крупнейшем торговом партнере Китая в Латинской Америке — осудили Китай за распространение Covid-19. Кадры с участием нигерийских мужчин в городе Гуанчжоу, которых насильно подвергают дополнительным тестам на коронавирус, также обострили напряженность в отношениях между Китаем и большей частью Африки.

В Великобритании перспективы Китая расстроены. 22 мая стало известно, что роль Huawei в строительстве британской сети 5G будет сокращена, а участие технологического гиганта прекратится к 2023 году.Это представляет собой новый политический настрой по отношению к Пекину. Согласно опросу British Foreign Policy Group, 83% опрошенных не доверяют Китаю. Новый закон о безопасности Гонконга, объявленный Пекином 21 мая, вызвавший опасения криминализации инакомыслия на полуавтономной территории, только усилит это недоверие.

Международное осуждение того, как Китай справляется с кризисом, связанным с коронавирусом, не приведет к внутреннему давлению на КПК. Многие граждане Китая критикуют правительство за укрывательство и коррупцию и издеваются над ним в социальных сетях, прежде чем вмешаются цензоры.Тем не менее, под давлением многие также скажут, что они в целом поддерживают своих лидеров и считают, что Китаю следует действовать более настойчиво в мире. Британская политика в отношении Китая должна будет признать, что КПК нельзя рассматривать отдельно от ее народа.

Но Китай также неправильно рассчитал свое положение в мире. Несмотря на то, что коронавирус выявил недостатки политической системы США, Китай не сможет занять позицию глобального лидера. Это связано с тем, что для этого ему не хватает мягкой силы, силы, которую нельзя восполнить только наличием стильной и инновационной технологической индустрии или поспешной — и очень публичной — рассылкой масок для лица в другие страны, пораженные коронавирусом, такие как Италия. .

Поразительно, насколько Китай стал более авторитарным. Десять лет назад он все еще обладал высокоинвазивным государственным аппаратом. Но к журналистским расследованиям в таких изданиях, как газета Southern Weekend относились терпимо, как и к блогерам, критиковавшим правительство; он также поддержал договоренность с Гонконгом «одна страна, две системы».

Но ограниченное пространство для свободного обсуждения в последние годы сузилось еще больше. Четыре определяющие особенности Китая — авторитарное правительство, экономика, ориентированная на потребителя, открытость для глобализации и технологические инновации — создали сильное чувство китайской идентичности у себя дома.

Но они составляют политическую систему, которую трудно продать за границу. Какую бы мягкую силу Китай ни накопил с 1990-х годов, теперь он противостоит постсовидскому миру, который будет менее податливым его геополитическим амбициям и менее снисходительным к его репутации в области свободы.

Демократия, авторитаризм и политическая пунктуация

Мы ценим комментарии Кристиана Бройнига и Криса Влезиена к более ранним версиям этой рукописи.

1Демократии хвалят как за их внутреннюю ценность, так и за то, что они, кажется, работают лучше, чем автократические режимы по ряду ключевых показателей, по крайней мере, в течение длительных периодов времени.Сторонники демократического правления заявляют, что им лучше удается проводить адаптивную политику с помощью механизмов открытости и компромисса. С другой стороны, авторитарные режимы часто рекламируются как обеспечивающие стабильность и порядок перед лицом хаоса и непредсказуемости открытых демократий.

2Экономист Амартия Сен утверждает, что демократии не страдают от голода. Сначала он заметил, что голод было легко решить, если бы правительства имели волю (Сен, 1981). Позже он понял, что голод был обычным явлением в колониальных и авторитарных системах, но не в демократических.Как он выразился в интервью 2015 года (Ebersole 2015): «Если правительство уязвимо для общественного мнения, голод — это ужасно плохо. После голода невозможно выиграть много выборов ».

3Отмечая, что и бедность, и нехватка продовольствия, даже острая нехватка, были обычным явлением в развивающихся демократиях, Сен продолжил утверждать, что они не перерастали в полномасштабный голод, как при авторитарных режимах. Обсуждая китайский голод 1958-61 годов, он предположил другую связь с этим бедствием.«Пока продолжался голод, также не хватало информации. Это дополнительный фактор, информационная связь в отличие от связи с политическим стимулом »(Ebersole 2015). По сути, китайское правительство подавляло поток информации, чтобы скрыть свою неудачу, и в конечном итоге обманом заставило себя думать, что риса доступно больше, чем было. Хотя Сен был оптимистично настроен относительно способности демократии предотвращать голод, он был менее уверен в ее способности бороться с голодом и бедностью (Dreze and Sen 1989; Sen 1981).

4 Эти и им подобные наблюдения важны, потому что они сосредоточены на деятельности демократий, а не на их внутренних ценностях. Тем не менее, они ограничиваются одной проблемой за раз: лучше ли демократии поддерживать общий мир (Reiter 2017)? Могут ли они более эффективно справляться с нехваткой продовольствия до того, как они перерастут в голод? Они лучше способствуют экономическому росту (Helliwell 1994)? В более общем плане вопрос можно сформулировать так: являются ли демократии более отзывчивыми к проблемам, чем недемократические системы? Поскольку проблемы сами по себе являются динамическими, оказываются ли демократии более адаптивными по мере изменения ситуации? И как измерить эту адаптацию?

5Buena de Mesquita и его коллеги (2003) дают общий ответ: стимулы для лучшей разработки политики связаны с размером минимально выигрышной коалиции, которая выбирает правящую коалицию.Этот механизм отличается от концепции демократии, хотя они частично совпадают. Это также ставит вопрос о производительности политики в более широкие рамки, тем самым избегая подхода к производительности по каждой проблеме. Он также рассматривает размер того, что они называют избирательным округом , как континуум, открывая возможность того, что сами демократии различаются по своим стимулам для выработки адаптивной государственной политики, как и диктатуры, в зависимости от размеров их соответствующих избранных. Авторы утверждают, что другие аспекты демократии не связаны с политикой, но Кларк и Стоун (2008) оспаривают это по методологическим причинам.Кроме того, меры, используемые Буэно де Мескита и его коллегами, не включают оценки адаптивной политики, которые мы предлагаем ниже.

6 Правительства представляют собой смесь структур и норм, и разделение их на демократические и авторитарные игнорирует возможность того, что одни аспекты правительства могут привести к лучшему адаптивному решению проблем, а другие — нет. Приводят ли некоторые характеристики демократий к более гибкой политике, чем другие формы? Хотя мы аплодируем Буэно де Меските и его коллегам за то, что они рассматривают эту проблему как непрерывную, мы не согласны с ними в том, что они считают эти системы более сложными, чем они предполагают. Мы также считаем адаптивную разработку политики ключевым показателем эффективности политики. Как мы обсудим ниже, мы оцениваем адаптивную политику как способность избегать чрезмерно значительных и беспорядочных изменений в политических обязательствах.

7 В настоящее время ученые выделяют класс политических систем, которые «обладают ключевыми процедурными характеристиками демократии, такими как регулярные выборы, и одновременно демонстрируют атрибуты, связанные с авторитарными режимами, от подавления свободной прессы до нарушений гражданских прав» (Sebok 2019: 1).Хотя эти системы, похоже, полагаются на крупные избранные, они все еще не справляются с адаптивной политикой. Себок (2019; 1) называет эти «гибридные режимы» и выдвигает гипотезу, что они более неустойчивы в своей политике, чем демократические режимы, но меньше, чем полностью авторитарные режимы. Себок продолжает: «Политические акценты смещаются от одного к другому более драматично в гибридных режимах, потому что они следуют моделям принятия популистских решений на основе опросов, а не постепенным сдвигам, периодически прерываемым выборами, которые характерны для установления повестки дня в демократических странах».Гибридные режимы работают лучше, чем полные автократии, но хуже, чем демократии?

8 Это говорит о том, что мы можем рассматривать континуум между полностью открытыми демократическими системами и полностью закрытыми автократическими системами, отличающимися степенью контроля со стороны центральных властей, встроенных в систему. Эти градации должны быть связаны с более адаптивной политикой. Кроме того, некоторые аспекты режимов могут быть больше связаны с решением проблем, чем другие. При таком подходе размер избирательной комиссии — это только один элемент в разработке адаптивной политики.

9Крайне важно различать адаптивных политик , которые меняются по мере изменения среды, и стабильности политик , которые могут быть неадаптивными из-за чрезмерной жесткости перед лицом динамических сред. Полностью жесткая политика в строго контролируемой политической системе может обеспечивать неизменность политики в течение длительных периодов времени, но, как правило, она не реагирует на меняющийся характер политической среды. Другими словами, это менее адаптивные системы.Такие системы вполне могут быть подвержены более серьезным помехам, поскольку они не могут обнаружить надвигающийся шторм и приспособиться к нему. Китайский застройщик Чен Тяньюн уловил суть этого процесса, когда заявил, что Китай «подобен гигантскому кораблю, направляющемуся в пропасть. Без фундаментальных изменений корабль неизбежно потерпит крушение, а пассажиры погибнут »(Лю, 2019).

10 Здесь мы рассматриваем проблему эффективности демократии через призму подходов к политическому процессу, которые рассматривают разработку политики как неизменно несвязную и эпизодическую, а не как непрерывную и поэтапную.Системы различаются по своей восприимчивости к более или менее интенсивным политическим пунктам. Политическая литература указывает, что более интенсивные знаки препинания связаны с длительными периодами неизменной политики, так что сильная стабильность и интенсивные пунктуации парадоксальным образом связаны между собой.

11Общий тезис о пунктуации постулирует, что политические системы подвержены множеству потоков информации о проблемах, которые могут потребовать решения, но при этом они также подвергаются сильному сопротивлению при решении этих проблем (Jones and Baumgartner 2012).Информация всегда неопределенная и двусмысленная, и поэтому редко бывает достаточно ясной, чтобы сделать соответствующее действие очевидным. Так что всегда есть отсрочка в действиях, ведущая к тенденции позволять проблемам гноиться, пока они не переступят порог критичности (Jones and Baumgartner 2005). Часто следует политика «встревоженных открытий» (Даунс, 1972). Ограничение внимания является основным препятствием для реагирования на информацию во всех системах, но это усиливается, когда информация подавляется. Существуют и другие формы сопротивления, включая набор правил принятия решений, которые позволяют участникам вето блокировать такие действия, и идеологическую жесткость, которая мешает распознаванию проблем и реагированию на них (Tsebelis 1995; Jones, Sulkin, and Larsen 2003).

12 Напряжение между требованиями к действию, порождаемым потоками информации, и сопротивлением им приводит к динамике скачкообразного движения , к тому же процессу, который вызывает землетрясения, когда тектонические плиты слипаются на длительные периоды времени (трение), а затем внезапно быстро скользят друг по другу, поскольку давление земного ядра увеличивает напряжение между плитами (Jones and Baumgartner 2012).

13 Политические системы различаются набором механизмов, которые способствуют трению и поощряют открытые потоки информации.Тем не менее, демократии имеют общие характеристики, в том числе регулярные выборы с широким участием, свободное выражение мнений и несколько препятствий для организации влияния на политику, которая, на первый взгляд, может привести к более эффективному решению проблем. Демократии также различаются по многим параметрам — от опыта работы с демократией до форм представительства и механизмов управления, которые они используют. В более открытых демократиях больше свободы прессы, более динамичные и эффективные плюралистические групповые структуры и репрезентативные системы, которые включают больше жителей и более правдиво передают политические взгляды этих жителей политикам.Менее иерархические и централизованные системы разработки политики меньше полагаются на правительство, ориентированное на исполнительную власть, и больше на децентрализованные механизмы разработки политики. Точно так же автократии имеют общие характеристики, которые, как можно было ожидать, приведут к снижению способности решать проблемы, включая чрезмерно централизованные структуры управления и дополнительные ограничения на свободный поток информации. Но они тоже различаются по способностям решать проблемы.

14 Деятельность правительства можно оценить как реакцию на проблемы.Очевидно, существуют и другие критерии, но неспособность решить назревающие проблемы, несомненно, является важным компонентом оценки любой политической системы. Однако определение проблемы часто неясно, и разные группы по-разному интерпретируют один и тот же набор показателей. Однако можно усилить эту трудность, сосредоточив внимание на том, чем не является адаптивное решение проблем. Хотя бывают исключения, в частности, когда среда разработки политики быстро или катастрофически меняется, в большинстве случаев резкие акценты в политике являются симптомами неадекватной политической системы.Чем больше знаки препинания, тем менее эффективна система в своевременном решении связанной проблемы. Как следствие, сравнительные меры пунктуации политики являются обратными индикаторами принятия адаптивной политики. Как правило, инкременталистская политика (в отличие от жестко стабильной политики) является показателем лежащей в основе разработки адаптивной политики.

15Основная проблема при оценке пунктуации политики заключается в оценке того, когда изменение политики является значительным и когда оно «достаточно близко» к постепенному (учитывая, что все системы подвержены некоторой степени трений).Политологи обратились к стохастическим процессным подходам, с помощью которых они изучают полное частотное распределение изменений политики. Например, можно рассчитать процентные изменения бюджетных ассигнований по бюджетным категориям в пределах одной страны, рассчитать частотное распределение и сравнить это распределение со стандартным нормальным распределением (которое можно было бы ожидать в чисто инкрементной бюджетной системе).

16 Типичное бюджетное распределение довольно сильно отличается от Нормального, обычно демонстрируя некоторый положительный перекос (при котором бюджет увеличивается больше, чем уменьшается) и явный лептокуртоз (при котором есть много очень маленьких изменений и несколько действительно больших, но мало умеренные изменения). На рисунке 1 показано типичное распределение изменений бюджета. Сначала он агрегируется путем расчета процентных изменений от года к году в каждой бюджетной категории, а затем их агрегирования для всех измеряемых стран (в данном случае с использованием десяти стандартных категорий, используемых Международным валютным фондом для 21 страны за период. 1996-2011).

Рисунок 1: Изменения бюджета с поправкой на инфляцию для всех стран.

Zoom, оригинал (jpeg, 16k)

Источник: Fagan, Jones, and Wlezien, 2017 г.

17 Бюджетные распределения можно сравнить по широте расстановки знаков пунктуации с помощью эксцесса, или нормализованной версии, l-эксцесса (Bruenig and Jones (2011).Эту стратегию также можно использовать для других показателей процесса разработки политики, используя структуру темы политики проекта Comparative Policy Agendas (https://www.comparativeagendas.net), вычисляя процентные изменения категорий во времени. Положительный эксцесс или лептокуртоз указывает на высокие пики и длинные хвосты (как показано на рисунке 1). Длинные хвосты указывают на большое количество наблюдений с большими процентными изменениями, которые сами по себе указывают на пунктуацию политики. Второй подход заключается в непосредственной оценке наклонов распределения Парето, или степенной функции (Jones et.al. 2009 г.). Распределение Парето характеризуется очень длинными хвостами; в случае бюджетных изменений это будет указывать на чрезвычайно большие бюджетные изменения, будь то положительные или отрицательные.

18 Ученые изучили такое распределение бюджета во многих различных политических системах, обнаружив существенный лептокуртоз во всех политических системах национального уровня, изученных до сих пор. В сравнительном исследовании распределения бюджетных изменений между семью развитыми демократиями Jones et al.(2009) обнаружили пунктированные распределения во всех изученных случаях. Fagan, Jones и Wlezien (2017) аналогичным образом обнаружили, что все изученные ими распределения на уровне страны характеризуются значительным эксцессом, как и комбинированное распределение, представленное выше. Положительный эксцесс также характерен для субнациональных органов власти, включая штаты США (Бреуниг и Коски, 2006 г.) и местные органы власти США (Иордания, 2003 г.), штаты Индии (Кармаркар, 2016 г.), местные органы власти Дании (Джонс и др., 2009 г.) и школьные округа Техаса ( Робинсон 2004).Определенные области политики в рамках одной политической системы, как правило, характеризуются пунктуацией (True 2000). Джонс, Салкин и Ларсен (2003) рассмотрели различные этапы политического процесса в США, а Баумгартнер и др. (2009) сделали это в трех западных странах; Обе группы обнаружили, что трение увеличивается от этапа ввода до этапа разработки политики и этапа вывода политики.

19 Мера эксцесса, рассчитанная по странам, может быть использована в качестве зависимой переменной в регрессионном анализе.Это позволяет исследователям изучать потенциальные причины разнообразия пунктуаций в политике, связывая потенциальные причинные факторы с мерами бюджетного эксцесса на уровне страны.

20Различия в эффективности между демократиями, гибридными режимами и автократическими режимами можно отнести к размаху неадекватной политики, на что, в свою очередь, указывает строгость расстановки знаков в политике. Выше мы отметили, что Сен указал на связь стимула и информации с неадекватной политикой борьбы с голодом в колониальных и авторитарных режимах.Мы добавляем два других фактора: трение , позволяющее лицам, принимающим решения, реагировать, и степень централизации в системе разработки политики. Следовательно, степень неадекватности выработки политики при решении проблем, вероятно, будет зависеть от четырех общих факторов. Стимулирующий фактор Фактор определяет степень, в которой политики сталкиваются с побуждениями или санкциями, которые побуждают их выявлять и решать проблемы. Информация сосредотачивается на том, существуют ли системы для обработки информации, указывающей на проблемы; проблемы должны быть обнаружены и определены, прежде чем они будут решены. Трение связано со структурными препятствиями, мешающими действиям политиков по решению проблем . Централизация означает концентрацию полномочий по принятию решений в верхней части правительственной организации. Конечно, в реальном мире эти факторы в значительной степени пересекаются, но концептуально они различны.

21 В любой системе существует много трений или сопротивления изменениям политики. Требуется определенная мобилизация, чтобы преодолеть такие трения и предпринять политические действия.Трения могут исходить от институциональных структур, таких как разделение властей в системе США, или от когнитивных и культурных факторов, таких как идеологии, которые исключают определенные действия адаптивной политики.

22 Трение в правительстве само по себе не плохо, поскольку оно обеспечивает необходимую стабильность, позволяющую отдельным лицам и организациям полагаться на стабильную структуру для работы. Поскольку все системы сталкиваются с множеством проблем, манипулирование вниманием между ними влечет за собой игнорирование определенных проблем за счет решения других (Jones and Baumgartner 2005).Это означает, что никакая политическая система не может избежать разрывов в политике. Тем не менее, чрезвычайно высокий уровень трения может привести к возникновению проблем. Ученые-политологи используют метод накопления ошибок , при котором забытые проблемы могут расти, а более ранние стратегии, разработанные для решения этих проблем, становятся все более и более устаревшими в качестве потенциальных решений. По мере накопления ошибок системе требуется все больше и больше усилий для решения проблемы, требуя все больших и больших политических акцентов, например, в бюджетных ассигнованиях. (Джонс, Салкин и Ларсен, 2003; Джонс, Баумгартнер, 2005).

23Голод в Китае, связанный с «большим скачком» Мао, был самым страшным голодом в современной истории, унесшим примерно 30 миллионов смертей от голода. Виной тому политика правительства, основанная на коллективизации и индустриализации, а также сопротивление информации, свидетельствующей о больших страданиях в сельской местности. Сопротивление реформам было мощным, а стимулы для решения проблемы — слабыми.Степень централизации на вершине иерархии коммунистической партии означала, что потоки информации вверх по иерархии игнорировались, а должностные лица более низкого уровня часто подвергались санкциям за их инициирование. Более того, они предлагали сильно завышенные оценки урожая, чтобы произвести впечатление на начальство. У правительства не было стимулов для исправления курса, и система скрывала необходимую для этого информацию.

24 Голод закончился изменениями в политике, которые начались в 1961 году, когда правительство провело необходимые реформы.Но это произошло только после обширных и ненужных страданий и потребовало огромных изменений в политике. Такой вид огромной корректировки политики характерен для политических систем, которые слабо реагируют на информационные сигналы о серьезности проблем, с которыми сталкивается система, культурных или идеологических шор, отвлекающих внимание от проблемы, и высокоцентрализованных систем, приносящих пользу укоренившимся интересам, которые стимулируют подавление информации о проблемах.

25 Второй механизм дезадаптации проистекает из чрезмерной реакции на признанную проблему, которая может перерасти в политический пузырь, аналогичный тем, которые возникают в перегретой экономике (Jones, Thomas and Wolfe 2014; Maor 2012, 2014).Такая чрезмерная реакция более вероятна в системах с высоким уровнем трений, поскольку отсутствие ранней адаптации к изменяющимся обстоятельствам может привести к усилению паники, поскольку политики осознают, насколько далеки от истины их позиции.

26 Степень трений в системе выработки политики тормозит трансформацию требований и потребностей в изменении политики в действия политики. Ни одна система не застрахована от трений, которые мешают преобразованию наблюдаемых проблем в решения, заставляющие эти проблемы исчезнуть, и действительно, многие укоренившиеся интересы в демократических системах, как и в других типах систем, могут действовать, чтобы увековечить такие проблемы.Хотя, похоже, ни одна система не способна плавно адаптироваться к изменениям в их среде разработки политики, некоторые из них, похоже, испытывают более крупные (и, как правило, менее частые) пунктуации политики, в то время как другие корректируются менее прерывисто (но все же не поэтапно). Демократии не всегда оснащены всем необходимым для решения проблем. Хотя у нас нет количественных данных, не все авторитарные режимы также одинаковы в своих способностях приспосабливаться к меняющимся обстоятельствам. Понимание этих вариаций в демократических системах, о которых мы располагаем значительными доказательствами, может привести к лучшему пониманию причин патологической пунктуации политики.Также вероятно, что те же принципы, которые приводят к меньшему нарушению политики и большей инкременталистской адаптации к изменяющимся потокам информации в демократических странах, также применимы к менее демократическим гибридным режимам и автократическим режимам.

27 Мы можем сформулировать это понятие следующим образом, которое является модификацией более ранних утверждений тезиса (Jones and Baumgartner 2012):

Общий тезис о пунктуации : Чем выше уровень политических трений относительно вводимых ресурсов, тем продолжительнее периоды стабильности, но тем сильнее изменение политики, которое неизменно происходит по мере того, как политическая система приспосабливается к своей сложной среде.

28 Идея о том, что высокий уровень сопротивления или трений приводит к более резким изменениям в политике, была впервые сформулирована в исследовании степени прерывания в политическом цикле (Jones, Sulkin, and Larsen 2003; Jones and Baumgartner 2005). Идея заключалась в том, что должно быть легче получить доступ к процессу разработки политики на ранних этапах политического процесса, то есть на этапах определения повестки дня, чем на более поздних этапах — принятии законов или распределении бюджетов.Так было и в США. Более позднее сравнительное исследование, проведенное в Бельгии и Дании, а также в США, показало, что по мере увеличения трений в политическом цикле увеличивалась и степень пунктуации в политике (Baumgartner et al. 2009). Эти исследования оценивали такие вещи, как парламентские вопросы или слушания в Конгрессе, как относительно недорогие или несложные функции мониторинга системы, затем функции законотворчества, затем составление бюджета и другие результаты политики. По мере того, как процесс продвигается дальше политического процесса, институциональные затраты на корректировку, как правило, выше, и поэтому трения очевидны в результатах его политики.

Гипотеза прогрессирующего трения : Трение ниже в процессах, связанных с постановкой проблем в повестку дня разработки политики, чем в процессах, связанных с принятием политики, направленной на решение этих проблем

29 Может показаться очевидным, что легче обсудить проблему, чем добиваться решения. Но существует обширная литература об отрицании повестки дня — способности политически значимых элит не допускать активного обсуждения вопросов в политической системе, но разрешать проблемы, когда они активно поддерживают включение их в повестку дня (см. Jones, 2016, для обзор).

30 Почему трение увеличивается по мере того, как мы продвигаемся по политическому циклу? Есть две причины. Во-первых, институциональные правила затрудняют создание выигрышных коалиций на этапах процесса принятия решений, чем на этапах установления повестки дня. Другой заключается в том, что по мере прохождения вопроса через политический цикл он привлекает все больше внимания и, следовательно, больше сопротивления в результате контрмобилизационного эффекта.

31Связанный с этим вопрос заключается в том, сильнее ли сопротивление на ранних стадиях в одних политических системах, чем в других.Это очень вероятно. По сравнению с президентскими системами, может быть труднее включить вопрос в повестку дня в парламентских системах, в которых коалиция большинства контролирует политические вопросы, которые вносятся в парламент на рассмотрение, но легче решить их, как только они попадают в повестку дня. . В этих системах, вероятно, будет труднее решить проблему, даже если она активно рассматривается. В авторитарных системах контроль за повесткой дня, вероятно, будет еще более строгим, что еще больше затруднит привлечение лиц, принимающих решения, к решению назревших проблем.

32Jones et al. (2009) рассчитали суммарный показатель институциональных трений на основе четырех факторов: двухпалатный подход, децентрализация, однопартийное правительство и доминирование исполнительной власти. Они обнаружили тесную взаимосвязь между степенью институциональных трений и эксцессом при распределении изменений бюджета каждой страны. Чем сильнее институциональные трения в демократических системах, тем больше вероятность того, что крупные бюджетные изменения произойдут за счет более умеренных приспособлений к меняющимся обстоятельствам.Чем слабее институциональные трения, тем более постепенные и умеренные изменения. Институциональные трения связаны с гладкостью или прерывистым характером результатов политики. Чем выше трение, тем более акцентированный результат. Чем меньше трение, тем эффективнее система.

33 Другие бюджетные исследования показывают аналогичные результаты. Рю (2009) считает, что ограничения фондов на уровне штатов США приводят к более значительным бюджетным пунктам, чем более гибкие категории расходов.Такие, казалось бы, простые категориальные системы могут добавить трение к системе, ограничивая механизмы, которые политики могут использовать для решения возникающих проблем.

34 Первоначальное понятие прерывистого равновесия было разработано для устранения сопротивления заблокированных подсистем политики необходимому изменению политики (Баумгартнер и Джонс, 1991; 1993). Эти децентрализованные системы работали вне поля зрения, позволяя группам интересов, ориентированным на отрасль, оказывать непропорционально большое влияние на процесс разработки правил.Worsham and Stores (2012) показывают, что изменениям политики можно встретить сильное сопротивление в некоторых подсистемах политики на этапе внедрения. Они изучили сопротивление подсистемы сельскохозяйственной политики противодействию дискриминации в отношении афроамериканских фермеров в США даже после принятия крупного законодательства и пришли к выводу, что серьезное изменение политического режима не обязательно происходит даже после серьезных усилий по решению проблемы. Таким образом, уровни трений можно недооценить, сосредоточив внимание только на законодательных актах (или даже на бюджетных изменениях).

35 Можно ли распространить гипотезу трения на различия между авторитарными и демократическими режимами? Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что это возможно. Чан и Жау (2016) демонстрируют большую бюджетную пунктуальность в коммунистических авторитарных системах, чем в ограниченных авторитарных или либерально-демократических режимах (хотя сравнительную надежность данных в этом случае трудно оценить). Они также изучили различия в бюджетных пунктах в китайских провинциях и обнаружили более строгие пунктуации там, где региональные администрации были более закрыты для вложений (что оценивалось как волнения рабочих).В заключение они признают, что оппозиционные группы не только действуют как препятствия на пути выработки политики большинством, но и бросают вызов политическим приоритетам. Следовательно, они предоставляют информацию о назревших проблемах правящим элитам. Как следствие, авторитарные системы, лишающие власти коалиций меньшинств, хуже как в решении возникающих проблем, так и в ограничении чрезмерной реакции на «тревожное открытие», когда они (с опозданием) попадают в поле зрения политиков.

36 Один сильный исследовательский план по изучению вопроса об авторитаризме и демократии сосредоточен на изучении систем, переходящих от авторитаризма к демократии или наоборот.Характеристики страны остаются неизменными, особенно если переход резкий. Однако для бюджетных исследований возможно, что в процессе будут изменены бюджетные категории или изменится способ сбора или представления данных. В иллюстративном исследовании Лам и Чан (2015) используются данные, закодированные в соответствии с протоколом сравнительных политических повесток, для сравнения выработки политики в Гонконге при переходе от колониального режима к постколониальному. Использование четырех различных показателей, закодированных из правительственных документов (обсуждения в законодательных органах, политическое обращение губернатора [до 1997 г.] и главного исполнительного директора [после 1997 г.], бюджетная речь, произнесенная финансовым секретарем, и годовая бюджетная смета, предложенная политикой. бюро и отделы), они обнаружили более высокий уровень прерывистой продукции в колониальный период, чем в последующий период.

37 Надежность гипотезы авторитаризма впечатляет. Баумгартнер и др. (2017) изучают вопросы государственного бюджета в Бразилии, России, Турции и на Мальте до и после смены режима на более открытые, демократические формы правления. Во всех случаях они показывают, что пунктуация более серьезна в периоды недемократии. Эпп (2018) рассматривает годовые изменения валового внутреннего продукта в десятках стран с различными формами правления. Эпп рассудил, что, поскольку автократии имеют тенденцию оказывать большую центральную власть над своей экономикой, они будут налагать правительственные трения на экономические системы.В соответствии с гипотезой авторитаризма он обнаруживает, что экономический рост более стабилен в странах с демократическими формами правления и постепенно становится более неустойчивым, двигаясь по континууму к менее открытым режимам. Притчетт и Саммерс (2014) сообщают о скачкообразном падении темпов роста в развивающихся странах после периодов быстрого роста и предполагают, что авторитарные режимы в Китае делают прерывистый спад еще более вероятным.

38 В особенно тщательном исследовании Себок и Берки (2018) составили серию бюджета для Венгрии с 1868 года по настоящее время, что позволило им изучить изменения в политических режимах и их влияние на бюджетную пунктуацию.Разделив современную венгерскую историю на «свободную» (1990–2013 гг.) И «несвободную или частично свободную» (1868–1989 гг.), Исследователи обнаружили более обширные бюджетные пунктуации в последний период. Учитывая недавние изменения в Венгрии, будет интересно отслеживать изменения бюджета, потому что у нас есть твердый прогноз: бюджетные куртозы должны увеличиваться по мере продления периода авторитарной демократии при президенте Орбане.

39 Пунктуация в политике возникает из-за недостаточного внимания к назревшим проблемам, а затем из-за чрезмерного стремления справиться с неконтролируемыми ситуациями.Это должно быть хуже в авторитарных системах. Есть свидетельства того, что демократии обеспечивают более стабильные модели экономического роста, возможно, путем принятия более подходящей макроэкономической политики (Quinn and Woolley 2001). Но исследование Куинна и Вулли, а также другие исследования в этом ключе, исследуют взаимосвязь между демократией и моделями роста, а не между демократией и постепенными корректировками макроэкономической политики. Более того, как демократия, так и автократии способны серьезно недооценивать назревающие экономические проблемы, как показала Великая рецессия.

Стимулы к решению проблем

40 Вторым фактором, объясняющим серьезность пунктуации в политике, является структура стимулов, которую политические лидеры должны учитывать, а затем вводить в действие и осуществлять политику, которая смягчает эти проблемы, тем самым смягчая пунктуации в политике. Хотя верно то, что выборы дают политическим лидерам стимулы для решения проблем, верно также и то, что политики сталкиваются с конкурирующими стимулами для сохранения текущего политического урегулирования.К ним относятся такие факторы, как сбор средств на избирательные кампании, давление групп интересов и партийная идеология. Тем не менее, если электоральные стимулы имеют значение, то сигналы от общественности должны вызывать более быструю корректировку поступающей информации о проблемах, и чем сильнее эти сигналы передаются, тем выше вероятность действий.

41 Политические системы различаются по эффективности репрезентации общественного мнения в том смысле, что одни системы репрезентации передают сигналы от общественности более плавно, чем другие (Сорока и Влезиен, 2010; Влезиен и Сорока, 2012).Эффективность представительства повышается в нефедеральных системах (по крайней мере, для разработки политики центрального правительства) и снижается там, где исполнительная власть слишком сильна. Кроме того, кажется, что она ослабляется в системах с множеством политических партий. Эффективность представительства также повышается там, где политические системы имеют продвинутые механизмы для распознавания и обработки сигналов общественного мнения, что позволяет им получать доступ к повестке дня выработки политики в периоды между выборами. Исследования показывают, что пропорциональные системы представительства более эффективны непосредственно после выборов, но менее эффективны между ними (Soroka and Wlezien 2015; Wlezien and Soroka 2015).

42 Поскольку термостатическая модель, на которой основаны эти исследования, включает в себя элемент сильной обратной связи, это означает, что вопросы и проблемы, беспокоящие общественность, решаются в процессе. Отзывчивость на массовое мнение может привести к недооценке или чрезмерной реакции на проблемы, но в эффективных системах термостатическая реакция на изменения в общественном мнении в период между выборами должна компенсировать такие ошибки в согласовании политики с мнением. Авторитарным системам, как правило, не хватает серьезных репрезентативных систем, тогда как гибридным системам не хватает некоторых ключевых характеристик эффективности репрезентации.Гибридные системы часто полагаются на «принятие популистских решений на основе опросов» (Sebok 2019: 1) и, вероятно, будут меньше подвержены влиянию межвыборных изменений в общественном мнении. Такие гибридные системы также в значительной степени зависят от мобилизации населения, сосредоточенной на отдельных вопросах, таких как иммиграция, что явно приводит к игнорированию других критических вопросов. Следовательно, в целом мы ожидаем, что решение проблем будет улучшено в репрезентативно эффективных системах. Такие системы должны более эффективно получать обратную связь от общественности о политических действиях или бездействии по всем вопросам.Это рассуждение приводит к следующему утверждению:

Эффективность представления : Пунктуация политики должна быть более строгой там, где репрезентативные системы менее эффективны.

43 Эффективность репрезентативных систем основана на прозрачности, с которой общественное мнение передается в процесс принятия решений. Fagan, Jones, and Wlezien (2017) напрямую рассматривают связь между пунктуацией политики и репрезентативной эффективностью и показывают, что в системах, где институциональные особенности, такие как доминирование исполнительной власти, избирательные системы и федерализм, препятствуют такому преобразованию, политические пунктуации кажутся более значительными. тяжелая форма.

44 Политические элиты обычно более поляризованы, чем массовая публика, и парламентская поляризация может указывать на отсутствие правдивого отражения мнения в процессе выработки политики. Цебелис (1999) демонстрирует, что связь между количеством участников, обладающих правом вето, и их идеологической дистанцией снижает возможность разработки основных законов. Точно так же Бройниг (2006) показывает при сравнении временных рядов бюджета между Данией, Германией и Соединенным Королевством, что пунктуация более экстремальна там, где сильна идеология, а расстояние между парламентскими партиями велико.

45 Роль федерализма в создании политической нестабильности может быть неоднозначной и действовать противоположным образом. Похоже, что это снижает эффективность представительства в центральных органах власти в таких системах, но также предлагает более разнообразный источник информации о проблемах и потенциальных решениях для них в субнациональных органах власти.

46 Если общее понятие эффективности в репрезентативных системах верно, то те же рассуждения следует распространить на гипотезу прогрессирующего трения.То есть, по мере увеличения трений в рамках политического цикла, мы должны наблюдать ослабление влияния общественного мнения на политическую деятельность. Например, должно быть легче включить вопрос, вызывающий всеобщее беспокойство, в повестку дня разработки политики, чем принимать меры по нему. Это именно то, что Джонс, Ларсен и Вилкерсон (2009) обнаружили в своем исследовании соответствия между оценкой общественностью наиболее важных проблем, стоящих перед страной, и реакцией правительства с использованием данных из проекта «Политические повестки дня» (см. Также Mortensen 2009). .Чакес Бонафон и Палау (2011) сообщают о подобных результатах из Испании. В системах, которые добавляют больше трений в систему выработки политики, гораздо легче обнаружить проблемы, чем фактически проводить политику, направленную на решение этих проблем.

47 Подобное мышление привело Бевана и Рассмуссена (2017: 1) к изучению того, как структура групп интересов «влияет на процесс, посредством которого приоритеты общественных проблем переводятся в политические приоритеты». В своем исследовании политического внимания в U.На федеральном уровне авторы обнаружили, что размер группы интересов положительно влияет на связь между общественными приоритетами и действиями правительства. Но по мере роста институциональных трений связь ослабевала. Если размер активности группы интересов в области политики указывает на открытость в этой области, то, похоже, открытость способствует эффективности репрезентативной системы.

48 Мы можем резюмировать это в предложении ниже:

Ослабление сигнала: Правительства включают социальные сигналы, например, поступающие от общественного мнения, в начале политического цикла, но сигнал ослабевает по мере перехода от этапов установления повестки дня к этапам принятия решений.

Централизация

49One постоянные претензии снова и снова сделали в обеих демократических и авторитарных режимах является то, что сильной центральной власть приводит к более адаптивным вариантам политики. И действительно, в крайних случаях слишком слабая центральная власть ведет к отсутствию гибкого политического выбора. В США, например, отсутствие адаптации в выборе политики привело к замене Статей Конфедерации действующей Конституцией, которая предполагает баланс между центральной и рассредоточенной властью.Тем не менее, зачастую недостатки централизованного управления более чем сводят на нет его преимущества в процессе решения проблем.

50Главные руководители в демократических странах любят вносить изменения в политику: там, где исполнительная власть сильнее законодательной, у них больше возможностей для этого. Эти полномочия, кажется, добавляют к пунктуации политики. Правительства штатов США, главы которых обладают более сильными институциональными полномочиями, испытывают более серьезные бюджетные нарушения, чем правительства с более слабыми губернаторами (Breunig and Koski 2009).Бройниг и Коски (2018) объясняют это тем, что губернаторы штатов США с более формальными бюджетными полномочиями пытаются выразить их, изменяя фискальные приоритеты возглавляемых ими штатов. Они показывают, что «руководители углубляют крупные сокращения и способствуют значительному увеличению бюджетных изменений», тем самым усугубляя бюджетную нестабильность. Это является следствием полномочий как на определение повестки дня, так и на этапе принятия решений, особенно с правом вето. Во второй статье Бреуниг и Коски (2012) показывают, что результаты таких исполнительных действий не обязательно будут положительными в долгосрочном плане.Пунктуация бюджета может немедленно дать большой эффект, но с меньшей вероятностью сохранится в долгосрочной перспективе, чем более адаптивная постепенная корректировка.

51Хотя обычно считают, что сильные руководители обеспечивают стабильность политики, исследования, похоже, не подтверждают это. Работа Брейнига и Коски показывает, что сильные руководители в правительстве штата США добавляют нестабильности долгосрочной политике государства. Sirimaneetham (2006) показывает связь в развивающихся странах с 1970 по 1999 год между президентскими системами и политической нестабильностью.

Централизация: В системах с разделенными полномочиями более централизованные правительства испытывают более серьезные политические нарушения.

Информация

52 Очевидно, что общественное мнение является критическим аспектом в структуре спроса, особенно там, где оно поддерживается избирательными стимулами. Коллективное общественное мнение также предоставляет важную информацию о проблемах и возможных политических решениях, но это не единственная часть.Информация также поступает от более специализированных групп интересов, активистов политических партий, правительственной бюрократии, университетов и аналитических центров.

53 Баумгартнер и Джонс (2015) различают информацию об обнаружении и определении проблем и поиске адекватных решений. Они утверждают, что разнообразие точек зрения необходимо для определения проблем (то, что они называют энтропийным поиском), но что поиск решения часто лучше оставить тем, кто особенно хорошо осведомлен (поиск экспертов).

54 Распространенной проблемой при принятии решений является предвзятость подтверждения, которая включает поиск доказательств, подтверждающих наше предвзятое понимание (Kahneman 2011; Lodge and Taber 2013). Пристрастия к подтверждению часто смешиваются в коллективах, поскольку становится все труднее сформулировать различные взгляды перед лицом группового давления. Но проблема шире, поскольку ограничения обработки информации через то, что Герберт Саймон назвал «узким местом внимания», приводят к искажению реальности, потому что мы выбираем то, что мы считаем важными.Даже объединение показателей в один индекс может ввести в заблуждение из-за пропущенных неизмеряемых переменных и используемых схем взвешивания (Bauer 1966).

55 В своем пророческом эссе в 1960-х Кеннет Боулдинг (1966: 167) предупреждал нас о коллективных последствиях предотвращения информационной перегрузки за счет избирательности:

Похоже, что у человечества есть фундаментальная предрасположенность ограничивать [] повестку дня, часто довольно произвольно.. . Несмотря на то, что могут быть веские причины для ограничения [повестки дня] для предотвращения информационной перегрузки, тем не менее, ограничение повестки дня всегда дорого обходится, а иногда и очень дорого, и в этом процессе есть что-то, что мешает нам осознать, насколько это дорого. потому что мы не можем знать цену ограничения повестки дня, если мы ее не расширим, что, конечно же, запрещает сам процесс ограничения повестки дня. Следовательно, то, что выглядит рациональными решениями при ограниченных планах, часто оборачивается катастрофой.

56 В сложных ситуациях люди склонны сосредотачивать внимание на одном аспекте или, по крайней мере, на ограниченном их количестве. В то время как организации могут компенсировать ограничения внимания, они также могут действовать, чтобы направить человеческие когнитивные ограничения в свои процессы принятия решений. Такая организационная канализация приводит к разрозненному и эпизодическому принятию решений, поскольку неспособность существующей информационной структуры к решению проблемы становится все более очевидной (Jones 2001).

57 Существующие работы в нескольких областях показывают, что разнообразие потоков информации имеет решающее значение для принятия правильных решений. Преднамеренное включение несогласованных взглядов в процессы принятия решений помогает избежать предвзятости подтверждения и стимулирует инновации. Скотт Пейдж рекомендует распределенное решение проблем, в котором участвуют различные подразделения, не взаимодействующие напрямую, для продвижения инноваций в решениях (Страница 2008). Баумгартнер и Джонс (2015) распространяют это на механизмы управления, включающие подсистемы политики и законодательные системы.

58 Основываясь на этом, Эпп (2018) ищет политические области, где задача разработки политики распределяется между рядом независимых и разнообразных лиц, принимающих решения. Один из примеров — обменные курсы. В некоторых странах ставки определяются торговлей на общедоступных финансовых рынках, что позволяет миллионам инвесторов со всего мира спекулировать на стоимости торгуемых валют. Но другие страны предпринимают шаги для обеспечения того, чтобы их валюта оценивалась в узком диапазоне, ограничивая принятие решений обсуждением небольшой политической элиты.Эпп показывает, что изменения стоимости свободно торгуемых валют почти нормально распределяются, что подразумевает плавный перевод входных данных в выходные, в то время как стоимость валют, подвергающихся ценовым манипуляциям, сильно прерывается. Таким образом, процессы принятия решений, посредством которых организовано формирование политики, могут иметь глубокое влияние на стабильность результатов политики, и степень, в которой различные процессы могут включать различные входные данные, по-видимому, определяет эту взаимосвязь.

59 Часто первой информационной проблемой правительства является явная секретность и преднамеренное сокрытие информации.В своем выступлении по анализу политики Уолтер Уильямс (1998) подчеркивает фундаментальную потребность в доступности и открытости информации как для государственных учреждений, так и для групп и организаций, которые следят за действиями правительства. В самом деле, он видит функцию обеспечения доступности надежной информации для политиков как ключевую функцию аналитиков, работающих в правительстве.

60 Учитывая, что информация о проблемах существует или может быть получена, ключевой вопрос для нас заключается в том, как политические системы обрабатывают эту информацию.Информация о проблемах должна быть расставлена ​​по приоритетам и оценена на предмет актуальности. В открытых демократиях правительства могут обрабатывать информацию, игнорировать ее или даже подавлять. Если правительство обрабатывает эту информацию, оно может доверять гражданам, заинтересованным группам, политическим сторонникам и другим лицам, затронутым проблемой, с одной стороны, или более объективным политическим экспертам из правительственных или частных беспартийных организаций, с другой (Баумгартнер и Джонс 2015). Достаточно сложно проводить открытые дискуссии по спорным вопросам в более демократических системах — свидетельством тому подавление обсуждения изменения климата в США.С. Конгресс. Но в недемократических системах дела обстоят гораздо хуже. Вспомните наше обсуждение голода во время «большого скачка вперед» Китая, когда политикам, опасаясь репрессалий, преднамеренно вводилась ложная информация.

61 Подавление проблем обычно не делает их несущественными. Модель накопления ошибок подразумевает, что чем больше скрывается информации о проблеме, тем более радикальные меры политики должны быть предприняты. Добавьте к этому фазу принятия решения, которую Даунс (1972) назвал «тревожным открытием», и сопутствующее ей ощущение безотлагательности и даже кризиса, существует повышенная опасность чрезмерной реакции и развития пузырей политики, увеличивая размер ответной политики по мере того, как больше адаптивные корректировки откладываются или подавляются (Jones, Thomas, and Wolfe (2014; Maor 2012; 2014).

62 С учетом вышеизложенного мы предлагаем следующее предложение:

Информационное разнообразие : Чем более открыта система управления в демократической системе для потоков информации, касающихся проблем, и чем менее централизована и иерархична система выработки политики для действий на основе этой информации, тем менее пунктуальными будут ее результаты политики.

63 Хотя этот аргумент убедителен, учитывая существующие работы в различных областях, прямых доказательств этого предположения недостаточно.Босуэлл (2012: 367), обосновывая свои утверждения анализом иммиграционной политики в Соединенном Королевстве, исследовал два предположения, касающихся информационных потоков и разработки политики.

64 Во-первых, разные области политики связаны с разными методами мониторинга проблем политики: одни предоставляют обширную, постоянную и надежную информацию, а другие — скудные, спорадические и / или ненадежные данные. Во-вторых, эти различия в предоставлении информации могут повлиять на политическое внимание, при этом области, богатые информацией, связаны с более пропорциональным распределением внимания, а области с низким содержанием информации — с акцентированным вниманием.

65 Систематический мониторинг информации, относящейся к области политики, приводит к более плавным информационным потокам и менее прерывистым образцам результатов политики. И наоборот, отсутствие или сокрытие информации, из-за чего она появляется более спорадически в материалах СМИ, скорее всего, приведет к накоплению ошибок при решении назревших проблем и более серьезным нарушениям политики.

66 Весьма вероятно, что различия в свободе прессы в разных странах связаны с разнообразием политических знаков препинания.К сожалению, у нас нет исследований различий в характере свободы прессы в стране и степени пунктуации, но есть ряд подсказок. Например, Пал (2011) изучил 98 стран с 1995 по 2005 год и обнаружил, что СМИ, которые более свободны от государственного влияния, связаны с более низким уровнем социальной и политической ненасытности, измеряемой с помощью нескольких различных показателей.

67 Внимание СМИ также может вызвать повышенное внимание и противодействие политике, что может помешать ее принятию.В тщательном исследовании Конгресса США Вулф (2012: 109) количественно показывает, что «с учетом других факторов скорость прохождения законопроекта замедляется по мере увеличения внимания СМИ». Это означает, что внимание средств массовой информации может усугубить политический процесс, способствуя накоплению ошибок. С другой стороны, это может служить для отсеивания плохо продуманной политики, возможно, ограничивая развитие «политических пузырей» чрезмерной реакции.

68 Эти связи, кажется, усиливаются в авторитарных системах.Чан и Чжау (2016) постулируют «недостаток авторитарной информации». Этот недостаток проистекает из подавления проблем с помощью различных механизмов, включая ограничения свободы прессы, а также государственную тайну и дезинформацию. Авторы показывают обратную зависимость между пунктуацией бюджета в провинциях Китая и косвенными показателями открытости (частота трудовых споров).

69 Доступность информации и ее использование возрастают там, где есть больше институциональной поддержки.Например, в парламентских системах периоды вопросов могут служить механизмом для постановки и определения проблем, которые правящие коалиции могут захотеть подавить. По сути, они наделяют меньшинства определенным влиянием на повестку дня, делая систему более открытой (Green-Pedersen and Mortensen 2010). Отнюдь не «дешевые разговоры», они могут служить средством расширения политического конфликта за счет привлечения внимания СМИ (Vliegenthart and Walgrave 2011; Seeberg 2013;). Более того, даже в семье демократических политических систем большая открытость в обработке информации может быть связана с более плавными корректировками и, следовательно, меньшим количеством пунктуаций в политике.В исследовании реформ, направленных на повышение открытости Конгресса США в 1970-х годах, Робинсон и Кавер (2006) обнаружили сокращение бюджетных пунктуаций после проведения реформ. Учитывая сдвиги в сторону более централизованного партийного контроля в Конгрессе после 1995 года, было бы поучительно посмотреть, увеличились ли с тех пор политические пунктуации.

70 Обратной стороной предоставления открытой информации является риск информационной перегрузки. В своем исследовании бюджетирования на уровне штатов США Рю (2009) сообщает, что как институциональные трения, так и избыточное предложение информации, как и ожидалось, приводят к повышению как стабильности бюджета, так и нарушений политики.Если информация собирается более эффективным образом, это снижает количество знаков пунктуации, поскольку позволяет более точно решать возникающие проблемы с помощью политики. Это говорит о том, что тщательный анализ политики и бюрократический опыт приведут к уменьшению количества пунктуаций. Робинсон (2004) обнаружил именно это в своем исследовании местных школьных округов в Техасе. Более того, в этих местных школьных округах бюрократическая централизация приводит к более разрозненным результатам политики — то есть централизованная школьная бюрократия испытывает большую нестабильность бюджета, чем более плюралистическая бюрократия.В целом имеющиеся данные указывают на то, что более плюралистические формы предоставления информации приводят к меньшему количеству радикальных корректировок в поведении политики, большему количеству постепенных изменений и более адаптивному поведению.

71 Исследования процесса принятия решений в комитетах Конгресса США подчеркивают роль, которую различные источники информации играют в определении проблемы. Комитеты консультируются с заинтересованными группами и гражданами, иногда используя для этого выездные слушания, при установлении серьезности проблемы.Бюрократы тоже вовлечены в этот процесс. Уоркман (2015: 51) отмечает роль бюрократической экспертизы в определении проблемы, когда он утверждает, что «бюрократии развивают проблемных навыков , связанных с мониторингом политической среды, наряду с более традиционными экспертными знаниями , связанными с реализацией политики». Природа поиска проблемы зависит от проблемы. Шафран (2015) сообщает о вариациях в участии бюрократов и заинтересованных групп в зависимости от решаемой проблемы.Уоркман, Шафран и Барк (2017) показывают, что по мере увеличения неопределенности проблемы комитеты вызывают все больше бюрократов для дачи показаний. Более того, комитеты имеют тенденцию вызывать больше бюрократов-карьеристов, а не политических назначенцев, поскольку проблема неуверенности возрастает.

72 Хотя эти исследования не фокусируются на том, приводит ли надежная политическая информация от экспертов о характере проблемного пространства к менее серьезным политическим пунктам, они все же показывают общую уверенность U.С. Законодательная власть о разнообразии источников информации, включая бюрократическую экспертизу. В последнее время Конгресс перешел от более децентрализованной законотворческой системы, основанной на комитетах, к более партийно-центрированной, нисходящей законотворческой системе, что, как следствие, подразумевает более широкую политическую пунктуацию. Можно надеяться, что исследования такого рода потенциальных последствий будут изучены в будущем.

73 Отличаются ли эти факторы, влияющие на модели корректировки правительства, более широкими системами организации человека? Есть соблазнительные доказательства того, что они это делают.В исследовании пяти международных организаций общего назначения Lundgren, Squatrito и Tallberg (2017) обнаружили, что политические программы всех отображали образцы пунктуации результатов, и чем выше институциональные трения в организации, тем более подвержены этим пунктуациям организация была. Отмечая, что стандартный исследовательский подход к международным организациям подчеркивает сопротивление изменениям, авторы утверждают, что, наоборот, «препятствия на пути изменений не только способствуют периодам застоя, но и способствуют нарастанию давления, которое порождает непропорциональные изменения, когда в конце концов оно приходит.»(Стр.567).

74 В контексте США политики часто призывают к приватизации государственных предприятий, исходя из предположения, что правительство неэффективно и что частный сектор может предоставлять те же услуги по более низким ценам. Однако многие из компонентов трений, которые мы описали как действующие в государственных системах, также применимы к частным фирмам. Хотя структуры стимулов могут различаться, другие составляющие трения более неизменны. Конечно, информационную проблему, корни которой лежат в универсальных когнитивных предубеждениях и ограничениях, вряд ли удастся преодолеть простым переходом от государственной бюрократии к корпоративной.Эпп (2015) рассматривает такие отрасли, как доставка почты и высшее образование, в которых наблюдается двойное участие государственных и частных организаций. Сравнение бюджетных изменений показывает, что бюджеты частных компаний часто более пунктуальны, чем бюджеты государственных организаций, работающих в тех же отраслях. Это говорит о том, что фирмы не лучше оснащены для плавного обновления политики в ответ на новую информацию, чем их государственные коллеги. Более широкое значение состоит в том, что вместо того, чтобы полагаться на ложную публикацию vs.частной дихотомии, нам лучше сосредоточиться на тех элементах, которые определяют оперативность организации. В некоторых случаях фирмы могут работать с меньшими трениями, чем правительства, но возможно и обратное.

75В то время как определенная степень пунктуации политики необходима для преодоления сопротивления и внесения необходимых корректировок в меняющиеся обстоятельства, крайние модели прерывистых изменений политики являются патологическими. Разрозненные и эпизодические крайние изменения политики являются индикаторами отсутствия постоянного адаптивного поведения.

76 Демократии обладают качествами, которые должны вести к более гибкой политике, чем авторитарные системы, и, действительно, существующие исследования указывают на гораздо более крайнюю нестабильность политики в авторитарных системах, чем в демократических. Адаптивная политика более точно решает проблемы, с которыми сталкивается политическая система. Таким образом, чем больше система разработки политики включает элементы, которые побуждают сосредоточить внимание на выявлении и решении проблем, тем более адаптивной и, следовательно, менее пунктуальной будет политика.

77Но какие атрибуты больше всего ответственны за волатильность? Мы сосредоточили внимание на четырех основных факторах, имеющих решающее значение для создания более экстремальных политических пунктуаций: трений, , налагаемых формальными правилами и неформальными нормами в процессе разработки политики, , централизация в разработке политики, отсутствие разнообразия в каналах информации, и отсутствие из стимулов для решения проблем. Трудно оценить относительную важность этих факторов, поскольку характеристики группируются как в авторитарных, так и в демократических режимах.Например, в авторитарных режимах централизация обычно ассоциируется с подавлением информации.

78 Чтобы попытаться разделить влияние четырех факторов, мы изучили литературу о вариациях в демократических странах, поскольку ученые подвергли эти системы более тщательному эмпирическому исследованию. Это позволяет нам выдвинуть несколько предложений, связывающих институты и практики с тенденцией систем генерировать политические акценты. Мы в разной степени доверяем им, но все они являются отправной точкой для понимания крайней нестабильности политики в системах разработки политики.

Нарушение демократии | Freedom House

Среди наиболее удивительных событий в политике 21-го века — изменения, произошедшие в гражданском обществе, которое когда-то считалось непреодолимой силой в глобальной борьбе за демократию.

Согласно Свобода в мире , способность неправительственных организаций (НПО) и других институтов гражданского общества функционировать без государственных ограничений значительно снизилась за последнее десятилетие.Неудачи были сосредоточены в авторитарных государствах, таких как Россия, Китай, Венесуэла и Иран. Но гражданское общество также столкнулось с растущими проблемами в демократических странах, в том числе в Индии и Индонезии, и в условиях, когда перспективы демократии неясны, как, например, в Венгрии, Кении и Эквадоре.

Растущее наступление на гражданское общество во многом является данью той выдающейся роли, которую НПО стали играть в политической жизни большинства стран. Активное гражданское общество часто рассматривается как серьезная угроза репрессивному или нелиберальному статус-кво.Гражданское общество было стержнем успешных народных революций в Сербии, Украине и Грузии. Фактически, организации гражданского общества часто представляют большую угрозу автократии, чем традиционные оппозиционные партии, которые решительным авторитетам оказалось относительно легко оттеснить, нейтрализовать или кооптировать. Движения гражданского общества, напротив, обычно состоят из молодых активистов, приверженных делу, более устойчивых, более подвижных и менее подверженных коррупции.

Безусловно, даже некоторые авторитарные государства могут похвастаться активным и растущим сектором гражданского общества, состоящим из гуманитарных организаций, религиозных объединений, природоохранных групп, ассоциаций, занимающихся вопросами общественного здравоохранения или развития, и так далее.Именно с НПО, которые преследуют политически чувствительные цели — защиту прав человека, демократические реформы или меры по борьбе с коррупцией, — деспотические лидеры имеют серьезные разногласия. Группы гражданского общества могут стать суррогатами демократической оппозиции, особенно в странах, где выборы лишены смысла, и поэтому руководство их рассматривает с глубоким подозрением.

Призрак «цветной революции»

Термин «цветная революция» появился в 2003–2005 годах для описания явления, когда существующее политическое руководство свергается народным движением, использующим тактику ненасильственного гражданского неповиновения.

Успешные ненасильственные демократические революции не новость. Возможно, первая цветная революция произошла в 1974 году, когда диктатура в Португалии была свергнута военными, опираясь на поддержку гражданских защитников демократии. Позднее мирные революции победили авторитарные режимы на Филиппинах, в Южной Корее, Чили и Польше.

Однако в 21 веке решающие события, стоящие за новым лейблом, произошли в Грузии (2003 г.) и Украине (2004–2005 гг.).Обеими странами управляли политики, имевшие тесные связи с Москвой, которые либо были лично коррумпированы, либо терпели высокие уровни взяточничества. На украинских выборах 2004 года имелись веские доказательства фальсификации, чтобы обеспечить победу Виктору Януковичу, кандидату пророссийской старой гвардии. Столкнувшись с массовыми демонстрациями, власти приказали провести повторный показ. Кандидат реформистской оранжевой коалиции победил на этих выборах, которые многие считали свободными и честными.

Оранжевая революция должна была иметь далеко идущие последствия.В то время как демократии праздновали результат, репрессивные режимы реагировали тревогой. Обеспокоенность, выраженная российскими официальными лицами, вскоре нашла отклик в Китае, Иране, Беларуси, Казахстане, Венесуэле и других авторитарных странах. Владимир Путин назвал «цветную революцию» последней формой американского интервенционизма и начал процесс ограничения российских НПО, который должен был достичь апогея десять лет спустя.

Янукович в конце концов стал президентом в своем возвращении в 2010 году, но вторая революция, вызванная протестами на Украине, восстание на Майдане 2013–2014 годов, вынудила его бежать в Россию после того, как кровавые репрессии не смогли разогнать демонстрантов.Среди прочего, этот эпизод разрушил старый политический истеблишмент, который был более или менее поровну разделен между партиями, дружественными России, и партиями, выступавшими за независимость от Кремля и ориентацию на Европу. В обозримом будущем пророссийские партии вряд ли будут играть важную роль в политической жизни Украины.

Россия ответила захватом и незаконной аннексией Крыма и разжиганием замороженного конфликта на востоке Украины. Но Кремль также активизировал свою кампанию по более широкой демонизации цветных революций как излюбленного инструмента США для смены режима, хотя никаких серьезных доказательств того, что У.Выдвинуто С. причастность к революции Майдана. Угроза цветной революции стала главной темой российской внутренней пропаганды и политического дискурса. Он даже стал предметом военного планирования страны.

Говоря о цветных революциях, российские официальные лица и комментаторы выделили несколько общих тем:

  1. Цветные революции — это стратегия США по ослаблению влияния России на своих соседей.1 Николай Патрушев, секретарь Совета безопасности России и давний директор Федеральной службы безопасности (ФСБ), назвал цветные революции американской схемой свергать правительства за счет финансирования оппозиционных групп и экономических санкций «под предлогом защиты прав человека и необходимости формирования институтов гражданского общества.2 Российские официальные лица в 2015 году предупредили, что «Электрический Ереван», армянское движение протеста против роста цен на электроэнергию, может быть провокацией Запада, направленной на свержение дружественной Москве администрации3.
  2. Угроза военных действий является неотъемлемой частью стратегии. Хотя цветные революции по определению используют ненасильственную тактику, российские стратеги утверждают, что военное измерение может быть косвенным, встроенным в предупреждения демократических правительств не применять силу против протестующих.Другими словами, согласно Кремлю, Соединенные Штаты и их союзники разжигают восстания, а затем угрожают вмешаться, если власти будут защищаться. Собственный ответ России на революцию на Майдане был отражением этого искаженного образа: она организовывала сепаратистские восстания в некоторых частях Украины, а затем использовала свои вооруженные силы для их защиты4
  3. Цветные революции представляют опасность для союзников России во всем мире. Чтобы выразить озабоченность по этому поводу, Кремль пригласил военные делегации из Китая, Ирана, Египта и других авторитарных режимов на встречи, на которых противодействие цветным революциям является важной темой.5 Российская пропаганда побуждает правительства делать все необходимое для преодоления вызовов гражданского общества и хвалит тех, кто добился успеха.
  4. Сама Россия находится под угрозой. «Цель очевидна, — сказал Путин о протестах и ​​активности в социальных сетях в 2015 году, — спровоцировать гражданский конфликт и нанести удар по конституционным основам нашей страны и, в конечном итоге, даже по нашему суверенитету» 6.
  5. Действующие лица являются «законными» правителями. Российские официальные лица подчеркнули правовую и конституционную легитимность авторитарных лидеров, столкнувшихся с крупными протестами, независимо от их преступлений и вопиющих нарушений прав человека и демократических норм.Москва настаивала на том, чтобы Янукович оставался «законным» президентом даже после того, как он оставил свой пост, чтобы избежать наказания за свою роль в разгоне демонстрантов.
  6. Россия оставляет за собой право вмешиваться в защиту этнических русских. Утверждая это право, Кремль фактически заявляет, что любые цветные революции в соседних государствах, во многих из которых есть русскоязычные меньшинства, могут спровоцировать российское вторжение, как в Украине. Это также может стать самоисполняющимся пророчеством, в соответствии с которым правительства соседних стран станут не доверять своим этническим русским гражданам и плохо обращаться с ними, давая Кремлю повод для участия.7

Реакция российского руководства на цветные революции с его параноидальной одержимостью зловещими внешними силами является явным свидетельством неуверенности в себе, которую разделяют все авторитарные державы. Независимо от того, возглавляется ли государство сильным человеком, политбюро или верховным религиозным лидером, самые репрессивные режимы мира понимают, что их системы предоставляют мало регулярных источников для выражения общественного недовольства деятельностью правительства.

Страх перед цветными революциями усилился после событий 2014 года на Украине, с особым акцентом на предполагаемой роли Соединенных Штатов как кукловода.Однако ни Кремль, ни режимы-единомышленники не представили убедительных доказательств того, что различные гражданские движения были недостоверными. Роль Америки в «оранжевой революции» 2004–2005 годов, например, ограничивалась финансированием обучения избирателей, обновлением избирательной технологии и другими мерами, призванными помочь властям в обеспечении справедливого голосования. Нет никаких свидетельств прямой помощи американского правительства «оранжевым» силам. Если Соединенные Штаты и повлияли на конечный результат выборов, они сделали это тем, что усложнили украинским властям фальсификацию результатов выборов.8

Авторитаристы за цветные революции
«На мой взгляд, все, что произошло на Украине, потрясло Россию… Молодые люди начали обсуждать и думать о направлении России».
—Иван Мостович, пресс-секретарь прокремлевской молодежной организации «Наши», апрель 2005 г.
«Мы только боимся, что эти изменения будут хаотичными… Это будет банановая республика, где тот, кто громче кричит, тот и побеждает».
— Владимир Путин, Президент России, сентябрь 2005 г.
«Мы сочувствуем [арабским правительствам], потому что они не читали предупреждений, которые им следовало бы читать.Что все изменилось из-за желания их народа и из-за махинаций империалистов ».
— Роберт Мугабе, президент Зимбабве, июнь 2011 г.
«Вряд ли США признаются в манипулировании движением [гонконгского]« Оккупай централ », так же как они не признаются в манипулировании другими антикитайскими силами. Он считает такую ​​деятельность оправданной «демократией», «свободой», «правами человека» и другими ценностями ».
—Люди ежедневный комментарий, октябрь 2014 г.
«Враждебные силы всегда пытались превратить Гонконг в плацдарм для подрыва и проникновения в материковый Китай….Незаконная деятельность Occupy Central в 2014 году произошла, когда радикальные группы меньшинств в Гонконге под подстрекательством и поддержкой внешних сил … организовали гонконгскую версию цветной революции ».
— Gen. Сунь Цзяньго, заместитель начальника генерального штаба Народно-освободительной армии, март 2015 г.
«Различные правозащитные организации, аналитические центры и простые НПО США и их союзников в Европе, скрывая свои истинные цели, создали огромную сеть филиалов по всему миру.… Именно они выступают в роли «пятой колонны» ».
— Рамиз Мехтиев, глава администрации президента, Азербайджан, декабрь 2014 г.
«Стороны отметили, что Россия и Китай имеют общий подход к ключевым проблемам региональной и международной безопасности, и выразили готовность противодействовать« цветным революциям ».… Россия и Китай понесли самые большие потери во время Второй мировой войны и должны решительно противостоять любые попытки возродить фашизм и фальсифицировать результаты самого кровавого конфликта в истории человечества.
— Заявление Совета Безопасности России о консультациях по вопросам безопасности с Китаем, май 2015 г.
Задушили законом

За последнее десятилетие наблюдается постоянный поток законов, ограничивающих финансирование и деятельность НПО. Хотя более 50 стран приняли такое законодательство, наиболее агрессивная кампания по принуждению гражданского общества к подчинению с помощью юридических ограничений была проведена российскими властями.

В России существует 11 действующих законов, касающихся исключительно организаций гражданского общества, и еще 35 законов, в которых упоминаются НПО.Однако нигде не определены НПО. Эта неясность преднамеренная. Он дает должностным лицам право решать, какие организации гражданского общества следует преследовать и преследовать, а какие оставить в покое или поощрять. Это позволяет им наказать, например, фонд, который поддерживает научные исследования из-за предполагаемого иностранного финансирования, игнорируя при этом иностранное финансирование квазиполитической благотворительной организации, спонсируемой Православной церковью.9

На самом деле, в большинстве этих законов нет необходимости. В таком государстве, как Россия, Китай или Иран, власти уже имеют достаточно полномочий для отмены регистрации и запрета любой организации, а также для предотвращения ведения бизнеса иностранными организациями с внутренними партнерами.Правовая система, которая достаточно гибкая, чтобы служить меняющимся потребностям режима и быть нацеленной практически на любого противника, является отличительной чертой современного авторитаризма. Но меры НПО придают дополнительный вид законности тому, что по сути является произволом.

Неоднократное принятие новых законов также дает руководству возможность продемонстрировать эмоциональную пропаганду, которая подчеркивает подрывной характер иностранных или независимых внутренних организаций гражданского общества, укрепляя идею о том, что родине угрожает враждебное окружение и политическая инфильтрация.10

Закручивание гаек: правовая кампания Кремля против гражданского общества

Январь 2006 г .: «Изменения в отдельные законодательные акты Российской Федерации»

Этот закон дал властям право отказывать в регистрации организациям, которые «угрожают» России, запрещать иностранцам открывать организации, подвергать иностранное финансирование более тщательной проверке и делать создание и деятельность организаций чрезмерно обременительными, в том числе путем введения частых аудитов и требований к отчетности. .

Июль 2012 г .: «Поправки к Закону о некоммерческих организациях, Уголовному кодексу, Закону об общественных объединениях и Закону о борьбе с отмыванием денег и финансированием терроризма»

Этот пакет мер, который включал в себя положение, известное как «закон об иностранных агентах», требовал от неправительственных организаций (НПО), которые получают иностранное финансирование и осуществляют широко определяемую «политическую деятельность», зарегистрироваться в Министерстве юстиции и выполнить обременительные требования, в том числе составление квартальных финансовых отчетов, представление ежегодных и внеплановых аудитов, проведение мониторинга иностранных пожертвований и маркировка всех публикаций и мероприятий ярлыком «иностранный агент».Наказания за несоблюдение требований включают штрафы, приостановление выплаты средств и тюремное заключение персонала. Другие поправки предусматривают наказание за создание и участие в «незаконных» группах и группах, которые побуждают граждан уклоняться от выполнения своих гражданских обязанностей или выполнять другие незаконные действия.

Февраль 2014 г .: «Поправки в Закон о некоммерческих организациях»

Это изменение значительно расширило список причин необъявленных проверок НПО.

Июнь 2014 г .: «Поправки в Закон о некоммерческих организациях»

Принятый для усиления соблюдения закона об иностранных агентах, этот закон уполномочил Министерство юстиции регистрировать НПО в качестве иностранных агентов без их согласия и без постановления суда и переложил бремя доказывания на НПО, вынуждая их обращаться в суд для борьбы с метка.

Май 2015: «Изменения в отдельные законодательные акты Российской Федерации»

Известный как «закон о нежелательных организациях», этот пакет изменений уполномочил генерального прокурора закрывать или ограничивать деятельность НПО, которые считаются «нежелательными», расплывчато определяемыми как группы, которые представляют «угрозу основам конституционного строя». Российской Федерации, обороноспособность страны или безопасность государства.Поправки запрещают таким организациям открывать представительства, осуществлять программы и продвигать свою деятельность в России, а также подвергают сотрудников этих НПО возможным штрафам и тюремному заключению.

Июнь 2016 г .: «Поправки к Закону об общественных объединениях и Закону о некоммерческих организациях»

В этом законе было изменено расплывчатое определение «политической деятельности» в соответствии с законом об иностранных агентах, но вместо сужения значения термина были применены ограничения закона к любой деятельности, направленной на оказание влияния на правительство или общественное мнение.Сюда могут входить опросы общественного мнения, мониторинг деятельности государственных органов, анализ законов или политики, а также петиции или другие сообщения, адресованные государственным чиновникам.

Иностранные агенты

В 2012 году в России был принят закон об иностранных агентах. Он требует, чтобы НПО, получающие иностранное финансирование и занимающиеся тем, что власти называют политической работой, регистрировались в качестве «иностранных агентов» — термин, который в русском языке является синонимом иностранного шпионажа. Последующие поправки позволяют Министерству юстиции регистрировать группы в качестве иностранных агентов без их согласия.Как и в случае со многими другими российскими законами, стандарты правоприменения носят исключительно политический характер. Это определение применяется в основном к НПО, которые стремятся к политическим реформам или критикуют антидемократическую направленность Кремля, хотя во многих случаях доводы властей трудно понять. Дружественные государству организации, как правило, остались в покое.

Мемориал, правозащитная организация, основанная для продвижения идеалов, связанных с Андреем Сахаровым, была одной из первых групп, которые в 2014 году в одностороннем порядке были зарегистрированы Министерством юстиции в качестве иностранного агента.В 2015 году министерство обвинило «Мемориал» в «подрыве основ конституционного порядка», назвав российское вторжение на Украину агрессией и правильно заявив, что в конфликте участвовали действующие российские войска11.

Как и в большинстве стран, включая некоторые демократии, организации гражданского общества в авторитарных условиях в значительной степени финансируются правительственными или иностранными организациями. Существует мало традиций частного благотворительного финансирования НПО, и даже если бы это было так, немногие богатые россияне или иранцы рискнули бы подвергнуться репрессиям со стороны властей, сделав пожертвования критикам режима.Следовательно, организации, которые теряют доступ к иностранному финансированию, обычно не имеют внутренней альтернативы и должны сократить свою деятельность или отказаться от своей политической независимости.

В России даже НПО с политически анодной миссией становятся жертвами иностранных агентов, поскольку режим стремится сдерживать любую деятельность гражданского общества, которая может бросить вызов официальной политике или способствовать развитию международных связей без одобрения государства. Одной из таких организаций была Северная природная коалиция, которая защищает старовозрастные леса и протестовала против некоторых проектов развития.Другой — «Молодая Карелия», спонсирующая кукольные спектакли для детей на карельском языке, близком к тому, на котором говорят в соседней Финляндии. Последняя группа была объявлена ​​иностранным агентом отчасти из-за гранта в размере 10 000 долларов от Организации Объединенных Наций12.

Нежелательные

Когда-то диктатуры, находясь под давлением, рефлекторно обвиняли в этом ЦРУ. В последнее время целью атаки является группа продемократических фондов, в основном американских, которые поощряют политические реформы ненасильственными методами.Согласно обвинениям официальных лиц из России, Китая, Венесуэлы и других репрессивных государств, Национальный фонд демократии и организации, связанные с филантропом Джорджем Соросом, представляют опасность для существующего положения вещей, которое соперничает с НАТО или западными спецслужбами.13

В 2015 году Путин подписал закон, разрешающий генеральному прокурору объявлять иностранные организации «нежелательными», если они считаются представляющими угрозу безопасности, обороноспособности или общественному порядку страны.Эта мера давала властям право закрывать офисы таких организаций в России, запрещать российским группам работать с ними и замораживать их активы.

Хотя закон использовался для изгнания иностранных продемократических организаций, настоящая жертва — российские граждане. Об этом говорит статья закона, которая предусматривает крупные штрафы и тюремное заключение сроком до шести лет для россиян, сотрудничающих с организациями, внесенными в список нежелательных лиц. Возможно, российский правозащитник, посетивший семинар в Польше или Германии, спонсируемый Международным республиканским институтом — одной из групп, добавленных в список в 2016 году, — может быть привлечен к уголовной ответственности после возвращения в Россию.14

Обмен наихудшими методами

В 1990-е годы в основных демократических странах было много дискуссий относительно экспорта «передового опыта», то есть институтов, политики и способов ведения дел, которые укрепили демократическое управление в некоторых из наиболее успешных поставторитарных обществ, особенно в Центральная Европа. Совсем недавно современные авторитарные режимы перевернули эту концепцию с ног на голову, поделившись своим собственным опытом с законами и тактикой, которые тормозят демократическое развитие.

Законы, ограничивающие автономию и финансирование НПО, копируются по всему миру. Многие из пострадавших стран терпели активизм гражданского общества в период после «холодной войны» только для того, чтобы двигаться в более репрессивном направлении после того, как наиболее заметные цветные революции предупредили действующих лидеров о потенциальной угрозе, исходящей от гражданской активности. Как только Россия продемонстрировала готовность принять законодательство, а затем обеспечить его соблюдение, другие страны последовали ее примеру, сначала в Евразии, а затем в Африке, Азии, на Ближнем Востоке и в Латинской Америке.

Правительства, которые принимают такие законы, редко, если вообще когда-либо, полностью закрывают сектор гражданского общества. Вместо этого они имеют дело с НПО выборочно, терпя те, которые не представляют угрозы статус-кво, наблюдают за другими и подавляют те, которые руководство считает потенциальным центром оппозиционной деятельности. Даже некоторые демократии, такие как Индия, Индонезия и Кения, приняли законы, усиливающие государственный контроль над НПО. Но самые серьезные ограничения наложены авторитарными режимами.15

Согласно отчету 2013 года, 12 стран полностью запретили иностранное финансирование НПО, в то время как еще 49 наложили ограничения на иностранные пожертвования.16 Для авторитарных лидеров введение ограничений на иностранное финансирование является удобной тактикой, которая затрудняет организации функционируют эффективно, но не подлежат прямому запрету, который может вызвать более резкую критику. Более того, правительства могут оправдать свои действия защитой суверенитета от иностранного вмешательства — мощный аргумент в эпоху, когда националистические идеи получили большую общественную поддержку.Таким образом, отклонив апелляцию к политике правительства, ограничивающей работу НПО, Верховный суд Венесуэлы назвал иностранную помощь «типичным проявлением интервенционистской политики иностранной державы с целью повлиять на внутренние дела венесуэльского государства» 17.

Китай сваи на

В начале 2016 года, присоединившись к своим авторитарным коллегам, Китай принял свой первый официальный закон, призванный регулировать стремительно расширяющийся сектор НПО в стране. Раньше иностранные НПО регистрировались как коммерческие предприятия и вели свою пропагандистскую работу «на бумаге».«Согласно новому закону, иностранные НПО сталкиваются с рядом дополнительных бюрократических препятствий, некоторые из которых могут серьезно повлиять на их работу.

Например, теперь иностранные НПО должны вступать в партнерство с китайской организацией. На практике это может затруднить работу НПО, которые работают над такими деликатными вопросами, как верховенство закона, поскольку китайские организации не решатся присоединиться к иностранному юридическому лицу для выполнения такой политически взрывоопасной миссии.

Более того, иностранные НПО будут вынуждены регистрироваться в полиции, а не в Министерстве гражданских дел, как это было раньше.18 Закон дает полиции широкие полномочия задерживать сотрудников, ограничивать деятельность или мероприятия или регулировать способность НПО открывать офис.19 Регистрация НПО может быть отменена в соответствии с расплывчатым положением, запрещающим распространение слухов, участие в диффамации или публикацию « другая вредоносная информация, которая ставит под угрозу государственную безопасность или наносит ущерб национальным интересам »20

Новый закон был принят в контексте усиления репрессий, экономического спада и стремления руководства Си Цзиньпина пресечь обсуждение «западных идей» в средствах массовой информации и в университетах.Несмотря на то, что руководство страны хвасталось ролью Китая как мировой державы, министр образования страны Юань Гуйжэнь почувствовал себя вынужденным в 2015 году предостеречь от использования «учебников, пропагандирующих западные ценности» в китайских классах.

Действительно, власти провели серию арестов, сосредоточив внимание именно на тех активистах с независимым мышлением, с которыми ориентированные на реформы международные НПО рассчитывали бы сотрудничать: юристы по правам человека, защитники прав меньшинств и религиозной свободы, а также прав женщин. участники кампании.21 Примерно во время принятия закона правительство предприняло необычный шаг, продемонстрировав по телевидению признание гражданина Швеции, который работал с группами правовой реформы в Китае. «Синьхуа» утверждало, что активист Питер Далин служил в правозащитной организации, которая «нанимала и обучала других собирать, фальсифицировать и искажать информацию о Китае» 22.

Принятие официальных ограничений для НПО является одним из многих признаков того, что Китай закатывает коврик приветствия для внешнего мира.Оказываемое руководством давление на реформаторских иностранцев соответствует его все более скептическому отношению к международной прессе, некоторым иностранным технологическим компаниям, христианским церквям и особенно «западным» идеям, таким как демократия, верховенство закона и свобода прессы. Однако враждебное отношение к НПО вызывает особое беспокойство, учитывая полное отсутствие национальных выборов и оппозиционных политических партий в Китае. Сектор НПО был одним из немногих источников, доступных китайским гражданам, стремящимся к политическим переменам.Руководство Си Цзиньпина, принимая новый закон, заявляет о своей решимости перекрыть все возможные пути для независимых политических действий.

Что такое унитарное государство? Плюсы, минусы, примеры

Унитарное государство или унитарное правительство — это система управления, в которой единое центральное правительство имеет полную власть над всеми своими другими политическими подразделениями. Унитарное государство — это противоположность федерации, в которой правительственные полномочия и обязанности разделены. В унитарном государстве политические подразделения должны выполнять директивы центрального правительства, но не имеют права действовать самостоятельно.

Ключевые выводы: унитарное государство

  • В унитарном государстве национальное правительство имеет полную власть над всеми другими политическими подразделениями страны (например, государствами).
  • Унитарные государства — это противоположность федераций, в которых управляющая власть делится между национальным правительством и его подразделениями.
  • Унитарное государство — самая распространенная форма правления в мире.

В унитарном государстве центральное правительство может предоставить некоторые полномочия своим местным органам власти посредством законодательного процесса, называемого «передача полномочий».Однако центральное правительство оставляет за собой верховную власть и может отозвать полномочия, которые оно передает местным органам власти, или аннулировать их действия.

Примеры унитарных состояний

Из 193 стран-членов ООН 165 являются унитарными государствами. Соединенное Королевство и Франция — два хорошо известных примера.

Соединенное Королевство

Соединенное Королевство (Великобритания) состоит из стран Англии, Шотландии, Уэльса и Северной Ирландии.Хотя технически это конституционная монархия, Великобритания функционирует как унитарное государство с полной политической властью в руках Парламента (национального законодательного органа, расположенного в Лондоне, Англия). В то время как другие страны в пределах Великобритании имеют свои собственные правительства, они не могут принимать законы, которые затрагивают любую другую часть Великобритании, а также они не могут отказаться от исполнения закона, принятого парламентом.

Франция

Во Французской Республике центральное правительство полностью контролирует почти 1000 местных политических подразделений страны, которые называются «департаментами».«Каждый департамент возглавляет административный префект, назначаемый центральным правительством Франции. Хотя формально они являются правительствами, региональные департаменты Франции существуют только для выполнения директив центрального правительства.

Некоторые другие известные унитарные государства включают Италию, Японию, Китайскую Народную Республику и Филиппины.

Унитарные штаты и федерации

Противоположность унитарному государству — федерация. Федерация — это конституционно организованный союз или альянс частично самоуправляющихся штатов или других регионов под центральным федеральным правительством.В отличие от практически бессильных местных органов власти в унитарном государстве, государства федерации обладают некоторой степенью независимости во внутренних делах.

Структура правительства США — хороший пример федерации. Конституция США устанавливает систему федерализма, в соответствии с которой полномочия разделены между центральным правительством в Вашингтоне, округ Колумбия, и правительствами 50 отдельных штатов. Система разделения власти при федерализме определена в 10-й поправке к Конституции: «Полномочия, не делегированные Соединенным Штатам Конституцией и не запрещенные ею штатам, сохраняются за штатами, соответственно, или за народом.”

В то время как Конституция США специально закрепляет некоторые полномочия за федеральным правительством, другие полномочия предоставлены коллективным штатам, а другие разделяются ими обоими. Хотя штаты имеют право принимать свои собственные законы, они должны соответствовать Конституции США. Наконец, штаты имеют право коллективно вносить поправки в Конституцию США при условии, что две трети правительств штатов проголосуют за это.

Даже в федерациях распределение власти часто вызывает споры.В Соединенных Штатах, например, споры по поводу прав штатов — конституционное разделение власти между федеральным правительством и правительствами штатов — часто являются предметом постановлений Верховного суда США в соответствии с его первоначальной юрисдикцией.

Унитарные государства против авторитарных государств

Унитарные государства не следует путать с авторитарными государствами. В авторитарном государстве вся правящая и политическая власть принадлежит одному отдельному лидеру или небольшой элитной группе людей.Лидер или лидеры авторитарного государства — это , а не , избранные народом, и они не являются конституционно ответственными перед народом. Авторитарные государства редко допускают свободу слова, свободу печати или свободу исповедовать негосударственные одобренные религии. Кроме того, отсутствуют положения о защите прав меньшинств. Нацистскую Германию при Адольфе Гитлере обычно называют прототипом авторитарного государства; современные примеры включают Кубу, Северную Корею и Иран.

Плюсы и минусы

Унитарное государство — самая распространенная форма правления в мире.Эта система правления имеет свои преимущества, но, как и все схемы разделения власти между правительством и народом, у нее есть и недостатки.

Преимущества унитарного государства

Может действовать быстро: Поскольку решения принимаются одним руководящим органом, унитарное правительство может быстрее реагировать на непредвиденные ситуации, будь то внутренние или внешние.

Может быть дешевле: Без многоуровневой государственной бюрократии, общей для федераций, унитарные государства могут работать более эффективно, что потенциально снижает их налоговое бремя для населения.

Может быть меньше: Унитарное государство может управлять всей страной из одного места с минимальным количеством или выборными должностными лицами. Меньшая структура унитарного государства позволяет ему удовлетворять потребности людей без привлечения огромной рабочей силы.

Недостатки унитарных государств

Может не хватать инфраструктуры: Хотя унитарные правительства могут принимать решения быстро, иногда им не хватает физической инфраструктуры, необходимой для реализации своих решений.Во время национальных чрезвычайных ситуаций, таких как стихийные бедствия, отсутствие инфраструктуры может подвергнуть людей опасности.

Может игнорировать местные потребности: Поскольку они могут медленно развивать ресурсы, необходимые для реагирования на возникающие ситуации, унитарные правительства, как правило, сосредотачиваются на международных делах, оставляя внутренние потребности на втором плане.

Может поощрять злоупотребление властью: В унитарных государствах одно лицо или законодательный орган обладает большей, если не всей, государственной властью.История показала, что властью, если ее отдать в слишком немногие руки, легко злоупотребить.

Источники

  • «Унитарное государство». The Annenberg Classroom Project , https://www.annenbergclassroom.org/glossary_term/unitary-state/.
  • «Конституционные ограничения на правительство: страновые исследования — Франция». DemocracyWeb, https://web.archive.org/web/20130828081904/http:/democracyweb.org/limits/france.php.
  • «Обзор системы государственного управления Великобритании.” Direct.Gov. Национальный архив Великобритании , https://webarchive.nationalarchives.gov.uk/20121003074658/http://www.direct.gov.uk/en/Governmentcitizensandrights/UKgovernment/Centralgovernmentandthemonarchy/DG_073438.

Мнение | Почему авторитарный режим Китая до сих пор не рухнул

Ранее в The WorldPost Фрэнсис Фукуяма писал о «невообразимых формах, которые может принять тоталитарное государство 21 века» в Китае. Сяо Цян, основатель и главный редактор China Digital Times, также предупреждал о подъеме «цифрового тоталитарного государства».

Но есть и другая сторона истории китайского общества, столь плотно связанного через Интернет. Цифровые гиганты, такие как Alibaba и Tencent, с помощью смартфонов управляют «фабрикой мира» в направлении потребительской экономики, которая будет у вас под рукой. Технологии также позволяют партийному государству оставаться на связи с гражданами в режиме реального времени, активно реагируя на их проблемы, чтобы поддерживать легитимность своего правления. Джон Кин даже предположил, что Китай становится «фантомной демократией», в которой, как это ни парадоксально, «страх перед демократией вынуждает стиль политического управления, который во многом отражает и имитирует избирательную демократию, где страх перед выборами заставляет лидеров постоянно проводить кампании. режим.

Понимание этого парадокса является ключом к разгадке загадки того, почему политическая система Китая продолжает игнорировать ожидания Запада, что она должна потерпеть неудачу, потому что это не либеральная демократия. Он репрессивен и в то же время отзывчив.

В отрывке из новой книги основатель и генеральный директор Tencent Пони Ма описывает впечатляющий цифровой ландшафт Китая. «По состоянию на 30 июня 2017 года в Китае было 751 миллион пользователей Интернета», — пишет он из Пекина. «Это примерно на 9 миллионов больше, чем общая численность населения Европы за тот же период времени.

Он продолжает: «В 2016 году« Каждый день Dreamwriter компании Tencent, писатель новостей, писал и выпускал 2000 статей, связанных с финансами или спортом. Ежедневно потребители покупали товаров на сумму 12,9 млрд юаней (1,85 млрд долларов) через две крупнейшие платформы электронной коммерции Китая, Alibaba и JD.com. Каждый день различные приложения обращались к Tencent Maps более 50 миллиардов раз. Ежедневно Didi Chuxing обрабатывала более 20 миллионов запросов на поездки на автомобиле и планировала 9 миллиардов маршрутов. Каждый день в Китае было по 85 человек.75 миллионов экспресс-посылок доставлены до порога. Ежедневно к столам клиентов доставлялось более 20 миллионов горячих блюд с доставкой на электросамокатах. Каждый день 266 миллионов небольших транзакций выполнялись путем сканирования кода в стороннее платежное приложение, такое как WeChat Pay или Alipay ».

Он заключает: «По мере того, как китайское общество становится все более взаимосвязанным, граница между цифровой и реальной экономикой становится все более размытой и в конечном итоге исчезнет.Не будет компаний, занимающихся исключительно Интернетом, потому что Интернет охватит всю социальную инфраструктуру; не будет и чисто традиционных отраслей, потому что они будут привиты в Интернет. Когда никто больше не обращается к Интернету самостоятельно, цель «Интернет Плюс» будет достигнута. Полная интеграция — настоящая тема технического прогресса ».

Мария Репникова исследует ответственный аспект авторитарной системы Китая. «Помимо контроля, китайские власти скрупулезно прислушиваются к общественному мнению в Интернете и изучают его, взаимодействуют с общественностью и реагируют на нее, а также творчески мобилизуют общественность с помощью интерактивных инструментов социальных сетей», — пишет она.

«Мониторинг, — продолжает она, — сопровождается официальным онлайн-взаимодействием с общественностью, процесс, который некоторые ученые называют« авторитарным обсуждением ». Официальных лиц все чаще поощряют, а в некоторых случаях и требуют, создавать общедоступные профили на Weibo. , Китайская версия Facebook и WeChat, мобильное приложение для чата. Количество официальных учетных записей Weibo сейчас немного превышает 137 000, а количество официальных аккаунтов WeChat превышает 100 000. Эти цифры, вероятно, будут продолжать расти.

Она продолжает: «Граждане Китая отправляют в эти официальные аккаунты самые разные запросы, от состояния общественных туалетов до вопросов о сносе домов и качестве воды. Должностные лица могут нести публичную ответственность за свою реакцию в социальных сетях. Еженедельно крупнейшее официальное новостное издание Китая People’s Daily, например, оценивает эффективность официальных аккаунтов Weibo в решении проблем ».

Вопрос на миллион юаней заключается в том, уничтожит ли политика президента Си Цзиньпина, направленная на дальнейшее подавление огромного цифрового пространства Китая — площади Тяньаньмэнь в 21 веке, то, что было до сих пор.«Самая большая напряженность в цифровом управлении Китая возникает между стремлением к усилению контроля и желанием участия общественности», — заключает Репникова. «Если первое начнет подавлять второе, тогда будет труднее поддерживать этот баланс. Политическая система Китая до сих пор заметно отличалась от других авторитарных аналогов своей «консультативной» и «отзывчивой» природой. Еще неизвестно, будут ли эти прилагательные применяться к нему в будущем ».

В письме из Пекина, Бинг Сун выражает обоснованные опасения — что запланированная система социального кредита может превратиться в антиутопию Оруэлла — в более широком контексте усилий по очистке и установлению доверия к системе, давно страдающей от официальной коррупции, безнаказанности и коммерческой деятельности. мошенничество.

«В документе 2014 года, — сообщает она, — китайское правительство изложило свое видение такой системы и отметило, что оно включает четыре отдельных сегмента: государственная трастовая система, коммерческая кредитная система, система социального доверия и судебный траст. система. В основе этого гигантского проекта лежит стремление создать культуру доверия в китайском обществе. Учитывая эту широкую цель, более подходящим термином для описания инициативы является «система социального доверия». Действительно, многие меры, вводимые как часть системы социального доверия, предназначены для обуздания коррупции среди должностных лиц, борьбы с должностными злоупотреблениями и повышения эффективности при исполнении судебных решений. , а также наказывать за неэтичное поведение таких специалистов, как юристы, врачи и учителя.

Сонг отмечает, что предлагаемая система, как и большинство крупных китайских проектов, находится в стадии разработки и проходит испытания в пилотных программах, которые всегда приводят к корректировкам. «Таким образом, эти программы время от времени пересматривались или отменялись, в зависимости от восприятия общественностью. Например, уезд Суйнин в провинции Цзянсу был одним из первых местных органов власти, который внедрил систему оценок для своих жителей, давая им оценки от A до D. Это вызвало жаркие споры. Самым спорным аспектом было включение баллов за «несанкционированные» петиции.… Реакция СМИ и общественности вынудила мэра округа извиниться и пересмотреть систему подсчета очков ».

В заключение она обратилась с призывом к западным наблюдателям: «Социальное управление в цифровую эпоху — это глобальная проблема. Вместо того, чтобы сразу отвергать нетрадиционные нововведения в области управления в Китае, нам нужно непредвзятое обсуждение плюсов и минусов — такое, которое учитывает проблемы и приоритеты различных культурных и политических контекстов ».

О НАС: WorldPost — это удостоенная наград глобальная медиа-платформа, цель которой — стать местом встречи мира.Мы стремимся разобраться во взаимозависимом, но фрагментированном мире, заказывая голоса, которые пересекают культурные и политические границы. Публикуя статьи и статьи со всего мира, мы работаем с глобальной точки зрения, глядя вокруг, а не с национальной точки зрения.

РЕДАКЦИОННЫЙ СОВЕТ: Николас Берггрюэн, Натан Гардельс, Кэтлин Майлз, Джексон Диль, Хуан Луис Себриан, Уолтер Исааксон, Йоичи Фунабаши, Арианна Хаффингтон, Джон Элканн, Пьер Омидьяр, Эрик Шмидхант, КОНТАКТ 9000:

Чанда, Кэтрин Китинг, Серхио Муньос Бата, Параг Кханна, Сын Юн Ли, Джаред Коэн, Брюс Мау, Патрик Сун-Шионг

Как пандемия усиливает авторитаризм

Авторитаризм в теории и авторитарные режимы на практике набирали силу еще до распространения нового коронавируса.Во время — и после — пандемии правительства, вероятно, будут использовать затяжные кризисы, чтобы подорвать внутреннюю оппозицию и ограничить гражданские свободы путем усиления наблюдения и отслеживания. Будет сложно оценить точную степень ухудшения положения в странах, которые уже были крайне авторитарными, таких как Китай и Египет. В странах, где США имеют значительные рычаги влияния, как, например, на Ближнем Востоке, цель должна быть сформулирована как давление на автократов, чтобы они были менее репрессивными, чем они могли бы быть в противном случае, вместо того, чтобы прибегать к ложным предлогам «политической реформы» или «демократизации».”

В все еще демократических странах, таких как Бразилия, Израиль и Индия, или в гибридных контекстах, где сильные мира сего успешно сдерживали электоральную конкуренцию и парламентский надзор, таких как Венгрия, амбициозные популисты будут раздвигать границы, проверяя уровни как внутреннего, так и международного сопротивления.

Пандемия одновременно открывает и усиливает одну из самых важных дискуссий в эпоху после окончания холодной войны: о том, что лучше всего подходит для борьбы с новыми и беспрецедентными угрозами — демократия или авторитаризм.

НАСКОЛЬКО ВАЖНА ТИП РЕЖИМА?

Пандемия одновременно открывает и усиливает одну из самых важных дискуссий в эпоху после окончания холодной войны: о том, что лучше всего подходит для борьбы с новыми и беспрецедентными угрозами — демократия или авторитаризм. В мартовском эссе Фрэнсис Фукуяма утверждал, что решающими факторами являются способность государства и доверие к правительству, а не тип режима. Если это так, то по-прежнему возникает вопрос о том, какие страны и общества с большей вероятностью будут пользоваться большим государственным потенциалом и доверием.

Обладая очевидным успехом в сокращении числа новых инфекций и смертей, Китай представил себя в качестве модели для активной мобилизации государственных ресурсов для борьбы с коронавирусом. Он также воспользовался отсутствием глобального лидерства США для проецирования «мягкой силы» и оказания помощи — в том числе посредством так называемой «маскированной дипломатии» — борющимся странам, включая сами западные демократии. Китайский режим, по сути, приводит аргументы в пользу типа режима, и авторитарные режимы, вероятно, оценят его, независимо от достоинств.

Кроме того, реальность заключается в том, что крупнейшие западные демократии (но не восточноазиатские) больше всего пострадали с точки зрения общего числа случаев заболевания и смертей на душу населения. Это привело к тому, что все большее число американцев и европейцев сомневаются не только в своих правительствах, что вполне естественно, но и в своих собственных политических системах. Как, в конце концов, могли самые старые и развитые демократии мира погибнуть от коронавируса бесчисленным количеством людей?

Реагирование на авторитарный вызов Китая, а также на продолжающуюся эрозию доверия к демократии в стране будут иметь решающее значение в ближайшие годы.Это, конечно, требует восстановления и лидерства Америки и Европы, но также требует, чтобы западные демократии сопротивлялись стремлению сделать постоянную временную мобилизацию государственной власти и институт властных систем наблюдения. Соблазн оказаться в постоянном чрезвычайном положении будет только расти в отсутствие вакцины или лекарства. Использование языка военного времени — учитывая, что войны с врагами, видимыми и невидимыми, неизменно использовались для ограничения индивидуальных свобод, — столь же понятно, сколь и опасно.

Для устоявшихся демократий, а также для гибридных режимов, все еще проводящих в некоторой степени конкурентные выборы, есть три специфических для пандемии риска, которые стоит выделить: отложенные выборы, «демократия без протестов» и существующие преимущества.

Отсрочка выборов, очевидно, проблематична (особенно когда считается, что одна партия выгодна другой), но проведение выборов при значительном риске передачи инфекции создает собственный дефицит легитимности. Явка будет подавленной, особенно среди пожилых избирателей.В любом случае проигравшие могут с большей вероятностью либо оспорить результат, либо заявить, что результаты не точно отражают общественное мнение. И именно поэтому выборы, какими бы ошибочными они ни были, предпочтительнее альтернатив; они остаются лучшим способом регулярно оценивать общественные предпочтения.

Несмотря на или, возможно, из-за того, что страны стали «менее свободными» за последнее десятилетие, протесты распространились по всему миру, кульминацией которых стал 2019 год — год необычайно активной для демонстраций и массовых действий.Из-за экономических последствий пандемии в сочетании с ошибками правительства причины для гнева, вероятно, будут только расти. Проблема, однако, в том, что нелегко организовать, по крайней мере, в непосредственном физическом пространстве, в эпоху социального дистанцирования и общественных собраний, ограниченных 500 или менее гражданами. Соответственно, отсутствие свободы передвижения и доступа к общественному пространству усугубляет существующие преимущества. В таких странах, как Венгрия и Турция, где в медиа-пространстве доминируют правящие партии, соперники будут еще менее заметны, чем обычно.

Хотя «повторное открытие» может создавать собственные авторитарные соблазны в отношении режимов отслеживания и наблюдения, оно, по крайней мере, снимает чрезвычайные ограничения и в должное время помогает политическим партиям, протестующим и массовым движениям доводить до более широкой аудитории свои платформы и претензии.

ДОЛГОВЕЧНОСТЬ РЕЖИМОВ

На самой ранней стадии угрозы коронавируса, в марте и апреле, болезнь нанесла разрушительный урон, в частности, западным демократиям.Но суждения об относительном успехе (некоторых) демократий по сравнению (некоторых) автократий будут сделаны через месяцы, если не годы. И именно здесь демократии могут претендовать на более обнадеживающие среднесрочные и долгосрочные перспективы.

Авторитарные режимы способны реагировать на кризисы только тогда, когда они хороши, а когда нет — а это происходит в большинстве случаев — нет очевидного способа исправить свой курс. Исправление ошибок полностью зависит от тех самых людей, которые в первую очередь допустили грубые ошибки. Нет сильных или автономных центров власти, которые могли бы противодействовать или даже сдерживать решения авторитарной исполнительной власти.Недемократические режимы кровно заинтересованы в подавлении информации, которая плохо отражается на высших должностных лицах, что как раз и затрудняло реакцию Китая в критические, первые дни распространения вируса. Как сказал Мартин Гурри, автор книги «Восстание общественности»: «Первый вопрос, который правительства задают в ответ на кризис, — это не то, как его остановить, а как сформулировать его так, чтобы они выглядели так же хорошо. насколько возможно ». Поскольку авторитарные режимы, особенно несколько успешных, чрезмерно полагаются на «легитимность исполнения», а не на легитимность народа, государственным властям необходимо делать все возможное, чтобы поддерживать нарративы успеха, эффективности и патерналистской мудрости.В конце концов, это неявный общественный договор, навязанный гражданам-подданным: им, возможно, придется отказаться от своей свободы, но, по крайней мере, они получат что-то взамен.

Демократические правительства могут также пытаться подавлять информацию и раскручивать или преуменьшать кризисы — как это сделала администрация Трампа, — но им это редко сходит с рук. Во всяком случае, намерение подавлять со стороны правительства может спровоцировать необычайно сильное желание разоблачить его ошибки со стороны прессы, законодательной ветви власти и гражданского общества.Даже внутри исполнительной власти эксперты и бюрократы, как и в случае с Целевой группой Белого дома по коронавирусу, могут сдерживать и уравновешивать инстинкты избранных должностных лиц, включая президента, — и они могут делать это, не опасаясь за свои средства к существованию или свободу.

В долгосрочной перспективе вопросы о «легитимности», какими бы трудными они ни были, становятся все более важными, а не менее важными. Общее правило состоит в том, что в демократических странах правительства нестабильны, а режимы — стабильны. В автократии часто бывает наоборот: правительства кажутся стабильными, а режимы нестабильными.Например, коалиционные правительства Италии печально известны своей раздробленностью и, кажется, всегда находятся на грани краха. Но немногие итальянцы призывают к свержению политической системы и замене ее чем-то совершенно другим. Итальянцы обычно могут спать по ночам, зная, что риски смены режима — или какого-то государственного переворота — невелики. С другой стороны, в автократии существует постоянная структурная неопределенность. Если нынешний диктатор оказывается эффективным или «доброжелательным», то такая доброжелательность сохраняется только до тех пор, пока он или она остается у власти.После того, как он или она будет удален или умрет, может появиться радикально другой лидер с точки зрения навыков и темперамента.

ОТКАЗ И ИДЕОЛОГИЧЕСКОЕ СОРЕВНОВАНИЕ

Пока коронавирус остается угрозой в человеческом или экономическом плане, каждая неудача и каждая победа является меткой, пусть и вводящей в заблуждение, за или против определенных политических систем.

Сингапурский дипломат Кишор Махбубани, автор книги «Выиграл ли Китай?», Уже пришел к выводу о выводах других, отметив: «Многие вдумчивые лидеры и наблюдатели в стратегически важных странах по всему миру начали подготовку к миру, в котором Китай может стать номером один.”

Есть только один способ узнать это по-настоящему: с течением времени. Но каким бы ни был вердикт, ставки высоки не только для иногда эзотерических дебатов о природе политических систем, но и для людей, которые живут под ними.

Даже в регионах, где коронавирус не так сильно пострадал, как многие опасались, таких как арабский мир, экономические последствия будут огромными. После финансового кризиса 2009 года в регионе наблюдался относительно умеренный спад. На этот раз такой удачи не будет, учитывая резкое падение цен на нефть, возможно, необратимые удары по туризму и резкое сокращение государственных пособий.Это плохие новости для той маленькой надежды, которая могла быть даже на самые минимальные реформы. Если некоторые граждане ответят на экономические последствия протестами, после того как страхи вокруг массовых собраний утихнут, арабские автократы — в кризисном режиме и как всегда нервничают — скорее всего, активизируют авторитарные меры и используют (или злоупотребляют) чрезвычайными полномочиями, чтобы еще больше ограничить политическую деятельность. партии и гражданское общество могут сказать или сделать.

Это темная сторона «легитимности производительности»: даже когда автократы относительно компетентны, производительность никогда не может быть полностью гарантирована.Экономический кризис нельзя предотвратить с помощью простого опыта и силы воли. Таким образом, законность производительности всегда вызывает споры, по крайней мере, в конце концов.

Демократии, конечно, сейчас не выглядят хорошо, но у демократии есть достоинство (или слабость) в том, что она в целом лучше, чем кажется. Как утверждает политический теоретик Дэвид Рансимен в «Ловушке уверенности», в любой момент демократии кажутся хаотичными, неэффективными, медленными и неизящными.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *