Волевое усилие в психологии это: 6.9. Характеристики и виды волевого усилия. Психология воли

Автор: | 26.04.2021

Содержание

Эмоциональные аспекты волевого усилия Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

УДК 159.9

ББК Ю935.2+Ю936

ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ ВОЛЕВОГО УСИЛИЯ

М.В. Чумаков

Рассматриваются теоретические основания для изучения эмоциональных и волевых процессов в их единстве. Предлагается технология исследования эмоциональной составляющей волевого усилия, преодолевающая недостатки ретроспективных методов. Эмпирическим путем выделяются типы волевого усилия в зависимости от особенностей их эмоционального компонента. Выявляется связь эффективности волевого усилия и особенностей его эмоциональной составляющей. Показаны индивидуальные особенности волевого усилия по параметру его эмоциональности. Показана особая роль эмоции интереса в механизме волевой регуляции.

Ключевые слова: воля, эмоции, эмоционально-волевая регуляция, волевой эпизод, типы волевых усилий.

Введение

В последнее время исследователи проявляют все больший интерес к изучению эмоциональных аспектов волевой регуляции (В.К. Вилюнас, 1986; О.В. Дашкевич, 1985;

В.А. Иванников, 1991; O.A. Конопкин, 2006;

В.И. Чирков, 1983).

Теоретические основания для рассмотрения эмоциональных процессов как процессов, имманентно присущих волевой регуляции, заложены в работах таких психологов, как J1.C. Выготский, С.Л. Рубинштейн,

А.Н. Леонтьев, В.А. Иванников, О.В. Дашкевич, O.A. Конопкин, Т.И. Шульга и др.

Этот интерес имеет глубокие исторические корни и опирается на теории В. Вундта, У. Кеннона и др.

Связь эмоций и воли можно обнаружить при рассмотрении взглядов JI.C. Выготского, который понимает волю как механизм, позволяющий овладеть собственным поведением, собственными психическими процессами.

Овладение собственным поведением осуществляется с помощью опосредующей деятельности, опирающейся на употребление знаков. Для воздействия на собственное поведение человек создает искусственные стимулы-средства, которые обеспечивают автостимуляцию. Основным моментом в процессе овладения собственным поведением является выбор. Затруднение в свободном выборе разрешается при помощи введения вспомогательного мотива. Первоначально в онтогенезе волевые функции осуществляются в интрепсихическом плане, а затем переносятся вовнутрь и приобретают интрапси-хическую форму. J1.C. Выготский отмечает:

«Ускользаемость от наблюдения самого важного момента в волевом акте объясняется тем, что механизм его внесен вовнутрь. Вспомогательный мотив в данном случае недостаточно отчетливо и ясно представлен. Типичным развернутым волевым актом в той же ситуации являются следующие три момента: 1) надо встать (мотив), 2) не хочется (мотив), 3) счет самому себе: раз, два, три (вспомогательный мотив) и 4) на «три» подъем. Это и есть введение вспомогательного мотива, создание ситуации извне, которая заставляет меня встать. Это совершенно похоже на то, как мы говорим ребенку: «Ну, раз, два, три — выпей лекарство». Это и есть воля в истинном смысле слова» (Л.С. Выготский, 1984, с. 281).

Л.С. Выготский усложнил методику исследования свободного выбора. Свободный выбор затруднялся и благодаря этому становился более продолжительным и развернутым, и, следовательно, более доступным для наблюдения. Это усложнение выбора достигалось, по существу, за счет привлечения эмоционального компонента. Давая описание экспериментальной ситуации, Л.С. Выготский отмечает: «Качественное изменение проявлялось в том, что на место однозначного мотива выступал многозначный, чем вызывалась сложная установка по отношению к данному ряду действий. Как уже сказано, этот ряд заключает в себе моменты, притягивающие и отталкивающие, приятные и неприятные, что относится в равной мере и к новым рядам, из которых нужно было сделать выбор» (Л.С. Выготский, 1984, с. 274). Таким образом, в ситуацию сложного выбора и борьбы мотивов вплетены эмоциональ-

ные состояния. Мы предполагаем, что эмоциональный аспект, заметно представленный в развернутом выборе присутствует в редуцированном виде и в простых реакциях выбора.

Внутренняя включенность эмоций в волевую регуляцию может быть обнаружена и при рассмотрении Л.С. Выготским усилий, связанных с овладением человеком собственными психическими функциями. Эти усилия представлены субъекту в эмоциональной форме. Л.С. Выготский говорит: «Остановимся теперь очень кратко на одном сложном явлении, которое не понятно в плане субъективного анализа и которое называется переживанием усилий» (Л.С. Выготский, 1984, с. 215).

Можно увидеть, что во взглядах Л.С. Выготского на волевой процесс есть предпосылки рассмотрения эмоций как необходимой внутренней составной его части. Это не противоречит и общей логике взглядов Л.С. Выготского, который неоднократно говорил о том, что психические функции нужно изучать не изолированно и отдельно, а во взаимодействии и взаимосвязи. Нужно изучать функциональные и структурные отношения между различными функциями, их сочетания и синтезы. Л.С. Выготский критикует периферическую теорию эмоций именно на том основании, что она изолирует эмоции от остальных психических процессов. Он отмечает: «Самая локализация источника эмоций, из которого берет начало специфическое качество чувства, вне мозга, на периферии, уже предполагает выключение аффектов из всего того комплекса связей, из всей той системы отношений, из всей той функциональной структуры, которые составляют истинный предмет психического развития человека» (Л.С. Выготский, 1984, с. 210).

Можно сказать, что взгляды Л.С. Выготского на взаимодействие волевого и эмоционального процессов неоднородны. Однако внимательное прочтение его работ дает нам вполне определенные методологические основания для рассмотрения волевой и эмоциональной сфер личности, волевой и эмоциональной регуляции деятельности в их единстве.

Рассматривая взгляды А.Н.Леонтьева на проблему взаимосвязи эмоций и воли необходимо иметь в виду, что у него нет специальных работ, посвященных этому вопросу. Однако в работах А.Н. Леонтьева уделяется

достаточно внимания проблеме участия эмоций в регуляции деятельности, а отдельные замечания по проблемам воли позволяют сделать некоторые выводы о взаимодействии волевых и эмоциональных процессов. Взгляды А.Н. Леонтьева на проблему эмоций не были однородными. Им выделялись «аффекты», «предметные чувства», «собственно — эмоции», «простейшие эмоциональные процессы» и «высшие эмоциональные процессы» (Психология эмоций…, 1984). Воля, или точнее, волевое действие, рассматривалось им как действие, порождаемое несколькими мотивами, одни из которых являются положительными, другие — отрицательными. То есть, они имеют различные аффективные знаки. Давая описание процесса формирования личности, который может быть рассмотрен как развитие воли,

А.Н. Леонтьев отмечает, что при формировании иерархически организованных связей мотивов возникают ситуации их разнонаправленного действия. Противоположно направленные мотивы могут быть подчинены только с помощью идеального мотива.

А.Н. Леонтьев формулирует данное положение следующим образом: «Что же касается формы, в какой выступают мотивы, то в сложных обстоятельствах волевой деятельности очень ясно обнаруживается, что только идеальный мотив, то есть мотив, лежащий вне векторов внешнего поля, способен подчинять себе действия с противоположно направленными внешними мотивами. Говоря фигурально, психологический механизм жизни — подвига нужно искать в человеческом воображении» (А.Н. Леонтьев, 1983, с. 216).

И как раз эмоции, в частности, способствуют этому: « Собственно эмоции носят отчетливо выраженный идеаторный характер; это значит, что они способны предвосхищать ситуации и события, которые реально еще не наступили и возникают в связи с представлениями о пережитых или воображаемых ситуациях» (Психология эмоций…, 1984, с. 170). Итак, механизмы воли заключаются в том, что ситуация конкуренции мотивов, имеющих различный аффективный заряд, регулируется при помощи воображения, или, точнее, при помощи идеального мотива. Эти представления, воображаемые ситуации эмоциональны. Собственно, идеа-торная функция как раз и обеспечивается эмоциями. Таким образом, сама ситуация волевого действия порождается, помимо

всего прочего, эмоциями. Точнее, разнонаправленным аффективным «зарядом» мотивов, лежащих в основе деятельности. И эмоции же помогают обеспечить функционирование волевых механизмов, позволяющих обеспечить регуляцию деятельности в сложившихся обстоятельствах.

Кроме того, А.Н. Леонтьев рассматривает эмоции как индикаторы, которые помогают человеку поставить «задачу на смысл» и решить ее. Эмоции помогают осознать соотношения мотивов. В данном случае так же, как и в предыдущем, связь эмоций и воли не констатируется напрямую. Однако ее можно вполне предполагать, имея в виду определения воли через категорию осознания, понимание воли как осознанной регуляции, регуляции личностного уровня. В этом случае эмоции играют важную роль в волевой регуляции, они помогают личности осознать свои особенности, свою мотивацию.

По С.Л. Рубинштейну эмоции представляют собой переживание отношения человека к окружающему. Наряду с описательными характеристиками эмоций он рассматривает их природу и функции. Более глубокий взгляд на эту природу приводит автора к рассмотрению связи эмоций и потребностей личности. Эмоция приобретает свой знак в зависимости от отношения явлений действительности к потребностям субъекта. Более того, эмоция представляет собой конкретную форму существования потребности, ее активную сторону. Приходя к такому заключению, С.Л. Рубинштейн делает закономерный вывод о том, что воля и эмоции едины в своих истоках. Эмоции по

С.Л. Рубинштейну имеют двойственную природу — активную (стимулирующую деятельность) и пассивную (эмоционально переживаемые состояния). Можно предположить, что активная сторона эмоциональных образований связана с волевыми процессами. Эмоция представляет собой некоторую единицу анализа, включающую в себя помимо всего прочего и волевой компонент.

С.Л. Рубинштейн пишет: «Ни одна реальная эмоция не сводима к изолированно взятой, чистой, т.е. абстрактной, эмоциональности или аффективности. Всякая реальная эмоция обычно представляет собой единство аффективного и интеллектуального, переживания и познания, поскольку она включает в себя в той или иной мере и волевые моменты, влечения, стремления, поскольку вообще в ней

в той или иной мере выражается весь человек» (С.Л. Рубинштейн, 1989, с. 153).

Одной из наиболее разработанных теорий волевой регуляции деятельности, связывающей волю и мотивацию и, в то же время, раскрывающую отличительные признаки этой регуляции, является теория В.А. Иванникова. Волевая регуляция рассматривается В.А. Иванниковым как форма произвольной регуляции, обеспечивающая дополнительное побуждение на основе произвольной мотивации и отличающаяся такими признаками, как осознанность, реализуемость по собственному решению человека на основе внешней или внутренней необходимости при помощи создания дополнительного побуждения (В.А. Иванников, 1985; В.А. Иванников, 1991). Теория предлагает и механизм осуществления волевого действия — создание дополнительного смысла действия (В.А. Иванников, 1991). В рамках данного подхода, а так же подхода В.И.Селиванова, используются понятия волевого усилия и волевых качеств личности (В.А. Иванников и др., 1986, 1990; В.И. Селиванов, 1974). Поскольку смысловая сфера личности связана с эмоциональной сферой, теория В.А Иванникова открывает возможности для изучения эмоциональных и волевых процессов в их единстве.

О возможности такого подхода можно заключить, рассматривая работы O.A. Коно-пкина. Анализируя участие эмоций в процессах осознанной регуляции целенаправленной активности человека он пишет: «Мотивационный потенциал «потребностно пе-реживамой» цели обеспечивает всей деятельности тот эмоционально-волевой тонус, который необходим для преодоления разного рода трудностей» (O.A. Конопкин, 2006, с. 40).

В понимании эмоциональной регуляции мы опираемся на работы О.В. Дашкевича, И.А. Васильева, В.К. Вилюнаса и др.

О.В. Дашкевич рассматривает эмоциональную регуляцию как целостный психическое образование, включающее аффективный (эмоциональный), познавательный (когнитивный), и волевой компоненты (О.В. Дашкевич, 1985). В выделении базовых эмоций используется подход К. Изарда, а в определении особенностей эмоциональных состояний — В.И. Чиркова (К. Изард, 1980;

В.И. Чирков, 1983).

Цель исследования: изучение эмоций, непосредственно включенных в процесс

эмоционально-волевой регуляции в естественных условиях.

Задачи исследования.

1. Разработать метод исследования эмоций, включенных в процесс эмоционально-волевой регуляции в естественных условиях, преодолевающий ограничения ретроспективных методов.

2. Изучить особенности эмоциональных составляющих эмоционально-волевой регуляции. Выявить наиболее характерные эмоциональные составляющие.

3. Выявить разновидности волевых усилий в зависимости от специфики эмоционального компонента.

Количество испытуемых. Выборка исследования составила 151 волевой эпизод.

В исследовании принимали участие как мужчины, так и женщины, живущие как в городе, так и в сельской местности. Общее количество испытуемых — 51 человек (возраст от 17 до 35 лет). Все испытуемые исследовались с помощью одной и той же исследовательской процедуры (структурированный самоанализ волевого эпизода), которая проводилась в одинаковых условиях и в одинаковой последовательности.

Методика

Имея достаточно теоретических и практических оснований для исследования эмоциональных сторон волевой регуляции, мы разработали методику для получения эмпирических данных. Лабораторный эксперимент, давая возможность точного измерения, не позволяет исследовать явление в естественных условиях, а тесты имеют существенный методологический недостаток. Относясь к категории реетроспективных самоотчетов, они исследуют не столько реальные психологические явления, сколько их когнитивные репрезентации. Когнитивные репрезентации, как показано в ряде работ, подвержены искажениям. Например, на них влияют процессы реинтерпретации, каузальной атрибуции, ошибки памяти и т.д. Так, в исследованиях Margraf было показано, что существует статистически значимая (р<0,01) разница между ретроспективными отчетами испытуемых об интенсивности панических кризисов и их отчетами в специально структурированном для целей исследования ежедневнике. Дня преодоления этих негативных процессов в исследовательской группе М. Перре разработана технология COMES (Система шкал, предъявляемых с помощью карманного компьютера) для изучения

стресса в полевых условиях (М. Перре и др., 2004). Принципы, заложенные в основу данной технологии, были применены нами для целей исследования эмоциональных аспектов волевой регуляции. Существенная особенность этой методики заключаются в регистрации исследуемых характеристик в реальных условиях при минимальном промежутке между событием и его описанием. Испытуемый получал инструкцию следующего содержания: «Ваша задача дать искренний анализ волевых усилий, которые Вы применяете для преодоления возникающих в Вашей жизни трудностей. Всякий раз, когда Вы применяете волевое усилие, непосредственно после него, ответьте на ряд вопросов. Некоторые вопросы предполагают свободные ответы, некоторые -ответы на стандартизированные самоотчета. Пожалуйста, будьте искренни и внимательны. Правильных или неправильных ответов не существует. Воспользуйтесь для выполнения задания карманным компьютером». Перед проведением эксперимента испытуемые получали необходимые инструкции по пользованию карманным компьютером. Испытуемым не давалось инструкции, сколько эпизодов следует описывать, давался только примерный ориентир — три волевых эпизода за день. При этом оставлялась возможность давать меньшее число описаний, если есть сомнения в том, применялось ли усилие или нет. Сбор материала проводился в двух вариантах. При этом методика оставалась той же самой. В одном из вариантов требовалось давать описание волевых эпизодов в течение недели. Таким образом, появлялась возможность изучить динамику проявлений эмоционально-волевой регуляции и ее особенностей у отдельного испытуемого. В данном случае испытуемые давали описание примерно двадцати эпизодов. В другом варианте один испытуемый давал описание только одного эпизода. Испытуемый вначале должен был дать содержательное описание волевого эпизода. Что происходило во время эпизода, в каком месте находился испытуемый, с кем. Что делал испытуемый и в какой последовательности. Сколько времени продолжался волевой эпизод и чем завершился. В результате исследователь получал информацию о внешней стороне происходящих событий. Далее в текстовом формате испытуемый давал информацию о том, какие эмоции он переживал во время волевого эпизода, какова была их последовательность, интенсивность так же испытуемого просили отметить, что он думал, когда происходил волевой

эпизод. Таким образом, мы получили возможность изучить естественные волевые проявления и выявить динамику эмоций, которые их сопровождают, избегая ошибок, возможных при применении ретроспективных самоотче-тов. Описание эмоций непосредственно после волевого усилия позволяет получить более достоверные данные и выявить более тонкую эмоциональную динамику. Процедура свободного описания позволяет получить искренние «живые» переживания, изложенные в форме небольших рассказов, в которых представлена как объективная, так и субъективная картина прожитых событий.

В качестве единицы анализа взят волевой эпизод. Мы предполагаем, что процесс эмоционально-волевой регуляции может быть разбит на ряд дискретных единиц. Этой единицей является комплекс психологических параметров (эмоций, мыслей и т.д.), сопровождающих поведение в ситуации преодоления некоторой трудности, требующей применения усилия. Такая ситуация и является волевым эпизодом, а поведение в ней волевым действием. Волевой эпизод имеет определенную временную протяженность и содержит различные компоненты, необходимые для понимания процесса эмоционально-волевой регуляции. Волевой эпизод имеет объективные параметры (например, такие, как время, результат, эффективность) и субъективные характеристики (например, такие, как чувство преодоления некоторой трудности, усилие). Волевое усилие хорошо идентифицируется, понимается испытуемыми, имея довольно четкую представленность в субъективном пространстве. Волевой эпизод может быть структурирован. Волевые эпизоды в том, как они раскрываются испытуемыми, отличаются от сухих и запро-

граммированных данных по стандартизированным самоотчетам. В них проявляются установки испытуемых, их ценности, цели, трудности, проблемы и предрассудки. Таким образом, процедура приобретает идеографический характер. Предварительные пробы показали, что испытуемые довольно хорошо выделяют волевые эпизоды и способны их анализировать. Процедура, названная нами структурированный самоанализ волевого эпизода (ССВЭ), позволяет им делать это более точно и получать сравнимые результаты. Испытуемый давал подробный самоотчет о содержании эпизода, эмоциях, которые сопровождали эпизод и т.д. Самоотчет проводился испытуемыми в полевых условиях непосредственно после окончания эпизода волевого усилия. Самоотчет помимо текстового описания волевого эпизода и эмоций, которые его сопровождали включал в себя отчет по шкале К. Изарда, опроснику функционального психического состояния В.И. Чиркова, опроснику САН (самочуствие, активность, настроение), шкале реактивной тревожности Ч.Д. Спил-бергера и Ю.Д. Ханина.

Таким образом, текстовое описание дополнялось данными стандартизированных са-моотчетов. Стандартизированные самоотчеты позволили проводить сравнение испытуемых и применить статистические процедуры. В текстовом описании волевого эпизода нужно было указать — какие эмоции переживал испытуемый, какова была их динамика. Таким образом, процедура сочетает структурированность, позволяющую сделать количественное сравнение испытуемых и применить статистические методы, и возможности качественного анализа. Результаты представлены в табл. 1-9.

Таблица 1

Средние значения выраженности основных эмоций (ШДЭ) в процессе реализации волевого усилия

Эмоции Средние значения Средние квадратические отклонения

И. 9,4 3,8

Р. 6,9 3,7

У. 5,7 3,1

Ге. 6,7 3,6

Гн. 5,1 2,7

О. 4,4 2,3

П. 4,5 2,6

Сх. 4,2 2,0

Сд. 4,4 2,5

В. 6,2 3,5

Условные обозначения: И. — интерес; Р. — радость; У. — удивление; Ге. — горе; Гн. — гнев; О. — отвращение; П. -презрение; Сх. — страх; Сд. — стыд; В. — вина.

Таблица 2

Индивидуальные различия в выраженности основных эмоций в процессе волевого усилия (I критерий для независимых выборок) п=21

Эмоции Ср. значения исп. 1 Ср. квадр. откл. исп. 1 Ср. значения исп. 2 Ср. квадр. откл. исп. 2 Уровень значимости различий

И. 9,7 2,6 10,0 4,4

Р. 9,1 3,4 6,9 3,9

У. 7,6 3,2 4,3 1,9 0,001

Ге. 7,3 3,5 6,0 3,9

Гн. 5,4 2,9 4,7 2,1

О. 4,7 1,7 3,4 1,3

П. 7,6 3,0 3,1 0,5 0,001

Сх. 4,6 1,3 3,0 0,5

Сд. 6,2 2,9 3,0 0,6 0,001

В. 9Д 3,1 3,4 1,1 0,001

Условные обозначения: И. — интерес; Р. — радость; У. — удивление; Ге. — горе; Гн. — гнев; О. — отвращение; П. -презрение; Сх. — страх; Сд. — стыд; В. — вина.

