Смертное уныние: Смертное уныние path of exile

Автор: | 30.08.2021

Содержание

Александр Мясников научил, как бороться со смертным грехом

Одним из смертных грехов в христианстве считается уныние. Доктору Мясникову оно не свойственно, и он считает, что его просто не надо допускать в сердце. Как этого добиться, врач рассказал на сегодняшнем приеме в своей телевизионной клинике, открытой по субботам в эфире телеканала «Россия 1».

Читайте книжки, читайте поэзию, посоветовал доктор и продекламировал кое-что из своего любимого Гумилева. В частности, стихотворение «Занзибарские девушки», героя которого Мясников поставил нам в пример: после многих несчастий на пути к заветной цели тот испытал горькое разочарование, но не впал в уныние.

Александр Леонидович также предложил завести домашнего питомца. У него самого в доме живут три собаки, с которыми он не устает играть, кошка, а с недавнего времени еще и рыбка, хлопот с которой больше, чем со всеми четвероногими вместе, но зато она с характером и умеет общаться.

Еще с унынием можно бороться… пельмешками, говорит медик, подразумевая под этим, очевидно, какое-нибудь любимое блюдо человека, предающегося печали. Правда, тут есть риск поддаться другому смертному греху – чревоугодию.

В любом случае после трапезы следует потратить излишние калории. Чтобы упражнения приносили не только пользу, но и разогнали уныние, их нужно разнообразить какими-нибудь необычными элементами. Один из забавных, но довольно сложных способов усовершенствовать обычные отжимания медик показал прямо в студии.

«Вам Бог дал ограниченное число дней, и вы их тратите на что? На пессимизм, на уныние, на безделье. Что значит «нечего делать»? Думайте, двигайтесь, просто прыгайте, нарисуйте что-нибудь. Уж «Черный квадрат» нарисовать точно сможете! Песни пойте, – набрасывает варианты Мясников. – Когда придет ваше время, вы подумаете: Господи, еще бы чуть-чуть, дай пожить! А Он тебе дал, только ты не жил».

уныние, обжорство, похоть, гнев, зависть, скупость, гордыня

Главные грехи — термин, которым в католическом богословии называют семь основных пороков, порождающих множество других грехов . В восточной христианской традиции их принято называть семью смертными грехами (список ниже). В православной аскетике им соответствуют восемь греховных страстей. Cовременные православные авторы иногда пишут о них как о восьми смертных грехах. Семь (или восемь) смертных грехов следует отличать от отдельного теологического понятия смертного греха (лат. peccatum mortale, англ. mortal sin), которое введено для классификации грехов по степени тяжести и последствиям на тяжёлые и обыденные.

Божию жизнь в человеке портит грех. Надо остерегаться прежде всего тех греховных поступков, которые затягивают человека к следующим грехам (список согласно Катехизесу Католической Церкви пункт 1866. 2001 г.)

  1. Гордыня
  2. Скупость
  3. Зависть
  4. Гнев
  5. Похоть
  6. Обжорство (Чревоугодие)
  7. Уныние

Нравственные добродетели, противоположные семи главным грехам

  1.     Смирение.
  2.     Отрешение от земных благ.
  3.     Целомудрие.
  4.     Милосердие.
  5.     Умеренность.
  6.     Терпение.
  7.     Трудолюбие.

Грехи против Святого Духа

Постоянное сопротивление Божией благодати и частое совершение тяжких грехов в последствии может привести к тому, что человеческая совесть становится нечувствительной и приводит к исчезновению чувства греха. Такие поступки называются деяниями или грехами против Святого Духа (Мф 12, 31).

  1.     Грешить, дерзко рассчитывая на милосердие Божие.
  2.     Отчаиваться или сомневаться в милосердии Божием.
  3.     Противиться узнанной христианской истине.
  4.     Завидовать благодати Божией, данной ближнему.
  5.     Откладывать покаяние до самой смерти.

Грехи по отношению к ближнему

Способствуя в какой-либо форме греху других людей, мы сами, в какой-то степени, становимся виновниками этого зла и участвуем в грехе. Грешить по отношению к ближнему — это:

  1.     Уговаривать кого-либо согрешить.
  2.     Приказывать согрешить.
  3.     Позволять грех.
  4.     Побуждать ко греху.
  5.     Хвалить грех другого.
  6.     Сохранять безразличие, если кто-то согрешил.
  7.     Не бороться с грехом.
  8.     Помогать согрешить.
  9.     Оправдывать чей-либо грех.

«Горе тому человеку, через которого соблазн приходит» (Мф 18, 7).

Грехи, вопиющие к небесному наказанию

К тяжёлым грехам относятся также поступки, вопиющие к небесному наказанию (Быт 4, 10):

  1.     Сознательное злостное человекоубийство.
  2.     Грех содомский, или мужеложество (гомосексуализм).
  3.     Угнетение бедных, вдов и сирот.
  4.     Лишение платы за исполненный труд.

Коротко о грехе согласно Катехизису Католической Церкви (приведены ссылки на пункты из главы 7)

  • «Всех заключил Бог в непослушание, чтобы всех помиловать» (Рим 11,32). п. 1870
  • Грех — это «слово, действие или желание, противящееся вечному закону». Он есть оскорбление Бога.
    Он восстает против Бога в непослушании, противоположном послушанию Христа. п. 1871
  • Грех — поступок, противоречащий разуму. Он уязвляет человеческую природу и наносит ущерб человеческой солидарности. п.  1872
  • Все грехи коренятся в человеческом сердце. Виды и тяжесть их оцениваются, в основном, в зависимости от их предмета. п. 1873
  • Избрать свободно, то есть зная и желая этого, то, что серьезно противоречит божестенному закону и конечному предназначению человека, — значит совершить смертный грех. Он разрушает в нас любовь, без которой невозможно вечное блаженство. Оставленный без сокрушения, он влечет за собой вечную смерть. п. 1874
  • Грех обыденный представляет собой нравственное беззаконие, поправимое любовью, которой он позволяет в нас пребывать. п. 1875
  • Повторение грехов, даже обыденных, порождает пороки, среди которых мы различаем главные (коренные) грехи. п.1876

Испытание совести:

ГРЕХИ ПРОТИВ БОГА

    Верю ли я в то, что Бог присутствует во всем, что случается в моей жизни?
    Верю ли в то, что Бог любит и прощает меня?
    Не обращался ли я к гороскопам, гаданию, не ношу ли амулеты, талисманы, не верю ли я в приметы?
    Не забываю ли о молитве? Не читаю ли ее машинально? Молюсь ли утром и вечером?

    Всегда ли я благодарю и прославляю Бога, или же я обращаюсь к Нему только когда мне что-нибудь нужно?
    Не сомневаюсь ли я в существовании Бога?
    Не отрекался ли я от Бога? Не обвинял ли его в неприятностях, произошедших со мной?
    Не произносил ли я имени Бога попусту? Предпринимаю ли я достаточно попыток, чтобы лучше узнать Бога?
    Стараюсь ли познать Бога на занятиях в воскресной школе?
    Как часто я читаю Священное Писание и другие книги о Боге?
    Не принимал ли я причастия в состоянии тяжкого греха? Готовлюсь ли к принятию Тела Христова и благодарю ли Его за этот дар?
    Не стыжусь ли своей веры во Христа?
    Является ли моя жизнь свидетельством о Боге для других? Говорю ли я другим людям о Боге, защищаю ли свою веру?
    Является ли воскресенье для меня особым днем? Не пропускаю ли воскресных и праздничных месс, не опаздываю ли на них? С верой ли участвую в Таинствах?

ГРЕХИ ПРОТИВ ЦЕРКВИ

    Молюсь ли за Церковь, или думаю, что есть только я и Бог?
    Не критикую ли Церковь? Не отвергаю ли учения Церкви?
    Не забываю ли о том, что если я живу в грехе, то община от этого слабеет?
    Не веду ли себя во время совершения Таинств, как наблюдатель или зритель?
    Интересуюсь ли тем, что происходит в местной Церкви (приходской общине, епархии, стране)?

    Молюсь ли о единстве всей Церкви, с уважением ли отношусь к христианам других конфессий?
    Не бывает ли так, что я вместе с общиной только во время молитвы, а когда выхожу из Церкви, становлюсь «нормальным» человеком — и другие меня не касаются?
    Не забываю ли о Боге на время каникул?
    Всегда ли я соблюдаю пост? (это выражение нашей причастности страданиям Христа) Умею ли отказываться от удовольствий?

ГРЕХИ ПРОТИВ БЛИЖНЕГО

    Не хочу ли все время быть в центре внимания? Не ревную ли я своих друзей? Признаю ли их свободу?
    Отдаю ли я Богу своих друзей, «впускаю» ли Его в свои отношения со знакомыми? Всегда ли замечаю других людей?
    Благодарю ли Бога за своих братьев и сестер, помогаю ли им?

    Достаточно ли молюсь за других?
    Благодарю ли за доброе, прощаю ли злое?
    Как отношусь к калекам, больным, нищим?
    Не обвиняю ли других в своих проблемах?
    Достаточно ли уделяю времени тем, кто нуждается во мне, не отказываю ли в помощи?
    Не говорю ли плохо о ближних?
    Не завидую ли другим, не желаю ли, чтобы у них пропало то, что у них есть?
    Нет ли в моем сердце ненависти к другим? Не желаю ли я зла кому-либо?
    Не хочу ли я отомстить другим?
    Не выдаю ли чужих секретов, не использую ли доверенную мне информацию против других?
    Люблю ли своих родителей и пытаюсь ли укрепить отношения с ними? Слушаюсь ли их?
    Не брал ли я без спроса чужие вещи, не крал ли денег у родителей или кого-то еще?
    Добросовестно ли исполняю доверенную мне работу?
    Не уничтожал ли бессмысленно природу? Не сорил ли?
    Люблю ли я свою страну?
    Соблюдаю ли правила дорожного движения? Не угрожаю ли чьему-нибудь здоровью?
    Не толкал ли других на зло?
    Не соблазнял ли других своим словом, поведением, видом?

ГРЕХИ ПРОТИВ СЕБЯ САМОГО

    Не отношусь ли к Богу с равнодушием и легкомыслием? (это грех против Бога, но также и против себя самого, поскольку тем самым я отрезаю себя от источника Жизни и становлюсь духовно мертвым. )
    Не замыкаюсь ли я в собственных мечтах? Живу ли сегодняшним днем, а не в прошлом или в будущем?
    Спрашиваю ли я о том, что думает о моих решениях Бог?
    Принимаю ли самого себя? Не сравниваю ли себя с другими? Не бунтую ли против Бога из-за того, что Он сотворил меня таким?
    Принимаю ли свои слабости и отдаю ли их Господу, чтобы Он мог их исцелить?
    Не избегаю ли правды о самом себе? Принимаю ли замечания в свой адрес и меняю ли свое поведение?
    Исполняю ли то, что обещал?
    Хорошо ли использую время? Не теряю ли времени даром?
    Друзья, круг общения, который я избрал, — помогают ли они мне стремиться к добру?
    Умею ли сказать «нет», когда меня толкают на зло?
    Не бывает ли так, что я склонен видеть в себе только плохое; молюсь ли о том, чтобы Святой Дух открыл мне, какие у меня дары и помог развить их?
    Делюсь ли с другими теми талантами, которые дал мне Господь? Служу ли другим людям?
    Как готовлюсь к своей будущей профессии?
    Не замыкаюсь ли в себе, перестав радоваться тому, что получил от Бога?
    Человек — это душа и тело; достаточно ли я забочусь о развитии своего тела, о его физическом здоровье (теплая одежда, отдых, борьба с дурными привычками)
    Целомудренно ли отношусь к разным сферам моей жизни? (делаю ли усилие, чтобы приготовить сердце принять настоящую любовь?)
    Не рассказываю ли грязных шуток, не читаю ли неприличных журналов? Умею ли отказаться от фильмов и журналов, подталкивающих меня к нечистым мыслям? Не вызываю ли своей манерой одеваться или своим поведением таких мыслей у других?

Александр Мясников научил, как бороться со смертным грехом // Смотрим

Чтение, домашние питомцы, вкусная еда, физические нагрузки, любые хобби и творчество – вот лишь некоторые способы, которыми доктор Мясников предлагает противостоять унынию. Сам он этому греху не подвержен, а помогают ему быть на позитиве любимые собаки, которых он показал сегодня зрителям телеканала «Россия 1».

Одним из смертных грехов в христианстве считается уныние. Доктору Мясникову оно не свойственно, и он считает, что его просто не надо допускать в сердце. Как этого добиться, врач рассказал на сегодняшнем приеме в своей телевизионной клинике, открытой по субботам в эфире телеканала «Россия 1».

Читайте книжки, читайте поэзию, посоветовал доктор и продекламировал кое-что из своего любимого Гумилева. В частности, стихотворение «Занзибарские девушки», героя которого Мясников поставил нам в пример: после многих несчастий на пути к заветной цели тот испытал горькое разочарование, но не впал в уныние.

Александр Леонидович также предложил завести домашнего питомца. У него самого в доме живут три собаки, с которыми он не устает играть, кошка, а с недавнего времени еще и рыбка, хлопот с которой больше, чем со всеми четвероногими вместе, но зато она с характером и умеет общаться.

Еще с унынием можно бороться… пельмешками, говорит медик, подразумевая под этим, очевидно, какое-нибудь любимое блюдо человека, предающегося печали. Правда, тут есть риск поддаться другому смертному греху – чревоугодию.

В любом случае после трапезы следует потратить излишние калории. Чтобы упражнения приносили не только пользу, но и разогнали уныние, их нужно разнообразить какими-нибудь необычными элементами. Один из забавных, но довольно сложных способов усовершенствовать обычные отжимания медик показал прямо в студии.

«Вам Бог дал ограниченное число дней, и вы их тратите на что? На пессимизм, на уныние, на безделье. Что значит «нечего делать»? Думайте, двигайтесь, просто прыгайте, нарисуйте что-нибудь. Уж «Черный квадрат» нарисовать точно сможете! Песни пойте, – набрасывает варианты Мясников. – Когда придет ваше время, вы подумаете: Господи, еще бы чуть-чуть, дай пожить! А Он тебе дал, только ты не жил».

Почему уныние – это смертный грех?

Давайте вспомним известный анекдот: грех предаваться унынию, когда есть масса других грехов! – Этот самый бюджетный. Это конечно же юмор, но как на самом деле обстоят дела с унывающим человеком. В чем его вина?

Некоторые считают, что это все глупости Кафолической церкви, в нашем обществе такое не происходит. Другие говорят о том, что гнев имеет место быть. Третьи не понимают, как так случилось, что грехи являются смертными. У четвертого вообще одно недопонимание вокруг этого. Получается, что нет единого мнения и остается большим вопросом, почему же уныние является смертным грехом?

 

Таинство вокруг самого смертного греха

Смертные грехи зародились еще в 3 веке: когда только стало появляться христианство. На тот момент еще церковь не была разделена на православную и католическую. Тем не менее грехи считались на тот момент только монашескими обетами и никак не относились к мирской жизни. Изменения произошли не без помощи Григория Великого, который зовется в православной традиции Григорий Двоеслов — внес обозначение “смертные грехи” в христианство. Именно после этого, “уныние” стало превыше остальных плотских грехов.

Почему уныние “смертное”?

Как так получилось, что вообще уныние стало “смертное”? Вообще получается, что находиться в печали и скорби – это просто переживания, которые может испытывать любой человек.

Здесь нельзя путать два понятия: скорбь и уныние. Скорбь мы испытываем тогда, когда ощущаем утрату. Такое происходит с человеком постоянно, например, в детстве укатился мячик — утрата. Или такое, родители не разрешают есть холодное мороженое — это уже скорбь от того, что желание не реализовалось. Если основываться на психологию, то данное состояние — это фрустрация. Без нее человек, как личность, не сможет расти и развиваться. Только столкнувшись с такими состояниями, как фрустрация и скорбь, человек учится справляться с бытовыми задачами. Это помогает ему находить выходы из положения. Он становится более сильным как личность.

Но случается, что переживания могут быть настолько серьезными, что человек попадает в состояние безысходности. Он не понимает, как выходить из той или иной ситуации, он перестает стараться, так как это только усиливает страдания.

Уныние одно и то же, что и депрессия?

В современной медицине, уныние и есть депрессия. Получается, что в христианство данное состояние — это уныние, а в психологии — депрессия. В таком состоянии необходима профессиональная помощь, попавшего в депрессию человеку.

На момент, когда в христианстве появилось слово – уныние, в качестве смертного греха, не предпринималось ничего, чтобы помочь человеку выйти из него. Что нельзя сказать о современной психотерапии. Действенным способом оставалось только вытащить человека из состояния депрессии и подключить весь его внутренний мир, а также помочь найти вдохновение на жизнь и пережить все трудности. Человек в депрессии и без помощи не сможет полноценно жить и никому не известно, сколько он сможет находиться в нем. 

Уныние приводит человека к неверию в Господа

Получается, что уныние является смертным грехом и может привести к смерти? Давайте обратимся с этим пороком к творцам христианской этики. Философ, который почитаем не только в западной церкви, но и в восточной Иоанн Лествичник повествует по 13:2, что уныние – когда “расслабляется” душа и изнеможен ум. Иоанн говорит тому, кто унывает и делает упрек ему в том, что он не верит в Господа. 

Святые отцы считают, что уныние — это сильная страсть, которая может победить смерть, но против нее нужно много и отчаянно бороться тому, кто хочет спастись.

Если возникли страх и уныние, то для любви нет места

Иоанн Богослов трактует, что Бог — это любовь. Сюда отлично можно вставить строчку: там, где страх и уныние, нет места любви. Подводя итоги получается, что уныние — это очень серьезный грех неверия в себя, в свой разум, в любовь и отношение Господа. Именно это и считается в христианстве главным принципом и содержанием.

При этом стоит отметить, что “смертный грех” уныние может быть оправдательным. Если человек приходит с покаянием и начинает стремиться к лучшему, изменяя себя и свой внутренний мир, то его грех прощается. 

 

Играем с начала // МУЗЫКА ТЕАТРА И КИНО В «ТЕАТРЕ НОВОЙ МУЗЫКИ»

СОВРЕМЕННОЕ ТВОРЧЕСТВО

Под знаком пятилетнего юбилея завершается год для творческого объединения, созданного в Саратове композитором Владимиром Орловым

«Театр новой музыки» – это энтузиасты современного музыкального творчества, исполнители-единомышленники, регулярно выступающие в Саратовской консерватории с концертами-спектаклями из произведений XX века и ныне живущих авторов. За свою первую «пятилетку» «Театр» провел премьеры сочинений молодых композиторов из многих городов России, а также Украины, Армении, Австралии и США. Коллектив сформировал свою публику, которая с интересом открывает для себя новый репертуар.

На протяжении пяти лет исполнители в «Театре» сменяют один другого – в основном это студенты и выпускники Саратовской консерватории. Но уже сформировался и плотный постоянный кружок музыкантов. Среди них, например, Василий Игонин – пианист, исполнитель сложнейших по образному строю и технике современных произведений, а кроме того – талантливый актер и композитор. Вместе с ним в «Театре» постоянно выступает и скрипачка Александра Климова: она прекрасно справляется с самыми трудными партиями, насыщенными и ритмическими сложностями, и резкими модуляционными сдвигами, в ее исполнении интонационная линия всегда звучит естественно.

Первый концерт по случаю пятилетия «Театра» прошел весной, а один из последних состоялся в середине осени. В Театральном зале консерватории слушатели с большим любопытством приняли очередную новую задумку объединения. Вздрогнув под первые мощные аккорды фортепиано, они погрузились в минимализм Филипа Гласса: музыка к англо-американскому фильму 2002 года «Часы» пронизывала весь концерт, и это была идея Игонина. Его начальные размышления «о трагедийности бытия» невольно задали тон всему, и концерт словно был накрыт трагической тенью. Однако в противоречии с заданным настроением звучали и светлые, даже жизнерадостные произведения, стирающие общий «темный» налет.

В практике «Театра новой музыки» есть традиция включения в концерты исполнителей разного возраста, и для многих из них это уникальная возможность выступить публично. «Театр» приглашает всех, кому интересна современная музыка и кому не кажется «слишком сложным» такую музыку не только слушать, но и играть. К гостям театра относятся ансамбль виолончелистов ДШИ № 11 Cell’si под руководством Оксаны Селиверовой. На осеннем концерте он исполнил «Романс о романсе» Андрея Петрова из кинофильма «Жестокий романс». Очень чистая, внятная игра порадовала слух и сердце. А затем публике был предложен экскурс в историю киномузыки. Анна Метелица (ученица ДМШ № 3) спела песню Исаака Дунаевского «Весна идёт» из кинофильма «Весна». А София Мойса, учащаяся ДМШ для одаренных детей при СГК им. Л.В. Собинова, и ее преподаватель И. Коляда напомнили о фильме «Мы из джаза», исполнив песню Марка Минкова «Старый рояль».

Но позволю и критическое замечание. Продолжая затем слушать сюиту Ф. Гласса, зрители дождались и объяснения сюжета фильма «Часы» и поняли причины изначально заявленной трагичности: образная тематика наконец получила свое обоснование. И все же «тяжелый контраст», обрушившийся после легкой и веселой советской киномузыки, произвел нечто вроде «психологической смуты». Слушатель внутренне протестует, не хочет больше погружаться в смертное уныние – критик, также внутренне, требует обоснования контрастов. Вероятно, сюита Гласса воспринималась бы лучше, если бы просто прозвучала от начала до конца в первом отделении концерта. А между тем никто из публики не покинул зал! Это было еще одним доказательством того, что у творческого объединения есть свой слушатель, который ему полностью доверяет. И возможно, приходит на концерты «Театра» в том числе и в поисках острых ощущений, которые дают сильные контрасты.

Примирением «светлого и темного» стал «Ноктюрн» Яна Сибелиуса – номер из сюиты к драме «Пир Валтасара», сыгранный А. Климовой. Она же дополнительно «оттенила» Гласса сюитой Михаила Матюшина «Осенний сон» и гениальным шостаковическим «Романсом» из кинофильма «Овод». В стилистику концерта удачно вписалась молодая перспективная певица Ксения Нестеренко: двоюродная внучка Евгения Нестеренко не подвела своего знаменитого деда. Песни Анюты и Вареньки из кинофильмов «Веселые ребята» и «Испытание верности» прозвучали свежо и очень обаятельно.

Ошибочно кажется, что киномузыка – хорошо изученная «тема»: все ли из нас помнят, например, «саундтреки» Пауля Хиндемита или того же Дмитрия Шостаковича к самым первым кинофильмам? И хотя в целом подобный материал не такой уж «закрытый» и часто совсем не «новый», все же для «Театра новой музыки», думается, он мог бы послужить основой для некоей отдельной концертной концепции в будущем.

Фото Надежды Шитовой.

На фото Александра Климова, Василий Игонин.

Рудик Екатерина
25.12.2015

священники назвали грехи, о которых чаще всего сожалеют россияне — РТ на русском

Опрос 50 священников показал, что чаще всего россияне сожалеют о таких грехах, как маловерие, суеверие и гордыня. За ними следуют уныние, недовольство своей жизнью и лень. Об этом RT рассказала руководитель международного интернет-проекта «Батюшка онлайн» Надежда Земскова. Как отметили участники проекта, многие не решаются поделиться своими проблемами даже с близкими, поэтому нередко обращаются за помощью и поддержкой к священникам.

В международном сетевом проекте «Батюшка онлайн» опросили 50 священников, которые отвечают на вопросы людей в интернете более двух лет, а также проанализировали содержимое портала и сообщества проекта «Вконтакте». По итогам исследования были сделаны выводы о грехах, о которых россияне сожалеют чаще всего.

По оценке участников проекта, на первом месте — маловерие, суеверие и гордыня. Несколько меньше пользователи говорят об унынии, недовольстве своей жизнью и лени. Далее, согласно результатам опроса, следуют истории, связанные с такими грехами, как непочтение родителей, конфликты с близкими, аборты и различные вредные привычки. Также многие жители страны, по словам священников, сожалеют о блуде, изменах и воровстве. Замыкают список наиболее часто упоминаемых порочных поступков обман, зависть и осуждение. Об этом RT сообщила руководитель проекта Надежда Земскова.

Участник проекта «Батюшка онлайн» игумен Лука (Степанов) — один из наиболее опытных священников, ответивший в сети на несколько тысяч вопросов.

«Вопросы и проблемы примерно похожие, — говорит он. — Потому что на протяжении тысячелетий грехи у людей в принципе одни и те же. Задача священника — утешить человека, дать добрый совет, помочь в деле исправления жизни и стремлении к духовной чистоте. Отрадно, что многие из тех, кто обращался за помощью на грани развода, аборта и даже суицида, сохранили свои семьи, не совершили аборт и не свели счёты с жизнью».

Также по теме

Духовное образование: число желающих выучиться на священника в России за год выросло на 25%

На подготовительные отделения высших духовных учреждений было зачислено на 25% больше желающих стать священниками, чем годом ранее. Об…

Игумен отметил, что люди рассказывают о своих проблемах в сети порой даже откровеннее, чем в реальной жизни при личном общении со священником.

«Бывают такие вещи, о которых не скажешь даже самым близким. Неловко рассказать об этом в храме священнику лично, которого видишь впервые. Люди порой в отчаянии и поиске выхода из сложной жизненной ситуации пишут батюшке в интернете — так проще открыться и найти решение своей проблемы. Многие после разговора с батюшкой в нашем проекте идут на исповедь и причастие в храм, приходят к вере», — пояснила Земскова. 

Она добавила, что священнослужители всегда сохраняют анонимность и не осуждают людей за жизненные ошибки и грехи, какими бы серьёзными они ни были. Служители церкви объясняют, что любой грех можно победить, изменив свой образ жизни.

Международный интернет-проект «Батюшка онлайн» создан в мае 2011 года в Ульяновске по благословению митрополита Симбирского и Новоспасского Прокла. Он был отмечен Патриархом Московским и всея Руси Кириллом, который призвал представителей духовенства присоединиться к работе интернет-ресурса. На сегодняшний день в нём участвуют свыше 150 священников, которые за шесть лет ответили более чем на 200 тысяч вопросов читателей. Люди ищут у священников поддержки и совета в различных жизненных обстоятельствах, задают вопросы о церкви и православной вере в целом. Лично священнослужителям отправляют сообщения с содержанием, которое по тем или иным причинам не могут публиковать. Ежедневная посещаемость портала проекта и группы в социальной сети «Вконтакте» превышает 50 тыс. человек.

«Грехи существовали всегда»

Руководитель центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН Роман Лункин рассказал, что список наиболее распространённых грехов был аналогичным и много веков назад.

«Это общие грехи для всего человечества, которые существовали всегда. Если обратить внимание на Западную Европу или США, там люди приходят к священникам с такими же проблемами. Российские христиане ничем не отличаются в данном случае от христиан Европы или США», — пояснил эксперт.

Также по теме

«Каким бы ни был этот фильм, это явление культуры»: пресс-секретарь патриарха Кирилла о «Матильде» и диалоге с обществом

Человек, вступающий на путь священства, соглашается с рядом ограничений, которые всегда будут присутствовать в его жизни. Об этом в…

По его словам, чаще всего люди стремятся получить у священников в сети совет о решении личных проблем. Поэтому контент проекта «Батюшка онлайн» содержит большое количество вопросов об изменах, предательстве и зависти.

«К священникам обращаются за духовно-психологическим советом. Может показаться, что батюшку используют в качестве психоаналитика. Но священник не даёт психоаналитических советов. Он даёт духовные советы, исходя из Евангелия и православного опыта», — заключил Лункин.

Протоиерей Александр Ильяшенко также полагает, что грехи из списка «наиболее распространены».

«Речь идёт о тех грехах, которые больше всего затрагивают людей в повседневной жизни. Например, блуд распространён повсеместно и возводится в обществе чуть ли не в ранг добродетели. Обман же может быть разным, но в любом случае действует чувствительным уколом на совесть. По поводу воровства — сейчас много бедных, поэтому воровство часто оказывается вынужденным поступком», — сказал Ильяшенко.

  • Исповедь
  • © Проект «Батюшка-онлайн»

Он добавил, что в одной и той же жизненной ситуации могут быть совершены несколько грехов. Например, измене сопутствует предательство.

В то же время протоиерей предостерёг пользователей от избыточного общения с батюшками онлайн, которое не может заменить контакта со священником в реальной жизни и таинства исповеди. 

«Живое общение человека с человеком ничто заменить не может. Общение в интернете может быть некоторым подспорьем. Хотя, как правило, оно является следствием того, что современному человеку легче сесть и набрать текст на экране, нежели пойти в храм, чтобы встретиться со священником. Компьютером пользуются молодые и здоровые люди, который вполне могут дойти до храма», — заключил Ильяшенко. 

Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) в 2008 году провёл опрос, выяснив, какие грехи россияне считают смертными. Больше всего респондентов назвали смертными грехами убийство (43%), воровство (28%) и прелюбодеяние (14%). Каждый десятый (10%) назвал смертным грехом враньё и лжесвидетельство, 8% — зависть. 5% опрошенных уверены, что к смертным грехам относятся гордыня и тщеславие, 4% — чревоугодие и обжорство. По 3% указали в этой связи на употребление алкоголя, блуд, гнев, причинение вреда другому и предательство. За ними следуют аборт, алчность, жадность, богохульство, лень, самоубийство и уныние (по 2%). Наименьшее число респондентов отнесли к числу смертных грехов злобу, ненависть, непочитание родителей и сквернословие (по 1%).

Книга Царство, глава Глава 1, страница 1 читать онлайн

Глава 1

Землю залил багрянец. Копыта лошадей увязали в грязи, перемешанной кровью. Все поле, насколько хватало глаз было усеяно трупами людей и лошадей. Над всем этим кружили вороны — унылые вестники смерти, оглашающие поле битвы пронзительными криками, омрачая торжество победителей.

И чудно было видеть, как один из всадников вдруг медленно поднял взгляд зеленых глаз к небу, как едва заметно улыбнулся в свинцовую даль.

— Снег… — негромко произнесенное слово не предназначалось никому, но несколько воинов, оказавшихся поблизости, обернулись к всаднику.

Статный и черноволосый, с густой темной бородой и колючим взглядом нездешне-зеленых глаз всадник мог бы показаться чужаком среди светловолосых широколицых антарцев. Мог бы вызывать негодование чернотой волоса да белизной кожи супротив медово-светлых, да краснощеких жителей великой Антарии. Мог, если бы не был ее великим государем из древнего царского рода Яровичей.

— Хорошо! — вдруг резко воскликнул он, хлопнув себя по ноге. — Мерзость супостатскую скроет, а нам домой пора!

Зычный голос пронесся громом над полем брани, вспугивая пирующее воронье, что черной тучей взмыло ввысь, оглушительно крича.

 

Дворец поражал своею роскошью. Белёные стены, резные обналичники на окнах, тяжёлые дубовые двери с причудливым рисунком…

Вдоль длинного коридора, в сопровождении двух стражников в расшитых серебром красных кафтанах, шёл молодой парень. Невысокий, худощавый и конопатый, со вздёрнутый кверху носом и тонкими чертами лица, он казался почти ребенком, если бы не внимательный, не по-детски серьезный взгляд больших зелёных глаз.

Восторженно осматриваясь по сторонам, парень то и дело замедлял шаг, чтобы рассмотреть узоры на двери или коснуться беленой стены, но тут же шёл дальше, поторапливаемый недовольным ворчанием стражников и лишь какое-то чудо пока уберегло его от неминуемых тумаков.

В потрёпанном чёрном кафтане, явно с чужого плеча поверх серой рубахи из грубого сукна, в истоптанных сапогах, рядом со стражниками он выглядел маленьким голодранцем, но это кажется ничуть не смущало его.

— Стой! — грозно приказал один из стражников, шедший впереди. Высокий, широкоплечий, смуглый с окладистой темной бородой и длинными волосами, он был похож на медведя и голос был под стать внешнему облику: громкий, глубокий и низкий. — Здесь жди, — приказал он юноше, прежде чем направиться к приоткрытой двери, откуда доносились негромкие голоса.

Оставшись наедине со вторым стражником, безразлично созерцавшим кончик собственных сапог, парень задумчиво поджал губы, сдвинув на бок серую шапку, когда-то бывшую доброй и явно видавшую лучшие времена и тяжело вздохнул. Прийти на поклон к государю была не сама хорошая идея, но пути уже назад не было.

Да только кто же голодранца повел бы к государю, кому хотелось лишиться головы и притащить деревенского пса пред ясные очи царя-батюшки. К боярину мелкому доставили юнца, пред его дверями заставили ждать. И не видать бы ему милости государевой, как ушей своих, не провинись боярин пред царем, не будь государь на расправу скор и грозен.

Голоса за дверью, что и без того напряженно звучали, вдруг стали громче, раздался вдруг шум и грохот, точно свалил кто-то стул тяжелый, да бросился к двери. И впрямь резко створки распахнулись, да в проеме появился боярин. Растрепанный и покрасневший, с выпученными от страха глазами, он лишь споткнулся о порожек, да вереща поросенком годовалым, рухнул.

— Пощади, царь-батюшка, попутал бес! — не смея подняться, пополз прочь боярин, да только далеко не забрался.

На край шубы из богатого заморского сукна опустился сапог. Потертый сапог из добротной кожи, что говорила о состоятельности своего обладателя лишь немногим меньше властного резкого голоса.

— Бес тебя, пса поганого попутал, да бес же тебя и к лобному месту привел. Дознаться, куда дел награбленное, девок да жену в монастырь, на постриг, пусть отмаливают батюшкины грехи.

Вытянувшиеся было по струнке стражники, мгновенно подхватили под руки опального боярина, да поволокли прочь, провожаемые взглядом государя. Тяжелым, разом потемневшим взглядом высокого мужчины, что гневно сжимал дрожащие от ярости губы, держа ладонь на рукояти сабли. Разрубил бы пса паршивого в один удар, да обещался не лить крови в доме своем, и должен был слово держать теперь.

Проводив стражников взглядом, да после согнувшись в низком поклоне, парень искоса глядел на царя, да диву давался.

Ходила молва, де, мол, царь статен, высок, черноволос, да на других антарцев не похожий, но узрев вживую государя нельзя было не удивиться, насколько не похож правитель на народ свой.

— Дозволь, государь, слово молвить, — осмелился подать голос парень, ниже склонил голову, да руку к сердцу приложил в знак почтения. Голос у него был довольно низкий, как для такого тщедушного юнца, со срывами. — Государь, с челобитной к тебе пришёл, да вижу не время теперь.

Оглянувшись на наглеца, посмевшего прямо к нему говорить, Демид лишь грозно брови свел на переносице. Не сразу ответил государь, смерив отрока тяжелым взглядом. Приметил и кафтан потертый и глаз зелень нездешнюю уловить успел. Приграничного жителя признал, где еще встречались такие же, как и он зеленоглазые дети от людей Яровичей.

— Ну говори, коль головы не жалеешь, — неспешно произнес он. — Не зря ведь от Светлой сюда добирался.

Что бы ни рисковали еще злые языки говорить о государе, а народ и землю свою он знал. И узор по краю старой рубахи встречал у жителей приграничной Светлой только.

— Ты, государь, не гневайся, — не разгибая спины, а только очи на царя подняв, отвечал отрок. — Да только взор твой не туда направлен, наместник Светлой с врагами твоими спутался, от того и казна пуста, что у своих не покупаем, а лавки от заграничных товаров ломятся.

И снова не сразу ответил царь, пристально глядя на гостя нежданного. Точно, правду сказывали, и мог он в душу саму заглядывать, да тайный умысел читать. Правда то или нет, да только повезло отроку, любой бы о том сказал.

Семь смертных грехов — Ленивость — Безжалостный и умышленный мрак и уныние

Духовный аскет святой Иоанн Кассиан (360 — 435 гг. Н.э.), современник святого Августина и влиятельный интеллектуальный ресурс святого Бенедикта, однажды определил acedia как «усталость или страдание сердца…». Это делает человека [в данном случае монаха] ленивым и вялым в выполнении любой работы, которую необходимо выполнить ». Это рассматривалось как духовная летаргия, внутренний недостаток, тормозивший религиозное развитие.

Позже Acedia стали ассоциироваться с английским словом «лень», хотя чаще всего оно означало простую праздность, лень или праздность. Он также, конечно, дал свое название неэнергетическому древесному млекопитающему, которое спит непропорционально большой процент своей жизни и имеет невероятно низкий уровень движения и активности.

Ученый Данте Марк Муса утверждает: «Леность была самым страшным монашеским грехом в средние века, потому что она мешала набожным людям покорить себя и искать Бога.Это безжалостная и умышленная уныние и уныние, и вытекающее из этого безделье, как известно, может привести к «мастерской дьявола».

Фома Аквинский связал этот грех с «горечью» (амаро), потому что те, кто был в его тисках, усвоили свой гнев, заперев его в своих сердцах и отравив себя. В «Аде» ленивцы погружаются в грязную реку Стикс, булькая, объясняя свое наказание: «Мы были угрюмы в сладком воздухе, который веселит солнце, неся в себе вялый дым; теперь мы угрюмы в этой черной трясине.”

Ленивцы каждого поколения отвергают знаменитую шутку Илера Беллока, которую вспоминают жертвы Данте: «Где бы ни светило католическое солнце, Всегда есть смех и хорошее красное вино. По крайней мере, я всегда так считал. Бенедикам Домино! » Когда я был помощником кардинала Эйвери Даллеса, меня приглашали на достаточное количество иезуитских предварительных коктейльных вечеринок, чтобы знать, что многие из сегодняшних религиозных деятелей не склонны к такому отказу.

В прошлое воскресенье, третье Адвента, было воскресенье Gaudete — одно из двух воскресений в году, когда церковь празднует в розовых облачениях.Лаэтаре воскресенье в Великий пост — другое. Оба эти дня сосредоточены на активной радости, сверхъестественном противоядии от лени.

На прошлой неделе мы слышали, как пророк Софония произнес: «Радуйся, дочь Сион! Пойте с ликованием, дочь Иерусалим … Ибо Господь, Бог ваш, посреди вас ». И Павел, прикованный цепями в сырой древней тюрьме, понимая, что вскоре он будет обезглавлен, ошеломляюще наставляет нас: «Всегда радуйтесь в Господе. Скажу еще раз: радуйтесь! »

Такие увещевания напоминают нам не засыпать в этом мире в ожидании возвращения Учителя.Это самое радостное время года, когда мы воссоединяемся с семьей и друзьями и вновь празднуем Божье жилище среди нас, — прекрасная возможность честно исследовать оцепенение, охватившее нас в последний год, чтобы изгнать дым мира. леность, запятнавшая наши сердца и наши решения, и вновь посвятить себя полезной работе христианской жизни.

Майкл М. Канарис — администратор Центра веры и общественной жизни Университета Фэрфилда и преподаватель кафедры философии, теологии и религиоведения в Университете Святого Сердца.

«Спросите священника: может ли стать хуже, если я уже совершил смертный грех?»

В: Когда я совершаю смертный грех, я впадаю в эту идеологию: «Ну, я уже в смертном грехе, как может быть хуже?», И использую это, чтобы впасть в уныние. Верно ли это — можно ли усугубить смертный грех, если он продолжится после первоначального инцидента? Я ненавижу эту идеологию и не понимаю, почему я в нее попадаю. Что делать в смертном грехе до субботней исповеди? Могут ли духовные практики, такие как Часовая литургия или розарий, хоть немного пригодиться, когда кто-то находится в состоянии смертного греха? Мне кажется, что я каждую неделю становлюсь жертвой этих грехов, и мне хотелось бы узнать, как лучше всего их победить.Ничего из того, что я пробовал, не работает так долго. Бог благословил. — Г.Э.

Ответил о. Эдвард Макилмэйл, LC

A: То, что вы описываете, — обычное дело. Это скорее соблазн, чем идеология. Человек впадает в смертный грех, а затем быстро впадает в уныние и наваливается на другие смертные грехи. Это усугубляет плохую ситуацию.

Уныние может быть одной из уловок дьявола. Перед падением он шепчет кому-нибудь: «Давай, сделай это. Это не большое дело. Ты хороший парень.Все так делают ».

Затем, после падения, дьявол шепчет: «Ты неудачник. Вы думаете, что вас нужно простить? Нет смысла пытаться перестать грешить — ты уже на грани «.

Лучшим ответом было бы как можно скорее исповедаться, пока не нарастало уныние. Уныние — это скользкая дорожка, которой следует избегать.

Если вы не можете исповедоваться, по крайней мере совершите совершенный акт раскаяния (то есть скорбите о грехе, основанном на любви к Богу).

А пока продолжайте молиться. Заслуга для них проявится, как только вы вернетесь в состояние благодати.

Чтобы побороть свои грехи, вы можете подумать о составлении программы жизни , — как систематическом способе бороться со своими пороками и работать над добродетелями.

Для этого вам может быть полезно видео на https://www.youtube.com/watch?v=qwHfPpXbN5U.

Узнайте больше с Ask a Priest

Есть вопросы? Нужен ответ?

Сегодняшний светский мир все время бросает в нас кривые мячи.AskACatholicPriest — это функция вопросов и ответов, которую может использовать каждый. Просто введите свой вопрос или отправьте электронное письмо на [email protected], и вы получите личный ответ от одного из наших священников в RCSpirituality. Вы можете спросить о чем угодно — о литургии, молитве, моральных вопросах, текущих событиях … Наша цель — просто предоставить надежный форум для надежного католического руководства и информации. Так что задавайте свой вопрос…

Уныние — смертный грех

На заре зарождения христианства греческий монах Евагрий Понтийский сформулировал целую систему смертных грехов, которая в то время включала гордость, зависть, лень, гнев, похоть, жадность и обжорство.Всего их было семь. Христианина с детства учили, что он должен работать с утра до поздней ночи, так как лень — смертный грех. Христиане ели плохую пищу, потому что обжорство тоже было смертным грехом. Они также не могли быть гордыми, завистливыми, жадными, злыми и похотливыми. Но через некоторое время этот список стал, так сказать, более гуманным.

Уныние — это грех

Люди, несмотря на страх оказаться в вечных муках в аду, все же не хотели лишать себя мирских развлечений и удовольствий.Как не побаловать себя плотскими утехами или застольем с друзьями? Таким образом, некоторые запреты были отредактированы и смягчены в списке смертных грехов. Например, папа Григорий Великий исключил из списка смертных грехов блуд, а святые отцы сняли с него лень и чревоугодие. Некоторые грехи вообще стали категорией человеческих «слабостей».

Однако интересно другое: Папа Григорий Великий, позволяя своей пастве сгладить грех прелюбодеяния покаянием и молитвой, внезапно добавляет уныние к списку смертных грехов — казалось бы, абсолютно невинное свойство человеческой души. .Хочу отметить, что уныние осталось в списке неизменным, более того, многие богословы и по сей день считают его самым серьезным из смертных грехов.

Смертельный грех — уныние

Итак, почему уныние считается смертным грехом? Дело в том, что когда человека охватывает уныние, он ни на что не становится годным, он проявляет безразличие абсолютно ко всему, а особенно к людям. Он не может достойно и качественно выполнять работу, не умеет творить, дружба и любовь ему тоже не нравятся.Поэтому было справедливо приписывать уныние смертным грехам, но напрасно из этого списка были исключены похоть и блуд.

Тоска, уныние, депрессия, грусть, печаль … Подпадая под власть этих эмоциональных состояний, мы даже не задумываемся о том, какая негативная и сокрушительная сила они имеют. Многие считают, что это какие-то тонкости состояния загадочной русской души, в этом, думаю, есть доля правды. Однако психотерапевты считают все это очень опасным явлением, и что длительное пребывание в таком состоянии приводит к депрессии, а иногда и к самому непоправимому — самоубийству.Поэтому Церковь считает уныние смертным грехом.

Уныние или грусть?

Уныние — смертный грех, который в православном богословии трактуется как отдельный грех, тогда как в католицизме среди смертных грехов есть печаль. Многие не видят особой разницы между этими эмоциональными состояниями. Однако грусть рассматривается как временное психическое расстройство, связанное с каким-то неприятным событием или инцидентом. Но уныние может прийти без всякой причины, когда человек страдает и не может объяснить такое состояние даже полным внешним благополучием.

Несмотря на все это, Церковь считает, что все испытания нужно уметь с радостью воспринимать, истинной верой, надеждой и любовью. Иначе получается, что человек не признает единого целого учения о Боге, о мире и о человеке. Такое неверие отдает душу самой себе, тем самым обрекая человека на душевное заболевание.

Печальный означает неверующий

Такой смертный грех (уныние) именуется злым разделением, под влиянием этого человек начинает лениться и не может заставить себя к необходимым спасительным действиям, так как его ничто не утешает и не радует , он ни во что не верит и даже не надеется.В конце концов, все это напрямую воздействует на душу человека, разрушая ее, а затем и тело. Уныние — это истощение ума, расслабление души и обвинение Бога в нечеловеческой любви и целомудрии.

Признаки мрака

Важно вовремя определить симптомы, по которым можно увидеть, что деструктивные процессы начались. Это нарушение сна (сонливость или бессонница), нарушение работы кишечника (запор), изменение аппетита (переедание или отсутствие аппетита), снижение половой активности, утомляемость при умственных и физических нагрузках, а также импотенция, слабость, боль. в желудке, в мышцах и в сердце.

Конфликт с самим собой и с Богом

Конфликт, прежде всего с самим собой, постепенно начинает перерастать в органическое заболевание. Уныние — это плохое настроение и подавленное душевное состояние, сопровождающееся упадком сил. Таким образом, грех перерастает в человеческую природу и приобретает медицинский аспект. В этом случае Православная Церковь предлагает только один путь к выздоровлению — это примирение с собой и с Богом. А для этого необходимо заниматься нравственным самосовершенствованием и одновременно использовать духовные и религиозные психотерапевтические приемы и методы.

Человеку, страдающему депрессией, можно посоветовать найти себе опытного духовника из монастыря, чтобы он помог ему выйти из этого ужасного состояния. Разговор с ним может длиться до нескольких часов, пока он не сообразит, какой источник такой глубокой духовной печали может быть на какое-то время оставаться в монастыре. И только тогда можно будет переходить к лечению души. Ведь депрессия — серьезное заболевание, которое все же поддается лечению.

Православная медицина

Человеку, решившему бороться с подобным физическим и духовным недугом, необходимо срочно изменить образ жизни и начать активное воцерковление. Для многих людей это серьезное заболевание, ведущее к пониманию их греховной жизни, поэтому они начинают искать выход на евангельский путь. Главное в православной медицине — помочь больному освободиться от собственных страстей и мыслей, связанных с общим процессом разрушения тела и души.При этом верующий, столкнувшись с болезнью, не должен отказываться от профессиональной медицинской помощи. В конце концов, это тоже от Бога, и отказаться от него — значит упрекнуть Творца.

Вордсворт, Уильям. 1888. Полное собрание сочинений.

ЭКСКУРСИЯ

КНИГА ЧЕТВЕРТАЯ

УЧАСТИЕ ИСПРАВЛЕНО
 ЗДЕСЬ закрыл Житель той одинокой долины Его печальный рассказ - начался с боли, Началась боль, и закончилась без покоя родное чувство, благодарное нашему разуму; И, несомненно, принося ему какое-то облегчение, Пока мы насытимся слушанием должным состраданием.Последовала пауза молчания; затем, голосом, Который не дрогнул, хотя сердце было тронутым, Странник сказал: «Есть одна адекватная опора 10 Для бедствий земной жизни - только одна; твердое убеждение, что процессия нашей судьбы, однако Печальный или встревоженный, приказано Существом бесконечной доброжелательности и силы; чьи вечные цели охватывают все случайности, обращая их в добро. Воля высшая 20 На время и на вечность; верой, абсолютной верой в Бога, включая надежду, и защитой, лежащей в безграничной любви к Его совершенствам; с привычным страхом того, что недостойно задумано, пережито нетерпеливо, плохо сделано или оставлено несделанным. , К бесчестию его святого имени.Душа наших Душ и защита мира! Выдержи, ты только можешь, больной сердцем; Восстановите их вялый дух и вспомните 30 Их потерянную привязанность к тебе и к тебе! »Затем, когда мы вышли из этого укромного уголка, Он продолжил это, подняв глаза К небу:« Как прекрасен этот небесный купол; И огромные холмы, колеблющиеся неподвижно, По твоему приказу, как ужасно! Неужели Душа, Человеческая и разумная, сообщать о тебе даже меньше, чем они? - Молчи, кто захочет, кто сможет, Но я буду восхвалять тебя страстным голосом: Мои уста, которые могут забыть тебя в толпе, 40 Не могу забыть тебя здесь; где ты построил, для славы твоей, в пустыне! Ты сделал меня своим священником, В таком храме, который мы теперь видим, Возведенный для твоего присутствия: поэтому я обязан поклоняться здесь и везде - как человек, Не обреченный на невежество, хотя и вынужденный ступать, С детства вверх, пути бедности; От невнимательного незнания сохранил, И от унижения спас.- Твоей милостью 50 Божественная частица осталась неутолимой; И «среди диких сорняков труднопроходимой почвы, Твоя щедрость заставила расцвести бессмертные цветы, Из пересаженного рая: Зимний век Мешает; мороз соберется вокруг моего сердца; Если цветы вянут, я хуже мертв! - Приходи, трудись, когда изношенный каркас требует вечной субботы; приходите, болезнь и нужду; И печальное исключение из-за разложения разума Но оставь мне неослабевающее доверие к Тебе - 60 И пусть твоя благосклонность до конца жизни вдохновит меня способностью искать Покой и надежду среди вечного - Отец неба и земли! и я богат, И буду владеть своей долей в содержании! А что есть вечное? - силы уходят », - быстро ответил седой Странник, Отвечая на заданный им самим вопрос:« Имущества исчезают, и мнения меняются, И страсти удерживают колеблющееся место: 70 Но бури обстоятельства непоколебимы, И не подвержены ни затмению, ни убыванию, Долг существует; - непоколебимо выжить, Для нашей поддержки меры и формы, которые дает абстрактный разум; Чье царство, где нет времени и пространства.О других разговорах, которые разум, душа и сердце Требуют с объединенной неотложностью, Чего еще не может погибнуть? - Ты, источник страха, Первичная, самосуществующая причина и конец всего 80 Что на шкале бытия заполните их место; Над нашим человеческим регионом или ниже, Установленный и поддерживаемый; - Ты, Который окутал нас облаком младенчества, что ты сам, В нем, с нашей простотой, мог удержать на земле безмятежное общение; Кто из анархии сна во сне, Или из его смертоносной пустоты, с пунктуальной осторожностью, И касаясь нежным, как утренний свет, Восстанавливает нас, ежедневно, к силе чувств 90 И твердое правление разума - ты, Ты один вечен, и благословенные духи, которых ты включаешь, как море его волны: Ты терпишь поклонение; терпеть для сознания движения своей воли; Для постижения тех трансцендентных истин Чистого интеллекта, которые стоят как законы (Подчинение, составляющее силу и мощь) Даже для бесконечного величия твоего Существа! Эта вселенная уйдет - работа 100 Славных! потому что тень мощи твоей, ступенька или звено для общения с тобою.Ах! если придет время, в котором мои ноги Больше не будут сбиваться с пути, куда ведет медитация, По текущему ручью, через лес или по диким скалам, Любимые места, подобные этим; Свободный Разум может все же иметь возможность варьироваться между ее собственными, Ее мыслями, ее образами, ее высокими желаниями. Если дорогая способность зрения потерпит неудачу, Тем не менее, мне будет позволено вспомнить 110 Какие провидческие способности глаза и души В юности были моими; когда, стоя на вершине какого-то огромного холма в ожидании, я увидел, как восходит солнце, с далеких краев вернулась Тьма, чтобы преследовать и спать; и принеси день Его щедрый дар! или видел его к глубокой Раковине, со свитой пылающих облаков Присутствовал; тогда мой дух был очарован радостью, превознесенной до блаженства; Мера моей души была исполнена блаженства, 120 И святейшей любви; как земля, море, воздух, светом, пышностью, славой, великолепием! Эти пылкие восторги не утихают; И со времени их рождения моя душа претерпела множество изменений, к лучшему или к худшему: все же я перестаю бороться и устремляюсь к Небесам; и упрекай ту часть меня, что знаменует, Греховным выбором; или ужасная необходимость Навязанная свыше человеческая природа.По сравнению с этим, Землю легко презирать; но, чтобы поговорить с небом - Это нелегко: - отказаться от всего, что Мы имеем, или надежды, счастья и радости, И стоять в свободе, освобожденной от этого мира, я считаю не трудным; но должен признать, Это вещь, которую невозможно сформулировать в концепции, равной желаниям души; И самая сложная из задач - «удержать» высоты, которые душа способна достичь. - Человек из праха: его бесплотные надежды, 140 Которые, когда они должны поддерживать себя в воздухе, Нужны должной устойчивости; как столб дыма, что с величественной энергией земли восходит; но, достигнув более разреженного воздуха, Тает, растворяется и больше не виден.От этой немощи смертного рода исходит Печаль, которой еще не было; по крайней мере, Если печаль будет чем-то освященным и предопределенным, Если, соразмерно, она будет справедливой и оправданной, Тем не менее, благодаря этой слабости общего сердца, 150 Может ли она удержаться в том избытке, который осуждает совесть. Ибо кто мог утонуть и успокоиться до этой точки эгоизма; настолько бессмысленным, кто мог бы так долго и настойчиво оплакивать любой объект своей любви, удаленный из этого нестабильного мира, если бы он мог зафиксировать удовлетворительный взгляд на это состояние чистого, нетленного, блаженства, которое разум обещает и священное писание 160 Обеспечивает ко всем верующим? - Тем не менее, недоверие имеет такую ​​несостоятельность, как мне кажется, Нет естественной ветви; уныние гораздо меньше; И меньше всего - абсолютное отчаяние.- И если есть, чьи нежные рамы даже в прах опустились; очевидно, из-за тяжести неудавшейся боли и недостатка силы, агонизирующей печали, которую нужно преобразовать; Не думайте, что здесь есть доказательство надежды, когда она больше всего нужна; доверие подорвано 170 Так прискорбно, что, перестав видеть Телесными глазами, они тянутся любовью к потерянному и погибают от сожаления. Ой! нет, невиновный Страдалец часто видит Слишком ясно; чувствует себя слишком живо; и жаждет Осознать видение, с сильным И чрезмерно постоянным стремлением, - вот - вот и лежит Избыток, из-за которого баланс нарушается.Слишком сжато эти стены плоти, Это жизненное тепло слишком холодно, эти зрительные сферы, 180 Хотя непостижимо наделены, слишком тусклы Для любой страсти души, ведущей к экстазу; и все кривые пути времени и пренебрежения переменами идут своим чередом по линии безграничных желаний. Я, говоря сейчас от такого беспорядка, свободен, Ни восхищения, ни жажды, но в твердом мире, Я не могу сомневаться в том, что те, кого вы сожалеете, Прославляются; или, если они спят, пробудятся ото сна и пребывают с Богом в бесконечной любви.190 Надежда, ниже этого, состоит не из веры в милосердие, несущей бесконечные степени За пределами нежности человеческих сердец: Надежда ниже этого состоит не из веры В совершенную мудрость, руководящую величайшую силу, Которая не находит границ, кроме ее собственной чистой воли. Итак, мы отдыхаем; не опасаясь за свое вероучение. Худшее, чего может достичь человеческое мышление. Вызвать или сбить с толку его: все же с болью Признанием и горьким самообвинением. живи мужеством; как от силы Сердца матрос борется с ревущими морями.Увы! наделение бессмертной силой неравно сочетается с обычаем, временем и властными способностями чувства Во «всем»; в большинстве случаев с суперадбуксованными противниками - праздными искушениями; открытое тщеславие, эфемерное детище безмятежного мира; 210 И, в частных областях ума, Плохо управляемые страсти, недовольство вопреки, Неумеренные желания, тоскующее недовольство, Бедствие и забота. Что же тогда остается? - Искать тех помощников в своих делах, которые всегда рядом, Кому не хватает воли их использовать; клятвы, возобновленные При первом движении святой мысли; Созерцательные бдения; хвалить; и молитва - поток, который из источника сердца Излучающий, хоть и слабый, нигде не течет 220 Без доступа неожиданной силы.Но, прежде всего, победа наиболее верна для того, кто, ища веры добродетелью, стремится полностью подчиниться закону совести - совесть почитаема и подчиняется, как самое сокровенное присутствие Бога в душе, и его самое совершенное присутствие. имидж в мире. - стремитесь жить таким образом; эти правила касаются; Это помогает ходатайствовать; и твердыня будет тогда твоей среди немногих счастливых 230, которые живут на земле, но дышат эмпирическим воздухом, Сыны утра. Что касается твоей благородной части, Ере, освобожденной от своих смертных цепей, Сомнение будет подавлено, а проблемы изгнаны прочь; Осталась только такая степень печали, Как может поддержать тоска чистого желания; И укрепляй любовь, тайно радуясь В прекрасных притяжениях могилы.«В то время как в этом штамме достопочтенный Мудрец излил свои устремления и объявил о своих суждениях, около того одинокого дома мы шагали по зеленому участку, который, казалось бы, сохранился благодаря заботе природы от обломков разбросанных камней И от вторжения окружающих пустошей: Небольшое пространство! Но для повторяющихся шагов, Гладкая и просторная; как величественная палуба, К которой моряк взад и вперед используется, чтобы ходить для времяпрепровождения, беседуя со своими товарищами, Или, возможно, думая о далеких друзьях, Пока корабль скользит перед устойчивый ветерок.250 Вокруг нас царила тишина: и голос, говорящий, мог поднять душу К краям еще более безмятежным. Но я подумал, что тот, чье постоянное уныние дало импульс и повод для этой сильной беседы, был не столько взбудоражен духом, сколько смущен; Уклоняясь от увещевания, как человек, который чувствует, что увещевать - значит укорять. Тем не менее, чтобы не отвлекаться от своей цели, Мудрец продолжал: «За ту другую утрату, 260 Потеря уверенности в социальном человеке, Из-за неожиданных перемещений нашего времени, Поднесенных так высоко, что каждая мысль, которая смотрела за пределы временного судьба Доброго, Многим казалась излишней - поскольку не могло быть никаких оснований для такой возвышенной уверенности; поэтому теперь нет ни одной причины для застывшего отчаяния: Две крайности одинаково отвергаются Разумом: если с резкой отдачей от one Вы были доведены до его противоположности, 270 Между ними ищите точку, на которой можно строить разумные ожидания.Так он советует, Кто поначалу разделял эту иллюзию; но вскоре был сброшен с пьедестала гордости сотрясениями, которые природа нежно устроила в лесах и полях; И провидением не подтверждено, говоря таким образом Невнимательным детям мира: «Тщеславное поколение! какие новые полномочия вы наделены? Какие дары, удержанные «От ваших прародителей, получили вы, 280» Достойное вознаграждение в виде новой пустыни? Какое утверждение «Готовы ли вы настаивать на том, чтобы мои постановления» Ибо вы должны претерпеть внезапную перемену; И слабые функции одного напряженного дня, «восстановление и искоренение», выполняют «то, что не сделали все медленные годы времени» своей объединенной силой? «Учиться постепенным процессам природы; «Путать рассказ! Вы стремитесь опрометчиво упасть еще раз; и этот фальшивый плод, 290 «Который для ваших высокомерных духов приносит« Надежду на небесное бегство, принесет »страдания и стыд.Но мудрость сыновей ее «пусть и поздно, но не оправдается». Такое своевременное предупреждение, - сказал Странник, - дало Тот провидческий голос; и в этот день, Когда Татарская тьма овладевает Стонущими народами; когда нечестивые правят, По воле или по установленному постановлению, Их собственные ужасные агенты и сдерживают добрые 300 поступками, которые они ненавидят; хотя я и оплакиваю этот триумф, но жалость моего сердца не мешает мне признать, что закон, от которого страдает человечество, является наиболее справедливым. Ибо высшими энергиями; более строгая привязанность друг к другу; вера более твердая В их нечистые принципы; плохие справедливо заслужили победу над слабыми, колеблющееся, непоследовательное добро.Поэтому, не безутешный, я жду - в надежде 310 Увидеть момент, когда праведное дело Обретет защитников ревностных и благочестивых, Как те, которые выступили против нее; в котором Добродетель Воля к ее усилиям не терпит границ, которые не являются высокими, как ее права; устремление Импульсом собственного бесплотного рвения. Только этот дух может искупить человечество; И когда этот священный дух явится, тогда «четыре» восторжествуют, как их. Тем не менее, если эта уверенность окажется напрасной, мудрые 320 сохранят свой надлежащий мир; Хранители собственного спокойствия.Они действуют или отступают, наблюдают и чувствуют; «Знание сердца человека должно быть Центром этого мира, вокруг которого все еще крутятся те революции волнений; где преобладают все аспекты страдания; чьи сильные последствия таковы, что он должен вынести, будучи бессилен исправить; «И что, если он не может быть выше себя 330, он может возвести себя, как беден человек!» «Счастлив тот, кто живет, чтобы понять, Не только человеческую природу, но исследует Все естества, - до конца, чтобы он мог найти Закон. что управляет каждым; и где начинается Союз, раздел, где, что составляет Доброту и Степень, среди всех видимых Существ; Конституции, полномочия и способности, которые они наследуют, - не могут выйти за пределы, - и не могут упасть ниже; которые действительно приписывают 340 каждому классу свое положение и свое место, Через все могущественное содружество вещей Вверх от ползучих растений до суверенного Человека.Такое общение, если оно направлено кротким, искренним и смиренным духом, учит любви: ибо знание - восторг; и такое наслаждение порождает любовь; однако, хотя оно больше подходит для мысли и восходящего интеллекта, Оно учит не столько любить, сколько обожать; Если это действительно не высшая любовь! »350« Тем не менее, - сказал я, соблазняясь здесь вмешаться, - достоинство жизни не ущемляется ничем, что невинно удовлетворяет Более скромные желания сердца; и он еще более счастливый человек, который для тех высот размышлений не непригоден, спускается; И такие добрые чувства развиваются среди низших видов; не только те, Которые он может называть своими и которые зависят, Как индивидуальные объекты внимания, 360 От его заботы, от которых он также ищет знаки и знаки взаимной связи; Но другие, далеко за пределами этой узкой сферы, Кого, ради самой любви, он любит.И это не скупая похвала сельской жизни И одиночеству, что они больше всего одобряют, Наиболее часто вызывают и лучше всего поддерживают Эти чистые ощущения; что может проникнуть в беспокойный город; в бесплодных морях Не чужды; и многое может порекомендовать, 370 Как сильно они могли бы вдохновить и полюбить, Одиночество этого возвышенного уединения! »« Да », - сказал Мудрец, возобновляя беседу, Снова обращенную к своему удрученному Другу,« Если бы с хитрой волей и пресмыкающейся душой. Оскорбленного человека свобода здесь, И приглашение каждый час возобновляется, Чтобы отметить «их» безмятежное состояние, которые никогда не слышали О заповеди, которую они имеют власть нарушить, Или о правилах, которые они соблазняются нарушить: 380 сердце успокоенное или возвышенное, да узрим мы; регистр их знаний; Наблюдайте за их путями; и, свободный от зависти, найди там Complacence: - но зачем тебе это? Я полагаю, что добро пожаловать в твой одинокий очаг, Красногрудь, взъерошенная зимним холодом В `` пучок перьев '', кормит у тебя в руке: Ящик, быть может, на твоей створке висит, Для маленького крапивника врасти; - не напрасно, Преграды, не считая того, что окружают 390 Это глубокое обиталище, перед вашим взором Поднимается на ветру бабочка; и парит, Маленькое существо, как она есть, из ярких цветов земли, В росистые облака.В пустыне царит честолюбие: Душа восходит, Притянутая к своему родному небосводу, Когда свежий орел, в мае месяце, Поднимается вечером, на обновленном крыле, Эта затененная долина уходит; и покидает темные пурпурные холмы, заметно обновляясь 400 Гордое общение с солнцем, Низко затонувшим за горизонтом! - Лист! - Я услышал, Из этой огромной груди скалы раздался голос, Как будто видимая гора издавала крик . Снова! »- Воздействие на душу было таким. Как он выразился: из сердца горы, казалось, раздался торжественный голос, поразивший Пустой воздух - потому что все вокруг Стоял пустой от всех форм жизни и молчал Сохранить за этот единственный крик, безответное блеяние 410 Бедного ягненка, оставленного где-то в одиночестве, Печальный дух одиночества! Он остановился, как будто не желая продолжать, Через сознание, что молчание в таком месте было лучше всего, самое впечатляющее красноречие .Но вскоре его мысли вернулись к себе, и, мягко говоря, он продолжил. «Ах! Если сердце слишком самонадеянно поднято, Возможно, слишком легко занято или убаюкивает Слишком легко, презирай или игнорируй 420 Вассалитет, который привязывает ее к земле, Ее печальную зависимость от времени, и все трепеты смертности нищета и пустота - но там Маленький цветок ее тщеславие сдержит; Висящий червяк укоряет ее бездумную гордость? Эти скалистые области, эти хаотические дебри, Проникает ли та доброжелательность, что согревает Крот, довольный своей мрачной походкой По холодной земле; и Эммету дает 430 Ее предвидение и разум, которые делают крошечных созданий сильными по социальному союзу; Поддерживает поколения, умножает Их племена, пока мы не увидим просторную равнину или травянистое дно, все с небольшими холмами - Их труд, покрытый как озеро с волнами; Тысячи городов в пустынном месте, Созданные из жизни, пищи и средств к существованию! Здесь нет недостатка, чтобы развлечься мыслью: Существа, которые существуют в сообществах, для гена ральная опека Или через зависимость от взаимопомощи, Чем при участии восторга И строгой любви к общению вместе взятых.Какой еще дух может побуждать Мухи позолоченного лета смешивать и плести Свои игры в солнечном луче, Или во мраке сумерек напевать их радость? Более очевидно, что одно и то же влияние правит Пернатые виды; задумчивая стая рябинника, 450 Каркающие грачи и морские конюшни издалека, Парящие над этими внутренними пустынями, Нерассеченный суровым ветром, по зову которого Вверх через траншеи затянутых долин Их путешествие началось; сила Непостижимая среди оседлых птиц, которые ищут бассейн yon, и там продлевают свое пребывание в безмолвном собрании; или вместе разбудили в бегство; в то время как их лязгом звучит воздух: И над всем, в том эфирном своде, 460 - Безмолвная компания изменчивых облаков; Яркое видение, внезапно появившееся, Радуга, улыбающаяся затухшей буре; Мягкое собрание звездных небес; И великое солнце, вселенский владыка земли! Как щедра природа! он найдет, Кто не ищет; и тому, кто не просил, будет дана большая мера.Едва ли сказано о трех субботних днях, потому что на службе, направленной на простое человечество, вы взбираетесь на эти высоты; 470 И какое чудесное и небесное зрелище Открылось внезапно! - феи двинулись дальше, И не обратили внимания: ты задержался, ты увидел И почувствовал так глубоко, как может чувствовать живой человек. Самоуничижение - это роскошь; А внутреннее самоуничижение дает медитативной селезенке благодатный пир. Поверь мне, произнося по собственной пустыне, Ты судишь неблагодарно: нервы расстроены, Заражаешь мысли: томность кадра 480 Подавляет бодрость души.Встань с дивана - Не прилепляйся так нежно к своей капризной клетке; И пусть священные силы, что изливаются с небес, Тишина и покой, неодобрительным взглядом Взгляни на свою свечу сквозь часы Полночных часов, не по сезону мерцающих В этой глубокой Лощине, как угрюмая звезда, Тускло отражающаяся в одинокой лужице. Наберитесь смелости и отойдите от путей, которые идут не параллельно с природой. 490 Восстаньте вместе с жаворонком! утреня твоя обретет Благодать, каким бы ни был их состав, Если бы она не исполнялась; Поднимитесь еще раз, Поднимитесь каждый день, эти валы; встречай ветер На их вершинах, авантюрных, как пчела, Что из твоего сада летит туда, чтобы питаться На свежей пустоши; пусть скала величественная станет вашей сторожевой башней, которую часто посещают; катить камень с громом с гор; изо всех сил преследовать дикую козу; и если смелый благородный олень 500 Летит к этим гаваням, ведомый гончими и рогами, Громким эхом, прибавьте свою скорость к преследованию; Итак, уставший в свою хижину, вернешься ты И погрузишься вечером в крепкий покой.«Одинокий вознесся к холмам. Разжигающий глаз: - созвучные чувства устремились в мою грудь, откуда эти слова вырвались:« О! Какая радость это было, в крепком здоровье, Иметь тело (это наша жизненная основа С уменьшающейся чувствительностью, 510 И все добрые пожелания из плоти и крови) И стихиям отдать его, Как если бы это был дух! - Как божественно, Свобода для немощного, для смертного человека Бродить на свободе среди безлюдных долин И гористых уединений, только пройденных окольными шагами; регионы посвящают древнейшим временам! и, безрассудный шторм, Который держит ворона в тишине в своем гнезде, Будь как присутствие или движение - один 520 Среди многих там; и пока летят туманы и дождевые пары вызывают формы И призраки из скал и твердой земли Так же быстро, как музыкант разбрасывает звуки из инструмента; и в то время как потоки (Как при первом творении и в спешке Чтобы проявить свои неиспытанные способности) нисходят из области облаков, И, исходя из пустот земли, Более многочисленны каждое мгновение, раздирают 530 Их путь перед собой - что за радость бродить Равный среди самых могущественных энергий; И, может быть, иногда членораздельным голосом, Среди оглушительного шума, едва слышимого Тем, кто его произносит, восклицайте вслух: «Гнев на стихии! пусть луна и звезды Их аспекты дают и смешиваются в свою очередь С этим волнением (каким бы разрушительным оно ни было) Из дня в ночь, из ночи в день, продолжительное! »« Да », - сказал Странник, снимая с моих уст 540 напряжение транспорта », Кто в юности Из-за честолюбия своей души уступил этим желаниям и схватился за такое наслаждение, Познает долгие и поздние благоприятные движения, Несмотря на всю слабость, которую приносит жизнь, Его заботы и печали; он, хотя и научен владеть Успокаивающей силой времени, должен проснуться, Иногда просыпаться от благородного беспокойства - Любя спорт, которым когда-то славился.Соотечественник, друг, далекие - холмы Гарри, 550 Ручьи далекие от твоей родной долины; Однако их форма и образ выражены здесь с братским сходством. Поверни свои шаги Куда бы ни велела фантазия; днем и ночью работают разные машины, не такие же, как те, которыми двигалась твоя душа в юности, но великим мастером, наделенным не меньшей силой. Вы живете один; Вы ходите, живете, размышляете в одиночестве; И все же память, как суверенный князь, 560 Для вас величественная галерея хранит Веселых или трагических картин.Вы видели, действовали, страдали, путешествовали далеко, наблюдали Без нелюбимого взгляда; и книги твои, В чьих безмолвных покоях сокровище хранится от века к веку; гораздо дороже, чем накопленный запас золота И восточных драгоценных камней, который на день нужды султан прячет глубоко в гробницах предков. Эти клады истины вы можете открыть по желанию: 570 И музыка ждет вашего умелого прикосновения, Звуки, которые слышит блуждающий пастырь с этих высот и забывает о своем намерении; Жалко было бежать от Человека, но не радоваться природе.Он, чьи часы Безразличны домашними удовольствиями И неодушевлены; кто существует целыми годами, помимо полученных или сделанных выгод, посреди сделок суетливой толпы; 580 Тот, кто не слышит и не чувствует желания услышать, Об интересах мира - тому нужна быстрая фантазия и активное сердце, Чтобы книги для дневного потребления могли принести Пищу, не вредную для здоровья; земля и воздух исправляют Его болезненный юмор, доставляет удовольствие Или утешение, меняющееся в зависимости от времени года. - Истина имеет свои места для удовольствий, свои места для легкости И легкого созерцания; веселые партеры И лабиринтные прогулки, ее солнечные поляны 590 И тенистые рощи в тщательно продуманном контрасте - каждая, Для отдыха, ведущая в каждую: Они могут варьироваться, если желают принять Их мягкие удовольствия, и в должное время могут выйти оттуда, нанятые для задач И курса служения Истина требует от тех, Кто ухаживает за ее алтарями, ожидает на ее троне и охраняет ее крепости.Кто думает и чувствует, И когда-либо узнает Ветер природы, шевелящийся в его душе, 600 Зачем такому человеку нужно отчаянно сбиваться с пути И питать «ужасный аппетит смерти?» Если устал от систем, каждая в своей степени Существенных, и все рушатся, в свою очередь, Пусть он построит свои собственные системы, и улыбнется На любимую работу, разрушенную одним прикосновением; Если нерелигиозный, пусть он будет немедленно, Среди десяти тысяч невинных, зачисленным Учеником в многокамерную школу, Где суеверие ткет ее воздушные мечты.610 Осенью жизнь миновала, стою на пороге зимы; И каждый день терять то, что хочу сохранить: Но лучше бы я немедленно отказался от традиционных симпатий самого деревенского невежества и принял страшное предчувствие от совы или стражи смерти: и так же охотно возрадуйся, Если две благоприятные сороки пересекут мой путь ; - К этому лучше склониться, чем видеть и слышать Повторения, утомительные для разума, 620 Где душа мертва, и чувству нет места; Где заканчивается знание, плохо начатое холодным замечанием О внешних вещах с формальным умозаключением; Или, если ум обращен внутрь, она сразу же отшатывается - или, не отскакивая, недоумевает - теряется во мраке скучных исследований; Между тем, сердце в сердце, трон, Где должен обитать мир и счастливое сознание, На собственной оси, беспокойно вращающейся, Ищет, но нигде не может найти, свет истины.630 По груди новой сотворенной земли Человек ходил; и когда и куда бы он ни переезжал, Один или в браке, одиночества не было. Он услышал, разносимый ветром, членораздельный голос Бога; и Ангелы явились его взору, Венчающие славные холмы рая; Или сквозь рощи скользит утренний туман, воспламененный солнцем. Он насытился - и разговаривал с крылатыми посланниками; Который ежедневно приносил На свой маленький остров в неземной глубине 640 Вести радости и любви. - С тех чистых высот (Будь то реальное видение, осязательное для зрения и ощущения, или что-то в этом роде, снисходительно затенявшееся в дальнейшем Связи, поддерживаемые духовно, И интуиции моральной и божественной) Падший Человеческий род - в изгнание осужденных, Что летучие годы не отменены: И бедствия И горе распространились; но Человек избежал гибели нищеты; одиночества не было.650 - Иегова - бесформенная Сила над всеми силами, Единая и единая, вездесущий Бог, Голосом, или вспышкой света, Или облаком тьмы, локализованным на небесах; На земле, заключенной в странствующем ковчеге; Или из Сиона, грохочущего с престола своего Между Херувимами - на избранную Расу Осыпались чудеса и не прекращались суды, наполнявшие землю от века до века Надеждой, любовью, благодарностью и страхом; 660 И с изумлением ударил, - тем самым утверждая Его презираемую или непризнанную власть.И когда Единое, невыразимое по имени, По своей неделимой природе, отказалось от смертного обожания или уважения, Не тогда было охвачено Божество; Ни Человек, Разумное существо, оставленное, чтобы почувствовать вес своего собственного разума, без чувства или мысли Высшего разума и более чистой воли, Чтобы принести пользу и благословение, через более могущественную силу: - 670 Ли перс - рьяно отвергать Алтарь и изображение, и все стены И крыши храмов, построенных руками человека - К высочайшим высотам, восходящим с их вершин, С увитой миртом тиарой на лбу, Представил жертву луне и звездам, И ветрам и материнским элементам , И весь круг небес, для него Чуткое существование и Бог, С возведенными руками и песнями хвалы: 680 Или, менее неохотно, узы чувств. Подчиняясь своей душе, вавилонянин подставил Для неопределенного влияния личное форма; И с равнины, с огромным трудом, Восемь раз возвышалась Башня, насаженная на вершину башни, Чтобы Бел, каждую ночь спускавшийся на свое великолепное ложе, Спускался, там мог отдыхать; на этой высоте Чистый и безмятежный, рассеянный - чтобы смотреть на извилистый Евфрат и на огромный город Его преданных поклонников, далеко простирающийся, 690 С вкраплениями рощи, поля и сада; Их город и продовольственный регион за поддержку Против напора войны.Халдейские пастыри, в бескрайних полях, Под вогнутым безоблачным небом, Раскинувшимся, как море, в безбрежном одиночестве, Взирали на полярную звезду, как на проводника, И страж их пути, Который никогда не закрывал Свой пристальный глаз. Планетарная Пятерка С покорным почтением смотрели они; 700 Наблюдали из центра своей спящей стаи, Те сияющие Меркурии, которые, казалось, двигались, Неся через эфир, в бесконечном круге, Указы и решения Богов; И, по своим аспектам, означающие произведения Смутного будущего, явленного Человеку.- Способность к воображению была владыкой естественных наблюдений; и, таким образом, эти пастыри сообщали о звездах В установленном вращении, проходящем взад и вперед, 710 Между сферами нашей видимой сферы И ее невидимой копии, украшенной отвечающими созвездиями, под землей, Удаленных от всякого приближения живого зрения, Но настоящее мертвым; которые, как они считали, подобны тем небесным посланникам, видевшим все происшествия, и судьи были из всех. Живой гречан, в стране холмов, рек, плодородных равнин и берегов, - Под небом более изменчивым, 720 Мог бы найти просторное место для каждого бога, Быстро полученный, как расточительно принесенный, Из окружающих стран, на выбор всех авантюристов.С непревзойденным мастерством, Как прекраснейшее наблюдение давало подсказки Для прилежного воображения, его быстрая рука придала плавным операциям фиксированную форму; Идолопоклонническое служение из металла или камня. И все же - торжествуя над этим помпезным шоу Искусства, этим осязаемым множеством смыслов, 730 С каждой стороны встречаются; вопреки грубым выдумкам, скандированным на улицах странствующими рапсодами; и в неуважении к сомнениям и дерзкому отрицанию ежечасно призывали Среди споров школ - ДУХ висел, Прекрасный край! над твоими городами и фермами, статуями и храмами, и мемориальными гробницами; И чувствовались эманации; и акты бессмертия, в естественных условиях, проиллюстрированные тайнами, которые ощущались 740 Как оковы, наложенные на могилу философом И вооруженным воином; И в каждой роще преобладала весёлая или задумчивая нежность, Когда ослабло ещё более ужасное благочестие.- «Возьми, текущая река, возьми эти мои локоны», - так сказал бы Вотарий, - «эти отрезанные волосы». Исполняю мою клятву, я здесь присутствую, «Благодарю за возвращение моего любимого ребенка. «Берега твои, Кефис, он снова ступил», - слышался ропот твой; и выпил хрустальную лимфу 750, «Которой ты освежишь жаждущую губу», «И весь день смачивай эти цветочные поля!» И, несомненно, иногда, когда волосы сбрасывались На текущий поток, возникала мысль О Жизни непрерывной, Неповрежденной; То, что было, есть, и где оно было и есть, Там будет продолжаться, - существование, не подверженное слепому хождению смертных несчастных случаев; От старения и ослабления возраста; Пока человек стареет, истощается и разлагается; 760 И бесчисленные поколения человечества уходят; и не оставляют следов, где они ступили.Мы живем восхищением, надеждой и любовью; И, даже если они хорошо и мудро закреплены, Мы поднимаемся с достоинством. Но что такое ошибка? »-« Отвечай, кто может! »Скептик несколько надменно воскликнул:« Любовь, Надежда и Восхищение, - разве они не любимые вассалы Mad Fancy? Разве жизнь не использует их часто, как пионеров к разрушению, 770 Ведущих к разрушению? Хорошо ли доверять свету Воображения, когда рассудок терпит неудачу, Неохраняемой свечке, где охраняемые теряют сознание? - остановиться с этих высот и трезво заявить, Что такое ошибка; и наших заблуждений, которые больше всего унижают разум; подлинные места власти, где они? Кто будет регулировать, Истинно, шкалу интеллектуального ранга? »« Мне кажется, - убедительно ответил Мудрец, - что для этой трудной должности вы обладаете некоторыми редкими преимуществами.Ваши ранние дни Благодарное воспоминание должно принести много возвышенного добра, удостоенного Небесами, Чтобы возвеличить самое скромное состояние. - Ваш голос В моем слухе часто свидетельствовал, что дети бедняков, они и только они, По своему наученному состоянию, могут Поймите мудрость молитвы, которая ежедневно просит хлеба насущного. Сознание - твое, Как с чувством можно изучать религию 790 В задымленных хижинах, на родном языке - Слышал, где жилище вибрирует от грохота непрерывного потока, набирая силу В каждое мгновение - и с силой нарастая Ярости; или, пока снег у дверей, Нападая и защищаясь, и ветер, Незрячий рабочий свистит на своей работе - Ужасный; но смирение смягчает страх, И благочестие сладко для детских умов.- Паренек-пастух, что в лучах солнца высекает, 800 На зеленой траве циферблат - Разделять Тихие часы; и кто в этом отчете Может разделить свои удовольствия и приспособиться, В течение долгого и одинокого летнего дня Его пастырские обязанности не оставлены без меньшего ума для «моральных» вещей самого серьезного значения. Рано он постигает в себе меру и правило, Которые он может применить к солнцу истины, которое светит для него и светит для всего человечества. 810 Опыт ежедневной фиксации его приветствия О желаниях природы, он знает, как мало их, И где они лежат, как отвечены и умиротворены.Это знание дает щедрую компенсацию за многочисленные лишения; он относит Свои понятия к этому стандарту; на этой скале Покоится его желания; а значит, в загробной жизни - укрепляющее душу терпение и возвышенное содержание. Воображение - здесь не дозволено Тратить ее силы, как в сознании мирского человека, 820 На непостоянные удовольствия и излишние заботы, И банальную показуху - оставлено свободным И могущественным, чтобы развести торжественные прогулки Времени и природы, опоясанные зоной Это связывает, бодрит и поддерживает.Итак, осознайте, что рядом с его бедной хижиной, или на вершине горы, или на культурном поле, человек, рожденный таким образом (возьмите от него все, что угодно, на счет невежества или иллюзии) живет и дышит 830 Ибо благородные намерения разума: его сердце Бьется в героической песне древних времен; Его глаза различают, его душа творит. И те иллюзии, которые возбуждают презрение или вызывают жалость бездумных умов, Разве они не в основном внешние служители внутренней совести? с чьей службой поручено Они приходили и уходили, появлялись и исчезали, Отводя злые намерения, угрызения совести Пробуждая, наказывая безудержную скорбь, 840 Или угасающую гордость сердца: и, когда для менее важных целей движутся эти призраки, Кто запретит им если их присутствие послужит - На густонаселенных горах и диких пустошах, Заполняя пространство, иначе пустое - возвышать формы Природы и увеличивать ее силы? Еще раз к далеким векам мира. Давайте вернемся и представим нашим мыслям Лицо, которое может носить сельское одиночество Непросвещенным поклонникам языческой Греции.850. - В этой прекрасной стране одинокий пастух растянулся На мягкой траве в течение половины летнего дня, Музыка убаюкивала его ленивый покой: И в некотором приступе усталости, если он, Когда его собственное дыхание было безмолвным, случайно услышать отдаленное напряжение, намного более сладкое, чем звуки, которые мог издать его неумение, его фантазия, Даже из пылающей колесницы солнца, Безбородый юноша, прикоснувшийся к золотой лютне, И наполнил освещенные рощи восторгом. 860 Ночной охотник, поднимающий ясный глаз Вверх к полумесяцу, с благодарным сердцем Призванный к прекрасному страннику, даровавшему Тот своевременный свет, разделить его радостное развлечение: И, следовательно, сияющая Богиня со своими Нимфами, Через лужайку и сквозь мрачная роща, Не лишенная мелодичных нот Эхом, умноженным от скалы или пещеры, Унесенная бурей погони; как луна и звезды Взгляни быстро по облачному небу, 870 Когда дуют сильные ветры.Путешественник утолил жажду из ручья или фонтанного источника и поблагодарил Наяду. Солнечные лучи на далеких холмах Быстро скользя, с тенями в их шлейфе, Могут, с небольшой помощью воображения, превратиться во флот Оредов, явно спортивных. Проходя мимо, зефиры обмахивали крыльями, Ради любви не хватало прекрасных предметов, за которыми они ухаживали с нежным шепотом. Гротеск увядшие сучья, Седоватый возраст лишил их листьев и веток, 880 Из глубины мохнатой укрытия, выглядывающего вперед В низкой долине или на крутом склоне горы; И иногда, смешанные с шевелящимися рогами живого оленя или козьей бородой, - Это были притаившиеся сатиры, дикий выводок веселых божеств; или сам Пан, внушающий благоговение Бог простого пастыря! »Напряжение было выбрано удачно; и я мог отметить, что Его доброе влияние на податливом лбу нашего Товарища постепенно рассеивалось; 890 Пока, слушая, он шагал бесшумно дерн, Как тот, чье неутомимое ухо Задерживает журчащий ручей; но теперь, соблазнившись вмешаться, Он с улыбкой воскликнул: - «Хорошо, ты говоришь На безопасном расстоянии от нашей родины, И из особняков, где учили нашу юность. .Истинные потомки тех благочестивых людей, Которые пришли из Шотландии, в пламени рвения, Святыни, алтаря, изображения и массивных груд, которые укрывали их, - души, сохранившие еще 900 мерзких черт той последующей расы, Кто бежал в леса, пещеры и выступающие скалы, В смертельном презрении к суеверным обрядам, Или к тому, что их угрызения совести сочли таковыми - Как, думаете вы, они могли бы терпеть эту схему тонких склонностей, которая имеет тенденцию, если ее настаивают , чтобы сеять заново. Сорняки римских фантазий, напрасно искорененные; освятил бы наши колодцы Доброму Святому Филлану и прекрасной Святой Анне; 910 И из долгого изгнания вспомнить Сент-Джайлса, Чтобы снова смотреть с опекой любовью О величественный Эдинборо, восседающий на скалах? Благословенное восстановление, чтобы созерцать Покровителя на плечах своих священников, Снова идущего по своим многолюдным улицам, Теперь просто охраняемого трезвыми силами науки, философии и разума! »Последовал ответ.- «Ты обратил мои мысли на наших храбрых прародителей, которые восстали 920 против идолопоклонства с воинственным умом, и уклонились от суетных обрядов, чтобы скрываться в лесах и жить под надвигающимися скалами, плохо защищенными и часто не нуждающимися в огне и пище; почему ? - именно по этой причине, что они чувствовали, И признавали, куда они двигались, Духовное присутствие, часто ошибочно воспринимаемое, Но все же высокая зависимость, божественная Щедрость и правительство, наполнявшие их сердца радостью и благодарность, и страх, и любовь; 930 И из пылких уст их извлекли хвалебные гимны, Которые звенели в пустыне.Хоть и пользовались меньшим уважением, Намного меньше, чем эти, но такими по своей степени были те сбитые с толку язычники прежних времен. Они смотрели за пределы своей бедной природы и выше; были смиренно благодарны за добро, Которого требовали теплое солнце и дарованная земля; были радостны, - и свое моральное чутье Они укрепляли благоговением перед Богами; И у них были надежды, которые переступили Могилу. 940 Итак, должны ли наши великие первооткрыватели, - воскликнул он, торжествующе возвысив голос, - получить от разума и разума меньше, чем они достигли, хотя и сильно заблуждались? Смогут ли люди, для которых наш век Безупречная сила зрения подготовила, Чтобы исследовать мир снаружи и мир внутри, Быть безрадостным, как слепой? Честолюбивые духи - Кого Земля в это последнее время года произвела, Чтобы управлять движущимися сферами и взвешивать планеты в своей ладони; 950 И те, кто скорее ныряет, чем парит, чьи усилия разрешили элементы или проанализировали принцип мышления - действительно ли они Докажут деградировавшую Расу? и какая польза от славы, если их самонадеянность делает их таковыми? Ой! на небесах смеются над их работой! Спросите древнюю Мудрость; иди, требуй от могущественной Природы, если это когда-либо означало, Что мы должны подглядывать далеко, но не подняться; Что мы должны поры и истощаться по мере того, как мы поры, 960 Непрерывно рассматривая все объекты В разъединении мертвые и бездуховные; И все еще разделяя, и все еще разделяя, Разрушьте все величие, все еще неудовлетворенные извращенной попыткой, в то время как ничтожество Может еще стать более малым; ведя таким образом нечестивую войну с самой жизнью наших душ! И если действительно существует Всепроникающий Дух, на Котором покоятся Наши темные основы, мог бы он создать 970 Это великолепное воздействие силы, Землю, по которой мы ступаем, небо, которое мы видим днем, и всю пышность, которую раскрывает ночь; Что эти - и эта высшая тайна Наша жизненная структура, столь устрашающе изобретенная, И ужасающая душа в ней - должны существовать Только для того, чтобы их исследовали, обдумывали, исследовали, исследовали, раздражали и критиковали? Не обвиняйте меня в высокомерии, неизвестный Странник, как я, Если, пройдя с Природой шестьдесят лет, 980 И предложив, насколько позволяла немощь, Мое сердце ежедневную жертву Истине, Я теперь утверждаю Природы и Истины, Кого Я служили тому, чтобы их БОЖЕСТВЕННЫЕ Бунты, оскорбляемые путями людей, покоренных такими мотивами, служили таким целям; Философы, которые, хотя человеческая душа состоит из тысячи способностей, И дважды по десять тысяч интересов, все же ценят Эту душу и трансцендентную вселенную 990 Не более чем как зеркало, отражающее Ее собственный разум. Тот один, бедный, конечный объект, в бездне Бесконечного Бытия, беспокойно мерцающий! Ни ему, ни его товарищам - смеющемуся Мудрецу Франции не отнести.- Коронован он был, если мне не изменяет память, Лавром, посаженным на седые волосы, В знак завоевания, достигнутого его остроумием, И благ, дарованных его мудростью; 1000 Его сутулое тело шаталось в венках из цветов Оппрест, гораздо меньше украшающих, чем Весна, часто обвивающая гниющее дерево; Но так это нравилось любящему, тщеславному, старику, и самому легкомысленному народу. Я имею в виду того, Кто написал, чтобы высмеять доверительную веру, Эту печальную легенду; которые мы случайно нашли в укромном уголке, по злому умыслу, как может показаться, среди более невинного мусора.Говоря таким образом, С кратким указанием, когда, как и где, 1010 Мы заметили эту книгу, он вытащил ее; И учтиво, как будто это действие удалило, Сразу все следы из сердца доброго Человека. недоброжелательное отвращение или презрение, Вернул его своему владельцу. «Милостивый друг», - он схватил руку Одинокого, - «Ты знал свет и проводников лучше, чем они. Ах! не допускайте ничего плохого в себе, располагайте Благородный ум к практике на себе, И соблазняйте мнение, чтобы поддержать заблуждения 1020 Страсти: чего бы вы ни чувствовали или боялись Наследует верность, а не по собственному желанию. Быть отвергнутым на основании клятвы, предлагаемой каждым новым выскочкой. В портах легкомыслия не найти убежища, Нет убежища духу, терпящему бедствие.Тот, кто сознательным пренебрежением к жизни и гордой нечувствительностью к надежде 1030 оскорбляет взор Одиночества, узнает, что ее кроткая натура может быть ужасной; Что ни она, ни Молчание не в силах отомстить за собственное оскорбленное величие. О благословенное уединение! когда разум допускает Закон долга; и поэтому может двигаться через каждую превратность потерь и приобретений, Связанная полным самодовольством с ее выбором; Когда самонадеянность молодежи смягчается, И тщетная тревога мужественности рассеивается; 1040 Когда мудрость показывает свои сезонные плоды, На ветвях укрытия досуга висела В трезвом изобилии; когда дух наклоняется, Чтобы пить с благодарностью хрустальный поток безупречного наслаждения; и доволен Размышлять и приветствовать воздух Кроткого покаяния, доносящийся из стен ароматы цветов Из рушащихся руин падшей гордости И залы беззакония, ныне заброшенные.О, спокойные, счастливые дни и мирные ночи! 1050 Кто, когда такое добро может быть получено, будет стремиться Примирить свою мужественность с кушеткой, Мягкой, как может показаться, но под этой маской, Наполненной тернистой субстанцией прошлого Для постоянного раздражения; и полон часто окруженных парящими мечтами, черными и безутешными, парообразными призраками будущего? В душе пребывает способность, имеющая вмешательство, которое скроет и затемнит, так что может справиться, что они станут 1060 случайностями пышности; и служить возвышению Ее исконного сияния.Как полная луна, В глубокой летней тишине, Даже Поднимаясь за густой и высокой рощей, Горит, как неугасающий огонь света, В зеленых деревьях; и, разжигая со всех сторон Их лиственный оскорбление, превращает сумеречную завесу в субстанцию, славную, как ее собственная, Да, с ее собственным воплощением, мощью Емкости и безмятежности. Как сила пребывает 1070 В небесном духе человека; так проявляется добродетель и возвеличивает себя; так питает спокойный, красивый и безмолвный огонь, От препятствий земной жизни, От ошибок, разочарований - нет, от вины; А иногда так воля справедливости, От ощутимого угнетения отчаяния.«Уединенный этими словами был тронут явным чувством и воскликнул:« Но с чего начать? и откуда? - «Разум свободен - 1080 Решимость», - сказал бы надменный Моралист, - «Это единственное действие - все, что мы требуем». Увы! такая мудрость призывает существо лететь, Чья самая печаль, что время обрезает Его естественные крылья! - Пусть он обращается к дружбе За помощью, но, может быть, он сидит один На бурных водах, брошенный в лодку, Которая держит, кроме него, и может не содержать больше! Религия говорит о возвышенной дружбе, которой не могут препятствовать никакие условия; of One 1090 Кто видит все страдания, понимает все нужды, Всю слабость проникает, может удовлетворить все потребности: Но является ли эта щедрость абсолютной? - Его дары, Разве они не все еще в какой-то степени являются наградой за акты служения? Может ли его любовь распространиться на сердца, которые не владеют им? Будет ли дождь благодати, Когда в небе не будет никаких обещаний, Упадет, чтобы освежить иссохшую и иссохшую землю? Или стонущий Дух бросит свою ношу К ногам Искупителя? »Печальным тоном, 1100 С некоторым нетерпением в своем лице, он произнес: Мне вспомнилось все, что было призвано успокоить Страдальца, когда его рассказ закончился; Я посмотрел ибо теперь совет непоколебим; Но различающая симпатия склонилась к этому удачному ответу: «Как поступают люди от людей в строении своих душ, Отличаются тайной, не поддающейся объяснению; И когда мы разными способами падаем и погружаемся Один глубже, чем другой, самоосуждаясь, 1110 Через множество степеней вины и стыда; Так многообразны и разнообразны пути восстановления, приспособленные к ступеням всякой немощи и ведущие всех к одной и той же точке, достижимой для всех - покою в нас самих и единению с нашим Богом.Для вас, несомненно, открыта обнадеживающая дорога: мы слышали от вас голос, В каждый момент смягченный нежностью сердца; видели твой глаз, 1120 Даже как алтарь, освещенный огнем с небес, Зажигай перед нами. - Твой дискурс в этот день, Который, подобно легендарной Лете, хотел течь В ползучей печали, сквозь призрачные тени Смерти и ночи. ловится на каждом шагу Цвета солнца. Доступ для вас все же сохранен к принципам истины, которые образная Воля поддерживает в тронах мудрости, чтобы к ним не подходила низшая Способность, которая формирует, 1130 С ее крошечными и умозрительными страданиями, Мнение, постоянно меняющееся! Я видел любопытного ребенка, который жил на территории внутренней земли, прикладывая к своему уху извилины гладкогубой раковины; К которому в безмолвной тишине внимательно слушала сама его душа; и его лицо вскоре просветлело от радости; ибо изнутри слышалось бормотание, которым наблюдатель выражал Таинственный союз со своим родным морем.1140 Даже такой оболочкой является сама Вселенная для уха Веры; и бывают времена, я не сомневаюсь, когда он сообщает вам Истинные вести о невидимых вещах; Приливов и отливов и вечной власти; И центральный мир, существующий в сердце бесконечного волнения. Вот вы стоите, обожайте, и поклоняйтесь, когда вы этого не знаете; Благочестивый за пределами намерения вашей мысли; Благочестивый выше смысла своей воли. 1150 - Да, вы чувствовали и, возможно, не перестаете чувствовать. Состояние человека было бы действительно заброшенным, если бы ложные выводы разумной силы сделали бы глаза слепыми и закрыли бы проходы, через которые ухо общается с сердцем.Разве душа, существо твоей жизни, не Получила потрясения ужасного сознания, В какое-то безветренное время года, когда эти высокие скалы При приближении ночи обрушивают безоблачное небо, Чтобы упереться в их окружающие стены; 1160 Обрамление храма огромных размеров, И все же не слишком громадное для звука Человеческих гимнов, - хоровой песни, или взрыва Возвышенной инструментальной гармонии, Чтобы прославить Вечное! Что, если бы они никогда не нарушали царящую здесь тишину, - если торжественный соловей молчал, И мягкий жаворонок здесь никогда не пел Ее вечерню, - Природа не дает импульса и речи.Шепчущий воздух 1170 Посылает вдохновение с темных высот И слепых глубин пещерных скал; Маленькие ручейки и бесчисленные воды, Неслышимые при дневном свете, смешиваются своими нотами с громкими ручьями: и часто, в час, Когда появляются первые бледные звезды, слышно, В кольце этой огромной ткани, Один голос - одинокий ворон, летящий Атварт над вогнутым темно-синим куполом, Невидимый, возможно, превыше всей силы зрения - 1180 Железный звон! с эхом издалека Слабый - и еще более слабый - как крик, которым Странник сопровождает свой полет Сквозь спокойную местность, стихает в ухе, Уменьшаясь с расстоянием, пока, казалось, не исчезнет; все же из бездны снова пойман, И снова выздоровел! Но спустившись с этих высот воображения, которые открывают далеко простирающиеся взгляды в вечность, Признайте, что перед более скромной силой Природы 1190 Твоя заветная угрюмость вынуждена согнуться Даже здесь, где ее блага посеяны Щадящей рукой.Тогда доверься себе за границей, Чтоб окружать ее цветущие беседки и просторные поля, Где трудами счастливой толпы Она улыбается, в том числе в своих широких объятиях Город, и город, и башня, - и море с окропленными кораблями; Товарищ, пока мы следим за Ее реками, населенными плывущей жизнью; Пока мы маршируем свободно, как воздух, по пескам без отпечатков, 1200 Или пронзаем мрак ее величественных лесов; Бродит или отдыхает под благодарной тенью В покое и медитативной бодрости; Где живые и неодушевленные существа Говорят по повелению Небес в глаза и в ухо, И говорят с внутренним чувством социального разума Невнятным языком.Ибо Человек - Который в этом духе общается с Формами Природы, Кто с понимающим сердцем И знает, и любит такие объекты, как возбуждающие. 1210 Никаких болезненных страстей, никакого беспокойства, Никакой мести и никакой ненависти - потребности должны чувствовать. Радость этого чистого принципа любви Настолько глубока, что, неудовлетворенный чем-то менее чистым и изысканным, он не может выбирать, Но искать объекты родственной любви в собратьях по природе и родственной радости. Соответственно, он постепенно ощущает, что Его отвращение смягчается; Его тело пронизано святой нежностью.1220 Его здравомыслие не нарушено, Скорее скажем, все его мысли теперь текут ясно, Из чистого источника он оглядывается И ищет добра; и находит добро, которое ищет: Пока ненависть и презрение - вещи, которые Он знает только по имени; и, если он услышит из других уст язык, на котором они говорят, Он сострадателен; и не имеет ни мысли, ни чувства, которое могло бы преодолеть его любовь. И далее; созерцая эти Формы 1230 В отношениях, которые они имеют к человеку, Он будет различать, как с помощью различных средств, которые они безмолвно передают, умножаются Духовные присутствия отсутствующих вещей.Поверьте мне, что для наставленных придет время, Когда они не встретят никакой цели, но могут преподать какой-то приемлемый урок своему разуму о человеческих страданиях или человеческой радости. Так они узнают, когда все говорят о человеке, Свои обязанности из всех форм; и общие законы, 1240 И местные случайности будут одинаково стремиться возбуждать, побуждать; и, с волей, даровать способность широко распространять благословения истинной благотворительности. Свет любви Не угасает, стойкость на шагах их, Не уходя, для них будет подтверждена Славная привычка, благодаря которой чувство становится Подчиненным все еще нравственным целям, Вспомогательным по отношению к божественному.Эта перемена оденет Обнаженный дух, перестанет сожалеть 1250 Бремя существования. Тогда наука станет драгоценным гостем; и тогда, И только тогда будь достоин ее имени: Ибо тогда возгорится ее сердце; ее тусклый глаз, Тусклый и неодушевленный, больше не будет висеть прикованным к своему объекту в жестоком рабстве; Но научить с терпеливым интересом наблюдать за процессами вещей и служить делу Порядка и четкости, а не для этого Должен ли он забыть, что его самое благородное использование, 1260 Его самая прославленная область, должно быть найдено в предоставлении ясного руководства, поддержки Не коварный, для «экскурсионной» силы ума.- Так мы созидаем Существо, которым мы являемся; Так глубоко напившись душой вещей, Мы волей-неволей станем мудрыми; и, будучи вдохновленным выбором и сознавая, что воля свободна, будет непоколебимо двигаться, даже как если бы его толкала строгая необходимость, по пути порядка и добра. Что бы мы ни увидели, 1270 Или почувствуем, будет иметь тенденцию к оживлению и очищению; Закрепит в более спокойных местах нравственной силы земные желания; и вознеси на более высокие высоты Божественной любви нашу интеллектуальную душу ». Здесь Мудрец завершил свою красноречивую речь, Изливался с рвением непрерывным потоком, Так, как далеко, посреди дикой пустыни, Вождь индейцев изливается из своей груди в слух собравшихся племен, В открытом круге сидящих кругом и притихших 1280, Как воздух бездыханный, когда не шевелится лист в могучих лесах.- Так он сказал: слова, которые он произнес, не исчезнут, Рассеяны, как музыка, которую ветер уносит Урывками и дает упасть, чтобы их забыли; Нет - они погрузились в меня, щедрый дар Того, кого время и природа сделали мудрым, одобряя свое учение с властью, Которой молчаливо допускают враждебные духи; О том, кто привык к желаниям, которые питаются 1290 Плодами, собранными с древа жизни; Чтобы возлагать надежды на знания и опыт; О том, в ком убеждение и вера переросли в веру, а вера превратилась в страстную интуицию; откуда Душа, Хотя привязанная к земле узами жалости и любви, От всякого вредного рабства была свободна.Солнцу, прежде чем было достигнуто место его покоя, Пришлось еще далеко уйти, но к нам, Для нас, низко стоявших в этой полой лощине, 1300 Он стал невидимым, - помпа, Оставив позади желтое сияние, распространившееся Над горой стороны, по контрасту смелые, С широкими тенями, казалось бы, не меньше, Чем те великолепные огни, его богатое наследие; Раздача его вечерней силы. --Вниз по тропинке, ведущей из долины. Похоронный поезд, пастырь и его помощник были замечены спускающимися: - вперед, чтобы поприветствовать их, побежала Наша маленькая паж: подходили деревенские пары; 1310 И в лице Матроны можно прочесть явное указание на то, что слова, рассказывающие, как эта брошенная пенсионерка была отправлена ​​в тихую могилу, Не причинили ее человечеству ничего плохого. рвение.- Вдоль пола Небольшого Коттеджа в уединенном Делле Для нашего отдыха стояла благодарная кушетка; Где, в облике горцев, мы лежим, 1320 Растянутые на благоухающей пустоши и убаюкиваемые звуками Далеких ручьев, очаровывающих тихую ночь, И для усталых конечностей и чрезмерно занятых мыслей, Приглашая на сон и мягкую забывчивость. ПРИМЕЧАНИЯ 130 «По сравнению с этим, Землю легко презирать» и т. Д. См. По этому поводу наиболее интересный обзор Бакстером его собственных мнений и чувств в условиях упадка жизни.Его можно найти (недавно переиздать) в «Церковной биографии» доктора Вордсворта. 205 'Увы! наделение бессмертной Силой неравномерно сочетается с обычаем, временем и т. д. Эта тема подробно рассматривается в Оде - Намерения бессмертия. 324 «Познание сердца человека должно быть» и т. Д. Цитируемый отрывок из Даниэля взят из стихотворения, адресованного леди Маргарет, графине Камберленд, и две последние строки, напечатанные курсивом, им переведены с Сенека. Поэма очень красивая.Я запишу из него четыре строфы, поскольку они содержат замечательную картину состояния ума мудрого Человека во время общественных волнений. И он не тронут всеми громовыми ударами угроз тирана или угрюмым лбом Власти, гордо восседающим на преступлениях других; Обвиняется в большем количестве вопиющих грехов, чем те, которые он проверяет. Бури печального замешательства, которые могут вырасти в настоящем для грядущих времен, Не аплодируйте его; у которого вообще нет стороны, Но он сам по себе, и знает, что худшее может пасть. Хотя его сердце (так близко связанное с землей) не может не пожалеть сбитого с толку состояния беспокойной и несчастной смертности, Которые, таким образом, уступают дорогу безобразному рождению их собственных печалей и все еще порождают недуг на слабоумие: должен бежать, Он смотрит на это не странно, но как предначертанное.И пока безумное честолюбие окружает, И охвачено, в то время как хитрость обманывает, И обманывается: пока человек грабит человека, И строит на крови, и встает от бедствия; И унаследование запустения оставляет На большие надежды надежды: Он смотрит на него, Как с берега мира, с мокрым оком, И не предпринимает рискованных действий в нечестии. Так, Госпожа, прощает тот человек, который приготовил Покой для своих желаний; и видит все под собой; и выучил эту человеческую книгу, полную заметок о немощи; и сравнил Лучшее из славы с ее страданиями: Я вижу, кем вы трудитесь изо всех сил, Чтобы насаждать свое сердце! и расположите свои мысли настолько близко к Его славному особняку, насколько ваши силы могут выдержать.

Что такое главные грехи? | GotQuestions.org

Ответ

Римский католицизм учит, что главные грехи являются корнем и источником всех других грехов. Самый ранний предшественник этого учения был написан в четвертом веке монахом по имени Евагрий Понтийский, который первоначально перечислил восемь «злых мыслей»: чревоугодие, похоть или блуд, скупость, уныние или печаль, гнев, уныние или вялость, тщеславие и гордость. . Позже эта группа из восьми предметов была сокращена до семи папой Григорием Великим в шестом веке.Григорий превратил тщеславие в гордость и уныние в печаль и добавил зависть, таким образом формально создав список, в который вошли только семь «смертных грехов» или «смертных грехов». Сегодня список смертных грехов выглядит следующим образом: гордыня, жадность, похоть, зависть, обжорство, гнев и леность.

Заглавные грехи получили свое название от латинского caput , что означает «голова». Позже Фома Аквинский назовет их не «грехами», а «пороками». Фома Аквинский заявил, что главный порок — это то, что имеет желаемый конец, так что, желая его, человек совершает много грехов.Все грехи можно проследить до определенного порока как коренного источника. Чтобы проиллюстрировать это, если мужчина испытывает вожделение к жене своего соседа, этот порок может заставить его совершить прелюбодеяние, солгать многим людям, пренебречь своей семьей или отказаться от нее и, возможно, даже причинить людям физический вред. Умножение грехов человека вызвано первоначальным смертным грехом вожделения.

Это правда, что гордыня, жадность, похоть, зависть, чревоугодие, гнев и леность — это грехи, и это правда, что такие злые желания в сердце могут привести к другим грехам (см. От Матфея 15:19).Но было бы неправильно думать о семи смертных грехах, или семи смертных грехах, как о худшем в глазах Бога, чем любой другой грех. Все грехи в глазах Бога равны; все они «промахиваются». Воровство не хуже гордости, а жадность не хуже лжи; нет маленьких грехов или больших грехов, потому что все грехи одинаково оскорбительны для нашего святого и чистого Бога. Бог не может и не допустит никакого греха в Своем святом присутствии — никакого (Аввакум 1:13).

Смертные грехи или смертные грехи не называются в Библии как группа; однако Господь действительно упоминает некоторые вещи, которые Он ненавидит, и даже составляет их список: «Есть шесть вещей, которые ненавидит Господь, семь ненавистны Ему: надменные глаза, лживый язык, руки, проливающие невинную кровь, сердце придумывает нечестивые планы, ноги, которые быстро бросаются на зло, лжесвидетель, изливающий ложь, человек, разжигающий конфликты в обществе »(Притчи 6: 16–19).Всякий грех приводит к смерти (Римлянам 6:23). Слава Богу за то, что через кровь Иисуса Христа все наши грехи прощены — даже «главные грехи».

Стихи «Уныние» — Привет, поэзия

Муза родного края! Самая возвышенная Муза!
О первенец в горах! оттенками
Неба, рожденного в духовном воздухе:
Долго сидел ты один в северном гроте,
Пока наша Англия была волчьим логовом;
Прежде, чем наши леса слышали разговоры людей;
До того, как первый из Друидов был ребенком; —
Долго сидел ты среди наших дикой местности
Rapt в глубоком пророческом одиночестве.
Раздался восточный голос торжественного настроения:
Но ты был терпеливым. Затем пропел Девять,
гирлянда Аполлона: — но ты угадал,
Такая доморощенная слава, что они напрасно кричали,
«Подойди сюда, сестра острова!» Обычный
Сказал прекрасную Авзонию; и еще раз она произнесла
более высокий призыв: — Ты все еще взывал
Тебя к твоим родным надеждам. О, ты выиграл
Полное достижение! Дело свершилось,
Который разрушен, эти наши последние дни поднялись
На бесплодные души.Великая Муза, ты знаешь, что такое тюрьма
Из плоти и костей, бордюров, ограничений и беспокойств
Крылья нашего духа: уныние окружает
Наши подушки; и свежее завтрашнее утро
Кажется, излучает свой свет в очень презрении
Нашей унылой, скучной, улиткой жизни.
Давно говорил я, как счастлив тот, кто насмехается.
Тебе! Но потом я подумал о ушедших поэтах,
И не мог молиться: — и теперь не могу — поэтому на
я иду до конца в смирении сердца .—-

«Ах, горе мне! Что я должен с любовью, часть
Из родной моей родины! Ах, глупая девица!
Рад был тот час, когда с тобой мириады поклонились
Прощай, Гангу и своим приятным полям!
Такому бездельнику ясный ветер дает
Горькую прохладу, спелый виноград кислый:
Но я бы хотел, боги великие! Но один короткий час
Родного воздуха — позволь мне умереть дома.»

Эндимион воздушному куполу небес
Подносил гекатомбу обетов,
Когда эти слова достигли его. Тогда он склонил голову
Свою голову сквозь тернисто-зеленую путаницу
Подлесок, и на звук наклонился,
Тревожно как задняя — к ее скрытому олененку.

«Нет никого рядом, чтобы помочь мне? Не светлый рассвет
Жизни из голоса милосердия? Не сладкое высказывание
Чтобы заставить играть мой унылый и опечаленный дух?
Нет руки, чтобы поиграть с моей? Нет таких сладких губ
Чтобы я мог им поклоняться? Веки не встречаются
Чтобы мерцать на моем *****? Никто не умирает.
Передо мной, пока от этих порабощающих глаз не сверкнет
Искупление! — Я грустен и потерян.»

Тебе, карийский лорд, лучше было бы бросить
В водоворот. Исчезнуть в воздухе,
Теплый альпинист! Ты можешь только выдержать
Вздох женщины в одиночестве и в беде?
Не смотри на ее чары! Фиби бесстрастна?
Фиби намного прекраснее — О, больше не взирай: —
Но если ты увидишь все сокровища красоты,
Взгляни на нее, тяжело дыша в лесной траве!
Разве эти кудри глянцевой смолы не превосходят
Для нежности руки так праздно лежат
Среди них? Самая не родственная боль,
Видеть такие прекрасные глаза в поисках плавания
После некоторого теплого восторга это, кажется, садится
Голубь в тусклой камере, лежащей за пределами
Их верхние веки? — Хист! «О для Гермеса!» ‘wand
Чтобы придать этому цветку человеческий облик!
Этот лесной Гиацинт мог сбежать
Из своей зеленой тюрьмы и здесь преклонить колени
Назовите меня его королевой, прекрасной короной его второй жизни!
Ах, как я мог любить! — Тает душа моя
За несчастную молодость — Любовь! Я почувствовал
Такую слабую доброту, такую ​​кроткую сдачу
То, что мои полные мысли сделали слишком нежными,
Что, если бы не слезы, моя жизнь убежала! —
О, глухие и бессмысленные минуты дня,
И Ты, старый лес, держи это за истину,
Нет ни молнии, ни подлинной росы
Но в глазах любви: нет ни звука,
Как бы ни был мелодичен,
Небеса и земля могут сбить с толку до такой смерти
Как голос любви: нет дыхания
Ласково смешается с луговым воздухом,
Пока он не задохнется и не украдет долю
Страсти от всего сердца! »-

На ветку
Он наклонился. , несчастный.Он, конечно, не может сейчас.
Через темную землю и через чудесное море?
Богиня! Я люблю тебя не меньше: от тебя
От улыбки Юноны я не поворачиваюсь — нет, нет, нет —
Пока великие воды приливы и отливы —
У меня тройная душа! О нежное притворство —
Для обоих, для обоих моя любовь так безмерна,
Я чувствую, что мое сердце разрывается надвое для них.»

И так он застонал, как убитый красотой.
Сердце женщины забилось быстрее, и он мог видеть,
Ее нежное тело буйно вздымалось.
Он выпрыгнул из своей зеленой укрытия: вот она лежала,
Сладкая, как мускусная роза на свежеприготовленном сене;
С дрожью во всех конечностях и глазами
Тихо заткнись живьем. Он пытается заговорить.
«Прекрасная девица, пожалей меня! прости, что я
Так нарушай святость твоей беседки!
О прости меня, ибо я полон печали —
Печаль, рожденная тобой, юный ангел! прекраснейший вор!
Кто украл, тот отнял крылья, с которыми
Я должен был возвысить небеса.Дорогая горничная, ситх,
Ты мой палач, и я чувствую
Любовь и ненависть, несчастье и счастье,
Через несколько коротких часов ничего не будет для меня,
И вся моя история, эта страсть убила меня;
Улыбнись в вечер моих дней:
И, потому что мой измученный мозг начинает сходить с ума,
Будь моей кормилицей; и дай мне понять
Как при смерти я поцелую эту руку лилии .—
Ты плачешь обо мне? Тогда я должен быть доволен.
Смотри, судьбы! пока небосвод
не превзойдет Эреба, а земля
, заполненная пещерами, не рассыпется сама на себя.Клянусь облаком
Юпитера, эти слезы вызвали у меня жажду
Встретить забвение ». — Когда ее сердце разрывалось.
Девушка рыдала некоторое время, а затем ответила:
« Почему такое опустошение должно быть
Как это ты говоришь? Разве эти зеленые уголки
не пусты от всех бед? Ручьи
издают голос горгоны? Вон там дрозд,
Приучая своих недоделанных малышей чистить зубы
О росистом лесу, шепчут сказки? —
Не говори о печали, молодой незнакомец, или о холодных улитках
Слизь розу ночью.Хотя, если хочешь,
Я думаю, это будет вина — очень вина —
Не сочувствовать тебе и не вздыхать
Свет — сумерки — тьма — до рассвета! «
» Дорогой! Госпожа, — сказал Эндимион, — прошло:
Я люблю тебя! и мои дни не могут длиться вечно.
Чтобы я мог проявить терпение, еще говорю:
Пусть музыка умирает, и я ищу
Нет больше удовольствия — я прощаюсь со всеми.
Разве ты не после других климатов звал,
И роптал об индийских ручьях? »- Тогда она,
Сидя под самым средним лесным деревом,
Из сострадания пела этот хоровод ——

« О горе,
Почему? Достать позаимствовать
Естественный оттенок здоровья, от красных губ? —
Дать девичьи румяна
Кустам белых роз?
Или это твоя влажная рука кончики ромашек?

«О Скорбь»,
Зачем одолжить
Блестящую страсть соколиного глаза? —
Чтобы дать свет светлячку?
Или, в безлунную ночь,
Чтобы придать оттенок на берегу сирены, в соленом море -spry?

«O Sorrow,
Зачем одалживаешь
Сочные частушки с траурного языка? —
Давать вечером бледно
Соловью,
Чтоб послушать холодную росу среди?

«О Скорбь,
Зачем заимствуешь
Легкость сердца у майского веселья? —
Любящий не наступит
Коровьим скрежетом по голове,
Хотя он должен танцевать с вечера до рассвета —
Ни какого опавший цветок
Священ для твоей беседки,
Где бы он ни развлекался и ни играл.

«В печали»
Я пожелал доброго утра,
И думал оставить ее далеко позади;
Но весело, весело,
Она очень меня любит;
Она так постоянна со мной и так добра:
Я бы обманул ее
И так оставь ее,
Но ах! она такая постоянная и такая добрая.

«Под моими пальмами, на берегу реки,
Я плакал: во всем мире
Не у кого было спросить мне, почему я плакал, —
И так я продолжал
Наполнять чаши с водяными лилиями слезами
Холодно, как мои страхи.

«Под моими пальмами, на берегу реки,
Я сидел и плакал: какая влюбленная невеста,
Обманутая призрачным ухажером из облаков,
Но прячется и покрывает
Под темными пальмами на берегу реки?

«И когда я сидел, над голубыми холмами
Раздался шум гуляк: ручьи
В широкий поток вышли пурпурного оттенка —
‘Это Бахус и его команда!
Серьезная труба и трепет серебра.
От поцелуев цимбал поднялся веселый грохот —
«Это был Вакх и его родня!
Подобно движущемуся урожаю, они пришли,
Коронованы зелеными листьями, и лица все в пламени;
Все безумно танцуют по приятной долине,
Чтобы напугать тебя, Меланхолия!
О, тогда ты был простым именем!
И я забыл тебя, как ягодный падуб
Пастухи забыли, когда в июне
Высокие каштаны отгоняют солнце и луну: —
Я бросился в безумие!

«В своей машине наверху стоял молодой Вакх,
Размахивая стрелой плюща, в танцевальном настроении,
С косым смехом;
И маленькие струйки алого вина пропитались
Его пухлые белые руки и плечи, достаточно белого
Для Жемчужный укус Венеры;
И рядом с ним ехал Силен на своем ***,
Усыпанный цветами, когда он проезжал мимо
Пьяный глоток.

«Откуда пришли вы, веселые девицы! Откуда пришли вы!
Так много и так много и такое ликование?
Почему вы оставили свои беседки в запустении,
Лютни и судьба мягче? —
« Мы следуем Вакху. ! Вакх на крыльях?
Завоеватель!
Вакх, молодой Вакх! Хорошо это или плохо,
Мы танцуем перед ним по всему царству: —
Подойди сюда, прекрасная леди, и присоединяйся быть
К нашему дикому менестрелю! ‘

«Откуда пришли, веселые сатиры! откуда вы пришли!
Так много, так много и такое ликование?
Почему вы оставили свои лесные прибежища, почему оставили
Орехи ваши в расселине дуба? —
«Ради вина, ради вина мы оставили наше ядро;
Для вина оставили вереск и желтые веники,
И холодные грибы;
Ради вина мы следуем за Вакхом по земле;
Великий Бог бездыханных чаш и щебетания веселья! —
Подойди сюда, красавица, и присоединяйся к
К нашим безумным менестрелям!

«Мы прошли через широкие реки и великие горы,
И, за исключением случая, когда Вакх держал свою палатку из плюща,
Вперед тигр и леопардовые штаны,
С азиатскими слонами:
Вперед эти мириады — с песнями и танцами,
С полосатые зебры и гладкие аравийские скачки,
Аллигаторы с паутинными ногами, крокодилы,
На чешуйчатых спинах, в файлах,
Пухлые младенческие смехотворцы, имитирующие катушку
******, и труд крепких гребцов на камбузе :
Они плывут с веслами и шелковыми парусами,
Они не заботятся о ветре и приливе.

«Верхом на шкурах пантер и львиных гривах,
Из тыла в фургон они рыщут по равнинам;
Трехдневное путешествие в одно мгновение сделано:
И всегда, с восходом солнца,
О диких землях» они охотятся с копьем и рогом,
На сияющего единорога.

«Я видел, как Осирианский Египет преклонил колени
Перед венцом из виноградных венков!
Я видел, как Абиссиния пробуждалась и пела.
Под кольцо серебряных тарелок!
Я видел, как колышущийся винтаж горячо пронзил
Старая Тартария свирепая!
Цари Индэ, их драгоценности-скипетры заволакивают,
И из их сокровищ рассыпают жемчужный град;
Великий Брахма из своего мистического неба стонет,
И все его священники стонут;
Перед тем, как бледнеет подмигивание юного Вакха.-
В эти области пришел Я следовал за ним,
С больным сердцем, усталый — поэтому я взял на себя прихоть
Заблудиться в этих ужасных лесах
Один, без равных:
И я сказал тебе все, что ты можешь слышать.

«Молодой незнакомец!
Я был рейнджером
В поисках удовольствий повсюду:
Увы! Это не для меня!

«Приди же, печаль!
Сладчайшая скорбь!
Я кормлю тебя грудью, как родное дитя:
Я думал оставить тебя
И обмануть тебя,
Но теперь из всего мира я люблю тебя больше всего.

«Нет никого,
Нет, нет, ни одного
Но ты утешишь бедную одинокую горничную;
Ты ее мать,
И ее брат,
Ее товарищ по играм, и ее ухажер в тени».

О, какой вздох она дала, заканчивая,
И смотри, совершенно мертва для всего мирского!
Эндимион не мог говорить, но смотрел на нее;
И прислушивался к ветру, который сейчас шевелился.
О хрустящих дубах, полных уныло,
И все же с такой сладкой мягкостью, какой могла бы быть
Помню из бархатной летней песни.
Наконец он сказал: «Бедная дама, как долго
Смогу ли я терпеть этот голос?
Прекрасная Мелодия! Добрая Сирена! У меня нет выбора;
Я должен быть твоим печальным слугой всегда:
Я не могу выбрать, кроме как преклони колени здесь и поклоняйся.
Увы, я не должен думать — клянусь Фиби, нет!
Позволь мне не думать, мягкий Ангел! Неужели это так?
Скажи, прекраснейшая, я никогда не буду думать? я за гранью
Воспоминания! Бдительно заботься о мне
Закрой его налитые кровью глаза и не смотри на отчаяние!
Делай нежно ****** половину моей души, и я
Чувствую вторую половину так сильно! —
У меня кружится голова от этой красивой и гладкой щеки;
О, пусть она так краснеет всегда! Пусть она успокаивает
Мое безумие! Пусть она окутывается розово-теплым оттенком
С оттенком любви, тяжело дыша в безопасной тревоге.-
Это не может быть твоя рука, и все же это так;
И это, конечно, твое другое мягкое существо — это
Твое собственное прекрасное *****, и я так близко!
Заснет? О, позволь мне выпить эту слезу!
И прошепчи одно сладкое слово, которое я могу знать.
Это этот мир — сладкий росистый цветок! »- Горе!
Горе! Горе тому Эндимиону! Где он? —
Даже эти слова звучали уныло эхом
Сквозь мир широкий лес — самый страшный тон,
Подобно раскаявшемуся в своем последнем стоне;
И пока он утих, мимо прошла тень,
Как грозовое облако.Когда стрелы летят
Сквозь толстые ветви, бедные голуби-кольца гладят вперед
Их робкие шеи и дрожат; так что они оба
наклонились друг к другу, дрожа, и сидели так
в ожидании некоторого разрушения — когда вот,
Foot-fe

Любимая поэма Авраама Линкольна

Ой! почему дух смертных должен гордиться?
Как быстро летящий метеор, быстро летящее облако
Вспышка молнии, прорыв волны
Он уходит из жизни в могилу.

Листья дуба и ивы увянут,
будут рассыпаны и положены вместе;
И молодые и старые, и низкие и высокие,
превратятся в прах и вместе лягут.

Младенец, которого мать присматривала и любила;
Мать, любовь младенца, которая доказала;
Муж, мать и младенец, благословляющие, —
Каждый, все, ушли в свои жилища покоя.

Служанка, на щеке которой, на челе, на чьем глазу,
Сияла красота и удовольствие, — ее торжества проходят;
И память о тех, кто любил ее и хвалил,
Одинаково из умов живых стерта.

Рука царя, которую нес скипетр,
Чело священника, которое носила митра,
Око мудреца и сердце храброго,
Скрыты и потеряны в глубинах могилы.

Крестьянин, которому суждено было сеять и жать,
Пастух, взбиравшийся со своими козами по крутым склонам,
Нищий, блуждающий в поисках своего хлеба,
Исчез, как трава, по которой мы ступаем.

Святой, который наслаждался общением Небес,
Грешник, который осмелился остаться непрощенным,
Мудрый и глупый, виноватый и справедливый,
Тихо смешали свои кости в прахе.

Так идет множество — как цветок или сорняк
Который увядает, чтобы позволить другим добиться успеха;
Итак, приходит множество — даже те, кого мы видим,
Чтобы повторить каждую сказку, которая часто рассказывалась.

Ибо мы такие же, как были наши отцы;
Мы видим то же самое, что видели наши отцы;
Мы пьем тот же ручей, мы смотрим на то же солнце,
И бежим тем же курсом, которым бежали наши отцы.

Мысли, о которых мы думаем, думали бы наши отцы;
От смерти мы уклоняемся, отцы наши отступят;
За жизнь, за которую мы цепляемся, они также цеплялись; —
Но он уносится прочь от всех нас, как птица на крыльях.

Они любили — но эту историю мы не можем раскрыть;
Они презирают — но сердце высокомерного холодно;
Они опечалились — но не выйдет плача от сна их;
Они радовались — но язык их веселья нем.

Они умерли — да, они умерли; — мы, существующие сейчас,
Которые ходим по траве, лежащей над их чело,
И делаем в жилищах свои временные жилища;
Познакомьтесь с тем, что они встретили на пути паломничества.

Да! надежда и уныние, удовольствие и боль,
Сливаются воедино в солнечном свете и дожде;
И улыбка и слеза, песня и панихида,
Все еще следуют друг за другом, как волна за волной.

Это мгновение ока — это дыхание —
От цветка здоровья к бледности смерти,
От позолоченного салона до носилок и савана: —
О! почему дух смертных должен гордиться?

Ссылка по теме
Поэзия Авраама Линкольна

Главная | Новости | Образование | Сроки | Места | Ресурсы | Книги | Выступления | Поиск

Введение авторское право и копия 2015 Авраам Линкольн Онлайн.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.