Деструкция это в психологии: 9.1. Профессиональная деструкция и факторы, ее обусловливающие

Автор: | 20.03.1970

Содержание

9.1. Профессиональная деструкция и факторы, ее обусловливающие

Читайте также

ГЛАВА 3 Факторы, обусловливающие эффективность общения

ГЛАВА 3 Факторы, обусловливающие эффективность общения Эффективность общения определяется многими факторами (рис. 3.1). Одни из них управляемы и поэтому могут специально организовываться для того, чтобы цель общения была достигнута с наибольшей вероятностью. Другие

ГЛАВА 7 Личностные факторы, обусловливающие эффективность воздействий

ГЛАВА 7 Личностные факторы, обусловливающие эффективность воздействий Эффективность воздействия определяется не только тем, каким способом воздействуют на человека, но и тем, как оно осуществляется (вежливо или грубо обращаются друг к другу субъекты общения), а также

Глава 9.

Профессиональная деструкция личности работников помогающих профессий

Глава 9. Профессиональная деструкция личности работников помогающих профессий 9.1. Профессиональная деструкция и факторы, ее обусловливающие Профессиональная деструкция — это разрушение, изменение или деформация сложившейся психологической структуры личности в

7. ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ПЕДАГОГИКА

7. ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ПЕДАГОГИКА Профессиональная педагогика изучает закономерности, принципы работы, технологию воспитания и образования человека, направленного на конкретную профессиональную сферу деятельности. Любая профессиональная деятельность характеризуется

ОСОБЕННОСТИ ПОВЕДЕНИЯ, ОБУСЛОВЛИВАЮЩИЕ НЕВРОТИЧЕСКИЕ СОСТОЯНИЯ

ОСОБЕННОСТИ ПОВЕДЕНИЯ, ОБУСЛОВЛИВАЮЩИЕ НЕВРОТИЧЕСКИЕ СОСТОЯНИЯ Первая — самооберегание. .. Общей для всех неврозов особенностью такого поведения является избегание необходимых в реальной жизни сложностей. А в случаях, когда избегание не удается, допущение такой

9. Понятие профессиональной ориентации. Профессиональная самоориентация и самоидентификация. Факторы профессиональной ориентации

9. Понятие профессиональной ориентации. Профессиональная самоориентация и самоидентификация. Факторы профессиональной ориентации Под профессиональной ориентацией понимается система мероприятий, основной целью которой является оптимизация процессов осознанного

2. Профессиональная самоориентация

2. Профессиональная самоориентация Профессиональная самоориентация – избирательное отношение индивида к миру разнообразия профессий как в целом, так и к конкретно выбранной профессии. Ядром самоориентации является осознанный выбор профессии с учетом своих

4. Профессиональная самоидентификация

4. Профессиональная самоидентификация Профессиональная самоидентификация перестраивает внутренний мир личности, ее систему ценностей и норм и является важнейшей составляющей жизни человека. Конкурентоспособность специалиста на рынке во многом зависит от реализации

4. Профессиональная пригодность

4. Профессиональная пригодность Профессиональная пригодность в основном определяется совокупностью индивидуальных особенностей индивида, которые влияют на успешность освоения какой-либо трудовой деятельностью и эффективность ее выполнения.Профпригодность отражает

10.

 Профессиональная позиция

10. Профессиональная позиция Профессиональная позиция – система отношений, роль и место специалиста в области его профессиональной деятельности. Профессиональная позиция включает установки личности, систему его ориентации на рынке труда, внутренние ожидания и оценку

2.1. Профессиональная подготовка

2.1. Профессиональная подготовка Цели переговоров. Определение областей совпадения и расхождения интересов. Предмет переговоров. Кто ваши партнеры? Понимание мотивации и интересов партнера. Подготовка плана переговоровСтадия подготовки переговоров включает

ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ВЕДЬМА

ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ВЕДЬМА Настоящая работа женщины с сильным архетипом Гекаты зачастую не имеет никакого отношения к тому, что записано у нее в трудовой книжке, и обычно мало связана с полученным ею образованием.

Конечно, это касается в основном таких нестандартных

Профессиональная жизнь

Профессиональная жизнь Вы там, где вы есть, и именно тот, кто вы есть, только потому, что вы решили тут быть и быть именно таким. Брайан Трейси Любопытно, что мысль о том, что со мной что-то не так, в голову не приходит. А ведь, если немного подумать, то логическая цепочка

Профессиональная этика

Профессиональная этика В каждой профессии есть свои этические кодексы, основанные на принципах, которые принимают и соблюдают все члены профессионального сообщества. Этические кодексы разных профессий, ориентированных на помощь людям, могут различаться в зависимости

Профессиональная деятельность

Профессиональная деятельность • Преподавал ораторское искусство в Школе коммуникации и гуманитарных наук Университета Сан-Паулу. • Преподавал ораторское искусство в Юридической школе Фонда Гетулио Варгаса.• Преподавал вербальную и невербальную коммуникацию в

Сущность и понимание профессиональной деструкции личности педагога Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

УДК 37.015.3+371.78

СУЩНОСТЬ И ПОНИМАНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕСТРУКЦИИ ЛИЧНОСТИ ПЕДАГОГА*

Т. В. Кецко. УО «Белорусский государственный педагогический университет им. М. Танка» (Минск, Беларусь), e-mail: [email protected]

Резюме. В статье раскрываются основополагающие позиции возникновения и преодоления кризисных явлений для обеспечения эффективного профессионального развития. Детализируются причины и факторы, условия и проявления профессиональных деструкций у педагога, выделяется значимость работы по их профилактике и преодолению

Ключевые слова: педагог, профессиональное развитие, профессиональная деструкция, здоровье.

Исследования последних лет свидетельствуют о возрастании нагрузок на нервную систему и психику человека, приводят к эмоциональному напряжению, которое становится одним из факторов развития различных заболеваний. Поэтому проблема здоровья носит выраженный комплексный характер, изучается и раскрывается в различных научных дисциплинах и направлениях, где главное внимание уделяется формированию у человека потребности в здоровом образе жизни и соответствующих формах его обеспечения (В.А. Ананьев, Р.А. Березовский, И.Н. Гурвич, Д.Н. Давиденко, Л.В. Куликов, А.Г. Маклаков и др.). Изменения, происходящие в социально-экономической, духовной и культурной жизни, убедительно показывают, что кризисные явления в обществе невозможно преодолеть без решения проблем субъектов образовательной среды. Аспект влияния профессии на личность периодически возникает в фокусе внимания исследователей и до настоящего времени остается в достаточной степени актуальной.

*

Материал подготовлен в рамках совместного российско-белорусского научного проекта при поддержке РГНФ № 15-26-01004/15 — БРФФИ № Г15Р-039.

Проблемы как конструктивных, так и деструктивных тенденций становления и развития субъекта труда как две стороны целостного процесса профессионального развития (Д.Н. Завалишина, 2004), единство прогрессивных и регрессивных преобразований (Л.И. Анцыферова, 1977). В рамках социальной ситуации фиксируются требования, притязания и нормативные возможности субъекта труда, которые в совокупности и определяют базовые противоречия. В соответствии с этим происходит выбор адаптивной или прогрессивно-творческой стратегий (прогрессивная и регрессивная тенденции) профессионального развития личности. Недостатки адаптационной стратегии заключаются в узкопрофессиональной специализации субъекта труда, ограничении его развития профессиональными требованиями, нарушении естественной связи между профессионализацией и целостной жизнедеятельностью человека [1, с.

207-212].

В наибольшей степени кризисные проявления развиваются у представителей социономических профессий, которые постоянно взаимодействуют с людьми. Считается, что одной из причин может быть «высокая эмоциональная загруженность труда», которая связана с личностными, ролевыми и организационными факторами [2, с. 249]. Явления дизадаптации и профессиональной деформации можно считать актуальной проблемой, особенно для тех социально-демографических групп населения, чья деятельность проходит в условиях повышенных социально-психологических требований и связана с умственным и психоэмоциональным перенапряжением. Это может быть результатом нарушения профессионального развития и проявляться под влиянием неблагоприятных условий деятельности или следствие биологического старения человека (А.К. Маркова, 1996).

Определенная профессия как развитая и воспроизводящаяся система обусловливает структуризацию строго определенного профессионального типа личности [2]. Как отмечает Э.Э. Сыманюк (2003), профессиональное изменение педагога сопровождается личностными приобретениями и потерями, это не только рост, совершенствование, но и разрушение, т.е. профессиональные деструкции неизбежны [3, с. 367]. По данным Т.Е. Майоровой (2009), у 52% педагогов наблюдается высокий уровень профессиональной деформации, что схоже с данными Р.М.

Грановской (1984) и Е.И. Рогова (1998). Воздействие профессии на личность можно оценить и по ее модальности — позитивное или негативное влияние [2].

Профессиональная деформация (или деструкции) личности — это объективное явление, негативные эффекты которого могут быть элиминированы только посредством других, непрофессиональных факторов (социализации, воспитания и т.п.). Это изменение или разрушение сложившейся психологической структуры личности, процесс и результат влияния субъектных качеств человека, сформированных в соответствии со спецификой определенного профессионального труда, на личностные свойства целостной индивидуальности специалиста.

Предложена развернутая психологическая концепция профессиональных деструкций (Э.Ф. Зеер, 2005), в рамках которой раскрывается их содержание, динамика возникновения и детерминирующие факторы:

Профессиональные деструкции — это нарушение уже усвоенных способов деятельности, разрушение сформированных профессиональных качеств, появление стереотипов профессионального поведения и психологических барьеров при освоении новых профессиональных технологий, новой профессии или специальности.

Переживание профессиональных деструкций сопровождается психической напряженностью и дискомфортом, конфликтами и кризисными явлениями.

Деструкции, которые возникают в процессе многолетнего выполнения одной и той же профессиональной деятельности, негативно влияют на ее продуктивность, порождают профессионально нежелательные качества, которые называются профессиональными деформациями.

Любая профессиональная деятельность уже на стадии ее освоения и выполнения деформирует личность. Профессионализация способствуют развитию акцентуаций, т.е. чрезмерно выраженных качеств и их сочетаний, отрицательно сказывающихся на деятельности и поведении специалистов.

Многолетнее выполнение профессиональной деятельности не может постоянно сопровождаться ее совершенствованием и непрерывным

профессиональным развитием. Неизбежны периоды временной стабилизации, которые можно назвать профессиональной стагнацией.

Сензитивными периодами образования профессиональных деформаций являются кризисы профессионального становления личности, особенно непродуктивные формы их преодоления [4, с. 233-234].

С позиций деятельностного подхода С. П. Безносов показал, что в профессиях типа «человек — человек» специфическими факторами деформации субъекта труда являются процессы уподобления, идентификации, эмпатии, заражения, внушения, подражания, сращивания и несформированность механизмов управления или регуляции данными процессами. Причинами профессиональной деформации могут быть неправильно понятое содержание роли ее носителем, влияние роли наличность, расхождение между субъективным пониманием (или принятием) роли исполнителями и социальными экспектациями окружающих людей. Общим фактором профессиональной деформации человека является объективно существующее и продолжающее углубляться разделение труда, т.н. разделенные профессиональные и научные миры. Обозначены критерии профессиональной деформации, такие, как глубина, степень широты и устойчивости, скорость наступления этого процесса [2, с. 236, 239, 258].

Возникновение деструкций является и естественным процессом профессионального развития, его обратной стороной (Ю. П. Поваренков, 2011). В основе этого лежат те изменения субъекта труда, которые происходят с ним в процессе разрешения противоречия между профессиональной деятельностью, ее требованиями и условиями, с одной стороны и актуальными возможностями и притязаниями человека, с другой. В деятельностном плане отмечается нарушение целеполагания, отражения ситуации, планирования, контроля и регуляции. Одним из источников считают неадекватное преодоление нормативных и ненормативных профессиональных кризисов, которые, в свою очередь, снижают не только эффективность непосредственно профессиональной деятельности, но продуктивность жизнедеятельности вне рамок трудового процесса [5]. Так, А.К. Маркова [6] выделила восемь тенденций профессиональных деструкций:

1. дезинтеграция профессионального развития, распад

профессионального сознания и, как следствие, нереалистичные цели, ложные смыслы труда, профессиональные конфликты и возможное отчуждение;

2. искаженное профессиональное развитие, появление негативных качеств, отклонение от социальных и индивидуальных норм;

3. низкая профессиональная мобильность и неумение приспособиться к новым условиям труда, дизадаптация;

4. ослабление профессиональных данных, способностей и мышления;

5.отставание, замедление профессионального развития сравнительно с возрастными и социальными нормами;

6. появление деформаций личности;

7. профессиональные заболевания или потеря трудоспособности;

8. рассогласованность отдельных звеньев профессионального развития.

Деформации могут проявляться, как считает В.Е. Орел, в мотивационной (чрезмерная увлеченность какой-либо профессиональной сферой, гиперболизацией ее значимости) и познавательной (стереотипизация действий, упрощенный подход к решению проблем, неадекватное восприятие инновации и людей) сферах личности, на уровне ее характерологических качеств (их акцентуация, полная или частичная перестройка структуры личности профессионала). Регрессом профессионального развития становится психическое выгорание, для которого характерны особые формы деперсонализации личности. Данный феномен является необратимым, его нельзя полностью уничтожить в ходе специальных форм воздействия, можно только затормозить его развитие [7].

Большинству педагогов, как считает Г.А. Виноградова (2001), присуща поучающая, дидактическая манера речи, которая проявляется в сфере личных отношений. У учителей излишне проявляются авторитарность и категоричность, они упорно стремятся доказать окружающим свое превосходство и лидерство. Властность с чрезмерной дидактичность приводят к подавлению чувства юмора, наблюдается рост конфликтности и скрытой либо явной агрессивности. Как следствие, упрощенный подход к проблемам, завышенная самооценка, не зависящая

от их статуса [3, с.370].

C ростом стажа работы у некоторых учителей формируется излишняя обобщенность в восприятии учеников, происходит их деперсонализация (С. В. Кондратьева, 1980; А.В. Осницкий, 2001). Монологичность, жесткая структурированность и формализованность коммуникативных процессов снижает у учителей самокритичность, формирует компенсаторное ощущение превосходства над окружающими. С возрастом возрастает количество лиц с низкой коммуникативной толерантностью, которые категоричны в оценках других и стремятся к перевоспитанию окружающих (В.М. Бызова, М.Н. Заостровцева, 2005). У них формируется мнительность и педантичность, происходит снижение живости, эмоциональности и самообладания, возрастает импульсивность и интенсивность самоконтроля, ригидность и прямолинейность мышления (Р.М. Грановская, 1984; Е.И. Рогов, 1998).

Профессиональная деформация учителей, по мнению О.И. Ефремовой (2007), касается и педагогической оценки, которая задает ориентиры, жестко обусловленные требованиями учебного стандарта (в отрыве от интересов и возможностей ученика) или умозрительными представлениями педагога, произвольно определяемыми нормативами. Наблюдается фальсификация оценки для завышения показателей успеваемости и создания у себя и других иллюзии успешного усвоения программы учениками. С этой целью педагог использует ряд приемов манипулирования оценкой [3, с.371].

Проведенное Э.Э. Сыманюк исследование стратегий преодоления профессиональных кризисов педагогами общеобразовательных школ выявило преобладание пассивной или аффективно-агрессивной стратегии преодоления у 70% испытуемых, инициативная стратегия проявляется только у 11% педагогов. Эти данные свидетельствуют, что большинство педагогов выбирают такие стратегии преодолевающего поведения, которые способствуют развитию профессиональных деструкций [6, с. 368].

Если специалист остается в рамках противоречия между профессией и индивидуальностью, в рамках системы «человек и профессия» и не выходит на уровень осмысления своего профессионального бытия с позиций системы «человек и мир», то для него характерны три специфические формы существования в профессии:

адаптивно-репродуктивный, адаптивно-деформирующий и дизадаптивно-деформирующий [1, с. 207-219]. Адаптивно-деформирующий тип существования характерен для профессионалов, обладающих компетентностью в узкоспециализированной области (гиперспециализация) и способных обеспечивать высокую эффективность труда. Но профессиональная деятельность отделяет субъекта от нормальных отношений с миром, препятствуя использованию этих отношений в труде, что способствует развитию процессов застоя и стагнации. Характеристикой дизадаптивно-деформирующего типа является мобилизация субъектом арсенала психологических защит, которые обуславливают искаженное отражение профессиональных проблем или полное их игнорирование [5, с. 31-32].

Коррекция и профилактика профессиональной стагнации достигаются через построение альтернативных сценариев профессионального развития, моделирование проблемных педагогических ситуаций. Способствуют преодолению деформации личности педагога развитие у него высокого уровня педагогической рефлексии, ориентация на творческое самовыражение, самоактуализация и осмысление жизни (О. С. Ноженкина, 2009), повышение конфликтной компетентности путем специально организованного тренинга (Т.Е. Майорова, 2009). Значимы разработка психотехнологий и специальных систем тренингов, проведение психологического консультирования. Рассматриваются и оптимизация деятельности, формирование надситуативных форм регуляции деятельности и профессионализации в целом [2; 5].

Подводя итоги анализа многих работ, А.Л. Свенцицкий (1987) пришел к выводу, что проблема «профессиональной деформации» почти не изучена, хотя и представляет значительный интерес в теоретическом и прикладном плане. Выявление факторов риска в профессиональной среде представляется важным и необходимым с точки зрения превентивной идеи сбережения здоровья педагога. Равновесные психические состояния, характеризующие адекватное, предсказуемое и взвешенное поведение являются фундаментом психологического здоровья личности (Т.Ю. Артюхова, 2009). Одна из важнейших задач состоит в формировании высококвалифицированного профессионала как гармонично развитой личности.

Литература:

1. Завалишина, Д.Н. Практическое мышление: Специфика и проблемы развития / Д.Н. Завалишина. — М.: Изд-во «Ин-т психологии РАН», 2005. — 376 с.

2. Безносов, С.П. Профессиональная деформация личности / С.П. Безносов. — СПб.: Речь, 2004.- 272 с.

3. Ильин, Е.П. Психология для педагогов / Е.П. Ильин. — СПб.: Питер, 2012. — 640 с.: ил. — (Серия «Мастера психологии»).

4. Зеер, Э.Ф. Психология профессий: учеб. пособие / Э.Ф. Зеер. -М.: Академический Проект; Фонд «Мир», 2005. — 336 с.

5. Поваренков, Ю.П. Соотношение конструктивных и деструктивных тенденций развития в процессе профессионального становления личности / Ю.П. Поваренков // Системогенез учебной и профессиональной деятельности. — Ярославль, 2011. — С. 23-32.

6. Маркова, А.К. Психология труда учителя / А.К. Маркова. — М.: Просвещение, 1993. — 192 с.

7. Орел, В.Е. Синдром психического выгорания личности / В.Е.

Орел. — М.: Ин-т психологии РАН, 2005. — 330 с.

— • —

jri Kecko T.V. Sushhnost’ i ponimanie professional’noj destrukcii lichnosti

ф pedagoga / T.V. Kecko II PEM: Psychology. Educology. Medicine. — 2015. -№3-4.

— • —

Abstract. In article fundamental positions of emergence and overcoming of the crisis phenomena for ensuring effective professional development reveal. The reasons and factors, conditions and manifestations of professional destructions at the teacher are detailed, the importance of work on their prevention and overcoming is marked out.

Keywords: teacher, professional development, professional destruction,

health.

— • —

Сведения об авторе

Татьяна Викторовна Кецко. Магистр педагогических наук по специальности «Практическая психология», преподаватель кафедры возрастной и педагогической психологии. Учреждение образования «Белорусский государственный педагогический университет им. М. Танка» (Минск, Беларусь).

© Т. В. Кецко, 2015. © «PEM: Psychology. Educology. Medicine», 2015.

Подписано в печать 08.12.2015.

Профессиональные деструкции личности

Профессиональные деструкции – это изменения сложившейся структуры деятельности и личности, негативно сказывающиеся на продуктивности труда и взаимодействии с другими участниками этого процесса (Э. Ф. Зеер).

Э.Ф. Зеер все факторы, обусловливающие профессиональные деструкции разделяет на три группы:

  • объективные, связанные с социально-профессиональной средой: социально-экономической ситуацией, имиджем и характером профессии, профессионально-пространственной средой;

  • субъективные, обусловленные особенностями личности и характером профессиональных взаимоотношений;

  • объективно-субъективные, порождаемые системой и организацией профессионального процесса, качеством управления, профессионализмом руководителей.

Выделяют следующие психологические детерминанты деформации личности, порождаемые этими факторами. Необходимо отметить, что одни и те же детерминанты проявляются во всех трех группах факторов.

  1. Предпосылки развития профессиональных деформаций коренятся уже в мотивах выбора профессии. Это как осознаваемые мотивы: социальная значимость, имидж, творческий характер, материальные блага, — так и неосознаваемые: стремление к власти, доминированию, самоутверждению.

  2. Пусковым механизмом деформации становятся деструкции ожидания на стадии вхождения в самостоятельную профессиональную жизнь. Профессиональная реальность сильно отличается от представления сформированного у выпускника профессионального учебного заведения. Первые же трудности побуждают начинающего специалиста к поиску «кардинальных» методов работы. Неудачи, отрицательные эмоции, разочарования инициируют развитие профессиональной дезадаптации личности.

  3. В процессе выполнения профессиональной деятельности специалист повторяет одни и те же действия и операции. В типичных условиях труда становится неизбежным образование стереотипов осуществления профессиональных функций, действий, операций. Они упрощают выполнение профессиональной деятельности, повышают ее определенность, облегчают взаимоотношения с коллегами. Стереотипы придают профессиональной жизни стабильность, способствуют формированию опыта и индивидуального стиля деятельности. Можно констатировать, что профессиональные стереотипы обладают несомненными достоинствами дл человека и являются основой образования многих профессиональных деструкций личности.

Стереотипы – неизбежный атрибут профессионализации специалиста; образование автоматизированных профессиональных умений и навыков, становление профессионального поведения невозможны без накопления бессознательного опыта и установок. И наступает момент, когда профессиональное бессознательное превращается в стереотипы мышления, поведения и деятельности.

Итак, стереотипизация является одним их достоинств психики, но вместе с тем вносит большие искажения в отражение профессиональной реальности и порождает разного типа психологические барьеры.

  1. К психологическим детерминантам профессиональных деформаций относятся разные формы психологической защиты. Многие виды профессиональной деятельности характеризуются значительной неопределенностью, вызывающей психическую напряженность, часто сопровождаются отрицательными эмоциями, деструкциями ожиданий. В этих случаях вступают в действии защитные механизмы психики. Наиболее на образование профессиональных деструкций влияют следующие виды психологической защиты: отрицание, рационализация, вытеснение, проекция, идентификация, отчуждение.

  2. Развитию профессиональных деформаций способствует эмоциональная напряженность профессионального труда. Часто повторяющиеся отрицательные эмоциональные состояния с ростом стажа работы снижают фрустрационную толерантность специалиста, что может привести к развитию профессиональных деструкций.

Эмоциональная насыщенность профессиональной деятельности приводит к повышенной раздражительности, перевозбуждению, тревожности, нервным срывам. Такое неустойчивое состояние психики получило название синдрома «эмоционального выгорания». Это синдром наблюдается у педагогов, врачей, управленцев, социальных работников. Его следствием могут стать неудовлетворенность профессией, утрата перспектив профессионального роста, а также разного рода профессиональные деструкции личности.

  1. В исследованиях Н.В. Кузьминой на примере педагогической профессии установлено, что на стадии профессионализации по мере становления индивидуального стиля деятельности снижается уровень профессиональной активности личности, возникают условия для стагнации профессионального развития. Развитие профессиональной стагнации зависит от содержания и характера труда. Труд монотонный, однообразный, жестко структурированный способствует профессиональной стагнации. Стагнация же, в свою очередь, инициирует образование различных деформаций.

  2. На развитие деформаций специалиста большое влияние оказывает снижение уровня его интеллекта. Исследования общего интеллекта взрослых показывают, что с ростом стажа работы он снижается. Конечно, здесь имеют место возрастные изменения, но главная причина заключается в особенностях нормативной профессиональной деятельности. Многие виды труда не требуют от работников решения профессиональных задач, планирования процесса труда, анализа производственных ситуаций. Невостребованные интеллектуальные способности постепенно угасают. Однако интеллект работников, занятых теми видами труда, выполнение которых связано с решением профессиональных проблем, поддерживается на высоком уровне до конца их профессиональной жизни.

  3. Деформации обусловлены также тем, что у каждого человека есть предел развития уровня образования и профессионализма. Он зависит от социально-профессиональных установок, индивидуально-психологических особенностей, эмоционально-волевых характеристик. Причинами образования предела развития могут стать психологическое насыщение профессиональной деятельности, неудовлетворенность имиджем профессии, низкой зарплатой, отсутствием моральных стимулов.

  4. Факторами, инициирующими развитие профессиональных деформаций, являютя различные акцентуации характера личности. В процессе многолетнего выполнения одной и той же деятельности акцентуации профессионализируются, вплетаются в ткань индивидуального стиля деятельности и трансформируются в профессиональные деформации специалиста.

  5. Фактором, инициирующим образование деформаций, являются возрастные изменения, связанные со старением. Специалисты в области психогеронтологии отмечают следующие виды и признаки психологического старения человека:

  • социально-психологическое старение, которое выражается в ослаблении интеллектуальных процессов, перестройке мотивации, изменении эмоциональной сферы, возникновении дезадаптивных форм поведения, росте потребности в одобрении и др.;

  • нравственно-этическое старение, проявляющееся в навязчивом морализировании, скептическом отношении к молодежной субкультуре, противопоставлении настоящего прошлому, преувеличении заслуг своего поколения и др. ;

  • профессиональное старение, которое характеризуется невосприимчивостью к нововведениям, канонизацией индивидуального опыта и опыта своего поколения, трудностями освоения новых средств труда и производственных технологий, снижением темпа выполнения профессиональных функций и др.

Интересной является точка зрения С.П. Безносова. По его мнению, взаимоотношения между специалистом и пациентом (учеником, клиентом, подсиненным) в рамках профессий типа «человек-человек» могут носить только лишь субъект-объектный характер. В процессе выполнения любой профессиональной деятельности специалист выступает только как субъект, но никак не личность. Автор рассматривает предмет профессиональной деятельности как фактор деформации сознания личности. Им предложена новая классификация профессий по различиям их предметов труда, которая позволила выделить и проанализировать новый подтип профессий – «человек – ненормальный человек». Например, педагоги в процессе профессиональной деятельности имеют дело с еще необученными, не способными, не воспитанными людьми – школьниками, студентами, курсантами и т.п. И в этом плане с «ненормальными», еще «не окультуренными».

Особенности проявления профессиональных деструкций у следователей органов внутренних дел Украины

Экономические, политические, социальные перемены, произошедшие в обществе за последнее десятилетие, привели к снижению уровня жизни, проблемам социально-психологического характера, ухудшению здоровья людей. Все это не могло не отразиться и на правоохранительной структуре Украины. Нестабильность в обществе и долгий процесс реформирования правоохранительной системы способствовали увеличению психоэмоциональной нагрузки на психику работников органов внутренних дел, что со временем приводит к появлению профессиональных деструкций.

Деструктивные изменения личности исследовались многими науками: философией, педагогикой, медициной, юриспруденцией и психологией. Каждая из указанных отраслей науки предлагала свои пути решения проблемы профессиональных деструкций.

В психологии сущность деструктивных изменений личности рассматривалась в процессе выполнения профессиональной деятельности, освещались общие направления нарушения профессионального развития и их конкретные проявления.

Профессиональные деструкции – это негативные последствия рабочих стрессов, постепенно накопившихся в виде устойчивых изменений структуры и содержания профессиональной деятельности, а также структуры личности субъекта (Зэер Э.Ф., Дружилов С.А.). Профессиональные деструкции негативно сказываются на производительности и удовлетворенности трудом, функциональных и межличностных взаимодействиях с партнерами, а также на развитии личности субъекта труда. Профессиональные деструкции связаны как с общими факторами жизнедеятельности человека (возрастными кризисами и др.), так и со специфическими детерминантами.

Большинство ученых (Зэер Э.Ф., Маркова А.К., Сыманюк Э.Э.) сходится во мнении, что психологическими детерминантами развития профессионально обусловленных деструкций являются конфликты профессионального самоопределения, кризисы профессионального становления, профессиональная дезадаптация, а также стереотипы мышления и деятельности, социальные стереотипы в поведении и отдельные формы психологической защиты: рационализация, проекция, отчуждение, замещение, идентификация.

Анализ теоретического материала по данной теме показал, что факторы профессиональной деструкции можно объединить в две группы: те, которые находятся в пределах профессиональной среды и общества, и те, которые находятся в пределах личности правоохранителя. Рассмотрим эти факторы более подробно:

Социально-экономический фактор. Неопределенность среды вызывает чувство тревоги, напряжения и требует дополнительных ресурсов для постоянного приспособления к изменяющимся условиям. В период социально-экономического, политического кризиса государство и население особенно нуждаются в защите, в связи с чем возрастает нагрузка на правоохранительные структуры.

Политический фактор. Вследствие принятия новых законов и реформ (особенно пенсионной), условия прохождения службы милиционеров становятся все более напряженными и ограниченными, что не привлекает потенциальных кандидатов на службу и разочаровывает тех, кто уже работает.

Функциональная маргинальность милиции. В условиях, когда экономическая и политическая ситуация в стране слабеет, ослабевает и ее правоохранительная система. Имидж милиции снижается в связи с ее противоречивым положением. Следователь, как и любой другой сотрудник милиции, занимает пограничную (маргинальную) позицию в отношении государства и населения.

Нарушение процесса профессиональной идентификации. В период профессионального становления идентификация молодых следователей претерпевает значительные изменения, не всегда позитивные. Образ идеального следователя у них имеет достаточно размытые очертания. Это связано с тем, что в процессе реформирования органов правопорядка, принятия новых законов, которые лишь ухудшили положение сотрудников ОВД, многие профессионалы следственных подразделений оставили службу.

Формирование синдрома выученной беспомощности. Деятельность милиционера проходит в условиях повышенной ответственности и строго ограничена законом. Из-за постоянно возникающих противоречий в правоохранительной деятельности каждому сотруднику приходится сталкиваться с чувством несостоятельности, невозможности помочь гражданину и в полной мере выполнить функцию правозащитника. Это вызывает разочарование в себе и в профессии, уменьшает профессиональную активность и приводит к формированию данного синдрома.

Развитие синдрома «асоциальной перцепции». В период служебной деятельности сотрудникам ОВД чаще приходится иметь дело с асоциальными и не всегда адекватными людьми, что приводит к формированию такой деструктивной черты характера как «асоциальная перцепция». Следователь склонен воспринимать любого гражданина как потенциального правонарушителя, относиться с подозрением даже к членам семьи, что приводит к внутрисемейным конфликтам и дисгармонизирует отношения.

Нарушения в коммуникативной сфере. Следователь по роду своей деятельности часто оказывается участником конфликтных ситуаций. Он может выступать в нескольких ролях: объект агрессии, медиатор, агрессор и провокатор. Нарушения в коммуникативной сфере следователя приводят к тому, что он все чаще оказывается в роли агрессора и провокатора конфликтов. Это связано с утрачиванием его способности устанавливать обратную связь из-за авторитарного стиля построения коммуникации.

Синдром эмоционального выгорания. Эмоциональное выгорание проявляется в жесткости характера, потере возможности поддерживать близкие отношения, одиночестве, аутизации. Вследствие блокирования эмоций может нарушаться процесс усвоения личностью жизненного опыта, что приводит к остановке психического развития и преждевременного старения.

Для определения выраженности тенденций профессиональной деструкции нами была разработана анкета, которая состоит из четырех блоков. Первый блок вопросов касается профессиональной идентичности сотрудника, 2-й блок характеризует заинтересованность сотрудника в профессии и его успешность в ней, 3-й блок вопросов раскрывает ценностно-мотивационную направленность личности в работе, 4-й блок показывает эмоциональное отношение респондента к профессии и служебной деятельности.

В исследовании принимали участие следователи (96 человек) ГУ МВД Украины в Донецкой области с разным стажем служебной деятельности в возрасте от 25 до 40 лет.

Анализируя полученные результаты, нами было установлено, что проявление профессиональных деструкций наблюдается у 22,9% следователей, имеющих стаж служебной деятельности более 10 лет. Из них у 5,20% респондентов выявлено нарушение процесса профессиональной идентификации. У этих следователей прослеживается слабое отождествление себя с профессиональной деятельностью, отсутствует желание ее продолжать, выражено разочарование в профессии. У половины следователей с ярко выраженной тенденцией профессиональной деструкции (10,41%) выявлена неудовлетворенность профессией и желание ее сменить, а треть респондентов показали низкую ценностно-мотивационную направленность и заинтересованность в профессии.

Таким образом, особенности проявления профессиональных деструкций у следователей ОВД заключаются в степени их идентификации с профессией, характере ценностно-мотивационной направленности, желании продвигаться по службе и заинтересованности в профессиональном росте.

 

A Brief Review of Recent Studies. Part I

Общая психология, психология личности, история психологии

6 Bulletin of the South Ural State University. Ser. Psychology

2016, vol. 9, no. 1, pp. 5–

жении к 3-му изданию Диагностического и

Статистического Руководства расстройств

психики, изданного Американской Психиат-

рической Ассоциацией (DSM–III–R) в 1987 г.,

враждебное отношение человека к себе рас-

сматривалось как личностное расстройство.

Однако под влиянием критики (Caplan, 1991)

это понятие было изъято из последующих из-

даний данного Руководства − 4-го (Morey,

1988; Wei & Ku, 2007) и 5-го (Morey, 1988).

Одни исследователи ссылаются на то, что в 3-м

издании Руководства отмечалась недостаточ-

ная изученность враждебного отношения че-

ловека к себе; оно нуждается в дополнитель-

ных исследованиях (Morey, 1988). Другие ис-

следователи объясняют исключение данного

понятия из поздних изданий Руководства тем,

что любые клинические расстройства имеют

саморазрушающую природу. При этом крите-

рии повреждения и разрушения избыточно

пересекаются с иными категориями психиче-

ских расстройств, такими как депрессия и за-

висимость (Curtis, 2008). Третьи исследовате-

ли делают радикальные заключения в сторону

психически здоровых людей: деструкция не

является личностным расстройством (Wei &

Ku, 2007). Обратим внимание на то, что враж-

дебное отношение человека к себе и другим

людям довольно часто наблюдается у психи-

чески здоровых людей (Hawton et al., 2002;

Jones & Berglas, 1978; Reich, 1987). Существу-

ет целый поток исследований деструкции

именно у психически здоровых людей (Bau-

meister, 1997; Baumeister & Scher, 1988;

Briones, Tabernero, & Arenas, 2007; Hawton et

al., 2002; Minocha, Stonehouse, & Reynolds,

2014; Reed & Bullis, 2009; Schill, 1990).

Следует иметь в виду также, что деструк-

ция может быть и позитивной, проявляясь,

например, в боевых действиях против врага,

полицейских операциях против преступников

и освобождении заложников, или спортивных

единоборствах. В этих случаях деструкция, по

сути, смыкается с позитивной агрессией. А.

Ellis (1976) рассматривал позитивную агрес-

сию как здоровое продуктивное поведение,

если оно способствует и продвигает базовые

ценности выживания, обеспечивает защиту и

счастье, социальное принятие и близкие от-

ношения. Негативная агрессия, напротив, но-

сит деструктивный, разрушающий и причи-

няющий вред и ущерб людям характер (Шес-

такова, 2011; Jianghong, 2004). Некоторые ав-

торы (напр.: Miller et al., 2009) определяют и

измеряют деструкцию через отрицательную

агрессию. Креативные идеи и инновации тоже

содержат в себе деструктивный компонент.

Ведь всякое нововведение предполагает, с

одной стороны, внедрение чего-либо нового и

полезного (например, введение новых мето-

дов, практик, продуктов или услуг). С другой

стороны, креативная идея и инновация, в пре-

деле, обесценивает, нарушает и разрушает

сложившиеся нормы и правила (Дорфман,

2011; Knauss, 1999; Minocha, Stonehouse, &

Reynolds, 2014).

Далее будет представлен обзор зарубеж-

ной литературы о поражении и деструкции

как именно негативном и враждебном отно-

шении человека к себе и другим. Деструкция,

конечно, не сводится к отрицательной агрес-

сии, инновации или креативности. Деструк-

ция имеет собственную феноменологию и ме-

ханизмы, хотя в ряде случаев может пересе-

каться со схожими явлениями, указанными

выше.

Основные области исследований

поражения и деструкции

Деструкция представляет собой довольно

многозначное понятие. Если же попытаться

обозначить его общий корень, то это будет

поражение (defeating) и его последствия –

психическая деструкция (destruction). Человек

терпит поражение или поражает себя в силу

преднамеренных или непреднамеренных дей-

ствий, отношений, восприятия, приводящих в

той или иной степени к изменению (повреж-

дению, разрушению) его психических струк-

тур. В результате поражения человек начина-

ет враждебно относиться к себе, другим лю-

дям, предметам, вещам, животным, событиям

и т. п.

Анализ зарубежной литературы позволяет

выделить, по меньшей мере, три направления

и соответственно три области исследований

поражения и деструкции. Первая область –

самопоражение и самодеструкция, вторая об-

ласть – социально обусловленные поражения,

третья область – ментальные поражения.

Пионером в постановке проблемы само-

поражения и самодеструкции можно считать

Baumeister (1990, 1997; Baumeister & Scher,

1988). Он употребляет понятия самопораже-

ния и самодеструкции как синонимы. Его от-

правной точкой анализа служит представле-

ние о рациональном поведении личности.

Стремление к самосохранению и поддержке

Статьи

Актуальность. Человеку все чаще приходится осваивать новые виды труда. Это приводит к необходимости перестраивать сложившиеся профессиональные навыки, как ментальные, так и двигательные. При этом, если проблема формирования навыков достаточно хорошо разработана, то проблеме их перестройки уделяется существенно меньше внимания. Но, судя по переживаниям участников, она зачастую приводит к замедлению, а в ряде случаев и к отказу от инновационного процесса.

Цель данной работы состояла в описании и выявлении причин появления разнонаправленных парадоксальных переживаний работниц, возникших при улучшении пространственной организации их рабочих мест.

Методы и выборка. Исследование опиралось на психологический анализ деятельности 25 швей (бригада) в условиях привычной и рационализированной предметной среды. Оно включало два метода:

1) векторно-координатный метод оценки и проектирования рабочих мест, позволивший оптимизировать пространственную организацию рабочих мест, снизить уровень утомления в процессе работы;

2) метод графической и вербальной фиксации динамики психосоматических переживаний работниц, связанных с взаимодействием с предметной средой до и после вносимых изменений.

Результаты. Рационализация пространственных параметров рабочих мест обеспечилаоптимизацию основной рабочей позы швей, снижение нагрузки на их опорно-двигательный аппарат. При этом смысловая составляющая деятельности оставалась неизменной. Предполагалось, что положительные изменения условий труда вызовут положительные переживания, связанные с выполнением трудового задания. Но улучшение условий труда вызвало парадоксальную реакцию. Швеи отмечали не только положительные, но и негативные переживания. Новая поза, принимаемая швеями до начала работы (исходный момент движения), положительнооценивалась всеми работницами. Но процесс реализации исполнительного действия сопровождался длительными (от пяти до десяти дней) негативными переживаниями. Выяснилось, что они были связаны с изменением положения центра тяжести тела и изменением сил и моментов инерции, что приводило к нарушению динамического равновесия при выполнении трудовых действий. 

Выводы. Объективное улучшение пространственных условий труда сопровождается сначала парадоксальными переживаниями соматического дискомфорта. Он связан с изменением положения центра тяжести организма и связанного с ним изменения силы и момента инерции. Переживание этих процессов носит явно негативный характер. Изменение положения центра тяжести и сил инерции оказывается более значимым для организма в условиях стереотипной деятельности, чем оптимизация работы скелетно-мышечного аппарата.

Снятие негативных переживаний и достижение целей рационализации возможно:

  1. путем перехода к прежнему положению центра тяжести (субъективная реакция), т.е. к энергетически худшему варианту деятельности, либо 

  2. волевым преодолением негативных переживаний, длящимся до 5–10 дней.

В этих условиях инновационные изменения должны сопровождаться контролем поведения работниц до прекращения негативных переживаний.

Ключевые слова: рационализация; рабочее место; стереотипная деятельность; рабочая поза; переживания; навык; перестройка навыка; соматический комфорт

Классификация профессиональных деструкций

Известно, что труд положительно влияет на психику человека. Применительно же к разным видам профессиональной деятельности принято считать, что существует большая группа профессий, выполнение которых приводит к профессиональным заболеваниям различной степени тяжести. Наряду с этим существуют виды труда, которые не отнесены к вредным, но условия и характер профессиональной деятельности оказывают травмирующее воздействие на психику (например, монотонный труд, большая ответственность, актуальная возможность аварии, психическая напряжённость труда и др.).

Исследователи отмечают также, что многолетнее выполнение одной и той же профессиональной деятельности приводит к появлению профессиональной усталости, возникновению психологических барьеров, обеднению репертуара и способов выполнения деятельности, утрате профессиональных умений и навыков, снижению работоспособности. Можно констатировать, что на стадии профессионализации по многим видам профессий происходит развитие профессиональных деструкций.

Профессиональные деструкции — это изменения сложившееся структуры деятельности и личности, негативно сказывающиеся на продуктивности труда и взаимодействии с другими участниками этого процесса.

Концептуальные положения развития профессиональных деструкций личности:

1. Профессиональное становление сопровождается разнонаправленными онтогенетическими изменениями личности. Профессиональное развитие — это приобретения и потери, а значит, становление специалиста, профессионала — не только совершенствование, но и разрушение, деструкция.

2. Профессиональные деструкции в самом общем случае — это нарушение уже усвоенных способов деятельности, разрушение сформированных профессиональных качеств, появление стереотипов профессионального поведения и психологических барьеров при освоении новых технологий, новой специальности. Это также изменения структуры личности при переходе от одной стадии профессионального становления к другой. Деструкции возникают при возрастных изменениях, физическом и нервном истощении, болезнях.

3. Переживание профессиональных деструкций сопровождается психической напряжённостью, дискомфортом, а в отдельных случаях конфликтными и кризисными явлениями. Успешное разрешение профессиональных трудностей приводит к дальнейшему совершенствованию деятельности и профессиональному развитию личности.

4. Деструкции, которые возникают в процессе многолетнего выполнения одной и той же профессиональной деятельности, негативно влияют на её продуктивность, порождают профессионально нежелательные качества, и изменяют профессиональное поведение, назовём профессиональными деформациями.

Внимание!

Если вам нужна помощь в написании работы, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 авторов готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатные корректировки и доработки. Узнайте стоимость своей работы.

5. Любая профессиональная деятельность уже на стадии её освоения, а в дальнейшем при выполнении, деформирует личность. Осуществление конкретных видов деятельности не требует всех многообразных качеств и способностей личности, многие из них остаются невостребованными. По мере профессионализации успешность выполнения деятельности начинает определяться ансамблем профессионально важных качеств, которые годами «эксплуатируются». Отдельные из них постепенно трансформируются в профессионально нежелательные качества. Одновременно исподволь развиваются профессиональные акцентуации — чрезмерно выраженные качества и их сочетания, отрицательно сказывающиеся на деятельности и поведении специалиста.

6. Очевидно, многолетнее выполнение профессиональной деятельности не может постоянно сопровождаться её совершенствованием и профессиональным непрерывным развитием личности. Неизбежны, пусть временные, периоды стабилизации. На начальных стадиях профессионализации эти периоды недолговременны, но на последующих у некоторых специалистов могут продолжаться достаточно долго: год и более. В этих случаях уместно говорить о наступлении профессиональной стагнации личности.

7. Сенситивными периодами образования профессиональных деформаций являются кризисы профессионального становления личности. Непродуктивный выход из кризиса искажает профессиональную направленность, инициирует возникновение негативной профессиональной позиции, снижает профессиональную активность.

Поможем написать любую работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту

Узнать стоимость

Психологический взгляд на деструктивность человека

Мое вдохновение для написания этого блога исходит из глубокого чувства к людям и серьезной обеспокоенности тем, что без надлежащего понимания причин их бесчеловечности по отношению друг к другу и развития сострадательного мировоззрения вполне вероятно, что люди в конечном итоге уничтожить себя и жизнь на планете. Несмотря на все достижения науки и техники, если внимательно взглянуть на сегодняшнюю ситуацию в мире, то можно считать ее полным безумием.Миллионы голодают, геноцид достигает эпических масштабов, этническая рознь и предрассудки распространены повсюду, происходят массовые убийства во имя религии, а война остается широко распространенным решением разногласий человечества. С лучшим, более эффективным оружием и меньшим количеством разума технологии опережают рациональность, и последствия могут быть только ужасными.

В этом блоге я описываю источник неэтичного, вредного поведения и то, как оно проявляется в личных отношениях между мужчинами, женщинами, парами и семьями, а также в социальной сфере.Столкнувшись с аналогичным беспокойством по поводу антиобщественного поведения, Зигмунд Фрейд (1925/1959) постулировал инстинкт смерти, врожденную деструктивную сторону человеческой натуры. Современные теоретики критикуют теорию инстинкта смерти Фрейда за отсутствие эмпирических данных. Я также не согласен с выводом Фрейда и постулирую, что агрессивные проявления у людей в первую очередь являются результатом разочарования и личных мучений.

Какие критерии следует использовать для различения этических и неэтичных действий, особенно когда их последствия с точки зрения деструктивности иногда неуловимы, их трудно идентифицировать или успешно скрыть? Конкретное действие или общение можно считать этичным, если они уважают, поддерживают и развивают основные человеческие возможности другого человека.Например, в любой момент личные обмены могут быть оценены либо как поддерживающие постоянное, оптимальное чувство собственного достоинства и индивидуального развития человека, либо как критические или подрывающие его. Таким образом, неэтичные действия или поведение причиняют людям вред или боль либо мешают их развитию или самореализации. Хотя вопросы прав человека в отношениях редко рассматриваются, они так же важны для благополучия человека, как еда, медицинское обслуживание и кров.

Большинство людей сказали бы, что они стремятся вести себя этично в своих отношениях, но многим трудно последовательно жить в соответствии со своими ценностями и идеалами.Чтобы понять, почему люди непреднамеренно причиняют вред другим, важно изучить множество экологических, социальных и культурных факторов, которые способствуют склонности людей действовать против своих собственных интересов, а также интересов других.

В этом блоге меня интересует психологическая динамика, которая заключается в том, что аморальное и деструктивное поведение проистекает в первую очередь из защитной манеры, с которой люди справляются с межличностной и экзистенциальной болью. Невозможно лично защитить себя, не причиняя вреда другим, особенно тем, кто нам наиболее близок, особенно нашим детям.Мой вывод отражает скорее клинический отчет, чем моралистическое осуждение. Вопрос одновременно сложный и многогранный.

Необходимо понять, как формируются защитные механизмы, откуда они берутся и почему они эндемичны. Логично, что, сталкиваясь с болью и разочарованием в годы нашего развития, мы формируем психологическую защиту, чтобы облегчить наш дискомфорт. Экзистенциальные проблемы одиночества и осознания нашей возможной кончины усиливают нашу тревогу и еще больше предрасполагают к защитному отрицанию чувств.Трагедия в том, что те же защиты, которые позволили нам пережить эмоциональную боль нашего детства, позже становятся дезадаптирующими во взрослом возрасте, ограничивая наш личный потенциал для полноценной жизни. Более того, они также предрасполагают к негативному поведению по отношению к другим, тем самым поддерживая цикл деструктивности.

Чувство и сострадание — важная часть нашего человеческого наследия, но они уменьшаются нашей защитной ориентацией. Мы не можем избирательно подавлять свои эмоции. Пытаясь сделать это, мы обязательно ограничиваем нашу способность чувствовать любовь и радость.Поскольку мы полагаемся на психологическую защиту, мы склонны становиться эмоционально мертвыми и терять дух. Когда мы отрезаны от своих чувств, мы теряем чувствительность по отношению к себе и склонны к саморазрушению, а также с большей вероятностью проявляем агрессию по отношению к другим.

Кроме того, мы склонны становиться враждебными, когда наша защищенная адаптация оказывается под угрозой. Эта агрессия может быть спровоцирована как положительными, так и отрицательными жизненными событиями. Из-за прошлых ран мы часто испытываем страх или недоверие, когда испытываем положительное признание или любящие ответы.Мы реагируем, отказываясь от положительных черт личности, набрасываясь на себя или дистанцируясь, чтобы поддерживать наше психологическое равновесие. К сожалению, наша защита обычно имеет приоритет над искренним уважением к близким нам людям. Часто наши друзья, партнеры и дети оказываются несостоятельными перед лицом нашего оборонительного и самозащитного отношения.

Повреждение нашей психики в годы нашего развития выводит нас из формы и делает нас деморализованными. Это не только способствует агрессивным реакциям, но и заставляет нас развивать токсичные черты характера, которые наносят ущерб самооценке других людей.Такие черты характера, как нечестность, навязчивость, превосходство, нарциссизм, ограниченность, властное поведение, мученическая или преследуемая ориентация, параноидальное или подозрительное отношение и открытая враждебность, являются деструктивными проявлениями, которые сказываются на других. Это вполне можно рассматривать как нарушение прав человека в межличностной сфере.

Более того, люди реагируют на страх смерти на предсознательном или бессознательном уровне, принимая защитные способы жизни с минимальным осознанием или без него.Следуя традиции Отто Ранка (1936/1972) и Эрнеста Беккера (1973/1997), исследователи теории управления терроризмом описывают влияние экзистенциального страха на формирование индивидуальной защиты и на культуру в целом и подтверждают свой тезис экспериментальными доказательствами (Соломон , Greenberg, & Pyszczynski, 2015). Они выясняют, как способ коллективной защиты индивидов становится неотъемлемой частью общепринятых социальных моделей данного общества.

Подводя итог динамике формирования защиты, ранние переживания разлуки и межличностная боль приводят к развитию механизмов самозащиты, и эти защиты усиливаются по мере того, как дети постепенно осознают свою смертность.После этого люди адаптируются к смертельной тревоге за счет защитного отрицания, склонности к привыканию и ограничения своей жизни в той или иной степени.

В моей готовящейся к выходу книге The Enemy Within: Separation Theory and Voice Therapy я обращаюсь к этике с психологической точки зрения. Мои усилия направлены на то, чтобы объяснить источник неэтичного поведения, прояснить его проявления и предложить метод лечения, позволяющий справиться с негативным, отыгрывающим поведением.Обладая пониманием и проницательностью, люди могут начать эффективно бросать вызов своей защите и изменять деструктивное поведение.

Я надеюсь, что, понимая динамику, которая наносит вред детям и приводит к формированию психологической защиты, люди смогут научиться осознавать и изменять деструктивные взаимодействия родителей и детей. Они могут стать более чувствительными к пагубным характеристикам, которые наносят ущерб самооценке детей, и предпринять усилия, чтобы изменить негативные способы взаимоотношений.

Мой подход к морали основан на здравых принципах психического здоровья.Например, предлагая людям быть щедрыми и понимающими, я не просто советую им действовать доброжелательно; Я описываю, как позитивные действия могут бросить вызов негативному отношению людей к себе и тем самым помочь им почувствовать себя лучше в эмоциональном плане. Проживание жизни, характеризующейся честностью, щедростью и любовью к самым близким нам, а затем распространение этих чувств на других, оказывает оптимальное влияние на наше собственное чувство благополучия.

Принимая подход к этическому поведению, который является сострадательным и гуманным, а не моралистическим или предписывающим, люди могут постепенно научиться преодолевать защиты, которые действуют как барьеры на пути к этической жизни.Они могут развивать свои собственные ценности и принципы и искать более позитивные решения в жизни и жизни. Они могут культивировать заботу о правах человека в своих личных отношениях и научиться ценить самореализацию, свободу и независимость всех людей. На самом деле, в более широком масштабе соблюдение этих этических принципов может иметь жизненно важное значение для обеспечения выживания человечества.

Что стоит за нашим стремлением к самоуничтожению?

Каждый новый год люди клянутся положить конец саморазрушающим привычкам, таким как курение, переедание или чрезмерные траты.

И сколько раз мы узнавали о ком-то — знаменитости, друге или любимом — кто совершил саморазрушительный акт, который, казалось, не поддается объяснению? Подумайте о преступнике, который оставляет след улик, возможно, в надежде на то, что его поймают, или о политическом деятеле, выигравшем выборы, только для того, чтобы начать секстинг того, кто может его разоблачить.

Почему они это делают?

Эдгар Аллан По, один из величайших — и самых саморазрушительных — писателей Америки, имел некоторые мысли по этому поводу.У него даже было название для этого явления: «извращенность». Позже психологи примут эстафету у По и попытаются разгадать эту загадку человеческой психики.

Непреодолимая развратность

В одной из своих малоизвестных работ «Бес порочного» По утверждает, что знание того, что что-то не так, может быть «единственной непобедимой силой», которая заставляет нас это делать.

Похоже, что источником этого психологического понимания был собственный жизненный опыт По. Осиротев до трех лет, у него было немного преимуществ.Но, несмотря на свои значительные литературные таланты, ему постоянно удавалось ухудшать свою судьбу.

Он часто отталкивал редакторов и других писателей, даже обвиняя поэта Генри Уодсворта Лонгфелло в плагиате в ходе так называемой «войны Лонгфелло». В важные моменты он, казалось, взорвался: во время поездки в Вашингтон, округ Колумбия, чтобы заручиться поддержкой предлагаемого журнала и, возможно, работы в правительстве, он, по-видимому, слишком много пил и выставлял себя дураком.

По словам Эдгара Аллена По, знание того, что что-то не так, может сделать это непреодолимым.Wikimedia Commons

После почти двух десятилетий зарабатывания денег на жизнь редактором и получения небольшого дохода от своих стихов и художественной литературы, По наконец добился прорыва с «Вороном», который стал международной сенсацией после его публикации в 1845 году.

Но когда ему представилась возможность выступить с чтением в Бостоне и извлечь выгоду из этой вновь обретенной славы, По не стал читать новое стихотворение, как его просили.

Вместо этого он воспроизвел стихотворение из своей юности: многословное, эзотерическое и ужасно скучное «Аль-Аарааф», переименованное в «Звезда-посланник».”

Как сообщала одна газета, «аудитория не оценила его по достоинству», о чем свидетельствует «их беспокойство и постоянные выходы в большом количестве за раз».

Литературная карьера По остановилась на оставшиеся четыре года его короткой жизни.

«Смертельное влечение» Фрейда

Хотя «порочность» разрушила жизнь и карьеру По, она, тем не менее, вдохновила его литературу.

Он занимает видное место в «Черном коте», в котором рассказчик казнит своего любимого кота, объясняя: «Я… повесил его со слезами, текущими из моих глаз, и с горьким раскаянием в моем сердце… повесил его, потому что я знал, что Поступая так, я совершил грех — смертный грех, который подвергал бы мою бессмертную душу такой опасности, что поместил бы ее — если такое было возможно — даже вне досягаемости бесконечной милости Милосердного и Самого Ужасного Бога.”

Почему персонаж сознательно совершил «смертный грех»? Зачем кому-то разрушать то, что он любил?

По на что-то наткнулся? Обладал ли он глубоким пониманием контринтуитивной природы человеческой психологии?

Спустя полвека после смерти По Зигмунд Фрейд писал об универсальном и врожденном «влечении к смерти» у людей, которое он назвал «Танатос» и впервые представил в своем знаменательном эссе 1919 года «За гранью принципа удовольствия».

Зигмунд Фрейд писал об универсальном влечении к смерти, которое он назвал «Танатос».’ Wikimedia Commons, CC BY-SA

Многие считают, что Танатос относится к бессознательному психологическому побуждению к самоуничтожению, проявляющемуся в необъяснимом поведении, показанном По, и — в крайних случаях — в суицидальном мышлении.

В начале 1930-х годов физик Альберт Эйнштейн написал Фрейду, чтобы спросить его мысли о том, как можно предотвратить дальнейшую войну. В своем ответе Фрейд написал, что Танатос «действует в каждом живом существе и стремится привести его к гибели и уменьшить жизнь до исходного состояния неодушевленной материи» и назвал это «инстинктом смерти».”

Для Фрейда Танатос был врожденным биологическим процессом со значительными ментальными и эмоциональными последствиями — реакцией на бессознательное психологическое давление и способом ослабить его.

На пути к современному пониманию

В 1950-х годах в области психологии произошла «когнитивная революция», в ходе которой исследователи начали изучать в экспериментальных условиях, как работает разум, от принятия решений до концептуализации и дедуктивного мышления.

Саморазрушительное поведение стало считаться не столько катарсической реакцией на бессознательные влечения, сколько непреднамеренным результатом преднамеренного расчета.

В 1988 году психологи Рой Баумейстер и Стивен Шер выделили три основных типа саморазрушающего поведения: первичное самоуничтожение или поведение, направленное на причинение вреда самому себе; контрпродуктивное поведение, имеющее добрые намерения, но в конечном итоге оказывающееся случайно неэффективным и саморазрушающим; и компромиссное поведение, которое, как известно, несет в себе риск для самого себя, но, как считается, несет потенциальные выгоды, которые перевешивают эти риски.

Подумайте о вождении в нетрезвом виде. Если вы сознательно употребляете слишком много алкоголя и садитесь за руль с намерением быть арестованным, это первичное самоуничтожение.Если вы водите машину в нетрезвом виде, потому что считаете, что менее пьяны, чем ваш друг, и, к вашему удивлению, вас арестуют, это контрпродуктивно. И если вы знаете, что слишком пьяны, чтобы водить машину, но все равно садитесь за руль, потому что альтернативы кажутся слишком обременительными, это компромисс.

В обзоре Баумейстера и Шера сделан вывод, что первичное самоуничтожение на самом деле редко демонстрируется в научных исследованиях.

Скорее, саморазрушительное поведение, наблюдаемое в таких исследованиях, в большинстве случаев лучше классифицировать как компромиссное или контрпродуктивное поведение.«Влечение к смерти» Фрейда на самом деле наиболее близко соответствует контрпродуктивному поведению: «побуждение» к разрушению не переживается сознательно.

Наконец, как показал психолог Тодд Хизертон, современная нейробиологическая литература по саморазрушающему поведению чаще всего фокусируется на функционировании префронтальной коры, которое связано с планированием, решением проблем, саморегуляцией и суждением.

Когда эта часть мозга недоразвита или повреждена, поведение может казаться иррациональным и обреченным на провал.Есть более тонкие различия в развитии этой части мозга: некоторым людям просто легче, чем другим, последовательно участвовать в позитивном целенаправленном поведении.

По определенно не понимал саморазрушающего поведения так, как мы это понимаем сегодня.

Но он, кажется, осознал что-то порочное в своей природе. Сообщается, что перед своей безвременной смертью в 1849 году он выбрал своим литературным душеприказчиком своего врага, редактора Руфуса Гризволда.

Верный форме, Гризвольд написал ужасающий некролог и «Мемуары», в которых он ссылается на безумие, шантаж и многое другое, помогая сформировать образ По, который испортил его репутацию по сей день.

Опять же, может быть, это именно то, чего хотел По — ведомый его личным бесом.

границ | Убеждения, самоуничтожение и рациональный разум

Это книга, как всеобъемлющая, так и заставляющая задуматься, со своевременным тезисом, который «необходимо прочитать» всем, кто интересуется человеческим поведением и нашим коллективным будущим. Мэтью Блейквей считает, что наш мозг — это биологические компьютеры с алгоритмами действий. Но что, если алгоритмы основаны на неверных данных? Что, если наши действия, основанные на наших убеждениях, являются результатом причинной замкнутости?

Blakeway напоминает нам, что мы не можем напрямую наблюдать эмоции и убеждения людей.Они должны быть вызваны поведением — тем, что мы говорим и делаем. Он утверждает, что люди биологически склонны создавать среду, которая улучшает наше выживание, создавая благоприятные эмоциональные результаты и избегая менее выгодных. Эмоции являются движущей силой наших действий, но он предполагает, что они могут быть испорчены из-за тактического обмана. Это искажение происходит, когда мы логически выводим наше понимание эмоций из затронутого или подавляемого поведения других (или нас самих).Мы делаем вывод о неправильном понимании, потому что введены неверные данные. Это приводит к ложным убеждениям, о которых мы не подозреваем, но они влияют на наше собственное поведение. Язык позволяет нам думать и повторно посещать наши эмоциональные реакции, закрепляя их в памяти. Наши мысли и убеждения становятся неопровержимыми логическими тавтологиями. Это приводит к действиям для нас самих и нашего общества, которые больше не улучшают физическую форму, а являются саморазрушительными.

Блейквей проводит важное различие между утверждениями «верить в » и «верить в .Последние могут быть подвергнуты научному исследованию и экспериментам, а первые — нет, поскольку убеждение в неопровержимо. Предполагается, что это правда, потому что они не могут быть опровергнуты, наличие убеждений в делает человеческий конфликт неизбежным. История изобилует примерами несовместимых систем убеждений, которые приводят к конфликтам и войнам, последним из которых является массовое перемещение и убийство тысяч людей в Ираке Исламским государством. Более того, сами слова, которые используются для обозначения идеологических концепций, таких как «демократия» или «капитализм», заключают в себе сложные убеждения.Чем больше накопленных концепций приобрело ваше понимание идеологического термина, тем более вы (и другие) подвержены «дрейфу убеждений» и концептуальному беспорядку.

Проведение такого различия убеждений также объясняет, почему так трудно изменить твердые взгляды, представив научные доказательства, которые им противоречат. Блейквей утверждает, что идеология всегда имеет приоритет над эмпирическими данными, потому что идеология — это ловушка, основанная на причинной замкнутости, ведущей к тавтологическому пониманию; это просто и бесспорно считается истинным с точки зрения его верующих.Его собственная правда создается через петлю обратной связи между убеждениями — внутреннее «колесо гибели».

Идеологии можно обмануть, обойдя их первоначальные намерения. Например, стремление капиталистов к арбитражу было выгодно обществу, но теперь ведет как к перераспределению, так и к уменьшению богатства за счет использования хедж-фондов и других экономических манипуляций. В других обстоятельствах вместо того, чтобы признать, что убеждение несостоятельно и даже пагубно для нашего благополучия, как видно из накопленных доказательств, наступает переломный момент, и мы вполне рационально полагаем, что это мы, , обманули это убеждение, и само убеждение остается. нетронутый.Эти несостоятельные убеждения могут превратиться в «более чистые» и более крайние формы того же убеждения. На уровне общества это ведет к стремительному стремлению к идеологическому фундаментализму, в основе которого лежит логическое противоречие. Блейквей дает хорошие примеры этого в отношении нынешнего всплеска политического и религиозного фундаментализма в современном мире.

Описание процесса искажения наших эмоций правдоподобно. Это зависит от теории эволюции и социализации.Хотя Блейквей в значительной степени не упоминает о человеческом развитии, данные (для обзора, Astington, 1994) подтверждают его точку зрения. С самого начала младенцы предпочитают социальные стимулы несоциальным стимулам, и к 5 месяцам они могут различать различные выражения эмоций. Социальное взаимодействие — это встреча умов, и к 2 годам дети понимают и говорят о своем психическом состоянии, включая убеждения, желания и намерения. Год спустя они берут на себя чужие умы в своей воображаемой игре, а к 4 годам дети могут распознавать и создавать ложные убеждения в других посредством преднамеренных актов обмана.Точно так же уже в первые несколько месяцев существует социальное давление, направленное на подавление негативных эмоций, и «эмоциональные маски» очевидны у трехлетних детей (Kieras et al., 2005). В процессе эволюции мы жестко запрограммированы на понимание (и манипулирование) умами других и подавление наших эмоций.

Blakeway продвигает эволюционный аргумент на один шаг вперед. Гнев и месть как реакция на унижение имеют эволюционную основу в отношении родительских вложений и сексуального отбора. Реакция мести максимизирует мужскую биологическую пригодность, устраняя угрозы для передачи генов.Он утверждает, что если акты унижения со стороны отдельных лиц или государства встречают отрицание и подавление мести, то гнев, который следует за этими действиями, становится направленным, насильственным и бесцельным. Причина разрушения мифологизируется, потому что мы не обращаем внимания на ее реальный источник, а месть нарастает часто и непредсказуемо. Идеям «промывания мозгов» и «радикализации» даны новые объяснения, что повысит возможность более эффективных вмешательств.

Эпилог озаглавлен «Воссоединение науки и философии.«Этот метод представляет собой серию мысленных экспериментов, а вклад Блейкуэя — новая теория того, как человеческий алгоритм производит поведение. Он представляет связный аргумент о необходимости понять и осознать наши мыслительные ловушки и выйти за их пределы, чтобы создать мир, в котором все могут жить без унижений, гнева и насилия. Наши моральные эмоции (например, жалость, симпатия) также являются продуктом эволюции путем естественного отбора, и необходимо избегать их искажения или подавления, которые могут стать привычными и, как таковые, способствовать тавтологии идеологических убеждений и действий.В теории Дарвина существует только эволюционное давление, чтобы выжить, и в качестве самореферентных биологических машин предполагается, что смысл и цель жизни лучше всего можно найти, изменив наше поведение, чтобы улучшить наши эмоциональные результаты и избежать саморазрушающих логических действий.

Заявление о конфликте интересов

Автор заявляет, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Список литературы

Астингтон, Дж. У. (1994). Детское открытие разума . Лондон: Хаммерсмит.

Google Scholar

Ключевые слова: человеческая рациональность, эволюционная теория, саморазрушительные убеждения, экспериментальная философия, системы действий-убеждений.

Образец цитирования: Fletcher-Flinn CM (2014) Убеждения, самоуничтожение и рациональный разум. Фронт. Психол . 5 : 1231. DOI: 10.3389 / fpsyg.2014.01231

Поступила: 27 августа 2014 г .; Принята в печать: 10 октября 2014 г .;
Опубликовано онлайн: 7 ноября 2014 г.

Отредактировал и проверил: Снехлата Джасвал, Индийский технологический институт, Джодхпур, Индия

Авторские права © 2014 Fletcher-Flinn. Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с условиями лицензии Creative Commons Attribution License (CC BY). Использование, распространение или воспроизведение на других форумах разрешено при условии указания автора (авторов) или лицензиара и ссылки на оригинальную публикацию в этом журнале в соответствии с принятой академической практикой.Запрещается использование, распространение или воспроизведение без соблюдения этих условий.

* Для переписки: [email protected]

9781440837548: Оружие массового психологического уничтожения и люди, которые его используют (Практическая и прикладная психология)

Опубликовано ABC-CLIO, США (2015)

ISBN 10: 1440837546 ISBN 13: 9781440837548

Новый Твердый переплет Количество: 10

Описание книги Твердый переплет.Состояние: Новое. Английский язык. Совершенно новая книга. Эта увлекательная книга, которую должен прочитать каждый неравнодушный гражданин, проникает в сознание психолога-террориста, чтобы посмотреть, что побуждает его действовать, и выбрать оружие, которое он использует. исследование является первым комплексным исследованием тактического и психологического применения оружия массового поражения. В книге вводится термин «оружие массового психологического уничтожения» (WMPD) и на основе примеров и историй болезни исследуются умы террористов, которые выбирают это оружие не для максимального убийства, а для максимального психологического вреда наибольшему количеству людей. .Эта новаторская работа определяет методы вербовки, которые создают психологических террористов, показывая, как этих фанатиков «делают», кто им становится и почему. Подробно описаны новые тенденции в тактике WMPD и новые технологии в этой области, а также связанные с ними этические вопросы, психологические реакции на WMPD и роль религии в выборе оружия. Также описаны инновационные стратегии и политики, которые можно использовать для прогнозирования, выявления и предотвращения стихийных бедствий с помощью WMPD.Читатели также узнают, как СМИ неосознанно используются в качестве WMPD, и как террористы используют социальные сети для запуска целевых психологических хвостов науки и психологии WMPD в отношении химического, биологического, радиологического, ядерного оружия и оружия взрывного действия, объясняя, почему террорист выбирает конкретный тип оружия Исследует, кто становится террористом WMPD и почему. Подчеркивает, как и почему создается террорист-смертник, а также как, почему и где он убьет, чтобы нанести наибольший психологический ущерб. Абу-Грейб и анализ событий, включая взрыв на Бостонском марафоне, излагает стратегии предотвращения, которые могут снизить вероятность нападения.Инвентарный номер продавца LHB9781440837548

Подробнее об этом продавце | Связаться с этим продавцом

Психология и лечение саморазрушающего поведения · Блог Психоаналитика в Мадриде

Психология и лечение саморазрушающего поведения

Саморазрушительное поведение, на первый взгляд, является одним из самых загадочных и противоречивых эмоциональных расстройств.Как это возможно, что кто-то захочет причинить себе вред?

Похоже, это прямо противоречит очевидному желанию каждого искать удовольствия и счастья. Есть что-то тревожное в желании навредить себе, не защищать себя, искать страдания. Люди, обнаружившие в себе эту черту, часто очень этим обеспокоены.

И все же, если мы сделаем шаг назад на минуту, рано или поздно мы заметим, что саморазрушительное поведение далеко не необычно.

Действительно, иногда оно проявляется в очень четких и узнаваемых формах, где желание уничтожить себя явное и сознательное (или почти): нанесение себе увечий, определенные злоупотребления наркотиками или добровольное подвергание себя насилию со стороны другого человека, являются примерами. этого.

Однако эти проявления, столь явно узнаваемые, ни в коем случае не являются наиболее распространенными формами саморазрушительного поведения. Гораздо более распространены все тонкие и компульсивные формы самосаботажа, о которых человек ничего не знает, , , и которые эффективно атакуют его или его благополучие.

Постоянно вести себя самоуничижительно, искать унижения, не осознавая этого, подходить ко всему с негативной точки зрения, проходить через таинственные и повторяющиеся неудачи, коварно (и твердо) цепляться за пагубные ситуации или постоянно оказываться в положении жертвы — вот среди них. множество способов, которыми можно навредить себе.

Мы также должны отметить, что, с более широкой точки зрения, некоторые идеологии (будь то религиозные, политические или другие) порождают чувство признания — часто морального превосходства — на опыте страдания.Таким образом, они привлекают людей, которые ищут интеллектуального оправдания своих бессознательных саморазрушительных потребностей.

Если мы исследуем эти ситуации более глубоко, мы сначала обнаружим относительно прозрачную неспособность позволить себе просто быть счастливыми. Но мы также обнаружим, что гораздо менее очевидно, тайное удовольствие, получаемое от страдания — тайное, потому что оно неприемлемо для нашего сознания.

Как это случилось?

Мазохизм — поскольку это фактически то, что мы обсуждаем — уходит корнями в глубокое прошлое человеческого развития.Согласно исследованиям психологов и психоаналитиков, одна из его граней может заключаться в том, что это то, что позволяет нам переносить определенную степень неудовольствия, неизбежного в человеческом существовании.

Поскольку этот аспект недавно обсуждался на конференции в Мадриде известным психоаналитиком Марилией Айзенштейн, позвольте кратко описать его и отличить его от самоуничтожения.

У всех людей есть опыт того, что жизнь неизбежно представляет нам ситуации, которые влекут за собой определенную степень страдания: усилия, которые мы должны приложить, например, для достижения наших целей, и которые не обязательно являются приятными.

В самом деле, чтобы расти в жизни, стать более образованными, более компетентными, более здоровыми, мы должны уметь терпеть страдания, связанные с попытками достичь этого, и иметь возможность получать удовольствие от своих усилий. Это можно рассматривать как своего рода самозащитный мазохизм, способность позитивно вкладывать определенную степень неудовольствия и уметь переносить разочарование. Этот аспект поможет нам отложить удовлетворение, расти и достигать более сложных и существенных достижений.

Другой аспект мазохизма, который проявляется в саморазрушающем поведении, имеет совершенно иную природу: он не приносит ничего положительного, не помогает человеку продвигаться и имеет тенденцию заманить его или ее в ловушку пагубных и негативных последствий. постоянно самогенерирующиеся нисходящие спирали. Как же тогда это работает?

В большинстве случаев мы можем наблюдать два вектора, которые объединяются, чтобы произвести эти ситуации.

Первый вектор — это бессознательное чувство вины, которое требует наказания в той же мере, в какой оно запрещает чувствовать себя выполненным или выполненным.Эта скрытая вина, которая часто возникает больше из бессознательных желаний, чем из фактических проступков (хотя и не всегда), обрекает человека на несчастье, чтобы искупить свои бессознательные проступки. Однако, поскольку эти проступки бессознательны, и, следовательно, переживаются как постоянные и неизменные, искупление никогда не бывает постоянным и должно постоянно обновляться.

Второй вектор — это защитный механизм, который состоит в преобразовании того, что причиняет боль, в удовольствие — получать удовольствие от боли таким образом, чтобы то, что считалось неприятным предупреждающим знаком, стало источником удовольствия.Такой поворот в работе обычной психики — очень эффективный способ защитить себя от определенных видов эмоциональных страданий, но он искажает психическое функционирование, захватывает его, превращая его в систему, порождающую страдание, что является противоположностью его первоначальная функция.

Эти два вектора иногда объединяются в мощный союз, который кажется более приятным и более контролируемым, чем удовольствия и разочарования, которым нас подвергает обычная жизнь.На карту поставлен количественный вопрос: иногда люди, которые ведут саморазрушительное поведение, настолько привязаны к нему, что могут чувствовать, что получают больше чувства мастерства и удовольствия, заставляя себя страдать, чем пытаясь быть счастливыми.

Лечение саморазрушающего поведения включает в себя осознание бессознательного чувства вины, понимание желаний, а иногда и реальных фактов, которые его породили, и проработку этого сложного созвездия чувств.Параллельно с этим страдание должно быть отделено от удовольствия — это означает отказ от решения, которое стремится победить жизнь в ее собственной игре. Это очень привлекательное решение, но его цена огромна.

Важно понимать, что это непростая терапевтическая работа; когда у этих систем психического функционирования было достаточно времени, чтобы прочно закрепиться в личности человека, они становятся особенно стойкими — все психотерапевты, будь то психологи, психиатры или психоаналитики, знакомы с этим.

При этом помочь людям, страдающим от этих трудностей, далеко не невозможно. При наличии достаточных терапевтических средств и сильного желания перемен со стороны пациента можно добиться глубоких изменений, которые помогут ей или ему позволить себе наслаждаться своей жизнью.

Психоаналитик в Мадриде, Психолог в Мадриде

Комментарии (2)

Люк

01.04.2019 05: 27ч

Чистый гений Меня поражает то, что я только что прочитал, и чем больше я читаю это снова и снова, тем больше я узнаю о своих проблемах

Чарли

20.05.2020 01: 33ч

Я никогда не чувствовал себя так близко к истине

Творческое разрушение в науке — ScienceDirect

Основные моменты

Подход творческого разрушения сочетает теоретическое сокращение и методы открытой науки.

Новые показатели, условия и популяции включены в планы репликации.

Цель состоит в том, чтобы сделать репликацию более продуктивной и участвовать в построении теории.

Недавние исследования изучали трудовую мораль, предвзятость рассуждений и гендерную дискриминацию.

Abstract

Опираясь на концепцию шторма созидательного разрушения в капиталистической экономике, мы утверждаем, что инициативы по оценке надежности результатов в организационной литературе должны быть нацелены на одновременную проверку конкурирующих идей, действующих в одном теоретическом пространстве.Другими словами, усилия по воспроизведению должны быть направлены не только на поддержку или сомнение в исходных результатах, но и на замену их пересмотренными, более сильными теориями с большей объяснительной силой. Достижение этого, как правило, требует добавления новых показателей, условий и тематических групп к планам исследования, чтобы проводить концептуальные проверки нескольких теорий в дополнение к прямому воспроизведению исходных результатов. Чтобы проиллюстрировать ценность подхода «творческое разрушение» для сокращения теории в организационной науке, мы описываем недавние репликационные инициативы, пересматривающие культуру и трудовую мораль, рассуждения работающих родителей о вариантах дневного ухода и гендерную дискриминацию при приеме на работу.

Заявление о значимости

Становится все более очевидным, что многие, если не большинство, опубликованные результаты исследований в различных областях науки трудно воспроизвести при повторении одного и того же метода. Несмотря на большую ценность, неудачные репликации рискуют оставить теоретическую пустоту — уменьшая уверенность в истинности исходного теоретического предсказания, но не заменяя его положительными доказательствами в пользу альтернативной теории. Мы представляем подход творческого разрушения к репликации, который сочетает в себе методы отсечения теории из области управления с новейшими передовыми практиками движения за открытую науку с целью сделать репликации как можно более генеративными.По сути, мы выступаем за движение Replication 2.0, цель которого смещается с проверки надежности прошлых результатов на активное участие в конкурентной проверке теории и построении теории.

Заявление о научной прозрачности

Материалы, код и данные для этой статьи размещены в открытом доступе в Open Science Framework со ссылками, приведенными в статье.

Ключевые слова

Репликация

Сокращение теории

Тестирование теории

Прямая репликация

Концептуальная реплика

Фальсификация

Решения о приеме на работу

Гендерная дискриминация

Конфликт между работой и семьей

Конфликт между семьей и работой трудовая этика

Рекомендуемые статьиЦитирующие статьи (0)

© 2020 Автор (ы).Опубликовано Elsevier Inc.

Рекомендуемые статьи

Цитирование статей

Биологический смысл несовершеннолетних родителей

Робин Марвел никогда не предполагал успеха. К тому времени, когда она была подростком, она наблюдала, как ее мать жестоко избивает ее отец и несколько бойфрендов, она сама подвергалась сексуальному насилию, беспорядочно перемещалась по стране, стала алкоголичкой и забеременела от своего парня.

«Стабильности никогда не было», — говорит Марвел о своей жизни с матерью.«Я всегда был бездомным, нас постоянно выселяли или переезжали, свет отключали на несколько недель. Нас выгнали бы из приютов для домашнего насилия, потому что она нарушала бы правила ».

Иногда Марвел приходил домой и находил на столе кокаин и кучу марихуаны. «Моя мама была крайне нестабильна. Она просто будила нас посреди ночи и говорила: «Мы переезжаем в Мичиган». Затем то же самое происходило в Мичигане — мы просто переезжали обратно. Я пропустил первые три месяца третьего класса, потому что мы жили в универсале в Сакраменто.

СРЕДНИХ УЛИЦ: После употребления наркотиков Куки и Дэйва, двух героев знаменитого фотоальбома Джима Голдберга 1995 года, посвященного бездомным подросткам, можно рассматривать как людей, приспособившихся к жизни в безвыходных условиях. Джим Голдберг / Magnum Photos

дочь в 17 лет отрезвила Марвел временно, но через несколько лет она снова начала сильно пить. «Я не видела свою дочь несколько дней», — говорит она. «Я был просто ужасным человеком. Я исчерпал кредитные карты. У меня была возвращена машина.Я не понимал ответственности за оплату счетов и сохранение хорошей кредитной истории. И я не видел в этом важности. Я не видел ценности в возможности построить финансово ответственную жизнь ».

Размышляя о ее точке зрения в то время, Марвел говорит: «У вас нет контроля над жизнью, это просто отстой. Для меня было нормальным жить таким ужасным образом жизни ».

Также в психологии
Дивный новый мир химического романа

Брайан Галлахер

Думая о Гамильтоне, у меня возникла фантастическая мысль, когда я читал новую книгу «Наркотики от любви: химическое будущее отношений».Отец-основатель, напряженный, уставший и сосредоточенный на том, чтобы получить свой счет для национального банка через Конгресс, … ПОДРОБНЕЕ

Исследования в области социальных наук и психологии показали, что такие люди, как Марвел, — люди, чье раннее существование во многом определяется нехваткой ресурсов, нестабильностью и насилием, — часто живут в укороченном взгляде, наполненном рисками и даже преступлениями. Владас Грискявичус, социальный психолог из школы менеджмента Карлсона Университета Миннесоты, хочет изменить то, как мы думаем о таких людях, как Marvel, и о том, казалось бы, бессмысленном выборе, который они делают.

«Основная идея большинства психологов состоит в том, что если вы вырастете в плохой среде, вы будете в чем-то несовершенным», — говорит Грискявичюс. «То, что вы растете в бедности или в суровых условиях, мешает вам цвести и раскрыть свой потенциал».

«Стать родителем-подростком — хотя многим из нас это не нравится — может быть разумным с точки зрения человека, будущее которого сомнительно».

Опираясь на основные идеи эволюционной биологии и экономики, Грискявичюс может рассказать еще одну историю.«Люди, выросшие в суровых условиях, лучше приспособлены к жизни в таких условиях», — говорит он. Когда вас убеждают в том, что у жизни нет будущего, имеет смысл извлечь выгоду из того, что вы можете получить в настоящем. Принятие человеческими решениями, даже если внешне кажется иррациональным и безрассудным, характеризуется, по словам Грискявичюса, «глубокой рациональностью».

Исследования Грискевичиуса и других исследователей можно рассматривать как ответ на аргумент, суть американской мечты, что люди могут легко изменить свое поведение, проявив оптимизм и настойчивость.Но вывод ученых не основывается на пессимизме и тщетности. Хотя адаптация к суровой окружающей среде может привести к самоуничтожению, она также может посеять семена успеха.

Исследования Грискявичюса опираются на «теорию истории жизни», эволюционно-биологическую перспективу, объясняющую, как быстро и как часто организмы спариваются и размножаются. Каждый организм имеет ограниченные ресурсы во времени, калориях или деньгах, и он должен сознательно или нет решать, куда распределить эти ресурсы. Они либо вкладывают их в будущее, укрепляя свое здоровье и здоровье своего потомства, а также развивая отношения и знания, либо тратят их на частые спаривания, вместо этого сосредотачиваясь на получении как можно большего количества копий своих генов. до конца их жизни.

Например, кролики живут недолго и не имеют особого контроля над окружающей средой в дикой природе, поэтому их подход к жизни сводится к следующему: быстро и часто размножаются, прежде чем умрут. Это «стратегия быстрой истории жизни». Исследование 48 видов млекопитающих показало, что более высокий уровень смертности предсказывает раннее созревание и большие пометы маленького потомства, гарантируя, что на каждого ребенка не будет вкладываться слишком много энергии. 1 С другой стороны, более поздние животные, такие как слоны, имеют долгую и более предсказуемую жизнь, поэтому они производят одного теленка за раз и вкладывают большие средства в каждого.Они живут «медленной стратегией истории жизни».

С точки зрения истории жизни люди ближе к слонам, чем к кроликам. Но внутри каждого вида есть свои вариации. Люди, которые растут в суровых или непредсказуемых условиях, часто бессознательно принимают более быстрые стратегии продвижения по жизни, в то время как люди, выросшие в основном в стабильных условиях, применяют более медленные жизненные стратегии.

Джей Бельски, профессор человеческого развития в Калифорнийском университете в Дэвисе, 25 лет назад предсказал, что взросление в неблагоприятных условиях ускорит половое созревание, что подтверждается исследованиями. 2 Исследование 2010 года показало, что в среднем девочки, выросшие в домохозяйстве с более низким социально-экономическим статусом (измеряемым в исследовании как совокупность семейного дохода, образования и профессии отца), имели первые месячные в более молодом возрасте: тела чувствовали нестабильность и хотели продолжить дела. 3

Кроме того, в исследовании, проведенном в 170 странах, женщины, которые жили в странах с более короткой продолжительностью жизни, родили первого ребенка в более раннем возрасте. 4 Такая же закономерность была обнаружена в окрестностях Чикаго. 5 Во всех округах США более низкий доход и более высокий уровень насильственных преступлений были связаны с тем, что матери рожали в более молодом возрасте. 6 В Англии бедные районы привели к более низкому возрасту при рождении первого ребенка, более низкому весу при рождении, более коротким периодам грудного вскармливания и более высокому уровню воспроизводства. 7 В другом исследовании анализировались причинно-следственные связи таких эффектов: у английских испытуемых более низкий социально-экономический статус в детстве приводил к большим невзгодам в детстве, что приводило к усилению эмоциональной и поведенческой дезадаптации, что приводило к более молодому репродуктивному возрасту. 8

Для Бельского эти выводы имеют смысл. «Стать родителем-подростком может — хотя многим из нас это не нравится — может быть разумным с точки зрения человека, будущее которого сомнительно», — говорит он. Проводя экономическую аналогию, он отмечает, что экономия денег обычно считается стоящим и почетным делом, если только вы не находитесь в условиях инфляционной экономики.

ВСТРЕЧАЯ В КОНТРОЛЬ: Робин Марвел преодолела свое беспокойное детство, осознав, что ей не обязательно становиться его жертвой.«Я начала понимать, что контролирую свое счастье», — говорит она. Сара Браун

Грискявичус использовала экономическую модель, чтобы понять похожие жизненные обстоятельства и понять, как жизненный выбор людей может помочь им адаптироваться. «Суть экономики — это то, как люди идут на компромиссы, потому что у каждого есть ограниченные ресурсы», — говорит он. «Математика, лежащая в основе всей экономической теории и всей теории истории жизни, по сути одна и та же — они просто смотрят на разные типы ресурсов».

В одной из своих статей Грискявичюс и его сотрудники рассмотрели, что движет решениями по планированию семьи.В ходе эксперимента студенты-студенты указали, в каком возрасте они хотели бы пожениться и в каком возрасте они хотели бы иметь своего первого ребенка. Они также сообщили, что их семья росла в финансовом положении. Те, кто вырос в бедности, хотели выйти замуж и завести детей раньше, чем те, кто вырос в богатстве. Сопутствующий эксперимент показал, что чем ниже семейный доход субъекта, тем меньше он хотел получить образование и сделать карьеру перед тем, как создать семью.

Тяжелые условия в течение первых пяти лет жизни были связаны с правонарушением, агрессивным и преступным поведением в возрасте 23 лет.

По словам Грискявичюса, эти исследования показывают, что когда чья-то ранняя жизнь определяется нехваткой денег и ресурсов, его или ее сознательные и биологические побуждения могут сигнализировать о том, что попытка построить прочную карьеру до воспроизводства, вероятно, проигрышна. Мудрое решение выглядит так: рано выходить замуж и быстро заводить детей.

Исследования выявили два других важных явления. Прежде чем ответить на вопросы, испытуемые читали фальшивую газетную статью о росте насилия в США.S. Другие участники того же исследования читали менее опасную статью. Для этих других субъектов семейный доход в детстве не оказал влияния на планирование семьи. Это было легкое ощущение угрозы, которое имело уникальное влияние. Во-вторых, субъекты также сообщили о своем текущем финансовом положении . В отличие от их финансового положения в детстве, это мало повлияло на то, когда они хотели создать семью, что говорит о том, что стратегия жизненного цикла закрепляется на раннем этапе.

Продольное исследование дополнительно изучило влияние ранних состояний. 9 Используя данные о 165 молодых людях, исследователи обнаружили, что тяжелые условия в течение первых пяти лет жизни — но не условия в течение следующих 10 лет — были связаны с правонарушением, агрессивным и преступным поведением в возрасте 23 лет, а также количество сексуальных партнеров, которые у них были. Исследование показало, что влияние социально-экономического статуса в детстве было меньше, чем влияние непредсказуемости в детстве: много передвигаться, приходить и уходить фигура отца, иметь мать с непостоянной занятостью.

Вместе бедность, насилие и неопределенность — все указывает на быструю стратегию жизненного опыта: ловить момент, не обращая внимания на будущее, которое может не наступить.

Аурелио Хосе Фигередо, психолог из Университета Аризоны, изучающий теорию истории жизни, ярко освещает эту стратегию. «Мне вспоминается лозунг« Живи быстро, умри молодым и оставь красивый труп », — пишет он в электронном письме. «Речь идет не о долгой, счастливой или здоровой жизни: это медленные жизненные ценности.Подумайте о Томасе Гоббсе: «мерзком, жестоком и низком» ».

В своей книге The Rational Animal Грискевичиус и Дуглас Т. Кенрик описывают множество известных людей, которые выросли в неблагополучных жизненных ситуациях, а затем стал невероятно успешным только для того, чтобы сильно упасть.

M.C. Хаммер вырос с восемью братьями и сестрами и матерью-одиночкой в ​​жилищном проекте в Восточном Окленде, штат Калифорния. Он заработал на музыке десятки миллионов долларов, но быстро все потратил; спустя несколько скаковых лошадей у ​​него были миллионные долги.Майк Тайсон, один из самых успешных боксеров всех времен, вырос с матерью-одиночкой в ​​суровом районе Бруклина. Он тоже заработал состояние раньше, два бенгальских тигра позже, он оказался в долгах на миллионы. Авторы также обращают внимание на Ларри Кинга, который вырос с матерью-одиночкой в ​​другом бедном районе Бруклина. После того, как он стал известным радио- и телеведущим, ему тоже, несколькими бывшими женами позже, пришлось объявить о банкротстве.

«Глядя сквозь призму эволюции, — пишут Грискевичиус и Кенрик, — становится ясно, почему эти трое мужчин начали тратить свои непредвиденные денежные доходы, как только деньги поступили на их банковские счета: их мозг был откалиброван, чтобы жить быстро, потому что они не знали. что принесет завтра.

В лаборатории Грискявичюс и его коллеги определили виды решений, которые вызывают такие неудачи. Они обнаружили, что угрожающие реплики, такие как истории о насилии и экономической рецессии, побуждали тех, кто вырос относительно бедно, идти на риск (играя на крупные денежные вознаграждения вместо того, чтобы довольствоваться меньшими), 10 предпочитают немедленное удовлетворение (выбирая меньшие суммы денег). теперь по сравнению с более крупными позже) и склонны к чрезмерному потреблению (стремление к предметам роскоши за счет экономии). 11 Эксперименты поднимают вопрос, почему люди, живущие в более стабильной и финансово благополучной жизни, сталкиваясь с одними и теми же сигналами, не принимают одинаковых опрометчивых решений. (Ну, не так часто.) На самом деле, в некоторых исследованиях угрожающие сигналы снижали необдуманные решения людей из стабильного детства.

«Я помню, как сидел в гостиной, оглядывался и думал:« Я не хочу, чтобы моя история заканчивалась так »».

В статье 2014 года Грискявичюс и Чирааг Миттал дали объяснение.Они обнаружили, что угрожающая реплика — статья об экономическом спаде — побуждала испытуемых из бедных семей предпочитать немедленные вознаграждения более крупным отложенным, а испытуемые из более богатых слоев населения предпочитали отсроченные вознаграждения. 12 Эффектом посредничества, как они обнаружили, было чувство контроля, вера в то, что можно достичь того, к чему задумываешься. Неуверенность приводит к тому, что люди из трудных семей становятся более импульсивными и менее настойчивыми. Это приводит к тому, что люди из менее шумных семей становятся менее импульсивными и более настойчивыми.Миттал и Грискявичюс объясняют, что люди со стабильным прошлым могут переоценить свое чувство контроля во время неопределенности, потому что это напоминает стратегию, которая работала для них большую часть их жизни. Они копят и вкладывают деньги в будущее, на время, когда времена будут менее тяжелыми. Образ жизни людей с нестабильным жизненным опытом постоянно говорит им, что им следует ожидать бедствий.

Те, кто рожден для быстрой стратегии, основанной на истории жизни, не всегда терпят крах и сгорают. В одной из своих статей Грискявичус и Миттал цитируют 50 Cent: «Вы можете вытащить меня из капюшона, но вы не можете снять его с меня.Для многих быстрых жизненных стратегов это могло бы обернуться смертным приговором, но в случае с рэп-звездой быстрая жизненная история могла быть профессиональным преимуществом. Мало того, что его опыт придал его текстам уличный авторитет — он вырос в неблагополучном районе Квинса, штат Нью-Йорк, и продавал наркотики в возрасте 12 лет, — но и его игровой инстинкт, несомненно, помог ему поставить рэп-игру в удушающий захват, позволив ему добиться успеха в отрасли, где робость ни к чему не приведет.

«Вполне вероятно, что 50 Cent и другие, возможно, нашли способы усилить собственное чувство контроля, чтобы стать менее импульсивным», — объясняет Миттал.«Другая возможность состоит в том, что ранний успех 50 Cent создал для него более финансово стабильный и предсказуемый мир, что, в свою очередь, снизило импульсивные тенденции». В одном из своих экспериментов Миттал и Грискявичус показали, что, когда испытуемые вспоминали, что они контролируют ситуацию, разница между людьми из низких и высоких социально-экономических классов стирается. Учитывая, что стратегии быстрого жизненного цикла срабатывают в неопределенных ситуациях, стабильная среда может творить чудеса.

Для Бельского социальный смысл теории истории жизни очевиден.«Мы не можем ожидать, что люди, выросшие в условиях невзгод, бедняки, живущие в опасном и враждебном мире, которые не могут ходить по улицам без страха, будут« нравственно безупречными гражданами », потому что мы хотим, чтобы они были такими, » он говорит. «Биология может говорить: рискуй, пользуйся другими, сначала ударил, а потом задавал вопросы. Это заставляет нас сказать, что если мы хотим хороших граждан, мы должны создать хорошие условия, чтобы они могли узнать, что будущее предсказуемо, что другие заботятся обо мне, что я могу контролировать свою судьбу.«

GET RICH OR DIE TRYIN»: Теоретики истории жизни указывают на рэп-исполнителя 50 Cent как на человека, чье поведение «жить быстро-умирает» является естественной реакцией на воспитание насилия и беспорядков. Maarten De Boer / Getty Images

В 23 года Марвел чувствовал себя жертвой и был полон жалости к себе. Но ее муж был потрясающим чирлидером, а старшая дочь вдохновляла ее. Однажды что-то щелкнуло. «Я помню, как села в гостиной, огляделась и подумала:« Я не хочу, чтобы моя история заканчивалась так », — говорит она.«Я смотрел на свою дочь и хотел быть для нее хорошим примером».

На книжной полке своей тети она нашла книгу под названием Искусство счастья . «Я начал читать это, и именно тогда я начал понимать, что я контролирую свое счастье». Она прочитала больше книг по самопомощи и нашла способы справиться со стрессом. «У меня бывают стрессовые дни, — говорит она, — но я действительно запрограммировала себя на новый ход мышления».

Вскоре Марвел решила, что хочет поделиться своей новоприобретенной мудростью с другими, и написала информационный бюллетень о расширении прав и возможностей.Когда местные предприятия отказались выпускать информационный бюллетень, она почти сдалась. Именно тогда ее муж предложил ей создать веб-сайт. Сайт получил большой отклик. Марвел поняла, что для ее пяти дочерей не существует хороших рабочих тетрадей, поэтому она решила написать ее сама. Ее усилия были одобрены небольшим издателем, и сегодня, в возрасте 36 лет, Marvel написала пять книг для детей и взрослых, шестая из которых будет опубликована в этом году.

«Очень часто люди чувствуют себя ограниченными и не знают, что могут стать кем-то, потому что так долго это был определенный путь», — говорит она.Никто им не сказал, что они чего-то стоят. «Я хочу быть этим голосом».

Дома в Херси, штат Мичиган, Марвел дает своим дочерям стабильность и умственные способности, которых у нее никогда не было. Каждое утро она садится со своим четырехлетним ребенком и задает ей вопрос: «Сегодня твой день. Кто отвечает за ваш день? »

Мэтью Хатсон — научный писатель, писавший для Wired, The Atlantic, и The New York Times. Он является автором книги «7 законов магического мышления».

Ссылки

1. Promislow, D.E.L., & Harvey, P.H. Жить быстро и умирать молодым: сравнительный анализ изменений в истории жизни среди млекопитающих. Зоологический журнал 220 , 417–437 (1990).

2. Бельский Ю. Развитие репродуктивных стратегий человека: прогресс и перспективы. Текущие направления психологической науки 21 , 310–316 (2012).

3. Джеймс-Тодд, Т., Тегеранифар, П., Рич-Эдвардс, Дж., Титиевский, Л., и Терри, М. Влияние социально-экономического статуса в раннем возрасте на возраст наступления менархе среди расово разнообразного населения девочек. Анналы эпидемиологии 20 , 836–842 (2010).

4. Лоу Б.С., Хейзел А., Паркер Н. и Уэлч К. Влияние на репродуктивную жизнь женщин: неожиданные экологические основы. Межкультурные исследования 42 , 201–219 (2008).

5. Уилсон, М. и Дейли, М. Ожидаемая продолжительность жизни, экономическое неравенство, убийства и время размножения в окрестностях Чикаго. Британский медицинский журнал 314 , 1271–1274 (1997).

6. Грискявичюс, В., Делтон, А.В., Робертсон, Т.Э., и Тайбур, Дж. М. Экологические непредвиденные обстоятельства в стратегиях жизненного цикла: влияние смертности и социально-экономического статуса на время репродукции. Журнал личности и социальной психологии 100 , 241-254 (2011).

7. Неттл, Д. Умереть молодым и жить быстро: вариации в истории жизни в английских кварталах. Поведенческая экология 21 , 387–395 (2010).

8. Крапива Д., Коул Д. А. и Дикинс Т. Э. Условия ранней жизни и возраст первой беременности у британских женщин. Труды Королевского общества B 278 , 1721–1727 (2011).

9. Симпсон, Дж. А., Грискявичюс, В., Куо, С. И., Сунг, С., и Коллинз, В. А. Эволюция, стресс и чувствительные периоды: влияние непредсказуемости в раннем и позднем детстве на пол и рискованное поведение. Психология развития 48 , 674–686 (2012).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *