Свойства разума: О дихотомических свойствах разума (из истории европейской философской мысли) Текст научной статьи по специальности «Философия, этика, религиоведение»

Автор: | 22.01.1970

Содержание

О дихотомических свойствах разума (из истории европейской философской мысли) Текст научной статьи по специальности «Философия, этика, религиоведение»

ФИЛОСОФИЯ

УДК 2 (23/28) ББК Ю 0/8 87

О ДИХОТОМИЧЕСКИХ СВОЙСТВАХ РАЗУМА (из истории европейской философской мысли)

О. В. Усалко

Одно из самых поразительных различий между конституционными демократиями и тираниями нашего времени имеет отношение к определенным свойствам разума. В конституционных демократиях люди склонны мыслить категориями дихотомий — веры и разума, церкви и государства, личного и общественного, исполнительного и законодательного. Они самопроизвольно осторожны в концептуальной унификации, и их осторожность направлена на разделенные силы и ограниченные претензии. В тираниях, особенно в идеологических и тоталитарных, люди склонны игнорировать или отвергать подобные дихотомии. Охарактеризованные свойства концептуальной унификации направлены на концентрированную власть и непроверяемые претензии, которые ведут к ужасам, характерным для режимов тирании.

Святой Августин — величайший пример дихотомического свойства разума и родоначальник европейского дихотомического мышления новой эры; Локк, Монтескье и Берк были лишь его наследниками. И хотя он так же важен в развитии современного общества, как любая фигура классической политической философии, он часто демонстрирует религиозную нетерпимость. Тем не менее, он не был чужд умеренности и терпимости.

Дихотомии Августина известны. Некоторые относятся к объективному миру: империя и церковь, история и эсхатология, эра язычества и эра христианства. Другие относятся к разуму. Они включают как субъективное понимание времени Августином, так и объективное, явленное в его попытках установить верховенство истины христианского учения, включающего веру и разум.

В наследии Августина есть и другие дихотомии. В самом центре его круга идей находятся антитезы, относящиеся к свобо-

де, — например, свобода и закон, свобода и милость. Одной из важнейших является дихотомия универсальности и уникальности. Первой присуще принятие того, что Бог и мораль могут быть в некотором роде познаны через рациональные категории, доступные всем людям, — вторая выражена центральной идеей, что Бог не познаваем полностью, но лишь одними понятиями общего рода, явленными Богом, Богом Авраама, Исаака и Иакова, который воплотился в Иисусе Христе. Над всеми другими дихотомиями находится антитезис Града Господня и Земного Града [Августин 1991: 230].

Августин привычно воздерживается от объединения воспринимаемых как антитезы социальных институтов, ментальных способностей, временных периодов и т. д. Он даже делает акцент на полярностях и напряжениях, усматривая ограниченность в интеллектуальных операциях, распятых между самоанализом и исследованием, между разумом и верой. Если бы мы не были охвачены грехом, свобода просто была бы эквивалентом праведности, не противоречила бы моральным законам, не зависела бы от каждого проявления божественного милосердия. И если бы мы были безгрешны, мы бы существовали в абсолютном единстве божественной уникальности и универсальности.

Оба полюса полностью легитимны, хотя и не обязательно равны по достоинству или логическому рангу. Легитимно, например, придерживаться и веры и разума, хотя вера по рангу выше разума, если иметь в виду достижение понимания и упорядочения жизни. Отсюда следует, что дихотомии — это не просто упрямые факты. В некоторой степени они являются нормами, и изучение этих норм неотъемлемо для сбалансированного понимания мира людей и управления человеческой жизнью. Дихотомия церкви

Вестник Калмыцкого института гуманитарных исследований РАН

№ 1 2013

и государства — это институты человеческой мудрости, признаваемые издревле, и игнорирование этого принципа подвергает общество опасности хаоса.

Также как определение выводов веры и разума привело бы к путанице. Игнорирование дихотомий подрывает цивилизованную жизнь. Различия и балансы, которые лежат в основе цивилизованного человеческого порядка насильно стираются, следствием чего является разрушение гуманистических традиций.

Простого здравого смысла недостаточно для рассмотрения дихотомий. Даже цивилизация греков была серьезно расколота несовершенными дихотомиями, вместе с недостаточностью стремления к единству. Платон признал, что есть вопросы, на которые философ не мог ответить без помощи Божественного откровения, на получение которого сам он не претендовал. В «Федо-не» Платона Симмий признается Сократу в том, как сложно достичь уверенности насчет участи души после смерти. Он говорил, что мудрец должен взять лучшую и неопровержимую из человеческих теорий и позволить ей служить плотом, на котором он будет плыть по жизни, если он сможет найти какое-либо слово Бога, которое будет его вести более уверенно и безопасно [Платон 1994: 40].

Все это трагично описано Платоном в «Республике» — идеале одновременно духовно вдохновляемом и политически пугающем. Познание и уважение дихотомий, таким образом, зависит от большего, чем благопристойность, которая воздерживается от жестоких проектов унификации.

Неполноценность разума была иначе выражена Кантом, который заявлял, что в демонстрации некомпетентности разума для достижения умозрительной уверенности в вопросах, касающихся Бога, свободы и бессмертия, он оставлял место вере. Кант крайне минимизировал масштаб теоретического разума, и его концепция веры может свестись к христианской ортодоксии, но можно согласиться с его тезисом, что признанием лимитов ума мы можем лучше оценить нужду в вере [Асмус 2005: 73].

Определенные формы экзистенциализма настаивают на том, что реальность допустима только через субъективность. Позитивизм же утверждает, что реальность доступна только через объективность. Современность кажется полярностью ума и веры, полярность трагичная для начала

современного периода в сопоставлении с Ренессансом и Реформацией. И триста лет спустя неспособность современного интеллекта держать разум и веру в балансе была драматизирована Гегелем и Кьеркегором. Кьеркегор, частично реагируя на Гегеля, поставил гуманность в зависимость от веры и веру в неповиновение разуму [Быховский 1975: 58].

Когда мы изучаем внешний мир ради сходных примеров краха дихотомий, мы понимаем, что иным словом для такого краха является «идолопоклонство». Вокруг нас вместо дихотомий мы видим политических идолов. Больше нет напряжения между духовными и земными властями, а общество находится одновременно под духовной и земной властью одного хозяина, одного вдохновленного лидера, одной законной партии. Люди — не члены одновременно двух, более или менее противоречивых обществ, одного, ориентированного к вечности, и другого — устремленного к земле. Все являются членами одного общества — возможно, социального класса, предназначенного историей идеально продемонстрировать интересы всего человечества, возможно, государства, мнимо служащего идее превосходства расы.

Государство, возможно, является главным идолом современного человека. Такие категории, как раса или класс, смутны и неосязаемы. Они нуждаются в твердом воплощении, которое предоставляет государство. Сходным образом идеологизированный лидер или партия нуждаются в аппарате власти, который также предоставляется государством. Но государство никогда не является слугой богов. В своей идее необъятной власти, вездесущности и бессмертности оно самое пленительное из всех идолов.

Один из самых решительных стимулов для развития современного понимания зародился на закате античности вместе с возвышением христианской церкви, которая релятивизировала государство. Больше нельзя было сказать, что человек был только «политическим животным».

Самый очаровательный из всех идолов был понижен до статуса слуги — слуги христианской жизни, с точки зрения Августина и средневековья. Если бы эта релятивизация не появилась, стабильная свобода не была бы достигнута. Но такая релятивизация имеет смысл только в контексте дихотомий. Вот почему упадок дихотомий привел к возвышению

ФИЛОСОФИЯ

абсолютного государства и, как следствие, отказу от свободы.

Божественный центр августиниан-

ской вселенной поддерживал двойную независимость человеческой жизни. Одним аспектом этой независимости была идея божественного провидения. Бог во всех деталях руководил раскрытием событий человеческой жизни. Но божественное руководство не было принудительным, по крайней мере, в идеале это не так, что дает нам второй аспект божественной независимости, по Августину.

Бог требовал от людей добровольного подчинения и признания Его правления. Праведный человек, член Града Господня был тем, чья жизнь фокусировалась через любовь вселенского правителя, который гарантировал, что кажущийся хаос истории является порядком.

В современном мире верховная власть Бога в двух своих аспектах практически исчезла из умов людей. Идея о том, что любое событие в истории и каждая мелочь че-

ловеческой жизни происходит по воле Божьей, для светского разума стала не убедительной. С исчезновением из современных умов исторической верховной власти Бога другой аспект, который сохранялся через любовь к Богу, также исчез. Идеи милосердия природы, высказанные в трудах Августина, едва постижимы для светских умов XXI века.

Литература

Августин А. Исповедь / пер. с лат. М. Е. Сергеенко. М.: «Ренессанс», СП ИВО СиД, 1991. 488 с.

Асмус В. Ф. Иммануил Кант. М.: Высшая школа, 2005. 439 с.

Быховский Б. Э. Кьеркегор. (1813-1855). М.: Мысль, 1972. 240 с.

Платон. Собрание сочинений. В 4 т. / под общ. ред. А. Ф. Лосева, В. Ф. Асмуса, А. А. Тахо-Годи. (Серия «Философское наследие»). М.: Мысль, 1990-1994. Т. 2. 1993. 528 с.

1. Свойства разума

Разум это то единственное, что способно познавать. Тогда процесс восприятия разумом реальности и есть процесс познания. В свою очередь разум воспринимает нечто из вне соответственно своим свойствам.

Процесс познания идет по замкнутому кругу наподобие круговороту воды в природе (это будет показано ниже). Поэтому войти в такой круг с одной стороны, можно в любом звене, с другой – трудно определиться с местом начала. Кроме того, в момент начала рассуждений по объективным причинам будет ощущаться эффект непонимания (не осознания).

Стоп, я же еще, мягко говоря, не четко представляю, что значит для человека понимать! Я же еще нахожусь на уровне противоположных обыденных представлений! Но нет другой возможности попасть в область того, что видит разум. Остается единственная возможность, — начинать с обыденного уровня.

Например, возможен, такой вариант рассуждений.

Отсутствие внимания к проблеме познания в «чистом виде» может быть объяснено с позиции двух диаметрально противоположных подходов. Или процесс познания настолько очевиден и прост, что об этом излишне говорить. Или же процесс нашего познания, наоборот, очень сложен, многогранен, недоступен для нас, поэтому мы, обычные люди, не осознаем нужды в исследовании механизма собственного мышления.

Ниже попытаемся доказать реальность именно второго предположения. О его справедливости свидетельствует хотя бы то, что очень немногие из нас смогут четко охарактеризовать последовательность умственных операций при решении той или иной задачи (описать ход собственной мысли), это описание ждет нас впереди. Но наше самоощущение об этом не говорит! Значит я, вероятно, не осознаю, как разум воспринимает реальность.

Допустим противоположное, — я это осознаю, тогда даже то, что было изложено выше, для меня было бы очевидным, и далее, — при условии осознания процесса познания мне не нужны были бы наставники, т.к. я владел бы средством решения любых задач, проблем и т.д. Ведь процесс познания един, а задач, – бесконечное множество.

От механизма собственного мышления мы объективно отстоим еще дальше, – мы не осознаем, что не осознаем его (это не тавтология). Если бы осознавали, что не осознаем, то решали бы проблему осознания процесса мышления. Нам было бы гораздо проще. Тогда бы мне невежде было бы ясно мое невежественное состояние, поскольку, при осознании проблем в собственной голове, не может вырасти ложное представление о собственном достоинстве.

Здесь мы подходим к главному объективному затруднению, препятствующему человеку выкарабкаться с уровня обыденного самосознания. Двойное не осознание проблемы приводит к тому, что мы никогда не начнем ее решать хотя бы каким то способом! По этому поводу можно привести более доступные примеры. Так, если я не осознаю, что болен, то у меня исчезают мотивы в надобности собственного лечения. Следовательно, я погибаю от такой болезни и при этом, не осознаю, по какой причине неизбежно наступает плачевный исход. Данный пример полностью аналогичен двойному не осознанию процесса собственного мышления. Первое не осознание, – это болезнь, второе, – отсутствие ощущения о болезни. В подкрепление справедливости отмеченного приведем ссылки на высказывания выдающихся людей прошлого.

Приведенная выше мысль Сократа о том, что люди делают зло неосознанно, напрямую говорит о не осознании собственных заблуждений.

Сократ не столько говорит о заблуждении других людей, сколько относит это, в первую очередь, к самому себе. Может быть, он рассуждал следующим образом, – Если я не осознаю незнания, то нужно заявить об этом открыто, — Я знаю только то, что ничего не знаю. Это правило поведения позволяет преодолеть самое первое и самое трудное препятствие, которое заключается в не осознании своего состояния. Это равносильно тому, что больной осознает свою болезнь. Только после этого можно осознанно приступать к лечению. Нельзя не упомянуть о том, что Сократ говорил об окружающих (о нас, о людях, находящихся в болезненном состоянии, но не осознающих это). «Я знаю только то, что ничего не знаю, но другие не знают и этого». То есть я, невежественный человек, не знаю, по крайней мере, два раза.

На не осознание процесса мышления указывали рационалисты. Они усматривали строгое, не зависящее от человека соответствие между порядком идей и порядком вещей. Мышление они считали неким «духовным автоматом» (выражение Спинозаы), который штампует истину, работая по заранее заданной, «предустановленной (выражение Лейбница) программе»4, с. 14.

Во многих своих работах, например, в «Критике чистого разума» Кант использует термин «бессознательное». «Кант говорит о спонтанности мышления. Рассудок, благодаря продуктивному воображению, сам спонтанно, т.е. стихийно, помимо сознательного контроля, создает свои понятия» [4, с.15].

Бессознательные, а значит неконтролируемые сознанием процессы, ведут меня в неведомом направлении. И если это направление не соответствует реальности, в которой я существую, то неизбежными будут ошибки в поведении. Можно сказать проще: несовершенство человеческой природы порождает несоответствующее реальным условиям поведение.

Например, Декарт делает следующее предположение «…Кроме того мы знаем, что существует всемогущий Бог и, быть может, он, создал нас такими, что мы ошибаемся в том, что кажется нам наиболее очевидным» [5, с.125].

Шопенгауэр выражает идею о несовершенстве человека более жестко и точно. «Характер вещей этого мира, именно мира человека, есть не только н е с о в е р ш е н с т в о, как это неоднократно говорилось, а скорее, извращение, искажение в нравственном, умственном, физическом и во всех отношениях [6, с. 210].

В зрелые годы Л.Н. Толстой также приходит к мысли о несовершенстве человека. «…Душевное состояние это выражалось для меня так: жизнь моя есть какая-то кем-то сыгранная надо мной глупая и злая шутка. Несмотря на то, что я не признавал никакого «кого-то», который бы меня сотворил, эта форма представления, что кто-то надо мной подшутил зло и глупо, произведя меня на свет, была самая естественная мне форма представления». И далее «…Можно жить только, покуда пьян жизнью; а как протрезвишься, то нельзя не видеть, что все это – только обман, и глупый обман! Вот именно, что ничего даже нет смешного и остроумного, а просто – жестоко и глупо» [7, с.47,48].

Можно привести огромный список мыслителей прошлого, которые исходили из несовершенной природы человека,  Ницше, Бердяев и т.д.

Справедливость отмеченного выше можно вывести даже из повседневных поступков человека. Если я, например, усомнился в безгрешности некоторого своего поступка, то на самом деле усомнился в себе. Ведь мой поступок, — следствие моего состояния. Я поступаю по правилу: я знаю, что здесь что-то не так, я знаю, что что-то не знаю. В то же время, я не осознаю реальность и справедливость данного факта. Я не осознаю то, что происходит!?

Краткое упоминание о трагических судьбах выдающихся людей, которое сделано во введении также подтверждает факт заблуждений людей, находящихся на уровне обыденных представлений. Если бы они осознавали что творят, разве подняли бы они руку на лучших из нас?

Кроме того, античный философ Гераклит следующими словами описывал обыденное состояние людей, не осознающих происходящее в реальности

[3, с.87].

— Большинство людей не разумеет того, с чем встречается, да и научившись, они не понимают, им же кажется, что понимают.

О не осознании невеждой своего собственного состояния (посредством афоризмов) писали многие известные люди [8].

Пребывать в неведении относительно собственной невежественности – таков удел невежд.

А. Олкотт

Невежда – это кто говорит о том, чего не знает.

М. Пришвин

Чем меньше люди знают, тем обширнее кажется им их знание.

Ж.-Ж. Руссо

В человеческом невежестве весьма утешительно считать все то за вздор, чего не знаешь.

Д. Фонвизин

Невежество – лучшая в мире наука, она дается без труда и не печалит душу.

Д. Бруно

В том же духе афоризм о болезненном состоянии обычного человека.

Самые худшие болезни не смертельные, а неизлечимые.

М. Эбнер-Эшенбах

Противоположно и, для меня невежественного удивительно, поступают выдающиеся люди.

Величие человека тем и велико, что он осознает свое ничтожество.

Б. Паскаль

Совершенство есть знание человека о своем несовершенстве.

Августин

Ничто так не воодушевляет, как сознание своего безнадежного положения.

А. Камю

Повелевать собой – величайшая власть.

Сенека

Победить самого себя – это лучшее средство для того, чтобы не быть побежденным.

Древнеиндийский афоризм

Более конкретно по неосознаваемому нами высказывался З. Фрейд. Его учение о роли подсознательного подтверждает реальность ужасного состояния обычного человека. Если я не осознаю мной совершаемого, то ясно, что в сознании это отсутствует, а присутствует в подсознании. Если я не осознаю, как разум понимает, то ясно, что этот процесс проходит в подсознании.

Не смотря на то, что З. Фрейд исследует роль подсознательного в узком смысле, т.е. в привязке только к проблеме лечения психических заболеваний человека, в его работах постоянно звучат мотивы общей роли подсознания в поведении любого человека. Например, он обращает вниманием на одинаковое поведение психически больного и обычного человека. «Ходу мыслей истерика, даже если он и простирается в бессознательное, можно предъявлять те же требования логической связи и достаточной мотивации, которые предъявляются нормальному индивиду» [9, с. 79]. Особо выделяется проблема препятствия, возникающего при транслировании в сознание того, что присутствует в подсознании. «Сомнение сознания…относится к одному из самых сильных защитных приспособлений, которое у нас существует против прорыва бессознательных комплексов, и потому то так трудно привести людей к убеждению в реальности бессознательного и научить их тому новому, что противоречит их сознательному знанию» [9, с. 257-258].

Более ярко состояние обычного человека иллюстрирует следующая цитата «… невротики страдают теми же самыми комплексами, с которыми ведем борьбу и мы, здоровые люди. Все зависит от количественных отношений, от взаимоотношений борющихся сил, к чему приведет борьба: к здоровью, к неврозу или компенсирующему высшему творчеству?» [9, с. 269].

Нетрудно заключить, что в процессе осознания свойств своего же разума я, без всяких натяжек, буду проходить процедуру психического лечения. Только в том случае, когда я осознаю механизм понимания можно говорить об овладении (управлении) разумом.

И в последующем автор будет искать поддержку в лице выдающихся людей прошлого. Кстати, если бы в истории человечества не было бы такой поддержки всему излагаемому, то, в силу собственных сомнений в своих способностях, автор не решился бы выносить на бумагу подобные «крамольные» мысли.

Прежде чем рассуждать непосредственно о свойствах собственного разума, надо удостовериться еще в одном, ­­– в том, что, несмотря на собственное не осознание механизма его действия (восприятия), мы все же руководствуемся именно разумом. Как ни странно, по этому поводу можно привести достаточно простые доводы. Если я не руководствуюсь собственным разумом, то тогда я не отношусь к классу разумных существ, и проблемы, вынесенной на обсуждение, не существует. Можно и нужно было бы на этом заканчивать, а разум нам был бы дан в качестве бесплатного не нужного приложения.

Пытливый разум читателя может еще больше приблизится к проблеме познания своих свойств и заявить, – Разум должен обладать таким свойством, которое позволит вскрыть в нас то, что мы не осознаем. Другими словами, мы сможем понять механизм восприятия реальности разумом только с помощью самого разума. Действительно, это единственно возможный вариант выхода из положения. Единственное, что может познать себя это разум или шире, – человек.

Последнее предположение можно конкретизировать так: допустим, я руководствуюсь разумом, но не осознаю факт такого руководства, тогда единственная ниточка, за которую можно ухватиться это за осознаваемые мной следствия, т.е. необходимо зафиксировать внимание на своих поступках. В моих поступках должно быть подтверждение о том, что я руководствуюсь собственным разумом. «Отталкиваясь» от своих поступков, я смогу подойти к первопричине, т.е. к тем свойствам, которыми обладает мой разум. Об этом пойдет речь ниже. Попытаемся вывести механизм собственного мышления в собственное сознание, т.е. попытаемся заняться избавлением от страхов по этому поводу.

Уже в самом начале хотелось бы надеяться на лучший исход. Ничего страшного в том, что я два раза не осознаю, как работает разум, не было бы, если бы эта работа не искажала реальную картину мира. Тогда бы я, пусть и «автоматически», руководствовался бы «правильным началом». Было бы соответствие между реальным состоянием дел и моим поведением.

А вдруг все наоборот?

Наука: Наука и техника: Lenta.ru

Сознание, а также наличие души, является одной из загадок, полного понимания которой у современной науки нет. Поэтому воспринимать этот феномен многие предлагают посредством субъективного опыта. Одним из тех, кто предложил свой метод восприятия метафизических величин, стал австралийский философ Дэвид Чалмерс, который высказал их в рамках лекции, прочитанной в МГУ при поддержке Московского центра исследования сознания. «Лента.ру» записала некоторые тезисы его выступления.

В 1994 году я выступал на первой конференции, посвященной проблемам сознания, где разделил легкие и сложные проблемы, связанные с ним. Легкие проблемы заключаются в обосновании объективных функций, имеющих отношение к этому явлению (перцептивное различие, интеграция информации, контроль поведения, вербальный отчет). Ни одна из этих проблем не является по-настоящему легкой (это скорее шутка). Они не легче других, рассматриваемых науками о мышлении, но мы по крайней мере знаем метод, с помощью которого их можно объяснить.

Трудная проблема сознания представляет собой настоящую загадку. Ее решение позволит объяснить, как и почему физические процессы связаны с субъективным опытом. Как процессы, происходящие в мозге, порождают внутри него сознание? Слух, зрение, осязание и мышление — все это субъективно.

Что значит, скажем, быть мной или вами? И почему это именно так, как есть, а не иначе? Это очевидно, и в то же время очень сложно понять. Почему, когда мы видим цвета и формы, то воспринимаем их именно таким образом? Как все это связать с процессами, происходящими в мозге? Непохоже, чтобы утверждение об объективных функциях объясняло их. Наши обычные методы исследования тут не работают, и как раз потому это является проблемой.

Эта проблема существует давно. Говорят, вся философия представляет собой заметки на полях трудов Платона. Поэтому тот факт, что обсуждение проблемы сознания в том виде, в котором мы ее себе представляем, сложно найти у древнегреческих философов, выглядит немного странным. Да, у Платона и Аристотеля есть множество тезисов о теле и разуме, но конкретная проблема того, как физические процессы ведут к зарождению сознания, почти не находит у них отражения. Возможно, дело в том, что осознание этого требует материалистического, научного взгляда на мир. Для этого нужно, чтобы сознание выглядело как загадка.

Так продолжалось до тех пор, как Рене Декарт, который отмечал нефизическую сущность разума, основал современную философию. Но более подробное описание трудной проблемы можно найти и у других философов — например, у Исаака Ньютона. «Но определить более полно, что есть свет, каким образом он отражается и с помощью каких методов или действий производит в нашем разуме фантазмы цветов, непросто», — пишет он. То есть он видит некоторые элементы трудной проблемы.

Дэвид Чалмерс

Кадр: Mindville’s channel / YouTube

За более точным ее определением стоит обратиться к Лейбницу. В работе «Монадология» он пишет:

«Если мы вообразим себе машину, устройство которой производит мысль, чувство и восприятия, то можно будет представить ее себе в увеличенном виде с сохранением тех же отношений, так что можно будет входить в нее, как в мельницу. Предположив это, мы при осмотре ее не найдем ничего внутри ее, кроме частей, толкающих одна другую, и никогда не найдем ничего такого, чем бы можно было объяснить восприятие. Итак, именно в простой субстанции, a не в сложной, не в машине, нужно искать восприятия».

Ключевая идея тут заключается в том, что мы можем найти только материальный механизм, не объясняющий природу восприятия. В идее мельницы можно увидеть предпосылки современной концепции зомби — физической системы, исполняющей большую часть сознательных функций при отсутствии сознания как такового.

Но в полной мере эту проблему начали поднимать примерно с середины XIX века. Томас Гексли в 1856 году замечательно написал: «Как нечто такое замечательное, как состояние сознания, проявляется как результат раздражения нервной ткани, так же необъяснимо, как и появление джинна после того, как Аладдин потер лампу». Это самое красивое описание трудной проблемы.

В России ею интересовался Иван Павлов, известный медик и исследователь процессов сознания. Он, несомненно, был знаком со многими философскими аргументами на эту тему и отказывался описывать феномен субъективности с точки зрения физиологических процессов, происходящих в мозге. Павлов различает легкую и трудную философские проблемы.

Американский философ Томас Нагель в 1974 году написал знаменитую статью, в которой говорит напрямую: «Сознание — вот что делает проблему души и тела практически неразрешимой… Без сознания проблема души и тела была бы гораздо менее интересной. С сознанием эта проблема кажется безнадежной».

Все, что мы выносим из чисто физических объяснений природы сознания, дает ответ на вопрос о легкой проблеме, они описывают лишь объективные функции. Но этого недостаточно, поскольку трудная остается нераскрытой: как исполнение всех этих объективных функций связано с сознательным, субъективным опытом. В результате мы приходим к выводу, что ни одно из чисто физических решений не может объяснить сознание.

В последние 20 лет в этой области было написано огромное количество работ — как философских, так и научных, представляющих взгляд на трудную проблему с разных углов. Материалисты говорят о том, что она не такая уж и сложная, другие разрабатывают современные нередукционистские теории, пытаясь выйти за рамки физических объяснений. Существует также комплексная наука о сознании.

Я бы хотел разделить материалистов на две группы по их отношению к трудной проблеме сознания. Первые говорят, что ее не существует. Нам нужно просто дать ответ на вопросы легкой проблемы, объяснить поведение и функции — и таким образом объяснить все. Остальное — ошибки или иллюзии. Вторые говорят, что трудная проблема порождена разрывом в объяснении, тем, как мы думаем о сознании и материальном мире, а не онтологией — не тем, что существует в природе в реальности.

Фото: Dwi Oblo / Reuters

Американский философ и когнитивист Дэниэл Деннет является сторонником первого подхода. Как-то он признал, что рассматривает себя в качестве того самого зомби, хотя и обмолвился, что это звучит очень плохо, если вырвать фразу из контекста. По его мнению, объективные функции объясняют все, что нужно объяснить, и того, о чем мы говорим, просто не существует или это иллюзия. Такой взгляд на вещи в последний 21 год становится все менее популярным, хотя я считаю, что он заслуживает внимания и развития.

Ко второму типу материалистов относятся те философы, которые говорят, что все дело в разрыве между концепциями физического мира и сознания, когда в реальности это одно и то же. На мой взгляд, они просто переставляют разрыв от самого сознания к концепциям сознания, но и за развитием такого взгляда на проблему нужно следить.

Я же больше всего заинтересован в нередукционистских теориях сознания. Я начал работать в этой сфере не как пессимист, заявляя о том, что все это — большая загадка. Мне хотелось понять сознание и в один прекрасный день вывести позитивную научную теорию.

На мой взгляд, правильно предполагать, что сознание есть фундаментальное свойство природы, не сводимое к физическим свойствам, но соединенное с ними. Некоторые считают такую точку зрения ненаучной. Но как такой подход может быть ненаучным, когда подобная стратегия используется во многих областях науки — например, в физике, где пространство или пространство-время, а также масса или заряд считаются фундаментальными величинами? На основе этих утверждений выводятся основные законы мироздания. Мне кажется, таким же образом мы должны подходить к проблеме сознания.

В нередукционистском подходе есть несколько альтернатив. Прежде всего это дуализм, который разделяет физические и ментальные свойства, объединенные фундаментальными законами природы. Вторая альтернатива — панпсихизм, точка зрения, согласно которой сознание лежит в основе физического мира. Наконец, есть идеализм, сторонники которого считают, что физическое существует только в сознании. Мне симпатичны два первых взгляда на этот подход, о которых я расскажу подробнее.

Для дуализма большую сложность представляет традиционная проблема взаимодействия. Если существует нефизический разум, как он может влиять на тело? Физические теории не оставляют места для роли сознания.

Но есть квантовая механика, и как раз здесь стоит поискать такие взаимодействия. Многие ее стандартные интерпретации предполагают коллапс волновой функции при ее измерении (умозрительный эксперимент Шредингера с котом, находящимся в коробке, который одновременно жив и мертв, пока наблюдатель не откроет ее, является попыткой популярно объяснить этот феномен — прим. «Ленты.ру»). Никто не знает, что собой представляет измерение, но вполне возможно, что оно как-то связано с сознанием.

Изображение: Алексей Максименко / Globallookpress.com

Другая альтернатива, которая в последнее время привлекает к себе повышенное внимание, — это панпсихизм. Ее сторонники считают, что все в мире имеет сознание, которое является фундаментальной основой Вселенной. Им обладают и электроны, и кварки, и фотоны и так далее.

Некоторые считают этот подход сумасшедшим, но другие — очень интуитивным. Я расцениваю эту идею как многообещающую, особенно вкупе с тем, что говорил Бертран Рассел о том, что наука показывает нам лишь структуру физического мира, а не его внутренние свойства. Она, скажем, объясняет, за что отвечает масса, но не дает ответа на вопрос, чем она является сама в себе.

Панпсихизм предполагает, что, возможно, фундаментальные внутренние свойства физического мира включают в себя сознание, что физика говорит нам о гигантской сети сознательных свойств, находящихся в систематическом взаимодействии и являющихся основой для взаимодействий на микроуровне. Известные панпсихисты предполагают, что такие «микросознания» каким-то образом связаны в наше «макросознание», которое мы знаем и любим.

Если этот взгляд на проблему окажется жизнеспособным, то он представит собой наилучший синтез материализма и дуализма. Он включает в себя каузальный мир сознания, в который интегрирован физический.

Проблема панпсихизма — вопрос о том, как микроопыт соединяется в макроопыт. Как получить высшее сознание из сознаний фотонов, кварков и так далее в нашем мозге? Несмотря на бурное обсуждение этой проблемы в последние годы, никто пока не предложил решение, с которым согласились бы все.

В последние 20 лет зародилось множество научных идей о сознании. Некоторые из них признают его фундаментальную суть. Но какими должен быть основной постулат фундаментальной теории сознания? Многие специалисты, и я в их числе, полагают, что это информация.

Раскроем эту проблему с точки зрения на машинное сознание. Может ли машина иметь сознание? Мы не знаем, как это может быть, но то же верно и для человеческого мозга — мы не понимаем, каким образом мозг может производить субъективный опыт. Действительно ли компьютер хуже мозга? Пока никаких предпосылок для такого утверждения нет.

Я предлагаю подход к этой проблеме, известный под названием «аргумент о системе». Представим, что каждый нейрон моего мозга заменили крохотными людьми, выполняющими те же функции. Продолжу ли я понимать португальский язык, если знаю его? Скорее всего, да. Но эти люди не знают португальского, так что система будет понимать этот язык, но именно система в целом. Так что мы должны отличать машинное сознание от сознания каждого ее компонента, самое важное — это информационный процесс системы в целом.

Что касается самой информации, то российский философ Давид Дубровский считает, что каждый феномен сознания является определенной информацией. Так как любая информация принадлежит своему материальному носителю, она является порождением его неврологических процессов. Этот подход, в принципе, предлагает ответ на вопрос о необходимости связи между разумом и материей — возможно, информация является связующим звеном между ними.

Фото: Kim Kyung Hoon / Reuters

Итальянский нейробиолог Джулио Тонони предложил математическую теорию интеграции информации на основе сложных формул, описывающую комплексные процессы в системе. Согласно ей, чем больше интегрирована информация, тем больше сознания. Эта идея отлично сочетается с выводами, которые сделали Дубровский и другие исследователи, в том числе я. Такой подход отлично сочетается с различными метафизиками сознания.

Я практически в равной степени сочувствую дуалистическим и панпсихическим взглядам на проблему сознания (оставляя пару процентов материалистическим — кто знает, я могу ошибаться). Нужно изучать оба этих пути и выявить, какой из них позволит решить ее наилучшим образом.

Необходимо найти фундаментальную теорию, которая будет лучше подкреплена научными данными о физическом мире и сознании. Но сейчас эта проблема действительно трудна, ее решение стеснено рамками философского теоретизирования. Мы можем предположить, что когда-нибудь произойдет ее переход в научную сферу, как это произошло с физикой во времена Ньютона.

Человеческий ум — Что вам надо знать о вашем уме

Что такое разум?

Разум можно определить как совокупность умственных и интеллектуальных способностей человека. Человеческий разум охватывает группу психических когнитивных процессов, таких, как восприятие, память, рассуждение и т.д. В зависимости от того, как активируются и соединяются между собой нейроны в различных отделах мозга, наши умственные или интеллектуальные способности могут быть более или менее эффективными.

Основными когнитивными способностями являются:

  • Внимание: Внимание необходимо для коммуникации как с внешним, так и с нашим внутренним миром. Эта когнитивная способность позволяет сосредоточиться на окружающих нас стимулах и действовать соответствующим образом.
  • Восприятие: Восприятие — это способность разума, с помощью которой мы можем толковать то, что мы видим, слышим, чувствуем, ощущаем с помощью вкуса и запаха. Благодаря восприятию мы можем трактовать то, что нас окружает, а также воспринимать ощущения собственного тела.
  • Память: Память позволяет нам пополнять, хранить и извлекать информацию о том, что мы пережили или выучили. Это способность запоминать и вспоминать.
  • Рассуждение: Высшие когнитивные функции, такие, как рассуждение, позволяют нам сравнивать полученную информацию с той, которая у нас уже имеется, и, таким образом, рассуждать, выдвигать гипотезы и решать задачи.
  • Координация: Координация — это способность совершать точные и упорядоченные движения. С помощью координации мы можем эффективно взаимодействовать с окружающим миром.

Типы умственных процессов:

По степени осознанности психические процессы можно разделить на две группы:

  • Сознательные процессы: это психические процессы, которые мы осознаём, знаем о них или отдаём себе отчёт в том, что они происходят. Например, вспомнить перед экзаменом пройденную информацию — это сознательный умственный процесс, поскольку в данном случае для его реализации мы добровольно и сознательно вспоминаем сохранённую информацию.
  • Бессознательные процессы: К ним относятся все психические процессы, которые мы совершаем неосознанно. Есть научные исследования, которые доказывают, что с нашим телом происходят физиологические изменения (например, меняется температура) в ответ на очень короткие эмоциональные стимулы (миллисекунды), которые мы даже не замечаем. Поэтому наш разум реагирует на такие стимулы, даже не подозревая об их присутствии. Примером бессознательного психического процесса является, например, наша реакция на рекламу, использующую внушение: мы даже могли не осознать, что видели картинку с изображением сока, однако вдруг начинаем испытывать жажду и желание купить напиток.

Мозг и разум — это одно и то же?

Как связаны между собой разум и тело? В настоящее время на этот вопрос нет ответа, который бы удовлетворил всех. Распространённое ныне определение «разума» ввёл философ, математик и физиолог Рене Декарт. Этот мыслитель трансформировал и развил идею Платона о «тройственности души» и понятие «разума». Кроме того, он обнаружил связь между разумом и телом в определённой конкретной точке мозга — эпифизе или шишковидном теле (хотя сейчас уже известно, что его основной функцией является регулирование сердечных ритмов). Самое важное в теории дуализма Декарта — это то, что разум, несомненно, связан с мозгом. Несмотря на это, до сих пор неизвестно, разум и мозг — это одно и то же или нет. Согласно некоторым теориям, это два различных названия одного и того же, в том время как другие утверждают, что разум является следствием мозговой активности.

Улучшить и укрепить разум

Наши основные когнитивные или познавательные процессы являются основой умственной деятельности. Мы развиваем эти способности на протяжении всей жизни благодаря опыту и генетике. Как можно укрепить свой разум? Пластичность мозга позволяет нашему мозгу адаптироваться к требованиям окружающей среды. Это означает, что в зависимости от индивидуальных особенностей человека, а также от того, как мы стимулируем наши когнитивные способности, они будут развиваться в большей или меньшей степени.

CogniFit («КогниФит») — это простой в использовании научный инструментарий, позволяющий измерить до 23 когнитивных способностей. Эти тесты позволяют с точностью выявить когнитивные нарушения. Тренировать и улучшить когнитивные функции можно с помощью персональных тренировок от CogniFit («КогниФит»). Тесты представляют собой различные игровые задания. Интерактивный формат повышает мотивацию людей, желающих узнать состояние своего разума, поэтому использовать эти тесты могут как дети и взрослые, так и люди пожилого возраста.

Психические расстройства и болезни представляют собой нарушения психического здоровья, негативно влияющие на благополучие как самого больного, так и окружающих его людей. Основные психические расстройства перечислены в DSM (Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам, принятая в США и разрабатываемая Американской Психиатрической Ассоциацией или АПА классификация психических расстройств) и МКБ (Международная Классификация Болезней, опубликованная Всемирной Организацией Здравоохранения или ВОЗ). Несмотря на то, что эти классификации созданы двумя разными организациями, их содержимое совпадает. Далее рассмотрим виды психических расстройств согласно их классификации.

Виды психических расстройств согласно DSM-5

  • Неврологические расстройства: К ним относится большое количество нарушений, которые происходят в процессе развития ребёнка, сопровождаемых расстройствами адаптивного поведения. Сюда входит умственная отсталость, коммуникативные расстройства, расстройства аутистического спектра, синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ), специфическое расстройство обучения и моторные расстройства.
  • Расстройства шизофренического спектра и другие психотические расстройства: Психотические расстройства, такие, как шизофрения, характеризуются наличием бреда, галлюцинаций, аномальных идей и восприятия, таких, как потеря связи с реальностью. Сюда входят шизотипическое расстройство личности, бредовое расстройство, краткое психотическое расстройство, шизофреноформное расстройство, шизофрения, шизоаффективное расстройство, индуцированное психотическое или бредовое расстройство, спровоцированное лекарствами/веществами, кататония или кататонический синдром и т.д.
  • Биполярное и связанные с ним расстройства: Биполярное расстройство (ранее известное как маниакально-депрессивный психоз) представляет собой нарушение контроля эмоций, следствием которого являются перепады настроения вне зависимости от ситуации. Сюда относятся биполярное расстройство типа I, биполярное расстройство типа II, циклотимическое расстройство и т.д.
  • Депрессивные расстройства: Для этого расстройства характерно плохое настроение (тоска, интенсивная печаль), утрата интереса к удовольствиям (ангедония) и низкая самооценка. К этому виду расстройств также относят разрушительное расстройство регуляции настроения, большое депрессивное расстройство, хроническая депрессия (дистимия), предменструальное дисфорическое расстройство и т.д.
  • Тревожные расстройства: Тревожные расстройства сопровождаются повышенным физиологическим возбуждением, беспокойством, чувством тревоги и паникой. В эту категорию входят: тревожное расстройство в связи с разлукой (сепарационная тревога), селективный мутизм, специфическая фобия, паническое расстройство, агорафобия, генерализованное тревожное расстройство и т.д.
  • Обсессивно-компульсивное расстройство и смежные с ним расстройства: Это тревожное расстройство, для которого характерны обсессии (вызывающие тревожность) и компульсии (снижающие тревожность). Может проявляться по-разному в зависимости от обсессий (навязчивых непроизвольных мыслей) и компульсий (повторяющихся стереотипных действий, навязчивого поведения, которые призваны снизить тревожность, вызванную обсессиями).
  • Расстройства, связанные с травмами и стрессом: Речь идёт о расстройствах, которые появляются в результате травматических или стрессовых событий, провоцирующих повышенную тревожность. К ним относятся реактивное расстройство привязанности, расстройство социального поведения, посттравматическое стрессовое расстройство, острое стрессовое расстройство, расстройство поведения и т.д.
  • Диссоциативные расстройства: Эти расстройства заключаются в ошибках восприятия, памяти, личности или сознания. В эту группу входит диссоциативное расстройство личности, диссоциативная амнезия, деперсонализационное расстройство или синдром деперсонализации/дереализации.
  • Расстройства с соматическими симптомами и смежные: Для этих расстройств характерно наличие физической боли или жалоб на неё, не имеющих под собой органической основы (источник боли непонятен). К этой группе относится расстройство с соматическими симптомами, тревожное расстройство из-за болезни, конверсионное расстройство (или расстройство с функциональными неврологическими симптомами), различные психологические факторы, искусственное или фиктивное расстройство и т.д.
  • Пищевые расстройства и расстройства приёма пищи: Они характеризуются изменениями в поведении, связанными с питанием. К этой группе относятся извращённый аппетит, руминационное расстройство, расстройство избегающего/ограничительного приёма еды, нервная анорексия, нервная булимия, обжорство или неконтролируемое переедание и т.д.
  • Расстройства экскреции: Типичные детские расстройства, связанные с недостаточным контролем одного или нескольких секреторных сфинктеров. Сюда относятся энурез и энкопрез.
  • Расстройства режима сна и бодрствования: Расстройства, при которых нарушается цикл сна и бодрствования. В эту группу входят: бессонница, гиперсомния, нарколепсия, апноэ сна или обструктивное гипопноэ, центральное апноэ сна, гиповентиляция во время сна, нарушения циркадного ритма сна-бодрствования, нарушения сердечного ритма сна-бодрствования, расстройство пробуждения от не-REM-сна, ночные кошмары, расстройства поведения во время REM-сна, синдром беспокойных ног и т.д.
  • Сексуальные дисфункции: Это совокупность нарушений и расстройств, затрудняющих развитие сексуальных отношений. К ним относятся замедленное семяизвержение, эректильная дисфункция, женское оргазмическое расстройство, женское расстройство сексуального возбуждения, тазовая боль при проникновении, гипоактивное расстройство сексуального желания у мужчин, преждевременное семяизвержение у мужчин и т.д.
  • Гендерная дисфория: расстройства, при которых человек не может принять свой пол по рождению.
  • Деструктивные расстройства, расстройства контроля над импульсами и поведением: К этой группе расстройств относят различные нарушения регулирования поведения и эмоций, которые могут поставить под угрозу благополучие окружающих людей. Сюда входят оппозиционно-вызывающее расстройство, расстройство прерывистой вспыльчивости, расстройство поведения, антисоциальное расстройство личности, пиромания, клептомания и т.д.
  • Расстройства, связанные с потреблением психоактивных веществ и аддиктивные расстройства: В эту группу входят расстройства, связанные с потреблением, интоксикацией, абстиненция или синдром отмены каки-либо психоактивных веществ, к которым относятся: алкоголь, кофеин, каннабис или конопля, галлюциногены, ингалянты, опиоиды, седативные вещества, снотворные и успокаивающие, стимуляторы, табак и другие. Кроме того, сюда относятся зависимости, не связанные с потреблением психоактивных веществ, такие, как игромания или лудомания.
  • Нейрокогнитивные расстройства: В эту категорию входят все расстройства, которые могут нарушить корректное функционирование различных когнитивных способностей. Включает такие расстройства, как: делириум, Болезнь Альцгеймера, лобно-височная деменция, деменция с тельцами Леви, сосудистая деменция, нейрокогнитивное расстройство, вызванное травматическим поражением мозга, нейрокогнитивное расстройство, вызванное веществами или медикаментами, ВИЧ-деменция, нейрокогнитивное нарушение из-за прионных болезней, Болезнь Паркинсона, Болезнь Хантингтона или Гентингтона и т.д.
  • Расстройства личности: Представляют собой совокупность стабильных моделей поведения, не являющихся нормой в той среде, в которой находится человек. К ним относится: параноидное расстройство личности, шизоидное расстройство личности,шизотипическое расстройство личности, антисоциальное расстройство личности, пограничное расстройство личности, истерическое расстройство личности, нарциссическое расстройство личности, уклончивое расстройство личности, зависимое расстройство личности, обсессивно-компульсивное расстройство личности и т.д.
  • Парафилические расстройства: Характеризуются атипичным и неадаптивным сексуальным поведением, доставляющим дискомфорт как страдающему таким расстройством человеку, так и его окружению. К подобным расстройствам относятся вуайеризм, эксгибиционизм, фроттеуризм, расстройство сексуального мазохизма, педофилия, фетишизм, трансвестизм и др.
  • Другие психические расстройства: К ним относят неспецифические расстройства, не связанные с состоянием здоровья и другими причинами.
  • Моторные расстройства, вызванные лекарственными средствами и другие побочные эффекты лекарственных препаратов: В эту категорию включены двигательные или моторные нарушения, появившиеся в результате употребления лекарств. Например: нейролептический паркинсонизм, паркинсонизм, вызванный приёмом других лекарственных препаратов, злокачественный нейролептический синдром, острая лекарственная дистония, острая медикаментозная акатизия, поздняя медикаментозная дискинезия, поздняя дистония, поздняя акатизия, постуральный тремор, синдром отмены антидепрессантов и т.д.
  • Другие проблемы, при которых может понадобиться медицинская помощь: Речь идёт о широком спектре менее специфических расстройств, при которых ухудшается качество жизни страдающего ими человека и его окружения. К основным группам таких расстройств относятся: проблемы отношений, жестокого обращения, насилия, пренебрежения, проблемы с учёбой или работой, жилищные и финансовые проблемы, проблемы, связанные с правовой сферой и преступностью, с социальной средой, с медицинским обслуживанием и консультацией, а также другие личные, психосоциальные и экологические проблемы.

Виды психических расстройств по МКБ-10:

  • Психические расстройства вследствие известных физиологических причин: В эту группу включены все психические расстройства, причины которых известны. К ним относятся деменция (дегенеративные, сосудистая, посттравматическая энцефалопатия, инфекционная, токсическая, метаболические, опухолевые, алиментарные, хронические воспалительные заболевания), делирий (не обусловленный наркотическими веществами) и другие психические расстройства вследствие поражения мозга, мозговой дисфункции или соматического заболевания.
  • Расстройства психики и поведения, связанные с употреблением психотропных веществ: Речь идёт об использовании, злоупотреблении и зависимости от таких психоактивных веществ, как алкоголь, табак и другие наркотики, а также интоксикация, передозировка и отравление подобными веществами.
  • Шизофрения: Речь идёт о психическом заболевании, при котором нарушается восприятие, мышление и эмоции. Несмотря на то, что люди с этим расстройством, как правило, сохраняют свои интеллектуальные способности, с течением болезни у таких пациентов наблюдается когнитивный дефицит.
  • Расстройства настроения (аффективные): Охватывают различные нарушения настроения, от депрессии до эйфории. Также включает биполярное расстройство и другие виды депрессии (психотические и непсихотические).
  • Соматоморфные непсихотические психические расстройства и расстройства поведения, связанные с физиологическими нарушениями и физическими факторами: Речь идёт о психологических заболеваниях, вызывающих органические изменения. К этой группе относят соматоморфные расстройства, болезненное расстройство психики, а также расстройства пищевого поведения (такие, как нервная анорексия или булимия).
  • Классификация суицидальных проявлений: Виды самоагрессивного поведения, целью которых является самоубийство, классифицируются как попытка самоубийства, суицидальные наклонности и/или личная история самовредительства.

Изучением разума занимается психология. Хотя с этим понятием также работает психиатрия и философия, исследованием разума занимаются несколько направлений в психологии.

Изначально психоанализ предположил существование динамичного бессознательного, связанного с понятием разума. Однако поскольку психоанализ не имеет под собой научных оснований, он только поддержал непроверенные теории о разуме.

Затем сторонники бихевиоризма утверждали, что разум нельзя изучить с научной точки зрения. Предметом их изучения являлось поведение, а исследование разума отошло на второй план.

И, наконец, когнитивная психология попыталась объяснить работу разума с помощью вычислительных моделей. В отличие от бихевиоризма и психоанализа, когнитивная психология основывается на психических процессах для научного исследования разума.

Пять вещей, которые «Алиса в стране чудес» открывает о нашем мозге

  • Дэвид Робсон
  • BBC Future

Знаменитая сказка Льюиса Кэрролла до сих пор захватывает не только читателей любого возраста, но и ученых-неврологов, которые на ее страницах находят важные данные об особенностях работы нашего мозга.

Чтобы узнать больше, корреспондент BBC Future Дэвид Робсон ныряет в кроличью нору.

Сам Льюис Кэрролл удивительно скромно рассказывал о своем шедевре. «Героиня находится час под землей, встречает разных птиц и животных, которые умеют разговаривать (и это не феи), — писал от в сатирическом журнале Punch. — Все это сон, но я не открываю правду до конца рассказа».

В этом году исполнилось 150 лет с тех пор, как Алиса впервые отправилась в путешествие по кроличьей норе. А «скромный» рассказ Льюиса Кэрролла вдохновил на создание бесчисленного количества фильмов, картин и хореографических постановок.

Менее изученным остается влияние произведения на исследования в области психологии. Фантазия писателя предлагает полезный материал для размышлений не только фрейдистам и психоаналитикам, но и современным неврологам.

Память, речь и сознание. Прежде чем технологии позволили нам проникнуть в страну чудес человеческого мозга, гений писателя позволил заглянуть в его тайны с помощью игривых интеллектуальных экспериментов.

«Сказка исследует много научных концепций современной неврологии — существование непрерывного «я», наши воспоминания о прошлом и восприятие будущего. Она — большой источник знаний о когнитивных свойствах человеческого разума», — говорит Элисон Гопник из Калифорнийского университета в Беркли.

«Алиса в стране чудес» дает возможность каждому из нас узнать что-то о себе. 150-летний юбилей книги — прекрасная возможность отправиться вместе с ней в путешествие таинственными путями нашего разума.

«Выпей меня»

В одной из первых приключений Алиса находит зелье с надписью «Выпей меня» на бутылке, которое уменьшает девочку до размера всего 10 дюймов (25 см). А волшебный пирог, которой она съедает сразу после этого, имеет прямо противоположное свойство — Алиса становится настолько большой, что достает головой до потолка. Это одна из самых известных частей рассказа, которая первой привлекла внимание не только Уолта Диснея, но и ученых.

В 1955 году психиатр Джон Тодд открыл психическое расстройство, при котором пациенты чувствовали, что их тело «открывается, как телескоп».

Расстройство, которое заслуженно получило название синдром Алисы в Стране Чудес, чаще всего встречается у детей. «Дети рассказывали, что вещи вокруг кажутся им перевернутыми с ног на голову, или когда их мать стояла в другой части комнаты, они чувствовали, что она рядом», — рассказывает Грант Лью, невролог из Пенсильванского университета в Филадельфии, который изучает этот феномен.

Дневники Кэрролла свидетельствует, что сам писатель страдал мигренью, которая часто вызывает подобный синдром. Итак, некоторые считают, что Кэрролл описал собственные ощущения. По мнению профессора Лью, этот синдром может вызвать повышенная активность в теменных долях, которые отвечают за восприятие перспективы и расстояния.

Несмотря на то, что эти галлюцинации могут быть тревожными, они, как правило, безвредны.

«Мы объясняем пациентам, что такие ощущения не являются признаком сумасшествия, и здоровые люди также испытывают подобные вещи», — говорит доктор Лью. Сегодня неврологи в рамках экспериментов вызывают такую иллюзию у здоровых людей, чтобы узнать больше о том, как мозг создает ощущение нашего присутствия здесь и сейчас.

Герцогиня и Чеширский Кот

Страна Чудес полна персонажей, которые легко меняют форму — например, гротескная герцогиня и ее младенец.

Пока Алиса держит малыша на руках, его нос становится более вздернутым, а глаза сближаются, и он начинает хрюкать. Прежде чем Алиса осознает, что случится, ребенок превращается в свинью. Позже Алиса знакомится с Чеширским котом, чья улыбка странным образом остается, даже когда сам кот исчезает.

Предметы в наших снах часто обретают причудливые метаморфозы. Писателю удалось тонко подметить особенности наших снов, в частности странное ощущение времени во сне.

Неврологи объясняют эти явления тем, что во время сна мозг обрабатывает информацию — объединяет воспоминания, создает связи между различными событиями, чтобы построить целостную историю нашей жизни. Когда в памяти сразу возникают образы, например ребенка и свиньи, мозг может объединить их в сюрреалистическую картинку.

Шалам-Балам и Бурмоковт

Приключения «Алисы в Зазеркалье» продолжают исследования нашего разума и ныряют, в частности, в изучении природы человеческой речи.

Они начинаются с первых страниц второй книги об Алисе, когда героиня читает поэму «Бурмоковт». Первые строки поэмы «…Воркалось, хливкие шорьки пырялись по мове/И хрюкотали зелюки как мюмзики в наве…» заставляют девочку воскликнуть: «Она хорошая, но ее трудно понять!»

Алиса права. Мы воспринимаем стихотворение как грамматически правильное, хотя сами слова не имеют никакого смысла. Сегодня поэма Льюиса Кэрролла стала настоящей находкой для неврологов, которые изучают механизмы создания речи.

Сканирование головного мозга при чтении стиха показывают, что семантические значения и грамматические формы обрабатываются в нем отдельно. (Интересно, что и другие авторы успешно использовали эффект грамматически правильной ерунды, в частности Курт Кобейн в песне Smells Like Teen Spirit).

К более глубоким лингвистическим наблюдениям о природе слов Алиса прибегает во время разговора с Шалам-Баламом. Разве возможно передать более прекрасную форму этого существа с помощью других слов? Вопросы Шалам-Балама касаются философских размышлений еще во времена Платона. Ранее ученые считали, что связь между формой слова и его значением вполне произвольна. Но сейчас, кажется, сказочный герой Кэрролла прав.

Возьмем, например, вымышленные слова «кики» и «буба». Если предложить людям назвать с помощью этих слов различные формы, большинство выберет «кики» для острых предметов, а «буба» для округлых. «Звуковой символизм» становится сейчас популярным направлением исследований, хотя его причины не совсем понятны.

Одна теория утверждает, что ассоциации между определенными предметами и звуками речи возникают через форму губ, которую они принимают при произношении определенных звуков.

Независимо от причины явление «звукового символизма» означает, что иногда можно догадаться о значении иноязычного слова только по его звучанию. Прозвища, которые получают люди, также часто отражают нашу внешность, как в случае с Шалам-Баламом.

Еще интереснее мнение некоторых ученых, что подобные слова — это своеобразные «лингвистические ископаемые», которые отражают первые высказывания человечества.

Белая королева и путешествие во времени

Позже в своем путешествии Алиса знакомится с Белой Королевой, с которой ведет долгие беседы. Это самое загадочное в творениях Кэрролла — с удивительной способностью предсказывать будущее. Впрочем, размышления королевы об особенностях памяти самые удивительно пророческие.

«С середины 2000-х годов ученые-неврологи пришли к мнению, что память на самом деле касается не только прошлого — она помогает вам действовать соответствующим образом в будущем, — объясняет Элеонора Магуайр из Университетского колледжа Лондона, которая часто использует Белую Королеву для иллюстрации своей идеи. – Чтобы выработать наилучший курс действий, вы смотреть на себя в проекции».

Когда мы представляем себе будущее, то обычно раскладываем наши воспоминания на части, а затем монтируем их в новый сценарий. Память и предсказания используют одинаковый способ «путешествия в умственном времени» в одной и той же области мозга.

Профессор Магуайр, например, выяснила, что люди с повреждением гиппокампа, которые не способны вспомнить свое прошлое, имеют определенные трудности и с представлением будущего.

«Мы попросили их представить встречу с другом на следующей неделе — и они просто не могли это сделать», — говорит ученый. Эти люди также не могли представить будущее путешествие к морю. «Они понимали, что там будет песок и море, но просто не могли визуализировать это в мозгу».

Иными словами, в отличие от Белой Королевы, они навсегда застряли в вечном настоящем.

Разве возможны невозможные мысли?

Продолжая исследования человеческого воображения, королева отмечает важность мыслей о невозможном. Эта часть рассказа особенно нравится доктору Гопнику, которая впервые прочитала Алису в три года, а затем посвятила свою карьеру изучению того, как мы строим наши фантазии.

Она открыла, например, что дети, которые часто фантазируют и верят в «невозможные» вещи, имеют, как правило, более развитые когнитивные способности. Они способны на гипотетическое мышление и более проникновенно понимают мотивы и намерения других людей. «То, что они делают во время воображаемой игры, на самом деле, это разработка гипотезы и доведения ее до логического завершения», — рассказывает исследовательница.

Приключения Алисы изобилуют сюрреалистическими встречами, которые помогут любому потренировать фантазию.

Ученый из Тилбургского университета в Нидерландах Трэвис Прулкс исследует то, как литература абсурда, типа произведений Кэрролла, влияет на наши когнитивные способности.

Исследователь делает вывод, что нарушение ожидаемого в странном необычном мире фантастической литературы делает наш ум более гибким, творческим и способным к быстрому восприятию новых идей. Итак, если вы чувствуете, что завязли в рутине и ваш разум требует свежей струи, проведите вечер за чтением «Алисы».

«Я не сомневаюсь, что это произведение стимулирует умственную деятельность, повышает мотивацию и способность к обучению», – говорит профессор Прулкс.

Элисон Гопник отмечает, что некоторые галлюциногенные препараты, конечно, также помогают достичь состояния свободных детских ассоциаций, но чтение — безусловно, безопасный способ повернуть время вспять и увидеть мир с новой перспективой.

Как пишет Льюис Кэрролл: «Так много необычных вещей произошло в последнее время, что Алиса начала думать, что на самом деле мало чтоо в жизни может быть невозможным». И с ней трудно не согласиться.

Об интеллектуальной собственности

Интеллектуальная собственность (ИС) – это результат творения человеческого разума. К объектам ИС относятся изобретения, литературные и художественные произведения, символика, названия и изображения, используемые в коммерческих целях.

Правовые системы позволяет охранять объекты ИС, например, с помощью патентов, авторского права и товарных знаков, что позволяет людям добиваться признания или получать финансовое вознаграждение за свои изобретения или произведения. Обеспечивая баланс интересов изобретателей и широкой публики, система ИС способствует созданию условий для процветания творчества и инноваций.

Главное

(Фото: GEBER86 — E+)

ИС и мобильные приложения

Информация о том, как механизмы ИС помогают разработчикам и издателям мобильных приложений получать больший доход от результатов своего труда.

Виды интеллектуальной собственности

(Фото: iStockphoto.com/professor25)

Авторское право

Авторское право – это юридический термин, используемый для описания прав, предоставляемых авторам на созданные ими литературные и художественные произведения. Авторское право охватывает широкий спектр произведений: книги, музыку, картины, скульптуры и фильмы, компьютерные программы, базы данных, рекламу, карты и чертежи.

(Фото: clipart.com)

Патенты

Патент – это исключительное право на изобретение. В общем смысле патент наделяет своего владельца правом решать, каким образом изобретение может – и может ли – использоваться другими людьми. В обмен на это право патентообладатель раскрывает техническую информацию об изобретении для широкой публики в публикуемом патентном документе.

(Фото: wipo/gen a)

Товарные знаки

Товарный знак – это отличительное обозначение, призванное проводить различие между товарами или услугами одного предприятия от товаров или услуг других предприятий. Товарные знаки существовали еще в древние времена, когда ремесленники ставили свою подпись или «клеймо» на своих изделиях.

(Фото: mihail stamati)

Промышленные образцы

Промышленный образец – это художественно-эстетическое решение изделия. Образец может быть трехмерным, т.е. иметь форму, или объем, и двухмерным и иметь такие характеристики, как рисунок, линии или цвет.

(Фото: iStockphoto.com/mattjeacock)

Географические указания

Географические указания и наименования мест происхождения – это обозначения, используемые для характеристики товаров, которые имеют определенное место происхождение и обладают свойствами, репутацией или характерными особенностями, обусловленными преимущественно этим местом происхождения. Чаще всего географическое указание включает название места происхождения товара.

(Фото: Getty images/South_agency)

Коммерческие тайны

Коммерческие тайны — это права ИС на конфиденциальную информацию. Они могут продаваться или передаваться по лицензии. Несанкционированное получение, использование или раскрытие подобной информации другими лицами способом, противоречащим честной коммерческой практике, считается недобросовестной практикой и нарушением прав на коммерческую тайну.

Обучение – от основ ИС до специальных навыков

На протяжении года ВОИС организует практикумы, семинары и учебные курсы в Женеве и других городах мира.

В течение года мы проводим выездные семинары, которые позволяют рассказать представителям деловых кругов, исследователям, юристам и изобретателям о современных тенденциях в развитии системы глобальных услуг в области ИС.

Посмотрите список семинаров и практикумов

На базе Академии ВОИС проводятся курсы дистанционного и очного обучения. Каким бы ни был уровень ваших знаний или круг ваших интересов, вам предлагается богатый выбор общих и специализированных курсов по ИС, с помощью которых вы можете приобрести новые знания.

Предлагаем также ознакомиться с интерактивным электронным обучающим модулем IP PANORAMA.

Повышение информированности в области ИС

(Image: WIPO)

Международный день ИС

Ежегодно 26 апреля мы отмечаем Международный день интеллектуальной собственности в целях проведения широкой дискуссии о значении ИС для поощрения инноваций и творчества. Узнайте о том, как принять участие в этой работе.

(Фото: WIPO)

Журнал ВОИС

Оформите бесплатную подписку и получите возможность знакомиться с очерками, статьями и интервью, посвященными функционированию системы ИС, инновационной деятельности и творческим достижениям в мире (публикуется на английском, испанском и французском языках).

(Фото: iStockphoto.com/timsa)

Информационно-просветительская работа с общественностью

Мы предлагаем бесплатные ресурсы для организации информационно-просветительской работы, которые помогут ведомствам и органам ИС планировать и проводить общественные кампании, направленные на просвещение общественности и повышение эффективности использования ИС.

(Фото: Conceptum)

Награды ВОИС

Программа премирования ВОИС призвана помочь государствам-членам развивать культуру инноваций и творчества. Имена всех кандидатов на присуждение наград представляются национальными ведомствами ИС.

ИС и …

(ИЗОБРАЖЕНИЕ: WIPO)

Искусственный интеллект

Информация о том, как ИИ, анализ больших массивов данных и новые технологии, такие как блокчейн, могут помочь в решении все более сложных задач, стоящих перед ведомствами ИС.

(ИЗОБРАЖЕНИЕ: STOCKPHOTOASTUR (ISTOCK/GETTY IMAGES PLUS)

Гендерное равенство

Мужчины и женщины в равной степени являются творческими личностями и новаторами. Тем не менее женщины остаются слабо представленными во многих областях деятельности. Предлагаем информацию о том, как ВОИС работает над решением данной проблемы.

 

ИС для …

(Фото: Getty/ilyast)

бизнеса

Информация о том, как понимание ИС может помочь бизнесу стать более конкурентоспособным и успешно управлять рисками, связанными с ИС.

(ИЗОБРАЖЕНИЕ: GETTY IMAGES/MAXIMKOSTENKO)

университетов

Университеты и государственные научно-исследовательские учреждения являются фабриками экономики знаний. Мы расскажем вам, насколько важную роль в их работе играют политика в области ИС и передача знаний.

судебных органов

Информация о том, как ВОИС помогает судебным органам искать ответы на новые правовые вопросы, нередко возникающие в результате споров в области И в условиях стремительно меняющихся технических реалий.

Иммануил Кант: вечное сияние разума

– Взять бы этого Канта, да за такие доказательства года на три в Соловки! – совершенно неожиданно бухнул Иван Николаевич.
– Иван! – сконфузившись, шепнул Берлиоз.
Но предложение отправить Канта в Соловки не только не поразило иностранца, но даже привело в восторг.
– Именно, именно, – закричал он, и левый зеленый глаз его, обращенный к Берлиозу, засверкал, – ему там самое место! Ведь говорил я ему тогда за завтраком: «Вы, профессор, воля ваша, что-то нескладное придумали! Оно, может, и умно, но больно непонятно. Над вами потешаться будут».
– Но, – продолжал иноземец, не смущаясь изумлением Берлиоза и обращаясь к поэту, – отправить его в Соловки невозможно по той причине, что он уже с лишком сто лет пребывает в местах значительно более отдаленных, чем Соловки, и извлечь его оттуда никоим образом нельзя, уверяю вас!
– А жаль! – отозвался задира-поэт.
– И мне жаль! – подтвердил неизвестный, сверкая глазом…

«Мастер и Маргарита», Михаил Булгаков

Немецкий философ Иммануил Кант родился 22 апреля 1724 года в городе Кёнигсберге (сейчас – Калининград) в очень бедной рабочей семье, где помимо него было еще десятеро детей. Иммануил был болезненным ребенком и считал, что только следование строгому распорядку дня и режиму, который он сам для себя определил, позволит ему избежать серьезных заболеваний и прожить достаточно долго. Это ему удалось – он дожил до 79 лет. Кант славился своей пунктуальностью: горожане могли сверять часы, когда видели философа, вышедшего на прогулку.

Жизнь Канта не была насыщена событиями: он никогда не покидал Кёнигсберг, никогда не был женат, всю жизнь занимался преподаванием и много лет работал в Кёнигсбергском университете. Философ не был затворником, но круг его общения был невелик и сводился преимущественно к коллегам и студентам. Кант говорил, что «жить стоит главным образом для того, чтобы работать» и судя по всему, следовал этому правилу.


Жить стоит главным образом для того, чтобы работать.


Кант оставил после себя значительное научное и философское наследие, в котором отразился его невероятно широкий диапазон интересов. Он читал лекции и публиковал работы по физике, математике, географии; писал статьи об извержении вулканов, о природе ветров, о приливах и отливах, о происхождении Солнечной системы и Земли, и даже какое-то время преподавал фортификацию и пиротехнику. Но главной направляющей его жизни была философия.

Самые значимые философские работы Иммануила Канта – это «Критика чистого разума» (1781), «Критика практического разума» (1788) и «Критика способности суждения» (1890). С точки зрения Канта, исследование границ человеческого познания должно предшествовать изучению всех остальных философских вопросов. Поэтому свои труды Кант посвятил поискам ответов на главные, по его мнению, философские вопросы: «что я могу знать?», «что я должен делать?», «на что я смею надеяться?».

Итак, что же прежде всего стоит знать о философских идеях Канта, чтобы поддержать разговор в любой компании и, если потребуется, вести непринужденную беседу о нем с незнакомцем? Ведь никогда не знаешь, кто может повстречаться на пути …в час небывало жаркого заката.

Вам будет интересно: Железные аргументы философов

Априорное знание

Еще философы Джордж Беркли и Дэвид Юм говорили, что такие явления как, например, пространство и время – это только человеческие представления, которые основаны на чувственном опыте. И вполне может оказаться, что в физическом мире нет ни пространства, ни времени.

Кант же считал пространство и время априорными формами человеческого рассудка. Априорный – от лат. a priori, «из предшествующего», означает такой, который имеется до всякого опыта. То есть пространство и время – это наши внутренние формы восприятия, своего рода «линзы», через которые мы смотрим на мир и вносим в него особый тип порядка.

Таким образом, чувство времени возможно благодаря математическим представлениям о натуральном ряде чисел: одно событие следует после другого. А чувство трехмерного пространства возможно благодаря …геометрии! Человек упорядочивает хаотичную и бесформенную реальность с помощью априорного знания: соединяет точки в треугольники, квадраты, трапеции, строит окружности, выводит красивые формулы и поражается гармоничности и разумности устройства вселенной. Например, сумма углов любого треугольника всегда равна 180°, а площадь любой окружности можно вычислить по формуле: S=πR².

Получается, что человек преобразует разрозненный объективный мир в удивительную картину с помощью пространственно-временного восприятия. Хотя, ситуация может оказаться и противоположной: невероятную сложность и непостижимость мира мы упрощаем до трехмерного пространства и накладываем на нее представление о линейности времени.

«Вещь в себе»

Кант считал, что ни о каких вещах окружающего нас мира нельзя получить окончательное и достоверное знание. Поэтому иногда его концепцию относят к агностицизму – это философская идея, согласно которой познание объективной реальности принципиально невозможно.


Главная трудность в познании состоит в том, что вещи существуют сами по себе, и у нас нет никакой возможности узнать, каковы они на самом деле.


Согласно Канту, главная трудность в познании состоит в том, что вещи существуют сами по себе, и у нас нет никакой возможности узнать, каковы они на самом деле. Кант вводит ставший потом очень популярным термин – «вещь в себе», который указывает на недоступность познания чего бы то ни было в физическом мире.

Представьте, что вы хотите измерить температуру воды в стакане. На первый взгляд, это простая задача и у вас есть все необходимое для ее решения. Вы берете термометр и погружаете его в стакан с водой. Но сможете ли вы измерить температуру самой по себе воды? Физик скажет, что необходимо учитывать погрешность – влияние температуры окружающей среды, стакана, градусника и т.д. Но возможно ли учесть абсолютно все погрешности, включая влияние самого человека на процесс измерения?

Похожий материал: Вещь в культуре: неистовый стакан

Феномены и ноумены

Кант полагает, что познанию доступен только феноменальный уровень бытия, то есть проявленный. Мы можем знать вещи только такими, какими они нам являются. Поэтому в процессе познания мы имеем дело с феноменами (от греч. «явление»). А то, какими вещи будут вне нашего восприятия, сами по себе (или «вещами в себе») останется непостижимым, то есть – ноуменом (от греч. «постигаю»).

Возможно ноуменальный мир похож на волшебный мир живых игрушек из детского мультика. Ребенок никогда не узнает, что его игрушки оживают ровно в тот момент, как он засыпает, а как только он открывает глаза – игрушки из живых превращаются в самые обыкновенные.

Сам процесс восприятия любой вещи оставляет на результатах познания отпечаток. Но не только чувственное восприятие является неустранимой преградой в познании: предшествующее знание и установки неизбежно наслаиваются на познаваемые вещи. А ноумены остаются непознанными.

Трансцендентное, иманнентное, трансцендентальное

Помимо вещей окружающего мира, Кант говорит об особом типе априорных идей, которые выходят за пределы любого возможного опыта: Мир, Душа, Бог. То, что принципиально невозможно познать с помощью чувственного опыта называется трансцендентным (от лат. «выходящий за пределы»). Само наличие трансцендентных идей не означает существование соответствующих вещей. То есть, если существует идея Бога, из этого не следует, что Бог существует, но и отсутствие Бога тоже из данного утверждения не выводимо. В данном случае речь идет о том, что рациональное знание о трансцендентном невозможно. Кант противопоставлял трансцендентное имманентному (от лат. «пребывающий внутри»). Имманентное у Канта – это то, что является неотъемлемой частью объекта, внутренняя связь свойства вещи и самой вещи. Например, магнетизм – имманентное свойство магнита, случайность – имманентное свойство игры в кости.

Понятие трансцендентального относится не к познаваемым объектам, а к самому познанию, к условиям возможности нашего опыта. Кант пишет: «Я называю трансцендентальным всякое познание, занимающееся не столько предметами, сколько видами нашего познания предметов, поскольку это познание должно быть возможным a priori». Трансцендентальное – это то, что изначально присуще нашему сознанию и то, что делает возможным опыт как таковой. Поэтому никакого «чистого» разума не бывает. Кант относит к трансцендентальным формам рассудка четыре группы категорий: количества, качества, отношения, модальности. Установление порядка в феноменальном мире возможно благодаря наличию у человека этих доопытных механизмов.

Читайте дальше: 6 видов современных философов: портрет персонажа

Литература для глубокого погружения:
1) Гулыга А. Кант (Серия: Жизнь замечательных людей). – М.:Молодая гвардия, 1977. – 304 с.
2) Кант И. Пролегомены ко всякой будущей метафизике, могущей появиться как наука // Кант И. Соч. в 6-ти томах. – Т. 4, Ч. 1. (Это – краткое изложение идей главной кантовской работы – «Критики чистого разума»).

Текст: Евгения Иванова

Четыре определяющих свойства разума

9,8

Что такое разум? Это важный вопрос, потому что, в конце концов, кто вы, если не ваш разум? Вы можете сказать, глядя в зеркало, что это я, это мое тело. Но что, если бы я сказал вам, что завтра вы впадете в постоянную кому, но не волнуйтесь, мы сохраним ваше тело в живых. Они сохранят его в устойчивом вегетативном состоянии. Я думаю, вы были бы очень встревожены такой перспективой, потому что где вы будете? На самом деле, перспектива того, что за вашим телом будут ухаживать множество врачей, не так уж сильно отличается с точки зрения вашего ума, чем перспектива множества гробовщиков, ухаживающих за вашим трупом.Так что ты?

63,4

Что такое разум в отличие от тела?

69,5

Я часто спрашиваю аспирантов-психологов, что такое разум. В конце концов, психология — это наука о разуме, психическом логосе. У них часто действительно не хватает слов, чтобы сказать мне, что они изучали все эти годы. Я также спрашиваю психиатров, что такое ум. В конце концов, психиатрия — это медицинская специальность, которая лечит психические расстройства.Итак, ум — это нечто очень реальное, очень практичное. Он существует в природе. Есть даже лекарства, которые его лечат. И все же психиатрам тоже очень трудно сказать мне, что такое ум. Они говорят мне, что их лекарства изменяют химический баланс мозга.

118

Но я уже сказал, что есть разница между мозгом и разумом, между вашим телом и вами как таковой. В чем разница? Я думаю, это подводит нас к первому определяющему свойству разума.Ум — это не тело. Ум — это субъективный аспект тела. Это существо тела. Тело — это ваш объективный аспект. Вы субъективный аспект своего тела. Итак, разум — это прежде всего субъект. Но во всем есть субъективный аспект. Это существо обезьяны. Есть мышь. Есть улитка, муравей или даже бактерия.

171,4

Можно ли говорить о разуме бактерии как о ее субъективном аспекте? Что касается компьютера, телефона или ковра, у них тоже есть субъективные аспекты.Есть объективный взгляд на ковер, и есть субъективное существо ковра. Но явно абсурдно говорить о разуме ковра. Это заставляет меня предположить, что есть второе определяющее свойство ума. Дело не только в том, что ум является чем-то субъективным, но и в том, что он ощущается как что-то, что является разумом. Поскольку это не похоже на ковер, нам не нравится приписывать ковру разум.

220,1

С другой стороны, как мы узнаем, что это не похоже на ковер? Думаю, это важный вопрос.Как мы можем определить, что имеет чувства, а что нет? Как я уже сказал, бактерия, муравей, улитка, мышь, обезьяна, как мы можем узнать, кто из них чувствует, кто из них сознателен, у кого, можно сказать, есть разум?

247,8

Проблема, однако, еще хуже, потому что, если бы мы придумали объективный или надежный, действительный критерий для определения того, есть ли у чего-то чувства или нет, у нас все равно останется проблема: что насчет бессознательного .Ум не является синонимом сознания, чувствительности, чувств. Это, конечно, был великий вклад, великое открытие Зигмунда Фрейда, когда он более 100 лет назад представил идею бессознательного. Что мы подразумеваем под бессознательным разумом? Что делает его ментальным, что отличает его, скажем, от компьютера?

293,5

Я собираюсь доказать, что это что-то еще, это третье определяющее свойство ума — это интенциональность, намерение к чему-то, стремление к объекту.Это можно делать, даже не зная, что вы это делаете. Есть такие вещи, как бессознательные намерения, бессознательные цели, бессознательные воления.

321,5

Это подводит меня к следующему и последнему из того, что я считаю определяющими свойствами разума. Если вы говорите о бессознательных намерениях, силах, мотивационных силах, действующих через вас, можете ли вы действительно говорить о себе как о разуме, а не о каком-то инстинктивном влечении? Я думаю, что это различие, эта градация от биологической мотивационной силы к реальному разуму допускает степени.То, что допускает степени, о которых я говорю, мы можем назвать свободой воли или свободой воли. В какой степени вы являетесь хозяином своего разума, владельцем своей интенциональности, управляете своей собственной волей? Я думаю, что эти четыре вещи являются определяющими свойствами разума. Ум — это нечто субъективное.

377,9

Ум сознателен. Это похоже на что-то. Но не весь ум сознателен. Однако бессознательный разум обладает атрибутом интенциональности.И в той степени, в которой вы являетесь владельцем этой интенциональности, в той степени, в которой вы являетесь агентом, в этой степени можно сказать, что у вас есть разум. Теперь, в течение следующих четырех уроков, я хочу раскрыть эти четыре вещи, о которых я говорил. Я хочу объяснить, почему я думаю и что я имею в виду под субъективностью ума, способностью к сознанию ума, интенциональностью ума и его действиями. И я хочу ответить на все эти вопросы в отношении тела.

420.8

Как все это связано с телом и почему?

The Mind / Brain Identity Theory (Стэнфордская энциклопедия философии)

Теория идентичности, как я понимаю, восходит к U.T. Место и Герберт Фейгл в 1950-х годах. Исторически философы и ученые, например Левкипп, Гоббс, Ла Меттри и д’Гольбах, а также Карл Фогт, который вслед за Пьером-Жан-Жоржем Кабанисом сделал нелепое замечание (возможно, не предназначенное для того, чтобы к нему относились слишком серьезно) что мозг выделяет мысли, как печень выделяет желчь. принял материализм.Однако здесь я буду датировать интерес к теории идентичности из новаторских работ «Является ли сознание Мозговой процесс? »От U.T. Place (Place 1956) и Х. Фейгл «Психическое и физическое» (Фейгл, 1958). Тем не менее следует упомянуть предложения Рудольфа Карнапа. (1932, с. 127), Х. Райхенбах (1938) и М. Шлик (1935). Райхенбах сказал, что ментальные события можно идентифицировать по соответствующие стимулы и ответы (возможно, неизвестные) внутреннее состояние фотоэлемента можно определить по стимул (падающий на него свет) и реакция (протекание электрического тока) от него.В обоих случаях внутренние состояния могут быть физическими состояниями. Однако Карнап считал эту личность лингвистической рекомендацией. а не как утверждение факта. См. Его «Герберт Фейгла о физикализме »у Шилппа (1963), особенно стр. 886. Властелин психолог Э.Г. Скучный (1933) вполне мог быть первым, кто использовал термин «теория идентичности». См. Place (1990).

Очень оригинальная и новаторская работа Плейса была написана после дискуссии в университете Аделаиды с J.J.C. Смарт и К.Б. Мартин. Для воспоминаний о вкладе Мартина в обсуждение см. Place (1989) ‘Low Claim Assertions’ в Heil (1989). Смарт в то время отстаивал бихевиористскую позицию, в которой умственное события были объяснены исключительно с точки зрения гипотетических предположений о поведении, а также отчеты от первого лица о переживаниях, которые Гилберта Райла считали «признанием». Были придуманы признания как простые элементы поведения, как если бы сказать, что у кого-то была боль, было бы просто изощренно вздрагивает.Смарт видел в теории Райла дружелюбный к физикализму, хотя это не было частью мотивации Райла. Смарт надеялся, что гипотезы в конечном итоге будут объяснены нейробиология и кибернетика. Неспособность опровергнуть Плейс и признавая неудовлетворительность подхода Райла к внутреннему опыт, в некоторой степени признанный самим Райлом (Ryle 1949, стр. 240), Смарт вскоре превратился в вид Плейса (Smart 1959). В этом он также был вдохновлен и испытал влияние «Ментального» Фейгла. и «Физический» »(Фейгл, 1958, 1967).Широкий диапазон Фейгла Вклад охватил множество проблем, в том числе связанных с интенциональности, и он ввел полезный термин «номологический опасностей для ментально-физических предположений дуалистов. корреляции. Они свисали бы с номологической сети физических науке и должны показаться неправдоподобными наростами на ярмарке лицо науки. Feigl (1967) содержит ценный «Постскриптум».

Плейс говорил скорее о конституции, чем о личности. Один из его Примеры: «Этот стол — старый упаковочный ящик».Другой «Молния — это электрический разряд». Действительно, этот последний был предвосхищен Плейс в его более ранней статье «Концепция Heed ’(Place 1954), в которой он оспаривает бихевиоризм в применении к концепциям сознания, ощущения и образы. Место отмечено (с. 255)

Логические возражения, которые могут быть выдвинуты против утверждение «сознание — это процесс в мозгу» не являются больше, чем логические возражения, которые могут быть выдвинуты против заявление «молния — это движение электрического обвинения ».

Следует отметить, что Плейс использовал слово «Логично» в том смысле, в каком оно использовалось в Оксфорде на время, а не то, что обычно используется сейчас. Одно возражение было что «ощущение» не означает то же самое, что «мозг» процесс’. Ответ Плейса заключался в том, чтобы указать, что «это стол »не означает то же самое, что и« эта старая упаковка. case »и« молния »не означают то же, что «Движение электрических зарядов». Узнаем, действительно ли это таблица иначе, чем мы узнаем, что это старый упаковочный ящик.Узнаем, молниеносно ли вещь глядя, и что это движение электрических зарядов по теории и эксперимент. Это не мешает таблице быть идентичной старой. упаковочный ящик и воспринимаемая молния не что иное, как электрический разряд. Фейгл и Смарт ставят вопрос больше в терминах различие между смыслом и ссылкой. «Сенсация» и «Мозговой процесс» может различаться по значению и при этом иметь одинаковые Справка. «Очень яркая планета, видимая утром» и «Очень яркая планета, видимая вечером», оба относятся к та же сущность Венера.(Конечно, эти выражения могут быть истолкованы как относящиеся к разным вещам, разным последовательностям временные стадии Венеры, но не обязательно или, что наиболее естественно.)

Похоже, что среди философов была тенденция думать что утверждения идентичности должны быть необходимыми и априорными истинами. Однако теоретики идентичности трактовали «ощущения — это мозг. процессы как условные. Нам нужно было выяснить , что идентичность держится. В конце концов, Аристотель думал, что мозг предназначен для охлаждение крови.Декарт думал, что сознание несущественный.

Иногда возражали, что сенсационные заявления неисправимы. тогда как утверждения о мозге поправимы. Вывод был сделан что в ощущениях должно быть что-то другое. Райл и в эффект Витгенштейн играл с привлекательными, но совершенно неправдоподобными представление о том, что мнимые отчеты о непосредственном опыте на самом деле не отчеты, но являются «признанием», как если бы мой отчет, который я зубная боль — это просто изощренный вид вздрагивания.Место, под влиянием Мартин сумел объяснить относительную неисправимость ощущений заявления по их низким заявлениям: «Я вижу согнутое весло» делает большее утверждение, чем «Мне кажется, что весло’. Тем не менее мое ощущение и мое предполагаемое понимание ощущение — это разные сущности, и поэтому, по принципу Юма, оно должно возможно, чтобы одно произошло без другого. Следует отрицать что-либо кроме относительной неисправимости (Место, 1989).

Как отмечалось выше, Плейс предпочел выразить теорию понятие конституции, тогда как Смарт предпочитал выделять понятие идентичности, как оно встречается в аксиомах идентичности в логике.Так Смарт должен был сказать, что если ощущение X идентично мозговому процессу Y тогда, если Y между моими ушами и прямая или круглая (абсурдно слишком упрощенно) тогда ощущение Х между моими ушами и прямое или круговой. Конечно, это не представляется нам как таковое на опыте. Возможно, только нейробиолог мог знать, что это прямая или круговой. Профессор анатомии может быть идентичен декану медицинская школа. Посетитель может знать, что профессор икает в лекции, но не знаю, что декан икает на лекциях.

Кто-то может возразить, что декан медицинского факультета не qua декан икота на лекциях. Qua декан он идет к встречи с проректором. Это не к делу, но есть точка позади него. Это то, что свойство быть профессор анатомии не тождественен с собственность г. будучи деканом медицинского факультета. Может возникнуть вопрос, что даже если ощущения идентичны мозговым процессам, разве нет изученные нефизические свойства ощущений, которые не идентичны свойствам мозговых процессов? Как бы физикалист теоретик идентичности справляется с этим? Ответ (Smart 1959) состоит в том, что свойства переживаний «тематически нейтральны».Умная адаптировали слова «тематически нейтральные» от Райла, который их использовал для характеристики таких слов, как «если,» или «, «И», «не», «потому что». если ты слышал только эти слова в разговоре, вы не смогли бы скажите, был ли разговор о математике, физике, геологии, история, теология или любой другой предмет. Смарт использовал слова «Тематически нейтральный» в более узком смысле слова «нейтральный» между физикализмом и дуализмом. Например, «продолжается», «Происходящие», «прерывистые», «Растущий», «убывающий» — тематически нейтральные.Так это «Я» в той мере, в какой оно относится к тому, кто произносит предложение обсуждаемый. Таким образом, чтобы сказать, что ощущение вызвано молнией или наличие капусты перед моими глазами оставляет открытым вопрос о том, ощущение нефизическое, как полагает дуалист, или физическое, как материалист считает. Это предложение также нейтрально в отношении того, свойства ощущения являются физическими или некоторые из них неснижаемо психическое. Чтобы увидеть, как эту идею можно применить к В данной связи рассмотрим следующий пример.

Предположим, у меня есть мысленный образ с желтыми, зелеными и фиолетовыми полосами. Мы также можем ввести философский термин «чувственные данные». чтобы прикрыть случай видения или кажущегося видения чего-то желтого, зеленого и фиолетовый: мы говорим, что у нас есть желтые, зеленые и пурпурные чувственные данные. То есть я бы увидел или, кажется, увидел бы, например, флаг или массив лампы с зелеными, желтыми и пурпурными полосами. Предположим также, как кажется правдоподобно, что нет ничего желтого, зеленого и фиолетового в полосах мозг.Таким образом, теоретикам тождества важно сказать (как действительно, они сделали), что чувственные данные и изображения не являются частью мебель мира. «У меня есть зеленое чувство данных» — это на самом деле просто способ сказать, что я вижу или, кажется, вижу то, что действительно зеленый. Этот шаг не следует рассматривать просто как рекламу . устройство hoc , поскольку Райл и Дж.Л. Остин, по сути, Витгенштейн, и другие приводили аргументы, например, когда Райл утверждал, что изображения не были чем-то вроде открытки с призрачными картинками.Место охарактеризовано заблуждение, что когда мы воспринимаем что-то зеленое, мы восприятие чего-то зеленого в уме как «феноменологического заблуждение ». Он характеризует это заблуждение (Место 1956):

.
ошибка предположения, что когда субъект описывает свой опыт, когда он описывает, как вещи выглядят, звучат, пахнут, вкусы, или чувствовать для него, он описывает буквальные свойства предметов и события на своеобразном внутреннем кино- или телеэкране, в современной психологической литературе обычно называют «Феноменальное поле».

Конечно, как признал Смарт, это оставляет теорию идентичности зависит от физикалистского представления о цвете. Его ранний отчет о Color (1961) был слишком бихевиористом и не мог, например, с проблемой обращенного спектра, но позже он дал реалист и объективистский учет (Smart 1975). Армстронг был реалистом в цвета, но Смарт беспокоился, что в таком случае цвет будет очень своеобразное и дизъюнктивное понятие, не имеющее космического значения, не имеющее интерес к инопланетянам (например), у которых были другие визуальные системы.Под влиянием Льюиса в разговоре Смарт понял, что это не было возражением против того, чтобы цвета были объективными свойствами.

Сначала с уважением дается понятие нормального человека-воспринимающего. цвету, для которого существуют объективные тесты с точки зрения способности делать различия по цвету. Это можно сделать без округлость. Таким образом, «различать по цвету» означает понятие более примитивное, чем цвет. (Сравните способ, которым в теории множеств «равное число» предшествует ‘номер’.) Затем Смарт разъяснил понятие цвета в условия различения по цвету нормального человека перципиенты в нормальных условиях (например, при пасмурном шотландском дневном свете). Этот учет цвета может быть дизъюнктивным и идиосинкразическим. (Максвелла уравнения могут быть интересны альфа-центаврам, но вряд ли наши цветовые концепции.) Они могут быть антропоцентрическими и дизъюнктивными, но тем не менее объективный. Дэвид Р. Хилберт (1987) определяет цвета с отражательной способностью, уменьшая таким образом идиосинкразию и дизъюнктивность.Чтобы справиться с излучаемым светом, легко добавить несколько эпициклов. цвета радуги или солнца на закате и цвета из-за дифракция от перьев. Джон Локк был на правильном пути, создавая вторичные качества объективны как силы в объекте, но ошибаются в превращая эти силы в силы для выработки идей в уме, а чем проводить поведенческую дискриминацию. (Также Смарт сказал бы, что если силы — это диспозиции, мы должны относиться к второстепенным качествам как категориальные основания этих полномочий, e.грамм. в случае цветов свойств поверхностей предметов.) Взгляд Локка предполагал, что идеи имеют таинственные квалиа, наблюдаемые на экране внутреннего ментальный театр. Однако, чтобы отдать должное Локку, он, по сути, не говорит «красных идей», но «идей красных». Философы, разъясняющие «красный цвет» с точки зрения «Выглядит красным» — это неправильно (умный 1995).

Вернемся к вопросу о желтом, пурпурном и зеленом полосатая чувственная данность или мысленный образ, и все же желтого нет, фиолетово-зеленая полосатая штука в мозгу.Теоретик идентичности (Smart 1959) могут сказать, что чувственные данные и образы не являются реальными вещами в мир: они как среднестатистический сантехник. Приговоры якобы о среднестатистическом сантехнике можно перевести на сроки, высказывания о сантехниках. Так же есть зеленый чувственные данные или изображение, но не чувственные данные или изображения, и наличие зеленая чувственная данность или образ сами по себе не являются зелеными. Так что может, поскольку это легко быть мозговым процессом, который тоже не зеленый.

Таким образом, Плейс (1956, стр.49):

Когда мы описываем остаточное изображение как зеленый … мы говорим что у нас есть опыт, который обычно бывает, когда, и который мы научились описывать как, глядя на зеленое пятно свет.

и Смарт (1959) говорит:

Когда человек говорит: «Я вижу желтовато-оранжевый after-image »он говорит что-то вроде этого:« Есть что-то происходит, что происходит, когда у меня есть глаза открыты, я проснулся, и при хорошем свете горит оранжевый передо мной».

Цитируя эти отрывки, Дэвид Чалмерс (1996, с. 360) возражает, что если «что-то происходит» толкуется достаточно широко, это неадекватен, и если он истолкован достаточно узко, чтобы охватить только эмпирических состояний (или процессов) этого недостаточно для заключение. Смарт воспротивился бы этому, подчеркнув слово «Обычно». Конечно, во мне много чего происходит, когда я иметь желтый после изображения (например, мое сердце перекачивает кровь через мой мозг). Однако они не , обычно продолжаются тогда: они продолжаются и в другое время.Против Плейс Чалмерс утверждает, что слово «опыт» не проанализировано, поэтому анализ Плейса недостаточно для установления тождества между ощущениями и мозговые процессы. В отличие от Смарта, он говорит, что оставив слово «Опыт» анализа делает его неадекватным. То есть он не принимает «тематически нейтральный» анализ. Разумные надежды, а Чалмерс отрицает, что учетная запись с точки зрения «Обычно из» сохраняет нейтральный по теме анализ. В защиту of Place, пожалуй, можно сказать, что непонятно, что слово «Опыт» не может быть предметом нейтрального анализа, возможно, опираясь на Фаррелла (1950).Если нам не нужно слово «Опыт» нам тоже не нужно слово «Ментальный». Розенталь (1994) жалуется (против личности теоретик), что переживания имеют некоторые характерные умственные свойства, и что «мы неизбежно теряем отчетливо ментальную если мы истолковываем эти свойства ни как физические, ни как психические ». Конечно, быть нейтральным к теме — значит быть в состоянии и физически, и физически. ментальный, как и арифметика. Нет нужды в слове Само слово «ментальное» должно присутствовать в нейтральной по теме формуле.«Ментальный», как предполагает Райл (1949), в его обычном употреблении является термин «ментальная арифметика», «ментальный болезнь »и т. д., с которыми теоретик идентичности не находит беда.

По их мнению, Дэвид Льюис и Д. Армстронг подчеркивает понятие причинности. 1966 год Льюиса был особенно ясным. изложение теории тождества, в котором он говорит (здесь я имею в виду перепечатка в Lewis 1983, p. 100):

Мой аргумент таков: окончательная характеристика любого (своего рода) опыт как таковой является его причинной ролью, его синдромом большинства типичные причины и следствия.Но мы, материалисты, считаем, что эти каузальные роли, которые по аналитической необходимости принадлежат опыту, принадлежат фактически к определенным физическим состояниям. Поскольку эти физические состояния обладают окончательный характер переживаний, они должны быть опыты.

Точно так же Роберт Кирк (1999) доказывал невозможность зомби. Если у предполагаемого зомби есть все поведенческие и нейронные свойства, приписываемые ему теми, кто аргументирует возможность зомби против материализма, значит, зомби в сознании и не зомби.

Таким образом, нет необходимости явно использовать бритву Оккама, как в Smart (1959), хотя и не на месте (1956). (См. Place 1960.) Статья Льюиса была чрезвычайно ценный и уже есть намеки на брак между теория тождества разума и так называемый «функционалист» идеи, которые явно выражены у Льюиса 1972 и 1994 годов. («Психофизические и теоретические отождествления») он применяет идеи в своей более формальной статье «Как определить теоретические Термины »(1970). Народная психология содержит такие слова, как «Ощущение», «восприятие», «вера», «Желание», «эмоция» и т. Д.который мы признаем как психологический. Слова для обозначения цветов, запахов, звуков, вкусов и т. Д. происходить. Можно рассматривать банальности здравого смысла, содержащие оба этих эти слова как составляющие теории, и мы можем воспринимать их как теоретические термины психологии здравого смысла и, таким образом, обозначающие любые сущности или виды сущностей однозначно реализуют теорию. Затем, если определенные нейронные состояния тоже (как мы полагаем), тогда ментальное состояния должны быть этими нейронными состояниями. В своем 1994 году он допускает тактичность в извлечение последовательной теории из здравого смысла.Невозможно некритично собирать банальности, как при составлении грамматики, подразумевается в наших речевых паттернах, необходимо учитывать отклонения от что, согласно нашей лучшей теории, составляет грамматичность.

Большим преимуществом этого подхода перед ранней теорией идентичности является его холизм. Следует отметить две особенности этого холизма. Один из них — это подход позволяет учесть причинные взаимодействия между мозгом состояний и самих процессов, а также в случае внешних стимулы и ответы.Другой — способность использовать понятие Рамсейфикация теории. F.P. Рэмси показал, как заменить теоретические термины теории, такие как «свойство быть электрон »на« свойство X такое, что … ». чтобы когда это будет сделано для всех теоретических терминов, мы останемся только с «Свойство X такое, что», «свойство Y такое, что» и т. д. Возьмите термины, описывающие поведение, как условия наблюдения и психологические термины как теоретические термины народной психологии. потом Рамсейфикация показывает, что народная психология совместима с материализм.Это кажется правильным, хотя, возможно, более ранняя идентичность теория имеет более прямое отношение к сообщениям о непосредственном опыте.

Причинный подход был характерен и для Д. Армстронга тщательный концептуальный анализ психических состояний и процессов, таких как восприятие и вторичные качества, ощущение, сознание, вера, желание, эмоция, добровольное действие, в его Материалист Теория разума (1968a) со вторым изданием (1993), содержащим ценное новое предисловие.Части I и II этой книги посвящены концептуальный анализ, открывающий путь к случайной идентификации психические состояния и процессы с материальными. Как и Брайан Медлин, в впечатляющая критика Райла и защита материализма (Медлин 1967), Армстронг предпочитал описывать теорию тождества как «Центральный государственный материализм». Независимо от Армстронга и Льюиса, центральный государственный материализм Медлина зависел, как и их, от каузальный анализ представлений о психических состояниях и процессах.См. Медлин 1967 и 1969 (включая сноску 1).

Здесь следует особо упомянуть два других автора Армстронга. книги, одна о восприятии (1961) и одна о телесных ощущениях (1962). Армстронг думал о восприятии как о , поверившем посредством чувства (сравните также Pitcher 1971). Это объединяет преимущества прямого реализма с гостеприимством по отношению к научным причинно-следственная история, которая, как считалось, подтверждала ранее репрезентативная теория восприятия.Армстронг считал телесным ощущения как восприятия состояний нашего тела. Конечно последнее может смешиваться с эмоциональными состояниями, так как зуд может включать склонность к царапинам, и наоборот, в исключительных обстоятельствах боль может ощущаться без боли. Однако Армстронг видит центральную понятие здесь как восприятие. Это наводит на мысль о терминологическом проблема. Смарт говорил о визуальных ощущениях. Это не было восприятия, но то, что произошло в восприятии. Так что в это чувство «ощущения» должно быть телесным сенсационные ощущения.Неопределенность, возможно, можно было бы разрешить, используя слово «ощущение» в контексте «визуальный», «Слуховой», «тактильный» и «телесный», так, чтобы телесные ощущения были восприятием, включающим интроспективные «ощущения». Эти телесные ощущения восприятия, и могут быть неправильные представления, например, когда человек со своим После ампутации стопы можно подумать, что у него болит стопа. У него есть ощущая «боль в ноге», но мир не содержат боль в стопе, так же как не содержат сенсорных данных или образы, но все же содержат чувственные данные и образы.

Центральный государственный материализм Армстронга включал в себя определение убеждений. и желания с состояниями мозга (1968a). Смарт согласился с это. С другой стороны, Плейс сопротивлялся предложению продлить теория идентичности к диспозиционным состояниям, таким как убеждения и желания. Он подчеркнул, что у нас нет привилегированного доступа к нашим убеждениям и желания. Как и Райл, он думал о убеждениях и желаниях как о объяснил с помощью гипотетических утверждений о поведении и дал аналог лошадиных сил автомобиля (Место 1967).Однако он держал что спор здесь не столько о нейронной основе ментального говорится как о природе диспозиций. Его взгляды на диспозиции подробно обсуждаются в его дебатах с Армстронгом и Мартином (Армстронг, Мартин и Плейс, Т. Крейн (редактор) 1996 г.). Возможно, мы сможем быть расслаблен в отношении того, являются ли психические состояния, такие как убеждения и желания предрасположенности или тематически нейтрально описанные нейрофизиологические состояния и вернуться к тому, что кажется более трудным вопросом сознание.Теории причинной идентичности тесно связаны с Функционализм, который будет обсуждаться в следующем разделе. Смарт был осторожен понятия причинности в метафизике, полагая, что у него нет место по теоретической физике. Однако даже в этом случае он должен был признать это в народной психологии, а также в научной психологии и биологии в общем, в котором физика и химия применяются для объяснения обобщения, а не строгие законы. Если народная психология использует понятие причинности, неважно, как это называл Куайн дискурс второго сорта, вовлекающий очень контекстные понятия модальность.

Обычно считалось, что теория тождества на смену теории под названием «функционализм». Возможно утверждал, что функционалисты сильно преувеличивают свое отличие от теоретики идентичности. Действительно, некоторые философы, такие как Льюис (1972 и 1994) и Джексон, Парджеттер и Прайор (1982) увидели функционализм как путь к теории идентичности.

Подобно Льюису и Армстронгу, функционалисты определяют ментальные состояния и процессы с точки зрения их причинной связи с поведением, но останавливаются не считая отождествления их с их нейронными реализациями.Конечно термин «функционализм» использовался расплывчато и в разных способов, и можно утверждать, что даже теории Места, Умного и Армстронг был в сущности функционалистом. Слово «Функционалист» роднит «Функция» в математике, а также «Функция» в биологии. В математике функция — это набор упорядоченных наборов из n элементов. Точно так же, если психические процессы определяются напрямую или косвенно наборами пар стимул-ответ определения могли бы считаться «функциональным» в математическом смысле.тем не мение вероятно, существует более тесная связь с этим термином, поскольку он используется в биологии, поскольку можно определить «глаз» по его функции даже хотя глаз мухи и глаз собаки анатомически и физиологически Очень разные. Функционализм определяет психические состояния и процессы с помощью средства их причинных ролей, и, как отмечалось выше в связи с Льюис, мы знаем, что функциональные роли принадлежат нейронным состояниям. и процессы. (Существуют телеологические и гомункулярные формы функционализм, который я здесь не рассматриваю.) Тем не менее интеракционистский дуалист, такой как выдающийся нейрофизиолог сэр Джон Экклс (что неправдоподобно для большинства из нас) отрицал бы, что все функциональные роли так одержимы. Можно подумать о народной психологии, да и вообще большая часть когнитивной науки также аналогична блоку диаграмма в электронике. Поле на схеме может быть помечено (скажем) «усилитель промежуточной частоты», пока остальные) нейтралью относительно точной схемы и того, является ли усиление осуществляется термоэмиссионным клапаном или транзистором.Используя терминологию Ф. Джексона и П. Петтита (1988, стр. 381–400) «роль состояние «будет дано» усилителем «, «Состояние реализатора» будет дано «термоэмиссионным клапан, скажем. Таким образом, мы можем думать о функционализме как о «черном коробка »теория. Эта мысль будет продолжена в следующем раздел.

Причинно-следственное мышление об убеждениях и желаниях вписывается в очень хорошо не только с народной психологией, но и с идеями Юма о мотивах действия. Хотя эта точка зрения подвергается критике со стороны некоторых философов, это кажется правильным, поскольку видно, если мы рассмотрим возможный самолет-робот, спроектированный так, чтобы из Мельбурна в Сидней.Дизайнер должен будет включить электронная версия чего-то вроде карты юго-востока Австралии. Это обеспечило бы сторону «убеждений». Также можно было бы программировать в электронном эквиваленте «поехать в Сидней». Эта программа обеспечила бы сторону «желания». Если ветер и погода сбила самолет с курса, тогда отрицательные отзывы будут верните самолет на правильный курс в сторону Сиднея. В существование целевых механизмов наконец-то (я надеюсь) показало философы, что в телеологии нет ничего загадочного.И не есть большие семантические проблемы с интенциональностью (с ‘T’). Рассмотрим предложение «Джо желает единорог ». Это не похоже на «Джо пинает в футбол». Для того, чтобы Джо ударил в футбол, должен быть футбольный мяч, но нет единорогов. Однако мы можем сказать: «Джо желает — истинное сам «обладает единорогом». Или, в более общем смысле, «Джо верит-истинно S »или« Джо желает-истинно S », где S — подходящее предложение (Quine 1960, стр. 206–16). Конечно, если есть не хочу относиться к языку, который нужно вставить «или некоторые тот же, кто говорит S »или использует слово« предложение », и это связано с понятием предложения или взаимопереводимости.Четный если кто-то не согласен с понятием Куайна о неопределенности перевода, в понятиях «вера» и «Желание», возникающее из нечеткости «Аналитичность» и «синонимия». Личность теоретик мог бы сказать, что в любом случае эта нечеткость сочетается с нечеткость состояния мозга, которое составляет убеждение или желание. Сколько взаимосвязей связано с верой или желанием? На целостный подход, такой как у Льюиса, не должен предполагать, что индивидуализация убеждений и желаний точна, хотя и хороша Достаточно для народной психологии и юмовской метаэтики.Таким образом, способ, которым мозг представляет, что мир не похож на язык. В представление может быть похоже на карту. Карта связывает все элементы на ней ко всем остальным функциям. Тем не менее карты содержат конечное количество Информация. У них не бесконечно много частей, еще меньше континуума многие. Мы можем думать об убеждениях как о выражении различных частей информация, которую можно извлечь с карты. Думая таким образом убеждения достаточно близко соответствовали бы индивидуалистическим убеждениям характеристика народной и юмовской психологии.

Понятия «тип» и «токен» здесь используются аналогия с «типом» и «токеном» применительно к слова. Телеграмма «любовь и любовь и любовь» содержит только два типа слов, но в другом смысле, как бы телеграфный служащий настаивать, он содержит пять слов («условные слова»). Аналогичным образом особая боль (точнее, боль) в соответствии с символом Теория идентичности идентична конкретному мозговому процессу. А с этим мог согласиться функционалист. Функционализм стал рассматриваться как улучшение теории тождества, и, поскольку она несовместима с ней, из-за правильного утверждения, что функциональное состояние может быть реализуется совершенно разными состояниями мозга: таким образом, функциональное состояние может может быть реализован мозгом на основе кремния, а также на основе углерода мозг, и оставив робототехнику или научную фантастику в стороне, мое чувство зубная боль может быть вызвана другим нервным процессом, отличным от того, что осознает вашу зубную боль.

В этом смысле функционалист может, во всяком случае, принять жетон идентичности. Функционалисты обычно отрицают тождество типов. тем не мение Джексон, Парджеттер и Прайор (1982) и Брэддон-Митчелл и Джексон (1996) утверждают, что это чрезмерная реакция со стороны функционалист. (Действительно, они видят в функционализме путь к теории идентичности.) Функционалист может определить ментальные состояния как имеющие какое-либо состояние (например, на основе углерода или кремния), которое учитывает функциональные свойства.Функционалисты второго порядка состояние — это состояние того или иного состояния первого порядка, которое вызывает или вызвано поведением, на которое намекает функционалист. В Таким образом, мы имеем теорию типов второго порядка. Сравните хрупкость. В хрупкость стекла и ломкость печенья — это состояние наличия некоторого свойства, которое объясняет их поломку, хотя первые Порядок физического имущества в обоих случаях может быть разным. Этот способ рассмотрение вопроса, пожалуй, более правдоподобно в отношении мысленного состояния, такие как убеждения и желания, чем немедленно сообщить опыты.Когда я сообщаю о зубной боли, мне кажется, что меня беспокоит свойства первого порядка, даже если они тематически нейтральные.

Если мы продолжим заниматься свойствами первого порядка, мы мог бы сказать, что различие между типами и лексемами — это не все или ничего Роман. Можно сказать, что человеческий опыт — это мозговой процесс одного много видов и опыты Альфа Центавра — это мозговые процессы еще много разновидностей. Мы действительно могли бы предложить намного лучше классификации, не выходя за рамки простого токена идентичности.

Насколько ограниченным должно быть ограничение ограниченного типа теория? Сколько волос должно быть у лысого мужчины? Личность теоретик ожидал бы, что его зубная боль сегодня будет очень похожа на его зубная боль вчера. Он ожидал, что его зубная боль будет очень похожей к зубной боли его жены. Он ожидал, что его зубная боль будет несколько похоже на зубную боль его кошки. Он не был бы уверен в сходство с болью инопланетянина. Но даже здесь он мог ожидайте некоторого сходства формы волны или чего-то подобного.

Даже в случае сходства моей боли сейчас с моей болью десять минут назад будут несущественные отличия, а также между моей болью и твоей болью. Сравните топиарий, используя аналогия, используемая Куайном в другой связи. На английском дачные сады верхушки живых изгородей часто имеют различную форму, например формы павлина. Можно сделать обобщения по поводу фигуры павлина на живой изгороди, и можно сказать, что вся имитация павлины на конкретной живой изгороди имеют такую ​​же форму.Однако если мы подойдите к двум имитирующим павлинам и всмотритесь в них, чтобы заметить точные формы веточек, из которых они состоят, мы найдем отличия. Говорим ли мы, что две вещи похожи или нет, зависит от абстрактность описания. Если бы мы подошли к пределу конкретности типы сузятся до одночленных, но там по-прежнему не будет онтологической разницы между теорией тождества и функционализм.

Интересной формой теории идентичности токенов является аномальный монизм. Дэвидсона 1980.Дэвидсон утверждает, что причинно-следственные связи возникают при нейронные описания, но не под описаниями психологических язык. В последних описаниях используются намеренные предикаты, но из-за неопределенности письменного и устного перевода эти предикаты не встречаются в утверждениях закона. Из этого следует, что разум-мозг идентичности могут происходить только на уровне отдельных (токен) событий. Это выходит за рамки настоящего эссе, чтобы рассмотреть высказывание Дэвидсона гениальный подход, так как он существенно отличается от более привычного формы теории идентичности.

Плейс ответил на вопрос: «Является ли сознание мозгом? Процесс? »Утвердительно. Но что за мозговой процесс? Это естественно чувствовать, что есть что-то невыразимое, о чем нет простой нейрофизиологический процесс (с физическими внутренними properties) могли иметь. Перед теоретиком идентичности есть вызов развеять это чувство.

Предположим, я еду на велосипеде из дома в университет. Вдруг я понимаю, что перешел мост через ручей, ушел по извилистой дороге полмили, избегая встречного движения и т. на, и все еще не помню обо всем этом.В каком-то смысле я был в сознании: Я воспринимал, получал информацию о моем положении и скорости, состояние велодорожки и дороги, положение и скорость движения приближаются машины, ширина знакомого узкого моста. Но в другое чувство, которое я не осознавал: я был на автомате пилот ». Так что позвольте мне использовать слово «осведомленность» для этого автоматическое или подсознательное сознание. Возможно я не один сто процентов на автопилоте. Во-первых, я мог бы отсутствовать мыслящие и думающие о философии.Тем не менее, это не имеет значения к моей поездке на велосипеде. Можно действительно задаться вопросом, будет ли он когда-нибудь сто процентов на автопилоте, и, наверное, можно надеяться, что нет, особенно в примере Армстронга с грузовиком дальнего следования водитель (Армстронг 1962). Тем не менее, это, вероятно, происходит, и если это произойдет водитель находится в сознании только в том смысле, что он или она настороже маршрут, встречный транспорт и т. д., т.е. воспринимается в смысле «Уверовать посредством чувств». Водитель получает убеждений, но не осознает этого.Нет никаких предложений невыразимость в этом смысле «сознание», за которое я сохраняет за собой термин «осведомленность».

Для полного сознания тот, который нас озадачивает и предлагает невыразимости, нам нужен смысл, разъясненный Армстронгом в дебатах с Норманом Малкольмом (Армстронг и Малкольм, 1962, стр. 110). В некотором роде аналогичные взгляды были выражены другими философами, такими как Сэвидж (1976), Деннет (1991), Lycan (1996), Розенталь (1996). Недавний презентация этого есть в Smart (2004).В споре с Норманом Малькольм, Армстронг сравнил сознание с проприоцепцией. Случай проприоцепции возникает, когда мы с закрытыми глазами и без прикосновения сразу осознаем угол, под которым согнут один из наших локтей. То есть проприоцепция — это особое чувство, отличное от телесное ощущение, при котором мы осознаем части нашего тела. Сейчас мозг является частью нашего тела, поэтому, возможно, немедленное осознание процесс или состояние нашего мозга здесь для настоящих целей может быть называется «проприоцепция».Таким образом, проприоцепция даже хотя нейроанатомия другая. Таким образом, проприоцепция, которая составляет сознание, в отличие от простого осознания, является осознание высшего порядка, восприятие одной части (или конфигурации в) наш мозг самим мозгом. Некоторые могут почувствовать здесь округлость. Если так пусть они предполагают, что проприоцепция происходит на практике незначительное время после проприоцепции процесса. Тогда, возможно, может быть проприоцепциями проприоцепций, проприоцепциями проприоцепции проприоцепций и т. д., хотя на самом деле последовательность, вероятно, не поднимется более чем на два или три шага.Последний проприоцепция в последовательности не будет проприоцепцией, и это может помочь объяснить наше чувство невыразимости сознания. Сравнивать Гилберт Райл в книге The Concept of Mind on the systematic неуловимость «я» (Ryle, 1949, стр. 195-8).

Плейс утверждал, что функция «автоматического пилот », которого он называет« зомби внутри », чтобы предупредить сознание о входах, которые оно определяет как проблемные, в то время как он игнорирует непроблемные входы или перенаправляет их на выход без необходимости сознательного осознания.Для этого взгляда на сознание см. Place (1999).

Здесь следует упомянуть о влиятельной критике идентичности теории Саула Крипке и Дэвида Чалмерса соответственно. Этого не будет их можно подробно обсудить, отчасти из-за того, что что замечания Крипке опираются на взгляды на модальность, возможные миры семантика и эссенциализм, которые некоторые философы хотели бы конкурса, и потому что длинная и богатая книга Чалмерса заслуживает длинный ответ. Крипке (1980) называет выражение жестким обозначением, если он относится к одному и тому же объекту во всех возможных мирах.Или в аналоге Теоретически у него будет точно такой же аналог во всех возможных Мир. Мне кажется, что то, что мы считаем аналогами, очень велико. контекстуальный. Возьмем, к примеру, «вода — это H 2 O». В другой мир, или в двойной Земле в нашем мире, как представляет Патнэм (1975), то, что можно найти в реках, озерах, море, не было бы H 2 O но XYZ и так не было бы воды. Это конечно отдавая предпочтение настоящей химии народной, и до сих пор я аплодируйте этому.Следовательно, есть контексты, в которых мы говорим, что на близнецах землю или предполагаемый возможный мир, найденный в реках, не быть водой. Тем не менее есть контексты, в которых мы могли бы представить себе возможный мир (написать научно-фантастический роман), в котором найдены в реках, озерах и море, утоляют жажду и поддержание жизни было важнее химического состава, и поэтому XYZ будет аналогом H 2 O.

Крипке рассматривает тождество «тепло = молекулярное движение», и считает, что это верно во всех возможных мирах, и поэтому необходимая правда.На самом деле это утверждение не совсем верно, для чего о лучистом тепле? А как насчет тепла в классическом понимании термодинамика, которая «тематически нейтральна» по сравнению с статистическая термодинамика? Тем не менее, предположим, что у тепла есть сущность и что это молекулярное движение или, по крайней мере, в предполагаемом контексте. Крипке говорит (1980, с. 151), что когда мы думаем, что движение молекул может существовать в отсутствие тепла мы путаем это с мышлением что молекулярное движение могло существовать, не будучи ощущал как тепло.Он спрашивает, возможно ли аналогичным образом, что если боль — это определенный вид мозгового процесса, который существовал без будучи чувствовал как боль. Он предполагает, что ответ ‘Нет’. Теоретик идентичности, принявший учет сознание как восприятие высшего порядка могло бы ответить ‘Да’. Мы можем знать о поврежденном зубе, а также о пребывание в состоянии возбуждения (если использовать термин Райла для эмоционального состояния), не осознавая нашего осознания. Теоретик идентичности, такой поскольку Смарт предпочел бы говорить о «боли», а не слова «боль»: боль не является частью мира сего. не больше, чем чувственные данные или средний сантехник.Крипке заключает (стр. 152), что модель

кажущаяся случайность связи между психическими состояние и соответствующее состояние мозга, таким образом, не могут быть объяснены какой-то качественный аналог как в случае с теплом.

Смарт сказал бы, что в каком-то смысле связь Ощущения (ощущения) и мозговые процессы — это лишь половина случая. А полное описание состояния или процесса мозга (включая причины и его последствия) означало бы отчет о внутреннем переживании, но последнее, будучи тематически нейтральным и очень абстрактным, не подразумевает неврологическое описание.

Чалмерс (1996) в ходе исчерпывающего исследования сознание разработало теорию нефизических квалиа, которая, по мнению некоторых степень избегает беспокойства о номологических опасностях. Выраженное беспокойство Смарта (Smart, 1959) заключается в том, что если бы существовали нефизические квалиа, то наиболее неправдоподобно, должны быть законы, относящиеся к нейрофизиологическим процессам к очевидно простым свойствам, и законы корреляции должны были бы быть фундаментальными, простыми отходами от номологической сети (как Фейгл называл это) науки.Чалмерс возражает против этого, полагая, что квалиа являются не простые, но неизвестные нам, состоят из простых прото-квалиа и что фундаментальные законы, относящиеся к физическим лицам, относятся их фундаментальным физическим лицам. Его точка зрения сводится к довольно интересный панпсихизм. С другой стороны, если тема нейтральная счет правильный, тогда квалиа — это не больше, чем баллы в многомерное пространство подобия и подавляющее правдоподобие упадет на сторону теоретика идентичности.

С точки зрения Чалмерса, как мы осознаем нефизические квалиа? Оно имеет Выше было высказано предположение, что это внутреннее осознание является проприоцепцией мозг мозгом. Но какая история возможна в случае осведомленность о quale? У Чалмерса мог быть какой-то ответ на этот вопрос. посредством его принципа согласованности, согласно которому причинное неврологическая история параллельна истории последовательности квалиа. это Однако не ясно, что это заставит нас узнать о квалиа. В квалиа, кажется, не нужны в физиологической истории о том, как антилопа избегает тигра.

Люди часто думают, что даже если бы робот мог сканировать процессы восприятия это не означало бы, что робот был в сознании. Это обращается к нашей интуиции, но, возможно, мы могли бы обратить вспять аргумент и скажите, что, потому что робот может осознавать свою осведомленность робот находится в сознании . Я дал повод не доверять интуиции, но в любом случае Чалмерс доходит до того, что он игрушки с идеей, что термостат имеет своего рода прото-квалиа. В спор между теоретиками идентичности (и физикалистами в целом) и Чалмерс сводится к нашему отношению к феноменологии.Конечно гулять в лесу, видя синева неба, зелень деревьев, красный цвет трассы, трудно поверить, что наши квалиа просто указывает в многомерном пространстве подобия. Но, возможно, что это то, что похоже на (если использовать фразу, которой можно не доверять) на осознавать точку в многомерном пространстве подобия. Один может также, как предположил Плейс, подвержены «феноменологическому заблуждение ». В конце своей книги Чалмерс высказывает некоторые предположения. об интерпретации квантовой механики.Если им это удастся, то возможно, мы могли бы представить теорию Чалмерса как интегрированную в физику а он в конце концов как физикалист. Однако можно сомневаться в том, что нам нужно спуститься на квантовый уровень, чтобы понять сознание или имеет ли сознание отношение к квантовой механике.

Психологическая собственность | Психология Вики

Оценка | Биопсихология | Сравнительный | Познавательная | Развивающий | Язык | Индивидуальные различия | Личность | Философия | Социальные |
Методы | Статистика | Клиническая | Образовательная | Промышленное | Профессиональные товары | Мировая психология |

Индекс философии: Эстетика · Эпистемология · Этика · Логика · Метафизика · Сознание · Философия языка · Философия разума · Философия науки · Социальная и политическая философия · Философия · Философы · Список списков


Философия разума
Статьи по теме
  • Биологический детерминизм
  • Биологизм
  • Bodymind
  • Исследования сознания
  • Причинность
  • Воплощенная философия
  • Вариант реализации изобретения
  • .
  • Проблема разума и тела
  • Теория разума
Дуализм
  • Субстанциальный дуализм
  • Дуализм собственности
  • Интеракционизм
  • Эмерджентный материализм
Монизм
  • Нейтральный монизм
  • Феноменализм
  • Эпифеноменализм
  • Теория идентичности
  • Материализм
  • Исключительный материализм
  • Функционализм
  • Физикализм
  • Поведенческий туризм
  • Биологический натурализм | —

Это окно: просмотреть • обсудить • изменить

Ментальное свойство или свойство разума является свойством разума.Психические свойства изучаются многими науками и паранауками. Можно только упомянуть: психологию, когнитивные науки, а в последнее время и системность.


Существует три основных научных подхода к изучению / моделированию разума (свойств).

  • Первичный — классический, он рассматривает разум как внутреннее свойство только человеческого мозга.
  • Вторая направлена ​​на инженерные исследования для разработки абстрактного / синтетического разума / мозга для роботов и компьютеров, который удовлетворяет запрошенным функциональным свойствам.
  • Третье — наиболее универсальное исследование, посвященное концепции обобщенного / универсального и синтетического разума как возможного или существующего свойства Вселенной. Такие исследования являются общей междисциплинарной областью интересов философии разума, искусственного интеллекта и различных системных и метасистемных подходов с сильным вкладом физиков и математиков.

Основная конкретная цель всех этих исследований — разработать такую ​​модель разума / интеллекта, которая могла бы быть реализована на компьютере и могла бы считаться достаточно «похожей на человека» или лучше (?).

Философия мышления с точки зрения перспективы [править | править источник]

Простой конкретный пример : Если кто-то уколол вас булавкой, вы, скорее всего, почувствуете боль. Этот случай ощущения боли является экземпляром свойства , являющегося (или) болью . Важно различать предикат «это боль», который является лингвистической сущностью, и свойство, обозначаемое предикатом. Это становится важным в философии разума, когда они смешиваются, особенно в отношении интертеоретического редукционизма и онтологического редукционизма.

  • Психические события
  • Философия разума
  • Qualia
На этой странице используется лицензионный контент из Википедии Creative Commons (просмотреть авторов).

Философия разума — по отраслям / доктринам

Введение | Дуализм | Монизм

Философия разума — ветвь философии, изучающая природу разума ( психических событий , психических функций , психических свойств и сознание ) и его связь с физическим телом .Он до некоторой степени пересекается с областями нейробиологии , компьютерных наук и психологии .

Внутри философии философия разума обычно считается частью метафизики и особенно изучается такими философскими школами, как аналитическая философия, феноменология и экзистенциализм, хотя философы обсуждали ее с до самых ранних времен . Это может потенциально повлиять на философские вопросы, такие как природа смерти , природа свободы воли , природа того, чем является человек (и его или ее личность и личность ), и природа эмоции , восприятие и память .

Центральным вопросом философии разума является проблема разума и тела (отношения разума к телу), и задача состоит в том, чтобы объяснить, как предположительно нематериальный разум может влиять на материальное тело и наоборот. Две основные школы мысли, которые пытаются решить эту проблему, — это дуализм и монизм (см. Разделы ниже), с плюрализмом как точкой зрения небольшого меньшинства.

Однако есть такие (особенно Людвиг Витгенштейн и его последователи), которые отвергают эту проблему как иллюзорную проблему, которая возникла исключительно потому, что ментальный и биологический словарь несовместимы, и такие иллюзорные проблемы возникают, если кто-то пытается описать одну. в терминах словарного запаса другого, или если мысленный словарь используется в неправильных контекстах .

Дуализм — это позиция, согласно которой разум и тело в некотором категориальном смысле отделены друг от друга , и что ментальные явления в некоторых отношениях нефизические по своей природе. Ее можно проследить до Платона, Аристотеля и школ Санкхья и Йоги философии индуизма , но наиболее точно она была сформулирована Реном Декартом в 17 веке. Декарт был первым, кто четко отождествил разум , с сознанием , и самосознание , , и отличил его от мозга , который был физическим вместилищем интеллекта .

Дуализм апеллирует к интуиции здравого смысла подавляющего большинства людей, не имеющих философской подготовки, а ментальное и физическое кажется большинству людей обладающими различными и, возможно, несовместимыми свойствами. Психические события имеют определенное субъективное качество (известное как qualia или «то, как вещи нам кажутся»), тогда как физические события — нет.

Существует три основных дуалистических школ :

  • Субстанциальный дуализм (или декартовский дуализм ) утверждает, что разум — это независимо существующая субстанция — ментальное не имеет протяженности в пространстве, а материальное не может мыслить.Это тот тип дуализма, который наиболее широко защищал Декарт, и он совместим с большинством теологий , которые утверждают, что бессмертные души занимают независимую «сферу» существования, отличную от мира физического.
    Существует три основных типа субстанциального дуализма:
    • Интеракционизм , который допускает, что ментальные причины (такие как убеждения и желания) могут производить материальные эффекты, и наоборот. Декарт считал, что это взаимодействие физически происходит в шишковидной железе.
    • Оккасионализм утверждает, что материальная основа взаимодействия между материальным и нематериальным невозможна , и что взаимодействия действительно были вызваны вмешательством Бога в каждом отдельном случае. Николас Мальбранш был главным сторонником этой точки зрения.
    • Параллелизм (или Психофизический параллелизм ) утверждает, что ментальные причины имеют только ментальные эффекты, а физические причины имеют только физические эффекты, но что Бог создал заранее установленную гармонию , так что она кажется как если бы она была физической. и ментальные события (которые на самом деле являются монадой , полностью независимыми друг от друга) вызывают и вызываются друг другом.Эту необычную точку зрения наиболее активно пропагандировал Готфрид Лейбниц.
  • Дуализм свойств утверждает, что разум — это группа из независимых свойств , которые возникают из мозга, но что это не отдельная субстанция . Таким образом, когда материя организована соответствующим образом (то есть так, как организованы живые человеческие тела), проявляются ментальные свойства.
    • Эпифеноменализм , который утверждает, что ментальные события причинно инертны (т.е. не имеют физических последствий ). Физические события могут вызывать другие физические события, а физические события могут вызывать психические события, но психические события не могут быть причиной чего-либо, поскольку они являются всего лишь причинно инертными побочными продуктами физических событий, которые происходят в мозгу (т.е. Физический мир. Эта доктрина была впервые сформулирована Томасом Генри Хаксли в 19 веке, хотя и основывалась на гораздо более ранних теориях материализма Томаса Гоббса.
  • Дуализм предикатов утверждает, что для осмысления мира требуется более одного предиката (как мы описываем субъект предложения) и что психологический опыт , который мы переживаем, не может быть переописан в терминах (или сводится к) физическим предикатам естественных языков.

Монизм — это позиция, согласно которой разум и тело не являются онтологически отдельными видами сущностей. Впервые эту точку зрения отстаивал в западной философии Парменид в V веке до нашей эры.C., и его вариации были и позже поддержаны Барухом Спинозой в 17 веке и Джорджем Беркли в 18 веке.

Существует три основных Монистических школ :

  • Физикализм (также известный как Материалистический монизм ) утверждает, что разум — это чисто физическая конструкция (единственная существующая субстанция — физическая ), и в конечном итоге будет полностью объяснена физической теорией, поскольку она продолжает развиваться. .Благодаря огромным успехам науки (особенно в атомной теории, эволюции, нейробиологии и компьютерных технологиях) в 20-м веке, физикализм различных типов стал доминирующей доктриной .
    Существует два основных типа:
    • Редуктивный физикализм , который утверждает, что все психические состояния и свойства в конечном итоге будут объяснены научными отчетами о физиологических процессах и состояниях , был самой популярной формой в 20 веке.Выделяют четыре основных типа:
      • Бихевиоризм , согласно которому психические состояния являются просто описанием наблюдаемого поведения .
      • Теория идентичности типов , согласно которой различные виды психических состояний идентичны определенным видам или типам физических состояний мозга .
      • Теория идентичности токенов , которая утверждает, что конкретные экземпляры психических состояний идентичны частным экземплярам физических состояний мозга .
      • Функционализм , который утверждает, что ментальные состояния (убеждения, желания, страдания и т. Д.) Конституируются исключительно их функциональной ролью и могут быть охарактеризованы с помощью нементальных функциональных свойств .
    • Нередуктивный физикализм , который утверждает, что, хотя мозг — это все, что нужно для разума, предикаты и словарь, используемые в ментальных описаниях и объяснениях , не могут быть сведены к языку и объяснениям более низкого уровня физика .Таким образом, ментальные состояния супервентны (зависят) от физических состояний, и не может быть никаких изменений в ментальном без некоторых изменений в физическом, но они не сводятся к ним .
      Существует три основных типа:
      • Аномальный монизм , в котором говорится, что психические события идентичны физическим событиям, но что психические события аномальны , т.е. эти психические события не регулируются строгими физическими законами .
      • Эмерджентизм , который включает в себя многослойный взгляд на природу, со слоями, упорядоченными в терминах возрастающей сложности , каждый из которых соответствует своей собственной специальной науке .
      • Элиминативизм (или Элиминативный материализм ), который утверждает, что здравое понимание человеческого разума ( «народная психология» ) безнадежно, ошибочно, и в конечном итоге будет заменено ( исключено, ) альтернативой. , обычно принимается нейробиология .
  • Идеализм (или Ментализм или Имматериализм ) утверждает, что разум — это все, что существует (единственная существующая субстанция — ментальный ), и что внешний мир является либо самим ментальным, либо иллюзией , созданной разумом. .Таким образом, согласно идеализму, проблема взаимодействия ума и тела вовсе не проблема. Чистая форма идеализма была поддержана епископом Джорджем Беркли, а вариации были сформулированы различными членами школы немецкого идеализма, включая Канта, Фихте, Шеллинга и Гегеля.
  • Нейтральный монизм утверждает, что существование состоит из одного вида первичной субстанции (отсюда монизм), который сам по себе не является ни ментальным, ни физическим , но способен к ментальным и физическим аспектам или атрибутам (это иногда описывается как теория двойного аспекта ().Таким образом, существует некоторая другая, нейтральная субстанция, (по-разному обозначаемая как Вещество, Природа или Бог), и что и материя, и разум являются свойствами этой другой неизвестной субстанции. Такую позицию занимали Барух Спиноза, а также Бертран Рассел какое-то время.


философия разума | Проблемы, теории и факты

Философия разума и эмпирическая психология

Философия часто занимается самыми общими вопросами о природе вещей: какова природа красоты? Что значит иметь подлинное знание? Что делает действие добродетельным или утверждение истинным? Такие вопросы можно задавать в отношении многих конкретных областей, в результате чего существуют целые области, посвященные философии искусства (эстетика), философии науки, этике, эпистемологии (теории познания) и метафизика (изучение предельных категорий мира).Философия разума специально занимается довольно общими вопросами о природе ментальных феноменов: какова, например, природа мысли, чувства, восприятия, сознания и чувственного опыта?

Эти философские вопросы о природе явления следует отличать от вопросов с похожим звучанием, которые, как правило, вызывают озабоченность более чисто эмпирических исследований, таких как экспериментальная психология, которые в решающей степени зависят от результатов сенсорного наблюдения.Эмпирические психологи в целом озабочены обнаружением случайных фактов о реальных людях и животных — вещей, которые оказываются правдой, хотя могли оказаться ложными. Например, они могут обнаружить, что определенное химическое вещество выделяется тогда и только тогда, когда люди напуганы, или что определенная область мозга активируется тогда и только тогда, когда люди испытывают боль или думают о своих отцах. Но философ хочет знать, важно ли высвобождение этого химического вещества или активация мозга в этой области для страха, боли или мыслей об отце: будут ли существа, лишенные этого конкретного химического или черепного строения, неспособны к этим переживаниям? Может ли что-то иметь такие переживания и вообще состоять из «материи» — как в случае с призраками, как многие люди представляют? Задавая эти вопросы, философы имеют в виду не только (возможно) отдаленные возможности призраков, богов или внеземных существ (чье физическое строение предположительно будет сильно отличаться от человеческого), но также и особенно возможность, которая, кажется, когда-либо вырисовывается. больше в современной жизни — возможности компьютеров, способных мыслить.Может ли у компьютера быть разум? Что нужно сделать, чтобы создать компьютер, который мог бы обладать определенной мыслью, эмоцией или опытом?

Возможно, компьютер мог бы иметь разум, только если бы он состоял из тех же типов нейронов и химических веществ, из которых состоит человеческий мозг. Но это предположение может показаться грубым шовинистическим, скорее как утверждение, что у человека могут быть психические состояния только в том случае, если его глаза имеют определенный цвет. С другой стороны, конечно, не любое вычислительное устройство имеет разум.Независимо от того, будут ли в ближайшем будущем созданы машины, которые приблизятся к тому, чтобы стать серьезными кандидатами на наличие ментальных состояний, сосредоточение внимания на этой все более серьезной возможности — хороший способ начать понимать виды вопросов, рассматриваемых в философии разума.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Хотя философские вопросы имеют тенденцию сосредотачиваться на том, что возможно, или необходимо, или существенно, в отличие от того, что просто есть, это не означает, что то, что есть — i.е., случайные открытия эмпирической науки — не имеют важного отношения к философским размышлениям о разуме или любой другой теме. Действительно, многие философы считают, что медицинские исследования могут раскрыть сущность или «природу» многих болезней (например, полиомиелит предполагает активное присутствие определенного вируса) или что химия может раскрыть природу многих веществ (например, вода H 2 O). Однако, в отличие от случаев заболеваний и психоактивных веществ, на вопросы о природе мышления, похоже, нельзя ответить только с помощью эмпирических исследований.Во всяком случае, ни один эмпирический исследователь не смог ответить на них, удовлетворив достаточное количество людей. Таким образом, вопросы относятся, по крайней мере, частично, к философии.

Одна из причин, по которой на эти вопросы было так сложно ответить, заключается в том, что существует существенная неясность, как в общепринятом понимании, так и в теоретической психологии, в отношении того, насколько объективными могут быть приняты психические феномены. Сенсации, например, кажутся по существу частными и субъективными, не открытыми для публичного, объективного исследования, необходимого для предмета серьезной науки.В конце концов, как можно было бы узнать, каковы на самом деле чьи-то личные мысли и чувства? Кажется, что каждый человек находится в особом «привилегированном положении» по отношению к своим мыслям и чувствам, положение, которое никто другой никогда не мог бы занять.

Для многих эта субъективность связана с вопросами значения и значения, а также со стилем объяснения и понимания человеческой жизни и действий, который необходим и, что важно, отличается от видов объяснения и понимания, характерных для природные науки.Чтобы объяснить движение приливов, например, физик может обратиться к простым обобщениям о корреляции между приливным движением и близостью Луны к Земле. Или, более глубоко, он мог бы апеллировать к общим законам, например к законам всемирного тяготения. Но для того, чтобы объяснить, почему кто-то пишет роман, недостаточно просто отметить, что его письмо коррелирует с другими событиями в его физическом окружении (например, он обычно начинает писать на восходе солнца) или даже что оно коррелирует с определенными событиями. нейрохимические состояния в его мозгу.Также нет никакого физического «закона» о писательском поведении, к которому могло бы апеллировать предположительно научное объяснение его письма. Скорее, нужно понимать причины, по которым человек пишет, что для него значит письмо или какую роль оно играет в его жизни. Многие люди думали, что такого рода понимание может быть достигнуто только через сопереживание человеку — «поставив себя на его место»; другие думали, что для этого необходимо судить человека в соответствии с определенными нормами рациональности, которые не являются частью естествознания.Немецкий социолог Макс Вебер (1864–1920) и другие подчеркивали первую концепцию, отделяя эмпатическое понимание ( Verstehen ), которое они считали типичным для гуманитарных и социальных наук, от вида научного объяснения ( Erklären ). что обеспечивается естественными науками. Вторая концепция становится все более влиятельной в большей части современной аналитической философии — например, в работах американских философов Дональда Дэвидсона (1917–2003) и Дэниела Деннета.

философия разума | Проблемы, теории и факты

Философия разума и эмпирическая психология

Философия часто занимается самыми общими вопросами о природе вещей: какова природа красоты? Что значит иметь подлинное знание? Что делает действие добродетельным или утверждение истинным? Такие вопросы можно задавать в отношении многих конкретных областей, в результате чего существуют целые области, посвященные философии искусства (эстетика), философии науки, этике, эпистемологии (теории познания) и метафизика (изучение предельных категорий мира).Философия разума специально занимается довольно общими вопросами о природе ментальных феноменов: какова, например, природа мысли, чувства, восприятия, сознания и чувственного опыта?

Эти философские вопросы о природе явления следует отличать от вопросов с похожим звучанием, которые, как правило, вызывают озабоченность более чисто эмпирических исследований, таких как экспериментальная психология, которые в решающей степени зависят от результатов сенсорного наблюдения.Эмпирические психологи в целом озабочены обнаружением случайных фактов о реальных людях и животных — вещей, которые оказываются правдой, хотя могли оказаться ложными. Например, они могут обнаружить, что определенное химическое вещество выделяется тогда и только тогда, когда люди напуганы, или что определенная область мозга активируется тогда и только тогда, когда люди испытывают боль или думают о своих отцах. Но философ хочет знать, важно ли высвобождение этого химического вещества или активация мозга в этой области для страха, боли или мыслей об отце: будут ли существа, лишенные этого конкретного химического или черепного строения, неспособны к этим переживаниям? Может ли что-то иметь такие переживания и вообще состоять из «материи» — как в случае с призраками, как многие люди представляют? Задавая эти вопросы, философы имеют в виду не только (возможно) отдаленные возможности призраков, богов или внеземных существ (чье физическое строение предположительно будет сильно отличаться от человеческого), но также и особенно возможность, которая, кажется, когда-либо вырисовывается. больше в современной жизни — возможности компьютеров, способных мыслить.Может ли у компьютера быть разум? Что нужно сделать, чтобы создать компьютер, который мог бы обладать определенной мыслью, эмоцией или опытом?

Возможно, компьютер мог бы иметь разум, только если бы он состоял из тех же типов нейронов и химических веществ, из которых состоит человеческий мозг. Но это предположение может показаться грубым шовинистическим, скорее как утверждение, что у человека могут быть психические состояния только в том случае, если его глаза имеют определенный цвет. С другой стороны, конечно, не любое вычислительное устройство имеет разум.Независимо от того, будут ли в ближайшем будущем созданы машины, которые приблизятся к тому, чтобы стать серьезными кандидатами на наличие ментальных состояний, сосредоточение внимания на этой все более серьезной возможности — хороший способ начать понимать виды вопросов, рассматриваемых в философии разума.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Хотя философские вопросы имеют тенденцию сосредотачиваться на том, что возможно, или необходимо, или существенно, в отличие от того, что просто есть, это не означает, что то, что есть — i.е., случайные открытия эмпирической науки — не имеют важного отношения к философским размышлениям о разуме или любой другой теме. Действительно, многие философы считают, что медицинские исследования могут раскрыть сущность или «природу» многих болезней (например, полиомиелит предполагает активное присутствие определенного вируса) или что химия может раскрыть природу многих веществ (например, вода H 2 O). Однако, в отличие от случаев заболеваний и психоактивных веществ, на вопросы о природе мышления, похоже, нельзя ответить только с помощью эмпирических исследований.Во всяком случае, ни один эмпирический исследователь не смог ответить на них, удовлетворив достаточное количество людей. Таким образом, вопросы относятся, по крайней мере, частично, к философии.

Одна из причин, по которой на эти вопросы было так сложно ответить, заключается в том, что существует существенная неясность, как в общепринятом понимании, так и в теоретической психологии, в отношении того, насколько объективными могут быть приняты психические феномены. Сенсации, например, кажутся по существу частными и субъективными, не открытыми для публичного, объективного исследования, необходимого для предмета серьезной науки.В конце концов, как можно было бы узнать, каковы на самом деле чьи-то личные мысли и чувства? Кажется, что каждый человек находится в особом «привилегированном положении» по отношению к своим мыслям и чувствам, положение, которое никто другой никогда не мог бы занять.

Для многих эта субъективность связана с вопросами значения и значения, а также со стилем объяснения и понимания человеческой жизни и действий, который необходим и, что важно, отличается от видов объяснения и понимания, характерных для природные науки.Чтобы объяснить движение приливов, например, физик может обратиться к простым обобщениям о корреляции между приливным движением и близостью Луны к Земле. Или, более глубоко, он мог бы апеллировать к общим законам, например к законам всемирного тяготения. Но для того, чтобы объяснить, почему кто-то пишет роман, недостаточно просто отметить, что его письмо коррелирует с другими событиями в его физическом окружении (например, он обычно начинает писать на восходе солнца) или даже что оно коррелирует с определенными событиями. нейрохимические состояния в его мозгу.Также нет никакого физического «закона» о писательском поведении, к которому могло бы апеллировать предположительно научное объяснение его письма. Скорее, нужно понимать причины, по которым человек пишет, что для него значит письмо или какую роль оно играет в его жизни. Многие люди думали, что такого рода понимание может быть достигнуто только через сопереживание человеку — «поставив себя на его место»; другие думали, что для этого необходимо судить человека в соответствии с определенными нормами рациональности, которые не являются частью естествознания.Немецкий социолог Макс Вебер (1864–1920) и другие подчеркивали первую концепцию, отделяя эмпатическое понимание ( Verstehen ), которое они считали типичным для гуманитарных и социальных наук, от вида научного объяснения ( Erklären ). что обеспечивается естественными науками. Вторая концепция становится все более влиятельной в большей части современной аналитической философии — например, в работах американских философов Дональда Дэвидсона (1917–2003) и Дэниела Деннета.

Дуализм свойств — Введение в философию: философия разума

Введение

Первое, что обычно приходит на ум при мысли о дуализме, — это субстанциальный дуализм Рене Декарта (1596–1650). Однако есть еще одна форма дуализма, довольно популярная в настоящее время, которая называется дуализмом свойств, позиция, которая иногда ассоциируется с нередуктивным физикализмом.

Декартов дуализм постулирует две субстанции или фундаментальные виды вещей: материальную субстанцию ​​и нематериальную мыслящую субстанцию.Это два совершенно разных типа сущностей, хотя они взаимодействуют друг с другом. С другой стороны, согласно дуализму свойств, в мире существует один фундаментальный вид вещей — материальная субстанция, но у него есть два существенно разных типа свойств: физические свойства и ментальные свойства. Так, например, дуалист свойств может утверждать, что материальная вещь, такая как мозг, может обладать как физическими свойствами (такими как вес и масса), так и ментальными свойствами (такими как наличие определенного убеждения или ощущения стреляющей боли), и что эти два вида свойства совершенно разные по своему характеру.Некоторые философы придерживаются дуализма свойств в отношении всех ментальных свойств, в то время как другие защищают его только в отношении сознательных или «феноменальных» свойств, таких как чувство боли или вкус вина. Эти последние свойства порождают так называемую сложную проблему сознания: как мы можем объяснить существование сознания в материальном мире?

Хотя обе эти точки зрения дуалистичны, они фундаментально различаются. Дуализм свойств был предложен как позиция, имеющая ряд преимуществ перед дуализмом субстанции.Одно из преимуществ состоит в том, что, поскольку он не постулирует нематериальную ментальную субстанцию, он считается более научным, чем картезианский дуализм, и менее религиозно мотивированным. Второе преимущество состоит в том, что он, кажется, избегает проблемы ментальной причинности, потому что постулирует только один вид субстанции; нет связи между двумя разными вещами. И третье преимущество состоит в том, что, поддерживая существование отчетливо ментальных свойств, он оправдывает нашу интуицию о реальности разума и его отличии от физического мира.Но чтобы все это понять, нужно сделать шаг назад.

Вещества и свойства

Понятие вещества имеет долгую историю, восходящую к древнегреческой метафизике, в первую очередь к Аристотелю, и с тех пор его понимали по-разному. Для настоящих целей мы можем сказать, что субстанцию ​​можно понимать как единый фундаментальный вид сущности, например. человек или животное — это может быть носителем собственности. На самом деле этимология латинского слова субстанция — это то, что находится ниже, то, что существует под чем-то еще.Так, например, зебра может быть веществом, у которого есть свойства, такие как определенный цвет или определенное количество полос. Но зебра не зависит от своих свойств; он будет продолжать существовать, даже если свойства изменятся (и, согласно некоторым взглядам, даже если они вообще перестанут существовать).

Согласно картезианскому дуализму существует два вида субстанций: материальная субстанция, которая простирается в пространстве и делится, и ментальные субстанции, характеристикой которых является мысль.Итак, каждый человек состоит из этих двух субстанций — материи и разума, — которые совершенно разные по своему характеру и могут существовать независимо друг от друга. Если говорить о разуме в терминах субстанций, возникает ряд проблем (см. Главу 1). Чтобы избежать этих проблем, дуализм свойств утверждает, что ментальность следует понимать в терминах свойств, а не субстанций: вместо того, чтобы говорить, что есть определенные виды вещей, которые являются умами, мы говорим, что иметь разум означает обладать определенными свойствами.Свойства — это характеристики вещей; свойства приписываются веществам и обладают ими. Итак, согласно дуализму свойств, существуют различные виды свойств, которые относятся к единственному виду субстанции, материальной субстанции: есть физические свойства, такие как наличие определенного цвета или формы, и есть ментальные свойства, такие как наличие определенных убеждений, желаний и восприятий.

Дуализм свойств противопоставляется дуализму субстанции, поскольку он постулирует только один вид субстанции, но он также противопоставляется онтологическим монистическим воззрениям, таким как материализм или идеализм, согласно которым все существующее (включая свойства) является одним видом.Обычно дуализм свойств выдвигается как альтернатива редуктивному физикализму (теории тождества типов) — точке зрения, согласно которой все свойства в мире могут, по крайней мере в принципе, быть сведены к физическим свойствам или отождествлены с ними (глава 2).

Аргумент множественной реализации Хилари Патнэм (1926-2016) — основная причина, по которой некоторые философы отвергают редуктивный физикализм, и аргумент в пользу дуализма свойств. Хотя этот аргумент изначально использовался в качестве аргумента в пользу функционализма, поскольку он ставит под сомнение тождество ментальных состояний с физическими состояниями, он был подхвачен нередуктивными физикалистами и дуалистами свойств.Таким образом, согласно аргументу множественной реализации, невозможно отождествлять определенный тип психического состояния, например боль, с определенным типом физического состояния, поскольку психические состояния могут быть реализованы («реализованы») в существах (или даже в небиологических системах. ), которые имеют совершенно иное физическое состояние, чем мы. Например, осьминог или инопланетянин могут очень хорошо чувствовать боль, но боль может быть реализована в их мозгу иначе, чем в нашем. Таким образом, кажется, что ментальные состояния могут быть «многократно реализованы».Это несовместимо с идеей о том, что боль строго тождественна одному физическому свойству, как, кажется, утверждает теория тождества. Если это верно и нет возможности свести типы ментальных состояний к типам физических состояний, тогда ментальные свойства и физические свойства различны, что означает, что в мире есть два разных типа свойств и, следовательно, свойство дуализм верен.

Помимо аргумента множественной реализации, вероятно, наиболее известным аргументом в пользу дуализма свойств является аргумент знания, выдвинутый Фрэнком Джексоном (1982).Этот аргумент связан с воображаемым примером Мэри, блестящего нейробиолога, которая выросла в черно-белой комнате. Она знает все, что нужно знать о физических фактах о зрении, но она никогда не видела красного (или любого другого цвета в этом отношении). Однажды Мэри выходит из черно-белой комнаты и видит красный помидор. Джексон утверждает, что Мэри узнает что-то новое, увидев красный помидор — она ​​узнает, как выглядит красный. Следовательно, необходимо узнать о мире больше, чем просто физические факты, и в мире есть больше свойств, чем просто физические свойства.

Виды дуализма свойств

Дуализм свойств можно разделить на два вида. Первый вид дуализма свойств говорит о том, что есть два вида свойств: ментальные и физические, но ментальные свойства зависят от физических свойств. Эта зависимость обычно описывается в терминах отношения супервентности. Основная идея супервентности состоит в том, что свойство A супервентно на другое свойство B, если не может быть различия в A без различия в B (хотя могут быть различия в B без изменения в A, что позволяет множественная реализуемость ментальных свойств).Так, например, если эстетические свойства произведения искусства превалируют над его физическими свойствами, не может быть изменений в его эстетических свойствах, если не произойдет изменения в его физических свойствах. Или, если я чувствую себя хорошо сейчас, но через пять минут у меня болит голова, значит, в эти два момента в моем мозгу должна быть физическая разница. Другой способ выразить идею о том, что ментальные свойства зависят от физических свойств, — это сказать, что если вы дублируете все физические свойства мира, вы автоматически дублируете и ментальные свойства — они придут «бесплатно».

Этот вид взглядов иногда называют нередуктивным физикализмом и часто считают формой дуализма свойств, поскольку он утверждает, что существует два вида свойств. Джэгвон Ким — выдающийся сторонник несводимости феноменальных свойств (хотя он сопротивляется термину «дуализм свойств» и предпочитает называть свою позицию «чем-то достаточно близким» физикализмом [2005]). Ким считает, что намеренные свойства, такие как вера или надежда на то, что что-то произойдет, могут быть функционально сведены к физическим свойствам.Однако это не так для феноменальных свойств (например, ощущения определенного вкуса или ощущения определенного вида остаточного изображения), которые влияют на физические свойства, но не могут быть сведены, функционально или иным образом, к физическим свойствам.

Согласно Киму, существует разница между интенциональными и феноменальными свойствами: феноменальные (качественные) ментальные состояния не могут быть определены функционально, как интенциональные состояния могут (или могут в принципе), и, следовательно, также не могут быть уменьшены.Вкратце, причина в том, что, хотя феноменальные состояния могут быть связаны с каузальными задачами, эти описания не определяют и не составляют боль. То есть, однако, боль может быть связана с состоянием, вызванным повреждением тканей, которое вызывает уверенность в том, что с телом что-то не так и приводит к поведению избегания боли, но это не то, что такое боль. Боль — это ощущение боли, это субъективное чувство. Напротив, интенциональные состояния, такие как убеждения и намерения, привязаны к наблюдаемому поведению, и эта особенность делает их поддающимися функциональному анализу.Например, если популяция существ взаимодействует с окружающей средой таким же образом, как и мы (если эти существа взаимодействуют друг с другом так же, как и мы, производят аналогичные высказывания и т. Д.), То мы, естественно, приписываем этим существам убеждения, желания, и другие интенциональные состояния именно потому, что интенциональные свойства являются функциональными.

Второй вид дуализма свойств, который является дуализмом в более требовательном смысле, утверждает, что есть два вида свойств, физические и ментальные, и что ментальные свойства являются чем-то сверх физических свойств.Это, в свою очередь, можно понять по крайней мере двумя способами. Во-первых, быть «сверх и выше» может означать, что ментальные свойства обладают независимыми причинными силами и ответственны за эффекты в физическом мире. Это известно как «нисходящая причинно-следственная связь». В этом смысле дуалист такого рода должен верить, что, скажем, ментальное свойство желания выпить — это то, что на самом деле заставляет вас вставать и идти к холодильнику, в отличие от некоторых материальных свойств вашего мозга. быть причиной, как срабатывание определенных групп нейронов.Во-вторых, быть чем-то «сверх того» должно означать отрицание супервентности. Другими словами, чтобы ментальные свойства были действительно независимыми от физических свойств, они должны иметь возможность изменяться независимо от их физических основ. Таким образом, дуалист свойств, отрицающий супервентность, был бы убежден в том, что два человека могут находиться в разных ментальных состояниях, например, один может испытывать боль, а другой — нет, при одинаковых состояниях мозга.

Эмерджентизм представляет собой дуалистический взгляд на свойства в этом более требовательном смысле.Впервые эмерджентизм появился как систематическая теория во второй половине девятнадцатого века и в начале двадцатого века в работах так называемых «британских эмерджентистов» Дж. С. Милла (1806–1873), Сэмюэля Александера (1859–1938). , К. Ллойд Морган (1852–1936) и компакт-диск Броуд (1887–1971). С тех пор его защищали (и противостояли) многие философы и ученые, некоторые из которых понимают его по-разному. Тем не менее, мы можем резюмировать эту позицию, сказав, что согласно эмерджентизму, когда система достигает определенного уровня сложности, появляются совершенно новые свойства, которые являются новыми, несводимыми и чем-то «сверх» нижнего уровня, из которого они возникли ( Винтиадис 2013).Например, когда мозг или нервная система становятся достаточно сложными, в дополнение к физическим свойствам из них возникают новые психические свойства, такие как ощущения, мысли и желания. Итак, согласно эмерджентизму, все, что существует, состоит из материи, но материя может иметь различные виды свойств, ментальных и физических, которые действительно различны в одном или обоих чувствах, описанных выше: то есть либо в том смысле, что ментальные свойства имеют новые причинные силы, которые нельзя найти в физических свойствах, лежащих в их основе, или в том смысле, что ментальные свойства не влияют на физические свойства.

Некоторые философы выступали за своего рода требовательный дуализм свойств, который отрицает супервентность, апеллируя к представимости философских зомби — аргумент, наиболее известный из разработок Дэвида Чалмерса. Философские зомби — это существа, которые в поведении и физически похожи на нас, но не имеют «внутреннего» опыта. Если такие существа не только возможны, но и возможны (как утверждает Чалмерс), то кажется, что могут быть психические различия без физических различий (1996).Если этот аргумент верен, тогда феноменальные свойства не могут быть объяснены в терминах физических свойств, и они действительно отличаются от физических свойств.

Возражения против дуализма свойств

Основной проблемой субстанциального дуализма был вопрос ментальной причинности. Принимая во внимание точку зрения, что ментальная и материальная субстанции представляют собой два отдельных вида субстанций, возникает проблема их взаимодействия — проблема, поставленная принцессой Богемии Елизаветой (1618-1680) в ее переписке с Декартом.Как два разных типа вещей могут влиять друг на друга? Из того, что мы знаем из науки, кажется, что физические эффекты имеют физические причины. Если это действительно так, то как я могу думать о своей бабушке и плакать, или, желая выпить бокал вина, подойти к холодильнику, чтобы налить себе его? Как взаимодействуют между ментальным и физическим? Общее мнение о том, что субстанциальный дуализм не может дать удовлетворительного ответа на эту проблему, в конечном итоге привело многих философов к отказу от картезианского дуализма.

В попытке сохранить ментальное, сохранив при этом точку опоры в физическом, был введен дуализм свойств. Однако двойное требование отличия физических свойств от ментальных и зависимости ментальных свойств от физических свойств оказывается также источником проблем для дуализма свойств.

Это можно увидеть в проблеме исключения причин, анализируемой ниже. Эта проблема возникает из-за дуализма свойств и была выдвинута рядом философов на протяжении многих лет, в первую очередь самим Кимом, который на основе этой проблемы приходит к выводу, что феноменальные свойства, которые являются нередуцируемыми ментальными, также являются просто эпифеноменальными, т. отсутствие причинного воздействия на физические события (2005 г.).

Согласно супервентности разума и тела, каждый раз, когда возникает ментальное свойство M, оно супервентно на физическом свойстве P.

Теперь предположим, что M, кажется, вызывает другое ментальное свойство M¹,

, возникает вопрос, является ли причина M¹ действительно является M или является ли это нижележащим основанием M¹ P¹ (поскольку согласно супервентности M¹ инстанцируется физическим свойством P¹).

Здесь нам нужно ввести два принципа, которых придерживаются физикалисты. Во-первых, принцип причинной замкнутости, согласно которому физический мир причинно закрыт.Это означает, что каждое физическое воздействие имеет достаточную физическую причину, которая его вызывает. Обратите внимание, что это само по себе не исключает нефизических причин, поскольку такие причины также могут быть частью причинной истории следствия. Что действительно исключает такие нефизические причины, так это второй принцип, отрицающий сверхдетерминацию событий. Согласно этому принципу, у следствия не может быть более одной полностью достаточной причины (она не может быть переопределена), и поэтому это, наряду с причинным замыканием, приводит к выводу, что, когда вы отслеживаете причины следствия, все есть физические причины.

Возвращаясь к нашему примеру, учитывая отрицание причинной сверхдетерминации, либо M, либо P¹ являются причиной M¹ — это не может быть обеими одновременно — и поэтому, учитывая отношение супервентности, кажется, что M¹ возникает из-за наличия P. Следовательно, кажется, что M на самом деле вызывает M¹, вызывая нижележащую P¹ (а также причинность от ментального к ментальному или того же уровня предполагает причинность от ментальной к физической или нисходящей).

Однако, учитывая принцип причинного замыкания, P¹ должен иметь достаточную физическую причину P.

Но снова учитывая исключение, P¹ не может иметь двух достаточных причин, M и P, и поэтому P является реальной причиной P¹, потому что, если бы M было реальной причиной, причинное замыкание снова было бы нарушено.

Итак, проблема каузального исключения состоит в том, что, учитывая супервентность, причинную закрытость и отрицание сверхдетерминации, неясно, как ментальные свойства могут быть причинно эффективными; ментальные свойства в лучшем случае кажутся эпифеноменальными. И хотя эпифеноменализм совместим с дуализмом свойств (поскольку дуализм свойств утверждает, что в мире есть два вида свойств, а эпифеноменализм утверждает, что некоторые ментальные свойства являются причинно инертными побочными продуктами физических свойств, таким образом признавая существование двух свойств), его согласованность достигается за счет нашей интуиции здравого смысла, согласно которой наши психические состояния влияют на наши физические состояния и наше поведение.Таким образом, кажется, что для его критиков в том, что касается ментальной причинности, дуализм свойств не намного лучше, чем дуализм субстанции.

В более общем плане вопрос о каузальной эффективности ментальных свойств вызывает те же возражения, которые были выдвинуты в отношении ментальной причинности в субстанциальном дуализме. Например, в обоих случаях психическое и физическое взаимодействие, по-видимому, нарушает принцип сохранения энергии, принцип, который считается фундаментальным для нашей физической науки.То есть закон сохранения был бы нарушен, если бы была возможна связь между ментальным и физическим, поскольку такое взаимодействие должно было бы вводить энергию в физический мир (при условии, что физический мир причинно замкнут).

В рамках данного обсуждения мы не будем углубляться в этот вопрос, но следует отметить, что это возражение не всеми принимается; Утверждалось, что принцип сохранения энергии не применяется повсеместно, например, цитируя примеры из общей теории относительности или квантовой гравитации.Точно так же были поставлены под сомнение как причинное замыкание физического, так и отрицание причинной сверхдетерминации. Тем не менее, несмотря на эти ответы, будет справедливо сказать, что вопрос о ментальной причинности по-прежнему остается одним из главных возражений против дуализма свойств.

Еще одно возражение, на этот раз против некоторых взглядов, которые считаются взглядами дуализма свойств, можно выдвинуть, спросив: «Каким образом дуализм свойств действительно дуализм?» В нашем различии между двумя видами дуализма свойств выше, есть ясный смысл, в котором позиции второго типа, такие как эмерджентизм или взгляды, отрицающие супервентность, являются позициями дуализма свойств.Поскольку для таких взглядов ментальные свойства являются «чем-то сверх» физических свойств; они отличны от них, неприводимы к ним и не полностью ими определены. Итак, здесь мы имеем дело с двумя действительно разными видами свойств и подлинными случаями дуализма свойств.

Однако не так ясно, что нередуктивный физикализм можно правильно назвать своего рода дуализмом свойств. Проблема в том, что если ментальные свойства не являются чем-то сверх физических свойств, тогда трудно рассматривать это как подлинную версию дуализма свойств.Мы можем увидеть это, если более внимательно вникнем в значение физикализма.

Физикализм — это точка зрения, согласно которой в основе лежит то, что описывается физикой. В этом смысле ментальные свойства — это нефизические свойства, поскольку их нельзя найти в физике. Но если нередуктивный физикализм утверждает, что существуют нефизические свойства, которые не сводятся к физическим свойствам, почему это следует рассматривать как случай физикализма? Ответ, данный нередуктивным физикалистом, состоит в том, что это происходит потому, что такие свойства основаны в физической сфере через отношение супервентности и что, хотя ментальные свойства могут не совпадать с физическими свойствами, они должны быть, по крайней мере, в принципе объясним с точки зрения физических свойств (Horgan 1993).В самом деле, нередуктивный физикализм иногда называют теорией лексической идентичности, потому что он утверждает, что лексемы (экземпляры) ментальных состояний могут быть идентифицированы с лексемами физических состояний, даже если типы ментальных состояний не идентичны типам физических состояний. (Аналогия: все проявления свойства быть красивыми являются физическими, все красивые объекты являются физическими объектами, но свойство быть красивым не является физическим свойством). Но теперь проблема в том, что, как утверждал Тим Крейн, если физикализм требует, чтобы нефизические свойства были объяснимы (даже в принципе) в физических терминах, то не очевидно, почему эта позиция является дуалистической по свойствам, поскольку для того, чтобы быть подлинным дуализм свойств, онтологии физики не должно быть достаточно для объяснения ментальных свойств (2001).Итак, согласно этому возражению, кажется, что простого отрицания тождества ментальных и физических свойств недостаточно для дуализма реальной собственности, а также, что дуалисты реальной собственности должны либо верить в нисходящую причинность, либо отрицать супервентность, либо и то, и другое.

Подводя итог вышеизложенному, мы можем сказать, что дуализм свойств — это позиция, которая пытается сохранить реальность ментальных свойств, а также дает им точку опоры в физическом мире. Необходимость в этом очевидна, учитывая неразрешимые трудности, связанные с субстанциальным дуализмом, с одной стороны, и проблемами, с которыми сталкивается теория тождества, с другой.Однако, несмотря на тот факт, что дуализм собственности в наши дни вновь набирает популярность, он открыт для серьезных возражений, которые, по мнению его критиков, не были должным образом рассмотрены и которые делают эту позицию проблематичной.

Ссылки

Чалмерс, Дэвид Дж. 1996. Сознательный разум: в поисках фундаментальной теории. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета.

Кран, Тим. 2001. Элементы разума . Оксфорд: Издательство Оксфордского университета.

Хорган, Теренс.1993. «От супервентности к сверхдостаточности: удовлетворение требований материального мира». Mind 102 (408): 555-586.

Джексон, Фрэнк. 1982. «Эпифеноменальная квалиа». Philosophical Quarterly 32: 127-36.

Ким, Джэгвон. 2005. Физикализм, или что-то почти достаточно.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *