Боевая психология: Боевая психология: 51 книга — скачать в fb2, txt на андроид или читать онлайн

Автор: | 17.01.1970

Содержание

Психологическая подготовка бойца!


Уверенность в себе, психологическая готовность дать отпор, навык жестких переговоров. 

 О ЧЕМ    речь?  


Как вырубить противника и при этом не получить ни одного удара?

Как приобрести уверенность, чтобы ваше состояние передавалось людям?

Как поставить человека на место когда это необходимо?

Как применять запрещенные приемы, которые дают преимущество над противником?

________________
Всему этому и многому другому мы обучаем на специальном тренинге «Боевая психология».

 Над чем   работаем?

Страх и волнение.

Страх и волнение в конфликтах это нормальные вещи. Так проявляется инстинкт самосохранения. 

Думаете настоящие бойцы не испытывают страх? Нет это не так, страх не испытывают только придурки, которые как правило не выживают. Но настоящий боец знает как не дать своему страху сковать себя. 

Как действует страх?

 — защитные реакции организма. 

Страх, может проявлять себя по-разному, посмотрите какие бывают наиболее распространенные варианты

Бежать — часто разумное решение, но не всегда комфортное.

Замереть — «сковывание» — самое опасное состояние, когда тело вас не слушается и вы ничего не можете сделать.

Ресурсное состояние — это когда энергия страха побуждает действовать решительно и агрессивно. Это мощный ресурс, который позволяет одерживать победу.

 Решение  — существуют техники, которые позволяют направить свой страх в правильное русло. Энергию вашего же страха можно заставить работать на вас, а не против вас. 

Мы знаем эти техники и они разбираются на тренинге «боевая психология». Вот некоторый список вопросов, которые входят в программу тренинга: 

  • Как преодолеть волнение в конфликте?
  • Почему боевой спорт не всегда помогает от обычных уличных гопников?
  • 10 ключевых ошибок в уличной драке.
  • Как быстро включиться на максимум в уличной драке?
  • Как решиться на первый удар когда это нужно но все равно страшно?
  • Страхи-блокировщики: не сработает, меня найдут, меня изобьют, кто-то увидит и т.п.
  • Самоконтроль — умение во время остановиться.

 

__________________
Страх — это естественный мощный ресурс человека, просто нужно понять как с ним работать, иначе, страх будет контролировать вас!    

Боевая НЕ психология.

Наш тренинг не про то, как уговорить противника не бить вас. Силовой вариант решения конфликта иногда бывает единственно верным выходом. И к такому варианту вы всегда должны быть готовы на 100 %. 

   

 Вес ваших слов 
если вы не готовы на 100 % применить силовой вариант, то все ваши слова теряют свой вес. Потому что вы сами перестаете в них верить. 

Полная боевая готовность придает вашим словам, жестам и мимике серьезность.

В программе тренинга:

  • Анатомия: уязвимые зоны, которые можно пробить с одного удара.
  • 5 ключевых отличий уличного боя от спарринга в зале.
  • Тактика боя против нескольких противников, что нужно знать чтобы выжить и победить.
  • Искусство вооружаться — как превращать любой предмет под рукой в оружие.
  • Секреты внезапной атаки, как получить преимущества в первые же секунды контакта.
  • Способы уберечь себя от подлых внезапных ударов.


____________________
Суть вышеописанного вмещается в старую мудрость: «доброе слово и кольт, лучше чем просто доброе слово». 

 Осведомленность  делает вас очень трудной мишенью.

На улице часто можно столкнуться с различными хитростями и уловками. В результате сами не поймете как так получилось, что оказались на земле с разбитым лицом. 

Самый опасный удар — которого не видишь. Даже подросток может нокаутировать взрослого человека, если сделает это внезапно и умело. 

______________
На тренинге мы расскажем какие способы хулиганских разводов бывают.

 Внешность  — уверенный внешний вид.

Как сразу дать понять, что к тебе лезть не  стоит?

Нужно знать, как себя держать, чтобы гопники изначально не расценивали вас как жертву. Уверенно выглядящий человек, никогда не привлечет нездоровый интерес со стороны уличных хулиганов, даже если их несколько. 

На тренинге мы объясняем от чего зависит внешний уверенный вид.

Есть и еще один момент — важно самому уметь правильно считывать человека. Например, в случае конфликта с какой-то группой, важно быстро определить лидера, а также цель, кого вырубать в первую очередь. 

В программе тренинга

  • Признаки, по которым считывают твою неуверенность.
  • Ролевые распределения в компаниях. Как быстро вычислить главного.
  • Как показать еще из далека, что ты далеко не жертва, а скорее наоборот.
  • Правильная жестикуляция в разговоре.
  • Визуальное доминирование. 

_______________________
Уверенный внешний вид на 90% уменьшает вероятность того, что кто-то захочет испытать вас на прочность.

 Жесткие  переговоры

Далеко не всегда правильным решением будет силовой вариант. Зачастую он невозможен или не выгоден вам. 
Умение решить все на словах — очень полезный навык.

Представьте, произошел конфликт, причем вы не один, а например со своей девушкой. Вышли поговорить с конфликтером один на один, а там оказалось их пятеро, какие варианты? Бежать — не вариант, драться — шансов мало, разумный вариант — разговаривать.  


Как в такой ситуации разговаривать, когда противник знает, что он сильнее, и вы знаете об этом? Как сделать так, чтобы противник сам выбрал вариант разойтись по-хорошему и без драки? Вот в том числе об этом вы узнаете на тренинге «боевая психология».

Что еще будет в блоке по переговорам?

  •  Уверенный голос — сильные голосовые модели, которые подходят именно тебе.
  • Слабые голосовые модели, использование которых дает противнику повод не воспринимать тебя всерьез. 
  • Скрытые стойки в разговоре, которые уберегут от внезапного нокаута.
  • Способы морального подавления разговором.
  • Что говорить — универсальные клише, которые подходят под 90% ситуаций.
  • Сложные ситуации: ты один их много — как разойтись на словах и сохранить достоинство.


________________
При правильном разговоре, вы выходите победителем даже ни разу не ударив оппонента. Совершенно нормальным будет то, что бывший противник проникнет уважением к вам.

 

 


 Юридический  аспект самообороны.

Если вдруг пришлось применить свои навыки, то нужно знать как действовать дальше, чтобы не оказаться за решеткой! 

К сожалению, действующее законодательство так устроено, что защищать себя можно только когда вас уже чуть-ли не режут на части. Именно поэтому большинство случаев реальной защиты себя с точки зрения закона признается превышением. На тренинге мы даем понимание как минимизировать пагубные последствия.

  • Как себя позиционировать в случае применения навыков, чтобы это классифицировалось как самооборона.
  • Главные ошибки разговора со следователем, которые 100% обернуться против вас
  • Как различить, когда можно применять навыки, а когда еще нет с точки зрения закона.
  • Факторы, влияющие на решение судей.
  • На практике, за что могут привлечь, а чего не стоит бояться. 

__________________

Даже если вы хотя бы ознакомитесь с основными ошибками и сумеете их избежать, то это значительно увеличит шансы не загреметь. 

Что из себя представляет тренинг по боевой психологии?

Это двухдневный тренинг, где происходит обучение на основе моделирования типовых ситуаций конфликтов и нападений. 

ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
В программе тренинга логично перемешаны теоретические занятия и практическая отработка. 

Практические занятия представляют из себя моделирование конфликтных ситуаций, где прорабатывается поочередно роль нападающего, свидетеля и защищающегося.

И когда подобная ситуация возникнет в реальности, то вы сможете максимально быстро найти правильный выход из ситуации.

_____________
Вы получаете 3-D картину типовых ситуаций.

Отзывы людей, которые прошли этот тренинг.    

Тренинг построен очень интересно, присутствует теория и практика. Мне понравилось, что мы рассмотрели бой не с одним противником, а с несколькими. 

Так же как решить конфликт в словесной форме: как сказать, что сказать, как себя вести — это важные критерии в конфликтных ситуациях и от них зависит исход конфликта. Всем советую сходить для расширения кругозора в этой сфере! 

Мальцев Иван, февраль 2020 г.

Боевая психология очень важна — умение вести бой, доказать свою точку зрения, вывернуть ситуацию таким образом,чтобы из жертвы стать хищником. Открытием было вызвать в себе состояние боеспособности — ресурсное состояние, когда уже сил нет, а ты их можешь вернуть из неоткуда. Однозначно рекомендую! 

Маслаков Василий, 2020 г.

Мне этот тренинг был очень интересен с точки зрения экстремальных ситуаций, мы моделировали конфликтные ситуации и анализировали поведение в них. Открытием было, что я часто ставил себя в пассивную роль в конфликтах, но теперь я знаю как действовать. Приходите на тренинг и сами все узнаете! Рекомендую, не зря пришел. 

Олег Бабич, январь 2020 г.

Запомнил с тренинга, что нужно бить первым, если драки не избежать. Знаю теперь куда бить, как бить, чтобы было эффективно, неважно какой рядом противник, какой весовой категории. Психологически противника можно тоже подавить , здесь работают различные голосовые модели и эффективность их была разобрана на тренинге. 

Иван Старовойтов, февраль 2020 г.


Что еще будет на этом тренинге? 

 Решительность —   важнейшее качество бойца!

Готовность бить первым, действовать иногда жестко и решительно применять на практике приемы единоборств в случае необходимости — это отличает бойца от остальных обычных людей.

Знать приемы мало, пускай даже самые эффективные, запрещенные и жесткие. Нужно быть еще и морально готовым применить их на живом человеке, а не на груше или манекене. Это особенно актуально для тех, кто еще только начал обучаться самообороне. 

_____________
Бить первым — важный принцип, уличного боя. На тренинге мы показываем почему это важно! 

 Большая разница  —  между реальной улицей и уютным залом.

Реальный конфликт сильно отличается от того, что происходит в спортивном зале. Нет ни мягких стен, ни защитной амуниции, нет правил. 

Но главное — в реальном конфликте, ваш оппонент испытывает к вам сильный негатив! Он может и хочет вас унизить, оскорбить, избить, а может даже покалечить!

_____________________
Ключевая разница — негативные эмоции. Человек в реальном конфликте часто слетает с катушек.  

Кому этот тренинг точно не нужен: 

  • Тем, кто не готов менять себя и вылезать из рамок своего комфорта.
  • Тем, кто не испытывает вообще никакого страха перед дракой и серьезным конфликтом.
  • Тем, для кого не важно отстаивание своей личной территории.
  • Тем, кто без проблем способен ударить первым и вообще применяет силу не задумываясь.
  • Тем, кто считает, что с ним ни при каких обстоятельствах не может произойти конфликт с применением физической силы.

Как организованы занятия «Боевая психология»?

Занятия организованы по системе тренинга. То есть обычно это 2 воскресных дня с 11.00 до 18.00 с перерывами на обед и кофебрейки. 

Что с собой нужно взять?

С собой нужна обычная спортивная форма, блокнот и ручка. Так же рекомендуем иметь при себе боксерские бинты (можно без них).

Насколько большой риск получить травму на этом тренинге?

В программу тренинга входят только безопасные отработки с использованием всех защитных мер. Мы используем отработанные методики обучения, которые доказали свою безопасность. Риск получения травмы не более чем на занятиях футболом или волейболом.

В чем отличие базового курса самообороны от этого тренинга?

Прежде всего тем, что базовый курс, это чисто силовой вариант решения конфликта. По-сути это изучение классических единоборств. А боевая психология, это полный взгляд на конфликт со всех сторон. 

______________________

Но, эти обе программы очень круто друг друга дополняют, поэтому мы их объединили в специальное предложение под названием «Основной курс самообороны».

______________________

Стоимость обучения.

Цена за весь тренинг — 8000 р.

ЛАЙФХАК: данный тренинг выгодней проходить вместе с базовым курсом самообороны. 

 50% Скидка  

на тренинг в пакете с базовым курсом. 

Если вы проходите боевую психологию вместе с базовым курсом, то это будет не только дешевле, но и эффективней! 

Вы получаете полный объем знаний по этой тематике в рамках «основного курса самообороны». 

Сами навыки боевой психологии работают гораздо лучше в связке с силовым вариантом решения конфликта, который изучается на базовой программе.

________________

 
Итого, цена: 4000 р.



Забронируйте себе место заранее!

Оставить заявку

Или позвоните по телефону:

(921) 993 55 53

Главная > Новичкам > Психология

Психологическая подготовка. Боевая подготовка ВДВ [Универсальный солдат]

Психологическая подготовка

Уже давно в сознании выдающихся полководцев утвердилась мысль о том, что на войне и в бою духовное начало имеет большее значение, чем материальное, а носитель этого духа – человек – является главным орудием боя. Еще задолго до появления военной психологии как науки, а точнее, с появлением ратных людей на Руси необходимость психологической подготовки к рукопашному бою ни у кого не вызывала сомнений. Конечно же, накопление, обобщение и использование практического опыта имело стихийную форму и передавалось от одного поколения к другому устно в виде песен, сказаний, былин и боевых традиций. В разных формах народных преданий народ с гордостью воспевает не только силу, но и высокие моральные качества своих богатырей, их ратные подвиги в борьбе с врагами Отечества.

В первой четверти XVII века развитие психологической мысли было тесно связано с именем Петра Первого. Это ему принадлежат слова: «Солдат надлежит непрестанно тому обучать, как в бою поступать, и учить действовать, яко в самом деле». Большое значение для развития военной психологии в свое время имели прогрессивные взгляды А.В. Суворова. Выступая против муштры, он ратовал за привитие воинам необходимых знаний и их осознанные действия в бою. Суворовский перечень основных качеств воина не устарел и поныне. Это любовь к Отечеству, чувство воинского долга, уверенность в победе. Это твердая воля, сообразительность, находчивость, взаимовыручка. Это инициатива, военная хитрость и т. д. Значительный вклад в становление военной психологии внес военный врач, известный психолог и психиатр Г.Е. Шумков. В его работах, наряду с рассмотрением общих проблем и задач исследования, анализируется психическое состояние и поведение воинов в различных условиях боя. Особое внимание уделяется кульминации боя – рукопашной схватке. Выводы Шумкова не потеряли своей актуальности и сегодня.

Главный из них: необходимость предварительного ознакомления воинов с условиями реального боя, с психическими переживаниями в боевой обстановке. Накопление воинами боевого практического опыта снижает вредное влияние на их сознание всех тех переживаний, которые связаны с чувствами тревоги, страха. В современных условиях роль психологической подготовки еще более возросла. Важность проблемы, всю остроту которой показали локальные военные конфликты последних лет, привела к разработке концепции морально-психологического обеспечения войск. Она включает целый комплекс мероприятий, в том числе – воинское и патриотическое воспитание, культурно-массовую работу, информационное и психологическое обеспечение, снабжение техническими средствами и др.

Сущность проблемы состоит в том, что длительное соприкосновение с опасностью, резкое изменение привычного образа жизни и само содержание боевой деятельности оказывают мощное дестабилизирующее воздействие на психику воина. В конечном счете в мире есть только один человек, способный потянуть тебя на дно или вытянуть наверх, – это ты сам. Опыт боевых действий подтверждает, что войска наряду с неизбежными физическими потерями несут ощутимые психологические потери. Это прежде всего связано с получением воинами боевых психических травм, которые, в свою очередь, приводят к расстройствам психической деятельности, полной или частичной потере боеспособности. Основным психотравмирующим фактором является опасность, угрожающая жизни и физическому здоровью человека. Переживание этой опасности является самым сильным и, как правило, связано с восприятием ужасающей картины гибели и ранений других людей. Боевые психические травмы подразделяются по условиям и времени появления.

К первой группе относятся травмы, возникающие в относительно короткий промежуток времени, практически в момент появления стрессовой ситуации. Человек может впасть в состояние полной заторможенности, слабо или совсем не реагировать на окружающую обстановку, а может, напротив, проявлять высокую двигательную активность, метаться, кричать и т. д. Нервное потрясение, которое в этот момент испытывает человек, настолько сильно, что он временно теряет способность критически оценивать происходящие события и трезво мыслить.

Вторую группу составляют травмы, проявляющиеся через относительно большой промежуток времени под воздействием слабых, но постоянно действующих психотравмирующих факторов. Накопление психического напряжения иногда происходит незаметно. Человек становится замкнутым, угрюмым, может грубо реагировать на обращения товарищей. Даже те воины, которые имеют солидный боевой опыт, могут внезапно ощутить сильные приступы страха перед выполнением боевой задачи, становятся излишне осторожными.

Вероятность получения психической травмы повышается при определенных условиях. Это физическое истощение, длительное вынужденное бодрствование, нарушение сна; это заболевания, злоупотребление алкоголем, известие о смерти близкого человека, чувство безысходности. Таким образом, получение воинами боевых психических травм приводит к полной или частичной потере боеспособности. Как отмечалось выше, снижение вредного влияния психотравмирующих факторов достигается главным образом за счет предварительного ознакомления воинов с условиями реального боя. «Тяжело в учении – легко в бою!»

Напомним, что на формирование личности воина влияют вполне определенные условия и обстоятельства. Человек начинается в семье, и семья на протяжении всей последующей жизни человека оказывает самое существенное влияние на формирование его отношения к своей роли в собственной семье, его отношения к женщине, к браку, к общественному и государственному строю, к политике и т. д. На формирование личности воина оказывают влияние и социальные условия, в которых он живет. Как следствие, в характере человека формируется совокупность качеств, типичных для данного общества. Социальные обстоятельства жизни вырабатывают некоторые общие черты характера людей. При этом определяющую роль играет воинский коллектив. Отношения товарищества, контроль и требования, которые коллектив предъявляет к своим членам, формируют у воинов осознание гражданского и воинского долга, готовности к взаимодействию и взаимовыручке. Эти черты придают характеру воина общественную направленность и высокие волевые качества.

Заметим, что всегда существует опасность возникновения, под действием неблагоприятных условий, ложного представления таких понятий, как честь, товарищество, коллективизм. В таких случаях упрямство выдается за проявление настойчивости (боец перестает реагировать на изменение окружающей обстановки, не вносит коррективы в свои действия). Лихачество выдается за смелость (это проявляется в неоправданном риске, который может поставить под угрозу выполнение задачи). Слабость характера подменяется вежливостью и т. д. В процессе обучения воин впитывает в себя культурное и историческое наследие своего народа, осознает связь с национальным образом жизни, с народными обычаями и традициями.

Во-вторых, одной из важных идеологических составляющих системы стала концепция управления физическими и психическими ресурсами человека. Все существующие системы рукопашного боя, как правило, рассчитаны на здорового, выносливого, физически сильного человека. Но ведь не секрет, что любой смертный человек не всегда находится в таком состоянии здоровья. В каждый данный момент времени множество факторов (физическая усталость, голод, заболевания, травмы, стресс, климатические и природные условия, жажда и т. д.) влияют на физическое и психическое состояние человека. В боевых условиях при комплексном воздействии перечисленных факторов человек очень часто оказывается не способным на действия, требующие больших физических затрат. Вспомните, как выглядят борцы на ковре (татами), обессилевшие за несколько минут интенсивного боя и повисшие друг на друге. Они в большинстве случаев оказываются не в состоянии выполнить действия, требующие больших физических затрат. А если это происходит не на татами, а в боевой обстановке? Более того, а если противник физически сильнее и быстрее вас? А если противников несколько? Именно поэтому возникает жизненная необходимость в особой системе подготовки рукопашника, главными задачами которой должны быть следующие:

– сведение к минимуму силового воздействия заведомо более сильного противника.

– достижение наибольших результатов своих действий при минимально возможных затратах энергии.

То есть речь идет не просто о жизнеспособной, но в первую очередь об энергосберегающей системе рукопашного боя. Наиболее рациональные и целесообразные способы физического воздействия на противника, а также тактические и специальные психологические приемы, способствующие эффективности их применения и сбережению энергозатрат, образуют систему рукопашного боя как составную часть системы выживания. Любая система в той или иной мере реализует задачу управления физическими и психическими ресурсами человека. Но думается, что лишь представляемая система закладывает постулат об изначальном преимуществе противника над вами, а именно: противник физически сильнее и быстрее вас.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Яндекс Дзен | Открывайте новое каждый день

Яндекс Дзен | Открывайте новое каждый день

Яндекс.Дзен – это платформа, которая подбирает контент специально для вас. В Дзене есть статьи и видео на разные темы от блогеров и медиа.

Ваш личный Дзен

Дзен понимает ваши интересы и собирает ленту для вас. Он анализирует действия: что вы смотрите, кому ставите лайки, на кого подписываетесь, а после – рекомендует вам и уже любимые источники, и ещё неизвестные, но интересные публикации.

Вы смотрите и ставите лайки

шаг 1

Алгоритм отслеживает это и подбирает контент

шаг 2

Вы видите интересные именно вам материалы

шаг 3

Интересные истории

В Дзене есть популярные медиа и талантливые блогеры. Ежедневно они создают тысячи историй на сотни разных тем. И каждый находит в Дзене что-нибудь для себя.

Примеры публикаций

В Дзене действительно много уникальных статей и видео. Вот несколько примеров популярного сейчас контента.

Дзен — простой, современный и удобный

Посмотрите на главные возможности сервиса и начните пользоваться всеми преимуществами Дзена.

Читайте о своих интересах.

Алгоритмы Дзена понимают, что вам нравится, и стараются показывать только то, что будет действительно интересно. Если источник вам не подходит — его можно исключить.

1/4

Тематические ленты.

С общей ленты со всеми статьями легко переключайтесь на тематические: кино, еда, политика, знаменитости.

2/4

Разнообразные форматы.

Открывайте разные форматы историй для чтения и общения. В приложении удобно читать статьи и смотреть видео, писать комментарии.

3/4

Оставайтесь в курсе событий!

Возвращайтесь к нужным статьям: добавляйте статьи в Сохранённое, чтобы прочитать их позже или сохранить в коллекции. Настройте уведомления, чтобы не пропустить самое интересное от любимых блогеров, медиа и каналов.

4/4

Читайте о своих интересах.

Алгоритмы Дзена понимают, что вам нравится, и стараются показывать только то, что будет действительно интересно. Если источник вам не подходит — его можно исключить.

1/4

Тематические ленты.

С общей ленты со всеми статьями легко переключайтесь на тематические: кино, еда, политика, знаменитости.

2/4

Разнообразные форматы.

Открывайте разные форматы историй для чтения и общения. В приложении удобно читать статьи и смотреть видео, писать комментарии.

3/4

Оставайтесь в курсе событий!

Возвращайтесь к нужным статьям: добавляйте статьи в Сохранённое, чтобы прочитать их позже или сохранить в коллекции. Настройте уведомления, чтобы не пропустить самое интересное от любимых блогеров, медиа и каналов.

4/4

Читайте о своих интересах.

Алгоритмы Дзена понимают, что вам нравится, и стараются показывать только то, что будет действительно интересно. Если источник вам не подходит — его можно исключить.

1/4

Тематические ленты.

С общей ленты со всеми статьями легко переключайтесь на тематические: кино, еда, политика, знаменитости.

2/4

Разнообразные форматы.

Открывайте разные форматы историй для чтения и общения. В приложении удобно читать статьи и смотреть видео, писать комментарии.

3/4

Оставайтесь в курсе событий!

Возвращайтесь к нужным статьям: добавляйте статьи в Сохранённое, чтобы прочитать их позже или сохранить в коллекции. Настройте уведомления, чтобы не пропустить самое интересное от любимых блогеров, медиа и каналов.

4/4

Дзен доступен во всем мире более чем на 50 языках

Смело рекомендуйте Дзен своим друзьям из других стран.

العَرَبِيَّة‎العَرَبِيَّة‎
Удобно пользоваться в смартфоне

У Дзена есть приложения для iOS и Android.

Пользуйтесь в браузере

Дзен доступен с любого устройства в вашем любимом браузере. Также Дзен встроен в Яндекс.Браузер.

Удобно пользоваться в смартфоне

У Дзена есть приложения для iOS и Android.

Пользуйтесь в браузере

Дзен доступен с любого устройства в вашем любимом браузере. Также Дзен встроен в Яндекс.Браузер.

Удобно пользоваться в смартфоне

У Дзена есть приложения для iOS и Android.

Пользуйтесь в браузере

Дзен доступен с любого устройства в вашем любимом браузере. Также Дзен встроен в Яндекс.Браузер.

© 2015–2021 ООО «Яндекс», 0+

Дизайн и разработка — Charmer

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Яндекс.Браузер Google Chrome Firefox Safari

Психология боевого стресса и стресс-менеджмента

Эта книга о том, какое мощное влияние на военнослужащего оказывает участие в боевой деятельности. В ней научно, но простым языком раскрываются такие сложное явления, как боевой стресс, посттравматическое стрессовое расстройство, посттравматический рост. Пособие — уникальное собрание мирового опыта психологического вспомоществования военнослужащим в преодолении мощных стресс-факторов и драматических психологических последствий современной войны. Достоинством книги является гармоничное сочетание теории, методики и конкретных технологий эффективного боевого стресс-менеджмента. Соответствует актуальным требованиям Федерального государственного образовательного стандарта высшего образования. Для военных психологов, курсантов, обучающихся по специальности «Психология служебной деятельности», магистрантов и адъюнктов, разрабатывающих диссертации по военной психологии, психологов воинских частей и соединений.

Укажите параметры рабочей программы

Дисциплина

Психология боевого стресса и стресс-менеджмента

УГС

37.00.00 «ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ»

Направление подготовки

Уровень подготовки

СИСТЕМНОДИНАМИЧЕСКИЙ ПОДХОД К ОЦЕНКЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ПОСЛЕДСТВИЙ БОЕВОГО СТРЕССА | Стрельникова

1. Александровский Ю.А. Пограничные психические расстройства : учеб. пособие. – М. : Медицина, 2000. – 496 с.

2. Александров Е.О. Взорванный мозг. Посттравматическое стрессовое расстройство: клиника и лечение. – Новосибирск : Сибвузиздат, 2001. – 160 с.

3. Ещенко Н.Г. Негативные психические состояния в деятельности сотрудников СОБР и пути преодоления их последствий : автореф. дис. …канд. психол. наук. – Тверь, 1997. – 21 с.

4. Ичитовкина Е.Г.Клинические и социально психологические особенности комбатантов Министерства внутренних дел при воздействии стресс факторов боевой обстановки : автореф. дис. … канд. мед. наук. – Архангельск, 2011. – 22 с.

5. Капустина А.Н. Многофакторная личностная методика Р. Кеттелла. – СПб. : Речь, 2001. – 112 с.

6. Китаев Смык Л.А. Психология стресса. – М. : Наука, 1983. – 368 с.

7. Китаев Смык Л.А. Организм и стресс: стресс жизни и стресс смерти. – М. : Смысл, 2012. – 464 с.

8. Кореняк Р.Ю. Проблема боевого стресса у военнослужащих внутренних войск МВД России и пути его преодоления // Медицинский вестн. МВД. – 2003. – No 4 (5). – С. 11–13.

9. Котенев И.О. Психологическая диагностика постстрессовых состояний у сотрудников органов внутренних дел : метод. пособие для практ. психологов. – М., 1997. – 40 с.

10. Литвинцев С.В., Снедков Е.В., Резник А.М. Боевая психическая травма. – М. : Медицина, 2005. – 432 с.

11. Медико психологическая коррекция специалистов «силовых» структур : метод. пособие / под ред. А.Б. Белевитина. – СПб. : Айсинг, 2010. – 268 с.

12. Наследов А.Д. Математические методы психологического исследования. Анализ и интерпретация данных : учеб. пособие. – СПб. : Речь, 2004. – 392 с.

13. Овчинников Б.В., Костюк Г.П., Дьяконов И.Ф. Технологии сохранения и укрепления психического здоровья : учеб. пособие. – СПб. : СпецЛит, 2010. – 302 с.

14. Ольшанский Д.В. Смысловые структуры личности участников афганской войны // Психол. журн. – 1991. – Т. 12, No 5. – С. 120–131.

15. Семке В.Я. Превентивная психиатрия. – Томск : Изд-во Томск. ун-та, 1999. – 403 с.

16. Снедков Е.В. Боевая психическая травма (клинико-патогенетическая динамика, диагностика, лечебно-реабилитационные принципы): автореф. дис. … д-ра мед. наук. – СПб., 1997. – 48 с.

17. Собчик Л.Н. Стандартизированный многофакторный метод исследования личности (СМИЛ). – СПб. : Речь, 2002. – 219 с.

18. Соловьев И.В. Посттравматический стрессовый синдром: причины, условия, последствия: оказание психологической помощи и психореабилитация. – М., 2000. – 111 с.

19. Тарабрина Н.В. Практикум по психологии посттравматического стресса. – СПб. [и др.] : Питер, 2001. – 272 с.

20. Тарабрина Н.В. Психологические последствия воздействия стрессоров высокой интенсивности: посттравматический стресс // Психол. журн. – 2012. – Т. 33, No 6. – С. 20–33.

21. Филимоненко, Ю.И. Цветовой тест М. Люшера. Модификация «попарные сравнения» : метод. руководство. – СПб., 1993. – 42 с.

22. Фролов Б.С. Система оценки и прогнозирования психического здоровья при массовых психопрофилактических обследованиях. – Л. : ВМедА, 1982. – 62 с

В состоянии боевой готовности! Разбираемся в психологии хоккеистов

В нашей традиционной рубрике «Советы» вместе со спортивным психологом, доктором наук Ульяной Зиновой на этот раз поговорим о психологических аспектах подготовки хоккеистов к решающим матчам сезона.

Хоккейная весна — любимая и одновременно самая ответственная часть сезона. Наступает время решающих матчей. Участники Ночной хоккейной лиги сражаются за право выступить на Фестивале, а в Сочи уровень ответственности будет и вовсе запредельным. И здесь на первый план выходят именно психологические аспекты подготовки. Так считает и спортивный психолог, специалист муниципального учреждения «Центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи» Магнитогорска Ульяна Зинова. В семье Ульяны подрастают хоккеисты: сын выступает за детскую команду «Металлург», дочь — в составе женской команды «Ночные Ведьмы». Муж — тренер школы олимпийского резерва, заслуженный тренер России. Поэтому наша собеседница не понаслышке знает о тонкостях психологии спортсменов игровых видов спорта.

— Я считаю, что в решающих матчах, как правило, побеждают как раз те команды, которые сумели найти правильный психологический настрой, — уверена Ульяна. — На стадии решающих матчей априори не может быть слабых соперников, все команды достаточно сильны, а уровень спортивной подготовки выравнивается. К тому же, в конце сезона физическое и эмоциональное напряжение достигают пиковых значений, сил уже не так много. Важно настроить себя так, чтобы использовать эти самые силы максимально эффективно, но при этом не перегореть.

В этом смысле вспомним свежую цитату главного тренера ЦСКА Игоря Никитина. Перед решающим матчем полуфинала Запада КХЛ он дал самую ценную установку своей команде: «Просто наслаждайтесь своей игрой». По словам Ульяны Александровны, такая мотивация — лучшее, что мог сделать тренер перед ответственным матчем.

— Находиться в моменте, здесь и сейчас — это самое главное состояние, в котором возможно добиваться успеха, — говорит психолог. — Не зацикливаться на счёте, не рефлексировать по поводу проигранных матчей серии, но и не предвосхищать результат. Всё должно происходить в настоящем времени. По отношению к прошлому — определённое обнуление. Игрок должен думать о том, что он будет делать в ближайшие несколько секунд своей смены на льду, и больше ни о чём. Ещё момент: нельзя обесценивать соперника. Мол, мы сейчас выйдем и порвём. Нельзя и переоценивать — они точно сильнее, мы выйдем и проиграем. Мы будем бороться и получать удовольствие от хоккея, наслаждаться процессом любимой игры. Нужно «гореть» этим состоянием. Мне нравится слово «торкает». Вот должно по-хорошему торкать!

Как мы помним, ЦСКА смял «Локомотив» в первом периоде и уверенно победил в седьмой игре со счётом «2:0». Но как же подвести себя под это состояние, когда получать кайф от матча не мешают ни воспоминания о прошедших играх, ни ожидания от будущей возможной победы? Специалисты спортивной психологии называют его «состоянием боевой готовности». Достижение такого состояния для каждого человека сугубо индивидуально, однако есть два полярных подхода, основанные на том эмоциональном фоне, в котором находится хоккеист перед игрой.

— Стандартные реакции на ответственный матч: либо человек испытывает определённую апатию, неуверенность в своих силах, либо, наоборот, чрезмерно заведён и сильно волнуется — сыграть слабо, допустить ошибку, — продолжает Ульяна Зинова. — В первом случае необходимо вступить с самим собой в примерный диалог: «Ты что расклеился? Соберись! У тебя всё получится, ты уверен в своих силах. Тебя окружают классные парни, с которыми вы сейчас здорово поиграете в хоккей!». Если же «трясёт», помогут дыхательные практики. Это чисто физиологические аспекты — когда мы сильно волнуемся, мы дышим поверхностно. Несколько глубоких вдохов и выдохов обязательно помогут успокоиться и снять это чрезмерное напряжение.

А что тренер? И в профессиональных командах, и тем более в любительских, наставник и есть — главный психолог. Как говорят специалисты, тренер должен уметь найти важные слова и удержать свой коллектив в состоянии «здесь и сейчас» во время матча. Проигрывали и удалось сравнять? Ничего не произошло, счёт «0:0», мы начинаем заново. Команда ведёт? Это тоже ничего не значит, мы играем в свой хоккей в каждом эпизоде как с чистого листа.

В раздевалке тоже огромную роль играет психологическая работа тренера с коллективом. Ещё во время сезона он должен определить лидеров команды. Как правило, это капитан, его ассистенты. Не стоит забывать и о других игроках, обладающих опытом, харизмой и умением повести за собой. Перед решающим матчем первым делом стоит обратить внимание именно на их настрой. Каждый из лидеров должен быть приведён в состояние той самой боевой готовности! Кого-то подбодрить, добавить эмоций. Другому сказать: «Глубокий вдох, глубокий выдох, парень — ты всё можешь». И лидеры поведут за собой коллектив.

— Мне вспоминается один момент из фильма «Легенда 17», — рассказывает Ульяна Александровна. — Когда Тарасов, видя, что игра не клеится, идёт на риск и выпускает молодого Харламова, до этого сидевшего в безнадёжном запасе. Парень, у тебя есть минута — иди и доказывай! И молодой хоккеист использует свой шанс на сто процентов, забивает важный гол. Конечно, это не значит, что в решающих матчах необходимо выпускать сплошь резервистов. Но иногда стоит пойти на риск, и это может сработать. Может «выстрелить» и другой приём. Например, если команда проигрывает, в перерыве не устраивать разнос, а обратиться со словами мотивации: «Вы — молодцы, играете хорошо. Но можете ведь ещё лучше. Ничего страшного не происходит, впереди ещё есть время исправить ситуацию. Я в вас верю». Когда хоккеисты ожидают одного, а тренер ведёт себя по-другому, это действительно способно перевернуть ход игры.

Плей-офф — не время для экспериментов. Атмосфера внутри команды создаётся в течение всего сезона, и в главных играх не стоит что-то менять. Игроки должны находиться в привычной среде, цепляться за психологические «якорьки», которые в командных видах спорта неизбежны и полезны. Кто-то любит настраиваться под музыку в наушниках, другому нужно перекинуться парой фраз с партнёрами. Это нормально. И ещё один приём — он может помочь в сериях матчей забыть и обидное поражение, которое давит морально перед ответной встречей, и крупную победу, способную вселить излишнюю уверенность в своих силах.

— Вести дневник! — подсказывает наша собеседница. — Если тяжело разгрузить голову, сконцентрироваться именно на моменте «здесь и сейчас», стоит попробовать после игры — какой бы она ни была — записать свои мысли, тем самым выплеснуть их на бумагу, оставить в прошлом. Некоторые после этого сжигают эти записи, окончательно прощаясь с эмоциями, воспоминаниями. Одна из распространённых практик, достаточно эффективная.

Многие команды строят вокруг матчей плей-офф и настоящие ритуалы. В раздевалках собираются композиции из победных шайб, ставятся галочки в специальных таблицах, из выигранных игр в виде паззла складывается кубок.

— Да можно молитву почитать и в церковь сходить! Хоть шамана позвать! — совсем даже не в шутку говорит Ульяна Александровна. — Главное, поверить в свои силы. Мы недавно обсуждали такой момент в нашем профессиональном чате. Я считаю, что такие спортивные суеверия помогают спортсменам подкрепить уверенность в своих силах. В шаманских практиках, например, прослеживаются чёткие методы нейролингвистического программирования. В конечном итоге всё это — и победные шайбы, прибитые на клюшку, и какие-то особенные ритуалы — позволяют поверить человеку в свои силы, думать, что этот талисман, заряженный победным состоянием, поможет выигрывать и дальше. А значит — прийти к состоянию боевой готовности. И кто достигнет его эффективнее, тот с большей вероятностью станет победителем.

СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ АДАПТАЦИЯ И ПСИХОСОМАТИЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА У ЛИЦ С БОЕВЫМ СТРЕССОМ В АНАМНЕЗЕ | Грачёва

1. Бундало Н.Л. Хроническое посттравматическое стрессовое расстройство: монография. -Красноярск: КрасГМУ, 2009. -352 с.

2. Волошин В.М. Хроническое посттравматическое стрессовое расстройство (клинико-динамические аспекты: пособие для врачей. -М.: Анархис, 2004. -48 с.

3. Вассерман Л.И., Трифонова Е.А., Федорова В.Л. Внутренняя картина болезни в структуре качества жизни у больных с соматической патологией//Сибир. психолог. журн. -2008. -№ 27. -С. 67 -71.

4. Китаев-Смык Л.А. Психология стресса/Ин-т психологии. -М.: Наука, 1983. -368 с.

5. Кокорина Н.П., Волыкова М.А. Посттравматические стрессовые расстройства у участников локальных войн: предварительное сообщение//Медицина Кузбасса. Спец-вып. -2004. -№ 10. -С. 35 -36.

6. Кузнецов А.А., Нестеренко Н.В., Зуйкова Н.В. Распространенность психосоматической патологии среди участников вооруженных конфликтов//Боевой стресс: механизмы стресса в экстремальных условиях деятельности: Сб. науч. тр. шестого Всерос. симп. по проблемам боевого стресса/под ред. И.Б. Ушакова, Ю.А. Бубеева. -М.: Истоки, 2007. -С. 94.

7. Первомайский В.Б., Илейко В.Р. Судебно-психиатрическая экспертиза: от теории к практике. -Киев: КИТ, 2006. -394 с.

8. Селье Г. Стресс без дистресса/под ред. члена АН СССР Е.М. Крепса. -М.: Прогресс, 1992. -128 с.

9. Снедков Е.В. Патогенез и нозография боевой психической патологии/Е.В. Снедков//Проблемы реабилитации. -2001. -№ 1. -С. 43 -49.

10. Смирнова Л.В. Посттравматические стрессовые расстройства у военнослужащих: (клиника, коморбидные состояния, факторы риска, терапия): автореф. дис.. канд. мед. наук. -Томск, 2003. -27 с.

11. Horowitz M.J. Stress-response syndromes: a review of posttraumatic and adjustment disorders // International Handbook of Traumatic Stress Syndromes // Hosp. Community Psychiatry, 1986. — Vol. 37. — № 3. — P. 241-249.

12. Ronis D.L. et al. Longitudinal patterns of care for patients with posttraumatic stress disorder//J. of Traumatic Stress. -1996. -Vol. 9. -P. 763 -781.

13. Stein M. et al. Full and partial posttraumatic stress disorder//Am. J. of Psychiatry. -1997. -Vol. 154. -P. 1114-1119.

Психология и физиология смертельного конфликта на войне и в мире Лорен В. Кристенсен, Дэйв Гроссман с бесплатным испытанием.

On Combat рассматривает, что происходит с человеческим телом в условиях смертельной битвы и влияет на нервную систему, сердце, дыхание, зрительное и слуховое восприятие, память, а затем обсуждает новые результаты исследований относительно того, какие меры могут принять воины. предотвратить такое истощение, чтобы они могли продолжать сражаться, выжить и побеждать.Краткий, но проницательный взгляд на историю показывает эволюцию боевых действий, развитие физических и психологических средств воздействия, которые позволяют людям убивать других людей, с последующим объективным исследованием домашнего насилия в Америке. Авторы раскрывают природу воина, отважных мужчин и женщин, которые тренируют свой разум и тело, чтобы отправиться в то место, откуда убегают другие.

После изучения невероятного влияния нескольких настоящих воинов в битве, On Combat представляет новое захватывающее исследование о том, как тренировать разум, чтобы научиться справляться со стрессом, страхом и даже болью.Расширяя популярную презентацию подполковника Гроссмана о «пуленепробиваемом уме», аудиокнига исследует, что на самом деле происходит с воином после битвы, и показывает, как эмоции, такие как облегчение и самоуничижение, являются естественными и здоровыми способами переживания того, что он выжил. бой. Свежий и очень информативный взгляд на посттравматический стрессовый синдром (ПТСР) подробно описывает, как его предотвратить, как выжить, если он случится, как выйти из него сильнее и как помочь другим, кто его переживает.

On Combat рассматривает критическую важность подведения итогов, когда воины собираются после битвы, чтобы поделиться тем, что произошло, критиковать, поучиться друг у друга и, для некоторых, начать исцеляться от ужаса.Слушатель изучит высокоэффективную технику дыхания, которая не только успокаивает разум и тело воина до и во время битвы, но также может использоваться впоследствии как мощное лечебное средство, помогающее отделить эмоции от воспоминаний. В заключительных главах обсуждается христианская / иудейская точка зрения на убийство в бою и предлагается мощное понимание, которое подполковник Гроссман поделился на протяжении многих лет, чтобы помочь тысячам воинов понять и смириться со своими действиями в бою. Последняя глава призывает воинов всегда бороться за справедливость, а не за месть, чтобы оставшиеся дни были здоровыми, наполненными гордостью за то, что они выполнили свой долг морально и этично.Эта насыщенная информацией аудиокнига открывает новые горизонты в своем видении, в своих обширных новых исследованиях и поразительных открытиях, а также в своих мощных, разоблачающих цитатах и ​​анекдотах от ведущих людей воинского сообщества, людей, которые столкнулись с токсичной средой смертоносного боя и теперь делиться своей мудростью, чтобы помогать другим.

On Combat прост для понимания и мощен по своим масштабам. Это настоящая классика, которую будут слушать новые и опытные воины долгие годы.

О бою, психологии и физиологии смертельного конфликта на войне и в мире (9780964920545): Дэйв Гроссман, Лорен В.Кристенсен: Книги

В своем описании подполковника Дэйва Гроссмана журнал Slate Magazine сказал: «Гроссман — такая героическая, всесторонне компетентная фигура, что он мог бы выйти из видеоигры». У него пять патентов на свое имя, он опубликовал четыре романа, две детские книги и шесть научно-популярных книг, в том числе свой «вечный бестселлер» «Об убийстве» (продано более полумиллиона копий) и лучшую книгу New York Times. продаю книгу в соавторстве с Гленном Беком.

Он — рейнджер армии США, десантник и бывший профессор психологии Вест-Пойнт.У него черный пояс по ходзюцу, боевому искусству огнестрельного оружия, и он был введен в Зал славы боевых искусств США.

Исследование полковника Гроссмана было процитировано президентом США в общенациональном обращении, и он давал показания в Сенате США, Конгрессе США и многих законодательных собраниях штатов. Он был свидетелем-экспертом и консультантом в судах штата и федеральных судах. Он помогал обучать специалистов по психическому здоровью после резни в школе Джонсборо, а также участвовал в консультировании и судебных делах после массовых убийств амишей в школах Падука, Спрингфилд, Литтлтон и Никель Майнс.

Полковник Гроссман был призван написать статью «Агрессия и насилие» в Oxford Companion to American Military History, три записи в «Энциклопедии насилия, мира и конфликтов» Academic Press и представил документы перед национальными съездами Американская медицинская ассоциация, Американская психиатрическая ассоциация, Американская психологическая ассоциация и Американская академия педиатрии.

После выхода в отставку из армии США в 1998 году он был в разъездах почти 300 дней в году на протяжении более 19 лет.

Сегодня полковник Гроссман — директор исследовательской группы киллологов. Он написал и много говорил о террористической угрозе, со статьями, опубликованными в Гарвардском журнале права и гражданской политики и во многих ведущих журналах правоохранительных органов.

Психологических эффектов боя | киллология

Запись в научном справочнике; Гроссман Д. и Сиддл Б.К. «Психологические эффекты боя» в Энциклопедии насилия, мира и конфликтов, Academic Press, 2000.

Щелкните здесь для перевода на испанский

«Психологические эффекты боя»

Дэйв Гроссман и Брюс К. Сиддл

ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ БОЯ — это концепция, охватывающая широкий спектр процессов и негативных воздействий, все из которых должны приниматься во внимание при любой оценке ближайших и долгосрочных издержек войны. В этой статье рассматривается широкий спектр психологических эффектов боя, в том числе:

  • Психиатрические пострадавшие в ходе боевых действий

  • Физиологическое возбуждение и страх

  • Физиология рукопашного боя

  • Цена убийства

  • Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР)

Введение: наследие лжи

Изучение психологических эффектов боя должно начинаться с признания того, что есть некоторые положительные аспекты боя.На протяжении всей записанной истории эти положительные аспекты подчеркивались и преувеличивались, чтобы защитить самооценку комбатантов, почтить память павших и оправдать их смерть, возвысить и прославить политических лидеров и военачальников, а также манипулировать населением, чтобы поддержать их. войны и посылать своих сыновей на смерть. Но тот факт, что этими положительными аспектами манипулируют и эксплуатируют, не отрицает их существования. Есть причина для мощного притяжения борьбы на протяжении веков, и нет никакого смысла переходить от дисфункциональной крайности прославления войны к столь же дисфункциональной крайности отрицания ее привлекательности.

Способность распознавать опасность и противостоять ей, мощная групповая связь, которая возникает во время стресса, впечатляющее зрелище, когда нация сосредоточена и настроена на достижение единой цели, беззаветная преданность абстрактным концепциям и целям и способность преодолевать мощные императивы инстинкта выживания и добровольной смерти за других: эти общие аспекты войны представляют как важные черты выживания, так и потенциально положительный комментарий к основной природе человека.Но если война действительно способна отражать некоторые обычно скрытые, положительные аспекты человечества, она бесспорно делает это ценой большой и трагической.

Одна очевидная и трагическая цена войны — это жертвы и разрушения. Но есть дополнительная цена, психологическая цена, которую несут выжившие в битве, и полное понимание этой цены слишком долго подавлялось наследием самообмана и преднамеренного искажения фактов. После удаления этого «наследства лжи», которое увековечивает и прославляет войну, невозможно избежать вывода, что сражение и убийства, лежащие в основе битвы, являются чрезвычайно травмирующими и психологически дорогостоящими усилиями, которые глубоко влияют на всех, кто в них участвует. Это.

Эту психологическую цену войны легче всего наблюдать и измерить на индивидуальном уровне. На национальном уровне страна, находящаяся в состоянии войны, может ожидать небольшого — но статистически значимого — увеличения количества убийств в семье, вероятно, из-за прославления насилия и, как следствие, снижения уровня «подавления» естественных агрессивных инстинктов, которые Фрейд считал необходимым для существования цивилизации. На уровне группы даже самая элитная единица обычно психологически разрушается, когда было нанесено от 50 до 60% потерь, а интеграция индивида в группу настолько сильна, что это разрушение часто приводит к депрессии и самоубийству.Однако нация (если она не уничтожена войной) обычно устойчива, и группа (если не уничтожена) неизбежно распадается. Но человек, выживший в бою, вполне может в конечном итоге заплатить огромную психологическую цену на всю жизнь. Кумулятивное воздействие этих эффектов на сотни тысяч ветеранов носит всеобъемлющий характер и имеет значительный потенциал для оказания глубокого воздействия на общество в целом.

Психиатрические жертвы на войне

Ричард Гэбриэл отметил, что: «Народы обычно измеряют« издержки войны »в долларах, потерянном производстве или количестве убитых или раненых солдат.«Но» военные учреждения редко пытаются измерить цену войны с точки зрения индивидуальных страданий. Психиатрический срыв остается одним из самых дорогостоящих элементов войны, если его выразить в человеческих терминах «. Действительно, для комбатантов на каждой крупной войне в этом столетии была большая вероятность стать психиатрической жертвой, чем быть убитыми вражеским огнем.

Психиатрический пострадавший — это боец, который больше не может участвовать в бою из-за психического (в отличие от физического) истощения.Психиатрические травмы редко представляют собой необратимое истощение, и при надлежащем уходе их можно вернуть в очередь. (Однако израильские исследования показали, что после боев у психиатрических больных имеется сильная предрасположенность к более длительным и более стойким изнурительным проявлениям посттравматического стрессового расстройства.)

Фактическая жертва может проявляться по-разному, от аффективных расстройств до соматоформных расстройств, но лечение многих проявлений боевого стресса включает простое удаление солдата из боевой обстановки.Но проблема в том, что военные не хотят просто вернуть психиатрических больных к нормальной жизни, они хотят вернуть их в бой. И эти жертвы, по понятным причинам, не хотят этого делать.

Эвакуационный синдром — парадокс боевой психиатрии. Нация должна заботиться о своих психиатрических жертвах, поскольку они не представляют никакой ценности на поле битвы (действительно, их присутствие в бою может отрицательно сказаться на моральном духе других комбатантов), и их все еще можно снова использовать в качестве ценных закаленных пополнений, как только они оправились от боевого стресса.Но если комбатанты начнут осознавать, что сумасшедшие комбатанты эвакуируются, число психиатрических жертв резко возрастет.

Продолжающаяся «близость» к полю боя (через передовое лечение, обычно в пределах досягаемости вражеской артиллерии) в сочетании с «ожиданием» быстрого возвращения в бой — вот принципы, разработанные для преодоления парадокса синдрома эвакуации. Эти принципы близости и ожидания доказали свою эффективность со времен Первой мировой войны.Они позволяют пострадавшему психиатру получить отдых, который является единственным лекарством от его проблемы, но не дают понять еще здоровым товарищам, что безумие — это билет от безумия поля битвы.

Но даже при тщательном применении принципов близости и ожидания количество психиатрических травм по-прежнему огромно. Во время Второй мировой войны 504 000 человек погибли из-за психического коллапса американских боевых частей — этого достаточно, чтобы укомплектовать 50 дивизий.Соединенные Штаты понесли эту потерю, несмотря на попытки отсеять тех, кто умственно и эмоционально непригоден к бою, путем классификации более 800 000 человек 4-F (непригодные к военной службе) по психиатрическим причинам. В какой-то момент во время Второй мировой войны пациенты с психиатрическими больными выписывались из армии США быстрее, чем набирались новобранцы.

Суонк и Маршан, проведенное во время Второй мировой войны исследование комбатантов армии США на пляжах Нормандии, показало, что после 60 дней непрерывных боев 98% выживших солдат стали жертвами психических заболеваний.А остальные 2% были идентифицированы как «агрессивные психопатические личности». Таким образом, не так уж далеко от истины, чтобы заметить, что в непрерывных, неизбежных боях есть что-то, что сводит с ума 98% всех мужчин, а остальные 2% были сумасшедшими, когда попали туда. На рис. 1 схематически показаны эффекты непрерывного боя.

Следует понимать, что вид непрерывных, затяжных боев, приводящий к столь высокому уровню психиатрических потерь, в значительной степени является продуктом войн 20-го века.Битва при Ватерлоо длилась всего день. Геттисберг продержался всего три дня — и они взяли выходные. Только во время Первой мировой войны армии начали в течение нескольких месяцев вести круглосуточные бои, и именно во время Первой мировой войны впервые было обнаружено огромное количество психиатрических жертв.

Демократические нации этого столетия лучше, чем большинство других, признавали и справлялись со своими боевыми психическими потерями, а информация из незападных источников чрезвычайно ограничена, но теперь мы знаем, что опыт Америки во Второй мировой войне отражает универсальную цену современные, затяжные войны.Армии по всему миру испытали аналогичные массовые психиатрические потери, но многие просто загнали этих жертв в бой штыком, стреляя в тех, кто отказывался или не мог продолжать. Японские подразделения во время Второй мировой войны использовали уникальный набор мощных культурных и групповых процессов, чтобы отсрочить психиатрический срыв, но им удалось лишь временно отложить стоимость боя, цена которой в конечном итоге вылилась в массовое самоубийство. В конечном итоге потери в современных боях поистине ужасны, и ни одна нация или культура не смогли избежать этого.

Физиологическое возбуждение и страх

Солдат в бою терпит множество унижений. Среди них могут быть бесконечные месяцы и годы пребывания в условиях жары пустыни, душных джунглей, проливных дождей или замерзших гор и тундр. Обычно солдат живет среди роящихся паразитов. Очень часто наблюдается недостаток пищи, недостаток сна и постоянная неуверенность, которая разъедает чувство контроля комбатантов над своей жизнью и окружающей средой. Но как бы они ни были плохи, все эти факторы стресса можно найти во многих культурных, географических или социальных обстоятельствах, и когда компонент войны устранен, люди, оказавшиеся в этих обстоятельствах, не страдают массовыми психическими потерями.

Чтобы полностью осознать интенсивность стресса во время боя, мы должны помнить об этих других факторах стресса, одновременно понимая физиологический ответ организма на бой, что проявляется в мобилизации ресурсов симпатической нервной системы. И затем мы должны понять влияние «обратной реакции» парасимпатической нервной системы, которая возникает в результате предъявляемых к ней требований. Симпатическая нервная система (СНС) мобилизует и направляет энергетические ресурсы организма к действию.Это физиологический эквивалент солдат на передовой, которые фактически сражаются в воинских частях. Парасимпатическая нервная система отвечает за пищеварительные и восстановительные процессы организма. Это физиологический эквивалент телесных поваров, механиков и служащих, которые поддерживают военную часть в течение длительного периода времени.

Обычно тело поддерживает себя в состоянии гомеостаза, что гарантирует, что эти две нервные системы поддерживают баланс между их потребностями в ресурсах тела.Но в чрезвычайно стрессовых обстоятельствах срабатывает реакция «бей или беги», и SNS мобилизует всю доступную энергию для выживания. Это физиологический эквивалент того, чтобы бросить в бой поваров, механиков и клерков. Этот процесс настолько интенсивен, что солдаты очень часто страдают от стрессовой диареи из-за перенаправления энергии от несущественных парасимпатических процессов, и совсем не редкость потеря контроля над мочеиспусканием и дефекацией, поскольку тело буквально «сдувает свой балласт» и перенаправляет всю доступную энергию в попытке предоставить ресурсы, необходимые для обеспечения выживания.Это отражено в исследованиях Второй мировой войны, в которых четверть ветеранов боевых действий признались, что мочились в штаны в бою, а четверть признались, что испражнялись в штанах в бою.

Комбатант должен заплатить физиологическую цену за столь интенсивный процесс расслабления. «Цена», которую платит тело, является столь же мощной «ответной реакцией», когда нарастают игнорируемые потребности парасимпатической нервной системы. Эта парасимпатическая реакция возникает, как только опасность и возбуждение минуют, и принимает форму невероятно сильной усталости и сонливости со стороны солдата.

Наполеон заявил, что момент наибольшей опасности наступил сразу после победы, и, сказав это, он продемонстрировал мощное понимание того, каким образом солдаты становятся физиологически и психологически недееспособными из-за парасимпатической реакции, которая возникает сразу после наступления атаки. остановился, и солдат ненадолго считает себя в безопасности. В этот период уязвимости контратака свежих войск может иметь эффект, совершенно непропорциональный количеству атакующих войск.

В основном по этой причине поддержание «нераздуваемого» резерва исторически было важным в бою, при этом сражения часто вращались вокруг того, какая сторона может удержаться и развернуть свои резервы последней. Клаузевиц понимал опасность преждевременного истощения и истощения резервных сил (и он дает представление о первопричине истощения), когда предупреждал, что резервы всегда следует поддерживать вне поля зрения сражения.

В непрерывном бою солдат катится на американских горках через кажущуюся бесконечной серию этих всплесков адреналина и их последующих ответных реакций, а естественная, полезная и соответствующая реакция организма на опасность в конечном итоге становится чрезвычайно контрпродуктивной.Неспособные к бегству и неспособные преодолеть опасность с помощью короткой вспышки боя, позирования или подчинения, тела современных солдат в длительном бою исчерпывают свою способность истощать. Они впадают в состояние глубокого физического и эмоционального истощения такой степени, что кажется почти невозможным передать его тем, кто этого не испытал.

Большинство наблюдателей за боевыми действиями объединяют воздействие этого процесса физиологического возбуждения под общим заголовком «страх», но на самом деле страх — это когнитивный или эмоциональный ярлык для неспецифического физиологического возбуждения в ответ на угрозу.Влияние страха и сопутствующего ему физиологического возбуждения значительно, но следует понимать, что страх — это всего лишь симптом, а не болезнь, это следствие, а не причина. Чтобы по-настоящему понять психологические эффекты боя, мы должны точно понимать, что вызывает у людей такую ​​сильную реакцию страха. Становится все более очевидным, что есть два ключевых стрессора, вызывающих психологический урон, связанный с боевыми действиями. Эти факторы стресса: травма, связанная с тем, что вы стали жертвой межличностной агрессии с близкого расстояния; и травма, связанная с ответственностью убить другого человека с близкого расстояния.

Травма межличностной агрессии с близкого расстояния

Во время Второй мировой войны бойня и разрушения, вызванные месяцами непрерывных немецких бомбардировок в Англии и годами бомбардировок союзников в Германии, систематически совершались с целью причинения психологического ущерба гражданскому населению. Днем и ночью в результате намеренно непредсказуемой схемы гражданские лица, родственники и друзья были изувечены, убиты, а их дома разрушены.Это гражданское население испытывало страх и ужас такого масштаба, с которым немногие люди когда-либо столкнутся.

Это непредсказуемое, неконтролируемое царство шока, ужаса и террора — именно то, что психиатры и психологи до Второй мировой войны считали ответственными за огромное количество психиатрических потерь, понесенных солдатами во время Первой мировой войны. Исследование Корпорации по стратегическим бомбардировкам, опубликованное в 1949 году, показало, что психологические расстройства у этих групп населения увеличились лишь незначительно по сравнению с показателями мирного времени, и что это происходило в основном среди людей, уже предрасположенных к психическим заболеваниям.Эти взрывы, которые были направлены на то, чтобы сломить волю населения, по-видимому, в первую очередь послужили ожесточению сердец и укреплению решимости бороться среди тех, кто их пережил.

Влияние страха, физиологического возбуждения, ужаса и физической депривации в бою никогда не следует недооценивать, но стало ясно, что другие факторы несут ответственность за психиатрические потери среди комбатантов. Один из этих факторов — влияние межличностной агрессивной конфронтации на близком расстоянии.

С помощью американских горок, боевиков и фильмов ужасов, наркотиков, скалолазания, рафтинга, подводного плавания с аквалангом, прыжков с парашютом, охоты, контактных видов спорта и сотен других средств современное общество преследует страх. Страх сам по себе редко является причиной травмы в повседневной жизни в мирное время, но столкновение с межличностной агрессией и ненавистью со стороны сограждан на близком расстоянии — это ужасающий опыт совершенно иного масштаба.

Абсолютный страх и ужас в жизни большинства современных людей — это быть изнасилованным, подвергнутым пыткам или избиениям, подвергнуться физическому унижению на глазах у близких или подвергнуться вторжению в неприкосновенность дома агрессивных и злобных злоумышленников.Диагностическое и статистическое руководство Американской психиатрической ассоциации подтверждает это, когда отмечает посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР). . . может быть особенно серьезным или более продолжительным, когда фактор стресса создан человеком. Посттравматическое стрессовое расстройство в результате стихийных бедствий, таких как торнадо, наводнения и ураганы, встречается сравнительно редко и в легкой форме, но острые случаи посттравматического стрессового расстройства неизменно возникают в результате пыток или изнасилований. В конечном счете, подобно торнадо, наводнениям и ураганам, бомбы с высоты 20 000 футов просто не являются «личными» и значительно менее травматичны как для жертвы, так и для агрессора.

Смерть или истощение статистически гораздо более вероятны в результате болезни или несчастного случая, чем в результате злонамеренных действий, но статистика не имеет ничего общего со страхом. С точки зрения статистики, курение сигарет — чрезвычайно опасное занятие, которое ежегодно приводит к медленным ужасным смертям миллионов людей во всем мире, но этот факт не отговаривает миллионы людей от курения, и во всем мире лишь немногие страны заинтересованы в принятии законов для защиты своих граждан. от этой угрозы.Но присутствие одного серийного насильника в большом городе может изменить поведение сотен тысяч людей, и существует широкая традиция законов, направленных на защиту граждан от изнасилований, нападений и убийств.

Когда змеи, высота или темнота вызывают у человека сильную реакцию страха, это считается фобией, дисфункцией, отклонением от нормы. Но очень естественно и нормально реагировать на атакующего, агрессивного товарища человека фобическим ответом.Это универсальная человеческая фобия. Больше, чем что-либо другое в жизни, это преднамеренная, открытая человеческая враждебность и агрессия, которые атакуют самооценку, чувство контроля и, в конечном итоге, психическое и физическое здоровье людей.

Солдат в бою попадает прямо в неизбежную среду этой наиболее психологически травмирующей среды. В конечном счете, если комбатант не может получить передышку от боевой травмы, и если он не ранен или не убит, единственный доступный выход — это психологический выход из состояния психиатрической травмы и мысленного бегства с поля битвы.

Физиология рукопашного боя

Понимание стресса рукопашного боя начинается с понимания физиологической реакции на межличностную агрессию на близком расстоянии. Традиционный взгляд на боевой стресс чаще всего ассоциируется с боевой усталостью и посттравматическим стрессовым расстройством, которые на самом деле являются проявлениями, возникающими после боевого стресса и в результате него. Брюс Сиддл определил боевой стресс как восприятие неминуемой угрозы серьезного телесного повреждения или смерти или когда ему поручено защитить другую сторону от неминуемой серьезной травмы или смерти в условиях, когда время реакции минимально.

Изнурительные эффекты боевого стресса были признаны веками. Такие явления, как туннельное зрение, исключение слуха, потеря тонкой и сложной моторики, иррациональное поведение и неспособность ясно мыслить — все это наблюдались как побочные продукты боевого стресса. Несмотря на то, что эти явления наблюдались и документировались на протяжении сотен лет, было проведено очень мало исследований, чтобы понять, почему борьба со стрессом ухудшает работоспособность.

Ключевой характеристикой, которая отличает боевой стресс, является активация SNS. Социальная сеть активируется, когда мозг воспринимает угрозу выживанию, что приводит к немедленному выбросу гормонов стресса. Этот «массовый разряд» предназначен для подготовки тела к борьбе или бегству. Реакция характеризуется повышением артериального давления и притока крови к большой мышечной массе (что приводит к увеличению силовых возможностей и улучшенным навыкам крупной моторики, например бегу от противника или атаке на него), сужению мелких кровеносных сосудов на концах придатков ( который служит для уменьшения кровотечения из ран), расширения зрачка, прекращения пищеварительных процессов и мышечного тремора.На рисунке 2 (ниже) схематически представлены эффекты увеличения частоты сердечных сокращений, вызванного гормонами, в результате активации СНС.

Активация SNS происходит автоматически и практически не контролируется. Это рефлекс, вызванный восприятием угрозы. Однажды инициированная, SNS будет доминировать над всеми произвольными и непроизвольными системами до тех пор, пока воспринимаемая угроза не будет устранена или ускользнет, ​​производительность ухудшится или парасимпатическая нервная система не активируется для восстановления гомеостаза.

Степень активации социальных сетей зависит от уровня предполагаемой угрозы. Например, низкоуровневая активация SNS может быть результатом ожидания боя. Это особенно характерно для полицейских или солдат за несколько минут до того, как они совершат тактическую атаку в потенциально смертоносную среду. В этих условиях у бойцов обычно наблюдается учащение пульса и дыхания, мышечный тремор и психологическое чувство тревоги.

Напротив, активация SNS высокого уровня происходит, когда комбатанты сталкиваются с неожиданной смертельной угрозой, и время на ответ минимально.В этих условиях экстремальные эффекты SNS вызовут катастрофический отказ систем визуального, когнитивного и двигательного контроля. Хотя существует бесконечное количество переменных, которые могут запускать SNS, есть шесть ключевых переменных, которые оказывают непосредственное влияние на уровень активации SNS. Это степень злобного человеческого намерения, стоящего за угрозой; предполагаемый уровень угрозы, варьирующийся от риска получения травмы до возможности смерти; время, доступное для ответа; уровень уверенности в личных навыках и обучении; уровень опыта борьбы с конкретной угрозой; и степень физического утомления, сочетающегося с тревогой.

После активации SNS вызывает немедленные физиологические изменения, из которых наиболее заметным и легко отслеживаемым является учащение пульса. Активация SNS повысит частоту сердечных сокращений в среднем от 70 ударов в минуту (ударов в минуту) до более чем 200 ударов в минуту менее чем за секунду. По мере увеличения боевого стресса частота сердечных сокращений и дыхания будут увеличиваться до катастрофического отказа или до тех пор, пока не сработает парасимпатическая нервная система.

В 1950 г.Работа Л.А. Маршалла «Солдатский груз и мобильность нации» была одним из первых исследований, в которых было выявлено, как ухудшаются боевые характеристики, когда солдаты подвергаются боевому стрессу. Маршалл пришел к выводу, что мы должны отвергнуть суеверие, согласно которому в условиях опасности можно ожидать, что люди будут иметь больше, чем обычно, и что они превзойдут все свои усилия просто потому, что их жизни в опасности. Действительно, во многих отношениях реальность прямо противоположна, и люди, находящиеся в состоянии стресса, гораздо менее способны делать что-либо, кроме как слепо убегать от угрозы или атаковать ее.У людей есть три основные системы выживания: зрение, когнитивные процессы и двигательные навыки. Под стрессом ломаются все три.

Знаменательное исследование Брюса К. Сиддла в PPCT включало мониторинг реакции сотрудников правоохранительных органов на частоту сердечных сокращений при моделировании межличностных конфликтов с использованием имитационного оружия типа пейнтбола. Это исследование неизменно фиксировало увеличение частоты сердечных сокращений до более чем 200 ударов в минуту, с некоторыми пиковыми значениями частоты сердечных сокращений до 300 ударов в минуту.Это были симуляции, в которых бойцы знали, что их жизни ничего не угрожает. В реальной ситуации жизни и смерти комбатант (будь то солдат или офицер правоохранительных органов) сталкивается с абсолютной универсальной человеческой фобией межличностной агрессии и, безусловно, испытает физиологическую реакцию, даже более сильную, чем у субъектов Сиддла. Фундаментальная истина современного боя заключается в том, что стресс от столкновения с межличностной агрессией на близком расстоянии настолько велик, что, если его терпеть месяцами подряд без каких-либо других средств передышки или побега, комбатант неизбежно станет психиатрической жертвой.

Еще больше, чем сопротивление стать жертвой агрессии с близкого расстояния, — это сильное отвращение комбатанта к агрессии против других людей. В основе этого страха — сопротивление среднего здорового человека убийству себе подобных.

Сопротивление убийству

Психиатрические потери, которые обычно ассоциируются с длительным пребыванием в боевых условиях, заметно сокращаются среди медицинского персонала, капелланов, офицеров и солдат, находящихся в разведывательном патрулировании в тылу врага.Ключевым фактором, отсутствующим в каждой из этих ситуаций, является то, что, хотя они находятся на передовой и противник может попытаться убить их, они не несут прямой ответственности за личное участие в убийствах с близкого расстояния. Даже когда существует равная или даже большая опасность смерти, бой будет намного менее напряженным, если вам не нужно убивать.

Существование сопротивления убийству лежит в основе этой дихотомии между убийцами и теми, кто не убивает. Это дополнительный, последний фактор стресса, с которым должен столкнуться комбатант.Чтобы по-настоящему понять природу этого сопротивления убийству, мы должны сначала признать, что большинство участников ближнего боя буквально «напуганы до глубины души». Как только пули начинают лететь, бойцы перестают думать передним мозгом, который является частью мозга, который делает нас людьми, и начинают думать средним мозгом, или мозгом млекопитающих, который является примитивной частью мозга, которая обычно неотличима от этого. животного.

В конфликтных ситуациях эту примитивную обработку среднего мозга можно наблюдать в существовании мощного сопротивления убийству себе подобных.Во время территориальных и брачных сражений животные с рогами и рогами сталкиваются друг с другом относительно безобидным образом лицом к лицу, гремучие змеи борются друг с другом, а пираньи сражаются со своим собственным видом взмахами хвоста, но против любых других видов эти существа развязывают свои силы. рога, клыки и зубы без ограничений. Это важный механизм выживания, который не позволяет виду уничтожить себя во время территориальных ритуалов и брачных ритуалов.

Одним из главных современных открытий в области военной психологии является наблюдение, что это сопротивление убийству собственного вида также является ключевым фактором в человеческих боях.Бригадный генерал С.Л.А. Маршалл впервые заметил это во время своей работы в качестве официального американского историка Европейского театра военных действий во Второй мировой войне. Основываясь на своих послематчевых интервью, Маршалл в своей знаменитой книге «Люди против огня» пришел к выводу, что только 15-20% стрелков во время Второй мировой войны стреляли из оружия по незащищенным вражеским солдатам. Стрельба из специального оружия, например из огнемета, обычно производилась. Оружие, обслуживаемое экипажем, такое как пулемет, почти всегда стреляло. И стрельба значительно увеличилась бы, если бы ближайший лидер потребовал, чтобы солдат стрелял.Но когда их оставили на произвол судьбы, подавляющее большинство отдельных комбатантов на протяжении всей истории, похоже, не могли или не желали убивать.

Выводы Маршалла были несколько противоречивыми. Столкнувшись с озабоченностью ученых методологией и выводами исследователя, научный метод предполагает воспроизведение результатов исследования. В случае Маршалла все доступные параллельные научные исследования подтверждают его основные выводы. Опросы Ардана дю Пика о французских офицерах в 1860-х годах и его наблюдения за древними сражениями, многочисленные отчеты Кигана и Холмса о неэффективной стрельбе на протяжении всей истории, оценка Ричардом Холмсом скорости стрельбы аргентинцев во время Фолклендской войны, данные Пэдди Гриффита о чрезвычайно низкой смертности среди полков наполеоновской и американской гражданской войны, лазерные реконструкции исторических сражений британской армией, исследования ФБР по количеству неиспользованных стрельб среди сотрудников правоохранительных органов в 1950-х и 1960-х годах, а также бесчисленное количество других индивидуальных и анекдотических наблюдений подтверждают фундаментальный вывод Маршалла о том, что человек не является По натуре убийца.

Исключение из этого сопротивления можно наблюдать у социопатов, которые по определению не испытывают сочувствия или раскаяния к своим собратьям. Собаки питбулей разводились выборочно, чтобы гарантировать, что они совершат неестественный акт убийства другой собаки в бою. Точно так же человеческие социопаты представляют 2% Суонка и Маршана, которые не стали психиатрическими жертвами после месяцев непрерывных боев, поскольку их не беспокоило требование убивать.Но социопаты были бы несовершенным инструментом, которым невозможно управлять в мирное время, а социальная динамика очень затрудняет восприятие людьми такой черты. Однако люди очень хорошо умеют находить механические средства для преодоления естественных ограничений. Люди родились без физической способности летать, поэтому мы нашли механизмы, которые преодолели это ограничение и сделали возможным полет. Люди также родились без психологической способности убивать своих собратьев. Итак, на протяжении всей истории мы прилагали огромные усилия, чтобы найти способ преодолеть это сопротивление.С психологической точки зрения, историю войн можно рассматривать как серию последовательно более эффективных тактических и механических механизмов, позволяющих или заставляющих комбатантов преодолевать свое сопротивление убийству.

Преодоление сопротивления убийству

К 1946 году армия США согласилась с выводами Маршалла, и Управление кадровых исследований армии США впоследствии произвело революцию в боевой подготовке, которая в конечном итоге заменила стрельбу по мишеням в яблочко глубоко укоренившимся «условием» с использованием реалистичных, человеческих, поп-снарядов. вверх по целям, которые падают при попадании.Психологи знают, что этот вид мощного «оперантного кондиционирования» — единственный метод, который будет надежно влиять на примитивную обработку среднего мозга напуганного человека, точно так же, как пожарные учения заставляют испуганных школьников правильно реагировать во время пожара и повторять повторяющийся «стимул». -рефлекторная «подготовка» в авиасимуляторах позволяет испуганным пилотам рефлекторно реагировать на аварийные ситуации.

На протяжении всей истории составляющими групп, лидерством и расстоянием манипулировали, чтобы позволить комбатантам и заставлять их убивать, но введение кондиционирования в современное обучение было настоящей революцией.Применение и совершенствование этих основных методов кондиционирования увеличило скорострельность с почти 20% во время Второй мировой войны до примерно 55% в Корее и примерно 95% во Вьетнаме. Подобные высокие темпы стрельбы, возникающие в результате применения современных методов кондиционирования, можно увидеть в данных ФБР о скоростях стрельбы правоохранительных органов с момента общенационального внедрения современных методов кондиционирования в конце 1960-х. На рисунке 3 представлено схематическое изображение взаимодействия между факторами, способствующими убийству, которыми манипулировали на протяжении всей истории, включая ключевой, современный компонент кондиционирования.

Один из самых ярких примеров ценности и силы этой современной психологической революции в обучении можно увидеть в наблюдениях Ричарда Холмса над Фолклендской войной 1982 года. Великолепно обученные (т.е. «подготовленные») британские силы не имели превосходства в воздухе и артиллерии и постоянно превосходили численностью три к одному, атакуя плохо обученных, но хорошо оснащенных и тщательно окопавшихся аргентинских защитников. Превосходная скорость стрельбы британцев (которая, по оценкам Холмса, превышает 90%), обусловленная современными методами обучения, была признана ключевым фактором в серии британских побед в этой короткой, но кровопролитной войне.Любую будущую армию, которая попытается вступить в бой без подобной психологической подготовки, скорее всего, постигнет судьба, аналогичная судьбе аргентинцев.

Цена преодоления сопротивления убийству

Чрезвычайно высокая скорострельность, обусловленная современными процессами кондиционирования, была ключевым фактором, позволившим Америке заявить, что сухопутные войска США никогда не проигрывали крупных сражений во Вьетнаме. Но обусловленность, которая преодолевает такое мощное врожденное сопротивление, несет в себе огромный потенциал психологической реакции.В каждом обществе воинов есть «ритуал очищения», чтобы помочь вернувшимся воинам справиться со своей «кровной виной» и убедить их, что то, что они сделали в бою, было «хорошо». Особенности ритуала — сеанс «групповой терапии» и церемония возвращения ветерана в племя. Современные западные ритуалы традиционно предполагают длительные периоды во время марша или отплытия домой, парады, памятники и безоговорочное принятие со стороны общества и семьи.

Таблица I описывает некоторые ключевые факторы в процессах рационализации и принятия опыта убийств, используя пример войск США во Вьетнаме в качестве примера крайних обстоятельств, при которых ритуалы очищения не срабатывали.Например, бойцы не делают то, что они делают в бою за медали, они в значительной степени мотивированы заботой о своих товарищах, но после битвы медали служат своего рода «Бесплатной картой для выхода из тюрьмы»: могущественным талисманом, который провозглашает для них и для других то, что сделал боец, было благородно и приемлемо. Хотя медали были выданы после Вьетнама, социальная среда была такова, что ветераны не могли носить медали или свою форму публично. Точно так же молодому комбатанту необходимо присутствие зрелых, старших товарищей, к которым он мог бы обратиться за советом и поддержкой, но во Вьетнаме, особенно в пиковые годы войны, средний возраст комбатанта был, вероятно, меньше, чем во время любой другой войны в истории США. .Другие ключевые факторы, уникальные для американского опыта во Вьетнаме, включают отсутствие какой-либо действительно безопасной зоны внутри страны. Кроме того, индивидуальная система замены, которая мешала связям и обеспечивала то, что солдаты часто приходили и уходили чужими. Использование самолетов для немедленного возвращения ветеранов в Америку без обычного периода остывания и групповой терапии, который длился тысячи лет, когда ветераны плыли или возвращались домой.

Ветеранам Америки во Вьетнаме в ритуале очищения в значительной степени отказывали, и множество исследований продемонстрировали, что одним из наиболее значимых причинных факторов посттравматического стрессового расстройства является отсутствие поддерживающей структуры после травмирующего события, которое в данном случае имело место. когда вернувшийся ветеран подвергся беспрецедентному нападению и осуждению.Традиционные ужасы боя были усилены современными техниками кондиционирования, сочетающими характер войны с беспрецедентной степенью общественного осуждения. Это привело к возникновению посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) среди 3,5 миллионов американских ветеранов Юго-Восточной Азии. По оценкам, от 0,5 до 1,5 миллиона случаев, хотя результаты этих исследований сильно различаются. Эта массовая заболеваемость психическими расстройствами среди ветеранов Вьетнама привела к «открытию» посттравматического стрессового расстройства, состояния, которое, как мы теперь знаем, всегда возникало в результате военных действий, но никогда раньше в таком количестве.Армии по всему миру учли эти уроки Вьетнама, а также во время британской войны на Фолклендских островах, во время вторжения Израиля в Ливан в 1982 году и в войне США в Персидском заливе уроки Вьетнама и необходимость проведения ритуала очищения были внимательно изучены и применены. Во время афганской войны бывшего СССР эта потребность снова игнорировалась, и возникшие в результате социальные потрясения стали одним из факторов, которые в конечном итоге привели к краху этой нации. Действительно, доктрина Вайнбергера, позже именуемая доктриной Пауэлла, которая утверждает, что Соединенные Штаты не будут участвовать в войне без сильной социальной поддержки, является отражением трагических уроков, извлеченных из психологических последствий боевых действий во Вьетнаме.

ПТСР — психологическое расстройство, возникшее в результате травмирующего события. Посттравматическое стрессовое расстройство проявляется в постоянном повторном переживании травмирующего события, оцепенении эмоциональной реактивности и стойких симптомах повышенного возбуждения, что приводит к клинически значимым страданиям или нарушениям социальных и профессиональных функций. Часто между травматическим событием и проявлением посттравматического стрессового расстройства проходит большая задержка. Среди ветеранов Вьетнама в Соединенных Штатах посттравматическое стрессовое расстройство было тесно связано со значительным увеличением количества разводов, увеличением числа случаев злоупотребления алкоголем и наркотиками, а также увеличением количества самоубийств.Действительно, данные Управления по делам ветеранов показывают, что по состоянию на 1996 год ветеранов Вьетнама умерло от самоубийств после войны в три раза больше, чем от действий врага во время войны, и это число увеличивается с каждым годом.

Но посттравматическое стрессовое расстройство редко приводит к насильственным преступным действиям, и исследования Бюро юстиции США показывают, что ветераны, включая ветеранов Вьетнама, статистически менее подвержены тюремному заключению, чем не ветераны того же возраста. Ключевой гарантией в этом процессе, по-видимому, является глубоко укоренившаяся дисциплина, которую солдат усваивает во время военной подготовки.Однако с появлением интерактивных аркад и видеоигр типа «наведи и стреляй» появилось серьезное беспокойство по поводу того, что общество подражает военной подготовке, но без такой жизненно важной гарантии, как дисциплина. Существуют убедительные доказательства того, что неизбирательное применение техник боевой подготовки в качестве развлечения гражданскими лицами может быть ключевым фактором во всем мире, стремящемся к резкому росту показателей насильственной преступности, включая семикратное увеличение числа нападений с отягчающими обстоятельствами на душу населения в Америке с 1956 года. Таким образом, психологическое воздействие Бои все чаще можно наблюдать на улицах народов по всему миру.

Заключение: культурный заговор

Важно признать, что хорошие цели были и будут достигаться в ходе боевых действий. Многие демократии обязаны своим существованием успешной борьбе. Мало кто станет отрицать необходимость борьбы против нацистской Германии и Императорской Японии во Второй мировой войне. И во всем мире цену цивилизации ежедневно платят воинские части, участвующие в миротворческих операциях, и внутренние полицейские силы, которые вынуждены вступать в ближний бой.Были и будут времена и места, где сражения неизбежны, но когда общество требует, чтобы его полиция и вооруженные силы участвовали в боевых действиях, важно полностью осознавать масштабы неизбежных психологических потерь.

Часто говорят, что «в любви и на войне все хорошо», и это выражение дает ценное представление о человеческой психике, поскольку эти близнецы, табуированные поля сексуальности и агрессии представляют собой две области, в которых большинство людей будут постоянно обмануть себя. и другие.Наша психологическая и социальная неспособность осознать правду о последствиях боевых действий является основой культурного заговора репрессий, обмана и отрицания, которые помогали увековечивать и распространять войну на протяжении всей записанной истории.

В области психологии развития зрелый взрослый иногда определяется как человек, достигший определенной степени проницательности и самоконтроля в двух областях — сексуальности и агрессии. Это также полезное определение зрелости цивилизаций.Таким образом, двумя важными и обнадеживающими тенденциями последних лет стали развитие науки о человеческой сексуальности, получившей название «сексология», и параллельное развитие науки о человеческой агрессии, которую Д. Гроссман назвал «киллологией». Все согласны с тем, что продолжение исследований в этой ранее запретной сфере человеческой агрессии жизненно важно для будущего развития и, возможно, самого существования нашей цивилизации.

Глоссарий терминов….. «Психологические эффекты боя»

  • Синдром эвакуации: парадокс боевой психиатрии. Психиатрических раненых необходимо лечить, но если солдаты начнут понимать, что психиатрических больных эвакуируют, количество психиатрических пострадавших резко возрастет.

  • Страх: когнитивный или эмоциональный ярлык неспецифического физиологического возбуждения в ответ на угрозу.

  • Средний мозг: иногда называемый мозгом млекопитающих, это примитивная часть мозга, которая обычно неотличима от мозга любого другого млекопитающего.Во время сильного стресса когнитивные способности обычно локализуются в этой части мозга.

  • Operant Conditioning: Тренировка, которая подготавливает организм к реакции на определенный стимул определенной произвольной двигательной реакцией. Оперантное кондиционирование очень эффективно при подготовке людей к ответным действиям в крайне стрессовых обстоятельствах.

  • Парасимпатическая нервная система: ветвь вегетативной нервной системы, отвечающая за пищеварительные и восстановительные процессы организма.

  • Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР): психологическое расстройство, возникшее в результате травмирующего события. Посттравматическое стрессовое расстройство проявляется в постоянном повторном переживании травмирующего события, оцепенении эмоциональной реактивности и стойких симптомах повышенного возбуждения, что приводит к клинически значимым страданиям или нарушениям социальных и профессиональных функций. Часто между травмирующим событием и проявлением посттравматического стрессового расстройства проходит длительная пауза. Посттравматическое стрессовое расстройство тесно связано со значительным увеличением количества разводов, увеличением количества самоубийств и увеличением случаев злоупотребления алкоголем и наркотиками.

  • Психиатрическая травма: комбатант, который больше не может участвовать в бою из-за психического (в отличие от физического) истощения.

  • Ритуал очищения: набор символических социальных механизмов, которые помогают вернувшимся ветеранам смириться со своими боевыми действиями и успешно интегрироваться в мирное общество.

  • Симпатическая нервная система (СНС): ветвь вегетативной нервной системы, которая мобилизует и направляет энергетические ресурсы тела к действию.

Библиография ….. «Психологические эффекты боя»

  • Габриэль Р. А. (1987). Больше никаких Героев: Безумие и психиатрия на войне. Нью-Йорк: Хилл и Ван.

  • Грин, Б. (1989). Возвращение домой. Нью-Йорк: Сыновья Дж. П. Патнэма.

  • Гриффит П. (1989). Боевая тактика (американской) гражданской войны. Лондон.

  • Гроссман Д. (1995, 1996).Об убийстве: психологическая цена обучения убивать на войне и в обществе. Нью-Йорк: Литтл, Браун и Ко.

  • Холмс Р. (1985). Акты войны: поведение мужчин в бою. Нью-Йорк: Свободная пресса.

  • Киган Дж. (1976). Лицо битвы. Хармондсворт, Англия: The Chaucer Press.

  • Киган Дж. И Холмс Р. (1985). Солдаты. Лондон: Хэмиш Гамильтон.

  • Маршал, С.А.(1978). Мужчины против огня. Глостер, Массачусетс: Питер Смит.

  • Сиддл, Б. К. (1995). Заточка воина: Психология и наука о тренировках. Милльштадт, Иллинойс: Системы управления PPCT.

  • Суонк, Р. Л., и Маршан, В. Э. (1946). Боевые неврозы: развитие боевого истощения. Архив неврологии и психологии, 55, 236-247.

© Академик Пресс, 1999. Все права воспроизведения в любой форме зарезервированы.

Краткое содержание книги «О бою: психология и физиология смертельного конфликта в условиях войны и мира»

Резюме для миротворцев из

Дэйв Гроссман и Лорен В. Кристенсен

Краткое изложение этой книги было написано Сэмом МакКинни, Школа анализа и разрешения конфликтов (S-CAR), Университет Джорджа Мейсона, в декабре 2012 года.

Эта часть была подготовлена ​​в рамках сотрудничества S-CAR / Beyond Intractability.

Шу Дэн выступил в качестве рецензента этого материала.


Образец цитирования: Гроссман, Дэйв и Лорен В. Кристенсен. О бою: психология и физиология смертельного конфликта на войне и в мире . 2-е изд. Публикации исследований PPCT, 2007.


Дэвид Гроссман, бывший рейнджер армии США и профессор психологии Вест-Пойнта, написал «О бою: психология и физиология смертельного конфликта на войне и в мире» с бывшим офицером полиции Лорен Кристенсен. Книга основана на интервью и опросах солдат и полиции, личном опыте авторов и исследованиях, проведенных другими специалистами в этой области.Хотя Гроссман представляет книгу как произведение для военных и правоохранительных органов, он упоминает традиционных борцов за мир, говоря: «Я надеюсь, что эта книга будет полезна кротким, порядочным и проницательным духам в движении за мир». Автор включает военнослужащих, полицейских, специалистов по развитию, помощь и медицинский персонал под общим термином «воины мира» и считает, что все воины мира «должны учиться и осваивать бой, как пожарный будет изучать и владеть огнем». Я надеюсь, что при написании этого резюме я смогу извлечь и четко представить информацию, которая является наиболее важной для борцов за мир в сообществе по разрешению конфликтов.

В On Combat содержится много информации, которая более конкретно относится к обучению и философии вооруженного воина (некоторые из которых не были включены в этот обзор для краткости), но я считаю, что в книге есть содержание. Это также может оказаться полезным для миротворцев несколькими способами. В современных зонах конфликтов часто нет линии фронта, и поэтому любому, кто работает в одной из них, будет полезно понять последствия чрезвычайно высокого стресса для большинства людей. Точно так же понимание долгосрочных последствий боя для тех, кто сражается, может помочь в процессе реинтеграции солдат в постконфликтный период и может помочь работникам мира сочувствовать союзным военным и гражданским лицам в зонах боевых действий, с которыми они могут тесно сотрудничать.Кроме того, я бы сказал, что общее понимание эмоциональной травмы жизненно важно для любого, кто работает в любой сфере, связанной с конфликтом.

Это резюме разбито на разделы, основанные на группировании похожих тем и предметов вместе, а также примерно в соответствии с порядком изложения автором.

Физиологические реакции на экстремально высокий стресс

Существует широкий спектр возможных реакций и переживаний во время экстремально высоких стрессовых событий. Могут возникнуть более четкая фокусировка, четкость зрения, замедленное движение, временный паралич, диссоциация и навязчивые мысли.Когда происходит диссоциация (отстранение от физической и эмоциональной реальности), это может быть красным флагом для начала посттравматического стрессового расстройства (ПТСР). Потеря контроля над мочевым пузырем и кишечником в моменты напряженности — обычное явление, которое редко обсуждается. Гроссман использует это как пример нерешительности людей при обсуждении естественной реакции на бой.

Исследования Второй мировой войны показывают, что психических заболеваний было больше, чем физических. Среди людей, участвующих в бою более 60 дней подряд, 98 процентов из них начнут эмоционально срываться.Это может иметь долгосрочные последствия. Свидетельства российско-германской битвы под Сталинградом говорят о том, что участники умерли почти на тридцать лет моложе мужчин того же возраста, которые не выдержали битвы.

Разнообразие реакций на высокий стресс является результатом изменений в вегетативной нервной системе, той части физиологии человека, которая отвечает за автоматическую реакцию на раздражитель (симпатическая нервная система) и базовое поддержание организма (парасимпатическая нервная система). Когда срабатывает реакция «бей или беги», симпатическая нервная система начинает отключать такие вещи, как слюноотделение и пищеварение, одновременно увеличивая выработку адреналина (адреналина).По окончании действия следует парасимпатическая реакция, и тело пытается успокоиться. Реакция на это может варьироваться в зависимости от того, как долго длилось насилие или стресс. Солдаты, сражающиеся часами, устают и засыпают, потому что сожгли весь свой адреналин. Люди, пережившие лишь кратковременный случай насилия, могут какое-то время не уснуть.

Увеличение частоты пульса в ответ на страх коррелирует с ухудшением моторики и таких чувств, как зрение и слух.В конце концов когнитивные способности ухудшаются до точки, которую Гроссман называет черным состоянием (на основе работы, проделанной Брюсом Сиддлом и Джеффом Купером). Он дает условия белого, желтого, красного, серого и черного, при этом белый остается равнодушным, а черный — подавленным. Он считает, что ситуации с высоким давлением требуют желтого состояния, при котором моторные и когнитивные навыки работают с максимальной производительностью. Состояние «черный» считается состоянием, когда частота сердечных сокращений превышает 175 ударов в минуту из-за притока адреналина от стресса.В этот момент сужение сосудов, сужение кровеносных сосудов, пропускает в мозг меньше кислорода. Средний мозг — та часть, которую мы разделяем с животными, такими как собаки и медведи, — берет верх. Рациональная мысль улетучивается.

Во время боевых действий наблюдаются различные искажения восприятия, вызванные биомеханическими изменениями в теле. «Слуховое исключение» — это когда звуки, похожие на стрельбу, перестают слышаться или приглушаются. «Туннельное зрение» — это когда поле зрения сужается, вырезая периферию.В зависимости от окружающей среды тело может почти полностью сосредоточить свое внимание на звуковых или визуальных стимулах, как в случае, когда слух становится острее в условиях низкой освещенности. Сенсорное исключение также происходит, когда адреналин маскирует боль от травмы до тех пор, пока стресс не пройдет.

Могут проявиться и другие переживания, такие как потеря памяти и «тактическая фиксация», во время которых человек может повторять одно и то же снова и снова, ожидая каждый раз другого результата. Также есть искажения памяти.Люди, которые участвовали в экстремально высоких стрессовых ситуациях, могут неправильно запоминать события, считая их более негативными, чем они были на самом деле. Также может быть «эффект автопилота», во время которого человек может делать что-то, не задумываясь. Восприятие расстояния и глубины также может искажать.

Естественной реакцией на продолжительный стресс является желание поесть, хотя во время сильного стресса, когда человек находится в красном или более высоком состоянии, желание есть крайне маловероятно. Точно так же стресс может вызвать как выраженное усиление, так и уменьшение сексуальных желаний.Также возможно, что у женщины прекратятся менструации после особо стрессового происшествия.

Боевая психология

Убийство обычно сложно заставить кого-то сделать. По большому счету, люди не любят убивать, однако от этого поступка может прийти радость. Гроссман представляет этапы, через которые проходит человек после того, как он кого-то убил в боевой обстановке. Первая стадия — это «эйфория выжившего», которая возникает в результате осознания того, что человек еще жив.За этим следует чувство раскаяния (и возможная рвота). Счастье, которое переживает выживший, будучи живым, трудно отделить от смерти другой стороны. Это может привести к вопросам морали и психического здоровья («Я только что убил и рад этому. Значит ли это, что я люблю убивать?»). Заключительный этап — длительный процесс рационализации, который становится необходимым, когда действия (в данном случае убийство) не соответствуют личным системам убеждений («убийство — это неправильно»). Гроссман считает, что если этот процесс не удается, результатом может быть посттравматическое стрессовое расстройство.Убийцы могут по-разному реагировать в зависимости от уровня их эмоциональной готовности и контекста ситуации.

Устойчивость к убийству внутри своего вида присутствует у многих животных. Гроссман считает, что ни один другой вид не убивает сам себя с такой частотой, как человечество, потому что люди веками разрабатывали лучшие методы обучения убийц и лучшие орудия убийства. Оружие было разработано на основе присущих людям физических слабостей, чтобы увеличить силу, мобильность, дистанцию ​​и защиту комбатанта.

Физическое расстояние и мобильность позволяют убивать. Однако убийство с расстояния также снижает психологическое воздействие на цель, поэтому согласие врага труднее всего добиться с помощью дальних атак, таких как удары с воздуха или артиллерия, хотя следует отметить, что, по словам Гроссмана, исследования показали точность оружия напрямую влияет на его психологическую мощь. Оружие, обслуживаемое экипажем, такое как пулеметы и пушки, и ближайшие лидеры также позволяют убивать, служа для распределения ответственности за смерть через социальную группу.

Позирование — еще один компонент боя. Украшение, боевые кличи и оружие военнослужащих — все служат для того, чтобы убедить другую сторону в глупости конфронтации. Оружие считается особенно эффективным из-за громкого звука, производимого по сравнению с луком и стрелами. Эта поза предназначена для эмоциональной дестабилизации противника, возможно, прекращения боя до того, как он начнется. Однако исторически сложилось так, что большая часть убийств на поле боя происходит, когда одна сторона убегает.Гроссман считает это по двум причинам: во-первых, человечность жертв уменьшается, когда их глаза и лицо не видны, а во-вторых, существует глубоко укоренившееся желание (как у собак) преследовать, когда цель убегает.

Посттравматическое стрессовое расстройство

Люди по-разному реагируют на экстремально высокие стрессовые ситуации. То, что может травмировать одного человека, может не повлиять на другого. На предрасположенность к травме могут влиять другие предшествующие факторы, такие как физическое здоровье (наличие болезни в тот день) или межличностные отношения (ссора с супругом накануне вечером).Посттравматическое стрессовое расстройство может возникнуть после переживания предполагаемого события жизни или смерти, которое вызвало чувство страха и беспомощности. Симптомы повторяются (длятся не менее месяца) и могут включать гнев, тревогу, избегание, абстинентность, бессонницу, повышенное возбуждение, галлюцинации и повышенную бдительность.

Гроссман описывает типичную реакцию на посттравматическое событие:

«Сразу после этого вы можете испытать дрожь, потливость, озноб, тошноту, гипервентиляцию, головокружение, жажду, позывы к мочеиспусканию, диарею, расстройство желудка и нервозность.Позже той ночью вы можете испытывать нарушения сна и кошмары. Некоторые люди не страдают ни одним из этих симптомов, некоторые испытывают некоторые из них, некоторые — все. В дни, следующие за событием, вы можете быть озабочены тем, что произошло, переживая это снова и снова в своей голове … Вы можете быть злыми, грустными, раздражительными, сверхчувствительными, уязвимыми, тревожными, напуганными, застенчивыми, параноидальными, и боится быть осужденным другими. Вы можете чувствовать себя онемевшим, похожим на робота, неестественно спокойным и отчужденным от тех, кто «там не был».Ваше мышление может сбиться с толку, у вас могут возникнуть трудности с концентрацией внимания и у вас может быть нарушение памяти ». ( On Combat , стр. 393)

Симпатическая нервная система несет ответственность за симптомы посттравматического стрессового расстройства. Для больных нормально пытаться избегать стимула, который вызывает у них тревогу, но Гроссман считает, что может быть важно не убегать от стимула, предполагая, что он больше не представляет ситуацию возможной смерти. В качестве примера он приводит встречный огонь автомобиля, ошибочно принятый за выстрел.Если обратный огонь вызывает беспокойство, субъект должен прислушаться к еще большему количеству обратных реакций, чтобы избавиться от негативной реакции. Это может привести к разъединению эмоций и памяти.

Разбор Полетов

Для того, чтобы бороться с возможным началом посттравматического стрессового расстройства, после травмирующих событий следует проводить «анализ критических происшествий». Гроссман цитирует доктора Грега Беленьки из Исследовательского института армии Уолтера Рида как лидера в области посттравматического стрессового расстройства и разбора полетов, а анализ критических инцидентов сильно напоминает военные «Отчеты о действиях».Для этих разборов есть две основные причины. Первая причина — изучить инцидент и проанализировать, что пошло не так, а что сработало. Вторая причина — попытаться справиться с возможной потерей памяти и когнитивным искажением, которые могли испытать участники и свидетели. Гроссман сформулировал два принципа подведения итогов: разделенная боль — разделенная боль, а разделенная радость — умноженная радость (приписывается писателю-фантасту Э. Э. «Доку» Смиту).

Ниже приводится краткое изложение рекомендаций Гроссмана по анализу критических инцидентов:

  • Никого нельзя принуждать к участию.
  • Необходимо сообщить, что стресс является основной проблемой, и, хотя не у всех будут проблемы со стрессом, психически здоровые люди могут помочь тем, у кого проблемы, выздороветь.
  • Разбор полетов должен проводиться как можно скорее и проводиться кем-то из аналогичного происхождения или, что еще лучше, кем-то, кто уже был в группе раньше.
  • Разбор полетов должен быть включен как часть более крупной программы выздоровления.
  • Следует сосредоточить внимание на отделении эмоций от воспоминаний, а не просто на выявлении эмоциональной травмы.

Подведение итогов следует проводить вскоре после инцидента, хотя позволяя участникам поспать до этого, можно улучшить их долговременную память. «Загрязнение памяти» может возникнуть в результате воздействия нового стимула до разбора полетов. «Реконструкция памяти» может произойти, когда группы подведут итоги вместе; один участник может использовать информацию, предоставленную другим участником, чтобы заполнить пробелы в своей собственной памяти.

Дыхание представлено как способ управления вегетативной нервной системой во время повышенного стресса.Это можно использовать во время опросов, чтобы разъединить воспоминания и эмоции, а также во время травмирующих инцидентов, чтобы уменьшить влияние реакции борьбы или бегства и уменьшить частоту сердечных сокращений. Гроссман выступает за аутогенное дыхание, которое также известно как боевое или тактическое дыхание. Этот процесс включает в себя вдох через нос на четыре секунды, задержку дыхания на четыре секунды, выдох на четыре секунды и снова задержку на четыре секунды. Это повторяется до тех пор, пока частота сердечных сокращений не начнет уменьшаться.

Важно быть готовым отреагировать на человека, пережившего сильный стресс, включая солдат, возвращающихся в домашние условия. Гроссман представляет идеи полковника морской пехоты США, а также авторов Джудит Акоста и Джудит Саймон Прагер (из их книги « Худшее уже позади: что сказать, когда каждый момент на счету »). Понимание, подтверждение и особенно заявления о поддержке и заботе имеют решающее значение для выздоровления жертвы травмы. Гроссман также берет у доктора Артволя рекомендации начать контакт и предложить поддержку жертве, не требуя информации о событии, выслушивать без осуждения (осторожно относиться к выражениям лица), держаться подальше от алкоголя или кофе и избегать шуток по поводу инцидента. , и поддержать их, когда они попытаются вернуться к нормальной жизни.

Гроссман отмечает, что частота посттравматических стрессовых расстройств может быть выше, чем в предыдущих войнах, потому что мы ловим больше больных и делаем более качественную работу по лечению. Кроме того, он говорит, что выздоровление от посттравматического стрессового расстройства может сделать вас сильнее, поскольку оно обеспечивает прививку от стресса, признавая, что он «предпочитает подчеркивать позитивные ожидания. Позитивные самореализующиеся пророчества».

Обучение и подготовка

Пересказывая несколько историй о выдающихся индивидуальных действиях на войне, Гроссман подчеркивает, что один человек может оказать непропорциональное влияние на ситуацию, и продолжает обсуждение того, что значит быть воином.Для него это сводится к менталитету, который подготовлен и даже готов противостоять случаям межличностного конфликта. Необходимо избегать отрицания того, что плохие вещи действительно случаются, и вместо этого четко думать о том, какие действия следует предпринимать в ситуациях высокой интенсивности.

Обучение как можно более реалистично — важно. Повторяющиеся действия позволяют воину действовать не задумываясь, как если бы он находился на «автопилоте». На самом деле можно испугаться безмолвия. Репетиция подходящих слов может предотвратить это.Хорошие тренировки могут повысить уверенность в себе и сделать людей менее восприимчивыми к последствиям сильного стресса и тревожности, которые возникают в результате работы. Гроссман приводит доводы в пользу того, что он называет «ветеранами перед битвой», имея в виду людей, которые прошли обучение, которое было достаточно напряженным, чтобы подготовить их к реальным сражениям. Во время военной и полицейской подготовки нельзя позволять проигрышу. В столкновениях между жизнью и смертью проигрыш приравнивается к смерти, поэтому обучение не должно заканчиваться до тех пор, пока обучаемый не выполнит все цели, указывающие на выживание в тесте.

Человек, попадающий в стрессовую ситуацию, также должен быть подготовлен физически. В этой связи сон рассматривается как основная причина психологического стресса. Гроссман цитирует исследование, проведенное армией США, в котором артиллерийские команды не спали в течение 20 дней. Одной группе было разрешено семь часов сна, а максимальная эффективность при стрельбе составила 98 процентов. Другой группе было разрешено спать только четыре часа. Их эффективность составляла 15 процентов.

Заключение

Дэйв Гроссман описывает межличностное насилие между людьми как «универсальную человеческую фобию» и указывает, что в «Диагностическом статистическом руководстве по психическим расстройствам» отмечается, что насилие со стороны других людей травмирует больше, чем насилие со стороны природы.Психологические и психологические реакции человека на насилие или чрезвычайно высокий стресс имеют широкий диапазон возможностей. Можно действительно быть «напуганным безмолвием» или «до чертиков напугать их». Когнитивные нарушения, как краткосрочные, так и долгосрочные, не редкость. Свидетели могут оказаться не в состоянии действовать. Выжившие могут испытывать чувство вины.

Психологически нельзя отрицать ужасные возможности. Физически человек должен быть свободен от факторов стресса, таких как обезвоживание, голод и особенно недостаток сна, чтобы иметь возможность эффективно функционировать.Повторяющиеся тренировки, прививки от стресса и тактическое дыхание могут помочь избежать того, чтобы вас полностью захватил раздражитель момента. Разбор полетов после инцидента может помочь выжившим, свидетелям и потерпевшим обработать событие и отделить эмоции от действий. Упражнения можно использовать для сжигания гормонов стресса. Дэйв Гроссман представляет убедительный аргумент в пользу того, что важно быть готовым распознавать психологические и физиологические реакции на чрезвычайно высокий стресс и насилие и действовать в соответствии с ними.

Тактическая психология — Wapentakes

Тактическая психология — страх и здравый смысл в бою

В ближнем бою большая часть умственных способностей солдата задействована в основных функциях предотвращения смерти и травм.Большинство солдат не стремятся убивать других людей, а их способности к восприятию и принятию решений ухудшаются из-за стресса и усталости. Хотя эти факты ослепляюще очевидны, они обычно упускаются из виду в тактической доктрине, обучении и разработке снаряжения.

Тактическая психология — это искусство и наука использования человеческих слабостей — побуждение врага бежать, прятаться или сдаваться. Если все сделано правильно, это увеличивает оперативный темп, спасает жизни с обеих сторон и экономит боеприпасы.Он может остановить войну, ведущую в трясину. Разработав модель участия в бою Brains & Bullets и предоставив данные о человеческих факторах для исследований MOD, Wapentakes накопил непревзойденный опыт в выявлении и количественной оценке критических аспектов тактической психологии.

Включает в себя предыдущую работу:

Human Factors input to Operational Analysis — проект 1990-х годов, в котором изучались страх, удивление и шок. Он также разработал ShockSAF, который позволял компьютерным силам (ботам) на учебных симуляторах испытывать основные эффекты подавляющего огня и фланговые эффекты.

«Тактическая психология во взводных боевых экспериментах» (2014 г.) — исследование Wapentakes для Научно-технологического центра оборонного потенциала. Установлено, что тренировочные системы, используемые в PCE, не позволяли адекватно отображать подавляющий огонь и эффекты флангового соединения. Также определены потенциально серьезные ограничения на существующие модели тушения пожара. Отчет об ограниченном тираже предоставляется по запросу.

Обновление STANAG 4513 (2015) — поддержка пересмотра Dstl определений НАТО для подавления огня.Подтверждены проблемы с моделями подавления, которые могут ухудшить оценку системы вооружения промежуточного «универсального» калибра. Отчет об ограниченном тираже предоставляется по запросу.

Ослы, ведомые львами — статья в обзоре британской армии, составленная соратниками Wapentakes о солдатской ноше.

Мораль и мораль — Это не считается работой. Это неудавшаяся попытка изучить связь между законностью конфликта и боевой эффективностью солдат.

границ | Особенности личности и самооценка в единоборствах и командных видах спорта

Введение

Хотя влияние психологии на спортивные результаты уже давно признано, все больше и больше психологов и спортивных экспертов занимаются различными областями исследований.Их цель — шире и глубже взглянуть на скрытые факторы успеха и неудач в спорте. Кроме того, одной из их целей является устранение психологических различий между спортсменами, занимающимися разными видами спорта, чтобы иметь возможность своевременно вмешиваться. Помимо основных характеристик личности, важным признаком спортсменов-спортсменов также является самооценка.

Самоуважение

Понятие самооценки определяется как предрасположенность, которой обладает человек и которая представляет его / ее суждение о своей собственной ценности (Розенберг, 1965).Куперсмит (1967) определяет самооценку как набор качеств, которые человек наблюдает внутри себя. Согласно современным представлениям, самооценка также определяется как уважение к собственной ценности и важности, как готовность быть ответственным человеком и вести себя ответственно по отношению к другим. Самоуважение появляется, когда человек начинает ценить и высоко ценить свои качества или черты. Другими словами, самооценка — это результат оценки собственной ценности, то есть результат оценочной ориентации на самое сокровенное «я»; это уровень веры в собственные ценности, сила веры в собственные идеи и мысли, а также глубина уверенности в собственных действиях (Baumeister, 2013).Самоуважение не присуще и не передается по наследству, но оно устанавливается и меняется на протяжении всей жизни под влиянием отношений с другими людьми (Baumeister, 2013), особенно с родителями (Qurban et al., 2019).

Розенберг, чья шкала самооценки использовалась для данного исследования, сказал, что чувство собственного достоинства является очень важным фактором в нашей жизни: «Самоуважение направляет и активизирует нас в широком спектре деятельности. Он в значительной степени определяет наши ценности, нашу память и процессы памяти, нашу интерпретацию событий, наши стандарты и ориентиры оценки, наши цели, наш выбор друзей, супруга, группы, организации, профессии и наше окружение в целом.В жизни мало таких влиятельных и проникающих факторов, как самооценка »(Розенберг, 1968, стр. 345).

Оптимальное правило относится к самооценке; когда у человека его слишком мало, он / она функционирует ниже своего потенциала, а когда у него / ее слишком много, он / она приобретает нарциссические черты личности. Высокая самооценка — ключевой фактор успеха, умения справляться с неудачами и субъективного чувства удовлетворенности жизнью. Люди с высокой самооценкой смелее идут на риск, не предъявляют к себе слишком высоких требований и высоко ценят себя.Высокая самооценка означает чувство чести и достоинства по отношению к самому себе, своему выбору и своей жизни. Человек с высокой самооценкой имеет смелость постоять за себя, когда с ним обращаются ниже того уровня, которого, по его мнению, он / она заслуживает. Один человек может быть более компетентным, чем другой, более опытным и с высшим образованием, но если уровень его / ее самооценки ниже, он / она с меньшей вероятностью будет бороться за свой успех. Люди с высокой самооценкой лучше справляются с неудачами по сравнению с людьми с низкой самооценкой, чувствуют себя счастливее в жизни и меньше тревожны (Greenberg et al., 1992).

Предыдущие исследования показали, что у людей с высокой самооценкой лучше физическое и психическое здоровье. Лица, сумевшие развить чувство собственного достоинства, более устойчивы к стрессу, более уверены в себе и не убегают от конфликтов, готовы постоять за себя, но также принимают критику. Более высокая самооценка характерна для людей, которые: менее склонны к депрессии, более довольны, чем большинство других, всегда стремятся достичь своих целей, рассматривают изменения как проблемы и склонны к новому опыту, поэтому иногда ставят перед собой сложные и требовательные цели (Jordan et al., 2005). Такие люди амбициозны и стремятся к постоянному саморазвитию как в эмоциональной, интеллектуальной и творческой сферах, так и в социальной и духовной сферах.

Более поздние открытия, в которых самооценка используется в качестве прогнозирующей переменной, однако, часто противоречивы и указывают на вывод о том, что высокая самооценка вовсе не является гарантией удовлетворенности жизнью и связана с рядом проблемных форм поведения и отклонений. в когнитивной обработке. Таким образом, было указано, что высокая самооценка, среди прочего , также связана с самообременением (принятием слишком большой ответственности на себя), агрессивностью (Kernis et al., 1989), предрассудки, дискриминация (особенно по отношению к тем, кто угрожает самооценке) (Jordan et al., 2005), нарциссизм, склонность человека к защитным реакциям и ряд других форм поведения (Baumeister, 2013).

Многие авторы, а также шкалы самооценки основаны на идее самооценки как стабильной черты (Rosenberg, 1965). Однако новое направление исследований самооценки состоит в том, что высокую самооценку можно разделить на стабильную и нестабильную (хрупкую) самооценку. Хрупкая высокая самооценка — это когда человек демонстрирует словами и поведением, что он / она имеет положительное отношение к себе / себе (явно), а на бессознательном уровне он / она имеет негативное отношение к себе / себе. (неявно).Такие люди склонны к деструктивному и агрессивному поведению, когда нарушается их самооценка (Jordan et al., 2005). А именно Kernis et al. (2000) показали, что люди с нестабильной высокой самооценкой ведут себя так, как будто их самооценка всегда под вопросом, следовательно, они не могут критиковать, занимать оборонительную позицию во взаимодействии с другими, проявлять больший уровень гнева и враждебности и очень избирательны в принятии отзывов. Кроме того, они хвастаются своими успехами перед друзьями, используя при этом самовозвеличивание и будучи более обремененными собой (Kernis et al., 2000). Чувство собственного достоинства в зрелые годы также основано на уважении к другим. Люди с высокой самооценкой не воспринимают других людей как угрозу и не думают заранее, что будут отвергнуты, унижены, обмануты или преданы другими, потому что они осознают себя и свои качества. Таким образом, они относятся к другим с уважением, справедливостью и добрыми намерениями.

Высокая самооценка желательна, особенно в индивидуалистических культурах, потому что она является предиктором успеха в различных сферах жизни, но некоторые социальные психологи занимались исследованием отрицательных сторон высокой самооценки.Одно из наиболее значимых исследований касается связи между самооценкой и гневом и враждебностью (Kernis et al., 1989). Группа ученых (Kernis et al., 1989) сравнила уровень и стабильность самооценки с количеством гнева и враждебности, которые испытывают люди. Стабильность самооценки проверялась множеством глобальных тестов самооценки в естественных условиях. Исследователи обнаружили, что предиктором гнева и враждебности является не только уровень самооценки, но и ее стабильность.Высокая, но нестабильная самооценка находится в статистически значимой корреляции с чрезвычайно высокой тенденцией испытывать гнев и вражду или враждебность.

Люди с низкой самооценкой сомневаются в своих способностях и набираются смелости идти на риск только тогда, когда уверены, что они полностью компетентны и соответствуют всем условиям. Кроме того, исследования показали, что низкая самооценка приводит к определенным негативным явлениям, таким как делинквентное поведение, депрессия, булимия, склонность к психическим заболеваниям и неудовлетворенность отношениями (Baumeister et al., 2005; Bulik et al., 2007).

Бейкер и Макналти (2013) утверждают, что люди с низкой самооценкой предпочитают безопасность и знакомые ситуации, избегают сложных целей и, таким образом, отражают низкую самооценку. Они не общаются напрямую, они часто боятся открыто сказать то, что думают и чувствуют, в первую очередь потому, что сами не уверены в своих мыслях, а затем потому, что боятся реакции других. Такие люди плохо переносят неудачи. Каждый раз, когда они не достигают своей цели, для них это еще одно доказательство их бесполезности и неудач.Захваченные своим мышлением и схемой самооценки, они обычно даже не рассматривают другие причины неудач. Люди с более низкой самооценкой часто думают, что другие люди тоже не высокого мнения о них, что заставляет их чувствовать себя отвергнутыми, и они редко решают начать социальные контакты. Меньшее количество социальных контактов приводит к меньшим возможностям для создания более глубоких межличностных отношений, от которых человек может рассчитывать на социальную поддержку. Таким образом, низкая самооценка влияет на размер и качество социальной сети человека.

Черты характера

Модель «большой пятерки» описывает пять измерений личности: экстраверсию, доброжелательность, сознательность, невротизм и открытость опыту. Экстраверсия предполагает, что люди общительны, в то время как интроверсия подразумевает, что они тихие и сдержанные (John et al., 2008). Экстраверсия характеризуется открытостью, напористостью и высоким уровнем энергии (John et al., 1991). Люди с высокими показателями экстраверсии более открыты, настойчивы, разговорчивы и более общительны, чем люди с низким показателем экстраверсии, которые застенчивы, тихи и отчуждены (Larsen and Buss, 2009).Экстраверсия связана с ценностями достижений и гедонизмом (Roccas et al., 2002), но также и с целями, связанными с увлекательным образом жизни (Roberts et al., 2004).

Приятность означает, что люди готовы сотрудничать и добры, а не грубы (John et al., 2008). Это измерение характеризуется доброжелательностью и доверием. Это можно рассматривать как сочетание дружбы и гармонии (John et al., 1991). Лица с высокими показателями по этому параметру являются теплыми, отзывчивыми и честными, в то время как люди с низкими показателями по этому параметру являются недобрыми, часто грубыми, а иногда даже жестокими (Larsen and Buss, 2009).Приятность связана с гармоничными семейными отношениями, хорошими партнерскими отношениями (Roberts et al., 2004), но также и с просоциальными ценностями (Haslam et al., 2009).

Добросовестность — это упорядоченность, ответственность и надежность; поэтому эту черту также иногда называют надежностью (John et al., 1991). Добросовестные люди трудолюбивы, дисциплинированы, педантичны и много времени уделяют организации. Это люди, которые внутренне мотивированы и прилагают много усилий, чтобы добиться успеха в том, что они делают (Larsen and Buss, 2009).Добросовестность связана с целями достижения (Коста и МакКрэй, 1988), но также и с целями, связанными с межличностными отношениями (Робертс и др., 2004). Таким образом, можно сказать, что сознательные люди ориентированы на достижение целей, выполнение задачи и поэтому надежны и пунктуальны (Larsen, Buss, 2009).

Невротизм характеризуется тревожностью и полной противоположностью эмоциональной стабильности (John et al., 1991), и такие люди склонны к тревоге, депрессии и раздражению (John et al., 2008). Люди с высокими показателями невротизма неуверены в себе, часто имеют перепады настроения, в то время как эмоционально устойчивые люди более спокойны, расслаблены и более стабильны (Larsen and Buss, 2009). Кроме того, высокий балл по невротизму предполагает внушаемость или восприимчивость к внушению, отсутствие настойчивости в отношении препятствий, медлительность и плохую беглость речи или наличие ригидности. Также к характеристикам невротизма относятся чувство неполноценности, нервозность, избегание и непереносимость усилий, неудовлетворенность, чувствительность, раздражительность и обидчивость.С другой стороны, эмоциональная стабильность связана со стратегией, то есть тем, как человек преодолевает стресс и различные жизненные препятствия (Larsen, Buss, 2009). Эмоционально стабильные люди не беспокоятся, за исключением тех случаев, когда рассматриваемые проблемы являются для них лично сильными стрессовыми факторами. Эмоционально устойчивые люди могут испытывать симптомы невроза только в ситуации длительного и сильного стресса (Larsen and Buss, 2009).

Открытость к опыту характеризуется оригинальностью, любопытством и изобретательностью.Этот фактор иногда называют культурой из-за его упора на интеллект и независимость (John et al., 1991). Люди, открытые к опыту, обладают широкими интересами и тонким вкусом к искусству и красоте (John et al., 2008). Лица с высокими баллами по этому параметру обладают творческими способностями, обладают богатым воображением и, поскольку у них широкий круг интересов, любят исследовать неизведанное, в то время как люди с низкими баллами по этому параметру имеют обычную внешность и поведение, ограниченные интересы, склонны к консервативным убеждениям. отношения и склонны предпочитать то, что уже известно, неизвестному (Larsen and Buss, 2009).Открытость опыту часто ассоциируется с автономией (Roccas et al., 2002).

Черты характера и самооценка у спортсменов

Хотя, согласно Allen et al. (2013), психологические исследования личности спортсменов находятся в определенном кризисе в области спортивной психологии, имеется обширный объем исследований, в которых обнаружены различия между личностными чертами спортсменов, занимающихся разными видами спорта (Peterson et al., 1967; Дауд и Иннес, 1981; Герон и др., 1986; Малинаускас и др., 2014; Olmedilla et al., 2019). Эти исследования показали, что спортсмены, занимающиеся командными видами спорта, имеют более высокий уровень экстраверсии по сравнению со спортсменами, занимающимися индивидуальными видами спорта. Затем спортсмены, занимающиеся командными видами спорта, обладают более низким уровнем сознательности, чем спортсмены, занимающиеся индивидуальными видами спорта (Ниа, Бешарат, 2010; Аллен и др., 2011; Малинаускас и др., 2014). Кроме того, спортсмены, занимающиеся видами спорта с высоким риском, имеют более высокий уровень экстраверсии и более низкий уровень сознательности, чем спортсмены, занимающиеся видами спорта с низким уровнем риска (Castanier et al., 2010). Результаты метаанализа показали, что участники спорта с высоким риском имели более высокий уровень поиска ощущений, экстраверсии и импульсивности и более низкий уровень невротизма, чувствительности к наказанию по сравнению с людьми, которые не занимались такой деятельностью (McEwan et al., 2019). При сравнении спортсменов и не спортсменов результаты указывают на более высокий уровень экстраверсии и более высокий уровень эмоциональной стабильности у спортсменов, чем у не спортсменов (Egan and Stelmack, 2003; McKelvie et al., 2003), а также более высокая открытость опыту (Hughes et al., 2003). Кроме того, было показано, что мастера карате обладают низким невротизмом и высокой сознательностью, в зависимости от уровня мастерства, так что у более опытных спортсменов более устойчивая личность, чем у менее опытных (Piepiora et al., 2018).

В одном исследовании тунисских спортсменов (Ali et al., 2013) результаты показали, что самооценка была выше в группе спортсменов, занимающихся индивидуальными видами спорта, чем у спортсменов, участвующих в командных видах спорта, в то время как агрессивность была выше в командных видах спорта, чем в индивидуальных видах спорта.При сравнении уровней агрессии в отдельных неагрессивных видах спорта, таких как теннис, танцы, плавание, с отдельными единоборствами, результаты показывают, что неагрессивные виды спорта влекут за собой более высокий уровень самооценки и вербальной агрессии, враждебности и гнева (Али и др., 2013). Другие исследования показали противоположные результаты, заявляя о более высоком уровне агрессии в спортивных единоборствах, чем в других индивидуальных видах спорта (Zillmann et al., 1974; Bredemeier et al., 1987). Несмотря на то, что некоторые исследования не показывают разницы в самооценке между индивидуальными и командными спортсменами (Акелайтис и Малинаускас, 2018), более высокий уровень самооценки является важным признаком более эффективных стратегий преодоления стресса в спорте (Káplanová, 2018).Согласно обзору литературы, который показал неоднозначные результаты в этой области, мы проверили различия в личностных качествах и самооценке у спортсменов, занимающихся двумя группами видов спорта: командными видами спорта и единоборствами.

Вопрос исследования

Отличает ли набор (структура, профиль) психологических переменных, составляющих основные параметры личности и самооценки, спортсменов в боевых видах спорта от участников в командных видах спорта?

Методы

Участники

Были опрошены сто сорок девять студентов всех курсов факультета спорта и физического воспитания университетов Нови-Сада и Ниша ( N = 149).Выборка состоит из 87 (58,4%) мужчин и 62 (41,6%) женщин со средним возрастом 20,95 лет ( SD = 1,787). Опрошенные студенты одновременно являются участниками спортивных состязаний, которым они тренировались в среднем 10,73 года ( SD = 3,93). Спортсмены по спортивным единоборствам (27,5% от общей выборки) занимаются борьбой, карате, дзюдо, джиу-джитсу, кикбоксингом, ММА и тхэквондо. Спортсмены по командным видам спорта (72,5% от общей выборки) занимаются футболом, баскетболом, волейболом и гандболом.

Инструменты

Опросник шкалы самооценки использовался для измерения самооценки (SES, Rosenberg, 1965). Шкала состоит из 10 пунктов, а надежность по нашей выборке составляет α = 0,85. В инвентаре BFI (John and Srivastava, 1999) 44 пункта, и он использовался для измерения личностных черт в соответствии с моделью Большой пятерки: экстраверсия (α = 0,78), невротизм (α = 0,70), сознательность (α = 0,76), доброжелательность. (α = 0,76) и открытость опыту (α = 0,73).

Процедура

Исследование было проведено в 2018 году с предварительным одобрением этических комитетов факультетов и добровольным согласием студентов.Тестирование проводилось в форме бумажно-карандашного теста и длилось 30 мин.

Анализ данных

При анализе данных использовались описательные меры, средние различия и канонический дискриминантный анализ.

Результаты

Поскольку одномерные тесты не принимают во внимание взаимосвязь между переменными, анализ дискриминантной функции был также выполнен для шести переменных. Значения групповых центроидов (средние дискриминантные баллы для каждой группы) для участников боевых и командных видов спорта были -0.57 и 0,216 соответственно. Дискриминантная функция, полученная для шести факторов, Уилкса λ = 0,889, хи-квадрат (6) = 16,94, p <0,01. Обратитесь к Таблице 1 для получения информации о порядке ввода шести переменных и их соответствующих стандартизованных коэффициентов дискриминантной функции.

Таблица 1. Средние, стандартные отклонения, t -тесты, стандартизованные коэффициенты дискриминантной функции и корреляции между дискриминантными оценками и переменными исходными оценками для участников боевых и командных видов спорта.

Полученная каноническая дискриминантная функция: Дискриминантный балл = 0,729 Невротизм + 0,617 Самоуважение + 0,198 Открытость — 0,562 Добросовестность — 0,229 Экстраверсия — 0,137 ∗.

Согласно групповым центроидам, можно сказать, что спортсмены в боевых видах спорта характеризуются положительным высоким баллом по добросовестности, положительным баллом по доброжелательности и экстраверсии (рис. 1).Они также характеризуются низким невротизмом и самооценкой, а также низкими показателями открытости новому опыту. У спортсменов в командных видах спорта противоположные черты.

Рисунок 1. Центроиды групп — расстояние между группами.

Обсуждение

Основная цель нашего исследования заключалась в изучении индивидуальных различий в личностных качествах и самооценке как важных психологических предикторах оптимальной адаптации и спортивных результатов у спортсменов, участвующих в командных видах спорта, и спортсменов, участвующих в боевых видах спорта.

Наибольшая разница в группах была получена по показателю «Добросовестность». Спортсмены в единоборствах более сознательны, чем участники в командных видах спорта. Этот результат предполагает, что спортсмены, занимающиеся единоборствами, в силу самой природы этих видов спорта полагаются на свои собственные силы и уверенность в личных навыках и знаниях. Кроме того, единоборства, помимо соревновательного аспекта, также предназначены для развития самоконтроля, настойчивости и самодисциплины (Bernacka et al., 2016; Kostorz et al., 2017), которые составляют грани черты сознательности (Costa, McCrae, 1988; John et al., 1991; Larsen, Buss, 2009).

Второй результат предполагает, что участники командных видов спорта имеют значительно более высокую самооценку, чем участники соревнований по боевым видам спорта. Этот результат не согласуется с предыдущими исследованиями (Ali et al., 2013), которые показывают, что самооценка выше в командных видах спорта, чем в отдельных видах спорта, или в тех, которые вообще не показывают различий (Акелайтис и Малинаускас, 2018).Однако в нашем исследовании индивидуальные виды спорта являются единоборствами, тогда как в исследовании Ali et al. (2013) эти виды спорта смешаны с другими неагрессивными видами спорта, такими как теннис и тому подобное. Мы предполагаем, что, учитывая, что самооценка зависит от социальных влияний (Baumeister, 2013; Qurban et al., 2019), она более хрупка в индивидуальных видах спорта, в которых нет поддержки со стороны товарищей по команде. Кроме того, это открытие может быть связано с изображением тела спортсменов. Хотя спорт и физическая активность в целом связаны с более позитивным образом тела (Hausenblas and Downs, 2001; Sabiston et al., 2019), нет соответствующих выводов о взаимосвязи образа тела и конкретного вида спорта. Таким образом, мы можем предположить, что низкая самооценка у спортсменов-единоборцев в нашем исследовании связана с особенностями внешнего вида бойцов. Другое предположение может заключаться в том, что более низкая оценка в подвыборке спортсменов-единоборцев связана с периодом подросткового возраста, в котором сейчас находятся наши респонденты, который часто соответствует более низким аспектам статуса идентичности. Помимо этого, наши выводы можно объяснить в контексте организационных стрессоров, которые могут повлиять на самооценку спортсменов, таких как факторы стресса от тренеров и требования соревнований (Tamminen et al., 2019), но это предположение требует более тщательного изучения.

Невротизм значительно выше среди участников командных видов спорта по сравнению с участниками боевых видов спорта. Этот результат основан на том факте, что помимо овладения базовыми навыками защиты, целью тренировок по единоборствам является работа над сосредоточенностью, чувством покоя — глубокой связью с собой и работой над самоконтролем — контролем над импульсами, потому что в бою все зависит от них самих, нет разделения обязанностей, как в командных видах спорта (Allen et al., 2013; Bernacka et al., 2016; Косторз и др., 2017). Другой возможный способ объяснить наш результат состоит в том, что спортсмены командных видов спорта часто испытывают негативные межличностные столкновения со своими товарищами по команде в отношении командных ролей, трудностей в общении или даже эгоизма (Рейни и Петкари, 2019), которые могут вызвать проявление их более высокого уровня невротизма.

Наши результаты не указывают на статистически значимые различия в экстраверсии, которые были зарегистрированы в других исследованиях (Nia and Besharat, 2010; Allen et al., 2011), а также открытость опыту и дружелюбие, которые также не были зарегистрированы в других выборках.

Заключение

Наше исследование в некоторой степени способствовало изучению различий в индивидуальных различиях между спортсменами, занимающимися командными видами спорта, и спортсменами, занимающимися единоборствами. Полученные данные могут быть полезны в тренировочном процессе и психологической подготовке спортсменов. Точнее, результаты показывают, какие аспекты личности следует акцентировать при работе со спортсменами в боевых искусствах (например, самоуважение), а какие со спортсменами в коллективных видах спорта (например, сознательность).Ограничениями исследования являются неравное количество спортсменов в двух исследуемых группах, а также потенциально недостаточное количество включенных переменных, которые могли бы в последующих исследованиях объяснить полученные различия, такие как проблема статуса личности, физического самосознания, и мотивация к занятиям спортом. Ограничение, касающееся количества испытуемых, можно преодолеть, включив не только большее количество спортсменов, но и спортсменов, занимающихся различными боевыми искусствами и коллективными видами спорта.

Заявление о доступности данных

Наборы данных, проанализированные в этой рукописи, не являются общедоступными. Запросы на доступ к наборам данных следует направлять на адрес ŽB, [email protected]

Заявление об этике

Все субъекты дали письменное информированное согласие в соответствии с Хельсинкской декларацией. Протокол был одобрен местным этическим комитетом факультета спорта и физического воспитания Университета Нови-Сада.

Взносы авторов

ŽB, JN, DŠ, PM, IM и PD разработали эксперименты, проанализировали и интерпретировали данные, отредактировали рукопись и утвердили окончательную версию для публикации и несут ответственность за все аспекты работы.ŽB и PD провели эксперименты и написали первоначальный черновик рукописи.

Конфликт интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Список литературы

Акелайтис, А.В., Малинаускас, Р.К. (2018). Выражение эмоциональных навыков у спортсменов-мужчин в индивидуальных и командных видах спорта. Педагог Психол.Med. Биол. Пробл. Phys. Train Sports 22, 62–67.

PubMed Аннотация | Google Scholar

Али, Б. М., Ихраф, А., Халед, Т., Лива, М., и Али, Э. (2013). Влияние пола и вида спорта на агрессию и самооценку тунисских спортсменов. J. Hum. Soc. Sci. Res. 8, 74–80. DOI: 10.9790 / 0837-0847480

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Аллен М. С., Гринлис И. и Джонс М. В. (2011). Исследование пятифакторной модели личности и совладающего поведения в спорте. J. Sports Sci. 29, 841–850. DOI: 10.1080 / 02640414.2011.565064

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Аллен М.С., Гринлис И. и Джонс М.В. (2013). Личность в спорте: всесторонний обзор. Внутр. Rev. Sport Exerc. Psychol. 6, 184–208. DOI: 10.1080 / 1750984x.2013.769614

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бейкер, Л. Р., и МакНалти, Дж. К. (2013). Когда низкая самооценка поощряет поведение, которое рискует отвергнуть, чтобы усилить взаимозависимость: роль самоконтроля в отношениях. J. Pers. Soc. Psychol. 104, 995–1018. DOI: 10.1037 / a0032137

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Баумейстер, Р. Ф. (2013). Самоуважение: Загадка низкой самооценки. Берлин: Springer Science and Business Media.

Google Scholar

Баумейстер Р. Ф., Де Уолл К. Н., Чиарокко Н. Дж. И Твенге Дж. М. (2005). Социальная изоляция препятствует саморегулированию. J. Pers. Soc. Psychol. 88, 589–604.DOI: 10.1037 / 0022-3514.88.4.589

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бернацка Р. Э., Савицкий Б., Мазурек-Кусяк А. и Хавлена ​​Дж. (2016). Соответствующая и неконформная личность и стили преодоления стресса у спортсменов-единоборцев. J. Hum. Кинет. 51, 225–233. DOI: 10.1515 / hukin-2015-0186

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бредемайер, Б. Дж., Шилдс, Д. Л., Вайс, М. Р., Купер, Б. А. Б.(1987). Взаимосвязь между суждениями детей о легитимности и их моральными доводами, склонностями к агрессии и занятиями спортом. Soc. Sport J. 4, 48–60. DOI: 10.1123 / ssj.4.1.48

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Bulik, C.M., Hebebrand, J., Keski-Rahkonen, A., Klump, K. L., Reichborn-Kjennerud, T., Mazzeo, S.E., et al. (2007). Генетическая эпидемиология, эндофенотипы и классификация расстройств пищевого поведения. Внутр. J. Eat. Disord. 40 (доп.), S52 – S60.

PubMed Аннотация | Google Scholar

Кастанье К., Ле Сканфф К. и Вудман Т. (2010). Кто рискует в спорте с высоким риском? типологический личностный подход. Res. В. Упражнение. Спорт 81, 478–485.

PubMed Аннотация | Google Scholar

Куперсмит, С. (1967). Антецеденты самооценки. Сан-Франциско, Калифорния: В. Х. Фриман.

Google Scholar

Коста П. и МакКрэй Р. (1988). От каталога к классификации: потребности Мюррея и пятифакторная модель. J. Pers. Soc. Psychol. 55, 258–265. DOI: 10.1037 // 0022-3514.55.2.258

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Дауд Р. и Иннес Дж. М. (1981). Спорт и личность: влияние вида спорта и уровня конкуренции. Восприятие. Двигательные навыки. 53, 79–89. DOI: 10.2466 / pms.1981.53.1.79

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Иган С. и Стельмак Р. М. (2003). Профиль личности альпинистов на Эверест. чел.Индивидуальный. Dif. 34, 1491–1494. DOI: 10.1016 / s0191-8869 (02) 00130-7

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Герон Э., Ферст Д. и Ротштейн П. (1986). Личность спортсменов, занимающихся различными видами спорта. Внутр. J. Sport Psychol. 17, 120–135.

Google Scholar

Гринберг, Дж., Соломон, С., Пищинский, Т., Розенблатт, А., Берлинг, Дж., Лион, Д. и др. (1992). Зачем людям нужна самооценка? сходные доказательства того, что самооценка выполняет функцию буферизации беспокойства. J. Pers. Soc. Psychol. 6, 913–922. DOI: 10.1037 // 0022-3514.63.6.913

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хаслам, Н., Уилан, Дж., И Бастиан, Б. (2009). Большая пятерка опосредует ассоциации между ценностями и субъективным благополучием. чел. Индивидуальный. Dif. 46, 40–42. DOI: 10.1016 / j.paid.2008.09.001

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хаузенблас, Х. А., Даунс, Д. С. (2001). Сравнение образа тела спортсменов и не спортсменов: мета.аналитический обзор. J. Appl. Sport Psychol. 13, 323–339. DOI: 10.1080 / 104132001753144437

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хьюз, С. Л., Кейс, Х. С., Штумэмпфл, К. Дж., И Эванс, Д. С. (2003). Личностные профили участников ультрамарафона iditasport. J. Appl. Sport Psychol. 15, 256–261. DOI: 10.1080 / 10413200305385

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Джон О. П., Донахью Э. М. и Кентл Р. Л. (1991). Перечень большой пятерки — версии 4a и 54. Беркли, Калифорния: Калифорнийский университет.

Google Scholar

Джон О. П., Науманн Л. П. и Сото К. Дж. (2008). «Сдвиг парадигмы к интегративной таксономии черт большой пятерки: история, измерение и концептуальные вопросы», в Handbook of Personality: Theory and Research , ред. О. П. Джон, Р. У. Робинс и Л. А. Первин (Нью-Йорк, Нью-Йорк: Guilford Press ), 114–159.

Google Scholar

Джон, О.П., и Шривастава, С. (1999). «Таксономия большой пятерки: история, измерения и теоретические перспективы», в Handbook of Personality: Theory and Research , ред. Л. А. Первин и О. П. Джон (Нью-Йорк, Нью-Йорк: The Guilford Press), 102–138.

Google Scholar

Джордан, К. Х., Спенсер, С. Дж., И Занна, М. П. (2005). Типы высокой самооценки и предрассудков: как неявная самооценка связана с этнической дискриминацией среди людей с высокой самооценкой. чел.Soc. Psychol. Бык. 31, 693–702. DOI: 10.1177 / 0146167204271580

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Капланова, А. (2018). Самоуважение, беспокойство и стратегии преодоления стресса для управления стрессом в хоккее. Acta Gymn. 49, 10–15. DOI: 10.5507 / ag.2018.026

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кернис М., Граннеманн Б. и Барклай Л. (1989). Стабильность и уровень самооценки как предикторы возбуждения гнева и враждебности. J. Pers. Soc. Psychol. 56, 1013–1022. DOI: 10.1037 // 0022-3514.56.6.1013

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кернис, М. Х., Парадайз, А. У., Уитакер, Д., Уитман, С., и Голдман, Б. (2000). Хозяин своей психологической области? маловероятно, если у человека нестабильная самооценка. чел. Soc. Psychol. Бык. 26, 1297–1305. DOI: 10.1177 / 0146167200262010

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Костож, К., Гнезинская, А., и Nawrocka, M. (2017). Иерархия ценностей и самооценка людей, занимающихся боевыми искусствами и единоборствами. идо мов культура. J. Боевые искусства Антроп. 17, 15–22.

Google Scholar

Ларсен Р. и Басс Д. М. (2009). Психология личности. Нью-Йорк, Нью-Йорк: McGraw-Hill Publishing.

Google Scholar

Малинаускас Р., Думчене А., Мамкус Г. и Венцкунас Т. (2014). Личностные черты и работоспособность у спортсменов-мужчин и не спортсменов. Percep. Моторные навыки 118, 145–161. DOI: 10.2466 / 29.25.pms.118k13w1

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

МакЭван, Д., Будро, П., Курран, Т., и Родс, Р. Э. (2019). Личностные черты участников спорта с высоким риском: метаанализ. J. Res. Чел. 79, 83–93. DOI: 10.1016 / j.jrp.2019.02.006

CrossRef Полный текст | Google Scholar

МакКелви, С. Дж., Лемье, П., и Стаут, Д. (2003). Экстраверсия и невротизм у контактных спортсменов, бесконтактных спортсменов и не спортсменов: примечание к исследованию. Athl. Insight 5, 19–27.

Google Scholar

Ниа, М. Э., и Бешарат, М. А. (2010). Сравнение личностных характеристик спортсменов в индивидуальных и командных видах спорта. Proc. Soc. Behav. Sci. 5, 808–812. DOI: 10.1016 / j.sbspro.2010.07.189

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ольмедилья, А., Руис-Баркин, Р., Понсети, Ф. X., Роблес-Паласон, Ф. Дж., И Гарсия-Мас, А. (2019). Соревновательный психологический настрой и восприятие результатов у юных футболисток. Фронт. Psychol. 10: 1168. DOI: 10.3389 / fpsyg.2019.01168

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Петерсон, С. Л., Вебер, Дж. К., и Троусдейл, В. У. (1967). Факторы личности женщин в командных видах спорта по сравнению с женщинами в индивидуальных видах спорта. Res. Q. 38, 686–690. DOI: 10.1080 / 10671188.1967.10616513

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пиепиора, П., Витковски, К., и Пиепиора, З. (2018). Профили личности мастеров карате, практикующих разные стили кумитэ. Arch. Будо. 14, 247–257.

Google Scholar

Курбан, Х., Ван, Дж., Сиддик, Х., Моррис, Т., и Цяо, З. (2019). Посредническая роль родительской поддержки: взаимосвязь между занятиями спортом, самооценкой и мотивацией к занятиям спортом среди китайских студентов. Curr. Psychol. 38, 308–319. DOI: 10.1007 / s12144-018-0016-3

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рейни, Л., и Петкари, Э. (2019). Тебе нравятся твои товарищи по команде? качество личности и взаимоотношений между товарищами по команде у студенческих спортсменов. Rev. Psicol. Депорте. 14, 56–59.

Google Scholar

Робертс Б. В., О’Доннелл М. и Робинс Р. В. (2004). Развитие целей и личностных качеств в зрелом возрасте. J. Pers. Soc. Psychol. 87, 541–555.

PubMed Аннотация | Google Scholar

Роккас С., Сагив Л., Шварц С. Х. и Кнафо А. (2002). Большая пятерка личностных факторов и личных ценностей. чел. Soc. Psychol. Бык. 28, 789–801. DOI: 10.1177/0146167202289008

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Розенберг, М. (1965). Общество и самооценка подростков. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Издательство Принстонского университета.

Google Scholar

Розенберг, М. (1968). «Психологическая избирательность в формировании самооценки», в Самость в социальном взаимодействии , ред. К. Гордон и К. Герген (Нью-Йорк, Нью-Йорк: Джон Вили).

Google Scholar

Сабистон, К. М., Пила, Э., Вани, М., и Тогерсен-Нтумани, К. (2019). Образ тела, физическая активность и спорт: предварительный обзор. Psychol. Спортивные упражнения. 42, 48–57. DOI: 10.1016 / j.psychsport.2018.12.010

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тамминен, К. А., Сабистон, К. М., и Крокер, П. Р. (2019). Воспринимаемая поддержка со стороны уважения позволяет прогнозировать оценки соревнований и удовлетворенность результатами спортивных состязаний университетских команд: тест организационных факторов стресса в качестве модераторов. J. Appl. Sport Psychol. 31, 27–46. DOI: 10.1080 / 10413200.2018.1468363

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Зиллманн Д., Джонсон Р. К. и Дэй К. Д. (1974). Спровоцированная и неспровоцированная агрессивность у спортсменов. J. Res. Чел. 8, 139–152. DOI: 10.1016 / 0092-6566 (74)

-4

CrossRef Полный текст | Google Scholar

границ | Нужен ли норвежской полиции хорошо работающий боевой настрой?

Введение

Спартанцы не спрашивают, сколько врагов, но где они (Цитата Плутарка по Pressfield, 2011).

, 22 июля — для норвежцев упоминание этой даты оставляет во рту горький привкус, что очень похоже на упоминание 11 сентября для американца. В пятницу, 22 июля 2011 г., Норвегия подверглась двум террористическим атакам (SNL, 2017). Первым был взрыв бомбы в правительственном квартале, а вторым — массовое убийство в Утойе. Оба теракта совершил гражданин Норвегии Андерс Беринг Брейвик. Эти два инцидента были самыми ужасными террористическими актами в Норвегии после Второй мировой войны.В результате терактов погибли 77 человек. Многие были тяжело ранены, а также нанесен значительный материальный ущерб. Что касается умственного перенапряжения и когнитивной нагрузки, серьезные последствия для пострадавших все еще остаются.

После нападений большое внимание, естественно, было обращено на работу полиции. Работа полиции состоит из нескольких элементов, включая руководство, командную работу, взаимодействие и общение с обычным населением, а также урегулирование террористических инцидентов.Каждый аспект способствует успешному выполнению оперативных задач (Meld St. 21,2012; Johannessen, 2013). Важность этих различных элементов возрастает с нехваткой времени.

Во многих полицейских операциях, как и в военных операциях, важно, чтобы операторы могли быстро сформировать понимание ситуации и при этом поддерживать динамическую ситуационную осведомленность, что позволяет им быстро принимать решения. Осведомленность о ситуации и принятие решений являются ключевыми процессами, определяющими, какое влияние методы, применяемые полицией, будут иметь на цели и на разрешение сложившейся ситуации.Поэтому крайне важно понимать факторы, которые могут ослабить ситуационную осведомленность, как восстановить осведомленность и даже как лучше использовать ситуационную осведомленность (Gustavsberg, 2018).

Оглядываясь назад, традиционный метод анализа полицейских операций обычно не фокусируется на умственных и когнитивных функциях. Анализ полицейских операций в основном сосредоточен на праве, тактике, технологиях и управлении, но не на ментальных и когнитивных вопросах (Hess et al., 2014).Поэтому становится важным пролить больше света на всю соответствующую информацию, в том числе на психические и когнитивные факторы, чтобы избежать риска продолжающегося отсутствия основанного на знаниях управления в полиции.

Основываясь на наших предыдущих исследованиях, которые были сосредоточены на обучении и взаимодействии в условиях рискованных и непредвиденных инцидентов, наш главный вывод заключался в том, что боевой настрой имеет большое значение, когда дело доходит до того, чтобы справляться со сложными и непредсказуемыми ситуациями (Torgersen, 2015, 2018; Boe and Ingdahl, 2017; Бо, Торгерсен, 2018; Янилов, Бо, 2020).Настоящая статья, таким образом, продвигает эти выводы дальше, приводя к следующему исследовательскому вопросу: нужен ли полиции хорошо функционирующий боевой склад ума?

Авторы осознают риск предвзятости ретроспективного взгляда при оценке предыдущих событий. После кризиса легко сказать, какие приготовления, приоритеты и действия должны были или не должны были быть выполнены. Мы не намерены критиковать работу лиц, участвовавших в полицейской операции 22 июля 2011 года, поскольку у нас нет подробной информации по этим вопросам.Целью данной статьи является, скорее, аргумент в пользу того, что мы называем боевым мышлением в таких экстремальных ситуациях. Мы укажем на то, что боевой образ мышления улучшает оперативное функционирование человека при столкновении с непредсказуемыми и угрожающими обстоятельствами, делая более вероятным адекватный контроль агрессии и нейтрализацию опасных врагов.

В качестве отправной точки для обсуждения этого вопроса мы воспользуемся опытом инцидента в Утойе 22 июля 2011 г. и обсудим, как норвежская полиция отреагировала на этот инцидент.На эти вопросы сложно ответить. Бесспорных решений нет. Центральное место здесь занимает полиция и официальные политические директивы по урегулированию подобных инцидентов. Однако это больше связано со стратегическим и политическим уровнем, и наша цель в этой статье ограничивается обсуждением уровня навыков и способностей отдельного полицейского. Когда основное внимание уделяется индивидуальным навыкам и способностям в оперативной работе полиции, жизненно важно понимать выпущенные стандартные оперативные процедуры (СОП), которые регулируются законом, политикой и директивами.Кроме того, хотя мы фокусируемся на концепции индивидуальной устойчивости , это отдельная, но взаимосвязанная концепция с организационной устойчивостью . Организационная устойчивость основана на устойчивости отдельных лиц, составляющих организацию, и их результативность работы способствует повышению эффективности и продуктивности организации (Gustavsberg, 2018).

Густавсберг (2018) также обсуждает, что сотрудники правоохранительных органов в здравом уме хотят успешно разрешать эти сложные ситуации в соответствии с законами, правилами и постановлениями гуманным способом.Однако в этих ситуациях не сила воли офицера может определять исход ситуации. В этой статье мы имеем дело исключительно с индивидуальной устойчивостью, которая может рассматриваться как важный предшественник более позднего хорошо функционирующего боевого мышления (Янилов и Бо, 2020). Достижение лучшей ситуационной осведомленности и повышения производительности, особенно когда требуется принимать решения о применении силы на месте, является важной темой для того, чтобы иметь возможность справляться с подобными ситуациями.

Некоторые факторы выделяются, и самый важный из них касается наличия хорошо функционирующего «боевого мышления».«Многое из того, что произошло до, во время и после события в Утойе 22 июля, связано с различными участниками и их боевым складом ума или его отсутствием. В норвежском языке часто используется термин « kampvilje » (боевая воля), где сила воли является важной частью психологического состояния человека. Для простоты в этой статье будет использоваться концепция боевого мышления. Одно из определений термина боевой склад ума следующее: «Готовность и способность продолжать бой, несмотря на высокий уровень психической и физической боли» (Boe, 2006, 2007, перевод автора).

В отчете комиссии от 22 июля был сделан вывод о том, что операция норвежской полиции в Утойе была слишком медленной и что руководство отсутствовало (NOU, 2012, стр. 14). Более того, в том же отчете было подсчитано, что полиция могла потерять целых 25 минут из-за последовавшей неразберихи (NOU, 2012, стр. 14). В книге Йоханнесена «Полицейская культура» (2013) утверждается, что нет сомнений в том, что полиция могла действовать быстрее и что события характеризовались слабым принятием решений, основанным на групповом мышлении, а также последующим туннельным видением. как недостаток творчества.

Эта статья основана на понимании авторами событий 22 июля, причем сами авторы не участвовали в операции. Авторы также не имеют доступа к полному тактическому обоснованию, которое лежит в основе решений, принятых различными элементами норвежской полиции во время инцидента в Утойе. Первый автор проработал более 20 лет в Норвежских вооруженных силах (NAF), в том числе несколько лет службы в одном из специальных воинских подразделений Норвегии в качестве офицера и 15 лет в качестве инструктора в Норвежской военной академии и Норвежском командовании обороны и Колледж персонала.Второй автор проработал лектором в Норвежском полицейском университетском колледже в течение 4 лет и в качестве организационного психолога в NAF в течение 7 лет, уделяя особое внимание отбору оперативного персонала с высокой степенью риска. Последний автор проработал более 25 лет в NAF, в основном в образовательных учреждениях NAF, занимаясь военной педагогикой и исследуя непредвиденные инциденты и способы их устранения. Таким образом, предложения, сделанные в этой статье, основаны на известных теориях и исследованиях по темам стресса, управления стрессом и того, как развить хорошо функционирующий боевой настрой.Многие люди были обеспокоены временем реакции норвежской полиции в связи с акцией, проведенной в Утёйе (NOU, 2012, стр. 14). Таким образом, одним из центральных вопросов в этой статье является обсуждение того, как тренировать хорошо функционирующий боевой настрой и как этот образ мышления должен работать, чтобы сократить время реакции при столкновении с подобными событиями.

В этой статье мы сначала опишем, что такое хорошо функционирующий боевой настрой. Наша отправная точка — это рассказ норвежского военного офицера, участвовавшего в международной операции в Афганистане в тот же период, когда произошли инциденты в Утойе в 2011 году.Это повествование представляет собой крайний край того, чем может быть хорошо функционирующий боевой образ мышления для военного офицера. Затем мы продолжим обсуждение основных проблем, связанных с текущим мировоззрением норвежских полицейских сил 22 июля 2011 года. Следуя этой мысли, мы затем подробно рассмотрим, как стрессовая реакция может повлиять на способность человека решать поставленную задачу. После этого мы поговорим о том, как справиться со стрессом и о важности хорошо функционирующего боевого мышления. Затем мы описываем методы, которые лучше всего работают для формирования хорошо функционирующего боевого мышления.Кроме того, мы описываем взаимосвязь между преодолением экстремальной когнитивной нагрузки и хорошо функционирующим боевым мышлением. Наконец, мы предлагаем метод тренировки боевого мышления, называемый СМ-тренировкой. Наконец, мы делаем некоторые выводы относительно того, как хорошо функционирующий боевой настрой может быть реализован в норвежских полицейских силах.

Некоторые проблемы норвежской полиции связаны с текущим мировоззрением 22 июля

Нет никаких сомнений в том, что 22 июля норвежская полиция пошла не так, как надо.Беглый просмотр отчета Комиссии Гьорва от 22 июля ясно показывает это (NOU, 2012, стр. 14). В полицейском округе Северный Бускеруд (NBPD) оперативный офицер дежурил один. В конце концов, офицер по операциям попытался позвонить в операционный центр в столице Норвегии Осло, но ответа не получил. Была проведена хорошая мобилизация ряда полицейских, но это произошло потому, что эти полицейские оказались доступны по телефону. В резиновой лодке в подвале полицейского участка в городе Хёнефосс не хватало воздуха и бензина.Это может быть предвестником плохого боевого мышления и недостаточной визуализации различных возможных сценариев развития событий. Не удалось обновить ежедневные журналы и, следовательно, было недостаточно информации для передачи новому операционному директору. В результате новый оперативный офицер не знал о состоянии ситуации 22 июля. Оперативный офицер в NBPD не знал, что норвежская специальная полиция ехала на машинах, что привело к неправильной подготовке. Норвежская специальная полиция оставила группу, чтобы ее забрали на вертолете в месте под названием Соллихогда, что свидетельствует об их хорошей осведомленности о ситуации и, следовательно, об их хорошем боевом мышлении.На этом этапе норвежская специальная полиция уже работала лучше, вероятно, потому, что у них был гораздо лучший боевой склад ума. Это также хорошо описано в книге Стенсонеса (2017), который следил за норвежской специальной полицией в течение двух лет.

Некоторые из проблем, стоящих перед норвежскими полицейскими силами 22 июля, вполне могут возникнуть из-за того, что новая сеть экстренной помощи NBPD еще не была создана, но события также могли быть результатом психических факторов или плохого боевого мышления.С другой стороны, в том же отчете (NOU, 2012, p. 14) показано, что офицер по операциям в полицейском округе Южный Бускеруд (SBPD) принял решение без какого-либо запроса направить помощь в NBPD, что свидетельствует о лучшем понимании ситуация. Патрули из SBPD простаивали по прибытии в город Хёнефосс, но они быстро решили по собственной инициативе отправиться на Сторёя, остров, расположенный в 3,6 км (примерно 2,2 мили) от Утойи. Когда позже к Утойе подошли различные полицейские, вполне вероятно, что они оказались в ситуации, которую раньше не предвидели.Это могло вызвать сильный стресс у каждого отдельного полицейского.

Предыдущие исследования показали, что способность оценивать риск меняется под воздействием стресса. Вы станете более осторожными и захотите верить, что вещи более опасны, чем они есть на самом деле (Matthews et al., 2007, 2011). Оглядываясь назад, можно также увидеть тенденцию переоценивать то, что он сделал по отношению к миссии (Matthews et al., 2011). Это можно увидеть, прочитав собственный отчет норвежской полиции, в котором обсуждаются события, произошедшие во время инцидента в Утойе 22 июля 2011 года, совсем не критический отчет Сондерланда (Politidirektoratet, 2012).Само по себе может быть правдой то, что в реальной ситуации в Утойе 22 июля 2011 года было невозможно сделать что-либо еще, и мы подчеркиваем, что наше мышление здесь основано на нашем собственном опыте обучения и подготовки полицейских и военных, а не в связи с инцидентом в Утойе.

Что означает хорошо функционирующий боевой настрой?

Руководители и операторы правоохранительных органов и вооруженных сил знают, что хорошо функционирующий боевой настрой важен, но не многие знают, как его лучше всего развить.Даже в элитном воинском подразделении, таком как Морские котики США, описано, что никто не учит вас, например, тому, как сосредотачиваться, кроме как говорить «сосредоточься!» (Machowicz, 2002). Возможность сосредоточиться на решении задачи или задания в условиях стресса жизненно важна для многих профессий, а не только для военных и полиции. Отсутствие внимания часто вызвано стрессовыми реакциями, которые могут возникнуть в такой ситуации, как в Утойе. Одна из задач — научиться сохранять правильную концентрацию в сложной ситуации, чтобы развить хорошо функционирующий боевой склад ума.

Жизнь воина больше, чем любое другое призвание, требует умственных способностей в сочетании с физическими или механическими навыками. Тем не менее, психологическая подготовка — это область, которой долгое время пренебрегали в области управления конфликтами и применения силы (Doss, 2007, p. 65).

Проблема скорее в том, что дела не были выполнены достаточно хорошо до того, что произошло в Утойе 22 июля 2011 года. Или, другими словами, норвежские полицейские силы, безусловно, могли бы потратить больше времени и ресурсов на развитие лучшего боевого мышления.В ситуациях, характеризующихся хаосом и трением, когда вовлеченные люди могут быть в той или иной степени парализованы страхом, задание все равно предстоит решить. Это, среди прочего, потребует способности быстро адаптироваться за счет хорошей ситуационной осведомленности и значительного практического обучения до того, как произойдет инцидент. Кроме того, важна способность человека визуализировать, то есть предвидеть различные возможные ситуации и решения (Yanilov and Boe, 2020). Это факторы, которые помогают сформировать эффективный боевой настрой (Boe, 2006, 2011).

Итак, что такое хорошо работающий боевой настрой? Мы будем использовать практический пример из военной среды, но имейте в виду, что описанный образ мышления может не подходить для большинства обычных ситуаций, в которых могут оказаться норвежские полицейские силы. Взгляните на интервью, которое мы провели с командующим Норвежские коммандос прибрежных рейнджеров после прохождения военной операции в Афганистане в 2011 году. Ниже командир описывает, что значит иметь хорошо функционирующий боевой склад ума в связи с ситуацией, в которой он оказался:

Мы хотели, чтобы нас считали хорошими представителями Группы восстановления провинции (PRT), Организации Североатлантического договора (НАТО) и нашей страны благодаря тому, что мы сделали.Нашим образцом для подражания был стратегический капрал, и это повлияло на то, как вы выглядите и как носите оружие. Если вы чувствуете себя уверенно, значит, вы по-другому носите пистолет. Наш выбор более мягкого профиля позволил убедиться, что нас воспринимают как безопасных и контролирующих. Мы не делали акцента на осанке. Девиз: «Спокойно, расслабленно и готово». Это привело к осознанию своего поведения, в то время как вы в то же время продолжали думать, что были гостем в Афганистане. Следствие этого снова заставляет проявить внимание.Кроме того, важно было выйти на землю и начать работать. Мы работали, в частности, с Афганскими национальными силами безопасности и полицией, и они были очень благодарны за то, что мы работали над тем, чтобы зарекомендовать себя в качестве субъекта безопасности, чтобы ввести в действие ГВП. Мы проявили себя как действующий субъект безопасности и поддержали миссию по созданию безопасного и надежного Афганистана. Это означало, что нас считали надежными и мы легко сдружились с людьми. В то же время наш образ мышления позволял легко переключаться между тем, чтобы быть другом, и быть полностью «безжалостным», когда это было необходимо.Важно отметить, что мы сделали все возможное, чтобы избежать конфликтов. Между тем нет смысла быть наивным. Мы знали, что было много людей, которые намеревались убить нас. Я думаю, что осознание каждой частью своего тела того, что есть люди, которые будут использовать любые средства, чтобы убить вас или взять в плен, — это особый опыт. Для нас это означало сосредоточиться на своей работе и действовать тактически. Это означало, например, не попадать в ситуации, когда мы теряем всякий контроль, когда кто-то закладывает самодельные взрывные устройства, лежит наготове в засаде или пытается убить нас ракетами, пока мы спим.Они могут просто попробовать, потому что это все, что у них есть возможность сделать. Они выбрали для атаки не ту команду (перевод авторов).

Вот как командир норвежских отрядов прибрежных рейнджеров описывает образ мышления, который он и его команда имели в Афганистане в 2011 году. Стоит отметить, что он говорит о чередовании того, чтобы быть другом и быть полностью «безжалостным», когда это было нужно. Это то же самое мышление, которое мы находим в трудах генерала Соединенных Штатов Крулака (1999), описывающего стратегического капрала.Крулак отмечает, что сложность, с которой мы сейчас сталкиваемся в различных операциях, означает, что вы должны быть готовы выполнять широкий круг задач. Здесь появляется концепция стратегического капрала, то есть отработки способности быстро адаптироваться к различным ситуациям. Это то, что отражается в менталитете командира и его команды. Большой вопрос в том, прижилось ли это мышление в норвежской полиции. Если нет, то что тогда? С другой стороны, необходим ли такой образ мышления или даже желателен ли он для норвежской полиции?

Утверждается, что до 90% результатов можно отнести к умственным способностям.Редко, когда это меньше 40% (Asken et al., 2010). Основная проблема, от которой, возможно, страдают норвежские полицейские силы (и в этом отношении NAF), заключается в том, что их редко инструктируют и обучают тому, как развить хорошо функционирующий боевой склад ума. Досс (2007) описывает, что одна из наиболее игнорируемых областей обучения, которая, вероятно, имеет наибольшее количество ограничений, — это развитие мышления победителя или, используя нашу терминологию, хорошо функционирующего боевого мышления.Воодушевляющее или боевое мышление — это просто состояние ума, обеспечивающее выживание во время критического инцидента. Мышление на победу или сражение состоит из нескольких компонентов. Среди этих компонентов — ситуационная осведомленность, концентрация, предвкушение, уравновешенность и поддержание ловкости. Прежде всего, суть настроя на победу или борьбу — это самоконтроль своих эмоций и своего тела.

Боевое мышление также описывается как «мышление выживания» (Siddle, 1995), «боевой дух» (Boe, 2006), «психологическая стойкость», «грация под огнем», «стальные нервы» (Asken et al., 2010), или «победоносное мышление» (Doss, 2007). Сиддл (1995, с. 134) определяет хорошо функционирующий боевой склад ума следующим образом:

Образ мышления выживания означает присутствие духа, позволяющее воину полностью сосредоточиться на задаче в данный момент. Это мышление, лишенное эмоций, при котором восприятие, анализ и реакция сливаются в один процесс. Воин входит в состояние, когда восприятие становится более острым, действия становятся рефлексивными, а концентрация не затрудняется потенциальной смертью.Самое главное, воин обретает способность концентрироваться в присутствии смерти и действовать рефлекторно без колебаний.

Сиддл (1995) использует термин «мышление выживания», но авторы понимают, что Сиддл означает то же, что и боевой склад ума. Можно обсудить вопрос о том, возможно ли избавиться от эмоций, как указывает Сиддл. Хорошо функционирующий боевой настрой состоит из трех частей: мышления до, во время и после события. Прежде чем произойдет событие, вы должны проснуться и расслабиться.Если есть время бояться, вам следует предпринять сознательные усилия, чтобы превратить это в контролируемую агрессию. Причина этого в том, что мозг не может легко отличить страх от агрессии, но легче направить агрессию, чем страх, во что-то полезное для решения миссии. Эту агрессию необходимо контролировать и направлять на решение текущей миссии. Агрессию необходимо включать и выключать по мере необходимости (Boe and Ingdahl, 2017; Yanilov and Boe, 2020). Мюррей (2004) утверждает, что для формирования и развития агрессии необходимы навыки, контроль над стрессом и готовность покончить с собой.Предыдущее исследование того, как тренировать агрессию и контроль агрессии у профессиональных солдат, показало, что этот тип обучения очень эффективен (Boe and Ingdahl, 2017). Готовность убивать также может быть увеличена, и здесь важными факторами являются роль группы и агрессивная предрасположенность отдельного солдата (или, если на то пошло, отдельного полицейского) (Boe and Johannessen, 2015). Мышление во время мероприятия должно быть полностью сосредоточено на методах и тактике, которые вы должны использовать, чтобы разрешить ситуацию (Boe, 2006).Мышление после события должно быть таким, чтобы вы чувствовали облегчение от того, что все закончилось, благодарность за то, что все прошло хорошо, и гордость за то, что вы хорошо выступили (Boe, 2006).

Хорошо функционирующий боевой склад ума также является результатом хороших тактических, технических и умственных навыков (Янилов и Бо, 2020). Тогда ключевыми вопросами могут быть: как мы можем развить эффективное боевое мышление и почему это имело значение в инциденте, произошедшем в Утойе? Это вызывает множество вопросов, на которые, к сожалению, нет простых ответов.

Более широкое определение боевого мышления состоит в том, что хорошо функционирующий боевой образ мыслей состоит из трех элементов. Во-первых, он включает такие атрибуты, как смелость, решительность, психологическая стойкость и агрессия. Во-вторых, это включает расслабление и разрядку эмоций, таких как страх, гнев, антагонизм и разочарование. Наконец, хорошо функционирующий боевой настрой также включает сосредоточенность, концентрацию и самоконтроль (Янилов и Бо, 2020). Эти три области интегрированы, и между ними есть частично совпадающие участки.В таблице 1 представлен обзор элементов хорошо функционирующего мышления.

Таблица 1. Элементы, входящие в хорошо функционирующую боевую систему мышления.

Главный вызов норвежской полиции

Проблемы, с которыми сталкиваются сотрудники правоохранительных органов США, хорошо описаны инструктором американской полиции Мюрреем (2004). Мюррей утверждает, что отсутствие реального уровня подготовки является серьезной проблемой для полиции в Соединенных Штатах.Есть основания полагать, что это относится и к полиции Норвегии. По словам старшего советника по безопасности норвежской полиции Бьёрна Эгели, полиции необходимо образование и подготовка, которые позволят им чувствовать себя в безопасности в такой драматической ситуации, как в Утойе (Dagbladet, 2011). Обучение оружию, которое получает полиция, ограничивается 11 часами знакомства с новой тактикой «ведется стрельба», а затем 40-часовой ежегодной программой сертификации (Dagbladet, 2011). Мюррей (2004) также утверждает, что обычный полицейский не тратит много времени на отработку физических навыков, необходимых для работы в сложных ситуациях.Он считает, что полицейские не уделяют достаточно времени эмоциональным и психологическим упражнениям, чтобы сформировать боевой склад ума. Возможно, часть объяснения того, почему у полиции не было достаточно развитого и хорошо функционирующего боевого мышления в Утойе, можно найти в мыслях Мюррея о недостаточной подготовке как физических, так и психологических навыков. Норвежские полицейские силы должны заниматься задачами по укреплению доверия, задачами, связанными с оказанием помощи, задачами гражданского правосудия, задачами управления, транспортировкой заключенных и пограничным контролем (Meld St.42, 2004). Это оставляет мало времени для развития хорошо функционирующего боевого мышления, которое можно использовать в экстремальных ситуациях.

Все это ставит под сомнение, включает ли период базового полицейского образования в Норвегии обучение и подготовку, необходимые для начального развития боевого мышления. Начиная с этапа отбора, будущие полицейские получают трехлетнюю степень бакалавра полицейской деятельности. В то время как норвежский отбор студентов-полицейских основан на таких компетенциях, как «способность действовать» и «зрелость», методы отбора, используемые для отображения этих компетенций, являются неоптимальными, как показано в исследовании прогностической валидности (Skoglund, 2018a, b).Отбор студентов-полицейских полностью основан на психометрическом тестировании, собеседовании и групповом общении; отсутствуют реалистичные симуляторы работы с элементами активации стресса. Таким образом, авторы считают, что первоначальный процесс отбора студентов-полицейских не особо ориентирован на требования к персоналу, связанный с условиями высокого стресса. Учебный период важен для развития широкого спектра оперативных навыков, так как студенты участвуют в нескольких практических полицейских упражнениях и целый год работают младшим офицером под руководством опытного полицейского.Учебный период также включает несколько академических предметов, таких как психология, социология, криминология и история полиции. Представители полицейских профсоюзов часто сталкивались с проблемами, если излишки ученых уменьшили внимание к практическим и оперативным вопросам в работе правоохранительных органов (например, Bjerke Lilleåsen, 2017), что может указывать на опыт неадекватных операционных навыков у недавно получивших образование операторов. Такие события, как теракты 22 июля, безусловно, актуализируют такой вопрос.

Как стрессовая реакция может повлиять на способность выполнить задание?

Часто говорят, что человек находится в стрессе или под давлением в разных ситуациях. В этой статье не делается различий между понятиями стресса и давления. Стресс определяется как активация части вегетативной нервной системы, которая называется симпатической нервной системой. Тело включается и готово к бою или бегству (Cannon, 1932; Boe, 2006). Также встречается тахипсихия, неврологическое заболевание, изменяющее восприятие времени (Boe, 2006).

Стресс можно рассматривать как перегрузку, которая ослабляет нашу способность обрабатывать информацию и решать проблемы, и, таким образом, может повлиять на нашу производительность при выполнении миссии. Проще говоря, можно сказать, что стресс является результатом дисбаланса между воспринимаемой компетентностью и тем, что требует ситуация (Харрис и Бергер, 1983: Лазарус и Фолкман, 1984). Нет никаких сомнений в том, что ситуация, в которой оказалась норвежская полиция в связи с террористической атакой, совершенной Андерсом Берингом Брейвиком в Утойе 22 июля 2011 года, была сложной.Ситуация, вероятно, требовала такого высокого уровня компетентности, что это должно было быть воспринято как очень неудобное. Возможно, многое из этого можно объяснить тем, что полиция просто не ожидала возникновения такой ситуации. В результате с такой ситуацией, когда она все же возникает, становится намного труднее справиться, чем если бы раньше можно было представить себе подобные возможные ситуации. Стресс, который может испытать человек, внезапно оказавшись в ситуации, подобной той, что произошла в Утойе, является результатом восприятия, и восприятие можно изменить с помощью упражнений; то есть как умственные, так и физические упражнения.Важным моментом является то, что это обучение должно быть максимально реалистичным и соответствовать контексту, в котором вы работаете (Murray, 2004). Это было спорным моментом часто цитируемого предложения из книги Гроссмана и Кристенсена « On Combat » (2008, стр. 75): «… в бою вы не соответствуете требованиям, вы опускаетесь до уровня своей подготовки». При хорошо функционирующем боевом мышлении можно снизить значительную часть воспринимаемого стресса, связанного с решением очень непредвиденной миссии, такой как инцидент в Утойе.Реакция, вероятно, также была бы быстрее, если бы полиция обучилась этому типу сценария до того, как произошел инцидент.

Как справиться со стрессом и важность правильного боевого мышления

Проблема стресса как важного направления военных исследований была обозначена еще в 1917 году (Yerkes, 1918). Даже при всем технологическом развитии, которое у нас было с тех пор, факт остается фактом: поддержание эффективной способности решать задачи в стрессовых ситуациях будет по-прежнему проблемой, и это верно также для норвежской полиции, особенно когда технологии терпят неудачу. сделал 22 июля 2011 г.Масштабы и масштабы этой проблемы известны давно, особенно когда речь идет о боевых действиях (Marshall, 1947; Schwartz, Winograd, 1954). В резюме, сделанном Школой передовых военных исследований армии США, сделан вывод о том, что боевой стресс будет одним из наиболее значительных факторов потери человеческих ресурсов (Coomler, 1985).

Другие утверждали, что в критические моменты миссии восприимчивость человека к психологическим угрозам может быть решающим фактором в том, преуспеет он или нет в миссии (Wherry and Curran, 1966).Предыдущие исследования показали, что существует множество различных факторов стресса, которые могут повлиять на способность выполнять миссию. Эти факторы включают звук (Broadbent, 1978), давление на производительность (Baumeister, 1984), рабочую нагрузку (Wickens, 1979), ожидаемую угрозу электрошока (Wachtel, 1968), опасные ситуации (Hammerton and Tickner, 1969; Burke, 1980), очистку бомбы (Rachman, 1982) и боевой стресс (Williams, 1984).

Вероятно, что сотрудники полиции, участвовавшие в операции в Утойе, испытали несколько из вышеперечисленных факторов стресса и были затронуты этим.Было также показано, что эти стрессоры увеличивают физиологическую активацию, что приводит к учащению пульса, затрудненному дыханию и тремору (Rachman, 1982). Было показано, что способность решать проблемы снижается (Ямамото, 1984) и что он более жесткий при выполнении задачи в условиях стресса (Став и др., 1981). Дальнейшие исследования показали, что одна только нагрузка на производительность может увеличить количество ошибок в операционных процедурах до трех раз по сравнению с обычным количеством ошибок (Villoldo and Tarno, 1984).Примером жесткого или производственного стресса может быть решение норвежской специальной полиции поместить всех своих 11 человек с полным снаряжением в надувную лодку, рассчитанную на 10 человек. У надувной лодки отказал двигатель и затонула вода, и на помощь пришлось прибегнуть к гражданской лодке. Также было показано, что время, затрачиваемое на выполнение ручных задач, удваивается в стрессовых условиях (Idzikowski and Baddeley, 1983). Некоторые из этих факторов, вызывающих стресс, могли повлиять на сотрудников полиции при выполнении заданий в Утойе.

Какие методы работают для формирования хорошо функционирующего боевого мышления?

Механизмы обучения, которые доказали, что лучше всего работают, чтобы заставить солдат действовать даже в условиях экстремального стресса в бою, известны как классическая и оперантная обусловленность (Grossman, 1995). Есть основания предполагать, что это коснется и полицейских. Классическая и оперантная обусловленность — это психологические техники, которые используются, когда кто-то хочет научить людей правильно реагировать в чрезвычайных или боевых ситуациях.

Классическая обусловленность — это форма обучения, при которой человек учится связывать раздражитель с реакцией. Оперантное обусловливание означает, например, вознаграждение человека за подкрепление действия (Weiten, 2001). В ситуациях, связанных с сильным стрессом, прошлый опыт, толерантность к стрессу и степень реалистичной подготовки, полученной до того, как закончить драку, аналогичную ситуации, будут влиять на то, насколько эффективно человек сможет реагировать и действовать. Это важные факторы в развитии боевого мышления.Если вы что-то практиковали достаточно много раз, тогда легче делать то же самое в условиях стресса. Вот почему у вас есть разные упражнения для разных вещей. Частично цель тренировки — противодействовать возможному параличу, который может возникнуть из-за стресса (Boe et al., 2011, 2012). Посредством упражнения практикуются процедурная память, то есть память на процедуры или действия (Moldjord and Holen, 2005). С другой стороны, ситуация в Утёйе, вероятно, была настолько экстремальной, что для большинства присутствовавших было слишком сложно определить реальный масштаб ситуации.Именно способность идентифицировать и распознавать, что означает складывающаяся ситуация, является важной частью боевого мышления (Sde-Or Lichtenfeld and Yanilov, 2001). Причина этого в том, что правильное восприятие ситуации угрозы может послужить спусковым крючком. В результате вы сможете активировать наступательный боевой настрой намного быстрее, чем если бы вы не осознавали ситуацию. Другими словами, чтобы распознать «наихудший сценарий» и иметь возможность что-то с этим сделать, вы должны заранее подумать о «наихудшем сценарии».”

Если у кого-то нет ресурсов или времени, чтобы тренироваться достаточно физически, чтобы решить миссию, альтернативным решением является более умственная практика. Когда вы переходите к месту миссии, вы должны визуализировать операцию, которую собираетесь провести (Doss, 2007). Однако умственное обучение никогда не сможет заменить реалистичное и физическое обучение тому, как решить миссию. Важный метод развития эффективного боевого мышления включает способность избавляться от негативных мыслей. Осознавая свои собственные негативные мысли, вы можете изменить их, чтобы они стали позитивными.В то же время также важна работа над уменьшением беспокойства, беспокойства и сомнений в отношении своих навыков. Заявление «Я исправлю это» является примером такого положительного утверждения, и этот практический совет может противодействовать негативным мыслям о себе и своей собственной деятельности в отношении решения данной миссии. Пример использования позитивных стратегий выживания приведен в исследовании, которое показало, что большинство британских военнослужащих, задействованных в связи с Фолклендской войной в 1980-х годах, использовали позитивное мышление в качестве своей основной стратегии выживания (Limbert, 2004).Авторы не знают, использовали ли полицейские по пути в Утойю положительные утверждения, чтобы остановить негативные мысли.

Другой важный метод — это практика так называемого «боевого» или «тактического дыхания» (Asken et al., 2010). Это может помочь снизить частоту сердечных сокращений до уровня, при котором человек будет функционировать оптимально. Исследования показали, что у человека может быть сильное увеличение частоты сердечных сокращений, вызванное гормональной активацией нервной системы. Это учащение пульса вызвано стрессом, неуверенностью, страхом или испугом.При частоте более 145 ударов в минуту ухудшается способность ясно мыслить и обрабатывать информацию. Контролируя свое дыхание, можно поддерживать скорость от 115 до 145 ударов в минуту (Siddle, 1995). В этой зоне мозг и тело оптимально работают вместе. Эта зона известна как зона оптимального выживания и боевых характеристик (Grossman and Christensen, 2008). Важной частью боевого мышления является как раз способность контролировать себя, чтобы оставаться в этой зоне.Другими словами, это включает в себя контроль своего дыхания, когда вы начинаете чувствовать стресс. Авторы не знают, в какой степени сотрудники полиции использовали различные техники дыхания во время инцидента в Утойе. Практика тактического дыхания может сочетаться с тренировками с большим количеством адреналина и других гормонов стресса в организме — метод тренировки, называемый кондиционированием стресса адреналином (Boe, 2006). Цель кондиционирования адреналинового стресса — сдвинуть порог, при котором человек не может работать в условиях стресса, вызванного гормонами, т.е.е., хорошо работать даже при ЧСС выше 145 ударов в минуту. Таким образом, первая цель состоит в том, чтобы тренироваться так, чтобы в трудной ситуации удавалось от 115 до 145 ударов сердца в минуту. Если ситуация обостряется и частота сердечных сокращений увеличивается до такой степени, что вы больше не можете выполнять задачу, тогда цель становится эффективной даже при большом количестве адреналина и гормонов.

Чрезвычайная когнитивная нагрузка и хорошо функционирующий боевой настрой

При экстремальной когнитивной нагрузке человек теряет способность мыслить рационально (Siddle, 1995), а способность запоминать последовательность и продолжительность вещей утрачивается.Это явление известно как амнезия при критических инцидентах (Grossman and Siddle, 2001; Grossman and Christensen, 2008). Это может произойти, когда частота сердечных сокращений превышает 175 ударов в минуту. Возможно, что некоторые из полицейских в Утойе испытали это. Опять же, важным фактором является заранее мысленно продумать возможные сценарии и воспользоваться различными техниками дыхания, чтобы взять себя в руки в ситуации.

Один из самых сложных аспектов стрессовых и неопределенных ситуаций — это процесс принятия решений (Von Schell, 1933).Это потому, что мы получаем информацию в разное время. Нам, людям, свойственно подождать немного дольше. Может быть, мы сможем получить дополнительную информацию, прежде чем примем решение? Распространенная стратегия состоит в том, чтобы уменьшить неопределенность, с которой человек сталкивается, путем попытки собрать больше информации, что приводит к отложенным действиям. Следовательно, это часто может иметь недостатки в рабочих ситуациях (Lipshitz, 1997).

Фон Шелл (1933) отмечает, что обычно труднее определить фактическое время принятия решения, чем сформулировать решение.Практика принятия быстрых решений в условиях большой степени неопределенности помогает развить хорошо функционирующий боевой склад ума. Это умственный навык. Каждый может освоить любой навык. Но если приобретенный навык становится техническим или физическим, от этого мало пользы или ценности. Работа с вашей способностью (и, возможно, другими) справляться со стрессом требует от вас многого в умственном отношении. Чтобы развить готовность забирать жизни, требуется еще больше умственных способностей. Развитие этих трех частей — технической, физической и умственной — имеет решающее значение для развития агрессивного мышления как части хорошо функционирующего боевого мышления.Не менее важно развить культуру контролируемой агрессии, направляя страх, гнев и тревогу в течение многих часов соответствующих реальных физических и умственных тренировок, основанных на ценностях (Howe, 2005). Под ценностями мы понимаем волю поступать правильно, основанную на правильных ценностях, чтобы установить правильную агрессию, а не ложно направленную агрессию, включающую слишком сильную или неконтролируемую агрессию. Существует тонкая грань между агрессивностью, когда это необходимо, и когда это оправдано с этической точки зрения, и просто постоянной агрессией (Boe and Ingdahl, 2017).Если вы отклонитесь от основных человеческих ценностей и, например, включите дегуманизацию и создание условий для убийства, это может привести к зверствам и военным преступлениям. Печально известным инцидентом является бойня в Май Лай во Вьетнаме в 1968 году, когда военнослужащие Соединенных Штатов убили сотни женщин и детей (Grossman, 1995). В 2016 году Группа по расследованию исторических заявлений Ирака начала расследование более 1500 предполагаемых злоупотреблений, возможных со стороны британских солдат, участвовавших в войне в Ираке (Brown, 2016). Таким образом, понимание опыта солдат в таких ситуациях и обеспечение того, чтобы они получали правильное образование и подготовку, становится чрезвычайно важным.Дополнительным элементом является то, что воздействие боевой обстановки может повлиять на интеграцию солдат обратно в общество. Научиться контролировать агрессию становится важным элементом функционирования в более нормальной среде (Brown, 2015).

Было показано, что осуществление контроля над агрессией и агрессией дало хорошие результаты в обучении профессиональных солдат в батальоне норвежской армии (Boe and Ingdahl, 2017). Точно так же факторы, способствующие готовности убивать, были выявлены для профессиональных солдат в батальоне норвежской армии (Boe and Johannessen, 2015).Результаты этого исследования показали, что роль группы была очень важна для повышения готовности убивать. Было обнаружено, что агрессивная предрасположенность отдельного солдата является важным фактором, повышающим готовность убивать. Однако ни роль лидера, ни эмоциональная дистанция до врага не повлияли на готовность солдата убивать (Boe and Johannessen, 2015).

Американский подполковник Маккой (2007) заявил, что ваша воля должна быть жестче, чем все, с чем она сталкивается.Во время события все ваше внимание должно быть сосредоточено на методах, тактике и подобных вещах, необходимых для выполнения миссии. После инцидента человек обычно должен чувствовать облегчение, благодарность за то, что он выжил, и гордость (Boe, 2006). Можно спросить себя, были ли эти чувства преобладающими в полицейских после того, как инцидент в Утойе закончился.

Метод отработки боевого мышления

Torgersen и Sæverot (2016) утверждают, что умение справляться с непредвиденными, сложными и опасными задачами требует как реалистичного обучения, так и систематического осмысления.Фаза размышлений, так называемый уровень компетенции 3 (уровень C3), важен для консолидации и укрепления опыта и новых знаний и навыков, которые используются во время обучения (Torgersen and Sæverot, 2016). Под рефлексией мы подразумеваем, что различные части обучающих последовательностей или сценариев рассматриваются систематически и с акцентом на разные области развития. Тренировка боевого мышления (CM-тренировка) может быть одной из них. Все последовательности обсуждаются и оцениваются в свете КМ-тренинга, и цель состоит в том, чтобы развить новое понимание собственных моделей поведения, способности к действию и навыков совладания с различными формами проблем и стрессоров.Между тем, такая фаза размышлений также включает в себя общую осведомленность всех членов команды, направленную на процессы взаимодействия во время обучения, когда команда или несколько команд сотрудничают для решения задачи. Кроме того, отражение должно быть связано с самоэффективностью последовательностей во время обучения, которые содержат незапланированные, внезапные и неожиданные события (Torgersen, 2018).

Однако важно, чтобы эти фазы размышлений не слишком сильно отделялись от хорошо известной концепции «тренируйся, пока сражаешься» (Torgersen, 2008, 2015).Фазы размышлений обычно должны быть связаны с практическими действиями и учебными мероприятиями, тесно связанными с областью, в которой практикуются. Тем не менее, в некоторых контекстах может быть лучше реализовать обучение на уровне C3 в виде независимых последовательностей. Одним из примеров является обучение и осведомленность о дилеммах и этически заряженных ситуациях (например, в форме тематических исследований), но в таких ситуациях также следует включать практическое обучение. Причина этого в том, что необходимо практиковать когнитивные мета-размышления в условиях нехватки времени и стресса.Систематическое обучение CM на уровне C3 должно быть усилено для всех, кто работает с оперативной готовностью.

Заключение

Исследовательский вопрос в данной статье звучал так: «Нужен ли полиции хорошо функционирующий боевой склад ума?» Мы обсудили этот вопрос в свете того, как норвежские полицейские силы отреагировали на инцидент в Утойе 22 июля 2011 года. В данном случае мы пришли к выводу, что боевой настрой норвежских полицейских сил мог бы действовать лучше во время инцидента.Однако при оценке управления кризисами всегда существует риск серьезной предвзятости в ретроспективе. После кризиса легко сказать, какие приготовления нужно было делать. Немного сложнее сказать, какой кризис случится на следующей неделе или какие приготовления необходимы в отношении будущих кризисов. Соответственно, оценка 22 июля может быть несколько несправедливой. Крайне сложно и дорого быть готовым ко всем возможным угрозам. Кроме того, если антагонист решает стрелять в невооруженных мирных жителей на острове, это должно считаться проблемой даже для подготовленного полицейского управления, чтобы нейтрализовать эту угрозу, не рискуя жизнями и здоровьем собственного персонала.

Но это факт, что невозможно узнать, привело ли это к более быстрому вмешательству против Андерса Беринга Брейвика. Однако мы думаем, что более эффективное боевое мышление привело бы к более быстрому и более эффективному принятию решений. Мы попытались показать, что достижение хорошо функционирующего боевого мышления в целом, тем не менее, представляет собой серьезную проблему для эффективных и действенных полицейских сил. Существует несколько методов улучшения боевого мышления. Положительные утверждения, дыхательные техники и визуализация — примеры таких техник.Кроме того, систематическое обучение CM должно включать как реалистичное обучение, так и систематическое размышление, чтобы способствовать лучшей способности справляться с внезапными и непредвиденными событиями.

Наконец, то, как мы обсуждали проблемы кризисного управления, обсуждалось почти исключительно на индивидуальном уровне. Мы не обсуждали, как можно справиться с индивидуальными недостатками или эмоциональными реакциями, например, с помощью групповой поддержки или поддержки принятия решений, и это должно быть интересным местом для изучения, когда вы думаете о создании правильного мышления не только для отдельного мужчины или женщины-полицейского, но и для также на организационном уровне.

Взносы авторов

OB и G-ET написали первую версию рукописи. OB, G-ET и TS отредактировали рукопись и одобрили окончательную версию для публикации.

Финансирование

Авторы раскрыли получение следующей финансовой поддержки для исследования, авторства и / или публикации этой статьи. Эта статья получила регулярный исследовательский грант Норвежского университета обороны.

Конфликт интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Авторы выражают благодарность старшему преподавателю Норвежской военной академии Мерете Рууд за ценную помощь с языком этой работы. Мнения, выраженные в этой статье, принадлежат авторам и не отражают какую-либо официальную позицию, занимаемую норвежскими вооруженными силами, норвежской полицией, университетом Юго-Восточной Норвегии или университетским колледжем Бьёркнеса.

Список литературы

Аскен, М. Дж., Гроссман, Д., и Кристенсен, Л.W. (2010). Воинское мышление: навыки психологической стойкости для национальных защитников. Психология действий в применении к бою. Бассейн , Алабама: научные публикации воина.

Google Scholar

Баумейстер Р.Ф. (1984). Задыхается под давлением. Самосознание и парадоксальное влияние стимулов на умелую работу. J. Pers. Soc. Psychol. 46, 610–620. DOI: 10.1037 // 0022-3514.46.3.610

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Боэ, О.(2006). Факторы, влияющие на боеспособность в стрессовых условиях. Осло: Норвежская военная академия, 1–25.

Google Scholar

Бо, О. (2007). Что такое функциональная боевая установка и как ее можно развить? Осло: Норвежская военная академия, 1–5.

Google Scholar

Бо, О. (2011). «Как найти лидеров, которые смогут принимать и решать проблемные решения в оперативном контексте?», В материалах материалов 13-й Международной конференции по военному здравоохранению (13IMMHC), 35-42, Факультет военных наук (Бреда: Оборона Нидерландов) Академия).

Google Scholar

Бо, О., и Ингдал, А. (2017). Обучаем монстров с тормозами: учим солдат агрессии и контролю агрессии. Kasmera J. 45, 2–30.

Google Scholar

Бо, О., Йоханнесен, А. Х. (2015). Эффекты роли группы, роли лидера, эмоциональной дистанции до врага и агрессивной предрасположенности при убийстве. Kasmera J. 43, 125–144.

Google Scholar

Боэ, О., Кьёрстад, О., Вернер-Хаген, К. (2012). Løytnanten og Krigen: Operativt Lederskap i strid (Лейтенант и война: Оперативное руководство в бою). Берген: Fagbokforlaget.

Google Scholar

Бо, О., Торгерсен, Г. Э. (2018). Норвежская «цифровая защита границ» и компетентность в непредвиденных обстоятельствах: обоснованный теоретический подход. Фронт. Psychol. 9: 555. DOI: 10.3389 / fpsyg.2018.00555

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Боэ, О., Вулли, К., и Дуркин, Дж. (2011). «Выбор элиты: примеры использования программ набора, оценки и отбора в тактических группах и спецназе правоохранительных органов», в Leading in Dangerous Contexts , ред. П. Суини, М. Мэтьюз и П. Лестер (Аннаполис) : Naval Institute Press), 333–349.

Google Scholar

Бродбент, Д. Э. (1978). Текущее состояние исследования шума: ответ на загрязнение. Psychol. Бык. 85, 1052–1067. DOI: 10.1037 / 0033-2909.85.5.1052

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Браун, В. (2015). «Препятствия, связанные с возвращением домой ветеранов: краткосрочные и долгосрочные последствия войн в Ираке и Афганистане», в «Криминология и война: преступая границы» , ред. С. Уолклейт и Р. МакГарри (Лондон: Рутледж), 120–136 .

Google Scholar

Берк, У. П. (1980). Разработка предикторов работоспособности в условиях стресса при обучении роты (отчет об исследовании № 1352). Ft.Беннинг, Джорджия: Исследовательский институт армии США.

Google Scholar

Кэннон, W. (1932). Мудрость тела. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Нортон.

Google Scholar

Дж. Кумлер (1985). Причины боевого стресса в артиллерийской огневой батарее, поддерживающей конфликт высокой интенсивности на Европейском театре военных действий. Ft. Ливенворт, Канзас: Колледж командования и генерального штаба армии США (AD-A167674).

Google Scholar

Dagbladet (2011). Politiet for Lite Trening i Væpnede Oppdrag (Полиция не получает достаточной подготовки в вооруженных миссиях).(Последняя проверка 06 апреля 2020 г.). Доступно на сайте: http://www.dagbladet.no/ (по состоянию на 6 апреля 2020 г.).

Google Scholar

Досс, В. (2007). Условие для победы. Динамические методы психологической подготовки, ориентированной на результат. Сент-Флашинг, Нью-Йорк: Публикации Закона Свободного Листа.

Google Scholar

Гроссман Д. (1995). Об убийстве: Психологические последствия обучения убивать на войне и в обществе. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Little, Brown & Company.

Google Scholar

Гроссман Д. и Кристенсен Л. В. (2008). О бою: психология и физиология смертельного конфликта на войне и в мире , 3 Edn. Милльштадт, Иллинойс: Исследовательские публикации PPCT.

Google Scholar

Гроссман Д. и Сиддл Б. К. (2001). Критическая амнезия инцидента: физиологические основы и последствия потери памяти во время экстремальных ситуаций выживания. Инструктор по огнестрельному оружию: официальный журнал Международной ассоциации инструкторов по огнестрельному оружию правоохранительных органов, август 2001 г. Доступно на сайте: https://www.killology.com/tical-incident-amnesia (по состоянию на 14 марта 2017 г.).

Google Scholar

Густавсберг, Х. (2018). «В людей стреляют из-за паники некоторых полицейских?» В Повышение индивидуальной устойчивости посредством программы обучения полицейской устойчивости и эффективности (Тампере: Университет Тампере).

Google Scholar

Гесс, К. С., Ортманн, К. Х., Чо, Х. Л. (2014). Полицейские операции: теория и практика , 6-е изд.Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: обучение Delmar Cengage.

Google Scholar

Хоу, П. Р. (2005). Лидерство и подготовка к борьбе. Индиана: Автор Дом: Блумингтон.

Google Scholar

Идзиковски К. и Баддели А. Д. (1983). «Страх и опасная среда», в «Стресс и усталость в деятельности человека», , изд. Р. Хоккей (Чичестер: Уайли), 123–144.

Google Scholar

Йоханнесен, С. О. (2013). Politikultur: Identitet, Makt og Forandring i Politiet (Полицейская культура: идентичность, власть и изменения в полиции). Тронхейм: Академика форлаг.

Google Scholar

Крулак, К. С. (1999). Стратегический капрал: лидерство в войне трех блоков. Marines Mag. 83, 1–7.

Google Scholar

Лазарус Р. С., Фолкман С. (1984). Стресс, оценка и преодоление. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Спрингер.

Google Scholar

Лимберт, К. (2004). Психологическое благополучие и удовлетворенность работой среди военнослужащих в поездках без сопровождения: влияние воспринимаемой социальной поддержки и стратегий выживания. Милит. Psychol. 16, 37–51. DOI: 10.1207 / s15327876mp1601_3

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Липшиц Р. (1997). «Он-лайн преодоление неопределенности: помимо эвристики уменьшения, количественной оценки и включения», в книге Decision Making Under Stress , редакторы Р. Флин, Э. Салас, М. Страб и М. Линн (Hants, VT: Ashgate ), 149–160.

Google Scholar

Machowicz, R.J. (2002). Дайте волю внутреннему воину: развивайте концентрацию, дисциплину, уверенность и мужество, необходимые для достижения неограниченных целей. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Марлоу и компания.

Google Scholar

Маршалл, С. Л. А. (1947). Люди против огня. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Уильям Морроу.

Google Scholar

Мэтьюз, М. Д., Эйд, Дж., Йонсен, Б. Х. и Бо, О. (2011). Сопоставление экспертных оценок и самооценок осведомленности о ситуации при прохождении курса боевого утомления. Милит. Psychol. 23, 125–136. DOI: 10.1080 / 08995605.2011.550222

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Мэтьюз М.Д., Мартинес, С. Г., Эйд, Дж., Йонсен, Б. Х. и Бо, О. (2007). «Сравнение оценок осведомленности о ситуации наблюдателем и действующих лиц», Proceedings of the Human Factors and Ergonomics Society Annual Meeting (Thousand Oaks, CA: SAGE Publications), 548–552.

Google Scholar

Маккой, Б. П. (2007). Страсть к командованию: моральный императив лидерства. Квантико: Ассоциация морской пехоты.

Google Scholar

Мелд ул.21 (2012). Слияние со стороны Stortinget Terrorberedskap Oppfølging от NOU 2012: 14 Rapport fra 22. Juli-kommisjonen [Отчет правительству о мерах по обеспечению готовности к борьбе с терроризмом после NOU 2012: 14 Отчет Комиссии от 22 июля]. Осло: Королевское министерство юстиции и полиции Норвегии.

Google Scholar

Мелд Стрит, 42 (2004 г.). Politiets Rolle og Oppgaver (Роль и задачи норвежской полиции). Осло: Королевское министерство юстиции и полиции Норвегии.

Google Scholar

Moldjord, C., и Holen, A. (2005). «Aggresjon og militær atferd (Агрессия и военное поведение)», в Militær Ledelse og de Menneskelige Faktorene (Военное руководство и человеческий фактор) , редакторы К. Молдьорд, Х. Нордвик и А. Граврокмо (Трондхейм: Tapir Akademisk For ), 113–130.

Google Scholar

Мюррей, К. Р. (2004). Обучение со скоростью жизни: Полный учебник для обучения военных и правоохранительных органов, основанного на реальности. Гота, Флорида: Публикации Армигера.

Google Scholar

NOU (2012). Rapport fra 22. Juli-kommisjonen (Отчет Комиссии от 22 июля ). Осло: Правительство Норвегии.

Google Scholar

Политидиректоратет (2012). 22. Juli — Оценка av Politiets Innsats (22 июля — Оценка усилий полиции ). Осло: Управление полиции Норвегии.

Google Scholar

Прессфилд, С. (2011). Этисы воина. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Black Irish Entertainment LLC.

Google Scholar

Рахман, С. Дж. (1982). Развитие мужества военнослужащих при обучении и действиях в боевых ситуациях (Отчет об исследовании № 1338). Александрия, Вирджиния: Исследовательский институт поведенческих и социальных наук армии США.

Google Scholar

Шварц, С., Виноград, Б. (1954). Подготовка солдат к атомным маневрам. Дж.Soc. Выпуски 10, 42–52. DOI: 10.1111 / j.1540-4560.1954.tb01997.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Сде-Ор Лихтенфельд, И., Янилов, Э. (2001). Как защититься от вооруженного нападения. Тель-Авив: Издательство Декель.

Google Scholar

Сиддл, Б. К. (1995). Заточка воина: Психология и наука обучения. Милльштадт, Иллинойс: PPCT Management Systems Inc.

Google Scholar

Став, Р.М., Сэнделэндс, Л. Э., и Даттон, Дж. Э. (1981). Эффекты жесткости угроз в организационном поведении: многоуровневый анализ. Админ. Sci. Кварта. 26, 501–524.

Google Scholar

Стенсёнес, М. (2017). På Vår Vakt Beretninger fra Politiets Beredskapstropp (О наших отчетах службы охраны от подразделения норвежской специальной полиции). Осло: H. Aschehoug & Co.

Google Scholar

Торгерсен, Г. Э. (2008). «Идея военно-педагогической доктрины», «Военная педагогика и почему они имеют значение», , ред. К.Квернбекк, Х. Симпсон и М. А. Петерс (Роттердам: издательство Sense), 43–63.

Google Scholar

Торгерсен Г. Э. (ред.) (2015). Pedagogikk for Det Uforutsette (Педагогика для непредвиденных обстоятельств). Берген: Fagbokforlaget.

Google Scholar

Торгерсен Г. Э. (ред.) (2018). Взаимодействие: Самостоятельное обращение в условиях риска (SUR) — шаг впереди непредвиденного. Осло: Cappelen Damm Akademisk.

Google Scholar

Торгерсен, Г.Э., Суверот Х. (2016). Уровни компетентности дидактической практики для познания неизвестного. Arts Soc. Sci. J. 7: 194. DOI: 10.4172 / 2151-6200.1000194

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Виллольдо А. и Тарно Р. Л. (1984). Измерение производительности оборудования EOD и операторов в условиях стресса (Технический отчет № TR- 270). Индиан Хед, доктор медицины: Военно-морской технический центр по обезвреживанию взрывоопасных предметов.

Google Scholar

Фон Шелл, А.(1933). Боевое лидерство. Мэдисон: Университет Висконсина.

Google Scholar

Weiten, W. (2001). Психология. Темы и вариации , 5-е изд. Бельмонт, Калифорния: Wadsworth, Thomson Learning.

Google Scholar

Wherry, R., and Curran, P. (1966). Модель для изучения некоторых детерминант психологического стресса: начальное экспериментальное исследование. Орган. Behav. Гм. Выполнять. 1, 226–251. DOI: 10.1016 / 0030-5073 (66)

-6

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Виккенс, К.Д. (1979). «Измерения рабочей нагрузки, стресса и второстепенных задач», в Human Workload: Its Theory and Measurement , ed. Н. Морей (Нью-Йорк, Нью-Йорк: Пленум).

Google Scholar

Уильямс Р. Н. (1984). Полевые наблюдения и изыскания в зонах боевых действий. Soc. Psychol. Кварта. 47, 186–192.

Google Scholar

Ямамото, Т. (1984). Решение человеческих задач в лабиринте с помощью компьютерной графики в воображаемом состоянии «огня». Jpn. Дж.Psychol. 55, 43–47.

Google Scholar

Янилов, Э., Бо, О. (2020). Крав-мага Боевой образ мышления и борьба со стрессом. Как действовать в тревожных и стрессовых условиях. Лондон: Мейер и Мейер Спортс.

Google Scholar

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *