Психические состояния человека: Дружилов С.А., Олещенко А.М. Психические состояния человека в труде: теоретический анализ взаимосвязей в системе «Свойства личности – Состояния – Процессы»

Автор: | 18.05.1976

Содержание

Александр Прохоров о саморегуляции психических состояний — Реальное время

Профессор Казанского федерального университета — об исследованиях саморегуляции психических состояний

Пожалуй, от суперспособности управлять своими психическими состояниями не отказался бы ни студент перед экзаменом, ни предприниматель перед важными переговорами, ни дипломат. Заведующий кафедрой общей психологии, профессор Института психологии и образования КФУ Александр Прохоров рассказал, какие факторы влияют на психические состояния и что нужно для того, чтобы выправить плохое настроение или даже выйти из затяжного горя. Пересказ лекции приводится в рамках проекта «Открытый лекторий».

Психологические состояния интересовали еще Владимира Бехтерева

В последние годы чрезвычайно выросла актуальность такой области, как психология состояний. Это объяснимо.

— Лектор может испытывать тревогу перед докладом, студент может радоваться, что получил высокую оценку на экзамене. Страх, сон, влюбленность — это тоже состояния, — привел примеры Александр Прохоров предваряя лекцию, которую он прочел студентам в стенах КФУ.

По его словам, состояние — это сложное психическое явление, которое находится между психическими процессами и свойствами (процессы бывают когнитивными, мотивационными, а свойства — это характер, способности человека). При изучении психологии состояний ученые столкнулись с проблемой: методология, которая подходит для изучения процессов и свойств, не подходит для изучения состояний. Каким методом уловить мельчайшее изменение состояния? Ведь оно может быть как очень длительным, так и очень кратким.

В Казанском университете это направление интенсивно развивается на кафедре общей психологии. История развития психологии состояний в Казанском университете в первую очередь связана с работами выдающегося психиатра Владимира Бехтерева. Он впервые организовал психофизиологическую лабораторию и, помимо исследования нервных путей проводимости, организации мозга, он изучал состояния — в том числе состояние утомления и сосредоточенности внимания.

— В советский период в казанском университете существовала лаборатория индивидуальных различий, руководил ею профессор Нисон Пейсахов. Я тоже работал в этой лаборатории. Мы исследовали функциональные состояния студентов, преподавателей, спортсменов, готовили аппаратуру для психофизиологических исследований. Нами был создан нейрохронометр, который завоевал медаль на ВДНХ.

Типы динамических изменений психических состояний

В настоящее время казанские исследователи занимаются тремя направлениями: исследование состояний как психического явления; изучение отношений между психическим состоянием и составляющими сознания; исследование саморегуляции психических состояний. По словам Александра Прохорова, актуализация состояния зависит от отношения между ситуацией и событием, в котором находится субъект, его субъектно-личностными качествами и структурой сознания. Взаимоотношение трех составляющих в социально-предметной среде и обуславливает возникновение того или иного состояния.

— Изменилась ситуация — состояние поменялось, личность выросла — состояние поменялось, смыслы ситуации поменялись — состояние изменилось, социальная среда изменилась — состояние изменилось. Эти четыре переменные и влияют на возникновение психического состояния, — отмечает ученый.

Психологи выделяют три типа динамических изменений психических состояний: динамика, переход из состояния в состояние, глубина переживаемого состояния. Например, испуг — это поверхностное состояние, а страх — глубокое. У плохого настроения и депрессии также разная глубина динамических изменений.

Ученые также выделяют три группы психических состояний: оперативные, текущие и длительные. Оперативные состояния ситуативны, связаны со временем «здесь и сейчас». Это гнев, испуг, решимость. Текущие состояния более длительны, в них совокупность ситуаций образует деятельность. Они могут длиться час, день. Например, заинтересованность во время лекции может растянуться на час, а учебный процесс увлечет студента на месяцы.

Длительное состояние продолжается недели и годы. Например, психическое выгорание в профессии может вылиться в депрессию, хроническую усталость. Такие состояния трудно регулировать из-за присутствия личностного компонента.

Трехуровневая функциональная структура психических состояний

Зачем человеку состояние

Психические состояния выполняют базовые функции. Интегративная объединяет в единое целое процессы, свойства, поведенческие и вегетативные характеристики. Развивающая функция — это повторение изо дня в день состояний, которое приводит к формированию устойчивых качеств.

Но есть и другие. Например, тревога выполняет антиципирующую (предваряющую) функцию.

Психическое состояние также влияет на когнитивные процессы.

— Мы исследовали, как психические состояния семиклассников влияют на оперативную память. Оказалось, что есть состояния, которые являются фоновыми, таковыми можно назвать апатию, спокойствие, — утверждает ученый. — Есть состояния, запускающие оперативную память. Мы узнали, что все наши когнитивные процессы апплицированы состояниями. На их фоне разворачивается психологический процесс. Представьте себе, если школьник занимается на фоне заинтересованности, каким может быть высоким результат. Или представьте школьника, который апатичен. Продуктивность снижается. На выходе мы видим, что при одном и том же уровне преподавания результат разный.

Влияние психических состояний на оперативную память школьников

Иметь в голове образ желаемого и двигать к нему

Смысловые структуры всегда влияют на психические состояния. Смысловые структуры — это и мотивы, и диспозиции, и смысловые конструкты, и личностные смыслы. Влияние опосредуется культурой, ситуацией, в которой находится человек, образом жизни. А влияние состояний на смысловые структуры зависит от ситуации, в которой находится субъект. Влияние сильнее, если ситуация носит негативный характер, и слабее при позитивном характере.

В основе перехода из одного состояния в другой лежит семантический механизм (см. 14.52 мин.).

— Теоретически мы можем сколь угодно долго находиться в состоянии одного знака. Переходить от радости к счастью, от счастья к удовлетворенности. Оказывается, есть операнты, то есть слова, который являются сквозными при переходе из одного состояния в другое. И мы произвольно, то есть намеренно, можем сколь угодно долго находиться в том или ином состоянии. В результате люди могут хронически пребывать в одном состоянии, например, в позитивном.

А механизм перехода из положительного состояния в отрицательное и наоборот — тоже любопытный, связан он с антонимами. Кроме того, в каждом состоянии есть операнты противоположного. Тогда состояние может меняться на противоположное без видимых причин. Опытные психологи, которые занимаются терапией, используют эти механизмы — и часто непроизвольно — чтобы регулировать состояние. Изучение их может стать основой для технологий регуляции.

Семантические механизмы саморегуляции психических состояний

— Модель саморегуляции состояний, которая нами разработана, представляет собой отношения между различными характеристиками личности, действиями субъекта в социальной среде. У нас всегда есть цель желаемого состояния. Но достичь его не всегда удается напрямую, только через цепочку других состояний. Я совершаю какие-то действия и перехожу к состоянию, оно меня не устраивает, тогда я совершаю какие-то действия и перехожу к третьему состоянию, если не устраивает — снова совершаю действия, чтобы прийти к желаемому состоянию. Благодаря обратной связи мы всегда можем понять, к какому состоянию пришли и надо ли в этой связи предпринять какие-то действия, — отмечает Александр Прохоров. — В этих механизмах участвуют рефлексивные процессы, мы опираемся на черты характера человека, на его способности и темперамент, что позволяет управлять и регулировать состояниями. У каждого человека есть свои наработанные механизмы перехода из одного состояния в другое. Наше исследование образов состояния показывает, что эти образы стабильны и консервативны. Поэтому, переходя в новое состояние, мы переходим к тому, что у нас уже есть в памяти. Овладение способами саморегуляции позволяет достичь желаемого состояния.

Ученый говорит, что в результате исследования выяснили, что те испытуемые, которым предлагалось очень четко описать желаемое состояние, переходили к нему очень быстро, в отличие от тех, кто это состояние представлял лишь примерно.

Модель саморегуляции психических состояний

Обобщение помогает выйти из ямы переживаний

Психологи делят ситуации на обратимые и нет. В обратимой ситуации ты можешь вернуться, если обидел человека и чувствуешь вину, можешь попросить прощения или, наоборот, создать ситуацию, когда попросят прощения у тебя. Регуляция состояний в случае с необратимыми ситуациями — это интеллектуализированный процесс. Важнейший механизм регуляции в такой ситуации — обобщение. Новые смыслы, которые образуются, позволяют выйти из ямы психологического состояния.

— Если ты умеешь обобщать, то быстрее выйдешь из необратимой ситуации. В качестве примера мы исследовали около 150 человек, которые пережили горе. На основании их высказываний был создан график (23. 13 мин). Он показывает, как ситуация переживается. Когда человек только узнает о случившемся, он около семи дней находится в высоком уровне напряжения. «Как же так, почему это случилось со мной?!» Потом он переходит в пучину тяжелых глубоких переживаний.

Это состояние низкого энергетического уровня, безысходности, апатии, депрессии в среднем длится три месяца. Человек выходит из ямы переживаний только когда обобщает и приходит к новому знанию. Мир уже все знает, но для человека новое знание становится откровением. Понятно, что человек до травмы и после — это два разных человека. После он становится более мудрым, знающим, понимающим.

— Ум, помноженный на опыт, это и есть мудрость человека. Важно понимать эту модель. Отрицательное состояние заставляет нас думать, мы начинаем обобщать. Поэтому философы и психологи в основном хмурые, веселых не бывает, — сыронизировал Александр Прохоров.

Опять же то, как быстро человек проходит это состояние, связано с личностными качествами и отношением между эмоциональностью и рациональностью. Чем более эмоциональный человек, тем длительнее процесс.

Западных психологов интересуют работы Льва Выготского

В конце лекции студенты задали спикеру вопросы. Их интересовало, какие существуют новые техники саморегуляции психических состояний.

— Все техники саморегуляции современные, среди них есть простые и сложные. Моя книга «Инновационные методы саморегуляции» — это 360 страниц методов саморегуляции. В ней написано, как утром проснуться довольным, как днем реагировать на экстренные ситуации и как вечером спокойно засыпать и видеть цветные сны.

«Ум, помноженный на опыт, это и есть мудрость человека. Важно понимать эту модель». Фото kpfu.ru

В ответ на следующий вопрос Александр Прохоров рассказал, как стал заниматься изучением психических состояний. По его словам, серьезное влияние оказали занятия спортом, психолог был мастером спорта по тяжелой атлетике. На соревнованиях требовалось умение управлять психическим состоянием.

— Если не заведешь себя на помосте, то не поднимешь штангу. Я наработал определенные состояния, при которых мог поднимать 200 кг. Когда ты входишь в это состояние, ты не чувствуешь вес тяжеленной штанги. Возможно, интерес к психическим состояниям возник во время работы в лаборатории Михаила Пейсахова. Может быть, потому, что мой первый руководитель — профессор Немчин из Санкт-Петербургского университета, и что я стал писать диссертацию по теме «стресс». А может, потому, что я сам до конца не умею регулировать состояния, — посмеялся Александр Прохоров.

Слушателей также интересовало, как западные психологи изучают тему психических состояний. Ученый отметил, что если российские специалисты подходят к вопросу целостно, разрабатывая методологические исследования, то на Западе разработки в сфере психических состояний носят прикладной характер. Теоретических разработок, концептуальных баз там нет, сообщил ученый.

— То, что делается в Казани, — это почти уникально. Западные исследования можно сравнить с рытьем колодца вглубь. Мы же копаем широко, как будто работаем на угольных разрезах. Я у друга-американца учился нейролингвистическому программированию, эриксоновскому гипнозу. Он спросил меня, что такое аутогенная тренировка, я поразился его неосведомленностью. Для него это было открытие. Ученые с Запада — как правило, узкие специалисты. На Западе плохо знают наши исследования, только Выготского знают. Мы же обогащаемся их прикладными исследованиями. Это процесс обоюдный, интересный, — резюмировал Александр Прохоров.

Записала Екатерина Гумарова

ОбществоМедицина

Психическое здоровье каждого человека имеет важное значение и зависит от состояния нашего тела.

29 апреля 2019 г.

Психическое здоровье каждого человека имеет важное значение и зависит от состояния нашего тела, психики и социального окружения. Некоторые психические заболевания, такие как депрессия и тревога, являются довольно распространенными.

Почему важно психическое благополучие? Во-первых, чтобы чувствовать себя хорошо и вокруг себя, иметь возможность получить максимум от нашей жизни.

Есть также доказательства того, что хорошее психическое благополучие имеет важное значение для физического здоровья, и во многом общее состояние организма может помочь достичь целей, которые поставили перед собой.

Пять шагов к психическому благополучию

Данные свидетельствуют о том, что существует пять шагов, которые мы можем предпринять для улучшения нашего психического благополучия.

  • Отношения – общаться с людьми вокруг: семья, друзья, коллеги и соседи. Тратьте время на разработку этих отношений.
  • Вести активный образ жизни – не обязательно идти в тренажерный зал. Надо совершать прогулки, покататься на велосипеде или поиграть в футбол. Вести активный образ жизни в том виде, что понравится и сделать его частью жизни.
  • Продолжить обучение – изучение новых навыков может дать чувство достижения и новую уверенность. Так почему бы не подписаться на кулинарный курс, начать учиться играть на музыкальном инструменте, или понять, как исправить ваш велосипед?
  • Давать другим – даже маленькое действие для других, является ли это улыбкой, спасибо или добрым словом. Больше действий, например добровольчество в местном общественном центре, может улучшить ваше психическое благополучие и поможет строить новые социальные сети.
  • Обратите внимание – быть более осведомленными в настоящий момент, включая чувства и мысли, ваше тело и мир вокруг. Некоторые люди называют это понимание «внимательность», и оно может положительно изменить путь о жизни и как подход к проблеме.

Психические состояния человека

Наряду с психическими состояниями отдельного человека существуют и «массовидные» состояния, т.е. психические состояния определенных общностей людей (микро- и макрогрупп, народов, обществ). В социологической и социально-психологической литературе специально рассматриваются два вида таких состояний-

общественное мнение и общественное настроение.

Психические состояния человека характеризуются целостностью, подвижностью и относительной устойчивостью, взаимосвязью с психическими процессами и свойствами личности, индивидуальным своеобразием и типичностью, крайним многообразием, полярностью.

Целостность психических состояний проявляется в том, что они характеризуют в определенный промежуток времени всю психическую деятельность в целом, выражают конкретное взаимоотношение всех компонентов психики.

Подвижность психических состояний заключается в их изменчивости, в наличии стадий протекания (начало, определенная динамика и конец).

Психические состояния обладают относительной устойчивостью, их динамика менее выражена, чем у психических процессов (познавательных, волевых, эмоциональных). При этом психические процессы, состояния и свойства, личности теснейшим образом взаимосвязаны между собой. Психические состояния влияют на психические процессы, являясь фоном их протекания. В то же время они выступают в качестве «строительного материала» для формирования качеств личности, прежде всего характерологических. Например, состояние сосредоточенности мобилизует процессы внимания, восприятия, памяти, мышления, воли и эмоций человека. В свою очередь, это состояние, неоднократно повторяясь, может стать качеством личности – сосредоточенностью.

Психические состояния отличаются крайним многообразием и полярностью. Последнее понятие означает, что каждому психическому состоянию человека соответствует противоположное состояние (уверенность – неуверенность, активность – пассивность, фрустрация – толерантность и т.д.).

Психические состояния человека можно классифицировать по таким основаниям:

  1. 1. в зависимости от роли личности и ситуации в возникновении психических состояний-
    личностные и ситуативные
    ;
  2. 2. в зависимости от доминирующих (ведущих) компонентов (если таковые явно выступают) – интеллектуальные, волевые, эмоциональные и т. д.;
  3. 3. в зависимости от степени глубины – состояния (более или менее) глубокие, либо поверхностные;
  4. 4. в зависимости от времени протекания- кратковременные, затяжные, длительные и т. д.;
  5. 5. в зависимости от влияния на личность- положительные и отрицательные, стенические, повышающие жизнедеятельность, и астенические;
  6. 6. в зависимости от степени осознанности- состояния более или менее осознанные;
  7. 7. в зависимости от причин, их вызывающих;
  8. 8. в зависимости от степени адекватности вызвавшей их объективной обстановки.

Можно выделить типичные положительные и отрицательные психические состояния, свойственные большинству людей как в повседневной жизни (любовь, счастье, горе и т.д.), так и в профессиональной деятельности, связанной с экстремальными (крайними, необычными) условиями. Сюда следует отнести психические состояния профессиональной пригодности, осознание значимости своей профессии, состояние радости от успехов в работе, состояние волевой активности и т.

д.

Огромное значение для эффективности трудовой деятельности имеет психическое состояние профессиональной заинтересованности.

Для состояния профессиональной заинтересованности характерны: осознание значимости профессиональной деятельности; стремление больше узнать о ней и активно действовать в ее области; концентрация внимания на круге объектов, связанных с данной областью, и при этом указанные объекты начинают занимать господствующее положение в сознании специалиста.

Разнообразие и творческий характер профессиональной деятельности делают возможным возникновение у работника психических состояний, близких по своему содержанию и структуре к состоянию творческого вдохновения, свойственного ученым, писателям, художникам, актерам, музыкантам. Оно выражается в творческом подъеме; обострении восприятия; повышении способности воспроизведения ранее запечатленного; возрастания мощи воображения; возникновении целого ряда комбинаций оригинальных впечатлений и т. д.

Важное значение для эффективности профессиональной деятельности имеет психическое состояние готовности к ней в целом и к отдельным ее элементам, в частности.

Наряду с положительными (стеническими) состояниями у человека в процессе его жизнедеятельности (деятельности, общения) могут возникать и отрицательные (астенические) психические состояния. Например, нерешительность как психическое состояние может возникнуть не только при отсутствии у человека самостоятельности, уверенности в себе, но и ввиду новизны, неясности, запутанности той или иной жизненной ситуации в экстремальных (крайних) условиях. Такие условия приводят к возникновению состояния психической напряженности.

Можно и нужно говорить о состоянии сугубо операционной(операторной, «деловой»)напряженности, т.е. напряженности, которая возникает как результат сложности выполняемой деятельности (трудности сенсорного различения, состояния бдительности, сложность зрительно-двигательной координации, интеллектуальная нагрузка и т. д.) и эмоциональной напряженности, вызванной эмоциональными экстремальными условиями (работой с людьми, в том числе с больными, правонарушителями и т.д.).

Классификация психических состояний:

Психические состояния в зависимости от целей их изучения различают по критериям: а) преобладания в психических состояниях вызывающего их психического процесса: б) вида деятельности, в котором проявляются психические состояния; в) влияния психических состояний на деятельность. При этом многие из состояний могут входить в каждую из этих групп.

По преобладанию психических процессов психические состояния делятся на гностические, эмоциональные и волевые.

Гностические психические состояния: любознательность, любопытство, удивление, изумление, недоумение, сомнение, озадаченность, мечтательность, заинтересованность, сосредоточенность и т. д.

Эмоциональные психические состояния: радость, огорчение, грусть, возмущение, злость, обида, удовлетворенность и неудовлетворенность, бодрость, тоска, обреченность, угнетенность, подавленность, отчаяние, страх, робость, ужас, влечение, страсть, аффект и т. д.

Волевые психические состояния: активность, пассивность, решительность и нерешительность, уверенность и неуверенность, сдержанность и несдержанность, рассеянность, спокойствие и т. д.

Все эти состояния подобны соответствующим психическим процессам и свойствам личности, в чем проявляется одна из важнейших закономерностей психологии.

По видам деятельности психические состояния делятся на трудовые, учебные и спортивные.

Трудовые психические состояния: готовность, неподготовленность, вдохновение, воодушевленность, энергичность, вялость, апатичность, деловитость, праздность, усталость, терпение и нетерпение и т. д.

Учебные психические состояния: возбужденность, подавленность, заторможенность, сосредоточенность, рассеянность, внимательность и невнимательность, заинтересованность, безразличие и т. д.

Спортивные психические состояния: собранность, расслабленность, напряженность, подвижность, скованность, уверенность и неуверенность, бодрость, вялость, целеустремленность, ответственность и т. д.

Психическое состояние

Психическое состояние — Самостоятельное проявление человеческой психики, всегда сопровождающееся внешними признаками, имеющими преходящий, динамический характер, не являющимися психическими процессами или свойствами личности, выражающееся чаще всего в эмоциях, окрашивающее всю психическую деятельность человека и связанное с познавательной деятельностью, с волевой сферой и личностью в целом.    Среди психических явлений психическим состояниям принадлежит одно из основных мест. Проблема психических состояний имеет в человекознании огромное значение, поскольку психические состояния существенно определяют характер деятельности человека.

Различные авторы дают разные определения понятия «психическое состояние». Отсутствует общепринятое мнение об определении, структуре и функции, механизме и детерминантах, классификации и методах исследования психических состояний. В.А. Ганзен и В. Н. Юрченко считают, что причина замедленного научного познания психических состояний человека заложена в самой их природе. Так, имеющиеся в литературе определения психического состояния (Н. Д. Левитов, Ю. Е. Сосновикова и др.) прямо или косвенно подчёркивают сложность, многокомпонентность, многоуровневость состояний человека как психического явления. Именно эти особенности психических состояний, целиком захватывающих человека на какой-то промежуток времени, делают их труднодоступным объектом научного изучения.

Наиболее полным и простым представляется определение Н. Д. Левитова:

Психическое состояние — это целостная характеристика психической деятельности за определённый период времени, показывающая своеобразие протекания психических процессов в зависимости от отражаемых предметов и явлений действительности, предшествующего состояния и психических свойств личности.

Левитов считает, что психическое состояние — это самостоятельное проявление человеческой психики, всегда сопровождающееся внешними признаками, имеющими преходящий, динамический характер, не являющимися психическими процессами или свойствами личности, выражающееся чаще всего в эмоциях, окрашивающее всю психическую деятельность человека и связанное с познавательной деятельностью, с волевой сферой и личностью в целом. Таким образом, в структуру психического состояния входят определённая модальность переживания, конкретные изменения в протекании психических процессов (психической деятельности в целом), отражение особенностей личности и характера, а также предметной деятельности и соматического состояния.

Как и все явления психической жизни, психические состояния большей частью не спонтанны, но детерминированы прежде всего внешними воздействиями. По существу, любое состояние есть продукт включения субъекта в некоторую деятельность, в ходе которой оно формируется и активно преобразуется, оказывая при этом обратное влияние на успешность реализации последней.

Поскольку психическое состояние тесно связано с исполняемой деятельностью, постольку состояние можно рассмотреть через базис «цель-средство-результат». Получается, что в отношении каждой из этих категорий существуют соотнесённые параметры психического состояния:

22. Особые психические состояния. Приемы контроля за психическим состоянием.

Изучением особенности труда человека при взаимодействии его с техническими средствами в процессе производства и управления, а также требований, предъявляемых к конструкциям машин и приборов с учётом психических свойств человека, занимается инженерная психология.

Часто встречающимися (производственными) психическими состояниями людей являются:
1 — Психическое напряжение (стресс).
2 — Утомление.
3 — Особые психические состояния работника.

Контроль за психическим состояниям может выявить особые состояния, которые не всегда являются постоянным свойством личности, возникают спонтанно и существенно изменяют работоспособность человека. Встречаются три вида особых психических состояний: параксизмальные состояния (приступы), психогенное состояние, действие стимуляторов.Параксизмальное состояние связано с заболеванием мозга и проявляется отключением сознания на 1 — 2 мин в виде обморока, эпилепсии, лунатизма.
Психогенное состояние наступает после конфликта, гибели близких людей, обиды и так далее. Проявляется в виде снижения настроения, апатии, замедления мышления и может длиться от нескольких часов до двух месяцев. Под влиянием обид, неудач, оскорблений может развиваться аффективное состояние (взрыв эмоций, агрессивные и разрушительные действия).</span>

Действие стимуляторов.Приём лёгких стимуляторов (чай, кофе) помогает в борьбе с сонливостью и может способствовать повышению работоспособности на короткий период.
Активные стимуляторы уменьшают скорость реакции, ухудшают самочувствие.
Транквилизаторы оказывают успокоение и предупреждают развитие неврозов, однако могут снизить психическую активность, вызвать апатию и сонливость.</span>

Алкоголь как транквилизатор приносит при избыточном употреблении колоссальный ущерб здоровью человека, разрушая прежде всего нервную систему и психику человека. 40 — 60% случаев автомобильного травматизма и 64% смертельных случаев на производстве, связаны с употреблением алкоголя. Посталкогольная астения (похмелье) ведёт к заторможенности человека и снижению чувства осторожности.

При организации деятельности человека необходимо ориентироваться не на максимальную мобилизацию его сил, а на реальные психофизиологические возможности человека, которые не должны превышать 40 — 60% от максимальной нагрузки.
Превышение этих нагрузок приводит к состоянию утомления

Приемы контроля за психическим состоянием.Учитывая, что в системе «человек — машина» самым слабым звеном является человек, то контроль за психическим состоянием его на специальностях с высокой ответственностью должен быть ежедневным. Контроль через приёмы:
1. Предварительный осмотр.
2. Профессиональный отбор.
3. Контроль за психическим состоянием в процессе труда. Существуют тесты, позволяющие определить состояние человека в процессе работы.
4. Исследования по психологии и поведенческих особенностей человека.</span>

Эссе по психологии на тему»Психические состояния человека и возможности их регуляции»

Версия шаблона

ЦДОР

Вид работы

Творческое эссе

Название дисциплины

Психология

Тема

Психические состояния человека и возможности их регуляции

Фамилия

Имя

Отчество

№ контракта

Психические состояния человека и возможности их регуляции

Любой человек хотя бы раз в жизни нуждался в изменении своего физиологического или психологического состояния в кратчайшие сроки. Кто-то научился это делать с помощью различных нехитрых средств: например, предаваясь воспоминаниям о каких-то положительных событиях жизни, или же попросту пытаются дышать глубже и медленнее. Другие люди никак не могут найти способ, который им поможет успокоиться, когда они очень нервничают или чувствовать себя хорошо, когда они очень устали.

Такая неспособность человека регулировать свое настроение может отрицательно сказаться не только на взаимоотношениях с окружающими, но и на качестве выполнения профессиональных обязанностей.

Длительное пребывание во власти негативных эмоциональных состояний (тревоги, ожидания неизвестного, вины, неудовлетворенности, злости и т.д.), неумение снизить остроту переживания неблагоприятных воздействий чревато еще и тем, что оказывает разрушающее воздействие на организм, физическое и психическое состояние

Являясь одновременно самостоятельным физиологическим, психическим и социальным явлением, стресс по своей сути представляет собой еще один вид эмоционального состояния. Это состояние характеризуется повышенной физиологической и психической активностью. При этом одной из главных характеристик стресса является его крайняя неустойчивость. При благоприятных условиях это состояние может трансформироваться в оптимальное состояние, а при неблагоприятных условиях — в состояние нервно-эмоциональной напряженности, для которого характерно снижение работоспособности и эффективности функционирования систем и органов, истощение энергетических ресурсов.

Что же такое стресс? Под стрессом понимают неспецифический ответ организма на предъявляемые ему внешние или внутренние требования. Данное понятие было предложено Г. Селье. Ему удалось установить, что на неблагоприятные воздействия разного рода, например холод, усталость, страх, унижение, боль и многое другое, организм отвечает не только конкретной для каждого воздействия защитной реакцией, но и общим, однотипным комплексным реагированием вне зависимости от того, какой раздражитель действует на организм. При этом в промежутке между воздействием и ответом организма развертываются определенные процессы. Эти процессы были описаны в классических исследованиях Г. Селье, доказывающих, что стадии стресса характерны для любого адаптационного процесса. В частности, они включают непосредственную реакцию на воздействие, требующее адаптационной перестройки (так называемая фаза тревоги и мобилизации), период максимально эффективной адаптации (фаза резистенции) и нарушение адаптационного процесса в случае неблагоприятного исхода (срыв адаптации).

В первой фазе — фазе тревоги — осуществляется мобилизация защитных сил организма, повышающая его устойчивость. При этом организм функционирует.Психическое состояние — Самостоятельное проявление человеческой психики, всегда сопровождающееся внешними признаками, имеющими преходящий, динамический характер, не являющимися психическими процессами или свойствами личности, выражающееся чаще всего в эмоциях, окрашивающее всю психическую деятельность человека и связанное с познавательной деятельностью, с волевой сферой и личностью в целом. Среди психических явлений психическим состояниям принадлежит одно из основных мест. Проблема психических состояний имеет в человекознании огромное значение, поскольку психические состояния существенно определяют характер деятельности человека.

Различные авторы дают разные определения понятия “психическое состояние”. Отсутствует общепринятое мнение об определении, структуре и функции, механизме и детерминантах, классификации и методах исследования психических состояний. В.А. Ганзен и В. Н. Юрченко считают, что причина замедленного научного познания психических состояний человека заложена в самой их природе. Так, имеющиеся в литературе определения психического состояния (Н. Д. Левитов, Ю. Е. Сосновикова и др.) прямо или косвенно подчёркивают сложность, многокомпонентность, многоуровневость состояний человека как психического явления. Именно эти особенности психических состояний, целиком захватывающих человека на какой-то промежуток времени, делают их труднодоступным объектом научного изучения. Понятие об адаптации человека. Особенности взаимодействия человека с окружающей средой. Понятие гомеостаза. Работы К. Бернара и У. Кэннона. Определение адаптации. Уровни адаптации: физиологический, психический, социальный.

Общее представление о функциональном состоянии организма. Понятие психического состояния, Определение психического состояния по Н. Д. Левитову. Классификации психических состояний. Понятие «психофизиологические состояния» в концепции Е. П. Ильина. Понятие об уровнях функционирования физиологической системы. Личностный принцип регуляции состояний. Критерии оценки функционального состояния.

Характеристика состояний организма и психики. Типичные функциональные состояния. Сон. Стресс и ею стадии. Типология стресса. Общие черты психического стресса. Пограничные состояния и адаптация. Механизмы психической адаптации по Ю. А. Александровскому. Адаптационный барьер. Факторы, обусловливающие функциональное состояние и состояние психики.

Апатия Психическое состояние, вызванное утомлением, тяжелыми переживаниями или заболеванием и проявляющееся потерей интереса и безразличием к окружающему.

Аффект Стремительно и бурно протекающая, наиболее сильная эмоция взрывного свойства, неподконтрольная сознанию и способная принять форму аффекта патологического. Также под аффектом в общей психологии понимается в целом эмоционально-чувственная сфера человека.

Аффективные состояния Психические состояния, характеризующиеся заметной эмоциональной окрашенностью: эмоциональные состояния, состояние аффекта, настроение и т.п.

Бессонница Психическое состояние, характеризующееся перевозбуждением, препятствующим возникновению здорового сна.

Вдохновение Психическое состояние, высшая степень концентрации внимания, резкое увеличение производительности в действиях.

Вменяемость Нормальное психическое состояние человека, характеризующееся адекватной работой сознания как психического интегратора; способность адекватно воспринимать слова и поступки окружающих людей.

Грезы Психическое состояние «сна наяву», развитое фантазирование.

Истерия Психическое расстройство, при котором мотивы, как будто бы не известные больному, вызывают сужение поля сознания или нарушения моторной или сенсорной функции. Этим нарушениям больной может придавать психологическую и символическую ценность. Могут иметь место конверсионные или диссоциативные проявления.

История психических состояний Первое более-менее систематическое изучение ПС начинается в Индии 2-3 тысячелетия до н.э., предметом которого было состояние нирваны. Философы Древней Греции тоже затрагивали проблему ПС.

Компульсия Настроенность на выполнение повторяющихся, ритуальных действий, невыполнение которых приводит к тревожности, расстроенности.Понятие адаптации — одно из основных в научном исследовании организма, поскольку именно механизмы адаптации, выработанные в процессе эволюции, обеспечивают возможность существования организма в постоянно изменяющихся условиях внешней среды. Благодаря процессу адаптации достигается оптимальное функционирование всех систем организма и сбалансированность в системе «человек — среда».

Одним из первых, кто стал изучать проблему функционирования живого организма как целостной системы, был французский физиолог К. Бернар. Он выдвинул гипотезу о том, что любой живой организм, в том числе и человеческий, существует, так как обладает возможностью постоянно сохранять благоприятные для своего существования параметры внутренней среды организма, а это, в свою очередь, происходит потому, что все системы и протекающие в организме процессы находятся в равновесном состоянии. До тех пор, пока это равновесие сохраняется, организм живет и действует. Таким образом, постоянство внутренней среды, по мнению Бернара, — это условие свободной жизни. Позднее идея Бернара о постоянстве внутренней среды организма была поддержана и развита американским физиологом У. Кэнноном, который назвал это свойство гомеостазом.

Гомеостаз — это подвижное равновесное состояние какой-либо системы, сохраняемое путем ее противодействия нарушающим это равновесие внутренним и внешним факторам. Одним из центральных моментов учения о гомеостазе является представление о том, что всякая система стремится к сохранению своей стабильности. По мнению У. Кэннона, получая сигналы об угрожающих системе изменениях, организм включает устройства, продолжающие работать до тех пор, пока не удастся возвратить ее в равновесное состояние. Если же нарушить равновесие процессов и систем организма, то параметры внутренней среды нарушаются, живой организм начинает болеть. Причем болезненное состояние будет сохраняться на протяжении всего времени восстановления параметров, обеспечивающих нормальное существование организма. Если же необходимых для сохранения равновесия внутренней среды прежних параметров достичь не удается, то организм может попытаться достичь равновесия при других, измененных параметрах. В этом случае общее состояние организма может отличаться от нормального. Очень часто проявлением такого равновесия является хроническое заболевание.

Однако жизнедеятельность организма обеспечивается не только за счет стремления к внутреннему равновесию всех систем, но и за счет постоянного учета факторов, воздействующих на этот организм извне. Дело в том, что любой живой организм существует в определенной среде. Он не может существовать вне среды, поскольку вынужден постоянно получать из внешней среды необходимые для жизни компоненты (например, кислород). Полная изоляция живого организма от внешней среды равносильна его гибели. Поэтому живой организм, стремясь к достижению

Это необходимо знать

Монотония Функциональное состояние человека, возникающее как следствие однообразной работы: снижение тонуса и восприимчивости, ослабление сознательного контроля, ухудшение внимания и памяти, стереотипизация действий, появление ощущений скуки и потери интереса к работе.

п/п

Наименование интернет-ресурса

Ссылка на конкретную используемую страницу интернет-ресурса

1

http://ref-4you.ru/

http://ref-4you.ru/

2

http://azps.ru/

http://azps.ru/

3

http://www.plam.ru/

http://www.plam.ru/

Психические состояния человека

Психические состояния человека

В отечественной психологии состояния начали изучаться в рамках психологии спорта с середины 30-х годов. Первой публикацией по состояниям была статья О.А.Черниковой «Стартовая лихорадка » (1937). В общей психологии состояния начали изучаться со статьи Н.Д.Левитова «Проблема психических состояний » (1955) и его же монографии «О психических состояниях » (1964). Левитов определял состояние как целостную характеристику психической деятельности и поведения за некоторый период времени, показывающую своеобразие протекания психических процессов в зависимости от отражаемых предметов и явлений действительности, предшествующего состояния и психических свойств личности. И.П. Павлов считал, что состояния единственно возможный предмет исследования психологии. П.С. Купалов рассматривал состояние как условный рефлекс на внешние воздействия. Д.Н. Узнадзе рассматривал установку как состояние. В.Н. Мясищев рассматривал состояние как один из элементов структуры личности, в одном ряду с проессами, свойствами и отношениями.

Эмпирическое исследование отношений проводилось, в основном, в двух направлениях: исследование эмоциональных состояний (обычно понимаемых как довольно долго длящиеся эмоции) и исследование функциональных состояний, обязанных своим появлением привнесению в психологию понятия «функциональная система » П.К. Анохина. Определение состояния, данное Е.П.Ильиным, также базируется на понятии «функциональная система «: состояние это реакция функциональных систем на внешние и внутренние воздействия, направленная на получение полезного результата «. Примером другого определения можно привести определение состояния А.О. Прохорова: «Психическое состояние это отражение личностью ситуации в виде устойчивого целостного синдрома (совокупности) в динамике психической деятельности, выражающегося в единстве поведения и переживания в континууме времени «.

Ряд авторов предлагает классификации состояний. Так В.А. Ганзен предлагает деление состояний на волевые (разрешениенапряжение), которые в свою очередь делятся на праксические и мотивационные, на аффективные (удовольствиенеудовольствие), которые делятся на гуманитарные и эмоциональные, на состояния сознания (сонактивация). Прохоров дополняет эту классификацию творческими состояниями и настроением. Также он разделяет состояния по продолжительности на оперативные (сек.мин.), текущие (часдень), длительные (нед.мес.) и сверхдлительные (год и более). А.И.Юрьев предложил дополнительное разделение состояний в классификации Ганзена на состояния индивида, состояния субъекта деятельности, состояния личности и состояния индивидуальности. А.А.Генкин и В.И.Медведев предложили делить состояния на интенсивные (для сравнения которых возможна единая шкала) и экстенсивные (такое сопоставление невозможно). Примерами интенсивных характеристик могут быть уровень бодрствования, уровень удовлетворенности, уровень эмоциональности, уровень мотивированности, уровень разрешениянапряжения. Примерами экстенсивных характеристик состояния могут выступать соотношение активности коры и подкорки, модальные характеристики и т.д.

Одним из наиболее полных перечней причин возниковения состояний является перечень, предложенный юридическими психологами А.Д.Глоточкиным и В.Ф.Пирожковым (1968):

1. Факты общественной жизни (макросоциальные факторы),

2. Конкретные факты жизни (микросоциальные факторы),

3. Личные особенности,

4. Взаимоотношения с семьей, коллективом,

5. Воздействие групповых настроений (индукция),

6. Здоровье,

7. Предыдущие состояния.

источник: azps.ru

Эмоции, телесные чувства и мысли разделяют распределенные нейронные сети

Аннотация

Ученые традиционно предполагали, что разные виды психических состояний (например, страх, отвращение, любовь, память, планирование, концентрация и т. Д.) Соответствуют разным психологическим способностям. которые имеют доменные корреляты в головном мозге. Тем не менее, все больше свидетельств указывает на конструкционистскую гипотезу о том, что психические состояния возникают из комбинации общих психологических процессов, которые отображаются в крупномасштабных распределенных сетях мозга.В этой статье мы сообщаем о новом исследовании, тестирующем конструкционистскую модель разума, в которой участники генерировали три типа психических состояний (эмоции, телесные чувства или мысли), в то время как мы измеряли активность в крупномасштабных распределенных сетях мозга с помощью фМРТ. Мы исследовали сходство и различия в паттернах сетевой активности в этих трех классах психических состояний. В соответствии с конструкционистской гипотезой комбинация крупномасштабных распределенных сетей способствовала эмоциям, мыслям и телесным ощущениям, хотя эти психические состояния различались по относительному вкладу этих сетей.Обсуждаются последствия для конструкционистской функциональной архитектуры различных психических состояний.

Ключевые слова: конструкционист, эмоция, мысль, телесные чувства, внутренние сети

1. Введение

В каждый момент бодрствования человеческий разум состоит из множества психических состояний. Эти психические состояния обычно называют в терминах здравого смысла, таких как эмоции (например, страх, отвращение, любовь), познания (например, восстановление воспоминаний, планирование будущего, концентрация на задаче), восприятия (например,ж., восприятие лица, восприятие цвета, восприятие звука) и т. д. С самого начала психологической науки исследователи предполагали, что каждое из этих слов относится к отдельному и особому виду умственной категории или «способности» (Lindquist & Barrett, в обзоре; Uttal, 2001). Соответственно, более века ученые искали физические корреляты этих ментальных категорий — в поведении, периферической физиологии и, в последнее время, в функционирующем мозге. Например, когнитивные нейробиологи попытались идентифицировать единую нейронную основу страха (например,g., Whalen et al., 1998), отвращение (например, Wicker et al., 2003), любовь (например, Bartels & Zeki, 2000), самость (например, Northoff & Bermpohl, 2004), эпизодическая память (Rugg , Otten, & Henson, 2002), семантическая память (например, Grossman et al., 2002), рабочая память (например, D’Esposito et al., 1998), восприятие лица (например, Kanwisher, McDermott, & Chun, 1997 ) и так далее. Двадцать лет исследований нейровизуализации, однако, показывают, что мозг не принимает во внимание категории психологии преподавателей (Barrett, 2009b; Duncan & Barrett, 2007; Gonsalves & Cohen, 2010; Lindquist & Barrett, на рассмотрении; Lindquist, Wager, Kober, Bliss , & Barrett, в печати; Pessoa, 2008; Poldrack, 2010; Uttal, 2001).

Вместо того, чтобы выявлять специфические для каждой умственной способности области мозга, зависящие от предметной области, растущее количество свидетельств указывает на гипотезу о том, что различные психические состояния возникают из комбинации общих психологических процессов или «ингредиентов», которые соответствуют крупномасштабным распределенным сетям. в ассоциативных областях мозга (см., Barrett, 2009b; Barrett, 2011). В психологии существует теоретическая традиция выдвигать гипотезы о том, что психические состояния возникают в результате комбинации более основных, общих психологических процессов, — это известно как конструкционистский подход.На протяжении прошлого столетия конструкционистский подход был наиболее популярен в моделях эмоций (например, Barrett, 2006, в печати; Harlow & Stagner, 1932; Lindquist, Wager, Kober, et al., В печати; Russell, 2003; Schachter). & Singer, 1962; обзор см. В Gendron & Barrett, 2009), хотя его корни можно найти в самых ранних работах по психологии (Dewey, 1895; James, 1890; Wundt, 1897/1998). Суть конструкционистского подхода состоит в том, что в каждый момент бодрствования мозг конструирует психические состояния, такие как эмоции, состояния тела и мысли, создавая ситуативные концептуализации (Barrett, 2006; Barsalou, 2009), которые объединяют три источника стимуляции. : сенсорная стимуляция из внешнего мира (экстероцептивный сенсорный массив света, вибраций, химических веществ и т. д.), сенсорные сигналы изнутри тела (соматовисцеральная стимуляция, также называемая интероцептивным сенсорным массивом или «внутренней средой») и предшествующий опыт (также называемый памятью или категориальным знанием, которое мозг частично делает доступным за счет реактивации сенсорных и моторных нейронов).Эти три источника — ощущения от мира, ощущения от тела и предшествующий опыт — доступны постоянно, и сети мозга, которые их обрабатывают, можно рассматривать как часть основных ингредиентов, формирующих всю психическую жизнь. Предполагается, что различные «рецепты» (комбинация и взвешивание ингредиентов) производят бесчисленное количество ментальных событий, которые люди дают здравым смыслом (например, «эмоции», «познания» и «восприятие»). С этой точки зрения ментальные категории, такие как эмоции, познания и восприятия, заполнены разнообразным набором примеров, которые являются событиями, которые нужно объяснить, а не конкретными причинными процессами, связанными с конкретными областями мозга или сетями.

Есть три направления работы, которые поддерживают конструктивистскую функциональную архитектуру ментальных состояний. Во-первых, в литературе по нейровизуализации растет понимание того, что одни и те же сети усиливают активацию в самых разных областях психологических задач. Например, «сеть по умолчанию», включающая области медиальной префронтальной коры, медиальной височной доли и задней поясной коры, имеет повышенную активацию во время эмоций (например, Lindquist, Wager, Kober, et al., в печати), регулирование эмоций (например, Wager, Davidson, Hughes, Lindquist, & Ochsner, 2008), репрезентация себя (например, Kelley et al., 2002), приписывание психического состояния другим (например, Mitchell, Banaji , & Macrae, 2005), моральное рассуждение (например, Young, Scholz, & Saxe, в печати), эпизодическая память и прогнозирование (например, Addis, Wong, & Schacter, 2007), семантическая обработка (например, Binder, Desai, Graves , & Conant, 2009), и даже контекстно-зависимое визуальное восприятие (Bar et al., 2006).«Сеть значимости», включающая кору островка и переднюю срединную кору головного мозга, имеет повышенную активность во время эмоций (например, Lindquist, Wager, Kober и др., В печати), боли (например, Lamm, Decety, & Singer, 2010). тревога (например, Seeley et al., 2007), внимание, язык (см. Nelson et al., 2010) и восприятие времени (см. Craig, 2009). Даже сенсорные области мозга, которые когда-то считались унимодальными и специфичными для домена (например, первичная слуховая и зрительная кора), реагируют на другие сенсорные домены (например,g. слуховые нейроны проявляют повышенную активность при предъявлении зрительных стимулов; Бизли и Кинг, 2008; зрительные нейроны проявляют повышенную активность при предъявлении слуховых раздражителей; Cate et al., 2009). Эти результаты показывают, что отсутствие поддержки факультетской психологии — это не просто артефакт плохого пространственного или временного разрешения в методах нейровизуализации.

Фактически, метаанализы, обобщающие литературу по нейровизуализации по ментальным категориям, таким как эмоции, личность, память и т. Д.подтверждают, что области мозга демонстрируют небольшую психологическую специфичность (по крайней мере, для этих категорий или для их подчиненных категорий, таких как гнев, страх, отвращение, автобиографическое Я, обработка самореференций, автобиографическая память, семантическая память и т. д.). Например, наш метааналитический проект по эмоциям продемонстрировал, что миндалевидное тело (ранее считавшееся связанным со страхом), передняя островковая часть (AI) (ранее считавшаяся связанной с отвращением), передняя средняя часть коры головного мозга (aMCC) и орбитофронтальная кора головного мозга. (OFC) (ранее считалось, что они связаны с грустью и гневом соответственно), каждая из которых демонстрировала повышенную активность в переживании и восприятии множества различных эмоций, что указывает на то, что повышенная активность в этих областях не является специфической для какой-либо одной категории эмоций (Lindquist, Wager , Кобер и др., под давлением). Кроме того, во время переживания и восприятия эмоций повышалась активность в областях, обычно связанных с автобиографической памятью и поиском, языком и семантикой, а также исполнительным контролем (Barrett, Mesquita, Ochsner & Gross, 2007; Kober, et al., 2008). ; Lindquist, Wager, Kober, et al., В печати). Мета-анализы, оценивающие нейронные корреляты других психических состояний, демонстрируют аналогичную точку зрения. Например, один метаанализ показал, что тот же набор срединных областей коры, которые составляют «сеть по умолчанию» (включая гиппокамп, медиальную префронтальную кору и заднюю часть поясной извилины), демонстрирует повышенную активность памяти, перспективу на будущее, теорию разума. , спонтанное мышление и пространственная навигация (Spreng, Mar, & Kim, 2009).Другой недавний метаанализ демонстрирует, что аналогичный набор регионов в дорсальной префронтальной и теменной корках задействован в рабочей памяти, выборе ответа, торможении ответа, переключении задач и когнитивном контроле (Lenartowicz, Kalar, Congdon, & Poldrack, 2010).

Вторая линия доказательств, подтверждающих жизнеспособность конструкционистского подхода к сознанию, исходит из исследований электростимуляции и повреждений. Электрическая стимуляция одного и того же участка человеческого мозга вызывает разные психические состояния в разных случаях (Halgren, Walter, Cherlow, & Crandall, 1978; Sem-Jacobson, 1968; Valenstein, 1974).Даже исследования человеческих повреждений согласуются с идеей о том, что области мозга не являются специфичными для какого-либо одного психического состояния. Например, речевое расстройство, называемое афазией Брока, вызывается поражениями, выходящими за пределы области Брока, области мозга, которая, как считается, отвечает за производство речи (Mohr et al., 1978). В качестве другого примера, поражения миндалины не связаны конкретно с дефицитом обработки, связанной со страхом. Пациенту с двусторонним поражением миндалины (т. Е. СМ) трудно воспринимать страх на лицах других людей (например,g., Adolphs, Tranel, Damasio, & Damasio, 1994; Адольфс, Транель, Дамасио и Дамасио, 1995; Adolphs et al., 1999), но более поздние результаты показывают, что пациентка SM способна воспринимать страх, когда ее внимание явно направлено на глаза лица (Adolphs et al., 2005) или при просмотре карикатур на пугающие позы тела ( Аткинсон, Хеберлейн и Адольфс, 2007). Эти результаты предполагают, что миндалевидное тело может играть более общую роль в привлечении внимания к новым или мотивационно релевантным стимулам, которые способствуют возникновению страха, но что миндалевидное тело не является специфическим для страха (обсуждения см. В Cunningham & Brosch, в печати; Lindquist, Wager , Кобер и др., под давлением).

Наконец, развивающаяся наука о «внутренних сетях» согласуется с идеей о том, что функциональная архитектура мозга содержит сети, которые соответствуют общим психологическим процессам предметной области, а не конкретным категориям психических состояний. Путем корреляции низкочастотных колебаний сигнала, зависящего от уровня оксигенации крови (ЖИРНЫЙ), в гемодинамической реакции вокселов, когда мозг находится «в состоянии покоя» (то есть, когда он не исследуется внешним стимулом или не выполняет направленную задачу), можно идентифицировать крупномасштабные распределенные сети, которые охватывают лобную, поясную, теменную, височную и затылочную коры.Эти сети хорошо воспроизводятся в исследованиях, в которых используются разные статистические методы, и наблюдаются как с помощью методов на основе семян (например, Vincent, Kahn, Snyder, Raichle, & Buckner, 2008), так и других многомерных методов (например, анализ независимых компонентов; ICA; Smith et al., 2009) и кластерный анализ (Yeo et al., 2011). Эти внутренние сети ограничены анатомическими связями (Buckner, 2010; Deco, Jirsa, & McIntosh, 2010; Fox & Raichle, 2007; Vincent, et al., 2008), поэтому они, кажется, раскрывают нечто фундаментальное о функциональной организации. к человеческому мозгу.Учитывая, что на внутреннюю активность приходится значительная часть метаболического бюджета мозга (Raichle & Minton, 2006), вполне возможно, что эти сети могут быть основными психологическими «ингредиентами» разума. Хотя в настоящее время идентифицирован ряд внутренних сетей, ни одна из них, похоже, не соответствует мозговой активности, которая соответствует категориям в подходе факультетской психологии (то есть, похоже, не существует единой сети для «гнева» или даже «эмоции» против . «Познание»).

1.1 Настоящее исследование

В этой статье мы сообщаем о новом исследовании, тестирующем конструкционистскую модель разума, в котором мы измеряли активность в крупномасштабных распределенных сетях мозга с помощью фМРТ, поскольку участники генерировали три типа психических состояний (эмоции, телесные ощущения). , или мысли).Затем мы исследовали сходство и различия в паттернах сетевой активности в трех психических состояниях. В нашем эксперименте участники познакомились с новой техникой погружения в сценарий (Wilson-Mendenhall, Barrett, Simmons, & Barsalou, 2011), которая вызывает ментальные события, как они происходят в повседневной жизни, что позволяет нам изучать виды субъективных переживаний, которые уникальны. человека (см. также Frith, 2007). Психология часто предполагает, что психические состояния возникают только тогда, когда человека исследуют внешние раздражители (на основе старой модели психики, заимствованной из физиологии в 19 веке; Danziger, 1997).Тем не менее, психические состояния не подчиняются этой классической модели «стимул-реакция» большую часть времени — людям не нужен стимул в физическом мире, чтобы иметь богатые и субъективно сильные эмоции, чувства или мысли (например, Killingsworth & Gilbert, 2010). . Мы попытались отдать должное этой особенности ментальной жизни, используя технику погружения в сценарий как экологически обоснованный метод, который направляет ментальное содержание, сохраняя при этом некоторую безудержность субъективного ментального опыта.

Участники услышали насыщенные сенсорными ощущениями яркие сценарии неприятных ситуаций, и их попросили создать ситуативную концептуализацию, во время которой каждая ситуация переживалась как состояние тела (например,g., сердцебиение, прикосновение предмета к коже, взгляды, запахи, неприятные ощущения), эмоция (например, страх, гнев) или мысль (например, план, размышление). В начале каждого испытания участников подбирали по типу психического состояния, которое нужно было построить на этом испытании. Следуя подсказке, участники слушали сценарий по мере их построения, а затем подробно описывали состояние тела, эмоции или мысли. Этот метод визуализации был смоделирован после Аддис и его коллеги (2007), которые просили участников «конструировать», а затем «развивать» автобиографические воспоминания.Мы отдельно проанализировали этапы погружения в сценарий и этапы построения + разработки каждого испытания как два события (погружение в сценарий , опыт ).

Взяв сетевую модель сознания в качестве исходного предположения, мы выдвинули гипотезу, что ментальные состояния были созданы в результате взаимодействия сетей (Fuster, 2006; Goldman-Rakic, 1988; McIntosh, 2000; Mesulam, 1998; также см. Bullmore). & Sporns, 2009), где психологическая функция набора областей мозга существует в функциональном взаимодействии этих областей.В частности, мы сосредоточились на семи внутренних сетях, недавно идентифицированных Йео и его коллегами (2011); эти сети были получены из самой большой выборки участников (N = 1000) в любом исследовании внутренней функциональной связи на сегодняшний день, а также воспроизводят сети, указанные в других опубликованных отчетах (например, Fox et al., 2005; Seeley, et al., 2007; Смит и др. 2009; Винсент и др., 2008). перечисляет области мозга, которые, как было установлено, составляют каждую сеть в исследованиях, а также ключевые документы, которые способствуют функциональному пониманию каждой сети.

Таблица 1

Обзор семи представляющих интерес сетей

Сеть Области мозга Области задач Психологическое описание и гипотезы
«лимбическая сеть» (Yeo et al., 2011) двусторонняя передняя височная доля,
медиальная височная доля, субгенуальная
передняя поясная кора, медиальная
и латеральная орбитофронтальная кора

(хотя Yeo et al.Сеть
покрывает только кору, мы также предполагаем, что
базальные ганглии
, включая хвостатый, скорлупу, глобус-спалид
и центральное ядро ​​
миндалины, будут частью
этой сети).

Поколение основного аффекта : задействование висцеромотора
контроль тела для создания основных аффективных чувств
удовольствия или неудовольствия с некоторой степенью возбуждения
.
Гипотеза : Ощущение тела и эмоции> Мысль

«заметная сеть»
(Seeley et al., 2007) или
“вентральное внимание Сеть
»(Yeo et al., 2011; Corbetta & Shulman, 2002) или
“цингулооперкулярный
Сеть »(Винсент и др., 2008)
двусторонний передний средний слой
кора (aMCC), передний островок
(AI) и средний островок, лобная
покрышка и части pars
opercularis и височно-теменное соединение
внимание, направленное на тело : использование репрезентаций из
тела для направления внимания и поведения.Этот ингредиент
может использовать изменения гомеостатического состояния
тела, чтобы сигнализировать о важных событиях в среде
и регулировать поведенческие реакции.
Гипотеза : Ощущение тела и эмоции> Мысль

«сеть по умолчанию»
(Dosenbach et al., 2008;
Винсент и др., 2008; Yeo et al., 2011)
медиальная префронтальная кора, части
треугольной части, ретросплениальная область
, задняя поясная извилина
кора / предклинье, медиальная
височная доля (гиппокамп,
энторинальная кора), двусторонняя
верхняя височная борозда, части
передней височной доли ( ATL),
и угловая извилина
  • автобиографическая память (Spreng & Grady, 2010)

  • prospection (Spreng & Grady, 2010)

  • теория разума (Spreng & Grady, 2010)

  • моральное рассуждение (Greene et al., 2001)

  • контекстно-зависимое визуальное восприятие (Bar, 2004)

  • спонтанное мышление (Andrews-Hanna et al., 2010)

  • эмоция (Lindquist et al., В печати; Andrews-Hanna et al., 2010)

  • семантика, фонология, обработка предложений (Биндер и др. 2009)

концептуализация : представление предшествующего опыта
(т. е. памяти или категорийного знания) для придания
значения ощущений от тела и мира
в настоящий момент.
Гипотеза : Мысли и эмоции> Ощущение тела

«лобно-теменная сеть»
(Dosenbach et al., 2008;
Винсент и др., 2008; Yeo et al., 2011) или «исполнительный
сеть управления »(Seeley et al., 2007)
двусторонняя дорсолатеральная префронтальная
кора (dlPFC), нижняя теменная доля
, нижняя теменная борозда и
аспекты средней поясной извилины
кора головного мозга (mCC)
исполнительное внимание : модуляция активности других
ингредиентов для создания единого поля сознания во время
построения психического состояния (например,
).g., выбор
некоторого концептуального содержания, когда значение состоит из
ощущений, и запрещение другого содержания; выбор
одних ощущений для осознанного осознания и
подавления других).
Никакой конкретной гипотезы не сформулировано

“дорсальное внимание
, сеть »(Corbetta & Shulman, 2002; Yeo et al., 2011;)
двусторонние фронтальные глазные поля, дорсальная
задняя теменная кора, веретенообразная
извилина, область MT +
• нисходящий контроль зрительно-пространственного внимания
(Corbetta et al., 2002)
зрительно-пространственное внимание : модуляция активности ингредиента
для обработки визуального контента, в частности
(например, выбор того, какое зрительное ощущение выбрано для
сознательного осознания и подавление других).
Никакой конкретной гипотезы не сформулировано

«Соматомоторная сеть»
(Йео и др., 2011)
прецентральные и постцентральные гиры
(сенсомоторная кора),
Heschl’sgyrus (первичная слуховая кора
), кора головного мозга, задний островок
Экстероцептивное сенсорное восприятие : представляет
слуховых и тактильных ощущений
Никакой конкретной гипотезы не сформулировано

«визуальная сеть» (Yeo et al.2011) затылочная доля • зрение (Engel et al. 1994) экстероцептивное сенсорное восприятие : представление
зрительных ощущений
Никакой конкретной гипотезы не сформулировано

Мы предположили, что так называемая «лимбическая сеть» »Поддерживает способность мозга генерировать и / или представлять соматовисцеральные изменения, которые воспринимаются как основной аффективный тон, общий для любого психического состояния. Многие философы и психологи предположили, что каждый момент психической жизни имеет какой-то аффективный аспект (например,g., Wundt, 1897), который можно описать как сочетание гедонического удовольствия и неудовольствия с некоторой степенью возбуждения (Barrett & Bliss-Moreau, 2009; Russell & Barrett, 1999). С нашей конструкционистской точки зрения мы называем этот базовый психологический элемент «основным аффектом» (Russell, 2003). Хотя лимбическая сеть, описанная Yeo et al. (2011), ограничена относительно небольшой областью коры (охватывающей только вентромедиальную префронтальную кору и вентральные аспекты височной коры), некоторые подкорковые структуры также, вероятно, являются частью этой лимбической сети.Например, мы выдвигаем гипотезу, что ядра базальных ганглиев являются частью «лимбической» сети, потому что они участвуют в управлении поведением, требующим усилий (Salamone & Correa, 2002; Salamone, Correa, Farrar, & Mingote, 2007) и моторном контроле ( Grillner, Hellgren, Menard, Saitoh & Wikstrom, 2005). Кроме того, центральное ядро ​​миндалевидного тела и периакведуктальный серый средний мозг могут быть частью этой сети, поскольку они, соответственно, участвуют в выработке вегетативных ответов (обсуждение см. В Barrett, Mesquita, et al., 2007) и координации последовательных физиологических и поведенческих реакций (Bandler & Shipley, 1994; Van der Horst & Holstege, 1998). Важно отметить, что базальные ганглии, миндалина и периакведуктальный серый — все проецируются на вентромедиальную префронтальную кору (vmPFC), которая является одной из кортикальных областей в лимбической сети Yeo et al.

Мы предполагаем, что «сеть значимости» (называемая Йео и др., 2011 «вентральным вниманием») использует представления аффекта для управления вниманием и поведением (см. Lindquist & Barrett, в обзоре; Medford & Critchley, 2010) .Важно отметить, что сеть значимости включает аспекты спинной передней части островковой коры и передней средней поясной извилины (aMCC), которые участвуют в исполнительном внимании (Corbetta, Kincade, & Shulman, 2002; Touroutoglou, Hollenbeck, Dickerson & Barrett, в печати). ) и интероцепции (Critchley, Elliott, Mathias, & Dolan, 2000; Critchley, Wiens, Rotshtein, Ohman, & Dolan, 2004), предполагая, что эта сеть является важным источником аффективного внимания в человеческом мозгу (Barrett & Bar, 2009 ; Дункан и Барретт, 2007).Сеть значимости также содержит аспекты вентральной передней островковой доли, которая участвует в переживании аффективных состояний (Touroutoglou, et al., В печати).

Мы предполагаем, что «сеть по умолчанию» способствует представлению или «моделированию» предыдущего опыта и извлечению категорийных знаний для создания ситуативных концептуализаций (т. Е. Придания значения соматовисцеральным изменениям в теле по отношению к непосредственному контексту) . Мы предполагаем, что эта сеть является ключом к процессу реактивации соответствующих распределенных областей мозга для поддержки категорийных знаний, воспоминаний и перспектив будущего путем управления сенсорными и моторными регионами.Задние аспекты сети по умолчанию (например, задняя поясная извилина, предклинье, гиппокамп) могут быть особенно вовлечены в интеграцию зрительно-пространственных аспектов знаний категории (Cavanna & Trimble, 2006), тогда как передние аспекты сети по умолчанию (например, mPFC) могут быть задействованы. вовлечены в интеграцию аффективных, социальных и релевантных для себя аспектов категорийного знания (Gusnard et al. 2001).

«Лобно-теменная сеть» играет исполнительную роль, модулируя активность в других функциональных сетях (т.д., отдавая приоритет некоторой информации и запрещая другую информацию), чтобы помочь сконструировать пример психического состояния. «Сеть дорсального внимания» играет аналогичную роль, направляя внимание, в частности, на визуальную информацию. Мы предполагаем, что во время задачи по погружению в сценарий эти сети способствовали процессам исполнительного контроля, задействованным в выделении определенных типов информации в сознательном осознании, чтобы создать один тип психического состояния над другим. Например, хотя концептуализация важна для всех состояний, она особенно важна для переживаний эмоций и мыслей.Эти сети гарантируют, что психическое состояние воспринимается как единое (обсуждение см. В Lindquist, Wager, Bliss-Moreau, Kober, & Barrett, в печати).

Наконец, «зрительная» и «соматомоторная» сети вместе участвуют в представлении зрительных, проприоцептивных и слуховых ощущений. Мы называем их «экстероцептивными» ощущениями, потому что информация извне тела представлена ​​в виде звуков, запахов, вкусов, проприоцепции и взглядов. Мы предполагаем, что эти ощущения важны при построении всех психических состояний.

включает наши гипотезы для участия каждой сети в телесных чувствах, эмоциях и мыслях. Во-первых, мы предположили, что телесные чувства, эмоции и мысли будут включать некоторую степень аффекта, концептуализации и исполнительного внимания ( Гипотеза 1 ). Следуя этой гипотезе, мы предсказали, что лимбическая сеть, сеть значимости, сеть по умолчанию и лобно-теменная сеть будут обычно задействованы в сочетании всех психических состояний. Во-вторых, мы предположили, что сравнение активности мозга в разных психических состояниях даст относительные различия в вкладе каждого ингредиента в каждый вид состояния (Гипотеза 2) .В частности, мы предсказали, что состояния тела и эмоции задействуют лимбические сети и сети значимости относительно больше, чем мысли (Гипотеза 2а) (см.). Мы также предсказали, что мысли и эмоции будут задействовать сеть по умолчанию относительно больше, чем состояния тела, поскольку мы полагали, что концептуализация будет играть большую роль в ментальных состояниях, где представление предшествующего опыта необходимо для придания значения телесным ощущениям в данный момент ( т.е. эмоции) или когда представление предыдущего опыта используется для руководства планами, ассоциациями и размышлениями о ситуации (т.э., мысль) (Гипотеза 2б) (см.). Наконец, у нас не было априорных предсказаний того, как лобно-теменная, дорсальная, соматомоторная и зрительная сети будут различаться в трех классах психических состояний.

2. Метод

2.1 Участники

Участниками были 21 взрослый правша, носитель английского языка (12 женщин, M , возраст = 26,42, SD , возраст = 5,72). Участники дали письменное информированное согласие в соответствии с наблюдательным советом организации Partners Health Care и получили за свое участие до 200 долларов.Потенциальные участники указали, были ли у них в анамнезе нарушения обучаемости, психические заболевания, клаустрофобия, когнитивная дисфункция или злоупотребление алкоголем / наркотиками при телефонном скрининге, проведенном до включения в исследование. Участники, которые сообщили о любом из этих состояний, не были включены в исследование. Участники были также проверены на использование психоактивных или системных лекарств и на совместимость с МРТ во время этого первоначального телефонного скрининга. Одна участница была дисквалифицирована в день исследования, потому что этим утром она принимала лекарства от мигрени.Окончательная выборка состояла из 20 участников (11 женщин, M , возраст = 26,40, SD , возраст = 5,93). В день эксперимента участники также заполнили Торонтскую шкалу алекситимии из 20 пунктов (TAS-20) (Bagby, Taylor, & Parker, 1994) и несколько других показателей самооценки, которые не имеют отношения к гипотезам, обсуждаемым в этой статье. . Алекситимия — это черта, характеризующаяся внешним мышлением и трудностями в определении и обозначении собственных эмоций (Sifneos, 1973). Ни один из участников нашей выборки не набрал больше порогового значения для Alexithymia (отсечка = 61, M TAS = 38.57; SD TAS = 7,55). Это открытие исключило, что кто-либо из наших участников обладал чертами, которые могли бы затруднить выполнение нашей задачи по построению психического состояния.

2.2 Процедура

В настоящем исследовании использовался новый метод погружения в сценарий, разработанный в нашей лаборатории и ранее использовавшийся в исследованиях нейровизуализации (Wilson-Mendenhall, et al. 2011). В этом методе участникам предлагаются сценарии, которые описывают ситуации от первого лица, и их просят представить каждый сценарий так, как если бы они действительно были там.Сценарии содержат яркие сенсорные детали, чтобы участники могли представить ситуацию в мультимодальной манере, создавая впечатления с высоким уровнем субъективного реализма. Сценарии, использованные в этом исследовании, описывали физические ситуации, связанные с автомобилями, лодками, велосипедами, пешим туризмом, катанием на лыжах, едой, напитками, растениями и животными (см. Примеры). Отрицательные сценарии включали описание физического вреда, тогда как нейтральные сценарии описывали аналогичные физические действия, при которых вреда не было. Набор стимулов состоял как из полных сценариев, так и из сокращенных версий одних и тех же сценариев.Сжатые сценарии были сокращенными версиями полных сценариев, которые все еще отражали суть ситуации и были представлены во время сеанса сканирования из-за ограничений по времени (см. Примеры).

Таблица 2

Полная версия Полная версия
Вы едете домой после того, как не выпили всю ночь
. Длинный отрезок дороги
перед вами кажется бесконечным. Вы закрываете глаза на мгновение
.Автомобиль начинает заносить. Вы просыпаетесь.
Вы чувствуете скольжение рулевого колеса в ваших руках.
Вы едете по парку на велосипеде без шлема.
Куда ни глянь, люди устраивают пикники и
играют. Передняя шина попадает в выбоину. Вы плывете по рулю
. Ваша голова врезается в бетонную поверхность
. Вы можете почувствовать, как кровь
течет по вашему лицу.
Краткая версия Краткая версия
Вы едете домой после того, как не выпили всю ночь
.Вы на мгновение закрываете глаза, и машина
начинает заносить.
Вы едете по парку на велосипеде без шлема.
Ваша передняя шина попадает в выбоину, и вы проплываете через руль
.

Эксперимент состоял из сеанса обучения вне сканера и сеанса тестирования внутри сканера (согласно Wilson-Mendenhall, et al., 2011). Оба произошли в один день. Во время сеанса обучения участники слушали сценарии, чтобы ознакомиться с полными сценариями и сжатыми сценариями, которые они позже услышат во время сеанса сканирования.Эта процедура использовалась для того, чтобы участники могли получить подробную информацию о полном сценарии при представлении сжатой версии в сканере. Во время тренинга участники также получили подробные инструкции по строительной задаче. Участникам сказали, что строительная задача была разработана для оценки мозговой основы различных умственных переживаний. Прежде чем они услышат сжатый сценарий, появится подсказка, которая проинструктирует их, какое ментальное состояние они должны создать в ответ на сценарий.В состоянии ТЕЛО участников просили создать ощущение тела в ответ на ситуацию, описанную в сценарии. Во время тренировки экспериментатор привел примеры различных внутренних соматовисцеральных ощущений и проинструктировал участников, как создавать и обращать внимание на эти ощущения в ответ на сценарий (подробные инструкции см. В дополнительных материалах). В состоянии ЭМОЦИИ участников просили создать определенную эмоцию в ответ на ситуацию, описанную в сценарии.Экспериментатор привел примеры нескольких конкретных эмоций (гнев, страх, печаль) и проинструктировал участника, как создавать и проявлять внимание к этим эмоциональным переживаниям в ответ на сценарий. В условии «МЫСЛЬ» участников просили создать мысль в ответ на ситуацию, описанную в сценарии. Экспериментатор объяснил, что мысль включает объективный анализ ситуации и рассуждения о том, что происходит, без культивирования каких-либо чувств или эмоций. Мы также включили условие ВОСПРИЯТИЯ, в котором участников просили создать сенсорное восприятие в ответ на ситуацию, описанную в сценарии.Экспериментатор проинструктировал участника обратить внимание на объекты в сцене и отношения между ними, не анализируя их, не испытывая эмоций или чувств. После того, как исследователь убедился, что участник понял инструкции задачи на этапе обучения, участники выполнили 8 практических испытаний, в которых они практиковали построение всех четырех мысленных переживаний.

Во время сеанса сканирования участникам было представлено 36 негативных сценариев и 12 нейтральных сценариев.Каждое испытание начиналось с 2-секундной контрольной фазы , чтобы проинструктировать участников, какое психическое состояние они должны были создать в ответ на сценарий. Негативные сценарии были случайным образом объединены с тремя разными репликами, так что 12 переживались как состояния тела, 12 как эмоции и 12 как мысли. Участникам было предложено испытать 12 нейтральных сценариев в качестве восприятия, чтобы они не привыкли к негативным сценариям во многих презентациях. Данные испытаний восприятия не были включены в анализ.Задача была разбита на три 12,6-минутных прогона, каждый из которых случайным образом представлял 16 сценариев. Инструкции и сценарии были представлены через наушники; реплики и фиксирующий крест были представлены на экране, который был виден через зеркало, установленное на катушке для головы. Задача была представлена ​​с помощью программного пакета «Презентация» (Neurobehavioral Systems, Inc.).

После фазы реплики участники слушали сокращенную версию сценария в течение 10 секунд (, фаза погружения сценария ).На этом этапе участников проинструктировали использовать сокращенную версию, чтобы «испытать сценарий с точки зрения конкретного психического состояния, с которым вы получили сигнал». После фазы погружения в сценарий участники вошли в фазу опыта , где они сконструировали и развили психическое состояние, чтобы испытать его как можно более интенсивно, не меняя его, не думая и не испытывая чего-либо еще. Участники нажимали кнопку, чтобы указать, когда психическое состояние было построено и что они начали разработку (см. Addis, et al., 2007). Фаза опыта (строительство + проработка) длилась 20 секунд. После того, как фаза опыта закончилась, участники оценили яркость своего опыта и степень, в которой они были успешны в создании заданного опыта. Рейтинги выставлялись по непрерывной шкале от 0 («совсем нет») до 10 («100%, полностью»). Интервал между стимулами был установлен на 4 секунды, в течение которых крестик фиксации отображался в центре экрана.

2.3 Детали изображений

Данные изображений были собраны в Центре биомедицинской визуализации Athinoula A. Martinos с использованием 3T Siemens Magnetom Trio и 12-канальной матричной катушки для головки. Участники были ограничены в движении головы за счет использования расширяющихся подушек из пеноматериала и носили наушники, безопасные для МРТ, через которые они слышали сценарии.

Каждый сеанс сканирования начинался с автоматического сканирования изображения и процедур подгонки. Затем были получены структурные T1-взвешенные мультиэхо-изображения MEMPRAGE (van der Kouwe, Benner, Salat, & Fischl, 2008) (TR = 2530 мс, TE1 = 1.64 мс, TE2 = 3,5 мс, TE3 = 5,36 мс, TE4 = 7,22 мс, угол поворота = 7 °, с однократным захватом с чередованием и размером вокселя 1,0 × 1,0 × 1,0 мм). После структурного прогона была получена 6-минутная функциональная последовательность состояния покоя, которая не будет обсуждаться далее в этой рукописи. Затем последовали три функциональных прогона, каждый из которых получил 378 функциональных объемов, взвешенных по T2 * (TR = 2000 мс, TE = 30 мс, угол поворота = 90 °, FOV = 200 мм, с получением чередующихся срезов и размером вокселя 3,1 × 3.1 × 4,0 мм). Общая продолжительность сеанса сканирования составила чуть более часа. После функциональных прогонов была получена 8-минутная последовательность визуализации сенсора диффузора (DSI), которую мы не будем обсуждать далее.

2.4 Анализ данных

Функциональные и структурные данные были предварительно обработаны и проанализированы с помощью Freesurfer 5 (http://surfer.nmr.mgh.harvard.edu/). Структурная предварительная обработка следовала стандартному протоколу Freesurfer для реконструкции и парцелляции кортикальной поверхности и объема, включая автоматическое преобразование Талаираха, нормализацию интенсивности, удаление черепа, сегментацию белого вещества и регистрацию в сферическом атласе с использованием многомерного нелинейного алгоритма регистрации (Dale, Fischl , & Sereno, 1999; Fischl, Sereno, & Dale, 1999; Fischl, Sereno, Tootell, & Dale, 1999).Функциональная предварительная обработка включала коррекцию движения, пространственное сглаживание (ядро 5 мм) и регистрацию функциональных изображений на анатомическом сканировании.

После предварительной обработки отдельные временные ряды были смоделированы с использованием канонической функции гемодинамического ответа (гамма-функция, гемодинамическая задержка 2,25; дисперсия 1,25). Матрица дизайна включала регрессоры движения и полиномиальные регрессоры помех второго порядка. Временные точки с перемещением более 2 мм были исключены из анализа. Предварительный анализ показал, что этап опыта не выявил каких-либо существенных различий между строительством и разработкой, поэтому мы проанализировали его как единое 20-секундное событие (строительство + проработка).Мы смоделировали функцию гемодинамического ответа (HRF) для фазы сигнала, фазы погружения в сценарий, фазы опыта и фазы оценки отдельно. Впоследствии мы выполнили анализ случайных эффектов на уровне группы для расчета контрастных карт.

2.5 Кортикальная парцелляция

Чтобы идентифицировать семь внутренних сетей, представляющих интерес для нашего анализа, мы использовали поверхностные сетевые метки, представленные в Freesufer Йео и его коллегами (2011). Эти сети были получены на основе анализа данных о состоянии покоя у 1000 здоровых молодых людей.Йео и др. использовали кластерный подход для выявления сетей функционально связанных регионов коры головного мозга. Их 7-сетевое решение было очень согласованным в ходе анализа, при этом 97,4% вершин были назначены одной и той же сети через обнаружение и набор данных репликации. Разделение кортикальной поверхности на определенные регионы было основано на кортикальном атласе Desikan-Killiany (Desikan et al., 2006). В дополнение к поверхностному функциональному анализу мы также сообщаем о результатах внутри подкоркового объема с использованием подкорковых меток, предоставленных Freesurfer (Fischl et al., 2002).

2.5.1. Проверка гипотез

Чтобы исследовать гипотезу 1 о том, что все психические состояния (состояния тела, эмоции, мысли) будут включать некоторую степень представления текущего состояния тела, концептуализации и исполнительного внимания, мы оценили общее сетевое взаимодействие для эмоций, тела. чувства и мысли во время фазы переживания с анализом конъюнктуры. Мы сосредоточились на фазе опыта , потому что в отличие от фазы погружения сценария , на этой фазе не было внешнего стимула.Следовательно, соединение отражает паттерны активации, которые обычно задействуются, когда люди генерируют определенное ментальное содержание и сосредотачиваются на своем внутреннем мире без какой-либо внешней стимуляции. Анализ конъюнктуры для фазы погружения в сценарий , который показывает обычную активацию во время слушания и погружения в сценарий в разных состояниях психического состояния, представлен в — в дополнительных материалах. Каждый анализ конъюнкции был реализован путем взятия минимума абсолютного значения в каждой вершине через фокус тела vs.фиксация, эмоция против фиксации и мысль против контрастов фиксации. Впоследствии мы определили кластеры в конъюнкции, которые охватывали не менее 100 непрерывных вершин, все из которых достигли порога значимости p <0,001. Мы также выполнили анализ совокупности объема, сосредоточив особое внимание на подкорковых структурах, выявив кластеры, охватывающие не менее 20 непрерывных вокселей, все достигающие значимости p <0,0001 (см. Дополнительные материалы).

Таблица 3

Значимые кластеры для анализа сочетаний телесных чувств, эмоций и мыслей во время фазы переживания .

9038al8 lh верхний л. 3,18
Регион Сеть
Распределение
Tal X Tal
Y
Tal Z k max
левый верхний фронтальный / SMA / aMCC S / FP / DA −24,8 −1,3 41,4 7857 7.46
левый передний островок / vlPFC S / D −46,4 12,5 2,1 4682 5,96
правый верхний фронтальный / SMA / aMCC 7 S 5,3 56,3 2957 5,96
левый прецентральный SM −33,5 −19,4 38,8 1708 5,61
левый верхний / верхний 905 56 пар. −35.2 −35,3 35,8 2482 5,47
правый передний островок S 34,7 3 4,9 814 5,36
−21,6 −57,3 56 656 5,28
левый супрамаргинальный / TPJ S −53,8 −39,8 31,9 864 5.04
rh pars opercularis S 43,3 10,2 5,6 568 4,76
левый lOFC FP / D −39,7 37,4 −39,7 37,4 900 1176 4,69
левая верхняя теменная DA −16,5 −48,3 57,9 404 4,54
левая прецентральная DA −51.3 4,8 26,9 292 4,22
правый передцентральный VA 54,7 5,3 10,4 295 4,11
905 DA прецентральный

−9,1 51,8 581 4,08
правая часть треугольной формы D 49,2 27,5 0,4 220 3.66
левый dlPFC FP −41,1 35,1 17,5 486 3,62
левый dlPFC FP −22,6 5 14,8

правая затылочная доля * V 22,6 −95,3 1,6 242 −4,27

Таблица 4

Кластеры активации в подкорковых областях и анализ контраста

908 правый 9038 правый
Область Tal X Tal
Y
Tal Z k max
Соединение lh pars opercularis (пик) /
очков опыта lhpallidum / скорлупа -43.6 10,7 0,4 1714 6,57
правый мозжечок 29,7 −58,2 −18,1 279 5,53
5,53
−57,2 −36,7 96 5,29
левый мозжечок −43,6 −54,6 −23,3 39 5.05
левый мозжечок −29,7 −50,7 −23,5 47 4,98
правый мозжечок 7,9 − −52,1 4,96

Ощущение тела по сравнению с lh thalamus / pallidum −7,9 0 6,5 186 4,06
мысль правый хвостатое / 15 таламус / паллидум .8 −11,7 18,1 99 3,75
сценарий погружения левый мозжечок −37,6 −54,7 −25 55 3,54

Эмоции против мысли правый мозжечок 29,7 −43,6 −37,4 66 4,29
сценарий погружения правый мозжечок 13.8 −44,7 −20,5 22 4,00
средний мозжечок 0 −60,3 −21,4 25 3,46

Проверить 2 сети будут по-разному влиять на каждый вид психического состояния, мы сначала выполнили анализ области интересов (ROI), используя сетевые метки Yeo et al. Каждая из сетей Йео и др. Была преобразована в индивидуальную корковую поверхность каждого участника с использованием сферического пространства в качестве промежуточного пространства регистрации.Из полученных семи ROI, каждая из которых представляет интересующую сеть, мы извлекли бета-веса (процентное изменение сигнала) для каждого контраста, сравнивая психическое состояние с фиксацией (погружение в сценарий и опыт отдельно). Эти бета-веса были проанализированы с помощью однофакторного ( психического состояния ) дисперсионного анализа с повторными измерениями с тремя уровнями (тело, эмоции, мысли). Если предположение о сферичности не соблюдалось, представляются скорректированные тесты Greenhouse-Geisser. Простые эффекты значимы при p <.05 представлены в тексте, когда основной эффект достиг значимости.

В качестве еще одной проверки Гипотезы 2 мы провели сопоставление трех категорий психических состояний по всей поверхности коры. Это позволило нам напрямую сравнивать психические состояния без сравнения с фиксацией. Сравнение с фиксацией могло ограничить шанс найти различия в вовлечении сети по умолчанию в анализе конъюнкции и анализе ROI (см. Stark & ​​Squire, 2001).Кроме того, контрасты всего мозга позволили нам изучить, отражают ли результаты ROI участие одного отдельного субрегиона в каждой сети или действительно ли результаты отражают распределенную сеть. Мы локализовали кластеры активности с помощью поверхностных меток от Yeo et al. (2011) и поверхностный кортикальный атлас Desikan-Killiany (Desikan et al., 2006). Мы сравнили три категории психических состояний в сценарии погружения и фаз опыта по отдельности.Чтобы исправить множественные сравнения, мы выполнили полуавтоматическое моделирование методом Монте-Карло, реализованное в Freesurfer 5. Этот метод выполняет моделирование для получения оценки распределения максимального размера кластера при нулевой гипотезе. Следуя этому методу, мы идентифицировали кластеры с вершинным порогом p <0,01 и кластерным порогом p <0,05 (т. Е. Кластеры с вероятностью ниже порога p < .05 появиться во время моделирования нулевой гипотезы).В дополнение к кластерам на поверхности мозга мы сообщаем о подкорковых кластерах с порогом p <0,001 (без коррекции) и размером кластера k > 20.

4. Обсуждение

Насколько нам известно, Настоящий нейровизуализационный эксперимент является первым явным испытанием конструкционистской функциональной архитектуры разума, оценивая как сходства, так и относительные различия нейронных коррелятов телесных чувств, эмоций и мыслей. Наши результаты подтверждают конструкционистскую гипотезу о том, что психические состояния лучше всего понять, исследуя относительные различия в задействовании распределенных сетей, которые поддерживают психологические процессы, которые участвуют в создании различных психических состояний.Эти результаты напрямую ставят под сомнение точку зрения факультетов психологии, согласно которой разные классы психических состояний категорически различаются на уровне организации мозга. Кроме того, наш метод погружения в сценарий открывает новые возможности для использования фМРТ для понимания основных строительных блоков разума.

4.1. Психологические состояния имеют общие психологические «ингредиенты»

Мы обнаружили доказательства того, что телесные чувства, эмоции и мысли, хотя и различны субъективно, в каждом из них участвует одни и те же распределенные сети мозга, которые можно описать применительно к основным психологическим процессам.Там, где это возможно, мы извлекли знания о функциях сети из литературы, но эта область находится только на самых ранних стадиях обсуждения психологических функций внутренних сетей. В результате предыдущие исследования, дающие четкое функциональное описание психологических процессов в сетях, немногочисленны (за исключением сети по умолчанию; например, Buckner & Carroll, 2007; Schacter, Addis, & Buckner, 2007; Spreng, et al. др., 2009). Однако существует множество исследований отдельных областей мозга в каждой сети.Таким образом, при обсуждении наших результатов мы обсуждаем функции отдельных регионов, составляющих сети, чтобы мотивировать понимание участия сети в целом в базовом психологическом процессе, который влияет на все психические состояния.

4.1.1 Сеть значимости

Одним из наиболее заметных результатов нашего исследования было общее участие сети значимости в чувствах, эмоциях и мыслях тела. Мы предположили, что сеть значимости поддерживает представления аффективных состояний, чтобы направлять внимание и поведение (Lindquist & Barrett, в обзоре; Medford & Critchley, 2010).Эта гипотеза согласуется с выводами о том, что сеть значимости демонстрирует повышенную активность в задачах, требующих распределения внимания на вызывающие воспоминания или поведенческие стимулы (Corbetta, Patel, & Shulman, 2008; Corbetta & Shulman, 2002; Nelson, et al., 2010; Сили и др., 2007). Как было установлено Yeo et al., Сеть выступов состоит из передней и средней части островка, задних аспектов vlPFC (pars opercularis), аспектов передней средней коры головного мозга (aMCC) и передней части TPJ (надмаргинальной извилины). ).В нашем исследовании мы обнаружили повышенную активность, в частности, в aMCC, дополнительной моторной области (SMA), дорсальной части передней островковой доли (AI), pars opercularis (BA 44) и левом височно-теменном соединении (TPJ) во всех областях. психические состояния. Мы обсудим каждый из этих результатов по очереди.

Результат, в котором телесные чувства, эмоции и мысли коллективно задействовали SMA, согласуется с ролью SMA во внутренне обусловленных действиях (Начев, Кеннард, Хусейн, 2008). Этот паттерн активности может отражать моторные процессы, связанные с нажатием кнопки, посредством которых участники указали, что они сконструировали психическое состояние во время фазы опыта.

Наш вывод о том, что TPJ задействован во всех психических состояниях, согласуется с исследованиями, которые показывают повышенную активность во время чувства свободы воли над собственным телом (обзоры см. В Decety & Grezes, 2006; Tsakiris, Constantini & Haggard, 2008) и при отображении состояния тела другого человека (как при эмпатии Lamm, et al., 2010). Действительно, повышенная активность TPJ часто наблюдается, когда один человек занимается теорией разума — или пытается понять содержание разума другого — в целом (Saxe & Kanwisher, 2003).

Результат того, что AI и aMCC задействованы в разных психических состояниях, согласуется с исследованиями, которые показывают активацию этих регионов во время интероцепции (Critchley et al., 2003; Critchley, et al., 2004) и субъективными переживаниями в целом (Craig, 2002, 2009). Действительно, недавний метаанализ обнаружил повышенную активность в регионах, входящих в сеть значимости Йео и др. (Включая AI, aMCC, vlPFC, таламус и миндалевидное тело) во время переживания неприятного основного аффекта (Hayes & Northoff, 2011).В другой недавней работе многие из этих регионов (вентральный ИИ, таламус и миндалевидное тело) были связаны с переживанием аффективного возбуждения при просмотре негативных изображений (Touroutoglou et al. В печати). Наши результаты согласуются с обоими этими исследованиями в том смысле, что мы обнаружили активность в аналогичных регионах в пределах сети значимости для сценариев, которые были неприятными и очень возбуждающими. Таким образом, наши результаты не могут говорить о том, задействована ли сеть значимости во всех основных аффективных состояниях, поскольку мы не включали позитивные сценарии в наше исследование.Тем не менее, в предыдущем метаанализе (Вейджер, Барретт, Блисс-Моро, Линдквист, Дункан, Кобер и др., 2008 г.) мы обнаружили повышенную активность в аспектах ИИ и МКК в сторону приятных основных аффективных состояний, что согласуется с нашей гипотезой. что регионы, составляющие сеть значимости, связаны с опытом всех основных аффективных состояний. Относительная роль сети значимости в отношении неприятного и приятного основного аффекта должна стать темой будущих исследований.

Что касается наших открытий, касающихся ИИ, важно отметить, что сеть значимости (называемая Йео и др. «Вентральным вниманием»)., 2011), использованные в настоящем исследовании, охватывали как дорсальный, так и вентральный аспекты. Однако в литературе есть свидетельства того, что ИИ может быть функционально разделен на дорсальный и вентральный аспекты, при этом дорсальные аспекты функционально связаны с аМСС и относительно более вовлечены в задачи, в которых информация о теле используется для направления внимания (Kurth, Zilles, Fox, Laird, & Eickhoff, 2010; Touroutoglou, et al., В печати; Wager & Barrett, 2004). Вентральные аспекты ИИ, напротив, функционально связаны с вентромедиальной префронтальной корой и относительно больше задействованы в задачах, связанных с переживанием основных аффективных чувств (Hayes & Northoff, 2011; Touroutoglou, et al., под давлением; Wager & Barrett, 2004). Активации, которые мы наблюдали в ИИ, были в основном в спинной части, что может отражать роль этой области в устойчивом внимании к важной информации (см. Lindquist & Barrett, в обзоре; Medford & Critchley, 2010; Seeley et al., 2007). . Такая заметность могла быть особенно важной в нашей задаче по погружению, потому что участники переключали внимание между различными источниками информации (например, внутренние ощущения против внешних ощущений), когда они активно создавали психические состояния.

Наши результаты показывают, что репрезентации телесных ощущений играют роль, выходящую за рамки физических ощущений в теле или аффективных состояний, таких как эмоции. В любой ситуации, когда людям представлена ​​вызывающая воспоминания или поведенческая информация, сеть значимости будет определять направление внимания на основе телесных ощущений, независимо от того, направлены ли люди на переживание эмоции или объективное размышление о ситуации. Этот вывод согласуется с несколькими недавними предположениями в литературе о том, что телесные сигналы являются повсеместным компонентом психической жизни, в том числе в состояниях, связанных с восприятием (Barrett & Bar, 2009; Cabanac, 2002), суждением (Clore & Huntsinger, 2007), задачами, включающими усилия (Critchley, et al., 2003), и в сознании в целом (Craig, 2009; Damasio, 2000). Этот вывод также согласуется с недавними исследованиями, демонстрирующими, что представление концепций эмоций включает моделирование аффективных состояний и состояний тела (Oosterwijk, Rotteveel, Fischer, & Hess, 2009; Oosterwijk, Topper, Rotteveel, & Fischer, 2010), а также с исследованиями, которые предполагают что представления состояний тела участвуют, когда участники понимают словесные описания «когнитивных» состояний (например, мышление, запоминание или внезапное озарение) (Oosterwijk et al., 2012).

4.1.2 Лимбическая сеть

Вопреки нашему прогнозу, наши результаты не выявили устойчивой активации корковых аспектов лимбической сети, как было выявлено Йео и др. (2011) во время переживания телесных чувств, эмоций и мыслей. Однако наш анализ продемонстрировал вовлечение подкорковых частей лимбической сети, которые менее восприимчивы к выпадению сигнала, особенно в паллидуме и скорлупе. Исследования, предполагающие, что базальные ганглии играют роль в мотивированном поведении (Graybiel, 2005, 2008), согласуются с гипотезой о том, что эти структуры участвуют в генерации основных аффективных состояний.Например, функция базальных ганглиев показывает взаимосвязь с тяжестью симптомов расстройств, при которых генерация аффектов нарушена. В частности, степень связи базальных ганглиев с другими областями в пределах предполагаемой сети генерации основных аффектов, таких как вентромедиальная префронтальная кора головного мозга, связана с тяжестью симптомов депрессии (Marchand et al., 2012), а поражения базальных ганглиев приводят к большей частоте возникновения депрессия после инсульта, чем поражения в других частях мозга (Morris, Robinson, Raphael, & Hopwood, 1996; Vataja et al., 2004).

Миндалевидное тело, другая подкорковая структура в нашей предполагаемой лимбической сети, в нашем исследовании не продемонстрировало повышенной активности. Хотя предполагается, что миндалевидное тело обычно участвует в эмоциях, более пристальный взгляд на литературу показывает, что активность миндалевидного тела с большей вероятностью будет происходить во время сенсорного восприятия поведенческих стимулов, чем во время внутренне сфокусированного опыта аффективных психических состояний, как это произошло в наша задача (метаанализ см. в Costafreda et al.2008; Lindquist et al. под давлением). В соответствии с нашими выводами недавнее исследование не смогло зафиксировать повышенную активность миндалины, когда участники испытывали социальный стресс в сканере (Wager et al. 2009).

4.1.3 Сеть по умолчанию

Мы обнаружили общее участие сети по умолчанию в ментальных состояниях, что согласуется с гипотезой о том, что эта сеть необходима для построения ситуативной концептуализации, которая создает состояние тела, эмоции или мысли. Гипотеза о том, что сеть по умолчанию поддерживает концептуализацию, согласуется с ролью сети по умолчанию в атрибуции психического состояния (Mitchell, et al., 2005), эмоциональный опыт (Kober, et al., 2008; Lindquist, Wager, Kober, et al., В печати), воспоминание об автобиографическом прошлом (Addis, et al., 2007; Spreng & Grady, 2010), спонтанное мышление (Andrews-Hanna, Reidler, Huang, & Buckner, 2010) и семантическая и концептуальная обработка (Binder, et al., 2009; Visser, Jefferies, & Lambon Ralph, 2010). Мы предполагаем, что то, что объединяет эти разрозненные области, — это процесс концептуализации, в котором репрезентации предшествующего опыта используются для построения репрезентаций прошлого, будущего или настоящего момента.Эти области необходимы для придания значения действиям других, для придания значения собственному базовому аффективному состоянию, для вспоминания предшествующего опыта во время примеров памяти и спонтанного мышления и для представления значения концепций путем моделирования экземпляров категорий (для обсуждения, см. Lindquist & Barrett, на обзоре; Lindquist, Wager, Kober, et al., в печати).

Сеть по умолчанию, как определено Йео и др., Состоит из аспектов медиальной префронтальной коры (mPFC), аспектов треугольной части и орбитальной части, верхней височной доли, угловой извилины и аспектов предклинья. .В нашем исследовании мы обнаружили общее вовлечение боковой орбитофронтальной коры и треугольной части (BA 45) через телесные чувства, эмоции и мысли. Эти области были особенно связаны с семантической обработкой (Binder et al. 2009; Visser et al. 2010) и могут отражать подсеть (см. Yeo et al. 2011, 17-network parcellation; Smith et al. В печати) внутри сеть по умолчанию, которая специально поддерживает язык (Lindquist & Barrett, на рассмотрении; Smith et al. в печати).Примечательно, что наш анализ конъюнкций не привел к увеличению активности во всей сети по умолчанию. Однако наш анализ конъюнкции не привел к значительному уменьшению в основных регионах сети по умолчанию, предполагая, что телесные чувства, эмоции и мысли задействовали сеть по умолчанию в той же степени, что и спонтанные мысли, наблюдаемые во время фиксации (Эндрюс -Hanna et al.2010). Поскольку многие основные области в сети по умолчанию (например, mPFC, PCC) демонстрируют повышенную активацию во время фиксации и, таким образом, проявляются как пониженная активность во время других задач (отсюда и название сети «по умолчанию»; Raichle et al., 2001), мы, вероятно, поставили себя в невыгодное положение, обнаружив устойчивое увеличение сети по умолчанию во время построения психического состояния, сравнивая активность задачи с фиксацией. В соответствии с этой интерпретацией, мы обнаружили прогнозируемую активацию в классических областях по умолчанию (например, mPFC, PCCC) в нашем контрастном анализе (описанном ниже), когда мы сравнивали один тип психического состояния с другим.

4.1.4 Лобно-теменная сеть

Мы обнаружили общее участие аспекта лобно-теменной сети в состояниях тела, эмоциях и мыслях, предполагая, что все эти психические состояния связаны с исполнительным вниманием.Области мозга в этой сети, как правило, имеют повышенную активность во время «контроля внимания сверху вниз» (Corbetta & Shulman, 2002), например, при «поддержании памяти» (Cole & Schneider, 2007), «представлении правил» (Crone, Wendelken, Donohue, & Bunge, 2006) и «планирование» (Fincham, Carter, van Veen, Stenger, & Anderson, 2002). Мы предполагаем, что эта сеть модулирует активность в других функциональных сетях, чтобы помочь построить экземпляр психического состояния. Активность в этой сети может отражать когнитивный контроль, необходимый для реализации процессов концептуализации основного аффекта.Лобно-теменная сеть, как было определено Yeo et al., Состоит из аспектов дорсолатеральной префронтальной коры, аспектов поясной коры, лобного острова и аспектов нижней теменной доли и предклиния. В нашем исследовании в дорсолатеральной префронтальной коре наблюдалась повышенная активность телесных чувств, эмоций и мыслей.

4.2 Различные профили или «рецепты ингредиентов» по-разному влияют на разные психические состояния

Хотя одни и те же распределенные сети мозга участвовали в телесных чувствах, эмоциях и мыслях, мы также обнаружили доказательства того, что разные сетевые профили были связаны с каждой категорией психического состояния .По сравнению с мыслями, телесные ощущения включали относительно большее увеличение активности в сети значимости (т. Е. Дорсальный передний островок с двух сторон, левый vlPFC, включая pars opercularis, и правый aMCC). Эмоции также продемонстрировали повышенную активацию в сети значимости по сравнению с мыслями (то есть в левом vlPFC, правом aMCC и правом TPJ), хотя и в немного разных областях. Кроме того, телесные ощущения задействовали подкорковые области, которые, как предполагается, участвуют в основной аффективной генерации, такие как таламус, паллидум и хвостатое тело, в большей степени, чем мысли.

По сравнению с телесными ощущениями, эмоции вовлекали относительно большее участие сети по умолчанию, особенно в левой передней височной доле (ATL). Аспекты ATL являются частью сети по умолчанию и связаны с представлением концептуальных знаний (Binder, et al., 2009; Visser, et al., 2010). Эти данные предполагают, что переживание эмоции по сравнению с состоянием тела характеризуется более сильным вовлечением процесса концептуализации для придания значения телесным ощущениям в данный момент.Эти результаты согласуются с поведенческими данными, демонстрирующими, что такие понятия, как «гнев» или «страх», используются для преобразования телесных ощущений в переживание эмоции (например, Lindquist & Barrett, 2008a). Точно так же истончение кортикального слоя при ATL из-за нейродегенеративного заболевания ухудшает способность пациентов воспринимать эмоциональные выражения лица как примеры дискретных эмоциональных чувств (например, гнев против страха) (Lindquist, Gendron, Barrett, & Dickerson, рассматривается).

Мысли также продемонстрировали большее вовлечение сети по умолчанию (двусторонняя верхняя височная извилина, левый предклинье и левый мПФК) по сравнению с телесными ощущениями.Кроме того, несколько регионов в сети по умолчанию, включая левую и правую верхнюю височную извилину и левую mPFC, продемонстрировали относительно большее увеличение активности, когда участники генерировали мысли, чем когда они генерировали эмоции. Этот вывод согласуется с нашим предположением о том, что концептуализация играет большую роль в ментальных состояниях, когда людям необходимо планировать, ассоциировать и размышлять над ситуацией (мыслью), чем в ментальном состоянии, в котором основное внимание уделяется телесным ощущениям. Более того, это открытие также предполагает, что мысль может включать процесс концептуализации в большей степени, чем эмоции.Эта интерпретация согласуется с устойчивым участием сети по умолчанию в памяти и предсказании будущего (Addis, et al., 2007), теории разума (Spreng & Grady, 2010), семантической памяти (Binder, et al., 2009; Visser, et al., 2010) и другие так называемые «когнитивные» психические состояния, связанные с репрезентацией предшествующего опыта.

Конкретная комбинация активации в регионах в сети по умолчанию и в регионах в сети значимости (как видно из анализа конъюнкции) во время мысли и эмоций согласуется с недавним исследованием, которое продемонстрировало связь между регионами сети по умолчанию (rTPJ, vmPFC и PCC / предклинье), аспекты сети значимости (передний островок, SMA, aMCC) и первичной сенсомоторной коры во время задач ментализации (Lombardo et al., 2009). Интересно, что эта модель взаимосвязи возникла как тогда, когда участники мыслят о себе, так и когда они мыслят о других, предполагая перекрытие между двумя процессами, которые были разделены в литературе. По мнению авторов, этот паттерн связности предполагает взаимодействие между «воплощенными / основанными на симуляции представлениями» и областями, которые поддерживают «высокоуровневую ментализацию, основанную на умозаключениях». Эта точка зрения согласуется с конструкционистской точкой зрения, согласно которой представления сенсомоторных и соматовисцеральных ощущений сочетаются с концептуализацией для создания определенного ментального содержания.В будущих исследованиях следует оценить степень, в которой сеть значимости и сеть по умолчанию различаются с точки зрения функциональной связи между эмоциями, состояниями тела и мыслями. Например, одна из гипотез состоит в том, что исходные области в сети значимости и сети по умолчанию демонстрируют большую взаимосвязь во время эмоций и мыслей (которые требуют большей концептуализации) по сравнению с телесными чувствами.

Хотя у нас не было априорных гипотез об относительной вовлеченности лобно-теменной сети в психические состояния, мы заметили, что эта сеть была относительно более активной, когда люди сосредоточивались на чувствах своего тела, чем когда люди генерировали эмоции.Это открытие дает некоторое представление о расстройствах, которые связаны с чрезмерной бдительностью (например, паническое расстройство и симптоматика тревожности; Schmidt, Lerew, & Trakowski, 1997). Повышенная активность лобно-теменной сети также может быть истолкована как свидетельство того, что участникам было труднее создавать ощущения тела, чем создавать эмоции или мысли в нашей задаче, хотя их субъективные оценки не поддерживали эту интерпретацию.

4.3 Последствия

Настоящие результаты представляют несколько иную функциональную архитектуру основных строительных блоков человеческого разума, чем то, что предполагается с точки зрения факультета психологии.В отличие от традиционных подходов факультетской психологии, которые были популярны в когнитивной нейробиологии в течение последних трех десятилетий, наши результаты показывают, что было бы полезно использовать конструкционистский подход при попытке понять, как мозг создает ментальные состояния, в которых мысли и чувства возникают из сочетание внутренних сетей. Эти сети можно описать в терминах основных, общих психологических компонентов предметной области (таких как основной аффект, концептуализация, исполнительное внимание и экстероцептивное ощущение), которые можно наблюдать как элементы множества психических состояний, составляющих человеческий разум.Наши результаты показывают, что в рамках этой функциональной архитектуры продуктивно сосредоточиться на широкомасштабных внутренних нейронных сетях при интерпретации данных функциональной нейровизуализации. Эта идея согласуется с растущим призывом к сетевому пониманию функций мозга (Bullmore & Sporns, 2009; Fuster, 2006; Goldman-Rakic, 1988; McIntosh, 2000; Mesulam, 1998; Pessoa, 2008). Наши результаты также подчеркивают важность изучения распределенных паттернов активации мозга для понимания психических состояний с разным содержанием, а не сосредоточения внимания на отдельных областях.В наиболее экстремальной версии этого подхода психологическая функция существует как функциональное взаимодействие этих областей, так что изолированные области выполняют различные психологические функции в зависимости от того, с чем они связаны в конкретном случае. В будущих направлениях будет важно использовать многомерные методы (например, McIntosh, Bookstein, Haxby, & Grady, 1996), функциональный анализ связности и другие нейроинформатические подходы, которые позволят исследователям понять, как отдельные области мозга работают вместе, чтобы создать базовый экземпляр. психологические процессы при психических состояниях.

Во-вторых, настоящие открытия проливают новый свет на функции определенных областей мозга, поскольку они вносят вклад в широкомасштабные функциональные сети. Например, мы обнаружили повышенную активацию в области, известной как TPJ, во всех психических состояниях в нашем исследовании. Тем не менее, TPJ иногда называют «нейронным коррелятом» восприятия мыслей других людей, исходя из предположения, что он последовательно и специально выполняет нейронные вычисления для теории разума (Saxe & Kanwisher, 2003; Young, Cushman, Hauser, & Saxe, 2007 ).Наши результаты показывают, что TPJ вряд ли будет играть такую ​​специфическую роль (аналогичную точку зрения см. Mitchell, 2008), поскольку его аспекты (например, надмаргинальная извилина) являются частью более крупной сети значимости, в которой мы наблюдали повышенную активность во время генерации. собственных психических состояний (а не просто размышления о чужом опыте) (другое обсуждение см. Decety & Grezes, 2006). Если сеть значимости (включая TPJ) участвует (по крайней мере частично) в представлении основного аффекта, это объясняет ее участие в задачах, связанных как с генерацией, так и с восприятием ментальных состояний.В исследованиях восприятия психического состояния другими (например, в теории разума) TPJ мог иметь повышенную активность, потому что другие люди являются значимыми стимулами (и, следовательно, представлены как имеющие основную аффективную ценность) (Mitchell, 2008). В качестве альтернативы может потребоваться моделирование основного аффективного состояния другого человека, когда он пытается понять, что он думает и чувствует (т. Е. Теория разума опирается на воплощение аффективных состояний; Ломбардо и др., 2009). Еще другие аспекты TPJ (угловая извилина) являются частью сети по умолчанию, участвующей в концептуализации.Одна из возможностей состоит в том, что роль TPJ зависит от его «нейронного контекста», в котором функция области мозга зависит от других областей, с которыми она функционально связана в данный момент времени (например, McIntosh, 2000). Другая возможность состоит в том, что существуют разные функциональные подобласти TPJ, которые по отдельности вносят вклад в основной аффект и концептуализацию. Эта основа для понимания функции области мозга также применима к другим областям, которые показали повышенную активность в нашем исследовании (например, MPFC, aMCC, островок), которые в литературе приписываются определенным психическим состояниям (например,g., самореференционная обработка; Келли и др., 2002; например, конфликт; Кернс, 2004; например, отвращение; Wicker, et al., 2003).

4.4. Ограничения

Результаты настоящего исследования породили вопросы, которые могут стать темой будущих исследований. Например, неожиданным открытием было то, что различия между психическими состояниями возникали на разных этапах экспериментальной задачи. Например, различия в активности в сети значимости были наиболее выражены между психическими состояниями, когда участники погружались в сценарий.Напротив, фаза переживания не показала различий в пределах сети значимости между телесными чувствами, эмоциями и мыслями, предполагая, что все психические состояния в одинаковой степени включали аффективные процессы во время фазы переживания. Эти результаты можно понять, если учесть, что телесные чувства формировались быстрее, чем эмоции и мысли. Участники могли начать формирование телесных ощущений на ранней стадии фазы погружения, что соответствовало более сильному вовлечению сети значимости во время погружения и более короткому времени отклика во время фазы опыта.Тем не менее, эта интерпретация не объясняет более сильного вовлечения сети значимости во время фазы погружения в эмоции. Другая возможная интерпретация этого открытия заключается в том, что подсказка участникам испытать состояние тела или эмоции заставляла их уделять внимание телесным и аффективным деталям сценария, исключая другие детали, тогда как в мыслях они обращали внимание на не связанные с телом / аффективные детали. Мы не можем исключить такую ​​интерпретацию с учетом параметров дизайна исследования.Одним из способов прояснения этого вопроса в будущих исследованиях было бы запретить участникам видеть сигнал до тех пор, пока они не услышат сценарий. Тем не менее, третья интерпретация этого открытия заключается в том, что телесные чувства и эмоции задействуют сеть значимости больше, чем мысли, но только в начальные моменты опыта (например, когда он изначально создается), а не по мере того, как опыт сохраняется с течением времени. То есть относительное участие различных распределенных сетей во время производства психических состояний может зависеть не только от типа психического состояния — оно также может зависеть от временного хода состояния.Этот вопрос — тема будущих исследований.

Еще одно открытие настоящего исследования, которое заслуживает большего экспериментального внимания, — это открытие, что состояния тела и мысли более отличаются друг от друга, чем от эмоций. Хотя возможно, что наши манипуляции эмоциями были менее устойчивыми, чем другие экспериментальные условия, или что участники не адекватно создавали эмоции в ответ на сценарии, эта интерпретация не подтверждается результатами нашего самоотчета.Участники сообщили, что они добились такого же успеха в создании эмоций, как состояния тела и мысли, и что они испытывали эмоции так же ярко, как и другие состояния. В будущих исследованиях следует попросить участников оценить специфичность, с которой они испытали каждое состояние на основе испытания за испытанием. Окончательная интерпретация этого открытия, которая была априори предсказана нашей конструкционистской точкой зрения, состоит в том, что по замыслу (а не в результате экспериментальной неудачи) эмоции разделяют многие «ингредиенты», которые также включают как состояния тела, так и мысли.Мы предположили (Barrett, 2006) и продемонстрировали (Lindquist & Barrett, 2008a) в другом месте, что эмоции — это состояния, которые одновременно являются аффективными и концептуальными. В будущих исследованиях следует продолжить изучение того, в какой степени эмоции представляют собой психические состояния, состоящие как из аффективных, так и из концептуальных компонентов.

Наконец, ограничение настоящего исследования состоит в том, что в нем не измерялись индивидуальные различия в когнитивных способностях, которые могли ограничивать способность участников конструировать психические состояния.Одна из гипотез конструкционистской структуры состоит в том, что люди с большей емкостью рабочей памяти смогут лучше получить доступ к релевантной концептуальной информации и запретить нерелевантную концептуальную информацию во время построения ментальных состояний (Barrett, Tugade & Engel, 2004; Lindquist & Barrett, 2008b). Таким образом, в будущем было бы интересно смоделировать степень, в которой люди с большей емкостью рабочей памяти не только более успешны в такой задаче, но и с большей вероятностью будут иметь дискретные и устойчивые психические состояния в целом.

4.5 Будущие направления

В данной статье мы попытались описать каждую внутреннюю сеть с психологической точки зрения. Важно признать, что эти психологические описания являются первой гипотезой и только отправной точкой. В будущих исследованиях будет важно продолжить определение и уточнение конструкционистской структуры, которую мы изложили в этой и других статьях (Barrett, 2006, 2009; Barrett et al., 2007; Barrett, Lindquist, & Gendron, 2007; Барретт, Мескита и др., 2007; Линдквист и Барретт, 2008a, 2008b; Линдквист, Вейджер, Блисс-Моро и др. В печати; Линдквист, Вейджер, Кобер и др. В печати; Wilson-Mendenhall и др., 2011). Лучшие психологические описания существующих сетей, несомненно, будут меняться по мере накопления данных с течением времени. Возможно, дальнейшая цель состоит в том, чтобы описать психологически самые основные «общие знаменатели», которые свяжут ряд результатов, полученных в разных областях задач, которые на первый взгляд кажутся очень разными (см. Lindquist & Barrett, в обзоре).Например, определение сети значимости как функциональной группы, которая представляет основную аффективную информацию от тела для направления внимания и поведения, объясняет не только роль этой сети в эмоциях, но и в фокусе внимания, мониторинге производительности, языке, обработке сенсорных данных и т. Д. сознание в более общем плане (обзоры см. Craig, 2009; Nelson, et al., 2010). Важно отметить, что конструкционистская концепция не просто переименовывает сети, чтобы соответствовать одной конкретной теоретической точке зрения.Вместо этого он пытается предоставить функциональные описания распределенных сетей, которые содержат многолетние нейровизуализационные исследования эмоций, памяти, мышления, семантики и так далее, чтобы пролить новый свет на то, как сознание отображается на мозг.

Анализ внутренних сетей остается важным направлением будущих исследований, поскольку наука пытается определить самые основные общие знаменатели психологического опыта. Например, явное моделирование времени позволило исследователям идентифицировать пространственно различные внутренние сети, которые также максимально различны с точки зрения их временной динамики (Smith et al., под давлением). Smith et al. продемонстрировать, например, что сеть по умолчанию может быть далее проанализирована на определенные во времени подсети, каждая из которых может иметь различные психологические функции (например, язык v., представляющий предыдущий опыт). Благодаря таким уточнениям исследователи будут лучше оснащены для обнаружения строительных блоков психических состояний.

Наконец, хотя конструктивный подход все еще недостаточно определен, а дальнейшая проработка и уточнение имеют решающее значение, наши результаты дополняют растущий объем литературы, в которой предполагается, что факультетская психология должна быть отброшена как научная основа для понимания того, как мозг создает разум.Результаты нашего исследования показывают, что мозг не может быть разделен на разные области для разных умственных способностей, которые соответствуют уникальным умственным переживаниям индивидуально. Как возникающее явление, психические состояния с особой феноменологией, такие как телесные чувства, эмоции и мысли, не обязательно локализуются в отдельных регионах (или даже сетях) в человеческом мозгу. Люди обладают способностью испытывать самые разные психические состояния, и только изучая это разнообразие, мы сможем, наконец, понять основные строительные блоки, из которых они состоят.

Эмоции, чувства тела и мысли разделяются распределенными нейронными сетями

Аннотация

Ученые традиционно предполагали, что разные виды психических состояний (например, страх, отвращение, любовь, память, планирование, концентрация и т. Д.) Соответствуют разным психологическим состояниям. способности, которые имеют доменные корреляты в головном мозге. Тем не менее, все больше свидетельств указывает на конструкционистскую гипотезу о том, что психические состояния возникают из комбинации общих психологических процессов, которые отображаются в крупномасштабных распределенных сетях мозга.В этой статье мы сообщаем о новом исследовании, тестирующем конструкционистскую модель разума, в которой участники генерировали три типа психических состояний (эмоции, телесные чувства или мысли), в то время как мы измеряли активность в крупномасштабных распределенных сетях мозга с помощью фМРТ. Мы исследовали сходство и различия в паттернах сетевой активности в этих трех классах психических состояний. В соответствии с конструкционистской гипотезой комбинация крупномасштабных распределенных сетей способствовала эмоциям, мыслям и телесным ощущениям, хотя эти психические состояния различались по относительному вкладу этих сетей.Обсуждаются последствия для конструкционистской функциональной архитектуры различных психических состояний.

Ключевые слова: конструкционист, эмоция, мысль, телесные чувства, внутренние сети

1. Введение

В каждый момент бодрствования человеческий разум состоит из множества психических состояний. Эти психические состояния обычно называют в терминах здравого смысла, таких как эмоции (например, страх, отвращение, любовь), познания (например, восстановление воспоминаний, планирование будущего, концентрация на задаче), восприятия (например,ж., восприятие лица, восприятие цвета, восприятие звука) и т. д. С самого начала психологической науки исследователи предполагали, что каждое из этих слов относится к отдельному и особому виду умственной категории или «способности» (Lindquist & Barrett, в обзоре; Uttal, 2001). Соответственно, более века ученые искали физические корреляты этих ментальных категорий — в поведении, периферической физиологии и, в последнее время, в функционирующем мозге. Например, когнитивные нейробиологи попытались идентифицировать единую нейронную основу страха (например,g., Whalen et al., 1998), отвращение (например, Wicker et al., 2003), любовь (например, Bartels & Zeki, 2000), самость (например, Northoff & Bermpohl, 2004), эпизодическая память (Rugg , Otten, & Henson, 2002), семантическая память (например, Grossman et al., 2002), рабочая память (например, D’Esposito et al., 1998), восприятие лица (например, Kanwisher, McDermott, & Chun, 1997 ) и так далее. Двадцать лет исследований нейровизуализации, однако, показывают, что мозг не принимает во внимание категории психологии преподавателей (Barrett, 2009b; Duncan & Barrett, 2007; Gonsalves & Cohen, 2010; Lindquist & Barrett, на рассмотрении; Lindquist, Wager, Kober, Bliss , & Barrett, в печати; Pessoa, 2008; Poldrack, 2010; Uttal, 2001).

Вместо того, чтобы выявлять специфические для каждой умственной способности области мозга, зависящие от предметной области, растущее количество свидетельств указывает на гипотезу о том, что различные психические состояния возникают из комбинации общих психологических процессов или «ингредиентов», которые соответствуют крупномасштабным распределенным сетям. в ассоциативных областях мозга (см., Barrett, 2009b; Barrett, 2011). В психологии существует теоретическая традиция выдвигать гипотезы о том, что психические состояния возникают в результате комбинации более основных, общих психологических процессов, — это известно как конструкционистский подход.На протяжении прошлого столетия конструкционистский подход был наиболее популярен в моделях эмоций (например, Barrett, 2006, в печати; Harlow & Stagner, 1932; Lindquist, Wager, Kober, et al., В печати; Russell, 2003; Schachter). & Singer, 1962; обзор см. В Gendron & Barrett, 2009), хотя его корни можно найти в самых ранних работах по психологии (Dewey, 1895; James, 1890; Wundt, 1897/1998). Суть конструкционистского подхода состоит в том, что в каждый момент бодрствования мозг конструирует психические состояния, такие как эмоции, состояния тела и мысли, создавая ситуативные концептуализации (Barrett, 2006; Barsalou, 2009), которые объединяют три источника стимуляции. : сенсорная стимуляция из внешнего мира (экстероцептивный сенсорный массив света, вибраций, химических веществ и т. д.), сенсорные сигналы изнутри тела (соматовисцеральная стимуляция, также называемая интероцептивным сенсорным массивом или «внутренней средой») и предшествующий опыт (также называемый памятью или категориальным знанием, которое мозг частично делает доступным за счет реактивации сенсорных и моторных нейронов).Эти три источника — ощущения от мира, ощущения от тела и предшествующий опыт — доступны постоянно, и сети мозга, которые их обрабатывают, можно рассматривать как часть основных ингредиентов, формирующих всю психическую жизнь. Предполагается, что различные «рецепты» (комбинация и взвешивание ингредиентов) производят бесчисленное количество ментальных событий, которые люди дают здравым смыслом (например, «эмоции», «познания» и «восприятие»). С этой точки зрения ментальные категории, такие как эмоции, познания и восприятия, заполнены разнообразным набором примеров, которые являются событиями, которые нужно объяснить, а не конкретными причинными процессами, связанными с конкретными областями мозга или сетями.

Есть три направления работы, которые поддерживают конструктивистскую функциональную архитектуру ментальных состояний. Во-первых, в литературе по нейровизуализации растет понимание того, что одни и те же сети усиливают активацию в самых разных областях психологических задач. Например, «сеть по умолчанию», включающая области медиальной префронтальной коры, медиальной височной доли и задней поясной коры, имеет повышенную активацию во время эмоций (например, Lindquist, Wager, Kober, et al., в печати), регулирование эмоций (например, Wager, Davidson, Hughes, Lindquist, & Ochsner, 2008), репрезентация себя (например, Kelley et al., 2002), приписывание психического состояния другим (например, Mitchell, Banaji , & Macrae, 2005), моральное рассуждение (например, Young, Scholz, & Saxe, в печати), эпизодическая память и прогнозирование (например, Addis, Wong, & Schacter, 2007), семантическая обработка (например, Binder, Desai, Graves , & Conant, 2009), и даже контекстно-зависимое визуальное восприятие (Bar et al., 2006).«Сеть значимости», включающая кору островка и переднюю срединную кору головного мозга, имеет повышенную активность во время эмоций (например, Lindquist, Wager, Kober и др., В печати), боли (например, Lamm, Decety, & Singer, 2010). тревога (например, Seeley et al., 2007), внимание, язык (см. Nelson et al., 2010) и восприятие времени (см. Craig, 2009). Даже сенсорные области мозга, которые когда-то считались унимодальными и специфичными для домена (например, первичная слуховая и зрительная кора), реагируют на другие сенсорные домены (например,g. слуховые нейроны проявляют повышенную активность при предъявлении зрительных стимулов; Бизли и Кинг, 2008; зрительные нейроны проявляют повышенную активность при предъявлении слуховых раздражителей; Cate et al., 2009). Эти результаты показывают, что отсутствие поддержки факультетской психологии — это не просто артефакт плохого пространственного или временного разрешения в методах нейровизуализации.

Фактически, метаанализы, обобщающие литературу по нейровизуализации по ментальным категориям, таким как эмоции, личность, память и т. Д.подтверждают, что области мозга демонстрируют небольшую психологическую специфичность (по крайней мере, для этих категорий или для их подчиненных категорий, таких как гнев, страх, отвращение, автобиографическое Я, обработка самореференций, автобиографическая память, семантическая память и т. д.). Например, наш метааналитический проект по эмоциям продемонстрировал, что миндалевидное тело (ранее считавшееся связанным со страхом), передняя островковая часть (AI) (ранее считавшаяся связанной с отвращением), передняя средняя часть коры головного мозга (aMCC) и орбитофронтальная кора головного мозга. (OFC) (ранее считалось, что они связаны с грустью и гневом соответственно), каждая из которых демонстрировала повышенную активность в переживании и восприятии множества различных эмоций, что указывает на то, что повышенная активность в этих областях не является специфической для какой-либо одной категории эмоций (Lindquist, Wager , Кобер и др., под давлением). Кроме того, во время переживания и восприятия эмоций повышалась активность в областях, обычно связанных с автобиографической памятью и поиском, языком и семантикой, а также исполнительным контролем (Barrett, Mesquita, Ochsner & Gross, 2007; Kober, et al., 2008). ; Lindquist, Wager, Kober, et al., В печати). Мета-анализы, оценивающие нейронные корреляты других психических состояний, демонстрируют аналогичную точку зрения. Например, один метаанализ показал, что тот же набор срединных областей коры, которые составляют «сеть по умолчанию» (включая гиппокамп, медиальную префронтальную кору и заднюю часть поясной извилины), демонстрирует повышенную активность памяти, перспективу на будущее, теорию разума. , спонтанное мышление и пространственная навигация (Spreng, Mar, & Kim, 2009).Другой недавний метаанализ демонстрирует, что аналогичный набор регионов в дорсальной префронтальной и теменной корках задействован в рабочей памяти, выборе ответа, торможении ответа, переключении задач и когнитивном контроле (Lenartowicz, Kalar, Congdon, & Poldrack, 2010).

Вторая линия доказательств, подтверждающих жизнеспособность конструкционистского подхода к сознанию, исходит из исследований электростимуляции и повреждений. Электрическая стимуляция одного и того же участка человеческого мозга вызывает разные психические состояния в разных случаях (Halgren, Walter, Cherlow, & Crandall, 1978; Sem-Jacobson, 1968; Valenstein, 1974).Даже исследования человеческих повреждений согласуются с идеей о том, что области мозга не являются специфичными для какого-либо одного психического состояния. Например, речевое расстройство, называемое афазией Брока, вызывается поражениями, выходящими за пределы области Брока, области мозга, которая, как считается, отвечает за производство речи (Mohr et al., 1978). В качестве другого примера, поражения миндалины не связаны конкретно с дефицитом обработки, связанной со страхом. Пациенту с двусторонним поражением миндалины (т. Е. СМ) трудно воспринимать страх на лицах других людей (например,g., Adolphs, Tranel, Damasio, & Damasio, 1994; Адольфс, Транель, Дамасио и Дамасио, 1995; Adolphs et al., 1999), но более поздние результаты показывают, что пациентка SM способна воспринимать страх, когда ее внимание явно направлено на глаза лица (Adolphs et al., 2005) или при просмотре карикатур на пугающие позы тела ( Аткинсон, Хеберлейн и Адольфс, 2007). Эти результаты предполагают, что миндалевидное тело может играть более общую роль в привлечении внимания к новым или мотивационно релевантным стимулам, которые способствуют возникновению страха, но что миндалевидное тело не является специфическим для страха (обсуждения см. В Cunningham & Brosch, в печати; Lindquist, Wager , Кобер и др., под давлением).

Наконец, развивающаяся наука о «внутренних сетях» согласуется с идеей о том, что функциональная архитектура мозга содержит сети, которые соответствуют общим психологическим процессам предметной области, а не конкретным категориям психических состояний. Путем корреляции низкочастотных колебаний сигнала, зависящего от уровня оксигенации крови (ЖИРНЫЙ), в гемодинамической реакции вокселов, когда мозг находится «в состоянии покоя» (то есть, когда он не исследуется внешним стимулом или не выполняет направленную задачу), можно идентифицировать крупномасштабные распределенные сети, которые охватывают лобную, поясную, теменную, височную и затылочную коры.Эти сети хорошо воспроизводятся в исследованиях, в которых используются разные статистические методы, и наблюдаются как с помощью методов на основе семян (например, Vincent, Kahn, Snyder, Raichle, & Buckner, 2008), так и других многомерных методов (например, анализ независимых компонентов; ICA; Smith et al., 2009) и кластерный анализ (Yeo et al., 2011). Эти внутренние сети ограничены анатомическими связями (Buckner, 2010; Deco, Jirsa, & McIntosh, 2010; Fox & Raichle, 2007; Vincent, et al., 2008), поэтому они, кажется, раскрывают нечто фундаментальное о функциональной организации. к человеческому мозгу.Учитывая, что на внутреннюю активность приходится значительная часть метаболического бюджета мозга (Raichle & Minton, 2006), вполне возможно, что эти сети могут быть основными психологическими «ингредиентами» разума. Хотя в настоящее время идентифицирован ряд внутренних сетей, ни одна из них, похоже, не соответствует мозговой активности, которая соответствует категориям в подходе факультетской психологии (то есть, похоже, не существует единой сети для «гнева» или даже «эмоции» против . «Познание»).

1.1 Настоящее исследование

В этой статье мы сообщаем о новом исследовании, тестирующем конструкционистскую модель разума, в котором мы измеряли активность в крупномасштабных распределенных сетях мозга с помощью фМРТ, поскольку участники генерировали три типа психических состояний (эмоции, телесные ощущения). , или мысли).Затем мы исследовали сходство и различия в паттернах сетевой активности в трех психических состояниях. В нашем эксперименте участники познакомились с новой техникой погружения в сценарий (Wilson-Mendenhall, Barrett, Simmons, & Barsalou, 2011), которая вызывает ментальные события, как они происходят в повседневной жизни, что позволяет нам изучать виды субъективных переживаний, которые уникальны. человека (см. также Frith, 2007). Психология часто предполагает, что психические состояния возникают только тогда, когда человека исследуют внешние раздражители (на основе старой модели психики, заимствованной из физиологии в 19 веке; Danziger, 1997).Тем не менее, психические состояния не подчиняются этой классической модели «стимул-реакция» большую часть времени — людям не нужен стимул в физическом мире, чтобы иметь богатые и субъективно сильные эмоции, чувства или мысли (например, Killingsworth & Gilbert, 2010). . Мы попытались отдать должное этой особенности ментальной жизни, используя технику погружения в сценарий как экологически обоснованный метод, который направляет ментальное содержание, сохраняя при этом некоторую безудержность субъективного ментального опыта.

Участники услышали насыщенные сенсорными ощущениями яркие сценарии неприятных ситуаций, и их попросили создать ситуативную концептуализацию, во время которой каждая ситуация переживалась как состояние тела (например,g., сердцебиение, прикосновение предмета к коже, взгляды, запахи, неприятные ощущения), эмоция (например, страх, гнев) или мысль (например, план, размышление). В начале каждого испытания участников подбирали по типу психического состояния, которое нужно было построить на этом испытании. Следуя подсказке, участники слушали сценарий по мере их построения, а затем подробно описывали состояние тела, эмоции или мысли. Этот метод визуализации был смоделирован после Аддис и его коллеги (2007), которые просили участников «конструировать», а затем «развивать» автобиографические воспоминания.Мы отдельно проанализировали этапы погружения в сценарий и этапы построения + разработки каждого испытания как два события (погружение в сценарий , опыт ).

Взяв сетевую модель сознания в качестве исходного предположения, мы выдвинули гипотезу, что ментальные состояния были созданы в результате взаимодействия сетей (Fuster, 2006; Goldman-Rakic, 1988; McIntosh, 2000; Mesulam, 1998; также см. Bullmore). & Sporns, 2009), где психологическая функция набора областей мозга существует в функциональном взаимодействии этих областей.В частности, мы сосредоточились на семи внутренних сетях, недавно идентифицированных Йео и его коллегами (2011); эти сети были получены из самой большой выборки участников (N = 1000) в любом исследовании внутренней функциональной связи на сегодняшний день, а также воспроизводят сети, указанные в других опубликованных отчетах (например, Fox et al., 2005; Seeley, et al., 2007; Смит и др. 2009; Винсент и др., 2008). перечисляет области мозга, которые, как было установлено, составляют каждую сеть в исследованиях, а также ключевые документы, которые способствуют функциональному пониманию каждой сети.

Таблица 1

Обзор семи представляющих интерес сетей

Сеть Области мозга Области задач Психологическое описание и гипотезы
«лимбическая сеть» (Yeo et al., 2011) двусторонняя передняя височная доля,
медиальная височная доля, субгенуальная
передняя поясная кора, медиальная
и латеральная орбитофронтальная кора

(хотя Yeo et al.Сеть
покрывает только кору, мы также предполагаем, что
базальные ганглии
, включая хвостатый, скорлупу, глобус-спалид
и центральное ядро ​​
миндалины, будут частью
этой сети).

Поколение основного аффекта : задействование висцеромотора
контроль тела для создания основных аффективных чувств
удовольствия или неудовольствия с некоторой степенью возбуждения
.
Гипотеза : Ощущение тела и эмоции> Мысль

«заметная сеть»
(Seeley et al., 2007) или
“вентральное внимание Сеть
»(Yeo et al., 2011; Corbetta & Shulman, 2002) или
“цингулооперкулярный
Сеть »(Винсент и др., 2008)
двусторонний передний средний слой
кора (aMCC), передний островок
(AI) и средний островок, лобная
покрышка и части pars
opercularis и височно-теменное соединение
внимание, направленное на тело : использование репрезентаций из
тела для направления внимания и поведения.Этот ингредиент
может использовать изменения гомеостатического состояния
тела, чтобы сигнализировать о важных событиях в среде
и регулировать поведенческие реакции.
Гипотеза : Ощущение тела и эмоции> Мысль

«сеть по умолчанию»
(Dosenbach et al., 2008;
Винсент и др., 2008; Yeo et al., 2011)
медиальная префронтальная кора, части
треугольной части, ретросплениальная область
, задняя поясная извилина
кора / предклинье, медиальная
височная доля (гиппокамп,
энторинальная кора), двусторонняя
верхняя височная борозда, части
передней височной доли ( ATL),
и угловая извилина
  • автобиографическая память (Spreng & Grady, 2010)

  • prospection (Spreng & Grady, 2010)

  • теория разума (Spreng & Grady, 2010)

  • моральное рассуждение (Greene et al., 2001)

  • контекстно-зависимое визуальное восприятие (Bar, 2004)

  • спонтанное мышление (Andrews-Hanna et al., 2010)

  • эмоция (Lindquist et al., В печати; Andrews-Hanna et al., 2010)

  • семантика, фонология, обработка предложений (Биндер и др. 2009)

концептуализация : представление предшествующего опыта
(т. е. памяти или категорийного знания) для придания
значения ощущений от тела и мира
в настоящий момент.
Гипотеза : Мысли и эмоции> Ощущение тела

«лобно-теменная сеть»
(Dosenbach et al., 2008;
Винсент и др., 2008; Yeo et al., 2011) или «исполнительный
сеть управления »(Seeley et al., 2007)
двусторонняя дорсолатеральная префронтальная
кора (dlPFC), нижняя теменная доля
, нижняя теменная борозда и
аспекты средней поясной извилины
кора головного мозга (mCC)
исполнительное внимание : модуляция активности других
ингредиентов для создания единого поля сознания во время
построения психического состояния (например,
).g., выбор
некоторого концептуального содержания, когда значение состоит из
ощущений, и запрещение другого содержания; выбор
одних ощущений для осознанного осознания и
подавления других).
Никакой конкретной гипотезы не сформулировано

“дорсальное внимание
, сеть »(Corbetta & Shulman, 2002; Yeo et al., 2011;)
двусторонние фронтальные глазные поля, дорсальная
задняя теменная кора, веретенообразная
извилина, область MT +
• нисходящий контроль зрительно-пространственного внимания
(Corbetta et al., 2002)
зрительно-пространственное внимание : модуляция активности ингредиента
для обработки визуального контента, в частности
(например, выбор того, какое зрительное ощущение выбрано для
сознательного осознания и подавление других).
Никакой конкретной гипотезы не сформулировано

«Соматомоторная сеть»
(Йео и др., 2011)
прецентральные и постцентральные гиры
(сенсомоторная кора),
Heschl’sgyrus (первичная слуховая кора
), кора головного мозга, задний островок
Экстероцептивное сенсорное восприятие : представляет
слуховых и тактильных ощущений
Никакой конкретной гипотезы не сформулировано

«визуальная сеть» (Yeo et al.2011) затылочная доля • зрение (Engel et al. 1994) экстероцептивное сенсорное восприятие : представление
зрительных ощущений
Никакой конкретной гипотезы не сформулировано

Мы предположили, что так называемая «лимбическая сеть» »Поддерживает способность мозга генерировать и / или представлять соматовисцеральные изменения, которые воспринимаются как основной аффективный тон, общий для любого психического состояния. Многие философы и психологи предположили, что каждый момент психической жизни имеет какой-то аффективный аспект (например,g., Wundt, 1897), который можно описать как сочетание гедонического удовольствия и неудовольствия с некоторой степенью возбуждения (Barrett & Bliss-Moreau, 2009; Russell & Barrett, 1999). С нашей конструкционистской точки зрения мы называем этот базовый психологический элемент «основным аффектом» (Russell, 2003). Хотя лимбическая сеть, описанная Yeo et al. (2011), ограничена относительно небольшой областью коры (охватывающей только вентромедиальную префронтальную кору и вентральные аспекты височной коры), некоторые подкорковые структуры также, вероятно, являются частью этой лимбической сети.Например, мы выдвигаем гипотезу, что ядра базальных ганглиев являются частью «лимбической» сети, потому что они участвуют в управлении поведением, требующим усилий (Salamone & Correa, 2002; Salamone, Correa, Farrar, & Mingote, 2007) и моторном контроле ( Grillner, Hellgren, Menard, Saitoh & Wikstrom, 2005). Кроме того, центральное ядро ​​миндалевидного тела и периакведуктальный серый средний мозг могут быть частью этой сети, поскольку они, соответственно, участвуют в выработке вегетативных ответов (обсуждение см. В Barrett, Mesquita, et al., 2007) и координации последовательных физиологических и поведенческих реакций (Bandler & Shipley, 1994; Van der Horst & Holstege, 1998). Важно отметить, что базальные ганглии, миндалина и периакведуктальный серый — все проецируются на вентромедиальную префронтальную кору (vmPFC), которая является одной из кортикальных областей в лимбической сети Yeo et al.

Мы предполагаем, что «сеть значимости» (называемая Йео и др., 2011 «вентральным вниманием») использует представления аффекта для управления вниманием и поведением (см. Lindquist & Barrett, в обзоре; Medford & Critchley, 2010) .Важно отметить, что сеть значимости включает аспекты спинной передней части островковой коры и передней средней поясной извилины (aMCC), которые участвуют в исполнительном внимании (Corbetta, Kincade, & Shulman, 2002; Touroutoglou, Hollenbeck, Dickerson & Barrett, в печати). ) и интероцепции (Critchley, Elliott, Mathias, & Dolan, 2000; Critchley, Wiens, Rotshtein, Ohman, & Dolan, 2004), предполагая, что эта сеть является важным источником аффективного внимания в человеческом мозгу (Barrett & Bar, 2009 ; Дункан и Барретт, 2007).Сеть значимости также содержит аспекты вентральной передней островковой доли, которая участвует в переживании аффективных состояний (Touroutoglou, et al., В печати).

Мы предполагаем, что «сеть по умолчанию» способствует представлению или «моделированию» предыдущего опыта и извлечению категорийных знаний для создания ситуативных концептуализаций (т. Е. Придания значения соматовисцеральным изменениям в теле по отношению к непосредственному контексту) . Мы предполагаем, что эта сеть является ключом к процессу реактивации соответствующих распределенных областей мозга для поддержки категорийных знаний, воспоминаний и перспектив будущего путем управления сенсорными и моторными регионами.Задние аспекты сети по умолчанию (например, задняя поясная извилина, предклинье, гиппокамп) могут быть особенно вовлечены в интеграцию зрительно-пространственных аспектов знаний категории (Cavanna & Trimble, 2006), тогда как передние аспекты сети по умолчанию (например, mPFC) могут быть задействованы. вовлечены в интеграцию аффективных, социальных и релевантных для себя аспектов категорийного знания (Gusnard et al. 2001).

«Лобно-теменная сеть» играет исполнительную роль, модулируя активность в других функциональных сетях (т.д., отдавая приоритет некоторой информации и запрещая другую информацию), чтобы помочь сконструировать пример психического состояния. «Сеть дорсального внимания» играет аналогичную роль, направляя внимание, в частности, на визуальную информацию. Мы предполагаем, что во время задачи по погружению в сценарий эти сети способствовали процессам исполнительного контроля, задействованным в выделении определенных типов информации в сознательном осознании, чтобы создать один тип психического состояния над другим. Например, хотя концептуализация важна для всех состояний, она особенно важна для переживаний эмоций и мыслей.Эти сети гарантируют, что психическое состояние воспринимается как единое (обсуждение см. В Lindquist, Wager, Bliss-Moreau, Kober, & Barrett, в печати).

Наконец, «зрительная» и «соматомоторная» сети вместе участвуют в представлении зрительных, проприоцептивных и слуховых ощущений. Мы называем их «экстероцептивными» ощущениями, потому что информация извне тела представлена ​​в виде звуков, запахов, вкусов, проприоцепции и взглядов. Мы предполагаем, что эти ощущения важны при построении всех психических состояний.

включает наши гипотезы для участия каждой сети в телесных чувствах, эмоциях и мыслях. Во-первых, мы предположили, что телесные чувства, эмоции и мысли будут включать некоторую степень аффекта, концептуализации и исполнительного внимания ( Гипотеза 1 ). Следуя этой гипотезе, мы предсказали, что лимбическая сеть, сеть значимости, сеть по умолчанию и лобно-теменная сеть будут обычно задействованы в сочетании всех психических состояний. Во-вторых, мы предположили, что сравнение активности мозга в разных психических состояниях даст относительные различия в вкладе каждого ингредиента в каждый вид состояния (Гипотеза 2) .В частности, мы предсказали, что состояния тела и эмоции задействуют лимбические сети и сети значимости относительно больше, чем мысли (Гипотеза 2а) (см.). Мы также предсказали, что мысли и эмоции будут задействовать сеть по умолчанию относительно больше, чем состояния тела, поскольку мы полагали, что концептуализация будет играть большую роль в ментальных состояниях, где представление предшествующего опыта необходимо для придания значения телесным ощущениям в данный момент ( т.е. эмоции) или когда представление предыдущего опыта используется для руководства планами, ассоциациями и размышлениями о ситуации (т.э., мысль) (Гипотеза 2б) (см.). Наконец, у нас не было априорных предсказаний того, как лобно-теменная, дорсальная, соматомоторная и зрительная сети будут различаться в трех классах психических состояний.

2. Метод

2.1 Участники

Участниками были 21 взрослый правша, носитель английского языка (12 женщин, M , возраст = 26,42, SD , возраст = 5,72). Участники дали письменное информированное согласие в соответствии с наблюдательным советом организации Partners Health Care и получили за свое участие до 200 долларов.Потенциальные участники указали, были ли у них в анамнезе нарушения обучаемости, психические заболевания, клаустрофобия, когнитивная дисфункция или злоупотребление алкоголем / наркотиками при телефонном скрининге, проведенном до включения в исследование. Участники, которые сообщили о любом из этих состояний, не были включены в исследование. Участники были также проверены на использование психоактивных или системных лекарств и на совместимость с МРТ во время этого первоначального телефонного скрининга. Одна участница была дисквалифицирована в день исследования, потому что этим утром она принимала лекарства от мигрени.Окончательная выборка состояла из 20 участников (11 женщин, M , возраст = 26,40, SD , возраст = 5,93). В день эксперимента участники также заполнили Торонтскую шкалу алекситимии из 20 пунктов (TAS-20) (Bagby, Taylor, & Parker, 1994) и несколько других показателей самооценки, которые не имеют отношения к гипотезам, обсуждаемым в этой статье. . Алекситимия — это черта, характеризующаяся внешним мышлением и трудностями в определении и обозначении собственных эмоций (Sifneos, 1973). Ни один из участников нашей выборки не набрал больше порогового значения для Alexithymia (отсечка = 61, M TAS = 38.57; SD TAS = 7,55). Это открытие исключило, что кто-либо из наших участников обладал чертами, которые могли бы затруднить выполнение нашей задачи по построению психического состояния.

2.2 Процедура

В настоящем исследовании использовался новый метод погружения в сценарий, разработанный в нашей лаборатории и ранее использовавшийся в исследованиях нейровизуализации (Wilson-Mendenhall, et al. 2011). В этом методе участникам предлагаются сценарии, которые описывают ситуации от первого лица, и их просят представить каждый сценарий так, как если бы они действительно были там.Сценарии содержат яркие сенсорные детали, чтобы участники могли представить ситуацию в мультимодальной манере, создавая впечатления с высоким уровнем субъективного реализма. Сценарии, использованные в этом исследовании, описывали физические ситуации, связанные с автомобилями, лодками, велосипедами, пешим туризмом, катанием на лыжах, едой, напитками, растениями и животными (см. Примеры). Отрицательные сценарии включали описание физического вреда, тогда как нейтральные сценарии описывали аналогичные физические действия, при которых вреда не было. Набор стимулов состоял как из полных сценариев, так и из сокращенных версий одних и тех же сценариев.Сжатые сценарии были сокращенными версиями полных сценариев, которые все еще отражали суть ситуации и были представлены во время сеанса сканирования из-за ограничений по времени (см. Примеры).

Таблица 2

Полная версия Полная версия
Вы едете домой после того, как не выпили всю ночь
. Длинный отрезок дороги
перед вами кажется бесконечным. Вы закрываете глаза на мгновение
.Автомобиль начинает заносить. Вы просыпаетесь.
Вы чувствуете скольжение рулевого колеса в ваших руках.
Вы едете по парку на велосипеде без шлема.
Куда ни глянь, люди устраивают пикники и
играют. Передняя шина попадает в выбоину. Вы плывете по рулю
. Ваша голова врезается в бетонную поверхность
. Вы можете почувствовать, как кровь
течет по вашему лицу.
Краткая версия Краткая версия
Вы едете домой после того, как не выпили всю ночь
.Вы на мгновение закрываете глаза, и машина
начинает заносить.
Вы едете по парку на велосипеде без шлема.
Ваша передняя шина попадает в выбоину, и вы проплываете через руль
.

Эксперимент состоял из сеанса обучения вне сканера и сеанса тестирования внутри сканера (согласно Wilson-Mendenhall, et al., 2011). Оба произошли в один день. Во время сеанса обучения участники слушали сценарии, чтобы ознакомиться с полными сценариями и сжатыми сценариями, которые они позже услышат во время сеанса сканирования.Эта процедура использовалась для того, чтобы участники могли получить подробную информацию о полном сценарии при представлении сжатой версии в сканере. Во время тренинга участники также получили подробные инструкции по строительной задаче. Участникам сказали, что строительная задача была разработана для оценки мозговой основы различных умственных переживаний. Прежде чем они услышат сжатый сценарий, появится подсказка, которая проинструктирует их, какое ментальное состояние они должны создать в ответ на сценарий.В состоянии ТЕЛО участников просили создать ощущение тела в ответ на ситуацию, описанную в сценарии. Во время тренировки экспериментатор привел примеры различных внутренних соматовисцеральных ощущений и проинструктировал участников, как создавать и обращать внимание на эти ощущения в ответ на сценарий (подробные инструкции см. В дополнительных материалах). В состоянии ЭМОЦИИ участников просили создать определенную эмоцию в ответ на ситуацию, описанную в сценарии.Экспериментатор привел примеры нескольких конкретных эмоций (гнев, страх, печаль) и проинструктировал участника, как создавать и проявлять внимание к этим эмоциональным переживаниям в ответ на сценарий. В условии «МЫСЛЬ» участников просили создать мысль в ответ на ситуацию, описанную в сценарии. Экспериментатор объяснил, что мысль включает объективный анализ ситуации и рассуждения о том, что происходит, без культивирования каких-либо чувств или эмоций. Мы также включили условие ВОСПРИЯТИЯ, в котором участников просили создать сенсорное восприятие в ответ на ситуацию, описанную в сценарии.Экспериментатор проинструктировал участника обратить внимание на объекты в сцене и отношения между ними, не анализируя их, не испытывая эмоций или чувств. После того, как исследователь убедился, что участник понял инструкции задачи на этапе обучения, участники выполнили 8 практических испытаний, в которых они практиковали построение всех четырех мысленных переживаний.

Во время сеанса сканирования участникам было представлено 36 негативных сценариев и 12 нейтральных сценариев.Каждое испытание начиналось с 2-секундной контрольной фазы , чтобы проинструктировать участников, какое психическое состояние они должны были создать в ответ на сценарий. Негативные сценарии были случайным образом объединены с тремя разными репликами, так что 12 переживались как состояния тела, 12 как эмоции и 12 как мысли. Участникам было предложено испытать 12 нейтральных сценариев в качестве восприятия, чтобы они не привыкли к негативным сценариям во многих презентациях. Данные испытаний восприятия не были включены в анализ.Задача была разбита на три 12,6-минутных прогона, каждый из которых случайным образом представлял 16 сценариев. Инструкции и сценарии были представлены через наушники; реплики и фиксирующий крест были представлены на экране, который был виден через зеркало, установленное на катушке для головы. Задача была представлена ​​с помощью программного пакета «Презентация» (Neurobehavioral Systems, Inc.).

После фазы реплики участники слушали сокращенную версию сценария в течение 10 секунд (, фаза погружения сценария ).На этом этапе участников проинструктировали использовать сокращенную версию, чтобы «испытать сценарий с точки зрения конкретного психического состояния, с которым вы получили сигнал». После фазы погружения в сценарий участники вошли в фазу опыта , где они сконструировали и развили психическое состояние, чтобы испытать его как можно более интенсивно, не меняя его, не думая и не испытывая чего-либо еще. Участники нажимали кнопку, чтобы указать, когда психическое состояние было построено и что они начали разработку (см. Addis, et al., 2007). Фаза опыта (строительство + проработка) длилась 20 секунд. После того, как фаза опыта закончилась, участники оценили яркость своего опыта и степень, в которой они были успешны в создании заданного опыта. Рейтинги выставлялись по непрерывной шкале от 0 («совсем нет») до 10 («100%, полностью»). Интервал между стимулами был установлен на 4 секунды, в течение которых крестик фиксации отображался в центре экрана.

2.3 Детали изображений

Данные изображений были собраны в Центре биомедицинской визуализации Athinoula A. Martinos с использованием 3T Siemens Magnetom Trio и 12-канальной матричной катушки для головки. Участники были ограничены в движении головы за счет использования расширяющихся подушек из пеноматериала и носили наушники, безопасные для МРТ, через которые они слышали сценарии.

Каждый сеанс сканирования начинался с автоматического сканирования изображения и процедур подгонки. Затем были получены структурные T1-взвешенные мультиэхо-изображения MEMPRAGE (van der Kouwe, Benner, Salat, & Fischl, 2008) (TR = 2530 мс, TE1 = 1.64 мс, TE2 = 3,5 мс, TE3 = 5,36 мс, TE4 = 7,22 мс, угол поворота = 7 °, с однократным захватом с чередованием и размером вокселя 1,0 × 1,0 × 1,0 мм). После структурного прогона была получена 6-минутная функциональная последовательность состояния покоя, которая не будет обсуждаться далее в этой рукописи. Затем последовали три функциональных прогона, каждый из которых получил 378 функциональных объемов, взвешенных по T2 * (TR = 2000 мс, TE = 30 мс, угол поворота = 90 °, FOV = 200 мм, с получением чередующихся срезов и размером вокселя 3,1 × 3.1 × 4,0 мм). Общая продолжительность сеанса сканирования составила чуть более часа. После функциональных прогонов была получена 8-минутная последовательность визуализации сенсора диффузора (DSI), которую мы не будем обсуждать далее.

2.4 Анализ данных

Функциональные и структурные данные были предварительно обработаны и проанализированы с помощью Freesurfer 5 (http://surfer.nmr.mgh.harvard.edu/). Структурная предварительная обработка следовала стандартному протоколу Freesurfer для реконструкции и парцелляции кортикальной поверхности и объема, включая автоматическое преобразование Талаираха, нормализацию интенсивности, удаление черепа, сегментацию белого вещества и регистрацию в сферическом атласе с использованием многомерного нелинейного алгоритма регистрации (Dale, Fischl , & Sereno, 1999; Fischl, Sereno, & Dale, 1999; Fischl, Sereno, Tootell, & Dale, 1999).Функциональная предварительная обработка включала коррекцию движения, пространственное сглаживание (ядро 5 мм) и регистрацию функциональных изображений на анатомическом сканировании.

После предварительной обработки отдельные временные ряды были смоделированы с использованием канонической функции гемодинамического ответа (гамма-функция, гемодинамическая задержка 2,25; дисперсия 1,25). Матрица дизайна включала регрессоры движения и полиномиальные регрессоры помех второго порядка. Временные точки с перемещением более 2 мм были исключены из анализа. Предварительный анализ показал, что этап опыта не выявил каких-либо существенных различий между строительством и разработкой, поэтому мы проанализировали его как единое 20-секундное событие (строительство + проработка).Мы смоделировали функцию гемодинамического ответа (HRF) для фазы сигнала, фазы погружения в сценарий, фазы опыта и фазы оценки отдельно. Впоследствии мы выполнили анализ случайных эффектов на уровне группы для расчета контрастных карт.

2.5 Кортикальная парцелляция

Чтобы идентифицировать семь внутренних сетей, представляющих интерес для нашего анализа, мы использовали поверхностные сетевые метки, представленные в Freesufer Йео и его коллегами (2011). Эти сети были получены на основе анализа данных о состоянии покоя у 1000 здоровых молодых людей.Йео и др. использовали кластерный подход для выявления сетей функционально связанных регионов коры головного мозга. Их 7-сетевое решение было очень согласованным в ходе анализа, при этом 97,4% вершин были назначены одной и той же сети через обнаружение и набор данных репликации. Разделение кортикальной поверхности на определенные регионы было основано на кортикальном атласе Desikan-Killiany (Desikan et al., 2006). В дополнение к поверхностному функциональному анализу мы также сообщаем о результатах внутри подкоркового объема с использованием подкорковых меток, предоставленных Freesurfer (Fischl et al., 2002).

2.5.1. Проверка гипотез

Чтобы исследовать гипотезу 1 о том, что все психические состояния (состояния тела, эмоции, мысли) будут включать некоторую степень представления текущего состояния тела, концептуализации и исполнительного внимания, мы оценили общее сетевое взаимодействие для эмоций, тела. чувства и мысли во время фазы переживания с анализом конъюнктуры. Мы сосредоточились на фазе опыта , потому что в отличие от фазы погружения сценария , на этой фазе не было внешнего стимула.Следовательно, соединение отражает паттерны активации, которые обычно задействуются, когда люди генерируют определенное ментальное содержание и сосредотачиваются на своем внутреннем мире без какой-либо внешней стимуляции. Анализ конъюнктуры для фазы погружения в сценарий , который показывает обычную активацию во время слушания и погружения в сценарий в разных состояниях психического состояния, представлен в — в дополнительных материалах. Каждый анализ конъюнкции был реализован путем взятия минимума абсолютного значения в каждой вершине через фокус тела vs.фиксация, эмоция против фиксации и мысль против контрастов фиксации. Впоследствии мы определили кластеры в конъюнкции, которые охватывали не менее 100 непрерывных вершин, все из которых достигли порога значимости p <0,001. Мы также выполнили анализ совокупности объема, сосредоточив особое внимание на подкорковых структурах, выявив кластеры, охватывающие не менее 20 непрерывных вокселей, все достигающие значимости p <0,0001 (см. Дополнительные материалы).

Таблица 3

Значимые кластеры для анализа сочетаний телесных чувств, эмоций и мыслей во время фазы переживания .

9038al8 lh верхний л. 3,18
Регион Сеть
Распределение
Tal X Tal
Y
Tal Z k max
левый верхний фронтальный / SMA / aMCC S / FP / DA −24,8 −1,3 41,4 7857 7.46
левый передний островок / vlPFC S / D −46,4 12,5 2,1 4682 5,96
правый верхний фронтальный / SMA / aMCC 7 S 5,3 56,3 2957 5,96
левый прецентральный SM −33,5 −19,4 38,8 1708 5,61
левый верхний / верхний 905 56 пар. −35.2 −35,3 35,8 2482 5,47
правый передний островок S 34,7 3 4,9 814 5,36
−21,6 −57,3 56 656 5,28
левый супрамаргинальный / TPJ S −53,8 −39,8 31,9 864 5.04
rh pars opercularis S 43,3 10,2 5,6 568 4,76
левый lOFC FP / D −39,7 37,4 −39,7 37,4 900 1176 4,69
левая верхняя теменная DA −16,5 −48,3 57,9 404 4,54
левая прецентральная DA −51.3 4,8 26,9 292 4,22
правый передцентральный VA 54,7 5,3 10,4 295 4,11
905 DA прецентральный

−9,1 51,8 581 4,08
правая часть треугольной формы D 49,2 27,5 0,4 220 3.66
левый dlPFC FP −41,1 35,1 17,5 486 3,62
левый dlPFC FP −22,6 5 14,8

правая затылочная доля * V 22,6 −95,3 1,6 242 −4,27

Таблица 4

Кластеры активации в подкорковых областях и анализ контраста

908 правый 9038 правый
Область Tal X Tal
Y
Tal Z k max
Соединение lh pars opercularis (пик) /
очков опыта lhpallidum / скорлупа -43.6 10,7 0,4 1714 6,57
правый мозжечок 29,7 −58,2 −18,1 279 5,53
5,53
−57,2 −36,7 96 5,29
левый мозжечок −43,6 −54,6 −23,3 39 5.05
левый мозжечок −29,7 −50,7 −23,5 47 4,98
правый мозжечок 7,9 − −52,1 4,96

Ощущение тела по сравнению с lh thalamus / pallidum −7,9 0 6,5 186 4,06
мысль правый хвостатое / 15 таламус / паллидум .8 −11,7 18,1 99 3,75
сценарий погружения левый мозжечок −37,6 −54,7 −25 55 3,54

Эмоции против мысли правый мозжечок 29,7 −43,6 −37,4 66 4,29
сценарий погружения правый мозжечок 13.8 −44,7 −20,5 22 4,00
средний мозжечок 0 −60,3 −21,4 25 3,46

Проверить 2 сети будут по-разному влиять на каждый вид психического состояния, мы сначала выполнили анализ области интересов (ROI), используя сетевые метки Yeo et al. Каждая из сетей Йео и др. Была преобразована в индивидуальную корковую поверхность каждого участника с использованием сферического пространства в качестве промежуточного пространства регистрации.Из полученных семи ROI, каждая из которых представляет интересующую сеть, мы извлекли бета-веса (процентное изменение сигнала) для каждого контраста, сравнивая психическое состояние с фиксацией (погружение в сценарий и опыт отдельно). Эти бета-веса были проанализированы с помощью однофакторного ( психического состояния ) дисперсионного анализа с повторными измерениями с тремя уровнями (тело, эмоции, мысли). Если предположение о сферичности не соблюдалось, представляются скорректированные тесты Greenhouse-Geisser. Простые эффекты значимы при p <.05 представлены в тексте, когда основной эффект достиг значимости.

В качестве еще одной проверки Гипотезы 2 мы провели сопоставление трех категорий психических состояний по всей поверхности коры. Это позволило нам напрямую сравнивать психические состояния без сравнения с фиксацией. Сравнение с фиксацией могло ограничить шанс найти различия в вовлечении сети по умолчанию в анализе конъюнкции и анализе ROI (см. Stark & ​​Squire, 2001).Кроме того, контрасты всего мозга позволили нам изучить, отражают ли результаты ROI участие одного отдельного субрегиона в каждой сети или действительно ли результаты отражают распределенную сеть. Мы локализовали кластеры активности с помощью поверхностных меток от Yeo et al. (2011) и поверхностный кортикальный атлас Desikan-Killiany (Desikan et al., 2006). Мы сравнили три категории психических состояний в сценарии погружения и фаз опыта по отдельности.Чтобы исправить множественные сравнения, мы выполнили полуавтоматическое моделирование методом Монте-Карло, реализованное в Freesurfer 5. Этот метод выполняет моделирование для получения оценки распределения максимального размера кластера при нулевой гипотезе. Следуя этому методу, мы идентифицировали кластеры с вершинным порогом p <0,01 и кластерным порогом p <0,05 (т. Е. Кластеры с вероятностью ниже порога p < .05 появиться во время моделирования нулевой гипотезы).В дополнение к кластерам на поверхности мозга мы сообщаем о подкорковых кластерах с порогом p <0,001 (без коррекции) и размером кластера k > 20.

4. Обсуждение

Насколько нам известно, Настоящий нейровизуализационный эксперимент является первым явным испытанием конструкционистской функциональной архитектуры разума, оценивая как сходства, так и относительные различия нейронных коррелятов телесных чувств, эмоций и мыслей. Наши результаты подтверждают конструкционистскую гипотезу о том, что психические состояния лучше всего понять, исследуя относительные различия в задействовании распределенных сетей, которые поддерживают психологические процессы, которые участвуют в создании различных психических состояний.Эти результаты напрямую ставят под сомнение точку зрения факультетов психологии, согласно которой разные классы психических состояний категорически различаются на уровне организации мозга. Кроме того, наш метод погружения в сценарий открывает новые возможности для использования фМРТ для понимания основных строительных блоков разума.

4.1. Психологические состояния имеют общие психологические «ингредиенты»

Мы обнаружили доказательства того, что телесные чувства, эмоции и мысли, хотя и различны субъективно, в каждом из них участвует одни и те же распределенные сети мозга, которые можно описать применительно к основным психологическим процессам.Там, где это возможно, мы извлекли знания о функциях сети из литературы, но эта область находится только на самых ранних стадиях обсуждения психологических функций внутренних сетей. В результате предыдущие исследования, дающие четкое функциональное описание психологических процессов в сетях, немногочисленны (за исключением сети по умолчанию; например, Buckner & Carroll, 2007; Schacter, Addis, & Buckner, 2007; Spreng, et al. др., 2009). Однако существует множество исследований отдельных областей мозга в каждой сети.Таким образом, при обсуждении наших результатов мы обсуждаем функции отдельных регионов, составляющих сети, чтобы мотивировать понимание участия сети в целом в базовом психологическом процессе, который влияет на все психические состояния.

4.1.1 Сеть значимости

Одним из наиболее заметных результатов нашего исследования было общее участие сети значимости в чувствах, эмоциях и мыслях тела. Мы предположили, что сеть значимости поддерживает представления аффективных состояний, чтобы направлять внимание и поведение (Lindquist & Barrett, в обзоре; Medford & Critchley, 2010).Эта гипотеза согласуется с выводами о том, что сеть значимости демонстрирует повышенную активность в задачах, требующих распределения внимания на вызывающие воспоминания или поведенческие стимулы (Corbetta, Patel, & Shulman, 2008; Corbetta & Shulman, 2002; Nelson, et al., 2010; Сили и др., 2007). Как было установлено Yeo et al., Сеть выступов состоит из передней и средней части островка, задних аспектов vlPFC (pars opercularis), аспектов передней средней коры головного мозга (aMCC) и передней части TPJ (надмаргинальной извилины). ).В нашем исследовании мы обнаружили повышенную активность, в частности, в aMCC, дополнительной моторной области (SMA), дорсальной части передней островковой доли (AI), pars opercularis (BA 44) и левом височно-теменном соединении (TPJ) во всех областях. психические состояния. Мы обсудим каждый из этих результатов по очереди.

Результат, в котором телесные чувства, эмоции и мысли коллективно задействовали SMA, согласуется с ролью SMA во внутренне обусловленных действиях (Начев, Кеннард, Хусейн, 2008). Этот паттерн активности может отражать моторные процессы, связанные с нажатием кнопки, посредством которых участники указали, что они сконструировали психическое состояние во время фазы опыта.

Наш вывод о том, что TPJ задействован во всех психических состояниях, согласуется с исследованиями, которые показывают повышенную активность во время чувства свободы воли над собственным телом (обзоры см. В Decety & Grezes, 2006; Tsakiris, Constantini & Haggard, 2008) и при отображении состояния тела другого человека (как при эмпатии Lamm, et al., 2010). Действительно, повышенная активность TPJ часто наблюдается, когда один человек занимается теорией разума — или пытается понять содержание разума другого — в целом (Saxe & Kanwisher, 2003).

Результат того, что AI и aMCC задействованы в разных психических состояниях, согласуется с исследованиями, которые показывают активацию этих регионов во время интероцепции (Critchley et al., 2003; Critchley, et al., 2004) и субъективными переживаниями в целом (Craig, 2002, 2009). Действительно, недавний метаанализ обнаружил повышенную активность в регионах, входящих в сеть значимости Йео и др. (Включая AI, aMCC, vlPFC, таламус и миндалевидное тело) во время переживания неприятного основного аффекта (Hayes & Northoff, 2011).В другой недавней работе многие из этих регионов (вентральный ИИ, таламус и миндалевидное тело) были связаны с переживанием аффективного возбуждения при просмотре негативных изображений (Touroutoglou et al. В печати). Наши результаты согласуются с обоими этими исследованиями в том смысле, что мы обнаружили активность в аналогичных регионах в пределах сети значимости для сценариев, которые были неприятными и очень возбуждающими. Таким образом, наши результаты не могут говорить о том, задействована ли сеть значимости во всех основных аффективных состояниях, поскольку мы не включали позитивные сценарии в наше исследование.Тем не менее, в предыдущем метаанализе (Вейджер, Барретт, Блисс-Моро, Линдквист, Дункан, Кобер и др., 2008 г.) мы обнаружили повышенную активность в аспектах ИИ и МКК в сторону приятных основных аффективных состояний, что согласуется с нашей гипотезой. что регионы, составляющие сеть значимости, связаны с опытом всех основных аффективных состояний. Относительная роль сети значимости в отношении неприятного и приятного основного аффекта должна стать темой будущих исследований.

Что касается наших открытий, касающихся ИИ, важно отметить, что сеть значимости (называемая Йео и др. «Вентральным вниманием»)., 2011), использованные в настоящем исследовании, охватывали как дорсальный, так и вентральный аспекты. Однако в литературе есть свидетельства того, что ИИ может быть функционально разделен на дорсальный и вентральный аспекты, при этом дорсальные аспекты функционально связаны с аМСС и относительно более вовлечены в задачи, в которых информация о теле используется для направления внимания (Kurth, Zilles, Fox, Laird, & Eickhoff, 2010; Touroutoglou, et al., В печати; Wager & Barrett, 2004). Вентральные аспекты ИИ, напротив, функционально связаны с вентромедиальной префронтальной корой и относительно больше задействованы в задачах, связанных с переживанием основных аффективных чувств (Hayes & Northoff, 2011; Touroutoglou, et al., под давлением; Wager & Barrett, 2004). Активации, которые мы наблюдали в ИИ, были в основном в спинной части, что может отражать роль этой области в устойчивом внимании к важной информации (см. Lindquist & Barrett, в обзоре; Medford & Critchley, 2010; Seeley et al., 2007). . Такая заметность могла быть особенно важной в нашей задаче по погружению, потому что участники переключали внимание между различными источниками информации (например, внутренние ощущения против внешних ощущений), когда они активно создавали психические состояния.

Наши результаты показывают, что репрезентации телесных ощущений играют роль, выходящую за рамки физических ощущений в теле или аффективных состояний, таких как эмоции. В любой ситуации, когда людям представлена ​​вызывающая воспоминания или поведенческая информация, сеть значимости будет определять направление внимания на основе телесных ощущений, независимо от того, направлены ли люди на переживание эмоции или объективное размышление о ситуации. Этот вывод согласуется с несколькими недавними предположениями в литературе о том, что телесные сигналы являются повсеместным компонентом психической жизни, в том числе в состояниях, связанных с восприятием (Barrett & Bar, 2009; Cabanac, 2002), суждением (Clore & Huntsinger, 2007), задачами, включающими усилия (Critchley, et al., 2003), и в сознании в целом (Craig, 2009; Damasio, 2000). Этот вывод также согласуется с недавними исследованиями, демонстрирующими, что представление концепций эмоций включает моделирование аффективных состояний и состояний тела (Oosterwijk, Rotteveel, Fischer, & Hess, 2009; Oosterwijk, Topper, Rotteveel, & Fischer, 2010), а также с исследованиями, которые предполагают что представления состояний тела участвуют, когда участники понимают словесные описания «когнитивных» состояний (например, мышление, запоминание или внезапное озарение) (Oosterwijk et al., 2012).

4.1.2 Лимбическая сеть

Вопреки нашему прогнозу, наши результаты не выявили устойчивой активации корковых аспектов лимбической сети, как было выявлено Йео и др. (2011) во время переживания телесных чувств, эмоций и мыслей. Однако наш анализ продемонстрировал вовлечение подкорковых частей лимбической сети, которые менее восприимчивы к выпадению сигнала, особенно в паллидуме и скорлупе. Исследования, предполагающие, что базальные ганглии играют роль в мотивированном поведении (Graybiel, 2005, 2008), согласуются с гипотезой о том, что эти структуры участвуют в генерации основных аффективных состояний.Например, функция базальных ганглиев показывает взаимосвязь с тяжестью симптомов расстройств, при которых генерация аффектов нарушена. В частности, степень связи базальных ганглиев с другими областями в пределах предполагаемой сети генерации основных аффектов, таких как вентромедиальная префронтальная кора головного мозга, связана с тяжестью симптомов депрессии (Marchand et al., 2012), а поражения базальных ганглиев приводят к большей частоте возникновения депрессия после инсульта, чем поражения в других частях мозга (Morris, Robinson, Raphael, & Hopwood, 1996; Vataja et al., 2004).

Миндалевидное тело, другая подкорковая структура в нашей предполагаемой лимбической сети, в нашем исследовании не продемонстрировало повышенной активности. Хотя предполагается, что миндалевидное тело обычно участвует в эмоциях, более пристальный взгляд на литературу показывает, что активность миндалевидного тела с большей вероятностью будет происходить во время сенсорного восприятия поведенческих стимулов, чем во время внутренне сфокусированного опыта аффективных психических состояний, как это произошло в наша задача (метаанализ см. в Costafreda et al.2008; Lindquist et al. под давлением). В соответствии с нашими выводами недавнее исследование не смогло зафиксировать повышенную активность миндалины, когда участники испытывали социальный стресс в сканере (Wager et al. 2009).

4.1.3 Сеть по умолчанию

Мы обнаружили общее участие сети по умолчанию в ментальных состояниях, что согласуется с гипотезой о том, что эта сеть необходима для построения ситуативной концептуализации, которая создает состояние тела, эмоции или мысли. Гипотеза о том, что сеть по умолчанию поддерживает концептуализацию, согласуется с ролью сети по умолчанию в атрибуции психического состояния (Mitchell, et al., 2005), эмоциональный опыт (Kober, et al., 2008; Lindquist, Wager, Kober, et al., В печати), воспоминание об автобиографическом прошлом (Addis, et al., 2007; Spreng & Grady, 2010), спонтанное мышление (Andrews-Hanna, Reidler, Huang, & Buckner, 2010) и семантическая и концептуальная обработка (Binder, et al., 2009; Visser, Jefferies, & Lambon Ralph, 2010). Мы предполагаем, что то, что объединяет эти разрозненные области, — это процесс концептуализации, в котором репрезентации предшествующего опыта используются для построения репрезентаций прошлого, будущего или настоящего момента.Эти области необходимы для придания значения действиям других, для придания значения собственному базовому аффективному состоянию, для вспоминания предшествующего опыта во время примеров памяти и спонтанного мышления и для представления значения концепций путем моделирования экземпляров категорий (для обсуждения, см. Lindquist & Barrett, на обзоре; Lindquist, Wager, Kober, et al., в печати).

Сеть по умолчанию, как определено Йео и др., Состоит из аспектов медиальной префронтальной коры (mPFC), аспектов треугольной части и орбитальной части, верхней височной доли, угловой извилины и аспектов предклинья. .В нашем исследовании мы обнаружили общее вовлечение боковой орбитофронтальной коры и треугольной части (BA 45) через телесные чувства, эмоции и мысли. Эти области были особенно связаны с семантической обработкой (Binder et al. 2009; Visser et al. 2010) и могут отражать подсеть (см. Yeo et al. 2011, 17-network parcellation; Smith et al. В печати) внутри сеть по умолчанию, которая специально поддерживает язык (Lindquist & Barrett, на рассмотрении; Smith et al. в печати).Примечательно, что наш анализ конъюнкций не привел к увеличению активности во всей сети по умолчанию. Однако наш анализ конъюнкции не привел к значительному уменьшению в основных регионах сети по умолчанию, предполагая, что телесные чувства, эмоции и мысли задействовали сеть по умолчанию в той же степени, что и спонтанные мысли, наблюдаемые во время фиксации (Эндрюс -Hanna et al.2010). Поскольку многие основные области в сети по умолчанию (например, mPFC, PCC) демонстрируют повышенную активацию во время фиксации и, таким образом, проявляются как пониженная активность во время других задач (отсюда и название сети «по умолчанию»; Raichle et al., 2001), мы, вероятно, поставили себя в невыгодное положение, обнаружив устойчивое увеличение сети по умолчанию во время построения психического состояния, сравнивая активность задачи с фиксацией. В соответствии с этой интерпретацией, мы обнаружили прогнозируемую активацию в классических областях по умолчанию (например, mPFC, PCCC) в нашем контрастном анализе (описанном ниже), когда мы сравнивали один тип психического состояния с другим.

4.1.4 Лобно-теменная сеть

Мы обнаружили общее участие аспекта лобно-теменной сети в состояниях тела, эмоциях и мыслях, предполагая, что все эти психические состояния связаны с исполнительным вниманием.Области мозга в этой сети, как правило, имеют повышенную активность во время «контроля внимания сверху вниз» (Corbetta & Shulman, 2002), например, при «поддержании памяти» (Cole & Schneider, 2007), «представлении правил» (Crone, Wendelken, Donohue, & Bunge, 2006) и «планирование» (Fincham, Carter, van Veen, Stenger, & Anderson, 2002). Мы предполагаем, что эта сеть модулирует активность в других функциональных сетях, чтобы помочь построить экземпляр психического состояния. Активность в этой сети может отражать когнитивный контроль, необходимый для реализации процессов концептуализации основного аффекта.Лобно-теменная сеть, как было определено Yeo et al., Состоит из аспектов дорсолатеральной префронтальной коры, аспектов поясной коры, лобного острова и аспектов нижней теменной доли и предклиния. В нашем исследовании в дорсолатеральной префронтальной коре наблюдалась повышенная активность телесных чувств, эмоций и мыслей.

4.2 Различные профили или «рецепты ингредиентов» по-разному влияют на разные психические состояния

Хотя одни и те же распределенные сети мозга участвовали в телесных чувствах, эмоциях и мыслях, мы также обнаружили доказательства того, что разные сетевые профили были связаны с каждой категорией психического состояния .По сравнению с мыслями, телесные ощущения включали относительно большее увеличение активности в сети значимости (т. Е. Дорсальный передний островок с двух сторон, левый vlPFC, включая pars opercularis, и правый aMCC). Эмоции также продемонстрировали повышенную активацию в сети значимости по сравнению с мыслями (то есть в левом vlPFC, правом aMCC и правом TPJ), хотя и в немного разных областях. Кроме того, телесные ощущения задействовали подкорковые области, которые, как предполагается, участвуют в основной аффективной генерации, такие как таламус, паллидум и хвостатое тело, в большей степени, чем мысли.

По сравнению с телесными ощущениями, эмоции вовлекали относительно большее участие сети по умолчанию, особенно в левой передней височной доле (ATL). Аспекты ATL являются частью сети по умолчанию и связаны с представлением концептуальных знаний (Binder, et al., 2009; Visser, et al., 2010). Эти данные предполагают, что переживание эмоции по сравнению с состоянием тела характеризуется более сильным вовлечением процесса концептуализации для придания значения телесным ощущениям в данный момент.Эти результаты согласуются с поведенческими данными, демонстрирующими, что такие понятия, как «гнев» или «страх», используются для преобразования телесных ощущений в переживание эмоции (например, Lindquist & Barrett, 2008a). Точно так же истончение кортикального слоя при ATL из-за нейродегенеративного заболевания ухудшает способность пациентов воспринимать эмоциональные выражения лица как примеры дискретных эмоциональных чувств (например, гнев против страха) (Lindquist, Gendron, Barrett, & Dickerson, рассматривается).

Мысли также продемонстрировали большее вовлечение сети по умолчанию (двусторонняя верхняя височная извилина, левый предклинье и левый мПФК) по сравнению с телесными ощущениями.Кроме того, несколько регионов в сети по умолчанию, включая левую и правую верхнюю височную извилину и левую mPFC, продемонстрировали относительно большее увеличение активности, когда участники генерировали мысли, чем когда они генерировали эмоции. Этот вывод согласуется с нашим предположением о том, что концептуализация играет большую роль в ментальных состояниях, когда людям необходимо планировать, ассоциировать и размышлять над ситуацией (мыслью), чем в ментальном состоянии, в котором основное внимание уделяется телесным ощущениям. Более того, это открытие также предполагает, что мысль может включать процесс концептуализации в большей степени, чем эмоции.Эта интерпретация согласуется с устойчивым участием сети по умолчанию в памяти и предсказании будущего (Addis, et al., 2007), теории разума (Spreng & Grady, 2010), семантической памяти (Binder, et al., 2009; Visser, et al., 2010) и другие так называемые «когнитивные» психические состояния, связанные с репрезентацией предшествующего опыта.

Конкретная комбинация активации в регионах в сети по умолчанию и в регионах в сети значимости (как видно из анализа конъюнкции) во время мысли и эмоций согласуется с недавним исследованием, которое продемонстрировало связь между регионами сети по умолчанию (rTPJ, vmPFC и PCC / предклинье), аспекты сети значимости (передний островок, SMA, aMCC) и первичной сенсомоторной коры во время задач ментализации (Lombardo et al., 2009). Интересно, что эта модель взаимосвязи возникла как тогда, когда участники мыслят о себе, так и когда они мыслят о других, предполагая перекрытие между двумя процессами, которые были разделены в литературе. По мнению авторов, этот паттерн связности предполагает взаимодействие между «воплощенными / основанными на симуляции представлениями» и областями, которые поддерживают «высокоуровневую ментализацию, основанную на умозаключениях». Эта точка зрения согласуется с конструкционистской точкой зрения, согласно которой представления сенсомоторных и соматовисцеральных ощущений сочетаются с концептуализацией для создания определенного ментального содержания.В будущих исследованиях следует оценить степень, в которой сеть значимости и сеть по умолчанию различаются с точки зрения функциональной связи между эмоциями, состояниями тела и мыслями. Например, одна из гипотез состоит в том, что исходные области в сети значимости и сети по умолчанию демонстрируют большую взаимосвязь во время эмоций и мыслей (которые требуют большей концептуализации) по сравнению с телесными чувствами.

Хотя у нас не было априорных гипотез об относительной вовлеченности лобно-теменной сети в психические состояния, мы заметили, что эта сеть была относительно более активной, когда люди сосредоточивались на чувствах своего тела, чем когда люди генерировали эмоции.Это открытие дает некоторое представление о расстройствах, которые связаны с чрезмерной бдительностью (например, паническое расстройство и симптоматика тревожности; Schmidt, Lerew, & Trakowski, 1997). Повышенная активность лобно-теменной сети также может быть истолкована как свидетельство того, что участникам было труднее создавать ощущения тела, чем создавать эмоции или мысли в нашей задаче, хотя их субъективные оценки не поддерживали эту интерпретацию.

4.3 Последствия

Настоящие результаты представляют несколько иную функциональную архитектуру основных строительных блоков человеческого разума, чем то, что предполагается с точки зрения факультета психологии.В отличие от традиционных подходов факультетской психологии, которые были популярны в когнитивной нейробиологии в течение последних трех десятилетий, наши результаты показывают, что было бы полезно использовать конструкционистский подход при попытке понять, как мозг создает ментальные состояния, в которых мысли и чувства возникают из сочетание внутренних сетей. Эти сети можно описать в терминах основных, общих психологических компонентов предметной области (таких как основной аффект, концептуализация, исполнительное внимание и экстероцептивное ощущение), которые можно наблюдать как элементы множества психических состояний, составляющих человеческий разум.Наши результаты показывают, что в рамках этой функциональной архитектуры продуктивно сосредоточиться на широкомасштабных внутренних нейронных сетях при интерпретации данных функциональной нейровизуализации. Эта идея согласуется с растущим призывом к сетевому пониманию функций мозга (Bullmore & Sporns, 2009; Fuster, 2006; Goldman-Rakic, 1988; McIntosh, 2000; Mesulam, 1998; Pessoa, 2008). Наши результаты также подчеркивают важность изучения распределенных паттернов активации мозга для понимания психических состояний с разным содержанием, а не сосредоточения внимания на отдельных областях.В наиболее экстремальной версии этого подхода психологическая функция существует как функциональное взаимодействие этих областей, так что изолированные области выполняют различные психологические функции в зависимости от того, с чем они связаны в конкретном случае. В будущих направлениях будет важно использовать многомерные методы (например, McIntosh, Bookstein, Haxby, & Grady, 1996), функциональный анализ связности и другие нейроинформатические подходы, которые позволят исследователям понять, как отдельные области мозга работают вместе, чтобы создать базовый экземпляр. психологические процессы при психических состояниях.

Во-вторых, настоящие открытия проливают новый свет на функции определенных областей мозга, поскольку они вносят вклад в широкомасштабные функциональные сети. Например, мы обнаружили повышенную активацию в области, известной как TPJ, во всех психических состояниях в нашем исследовании. Тем не менее, TPJ иногда называют «нейронным коррелятом» восприятия мыслей других людей, исходя из предположения, что он последовательно и специально выполняет нейронные вычисления для теории разума (Saxe & Kanwisher, 2003; Young, Cushman, Hauser, & Saxe, 2007 ).Наши результаты показывают, что TPJ вряд ли будет играть такую ​​специфическую роль (аналогичную точку зрения см. Mitchell, 2008), поскольку его аспекты (например, надмаргинальная извилина) являются частью более крупной сети значимости, в которой мы наблюдали повышенную активность во время генерации. собственных психических состояний (а не просто размышления о чужом опыте) (другое обсуждение см. Decety & Grezes, 2006). Если сеть значимости (включая TPJ) участвует (по крайней мере частично) в представлении основного аффекта, это объясняет ее участие в задачах, связанных как с генерацией, так и с восприятием ментальных состояний.В исследованиях восприятия психического состояния другими (например, в теории разума) TPJ мог иметь повышенную активность, потому что другие люди являются значимыми стимулами (и, следовательно, представлены как имеющие основную аффективную ценность) (Mitchell, 2008). В качестве альтернативы может потребоваться моделирование основного аффективного состояния другого человека, когда он пытается понять, что он думает и чувствует (т. Е. Теория разума опирается на воплощение аффективных состояний; Ломбардо и др., 2009). Еще другие аспекты TPJ (угловая извилина) являются частью сети по умолчанию, участвующей в концептуализации.Одна из возможностей состоит в том, что роль TPJ зависит от его «нейронного контекста», в котором функция области мозга зависит от других областей, с которыми она функционально связана в данный момент времени (например, McIntosh, 2000). Другая возможность состоит в том, что существуют разные функциональные подобласти TPJ, которые по отдельности вносят вклад в основной аффект и концептуализацию. Эта основа для понимания функции области мозга также применима к другим областям, которые показали повышенную активность в нашем исследовании (например, MPFC, aMCC, островок), которые в литературе приписываются определенным психическим состояниям (например,g., самореференционная обработка; Келли и др., 2002; например, конфликт; Кернс, 2004; например, отвращение; Wicker, et al., 2003).

4.4. Ограничения

Результаты настоящего исследования породили вопросы, которые могут стать темой будущих исследований. Например, неожиданным открытием было то, что различия между психическими состояниями возникали на разных этапах экспериментальной задачи. Например, различия в активности в сети значимости были наиболее выражены между психическими состояниями, когда участники погружались в сценарий.Напротив, фаза переживания не показала различий в пределах сети значимости между телесными чувствами, эмоциями и мыслями, предполагая, что все психические состояния в одинаковой степени включали аффективные процессы во время фазы переживания. Эти результаты можно понять, если учесть, что телесные чувства формировались быстрее, чем эмоции и мысли. Участники могли начать формирование телесных ощущений на ранней стадии фазы погружения, что соответствовало более сильному вовлечению сети значимости во время погружения и более короткому времени отклика во время фазы опыта.Тем не менее, эта интерпретация не объясняет более сильного вовлечения сети значимости во время фазы погружения в эмоции. Другая возможная интерпретация этого открытия заключается в том, что подсказка участникам испытать состояние тела или эмоции заставляла их уделять внимание телесным и аффективным деталям сценария, исключая другие детали, тогда как в мыслях они обращали внимание на не связанные с телом / аффективные детали. Мы не можем исключить такую ​​интерпретацию с учетом параметров дизайна исследования.Одним из способов прояснения этого вопроса в будущих исследованиях было бы запретить участникам видеть сигнал до тех пор, пока они не услышат сценарий. Тем не менее, третья интерпретация этого открытия заключается в том, что телесные чувства и эмоции задействуют сеть значимости больше, чем мысли, но только в начальные моменты опыта (например, когда он изначально создается), а не по мере того, как опыт сохраняется с течением времени. То есть относительное участие различных распределенных сетей во время производства психических состояний может зависеть не только от типа психического состояния — оно также может зависеть от временного хода состояния.Этот вопрос — тема будущих исследований.

Еще одно открытие настоящего исследования, которое заслуживает большего экспериментального внимания, — это открытие, что состояния тела и мысли более отличаются друг от друга, чем от эмоций. Хотя возможно, что наши манипуляции эмоциями были менее устойчивыми, чем другие экспериментальные условия, или что участники не адекватно создавали эмоции в ответ на сценарии, эта интерпретация не подтверждается результатами нашего самоотчета.Участники сообщили, что они добились такого же успеха в создании эмоций, как состояния тела и мысли, и что они испытывали эмоции так же ярко, как и другие состояния. В будущих исследованиях следует попросить участников оценить специфичность, с которой они испытали каждое состояние на основе испытания за испытанием. Окончательная интерпретация этого открытия, которая была априори предсказана нашей конструкционистской точкой зрения, состоит в том, что по замыслу (а не в результате экспериментальной неудачи) эмоции разделяют многие «ингредиенты», которые также включают как состояния тела, так и мысли.Мы предположили (Barrett, 2006) и продемонстрировали (Lindquist & Barrett, 2008a) в другом месте, что эмоции — это состояния, которые одновременно являются аффективными и концептуальными. В будущих исследованиях следует продолжить изучение того, в какой степени эмоции представляют собой психические состояния, состоящие как из аффективных, так и из концептуальных компонентов.

Наконец, ограничение настоящего исследования состоит в том, что в нем не измерялись индивидуальные различия в когнитивных способностях, которые могли ограничивать способность участников конструировать психические состояния.Одна из гипотез конструкционистской структуры состоит в том, что люди с большей емкостью рабочей памяти смогут лучше получить доступ к релевантной концептуальной информации и запретить нерелевантную концептуальную информацию во время построения ментальных состояний (Barrett, Tugade & Engel, 2004; Lindquist & Barrett, 2008b). Таким образом, в будущем было бы интересно смоделировать степень, в которой люди с большей емкостью рабочей памяти не только более успешны в такой задаче, но и с большей вероятностью будут иметь дискретные и устойчивые психические состояния в целом.

4.5 Будущие направления

В данной статье мы попытались описать каждую внутреннюю сеть с психологической точки зрения. Важно признать, что эти психологические описания являются первой гипотезой и только отправной точкой. В будущих исследованиях будет важно продолжить определение и уточнение конструкционистской структуры, которую мы изложили в этой и других статьях (Barrett, 2006, 2009; Barrett et al., 2007; Barrett, Lindquist, & Gendron, 2007; Барретт, Мескита и др., 2007; Линдквист и Барретт, 2008a, 2008b; Линдквист, Вейджер, Блисс-Моро и др. В печати; Линдквист, Вейджер, Кобер и др. В печати; Wilson-Mendenhall и др., 2011). Лучшие психологические описания существующих сетей, несомненно, будут меняться по мере накопления данных с течением времени. Возможно, дальнейшая цель состоит в том, чтобы описать психологически самые основные «общие знаменатели», которые свяжут ряд результатов, полученных в разных областях задач, которые на первый взгляд кажутся очень разными (см. Lindquist & Barrett, в обзоре).Например, определение сети значимости как функциональной группы, которая представляет основную аффективную информацию от тела для направления внимания и поведения, объясняет не только роль этой сети в эмоциях, но и в фокусе внимания, мониторинге производительности, языке, обработке сенсорных данных и т. Д. сознание в более общем плане (обзоры см. Craig, 2009; Nelson, et al., 2010). Важно отметить, что конструкционистская концепция не просто переименовывает сети, чтобы соответствовать одной конкретной теоретической точке зрения.Вместо этого он пытается предоставить функциональные описания распределенных сетей, которые содержат многолетние нейровизуализационные исследования эмоций, памяти, мышления, семантики и так далее, чтобы пролить новый свет на то, как сознание отображается на мозг.

Анализ внутренних сетей остается важным направлением будущих исследований, поскольку наука пытается определить самые основные общие знаменатели психологического опыта. Например, явное моделирование времени позволило исследователям идентифицировать пространственно различные внутренние сети, которые также максимально различны с точки зрения их временной динамики (Smith et al., под давлением). Smith et al. продемонстрировать, например, что сеть по умолчанию может быть далее проанализирована на определенные во времени подсети, каждая из которых может иметь различные психологические функции (например, язык v., представляющий предыдущий опыт). Благодаря таким уточнениям исследователи будут лучше оснащены для обнаружения строительных блоков психических состояний.

Наконец, хотя конструктивный подход все еще недостаточно определен, а дальнейшая проработка и уточнение имеют решающее значение, наши результаты дополняют растущий объем литературы, в которой предполагается, что факультетская психология должна быть отброшена как научная основа для понимания того, как мозг создает разум.Результаты нашего исследования показывают, что мозг не может быть разделен на разные области для разных умственных способностей, которые соответствуют уникальным умственным переживаниям индивидуально. Как возникающее явление, психические состояния с особой феноменологией, такие как телесные чувства, эмоции и мысли, не обязательно локализуются в отдельных регионах (или даже сетях) в человеческом мозгу. Люди обладают способностью испытывать самые разные психические состояния, и только изучая это разнообразие, мы сможем, наконец, понять основные строительные блоки, из которых они состоят.

Эмоции, чувства тела и мысли разделяются распределенными нейронными сетями

Аннотация

Ученые традиционно предполагали, что разные виды психических состояний (например, страх, отвращение, любовь, память, планирование, концентрация и т. Д.) Соответствуют разным психологическим состояниям. способности, которые имеют доменные корреляты в головном мозге. Тем не менее, все больше свидетельств указывает на конструкционистскую гипотезу о том, что психические состояния возникают из комбинации общих психологических процессов, которые отображаются в крупномасштабных распределенных сетях мозга.В этой статье мы сообщаем о новом исследовании, тестирующем конструкционистскую модель разума, в которой участники генерировали три типа психических состояний (эмоции, телесные чувства или мысли), в то время как мы измеряли активность в крупномасштабных распределенных сетях мозга с помощью фМРТ. Мы исследовали сходство и различия в паттернах сетевой активности в этих трех классах психических состояний. В соответствии с конструкционистской гипотезой комбинация крупномасштабных распределенных сетей способствовала эмоциям, мыслям и телесным ощущениям, хотя эти психические состояния различались по относительному вкладу этих сетей.Обсуждаются последствия для конструкционистской функциональной архитектуры различных психических состояний.

Ключевые слова: конструкционист, эмоция, мысль, телесные чувства, внутренние сети

1. Введение

В каждый момент бодрствования человеческий разум состоит из множества психических состояний. Эти психические состояния обычно называют в терминах здравого смысла, таких как эмоции (например, страх, отвращение, любовь), познания (например, восстановление воспоминаний, планирование будущего, концентрация на задаче), восприятия (например,ж., восприятие лица, восприятие цвета, восприятие звука) и т. д. С самого начала психологической науки исследователи предполагали, что каждое из этих слов относится к отдельному и особому виду умственной категории или «способности» (Lindquist & Barrett, в обзоре; Uttal, 2001). Соответственно, более века ученые искали физические корреляты этих ментальных категорий — в поведении, периферической физиологии и, в последнее время, в функционирующем мозге. Например, когнитивные нейробиологи попытались идентифицировать единую нейронную основу страха (например,g., Whalen et al., 1998), отвращение (например, Wicker et al., 2003), любовь (например, Bartels & Zeki, 2000), самость (например, Northoff & Bermpohl, 2004), эпизодическая память (Rugg , Otten, & Henson, 2002), семантическая память (например, Grossman et al., 2002), рабочая память (например, D’Esposito et al., 1998), восприятие лица (например, Kanwisher, McDermott, & Chun, 1997 ) и так далее. Двадцать лет исследований нейровизуализации, однако, показывают, что мозг не принимает во внимание категории психологии преподавателей (Barrett, 2009b; Duncan & Barrett, 2007; Gonsalves & Cohen, 2010; Lindquist & Barrett, на рассмотрении; Lindquist, Wager, Kober, Bliss , & Barrett, в печати; Pessoa, 2008; Poldrack, 2010; Uttal, 2001).

Вместо того, чтобы выявлять специфические для каждой умственной способности области мозга, зависящие от предметной области, растущее количество свидетельств указывает на гипотезу о том, что различные психические состояния возникают из комбинации общих психологических процессов или «ингредиентов», которые соответствуют крупномасштабным распределенным сетям. в ассоциативных областях мозга (см., Barrett, 2009b; Barrett, 2011). В психологии существует теоретическая традиция выдвигать гипотезы о том, что психические состояния возникают в результате комбинации более основных, общих психологических процессов, — это известно как конструкционистский подход.На протяжении прошлого столетия конструкционистский подход был наиболее популярен в моделях эмоций (например, Barrett, 2006, в печати; Harlow & Stagner, 1932; Lindquist, Wager, Kober, et al., В печати; Russell, 2003; Schachter). & Singer, 1962; обзор см. В Gendron & Barrett, 2009), хотя его корни можно найти в самых ранних работах по психологии (Dewey, 1895; James, 1890; Wundt, 1897/1998). Суть конструкционистского подхода состоит в том, что в каждый момент бодрствования мозг конструирует психические состояния, такие как эмоции, состояния тела и мысли, создавая ситуативные концептуализации (Barrett, 2006; Barsalou, 2009), которые объединяют три источника стимуляции. : сенсорная стимуляция из внешнего мира (экстероцептивный сенсорный массив света, вибраций, химических веществ и т. д.), сенсорные сигналы изнутри тела (соматовисцеральная стимуляция, также называемая интероцептивным сенсорным массивом или «внутренней средой») и предшествующий опыт (также называемый памятью или категориальным знанием, которое мозг частично делает доступным за счет реактивации сенсорных и моторных нейронов).Эти три источника — ощущения от мира, ощущения от тела и предшествующий опыт — доступны постоянно, и сети мозга, которые их обрабатывают, можно рассматривать как часть основных ингредиентов, формирующих всю психическую жизнь. Предполагается, что различные «рецепты» (комбинация и взвешивание ингредиентов) производят бесчисленное количество ментальных событий, которые люди дают здравым смыслом (например, «эмоции», «познания» и «восприятие»). С этой точки зрения ментальные категории, такие как эмоции, познания и восприятия, заполнены разнообразным набором примеров, которые являются событиями, которые нужно объяснить, а не конкретными причинными процессами, связанными с конкретными областями мозга или сетями.

Есть три направления работы, которые поддерживают конструктивистскую функциональную архитектуру ментальных состояний. Во-первых, в литературе по нейровизуализации растет понимание того, что одни и те же сети усиливают активацию в самых разных областях психологических задач. Например, «сеть по умолчанию», включающая области медиальной префронтальной коры, медиальной височной доли и задней поясной коры, имеет повышенную активацию во время эмоций (например, Lindquist, Wager, Kober, et al., в печати), регулирование эмоций (например, Wager, Davidson, Hughes, Lindquist, & Ochsner, 2008), репрезентация себя (например, Kelley et al., 2002), приписывание психического состояния другим (например, Mitchell, Banaji , & Macrae, 2005), моральное рассуждение (например, Young, Scholz, & Saxe, в печати), эпизодическая память и прогнозирование (например, Addis, Wong, & Schacter, 2007), семантическая обработка (например, Binder, Desai, Graves , & Conant, 2009), и даже контекстно-зависимое визуальное восприятие (Bar et al., 2006).«Сеть значимости», включающая кору островка и переднюю срединную кору головного мозга, имеет повышенную активность во время эмоций (например, Lindquist, Wager, Kober и др., В печати), боли (например, Lamm, Decety, & Singer, 2010). тревога (например, Seeley et al., 2007), внимание, язык (см. Nelson et al., 2010) и восприятие времени (см. Craig, 2009). Даже сенсорные области мозга, которые когда-то считались унимодальными и специфичными для домена (например, первичная слуховая и зрительная кора), реагируют на другие сенсорные домены (например,g. слуховые нейроны проявляют повышенную активность при предъявлении зрительных стимулов; Бизли и Кинг, 2008; зрительные нейроны проявляют повышенную активность при предъявлении слуховых раздражителей; Cate et al., 2009). Эти результаты показывают, что отсутствие поддержки факультетской психологии — это не просто артефакт плохого пространственного или временного разрешения в методах нейровизуализации.

Фактически, метаанализы, обобщающие литературу по нейровизуализации по ментальным категориям, таким как эмоции, личность, память и т. Д.подтверждают, что области мозга демонстрируют небольшую психологическую специфичность (по крайней мере, для этих категорий или для их подчиненных категорий, таких как гнев, страх, отвращение, автобиографическое Я, обработка самореференций, автобиографическая память, семантическая память и т. д.). Например, наш метааналитический проект по эмоциям продемонстрировал, что миндалевидное тело (ранее считавшееся связанным со страхом), передняя островковая часть (AI) (ранее считавшаяся связанной с отвращением), передняя средняя часть коры головного мозга (aMCC) и орбитофронтальная кора головного мозга. (OFC) (ранее считалось, что они связаны с грустью и гневом соответственно), каждая из которых демонстрировала повышенную активность в переживании и восприятии множества различных эмоций, что указывает на то, что повышенная активность в этих областях не является специфической для какой-либо одной категории эмоций (Lindquist, Wager , Кобер и др., под давлением). Кроме того, во время переживания и восприятия эмоций повышалась активность в областях, обычно связанных с автобиографической памятью и поиском, языком и семантикой, а также исполнительным контролем (Barrett, Mesquita, Ochsner & Gross, 2007; Kober, et al., 2008). ; Lindquist, Wager, Kober, et al., В печати). Мета-анализы, оценивающие нейронные корреляты других психических состояний, демонстрируют аналогичную точку зрения. Например, один метаанализ показал, что тот же набор срединных областей коры, которые составляют «сеть по умолчанию» (включая гиппокамп, медиальную префронтальную кору и заднюю часть поясной извилины), демонстрирует повышенную активность памяти, перспективу на будущее, теорию разума. , спонтанное мышление и пространственная навигация (Spreng, Mar, & Kim, 2009).Другой недавний метаанализ демонстрирует, что аналогичный набор регионов в дорсальной префронтальной и теменной корках задействован в рабочей памяти, выборе ответа, торможении ответа, переключении задач и когнитивном контроле (Lenartowicz, Kalar, Congdon, & Poldrack, 2010).

Вторая линия доказательств, подтверждающих жизнеспособность конструкционистского подхода к сознанию, исходит из исследований электростимуляции и повреждений. Электрическая стимуляция одного и того же участка человеческого мозга вызывает разные психические состояния в разных случаях (Halgren, Walter, Cherlow, & Crandall, 1978; Sem-Jacobson, 1968; Valenstein, 1974).Даже исследования человеческих повреждений согласуются с идеей о том, что области мозга не являются специфичными для какого-либо одного психического состояния. Например, речевое расстройство, называемое афазией Брока, вызывается поражениями, выходящими за пределы области Брока, области мозга, которая, как считается, отвечает за производство речи (Mohr et al., 1978). В качестве другого примера, поражения миндалины не связаны конкретно с дефицитом обработки, связанной со страхом. Пациенту с двусторонним поражением миндалины (т. Е. СМ) трудно воспринимать страх на лицах других людей (например,g., Adolphs, Tranel, Damasio, & Damasio, 1994; Адольфс, Транель, Дамасио и Дамасио, 1995; Adolphs et al., 1999), но более поздние результаты показывают, что пациентка SM способна воспринимать страх, когда ее внимание явно направлено на глаза лица (Adolphs et al., 2005) или при просмотре карикатур на пугающие позы тела ( Аткинсон, Хеберлейн и Адольфс, 2007). Эти результаты предполагают, что миндалевидное тело может играть более общую роль в привлечении внимания к новым или мотивационно релевантным стимулам, которые способствуют возникновению страха, но что миндалевидное тело не является специфическим для страха (обсуждения см. В Cunningham & Brosch, в печати; Lindquist, Wager , Кобер и др., под давлением).

Наконец, развивающаяся наука о «внутренних сетях» согласуется с идеей о том, что функциональная архитектура мозга содержит сети, которые соответствуют общим психологическим процессам предметной области, а не конкретным категориям психических состояний. Путем корреляции низкочастотных колебаний сигнала, зависящего от уровня оксигенации крови (ЖИРНЫЙ), в гемодинамической реакции вокселов, когда мозг находится «в состоянии покоя» (то есть, когда он не исследуется внешним стимулом или не выполняет направленную задачу), можно идентифицировать крупномасштабные распределенные сети, которые охватывают лобную, поясную, теменную, височную и затылочную коры.Эти сети хорошо воспроизводятся в исследованиях, в которых используются разные статистические методы, и наблюдаются как с помощью методов на основе семян (например, Vincent, Kahn, Snyder, Raichle, & Buckner, 2008), так и других многомерных методов (например, анализ независимых компонентов; ICA; Smith et al., 2009) и кластерный анализ (Yeo et al., 2011). Эти внутренние сети ограничены анатомическими связями (Buckner, 2010; Deco, Jirsa, & McIntosh, 2010; Fox & Raichle, 2007; Vincent, et al., 2008), поэтому они, кажется, раскрывают нечто фундаментальное о функциональной организации. к человеческому мозгу.Учитывая, что на внутреннюю активность приходится значительная часть метаболического бюджета мозга (Raichle & Minton, 2006), вполне возможно, что эти сети могут быть основными психологическими «ингредиентами» разума. Хотя в настоящее время идентифицирован ряд внутренних сетей, ни одна из них, похоже, не соответствует мозговой активности, которая соответствует категориям в подходе факультетской психологии (то есть, похоже, не существует единой сети для «гнева» или даже «эмоции» против . «Познание»).

1.1 Настоящее исследование

В этой статье мы сообщаем о новом исследовании, тестирующем конструкционистскую модель разума, в котором мы измеряли активность в крупномасштабных распределенных сетях мозга с помощью фМРТ, поскольку участники генерировали три типа психических состояний (эмоции, телесные ощущения). , или мысли).Затем мы исследовали сходство и различия в паттернах сетевой активности в трех психических состояниях. В нашем эксперименте участники познакомились с новой техникой погружения в сценарий (Wilson-Mendenhall, Barrett, Simmons, & Barsalou, 2011), которая вызывает ментальные события, как они происходят в повседневной жизни, что позволяет нам изучать виды субъективных переживаний, которые уникальны. человека (см. также Frith, 2007). Психология часто предполагает, что психические состояния возникают только тогда, когда человека исследуют внешние раздражители (на основе старой модели психики, заимствованной из физиологии в 19 веке; Danziger, 1997).Тем не менее, психические состояния не подчиняются этой классической модели «стимул-реакция» большую часть времени — людям не нужен стимул в физическом мире, чтобы иметь богатые и субъективно сильные эмоции, чувства или мысли (например, Killingsworth & Gilbert, 2010). . Мы попытались отдать должное этой особенности ментальной жизни, используя технику погружения в сценарий как экологически обоснованный метод, который направляет ментальное содержание, сохраняя при этом некоторую безудержность субъективного ментального опыта.

Участники услышали насыщенные сенсорными ощущениями яркие сценарии неприятных ситуаций, и их попросили создать ситуативную концептуализацию, во время которой каждая ситуация переживалась как состояние тела (например,g., сердцебиение, прикосновение предмета к коже, взгляды, запахи, неприятные ощущения), эмоция (например, страх, гнев) или мысль (например, план, размышление). В начале каждого испытания участников подбирали по типу психического состояния, которое нужно было построить на этом испытании. Следуя подсказке, участники слушали сценарий по мере их построения, а затем подробно описывали состояние тела, эмоции или мысли. Этот метод визуализации был смоделирован после Аддис и его коллеги (2007), которые просили участников «конструировать», а затем «развивать» автобиографические воспоминания.Мы отдельно проанализировали этапы погружения в сценарий и этапы построения + разработки каждого испытания как два события (погружение в сценарий , опыт ).

Взяв сетевую модель сознания в качестве исходного предположения, мы выдвинули гипотезу, что ментальные состояния были созданы в результате взаимодействия сетей (Fuster, 2006; Goldman-Rakic, 1988; McIntosh, 2000; Mesulam, 1998; также см. Bullmore). & Sporns, 2009), где психологическая функция набора областей мозга существует в функциональном взаимодействии этих областей.В частности, мы сосредоточились на семи внутренних сетях, недавно идентифицированных Йео и его коллегами (2011); эти сети были получены из самой большой выборки участников (N = 1000) в любом исследовании внутренней функциональной связи на сегодняшний день, а также воспроизводят сети, указанные в других опубликованных отчетах (например, Fox et al., 2005; Seeley, et al., 2007; Смит и др. 2009; Винсент и др., 2008). перечисляет области мозга, которые, как было установлено, составляют каждую сеть в исследованиях, а также ключевые документы, которые способствуют функциональному пониманию каждой сети.

Таблица 1

Обзор семи представляющих интерес сетей

Сеть Области мозга Области задач Психологическое описание и гипотезы
«лимбическая сеть» (Yeo et al., 2011) двусторонняя передняя височная доля,
медиальная височная доля, субгенуальная
передняя поясная кора, медиальная
и латеральная орбитофронтальная кора

(хотя Yeo et al.Сеть
покрывает только кору, мы также предполагаем, что
базальные ганглии
, включая хвостатый, скорлупу, глобус-спалид
и центральное ядро ​​
миндалины, будут частью
этой сети).

Поколение основного аффекта : задействование висцеромотора
контроль тела для создания основных аффективных чувств
удовольствия или неудовольствия с некоторой степенью возбуждения
.
Гипотеза : Ощущение тела и эмоции> Мысль

«заметная сеть»
(Seeley et al., 2007) или
“вентральное внимание Сеть
»(Yeo et al., 2011; Corbetta & Shulman, 2002) или
“цингулооперкулярный
Сеть »(Винсент и др., 2008)
двусторонний передний средний слой
кора (aMCC), передний островок
(AI) и средний островок, лобная
покрышка и части pars
opercularis и височно-теменное соединение
внимание, направленное на тело : использование репрезентаций из
тела для направления внимания и поведения.Этот ингредиент
может использовать изменения гомеостатического состояния
тела, чтобы сигнализировать о важных событиях в среде
и регулировать поведенческие реакции.
Гипотеза : Ощущение тела и эмоции> Мысль

«сеть по умолчанию»
(Dosenbach et al., 2008;
Винсент и др., 2008; Yeo et al., 2011)
медиальная префронтальная кора, части
треугольной части, ретросплениальная область
, задняя поясная извилина
кора / предклинье, медиальная
височная доля (гиппокамп,
энторинальная кора), двусторонняя
верхняя височная борозда, части
передней височной доли ( ATL),
и угловая извилина
  • автобиографическая память (Spreng & Grady, 2010)

  • prospection (Spreng & Grady, 2010)

  • теория разума (Spreng & Grady, 2010)

  • моральное рассуждение (Greene et al., 2001)

  • контекстно-зависимое визуальное восприятие (Bar, 2004)

  • спонтанное мышление (Andrews-Hanna et al., 2010)

  • эмоция (Lindquist et al., В печати; Andrews-Hanna et al., 2010)

  • семантика, фонология, обработка предложений (Биндер и др. 2009)

концептуализация : представление предшествующего опыта
(т. е. памяти или категорийного знания) для придания
значения ощущений от тела и мира
в настоящий момент.
Гипотеза : Мысли и эмоции> Ощущение тела

«лобно-теменная сеть»
(Dosenbach et al., 2008;
Винсент и др., 2008; Yeo et al., 2011) или «исполнительный
сеть управления »(Seeley et al., 2007)
двусторонняя дорсолатеральная префронтальная
кора (dlPFC), нижняя теменная доля
, нижняя теменная борозда и
аспекты средней поясной извилины
кора головного мозга (mCC)
исполнительное внимание : модуляция активности других
ингредиентов для создания единого поля сознания во время
построения психического состояния (например,
).g., выбор
некоторого концептуального содержания, когда значение состоит из
ощущений, и запрещение другого содержания; выбор
одних ощущений для осознанного осознания и
подавления других).
Никакой конкретной гипотезы не сформулировано

“дорсальное внимание
, сеть »(Corbetta & Shulman, 2002; Yeo et al., 2011;)
двусторонние фронтальные глазные поля, дорсальная
задняя теменная кора, веретенообразная
извилина, область MT +
• нисходящий контроль зрительно-пространственного внимания
(Corbetta et al., 2002)
зрительно-пространственное внимание : модуляция активности ингредиента
для обработки визуального контента, в частности
(например, выбор того, какое зрительное ощущение выбрано для
сознательного осознания и подавление других).
Никакой конкретной гипотезы не сформулировано

«Соматомоторная сеть»
(Йео и др., 2011)
прецентральные и постцентральные гиры
(сенсомоторная кора),
Heschl’sgyrus (первичная слуховая кора
), кора головного мозга, задний островок
Экстероцептивное сенсорное восприятие : представляет
слуховых и тактильных ощущений
Никакой конкретной гипотезы не сформулировано

«визуальная сеть» (Yeo et al.2011) затылочная доля • зрение (Engel et al. 1994) экстероцептивное сенсорное восприятие : представление
зрительных ощущений
Никакой конкретной гипотезы не сформулировано

Мы предположили, что так называемая «лимбическая сеть» »Поддерживает способность мозга генерировать и / или представлять соматовисцеральные изменения, которые воспринимаются как основной аффективный тон, общий для любого психического состояния. Многие философы и психологи предположили, что каждый момент психической жизни имеет какой-то аффективный аспект (например,g., Wundt, 1897), который можно описать как сочетание гедонического удовольствия и неудовольствия с некоторой степенью возбуждения (Barrett & Bliss-Moreau, 2009; Russell & Barrett, 1999). С нашей конструкционистской точки зрения мы называем этот базовый психологический элемент «основным аффектом» (Russell, 2003). Хотя лимбическая сеть, описанная Yeo et al. (2011), ограничена относительно небольшой областью коры (охватывающей только вентромедиальную префронтальную кору и вентральные аспекты височной коры), некоторые подкорковые структуры также, вероятно, являются частью этой лимбической сети.Например, мы выдвигаем гипотезу, что ядра базальных ганглиев являются частью «лимбической» сети, потому что они участвуют в управлении поведением, требующим усилий (Salamone & Correa, 2002; Salamone, Correa, Farrar, & Mingote, 2007) и моторном контроле ( Grillner, Hellgren, Menard, Saitoh & Wikstrom, 2005). Кроме того, центральное ядро ​​миндалевидного тела и периакведуктальный серый средний мозг могут быть частью этой сети, поскольку они, соответственно, участвуют в выработке вегетативных ответов (обсуждение см. В Barrett, Mesquita, et al., 2007) и координации последовательных физиологических и поведенческих реакций (Bandler & Shipley, 1994; Van der Horst & Holstege, 1998). Важно отметить, что базальные ганглии, миндалина и периакведуктальный серый — все проецируются на вентромедиальную префронтальную кору (vmPFC), которая является одной из кортикальных областей в лимбической сети Yeo et al.

Мы предполагаем, что «сеть значимости» (называемая Йео и др., 2011 «вентральным вниманием») использует представления аффекта для управления вниманием и поведением (см. Lindquist & Barrett, в обзоре; Medford & Critchley, 2010) .Важно отметить, что сеть значимости включает аспекты спинной передней части островковой коры и передней средней поясной извилины (aMCC), которые участвуют в исполнительном внимании (Corbetta, Kincade, & Shulman, 2002; Touroutoglou, Hollenbeck, Dickerson & Barrett, в печати). ) и интероцепции (Critchley, Elliott, Mathias, & Dolan, 2000; Critchley, Wiens, Rotshtein, Ohman, & Dolan, 2004), предполагая, что эта сеть является важным источником аффективного внимания в человеческом мозгу (Barrett & Bar, 2009 ; Дункан и Барретт, 2007).Сеть значимости также содержит аспекты вентральной передней островковой доли, которая участвует в переживании аффективных состояний (Touroutoglou, et al., В печати).

Мы предполагаем, что «сеть по умолчанию» способствует представлению или «моделированию» предыдущего опыта и извлечению категорийных знаний для создания ситуативных концептуализаций (т. Е. Придания значения соматовисцеральным изменениям в теле по отношению к непосредственному контексту) . Мы предполагаем, что эта сеть является ключом к процессу реактивации соответствующих распределенных областей мозга для поддержки категорийных знаний, воспоминаний и перспектив будущего путем управления сенсорными и моторными регионами.Задние аспекты сети по умолчанию (например, задняя поясная извилина, предклинье, гиппокамп) могут быть особенно вовлечены в интеграцию зрительно-пространственных аспектов знаний категории (Cavanna & Trimble, 2006), тогда как передние аспекты сети по умолчанию (например, mPFC) могут быть задействованы. вовлечены в интеграцию аффективных, социальных и релевантных для себя аспектов категорийного знания (Gusnard et al. 2001).

«Лобно-теменная сеть» играет исполнительную роль, модулируя активность в других функциональных сетях (т.д., отдавая приоритет некоторой информации и запрещая другую информацию), чтобы помочь сконструировать пример психического состояния. «Сеть дорсального внимания» играет аналогичную роль, направляя внимание, в частности, на визуальную информацию. Мы предполагаем, что во время задачи по погружению в сценарий эти сети способствовали процессам исполнительного контроля, задействованным в выделении определенных типов информации в сознательном осознании, чтобы создать один тип психического состояния над другим. Например, хотя концептуализация важна для всех состояний, она особенно важна для переживаний эмоций и мыслей.Эти сети гарантируют, что психическое состояние воспринимается как единое (обсуждение см. В Lindquist, Wager, Bliss-Moreau, Kober, & Barrett, в печати).

Наконец, «зрительная» и «соматомоторная» сети вместе участвуют в представлении зрительных, проприоцептивных и слуховых ощущений. Мы называем их «экстероцептивными» ощущениями, потому что информация извне тела представлена ​​в виде звуков, запахов, вкусов, проприоцепции и взглядов. Мы предполагаем, что эти ощущения важны при построении всех психических состояний.

включает наши гипотезы для участия каждой сети в телесных чувствах, эмоциях и мыслях. Во-первых, мы предположили, что телесные чувства, эмоции и мысли будут включать некоторую степень аффекта, концептуализации и исполнительного внимания ( Гипотеза 1 ). Следуя этой гипотезе, мы предсказали, что лимбическая сеть, сеть значимости, сеть по умолчанию и лобно-теменная сеть будут обычно задействованы в сочетании всех психических состояний. Во-вторых, мы предположили, что сравнение активности мозга в разных психических состояниях даст относительные различия в вкладе каждого ингредиента в каждый вид состояния (Гипотеза 2) .В частности, мы предсказали, что состояния тела и эмоции задействуют лимбические сети и сети значимости относительно больше, чем мысли (Гипотеза 2а) (см.). Мы также предсказали, что мысли и эмоции будут задействовать сеть по умолчанию относительно больше, чем состояния тела, поскольку мы полагали, что концептуализация будет играть большую роль в ментальных состояниях, где представление предшествующего опыта необходимо для придания значения телесным ощущениям в данный момент ( т.е. эмоции) или когда представление предыдущего опыта используется для руководства планами, ассоциациями и размышлениями о ситуации (т.э., мысль) (Гипотеза 2б) (см.). Наконец, у нас не было априорных предсказаний того, как лобно-теменная, дорсальная, соматомоторная и зрительная сети будут различаться в трех классах психических состояний.

2. Метод

2.1 Участники

Участниками были 21 взрослый правша, носитель английского языка (12 женщин, M , возраст = 26,42, SD , возраст = 5,72). Участники дали письменное информированное согласие в соответствии с наблюдательным советом организации Partners Health Care и получили за свое участие до 200 долларов.Потенциальные участники указали, были ли у них в анамнезе нарушения обучаемости, психические заболевания, клаустрофобия, когнитивная дисфункция или злоупотребление алкоголем / наркотиками при телефонном скрининге, проведенном до включения в исследование. Участники, которые сообщили о любом из этих состояний, не были включены в исследование. Участники были также проверены на использование психоактивных или системных лекарств и на совместимость с МРТ во время этого первоначального телефонного скрининга. Одна участница была дисквалифицирована в день исследования, потому что этим утром она принимала лекарства от мигрени.Окончательная выборка состояла из 20 участников (11 женщин, M , возраст = 26,40, SD , возраст = 5,93). В день эксперимента участники также заполнили Торонтскую шкалу алекситимии из 20 пунктов (TAS-20) (Bagby, Taylor, & Parker, 1994) и несколько других показателей самооценки, которые не имеют отношения к гипотезам, обсуждаемым в этой статье. . Алекситимия — это черта, характеризующаяся внешним мышлением и трудностями в определении и обозначении собственных эмоций (Sifneos, 1973). Ни один из участников нашей выборки не набрал больше порогового значения для Alexithymia (отсечка = 61, M TAS = 38.57; SD TAS = 7,55). Это открытие исключило, что кто-либо из наших участников обладал чертами, которые могли бы затруднить выполнение нашей задачи по построению психического состояния.

2.2 Процедура

В настоящем исследовании использовался новый метод погружения в сценарий, разработанный в нашей лаборатории и ранее использовавшийся в исследованиях нейровизуализации (Wilson-Mendenhall, et al. 2011). В этом методе участникам предлагаются сценарии, которые описывают ситуации от первого лица, и их просят представить каждый сценарий так, как если бы они действительно были там.Сценарии содержат яркие сенсорные детали, чтобы участники могли представить ситуацию в мультимодальной манере, создавая впечатления с высоким уровнем субъективного реализма. Сценарии, использованные в этом исследовании, описывали физические ситуации, связанные с автомобилями, лодками, велосипедами, пешим туризмом, катанием на лыжах, едой, напитками, растениями и животными (см. Примеры). Отрицательные сценарии включали описание физического вреда, тогда как нейтральные сценарии описывали аналогичные физические действия, при которых вреда не было. Набор стимулов состоял как из полных сценариев, так и из сокращенных версий одних и тех же сценариев.Сжатые сценарии были сокращенными версиями полных сценариев, которые все еще отражали суть ситуации и были представлены во время сеанса сканирования из-за ограничений по времени (см. Примеры).

Таблица 2

Полная версия Полная версия
Вы едете домой после того, как не выпили всю ночь
. Длинный отрезок дороги
перед вами кажется бесконечным. Вы закрываете глаза на мгновение
.Автомобиль начинает заносить. Вы просыпаетесь.
Вы чувствуете скольжение рулевого колеса в ваших руках.
Вы едете по парку на велосипеде без шлема.
Куда ни глянь, люди устраивают пикники и
играют. Передняя шина попадает в выбоину. Вы плывете по рулю
. Ваша голова врезается в бетонную поверхность
. Вы можете почувствовать, как кровь
течет по вашему лицу.
Краткая версия Краткая версия
Вы едете домой после того, как не выпили всю ночь
.Вы на мгновение закрываете глаза, и машина
начинает заносить.
Вы едете по парку на велосипеде без шлема.
Ваша передняя шина попадает в выбоину, и вы проплываете через руль
.

Эксперимент состоял из сеанса обучения вне сканера и сеанса тестирования внутри сканера (согласно Wilson-Mendenhall, et al., 2011). Оба произошли в один день. Во время сеанса обучения участники слушали сценарии, чтобы ознакомиться с полными сценариями и сжатыми сценариями, которые они позже услышат во время сеанса сканирования.Эта процедура использовалась для того, чтобы участники могли получить подробную информацию о полном сценарии при представлении сжатой версии в сканере. Во время тренинга участники также получили подробные инструкции по строительной задаче. Участникам сказали, что строительная задача была разработана для оценки мозговой основы различных умственных переживаний. Прежде чем они услышат сжатый сценарий, появится подсказка, которая проинструктирует их, какое ментальное состояние они должны создать в ответ на сценарий.В состоянии ТЕЛО участников просили создать ощущение тела в ответ на ситуацию, описанную в сценарии. Во время тренировки экспериментатор привел примеры различных внутренних соматовисцеральных ощущений и проинструктировал участников, как создавать и обращать внимание на эти ощущения в ответ на сценарий (подробные инструкции см. В дополнительных материалах). В состоянии ЭМОЦИИ участников просили создать определенную эмоцию в ответ на ситуацию, описанную в сценарии.Экспериментатор привел примеры нескольких конкретных эмоций (гнев, страх, печаль) и проинструктировал участника, как создавать и проявлять внимание к этим эмоциональным переживаниям в ответ на сценарий. В условии «МЫСЛЬ» участников просили создать мысль в ответ на ситуацию, описанную в сценарии. Экспериментатор объяснил, что мысль включает объективный анализ ситуации и рассуждения о том, что происходит, без культивирования каких-либо чувств или эмоций. Мы также включили условие ВОСПРИЯТИЯ, в котором участников просили создать сенсорное восприятие в ответ на ситуацию, описанную в сценарии.Экспериментатор проинструктировал участника обратить внимание на объекты в сцене и отношения между ними, не анализируя их, не испытывая эмоций или чувств. После того, как исследователь убедился, что участник понял инструкции задачи на этапе обучения, участники выполнили 8 практических испытаний, в которых они практиковали построение всех четырех мысленных переживаний.

Во время сеанса сканирования участникам было представлено 36 негативных сценариев и 12 нейтральных сценариев.Каждое испытание начиналось с 2-секундной контрольной фазы , чтобы проинструктировать участников, какое психическое состояние они должны были создать в ответ на сценарий. Негативные сценарии были случайным образом объединены с тремя разными репликами, так что 12 переживались как состояния тела, 12 как эмоции и 12 как мысли. Участникам было предложено испытать 12 нейтральных сценариев в качестве восприятия, чтобы они не привыкли к негативным сценариям во многих презентациях. Данные испытаний восприятия не были включены в анализ.Задача была разбита на три 12,6-минутных прогона, каждый из которых случайным образом представлял 16 сценариев. Инструкции и сценарии были представлены через наушники; реплики и фиксирующий крест были представлены на экране, который был виден через зеркало, установленное на катушке для головы. Задача была представлена ​​с помощью программного пакета «Презентация» (Neurobehavioral Systems, Inc.).

После фазы реплики участники слушали сокращенную версию сценария в течение 10 секунд (, фаза погружения сценария ).На этом этапе участников проинструктировали использовать сокращенную версию, чтобы «испытать сценарий с точки зрения конкретного психического состояния, с которым вы получили сигнал». После фазы погружения в сценарий участники вошли в фазу опыта , где они сконструировали и развили психическое состояние, чтобы испытать его как можно более интенсивно, не меняя его, не думая и не испытывая чего-либо еще. Участники нажимали кнопку, чтобы указать, когда психическое состояние было построено и что они начали разработку (см. Addis, et al., 2007). Фаза опыта (строительство + проработка) длилась 20 секунд. После того, как фаза опыта закончилась, участники оценили яркость своего опыта и степень, в которой они были успешны в создании заданного опыта. Рейтинги выставлялись по непрерывной шкале от 0 («совсем нет») до 10 («100%, полностью»). Интервал между стимулами был установлен на 4 секунды, в течение которых крестик фиксации отображался в центре экрана.

2.3 Детали изображений

Данные изображений были собраны в Центре биомедицинской визуализации Athinoula A. Martinos с использованием 3T Siemens Magnetom Trio и 12-канальной матричной катушки для головки. Участники были ограничены в движении головы за счет использования расширяющихся подушек из пеноматериала и носили наушники, безопасные для МРТ, через которые они слышали сценарии.

Каждый сеанс сканирования начинался с автоматического сканирования изображения и процедур подгонки. Затем были получены структурные T1-взвешенные мультиэхо-изображения MEMPRAGE (van der Kouwe, Benner, Salat, & Fischl, 2008) (TR = 2530 мс, TE1 = 1.64 мс, TE2 = 3,5 мс, TE3 = 5,36 мс, TE4 = 7,22 мс, угол поворота = 7 °, с однократным захватом с чередованием и размером вокселя 1,0 × 1,0 × 1,0 мм). После структурного прогона была получена 6-минутная функциональная последовательность состояния покоя, которая не будет обсуждаться далее в этой рукописи. Затем последовали три функциональных прогона, каждый из которых получил 378 функциональных объемов, взвешенных по T2 * (TR = 2000 мс, TE = 30 мс, угол поворота = 90 °, FOV = 200 мм, с получением чередующихся срезов и размером вокселя 3,1 × 3.1 × 4,0 мм). Общая продолжительность сеанса сканирования составила чуть более часа. После функциональных прогонов была получена 8-минутная последовательность визуализации сенсора диффузора (DSI), которую мы не будем обсуждать далее.

2.4 Анализ данных

Функциональные и структурные данные были предварительно обработаны и проанализированы с помощью Freesurfer 5 (http://surfer.nmr.mgh.harvard.edu/). Структурная предварительная обработка следовала стандартному протоколу Freesurfer для реконструкции и парцелляции кортикальной поверхности и объема, включая автоматическое преобразование Талаираха, нормализацию интенсивности, удаление черепа, сегментацию белого вещества и регистрацию в сферическом атласе с использованием многомерного нелинейного алгоритма регистрации (Dale, Fischl , & Sereno, 1999; Fischl, Sereno, & Dale, 1999; Fischl, Sereno, Tootell, & Dale, 1999).Функциональная предварительная обработка включала коррекцию движения, пространственное сглаживание (ядро 5 мм) и регистрацию функциональных изображений на анатомическом сканировании.

После предварительной обработки отдельные временные ряды были смоделированы с использованием канонической функции гемодинамического ответа (гамма-функция, гемодинамическая задержка 2,25; дисперсия 1,25). Матрица дизайна включала регрессоры движения и полиномиальные регрессоры помех второго порядка. Временные точки с перемещением более 2 мм были исключены из анализа. Предварительный анализ показал, что этап опыта не выявил каких-либо существенных различий между строительством и разработкой, поэтому мы проанализировали его как единое 20-секундное событие (строительство + проработка).Мы смоделировали функцию гемодинамического ответа (HRF) для фазы сигнала, фазы погружения в сценарий, фазы опыта и фазы оценки отдельно. Впоследствии мы выполнили анализ случайных эффектов на уровне группы для расчета контрастных карт.

2.5 Кортикальная парцелляция

Чтобы идентифицировать семь внутренних сетей, представляющих интерес для нашего анализа, мы использовали поверхностные сетевые метки, представленные в Freesufer Йео и его коллегами (2011). Эти сети были получены на основе анализа данных о состоянии покоя у 1000 здоровых молодых людей.Йео и др. использовали кластерный подход для выявления сетей функционально связанных регионов коры головного мозга. Их 7-сетевое решение было очень согласованным в ходе анализа, при этом 97,4% вершин были назначены одной и той же сети через обнаружение и набор данных репликации. Разделение кортикальной поверхности на определенные регионы было основано на кортикальном атласе Desikan-Killiany (Desikan et al., 2006). В дополнение к поверхностному функциональному анализу мы также сообщаем о результатах внутри подкоркового объема с использованием подкорковых меток, предоставленных Freesurfer (Fischl et al., 2002).

2.5.1. Проверка гипотез

Чтобы исследовать гипотезу 1 о том, что все психические состояния (состояния тела, эмоции, мысли) будут включать некоторую степень представления текущего состояния тела, концептуализации и исполнительного внимания, мы оценили общее сетевое взаимодействие для эмоций, тела. чувства и мысли во время фазы переживания с анализом конъюнктуры. Мы сосредоточились на фазе опыта , потому что в отличие от фазы погружения сценария , на этой фазе не было внешнего стимула.Следовательно, соединение отражает паттерны активации, которые обычно задействуются, когда люди генерируют определенное ментальное содержание и сосредотачиваются на своем внутреннем мире без какой-либо внешней стимуляции. Анализ конъюнктуры для фазы погружения в сценарий , который показывает обычную активацию во время слушания и погружения в сценарий в разных состояниях психического состояния, представлен в — в дополнительных материалах. Каждый анализ конъюнкции был реализован путем взятия минимума абсолютного значения в каждой вершине через фокус тела vs.фиксация, эмоция против фиксации и мысль против контрастов фиксации. Впоследствии мы определили кластеры в конъюнкции, которые охватывали не менее 100 непрерывных вершин, все из которых достигли порога значимости p <0,001. Мы также выполнили анализ совокупности объема, сосредоточив особое внимание на подкорковых структурах, выявив кластеры, охватывающие не менее 20 непрерывных вокселей, все достигающие значимости p <0,0001 (см. Дополнительные материалы).

Таблица 3

Значимые кластеры для анализа сочетаний телесных чувств, эмоций и мыслей во время фазы переживания .

9038al8 lh верхний л. 3,18
Регион Сеть
Распределение
Tal X Tal
Y
Tal Z k max
левый верхний фронтальный / SMA / aMCC S / FP / DA −24,8 −1,3 41,4 7857 7.46
левый передний островок / vlPFC S / D −46,4 12,5 2,1 4682 5,96
правый верхний фронтальный / SMA / aMCC 7 S 5,3 56,3 2957 5,96
левый прецентральный SM −33,5 −19,4 38,8 1708 5,61
левый верхний / верхний 905 56 пар. −35.2 −35,3 35,8 2482 5,47
правый передний островок S 34,7 3 4,9 814 5,36
−21,6 −57,3 56 656 5,28
левый супрамаргинальный / TPJ S −53,8 −39,8 31,9 864 5.04
rh pars opercularis S 43,3 10,2 5,6 568 4,76
левый lOFC FP / D −39,7 37,4 −39,7 37,4 900 1176 4,69
левая верхняя теменная DA −16,5 −48,3 57,9 404 4,54
левая прецентральная DA −51.3 4,8 26,9 292 4,22
правый передцентральный VA 54,7 5,3 10,4 295 4,11
905 DA прецентральный

−9,1 51,8 581 4,08
правая часть треугольной формы D 49,2 27,5 0,4 220 3.66
левый dlPFC FP −41,1 35,1 17,5 486 3,62
левый dlPFC FP −22,6 5 14,8

правая затылочная доля * V 22,6 −95,3 1,6 242 −4,27

Таблица 4

Кластеры активации в подкорковых областях и анализ контраста

908 правый 9038 правый
Область Tal X Tal
Y
Tal Z k max
Соединение lh pars opercularis (пик) /
очков опыта lhpallidum / скорлупа -43.6 10,7 0,4 1714 6,57
правый мозжечок 29,7 −58,2 −18,1 279 5,53
5,53
−57,2 −36,7 96 5,29
левый мозжечок −43,6 −54,6 −23,3 39 5.05
левый мозжечок −29,7 −50,7 −23,5 47 4,98
правый мозжечок 7,9 − −52,1 4,96

Ощущение тела по сравнению с lh thalamus / pallidum −7,9 0 6,5 186 4,06
мысль правый хвостатое / 15 таламус / паллидум .8 −11,7 18,1 99 3,75
сценарий погружения левый мозжечок −37,6 −54,7 −25 55 3,54

Эмоции против мысли правый мозжечок 29,7 −43,6 −37,4 66 4,29
сценарий погружения правый мозжечок 13.8 −44,7 −20,5 22 4,00
средний мозжечок 0 −60,3 −21,4 25 3,46

Проверить 2 сети будут по-разному влиять на каждый вид психического состояния, мы сначала выполнили анализ области интересов (ROI), используя сетевые метки Yeo et al. Каждая из сетей Йео и др. Была преобразована в индивидуальную корковую поверхность каждого участника с использованием сферического пространства в качестве промежуточного пространства регистрации.Из полученных семи ROI, каждая из которых представляет интересующую сеть, мы извлекли бета-веса (процентное изменение сигнала) для каждого контраста, сравнивая психическое состояние с фиксацией (погружение в сценарий и опыт отдельно). Эти бета-веса были проанализированы с помощью однофакторного ( психического состояния ) дисперсионного анализа с повторными измерениями с тремя уровнями (тело, эмоции, мысли). Если предположение о сферичности не соблюдалось, представляются скорректированные тесты Greenhouse-Geisser. Простые эффекты значимы при p <.05 представлены в тексте, когда основной эффект достиг значимости.

В качестве еще одной проверки Гипотезы 2 мы провели сопоставление трех категорий психических состояний по всей поверхности коры. Это позволило нам напрямую сравнивать психические состояния без сравнения с фиксацией. Сравнение с фиксацией могло ограничить шанс найти различия в вовлечении сети по умолчанию в анализе конъюнкции и анализе ROI (см. Stark & ​​Squire, 2001).Кроме того, контрасты всего мозга позволили нам изучить, отражают ли результаты ROI участие одного отдельного субрегиона в каждой сети или действительно ли результаты отражают распределенную сеть. Мы локализовали кластеры активности с помощью поверхностных меток от Yeo et al. (2011) и поверхностный кортикальный атлас Desikan-Killiany (Desikan et al., 2006). Мы сравнили три категории психических состояний в сценарии погружения и фаз опыта по отдельности.Чтобы исправить множественные сравнения, мы выполнили полуавтоматическое моделирование методом Монте-Карло, реализованное в Freesurfer 5. Этот метод выполняет моделирование для получения оценки распределения максимального размера кластера при нулевой гипотезе. Следуя этому методу, мы идентифицировали кластеры с вершинным порогом p <0,01 и кластерным порогом p <0,05 (т. Е. Кластеры с вероятностью ниже порога p < .05 появиться во время моделирования нулевой гипотезы).В дополнение к кластерам на поверхности мозга мы сообщаем о подкорковых кластерах с порогом p <0,001 (без коррекции) и размером кластера k > 20.

4. Обсуждение

Насколько нам известно, Настоящий нейровизуализационный эксперимент является первым явным испытанием конструкционистской функциональной архитектуры разума, оценивая как сходства, так и относительные различия нейронных коррелятов телесных чувств, эмоций и мыслей. Наши результаты подтверждают конструкционистскую гипотезу о том, что психические состояния лучше всего понять, исследуя относительные различия в задействовании распределенных сетей, которые поддерживают психологические процессы, которые участвуют в создании различных психических состояний.Эти результаты напрямую ставят под сомнение точку зрения факультетов психологии, согласно которой разные классы психических состояний категорически различаются на уровне организации мозга. Кроме того, наш метод погружения в сценарий открывает новые возможности для использования фМРТ для понимания основных строительных блоков разума.

4.1. Психологические состояния имеют общие психологические «ингредиенты»

Мы обнаружили доказательства того, что телесные чувства, эмоции и мысли, хотя и различны субъективно, в каждом из них участвует одни и те же распределенные сети мозга, которые можно описать применительно к основным психологическим процессам.Там, где это возможно, мы извлекли знания о функциях сети из литературы, но эта область находится только на самых ранних стадиях обсуждения психологических функций внутренних сетей. В результате предыдущие исследования, дающие четкое функциональное описание психологических процессов в сетях, немногочисленны (за исключением сети по умолчанию; например, Buckner & Carroll, 2007; Schacter, Addis, & Buckner, 2007; Spreng, et al. др., 2009). Однако существует множество исследований отдельных областей мозга в каждой сети.Таким образом, при обсуждении наших результатов мы обсуждаем функции отдельных регионов, составляющих сети, чтобы мотивировать понимание участия сети в целом в базовом психологическом процессе, который влияет на все психические состояния.

4.1.1 Сеть значимости

Одним из наиболее заметных результатов нашего исследования было общее участие сети значимости в чувствах, эмоциях и мыслях тела. Мы предположили, что сеть значимости поддерживает представления аффективных состояний, чтобы направлять внимание и поведение (Lindquist & Barrett, в обзоре; Medford & Critchley, 2010).Эта гипотеза согласуется с выводами о том, что сеть значимости демонстрирует повышенную активность в задачах, требующих распределения внимания на вызывающие воспоминания или поведенческие стимулы (Corbetta, Patel, & Shulman, 2008; Corbetta & Shulman, 2002; Nelson, et al., 2010; Сили и др., 2007). Как было установлено Yeo et al., Сеть выступов состоит из передней и средней части островка, задних аспектов vlPFC (pars opercularis), аспектов передней средней коры головного мозга (aMCC) и передней части TPJ (надмаргинальной извилины). ).В нашем исследовании мы обнаружили повышенную активность, в частности, в aMCC, дополнительной моторной области (SMA), дорсальной части передней островковой доли (AI), pars opercularis (BA 44) и левом височно-теменном соединении (TPJ) во всех областях. психические состояния. Мы обсудим каждый из этих результатов по очереди.

Результат, в котором телесные чувства, эмоции и мысли коллективно задействовали SMA, согласуется с ролью SMA во внутренне обусловленных действиях (Начев, Кеннард, Хусейн, 2008). Этот паттерн активности может отражать моторные процессы, связанные с нажатием кнопки, посредством которых участники указали, что они сконструировали психическое состояние во время фазы опыта.

Наш вывод о том, что TPJ задействован во всех психических состояниях, согласуется с исследованиями, которые показывают повышенную активность во время чувства свободы воли над собственным телом (обзоры см. В Decety & Grezes, 2006; Tsakiris, Constantini & Haggard, 2008) и при отображении состояния тела другого человека (как при эмпатии Lamm, et al., 2010). Действительно, повышенная активность TPJ часто наблюдается, когда один человек занимается теорией разума — или пытается понять содержание разума другого — в целом (Saxe & Kanwisher, 2003).

Результат того, что AI и aMCC задействованы в разных психических состояниях, согласуется с исследованиями, которые показывают активацию этих регионов во время интероцепции (Critchley et al., 2003; Critchley, et al., 2004) и субъективными переживаниями в целом (Craig, 2002, 2009). Действительно, недавний метаанализ обнаружил повышенную активность в регионах, входящих в сеть значимости Йео и др. (Включая AI, aMCC, vlPFC, таламус и миндалевидное тело) во время переживания неприятного основного аффекта (Hayes & Northoff, 2011).В другой недавней работе многие из этих регионов (вентральный ИИ, таламус и миндалевидное тело) были связаны с переживанием аффективного возбуждения при просмотре негативных изображений (Touroutoglou et al. В печати). Наши результаты согласуются с обоими этими исследованиями в том смысле, что мы обнаружили активность в аналогичных регионах в пределах сети значимости для сценариев, которые были неприятными и очень возбуждающими. Таким образом, наши результаты не могут говорить о том, задействована ли сеть значимости во всех основных аффективных состояниях, поскольку мы не включали позитивные сценарии в наше исследование.Тем не менее, в предыдущем метаанализе (Вейджер, Барретт, Блисс-Моро, Линдквист, Дункан, Кобер и др., 2008 г.) мы обнаружили повышенную активность в аспектах ИИ и МКК в сторону приятных основных аффективных состояний, что согласуется с нашей гипотезой. что регионы, составляющие сеть значимости, связаны с опытом всех основных аффективных состояний. Относительная роль сети значимости в отношении неприятного и приятного основного аффекта должна стать темой будущих исследований.

Что касается наших открытий, касающихся ИИ, важно отметить, что сеть значимости (называемая Йео и др. «Вентральным вниманием»)., 2011), использованные в настоящем исследовании, охватывали как дорсальный, так и вентральный аспекты. Однако в литературе есть свидетельства того, что ИИ может быть функционально разделен на дорсальный и вентральный аспекты, при этом дорсальные аспекты функционально связаны с аМСС и относительно более вовлечены в задачи, в которых информация о теле используется для направления внимания (Kurth, Zilles, Fox, Laird, & Eickhoff, 2010; Touroutoglou, et al., В печати; Wager & Barrett, 2004). Вентральные аспекты ИИ, напротив, функционально связаны с вентромедиальной префронтальной корой и относительно больше задействованы в задачах, связанных с переживанием основных аффективных чувств (Hayes & Northoff, 2011; Touroutoglou, et al., под давлением; Wager & Barrett, 2004). Активации, которые мы наблюдали в ИИ, были в основном в спинной части, что может отражать роль этой области в устойчивом внимании к важной информации (см. Lindquist & Barrett, в обзоре; Medford & Critchley, 2010; Seeley et al., 2007). . Такая заметность могла быть особенно важной в нашей задаче по погружению, потому что участники переключали внимание между различными источниками информации (например, внутренние ощущения против внешних ощущений), когда они активно создавали психические состояния.

Наши результаты показывают, что репрезентации телесных ощущений играют роль, выходящую за рамки физических ощущений в теле или аффективных состояний, таких как эмоции. В любой ситуации, когда людям представлена ​​вызывающая воспоминания или поведенческая информация, сеть значимости будет определять направление внимания на основе телесных ощущений, независимо от того, направлены ли люди на переживание эмоции или объективное размышление о ситуации. Этот вывод согласуется с несколькими недавними предположениями в литературе о том, что телесные сигналы являются повсеместным компонентом психической жизни, в том числе в состояниях, связанных с восприятием (Barrett & Bar, 2009; Cabanac, 2002), суждением (Clore & Huntsinger, 2007), задачами, включающими усилия (Critchley, et al., 2003), и в сознании в целом (Craig, 2009; Damasio, 2000). Этот вывод также согласуется с недавними исследованиями, демонстрирующими, что представление концепций эмоций включает моделирование аффективных состояний и состояний тела (Oosterwijk, Rotteveel, Fischer, & Hess, 2009; Oosterwijk, Topper, Rotteveel, & Fischer, 2010), а также с исследованиями, которые предполагают что представления состояний тела участвуют, когда участники понимают словесные описания «когнитивных» состояний (например, мышление, запоминание или внезапное озарение) (Oosterwijk et al., 2012).

4.1.2 Лимбическая сеть

Вопреки нашему прогнозу, наши результаты не выявили устойчивой активации корковых аспектов лимбической сети, как было выявлено Йео и др. (2011) во время переживания телесных чувств, эмоций и мыслей. Однако наш анализ продемонстрировал вовлечение подкорковых частей лимбической сети, которые менее восприимчивы к выпадению сигнала, особенно в паллидуме и скорлупе. Исследования, предполагающие, что базальные ганглии играют роль в мотивированном поведении (Graybiel, 2005, 2008), согласуются с гипотезой о том, что эти структуры участвуют в генерации основных аффективных состояний.Например, функция базальных ганглиев показывает взаимосвязь с тяжестью симптомов расстройств, при которых генерация аффектов нарушена. В частности, степень связи базальных ганглиев с другими областями в пределах предполагаемой сети генерации основных аффектов, таких как вентромедиальная префронтальная кора головного мозга, связана с тяжестью симптомов депрессии (Marchand et al., 2012), а поражения базальных ганглиев приводят к большей частоте возникновения депрессия после инсульта, чем поражения в других частях мозга (Morris, Robinson, Raphael, & Hopwood, 1996; Vataja et al., 2004).

Миндалевидное тело, другая подкорковая структура в нашей предполагаемой лимбической сети, в нашем исследовании не продемонстрировало повышенной активности. Хотя предполагается, что миндалевидное тело обычно участвует в эмоциях, более пристальный взгляд на литературу показывает, что активность миндалевидного тела с большей вероятностью будет происходить во время сенсорного восприятия поведенческих стимулов, чем во время внутренне сфокусированного опыта аффективных психических состояний, как это произошло в наша задача (метаанализ см. в Costafreda et al.2008; Lindquist et al. под давлением). В соответствии с нашими выводами недавнее исследование не смогло зафиксировать повышенную активность миндалины, когда участники испытывали социальный стресс в сканере (Wager et al. 2009).

4.1.3 Сеть по умолчанию

Мы обнаружили общее участие сети по умолчанию в ментальных состояниях, что согласуется с гипотезой о том, что эта сеть необходима для построения ситуативной концептуализации, которая создает состояние тела, эмоции или мысли. Гипотеза о том, что сеть по умолчанию поддерживает концептуализацию, согласуется с ролью сети по умолчанию в атрибуции психического состояния (Mitchell, et al., 2005), эмоциональный опыт (Kober, et al., 2008; Lindquist, Wager, Kober, et al., В печати), воспоминание об автобиографическом прошлом (Addis, et al., 2007; Spreng & Grady, 2010), спонтанное мышление (Andrews-Hanna, Reidler, Huang, & Buckner, 2010) и семантическая и концептуальная обработка (Binder, et al., 2009; Visser, Jefferies, & Lambon Ralph, 2010). Мы предполагаем, что то, что объединяет эти разрозненные области, — это процесс концептуализации, в котором репрезентации предшествующего опыта используются для построения репрезентаций прошлого, будущего или настоящего момента.Эти области необходимы для придания значения действиям других, для придания значения собственному базовому аффективному состоянию, для вспоминания предшествующего опыта во время примеров памяти и спонтанного мышления и для представления значения концепций путем моделирования экземпляров категорий (для обсуждения, см. Lindquist & Barrett, на обзоре; Lindquist, Wager, Kober, et al., в печати).

Сеть по умолчанию, как определено Йео и др., Состоит из аспектов медиальной префронтальной коры (mPFC), аспектов треугольной части и орбитальной части, верхней височной доли, угловой извилины и аспектов предклинья. .В нашем исследовании мы обнаружили общее вовлечение боковой орбитофронтальной коры и треугольной части (BA 45) через телесные чувства, эмоции и мысли. Эти области были особенно связаны с семантической обработкой (Binder et al. 2009; Visser et al. 2010) и могут отражать подсеть (см. Yeo et al. 2011, 17-network parcellation; Smith et al. В печати) внутри сеть по умолчанию, которая специально поддерживает язык (Lindquist & Barrett, на рассмотрении; Smith et al. в печати).Примечательно, что наш анализ конъюнкций не привел к увеличению активности во всей сети по умолчанию. Однако наш анализ конъюнкции не привел к значительному уменьшению в основных регионах сети по умолчанию, предполагая, что телесные чувства, эмоции и мысли задействовали сеть по умолчанию в той же степени, что и спонтанные мысли, наблюдаемые во время фиксации (Эндрюс -Hanna et al.2010). Поскольку многие основные области в сети по умолчанию (например, mPFC, PCC) демонстрируют повышенную активацию во время фиксации и, таким образом, проявляются как пониженная активность во время других задач (отсюда и название сети «по умолчанию»; Raichle et al., 2001), мы, вероятно, поставили себя в невыгодное положение, обнаружив устойчивое увеличение сети по умолчанию во время построения психического состояния, сравнивая активность задачи с фиксацией. В соответствии с этой интерпретацией, мы обнаружили прогнозируемую активацию в классических областях по умолчанию (например, mPFC, PCCC) в нашем контрастном анализе (описанном ниже), когда мы сравнивали один тип психического состояния с другим.

4.1.4 Лобно-теменная сеть

Мы обнаружили общее участие аспекта лобно-теменной сети в состояниях тела, эмоциях и мыслях, предполагая, что все эти психические состояния связаны с исполнительным вниманием.Области мозга в этой сети, как правило, имеют повышенную активность во время «контроля внимания сверху вниз» (Corbetta & Shulman, 2002), например, при «поддержании памяти» (Cole & Schneider, 2007), «представлении правил» (Crone, Wendelken, Donohue, & Bunge, 2006) и «планирование» (Fincham, Carter, van Veen, Stenger, & Anderson, 2002). Мы предполагаем, что эта сеть модулирует активность в других функциональных сетях, чтобы помочь построить экземпляр психического состояния. Активность в этой сети может отражать когнитивный контроль, необходимый для реализации процессов концептуализации основного аффекта.Лобно-теменная сеть, как было определено Yeo et al., Состоит из аспектов дорсолатеральной префронтальной коры, аспектов поясной коры, лобного острова и аспектов нижней теменной доли и предклиния. В нашем исследовании в дорсолатеральной префронтальной коре наблюдалась повышенная активность телесных чувств, эмоций и мыслей.

4.2 Различные профили или «рецепты ингредиентов» по-разному влияют на разные психические состояния

Хотя одни и те же распределенные сети мозга участвовали в телесных чувствах, эмоциях и мыслях, мы также обнаружили доказательства того, что разные сетевые профили были связаны с каждой категорией психического состояния .По сравнению с мыслями, телесные ощущения включали относительно большее увеличение активности в сети значимости (т. Е. Дорсальный передний островок с двух сторон, левый vlPFC, включая pars opercularis, и правый aMCC). Эмоции также продемонстрировали повышенную активацию в сети значимости по сравнению с мыслями (то есть в левом vlPFC, правом aMCC и правом TPJ), хотя и в немного разных областях. Кроме того, телесные ощущения задействовали подкорковые области, которые, как предполагается, участвуют в основной аффективной генерации, такие как таламус, паллидум и хвостатое тело, в большей степени, чем мысли.

По сравнению с телесными ощущениями, эмоции вовлекали относительно большее участие сети по умолчанию, особенно в левой передней височной доле (ATL). Аспекты ATL являются частью сети по умолчанию и связаны с представлением концептуальных знаний (Binder, et al., 2009; Visser, et al., 2010). Эти данные предполагают, что переживание эмоции по сравнению с состоянием тела характеризуется более сильным вовлечением процесса концептуализации для придания значения телесным ощущениям в данный момент.Эти результаты согласуются с поведенческими данными, демонстрирующими, что такие понятия, как «гнев» или «страх», используются для преобразования телесных ощущений в переживание эмоции (например, Lindquist & Barrett, 2008a). Точно так же истончение кортикального слоя при ATL из-за нейродегенеративного заболевания ухудшает способность пациентов воспринимать эмоциональные выражения лица как примеры дискретных эмоциональных чувств (например, гнев против страха) (Lindquist, Gendron, Barrett, & Dickerson, рассматривается).

Мысли также продемонстрировали большее вовлечение сети по умолчанию (двусторонняя верхняя височная извилина, левый предклинье и левый мПФК) по сравнению с телесными ощущениями.Кроме того, несколько регионов в сети по умолчанию, включая левую и правую верхнюю височную извилину и левую mPFC, продемонстрировали относительно большее увеличение активности, когда участники генерировали мысли, чем когда они генерировали эмоции. Этот вывод согласуется с нашим предположением о том, что концептуализация играет большую роль в ментальных состояниях, когда людям необходимо планировать, ассоциировать и размышлять над ситуацией (мыслью), чем в ментальном состоянии, в котором основное внимание уделяется телесным ощущениям. Более того, это открытие также предполагает, что мысль может включать процесс концептуализации в большей степени, чем эмоции.Эта интерпретация согласуется с устойчивым участием сети по умолчанию в памяти и предсказании будущего (Addis, et al., 2007), теории разума (Spreng & Grady, 2010), семантической памяти (Binder, et al., 2009; Visser, et al., 2010) и другие так называемые «когнитивные» психические состояния, связанные с репрезентацией предшествующего опыта.

Конкретная комбинация активации в регионах в сети по умолчанию и в регионах в сети значимости (как видно из анализа конъюнкции) во время мысли и эмоций согласуется с недавним исследованием, которое продемонстрировало связь между регионами сети по умолчанию (rTPJ, vmPFC и PCC / предклинье), аспекты сети значимости (передний островок, SMA, aMCC) и первичной сенсомоторной коры во время задач ментализации (Lombardo et al., 2009). Интересно, что эта модель взаимосвязи возникла как тогда, когда участники мыслят о себе, так и когда они мыслят о других, предполагая перекрытие между двумя процессами, которые были разделены в литературе. По мнению авторов, этот паттерн связности предполагает взаимодействие между «воплощенными / основанными на симуляции представлениями» и областями, которые поддерживают «высокоуровневую ментализацию, основанную на умозаключениях». Эта точка зрения согласуется с конструкционистской точкой зрения, согласно которой представления сенсомоторных и соматовисцеральных ощущений сочетаются с концептуализацией для создания определенного ментального содержания.В будущих исследованиях следует оценить степень, в которой сеть значимости и сеть по умолчанию различаются с точки зрения функциональной связи между эмоциями, состояниями тела и мыслями. Например, одна из гипотез состоит в том, что исходные области в сети значимости и сети по умолчанию демонстрируют большую взаимосвязь во время эмоций и мыслей (которые требуют большей концептуализации) по сравнению с телесными чувствами.

Хотя у нас не было априорных гипотез об относительной вовлеченности лобно-теменной сети в психические состояния, мы заметили, что эта сеть была относительно более активной, когда люди сосредоточивались на чувствах своего тела, чем когда люди генерировали эмоции.Это открытие дает некоторое представление о расстройствах, которые связаны с чрезмерной бдительностью (например, паническое расстройство и симптоматика тревожности; Schmidt, Lerew, & Trakowski, 1997). Повышенная активность лобно-теменной сети также может быть истолкована как свидетельство того, что участникам было труднее создавать ощущения тела, чем создавать эмоции или мысли в нашей задаче, хотя их субъективные оценки не поддерживали эту интерпретацию.

4.3 Последствия

Настоящие результаты представляют несколько иную функциональную архитектуру основных строительных блоков человеческого разума, чем то, что предполагается с точки зрения факультета психологии.В отличие от традиционных подходов факультетской психологии, которые были популярны в когнитивной нейробиологии в течение последних трех десятилетий, наши результаты показывают, что было бы полезно использовать конструкционистский подход при попытке понять, как мозг создает ментальные состояния, в которых мысли и чувства возникают из сочетание внутренних сетей. Эти сети можно описать в терминах основных, общих психологических компонентов предметной области (таких как основной аффект, концептуализация, исполнительное внимание и экстероцептивное ощущение), которые можно наблюдать как элементы множества психических состояний, составляющих человеческий разум.Наши результаты показывают, что в рамках этой функциональной архитектуры продуктивно сосредоточиться на широкомасштабных внутренних нейронных сетях при интерпретации данных функциональной нейровизуализации. Эта идея согласуется с растущим призывом к сетевому пониманию функций мозга (Bullmore & Sporns, 2009; Fuster, 2006; Goldman-Rakic, 1988; McIntosh, 2000; Mesulam, 1998; Pessoa, 2008). Наши результаты также подчеркивают важность изучения распределенных паттернов активации мозга для понимания психических состояний с разным содержанием, а не сосредоточения внимания на отдельных областях.В наиболее экстремальной версии этого подхода психологическая функция существует как функциональное взаимодействие этих областей, так что изолированные области выполняют различные психологические функции в зависимости от того, с чем они связаны в конкретном случае. В будущих направлениях будет важно использовать многомерные методы (например, McIntosh, Bookstein, Haxby, & Grady, 1996), функциональный анализ связности и другие нейроинформатические подходы, которые позволят исследователям понять, как отдельные области мозга работают вместе, чтобы создать базовый экземпляр. психологические процессы при психических состояниях.

Во-вторых, настоящие открытия проливают новый свет на функции определенных областей мозга, поскольку они вносят вклад в широкомасштабные функциональные сети. Например, мы обнаружили повышенную активацию в области, известной как TPJ, во всех психических состояниях в нашем исследовании. Тем не менее, TPJ иногда называют «нейронным коррелятом» восприятия мыслей других людей, исходя из предположения, что он последовательно и специально выполняет нейронные вычисления для теории разума (Saxe & Kanwisher, 2003; Young, Cushman, Hauser, & Saxe, 2007 ).Наши результаты показывают, что TPJ вряд ли будет играть такую ​​специфическую роль (аналогичную точку зрения см. Mitchell, 2008), поскольку его аспекты (например, надмаргинальная извилина) являются частью более крупной сети значимости, в которой мы наблюдали повышенную активность во время генерации. собственных психических состояний (а не просто размышления о чужом опыте) (другое обсуждение см. Decety & Grezes, 2006). Если сеть значимости (включая TPJ) участвует (по крайней мере частично) в представлении основного аффекта, это объясняет ее участие в задачах, связанных как с генерацией, так и с восприятием ментальных состояний.В исследованиях восприятия психического состояния другими (например, в теории разума) TPJ мог иметь повышенную активность, потому что другие люди являются значимыми стимулами (и, следовательно, представлены как имеющие основную аффективную ценность) (Mitchell, 2008). В качестве альтернативы может потребоваться моделирование основного аффективного состояния другого человека, когда он пытается понять, что он думает и чувствует (т. Е. Теория разума опирается на воплощение аффективных состояний; Ломбардо и др., 2009). Еще другие аспекты TPJ (угловая извилина) являются частью сети по умолчанию, участвующей в концептуализации.Одна из возможностей состоит в том, что роль TPJ зависит от его «нейронного контекста», в котором функция области мозга зависит от других областей, с которыми она функционально связана в данный момент времени (например, McIntosh, 2000). Другая возможность состоит в том, что существуют разные функциональные подобласти TPJ, которые по отдельности вносят вклад в основной аффект и концептуализацию. Эта основа для понимания функции области мозга также применима к другим областям, которые показали повышенную активность в нашем исследовании (например, MPFC, aMCC, островок), которые в литературе приписываются определенным психическим состояниям (например,g., самореференционная обработка; Келли и др., 2002; например, конфликт; Кернс, 2004; например, отвращение; Wicker, et al., 2003).

4.4. Ограничения

Результаты настоящего исследования породили вопросы, которые могут стать темой будущих исследований. Например, неожиданным открытием было то, что различия между психическими состояниями возникали на разных этапах экспериментальной задачи. Например, различия в активности в сети значимости были наиболее выражены между психическими состояниями, когда участники погружались в сценарий.Напротив, фаза переживания не показала различий в пределах сети значимости между телесными чувствами, эмоциями и мыслями, предполагая, что все психические состояния в одинаковой степени включали аффективные процессы во время фазы переживания. Эти результаты можно понять, если учесть, что телесные чувства формировались быстрее, чем эмоции и мысли. Участники могли начать формирование телесных ощущений на ранней стадии фазы погружения, что соответствовало более сильному вовлечению сети значимости во время погружения и более короткому времени отклика во время фазы опыта.Тем не менее, эта интерпретация не объясняет более сильного вовлечения сети значимости во время фазы погружения в эмоции. Другая возможная интерпретация этого открытия заключается в том, что подсказка участникам испытать состояние тела или эмоции заставляла их уделять внимание телесным и аффективным деталям сценария, исключая другие детали, тогда как в мыслях они обращали внимание на не связанные с телом / аффективные детали. Мы не можем исключить такую ​​интерпретацию с учетом параметров дизайна исследования.Одним из способов прояснения этого вопроса в будущих исследованиях было бы запретить участникам видеть сигнал до тех пор, пока они не услышат сценарий. Тем не менее, третья интерпретация этого открытия заключается в том, что телесные чувства и эмоции задействуют сеть значимости больше, чем мысли, но только в начальные моменты опыта (например, когда он изначально создается), а не по мере того, как опыт сохраняется с течением времени. То есть относительное участие различных распределенных сетей во время производства психических состояний может зависеть не только от типа психического состояния — оно также может зависеть от временного хода состояния.Этот вопрос — тема будущих исследований.

Еще одно открытие настоящего исследования, которое заслуживает большего экспериментального внимания, — это открытие, что состояния тела и мысли более отличаются друг от друга, чем от эмоций. Хотя возможно, что наши манипуляции эмоциями были менее устойчивыми, чем другие экспериментальные условия, или что участники не адекватно создавали эмоции в ответ на сценарии, эта интерпретация не подтверждается результатами нашего самоотчета.Участники сообщили, что они добились такого же успеха в создании эмоций, как состояния тела и мысли, и что они испытывали эмоции так же ярко, как и другие состояния. В будущих исследованиях следует попросить участников оценить специфичность, с которой они испытали каждое состояние на основе испытания за испытанием. Окончательная интерпретация этого открытия, которая была априори предсказана нашей конструкционистской точкой зрения, состоит в том, что по замыслу (а не в результате экспериментальной неудачи) эмоции разделяют многие «ингредиенты», которые также включают как состояния тела, так и мысли.Мы предположили (Barrett, 2006) и продемонстрировали (Lindquist & Barrett, 2008a) в другом месте, что эмоции — это состояния, которые одновременно являются аффективными и концептуальными. В будущих исследованиях следует продолжить изучение того, в какой степени эмоции представляют собой психические состояния, состоящие как из аффективных, так и из концептуальных компонентов.

Наконец, ограничение настоящего исследования состоит в том, что в нем не измерялись индивидуальные различия в когнитивных способностях, которые могли ограничивать способность участников конструировать психические состояния.Одна из гипотез конструкционистской структуры состоит в том, что люди с большей емкостью рабочей памяти смогут лучше получить доступ к релевантной концептуальной информации и запретить нерелевантную концептуальную информацию во время построения ментальных состояний (Barrett, Tugade & Engel, 2004; Lindquist & Barrett, 2008b). Таким образом, в будущем было бы интересно смоделировать степень, в которой люди с большей емкостью рабочей памяти не только более успешны в такой задаче, но и с большей вероятностью будут иметь дискретные и устойчивые психические состояния в целом.

4.5 Будущие направления

В данной статье мы попытались описать каждую внутреннюю сеть с психологической точки зрения. Важно признать, что эти психологические описания являются первой гипотезой и только отправной точкой. В будущих исследованиях будет важно продолжить определение и уточнение конструкционистской структуры, которую мы изложили в этой и других статьях (Barrett, 2006, 2009; Barrett et al., 2007; Barrett, Lindquist, & Gendron, 2007; Барретт, Мескита и др., 2007; Линдквист и Барретт, 2008a, 2008b; Линдквист, Вейджер, Блисс-Моро и др. В печати; Линдквист, Вейджер, Кобер и др. В печати; Wilson-Mendenhall и др., 2011). Лучшие психологические описания существующих сетей, несомненно, будут меняться по мере накопления данных с течением времени. Возможно, дальнейшая цель состоит в том, чтобы описать психологически самые основные «общие знаменатели», которые свяжут ряд результатов, полученных в разных областях задач, которые на первый взгляд кажутся очень разными (см. Lindquist & Barrett, в обзоре).Например, определение сети значимости как функциональной группы, которая представляет основную аффективную информацию от тела для направления внимания и поведения, объясняет не только роль этой сети в эмоциях, но и в фокусе внимания, мониторинге производительности, языке, обработке сенсорных данных и т. Д. сознание в более общем плане (обзоры см. Craig, 2009; Nelson, et al., 2010). Важно отметить, что конструкционистская концепция не просто переименовывает сети, чтобы соответствовать одной конкретной теоретической точке зрения.Вместо этого он пытается предоставить функциональные описания распределенных сетей, которые содержат многолетние нейровизуализационные исследования эмоций, памяти, мышления, семантики и так далее, чтобы пролить новый свет на то, как сознание отображается на мозг.

Анализ внутренних сетей остается важным направлением будущих исследований, поскольку наука пытается определить самые основные общие знаменатели психологического опыта. Например, явное моделирование времени позволило исследователям идентифицировать пространственно различные внутренние сети, которые также максимально различны с точки зрения их временной динамики (Smith et al., под давлением). Smith et al. продемонстрировать, например, что сеть по умолчанию может быть далее проанализирована на определенные во времени подсети, каждая из которых может иметь различные психологические функции (например, язык v., представляющий предыдущий опыт). Благодаря таким уточнениям исследователи будут лучше оснащены для обнаружения строительных блоков психических состояний.

Наконец, хотя конструктивный подход все еще недостаточно определен, а дальнейшая проработка и уточнение имеют решающее значение, наши результаты дополняют растущий объем литературы, в которой предполагается, что факультетская психология должна быть отброшена как научная основа для понимания того, как мозг создает разум.Результаты нашего исследования показывают, что мозг не может быть разделен на разные области для разных умственных способностей, которые соответствуют уникальным умственным переживаниям индивидуально. Как возникающее явление, психические состояния с особой феноменологией, такие как телесные чувства, эмоции и мысли, не обязательно локализуются в отдельных регионах (или даже сетях) в человеческом мозгу. Люди обладают способностью испытывать самые разные психические состояния, и только изучая это разнообразие, мы сможем, наконец, понять основные строительные блоки, из которых они состоят.

Психологическое состояние — обзор

Человек как качества человеческого организма

Второе понятие личности идентифицирует человека с определенными способностями и качествами осознания. Это «качественный» или «функционалистский» взгляд на человека. Он уходит своими корнями в работы Джона Локка [(1694) 1975] и Дэвида Хьюма [(1739) 1978] и находит современное выражение наиболее ярко в работе Дерека Парфита [1986]. Эти философы рассматривают человека как совокупность умственных качеств, включая сознание, память, намерения и черты характера, а не как существенную сущность или субъект.Локк, например, отличает человека от человеческого животного (организма) и отличает вопросы личной идентичности от вопросов идентичности человеческого животного (организма). Обсуждая гипотетический случай обмена телами принца и сапожника, Локк утверждает, что личная идентичность связана с психологическими состояниями и воспоминаниями. Таким образом, если бы тело сапожника однажды проснулось с психологическими состояниями и воспоминаниями принца, а тело принца, с психологическими состояниями и воспоминаниями сапожника, Локк заключает, что принц и сапожник поменялись бы телами.Для Локка личностная идентичность во времени состоит из связи между психологическими состояниями, очевидными в воспоминаниях, независимо от того, какая субстанция, материальная или нематериальная, может лежать в основе этих психологических состояний с течением времени.

Поскольку основной вопрос, лежащий в основе психологических состояний, не имеет отношения к личной идентичности, точка зрения Локка является предшественницей современных функционалистских теорий разума и личностной идентичности. Функционализм как философия разума отвергает идею о том, что разум является существенной сущностью, материальной или нематериальной.Вместо этого разум воспринимается как функция, которую можно абстрактно описать машинной таблицей входов, внутренних состояний и выходов. Хотя функция должна быть воплощена в некоторой среде, например, в нейрофизиологических процессах мозга, функция может быть описана независимо от того, что лежит в основе или воплощает функцию. Как указывает К. Т. Маслин,

предложение Локка-Парфита аналогично рассмотрению вас как функции или программы, выполняемой на аппаратном обеспечении мозга, причем материальное воплощение строго не имеет отношения к вашей идентичности и выживанию.Вы можете переходить от тела и мозга к телу и мозгу, точно так же, как информация с дискеты может быть перенесена без изменений на другой диск, если оригинал будет поврежден. [Маслин, 2001, с. 275]

Майкл Грин и Дэниел Виклер [1980] используют такую ​​локковскую концепцию личной идентичности, чтобы поддержать формулировку смерти, относящуюся к сознанию или «высшему мозгу». По их мнению, если личностная идентичность состоит из непрерывности сознания, то, когда человек необратимо теряет сознание, как в перманентном вегетативном состоянии, человек перестает существовать, т.е.е., человек умер. Человеческий организм может сохранять функции ствола мозга, но этих функций недостаточно для личной идентичности и, следовательно, для продолжения жизни человека.

В ответ на этот аргумент сторонники критерия смерти всего мозга заявили, что люди в локковском смысле не умирают буквально. Как отмечалось выше, Герт, Калвер и Клоузер также определяют «личность» в терминах «определенных способностей и качеств осознания» и, таким образом, принимают качественный взгляд Локка на личность.Однако, по их мнению, «смерть» не может применяться буквально к людям, потому что смерть — это биологическое понятие, подходящее для биологических организмов, а не для ролей, функций, способностей или качеств осознания. Поскольку Герт, Калвер и Клоузер считают, что люди в постоянном вегетативном состоянии утратили все качества, которые, по их мнению, определяют людей, например, сознание, память и личность, они считают, что человек, страдающий необратимой потерей сознания, прекратил свое существование. . Однако, поскольку они утверждают, что смерть не наступает с необратимой потерей сознания, они утверждают, что люди не умирают буквально.По их мнению, такие выражения, как «люди умирают каждый день», подразумевают метафорическое использование «смерти» или являются эллиптическими, чтобы сказать, что организм, из которого состоял человек, умер [Culver and Gert, 1982, pp. 182-183; Бернат, 2002, стр. 330].

Некоторые сторонники концепции смерти, связанной с сознанием или «высшим мозгом», также отвергли аргумент Грина и Виклера. Veatch [1993], например, принимает качественный или функционалистский взгляд на человека. Однако он считает ошибкой попытки концептуально обосновать определение смерти на таком понятии, как это пытались сделать Грин и Виклер.Вич обеспокоен тем, что функционалистская теория личностной идентичности может привести к тому, что человек больше не существует в случаях слабоумия, при котором теряются все следы рациональности и многих других когнитивных способностей. Однако Витч считает, что в таких случаях смерти не было. Вдобавок Витч особенно критически относится к аргументу Грина и Виклера, потому что их точка зрения определяет смерть с точки зрения потери личной идентичности. Витч считает, что мы можем представить себе случаи, в которых личность в локковском смысле может быть утеряна, но смерть не наступит.По словам Витча, теория Грина и Виклера заставила бы их прийти к абсурдному выводу, что тот, кто потерял психологическую преемственность, например, из-за полной амнезии, обязательно умер. Однако Витч просит нас предположить, что этот человек, перенесший полную амнезию, впоследствии развивает новый набор убеждений, воспоминаний и других психологических характеристик, которые мы связываем с личностью. По словам Витча, даже если мы можем рассматривать такое существо как нового человека, было бы нелогично утверждать, как он считает, что Грин и Виклер должны сказать, что в таком случае наступила смерть.

Таким образом, как Бернат и Герт, Калвер и Клоузер, Витч предполагает, что человек являются функциональными или качественными характеристиками людей, а не сущностными сущностями, и приходит к выводу, что такой взгляд на людей и личную идентичность не может обеспечить надлежащее обоснование. для определения смерти. Подобно Бернату и Герту, Калверу и Клоузеру, Витч считает, что умирают люди, а не личности. Однако Витч [Veatch 1993] принимает то, что он называет традиционной иудео-христианской концепцией человека как существенного союза разума и тела.Поскольку такой союз может все еще существовать, даже если кто-то страдает полной амнезией, человек все равно будет существовать. Смерти не произошло. Однако, поскольку необратимая потеря сознания, как в перманентном вегетативном состоянии, повлечет за собой разрушение существенного союза разума и тела, Витч считает, что традиционная иудео-христианская концепция человека согласуется с принятием критерия, связанного с сознанием. смерти. Он считает людей, находящихся в постоянном вегетативном состоянии, мертвыми.Существенный союз души и тела в этих людях был разрушен.

Карен Жерве [1986, стр. 126] ​​также подверг критике точку зрения Грина и Виклера на основании, аналогичном мнению Витча. Она утверждает, что до тех пор, пока биологический субстрат сознания остается нетронутым, несмотря на полную потерю воспоминаний, смерть не наступает. Однако Жерве считает, что те же человек продолжают существовать. На этом этапе она обращается к содержательной концепции личности и отвергает функционалистский взгляд, который она приписывает Грину и Виклеру и который придерживается Витч.В отличие от Витча, Жерве обращается с людьми как с вещами, которые могут буквально умереть. Жерве также переосмысливает аргумент Витча таким образом, что по существу уравнивает ее субстанциальную концепцию личности с субстантивной концепцией Витча о человеке. Общим для Жерве и Витча является то, что они оба принимают идею о том, что умирает существенная сущность, которая по сути является разумом и телом. Жерве называет такое существо «человеком», тогда как Витч называет его «человеческим существом». Жерве, как и Витч, также принимает формулировку смерти, связанную с сознанием, которая рассматривает людей в постоянном вегетативном состоянии как мертвых.Таким образом, с точки зрения Жерве, ошибка Витча заключается в его предположении, что не существует альтернативы качественному или функционалистскому взгляду на личность и личностную идентичность. Поскольку Жерве обращается к содержательной концепции личности, она может привести аргумент в пользу связанной с сознанием формулировки смерти на более последовательных концептуальных основаниях.

УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС ГЛАВА 6. ВЕЧЕРИТЕЛЬНОСТЬ В целом

УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС ГЛАВА 6. ВЕЧЕРИТЕЛЬНОСТЬ В целом
 

УГОЛОВНЫЙ КОД

РАЗДЕЛ 2.ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

ГЛАВА 6. ЦЕЛЕСООБРАЗНОСТЬ В целом

Разд. 6.01. ТРЕБОВАНИЕ ДОБРОВОЛЬНОГО АКТА ИЛИ УПУЩЕНИЕ. (а) Лицо совершает правонарушение только в том случае, если оно добровольно совершает действия, включая действие, бездействие или владение.

(b) Владение является добровольным действием, если владелец сознательно получает или получает вещь, находящуюся во владении, или осознает, что владеет этой вещью в течение достаточного времени, чтобы позволить ему прекратить свое владение.

(c) Лицо, не совершившее действие, не совершает правонарушения, кроме случаев, когда действует закон, как это определено в Разделе 1.07 предусматривает, что бездействие является правонарушением, или иным образом предусматривает, что он обязан совершить действие.

Закон 1973 г., 63-й лег., Стр. 883, гл. 399, п. 1, эфф. 1 января 1974 г. С изменениями, внесенными законами 1975 г., 64-й лег., С. 913, гл. 342, п. 3, эфф. 1 сентября 1975 г .; Закон 1993 г., 73-й лег., Гл. 3, п. 1, эфф. 25 февраля 1993 г ​​.; Закон 1993 г., 73-й лег., Гл. 900, п. 1.01, эфф. 1 сентября 1994 г.

сек. 6.02. ТРЕБОВАНИЕ МЯЖЕСТИ. (a) За исключением случаев, предусмотренных в Подразделе (b), лицо не совершает правонарушения, если оно умышленно, сознательно, по неосторожности или с преступной небрежностью не ведет себя так, как того требует определение правонарушения.

(b) Если определение преступления не предписывает преступное психическое состояние, виновное психическое состояние, тем не менее, требуется, если определение явно не освобождает от какого-либо психического элемента.

(c) Если определение преступления не предписывает преступное психическое состояние, но оно, тем не менее, требуется в соответствии с Подразделом (b), намерения, знания или безрассудства достаточно для установления уголовной ответственности.

(d) Психические состояния, которые можно обвинить, классифицируются по относительной степени, от высшей к низшей, следующим образом:

(1) преднамеренное;

(2) знание;

(3) безрассудный;

(4) преступная халатность.

(e) Доказательство более высокой степени виновности, чем обвиняемое, является доказательством предъявленного обвинения.

(f) Правонарушение, определенное муниципальным постановлением или приказом окружного суда, не может обходиться без требования о виновном психическом состоянии, если преступление карается штрафом, превышающим размер, разрешенный Разделом 12.23.

Закон 1973 г., 63-й лег., Стр. 883, гл. 399, п. 1, эфф. 1 января 1974 г. Изменения внесены законами 1993 г., 73-й лег., Гл.900, п. 1.01, эфф. 1 сентября 1994 г.

Изменено:

Acts 2005, 79th Leg., Ch. 1219 (H.B.970), разд. 1, эфф. 1 сентября 2005 г.

сек. 6.03. ОПРЕДЕЛЕНИЯ ПСИХИЧЕСКИХ СОСТОЯНИЙ. (a) Лицо действует умышленно или с намерением в отношении характера своего поведения или в результате его поведения, когда его сознательная цель или желание участвовать в таком поведении или вызвать результат.

(b) Лицо действует сознательно или со знанием дела в отношении характера своего поведения или обстоятельств, окружающих его поведение, когда ему известно о характере своего поведения или существовании обстоятельств.Человек действует осознанно или со знанием дела в отношении результата своего поведения, когда он осознает, что его поведение с достаточной уверенностью приведет к результату.

(c) Лицо действует безрассудно или безрассудно в отношении обстоятельств, окружающих его поведение или результатов своего поведения, когда оно осознает, но сознательно игнорирует существенный и неоправданный риск того, что обстоятельства существуют или наступят в результате. Риск должен быть такого характера и степени, чтобы его игнорирование представляло собой грубое отклонение от стандарта осторожности, который обычный человек проявил бы при любых обстоятельствах, если смотреть с точки зрения действующего лица.

(d) Лицо действует с преступной халатностью или проявляет преступную халатность в отношении обстоятельств, связанных с его поведением или результатом его поведения, когда ему следует осознавать существенный и неоправданный риск того, что обстоятельства существуют или результат будет происходить. Риск должен быть такого характера и степени, чтобы неспособность его осознать представляла собой грубое отклонение от стандарта заботы, который обычный человек проявил бы при любых обстоятельствах с точки зрения действующего лица.

Закон 1973 г., 63-й лег., Стр. 883, гл. 399, п. 1, эфф. 1 января 1974 г. Изменения внесены законами 1993 г., 73-й лег., Гл. 900, п. 1.01, эфф. 1 сентября 1994 г.

сек. 6.04. ПРИЧИНА: ПОВЕДЕНИЕ И РЕЗУЛЬТАТЫ. (a) Лицо несет уголовную ответственность, если результат не наступил бы, если бы не его поведение, действующее отдельно или одновременно с другой причиной, за исключением случаев, когда одновременная причина была явно достаточной для получения результата, а поведение субъекта явно недостаточным.

(b) Лицо, тем не менее, несет уголовную ответственность за результат, если единственное различие между тем, что произошло на самом деле, и тем, что он хотел, предполагал или рисковал, состоит в том, что:

(1) было совершено другое преступление; или

(2) другое лицо или имущество были ранены, повреждены или иным образом затронуты.

Закон 1973 г., 63-й лег., Стр. 883, гл. 399, п. 1, эфф. 1 января 1974 г. Изменения внесены законами 1993 г., 73-й лег., Гл. 900, п. 1.01, эфф. 1 сентября 1994 г.

Чувствительны ли собаки к психическому состоянию человека?

В течение долгого времени утверждалось, что люди — единственный вид, который может рассуждать о верованиях и намерениях других. Эта интерпретация была подвергнута сомнению в связи с выводами о том, что нечеловеческие приматы также могут обладать «теорией разума». Однако как быть с другими видами, с которыми у нас нет такого близкого генетического сходства? Из-за своей давней эволюционной истории тесного сожительства с людьми собаки представляют собой идеальный модельный вид для изучения филогенетического происхождения человеческого социального поведения и познания.В Лаборатории умных собак Научно-исследовательского института Мессерли нам очень повезло заручиться поддержкой многих владельцев собак, которые приводят своих питомцев для участия в наших исследованиях. Поскольку большинство собак хотят участвовать в играх, предполагающих размышление в обмен на пищевые награды, у нас есть возможность раскрыть несколько аспектов психической жизни другого вида.

Пять лет назад мы начали исследовать способность собак к перспективному восприятию (см. Catala et al., 2017). Собаки действительно могли отличить человека-помощника, который мог видеть местонахождение спрятанной пищи («знающий»), и того, кто не мог и, следовательно, просто гадал («догадывался»).Однако, чтобы убедительно показать, что собаки рассуждают о скрытых психических состояниях людей, нам нужно было перейти на следующий уровень: исследовать, могут ли они также распознать разницу между истинным и ложным убеждением. Действительно, тесты на понимание ложных убеждений являются своего рода «золотым стандартом» для демонстрации появления теории разума у ​​человеческих детей в возрасте от 4 до 5 лет. Вдохновленные предыдущей работой с человеческими детьми и человекообразными обезьянами, мы придумали невербальную игру, в которой у собак была возможность найти пищу, которую они видели спрятанной в одном из двух контейнеров.Однако, прежде чем им разрешили выбрать один из контейнеров, экспериментатор дал им ошибочный совет, который предложил им искать пищу в контейнере, который, как собаки знали, был пуст. Будут ли некоторые собаки следовать (вводящему в заблуждение) предложению?

Интересно, что больше собак делали это, когда экспериментатор думал, что предложенный контейнер был наживкой (ложное мнение), по сравнению с тем, когда она думала, что он пустой (истинное мнение). Одна из возможностей объяснить удивительное поведение собак состоит в том, что они восприняли (неправильное) предложение дезинформированного коммуникатора как ошибку «по доброй воле», а предложение знающего коммуникатора — как лживое или вызванное другим неизвестным намерением.В конце концов, человеческие общества в целом более склонны к случайным нарушениям, чем к преднамеренным нарушениям.

В заключение, результаты этого исследования подтверждают ранее сделанные положительные выводы о способности собак воспринимать точку зрения, поскольку они предоставляют доказательства того, что они могут быть чувствительны также к человеческим убеждениям. Однако необходимы дальнейшие исследования, прежде чем мы сможем сделать твердые выводы о способности собак читать мысли.

Об авторах

Отдел сравнительного познания Исследовательского института Мессерли занимается изучением взаимодействий человека и животных с этологической точки зрения.В основе этого исследования лежит изучение когнитивных механизмов, лежащих в основе обучения собак и понимания человеческих действий, намерений и эмоций. Это часть проекта «Конвергентная эволюция социального мозга?» (Финансируемого Венским фондом науки и технологий), совместной работы Лаборатории умных собак (Научно-исследовательский институт Мессерли, Университет ветеринарной медицины, Вена) и Scan Unit кафедры познания, эмоций и методов психологии Венского университета.Он объединяет ученых с опытом работы в области биологии, психологии и нейробиологии для изучения центральных столпов социального познания. Помимо поведенческих исследований, мы начали оценивать функцию мозга у полностью бодрствующих собак, специально обученных для участия в экспериментах по функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ), используя имитацию, теорию разума и эмпатию.

Каким был ваш опыт публикации в

Proceedings B ?

При публикации с Proceedings B мы особенно ценили конструктивные отзывы рецензентов и редактора, а также короткие сроки обработки.

Proceedings B стремится опубликовать больше высококачественных исследовательских статей и обзоров по поведению животных. Если у вас есть идея для обзора, мы настоятельно рекомендуем вам подать предложение, заполнив наш шаблон предложения и отправив его в журнал. Более подробную информацию о журнале и процессе подачи заявки можно найти на нашем веб-сайте.

Ссылка: Катала А., Манг Б., Уоллис Л., Хубер Л. Собаки демонстрируют получение перспективы на основе 577 геометрических взглядов, следующих в задании Угадывающий – Знающий. Anim Cogn. Июль 2017; 20 (4): 581–9.

Изображение предоставлено: Лукреция Лонардо

Распознавание и оценка психических расстройств: руководство для неврологов

Перекрытие между неврологией и психиатрией должно быть очевидным, учитывая общую озабоченность этих двух дисциплин расстройствами нервной системы человека и влиянием этих расстройств на такие фундаментальные аспекты нашего вида, как мысли, убеждения, восприятия и чувства.Тем не менее, существует значительное разделение с точки зрения обучения, специалистов (медицинских или иных) и структур обслуживания для пациентов с нарушениями мозга или психики. Такое структурное и профессиональное разделение, возможно, может затруднить доступ пациентов к соответствующим оценкам и лечению. В Великобритании, по крайней мере, в настоящее время для неврологической или психиатрической подготовки не требуется иметь опыт работы по другой специальности, хотя прогресс в этом отношении наблюдается медленно с введением более формальных модулей обучения нейропсихиатрии в высшие учебные заведения как неврологии, так и психиатрии. схемы.

Этот выпуск «Неврология на практике » может в некоторой степени решить этот пробел. Изучение литературы покажет, что уже давно существуют аргументы в пользу наведения мостов, сближения и интеграции между двумя дисциплинами, но реальные изменения увидеть труднее. В психиатрии по-прежнему ведутся споры о том, является ли дисциплина «бессмысленной» или «безмозглой» и в каком направлении ей и ее практикующим следует двигаться.

К сожалению, стойкость дуализма разума и мозга слишком часто встречается в нашей медицинской практике.Пациенты с первичным психическим заболеванием нередко проходят минимальное обследование физического состояния, а обследование психического состояния редко проводится систематическим образом в общих медицинских или даже неврологических условиях. Конечно, иногда это вполне уместно, но точно так же, как психиатры должны уметь обнаруживать и описывать физические признаки, так и невролог должен быть в состоянии адекватно и систематически описывать нарушения психического состояния.

Исследования неоднократно показывали, что психические заболевания у медицинских пациентов очень часто остаются нераспознанными.Хотя это может иметь важные последствия для лечения пациентов, есть свидетельства того, что выявление может быть увеличено как за счет увеличения продолжительности времени, доступного для оценки, так и за счет улучшения самих оценочных навыков. Стили общения, которые облегчают выявление психических заболеваний или сопутствующих заболеваний, включают слушание, открытые вопросы, развитие эмпатического взаимопонимания, беседы с пациентами наедине и использование вербального и невербального поведения для поощрения раскрытия информации (не, например, задавание вопросов во время разговора). писать заметки или брать интервью у людей в постели в окружении стажеров или студентов).

МЕНТАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ

Обычно при описании психических состояний экзамен разделяется на следующие заголовки: внешний вид и поведение, ориентация, внимание и концентрация, память, настроение, речь и язык, восприятие и мысли и понимание (вставка 1).

Цель данной статьи — рассмотреть основные компоненты исследования психического состояния и дать структуру для его регистрации. Обсуждаются проблемы терминологии или диагностики, с которыми могут столкнуться неврологи.

Внешний вид и поведение

Первичный осмотр пациента позволит исследователю прокомментировать различные аспекты внешнего вида и поведения. Это включает в себя общий уровень двигательной активности, очевидную отвлекаемость, заботу о себе, уместность одежды (есть ли признаки растормаживания?), Готовность к сотрудничеству и враждебность. Можно наблюдать манеру первоначального контакта: зрительный контакт, рукопожатие и позу. Конечно, как и многие признаки при осмотре, они имеют ограниченное диагностическое значение в отдельности, но должны быть частью комплексного обследования психического состояния.Понятно, что в загруженных палатах с сменами младшего персонала детальное наблюдение за поведением может быть затруднено. В этом случае может быть полезно использовать карты наблюдений — например, карты сна, записи активности, записи питания. Это простые дневниковые записи, обычно разделенные на управляемые интервалы, ежечасно или реже, для записи поведения пациента.

Особого упоминания заслуживает особенно распространенный клинический сценарий. Делирий — синонимы, к которым относятся острое состояние спутанности сознания, острый органический мозговой синдром, острая органическая реакция и острый психоорганический синдром — обычно вызывает колебания клинической картины, которая может приводить к различным наблюдениям и мнениям у разных членов клинической бригады.Эти несоответствия могут даже быть ошибочно приписаны имитации или «функциональному наложению». Пациента с активным делирием, беспокойного, возбужденного и гиперреагирующего на раздражители редко упускают из виду, поскольку он вызывает серьезные проблемы с управлением. Пациенты с гипоактивным делирием, хотя и встречаются чаще, с большей вероятностью будут упущены, поскольку он нетребователен, сонлив и тих.

Вставка 1:

Компоненты психического состояния

Беспокойство может быть признаком тревоги или бреда.Довольно специфической и чрезвычайно тревожной формой беспокойства является акатизия, при которой у пациента возникает сильное субъективное побуждение идти в ногу со временем и он не может сидеть на месте. Чаще всего ассоциируется с приемом нейролептиков, но также встречается с некоторыми антидепрессантами. В некоторой степени это может быть облегчено бензодиазепинами, но лечение направлено на устранение причины.

Помимо поведения пациента, может быть полезно понаблюдать за его взаимодействием с ближайшим окружением. Есть ли свидетельства регрессии (мягкие игрушки), навязчивой идеи (излишне аккуратные прикроватные тумбочки), зависимости (внимательные родственники) или ненормальной озабоченности болезнью (учебники)?

Ориентация

Удивительно, как можно упустить дезориентацию пациентов.Очевидно, настороженный пациент может знать, что он в больнице, знать время (быстрый взгляд на часы), но уверенно определять год как прошедшее десятилетие или около того. Аббревиатуры «ОТПП» обычно достаточно для исследования способности человека описывать свою уникальную индивидуальную природу и определять свое местоположение в пространстве и времени. На самом деле личная дезориентация, то есть незнание, кто вы, встречается редко, за исключением запущенных органических заболеваний мозга. Это может быть трудно или невозможно установить при тяжелой афазии.В отсутствие этих явлений или явного делирия дезориентация человека с большой вероятностью указывает на диссоциативное состояние, особенно на психогенную фугу или диссоциативную амнезию.

При оценке дезориентации полезно не ограничиваться простой оценкой ориентации пациента. Незначительная степень дезориентации во времени обычна в больничных условиях, и может быть более полезным послушать, как пациент пытается сориентироваться.

Внимание

Дезориентация чаще всего предполагает проблемы с вниманием и указывает на возможный делирий.Традиционно внимание проверяется с использованием порядковых семерок или обратного написания. Диапазон цифр может быть более полезным, поскольку он меньше зависит от числовых или орфографических способностей. Недостаточное внимание может стать очевидным во время общего интервью, поскольку пациент переходит от темы к теме или не может пересказать то, что ему объяснили. Возможно, будет разумным попытаться установить это на относительно раннем этапе, поскольку это может сделать большую часть истории бесполезной.

Память

Исследование памяти может быть относительно простым и поверхностным или предметом детальной и сложной нейропсихологии.Как и во всей нейропсихиатрии, история информатора может быть гораздо более показательной, чем одно интервью с пациентом, поскольку пациент может более или менее не осознавать свои трудности. Полезны общие вопросы о недавних личных или общественных событиях, равно как и более конкретные исследования памяти о маршрутах, обязанностях, разговорах, сюжетах мыльных опер и т. Д. Элементарное формальное исследование памяти с использованием знакомых «трех объектов» или «имени и адреса» может быть включены как часть рутинной или более расширенной когнитивной оценки.

Структурированный когнитивный экзамен

Независимо от того, решите ли вы использовать стандартную оценку, такую ​​как мини-обследование психического состояния, батарея фронтальных оценок или когнитивное обследование Адденбрука, отклонения должны быть изучены более полно и адаптированы к конкретному пациенту. Пациента, который набрал 29/30 на мини-экспертизе психического состояния, потеряв один балл, например, за копирование пересекающихся пятиугольников, можно попросить нарисовать циферблат, чтобы выяснить, есть ли реальный результат или это был всего лишь разовый результат. ошибка.

Некоторые результаты стандартного прикроватного когнитивного тестирования могут указывать на психическое расстройство. Проблемы с концентрацией внимания часто встречаются при депрессии и тревоге. Плохая успеваемость по ряду тестов с паттерном преждевременного отказа или отчаяния с ответами «Я не знаю» или «Я не могу этого сделать» может указывать на псевдодеменцию депрессии, хотя следует помнить, что когнитивные нарушения депрессии — это реальное нарушение, а не просто вторичная потеря влечения, интереса или мотивации.Кроме того, депрессия сама по себе может быть фактором риска развития деменции, а психиатрические симптомы являются показателем тяжести умеренного когнитивного нарушения. Приблизительные ответы, первоначально описанные как часть синдрома Ганзера, которые являются явно абсурдными ответами, предполагают диссоциативное состояние. Примеры могут включать: «Сколько будет два плюс два? Пятерка »или« Какого цвета трава? Синий »Экзаменатор должен внимательно следить за признаками ненормального психического состояния, которые могут заключаться в содержании ответов пациента на такие части обследования, как« Напишите предложение »или« Опишите то, что вы видите на этой картинке ».Таким образом, гипоманиакальный пациент может описывать вещи восторженным языком. Пациент-параноик может проявлять страхи или озабоченность, а пациент в депрессии может спонтанно проявлять чувство вины, безнадежности, неполноценности или отчаяния.

Настроение и аффект

Самыми важными отклонениями настроения являются депрессия, беспокойство и приподнятое настроение. Выявление депрессивного или тревожного настроения особенно важно, поскольку они в высшей степени поддаются лечению и являются общими сопутствующими заболеваниями в неврологической практике.Самый простой инструмент в выявлении симптомов настроения — это время. К сожалению, это не всегда легко доступно, но, по крайней мере, можно утверждать, что время, потраченное на выслушивание пациентов, может выявить проблемы на более раннем этапе и предотвратить ненужное или дорогостоящее расследование. Симптомы следует спрашивать открыто, при необходимости оставляя молчание: «Как вы себя чувствуете? Как настроение? Как все это повлияло на вас? » вопросы могут быть гораздо более показательными, чем «у вас была депрессия?». Помимо субъективного несчастья, пациенты с плохим настроением описывают потерю удовольствия (ангедония) или угасание эмоций.Если есть ощущение, что у пациента действительно плохое настроение, экзаменующий должен продолжить спрашивать об определенных биологических особенностях (также называемых меланхолическими признаками), таких как нарушение сна (особенно раннее утреннее пробуждение), суточные колебания (хуже утром) , нарушение аппетита, похудание и потеря либидо. Важные мысли, которые могут указывать на депрессию, — это чувство вины и безнадежности. Беспокойство и раздражительность также являются признаками нарушения настроения, и о них следует спрашивать отдельно.

Приподнятое настроение подсказывают болтливость, раздражительность, напористая речь и грандиозные идеи. Гораздо реже, чем депрессия, считается, что она больше связана с повреждением правого полушария, затрагивающим корковые или подкорковые лимбические области. Устойчивая бодрость традиционно ассоциируется с демиелинизирующим заболеванием и может отражать лобное поражение, выявленное при нейропсихологическом обследовании. Приподнятое настроение требует тщательного приема лекарств. Чаще всего замешаны стероиды, антидепрессанты или стимулирующие препараты.

Тревога, возможно, является наиболее распространенной проблемой настроения, и клиническая оценка может быть сосредоточена на том, следует ли рассматривать ее как первичное расстройство настроения (возможно, в спектре депрессии) или как более конкретное тревожное расстройство (см. Ниже).

Термин «аффект» используется во многих дополнительных значениях. Иногда он зарезервирован для описания преобладающего состояния настроения в определенный момент времени, тогда как термин «настроение» используется для общего состояния за более длительный период часов или дней.Другие используют термин «аффект» для описания более «объективного» описания настроения, возможно, связанного с тем влиянием, которое настроение пациента оказывает на исследователя, в отличие от более субъективного состояния настроения пациента. Наиболее полезное значение этого слова, вероятно, когда оно используется для описания не столько эмоционального тона или аромата (депрессия, тревога, раздражительность, приподнятость), сколько диапазона, изменчивости и уместности эмоциональной реакции в ходе интервью. Таким образом, можно говорить об ограниченном, притупленном, уплощенном, несоответствующем или несоответствующем аффекте.

Внезапные изменения настроения, часто кратковременные и от которых пациента можно легко отвлечь, указывают на лабильность аффекта, часто наблюдаемую в связи с корковыми или подкорковыми заболеваниями, и их не следует путать с постоянно пониженным настроением депрессии. Патологический смех встречается редко. Это может быть связано с субъективным ощущением веселья или ограничиваться двигательным актом смеха. Нейроанатомические корреляты этих функций остаются неясными, но могут снова включать лимбические структуры.Геластические припадки обычно не связаны с субъективным чувством веселья, и смех может иметь характерный, стереотипный, вынужденный характер.

Оценка суицидальных чувств и риска

Оценка пациентов, которые испытывают чувство безнадежности и мысли о самоубийстве, может представлять особую трудность. Пациенты осознают, что их идеи причинения себе вреда могут рассматриваться как свидетельство психического заболевания, и поэтому могут неохотно их разглашать. Клиницисты могут столкнуться с трудностями при управлении риском членовредительства в культуре избегания риска.Конечно, важен общий принцип открытого стиля прослушивания в частной безопасной обстановке. Справочник по некоторым из вопросов, которые могут быть полезны, и некоторые из указателей на более высокий риск перечислены во вставках 2 и 3.

Вставка 2:

Вопросы, вызывающие суицидальные мысли
  • Как низко вы опускаетесь?

  • Как вы относитесь к будущему?

  • Вы когда-нибудь хотели сдаться?

  • Вам иногда хочется, чтобы вас здесь не было?

  • Вы думали о самоубийстве?

  • Вы думали, как вы себя навредите?

  • Что может вас остановить?

Одна из дилемм, стоящих перед клиницистом, обнаружившим признаки плохого настроения, — что делать дальше.Это рассматривается в другом месте в этом выпуске, но важным аспектом оценки значимости плохого настроения является суждение о том, является ли настроение устойчивым и патологически низким или это плохое и тревожное настроение является частью нормальной реакции на дистресс и неуверенность, связанные с возможным неврологическим диагнозом. Признаки того, что это может быть первое, — это его постоянство и наличие меланхолических симптомов или чувства вины и безнадежности, как описано. Часто наиболее подходящий образ действий — позволить пациенту сформулировать свои страхи или чувства, а затем принять подход «выжидания и увидим».Если сомнения не исчезнут, может потребоваться эмпирическое испытание лечения антидепрессантами.

Группы пациентов, у которых аффективное расстройство может быть особенно трудно диагностировать, включают пациентов с трудностями в обучении и расстройствами аутистического спектра. Последние могут иметь совершенно иное субъективное восприятие расстройства настроения и могут не иметь обычного языка для описания своих переживаний. Причиной аффективных расстройств может быть изменение поведения — например, потеря интереса к обычным занятиям, нарушение сна или аппетита или агрессия.Опять же, может потребоваться эмпирическое испытание лечения.

Беспокойство

Тревога характеризуется субъективным чувством дискомфорта и страха. Это может быть полностью уместным и связано с возможным диагнозом, лечением или прогнозом неврологического состояния. Он также может быть специфическим и выявлять страх перед болезнью как часть ипохондрии или даже определенных фобий. Это также может быть частью генерализованной тревожности или депрессивного заболевания (таблица 1).

Таблица 1

Простая классификация состояний тревоги

Выступление

В неневрологических условиях принято проверять речь, особенно комментируя скорость и ритм речи. Чрезмерно говорящий пациент может быть тревожным или гипоманиакальным, в то время как медлительность или монотонность речи предполагают депрессию. Речевые модели пациентов с шизофренией могут быть весьма необычными, с особенностями и стереотипами, или относительно нормальными, но с необычным содержанием.В неврологических условиях нарушения речи могут отражать органическое неврологическое расстройство. Речь пациента с болезнью Паркинсона может имитировать замедление и потерю интонации, наблюдаемое при депрессии; у пациента с лобными нарушениями (корковыми или вторичными по отношению к подкорковым заболеваниям) может наблюдаться замедление и потеря насыщенности или растормаживание с подвижностью. Обстоятельство и чрезмерная инклюзивность наблюдаются у обсессивных пациентов, но помимо того, что они разочаровывают клинициста, испытывающего нехватку времени, они имеют сомнительную клиническую ценность.Регрессивная детская речь может быть признаком диссоциативных расстройств. Невнятная дизартрическая речь всегда должна указывать на возможность органических заболеваний, особенно отравления лекарствами.

Вставка 3:

Факторы риска суицида

В психиатрической практике наиболее часто встречается речевая аномалия, которая, вероятно, отражает нарушение мышления при шизофрении.Это может имитировать неорганизованные и нелогичные речевые модели пациента с афазией, но дифференциация обычно очевидна из анамнеза. У пациентов с глобальной афазией действительно может развиться то, что на самом деле является расстройством мышления, из-за глубокого воздействия расстройства речи на само мышление. Помимо анамнеза, можно отличить афазическое расстройство речи от шизофренического по более коротким ответам и попыткам заручиться помощью экзаменатора, а также по более странным темам второго.

Восприятие

Вероятно, будет справедливо сказать, что ненормальное восприятие, особенно галлюцинации, является одним из признаков психического заболевания. Слышание голосов — настолько характерный и тревожный симптом шизофрении, что существуют группы самопомощи и терапевтические группы, которые в первую очередь помогают людям справиться с этими симптомами. Галлюцинаторное поведение, которое может проявляться как бормотание или бормотание про себя, может быть одним из наиболее стигматизирующих симптомов, приводящих к тому, что человека считают «сумасшедшим» с сопутствующим клеймом опасности, непредсказуемости или ненадежности.

Сами пациенты хорошо осведомлены об этом и поэтому могут неохотно отвечать на прямые вопросы о галлюцинациях. Однако, возможно, не менее распространено, что врачи неохотно спрашивают о таких симптомах из-за страха раздражать пациента. Поэтому обычно вопросы о галлюцинациях задаются после того, как степень раппорта установлена ​​и любая подозрительность или враждебность со стороны пациента, как мы надеемся, уменьшились. Как и в случае любой линии вопросов, рекомендуется начинать с относительно открытых вопросов («Есть ли необычный опыт?», «Что-нибудь отвлекает вас?»), Прежде чем переходить к более закрытым вопросам.Этот опыт, возможно, необходимо до некоторой степени нормализовать: «Люди иногда говорят мне, что слышат, как другие говорят с ними или о них. С тобой такое когда-нибудь случалось? » Следует пояснить характер слуховых галлюцинаций (некоторые комментарии могут быть банальными или обнадеживающими) и, в частности, наличие «командных» галлюцинаций. Последние связаны с воздействием на содержание галлюцинации и, следовательно, могут быть связаны с более высокой степенью риска насилия по отношению к себе или другим. Визуальные галлюцинации больше указывают на органическое заболевание.Преходящие галлюцинации — галлюцинации, которые плохо сформированы, различны по содержанию и не связаны со сложными фиксированными иллюзиями — характерны для органических синдромов головного мозга, таких как делирий. В частности, наблюдаются визуальные галлюцинации, осложняющие болезнь Паркинсона и ее лечение, и по сравнению с пациентами с первичным психическим расстройством понимание ненормальной природы переживаний может быть относительно хорошо сохранено. Сильно конгруэнтные галлюцинации (запах гниения, обвинительные голоса, видения ада, депрессия) должны вызывать предположение об аффективном расстройстве.

Зрительные галлюцинации наблюдаются у пациентов с потерей зрения в результате периферического повреждения (синдром Шарля Бонне), затылочной эпилепсии и затылочного инсульта.

Содержание мысли

Под этим заголовком обычно в первую очередь рассматривают описание основных забот пациента. Во-вторых, обычно ищут определенное патологическое содержание мыслей, такое как заблуждения, переоцененные идеи или навязчивые идеи. Наконец, может быть полезно изучить системы убеждений пациента, особенно в отношении причин заболевания, исследования и прогноза.Для шизофрении характерны специфические расстройства мышления, такие как беспорядочное переживание владения мыслями.

Заблуждения

Скорее, как галлюцинации, заблуждения могут быть фрагментарными (они хотят убить меня / мы тонем) или систематизированными (сложное повествование с персонажами, аргументами, сюжетом и предсказаниями). Первые предполагают острый органический мозговой синдром, тогда как вторые характерны для более хронических психотических расстройств, таких как шизофрения и деменция.Характерной чертой заблуждения является стойкость убеждения. Доказательства собираются для поддержки веры, а не для ее оспаривания. Пациенты с давними бредовыми убеждениями в шизофрении, возможно, приспособились к своим убеждениям и могут относительно хорошо функционировать в нашем сообществе, несмотря на них. Например, пациент, который считает, что его мозг хранится в США для экспериментов известным рок-музыкантом, продолжает заботиться о себе и собирать пособия, «зная», что он является объектом наблюдения со стороны правительства и средств массовой информации.Иногда пациенты в очень депрессивном состоянии могут парадоксальным образом сообщать, что у них хорошее настроение, но они «знают», что скоро их убьют, или что врачи планируют их избавление.

Навязчивые идеи и повторяющееся поведение

Стереотипное и повторяющееся поведение у пациентов с нервно-психическим заболеванием является относительно обычным явлением. Может возникнуть путаница относительно их значения и, в частности, того, как они соотносятся с обсессивно-компульсивным расстройством (ОКР).Пациенты с рядом расстройств, влияющих на глобальную когнитивную функцию, такими как деменция или неспособность к обучению, могут демонстрировать ограниченный образец поведения и нетерпимость к прерыванию этого поведения. Это особенно характерно для синдромов дементирования, поражающих лобные доли, и указывает на поражение глазнично-базальных областей. Повторяющееся стереотипное поведение является преобладающей и определяющей характеристикой расстройств аутистического спектра (термин, используемый для обозначения аутизма и более нозологически противоречивых синдромов высокофункционального аутизма и синдрома Аспергера).Повторяющееся поведение также является признаком нарушений базальных ганглиев и наблюдается при болезни Вильсона, болезни Хантингтона и нейроакантоцитоза. Они также являются основным признаком синдрома Жиля де ла Туретта (GTS). Такое поведение, кажется, находится в континууме с ОКР. Таким образом, в то время как перечисленные диагнозы (за исключением нарушений развития) могут в первую очередь привлекать внимание неврологов, пациентов с ОКР обычно направляют к психиатрам или психологам. Принципиальное отличие состоит в том, что пациенты с первичным ОКР будут иметь сильное субъективное ощущение странности или нелогичности своих мыслей или страхов и часто будут активно им сопротивляться.Существует выраженная сопутствующая тревога, и для ее уменьшения развиваются компульсии. Прерывание этого цикла избегания и компульсивного поведения путем поощрения постепенной сенсибилизации к связанной с ним тревоге — это принцип, на котором основана поведенческая терапия ОКР. Пациенты с органическими синдромами реже осознают свои поведенческие проблемы. Хотя у них может развиться тревожность в ответ на любую попытку их прервать, они с меньшей вероятностью будут мотивированы к изменению через подверженность тревоге, а стратегии лечения с большей вероятностью будут основаны на подкреплении позитивного поведения.Пациенты с GTS, кажется, находятся между этими двумя полюсами, и это может иметь отношение к тому, есть ли какие-либо связанные глобальные когнитивные трудности.

Другие области оценки

Убеждения о болезни

В дополнение к стандартной оценке психического состояния, которая фокусируется на обнаружении отклонений психического состояния и на самом деле является психиатрическим эквивалентом физического обследования, зачастую время потрачено не зря, если врач может разъяснить некоторые убеждения пациентов (которые может ошибаться, но не бредом!) относительно неврологического заболевания и его лечения.Это особенно важно в области соматизации, конверсии и диссоциации и соматоформных расстройств в целом. Ясно, что эту группу пациентов неврологам особенно трудно лечить, и почти характерно, что у пациентов развиваются плохие отношения с некоторыми клиницистами, которые будут бояться следующего визита этого конкретного пациента. Вероятно, многого из этого нельзя избежать, но есть некоторые общие стратегии, которые могут помочь. По крайней мере, на мой взгляд, важно не предполагать, что физические симптомы, которые нельзя объяснить органически, должны иметь психиатрическое объяснение.Несомненно, у некоторых пациентов может быть замаскированная депрессия или тревожное состояние, у других — нет. Эта группа пациентов с большей вероятностью будет иметь проблемы в спектре соматизации / соматоформного расстройства и может плохо себя чувствовать, если им сообщат, что у них есть психическое расстройство. Исходя из опыта, кажется, что таким пациентам нужны дополнительные усилия, чтобы убедиться, что их опасения были приняты всерьез и поняты. Затем они могут нуждаться в заверении (не в том, что в этом нет ничего плохого, а в том, что это не необычный образец и что можно надеяться на хорошую степень выздоровления).Им также может потребоваться квалифицированное и дипломатическое руководство, чтобы избежать ненужных или вредных расследований или лечения. Конкретные вопросы могут помочь прояснить проблемы с этими пациентами. Например, спросить их, что, по их мнению, может быть неправильным, или спросить о убеждениях о болезни. Считают ли они, что головная боль обычно указывает на серьезное заболевание? Насколько распространена усталость? Наконец, следует проявлять осторожность, так как слишком часто можно услышать, что «нет ничего плохого».

Острое изменение психического состояния

Обычный опыт в отделении неотложной помощи — это пациент, поступающий с резким изменением психического состояния, и даже известно, что между психиатром и неврологом возникают неприличные споры о том, в какой дисциплине следует проводить оценку пациента.Психиатр захочет, чтобы их коллеги-неврологи «исключили органическую причину», а невролог может пожелать, чтобы психиатр диагностировал «функциональное заболевание». Что может указывать на то, что пациенту необходимо тщательное органическое обследование? Очень внезапные изменения психического состояния могут указывать на лежащую в основе органическую проблему. Всегда следует учитывать интоксикацию уличными или прописанными лекарствами, а токсикология должна быть рутинной частью обследования пациентов с необычным или внезапно изменившимся психическим состоянием.Очаговые неврологические симптомы не характерны для обычных психических расстройств, таких как депрессия или шизофрения. Возраст также может быть указателем: следует предположить, что значительные изменения психического состояния у пожилых или детей имеют возможную органическую этиологию. Острый психоз, предполагающий шизофрению, может проявиться в любом возрасте, но обычно впервые проявляется в возрасте от 15 до 35 лет. Аффективные расстройства чаще возникают в среднем и более позднем возрасте.

Спирт

Подсчитано, что от 10 до 20% пациентов в общих медицинских палатах могут иметь серьезные проблемы с алкоголем.Проблемы с алкоголем могут быть подсказаны диагнозом; в неврологических условиях наиболее распространены органические мозговые синдромы, включая амнестические синдромы и деменции. Установление анамнеза вредного употребления алкоголя или зависимости может быть затруднено, поскольку отрицание является одной из характеристик зависимости и потому, что пациенты будут ожидать отказа от лечения или отказа от лечения из-за того, что может рассматриваться как осуждающее отношение со стороны персонала. Выявление проблем с алкоголем важно по ряду причин.Пациенты, употребляющие психоактивные вещества, подвергаются относительно высокому риску психических заболеваний и самоубийства. У пациентов с тяжелой зависимостью может развиться опасный для жизни алкогольный делирий в контексте неотложной госпитализации, если в анамнезе не указан алкогольный анамнез. Наконец, есть некоторые свидетельства того, что советы о вредном употреблении алкоголя могут быть полезны, если их дают в медицинских учреждениях. Доступны различные инструменты скрининга, например, вопросники FAST, AUDIT или CAGE.

Сознание

Возможно, стоит отклониться от этого самого раздражающего термина, поскольку это может привести к путанице между неврологами и психиатрами.В психиатрии традиционно используется термин «сознание» для обозначения интеграции нашего осознания, мониторинга и реакции на окружающую среду. Однако этот термин проблематичен из-за его множества значений. Один автор определяет нарушенное состояние сознания следующим образом: «… состояние человека, в котором он вообще не имеет переживаний или в котором все его переживания отклоняются в отношении других или более качеств, кроме темпа и окраски настроения, от тех в обычном бодрствующем состоянии у него были бы такие же раздражители.Состояние является нарушенным состоянием сознания только в том случае, если человек не может вернуться в свое обычное состояние и оставаться в нем, решив сделать это сам, и если другие вызывают длительное возвращение к его привычному состоянию путем применения простой социальной процедуры. ».

Zeman упрощает вещи и определяет три основных значения. Первый — это сознание как «состояние бодрствования». Это наиболее распространенное значение в неврологической практике. Он отличается от сознания и .Больной без сознания, возможно, спит или находится в коме. Разница количественная. Степень сознания можно измерить с помощью таких инструментов, как шкала комы Глазго. Сознание имеет другое значение, которым занимается философия, и относится к субъективным элементам опыта и относится к таким терминам, как «самосознание». Обычно считается, что это особенность человека (в отличие от первого значения), и продолжаются споры о том, может ли это быть особенностью искусственного интеллекта или нечеловеческих животных.Психиатрия использует термины «сознательный» и «бессознательный» с дополнительным, хотя, конечно, связанным значением, что особенно важно в том, как мы концептуализируем проблемы пациентов с симптомами, не имеющими неврологического объяснения. Таким образом, мы говорим о «бессознательных» или, по крайней мере, бессознательных мотивациях.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *