Психология садиста: Словарик психологического садиста. 7 фраз-ответов на его манипуляции | Отношения

Автор: | 18.05.2021

Содержание

Психология садизма

Термин садизм был введен основоположником сексологии немецким психиатром Рихардом Краффт-Эбингом в конце XIX века. Первоначально термин описывал исключительно сексуальное удовольствие, получаемое посредством причинения боли и страданий другим. Со временем этот термин был расширен и в настоящее время описывает и несексуальное удовольствие, полученное в результате садистских действий. Согласно Зигмунду Фрейду садизм включает два отдельных расстройства: сексуальный садизм и общее садистское поведение. Более поздние исследования подтвердили это различие, указав, что сексуальные садисты обычно не проявляют несексуального садистского поведения со своими партнерами или другими людьми.

Что такое садизм?

Несексуальный садизм предполагает получение удовольствия от переживания другими людьми или живыми существами негативных эмоций, страданий, боли или нахождения их в беспомощном состоянии, либо получения контроля или доминирования над другими посредством насилия, унижения, причинения вреда. Садисты могут сами совершать действия, приводящие к возникновению у жертв подобных состояний или искать возможность созерцать подобные сцены (например, сцены насилия в видеороликах).

Нередко садисты выбирают профессиональную деятельность, связанную с возможностью легализованного морального или физического насилия над другими живыми существами: военные, полицейские, сотрудники тюрем и других мест лишения свободы, чиновники, контролеры, инспектора, руководящие работники, врачи (чаще хирургического профиля), работники мясокомбинатов и ферм, звероферм, профессиональные Интернет-тролли.

Лица, обладающие садистскими наклонностями, склонны к повторяющейся агрессии и жестокому поведению. Садизм может также включать в себя эмоциональное насилие, целенаправленное манипулирование другими с помощью страха (в паре, семье, организованном коллективе, государстве), и болезненную фиксацию на необходимости насилия и жестокости в обращении с другими людьми или живыми существами. Основной мотив садистов — погоня за удовольствием, контролем или удовлетворением.

Садизм — характерная черта политических и бытовых диктаторов.

Чем отличается сексуальный садизм?

Лица с диагнозом сексуального садизма испытывают сексуальное возбуждение, когда своими действиями вызывают страдания у человека, который испытывает физическую и / или эмоциональную боль, унижение, либо становятся свидетелями таких страданий, либо фантазируют о них.

Садизм – это психическое заболевание?

Сексуальный садизм как в DSM-III-R, так и в DSM-IV считается парафилией – сексуальным отклонением (девиацией). Он характеризуется тем, что человек испытывает повторяющиеся, интенсивные сексуально возбуждающие фантазии или побуждения, или участвует в поведении, вызывающим психологические или физические страдания других.

Несексуальное садистское расстройство личности входило в Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам (DSM-III-R ) в раздел «Предлагаемые диагностические категории. Требуются дальнейшие исследования». DSM-III-R определял садистское расстройство личности как постоянную модель жестокого, унижающего и агрессивного поведения по отношению к другим людям, которая направлена ​​более чем на одного человека и не служит исключительно цели сексуального удовлетворения.

Диагностические критерии садистского расстройства личности

A. Стойкая модель жестокого, унижающего и агрессивного поведения, начиная с периода раннего взросления, на что указывает повторяющиеся проявления (по крайней мере, 4-х) из следующих:

    (1) физическая жестокость или насилие с целью установления доминирующего положения в межличностных отношениях (а не просто для достижения какой-то разовой цели, такой как насилие с целью его ограбления)

    (2) унижение людей в присутствии других

    (3) необычно или неадекватно жестокое обращение или наказание кого-то, находящегося под его или ее контролем (например, ребенка, студента, заключенного или пациента)

    (4) насмешки над психологическими или физическими страданиями других (включая животных) или получение от них удовольствия

    (5) ложь с целью причинения вреда или боли другим (а не просто для достижения какой-либо другой цели)

    (6) принуждение других делать то, что он хочет, запугивая их (угрозами или насилием)

    (7) ограничение автономии людей, состоящих в близких отношениях (например, не разрешает супругу покидать дом без сопровождения или не разрешает дочери-подростку посещать общественные мероприятия)

    (8) увлечение насилием, оружием, боевыми искусствами, пытками.

Б. Поведение в А не было направлено только на одного человека (например, супруга, одного ребенка) и не имело цели получения сексуального возбуждения или удовлетворения (как при сексуальном садизме).

В более поздних версиях DSM (DSM-IV, DSM-IV-TR и DSM-5) это расстройство было исключено. Причиной исключения садизма из перечня психических расстройств послужили юридические моменты: лица с садистическими наклонностями (чаще всего – мужчины) проявляющие физическое насилие, благодаря постановке диагноза «Садистское расстройство личности» получили возможность юридического оправдания жестокого поведения и насилия. На практике расстройство личности обычно служит лишь частичным объяснением, а не оправданием преступных действий.

Также врачи столкнулись с определенными трудностями при дифференциальной диагностике садистского расстройства личности и других форм расстройства личности из-за высокого уровня коморбидности этих расстройств. Было обнаружено, что садистское расстройство личности часто возникает одновременно с другими расстройствами личности, например – с антисоциальным, пассивно-агрессивным, избегающим, обессивно-компульсивным и пограничным расстройством личности, алкоголизмом. Нередко садизм является продолжением Темной триады личности и формирует Темную тетраду. 

Какие типы садизма бывают?

Американский психолог Теодор Миллон выделял четыре основных вида садизма, которые он назвал насильственным садизмом, взрывным садизмом, бесхребетным садизмом и тираническим садизмом.

Подтип

Описание

Черты характера

Бесхребетный садизм

Включает черты избегающего расстройства личности

В основном ненадежный, фальшивый и трусливый, токсично доминирующий, жестокий, боящийся сопротивления, слабый, нуждающийся в групповой поддержке самооценки, публично чванливый. Жертвами выбирает безответных «козлов отпущения».

Тиранический садизм

Включает  черты пассивно-агрессивного расстройства личности

Смакует угрозы, насилие и жестокое обращение с другими, заставляя их бояться и подчиняться, словесно резкий и едкий, обвиняющий и разрушающий, намеренно угрюмый, оскорбляющий, унижающий, бесчеловечный, немилосердный.

Принуждающий садизм

Включает черты обессивно — компульсивного  расстройства личности

Враждебные, прикрывающиеся «общественными интересами» или «интересами государства» — чаще всего полицейские, «властные» начальники, деканы, судьи, обладающие «правом» быть безжалостными, беспощадными, грубыми и варварскими. Основная задача — контролировать и наказывать, выявлять нарушителей правил и карать их.

Взрывной садизм

Включает черты пограничного расстройства личности

Непредсказуемо резкие вспышки агрессии и гнева,  неконтролируемая ярость и приступы насилия,  чувство постоянного унижения, которое облегчается приступами насилия. За вспышкой следует период раскаивания. Затем цикл повторяется.

 

Психологические особенности садистов

Садисты обладают плохим поведенческим контролем, проявляющимся во вспыльчивости, раздражительности, низкой толерантностью к фрустрации, контролирующим характером. С межличностной точки зрения они резкие, враждебные, манипулятивные, лишенные сочувствия (эмпатии), бессердечные и грубые по отношению к тем, кого они считают своим подчиненными или зависимыми. Садисты могут отличаться нарциссизмом и макиавеллизмом (в совокупности с расстройствами личности эти черты формируют так называемую Темную триаду). Их когнитивные функции отличаются ригидностью. Они увлекаются оружием, войной, криминальной и правоохранительной сферой, преступлениями и преступниками. Традиционно считается, что садисты стремятся к социальному положению, которое позволяет им осуществлять свою потребность в контроле над другими, унижая и наказывая людей. По этой причине садизм чаще встречается среди людей, которые работают в правоохранительных органах, судах, исправительных учреждениях, вооруженные силах, в правительстве.

При этом большинство садистов являются мужчинами.

Причины развития садизма

Наиболее частыми причинами формирования садистических черт являются отсутствие близких и теплых отношений с родителями в детстве (низкая привязанность), неоптимальным воспитанием в детстве (то есть с низкой теплотой и сильным контролем со стороны родителей), а также с детской травмой  (например, сексуальной) — как в форме физического, так и эмоционального насилия. Садизм может быть одним из следствий фетального алкогольного синдрома.

Садизм является патологической формой копинга — желанием превратиться из жертвы насилия в насильника — то есть, овладеть ситуацией, взять ее под контроль. 

Профили вероятных садистов по MMPI (СМИЛ, ММИЛ, СКЛО, МЛО)

Код профиля

Описание профиля

42

Пассивно-агрессивный тип: злобный, протестующий, презирающий ограничения, импульсивен, непредсказуем

24

Дистресс, вина, импульсивность, циклы вина – алкоголь – насилие — вина. Один из самых негативных прогнозов.

26 / 62

Тоскливо-злобный тип: ощущает себя жертвой и, поэтому, испытывает злобу к окружающим, критичен, желчен

45 / 54

Педофилы и насильники с краткосрочными вспышками гнева, отрицающие социальные ценности

46 / 64

Асоциальный тип или пассивно-агрессивная личность: угрюмый, подавленно-враждебный, вспышки гнева и агрессии

48 / 84

Злобный асоциальный тип: трудно контролируемое поведение, неограниченная злоба и насилие, алкоголизм, наркотики, проституция, сексуальные отклонения (активный гомосексуализм, педофилия), риски суицида

49 / 94

Антисоциальный тип: пренебрежение нормами, гиперактивный, импульсивный, незрелый, манипулятор, конфиликтант, драчлив, склонен к алкоголизму, сексуальному насилию

824, 86

Отчужденный параноид: незрелый, отчужденный, подозрительный, крайне склонный к физическому насилию, запойный алкоголик.

469

Асоциальное и антисоциальное поведение, алкоголизм, наркомания.

Насколько распространен несексуальный садизм?

Среди амбулаторных пациентов специалистов по психическому здоровью, критериям садистского расстройства личности соответствует 3-4%, среди взрослых стационарных пациентов психиатрических отделений – 18% (подростков – 14%), среди осужденных за сексуальные преступления – около 30%, а среди серийных убийц 90%. Женщины – садисты в криминологических или психиатрических выборках в среднем встречаются в 3 раза реже, чем мужчины. Среди ветеранов боевых действия садизм встречается на уровне 8% и обычно коморбиден депрессии и алкоголизму.

Психодиагностика садизма

Достоверно определить садистские наклонности при психологическом тестировании и беседе не всегда представляется возможным: люди, как правило тщательно скрывают свои отрицательные черты. Хотя, как указано выше, определенные типы личностных профилей по MMPI могут свидетельствовать в пользу вероятных садистских наклонностей. Садистические наклонности также отрицательно связаны с факторами покладистости и сознательности пятифакторного опросника («Большая пятерка»: NEO-PI, NEO-PI-R, NEO-PI-3). Садисты обычно лучше разбираются в боли, и могут лучше оценивать ее тяжесть, по сравнению с не-садистами. 

Объективным методом диагностики могут служить современные нейропсихологические методы: функционалное МРТ, айтрекинг, пупилометрия, измерение времени латентного периода реакции, реакций приближения / удаления. Так, например, при предъявлении во время исследования аудио-визуальных стимулов, содержащих боль и страдания других людей, садисты по сравнению с не-садистами будут демонстрировать повышенную реакцию в областях мозга, связанных с сексуальным возбуждением (миндалина, гипоталамус, полосатое тело) и аффективной обработкой боли (передняя поясная извилина, передняя островковая часть).  Возможно использование иллюстрированного теста Струпа, содержащего стимулы, связанные с насилием, болью и унижением, для которых будет наблюдаться наибольшая средняя систематическая ошибка.

Скрининг садистских наклонностей

Для самооценки или скрининговых исследований можно использовать краткий опросник ASP (the Assessment of Sadistic Personality) [R. Plouffe, D. Saklofske, M. Smith. The Assessment of Sadistic Personality: Preliminary psychometric evidence for a new measure / Personality and Individual Differences.- 2017, vol. 104, — pp. 166-171.] Ответы даются по 5-бальной шкале, где 1 — совершенно неверно, 5 — полностью верно. Оценка ответа на утверждение №9 оценивается в обратной шкале. 

  1. Я высмеивал людей, чтобы они знали, что все в моих руках.
  2. Я никогда не упускаю возможности толкнуть кого-нибудь.
  3. Я бы обидел кого-нибудь, если бы это означало, что я буду контролировать ситуацию.
  4. Когда я издеваюсь над кем-то, забавно видеть, как они расстраиваются.
  5. Быть злым по отношению к другим может быть интересно.
  6. Мне доставляет удовольствие издеваться над людьми перед их друзьями.
  7. Меня возбуждает смотреть, как люди вступают в драки.
  8. Я думаю о том, чтобы причинять боль людям, которые меня раздражают.
  9. Я бы никого не навредил намеренно, даже если бы они мне не нравились.

Лечится ли садизм?

Хотя садисты крайне редко добровольно обращаются за помощью к психиатрам, существуют научно обоснованные вмешательства по коррекции садистических установок с использованием как психотерапевтических, так и фармакологических подходов. Психотерапевтические подходы к лечению включают как когнитивно-поведенческие (например, когнитивную реструктуризацию и тренинг эмпатии), так и поведенческие методы (например, терапия отвращения и систематическая десенсибилизация), тогда как фармакологические подходы к лечению включают использование антидепрессантов для снижения импульсивности и антиандрогенов для уменьшения полового влечения.

Андрей Демкин

психическое отклонение или черта характера?

Садизм – это получение удовольствия и наслаждения от причинения боли другому человеку. Известно несколько форм проявления садизма: сексуальный, психологический и аутосадизм, направленный на себя. Психиатры считают, что эта патология проявляется у тех людей, которых агрессивно воспитывали в детстве. Если родители или воспитатели применяли слишком жестокие наказания, постоянно причиняли боль ребёнку, то он воспримет данный шаблон поведения, как естественный.

Причины развития садизма

Садизм может развиваться с детства, а может быть временным явлением. Причин данной патологии множество. В частности, основной причиной являются проблемы в психическом развитии в раннем детстве. Если родители или воспитатели бьют ребёнка за любую провинность, то у него возникают садистские тенденции, которые обязательно проявятся в более зрелом возрасте.

Психологические травмы, неудачи в сексуальной сфере, неуверенность в себе, комплексы, подавление агрессии, эротические фантазии, просмотр порнографической продукции с садистскими наклонностями, психические заболевания – вот основные причины развития садизма.

Настоящие садисты не особо выделяются из толпы. Обычно они находят себе партнёра-мазохиста и удовлетворяют свои желания, не причиняя никому вреда. Тяжелее, когда садизм ярко проявлен у одного из членов семьи, а его партнёр не желает поддерживать подобные сексуальные фантазии.

Садизм может быть моральным, когда человек специально доводит свою жертву до бешенства и получает от этого колоссальное удовольствие. Если же садизм проявлен в сексуальной сфере, и человек не может контролировать свою агрессию, то садизм часто может быть причиной насилия. При этом именно сопротивление жертвы причиняет садисту наибольшее удовольствие.

Садист стремится получить полную власть над объектом своей власти, самоутвердиться за счёт жертвы. Так, часто мужчины стремятся подчинить себе женщину и перестроить её психику нужным образом, чтобы она не сопротивлялась его наклонностям. Желание власти над объектом не знает ограничений и может привести к печальным последствиям в случае неповиновения.

Если человек не осознаёт своих садистских наклонностей, то у него часто наблюдаются проблемы с достижением оргазма обычными методами. Женщины считают себя фригидными, а мужчины преждевременно записываются в ряды импотентов.

Возможно ли вылечить садизм?

Фрейд писал в своих работах, что садизм является неотъемлемой частью сексуального влечения. Он считал садизм и мазохизм взаимодополняющими понятиями. Роли в сексуальной игре могут меняться. Однако если в людях преобладают животные инстинкты, то садизма не избежать.

Садисты не просто получают удовольствие от причинения боли. Они считают это нормальным и естественным, что и стараются донести своей жертве. Садисты стремятся показать другому человеку всю гамму ощущений, снабдив удовольствия болезненным привкусом.

Если наклонность к садизму заложена на стадии импринтирования, то полностью излечить человека от данной патологии получится только с помощью сильного стресса. Для садизма используются методы динамической и тренировочной психотерапии. Однако специалисты не гарантируют полноценное излечение.

Иногда садистам выписывают специальные препараты, которые ослабляют сексуальное желание и ограждают их партнёров от болезненных половых отношений.


Читать далее про:

Транссексуализм – несоответствие биологического и психического пола

 

Садизм //Психологическая газета

Зигмунд Фройд относит возникновение садизма к анальной фазе психосексуального развития, то есть, именно к тому периоду, когда в психическом мире субъекта появляется требование Другого, связанное с соблюдением правил и норм, в частности норм гигиены (откуда и берёт наименование сама фаза). Именно это присутствие Другого, некого законодателя, и даёт нам один из ключей к пониманию садизма, поскольку именно садист в своём фантазме сводит Другого к требованию. В анальной фазе ребёнок встречается с вопросом, как обходиться с тем, что вменяют ему в качестве долга?  Слушаться родителей в каждой мелочи, фильтровать то, что тебе говорят, игнорировать или протестовать против требований взрослых, удовлетворять или отказывать их запросам, тянуть время или исполнять всё вовремя, или, быть может, делать совсем не то, чего от тебя хотят, обманывать ожидания, мухлевать с правилами, выдавая это за чистую монету? То есть, именно в анальной фазе субъект впервые встречает требование другого и получает возможность как-то на него отвечать (причём, ответ часто не совпадает с запросом — это понимает и родитель, и ребёнок), он получает возможность поиграть с границами закона, а иной раз, буквально, на своей заднице, проверить его силу. Поэтому вопрос о наказании детей не может решаться так уж либерально во всех случаях: иной раз одного слова оказывается слишком мало, чтобы навести порядок.

Фройд показывает нам, что именно в анальной фазе субъект встречает расщепление между требованием и желанием. Только здесь он может задать вопрос — как сам родитель относится к тем правилам, исполнения которых требует от меня? Почему родители не всегда делают то, чего хотят от детей? Чьи интересы они обслуживают, когда требует порядка вопреки здравому смыслу? Не используют ли они нормы и требования только для того, чтобы наслаждаться своей властью над детьми? Наконец, каково моё собственное отношение к букве закона? И как связана совесть с наслаждением и страданием? Иными словами, именно в анальной фазе субъект впервые встречает расщепление другого, несовпадение требования и желания.

Именно эти вопросы о желании Другого, связанные с инстанцией закона, садист и продолжает решать в своей практике. По этой причине нельзя утверждать, что садист, как и перверт, овеществляет другого и не видит в нём самостоятельной личности — его фантазм как раз и разворачивается в координатах требования и желания, а целью его является обнуление реальности другого: «посмотри, твои законы фуфло, твоя вера ничтожна, ты не готов идти до конца в своих убеждениях» — говорит он своей жертве.

Садист ищет вовсе не страдания своей жертвы, а её психического расщепления, как выражается Лакан; иными словами, садист хочет не насиловать жертву, а заставить её переступить через самого себя. Заставить сделать то, что противоречит её картине мира, не укладывается в её мировоззрение, переступить через нравственные принципы, освободиться от бремени догм. Не случайно, кстати, садизм как идеология исторически возник в эпоху либертинажа, освобождения от моральных оков, а отец-основатель был одновременно крупным деятелем Французской революции. Герои де Сада не балуют себя изобретением новых видов пыток и истязаний (в этом смысле они весьма консервативны), но зато крайне изощрены в поиске моральных истязаний: под страхом смерти верующему предлагается совершить святотатство, после чего его всё равно убивают и его душа отправляется в ад, матери предлагают убить ребёнка, ожидания которой также оказываются обманутыми, любовников заставляют совершить адюльтер и т.п. — какой бы путь ты ни выбрал, финал всегда оказывается одним и тем же. Все настоящие садисты внимательно изучают своих жертв, нащупывая слабые места, их болевые точки, с опорой на которые и строится сценарий садистского наслаждения. Таким образом, садист обязан быть опытным психологом, уметь понимать и чувствовать другого. В этом его принципиальное отличие он маньяка, который, находя в своей жертве знакомую черту, совершает один и тот же ритуал, не обращая никакого внимания на личность жертвы. Садист же обязан быть настоящим учёным, чтобы проникнуть в душу своей жертвы, и освободить её от моральных оков и открыть дверь (или колодец, как в «120 днях Содома») чистому наслаждению, в котором растворяется личность жертвы. Цель садиста не в том, чтобы увечить жертву, а в том, чтобы её овеществить, низвести до статуса предмета. Ведь, в конечном счёте, садист наслаждается не телом и не зрелищем мучений, а буквой требования.

Садист получает удовольствие только в том случае, если разрушил идентичность своей жертвы, выбил из под её ног опорные точки субъективности и самопризнания, но если жертва неискренна или имитирует страдания, или выдаёт то, чего от неё ждут, или, чего доброго, сама получает удовольствие от своих мук — садист оказывается обманут и его возвышенный пафос жестокости разрушается как карточный домик. Поэтому для него невозможна встреча с мазохистом, который готов играть любую роль, но, всегда лукавый, он сохраняет иронию и может обсмеять любую трагедию, легко разрушит хрупкий театр садиста. Мазохист всегда будет присваивать удовольствие, что бы с ним ни сделали (даже если с ним ничего не будут делать, он, как в известном анекдоте, всё равно будет наслаждаться). Юродивый, циник, человек, у которого нет последней черты (а мазохист именно так себя и преподносит) — это кошмар для садиста, фигура совершенно невыносимая для него.

Аналогичный пример садизма даёт нам фильм Михаэля Ханеке «Забавные игры» (ставший настолько популярным, что десять лет спустя Голливуд заказал режиссёру сделать ремейк с американскими актёрами), где герои не только не причиняют физических увечий своим жертвам, не считая сломанной ноги отца семейства, который попытался оказать сопротивление. В остальном, два молодых садиста ведут себя подчёркнуто вежливо и обходительно со своими жертвами, они не чинят насилий, не применяют пыток и убивают всех довольно хладнокровно, без особого злорадства и без сладости, просто на спор. Издевательства не доставляют им особой радости, и совершаются они довольно механично и запланировано. Именно эта предсказуемость и вызывает тревогу у зрителя: тонкие психологи, они умеют так войти в доверие к своим жертвам и так влиять на волю, что они даже не смогут позвать на помощь, сбежать или организовать сопротивление, хотя физически они остаются совершенно свободными. С каждой следующей семьёй они поступают точно так же, как с предыдущей, все очень легко попадаются в расставленные им силки и никуда не могут из них деться.

Главные герои планируют свои забавные игры таким образом, что, куда бы жертва ни бежала, она всегда встретится о своим палачом, именно эта просчитанность поведения и безысходность и составляет предмет их наслаждения. Когда матери семейства удаётся вырваться из злосчастного дома, она выходит на дорогу, но, опасаясь преследования, не решается остановить первую попавшуюся машину, она ловит вторую, в которой, как раз едут преступники. И только тогда она понимает, что нужно было ловить первую и она попалась в ловко расставленную психологическую ловушку. Сами убийства не «заводят» молодых людей, им нравится предоставлять жертве свободу и знать, что, пытаясь бежать, она сама, по доброй воле, прямиком придёт к ним в руки.

«Нужно убивать не того, кто пытается бежать, а того, кто остаётся, — говорит один из героев Ханеке, — чтобы тот, кто остаётся, мучился угрызениями совести». В данном случае, именно совесть обнаруживает те точки расщепления субъекта, несовпадения между его желаниями и требованием долга, которые ищет садист. Долга родителей перед ребёнком, жены перед мужем, верующего перед богом, садист стремится поломать субъекта, разрушить его личность с тем, чтобы сделать его святой жертвой, подчинить его чистому наслаждению Другого, поэтому не случайна апелляция к совести как инстанции наслаждения. Именно поэтому садист заставляет Анну встать на колени и молиться богу; он не требует просить пощады, он вообще не заставляет обращаться к себе, ему важно увидеть молитву, обращённую к богу, который оказывается совершенно бессильным. Цель его состоит вовсе не в том, чтобы поиздеваться над бедной женщиной, наблюдая её бесцельные стенания, а в том, чтобы доказать ей бессилие её бога. Жертва должна принять безвыходность ситуации, оставить всякую надежду, смириться со своей участью и полностью отдаться в пользование садиста — только тогда она может спокойно принять смерть. 

Дмитрий Ольшанский — частный психоаналитик (г. Санкт-Петербург), сотрудник Института Клинической медицины и Социальной работы им. М.П. Кончаловского (Санкт-Петербург) и Institut des Hautes Еtudes en Psychanalyse (Paris).

Как распознать домашнее насилие: 6 типов садистов

Критик

На самом деле критик тебя не критикует. Он планомерно разрушает твою самооценку, обесценивая любые твои достижения. Ты получила повышение? Это по ошибке, конечно. Тебя, как ценного специалиста, пытаются переманить в другую компанию? Нужно просить больше денег, потому что там скоро догадаются, что ты ничего не стоишь. Ты занялась спортом и не прогуливаешь тренировки? Ну правильно, качай тело, с лицом-то, увы, ничего уже не поделать. ..

Довольно скоро ты действительно поверишь в то, что ты — глупая, некрасивая и абсолютно никчемная неудачница. И что ты должна благодарить судьбу за то, что этот мужчина остается с тобой, потому что кому же еще ты такая нужна? Только он один и готов с тобой мучиться — исключительно из благородства. А вот то, что он при этом будет над тобой издеваться — так это, знаешь, такая компенсация. За все те страдания, которые он испытывает, проживая свою единственную и неповторимую жизнь рядом с таким жалким ничтожеством. А начинается все весьма невинно. В духе: «Надо бы тебе подкачаться, дорогая, а то попа уже не та, не та….»

Хулиган

По сути — самый обычный гопник, который изо всех сил хочет казаться «настоящим мужиком». А настоящий мужик, по его мнению, это человек, которому ни к чему контролировать приступы агрессии. Наоборот, чем ярче их проявления — тем меньше у окружающих сомнений в его «настоящести». Он стучит кулаком по столу, швыряет табуретки, матерится, кричит и бешено вращает глазами. И, как ты понимаешь, от всего этого совсем недалеко до рукоприкладства. Потому что «это ты меня довела!».

Газлайтер

Это домашний садист 80-го левела, настоящий маньяк и психопат. Газлайтинг — это, пожалуй, самая страшная форма морального насилия, потому что она в буквальном смысле сведет тебя с ума. Газлайтер заставит тебя усомниться в реальности происходящего. Он будет говорить тебе: «Ты с ума сошла?! Не было такого!» Или: «Тебе кажется! Ты опять что-то придумала и сама в это поверила». Он будет отрицать очевидное. Он скажет, что у тебя ложные воспоминания и тебе, наверное, нужен психиатр. И ты начнешь сомневаться в себе: а может, ты правда все придумала или просто неправильно поняла? А потом ты перестанешь различать реальность и вымысел. И потеряешь себя окончательно. 

Как распознать садиста: советы психолога

Психолог и семейный консультант Станислава Зарудная рассказала, как понять, что перед вами садист и защититься от его нападок.

Слово «садист» в широком смысле обозначает человека, получающего удовольствие от страданий своей жертвы, как физических, так и психологических. Регулярное общение с таким человеком опасно, зачастую оно ведет к психотравме, своеобразному смирению жертвы, что затрудняет или делает невозможным освобождение от тирании.

«Самое главное в садистских наклонностях — стремление к абсолютной власти над другим человеком, получение удовольствия в доминирующей позиции от покорности и неспособности своей жертвы противостоять», — говорит Станислава.

Признаки садистической личности универсальны и применимы к людям любого пола.

Отношения по типу «я тебя перевоспитаю»

В таких отношениях доминантная личность подстраивает жертву под себя, навязывает свое видение мира, обесценивает желания и потребности партнера. Здесь нет места похвале, заботе и внимании к положительным моментам жизни, зато очень много критики.

Игра на чувствах

Очень часто садисты ведут себя, на первый взгляд, как настоящие заступники, окружая свою жертву неусыпным вниманием. Но, защищая от негативных эмоций, причиняемых другими людьми, он также отнимает шанс получить положительные эмоции и дома, и в окружении. Понимание садистом, что он может управлять чувствами другого человека, дает еще большую уверенность в своей доминирующей позиции. Он хочет быть абсолютным источником для всех эмоций.

«Зачастую жертвы воспринимают последнее как проявление заботы, однако это не так. Все это можно представить фразой: «он жесток со мной, но никому не дает меня в обиду»», — отмечает Станислава.

Внимание к недостаткам

Третье проявление садистической личности — это привычка указывать на недостатки и подвергать сомнению достоинства других. Такое давление на болевые точки заставляет жертву занимать слабую позицию, рождает необходимость оправдываться, а значит, находиться на несколько ступеней ниже садиста.

Перекладывание ответственности

В жестокости садиста всегда виновата его жертва или обстоятельства. Он никогда не признает свою неправоту, он бесчувственен и неспособен к эмпатии.

«Презрительное отношение к окружающим и мстительность — часть его сущности. Одним из свидетельств выраженной степени психологического садизма является отказ от других сфер жизни, например, общения с другими людьми или карьеры с целью установления тотального контроля и создания вакуума в жизни своей жертвы. Именно она — власть над другими — является источником наслаждения для садиста, и она же компенсирует невозможность получать удовлетворение от других сфер жизни», — считает эксперт.

Ранее 5-tv.ru рассказывал, как по форме носа определить характер мужчины и склонность к изменам.

Мышление психологического садиста — Тёмная триада — LiveJournal

.
Лица с садистскими наклонностями (психологическими и физическими) встречаются на каждом шагу – и, как ни парадоксально, в обществе они могут считаться самыми примерными мужьями и жёнами, родителями и учителями. Они умело скрываются под маской добропорядочных граждан, — но только в окружении близких или зависимых (подчинённых) людей показывают себя «во всей красе». И если последствия реальных побоев неизбежно станут заметны глазам посторонних, то «душевные синяки» порой не в силах распознать даже сама жертва морального насилия.

С этой проблемой каждый день сталкивается невероятное количество людей по всему миру, поэтому мы решили осветить эту тему как можно подробнее. В этой статье мы раскроем основы мышления морального садиста и убедимся, что он скорее заслуживает сочувствия, чем ненависти. Однако в дальнейшем мы постараемся убедить читателя в том, что подобный надлом личности (наследство из неблагополучного детства) всё же весьма опасен для окружающих. Но обо всём по порядку… итак, что же происходит в голове у всеобщих «мучителей»?

Мотивы психологического садиста

Как психологическому, так и физическому садисту наибольшее удовольствие доставляет именно сам процесс унижения и издевательств над другим человеком, ощущения власти над окружающими. После чего садист подобно наркоману, получившему дозу, так же испытывает удовольствие от жизни и расслабление, он доволен собой. Если такой человек не совершит насилия, у него начнется «ломка»: ухудшится настроение, разгуляются нервы, появится раздражительность и тревожность. В более тяжёлых случаях «бедняга» может даже заболеть!

Любые проявления садизма обычно сопровождаются эмоциональным «раскручиванием» ситуации. Жажда нервного возбуждения и фонтана эмоций, столь необходимые садисту, заставляет его делать «истории» из самых обычных ситуаций. Уравновешенный и зрелый человек не нуждается в нервных встрясках такого рода, — однако эмоциональная жизнь человека садистского типа пуста. У него задушены почти все чувства, — кроме гнева и триумфа. Он настолько мёртв, что нуждается в сильнодействующих средствах, чтобы почувствовать себя живым.

Чем сильнее выражен садизм в человеке, тем сильнее у него проявляется периодическая потребность в мазохизме и самоунижении: после реализации насилия он обычно довольно искренне раскаивается, просит на коленях прощения, всячески унижается, или же старается задобрить жертву — подарками, нежностью, вниманием, а порой и бурным примирительным сексом. Только не стоит обманываться: от этих действий садист получает не меньшее удовольствие, чем от непосредственного истязания жертвы. На самом же деле это лишь способ обмануть свою «грушу для битья» и окружающих людей, а так же оправдать себя в собственных глазах.

Кругозор садиста

Человек с садистскими наклонностями абсолютно уверен в своей непогрешимости. Если вы попробуете напоминать ему о его дурных поступках, он будет их в лучшем случае отрицать. Даже если прошло всего пять минут. Попытка объяснить ему ситуацию объективно только спровоцирует новый приступ агрессии и насилия, как минимум психологического. Конечно, краем сознания «тираннозавр рэкс» всё же догадывается о том, что он делает на самом деле, — но не может отказаться от деструктивного стиля поведения, поскольку другой ему либо неизвестен, либо кажется слишком опасным. Вот почему садист никогда не чувствует и не признаёт ни своей вины, ни своей ответственности.

В целом ситуация простая, хотя и грустная. Садист не в силах принять себя «плохим», однако полностью это отрицает. При этом вытесненное «злое я» бедолага проецирует на любое живое существо, оказавшееся поблизости. Так что, в общем-то, садист воюет с самим собой, хотя и не понимает этого. И это ни что иное, как мощная психологическая самозащита: ведь ощущение собственной ничтожности, внушённое старшими садистами ещё в детстве, просто не дало бы человеку выжить. Вот откуда берётся презрение садиста к людям и убеждённость в том, что все они враждебны, готовы в любую минуту унизить его и всё отнять.

Единственное, что, по мнению садиста, может его защитить — это собственная сила, хитрость, решительность, наглость и абсолютный контроль над окружающими. Вот почему садист лишен всякого сочувствия и проявляет чудеса махрового эгоизма. Его цель – предвосхитить возможную агрессию. И если кто-то отказывается выполнять его приказы, то садист не пожалеет никаких усилий для «подавления мятежа»! Ведь за яростью, вызванной неподчинением других людей, стоит мощнейший страх садиста: отпустить «на волю» такого человека — всё равно что признать себя побежденным. Тогда придётся признать, что им самим тоже можно манипулировать, его можно унижать и втаптывать в грязь. Смутно осознавая опасность полного коллапса своего искусственного и хрупкого психического равновесия, садист способен на самые отчаянные действия ради сохранения контроля…

Выбор жертвы

Психологический садист в определённых ситуациях легко переходит от психологического садизма к физическому. Он бы постоянно проявлял бы физическое насилие по отношению ко всем окружающим, но его сдерживает страх «получить сдачу», — поэтому он выбирает жертву среди тех, кто послабее, и старается сохранить её рядом максимально долго. Садист подсознательно чувствует, кто не может дать ему отпор, кто сам по себе зависимый от окружающих человек, кто по натуре раним и обидчив. В идеале ему нужен партнёр, не имеющий своих желаний, чувств, целей и какой-либо инициативы (соответственно, у него не может быть претензий по отношению к своему «хозяину»). И поскольку настоящие мазохисты под рукой не всегда оказываются, садист нередко «воспитывает» для себя подходящую жертву из мужа, жены, детей. Иногда садисты могут вести себя и наподобие «избалованного ребенка»: тиранить близких капризами и требовать беспрекословного выполнения желаний, иначе всем достанется на орехи…

Следуя описанному выше принципу переноса своего «плохого я» на окружающих, жертвой садист всегда выставляет самого себя – а ответственность за свои поступки передаёт партнеру: это он «доводит» и «вынуждает» действовать жёстко (особенно если пытается защищаться). Садист практически искренне верит в эти объяснения, и у него появляется еще один повод наказывать жертву — за то, что из-за провоцирующего поведения партнера садист не может выглядеть уравновешенным, добрым, достойным восхищения.

Итак, реальную жертву с неподражаемым пафосом обвиняют в происходящем. Для этого все средства хороши: садист устраивает истерики, скользкие провокации, играет на чувстве вины жертвы, а так же жалуется окружающим на свою неблагодарную жену (мужа, детей), заручаясь поддержкой «публики». И тем самым догоняет трёх зайцев сразу! Во-первых, получает лишнее подтверждение своей сомнительной правоты. Во-вторых, раздувать из мухи слона гораздо интереснее перед зрителями. И, наконец, окружение помогает садисту оказывать давление на жертву, подталкивая её обратно в капкан. А о том, что ждёт её за кулисами этого спектакля, поговорим в следующий раз.

Источник

можно ли понять и простить садиста

НУР-СУЛТАН, 14 июн — Sputnik, Айгюзель Кадир. Животные в Казахстане практически не защищены от жестокого обращения. Живодеры сжигают и пытают их, перерезают горло и отделываются штрафом или арестом до 50 суток.

Недавно мужчина душил собаку дверцей от холодильника в поселке Атырауской области. Пес чудом выжил, его назвали Лаки – «Счастливчик». Пострадавшего четвероногого хотят забрать в США. Такой хэппи-энд – редкость.

Зоозащитники давно требуют принять национальный закон об ответственном обращении с животными. Базовый документ должен помочь пересмотреть 316-ю статью Уголовного кодекса.

Зачем нужен новый закон, можно ли перевоспитать садистов и как не вырастить из ребенка живодера – разбирался Sputnik Казахстан.

Животных нельзя морить голодом и заставлять страдать

Депутат Снежанна Имашева – в числе мажилисменов, которые инициировали законопроект «Об ответственном обращении с животными».

Она не раз была свидетелем того, как люди обижают кошек и собак.

«Я сталкивалась с этим. Чаще всего это были дети. Когда видела это, то пресекала, детям старалась объяснить – насколько это плохо и возмутительно издеваться над животными, пыталась вызвать в них жалость и сострадание», — поделилась Имашева в интервью Sputnik Казахстан.

© Photo : из личного архива Снежанны Имашевой

Депутат мажилиса Снежанна Имашева

В проекте нового закона предлагается перечислить такие примеры жестокости, как выброс животного, оставление без воды и еды, непредоставление ветеринарной помощи во время болезни.

«Не допускаются истязание, нанесение побоев, увечий, травм, жестокое умерщвление, натравливание на человека или на других животных и другие действия, которые противоречат принципам нравственности и гуманности», — сказала депутат.

Прописан запрет на любую форму пропаганды жестокого обращения с животными, добавила она.

Законопроект подготовлен с участием представителей палаты юридических консультантов KazBar, Ассоциации по защите животных Inucobo, общественного фонда защиты животных «KARE-Забота», инициативной группы «Проект – добрый город».

В Казахстане хотят ужесточить наказание за жестокое обращение с животными

Статья за жестокое обращение с животными неэффективна

В Казахстане уголовное законодательство несколько лет подвергалось реформированию. Уклон делали в сторону гуманизации наказаний, отметила депутат мажилиса Снежанна Имашева.

«Задолго до реформ ученые, общественники, эксперты, госорганы очень часто поднимали вопрос об излишней репрессивности уголовного законодательства, когда за любое, даже мелкое и не совсем опасное преступление часто применялось лишение свободы», — пояснила она.

Живодеры заживо сожгли щенка в Алматинской области

Несовершеннолетних за жестокое обращение с животными надо не наказывать, а воспитывать, добавила депутат.

«Нужно постараться посеять в них разумное, доброе, гуманное и милосердное отношение к беззащитным существам»,- считает она.

Как не воспитать из ребенка живодера

Дети, которые мучают животных, как правило, были свидетелями жестокого обращения. Об этом Sputnik Казахстан рассказала психолог Валентина Шамсутдинова.

«Связь между насильственным поведением внутри семьи и жестокостью ребенка настолько явная, что во многих странах проводятся совместное обучение сотрудников обществ защиты животных и сотрудников органов, борющихся с насилием в семье», — поделилась она.

Есть несколько типов жестоких детей, продолжила она. Ребенок в возрасте от 1 до 6 лет – «экспериментатор», который не понимает, что животное чувствует боль и может страдать. В таких случаях детям надо объяснять: питомца нельзя обижать и бить.

«Взывающий о помощи: от 6 до 12 лет. Он понимает, что бить животных нельзя. Его жестокое обращение с ними — это не результат пробелов в знаниях. Скорее, это симптом более глубокой психологической проблемы», — пояснила Шамсутдинова.

В коррекции такого поведения нельзя полагаться только на родителей, нужна профессиональная помощь.

«Отклонения в поведении — 12+. Подростки, которые обижают животных, почти всегда вовлечены в другие асоциальные действия — наркотики, криминальные группировки. Иногда жестокое обращение идет рука об руку с принадлежностью к девиантной группе сверстников (жестокость совершается как часть ритуала «посвящения» в группу или как результат давления со стороны сверстников). Подросток может быть жестоким от скуки или чтобы обрести ощущение власти и контроля», — продолжила психолог.

Обезглавивший кошек алматинский живодер покончил с собой

В этих случаях надо сразу обратиться за профессиональной помощью к психологу или психиатру. Ребенку также нужна поддержка друзей, членов семьи и учителей.

Ребенок может копировать поведение родителя, если взрослый, например, позволяет себе шлепнуть или ударить котенка. Поэтому воспитывать любовь к животным надо своим примером, отметила психолог.

«Объясняйте, что с любым — большим или маленьким, милым на вид или неприглядным — нужно обращаться бережно. Если вы завели в доме питомца, научите ребенка притрагиваться к нему нежно, не хватать, не щипать, не тянуть. Никогда не бросайте в животного предметы, не кричите ему в морду, не пытайтесь напугать его, даже играючи. Покажите ребенку язык тела животного, научите распознавать сигналы его дискомфорта», — уточнила она.

Почему взрослые мучают беззащитных животных

Нередко взрослые мучают животных из-за банальной мести или желания эпатировать окружающих, пояснила психолог Шамсутдинова со ссылкой на ученых Университета Ноттингем Трент.

«В дополнение есть более сложные причины. Например, люди, которые делают это в качестве религиозной ритуальной жертвы, в качестве «художественной» жертвы, поскольку они имеют психологические расстройства (такие как антисоциальные и психопатические), и/или потому, что они имеют сексуальные расстройства», — сказала Шамсутдинова.

Исследования в области психологии и криминологии показывают: люди, которые совершают акт жестокости по отношению к животному, не останавливаются на этом, продолжила она.

«Они более склонны совершить преступление по сравнению с теми, у кого нет такого опыта. Следовательно, очень важно остановить жестокое обращение с животными, чтобы уровень преступности в дальнейшем не увеличивался», — объяснила психолог.

В Актау нашли собаку с перерезанным горлом

Ежегодно в Казахстане убивают сотни тысяч кошек и собак

Ежегодно отлавливается и умерщвляется около 350 тысяч кошек и собак, сказала депутат мажилиса Имашева.

«Из бюджета государства на эти цели тратится около миллиарда тенге в год. В городах Алматы, Нур-Султан, Уральск приняли более гуманные правила. Животные отлавливаются, стерилизуются, вакцинируются и отпускаются обратно», — рассказала она.

Жительница Петропавловска выбросила собаку с четвертого этажа

Каждый казахстанец может помочь животным

Ассоциация Inucobo в конце 2019 года запустила подписную кампанию в поддержку принятия закона о защите животных.

Инициативу депутатов и общественников готово поддержать министерство экологии, геологии и природных ресурсов.

МВД, возможно, выйдет с предложением ужесточить 316-ю статью Уголовного кодекса, сказал министр внутренних дел Ерлан Тургумбаев.

А пока волонтеры по всей стране помогают встать на лапы покалеченным жертвам жестокости человека.

Так, выживший пес из Атырауской области постепенно приходит в себя.

«Он чувствует себя хорошо, бегает за другими собаками. Сейчас находится у нашего волонтера», — поделилась со Sputnik Казахстан лидер Атырауской благотворительной организации «Доброе сердце» Венера Манасова.

Пока Лаки из-за карантина не может вылететь к новой хозяйке в Америку. «Счастливчик» выздоравливает и учится вновь доверять людям.

Что движет агрессией садистов? | Психология сегодня

Садизм — склонность причинять вред другим ради удовольствия от действия — когда-то считалось исключительно прерогативой серийных убийц и ненормальных маньяков. Тем не менее, современные исследования показывают, что садистские наклонности существуют у обычных людей и проявляются в широком спектре. Серия исследований из моей лаборатории, опубликованных в журнале Aggressive Behavior , повторила открытие, что садистские наклонности существуют у многих молодых людей.Что делает распространение садизма особенно проблематичным, так это кое-что еще, что мы обнаружили: садисты в высшей степени мстительны и агрессивны.

Но почему? Что заставляет обычных садистов совершать такие враждебные действия? В новой серии из восьми исследований из моей лаборатории, которые были недавно опубликованы в журнале Personality and Social Psychology Bulletin , мы стремились выяснить это.

В ходе этих исследований мы набрали более 2200 студентов и взрослых людей разных возрастов, чтобы подтвердить связь между садистскими наклонностями и агрессивным поведением.Некоторые участники заходили в лабораторию и могли взрывать людей резкими звуками или выдавать острый острый соус людям, которые ненавидели такие пикантные блюда. Другие завершили онлайн-исследование, в котором они могли втыкать булавки в виртуальную куклу вуду, изображающую кого-то, кого они ненавидят, или они могли выбрать количество ужасных изображений, которые человек должен был посмотреть. В некоторых случаях мы просто спрашивали их, в скольких физических драках они когда-либо участвовали. В большинстве этих проявлений садистские черты были связаны с более агрессивным поведением.

Мы также спросили участников, что они чувствовали, когда проявляли агрессию. Как и следовало ожидать, садисты сообщили, что чувствовали удовольствие во время агрессивного акта. Это садистское удовольствие, по-видимому, является ключевым механизмом, лежащим в основе агрессии садистов, и предполагает, что радость от причинения вреда другим может мотивировать и усиливать садистские наклонности.

В двух из этих исследований мы исследовали источник садистского удовольствия, ожидая найти его в страданиях других.В одном исследовании мы спросили участников, которые ударили куклу вуду предпочтительным количеством булавок, насколько, по их мнению, это на самом деле повредило их цель. Большинство участников указали, что это причиняло некоторую реальную боль. Кроме того, садисты испытывали удовольствие от агрессии только в том случае, если считали, что булавки причиняют реальный вред. Во втором исследовании участники взорвали противника с помощью различных уровней резкого шума. В мучительном состоянии жертвы участников отмечали: «Эти шумовые взрывы были невыносимы! Они были настолько громкими, что у меня началась мигрень!» Однако в условиях отсутствия страданий жертвы просто заявили, что: «Эти шумовые взрывы были ничем! В основном они просто раздражали.«В состоянии отсутствия страдания люди с более высоким уровнем садизма сообщили на меньше, чем на агрессивного удовольствия, чем другие. Эти данные свидетельствуют о том, что такое удовольствие обусловлено восприятием того, что жертвы садиста действительно страдают.

Наша команда также исследовала чувства, которые садисты испытывали после агрессивного акта, ожидая найти «садистское послесвечение». Это было не то, что мы обнаружили. Садисты на самом деле сообщили о более отрицательных эмоциях, таких как гнев и печаль, после агрессивного акта.Эти данные свидетельствуют о том, что садистское удовольствие не только недолговечно (мы говорим, что это делается за несколько минут), но и что оно имеет неприятные последствия — усиливая отталкивающие чувства вместо положительных.

Наши результаты не были побочным эффектом других черт, таких как импульсивность, психопатия, нарциссизм, макиавеллизм, гнев, враждебность, плохой самоконтроль или общая агрессивность. Кроме того, мы использовали несколько критериев садизма, поэтому наши выводы не связаны с особенностями конкретного опросника.

Мы наблюдали эти результаты у мужчин и женщин, которые сами себя идентифицировали. Садистов часто называют мужчинами, но наши результаты рассказывают более сложную историю, в которой садистские тенденции существуют во всем гендерном спектре.

Садисты ходят среди нас, и они склонны причинять вред другим. Такая садистская агрессия, по-видимому, вызвана удовольствием от акта, зависит от того, страдает ли их жертва, и в конечном итоге приводит к обратным результатам, в результате чего садисты чувствуют себя хуже, чем когда они начали.Эти данные предлагают конкретные пути для тестирования вмешательств и методов лечения, которые лишают садистов удовольствия от агрессии. Например, врачи могут стремиться уменьшить веру садистов в то, что их жертвы действительно страдают из-за их действий, поскольку это может подорвать удовольствие от агрессивного действия. Уменьшая садистское удовольствие, мы также можем уменьшить боль, которую они причиняют другим.

почему люди вредят безобидным?

Почему некоторые люди жестоки по отношению к людям, которые даже не представляют для них угрозы — иногда даже к своим собственным детям? Откуда такое поведение и какой цели оно служит? Рут, 45, Лондон.

Люди — это слава и отбросы вселенной, заключил французский философ Блез Паскаль в 1658 году. Немногое изменилось. Мы любим и ненавидим; мы помогаем и вредим; протягиваем руку и втыкаем нож.

Мы понимаем, если кто-то набросится на возмездие или в целях самозащиты. Но когда кто-то причиняет вред безобидному, мы спрашиваем: «Как ты мог?»

Обычно люди делают что-то, чтобы получить удовольствие или избежать боли. Для большинства из нас причинение вреда другим заставляет нас чувствовать их боль.И нам не нравится это чувство. Это предполагает две причины, по которым люди могут причинять вред безобидным: либо они не чувствуют боли других, либо им нравится ощущать боль других.

Другая причина, по которой люди вредят безобидным, заключается в том, что они, тем не менее, видят угрозу. Тот, кто не подвергает опасности ваше тело или кошелек, все равно может угрожать вашему социальному статусу. Это помогает объяснить действия, которые в остальном озадачивают, например, когда люди причиняют вред другим, помогая им финансово.

Эта статья является частью журнала Life’s Big Questions
Новая серия The Conversation, опубликованная совместно с BBC Future, призвана ответить на насущные вопросы наших читателей о жизни, любви, смерти и Вселенной. Мы работаем с профессиональными исследователями, которые посвятили свою жизнь открытию новых взглядов на вопросы, которые формируют нашу жизнь.

Либеральные общества считают, что причинение страданий другим означает, что мы причинили им вред. Однако некоторые философы отвергают эту идею. Можем ли мы быть добрыми в 21 веке, чтобы быть жестокими?

Садисты и психопаты

Садист — тот, кому доставляет удовольствие причинять боль или унижать других. Садисты больше, чем обычно, чувствуют чужую боль.И им это нравится. По крайней мере, до тех пор, пока все не закончится, когда им может стать плохо.

Народное воображение связывает садизм с мучителями и убийцами. Но есть и менее экстремальное, но более распространенное явление повседневного садизма.

Ежедневные садисты получают удовольствие, причиняя боль другим или наблюдая за их страданиями. Они, вероятно, будут наслаждаться кровавыми фильмами, находить захватывающие драки и пытки. Они редки, но недостаточно редки. Около 6% студентов признают, что получают удовольствие от причинения вреда другим.

Онлайн-тролли могут быть обычными садистами. Сандер ван дер Верф / Shutterstock

Обычный садист может быть интернет-троллем или школьным хулиганом. В ролевых онлайн-играх они, скорее всего, будут «огорчателями», которые портят игру другим. Ежедневных садистов привлекают жестокие компьютерные игры. И чем больше они играют, тем более садистскими становятся.


Прочитайте больше: Использование Дональдом Трампом унижения могло иметь катастрофические последствия — психолог объясняет, почему


В отличие от садистов, психопаты не причиняют вреда безобидному просто потому, что получают от этого удовольствие (хотя и могут).Психопаты хотят чего-то. Если причинение вреда другим помогает им получить то, чего они хотят, пусть будет так.

Они могут действовать таким образом, потому что у них меньше шансов почувствовать жалость, угрызения совести или страх. Они также могут понять, что чувствуют другие, но сами не заразиться такими чувствами.

Это очень опасный набор навыков. За тысячелетия человечество приручило себя. Это мешает многим из нас причинять вред другим. Многих, кто причиняет вред, пытает или убивает, будет преследовать этот опыт.Тем не менее, психопатия является мощным предиктором неспровоцированного насилия.

Нам нужно знать, встретимся ли мы с психопатом. Мы можем сделать хорошее предположение, просто взглянув на чье-то лицо или кратко пообщавшись с ним. К сожалению, психопаты знают, что мы это знаем. Они сопротивляются, усердно работая над своей одеждой и ухаживая, чтобы попытаться произвести хорошее первое впечатление.

Не все психопаты преступники. Миллиард фотографий / shutterstock

К счастью, у большинства людей нет психопатических черт.Лишь 0,5% людей можно было считать психопатами. Тем не менее, около 8% мужчин и 2% женщин-заключенных являются психопатами.

Но не все психопаты опасны. Антисоциальные психопаты могут искать острых ощущений от наркотиков или опасных занятий. Однако просоциальные психопаты ищут острых ощущений в бесстрашном поиске новых идей. Поскольку инновации формируют наше общество, просоциальные психопаты могут изменить мир для всех нас. Тем не менее, это все еще может быть как во благо, так и во вред.

Откуда берутся эти черты?

Никто на самом деле не знает, почему некоторые люди садисты.Некоторые предполагают, что садизм — это приспособление, которое помогло нам убивать животных на охоте. Другие предполагают, что это помогло людям обрести власть.

Итальянский философ Никколо Макиавелли однажды предположил, что «время, а не люди, создают беспорядок». В соответствии с этим нейробиология предполагает, что садизм может быть тактикой выживания, которую запускают тяжелые времена. Когда некоторых продуктов становится мало, уровень нейромедиатора серотонина падает. Это падение делает нас более склонными причинять вред другим, потому что причинение вреда становится более приятным.

Психопатия также может быть адаптацией. Некоторые исследования связывают более высокий уровень психопатии с большей фертильностью. Третьи пришли к противоположному выводу. Причина этого может заключаться в том, что психопаты обладают репродуктивным преимуществом именно в суровых условиях.

Действительно, психопатия может процветать в нестабильных, конкурентных мирах. Способности психопатов делают их мастерами манипуляций. Их импульсивность и отсутствие страха помогают им рисковать и получать краткосрочные выгоды. В фильме «Уолл-стрит» психопат Гордон Гекко зарабатывает миллионы.И все же, хотя психопатия может быть преимуществом в корпоративном мире, она дает мужчинам лишь небольшое преимущество в лидерстве.

Связь психопатии с творчеством также может объяснить ее выживание. Математик Эрик Вайнштейн в более общем плане утверждает, что неприятные люди руководят инновациями. Тем не менее, если ваше окружение поддерживает творческое мышление, неприятности менее сильно связаны с творчеством. Хорошее может быть новым.

Садизм и психопатия связаны с другими чертами характера, такими как нарциссизм и макиавеллизм.Такие черты, вместе взятые, называются «темным фактором личности» или для краткости D-фактором.

Эти признаки имеют наследственный компонент от умеренного до большого. Так что некоторые люди могут просто родиться такими. С другой стороны, родители с высоким D-фактором могут передать эти черты своим детям, жестоко обращаясь с ними. Точно так же наблюдение за поведением других людей с высоким D-фактором может научить нас действовать таким же образом. Все мы должны сыграть свою роль в уменьшении жестокости.

Страх и дегуманизация

Садизм предполагает наслаждение унижением и болью другого человека.Тем не менее, часто говорят, что дегуманизация людей — вот что позволяет нам быть жестокими. Потенциальные жертвы обозначаются как собаки, вши или тараканы, что, как утверждается, облегчает другим причинение им вреда.

В этом что-то есть. Исследования показывают, что если кто-то нарушает социальные нормы, наш мозг воспринимает его лица как менее человечные. Это облегчает нам наказание людей, нарушающих нормы поведения.

Приятно думать, что если мы видим кого-то как человека, мы не причиним ему вреда.Это тоже опасное заблуждение. Психолог Пол Блум утверждает, что наши худшие жестокости могут быть связаны с , а не с дегуманизирующими людьми. Люди могут причинять боль другим именно потому, что признают в них людей, которые не хотят страдать от боли, унижения или деградации.

Например, нацистская партия дегуманизировала евреев, называя их паразитами и вшами. Однако нацисты унижали, пытали и убивали евреев именно потому, что считали их людьми, которые будут унижены и пострадают от такого обращения.

Добрые отступления

Иногда люди причиняют вред даже тем, кто помогает. Представьте, что вы играете в экономическую игру, в которой у вас и других игроков есть возможность инвестировать в групповой фонд. Чем больше денег вложено в него, тем больше он выплачивается. И фонд будет выплачивать деньги всем игрокам, независимо от того, вложили они деньги или нет.

В конце игры вы можете заплатить, чтобы наказать других игроков за то, сколько они решили вложить. Для этого вы отказываетесь от части своего заработка, а деньги отбираются у выбранного вами игрока.Короче, злобой можно быть.

Некоторые игроки решили наказать других, которые мало или ничего не вложили в групповой фонд. Тем не менее, некоторые будут платить за наказание игроков, которые вложили в групповой фонд на больше , чем они. Такие действия кажутся бессмысленными. Щедрые игроки дают вам больше денег — зачем вам их отговаривать?

Это явление называется «отступление от добрых дел». Его можно найти по всему миру. В обществах охотников-собирателей успешных охотников критикуют за то, что они ловили большое животное, хотя их улов означает, что каждый получает больше мяса.Хиллари Клинтон, возможно, пострадала от добрых побуждений в результате ее основанной на правах кампании президентских выборов в США в 2016 году.

Некоторым людям трудно быть благодарными. физкес / Shutterstock

Отступление «Доброго человека» существует из-за наших противоположных тенденций. Менее щедрый игрок в экономической игре, описанной выше, может почувствовать, что более щедрый игрок будет рассматриваться другими как предпочтительный соучастник. Более щедрый человек угрожает доминировать. Как сказал французский писатель Вольтер, лучшее — враг хорошего.

Тем не менее, у добросовестных отступлений есть скрытый положительный момент. После того, как мы устранили благодетелей, мы более открыты для их послания. Одно исследование показало, что позволение людям выражать неприязнь к вегетарианцам привело к тому, что они стали менее склонны есть мясо. Стрельба, распятие или неспособность избрать посланника могут способствовать принятию их послания.

Будущее жестокости

В фильме «Хлыст» учитель музыки использует жестокость, чтобы поощрять величие одного из своих учеников.Мы можем отказаться от такой тактики. Однако немецкий философ Фридрих Ницше считал, что мы стали слишком противны такой жестокости.

По Ницше, жестокость позволяла учителю выжигать критику против другого для его же блага. Люди также могут быть жестокими по отношению к себе, чтобы помочь стать тем, кем они хотят быть. Ницше чувствовал, что страдания от жестокости могут помочь развить храбрость, выносливость и творческие способности. Должны ли мы быть более склонными к тому, чтобы страдать и других, и себя, чтобы развить добродетель?

Возможно, нет.Теперь мы знаем о потенциально ужасных долгосрочных последствиях жестокого обращения со стороны других, включая нанесение ущерба как физическому, так и психическому здоровью. Все чаще признаются преимущества сострадания к себе, а не жестокого обращения с собой.

И идея о том, что должны страдать , чтобы расти, сомнительна. Положительные жизненные события, такие как влюбленность, рождение детей и достижение заветных целей, могут привести к росту.

Обучение через жестокость предполагает злоупотребление властью и эгоистичный садизм.И все же буддизм предлагает альтернативу — гневное сострадание. Здесь мы действуем из любви, чтобы противостоять другим, чтобы защитить их от жадности, ненависти и страха. Жизнь может быть жестокой, правда может быть жестокой, но мы можем выбрать не так.


Чтобы получить важные ответы на все вопросы жизни, присоединитесь к сотням тысяч людей, которые ценят научно обоснованные новости, подписавшись на нашу информационную рассылку . Вы можете отправить нам свои важные вопросы по электронной почте [email protected], и мы постараемся найти исследователя или эксперта по этому делу.

Больше важных вопросов в жизни:

Что значит быть садистом?

Садисты — это материал документальных фильмов о серийных убийцах Netflix. Люди часто представляют их развращенными монстрами, существующими на задворках общества. Но правда в том, что среди нас ходят садисты.

Садизм — это склонность испытывать удовольствие, причиняя боль другим. Хотя у самых отвратительных серийных убийц наблюдаются садистские наклонности, склонность наслаждаться чужими страданиями в той или иной степени присутствует у многих людей.Мы знаем это, потому что личностные анкеты, измеряющие садизм, показывают, что «обычные» люди часто сообщают о некоторой степени садистских импульсов. Эти меры садизма просят людей оценить, насколько точно их описывают такие утверждения, как «Я причинил людям боль ради собственного удовольствия» и «Мне нравится шутить в ущерб другим».

Однако неизвестно, является ли такое садистское удовольствие мимолетным или продолжительным, и могут ли негативные чувства также сыграть роль, когда люди ведут себя садистски.Возможно, садисты испытывают удовольствие от агрессии лишь на короткое время, а в долгосрочной перспективе эти чувства сменяются отвращающими эмоциями. Чтобы ответить на эти вопросы, я и мои сотрудники решили дать участникам с разным уровнем садистских наклонностей возможность причинить вред другим людям, а затем посмотреть, как они на самом деле себя чувствовали до, во время и после акта.

Мы провели восемь исследований с участием более 2000 участников, в которых участники могли причинить кому-либо вред, используя лабораторные задания на агрессию.Например, в нескольких исследованиях участники могли выбрать, насколько громко и как долго воспроизводить чрезвычайно резкий шум в наушниках другого человека. В другом исследовании они могли выбрать, сколько острого соуса нужно съесть тем, кто ненавидит острую пищу.

В ходе наших исследований, чем больше участников указали, что у них есть садистские наклонности в опросниках личности, тем более агрессивными они были по отношению к другим людям. Эта связь между садизмом и агрессией сохранялась даже после принятия во внимание других антиобщественных черт, таких как психопатия, нарциссизм и импульсивность.Интересно, что участники-садисты часто были столь же агрессивны по отношению к невинным жертвам, как и к людям, которые их оскорбляли или отвергали. Так что садисты не набрасываются только на тех, кто их обидел. Напротив, садистская агрессия носит неизбирательный характер.

Поддерживая идею о том, что садистам действительно нравится причинять боль другим людям, участники-садисты сообщили, что они чувствовали большее удовольствие во время этих агрессивных действий, чем участники-несадисты.

Однако садистское удовольствие, полученное во время агрессивности, не было безусловным.В одном исследовании мы сказали половине наших участников, что их агрессия на самом деле причинила вред их жертве (шумовые взрывы, которые они использовали, вызвали у другого человека болезненную мигрень), или не смогли на самом деле повредить свою жертву (шумовые взрывы были лишь немного раздражающими). . График ниже показывает, что садисты выражали больше удовольствия во время агрессивного акта, только если они думали, что их жертва действительно пострадала. Фактически, если садистам сказали, что их агрессия не имела вредного воздействия, они испытали меньше удовольствия, чем участники, не являющиеся садистами.

Мы также спросили наших участников, как они себя чувствовали вскоре после агрессивного действия. Участники-садисты не сообщали о каких-либо последствиях своего обидного поведения. Вместо этого они выше оценивали себя из-за негативных чувств, таких как печаль и гнев. Другими словами, садистские действия, возможно, заставили садистов чувствовать себя хорошо в данный момент, но вскоре после этого они почувствовали себя плохо.

Взглянув на эти результаты с высоты птичьего полета, мы видим, что люди, которые говорят, что они садисты в анкетах, на самом деле таковы.Они агрессивны и получают удовольствие от своих агрессивных действий до тех пор, пока их жертвы чувствуют укус. У этого открытия есть несколько потенциальных применений, поскольку он показывает, что источником садистского удовольствия является боль жертвы. Итак, один из способов вывести садистов из себя — показать им, что их жертвы на самом деле не страдают от их действий. Тем не менее, этот противоречащий интуиции подход требует дальнейшего тестирования, прежде чем он будет использован как что-либо близкое к клиническому лечению садизма.

Но мы также видим, что садистское удовольствие — это вспышка на сковороде, которая быстро исчезает.На смену ему приходит горький привкус гнева и печали. Таким образом, садистская агрессия очень похожа на употребление алкоголя, переедание или рискованный секс — в данный момент это приятно, но кайф утихает и оставляет после себя похмелье, от которого люди отчаянно пытаются избавиться. Подобно тому, как люди, страдающие алкогольной зависимостью, могут лечить похмелье еще одной порцией напитков, садисты могут реагировать на депрессивное состояние после агрессии поиском другой жертвы.


Для дальнейшего чтения

Честер, Д.С., ДеУолл, К. Н., и Энджаян, Б. (2019). Садизм и агрессивное поведение: причинение боли для получения удовольствия. Бюллетень личности и социальной психологии, 45 , 1252-1268.

Бакелс, Э. Э., Джонс, Д. Н., и Полхус, Д. Л. (2013). Поведенческое подтверждение повседневного садизма. Психологические науки , 24 , 2201-2209.

Честер, Д. С. (2017). Роль положительного аффекта в агрессии. Текущие направления в психологической науке, 26 , 366-370.

Дэвид С. Честер — доцент кафедры психологии в Университете Содружества Вирджинии. Он изучает психологические и нейробиологические силы, которые вызывают и сдерживают человеческую агрессию.

Агрессивное поведение причиняет садисту эмоциональную боль — ScienceDaily

Люди с садистскими чертами характера, как правило, агрессивны, но наслаждаются своими агрессивными действиями только в том случае, если они причиняют вред их жертвам. Согласно серии исследований с участием более 2000 человек, эти действия в конечном итоге заставляют садистов чувствовать себя хуже, чем они чувствовали себя до своего агрессивного действия.

Исследование опубликовано в бюллетене Personality and Social Psychology Bulletin , опубликованном Обществом личности и социальной психологии.

«Садистские наклонности существуют не только у серийных убийц, но и у обычных людей, и они тесно связаны с более агрессивным поведением», — говорит Дэвид Честер (Университет Содружества Вирджинии), ведущий автор исследования.

В реальном мире садистами могут быть те, кто издевается над другими, чтобы почувствовать себя лучше, или группа спортивных фанатов, ищущих соперничающих фанатов, чтобы бороться за «волнение».

В лабораторных условиях ученые измеряли агрессивные и садистские наклонности людей, измеряя вероятность того, что участники будут мстить или причинить вред невиновному человеку.

В некоторых случаях виртуальное событие могло заключаться в том, чтобы кто-то съел острый соус в качестве наказания или взорвал противника громкими звуками и прочитал о его страданиях.

В каждом сценарии исследователи обнаружили, что люди с историей агрессии и садистского поведения, измеренные с помощью личностных тестов и анкет, проявляли больше удовольствия от причинения вреда другим, как и ожидалось, но они также видели, что их общее настроение ухудшалось после мероприятие.

Авторы были удивлены, увидев негативное влияние на настроение.

Это может быть связано с тем, как агрессия влияет на мозг, заставляя людей воспринимать что-то как приятное, хотя на самом деле она создает противоположный эффект, — предполагает Честер.

Лучшее понимание динамических эмоций, вызывающих садистскую агрессию, также может помочь людям в создании интервенций.

Как агрессия и садистское поведение связаны с циклом насилия

Если они разорвут связь между удовольствием и причинением боли, изменив то, как садист воспринимает причиняемый ими вред, или помогая садисту понять, как это причинит им вред, Честер подозревает, что мы можем «замкнуть» цикл агрессии. .

Сложные отношения между положительными чувствами до или во время агрессии у садистов, в сочетании с отрицательным настроением после садистского поведения, предполагают, что существует несколько способов понять насилие и, будем надеяться, бороться с ним.

«Агрессия часто рассматривается как продукт негативных чувств, таких как гнев, разочарование и боль — но это еще не все», — говорит Честер. Их исследования связи между агрессией и садизмом показывают, что положительные чувства также являются важной причиной человеческого насилия.

«В дальнейшем психологи не должны пренебрегать этой стороной агрессивной медали», — говорит Честер.

Коллеги К. Натан ДеУолл и Брайан Энджаян (оба из Университета Кентукки) внесли свой вклад в исследование.

Грустят ли садисты после причинения боли? Британский выпускник психологии показывает интригующие результаты

Есть что-то невероятно интригующее в правдивых детективных историях. Вы, наверное, стали жертвой разгула при просмотре различных документальных сериалов, в которых есть увлекательные рассказы о трагедиях.Ваша последняя навязчивая идея может заставить вас задуматься — зачем кому-то мучить людей, особенно тех, которых они даже не знают?

По определению, садист — это «человек, который получает удовольствие от причинения боли или унижения другим». Инстинктивно, когда думаешь о садистах, они думают о серийных убийцах. Однако все мы знаем садистов. По словам Дэвида Честера, они в разной степени повсюду. На самом деле садистов обычно считают хулиганами.

«Садистские наклонности — это побуждения, которые люди должны испытывать от причинения вреда другим», — сказал он.«Эти импульсы существуют у многих людей, не только у жестоких преступников».

Новое исследование, проведенное Честером, получившим степень доктора экспериментальной психологии в Колледже искусств и наук Университета Кентукки, глубже исследует садистские тенденции и агрессивное поведение. Если точнее, эмоции, сопровождающие агрессию.

«Мы исследовали чувства, которые садисты связывают с агрессивными действиями», — пояснил Честер. «Мы также проверили, зависит ли удовольствие, которое садисты испытывают во время и после агрессии, от страданий их жертвы.«

В лабораторных условиях исследователи измерили вероятность 2 000 человек отомстить или причинить вред невиновному человеку. В некоторых случаях виртуальные сценарии включали в себя то, что кто-то ел острый соус в качестве наказания или громким звуком.

Как и ожидалось, те, кто в прошлом проявлял агрессию, с большим удовольствием причиняли вред другим. Однако, к шокирующему результату, их общее настроение впоследствии ухудшилось. Вопреки распространенному мнению, агрессивное поведение в конечном итоге вызвало эмоциональную боль, в результате чего им стало хуже, чем раньше.

«Мы ожидали, что садисты будут испытывать больше удовольствия и меньше боли после агрессии, но мы обнаружили обратное. Садисты на самом деле сообщали о более сильных отрицательных эмоциях после агрессивного акта, предполагая, что агрессия приятна в данный момент, но это удовольствие быстро исчезает и исчезает. заменяется болью «.

В целом, результаты предоставляют убедительные доказательства того, что садисты находят удовольствие в причинении вреда другим, но как только они верят, что их жертвы больше не страдают, удовольствие исчезает.

Итак, что можно сделать с этим откровением?

Лучшее понимание эмоций, вызывающих садистскую агрессию, может помочь во вмешательстве. Изменив восприятие садистом вреда, который они причиняют, или помогая садисту понять, как он им навредит, как подозревает Честер, цикл агрессии может быть разорван.

«Мы надеемся, что эти результаты послужат основой для будущих исследований и лечения, направленных на понимание и уменьшение человеческой склонности причинять боль другим ради удовольствия, которое она приносит», — продолжил он.«Например, если удовольствие от садистской агрессии зависит от восприятия того, что жертвы страдают (как показывают наши исследования), вмешательствам, направленным на снижение уровня насилия, может помочь притупление представлений садистов о том, что их жертвы страдают от их действий ( противоречащее интуиции предложение) «.

Натан ДеУолл, профессор психологии, и Брайан Энджаян, аспирант социальной психологии, оба внесли свой вклад в исследование.

Вы также можете просмотреть это исследование в Интернете.Он публикуется в Бюллетене по психологии личности и социальной психологии, издаваемом Обществом психологии личности и социальной психологии.

садистов-ежедневников ходят среди нас, говорится в исследовании — Центр эмоционального здоровья

Будь то маркиз де Сад, злая мачеха из «Белоснежки» или медсестра из «Пролетавшего над гнездом кукушки», все садисты получают огромное удовольствие, причиняя боль другим . К счастью, вы вряд ли встретите , эти конкретных трех в ближайшее время, но, согласно необычному дуэту исследований, проведенных в Ванкувере, Британская Колумбия, и опубликованных на этой неделе в Psychological Science , вполне возможно, что вы столкнетесь с боссом. , коллега или даже член семьи, которого можно считать «обычным садистом».

В то время как большинство людей стараются избегать причинения вреда другим — и будут чувствовать себя виноватыми, раскаявшимися и расстроенными, если они причинили кому-то вред намеренно или ненамеренно, — обычный садист любит быть жестоким и может находить это захватывающим.

«Вероятно, все мы сталкивались с людьми в нашей повседневной жизни, которым — по крайней мере, кажется, — нравится причинять боль другим», — сказала ведущий исследователь Эрин Бакелс, Массачусетс, которая проводила эту работу в рамках своей магистерской диссертации по психологии социальной личности в Институте психологии личности. Университет Британской Колумбии.Сейчас она является докторантом Университета Манитобы в Виннипеге.

«Обычным садистам не хватает сочувствия, и у них есть внутренняя мотивация причинять боль другим. Однако они вряд ли будут действовать преступным или опасным образом — по крайней мере, в большинстве случаев, когда такое поведение встречает общественное неодобрение или наказание », — сказал Бакелс.

Обычные садисты могут быть двоюродными братьями классических социопатов в их отсутствии сочувствия, но они не считаются опасными для общества таким же образом.«Только в ситуациях, когда жестокость поощряется или является социально приемлемой, опасное поведение может входить в уравнение», — сказал Бакелс. «И садистская личность, и ситуативное давление необходимы для того, чтобы садизм проявлялся в обычных людях. Война — один из примеров такого слияния — все мы видели изображения жестокого обращения с заключенными Абу-Грейб. Все формы жестокого поведения могут быть мотивированы садистским удовольствием, включая издевательства и жестокое обращение со стороны других. Если бы это делалось исключительно для удовольствия, то это был бы садизм.

Если вы любите вредить насекомым, вы можете быть садистом

Одно дело — взять пустую банку из-под майонеза, чтобы поймать светлячков, когда вы в детстве, и случайно забыть проделать в ней дыры, в результате чего светлячки погибнут. ; или избавиться от нездоровых насекомых, таких как тараканы или насекомые, которые могут причинить вам вред. Другое дело — причинять вред клопам (или животным). Бакелс использовал упражнение по уничтожению насекомых, чтобы отвлечь обычных садистов в контролируемой лабораторной среде. В рамках эксперимента она определила садистов двумя способами: их жестокое поведение и чувство удовольствия в лаборатории, а также личностные характеристики, соответствующие садизму.Группе из 71 участника было предложено заполнить анкету для садистских личностей, а также предоставить список из четырех задач, которые они могли выбрать:

  • Убийство насекомых
  • Помощь экспериментатору в уничтожении насекомых
  • Очистка грязных туалетов
  • Устранение боли ото льда вода

Машина для уничтожения насекомых, сделанная из кофемолки, издавала отчетливые хрустящие звуки. Рядом с этой машиной стояли чашки с живыми таблетками, на которых были написаны такие имена, как Маффин, Айк и Тутси.Тем, кто выбрал удаление ошибок, было сказано вставить ошибки в машину и измельчить их. Они не знали, что существовал барьер, который предотвращал попадание насекомых в кофемолку. В этом эксперименте не было убито насекомых, но садистов он вытащил из унитаза. Из 71 участника почти 28 процентов решили убить ошибок.

Что такое садист?

Садистское расстройство личности когда-то определялось как психическое заболевание, но со временем садизм стал рассматриваться в большей степени как выбор образа жизни, причуда или черта личности.Новое диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам (DSM-5) действительно включает сексуальный садизм. «Для этого характерно повторяющееся и интенсивное сексуальное возбуждение от страданий других людей, которое проявляется в фантазиях, побуждениях и поведении», — сказал Вильфрид Бусс, доктор философии, психотерапевт из Бетесды, штат Мэриленд. Человек также должен действовать в соответствии с такими побуждениями, причиняя вред не дававшему согласия человеку, или должен испытывать такие неконтролируемые побуждения, чтобы вызвать значительные социальные и профессиональные нарушения.

«Центральная черта садизма — это получение удовольствия от просмотра или причинения физического или психологического вреда другим», — добавил д-р Бусс. «В крайнем случае садист будет стремиться причинить страдания другому ради психологического удовлетворения, полученного в результате такого действия».

В исследовании Бакеля не использовались классические критерии для определения садизма — наиболее широко известного как сексуальное или преступное поведение — и вместо этого исследовался садизм, существующий в «субклиническом» диапазоне личности, аспект садизма, не считающийся психическим заболеванием.

«Есть очевидная разница между человеком, который получает удовольствие от убийства насекомых, и человеком, который убивает других людей ради удовольствия», — сказал Бакелс. «При этом основной опыт садизма, вероятно, очень похож для них обоих. Наше исследование также выявило как сходства, так и различия между людьми, которым нравится действовать жестоко, или прямыми садистами, и теми, кому просто нравится смотреть на жестокость, или косвенными садистами. Независимо от того, кто является жертвой, прямая агрессия требует определенной черствости и недостатка. бедствия по отношению к страданию другого живого существа.

Как распознать садиста

Существует большая разница между злыми садистами, которых мы знаем из истории и фильмов, и людьми с садистскими импульсами, которые попадают в категорию садизма, который считается личностной чертой, а не расстройство личности.

«Очень важно различать антисоциальное или садистское расстройство личности и садистские импульсы», — говорит психолог Фрэн Уолфиш, психиатр, семейный терапевт и писатель из Беверли-Хиллз, Калифорния.

«Антисоциальное расстройство личности очень редко», — сказал Уолфиш, приведя примеры, такие как Гитлер, убийцы, которым нравится пытать своих жертв и смотреть, как они страдают, и, возможно, президент Сирии Башар Асад. «Но у остальных из нас есть бессознательные садистские импульсы. Даже самый добрый, самый любящий человек, когда с ним плохо обращаются, может почувствовать очень сильный импульс ненависти », — добавила она.

Уолфиш объяснил, что существует несколько подтипов садистов:

Взрывной садист .Когда они разочарованы и / или разочарованы своей жизнью, унижены или безнадежны, они теряют контроль и стремятся отомстить за жестокое обращение, которому они подвергаются. Они известны своей непредсказуемой жестокостью. Это проявляется в истериках, страшных нападениях на других, особенно на членов семьи, и в неконтролируемой ярости.

Тиранический садист . Они пугающие и жестокие, потому что они, кажется, наслаждаются актом угрозы и жестокого обращения с другими; принуждение своих жертв съежиться и подчиниться приносит им удовлетворение.

Принудительный садист . Как правило, это военные сержанты, деканы университетов, надзиратели тюрем, офицеры полиции или люди с другими авторитетными функциями, которые считают, что они должны контролировать и наказывать людей, нарушивших правила, постановления или законы.

Бесхребетный садист . Обычно они очень неуверенны и ведут себя как трусы. В ожидании реальной опасности они проецируют свои враждебные фантазии и наносят удар первыми, надеясь тем самым опередить своего противника и позже задать вопросы.Они используют агрессивную враждебность, чтобы сообщить другим, что они не запуганы или напуганы, чтобы они могли контролировать свои внутренние чувства и демонстрировать прямо противоположное тому, что они на самом деле чувствуют. Они ищут козлов отпущения, чтобы объединиться, что позволяет им атаковать именно те вещи, которые существуют в них самих, что они хотят отрицать.

Садист-будничный . По словам Уолфиша, наблюдается возобновление интереса к изучению субклинического садизма как черты личности. Субклиническая психопатия, нарциссизм, макиавеллизм и повседневный садизм образуют так называемую «темную тетраду» личности.

«Эти люди не обязательно серийные убийцы или сексуальные извращенцы, но они получают определенную эмоциональную выгоду, причиняя или просто наблюдая за чужими страданиями», — сказал Уолфиш. «Тип человека, о котором идет речь в исследовании, — это, например, сослуживец, который постоянно унижает вас и улыбается или, кажется, получает удовольствие от причинения вам боли. Если вы защищаете себя и говорите что-то, что разжигает вашего коллегу, она ответит злой местью, еще больше унизив вас ».

Соблюдайте осторожность при ежедневных садистах

Исследователи из Британской Колумбии предположили, что обычные садисты — не самые популярные люди.«Человек, получивший высокий балл по опроснику садистской личности, вряд ли будет считаться приятным и любящим человеком», — сказал Бакелс. «Это не означает, что они всегда противны или не могут любить других; но в целом люди с высокими баллами, как правило, менее хороши, чем средние ».

Как стать обычным садистом? «В общем, причина или причина, по которой кто-то хочет приложить дополнительные усилия, чтобы навредить другому, заключается в том, что кто-то ужасно плохо с ним обращался», — сказал Уолфиш. «Это обычно их мать, отец или старший брат или сестра.Садист был вместилищем или вместилищем враждебности и злой подлости. Эти ядовитые чувства становятся невыносимыми. У них нет выбора, кроме как найти более слабую жертву и излить свой яд на другую ».

«В своих семьях и на рабочем месте этим людям нельзя доверять», — заметил Уолфиш. «С ними никто не может чувствовать себя в безопасности. Поэтому настоящих отношений у них нет. Они участвуют, эксплуатируя, манипулируя и используя других людей как средство для достижения своей цели.Лучше всего держаться от этих людей на разумном расстоянии. Всегда будьте любезны, чтобы не стать их целью. Это не значит целоваться. Это просто означает, что вы представляете себя добродушным и приятным парнем. Никогда не ведите дела и не приближайтесь к одному из этих людей. Они всегда будут вас сбивать «.

Бакелс сказала, что была удивлена, обнаружив такой низкий уровень положительных эмоций, о котором сообщают садисты. «Они не просто действуют, чтобы компенсировать глубоко укоренившуюся незащищенность или низкую самооценку», — сказала она.«Интересно, что после акта жестокости их настроение, казалось, улучшилось, а это свидетельствовало о том, что склонность садиста к жестокости проистекает из какой-то дьявольской потребности. Наша гипотеза, хотя и является спекулятивной, заключается в том, что у садистов есть скрытый дефицит, который восполняется вознаграждением за жестокость «.

Садистское расстройство личности и коморбидные психические заболевания у подростков психиатрических стационаров

Реферат

Садистское расстройство личности (СПЛ) — противоречивый диагноз, предложенный в DSM-III-R, но не включенный в DSM-IV.Немногие исследования были посвящены этому расстройству у подростков. В этой статье описываются результаты исследования, направленного на определение наличия садистских личностных характеристик у психиатрических госпитализированных подростков и коморбидных паттернов Оси I или личностных расстройств у молодых людей с признаками ШРЛ или ШРЛ. 56 подростков были обследованы на предмет садистских и других расстройств личности с помощью структурированного интервью по DSM-III-R расстройства личности-пересмотренное (SIDP-R). Расстройства оси I оценивались с помощью диагностического интервью для детей и подростков, подростковая версия (DICA-R-A) и частей Эпидемиологического перечня аффективных расстройств и шизофрении для детей школьного возраста (K-SADS-E).Молодежь была разделена на тех, у кого были черты СДПЛ и СДПЛ, на садистскую группу ( n = 18) и неадистскую группу ( n = 38). Значительная часть подростков в этом исследовании соответствовала полным критериям DSM для ШРЛ (14%). Садистская группа (32%) имела значительно больше патологий оси I и личности, чем несадистская группа. Однако все участники садистской группы, кроме одного, соответствовали критериям других расстройств личности, что затрудняло интерпретацию этих результатов и соответствовало исследованиям литературы для взрослых.Субъекты с садистскими характеристиками личности были идентифицированы в этой выборке подростков из стационаров, и у них была более обширная психопатология осей I и II, чем в группе сравнения. Валидность этого расстройства в более молодом населении требует дальнейшего изучения. В будущих исследованиях следует также изучить влияние обязательного использования критерия удовольствия / удовлетворения на достоверность диагноза ШРЛ, а также то, уменьшает ли обязательное наличие этого критерия совпадение, отмечаемое в настоящее время между диагнозами ШРЛ и другими диагнозами оси II.

Садизм, термин, введенный Краффт-Эбингом 1 в конце XIX века, первоначально относился к сексуальному удовольствию, полученному посредством причинения боли и страданий другим. Со временем этот термин был расширен и теперь включает несексуальное удовольствие, происходящее от садистских действий. Согласно Фрейду, 2 садизм включает два отдельных расстройства: сексуальный садизм и общее садистское поведение. Более поздние исследования подтвердили это различие, указав, что сексуальные садисты обычно не проявляют несексуального, садистского поведения со своими партнерами или другими людьми. 3,4 Сексуальный садизм в версиях DSM-III-R 5 и DSM-IV 6 считается парафилией. Он характеризуется повторяющимися, интенсивными сексуально возбуждающими фантазиями или побуждениями пострадавшего, а также вовлечением в поведение, связанное с психологическими или физическими страданиями других.

Движение за формальное добавление диагноза садистского расстройства личности к психиатрической номенклатуре по существу началось в 1980-х годах. Ранние проекты DSM-III-R содержали предложения о включении саморазрушающего расстройства личности (SDPD), сходного по концепции с мазохистским расстройством личности.Однако было высказано опасение, что жертвы жестокого обращения с мазохистскими чертами, но не преступники, будут считаться страдающими психическим расстройством. 7 Кроме того, клиницисты и исследователи утверждали, что многие из исследованных ими преступников демонстрировали явные садистские черты и поэтому должны быть описаны в DSM. 8,9 Такие авторы, как Миллон 10 , разделяют это мнение, утверждая, что существует необходимость в систематическом описании людей, чей темперамент властный, враждебный, злобный и вспыльчивый, и которые склонны к физическим проявлениям жестокое поведение. 10 Видигер и Трулл 11 и Хэйр 12 согласились, утверждая, что совокупность черт, характеризующих человека с садистскими моделями поведения, недостаточно объясняется антисоциальным расстройством личности (ASPD) или психопатией. Следовательно, было предложено включить в DSM-III-R садистское расстройство личности (СПЛ) в качестве диагностической единицы. Из-за нехватки эмпирических исследований, подтверждающих его валидность, а также из-за высказываемых некоторыми скептицизмом и проблемами логистики, СПД (вместе с SDPD) была включена в приложение DSM-III-R в раздел, озаглавленный «Предлагаемые диагностические категории. Требуются дальнейшие исследования »в надежде, что его включение будет стимулировать дальнейшие исследования.

Хотя диагностические характеристики SPD, определенные в DSM-III-R, имеют общие характеристики, аналогичные диагностическим критериям ASPD, как определено в DSM-IV, более тщательное изучение выявляет ключевые различия. DSM-III-R определяет СДПЛ как повсеместную модель жестокого, унизительного и агрессивного поведения по отношению к другим, которое направлено более чем на одного человека и не служит исключительно цели сексуального возбуждения. Было описано восемь возможных критериев с наличием четырех или более, необходимых для постановки диагноза (Таблица 1).Напротив, DSM-IV определяет ASPD как повсеместную модель пренебрежения и нарушения прав других. Обратите внимание, что, хотя у СДПЛ и АСРД есть много общих диагностических критериев, таких как нарушение законов, несоблюдение социальных норм, обман, эксплуатация других и насилие, цель, с которой совершаются эти действия, различается в зависимости от двух диагнозов. Лица с СРЛ совершают действия в первую очередь для получения удовольствия или достижения доминирования и контроля, в то время как люди с СРЛ совершают действия в первую очередь для получения прибыли или из-за агрессивного характера с примитивными механизмами совладания со стрессорами.Точно так же садистов можно отличить от других насильственных преступников (например, лиц с ASPD) тем, что их акты насилия характеризуются другим качеством эмоционального выражения. В большинстве случаев насилие происходит в обстановке крайних эмоциональных состояний — обычно гнева — или в контексте получения финансовой выгоды, тогда как считается, что садисты в значительной степени мотивированы стремлением к удовольствию, контролю или удовлетворению. Следовательно, цель агрессивного поведения или преступных действий, совершенных человеком, может быть ключевым фактором при различении SPD, антисоциального расстройства личности (ASPD) или других расстройств оси II.Однако в определении СРЛ в DSM-III-R получение удовольствия от страданий других было одним из критериев (критерий 4, таблица 1), но не было необходимым для постановки диагноза. Отсутствие этого критерия с тех пор было поставлено под сомнение Berger et al. 13 и Kaminer and Stein, 14 среди других, которые обнаружили, что применение этого критерия в качестве обязательного для диагностики ШРЛ помогает дифференцировать это расстройство от АСРЛ и садистских действий, мотивированных контекстом.

Таблица 1

Диагностические критерии DSM-III-R для садистского расстройства личности

Клинические описания ШРЛ предполагают, что расстройство состоит из характеристик, которые охватывают поведенческую, межличностную, когнитивную и аффективную области. 15–17 У садистов плохой контроль поведения, проявляющийся вспыльчивостью, раздражительностью, низкой терпимостью к фрустрации и контролирующим характером. С межличностной точки зрения они отмечены как резкие, враждебные, манипулятивные, лишенные сочувствия, бессердечные и резкие по отношению к тем, кого они считают своим подчиненным.Их когнитивная природа считается негибкой и склонной к социальной нетерпимости, и они очарованы оружием, войной, печально известными преступлениями или злодеями. Традиционно считается, что садисты стремятся к социальному положению, которое позволяет им осуществлять свою потребность в контроле над другими и выносить суровые наказания или унижения. По этой причине некоторые постулируют, что садизм чаще встречается среди людей, которые работают в таких условиях, как правоохранительные органы, исправительные учреждения, вооруженные силы, правительство и система правосудия. 14 Кроме того, несколько исследований продемонстрировали значительную предвзятость по признаку пола, при этом большинство людей с ШРЛ были мужчинами, что согласуется с теоретической литературой и клиническими данными. 8,18–20

Было много споров вокруг включения SPD в качестве диагноза в DSM-III-R. Наиболее частыми критическими замечаниями были степень совпадения с другими расстройствами оси II, отсутствие данных, подтверждающих ее надежность и достоверность, и предполагаемый потенциал для неправомерного использования (например, для уменьшения уголовной ответственности). 16 Отсутствие исследований с данными, достаточными для убедительной демонстрации существования SPD, остается самым большим препятствием для принятия этого расстройства. Кроме того, садистское расстройство личности трудно изучать, поскольку люди, страдающие этим заболеванием, живут в относительной анонимности, обычно не обращаются за лечением своих садистских черт и скрывают свою патологию, когда социальный и политический климат не способствует такому поведению.

В исследовании с участием 176 амбулаторных пациентов психиатрической клиники в сельской южной Грузии 14 (8%) пациентов соответствовали критериям СПЛ. 20 Удивительно, но половина пациентов, которые соответствовали критериям SPD, также отвечали критериям саморазрушающего расстройства личности, и факторный анализ не смог четко разделить критерии на садистские и саморазрушающиеся подмножества. Неслучайная выборка заключенных ( n = 41) из тюрьмы строгого режима были классифицированы как психопатические или непсихопатические, согласно пересмотренному контрольному списку психопатии (PCL-R), и склонные к насилию или сексуальному насилию. 21 Психопаты оказались значительно более садистскими, чем непсихопаты, и садизм не разделял насильственные и сексуально агрессивные группы.Авторы предположили, что результаты исследования подтвердили теорию о том, что садизм и психопатия связаны или потенциально являются одним и тем же расстройством. Мерфи и Весс 22 в некоторой степени согласны с этим, предполагая, что по своему клиническому опыту психопаты представляют собой разнородную группу людей, которые, хотя и имеют общие черты личности, проявляют существенную вариативность в своем поведении, включая садизм. Признавая, что необходимы дальнейшие исследования для подтверждения своих утверждений, эти авторы предложили четыре подтипа психопатии для объяснения различных проявлений этого расстройства: нарциссический, пограничный, садистский и антисоциальный.В исследовании с участием 144 непсихотических субъектов из амбулаторной клиники Управления по делам ветеранов было отмечено, что пациенты с ШРЛ обращались за психиатрической помощью в более молодом возрасте со значительно большей патологией осей I и II. 23 Группа СПД также отличалась от других групп на основе семейного анамнеза. Авторы пришли к выводу, что садистские черты или СПЛ связаны со сниженным функционированием, худшим прогнозом из-за высокой вероятности сопутствующих заболеваний и возможным семейным паттерном.

Рабочие характеристики критериев DSM-III-R для SPD были изучены в нескольких исследованиях, которые продемонстрировали умеренно высокие положительные и отрицательные прогностические значения, чувствительность и специфичность для всех критериев, кроме критерия 3 (лечил или наказывал кого-либо, находящегося под его или ее контроль необычно резкий) (Таблица 1). 18,24,25 Эти исследования также обнаружили чрезвычайно низкую корреляцию между критериями 3 и 7 (ограничивает автономию людей, с которыми он или она находятся в близких отношениях) и наличием или отсутствием расстройства.Spitzer et al. 9 и Фистер и Гей 15 аналогичным образом обнаружили, что диагностические критерии имеют довольно высокую чувствительность, за исключением критериев 3 и 5 (лгал с целью причинения вреда или причинения боли другим). Эти исследования показали высокую специфичность всех критериев. В целом они поддержали критерии 1 (использовала физическую жестокость или насилие с целью установления доминирования в отношениях) и 4 (развлекаются психологическими или физическими страданиями других или получают от них удовольствие) как имеющие наибольшую внутреннюю значимость. в то время как критерии 3 и 7 оказались наименее действенными.Однако было трудно воспроизвести эти результаты в более поздних исследованиях. 13 На сегодняшний день только в одном исследовании изучалась межэкспертная надежность для оценки внешней валидности критериев DSM. 18 Используя клинических психологов со степенью магистра для оценки предметов исследования, авторы обнаружили 85-процентную межэкспертную надежность для SPD. Этот результат еще предстоит воспроизвести, и ни в одном исследовании не были должным образом изучены другие внешние валидаторы, такие как течение болезни, реакция на лечение и семейный анамнез.Данные, представленные Gay 8 , возможно, продемонстрировали наиболее убедительную поддержку обоснованности SPD. Автор отметил, что 12 (5%) из 235 последовательных взрослых мужчин, обвиненных в жестоком обращении с детьми, соответствовали критериям DSM-III-R для диагностики ШРЛ, причем 10 из этих 12 не имели доказательств другого расстройства оси II. Тем не менее, из-за отсутствия достаточных доказательств, подтверждающих валидность SPD в качестве диагноза, он не был включен в DSM-IV.

Точная оценка общей распространенности ШРЛ является сложной задачей, учитывая ограниченные, не поддающиеся обобщению популяции, меньшие размеры выборки, общее ограниченное количество проведенных исследований и различные используемые диагностические процедуры.Миллон и Трингон (1989, неопубликованные данные) сообщили о распространенности ШРЛ на уровне трех процентов в выборке амбулаторных пациентов, 15 , в то время как Фрейман и Видигер 18 диагностировали ШРЛ у 18 процентов стационарных психиатрических пациентов с помощью опросника для личного интервью-II. Shedler and Westen, 24 при опросе национальной выборки психиатров и психологов с использованием процедуры оценки Шедлера-Вестена (SWAP – 200) обнаружили садистское расстройство личности у 19 (4%) из 530 пациентов. 24 В биографическом анализе серийных убийц Стоун 26 сообщил, что 90 процентов исследуемой группы соответствовали критериям DSM-III-R для ШРЛ, что выше, чем распространенность любого другого расстройства личности в этой выборке. В исследовании 30 последовательно допущенных к заключению лиц мужского пола, совершивших сексуальные преступления, содержащихся в лечебных учреждениях тюрьмы, Berner et al. 27 документально подтвердили 30-процентную распространенность ШРЛ. Однако в более позднем исследовании, в котором оценивали 70 сексуальных преступников с помощью Международного экзамена на расстройство личности, эти же авторы продемонстрировали такую ​​же распространенность, что и в их предыдущем исследовании, но не смогли найти доказательств, подтверждающих существование ШРЛ как отдельного расстройства. 13 Они повторили мнение других экспертов, отметив, что слабая дифференциация от других расстройств личности, в частности, от антисоциального расстройства личности, затрудняет поддержку СПЛ как диагностической сущности в настоящее время.

Хотя данные о ШРЛ у взрослых немногочисленны, еще меньше известно об этом расстройстве у подростков. Насколько нам известно, в литературе есть только одно исследование, посвященное ШРЛ в незначительных популяциях. При изучении группы из 14 преступников, совершивших сексуальные убийства, с использованием Расписания для неадаптивной и адаптивной личности (SNAP) и Опросника проявления гнева по признаку состояния (STAXI), среди других инструментов, Майерс и Монако 28 обнаружили, что 4 (31% ) субъекты, которые соответствовали критериям садистской личности, имели значительно более высокие баллы по шкале Anger-Out, чем те, у которых не было расстройства, а также были выше по шкале Trait Anger в незначительной степени.Гнев измеряет степень, в которой гневные чувства выражаются по отношению к другим людям или объектам, в то время как черта гнева описывает склонность испытывать гневные чувства как черту личности. Майерс и Монако предположили, что их результаты подтверждают обоснованность и полезность садистского расстройства личности в качестве диагноза у молодых судебно-медицинских экспертов, хотя они пришли к выводу, что для того, чтобы сделать выводы, необходимо провести гораздо больше исследований, учитывая небольшую выборку изученных подростков. .

Несмотря на то, что SPD не является признанным диагностическим объектом для рассмотрения с момента появления DSM-IV в 1994 году, он продолжает фигурировать в психиатрической и судебно-медицинской литературе как предмет интереса. 7,13,14,21,22,26,28 Однако мало исследований было сосредоточено на этом расстройстве и его проявлениях у детей и подростков. В этой статье описываются результаты исследовательского исследования, в котором (1) изучали наличие садистских характеристик личности у психиатрических госпитализированных подростков и (2) изучали коморбидные особенности оси I и паттерны расстройств личности у тех молодых людей, которые соответствуют критериям SPD или SPD черт.Обоснование этого исследования было основано на случайном наблюдении авторов, что значительное меньшинство подростков, находящихся в стационаре, неожиданно проходивших стандартную оценку личности, были обнаружены как соответствующие критериям ШРЛ.

Методы

Субъектов

Исследуемая популяция состояла из 70 последовательных госпитализаций в университетскую больницу по программе психиатрического лечения подростков в течение одного года. Стационарное отделение было сочтено оптимальным для целей этого исследования, поскольку оно обеспечивало условия, способствующие более тщательной оценке состояний осей I и II.В этом отделении лечились самые разные пациенты, куда направлялись в основном специалисты по психическому здоровью, общественные учреждения, отделения неотложной помощи больниц, школы и семьи. Хотя в этой популяции встречалось множество расстройств, суицидальность или агрессия по отношению к другим были двумя наиболее частыми причинами госпитализации.

Критерии исключения из исследования включали наличие умственной отсталости, повсеместного нарушения развития, психоза или пребывание в больнице менее одной недели.Согласно этим критериям, трое испытуемых с вербальным IQ менее 70, четверо с психозом, трое с пребыванием в больнице менее семи дней и субъекты с неполными наборами данных были исключены. Кроме того, 2 субъекта отказались от участия в протоколе, оставив 56 субъектов (19 мужчин и 37 женщин) в исследовании. Это включало 50 (89%) белых и 6 (11%) афроамериканцев, средний возраст которых составлял 15,23 ± 0,89 года (диапазон от 14 до 17 лет). Среднее значение IQ по шкале Векслера (WISC-R) составляло 98,68 ± 14,77 (диапазон 69–126).Распределение социально-экономического статуса Холлингсхеда-Редлиха (SES) 29 было в основном (60%) из социальных классов IV и V. Многие из этих подростков были из неблагополучных семей, больше не жили со своими биологическими родителями или находились в приемных семьях или другие настройки сообщества.

Инструменты

диагнозов DSM-III-R были определены с помощью структурированных интервью на предмет наличия расстройств личности оси I и II. Диагностические инструменты, использованные в этом исследовании, охватывали все основные категории расстройств оси I и II у детей и подростков, включая диагнозы, классически связанные с гневом и агрессией (например,g., расстройство поведения, оппозиционно-вызывающее расстройство и СДПГ). Диагностические оценки, выполненные для целей этого исследования, также использовались для руководства клиническим лечением субъектов исследования во время госпитализации и после выписки.

Диагностическое интервью для детей и подростков, версия для подростков (DICA-RA, проект 6-R, пересмотренный в январе 1990 г.) — это полностью структурированное диагностическое интервью для подростков в возрасте от 13 до 17 лет, которое имеет высокую степень надежности и достоверности и охватывает широкий спектр текущих и прошлых расстройств оси I. DSM-III-R. 30,31 Были проведены интервью как с подростком, так и с родителем (опекуном). Таблица для аффективных расстройств и шизофрении для детей школьного возраста, эпидемиологическая (1987) версия (K-SADS-E) — это полуструктурированное диагностическое интервью для детей в возрасте от 6 до 17 лет, которое также охватывает как текущие, так и прошлые DSM-III-R оси I диагнозов и, как и DICA, имеет хорошо зарекомендовавшую себя высокую степень надежности и достоверности. 32,33 В настоящем исследовании только разделы K-SADS-E, посвященные паническому расстройству и агорафобии, были использованы для дополнения диагностического охвата спектра тревожности DICA.

Структурированное интервью для DSM-III-R расстройства личности — пересмотренное (SIDP-R) — это высоконадежное и достоверное полуструктурированное диагностическое интервью, которое охватывает расстройства личности DSM-III-R. 34 Включены предложенные расстройства личности, саморазрушительные и садистские. Этот инструмент позволяет родителям или опекунам дополнительно вводить ответы на некоторые вопросы. Несмотря на то, что SIDP-R разработан для взрослых, его применяли у подростков с приемлемыми результатами. 35,36 Конкретные примеры из жизненного опыта субъекта используются для подтверждения или исключения данного критерия. Этот ориентированный на содержание формат считался идеальным для подростков, поскольку точное определение частоты, продолжительности, распространенности и серьезности данной черты характера имеет решающее значение при постановке диагноза личности. При определении расстройств оси II мы позаботились о том, чтобы данные особенности состояния присутствовали у испытуемых в течение как минимум одного года в соответствии с требованиями DSM-IV-TR.Поскольку несколько тематических областей SIDP-R были явно связаны с возрастом, некоторые вопросы были изменены, чтобы лучше соответствовать эквивалентным стадиям развития подростков (например, слово «школа» было заменено словом «работа», где это уместно). Раздел «Антисоциальное расстройство личности» не использовался в этом исследовании, поскольку согласно DSM-IV-TR этот диагноз не применим к подросткам в возрасте до 18 лет.

Процедура

Исследование было одобрено Наблюдательным советом Медицинского колледжа Университета Флориды.Перед участием было получено согласие как субъектов, так и их родителей (или опекунов). Структурированные диагностические интервью проводились во время более поздней части госпитализации субъекта, чтобы свести к минимуму любое влияние острой госпитализации, активных кризисных ситуаций и тяжелых нелеченных аффективных синдромов. Кроме того, проводя SIDP-R, интервьюеры стремились отделить устойчивые паттерны личности от паттернов, ограниченных исключительно периодами стресса или аффективного заболевания.Субъектам-подросткам требовались периодические напоминания и использование примеров, чтобы отличать распространенные, устойчивые поведенческие модели и личные характеристики от тех, которые были временными или связаны исключительно с конкретными обстоятельствами (например, текущая госпитализация, жестокое обращение, юридические проблемы и развод родителей).

По большинству испытуемых также проводилось интервью с родителями, хотя в некоторых случаях заменяющая информация должна была быть получена от опекунов или заместителей опекунов (соцработников, терапевтов и персонала отделения, активно контактировавшего с предметом).Из-за того, что проведение структурированных интервью занимает много времени, DICA-R-A и SIDP-R проводились разными интервьюерами. Большинство интервью DICA-R-A проводил один автор (W.C.M.), но некоторые интервью также проводили клинический детский психолог с докторской степенью, научный сотрудник по детской психиатрии, научный сотрудник по психологии и научный сотрудник для студентов-медиков. SIDP-R проводился двумя авторами (R.C.B., W.C.M.) и вышеупомянутым клиническим детским психологом, при этом авторы проводили почти все интервью.Обучение интервьюеров включало ознакомление с необходимыми диагностическими критериями и форматами интервью, пассивную оценку интервью, проведенных авторами, и, наконец, проведение интервью под наблюдением до тех пор, пока не было достигнуто 90-процентное согласие между экспертами по диагнозу. Средние коэффициенты κ 37 , равные 0,69 для DICA-R-A и 0,72 для SIDP-R, были достигнуты (умеренная межэкспертная надежность) на случайной выборке интервью (15% участников), которые были одновременно оценены двумя экспертами.

Инструменты оценивались в соответствии с инструкциями, предложенными их авторами. В этом исследовании использовались только текущие диагнозы. Ответы субъектов проверялись на точность путем сравнения результатов с клиническими данными, полученными во время госпитализации и из истории болезни, если таковая имеется. Несмотря на то, что это редко необходимо, ответы диагностического интервью, которые были явно неточными (т.е. преувеличение или фабрикация симптомов), были изменены после обзора. Расхождения между отчетами подростков и данными информантов были устранены консенсусным соглашением двух авторов (W.C.M., R.C.B.). Обычно предполагалось, что внутренние переживания и субъективные установки наиболее точно описывает подросток, тогда как наблюдаемое поведение и исторические факты, как предполагалось, более достоверно сообщались другими информантами. В этом исследовании беседы с родителями редко отрицали какой-либо диагноз, подтвержденный подростком. Чаще всего они стремились усилить известные критерии или, в некоторых случаях, добавить новые диагнозы. Таким образом, хотя окончательные диагнозы в этом исследовании основаны в первую очередь на результатах структурированного интервью, их следует рассматривать как «наиболее точные» диагнозы, включая многочисленные доступные источники информации.Использование нескольких источников информации при принятии диагностических решений и концепция наиболее точных диагнозов обсуждались в другом месте. 38

Анализ данных

Диагностические паттерны осей I и II субъектов с диагнозом садистского расстройства личности или черт характера сравнивались с таковыми у субъектов без садистских личностных характеристик. Различия между группами анализировали с помощью критерия Стьюдента t , критерия хи-квадрат или точного критерия Фишера (двусторонний), чтобы определить уровень значимости.

Результаты

SIDP-R показал, что 8 (14%) из 56 субъектов соответствовали полным критериям садистского расстройства личности (они соответствовали по крайней мере четырем из восьми критериев, необходимых для постановки диагноза; Таблица 1), и еще 10 (18%) имели садистские черты характера. (они соответствовали трем из восьми критериев — один критерий не соответствовал полному диагнозу). Эти 18 человек составили садистскую группу (32%), а остальные 38 участников исследования — неадистскую группу (68%). Демографические характеристики двух групп сравниваются в таблице 2.Группы были похожи по возрасту, полу, расе, социально-экономическому статусу и интеллекту.

Таблица 2

Демографические характеристики

Коморбидность оси I была обширной в обеих группах. В таблице 3 сравниваются частоты обычно встречающихся расстройств оси I в садистской группе с таковой в несадистской группе. В дополнение к расстройствам, включенным в Таблицу 3, в Садистской группе было три (17%) пациента с энурезом и два (11%) с соматоформным расстройством. В несадистской группе также был один (3%) субъект с биполярным расстройством, один (3%) с энкопрезом, два (5%) с нервной анорексией, один (3%) с булимией и один (3%) с расстройством пищевого поведения. NOS.

Таблица 3

Общие расстройства оси-I в садистских и неадистских группах

В группе садистов наиболее частыми диагнозами были большая депрессия (72%), расстройство поведения (67%) и злоупотребление психоактивными веществами (61%). Каждое из этих трех расстройств статистически чаще встречается в садистской группе, чем в несадистской группе. Наиболее частыми диагностическими категориями в группе без адептов были большая депрессия (42%), расстройство поведения (34%) и дистимия (29%).Четырнадцать из 18 (78%) субъектов в садистской группе имели диагноз деструктивного поведенческого расстройства (СДВГ, расстройство поведения и / или оппозиционно-вызывающее расстройство) по сравнению с только 58% в несадистской группе, хотя эта разница не достигла статистического уровня. значимость. Существовала тенденция ( p = 0,076) к тому, что любое аффективное расстройство (большая депрессия, дистимия и / или биполярное расстройство) чаще встречается в группе садистов.

Коморбидность личности оси II также была распространена в обеих группах.В таблице 4 сравниваются частоты различных расстройств личности в садистской группе с таковой в несадистской группе. Пассивно-агрессивное расстройство было наиболее распространенным расстройством личности в обеих группах, за ним следовали театральное, пограничное и саморазрушающееся. В ходе структурированного интервью не было поставлено диагнозов шизоидного или шизотипического расстройства личности. По сравнению с группой несадистов, в группе садистов было значительно больше субъектов с театральными, пограничными, пассивно-агрессивными и саморазрушающимися расстройствами личности.

Таблица 4

Расстройства личности в садистских и несадистских группах

Семнадцать (94%) из 18 субъектов в садистской группе имели по крайней мере одно другое расстройство личности в дополнение к чертам SPD или SPD. Двенадцать (32%) субъектов в негадистской группе не имели диагноза расстройства личности. Однако диагноз более чем одного расстройства личности у одного и того же человека был обычным в обеих группах. Количество диагнозов расстройства личности в садистской группе варьировалось от 1 до 10, а в несадистской группе — от 0 до 5.

Субъекты с множественными расстройствами оси I также были обычными в обеих группах. Все субъекты садистской группы имели по крайней мере одно расстройство оси I, вызванное структурированными интервью (диапазон 1–9). В несадистской группе 32 (84%) человека имели по крайней мере один диагноз оси I, полученный в результате структурированных интервью (диапазон 0–8). Остальным 6 из 38 субъектов в этой группе был поставлен клинический диагноз расстройства адаптации, диагноз, не охваченный структурированными интервью.

В Таблице 5 сравнивается количество диагнозов оси I и личности каждого субъекта в садистской группе с таковыми в неадистской группе.В целом, у садистской группы было значительно больше диагнозов оси I и расстройств личности на одного участника.

Таблица 5

Сравнение средств для лечения Оси I и расстройств личности

Группы имели очень похожее гендерное распределение: садистская группа состояла на 33 процента из мужчин и 67 процентов из женщин, а неадистская группа — из 34 процентов мужчин и 66 процентов женщин. Хотя небольшое количество субъектов в некоторых категориях не позволяло провести формальный статистический анализ гендерных различий диагнозов, в целом группы были довольно схожими, и можно предложить некоторые наблюдения.В обеих группах у мужчин было больше диагнозов расстройства поведения, тогда как у женщин, как правило, было больше диагнозов тревожности, депрессии, истерического расстройства личности, пограничного расстройства личности и саморазрушающего расстройства личности. У женщин в обеих группах также было больше диагнозов расстройства личности на каждого участника. Женщины в группе садистов имели больше диагнозов оси I. Однако в неадистской группе у мужчин было немного больше диагнозов оси I на одного субъекта, в первую очередь из-за их склонности к более деструктивным поведенческим расстройствам.

Обсуждение

В этом исследовании госпитализированных подростков мы были удивлены, обнаружив, что 14 процентов выборки соответствовали критериям ШРЛ. Этот уровень диагностической заболеваемости обычно связан с криминальным или судебно-медицинским населением, а не с образцами стационарных пациентов. Возможно, что большее присутствие расстройства поведения в садистской группе (две трети по сравнению с одной третью в несадистской группе) способствовало их соответствию критериям СРЛ, учитывая общее совпадение агрессивных тем между этими двумя диагностическими категориями.Ранее сообщалось о высокой распространенности расстройства поведения у подростков с ШРЛ. В исследовании 14 несовершеннолетних преступников, совершивших сексуальные убийства, у всех 4 подростков с диагнозом ШРЛ было выявлено сопутствующее расстройство поведения. 39 Во многих случаях, возможно, до половины, в зависимости от исследования, расстройство поведения у молодежи предсказывает развитие ASPD во взрослом возрасте. 40–42 Некоторые исследователи предполагают, что SPD является подгруппой последних. Если SPD действительно является подгруппой ASPD, а расстройство поведения имеет высокую частоту прогрессирования в ASPD, то это также может объяснить высокую распространенность расстройства поведения у пациентов с SPD.

Степень, в которой ШРЛ зависит от прогрессирования пораженного человека в подростковом и раннем взрослом возрасте или вероятность того, что ШРЛ сохранится на протяжении траектории развития, неизвестна. Для определения стабильности их личностных характеристик ШРЛ и связанной с ними степени клинической значимости по мере того, как они становятся взрослыми, необходимы последующие исследования подростков.

Эти подростки с садистскими личностными характеристиками имели обширные психиатрические паттерны осей I и II, которые были заметными даже по сравнению с группой госпитализированных сверстников.Таким образом, по крайней мере, в данной выборке наличие садистского расстройства личности у подростков служило индикатором повышенной степени и другой психопатологии. Размер нашей выборки и ограничения не позволяют обобщить эти результаты на другие группы подростков.

У семнадцати из 18 субъектов садистской группы было обнаружено, по крайней мере, еще одно расстройство личности в дополнение к чертам SPD или SPD. Множественные диагнозы оси II для каждого участника являются обычным результатом исследований расстройств личности, особенно среди психиатрических групп (как подростков, так и взрослых).Тем не менее, это совпадение ограничивает способность наших результатов поддерживать предположение о том, что SPD может быть отдельным диагностическим объектом в более молодых популяциях. Демонстрация диагностической достоверности расстройства личности включает необходимость того, чтобы его критерии имели высокую положительную прогностическую ценность, чувствительность, специфичность и надежность между экспертами.

Еще одним возможным источником диагнозов расстройства множественной личности в этой выборке был распространение симптомов расстройства оси I в домене оси II.Были предприняты попытки отделить стойкие характеристики личности от характеристик, связанных с расстройствами оси I. Однако было обнаружено, что такое разделение легче в случае эпизодических расстройств настроения, чем при более хронических состояниях, таких как расстройство поведения или оппозиционно-вызывающее расстройство, при котором иногда бывает трудно четко отделить критерии от критериев определенных состояний оси II (т. Е. , Кластер B или пассивно-агрессивные расстройства личности).

Интересным открытием в этом исследовании было относительно большое количество женщин, которые продемонстрировали SPD или SPD черты ( n = 12).Эпидемиологические исследования демонстрируют, что подавляющее большинство людей с ШРЛ — мужчины, что позволяет предположить, что наша выборка, несмотря на то, что она состоит из подавляющего большинства женщин, все же дала бы гораздо меньше женщин с характеристиками ШРЛ. Тем не менее, как садистские, так и неадистские группы включали примерно одинаковое соотношение женщин, и поэтому данные не были искажены несопоставимым количеством женщин в одной исследовательской группе по сравнению с другой. Учитывая, что большинство данных по ШПЛ на сегодняшний день касается только мужского населения, мы не решаемся заходить слишком далеко в теоретических рассуждениях о том, на что может указывать этот вывод.Возможно, неожиданное количество женщин, у которых отмечается СПЛ в этом исследовании, отражает национальную тенденцию, в которой отмечается, что все больший процент молодых женщин совершают преступные действия или проявляют другое проблемное поведение по сравнению с мужчинами. 43 В качестве альтернативы, наши результаты могут быть просто связаны с возрастом, при этом женщины имеют большую склонность, чем мужчины, перерасти диагноз. Если это так, это может объяснить преобладание мужчин во взрослой популяции СРД. Как минимум, такие характеристики СПЛ у девушек-подростков, а также у юношей также подчеркивают необходимость клинического внимания для оценки окончательного значения таких личностных характеристик в жизни юношей.

Другие ограничения в этом исследовании заслуживают упоминания. Важно отметить, что, поскольку у субъектов были эмоциональные и поведенческие проблемы серьезности, требующие психиатрической госпитализации, исследование с самого начала было смещено в сторону включения лиц с высокой степенью как оси I, так и личностной коморбидности. Таким образом, результаты этого исследования не могут быть распространены на другие группы подростков, например амбулаторных пациентов. Кроме того, хотя, насколько нам известно, это первое исследование, посвященное садистской личности и ее сопутствующей патологии у госпитализированных подростков, размер выборки был относительно небольшим, что ограничивало объем наших выводов.Более крупные образцы исследования позволили бы провести дальнейший анализ возможных моделей связи диагнозов осей I и II. Наконец, мы осознаем относительную сложность диагностики расстройств личности у подростков и необходимость осторожности при этом. DSM-IV позволяет ставить диагноз расстройства личности у несовершеннолетних, если симптоматика широко распространена, сохраняется более года и не ограничивается определенной стадией развития или расстройством оси I. 6

Многие эксперты в области психического здоровья согласны с тем, что садистское расстройство личности существует как подлинная клиническая сущность.Хотя различные исследователи пытались отличить садистские расстройства от других расстройств личности, в целом им не удалось продемонстрировать четкое разделение. Совпадение расстройств личности является обычным явлением, и это не обязательно исключает существование данного расстройства. Фактически, даже при непсихиатрических расстройствах резко разные медицинские заболевания также часто имеют общие критерии (например, сердечные заболевания, иногда клинически проявляющиеся как желудочно-кишечные расстройства, и наоборот, или они могут существовать одновременно).Таким образом, расстройства личности аналогичны общим медицинским заболеваниям в том смысле, что общие критерии могут указывать, а могут и не указывать на единичный процесс, лежащий в основе заболевания. Большинство исследований взрослых, изучающих наличие ШРЛ в популяциях пациентов, обнаруживают, что антисоциальное расстройство личности является расстройством с самой высокой коморбидностью. 13 Это открытие не противоречит нашим выводам, поскольку расстройство поведения, предшественник антисоциального расстройства личности, было вторым по частоте обнаружением в нашей выборке после аффективных расстройств.

Еще один момент, который следует учитывать, заключается в том, что высокая коморбидность между антисоциальным расстройством личности и ШРЛ, а в нашей выборке — между расстройством поведения и ШРЛ, может быть связана с недостаточной специфичностью критериев DSM-III-R. Возможно, что степень совпадения SPD и других расстройств оси II будет значительно снижена при формулировании более строгих диагностических критериев. Например, при диагностике СДПГ важно различать тех, кто совершает жестокие действия в поисках удовольствия или острых ощущений, от тех, чье насилие связано с агрессивным характером, как побочный продукт совершения преступлений, как способ совершения преступлений. совладание (например, обусловленные враждебной или принудительной средой) или в результате горячих политических или идеологических убеждений.Один потенциально важный пересмотр, который может дать большую конкретность, — это сделать критерий удовольствия / удовлетворения (таблица 1, критерий 4) обязательным для диагностики ШРЛ.

Обеспокоенность, высказываемая некоторыми судебными психиатрами по поводу возможного неправильного использования этого диагноза для смягчения ответственности за тяжкие преступления 9 , не должна иметь никакого отношения к тому, существует ли диагноз. Судебный или политический потенциал психиатрического диагноза повлиять на ответственность за преступление не имеет отношения к существованию расстройства с научной точки зрения.Судебная власть несет ответственность за определение влияния психического заболевания на юридические последствия, в то время как роль специалистов в области психического здоровья по-прежнему заключается в понимании, описании, диагностике и лечении психопатологии. Более того, на практике расстройство личности обычно служит лишь частичным объяснением, а не оправданием преступных действий. Таким образом, хотя расстройства оси II могут служить смягчающими обстоятельствами, они редко освобождают обвиняемых от юридической вины. Таким образом, мы считаем, наряду с другими, кто критиковал эту линию рассуждений, 17 , что такой аргумент является необоснованным препятствием для принятия или отклонения СДПГ как расстройства DSM.Будем надеяться, что со временем беспристрастное исследование определит его окончательную судьбу.

Таким образом, мы считаем, что наши результаты предполагают, что существует необходимость в дальнейших исследованиях, которые исследуют потенциальное присутствие и значение SPD или SPD черт в подростках различного типа (например, среди молодежи, вовлеченной в систему правосудия для несовершеннолетних или взрослых, и тех, кто совершают тяжкие насильственные преступления). Необходимы более длительные исследования с большим количеством пациентов и с использованием модифицированных критериев, которые, как минимум, требуют наличия критерия 4 (таблица 1) для постановки окончательного диагноза ШРЛ.Использование критерия 4 как обязательного для диагностики SPD в будущих исследованиях может повысить валидность SPD как диагноза и уменьшить совпадение, отмеченное в настоящее время с другими диагнозами оси II, что, возможно, в конечном итоге облегчит включение SPD в будущие редакции DSM, если это будет оправдано. . В идеале эти будущие исследования могли бы проследить за молодыми людьми во взрослой жизни, чтобы оценить стабильность этих характеристик личности и их прогностическое значение. Такое исследование не только может помочь лучше определить феноменологию и этиологию этого загадочного расстройства, но также может иметь последствия для вмешательства и лечения.Во многих отношениях проведенное на сегодняшний день исследование СПД поднимает гораздо больше вопросов, чем дает ответов. Мы полагаем, что до сих пор нет никаких сомнений в том, что SPD является независимой диагностической организацией.

Благодарности

Авторы благодарят Терренса А. Отто, доктора медицины, Х. Элейн Харрис, доктора философии, Адама Д. Шусслера, бакалавра наук, Керрилин Скотт, бакалавриат, и Миру Джейн, бакалавра наук, за помощь в сборе данных и подготовке этой рукописи.

  • Американская академия психиатрии и права

Ссылки

  1. Krafft-Ebing R: Psychopathia Sexualis (ed 10).Штутгарт, Германия: Энке, 1898

  2. Freud S: Три очерка по теории сексуальности, в Стандартном издании Полных Психологических Работ Зигмунда Фрейда (том 7). Под редакцией Стрейчи Дж. Лондон: Hogarth Press, 1953, стр. 193

  3. Бреслоу Н: Локус контроля, желательность контроля и садомазохизм. Psychol Rep 61: 995–1001, 1987

  4. Gosselin C, Wilson G: Sexual Variations.Нью-Йорк: Саймон и Шустер, 1980

  5. Американская психиатрическая ассоциация: Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам-III-Пересмотренное. Вашингтон, округ Колумбия: APA, 1987

  6. Американская психиатрическая ассоциация: Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам-IV. Вашингтон, округ Колумбия: APA, 1994, стр. 631

  7. Видигер Т.А.: Исключение саморазрушающихся и садистских расстройств личности в DSM-IV «Расстройства личности».Отредактированный Ливсли WJ. Нью-Йорк: Guilford Press, 1995, стр. 329–40

  8. Гей М: Расстройства личности среди насильников. Представлено на 142-м ежегодном собрании Американской психиатрической ассоциации, Сан-Франциско, Калифорния, май 1989 г.

  9. Спитцер Р.Л., Фистер С.Дж., Гей М., и др. : Результаты опроса судебных психиатров о достоверности диагноза садистского расстройства личности.Am J Psychiatry 148: 875–9, 1991

  10. Миллон Т. Агрессивный паттерн в расстройствах личности. Нью-Йорк: Джон Вили, 1981, стр. 181–215

  11. Видигер Т.А., Трулл Т.Дж.: Расстройства личности и насилие, Насилие и психические расстройства: изменения в оценке рисков. Под редакцией Монахана Дж., Стедмана Х. Чикаго: University of Chicago Press, 1994, стр. 203–26

  12. Hare RD: Пересмотренный контрольный список психопатии Hare.Торонто, Онтарио: Multi-Health Systems, 1991

  13. Бергер П., Бернер В., Болтерауер Дж., и др. : Садистское расстройство личности у сексуальных преступников: связь с антисоциальными расстройствами личности и сексуальным садизмом. J Personal Disord 13: 175–86, 1999

  14. Kaminer D, Stein DJ: Садистское расстройство личности у лиц, виновных в нарушениях прав человека: тематическое исследование в Южной Африке.J Personal Disord 15: 475–86, 2001

  15. Файстер SJ, Гей М: Садистское расстройство личности: обзор данных и рекомендации для DSM-IV. J Personal Disord 5: 376–85, 1991

  16. Fiester SJ, Гей М: Садистское расстройство личности, в DSM-IV Расстройства личности. Отредактированный Ливсли WJ. Нью-Йорк: Guilford Press, 1995, стр. 329–40

  17. Миллон Т., Дэвис РД: Расстройства личности: DSM-IV и за его пределами (изд 2).Нью-Йорк: Джон Вили, 1996, стр. 473–504

  18. Фрейман К., Видигер Т.А.: Статистика совместной встречаемости и диагностической эффективности: садистское расстройство личности, в DSM-IV «Расстройства личности». Отредактированный Ливсли WJ. Нью-Йорк: Guilford Press, 1989, стр. 329–40

  19. Гей М., Фистер SJ: Садистское расстройство личности, в Психиатрии, исправленное издание (том 1). Под редакцией Майкелса Р. Филадельфия: J.Б. Липпинкотт, 1991, стр. 1–13

  20. Фуллер А.К., Блашфилд Р.К., Миллер М., и др. : Критерии садистского и саморазрушающего расстройства личности в выборке из сельской клиники. J Clin Psychol 48: 827–31, 1992

  21. Holt SE, Meloy JR, Strack S: Садизм и психопатия у насильственных и сексуально насильственных преступников. Закон J Am Acad Psychiatry Law 27: 23–32, 1999

  22. Мерфи К., Весс Дж .: Подтипы психопатии: предлагаемые различия между нарциссическими, пограничными, садистскими и антисоциальными психопатами.Psychiatr Q 74: 11–29, 2003

  23. Reich J: Распространенность и характеристики садистского расстройства личности среди ветеранов амбулаторного лечения. Psychiatry Res 48: 267–76, 1993

  24. Shedler J, Weston D: Размеры личностной патологии: альтернатива пятифакторной модели. Am J Psychiatry 161: 1743–54, 2004

  25. Блашфилд Р.К., Брин М.Дж .: Фактическая достоверность DSM-III-R расстройств личности.Am J Psychol 146: 1575–9, 1989

  26. Stone MH: Личности убийц: важность психопатии и садизма, в Психопатологии и насильственных преступлениях. Под редакцией Skodol AE. Вашингтон, округ Колумбия: American Psychiatric Press, 1998, стр. 42–6

  27. Бернер В., Бергер П., Гутьеррес К., и др. : Роль расстройств личности в лечении сексуальных преступников. J Offend Rehab 18: 25–38, 1992

  28. Myers WC, Monaco L: Переживание гнева, стили выражения гнева, садистское расстройство личности и психопатия у несовершеннолетних преступников, совершивших сексуальное убийство.J Forensic Sci 45: 698–701, 2000

  29. Hollingshead AB, Redlich FL: Социальный класс и психические заболевания: исследование сообщества. Нью-Йорк: Wiley, 1958, стр 66–136

  30. Херьяник Б., Кэмпбелл В. Дифференциация детей с психическими расстройствами на основе структурированного интервью. J Abnorm Child Psychol 5: 127–34, 1977

  31. Велнер З., Райх В., Херьянич Б., и др. : Исследования надежности, достоверности и согласия родителей и детей диагностического интервью для детей и подростков (DICA).J Am Acad Child Adolesc Psychiatry 26: 649–53, 1987

  32. Orvaschel H, Puig-Antich J, Chambers W, et al : ретроспективная оценка большой депрессии препубертатного периода с помощью Kiddie-SADS-E. J Am Acad Child Adolesc Psychiatry 21: 392–7, 1982

  33. Амброзини П.Дж .: Историческое развитие и нынешнее состояние расписания аффективных расстройств и шизофрении для детей школьного возраста (K-SADS).J Am Acad Child Adolesc Psychiatry 39: 49–58, 2000

  34. Фохл Б., Блюм Н., Циммерман Б.А., и др. : Структурированное интервью для DSM-III-R, персональное исправление. Айова-Сити: Университет Айовы, 1989

  35. Брент Д.А., Зеленак Дж. П., Букштейн О., и др. : Надежность и достоверность структурированного интервью для расстройств личности у подростков. J Am Acad Child Adolesc Psychiatry 27: 764–77, 1988

  36. Myers WC, Burket RC, Otto TA: Расстройство поведения и расстройства личности у госпитализированных подростков.J Clin Psychiatry 54: 21–6, 1993

  37. Fleiss JL: Статистические методы для норм и пропорций (ред. 2). Нью-Йорк: Wiley & Sons, 1981, стр. 211–37

  38. Райх У., Эрлз Ф .: Правила постановки психиатрических диагнозов детям на основе множественных источников информации: предварительные стратегии. J Abnorm Child Psychol 15: 601–16, 1987

  39. Myers WC, Blashfield R: Психопатология и личность несовершеннолетних преступников, совершивших сексуальные убийства.J Am Acad Psychiatry Law 25: 497–508, 1997

  40. Лобер Р., Берк Дж. Д., Лэхи ББ: Каковы подростковые предшественники антисоциального расстройства личности? Криминальное поведение, психическое здоровье, 12: 24–36, 2002

  41. Холмс С.Е., Слотер Дж. Р., Кашами Дж .: Факторы риска в детстве, которые приводят к развитию расстройства поведения и антисоциального расстройства личности. Детская психиатрия Hum Dev 31: 183–93, 2001

  42. Майерс М.Г., Стюарт Д.Г., Браун С.А.: Переход от расстройства поведения к антисоциальному расстройству личности после лечения подростковой токсикомании.Am J Psychiatry 155: 479–85, 1998

  43. Hipwell AE, Loeber R, Stouthamer-Loeber M, et al : Характеристики девочек с ранним началом деструктивного и антиобщественного поведения.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *