Женская индивидуация: Женская индивидуация

Автор: | 01.08.1972

Содержание

Женская индивидуация

Женское начало веками подавлялось патриархальной культурой, в которой женщине отводилась подчиненная роль, а единственная доступная карьера была внутри семьи. В своей основе наше общество остается и по сей день патриархальным, даже если на словах мы стремимся быть (казаться?) более эгалитарными и демократичными. Все же патриархальные установки еще живы, и чем меньше человек их осознает и рефлексирует, тем сильнее они проявляются на деле. Помимо того, христианство также подавляло женское начало; Юнг много писал о том, какой раскол был нанесен в нашу психику из-за разделения на добро и зло, дух (как мужское начало) и плоть (женское). Все женское считалось дьявольским и низменным и репрессировалось – вспомнить тот же средневековый молот ведьм. Неудивительно, что в нашей культуре маскулинное все еще рассматривается как ведущее, а значит, еще остаются представления о женской роли как скорее подчиненной и внутрисемейной, что определяет и взгляды мужчин на женщин, да и женщин на самих себя.

Сегодня женщине уже сложно довольствоваться лишь ролью матери и жены и приходится примерять на себя ранее типично мужские профессиональные роли. Но и оставаться только в профессиональном качестве ей сложно, потому что социум по-прежнему ожидает от нее исполнения традиционных ролей. И специфика женского пути во многом обусловлена тем, что она уже не может пойти ни по проторенному пути женщины-матери, ни профессионала, и ей приходится прокладывать этот путь самой с самого начала, преодолевая как сопротивление общества, так и свое собственное. Ведь в нас самих с детства заложен определенный родительский сценарий, которому сегодня мы можем уже не хотеть следовать.

Первой задачей на пути личностного развития, как для мужчин, так и для женщин, является сепарация (отделение от матери). Это сложная задача для всех, потому как она заставляет выпасть из гнезда, повзрослеть и перестать рассчитывать на Другого в деле обустройства собственной жизни. Для женщин эта задача осложняется тем, что им нужно отделиться от образа родителя одного с ними пола, так что непонятно, от чего отталкиваться при построении собственной идентичности. И поэтому обычно отталкиваются от противного.

Анима и Анимус. Архетип Персона. Тень. Индивидуация

Анима

Анима – это бессознательная женская сторона личности мужчины.
Противоположным понятию «анима» является понятие «анимус» – мужская часть психики женщины. Эти термины были введены К. Юнгом (1875 – 1961) для обозначения архетипов.

Анима и анимус рассматриваются как комбинации архетипических образов, которые содержится в культуре и проявляются в мужском и женском началах.

Анима можно наблюдать в таких проявлениях мужского характера, как сверхчувствительность, утрата мужественности, переменчивость настроения, плаксивость и т.д.
Анима включает в себя принцип Эроса, так как проявление анимы в мужской психике фиксируется через его отношение к женщине.  

4 образа анима

Архетипическая анима проявляется в четырех образах, которые носят название женских имен: Ева, Елена, Мария, София. Эти образы мужчина проецирует на женщину. Чаще всего они проявляются в сновидениях.

Ева воплощена в образе Матери-Земли. Во сне Ева предстает как женщина — крестьянка, которая кормит детей, ухаживает за ними. Этот образ имеет положительные и отрицательные стороны. Положительная сторона олицетворяет начало, поддерживающее жизнь (питание, забота). Отрицательная сторона проявляется в ограничении, сдерживании развития (перекармливает).

Елена представляет собой сексуальный образ. В сновидениях предстает в виде фотомодели или актрисы из фильма. Положительный аспект образа – источник восхищения, отрицательный — манипулятор своей обаятельностью в ущерб другим.

Мария — воплощение девственности и духовной матери. Во сне появляется в образе учителя. Положительная сторона — образ независимой личности, отрицательная – личность, которой свойственна отстранённость и требовательность.

София — образ мудрости. В сновидениях предстает пожилой женщиной. Положительный аспект выражен в наличии ума и мудрости, отрицательный — в использовании своей мудрости в разрушительных целях.

Анима рассматривается как психический компонент, который находится ниже порога сознания, комплементарен Персоне и состоит с ней в компенсаторных взаимоотношениях.

Нужна помощь преподавателя?

Опиши задание — и наши эксперты тебе помогут!

Описать задание  

Архетип Персона

Архетип Персона обозначает часть психики, обращенную к социуму.
Персона представляет собой идеальную картину мужчины, на которую реагирует анима. Насколько мужчина играет сильную личность снаружи, настолько внутри он оказывается слабой женщиной. Так как внутренний мир скрываем от окружающих, а мужчина, чем меньше он способен признать свою слабость, тем больше отождествляется с персоной, то антипод персоны — анима остается незаметным и проявляется, например, в том, что мужчина ведет себя как «подкаблучник».  

Анима – это внутренняя установка, Персона – внешняя. Анима обычно содержит те черты, которых лишена Персона. Например, мужчина — тиран, который с внешней стороны – жестокий и недоступный, но внутренне реагирует на малейшую проблему, подвержен капризам. Анима такого мужчины воплощает в себе те общечеловеческие свойства болезненной впечатлительности и слабости, которых совершенно лишена его внешняя установка, его Персона. По утверждению К. Юнга, если персона интеллектуальна, то анима будет сентиментальна.

Анима претерпевает изменения на протяжении жизни мужчины.

Первая половина жизни характеризуется стремлением освободиться от чар материнской анимы. Молодые мужчины могут пережить полную утрату анимы без всякого ущерба. На этой стадии развития главное — быть мужчиной.

После середины жизни потеря анимы выражается в снижении подвижности и человеческой доброты, в результате чего чаще всего возникает сварливость, упрямство, неряшливость, безответственность, раздражительность, склонность к злоупотреблению алкоголем.

В позднем возрасте недостаток связи с анимой сопровождается депрессиями, диссоциациями, хроническими болезнями, трудностями в принятии решений.

Анимус

Анимус представляет собой бессознательную мужскую часть личности женщины и персонифицируется в принципе Логоса. Анимус проявляется в жестком и самоуверенном характере женщины, которая может постоять за себя и принять волевое решение.

Анимус – это психический компонент, который находится ниже порога сознания и действует из бессознательного.
Анимус, как и анима, рассматривается в качестве архетипического образа. 

К. Юнг выделил четыре стадии в развитии анимуса:

  • 1 стадия — возникновение в сновидениях или фантазиях женщины мускулистого человека с физической силой — атлета.
  • 2 стадия — анимус предоставляет женщине инициативу и способность к планируемому действию. Он стоит за желанием независимости и стремлением сделать собственную карьеру.
  • 3 стадия — анимус предстает «словом», персонифицируемым в сновидениях и образах профессора или священника.
  • 4 стадия – анимус является воплощением здравого смысла. 

Тень 

Тень  — бессознательный аспект психологической структуры личности, ее отрицательная сторона, которая отвергается сознательным эго.

Тень — это те личностные качества, которые человек не хотел бы иметь в себе.

В психике каждого человека есть тень и, чем больше эта тень осознается, тем больше шансов исправить те негативные качества, которые человек имеет. Если теневая сторона изолирована от сознания, то имеется возможность ее проявления в неожиданный для человека момент. Именно из сильно увеличенной тени формируются неврозы.

Индивидуация

Индивидуация — процесс, который участвует в производстве психологической индивидуальности и становлении личности. Юнг считал, что индивидуация является самосозиданием и самовоплощением. Он утверждал, что индивидуации и осознания своего Я – это разные процессы.

Юнг разделил понятия «индивидуализм» и «индивидуация», определив индивидуализм как подчеркивание мнимого своеобразия в противовес коллективным требованиям, а индивидуацию как результат ассимиляции в сознании личного и коллективного бессознательного.

Индивидуация – это процесс перехода бессознательного в сознательное через духовное развитие. В процессе индивидуации человек осознает свою психологическую уникальность, реализует свои задатки и способности.

Процесс индивидуации включает в себя четыре этапа:

На первом этапе процесса индивидуации происходит раскрытие Персоны. Человек рассматривает ее как полезный инструмент, а не как часть себя. Хотя Персона выполняет значимые защитные функции, она выступает  маской, которая скрывает самость и бессознательное. В итоге получения знаний об ограничениях и деформациях Персоны человек становится независим от культуры и общества.

На втором этапе человек знакомимся с Тенью, происходит борьба с ней. Человек может освободиться от воздействия тени в том объеме, в каком он понял реальность темной стороны.

На третьем этапе происходит столкновение с анимой или анимусом. Человек относится к этим архетипам как к реальным. Он понимает, что фигуры анимы или анимуса автономны и могут воздействовать на него в том случае, если он игнорирует их или просто принимает их образы за свое собственное личное создание.

Четвертый этап — развитие самости. Целью процесса индивидуации является формирование самости. Самость перемещает эго в основу психики. Знание о самости приносит в психику единство и способствует интеграции сознательного и бессознательного.

Индивидуация — это… Что такое Индивидуация?

Индивидуа́ция представляет собой спонтанный, естественный процесс в рамках психической субстанции; потенциально она свойственна любому человеку, хотя большинство из нас ее не осознает. В отсутствие торможений, препятствий или искажений, обусловленных тем или иным расстройством психики, индивидуация — это процесс созревания или развертывания, психический эквивалент физического процесса роста и взросления.

При определенных условиях — например, в практической психотерапии — процесс этот может тем или иным образом стимулироваться, интенсифицироваться, осознаваться, переживаться и развиваться; таким образом индивиду оказывается помощь в смысле «завершения», «закругления» его «Я». Для успешного хода процесса требуется значительное аналитическое усилие, сознательная и абсолютно искренняя сосредоточенность на интрапсихическом. Благодаря активизации сферы бессознательного такое усилие частично снимает напряжение между парами противоположностей и делает возможным познание их динамической структуры. Продвигаясь по извилистым путям выведенной из состояния равновесия психической субстанции, преодолевая все новые и новые слои, процесс в конечном счете проникает в тот самый центр, который представляет собой исток и основу нашего психического бытия — в Самость.

В своих самых общих чертах процесс индивидуации врожден человеку и развивается по единой модели. Он делится на две взаимно независимые, контрастные и дополняющие друг друга части, которые совпадают с первой и второй половинами жизни. Задача первой половины — «инициация, посвящение во внешнюю действительность». На этом этапе процесса индивидуации, благодаря укреплению «Я», выделению основной функции и доминирующей установки и развитию соответствующей «маски» достигается адаптация индивида к требованиям окружающей среды. Что же касается второй половины жизни, то ее задача состоит в «посвящении во внутреннюю действительность», то есть в углубленном самопознании и познании человеческой природы, в рефлексии над теми чертами собственной природы, которые прежде оставались неосознанными или в какой-то момент сделались таковыми. Делая их достоянием сознания, индивид устанавливает внутреннюю и внешнюю связь с миром и космическим порядком.

См. также

Ссылки

Женская индивидуация: точки трансформации — La vita è bella! — LiveJournal

Originally posted by ameli39 at Женская индивидуация: точки трансформации

 Предлагаю и Вашему вниманию этапы индивидуации женщины.
 «Ключевым на пути женской индивидуации является архетип Красавицы и становление женщины рассматривается через ряд трансформаций, запускаемых данным архетипом.
Жизненный путь женщины складывается при психологическом анализе из четырех фреймов, из четырех архетипических трансформаций, переплетающихся в ветви развития:

1ветвь. Младенец, девочка — ребенок. Ведомость, доверие.
Эту программу можно охарактеризовать как пробуждение Души, влечение к грезам и неизменные разочарования. Принц, которого ждет Спящая красавица (она же нерожденная еще Красавица) предстает в ее мечтах в сказочном, ирреальном виде. Ему приписываются несуществующие черты, ожидаются подвиги «во имя меня», вменяется в обязанность –взять на руки с тем, чтобы целеустремленно нести по жизни. Грандиозное Эго ребенка, обладающее изрядной долей нарциссизма готово только к одному — идеализировать с тем, чтобы вскоре обесценить своего избранника. Все эти фантазии обычно расцветают у девочек в подростковом возрасте. Но у девочек, не имевших теплых отношений с отцом, они встречаются и в гораздо более зрелом возрасте. Архетипическими особенностями этого мотива (ветви) развития женщины являются ирреальность в восприятии себя и мужчины, беспомощность, нарциссизм, желание быть зависимой, завоеванной, пассивной. Тотальная иллюзия (1 иллюзия любви) которую женщина преодолевает на этом этапе — состоит в ожидании удовлетворения всех своих желаний — от мужчины и непременного наличия естественных подношений и подарков. На этом этапе женщина еще являет собой скорее ничего не чувствующую куклу, т.к. на младенческой стадии чувственность еще спит.Доступно только одно наслаждение — удовлетворение своего собственного нарциссизма. Однако ни одну женщину невозможно представить без наличия этих младенческих черт. Только если они отсутствуют вовсе (старая дева) или преувеличены до абсурда (владычица) возникает тупик в развитии этого Архетипа и развития души вообще.
Позитивным результатом трансформации на этом этапе является принятие мира как непричастного к существованию любого человека (не любящего и не отвергающего), принятие себя как первого лица, ответственного за свою жизнь. Итог — позитивный внутренний ребенок — играющий, любопытный, радостный, кокетливый.
Негативный итог :плоская нарциссическая персонификация. Узкая сфера телесно — чувственного бытия, эгоцентрическое сознание, ожидание от мира априорной любви, нерожденность женщины, построение сверхнегативной модели себя и мира. Архетип — Пустота, негативный внутренний ребенок, Кукла.
Архетипы Таро, обозначающие эту ветвь в развитии Внутреннего Пути Женщины — это
0Девочка — ребенок (Шут)
1- Волшебница (Маг)
12 — Тупик (Повешенный)
13Расставание (Смерть)
15 — Одержимая тенью (Дъявол)
18 — В бездне Души (Луна)

2 ветвь Красавица.Состояние пробуждения у женщины чувственности, сексуальности, душевной глубины. Ощущение Прекрасной дает возможность чувствовать себя женщиной. Болезненно в этот момент переживается приспособление тела к чувственности. Понадобится немало времени, чтобы при помощи тела получать
желаемую разрядку. Мужчине при этом приписываются собственные дикие эротические фантазии и животные желания (получить от меня только одно).Потребность в браке вызвана социальными предписаниями и табу на сам акт дефлорации. Бывает так. Что женщина преодолевает этот социальный стереотип, выбирая возможность понять и развивать свою сексуальность за пределами брака. Если поиск сексуальной любви становится привычкой, то здесь развитие останавливается.
Женщина ищет своего Героя и остается с ним. В случае с запретом на веру в собственное очарование, чувственность часто замещается внешним фасадом статуса замужней женщины. Ее партнер, как правило, бывает лишен всякого героизма. Что лишает женщину возможности уважать и ценить его. На этом этапе «консервирование» трансформации и застревание может выразиться такими вариантами: или «секс — бомба» — женщина с преувеличенно сексуализированной персоной) или наоборот «героиня» — женщина принявшая свой Анимус за себя. Одной – неведома конечность телесных наслаждений, другой — их реальное существование.Поворот от тела к чувствам и подмена душевности — сексуальностью ведут у разрушению других людей — мужчин и детей. Если для Героя индивидуация начинается с пробуждения гордыни, ведущей его на борьбу с драконом, то для Красавицы — с чувственного пробуждения, ведущего к встрече с Чудовищем, к принесению ему себя в жертву. В каждом из этих символических моментов индивидуации вместе с потерей (жизни, девственности) происходит приобретение нового качества Эго — в нашем случае женственности. Красавица, пройдя путь грехопадения, воздержания и страдания, теряет невинность и чистоту. Но приобретает материнство. Условием того, что женщина рискует стать Красавицей, т.е пройти природный, а не героический путь становления. Является наличие близких эмоциональных отношений с отцом,который отпускает ее в путь, а по сути дает ей возможность испытать себя в отношениях с мужчиной. Кроме того, красавице необходимо еще выйти из — под власти матери, обладающей тем, чего у нее еще нет. Необходимо пережить страдание «покинутости» матерью и быть может отказаться от соперничества с ней.
Вторая иллюзия любви, которую преодолевает женщина на этом этапе формирования идентичности состоит в развенчивании убеждения в том, что мужчины любят только красивых женщин и стремятся только к ее телу.
Развитие женщины в этот период, таким образом не ограничивается только приспособлением тела к пробудившейся чувственности . Также происходит переосмысление своего отношения к себе и миру. Отводит эстетически — биологическому уровню существования определенное место в жизни и собирается идти дальше.
Позитивный результат трансформации: полноценное и глубокое телесно — чувственное бытие (вектор от чувств к телу), осознание и принятие сексуальности (вместо страха и контроля), которая встраивается в общее бытие Души. Красавица, излучающая добро.
Негативный результат трансформации: Архетип Героиня или Архетип Чудовище.
В первом случае — женщина лишена сексуальности, соперничающая с мужчинами и ненавидящая женщин. Во втором случае — агрессивность, разнузданная сексуальность, конфликтность, карьеризм.
Архетипы Таро, соответствующие этой линии развития жизненного сюжета:
— 6 — Перекресток любви
— 7 — Расставание с домом, выход в мир
— 8 — Амазонка, дикая женщина
16 — Утрата « розовых очков»
17 — Путеводная Звезда

3 ветвь развития: Мать. Данный момент трансформации связан не столько с самим фактом становления биологической матерью, сколько с появлением и проявлением истинно материнских черт женской Души: дарения, заботы, тепла, принятия. Чертами Негативной матери, как теневого варианта данного архетипа является холодность, отстраненность, отчудение отвержение, условная любовь, двойные послания. Этот Архетип, как и Негативный Ребенок. Героиня и Чудовище являются тупиком в развитии идентичности женщины. Типичное расщепление, характерное для женщин, отрицающих у себя наличие негативных черт (а потому неосознанно их являющих) называется «невротической матерью», относящейся к ближним по принципу — то люблю, то ненавижу — мечущуюся от свехпозитивной добропорядочности к сверхнегативной обвинительницы. На этом этапе также путь к Позитивной Матери в женской идентификации лежит через узнавание и принятие в себе Негативной матери.. В результате этого женщина становится способной к естественной материнской любви, причем не обязательно в биологическом варианте. Эту трансформацию можно не менее позитивно прожить в роли Социальной Матери..Проявляется это в созидании, самоакутализации, уверенности в себе, инициативной зрелой позиции в мире.
Третья иллюзия любви, которую преодолевает и за пределы которой выходит зрелая женщина, состоит в понимании того, что материнская любовь не заменит любовь к мужчине, и что материнская любовь — не единственный удел женского существования. И создав детям необходимые условия для приобретения социальной автономии, не потеряв своего очарования, найдет для себя возможность дальнейшего развития
Позитивный результат трансформации на этом этапе: обретение витальности бытия, жизнеутверждающего существования, освоение ахетипа Великой Матери.
Негативная трансформация — Негативная Мать
Архетипы Таро этой линии
3 — Мать (Императрица)
4 — Эго — позиция (Император)
10 — Взросление, Зрелось. Жизненные задачи
11 — Заслуженное (Справедливость)
14 — Душевный покой .Выздоровление. (Умеренность)
19 — Пробуждение истинного «солнечного» Я

4 ветвь Харизматическая женщина, Хтоническая Мать
Данный момент трансформации связан с выходом женщины на иной, духовный уровень существования. Опять же 4 — ая линия — не означает, что этот этап наступает после прохождения первых трех. Она вплетается в виде свободного фрейма в структуру общего развития, в котором могут происходить свои независимые события. . Под Харизмой понимается внутренний источник свечения, источник духовной силы, направленный на созидание, объединение, рост и развитие. Харизматическая женщина — явление гораздо более редкое, чем явление Красавицы или Матери.Женской Душе необходимо очень много потрудиться, чтобы ощутить ни с чем не сравнимое удовольствие стремительного взлета и гармонии бытия. Для достижения этого состояния женщине приходится много страдать и преодолеть эти страдания. Если ей удастся выйти живой — внутренний Источник будет найден. Если она потеряет веру, надежду и любовь — она будет обречена быть настоящей Ведьмой, которая является Теневой стороной Харизматической женщины. Страшно, если огромный потенциал, данный женщине становится орудием зла и убийства. Но не следует думать, что этой опасности можно избежать, уходя из тьмы и поворачиваясь к свету. С каждой трансформацией сила теневой части бессознательного остановится больше предыдущей, и необходимы еще большие усилия, чтобы удержать источник жизни и света в своих руках. Талантливая и одаренная женщина, прошедшая долгий Путь, но упустившая знание Ведьмы в себе, скорее всего будет ею в жизни.
Достижение идентичности. Соответствующей Харизматической женщине открывает свободу Творчества и Собственного Пути в котором вырастают инобытийные формы ее существования с собственными ценностями. Полная идентификация — деловая и личностная.
Четвертая иллюзия., которую преодолевает женщина на этом этапе трансформации, состоит в том, что она начинает понимать, что ее воистину безграничные возможности имеют пределы и ее уникальность не дает ей права презрительного отношения к бездеятельным и застрявшим в Пути. Ощущение своей невероятной силы искушает:»Мне дано», из чего однако не следует право на исключительность и избранность. Напротив — крест становится тяжелее, чем у многих.Данный момент трансформации является моментом духовного преображения. В результате которого человек постигает наличие в себе источника духовной силы. Становится способным создавать условия для духовного развития других людей и создает собственные духовные продукты.
Позитивный исход — самоценное автономное духовное бытие. Архетип Харизматическая Женщина
Негативный исход — отчаяние и разрушение. Архетип — Ведьма.
Архетипы Таро —
2 — Святая Дева (Папесса)
5 — Ангел Хранитель (Иерофант)
9 — Истинное Имя, Интроверсия (Отшельник)
20 — Воздаяние, возрождение в новом качестве (Суд)
21 — Обретение целостности (Мир)

http://www.elenamonik.ru/publ/jungianskoe_mirovozzrenie/individuacia/put_zhenskoj_individuacii/9-1-0-42

Мужское в женском: swamp_lynx — LiveJournal

«В отношении анимуса женщин наличествует та же симметрия, как и в случае мужчины. Коллективное бессознательное выступает по отношению к женскому Эго либо как мощный всепоглощающий, сминающий своим авторитетом отец, либо как возлюбленный (муж), либо как сын.
Анимус в виде отца (иногда старика) выражает в себе образ духа (Geist у Юнга), упорядочивающего начала, останавливающего (замораживающего) текучесть и пластичность женского Эго. В патологическом случае может наступить одержимость анимусом, что выражается в сухости, блокаде женских свойств психики, утрате обаяния и сексуальных перверсиях (в частности, женском гомоэротизме). Часто женщины мускулиноидного типа, как выяснил Юнг, оказываются жертвами переразвитого анимуса. Это одержимость анимусом в образе старика, что является навязчивым сюжетом в грезах и сновидениях (иногда — галлюцинациях) при таких патологиях.» Александр Дугин.

«Анимус, представляемый в виде мужа, — самый обычный случай. В этом проявляется феномен «женского ума» или «женской интуиции», которые оказываются подчас более точными и верными, нежели самые рациональные расчеты мужчины. Мужская рациональность релятивизируется женственностью анимы, тогда как гендерная «бестолковость» женщин компенсируется мужским интеллектуализмом анимуса.
Анимус в виде младенца, ребенка, сына, как правило, соответствует поверхностным типам женщин, глухим к голосу бессознательного. В этом случае проекция сильного женского Эго на слабый мужской анимус блокирует его импульсы, стремящиеся к индивидуации. Как правило, женщины с такой психической конституцией представляют собой часто встречающийся случай женщины-матери по преимуществу.
Женская индивидуация устроена по логике, обратной мужской. Инициатические институты, которые отвечали бы приоритетно за эту индивидуацию, встречаются в истории гораздо реже, чем мужские. Женская индивидуация, впрочем, как и мужская, призвана перевести коллективное бессознательное в сферу сознания, но эта операция больше напоминает не освещение мужским светом женской глубины (как в мужской инициации), но подъем мужского света на поверхность женской ночи.Так же как и у мужчин, социальная реализация женщины представляет собой экстернализацию внутренних архетипов, и мужчина воспринимается женщиной лишь как проекция анимуса. Отсюда широко распространенная тема ожидания сказочного принца, равно как и многочисленные предания о неудачном браке — о Синей Бороде, красавице и чудовище и т. д. Брак для женщины и есть индивидуация, а образ мужа (удачного или не очень) и иногда сына выражает для нее фигуру собственного реализованого анимуса.»

ПРОЖИТЬ ЖИЗНЬ ДВАЖДЫ. ИНДИВИДУАЦИЯ ГЕРОИНИ В ПОВЕСТИ ИЛЬИ ПРОЗОРОВА «ДИ-ТРЕЙН» Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

УДК 821. 1б1.1-31(Прозоров И.). DOI 10.26170/FK20-04-05. ББК Шзз(2Рос=Рус)б4-8,444.

ГРНТИ 17.07.29. Код ВАК 10.01.08

ПРОЖИТЬ ЖИЗНЬ ДВАЖДЫ. ИНДИВИДУАЦИЯ ГЕРОИНИ В ПОВЕСТИ ИЛЬИ ПРОЗОРОВА «ДИ-ТРЕЙН»

Калита Л.

Гданьский университет (Гданьск, Польша). ORCID Ш: https://0rcid.0rg/0000-0002-6025-2643

Аннотация. В статье исследуется символика образа главной героини произведения Ильи Прозорова сквозь призму теорий аналитической психологии, выдвинутых Карлом Густавом Юнгом. Путь героини отображает процесс ее индивидуации от деструктивного самосознания, через интеграцию анимуса до сознания самости. Индивидуация выполняет в жизни героини исцеляющую функцию, позволяет лучше узнать себя и избавиться от ложного и вредного для психики поведения. Проблемы героини с адаптацией возникают из-за ее воспитания в патриархальной семье, которая в произведении сравнивается с пленом. Осознание разрыва молодого человека с ценностями, провозглашаемыми родителями, как правило, является первым шагом на пути к приобретению собственной тождественности, к взрослению. Героиня покинула патриархальный уклад жизни в своей стране, но она с трудом осваивает правила поведения в новом пространстве: избегает реальной жизни и контакта с людьми, погружаясь в мир фантазий. Важной составляющей этих размышлений является фигура отца и образ семейного счастья, тоска по любви и по мужчине с сильным характером. Так как переселение на чужбину и столкновение с другим менталитетом и ценностями заставляют человека выработать новые способы поведения и лучше узнать себя, эмиграцию можно рассматривать как возможность столкнуться с Другим, или метафору конфронтации с бессознательным, что является одним из этапов пути к индивидуации. Маршрут Д-Трайн напоминает продвижение внутри лабиринта и является метафорой жизни протагонистки. Его можно воспринимать как психологический процесс контакта сознательного (уровень земли) героини с ее бессознательным (подземелье), что характерно для индивидуации. Анализируемая повесть вписывается своей проблематикой в характерный для современной русской прозы сентиментально-натуралистический дискурс, при помощи которого писатели пытаются выявить семейные отношения, богатство и сложность человеческой психики, а также межкультурные и межнациональные различия, свойственные современному постмодернистскому миру и живущему в нем человеку, для которого проблема идентификации и собственного Я кажется самой насущной.

Ключе вые слова: литературная эмиграция; русские писатели; литературное творчество; литературные жанры; архетипы; самость; маленький человек; литературные герои; женские образы; повести; аналитическая психология; процесс адаптации.

LIVE YOUR LIFE TWICE. THE INDIVIDUATION

OF THE MAIN FEMALE CHARACTER IN THE NOVEL OF ILYA PROZOROV’S «D-TRAIN»

Liliana Kalita

University of Gdansk (Gdansk, Poland). ORCID ID: https://0rcid.0rg/0000-0002-6025-2643

Abstract. The study explores the symbolic interpretation of the image of the main female character of the novel from the perspective of analytical psychology worked out by Carl Gustav Jung. The protagonist’s life reflects the process of her individuation from destructive self-consciousness, through integration of the animus to attempts to reach the depths of the Self. Individuation performs a healing function in the life of the protagonist, allows her to get to know herself better and get rid of behavior false and harmful for the psyche. The main character’s problems with adaptation arise from her upbringing in a patriarchal family, which is compared to living in captivity. Awareness of the gap between the young person and the values proclaimed by their parents is usually the first step towards discovering their own identity, to growing up. The protagonist has left the patriarchal way of life in her country, but she has difficulty mastering the rules of behavior in a

52

© Л. С. Калита, 2020

new environment: she avoids real life and contact with people, plunging into the world of fantasy. The figure of the father, the image of family happiness, and longing for love and for a man of strong character make up an important component of these reflections. Since moving to a foreign country and encountering a different mentality and values forces one to develop new ways of behavior and get to know themselves better, emigration can be seen as an opportunity to meet the otherness, or as a metaphor for confrontation with the unconscious, which is one of the stages on the path to individuation. The D-train route resembles moving inside a maze and is a metaphor for the protagonist’s life. It can be perceived as a psychological process of contact between the main female character’s conscious (ground level) and her unconscious (underground level), which is characteristic of individuation. The novel under analysis is consistent with the sentimental-naturalistic discourse characteristic of modern Russian prose, with the help of which the writers try to identify family relations, richness and complexity of the human psyche, as well as cross-cultural and interethnic differences inherent in the postmodern world and the person living in it, for whom the problem of identification and self seems to be the most urgent.

Keywords: literary emigration; Russian writers; literary creative activity; literary genres; archetypes; self; little man; literary characters; female characters; novels; analytical psychology; adaptation process.

Для цитирования: Калита, Л. Прожить жизнь дважды. Индивидуация героини в повести Ильи Прозорова «Ди-Трейн» / Л. С. Калита. — Текст : непосредственный // Филологический класс. -2020. — Т. 25, № 4. — С. 52-59. — DOI: 10.26170/FK20-04-05.

For citation: Kalita, L. (2020). Live Your Life Twice. The Individuation of the Main Female Character in the Novel of Ilya Prozorov’s «D-Train». In Philological Class. Vol. 25. No. 4, pp. 52-59. DOI: 10.26170/FK20-04-04.

Процесс эмиграции меняет социальную структуру человека. Люди, оказавшись за границей, обычно сталкиваются со многими проблемами: как адаптироваться к новой жизни, как выучить язык страны, в которую они переехали, где найти надежную работу, как наладить связи и отношения с другими? Сложные условия экзистенции и незнание языка обычно приводят к деструкции психики, часто падает самооценка и формируется негативное отношение к собственной личности, заставляя эмигранта иногда обращаться за помощью к психологу. Возникающее со временем чувство тоски по родине приводит некоторых к решению вернуться в свою страну. Но, учитывая все вышеупомянутые препятствия, на эмиграцию можно посмотреть и по-другому: как на возможность испытать свои человеческие качества, выявить возможности приспособиться к новой реальности, в какой-то мере заново научиться жить. Марк Поповский, подытоживая свою жизнь в Нью-Йорке, обратил внимание на двойственность статуса эмигранта: «Что-то в эмиграции потерял, что-то приобрел» [Поповский 1999]. Эмиграция взрослого, но довольно еще молодого человека позволяет ему, сохраняя воспоминания о прошлом на родине, расширить знания о мире, о других и, прежде всего, всмотреться глубже в самого себя. Все

это дает уникальную возможность прожить жизнь дважды.

США всегда привлекали эмигрантов из России. Русскоговорящая община в Америке насчитывает несколько миллионов человек, живущих, главным образом, в таких районах Нью-Йорка, как Брайтон-бич на Манхэттене и Бруклин [Рязанцев, Письменная, Байков 2014: 98]. Америка ассоциируется у большинства с пространством, в котором сбываются человеческие мечты, где можно начать жизнь с нуля, а свобода личности является ее главной ценностью. В США вторую родину обрели многие русские поэты и писатели: Владимир Набоков, Сергей Довлатов, Эдуард Лимонов, Иосиф Бродский. Об особенных качествах Нью-Йорка писал известный культуролог и журналист Петр Вайль, который в книге очерков «Карта родины» (2003) заметил: «Может быть, смысл этого города — извещать человека о его истинных размерах. В том и величие Нью-Йорка, что он не дружелюбен и не враждебен, равным образом не замечает тебя и позволяет себя не замечать» [Вайль 2003].

Нью-Йорк — город, в котором можно переосмыслить свою жизнь и предпринять попытку выйти за рамки социально определенных ролей, стал местом действия повести Ильи Прозорова «Ди-Трейн» (20×9). Произведение попало в шорт-лист премии им. Марка Алда-

нова для прозаиков русскоязычной диаспоры, а проживающий в Таллине писатель получил за него второй приз1. В интервью, которое Прозоров дал журналистке эстонского «Радио 4», на вопрос, о чем он пишет, писатель ответил — «о любви, которой нет» [Прозоров 2020]. Его творчество близко сентиментальному натурализму, с присущим этому литературному течению состраданием к «маленькому человеку», воспеванием повседневной жизни со всеми ее мелочами, проникновением в мир мыслей и эмоций героя [Прохорова 2012: 307-315], однако «сам герой сентиментального натурализма еще не готов к самопознанию, он целиком замкнут в эмоционально-физиологической сфере» [Лейдерман, Липовецкий 20 06: 565]. Как замечают исследователи современной русской прозы, новый сентиментализм связан с памятью о культурных архетипах, но центральными персонажами этой литературы становятся страдающие или ищущие наслаждения тела, так как «разумность воспринимается как источник фикции, симулякров. Тело же выступает как неотменимая подлинность. И чувства, окружающие жизнь тела, признаются единственно несимулятивными. Среди этих чувств самое почетное место занимает жалость, становящаяся синонимом гуманности» [Там же: 566-567]. В повести Прозорова натурализм проявляет себя прежде всего в изображении запахов тела, а также в стремлении почти фактографически передать язык героев, сентиментализм, в свою очередь, обнаруживает себя изобилием эмоциональности, которая часто имеет экзальтированный характер.

Заглавие «Ди-Трейн» отсылает к D — Six Avenue Express, маршруту нью-йоркского метрополитена. В произведении наблюдаем сложный процесс адаптации к новой жизни 28-летней узбечки Саши (настоящее имя Салима), для которой эмиграция была, как можно предполагать, единственной возможностью бегства от патриархального общества, в котором мужчины избивали своих жен, дочерей, невест и жили на заработан-

ные ими деньги. Несмотря на то, что героиня уже год находится в Америке, она с большим трудом осваивает правила поведения в новом пространстве — по характеру она интроверт, боится людей, английский она еще не освоила, а по-русски говорит с ошибками. Так как она много работает и стесняется общаться с людьми, у нее нет возможности совершенствовать знание английского, с другой стороны, она осознает свои недостатки и избегает общения с другими — таким образом, создается замкнутый круг. Погружение в мир воспоминаний и фантазий о будущем компенсирует постоянное чувство страха героини перед большим городом и его жителями, а важной составляющей этих размышлений является фигура отца и образ семейного счастья, тоска по любви и по мужчине с сильным характером. Одиночество Саши заставляет ее первый раз в жизни задуматься над собой, своей эмоциональной травмой, которую она пережила в Узбекистане, и в итоге — лучше познать себя и принять важные жизненные решения.

Проблемы героини с адаптацией возникают, как можно предположить, из-за ее воспитания в патриархальной семье, которая в произведении сравнивается с пленом. Осознание разрыва молодого человека с ценностями, провозглашаемыми родителями, как правило, является первым шагом на пути к приобретению собственной тождественности, к взрослению. Рефлексия над собственной жизнью связана с индивидуацией, а это понятие отсылает нас к аналитической психологии и концепциям Карла Густава Юнга, которые, на наш взгляд, можно использовать при интерпретации образа героини повести «Ди-Трейн», что и будет предметом размышлений в настоящей статье. Так как переселение на чужбину и столкновение с другим менталитетом и ценностями заставляет человека выработать новые способы поведения и лучше узнать себя, эмиграцию можно рассматривать как возможность столкнуться с Другим, или метафору конфронтации с бессознательным,

1 Илья Прозоров (род. в 1987 г.) — преподаватель литературы и студент факультета славистики Таллинского университета. Публикуется с 2018 г., его рассказы и повесть печатались, между прочим, в престижных американских журналах «Чайка» и «Новый журнал», а также в российском журнале «Звезда». На эстонском печатался в журналах «Мййп1еЫ», «Шкегкааг», «Вышгород» (Эстония). Его рассказ «РА> был номинирован на литературную премию Кикиигкарка1. Биографическую информации о писателе я получила из переписки с Ильей Прозоровым.

что является одним из этапов пути к индиви-дуации.

Согласно Юнгу, индивидуация — это «процесс духовного развития личности, интеграции различных компонентов психики человека, обретения личностью смысла жизни и душевной гармонии» [Бойко 2010: 182]. Он делится на две ступени: первая связана с приспособлением к требованиям, существующим в обществе, и формированием эго, частью которого является персона (маска), представляющая собой социальную роль человека. Вторая фаза касается инициации во внутреннем мире, чтобы на окончательном этапе этого процесса построить целостную личность. Эта ступень индивидуации связана часто с кризисом, наблюдаемым, как правило, в середине жизни, и происходит в сфере коллективного бессознательного, содержанием которого являются архетипы [Юнг. Архетипы… http]. Архетипы соединяются с сознанием посредством символов, появляющихся в снах, фантазиях, интуитивных озарениях. Для инди-видуации характерными являются архетипы тени, анимы/анимуса, старого мудреца/великой матери. Индивидуация происходит путем интеграции архетипов и ведет к верховному архетипу — Самости, который является «координирующим центром и идеальным результатом индивидуации и […] представляет собой подлинную сущность личности: она есть не то, что представляет о себе сам индивид, и не то, каким он кажется окружающим, но то, каким он действительно является во всем своем внутреннем многообразии» [Юнг. Архетипы. http].

Повесть Прозорова начинается с того, что поезд, которым едет главная героиня, останавливается посреди моста над Ист-Ривер. Середина моста, которую можно считать символом середины жизни Саши, и вынужденная остановка поезда на несколько минут, во время которой девушка погружается в воспоминания и пытается разобраться со своими сложными чувствами; а также образы путешествий героини в нью-йоркской подземке, иногда выезжающей на землю, что напоминает продвижение внутри лабиринта, являются метафорой жизни протагонистки: ее терзают сомнения, мысль о будущем приводит ее в ужас — и может восприниматься как

психологический процесс контакта сознательного (уровень земли) героини с ее бессознательным (подземелье), что характерно для индивидуации. Отчужденность героини подчеркивается поведением других пассажиров, которые в отличие от Саши спокойно воспринимают внезапные остановки поезда, что свидетельствует о большей чувствительности героини, ее склонности к отчаянию, унынию и истерии. Согласно типологии, предложенной Линдой Шиерз Леонард, Саша напоминает «вечную девушку» типа «куколки-милашки», отличающейся тем, что «внутри ее идентичность остается слабой и зависимой, ибо она постоянно демонстрирует другим, что не осознает, кто она такая на самом деле» [Шиерз Леонард http]. Она девушка нерешительная, боязливая и часто проявляет неуверенность в себе, что можем считать следствием ее домашнего воспитания и жизни в среде, в которой «агрессия» женщины и ее личные требования строго отвергались. Пия Скогеманн замечает, что в семье, где мать слабая, а отец доминирующий, женственность дочери уязвима. Такая женщина чаще всего влюбляется в мужчин, которые являются для нее авторитетом. Она пытается реализовать свою личность, руководствуясь их ожиданиями [Skogemann 2003: 35]. Воспитанная в семье со строго определенными родительскими ролями Саша испытывала к родственникам амбивалентные чувства (любви-ненависти). Враждебные чувства, как правило, вытеснялись героиней, она пыталась рационализировать поведение покорной матери и жестокого отца. Таким образом, отрицательные импульсы Саши не могли выйти наружу, а подавлялись и обращались вглубь ее самой, вызывая автоагрессию и способствуя травме. Они влияли деструктивно на героиню, разрушая ее слабую психику. О жизнь Саши до эмиграции узнаем из ее воспоминаний, так как она девушка мечтательная и часто уходит в себя: «То, о чем сложно было думать в будничной сутолоке, возникало в ее сознании в полупустых вагонах сабвея. […] Запутанными бывали ее путешествия в себя» [Прозоров 2020]. Живя с семьей, Саша чаще всего вела себя так, как ожидали того от нее родители — властолюбивый отец и подчиненная ему во всем мать — не переставая однако любить их и жалеть, так

как они ей казались людьми жалкими, которые не испытали в жизни ничего хорошего. Таким образом, девушка прятала свои негативные чувства, надевая на себя маску трудолюбивой и послушной дочери, а ее поведение не отличалось от поведения других женщин в селе. Иногда негативные импульсы героини выплескивались наружу, примером чего является опасное поведение: любимая в детстве игра Саши, — прыжки по гаражным крышам, о чем напоминает шрам на ее теле. Этот шрам является метафорой отношений в семье и полученной героиней травмы — девушка стыдится его и скрывает под одеждой.

В процессе индивидуации важным этапом является интеграция анимы или анимуса. Как замечает Эмма Юнг, мужчина проецирует свой внутренний архетип женщины на женщину из его окружения и таким образом «может делать так, чтобы она не жила своей реальной жизнью, а воплощала фигуру анимы» [Yung 2008]. Для индивидуации женщины существенным становится архетип анимуса -мужская часть психики женщины, ее мужское начало, связанное с рациональностью, инициативностью, агрессивностью и талантом. Так как героиня в социальной среде была вынуждена прятать мужскую часть своей личности, но при этом сильно нуждалась в любви отца и брата, которую никогда не получала, этот архетип Саша проецирует на мужчин, встречаемых в жизни. У Саши заблокированы интеллектуальные способности, она вполне владеет только своим телом, поэтому ее отношения с представителями мужского пола имеют лишь сексуальный характер и заканчиваются поражением, что способствует развитию депрессии у героини и углубляет ее неуверенность в себе. В повести мы наблюдаем две неудачные попытки проекции анимуса: первая произошла еще в Узбекистане, а вторая уже в Америке и связана с Максом, который отличается нуминозностью — его воздействие на окружение носит «зачаровывающий либо побуждающий к действиям характер» [Юнг. Очерки… http], но этот персонаж тоже наделен деструктивными чертами, и он использует Сашу лишь для своей плотской и финансовой выгоды. Встреча с молодым мужчиной вызывает у Саши чувство вины, но является в какой-то мере переломным моментом в жиз-

ни героини — отвергнутая Максом девушка со временем все реже предается мечтам. Ее фантазии уступают место реальной жизни, она много работает и не избегает занятий по английскому языку, как раньше. Налаживание отношений с анимусом, что является душевным процессом, начинается у Саши с момента встречи на курсах английского языка Алекса. Осознание Другого как самого себя, как правило, опасно и у Саши вызывает сложные эмоции. Образ анимы у Алекса сильно отличается от образа анимы у предыдущих мужчин, с которыми Саша раньше вступала в отношения, что способствует развитию их взаимоотношений на эмоциональной, а не сексуальной почве и заставляет Сашу переосмыслить отношение к людям. Как известно, негативный анимус может трансформироваться в позитивный, а «его творческий потенциал может проложить путь к Самости» [фон Франц 2017]. Из выделенных Юнгом четырех типов анимуса, воплощающегося в образах мужчин (мужчина, наделенный силой, склонностью к делу, слову и мудрости [Yung 2008]), Алекс соответствует фигуре мужчины дела. Но выстраивание взаимоотношений с Алексом вначале дается героине с трудом, Саша не может разобраться в своем внутреннем мире, избегает встреч с Алексом, так как его поведение и интерес к ней вызывают страх и непонимание, но со временем эти встречи сопровождаются чувством радости:

«Саша не чувствовала теперь никакого смущения, не думала, как выглядит со стороны. Она поняла вдруг, что впервые ведет себя естественно и своею естественностью никого от себя не отпугивает. Она не чувствовала того огня, жара, который пылал в ней при первой встрече с этим человеком, который пылал в ней при встрече с другими мужчинами. Саша вспоминала, что жар этот быстро спадал и становилось холодно. А сейчас… сейчас было просто спокойно. И главное — легко» [Прозоров 2020].

Благодаря вниманию Алекса и его восприятию девушки такой, какая она есть, Саша «полюбила жизнь и людей еще больше» [Прозоров 2020]. Героиня уже не стесняется говорить о себе, становится более общительной, более чувствительной к себе и другим, более решительной и ответственной за свою жизнь,

у нее появляется даже ироническое отношение к себе. Сигналом приобретения внутренней силы и перемены личности можно считать решение Саши остаться в эмиграции. Таким образом, положительный анимус актуализирует рациональный и «героический» потенциал девушки, является для нее инспирацией, чтобы посмотреть на свою жизнь по-новому, она даже не боится высказать свое недовольство случайно встреченному Максу.

Важной составляющей этого этапа жизни является сон (проявление самости), который предшествует знакомству с Алексом и который оказывается пророческим. Он касается отца Саши: героиня, летая над большим городом, видит сцену, на которой выступает ее отец. Она его окликает, а когда он поворачивает свое лицо к дочери, Саша видит, что отец плачет:

«Падение слезы сопровождалось страшным грохотом, похожим на движение гигантских льдин во время ледохода. „Почему ты плачешь, отаси?» — спросила Саша. — „Потому что люблю тебя», — ответил отец. Саша не заметила, как из ее глаз тоже полились слезы. […] Саша почувствовала, что задыхается. Ей хотелось ответить отцу, но она, как рыба, беспорядочно открывала рот и глотала воздух, который становился все горячее и горячее. Саша видела, как отец тоже задыхается и медленно падает на колени. Подлететь она не могла, ее сдерживала неведомая сила. Отец схватился за горло и плашмя упал на деревянный пол сцены. Несколько раз его тело вздрогнуло, как в судорогах, и замерло.» [Прозоров 2020].

Смерть отца можно понимать как символическое предсказание смерти прошлой, зависимой от маскулинно-авторитарных паттернов жизни, а сцена, которую покидает отец, может отождествляться со сценой жизни. Стоит обратить внимание на мотив города (он напоминает Саше Нью-Йорк) и сцены. В толковании сонных явлений большие города являются, как правило, символом Великой Матери, а самость часто проявляется в геометрических формах и выступает центром бессознательного [Skogemann 2003: 114, 71].

Как пишет К. Г. Юнг, «самость как средоточие нашей жизненной системы, однако, не только содержит осадок и сумму всей прожитой жизни, но и является исходным пун-

ктом, материнской землей, чреватой всей будущей жизнью, предощущение которой так же ясно дано внутреннему чувству, как исторический аспект» [Юнг. Отношения, http]. Можно предположить, что именно самость подтолкнула героиню принять решение уехать, уехать в Америку («В какой-то момент Саша почувствовала, как к ней приходят новые силы; она подумала, что ее жизнь дороже любой другой, и что она ценит свою жизнь и обязана хранить ее в первую очередь.» [Прозоров 2020]), что в произведении воплотилось в образе девушки, которая однажды посетила парикмахерскую, где работала Саша, и помогла ей подготовить документы на визу. Самость стоит за переменами, которые происходят с героиней, регулируя элементы ее психики в процессе углубления в себя, подталкивает Сашу бороться за себя и усмотреть в лице Алекса саму себя (их судьба в эмиграции была во многом похожа, Алекс является выразителем чувств, которые испытывает героиня). Связанное с архетипом самости чувство целостности наиболее полно проявляется в последней сцене повести: совместную поездку Саши и Алекса на метро можно считать соединением мужского и женского начал. В этот момент героиня получает по телефону информацию о смерти отца, на что реагирует громким плачем, не стесняясь других пассажиров. Мы видим Сашу, хотя и подавленную несчастьем, но не блокирующую свои чувства, естественно принимающую утешения Алекса. Сцену облегчающего душу плача можно воспринимать как знак расставания героини со своим прошлым образом, очищения своего настоящего Я от влияния социума, обретения своего места.

Для того чтобы показать процесс достижения героиней психологической целостности, Илья Прозоров использует не только сны, интуитивные озарения и фантазии, но и символику: характерно в этом смысле число четыре, которое, по Юнгу, является атрибутом самости [Безруких, Пилявина 2011]. Оно связано прежде всего с отношениями героини с Алексом — они знакомятся на шестнадцатом этаже здания, их взаимоотношения строятся во время четырех встреч. Предсказанием внутренней трансформации героини служит также введение в сюжет повести песенки, напе-

ваемой перед встречей с Максом пожилой Виолеттой Борисовной, у которой живет Саша. Песенка рассказывает о спящей Марианне, пробуждения которой ждет влюбленный в нее мужчина.

Итак, произведение Прозорова в плане тематическом и символическом реализует юнгианскую концепцию приобретения самости путем индивидуации, выполняющей исцеляющую функцию, позволяющей героине лучше узнать настоящую себя и избавиться от ложного и вредного для ее психики поведения. Похожие мотивы находим и в романе Натальи Ключаровой «Россия, общий вагон» (2006), в котором показан происходящий в большом городе процесс переосмысления героиней — Алей — семейных ценностей после пережитой травмы, внутреннее созревание молодой женщины через преодоление в себе «персоны», которое приводит

ее к решению вернуться домой с целью наладить испорченные отношения с родственниками.

Анализируемая нами повесть «Ди-Трейн» вписывается своей проблематикой в характерный для современной русской прозы сентиментально-натуралистический дискурс, представителями которого являются такие писатели, как Людмила Петрушевская, Людмила Улицкая или Евгений Гришковец. При помощи свойственных этому течению приемов авторы новейшей русской литературы пытаются выявить семейные отношения, богатство и сложность человеческой психики, а также, как в случае Ильи Прозорова, межкультурные и межнациональные различия, свойственные современному постмодернистскому миру и живущему в нем человеку, для которого проблема идентификации и собственного Я кажется самой насущной.

Литература

Безруких, А. В. Архетипы в психотерапии / А. В. Безруких, О. М. Пилявина. — URL: https://carljung.ru/ node/861 (дата обращения: 23.08.2020). — Текст : электронный.

Бойко, О. А. Роль индивидуации в процессе личностного совершенствования в концепции К. Г. Юнга / О. А. Бойко. — Текст : электронный // Вестник ТГУ. — 2010. — № 4 (84). — С. 182-186. — URL: https://cyberleninka.ru/ article/n/rol-individuatsii-v-protsesse-lichnostnogo-sovershenstvovaniya-v-kontseptsii-k-g-yunga (дата обращения: 22.08.2020).

Вайль, П. Карта родины / П. Вайль. — URL: https://www.rulit.me/books/karta-rodiny-read-54746-1.html (дата обращения: 20.08.2020). — Текст : электронный.

Лейдерман, Н. Л. Современная русская литература 1950-1990-е годы : в 2 т. / Н. Л. Лейдермн. М. Н. Липовец-кий. — Москва : Академия, 2006. — Т. 2. — 688 с.

Писатель Илья Прозоров: Чтение — это разговор с собой. — URL: https://r4.err.ee/1079058/pjatnica-s-katej/1044226 (дата обращения: 22.08.2020). — Текст : электронный.

Поповский, М. Два очерка из жизни русских эмигрантов в Америке / М. Поповский. — Текст : электронный // Континент. — 1999. — № 102. — URL: https://magazmes.gorky.media/continent/1999/102/dva-ocherka-iz-zhizni-russkih-emigrantov-v-amerike.html (дата обращения: 20.08.2020).

Прозоров, И. Ди-Трейн 2019 / И. Прозоров. — URL: https://magazines.gorky.media/nj/2020/298/di-trejn.html (дата обращения: 23.08.2020). — Текст : электронный.

Прохорова, Т. Г. К вопросу о неосентиментализме в современной русской прозе (на материале творчества Л. Улицкой и Л. Петрушевской) / Т. Г. Прохорова. — URL: https://docplayer.ru/37664387-K-voprosu-o-neosentimen-talizme-v-sovremennoy-russkoy-proze-na-materiale-tvorchestva-l-ulickoy-i-l-petrushevskoy.html (дата обращения: 22.08.2020). — Текст : электронный.

Рязанцев, С. В. Эмиграция из России и формирование русскоязычных общин в США / С. В. Рязанцев, Е. Е. Письменная, А. А. Байков. — Текст : электронный // Народонаселение. — 2014. — № 1. — URL: https://cy-berleninka.ru/article/n/emigratsiya-iz-rossii-v-ssha-i-formirovanie-russkoyazychnyh-obschin (дата обращения: 20.08.2020).

Франц фон, М. Л. Процесс индивидуации. Общая схема духовного роста / М. Л. Фон Франц. — URL: http:// www.xliby.ru/psihologija/chelovek_i_ego_simvoly/p4.php (дата обращения: 23.08.2020). — Текст : электронный.

Шиерз Леонард, Л. Исцеление детской травмы, полученной дочерью в отношениях с отцом / Л. Шиерз Леонард. — URL: https://jungdream.ru/library/emocionalnaya-zhenskaya-travma-linda-shierz-leonard.html (дата обращения: 23.08.2020). — Текст : электронный.

Юнг, К. Г. Архетипы и коллективное бессознательное / К. Г. Юнг. — URL: https://mybook.ru/author/karl-yung/ arhetipy-i-kollektivnoe-bessoznatelnoe/read (дата обращения: 22.08.2020). — Текст : электронный.

Юнг, К. Г. Отношения между я (эго) и бессознательным / К. Г. Юнг. — URL: https://royallib.com/read/yung_karl/ otnosheniya_megdu_ego_i_bessoznatelnim.html#0 (дата обращения: 25.08.2020). — Текст : электронный.

Юнг, К. Г. Очерки по аналитической психологии / К. Г. Юнг. — URL: https://fictionbook.ru/author/karl_gustav_ yung/ocherki_po_analiticheskoyi_psihologii/read_online.html (дата обращения: 23.08.2020). — Текст : электронный.

Skogemann, P. Kobiecosc w rozwoju. Psychologia wspolczesnej kobiety / P. Skogemann. — Warszawa : Eneteia, 2003. — 163 p.

Yung, E. Animus and Anima / E. Yung. — URL: https://carljung.ru/node/2412 (mode of access: 23.08.2020). — Text : electronic.

References

Bezrukikh, A. V. Pilyavina, O. M. Arkhetipy v psikhoterapii [Archetypes in Psychotherapy]. URL: https://carljung.ru/ node/861 (mode of access: 23.08.2020).

Boyko, O. A. (2010). Rol’ individuatsii v protsesse lichnostnogo sovershenstvovaniya v kontseptsii K. G. Yunga [The Role of Individuation in the Process of Self-Perfection in the Conception of C. G. Yung]. In VestnikTGU. No. 4 (84), pp. 182-186. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/rol-individuatsii-v-protsesse-lichnostnogo-sovershenstvovaniya-v-kontseptsii-k-g-yunga (mode of access: 22.08.2020).

Frants fon, M. L. Protsess individuatsii. Obshchaya skhema dukhovnogo rosta [Process of Individuation. The General Scheme of Spiritual Growth]. URL: http://www.xliby.ru/psihologija/chelovek_i_ego_simvoly/p4.php (mode of access: 23.08.2020).

Leiderman, N. L., Lipovetsky, M. N. (2006). Sovremennaya russkaya literatura 1950-1990-egody : v 21. [Modern Russian Literature of the 1950s-1990s, in 2 vols.]. Moscow, Akademiya. Vol. 2. 688 p.

Pisatel’ Il’ya Prozorov: Chtenie — eto razgovor s soboi [The Writer Il’ya Prozorov: Reading is a Talk with Oneself]. URL: https://r4.err.ee/1079058/pjatnica-s-katej/1044226 (mode of access: 22.08.2020).

Popovsky, M. (1999). Dva ocherka iz zhizni russkikh emigrantov v Amerike [Two Stories from the Lives of Russian Emigrants in America]. In Kontinent. No. 102. URL : https://magazines.gorky.media/continent/1999/102/dva-ocherka-iz-zhizni-russkih-emigrantov-v-amerike.html (mode of access: 20.08.2020).

Prokhorova, T. G. K voprosu o neosentimentalizme v sovremennoi russkoiproze (na materiale tvorchestva L. Ulitskoi i L. Petru-shevskoi) [To the Issue of Neosentimentalism in Modern Russian Prose (Based on the Analysis of Creative Activity of L. Ulitskaya and L. Petrushevskaya)]. URL: https://docplayer.ru/37664387-K-voprosu-o-neosentimentalizme-v-sovre-mennoy-russkoy-proze-na-materiale-tvorchestva-l-ulickoy-i-l-petrushevskoy.html (mode of access: 22.08.2020).

Prozorov, I. Di-Trein 2019 [D-Train 2019]. URL: https://magazines.gorky.media/nj/2020/298/di-trejn.html (mode of access: 23.08.2020).

Ryazantsev, S. V. Pis’mennaya, E. E., Baykov, A. A. (2014). Emigratsiya iz Rossii i formirovanie russkoyazychnykh obshchin v SShA [Emigration from Russia and Formation of the Russian-language Communities in the USA]. In Narodonaselenie. No. 1. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/emigratsiya-iz-rossii-v-ssha-i-formirovanie-russkoya-zychnyh-obschin (mode of access: 20.08.2020).

Shierz Leonard, L. Istselenie detskoi travmy, poluchennoi dochefyu v otnosheniyakh s ottsom [Treatment for the Childhood Trauma Experienced by a Daughter in her Relations with Father]. URL: https://jungdream.ru/library/emocional-naya-zhenskaya-travma-linda-shierz-leonard.html (mode of access: 23.08.2020).

Skogemann, P. (2003). Kobiecosc w rozwoju. Psychologia wspolczesnej kobiety. Warszawa, Eneteia. 163 p.

Vail’, P. Karta rodiny [The Map of the Motherland]. URL: https://www.rulit.me/books/karta-rodiny-read-54746-1. html (mode of access: 20.08.2020).

Yung, E. Animus and Anima. URL: https://carljung.ru/node/2412 (mode of access: 23.08.2020).

Yung, K. G. Arkhetipy i kollektivnoe bessoznatel’noe [Archetypes and the Collective Subconscious]. URL: https://mybook. ru/author/karl-yung/arhetipy-i-kollektivnoe-bessoznatelnoe/read (mode of access: 22.08.2020).

Yung, K. G. Ocherkipoanaliticheskoipsikhologii [Essays in Analytical Psychology]. URL: https://fictionbook.ru/author/ karl_gustav_yung/ocherki_po_analiticheskoyi_psihologii/read_online.html (mode of access: 23.08.2020).

Yung, K. G. Otnosheniyamezhduya (ego) i bessoznatel’nym [Relations between Self and the Subconscious]. URL: https:// royallib.com/read/yung_karl/otnosheniya_megdu_ego_i_bessoznatelnim.html#0 (mode of access: 25.08.2020).

Данные об авторе

Калита Лилиана — кандидат филологических наук, адъюнкт кафедры россиеведения, русской литературы и культуры, Институт Русистики и Востоковедения, Филологический факультет, Гданьский университет (Гданьск, Польша).

Адрес: 80-308, Польша, г. Гданьск, ул. Вита Ство-ша, 51.

E-mail: [email protected]

Author’s information

Kalita Liliana — Candidate of Philology, Assistant Professor of Department of Russian Studies, Russian Literature and Culture, Institute of Russian and Eastern Studies, University of Gdansk (Gdansk, Poland).

Гендерные аспекты индивидуации и лидерство

Первоначально были заявлены не один, а два разных воркшопа двух тренеров, работающих в гендерном подходе. Одна ведет тренинги для женщин, другая – бизнес-тренер, работает с бизнесменами, руководителями: мужчинами и женщинами. Темы воркшопа, соответственно, первоначально были обозначены как «Женская инициация» и «Дао лидера». Объединяющим началом явилось то, что оба подхода в своей основе имеют модель индивидуации как интеграции частей (мужской и женской).

Продумывая совместную работу с группой, мы рассуждали следующим образом. В современном обществе отсутствуют переходные ритуалы, цель которых — вовлечь человека в глубинное переживание, позволяющие перейти от детской зависимости к самодостаточности взрослого человека, обеспечить преемственность ценностей убеждений, которые связывают его с богами, обществом и самим собой. Утрата ритуалов, придающих жизни смысл, вынуждает мужчин и женщин довольствоваться жизнью на поверхности и искать ответы на ключевые вопросы о самоидентичности в гендерных моделях коллективного сознания.

Таким образом, независимо от пола, современный человек вынужден жить в соответствии с гендерной идеологией сознательно или унаследовав ее от семьи, социальной группы, культуры, что выражается, во-первых, в том, что жизнь и мужчины, и женщины во многом определяются ограничениями, заложенными в ролевых ожиданиях. Мужчине предписано исполнять роли добытчика, кормильца, воина-защитника, проявлять агрессивность, конкурентоспособность, рационализм. От женщины гендерная идеология требует пассивности, зависимости, чувствительности, материнства, заботы. Во-вторых, жизнь и мужчины, и женщины в существенной мере управляется страхом выйти за пределы гендерных норм, дабы не скомпрометировать себя в глазах социума. Подчинение гендерной роли не созвучно тому, что необходимо душе человека, и не придает ему силы. А в совокупности с отсутствием переходных ритуалов затрудняет индивидуацию.

Индивидуация — это становление не делимым, то есть отдельным, нераздельным, «целым». Это процесс развития «психологического индивида как существа отдельного от коллективной психологии» [1, с. 84],  этот процесс, по Юнгу, представляет два этапа. Первый этап заключается в посвящении во внешний мир и завершается формированием персоны или структуры эго (мужчины или женщины). Второй этап есть посвящение в мир внутренний и является процессом дифференциации и отчуждения психологии индивидуальной от коллективной. По мнению К.Г. Юнга, индивидуация и жизнь в режиме коллективных ценностей не совместимы. Индивидуация отделяет человека от подчинения коллективным нормам, что вызывает вину, которую он должен искупить, то есть «принести некие ценности, которые окажутся равной заменой за его отсутствие в коллективной личностной сфере» [1, с. 86]. То есть, чтобы искупить свой «уход» к самому себе, индивид обязан произвести что-то ценное для пользы общества.

Если взглянуть на вехи индивидуации через призму пути становления лидера, то мы увидим много общего. Так, например, способность служить и разрешать проблемы в окружающем человека пространстве является основополагающей характеристикой лидера. А путь становления лидером есть не что иное, как объединение мужского и женского аспектов в человеческой душе, становление индивидуума нераздельным и единым с самим собой. В реальной жизни и практической работе нам чаще приходится иметь дело с так называемым «мнимым лидерством» — когда человек одержим стремлением к власти, желанием быть всесильным. Однако власть, которой он добивается, в конце концов, искажается и превращается в комплекс, управляемый страхом и компенсаторными амбициями.

Компенсируется здесь неосознанная и не интегрированная часть личности. Сама по себе власть (мужской компонент) нейтральна, но без любви (женский компонент) она разрушает, превращается в насилие.

Данные рассуждения подсказали нам идею исследовать характер взаимодействия мужского и женского в личности и, используя процессуальный подход, показать возможность их интеграции.

Перед началом воркшопа мы изложили суть процессуального подхода, в котором работаем. Данный подход предполагает фокусирование внимания на процессе взаимодействия между участниками тренинга. Для более полного понимания сути подхода следует развести два понятия: «содержание» и «процесс» взаимодействия членов группы. Содержание включает вербальные высказывания, обсуждаемые участниками тренинга темы и проблемы. Процессом в психотерапии обозначается «природа отношений между взаимодействующими индивидуумами» [2, с. 159]. Фокусируя внимание на процессе, психолог в первую очередь интересуется, как и почему данное высказывание освещает те или иные аспекты отношений членов группы с другими людьми и с собой. Таким образом, целью процессуального подхода является исследование: почему с точки зрения отношений участники группы делают то или иное высказывание в определенный момент, в определенной манере, обращаясь к определенному человеку [2, с. 159]. Особенностью данного подхода является то, что воркшоп проходит не по заранее намеченному плану, а создается каждый раз на том материале взаимоотношений, которые возникают между участниками группы здесь-и-теперь.

В тренинге приняло участие 17 женщин, все по профессии психологи различных направлений из городов России и Украины в возрасте от 21 до 50 лет. Тренинг развивался согласно классической модели: разогрев, действие, шеринг, анализ. Разогрев происходил в два этапа. На первом участники представлялись и говорили о своих ожиданиях. Второй этап имел целью поляризовать два аспекта личности: мужское и женское начала. Участницам группы предложили поисследовать ощущения, связанные с одной из полярностей, которую они сами выбрали.

Инструкция: представьте, круг, в котором мы сидим, разделен пополам на женское и мужское: слева женское, справа мужское. Выберите, какую часть вы хотите исследовать в себе, встаньте в соответствующую зону и прочувствуйте свое состояние: ощущения, чувства и т.п. Задача тренеров состояла в том, чтобы помочь участницам озвучить свою женскую или мужскую части, услышать голоса и тексты исследуемых аспектов.

Примечательно, что когда одна из полярностей была актуализирована, другая проявлялась спонтанно. Примером может служить следующий диалог с одной из участниц воркшопа:

Участница: Я женщина. Красивая, умная, но когда я проявляюсь с женской части, мне из социума дают понять — не будь умной, спрячь свой ум.
Тренер: Голос из социума — он мужской или женский?
Участница: Скорее, мужской.

На этом примере мы видим, что женская и мужская полярности существуют, не изолировано друг от друга, а в контакте, предполагающем наличие обеих частей одновременно. Поэтому, чтобы осознать целостность, необходимо исследовать процесс, то есть понять контакт (взаимодействие) этих частей, которые проецируются на конкретных людей в окружении личности. Именно этой цели было посвящено следующее задание — исследовать, как взаимодействуют их мужская и женская части.

Участницам было предложено найти в группе пару, чей текст, мужской или женской части, откликался бы и был созвучен собственному. Затем каждая пара должна было изобразить в виде статической или динамической скульптуры взаимодействие мужской и женской частей так, как они это ощущают сейчас. Далее на импровизированной сцене каждая пара представляла свою скульптуру, изображающую способ взаимодействия их мужского и женского аспектов. Данное действие имело следующие цели:

Во-первых, выявить и осознать метафоры и образы, которыми участницы обозначают то, что они видят.

Во-вторых, с помощью этих образов и метафор осознать личный паттерн взаимодействия своих мужской и женской частей.

Содержанием здесь являлось то, что участницы хотели показать в своих сценах. Процессом же выступало то, что делали люди по отношению друг к другу. Чтобы выявить процесс, тренеры просили членов группы из роли зрителей дать обратную связь на увиденное — высказать ассоциации, образы, метафоры по поводу сцен.

Следует отметить, что некоторые из пар пытались продемонстрировать идеальную модель, навязанную готовыми знаниями из психологии. Они даже предложили такие шаблонные названия для своих скульптур, как «Гармония», «Инь и Янь», «Равноправие», «Равенство», «Партнерские отношения». Несмотря на это, процессуальный анализ показал, что невербальные проявления участниц скульптуры противоречили предложенным названиям. Ниже приводятся примеры метафор и ассоциаций, высказанных участницами воркшопа в связи с предложенными сценами. Всего приняло участие в этом этапе тренинга 15 человек — 6 пар и одна тройка, две женщины на некоторое время уходили, одна из них вернулась к обсуждению. В скобках приведены собственные высказывания и ассоциации исполнителей сцен. Разумеется, эта информация весьма скудно передает визуальное впечатление от динамических скульптур, но тем не менее дает представление о восприятии их участницами.

1-я пара: «Лиана оплетает дерево», «Проникновение», «Слишком агрессивно: заманила в тиски». («Жидкость, которая менее вязкая и менее жидкая»).
2.-я пара: «Замкнуты друг на друга», «Мурашки от удовольствия», «Стоячая вода», «Скоро друг другу надоедят», «Познание друг друга, увидеть лицо своей противоположности». («Сами не знали, чего хотели, познать целостность»).
3-я пара: «Титаник», «Мужчина – сидящее, женщина – парящее», «Женское начало более агрессивное». («Богиня лебедь. Монада мужского и женского. И то, и другое: свободны — и они вместе»).
4-я пара: «Перетекание», «Песочные часы», «Утопит, потом позовет», «Крутятся как в колесе», «Один выше, другой ниже, кто ниже — пытается добраться до верхнего», «Онанизм: партнера нет, а кончить хочется», («Друг про друга забываем, а потом, вспомнив, достаем»).
5-я пара: «Березу заломали», «Несмотря ни на что, прорвуся», «Трудный путь проращивания», («Пробивается росток женского начала, а подпитка от мужского. Но не получилось»).
6-я пара: «Ходила гулять, но безрезультатно», «Я стою у ресторана, замуж поздно, сдохнуть рано», «Хреновенький, но свой». («Зачем искать на стороне, когда есть свой»).
7-я тройка: «Детско-родительские отношения», «Зависимость», «Давление». («Сильная женщина, которую пинками заставляют быть сильной»).

Шеринг и мини сессии

Следующий этап тренинга — шеринг. Он имел целью отреагировать чувства по поводу приобретенного опыта. Во время шеринга некоторые из участниц поделились особенно сильными чувствами, им было предложено отреагировать свои чувства и тем самым завершить незавершенные процессы. Примеры мини-сессий приводятся ниже:

Пример 1.

1-я участница: Когда делала (скульптуру), было чувство, что анима рождается и тут же подавляется.
Т: Как этот опыт относится к твоей жизни?
1-я участница: Именно так и относится. Только что хотела занять место около N, а она сказала, что здесь занято.
Т: И что ты при этом почувствовала?
1-я участница: Чувство горести… С женской позиции меня прогнали.
Т. Хотела бы что-то изменить в этой ситуации?
1-я участница: Да.
2-я участница N: (Спонтанно, с чувством вины) Да садись, какие дела!
1-я участница садится на предложенное место.
Т. А что с тобой сейчас?
1-я участница: Чувство удовлетворения.
Т: Напоминаю, что тема нашего воркшопа — взаимодействие мужского и женского аспектов. Как в твоей ситуации проявили себя оба аспекта?
1-я участница: Я решила сказать, что чувствую горесть, и пересела.
Т. Что здесь мужское, что женское?
1-я участница: Мужское – решимость, женское – открыть чувства.
Т: Что значит быть в данной ситуации целостной?
1-я участница: Когда мужская часть проявляет решимость, то женская, таким образом, получает поддержку и рискует открыть свои чувства.

Комментарий:

Участница провела параллель между тем, как она контактирует в метафорической сцене, и своим обычным способом контакта в реальной жизни. Осознание этого контакта (ущербность женской позиции) вызвало чувство «горести» и желание изменить его. В реальной жизни женщина не решается сказать о чувстве горести, которое испытывает ее женская часть. Здесь, на тренинге, в безопасной обстановке эксперимента, ей удалось сделать нечто новое — проявить решимость. Решимость участница осознает как аспект мужской части своего Я. Сочетание решимости и способности открыть свои чувства является для участницы новым опытом — ответом на вопрос, как менять ситуацию более эффективным способом: задействовать обе стороны и быть целостной.

Пример 2.

Участница: У меня раздражение и агрессия из-за того, что партнер в паре сильнее меня.
Т: Что хочешь?
Участница: Хочу равенства.
Т: Что есть для тебя равенство?
Участница: Как только я ощущаю, что я сильнее ее, я чувствую равенство.
В группе смех.
Т: Я слышу сейчас, что речь идет не о равенстве, а о твоем превосходстве над партнером.
Участница: Да, я хочу быть сильнее.
Т: Зачем?
Участница: Тогда я стану равной.
Т: Кажется, я поняла тебя. Чтобы стать равной, тебе чего-то недостает?
Участница: Да! Силы.
Т: Что даст тебе силу?
Участница: Не знаю… Может, уверенность в себе.
Т: Выбери кого-нибудь из участниц на роль уверенности в себе.
Участница выбирает одну из женщин на роль уверенности и ставит рядом с собой. Напротив стоит участница 2, которая была партнершей в их скульптуре.
Т: Как ты теперь себя чувствуешь?
Участница: У меня чувство превосходства… Мне жалко ее… (Спонтанно бросается на шею партнерше и обнимает ее). Мне спокойно.
Т: Поменяйся ролями со своей партнершей, побудь на ее месте.
Проигрывается та же сцена, только участница в роли партнерши.
Т: Как себя чувствуешь в этой роли?
Участница: Мне спокойно.
Т: Сними роли с участниц, которые тебе помогали.

Комментарий:
Данная сессия проходила с использованием элементов психодрамы: помощь вспомогательных ролей, обмен ролями. Это позволило участнице взглянуть на свой контакт со стороны. В контактах подобного рода люди проецируют свою собственную силу и уверенность в себе на других людей. Взгляд со стороны и обмен ролями позволяют осознать проекции и вернуть себе спроецированные качества, восстановив свою целостность.

Пример 3.
Участница: Злюсь на всех. Все так медленно. Рассусоливают. Боюсь не успеть.
Т: Скажи конкретно, на кого злишься?
Участница: На А. Она тянет одеяло на себя и так медленно все делает!
Т.: Что хочешь успеть?
Участница: Сказать о своих собственных чувствах.
Т: Что мешает?
Участница: Какой-то барьер…
Т: Выбери себе на роль барьера кого-нибудь из участниц группы.
Участница выбирает двух человек: одну женщину ставит позади себя, другую — впереди, спиной к себе. Своего дубля ставит посередине, между двумя участницами.
Т: Побудь на месте, которое сейчас занимает твой дубль.
Участница встает на место дубля, некоторое время стоит между двумя другими участницами, это со стороны напоминает маленького ребенка, который спрятался между родителями. Начинает горько плакать.
Т: О чем ты?
Участница: Я уже давно хотела попасть на такой тренинг… Но у нас маленький город, все друг друга знают, там не поплачешь…
Т: Плакать можно. Побудь там столько, сколько тебе нужно, чтобы поплакать. (Участницы группы сочувственно подают платки).
Т: Хочешь сказать, про что ты плачешь?
Участница: Жалко себя…
Т: Чего хочешь?
Участница: Я поняла, про что я плачу, но сейчас не буду об этом говорить. Спасибо. Я хочу закончить.
Т: Сними роли.

Комментарий:
В данной сессии содержание и процесс не совпадают особенно зримо. По содержанию мы имеем дело со злостью, участница проявляла нетерпение и раздражение на протяжении не только своей мини сессии, но и всего воркшопа: просила сократить время перерыва, торопила участниц с подготовкой сцен. Все это косвенно говорило о какой-то неудовлетворенной потребности, которая, однако, не осознается участницей и не предъявляется открыто. Процесс стал виден, когда участница построила свою сцену: маленький плачущий ребенок между двумя сильными родителями. Реальное чувство — это жалость к себе, желание получить поддержку от людей. Удовлетворение потребности стало возможно, когда участнице удалось выразить ее напрямую, а не через злость. Если до тех пор остальные участники группы проявляли протест или настороженность, то теперь они почувствовали сочувствие.

Пример 4.
Участница (которую в предыдущем диалоге упрекнули в том, что она «тянет одеяло на себя»): Я хочу задать вопрос. Чем я привлекаю так много внимания? (Участница запахнута в широкий шарф, под шарфом руки теребят что-то механически).
Т: Какая у тебя версия?
Участница: Я не знаю (голову наклоняет немного вперед, смотрит выжидательно). Это пусть тренеры скажут.
Т: 1: Я назову тебе факты, а ты сможешь получить ответ на свой вопрос. (Факты: пришла после всех, когда группа уже начала работать. Единственная из всей группы не сделала поляризацию, то есть встала на черту посередине круга, по времени дольше всех озвучивала свои части).
Участница: Нет, я не хочу. Я не уверена, что они безопасны.
Т: 2: Тогда твоя заявка остается не удовлетворенной: ты задаешь вопрос и отказываешься слышать ответ.
Участница: Что бы я ни сказала, вы все переворачиваете.
Т: 2: В этом и состоит наша работа, мы показываем за содержанием процесс…
Участница: (перебивает) Вы все видите по-своему и….
Т: 2: Сейчас ты прервала меня, не дослушав. Я остановилась. Ты осознаешь, что делаешь? Берешь власть, но не пользуешься ею для удовлетворения своих потребностей, а затем обвиняешь тренеров в том, что остаешься не удовлетворенной. Время идет, и этим самым ты привлекаешь внимание.

Комментарий:
Участница затевает игру (привлекает к себе внимание), в которой должен проигрывать кто-то другой (тренеры, другие участники группы), сама же она берет на себя роль невинной жертвы. Очевидно, что ее больше заботит процесс игры (скрытое удовлетворение неосознаваемой потребности), а не прямое и открытое удовлетворение собственных потребностей и потребностей группы. Она не умеет действовать по-другому, так как обучена в соответствии с женской гендерной ролью — лидировать в игре привлекательности, добиваться своих целей с помощью женских чар. Она берет власть (привлекает к себе внимание, занимает групповое время), а что с этим делать далее — не знает, так как об этом ничего не сказано в ее гендерной (женской) роли. Мужская часть ее вытеснена и проявляется в виде скрытой за упреками агрессии («Что бы я ни сказала, вы все переворачиваете») в адрес тренеров.

Данная минисессия является ярким примером того, о чем говорилось выше: как человек берет власть и что с ней делает. Мы говорили о том, что способность служить и разрешать проблемы в окружающем человека пространстве является основополагающей характеристикой лидера. В противовес данной стратегии значительно чаще встречается позиция «мнимого лидерства», когда человек стремится к власти, но использует ее в деструктивных целях. Тогда мы имеем дело с комплексом, управляемым страхом и компенсаторными амбициями. Как уже было сказано, компенсируется здесь неосознанная и не интегрированная часть личности.

Смысловое содержание понятия «лидер», независимо от того, к какой сфере оно относится (политика, наука, управление образование, воспитание ведение домашнего хозяйства), включает общие ценности, которые можно объединить в две группы. Во-первых, это точное знание целей, активность, сила, способность к реализации задуманного. Во-вторых, лидер всегда ориентирован на служение, заботу и желание приносить пользу другим, реализуя в этом самого себя. Первая группа соответствует мужскому, вторая женскому началу в человеке. Поэтому истинное лидерство и самореализация возможны, когда человек способен интегрировать оба аспекта и умеет пользоваться энергией обоих. В современной культуре человек, согласно гендерным моделям, развивает одну из частей, вытесняет другую и при этом не осознает характера их взаимодействия. Вытесненная часть проецируется на окружающих и вовлекает его в отношения, где он опустошает себя и бесцельно расходует энергию.

На примере описанных в статье мини сессий мы показали, как, используя процессуальный подход, можно организовать работу, позволяющую клиентам осознать свои мужскую и женскую части, понять характер их взаимодействия и провести интеграцию.

Литература

1. Зеленский В.В. Толковый словарь по аналитической психологии (с английскими и немецкими эквивалентами). СПб.: Б&К, 2000. 324 с. 2-е расширенное и дополненное издание.
2. Ялом И. Теория и практика групповой психотерапии. СПб.: Издательство «Питер», 2000. 640 с. (Серия «Золотой фонд психотерапии»).

Ефимкина Р.П., Шухова Н.А. Гендерные аспекты индивидуации и лидерство // Вестник интегративной психологии. 2006. Вып. 4.

подъемов бессознательного — индивидуация и женское начало. | Автор: Делейни Джейн.

Изображение: Римель Неффати.

. Джозеф Кэмпбелл написал в своей коллекции Богини: Тайны женского божественного , что современная задача индивидуации состоит в том, чтобы выйти за рамки «биологических архетипов и личностей, подражающих мужчинам», и подчеркнул, что в настоящее время , «В нашей мифологии нет моделей для индивидуальных женских поисков». (Campbell 2013.)

Это смелое и фундаментальное утверждение ставит перед современными западными женщинами как вопрос, так и бросает вызов, если это действительно так, найти и создать модели внутреннего путешествия человека, которые соответствуют духу нашего времени и говорят о женском опыте Самореализации сегодня.Джозеф Кэмпбелл находился под сильным влиянием Карла Юнга и его психологического и личного применения мифологии, однако, поместив поиски индивидуации в контекст патриархата и поддерживая проблемы, с которыми здесь сталкиваются западные женщины, он смог сделать то, что Юнг в своей «бесконтекстной» работе психологии не было.

Из-за разочарования в религиозных традициях, в которых доминируют мужчины, современное переосмысление древних образов и поклонения Богине, а также новое тело мифопоэтического повествования выросло за последние несколько десятилетий на арене женской духовности как ответ на такое положение дел.Несмотря на то, что это необходимая стадия в развитии осознания женского пути к целостности и индивидуации, женские реакции на индивидуацию должны продолжать развиваться из патриархальных структур, которые их обрамляют, и находить новые пути выражения через переосмысление и переписывание ‘ квестовая литература, глубоко укоренившаяся в западном мифическом каноне.

ИНДИВИДУАЦИЯ И ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ СЕБЯ

Юнговская концепция индивидуации как современного духовного пути или карты к реализации Самости была чрезвычайно привлекательной как для мужчин, так и для женщин в течение последнего столетия в контексте общего разочарования во власти. традиционных религиозных структур, чтобы предоставить модели для жизни, и одновременно возникла из нового сознания, которое, кажется, требует личной ответственности за свой внутренний рост и духовное развитие.

«Я» , , используемое в юнгианской психологии для обозначения состояния целостности, которое включает в себя полностью интегрированные мужские и женские архетипы, является «высшей целью процесса индивидуации». (Фон Франц 1994) Для западных женщин, которые долгое время оставались «незамеченными и не подвергавшимися анализу» в отношении религиозной практики и участия по сравнению с привилегированным положением мужественности и мужественности, особенно в символических западных монотеистических традициях, модель Юнга предоставила доступ к современному психологическому процессу, в котором духовность не только «вплетена в ткань сознания и повседневной жизни» (Stein, 2014), но также утверждает, что включает, понимает и уважает женское начало.

Процесс индивидуации, согласно протеже Юнга, Мари-Луизе фон Франц, — это «психологический процесс внутреннего роста и централизации, посредством которого индивид находит свое собственное Я». (Фон Франц, 1977). Однако это не следует путать с эгоическим «я» или идентичностью, а скорее рассматривается в юнгианской психологии как «в высшей степени непознаваемый внутренний центр» или новый образ Бога, «Бог внутри нас». Этот внутренний образ Бога, как полагают юнгианские психологи, переносится в психике и появляется в снах, когда человек достигает более поздних стадий интеграции различных аспектов себя или архетипических образов, содержащихся в нем, таких как личность, тень, анима и анимус.

Возникнув из эволюционного образа Бога, встроенного в западную религиозную традицию, которая совсем недавно была монотеистической и мужской, образ Бога внутри говорит с новым сознанием современности, где, согласно Юнгу, «психика занимает место». когда-то был занят божественным ». Когда человеческая психика занимает центральное место и заменяет метафизических богов и богинь, мифы теперь усваиваются и разыгрываются через вызов индивидуализирующейся человеческой души, которая стремится осознать и познать Самость, которую, как считается, можно увидеть в снах и видениях. «Космический человек… божественное или полубожественное мужское существо или в душе женщины своего рода космическая мать.

Для западных женщин проблема с точки зрения усвоения образа Бога заключалась в том, чтобы стать феминистским теологом второй волны, писала Мэри Дейли, «За пределами Бога-Отца» и пересмотреть мужские образы Бога, чтобы заявить о своей свободе действий. собственный разворачивающийся процесс индивидуации. Подход Дейли был радикальным в ее феминистском неприятии мужского образа бога и стремился вернуть женщинам доступ к религиозному символу, используя мифопоэтическую стратегию, разработанную для «деконструкции мифа, в котором женщина была исключена, и реконструировать его таким образом, чтобы голос женской фигуре из корпуса, которая ранее была молчаливой, объективированной или неслышной.(Николсон, 2016). Она пишет: «Если Бог на« своих »небесах — это отец, управляющий своим народом, то это природа вещей и согласно божественному плану … в обществе доминируют мужчины. В этом контексте происходит мистификация ролей: муж, доминирующий над женой, представляет Бога «самого себя». (Дейли, 1986)

Сублимация эго считается одним из ключевых этапов поиска индивидуации и одним из ключевых требований для рождения Самости. Ученые-феминистки в своей критике андроцентричности юнгианской психологии, однако, утверждают, что процесс индивидуации с его центральной целью — « уничтожение эго» , возможно, лучше подходит для западного мужского психологического процесса, чем для женского процесса для женщин. в патриархальных системах часто имели очень плохие отношения с тем, что их собственное эго по большей части уже было вовлечено в нездоровые уровни самоотречения.Хотя Юнг признает иное отношение к границам у женщин, он не может предоставить контекст, необходимый для полного понимания того, почему «патриархальным женщинам молчаливо и открыто отговаривают удовлетворять свои собственные потребности или стремиться к исполнению своих желаний». (Wehr, 1987)

Если смотреть сквозь призму социологии, Демарис Вер утверждает, что Юнг постоянно не в состоянии контекстуализировать архетипические концепции и образы, которые он создал, особенно в отношении женской психологии и духовных путешествий в рамках патриархата, и поэтому часто скорее подкрепляет, чем лечит внутреннее угнетение женщин.Она призывает к потенциальному пересмотру процесса индивидуации Юнга для женщин, прося их не обязательно уничтожать эго, а «умереть для ложной системы, навязанной им патриархатом».

В поисках архетипического образа божественного женского начала Юнг воспевал католическую догму о Телесном Вознесении Девы Марии в 1950-х годах как шаг вперед в равенстве женщин, который дал «новую доступность божественного образа женщины». тело и душа »к западной культуре.Хотя он проявляет беспокойство по поводу того, что это возвышение Марии может уменьшить связь архетипического образа матери с землей и бессознательным, он пишет в Ответе на Иов , что считает догму предположения «самым важным религиозным событием со времен Реформация… (которая) указывает на равенство женщин. Но это равенство требует метафизического закрепления в образе божественной женщины, невесты Христа ». То, что теперь существует возможность для божественного ребенка родиться из этого союза, становится для Юнга символом процесса индивидуации, объединяющего сознательную и бессознательную психику.

Более поздние феминистские исследователи религии и психоанализа, такие как Люси Иригарай, однако, утверждают, что не существует четкого образа божественного для женщины, поскольку в образе Девы Марии мы видим идеализированную проекцию женщины как «девственницу» или «мать». но не образ Бога. «Нет женщины-бога, нет женской троицы: матери, дочери, духа. Это парализует бесконечное становление женщины … до тех пор, пока женщине не хватает божественного, созданного в ее образе, она не может установить свою субъективность или достичь собственной цели.Ей не хватает идеала, который был бы ее целью или путем становления ». (Irigaray, 1984)

Поэтому воспевание Юнгом женского начала для многих феминистских критиков является эссенциализированным принципом по отношению к мужскому началу, а не ее реализацией как воплощенного, автономного «я». Для Иригарея индивидуация в мужском символе Бога просто невозможна.

Воспроизведение божественного как женского было заботой многих современных женщин-писателей и религиоведов, а также тех, кто работал с концепцией архетипических образов Юнга во многом таким же образом, как «христианскую церковь можно понимать как продолжение философии». патриархов Ветхого Завета, чтобы стереть женщину как Бога — той, которой раньше поклонялись как Великой Богине ». Цивилизация достигает цели найти новую интерпретацию (архетипов), соответствующую этой стадии.(Юнг, CW9, 1940)

ДВИЖЕНИЕ БОГИНИ

Возникнув в ответ на отсутствие божественного женского архетипа, представляющего индивидуализирующуюся женщину, «Богиня была призвана заменить (проблему) Бога. . » В поисках женской духовности именно в феминистских движениях 1970-х годов произошло возрождение древних матриархальных традиций, и поклонение Богине среди женских кругов возникло в ответ на «низший уровень насилия и разрушения, развязанный патриархальной религией и религией». правило.Под влиянием викканских лидеров, таких как З. Будапешт и Стархок, богослов-феминистка Кэрол Крайст была привлечена к движению Богини как к способу для западной женщины обосноваться «в новом самоощущении и новой ориентации в мире». В своем путешествии к Богине она собирала рассказы и мифы западных женщин-писательниц, чтобы проиллюстрировать их духовные поиски, потому что «без историй (женщины) не могут понять себя … она отчуждена от тех более глубоких переживаний себя и мира, которые были названы духовными или религиозными. .

Мифологическая функция нарративов индивидуации девочек-подростков на примере «Сумеречной саги» Стефани Майер и трилогии Сюзанны Коллинз «Голодные игры»

Цитата
Хендрикс, Хайди А. 2016. Мифологическая функция нарративов индивидуации девочек-подростков на примере «Сумеречной саги» Стефани Майер и трилогии Сюзанны Коллинз «Голодные игры». Магистерская работа, Гарвардская школа повышения квалификации.

Абстрактные
Возлюбленные и оплакиваемые, сага Стефани Майер «Сумерки» и трилогия Сюзанны Коллин о «Голодных играх» проникли в наши культурные разговоры и воображение.Что насчет этих конкретных повествований восхищает и возмущает современную аудиторию, выходящую за рамки возраста, пола, класса и нравов, и что пандемическая реакция на их героинь-подростков говорит об американском обществе в настоящий момент? Тщательный анализ повествовательной структуры, главных героев и основных конфликтов, обнаруженных в саге «Сумерки» и трилогии «Голодные игры», в контексте психологических, исторических и культурных исследований, особенно в связи с работами сравнительного мифолога Джозефа Кэмпбелла и психологов К.Дж. Юнг и Джон Вейр Перри — раскрывают мифологическую функцию каждого повествования. Вызывая аффективные образы, архетипические представления бессознательных энергий и информации, каждое повествование опирается на табу и стремления индивидуальной психики, одновременно отражая состояние и дилеммы коллективного бессознательного порождающего социального порядка. С самого начала современности аффективные образы девочек-подростков в западных культурных произведениях являлись источником наших предсознательных конфликтов и отрицающих опасений по поводу изменения динамики власти в отношениях — в частности, меняющихся ролей расы, класса, пола и пола в определении индивидуальной идентичности и общественный строй.Действуя мифологически, современные героические аффективные образы, такие как Белла Свон из Сумерек и Китнисс Эвердин из «Голодных игр», отражают основные опасения по поводу переопределения современностью личности и женщины и иллюстрируют конфликт между биологическим воплощением и освобождением человека от предрассудков. -детерминированные представления о личности и судьбе.

Условия эксплуатации
Эта статья доступна в соответствии с условиями, применимыми к Другим размещенным материалам, которые изложены по адресу http: // nrs.harvard.edu/urn-3:HUL.InstRepos:dash.current.terms-of-use#LAA
Цитируемая ссылка на эту страницу
http://nrs.harvard.edu/urn-3:HUL.InstRepos:33797264

«Сексуально-политический колониализм и отказ индивидуации» Сима Агазаде

Абстрактные

Эта статья представляет и интерпретирует первый роман Дорис Лессинг, Трава поет (1950), как личное и психологическое изображение главной героини, Мэри Тернер, от детства до смерти, и как политическое разоблачение тщетности. и хрупкость патриархального и колониального общества.Этот роман — неудача Мэри в индивидуализации в противостоянии ее психологической и культурной сторон, сформированной колониальным опытом. Лессинг, изображая своего главного героя в определенной британской колониальной обстановке, художественно показывает, что ее идентичность определяется и конструируется социальными и поведенческими ожиданиями, сформированными через ее расовую роль белой женщины-колонизатора и ее гендерную роль как женщины, колонизированной в патриархальном обществе. повествование того же сеттинга. В этой статье я расскажу, как заштрихованное пересечение пола, класса и расы в их отношениях друг с другом работает на неудачу Мэри в ее женской индивидуации.Попытка Мэри обрести собственное самоощущение в этом процессе индивидуализации терпит неудачу и обрекает ее на смерть из-за тех же сексуальных и идеологических факторов, которые уходят корнями в ее семью и культуру.

Записка об авторе

Сима Агазаде — иранский научный сотрудник на кафедре английской литературы Малайского университета, Малайзия. Ее докторская диссертация посвящена феминистскому пересмотру романов Дорис Лессинг. Она интересуется вопросами феминистской литературной критики и гендерных исследований в женской художественной литературе, она опубликовала и представила несколько статей по этому поводу.Раньше она была штатным преподавателем английской литературы в Иране.

Рекомендуемое цитирование

Агазаде, Сима (2011). Сексуально-политический колониализм и отказ индивидуации в пьесе Дорис Лессинг «Трава поет». Журнал международных женских исследований , 12 (1), 107-121.
Доступно по адресу: https://vc.bridgew.edu/jiws/vol12/iss1/9

СКАЧАТЬ

С 3 января 2013 г.

МОНЕТЫ

Перейти к основному содержанию Поиск