Таблица 3

Эмоциональные профили (ШДЭ) волевого усилия

Эмоции Профиль 1 Профиль 2 Профиль 3

И. 3 12 13

Р. 3 10 15

У. 4 3 9

Ге. 12 3 3

Гн. 11 3 3

О. о 3 3

П. 4 л 3

Сх. 3 3 3

Сд. 3 3 3

В. 3 3 3

Условные обозначения: И. — интерес; Р. — радость; У. — удивление; Ге. — горе; Гн. — гнев; О. — отвращение; П. -презрение; Сх. — страх; Сд. — стыд; В. — вина.

Таблица 4

Выраженность основных эмоций (ШДЭ) в деятельности и волевых усилиях различного типа

Эмоции 1 2 3 4 5 6

И. 9,8 2,5 11,3 зд 7,5 3,2

Р. 8,8 3,1 9,0 3,2 6,2 3,1

У. 4,7 2,2 5,7 2,8 5,2 2,9

Ге. 5,6 2,0 5,5, 1,3 9,3 3,2

Гн. 4,1 1,8 4,2 1,7 6,2 2,0

О. 4,0 1,7 4,0 2,3 4,2 1,2

П. 4,2 2,0 4,5 1,0 5,0 2,2

Сх. 4,1 2,0 3,4 1,0 4,0 1,4

Сд. 5,3 2,6 3,8 1,7 7,0 2,0

В. 5,6 2,2, 5,1 2,1 8,0 2,1

Условные обозначения: И. — интерес; Р. — радость; У. — удивление; Ге. — горе; Гн. — гнев; О. — отвращение; П. -презрение; Сх. — страх; Сд. — стыд; В. — вина; 1,2- средние значения и средние квадратические отклонения фонового замера выраженности основных эмоций в деятельности; 3, 4 — средние значения и средние квадратические отклонения выраженности основных эмоций в эффективном волевом усилии; 5,6 — средние значения и средние квадратические отклонения выраженности основных эмоций в неэффективном волевом усилии.

Таблица 5

Корреляционные связи выраженности основных эмоций (ШДЭ) и эффективности волевого усилия

Параметр И. Р. Ге. Гн. О п В.

Эфф. 0,29** 0,21* -0,26** -0,28* -0,31** -0,32** -0,20*

Условные обозначения: Эфф. — эффективность; И. — интерес; Р. — радость; Ге. — горе; Гн. — гнев; О. — отвращение; П. — презрение; В. — вина.

Таблица 6

Средние значения выраженности компонентов функционального психического состояния, сопровождающего эффективное и неэффективное волевое усилие (ФПС)

Параметр 1 2 3

Н. 4,6 5,3 3,6

У.Б. 4,1 4,0 3,7

М. 4,5 5,0 4,4

О.У. 4,6 5,3 4,3

Условные обозначения: Н. — настроение: У.Б. -уровень бодрствования: М. -мотивация: О.У — оценка успеха: 1 — средние значения для ситуации волевого усилия в целом: 2 — средние значения для эффективного волевого усилия: 3 — средние значения для неэффективного волевого усилия.

Таблица 7

Корреляции между компонентами ФПС в ситуации волевого усилия

Параметр н. У.Б. М. О.У.

Н. — — 0,59** 0,68**

У.Б. — — 0,38* 0,10

М. — — — 0,63**

Условные обозначения: Н. -настроение: У.Б. — уровень бодрствования: М. — мотивация: О.У — оценка успеха.

Таблица 8

Корреляции между компонентами ФПС в ситуации эффективного волевого усилия

Параметр н. У.Б. М. О.У.

Н. — — 0,68** 0,66**

У.Б. — — 0,35* 0,13

М. — — 0,89**

Условные обозначения: Н. — настроение: У.Б. -уровень бодрствования: М. — мотивация: О.У — оценка успеха.

Таблица 9

Корреляции между компонентами ФПС в ситуации неэффективного волевого усилия

Параметр Н. У.Б. М. О.У.

Н. — -0,38* 0,61** 0,71**

У.Б. — — — —

М. — — — 0,70**

Условные обозначения: Н. — настроение; У.Б. — уровень бодрствования; М. — мотивация; О.У — оценка успеха.

Обсуждение результатов

Результаты, представленные в табл. 1, показывают нам, что основной эмоцией, сопровождающей волевое усилие, является интерес. Такие результаты обусловлены, с нашей точки зрения, двумя причинами. Первая из них заключается в том, что эмоция интереса вообще является наиболее часто испытываемой положительной эмоцией. К. Изард отмечает: «Теория дифференциальных эмоций считает, что интерес является доминирующим мотивационным состоянием в повседневной деятельности нормального человека» (К. Изард, 1980, с. 187). Другая причина преобладания интереса заключается в специфике волевой регуляции деятельности. Согласно точке зрения В.А. Иванникова, волевая регуляция обеспечивается механизмом произвольного изменения мотивации (В.А. Иванников, 1991). Эти изменения в

сторону усиления и связаны с эмоцией интереса, в отношении который К. Изард отмечает: «Интерес может усиливать любые побуждения, включая основные потребности» (К. Изард, 1980, с. 196). Таким образом, наши данные, отражающие эмоциональные составляющие волевого усилия, эмпирически обнаруживают еще одно средство активизации волевой регуляции — изменение ее эмоционального сопровождения. Саморегуляция, направленная на активизацию интереса, будет способствовать поддержанию волевого усилия.

Данные, представленные в табл. 2, демонстрируют наличие индивидуальных различий между испытуемыми. Каждый из сравниваемых испытуемых давал систематические самоотчета по методу ССВЭ в течение недели. В итоге мы получили данные о содержании и эмоциональной составляю-

щей волевых усилий по 21 эпизоду для каждого испытуемого. В данном случае мы можем видеть проявление личностных особенностей в реализации механизмов волевой регуляции. Например, в наших данных испытуемый 1 склонен к частому переживанию чувства вины. Получаемая таким образом информация позволяет включить в реестр средств коррекции волевой регуляции тренинги личностного роста, консультативные техники. Фиксация с помощью метода ССВЭ эмоциональных проявлений в процессе волевой регуляции позволяет учесть личностные особенности, существенные с точки зрения ее оптимизации.

Сведения, отраженные в табл. 3, демонстрируют не различия испытуемых, а различия эмоциональной составляющей волевых эпизодов. В представленных данных видны два различных типа волевых усилий. Один из них связан с преобладанием эмоций интереса и радости, а другой — горя и гнева. Второй тип волевого усилия мы считаем не оптимальным и приводящим к негативным последствиям. Злоупотребление применением механизма волевого усилия несмотря на негативные эмоции, прежде всего горе, приводит к переутомлению, нарастанию депрессивных проявлений, снижению эффективности деятельности. Приведем выдержки из протоколов, дающие представление о содержательной стороне волевых эпизодов первого и второго типов.

В первом эпизоде эмоциональная составляющая представлена преимущественно эмоциями горя и гнева. «Утром у меня сильно разболелась голова. С самого детства я стараюсь не пить таблеток, укрепляя тем самым свой иммунитет. Поэтому всячески пыталась отвлечься от головной боли. Я пыталась расслабиться, ни о чем не думать. Сделала расслабляющий массаж, пыталась уснуть. Но ничего не помогло. В конечном итоге головная боль так и не прошла, хотя стала не такой сильной». Длительность волевых усилий в данном эпизоде 3 часа.

В эпизодах 2 и 3 эмоциональная составляющая представлена преимущественно эмоциями интереса и радости. «Мы поехали на дачу и занялись там уборкой на участке и в самой даче. Я пыталась быстрее и эффективнее работать, всячески развлекала себя. Искала игру во всем и совмещала это с работой. Выполняла разнообразную работу, старалась не «зацикливаться» на одном деле. В итоге я быстро выполнила предназначенную

для меня работу» (Эпизод 2) Длительность волевых усилий — 2 часа. « На даче после бани я пошла искупаться на водоем. Но, зайдя в воду застыла в оцепенении и попыталась заставить себя окунуться в воде. Я пыталась собрать всю силу воли и просто зайти в воду. Думала о том, что я делаю так не в первый раз и что после этого просто «срывает голову». В конечном счете, побыв в воде около 2-х минут я вышла на берег с новыми ощущениями». (Эпизод 3) Длительность эпизода — 15 секунд.

В описании второго эпизода мы видим также способы поддержания волевого усилия с помощью механизма произвольного изменения мотивации, раскрытого В.А. Иванниковым. В данном случае испытуемый искусственно создает игровую ситуацию («искала игру во всем») и пытается разнообразить деятельность («выполняла разнообразную работу»). Привнесение игры, разнообразия активирует эмоции интереса и радости, которые помогают поддержать мотивацию. В описании эпизода 1 хорошо видна неадекватность использования механизма волевого усилия, порожденного упорством в ложной позиции переносить головную боль без медицинского вмешательства. Волевое усилие осуществляется на депрессивном эмоциональном фоне и усиливает негативные симптомы. Подобный анализ показывает нам пути личностной коррекции эмоциональноволевой регуляции. Именно личностные особенности и ложные убеждения делают в данном случае волевое усилие неэффективным. В коррекции нуждаются ложные установки испытуемого.

Как отмечает К. Изард, интерес также является основной эмоцией, поддерживающей деятельность вне зависимости от того, сопряжена она с выраженным волевым усилием, или нет. В связи с этим нами проведено сравнение по шкале К. Изарда эмоционального профиля волевого усилия и «фонового» эмоционального профиля.

Гипотеза заключалась в том, что эти профили будут различаться по параметру выраженности эмоции интереса. Эмоция интереса будет более выражена в волевом усилии.

Рассмотренные выше данные обнаруживают существование двух типов волевого усилия в зависимости от характера включенных в его осуществление эмоций. Первый тип с преобладанием эмоций интереса и радости, а второй — с преобладанием эмоции горя и гнева ( см. табл. 3).

Эти типы усилия связаны с его результативностью. Полученные данные позволяют уточнить гипотезу. Профили будут различаться с учетом фактора эффективности волевого усилия.

Фоновый замер по шкале ШДЭ проводился на группе студентов и слушателей университета. Выборка составила 331 человек. Замер выраженности эмоций в деятельности проводился в разное время суток, чтобы избежать влияние такого фактора, как утомление.

Первую сравниваемую группу составили эпизоды эффективного волевого усилия. Выборка — 31 эпизод.

Вторая сравниваемая группа состояла из неэффективных волевых эпизодов и включала 21 случай. Эффективность волевого усилия определялась самим испытуемым в диапазоне от 0 до 100%, а также путем анализа текстового отчета.

Полученные данные, представленные в табл. 4 и 5, подтверждают выдвинутую ранее гипотезу. В процессе эффективного волевого усилия значимо более выражена эмоция интереса и менее выражена эмоция стыда. В процессе неэффективного волевого усилия значимо меньше выражены эмоции интереса и радости и значимо больше — эмоции горя, гнева, стыда и вины.

Еще одна гипотеза заключалась в том, что функциональные психические состояния в процессе реализации волевого усилия будут различаться в зависимости от его эффективности. Эта гипотеза также подтверждается, что видно из табл. 6, 7, 8 и 9. Показатель суммы внутренних связей (СВС), вычисляемый как частное произведения суммы корреляционных связей и числа значимых корреляционных связей к общему числу коэффициентов корреляции, выше в ситуации эффективного волевого усилия. В ситуации волевого усилия без дифференциации по эффективности он равен 20,1, в ситуации эффективного усилия — 23,6, в ситуации неэффективного усилия — 24,0. Показатель СВС вычислялся в соответствии с формулой, приводимой В.И. Чирковым (В.И. Чирков, 1983). Исходя из даваемой им интерпретации, показатель свидетельствует о степени детерминированности состояния выполняемой деятельностью. Исходя из этого, эффективное волевое усилие сопровождается состоянием, в большей степени детерминированным деятельностью, чем неэффективное. В случае эффективного усилия выше значе-

ния всех компонентов ФПС, а различия в настроении достигают значимого уровня.

Есть различия и в качественной оценке. В ситуации неэффективного волевого усилия отсутствует корреляционная связь таких компонентов ФПС, как уровень бодрствования и мотивация, а связь между уровнем бодрствования и настроением отрицательна (в случае эффективного волевого усилия она вообще отсутствует). В основном этим объясняется и более низкий показатель внутренней интегрированности состояния. Можно сказать, что такой компонент ФПС как уровень бодрствования менее интегрирован в общую структуру в ситуации неэффективного усилия.

Выводы

1. Наиболее выраженной эмоцией, сопровождающей волевое усилие, является интерес.

2. Волевые усилия различаются в зависимости от характера сопровождающих их эмоций. Можно выделить по меньшей мере две разновидности волевого усилия в зависимости от характера переживаемых в его процессе эмоций. Во-первых, волевое усилие с преобладанием эмоций радости и интереса. Во-вторых, волевое усилие с преобладанием эмоции горя или эмоции горя в сочетании с некоторыми другими отрицательными эмоциями, например, такими, как гнев, вина.

3. Систематическое применение метода ССВЭ позволяет выявить некоторые личностные особенности испытуемых, влияющие на эффективность волевых усилий. Эта информация может быть полезна для коррекции некоторых негативных параметров эмоционально-волевой регуляции.

4. Эмоции, сопровождающие волевое усилие, различны в зависимости от его эффективности. Эмоции интереса и радости менее выражены в ситуации неэффективного волевого усилия, а эмоции горя, гнева, стыда и вины — более.

5. Функциональное психическое состояние, возникающее в процессе волевого усилия, различается в зависимости от его эффективности. Показатель интегрированности состояния выше в эффективном усилии. Компоненты ФПС более выражены в эффективном волевом усилии (выше мотивация, оценка успеха, настроение и уровень бодрствования).

Литература

1. Васильев, И.А. Эмоции и мышление / И.А. Васильев, В.Л. Поплужный, O.K. Тихомиров. — М., МГУ, 1980.

2. Вилюнас, В. К. Психологические механизмы биологической мотивации /

B.К. Вилюнас. — М., 1986.

3. Выготский, Л. С. Собрание сочинений. Т.З. /Л.С. Выготский. -М., 1984.

4. Выготский, Л.С. Собрание сочинений. Т.6. /Л.С. Выготский. -М., 1984.

5. Дашкевич, О. В. Эмоциональная регуляция деятельности в экстремальных условиях: автореф. дис. д-ра псих, наук / О.В. Дашкевич — М., 1985.

6. Иванников, В.А. К сущности волевого поведения / В.А. Иванников // Психологический журнал. — 1985. — Т. 6. — №3. —

C. 47-56.

7. Иванников, В.А. Психологические механизмы волевой регуляции / В.А. Иванников. -М., 1991.

8. Иванников, В.А. Структура волевых качеств по данным самооценки /

В.А. Иванников, Е.В. Эйдман // Психологический журнал. -1990. —№3.

9. Иванников, В.А. Количественная оценка волевого усшия при напряженной физической работе / В.А. Иванников, Е.В. Эйдман // Вопросы психологии. — 1986. -т.-С. 132-141.

10. Изард К. Эмоции человека / К. Изард. -М.: Изд-во МГУ, 1980.

11. Ильин, Е.П. Психология воли / Е.П. Ильин. — СПб., 2000.

12. Конопкин, O.A. Участие эмоций в осознанной регуляции целенаправленной активности человека / O.A. Конопкин // Вопросы психологии. — 2006. -№3 — С. 38-49.

13. Конопкин, O.A. Психологические механизмы регуляции деятельности / O.A. Конопкин. — М., 1980.

14. Леонтьев, А.Н. Деятельность. Сознание. Личность / А.Н. Леонтьев // Избранные произведения: в 2 т. — М.: Педагогика, 1983. -Т.2.- С. 5-123.

15. Моросанова, В.И. Стилевые особенности саморегулирования личности /

В. И. Моросанова // Вопросы психологии. -1991. -Ш.-С. 121-127.

16. Перре, М. Как измерить стресс? Новый подход: систематическое самонаблюдение с помощью карманного компьютера / М. Перре, М. Хорнер, М. Морвал // Ярославский психологический вестник. -2004. -Вып. 12. — С. 95-107.

17. Психология эмоций. Тесты / под ред. В. К. Вилюнаса, Ю.Б. Гиппенрейтер. -М.: Изд-во Моск. ун-та, 1984.

18. Рубинштейн, С.Л. Основы общей психологии / С.Л. Рубинштейн. — М., 1989.

19. Селиванов, В. И. Психология волевой активности / В. И. Селиванов. — Рязань, 1974.

20. Чирков, В.И. Диагностика качественного своеобразия и интенсивности функциональных психофизиологических состояний человека: автореф. дисс. …канд.психол.наук /

B.И. Чирков. — Л., 1983.

21. Чирков, В.И. Создание и использование шкалы оценки функционального психического состояния / В.И. Чирков // Проблемы индустриальной психологии. — Ярославль, 1983. — С. 91-99.

22. Чумаков, М. В. Диагностика волевых особенностей личности / М. В. Чумаков // Вопросы психологии. — 2006. — №1 —

C. 169-178.

23. Чумаков, М.В. Метод диагностики эмоциональной составляющей волевого усилия (ССВЭ) / М.В. Чумаков // Ярославский психологический вестник. — 2006. — Вып. 18. — С. 67-70.

Поступила в редакцию 18.02.2009

Чумаков Михаил Владиславович.\

психологии

E. Do Ильин

ПСИХОЛОГИЯ ВОЛИ

2-е издание

tgrmTEP*

Москва ■ Санкт-Петербург ■ Нижний Новгород ■ Воронеж

Ростов-на-Дону ■ Екатеринбург ■ Самара ■ Новосибирск

Киев ■ Харьков ■ Минск

2009

ББК 88.352.2я7 УДК 159.947(075) И46

Ильин Е. П. И46 Психология воли. 2-е изд. — СПб.: Питер, 2009. — 368 с.: ил. — (Серия «Масте­ра психологии»).

ISBN 978-5-388-00269-3

Второе, переработанное и дополненное, издание учебного пособия (предыдущее вышло в 2000 г.) посвящено одному из важнейших разделов общей психологии — теории и методоло­гии изучения волевых процессов. В книге с авторской позиции проанализированы традици­онные и новейшие научно-философские, психологические и физиологические представления о явлениях волевой сферы человека (в частности, о «силе воли»), прослежены закономерно­сти ее развития в онтогенезе, а также ее проявления в различных видах поведения и деятель­ности, рассмотрены вопросы патологии воли.

В систематизированном виде в пособии представлены малоизвестные психодиагностические методики изучения воли, которые могут быть с успехом использованы в практической деятельно­сти специалистов системы образования, спортивной и производственно-организационной сферы.

Издание адресовано психологам, психофизиологам, педагогам, а также студентам вузовских факультетов психологического и педагогического профилей.

ББК 88.352.2я7 УДК 159.947(075)

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было фор­ме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

ISBN 978-5-388-00269-3

© ООО «Питер Пресс», 2009


Оглавление

Предисловие ко второму изданию 9

Предисловие к первому изданию 10

Введение 12

Глава 1 Теории воли


  1. Воля как волюнтаризм 17

  2. Воля как свободный выбор 21

  3. Воля как произвольная мотивация 28

  4. Воля как долженствование 36

  5. Воля как особая форма психической регуляции 38

  6. Воля как контроль за действием 41

  1. Воля как механизм преодоления внешних и внутренних препятствий и трудностей 42

  2. Слабости противоборствующих по вопросу о природе воли направлений 46

Глава 2 Воля как произвольное управление поведением и деятельностью человека

  1. Является ли воля реальным психологическим явлением? 50

  2. Воля как синоним произвольности 54

  3. Воля — это волевая регуляция или произвольное управление? 56

  4. Структура произвольного акта 60

  5. Произвольные и волевые действия 64

Глава 3 Психофизиологические механизмы произвольного управления поведением

и деятельностью


  1. Условно-рефлекторные теории произвольного управления 69

  1. Функциональные системы и произвольное управление действиями и деятельностью 71

  2. Сознательность и преднамеренность как признаки произвольного управления 76

  1. Связь произвольного управления с речевыми сигналами 84

  2. Представление как компонент произвольного управления 85

  3. Морфофункциональные структуры произвольного управления 87

6 Оглавление

Глава 4 Самоинициация произвольных действий

4.1. Представления о непроизвольной инициации

произвольных действий 90

4.2. Представления о сознательной инициации волевых действий 93

Глава 5 Сознательный самоконтроль как форма произвольного управления


  1. Развитие идеи о самоконтроле 98

  2. Роль обратной связи и ее механизмы в процессе

самоконтроля действий 104

  1. Произвольное внимание как инструмент самоконтроля 108

  2. Самоконтроль и автоматизация действий 109

  3. Самоконтроль поведения 115

Глава 6 Волевая регуляция и волевое усилие (самомобилизация)

  1. Что такое «волевой человек» 117

  2. Волевая регуляция и сила воли 118

  3. О моральной оценке проявления силы воли 121

  4. Волевые состояния 124

  5. Соотношение волевой и эмоциональной регуляции 129

  6. Волевое усилие как один из механизмов волевой регуляции 131

  7. Природа волевого усилия 137

  8. Самостимуляция как механизм актуализации волевого усилия 141

  9. Характеристики и виды волевого усилия 143

Глава 7 Волевые качества личности

  1. Что такое волевые качества личности 145

  2. Состав волевых качеств 149

  3. Структура и общие характеристики волевых качеств 151

  4. От чего зависит уровень проявления волевых качеств 154

  5. Насколько объективно оценочное суждение о волевых качествах . . . . 157

  6. Классификации волевых качеств 166

Глава 8 Характеристика отдельных волевых качеств

  1. Волевые качества, связанные с целеустремленностью 172

  2. Волевые качества, характеризующие самообладание 186

  3. Характеристики волевого поведения (сложные морально-волевые качества) 199

Оглавление 7

Глава 9 Возрастные и половые особенности произвольной активности


  1. О происхождении произвольных реакций в онтогенезе 207

  2. Возрастные особенности произвольного управления 208

  3. Возрастные изменения волевых качеств 214

Глава 10 Безвольное поведение

  1. Различные проявления безволия 219

  2. Лень 222

  3. Выученная беспомощность 226

Глава 11 Патология воли

11.1. Нарушения произвольного управления психическими

процессами 229


  1. Нарушение целесообразности действий 231

  2. Расстройства произвольных двигательных действий 232

  3. Моторные нарушения речи 235

  4. Нарушение силы волевых побуждений 236

  5. Нарушения в развитии волевой сферы у умственно отсталых

детей и детей с задержками психического развития 237

Глава 12 Развитие силы воли


  1. Стратегия и тактика развития силы воли 239

  2. Формирование морального компонента силы воли 243

  3. Развитие волевых качеств 246

Глава 13 Методы изучения волевых качеств

  1. Что пытаются измерить 254

  2. Трудности в изучении волевых качеств 255

  3. Методы изучения волевых качеств 257

Вместо заключения 269

Научный словарь терминов 274

Бытовой словарь терминов, характеризующих

волевую сферу личности 276

Фразеологический тематический словарь 287

Список литературы 292

8 Оглавление

Приложение Методики изучения волевых качеств


  1. Методики для оценки и самооценки волевых качеств 316

  2. Экспериментальные и неэкспериментальные

методики изучения смелости 330

  1. Экспериментальное изучение упорства 335

  2. Экспериментальные методики изучения терпеливости 339

  3. Изучение произвольного самоконтроля 344

  4. Экспериментальное изучение выдержки 353

  5. Методики изучения решительности 358

  6. Нейродинамическая диагностика волевых качеств 359

  7. Методики выявления лености 360

10. Самооценка организованности 363

Предисловие ко второму изданию

За время, прошедшее после первого издания этой книги (2000 г.), существенных сдвигов в исследовании проблемы психологии воли не произошло. По-прежнему некоторые физиологи с нескрываемой иронией спрашивают: «А что такое воля?» По-прежнему В. А. Иванников пишет, что «понятие воли не означает какую-то реальность, а является теоретическим конструктом, введенным в науку для объяс­нения этой реальности» [2006, с. 186]. По-прежнему утверждается, что «неправо­мерно переходить к обобщениям в плане понимания воли вообще» (Ю. Б. Гиппен-рейтер [2005, с. 17]) и что волевые функции являются частным случаем произвольных функций. Однако при этом не объясняется, что же такое произволь­ные функции и чем они отличаются от волевых [там же, с. 16].

По-прежнему количество публикаций о воле можно пересчитать по пальцам одной руки, а само понятие «воля» является редким гостем в фундаментальных трудах не только российских, но и западных психологов. Правда, есть и признаки возрождения интереса к этой проблеме. Так, в переиздании книги Х. Хекхаузена «Мотивация и деятельность» (2003) появилась глава «Волевые процессы: реали­зация интенций». Однако это оказалось нужным автору не для того, чтобы вклю­чить мотивацию в структуру волевого (произвольного) поведения, а для того, что­бы отделить мотивацию от волевых процессов. Между тем Б. Раш писал, что воля без мотивов так же невозможна, как зрение без света или слух без звука [цит. по: Ярошевский, 1986, с. 156].

Поэтому в двух моих книгах, «Психология воли» и «Мотивация и мотивы» (как частично и в третьей — «Эмоции и чувства»), рассматривается одна и та же проблема — психология произвольного (волевого) управления поведением и деятель­ностью человека. Изложение этой проблемы в одной книге нереально из-за чрез­мерно большого ее масштаба. Если же пойти по пути сокращения материала, то потеряется много интересной и важной информации, относящейся к волевой, мотивационной и эмоциональной сферам человека, изучение каждой из которых может представлять самостоятельный интерес.

Во второе издание данной книги включены некоторые новые теоретические и экспериментальные данные о воле, а параграф «Безвольное поведение» первого издания расширен за счет обсуждения вопроса о лени и выделен в самостоятель­ную главу. В приложении приводятся методики выявления лености.

Предисловие к первому изданию

Когда после сражения у Бородино в 1812 г. прославленный кавалерист наполео­новской армии маршал Мюрат укорял своих генералов в недостаточной энергич­ности кавалерийских атак, один из генералов ответил: «Во всем виноваты лошади — они недостаточно патриотичны. Наши солдаты воюют блестяще, если у них нет даже хлеба, но лошади без сена не трогаются с места» [Роковые решения вермах­та, 1999, с. 126–127].

В этом диалоге отразилось главное отличие поведения человека от поведения животных — у человека имеются мотивация и «сила воли».

Проблема воли, произвольной и волевой регуляции поведения и деятельно­сти человека, давно занимает умы ученых, вызывая острые споры и дискуссии. Еще в Древней Греции обозначились две точки зрения на понимание воли: аффек­тивная и интеллектуалистическая. Платон понимал волю как некую способность души, определяющую и побуждающую активность человека. Аристотель связы­вал волю с разумом. Этот дуализм в той или иной форме сохранился и до сего времени.

Несмотря на то что за последнюю четверть века защищено несколько доктор­ских диссертаций по этой проблеме, она все еще далека от разрешения. До сих пор взгляды психологов резко расходятся даже по самым узловым вопросам, связанным с данной темой. Одни отрицают наличие воли как самостоятельного психологического явления, ставят под сомнение ценность самого понятия «воля» (Г. Инглиш, А. Инглиш [H. English, A. English, 1958]), другие, отстаивая самостоятельность воли, видят только одну ее сторону — способность преодо­левать затруднения и препятствия (А. Ц. Пуни [1973; 1977]). И нередко в науч­ных работах произвольная регуляция оказывается оторванной от воли.

Физиологами же проблема воли и произвольного управления попросту игно­рируется. Ни в одном из учебных пособий по высшей нервной деятельности, вы­шедшем за последние десятилетия, эта проблема даже не упоминается, как будто ее нет вообще.

Все это вызывает значительные трудности при изложении проблемы воли как в процессе преподавания психологии, так и при поиске адекватных методов диаг­ностики степени развития «силы воли».

Одной из задач данной монографии является критическое рассмотрение про­блемы воли как произвольного, т. е. сознательного и преднамеренного (мотиви­рованного) управления со стороны человека своим поведением, деятельностью, эмоциями.

Вопрос о сущности воли с самого начала оказался тесно связанным с проблемой мотивации, с объяснением причин и механизмов активности человека. Изучая

Предисловие к первому изданию 11

волю, ученые неизбежно затрагивали вопросы мотивации, а изучая мотивацию — непременно касались и волевой регуляции. И это не случайно, так как оба этих на­правления в психологии обсуждают одну и ту же проблему — механизмы сознатель­ного целесообразного поведения. Однако это не мешает ученым в одном случае отождествлять волю и мотивацию, а в другом — отрывать их друг от друга. И то и другое приводит в итоге к тому, что мотивация в большинстве случаев исследуется как самостоятельная проблема. Вследствие этого воля и мотивация в качестве по­будителей и регуляторов деятельности рассматриваются как самостоятельные пси­хические феномены. Например, В. И. Селиванов заметил, что «несомненной заслу­гой научной психологии является установление тесной связи воли человека с его системой побуждений» [1971, с. 9]. Моя же позиция состоит в том, что необходимо говорить не просто о связи воли и мотивации, а о включенности мотивации челове­ка в его волю. Еще Н. Ах [Ach, 1905] писал, что из двух сторон проблемы воли — осуществление намерения и детерминация — в научных работах изучалась только вторая сторона. Тем самым он включил мотивацию в волю.

Особенностью моего подхода к изложению вопроса о волевой сфере является то, что я рассматриваю не волю как мотивацию (точнее, волю — не только как мотива­цию), но, наоборот, мотивацию — как волевую (произвольную) интеллектуальную активность человека, как существенную часть произвольного управления.

Однако пусть читателя не удивляет, что данная книга не касается вопросов мотивации. Этой обширной и относительно самостоятельной проблеме посвяще­на другая моя книга (Ильин Е. П. Мотивация и мотивы. СПб., 2000). В то же время по замыслу обе книги составляют единое целое, и в книге «Мотивация и мотивы» лишь подробно рассматривается одна из функций произвольного управления (воли).

Несмотря на то что мотивация составляет с волей единое целое — так как без мотивации нет воли, — функции воли не сводятся только к побуждению активно­сти человека (самодетерминации). Она проявляет себя и в инициации (запуске) действий, и в сознательном контроле за ними, и в преодолении возникающих по ходу деятельности затруднений. В связи с этим в книге рассматриваются вопро­сы самоинициации действий, самоконтроля и самомобилизации. Здесь подробно анализируются соотношения между произвольным управлением и волевой регу­ляцией; вскрывается, что стоит за понятием «сила воли»; по-новому раскрывает­ся сущность и структура волевых качеств; дается описание способов развития волевой сферы человека и ее нарушение при различных патологиях. В конце кни­ги приведены научный и бытовой волевой словарь терминов и фраз, а также ме­тоды и методики изучения волевой регуляции.

При написании данной книги я опирался не только на литературные источни­ки, малодоступные для широкого круга читателей, но и на обширные эксперимен­тальные данные, полученные моими учениками.

Введение

Поведение человека обусловливается различными физиологическими и психологи­ческими механизмами. Это, с одной стороны, безусловно-рефлекторные и условно-рефлекторные механизмы, определяющие непроизвольную активность человека, и, с другой стороны, произвольное управление, связанное не только с физиологически­ми, но и с психологическими механизмами (рис. 1).

Детерминация поведения


Непреднамеренное реагирование на раздражители -непроизвольное поведение

Безусловно-рефлекторная

Условно-рефлекторная

Произвольная

(преднамеренное,

волевое реагирование

на внешние и внутренние стимулы)



Рис. 1. Виды механизмов детерминации поведения

Словесные обозначения причин проявления человеком активности в соответ­ствии с вышеприведенной схемой можно разделить на три группы. В первую вхо­дят слова, означающие активность, не управляемую личностью, во вторую — слова, означающие произвольную активность, вызванную потребностями и желаниями человека, и в третью — слова, означающие вынужденную активность человека, которую он проявляет против своего желания или при отсутствии такового (табл. 1).

Таблица 1. Классификация слов-понятий, характеризующих физиологические и психологические механизмы активности человека


1

2

3

Спонтанно

Намеренно

Вынужденно

Рефлекторно

Преднамеренно

Поневоле

Инстинктивно

Произвольно

Волей-неволей

Невольно

В соответствии с замыслом

По обязанности

Непроизвольно

Умышленно

По долгу

Импульсивно

Сознательно

По надобности

Безотчетно

Добровольно

По принуждению

Подсознательно

По желанию

Насильно

Введение 13

Начало рефлекторному подходу в изучении механизмов поведения положил французский ученый Р. Декарт (первая половина XVII в.), говоривший о маши-нообразном характере поведения человека и животных. Однако машинообраз-ность, рефлекс Р. Декарт относил только к неосознаваемым (телесным) функциям, куда, между прочим, он включил и ряд психических функций (ощущение, воспри­ятие, представления, память, воображение, аффекты). Собственно психическим Р. Декарт считал только то, что пронизывается разумом или осознается мыслящей субстанцией. Наличие двух субстанций (телесной и духовной) привело к психо­физическому параллелизму в понимании механизмов управления жизнедеятель­ностью и поведением человека, существованию двух независимых друг от друга механизмов, которые иногда вступают во взаимодействие друг с другом. Местом встречи духовного и телесного Р. Декарт считал шишковидную железу, с его точ­ки зрения, — орган мыслящей субстанции.

Возможность… превращения сознательных произвольных движений в автоматические дала повод некоторым психологам утверждать, что и все вообще развитие психической жизни шло именно этим путем. С точки зрения волюнтаристической психологии, считающей волю ос­новным принципом психической жизни, нет ничего невозможного в том, что все действия и движения живых существ вначале были произвольны, а затем, по мере повторения и привы­кания, сделались механическими. С этой точки зрения и рефлекс когда-то на первых ступе­нях своего возникновения был также произвольным, сознательным двигательным актом, а затем механизировался.

В противоположность этому другая школа утверждает, что, напротив, волевое усилие представляет собой нечто вторичное, производное и что сознательные волевые акты воз­никли уже в самом конце эволюции, как ее венец и завершение. Согласно этой теории, раз­витие волевых действий шло таким образом: вначале, на первых ступенях животной жизни, существовали лишь самопроизвольные движения и простые, бессознательные рефлексы, представлявшие собой реакцию организованной материи на внешние раздражения. Бла­годаря многократному повторению одних и тех же двигательных реакций возникли явле­ния памяти или смутно сознаваемые представления о тех движениях, которые раньше со­вершались. Эти двигательные представления и явились, согласно упомянутой выше теории, зачатками сознательных волевых актов. Когда человек хочет чего-нибудь достигнуть, то в его сознании возникает, с одной стороны, представление о цели данного действия, а с другой стороны — представление о тех движениях, которые нужно совершить для до­стижения этой цели.

Лазурский А. Ф. Волевые процессы. Избранные труды по общей психологии. Психология общая и экспериментальная. СПб., 2001. С. 233–234

В целом в поведении и деятельности человека Р. Декарт выделил три уров­ня: безусловно-рефлекторные акты, страсти души и, наконец, мышление и волю, с которыми связано осуществление произвольных актов.

Животное управляется своими органами, человек управляет своими органами и господствует над ними.

И. В. Гёте

14 Введение

Эволюционное учение Ч. Дарвина дало сильный толчок к стремлению ученых свести к минимуму различия между человеком и животными. На первые позиции в изучении механизмов управления поведением вышли физиологи. И здесь в пер­вую очередь надо назвать великого русского ученого И. М. Сеченова.

Детерминизм И. М. Сеченова состоит в том, что вся внешняя активность че­ловека, включая и высшую произвольность, связанную с мотивами долга, любви к Родине и т. п., рассматривалась им как рефлексы, которые начинаются с чув­ственного возбуждения, а не по велению абстрактной воли. А значит, причинность поведения человека материальна, объективна, поскольку вызывающие чувствен­ное возбуждение сигналы тоже материальны, объективны.

Особое место И. М. Сеченов отвел волевой (произвольной) активности чело­века, выделяя в ней не только физиологические механизмы, но и психологиче­ские. В связи с этим он писал: «Воля властна пускать в ход в каждом данном слу­чае не только ту форму движения, которая ему наиболее соответствует, но любую из всех, которые вообще известны человеку. Мне хочется плакать, а я могу петь веселые песенки, танцевать; меня тянет вправо, а я иду влево; чувство самосохра­нения говорит мне “стой, там тебя ожидает смерть”, а я иду дальше. Воля не есть какой-то безличный агент, распоряжающийся только движением, — это и деятель­ная сторона разума и морального чувства, управляющая движением во имя того или другого и часто наперекор даже чувству самосохранения… Эта-то ярко осозна­ваемая возможность, выражающаяся в словах “я хочу и сделаю”, и есть та непри­ступная с виду цитадель, в которой сидит обыденное учение о произвольности» [1953, с. 177–178].

Хотя произвольное поведение человека у И. М. Сеченова и рефлекторно, но понимание рефлекса имеет существенные отличия от традиционного для того времени. Под «мозговой машиной» И. М. Сеченов понимал не простое переда­точное устройство внешнего раздражителя на двигательный аппарат, а меха­низм, снабженный несколькими центрально-нервными придатками, от деятель­ности которых зависит конечный эффект воздействия внешнего импульса, т. е. поведение человека: тормозные центры, центры эмоций, память о прежних воз­действиях.

К сожалению, при дальнейшем развитии рефлекторной теории многое из взглядов И. М. Сеченова на произвольность поведения было утеряно, в част­ности исчезло понимание психологических механизмов. Произвольная регу­ляция свелась к условно-рефлекторной, и поведение человека, не говоря уже о поведении животных, во многом опять стало рассматриваться как машино-образное.

Воля: 1) способность осуществлять свои желания, поставленные перед собой цели; 2) созна­тельное стремление к осуществлению чего-нибудь; 3) пожелание, требование; 4) властность, возможность распоряжаться; 5) свобода в проявлении чего-нибудь; 6) свободное состояние (не взаперти, не в тюрьме и т. п.).

Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1985. С. 82–83

Введение 15

Сложность изучения проблемы воли состоит в том, что как в обыденном, так и в научном сознании воля понимается по-разному. В обыденном сознании она предстает то как свобода («вольный казак», «вольному воля»), то как выражение желания человека (вспомним «Сказку о золотом петушке» А. С. Пушкина: «Волю первую твою / Я исполню как мою»; или, например, в обыденном языке «делать что-то насильно» означает «делать против своей воли, желания»), то как прояв­ление силы характера (противопоставление: волевой — безвольный). Этот разно­бой в обыденном понимании воли нашел отражение и в научном ее понимании двумя противоборствующими направлениями. Одно из них связано со свободой воли, свободой выбора, независимо от внешних обстоятельств, другое — с детер­минизмом, с внешней обусловленностью поведения человека, которая превраща­ет его чуть ли не в автомат.

С аффектами тесно связан следующий класс важных сложных длительных процессов — воле­вые процессы. Часто еще и в наше время принимают волю за особый, специфический психи­ческий элемент или же сущность ее усматривается в представлении действий с известным намерением. Более точное исследование волевого процесса по его субъективным и объек­тивным признакам показывает, однако, что он самым тесным образом связан с аффектами и поэтому может наряду с ними считаться течением чувствований.

Нет ни одного акта воли, в который не входили бы более или менее интенсивные чув­ствования, соединяющиеся в аффект. Характерное отличие волевого процесса от аффекта заключается, в сущности, лишь в конечной стадии непосредственно предшествующего волевому действию и сопровождающего его процесса. Если эта конечная стадия отпада­ет, то остается чистый аффект. Так, например, мы говорим об аффекте гнева, если чело­век выказывает свое гневное возбуждение только в выразительных движениях; напро­тив, мы говорим о действии под влиянием аффекта, если человек в гневе, например, свалит своего противника ударом на пол. Во многих случаях аффекты и их содержания чувствований, образующие конституирующие составные части волевого процесса, бы­вают слабые, но совсем они никогда не отсутствуют. Произвольное действие без аффек­та, на основании чисто интеллектуального обсуждения, как оно допускалось многими философами, вообще не возможно. Но волевые процессы, конечно, отличаются при этом от обыкновенных аффектов некоторыми признаками, придающими воле ее своеобраз­ный характер. Во-первых, определенные, входящие в волевой процесс представления, более или менее окрашенные в чувствования, находятся в непосредственной связи с конечной стадией, волевым поступком, и последний подготовляется этой связью. Мы называем такие подготовляющие, связанные с чувствованиями, представления мотива­ми или «побудительными причинами» действия, «побуждениями» к поступку. Во-вторых, эта конечная стадия состоит из характерных чувствований, которые повторяются при всех волевых явлениях в сходной по существу форме. Обыкновенно мы называем их чувство­ваниями деятельности, активности. Они слагаются… из чувствований возбуждения, на­пряжения и разряда. При этом возбуждение и напряжение предшествуют заключитель­ному действию, разряд в связи с возбуждением сопровождает его и продолжается еще некоторое время спустя.

Вундт В. 2002. С. 44–45

Характеристика волевых действий. Структура волевого действия

Если мотив не очень сильный, то преодоление препят ствий и трудностей при Если мотив не очень сильный, то преодоление препят ствий и трудностей при достижении цели требует так на зываемого достижении цели требует так на зываемого волевого усилияволевого усилия — особого состояния — особого состояния нервно-психического напряжения, мобилизующего физические, интеллектуальные и нервно-психического напряжения, мобилизующего физические, интеллектуальные и моральные силы человека. Волевое усилие осуществляется через дополнительно моральные силы человека. Волевое усилие осуществляется через дополнительно созданное побуждение к действию или деятельности. Воля проявляется как созданное побуждение к действию или деятельности. Воля проявляется как уверенность человека в своих силах, как решимость совершить тот поступок, который уверенность человека в своих силах, как решимость совершить тот поступок, который сам человек считает целесообразным и необходимым в конкретной ситуации. Важную сам человек считает целесообразным и необходимым в конкретной ситуации. Важную роль в появлении, создании новых мотивов играет воображение человека, предвидение роль в появлении, создании новых мотивов играет воображение человека, предвидение тех или иных возможных последствий своей деятельности [7]. тех или иных возможных последствий своей деятельности [7].

Однако воля проявляется не только в умении достигнуть цели, но и в умении Однако воля проявляется не только в умении достигнуть цели, но и в умении воздержаться от чего-либо. Основной функцией воли является регуляция действий и воздержаться от чего-либо. Основной функцией воли является регуляция действий и поступков, руководство потребностями, желаниями, мотивами человека. Поэтому поступков, руководство потребностями, желаниями, мотивами человека. Поэтому волевая регуляция тесно связана с мотивацией поведения и поступков человека. волевая регуляция тесно связана с мотивацией поведения и поступков человека. Произвольное поведение, осуществляемое по сильному устойчивому мотиву, не Произвольное поведение, осуществляемое по сильному устойчивому мотиву, не нуждается в волевой регуляции.нуждается в волевой регуляции.

Таким образом, можно выделить следующие Таким образом, можно выделить следующие признаки волевого актапризнаки волевого акта:: 1)1)Волевой акт всегда связан с приложением усилий, принятием решений и их Волевой акт всегда связан с приложением усилий, принятием решений и их

реализацией. Очень часто усилия направлены на то, чтобы преодолеть себя.реализацией. Очень часто усилия направлены на то, чтобы преодолеть себя. 2)2)Обязательным компонентом является борьба мотивов, то есть самоограничение, Обязательным компонентом является борьба мотивов, то есть самоограничение,

сдерживание некоторых достаточно сильных влечений, сознательное подчинение их сдерживание некоторых достаточно сильных влечений, сознательное подчинение их другим, более значимым и важным целям.другим, более значимым и важным целям.

3)3)Наличие продуманного плана.Наличие продуманного плана. 4)4)Усиленное внимание к действию и отсутствие непосредственного удовольствия, Усиленное внимание к действию и отсутствие непосредственного удовольствия,

получаемого в процессе и в результате его выполнения. То есть отсутствует получаемого в процессе и в результате его выполнения. То есть отсутствует эмоциональное удовольствие, а не моральное удовлетворение [3]. эмоциональное удовольствие, а не моральное удовлетворение [3].

Итак, воля — это сознательная регуляция поведения и деятельности человека, Итак, воля — это сознательная регуляция поведения и деятельности человека, которая проявляется по отношению к себе и направлена на достижение целей и которая проявляется по отношению к себе и направлена на достижение целей и преодоление трудностей.преодоление трудностей.

Определение воли. Произвольная и волевая регуляция деятельности реферат по психологии

Определение воли. Произвольная и волевая регуляция деятельности. Структура волевого процесса. Воля — форма регуляции поведения. Если эмоции — непроизвольные, волевая регуляция — произвольная. Вундт. Как все явления сознания волевой процесс имеет субъективную и объективную составляющие. Эмоция (у Вундта – чувство), продолжающаяся во времени есть аффективный процесс (это сложное чувство). Если аффективный процесс с помощью какого- либо представления может быть задержан или прекращен, то он становится волевым. Волевой процесс – преобразованный, управляемый аффективный процесс. Структура волевого процесса: объективная (мотив, представление о предмете) субъективная сторона (сила мотива, его чувственная, побудительная сила). Мотив — особый синтез представления и чувства, который непроизвольно предшествует действию. В представлении нам дана цель волевого действия, а сопровождающие это представление чувства переживаются как побуждение к действию. Мотив — единство содержательной и побудительной причин. Варианты волевого процесса: 1) Если мотив один (одно представление), то процесс импульсивный, он протекает беспрепятственно; 2) Если мотивов 2 и более, то волевому процессу должен предшествовать выбор мотива, сопровождающийся чувством сомнения. Завершение борьбы мотивов переживается как акт выбора, ему сопутствует чувство обдуманного решения. Такой процесс требует произвольности, для этого может требоваться осознание мотивов, их соотнесение и т.д. Именно в этом варианте волевой процесс приобретает свою подлинную сущность. Вундт о волевом процессе говорит как о задержанном аффекте, имеющем чувственную сторону – силу мотива; мотив может быть один или два и более. Специфика волевого процесса: завершение этого процесса происходит скачкообразно; завершается переходом в действие. Джемс. Воля – основа развития личности. Произвольная и волевая регуляция деятельности. Джемс называет произвольные действия идеомоторными. Такое действие совершается осознанно, исходя из сознательно поставленной цели – идеи движения, действия. Фундаментальное свойство идей действия — принцип идеомоторного акта: идея имеет тенденцию переходить, воплощаться в реальное осуществление этой идеи. Существенные характеристики идеомоторных действий: они совершаются в связи с потребностями человека, сопровождаются чувством хотения они совершаются осознанно, исходя из сознательно поставленной цели (идеи действия – представления о результате) Волевое действие отличается от произвольного наличием решимости выполнить действие. «Да будет так!» Произвольное действие – реализует сознательно поставленную цель, связанную с внутренним побуждением, есть желание его совершить. Непроизвольное действие – ответная реакция, без сознательной цели. Но не всякое произвольное действие является волевым. Волевое действие отличается сущностной характеристикой: наличием решимости выполнить действие. Это состояние возникает при условии мотивационного конфликта – ситуации, когда в сознании находятся две противоположные идеи действия, препятствующие друг другу. Но и мотивационный конфликт — недостаточное условие. Его разрешение может происходить без участия воли. Джемс выделяет 4 типа конфликтов, которые разрешаются без участия воли: 1. Размышление – человек оценивает ситуацию привлекая дополнительные доводы, взвешивает все «за» и «против», находит дополнительные основания для совершения одного из действий. 2. Саморазрешение – столкнувшись с ситуацией человек откладывает ее решение на некоторое время в надежде на возникновение дополнительных обстоятельств, которые подтолкнут его к какому-либо решению. 3. Импульсивное — решение принимается наугад, без обдумывания. 4. Личностные изменения – на решение конфликта влияют новые изменения, произошедшие в личности: новый опыт, изменение ведущих мотивов. Здесь решение происходит посредством устранения самой конфликтной ситуации. Решимость, произвольное волевое усилие применяется для решения неразрешимого конфликта. Если одно из решений кажется наиболее рациональным, или мы можем не иметь разумных оснований в его пользу. Но волевым импульсом мы сообщаем разумному мотиву недостающую силу, волевым усилием, заменяющим здесь санкцию разума придаем какому- то мотиву преобладающее значение. Воля — механизм разрешения конфликтной ситуации с помощью волевого усилия. Всякое действие представлено в потоке сознания. В некоторых случаях осознавание действия может быть излишним (канатоходец на веревке). В волевом процессе побудительная сила этих представлений в сознании слишком слаба. Волевой акт состоит в усилении в сознании соответствующего представления. Усилить — значит совершить акт внимания, поместить его в центр внимания (воля и внимание тесно связаны между собой). Внимание и воля тесно связаны между собой. Функция волевого усилия состоит в том, чтобы направить внимание на определенную идею и удержать идею в фокусе внимания. Тогда идея приобретает господствующее положение в сознании, осознается яснее и отчетливее, что способствует ее реализации. Субъективное ощущение при этом — чувство усилия. Воля – особая психическая функция, предназначенная для разрешения ситуаций неразрешимого мотивационного конфликта, содержанием которой является усилие, направляющее и удерживающее фокус внимания на одной из находящихся в конфликте идей действия. Характеристики волевого усилия: сосредоточенность внимания на представлении о соответствующем действии, отвлечение от посторонних факторов. Критерии воли и внимания (Петухов). Феноменальный или субъективный. Воля — сознательное, целенаправленное решение об определенном действии. Внимание (Вундт) — ясное и отчетливое восприятие (объективная сторона психического явления), сопровождаемое чувством активности или деятельности. Исполнительный или продуктивный (результаты процесса).

Современные концепции воли и исследования в области образования на JSTOR

Abstract

Чтобы добиться успеха в учебе, необходимо уделять внимание достижению поставленных целей и работать над ними. Работа над достижением целей включает в себя защиту намерения достичь цели от конкурирующих намерений и других отвлекающих факторов. Произвольное движение к защитным действиям, когда этого требуют ситуации, занимает центральное место в современном взгляде на волю. В этом документе (а) обсуждаются современные теории и исследования, связанные с волей в образовании, и (б) предлагаются пункты повестки дня для продолжения исследований.

Информация журнала

Educational Researcher (ER) издается девять раз в год и принимается всеми членами AERA. Он содержит научные статьи, имеющие общее значение для исследовательского сообщества в области образования, по широкому кругу дисциплин. В разделе «Возможности» ER публикуются статьи, в которых сообщается, обобщается или анализируются научные исследования, с акцентом на рукописи, в которых исследуется значение исследований в образовании и разработки, важные для области образовательных исследований.

Информация об издателе

Американская ассоциация исследований в области образования (AERA) озабочена улучшением образовательный процесс, поощряя научные исследования, связанные с образованием и путем содействия распространению и практическому применению результатов исследований. AERA — самая известная международная профессиональная организация с основная цель продвижения исследований в области образования и их практического применения. Его 20 000 членов — педагоги; администраторы; директора по исследованиям, тестированию или оценка в федеральных, государственных и местных агентствах; советники; оценщики; аспирантов; и бихевиористы.Широкий спектр дисциплин представленный членский состав включает образование, психологию, статистику, социологию, история, экономика, философия, антропология и политология.

Теория — selfdeterminationtheory.org

Обзор

Люди в центре внимания мотивация — как заставить себя или других действовать. Повсюду родители, учителя, тренеры и менеджеры борются с тем, как мотивировать тех, кого они наставляют, а люди изо всех сил стараются найти энергию, мобилизовать усилия и упорствовать в задачах жизни и работы.Людей часто волнуют внешние факторы, такие как системы вознаграждения, оценки, оценки или мнения, которые, как они опасаются, могут иметь о них другие. Тем не менее, столь же часто людей мотивируют изнутри интересы, любопытство, забота или неизменные ценности. Эти внутренние мотивы не обязательно поощряются или поддерживаются извне, но, тем не менее, они могут поддерживать страсти, творчество и постоянные усилия. Взаимодействие между внешними силами, действующими на людей, и внутренними мотивами и потребностями, присущими человеческой природе, является территорией теории самоопределения.

Теория самоопределения (SDT) представляет собой широкую основу для изучения человеческой мотивации и личности. SDT формулирует мета-теорию для построения мотивационных исследований, формальную теорию, которая определяет внутренние и различные внешние источники мотивации, а также описание соответствующих ролей внутренней и типов внешней мотивации в когнитивном и социальном развитии и в индивидуальных различиях. Возможно, что еще более важно, предложения ОДТ также фокусируются на том, как социальные и культурные факторы способствуют или подрывают чувство воли и инициативы людей, в дополнение к их благополучию и качеству их работы.Утверждается, что условия, поддерживающие индивидуальный опыт автономии, компетентности, и родства , способствуют развитию наиболее волевых и высококачественных форм мотивации и участия в деятельности, включая повышение производительности, настойчивость и творческий потенциал. Кроме того, SDT предполагает, что степень, в которой любая из этих трех психологических потребностей не поддерживается или нарушается в социальном контексте, будет иметь сильное пагубное влияние на благополучие в этой обстановке.

Динамика психологической поддержки и удовлетворения потребностей изучалась в семьях, классах, командах, организациях, клиниках и культурах с использованием конкретных предложений, подробно изложенных в SDT. Таким образом, структура ОДП имеет как широкие, так и специфические для поведения последствия для понимания практик и структур, которые улучшают, а не уменьшают удовлетворение потребностей, и полное функционирование, которое из этого следует. Эти многочисленные последствия лучше всего раскрываются в различных статьях, перечисленных на этом веб-сайте, от фундаментальных исследований мотивационных микропроцессов до прикладных клинических испытаний, направленных на популяционные результаты.

Мета-теория: точка зрения на организмы

SDT — это организменный диалектический подход. Он начинается с предположения, что люди являются активными организмами с развитыми тенденциями к росту, преодолению окружающих проблем и интеграции нового опыта в связное ощущение себя. Эти естественные тенденции развития, однако, не действуют автоматически, а требуют постоянного социального питания и поддержки. То есть социальный контекст может либо поддерживать, либо препятствовать естественным тенденциям к активному участию и психологическому росту, либо он может катализировать отсутствие интеграции, защиты и удовлетворения потребностей.Таким образом, именно диалектика между активным организмом и социальным контекстом является основой прогнозов SDT о поведении, опыте и развитии.

В рамках SDT питательные вещества для здорового развития и функционирования определены с использованием концепции основных психологических потребностей в автономии, компетентности и взаимосвязи. В той степени, в которой потребности постоянно удовлетворяются, люди будут развиваться, эффективно функционировать и испытывать хорошее самочувствие, но в той степени, в которой им мешают, люди с большей вероятностью будут свидетельствовать о плохом самочувствии и неоптимальном функционировании.Более темные стороны человеческого поведения и опыта, такие как определенные типы психопатологии, предубеждения и агрессия, понимаются с точки зрения реакции на основные потребности, которые были воспрепятствованы либо в процессе развития, либо в ближайшем будущем.

Формальная теория: шесть мини-теорий SDT

Формально SDT состоит из шести мини-теорий, каждая из которых была разработана для объяснения набора мотивационных явлений, возникших в результате лабораторных и полевых исследований. Таким образом, каждая из них касается одного аспекта мотивации или функционирования личности.

1 . Теория когнитивной оценки (CET) касается внутренней мотивации , мотивации, которая основана на удовлетворенности поведением «ради самого себя». Прототипы внутренней мотивации — это исследования и игры детей, но внутренняя мотивация — это источник творчества на всю жизнь. CET специально рассматривает влияние социальных контекстов на внутреннюю мотивацию или то, как такие факторы, как вознаграждение, межличностный контроль и вовлеченность эго, влияют на внутреннюю мотивацию и интерес.CET подчеркивает критическую роль, которую играет поддержка компетентности и автономии в развитии внутренней мотивации, которая имеет решающее значение в образовании, искусстве, спорте и многих других областях.

2. Вторая мини-теория, Теория органической интеграции (OIT), обращается к теме внешней мотивации в ее различных формах, с их свойствами, детерминантами и последствиями. Вообще говоря, внешняя мотивация — это инструментальное поведение, направленное на достижение результатов, не связанных с самим поведением.Тем не менее, существуют различные формы инструментария, которые включают внешнюю регуляцию, интроекцию, идентификацию и интеграцию. Эти подтипы внешней мотивации рассматриваются как падающие в континууме интернализации . Чем более интернализована внешняя мотивация, тем более автономным будет человек при разыгрывании поведения. OIT также занимается социальным контекстом, который усиливает или предупреждает интернализацию, то есть то, что ведет к тому, что люди либо сопротивляются, либо частично принимают, либо глубоко усваивают ценности, цели или системы убеждений.OIT особо выделяет поддержку автономии и родства как критически важных для интернализации.

3. Теория причинно-следственной ориентации (СОТ) , третья мини-теория, описывает индивидуальные различия в склонностях людей ориентироваться на окружающую среду и регулировать поведение различными способами. СОТ описывает и оценивает три типа причинно-следственных ориентаций: ориентацию на автономию, при которой люди действуют из интереса и оценки того, что происходит; ориентация на контроль, при которой основное внимание уделяется вознаграждениям, достижениям и одобрению; и безличная или амотивированная ориентация, характеризующаяся тревогой относительно компетентности.

4. Четвертый, Теория основных психологических потребностей (BPNT) разрабатывает концепцию эволюционирующих психологических потребностей и их связь с психологическим здоровьем и благополучием. BPNT утверждает, что психологическое благополучие и оптимальное функционирование основаны на автономии, компетентности и взаимосвязи. Следовательно, контекст, который поддерживает, а не препятствует этим потребностям, должен неизменно влиять на самочувствие. Теория утверждает, что все три потребности являются существенными и что если какая-либо из них будет устранена, возникнут различные функциональные затраты.Поскольку базовые потребности являются универсальными аспектами функционирования, BPNT рассматривает кросс-развитие и кросс-культурные условия для проверки и уточнения.

5. Пятая мини-теория, Теория содержания целей (GCT), , выросла из различий между внутренними и внешними целями и их влияния на мотивацию и благополучие. Считается, что цели по-разному обеспечивают удовлетворение основных потребностей и, таким образом, по-разному связаны с благополучием.Внешние цели, такие как финансовый успех, внешний вид и популярность / известность, были специально противопоставлены внутренним целям, таким как общность, близкие отношения и личный рост, причем первые, скорее всего, связаны с более низким уровнем благополучия и большим неблагополучием.

6. Родство, которое связано с развитием и поддержанием близких личных отношений, таких как лучшие друзья и романтические партнеры, а также принадлежность к группе, является одной из трех основных психологических потребностей. Теория мотивации взаимоотношений (RMT), шестая мини-теория, занимается этими и другими отношениями и утверждает, что некоторое количество таких взаимодействий не только желательно для большинства людей, но на самом деле важно для их адаптации и благополучия. -бытие, потому что отношения обеспечивают удовлетворение потребности в родстве. Однако исследования показывают, что в качественных отношениях удовлетворяется не только потребность в родстве, но и потребность в автономии и, в меньшей степени, потребность в компетентности.Действительно, личные отношения высочайшего качества — это те, в которых каждый партнер поддерживает потребности другого в автономии, компетентности и родстве.

Другие интересные темы

По мере расширения SDT как теоретические разработки, так и эмпирические открытия привели исследователей SDT к изучению множества процессов и явлений, неотъемлемых от личностного роста, эффективного функционирования и благополучия. Например, исследование SDT сосредоточено на роли внимательности как основы для автономного регулирования поведения, ведущей как к точным измерениям, так и к теоретическим обоснованиям осведомленности.Изучение условий для внутренней мотивации привело к теории и стратегии измерения жизнеспособности, индикатора как психического, так и физического благополучия. Работа над жизнеспособностью также обнаружила замечательное положительное влияние опыта природы на благополучие. Некоторые исследования в рамках SDT более тщательно изучали формы, которые могут принимать личные страсти, когда люди становятся навязчивыми или гармоничными в зависимости от процессов интернализации. Межкультурные тесты SDT привели к более глубокому пониманию того, как экономические и культурные формы влияют на инвариантные аспекты человеческой природы.Исследования благополучия также привели к новой теории и исследованиям по оценке самого благополучия, включая различие между гедонистической и эвдемонической формами жизни. Конкретные темы, такие как автономия против контролируемой мотивации, привели к большему пониманию интернализованного контроля, такого как вовлеченность эго и условная самооценка, а также различий между ними и автономной саморегуляцией. На самом деле эти несколько примеров дают лишь представление о том, как генеративная структура SDT способствовала расширению исследований множества процессов, представляющих интерес для данной области.

Приложения

В дополнение к развитию формальной теории, исследования применяли SDT во многих областях, включая образование, организации, спорт и физическую активность, религию, здоровье и медицину, воспитание детей, виртуальную среду и средства массовой информации, близкие отношения и психотерапию. Во всех этих областях исследования изучали, как контролирующая среда по сравнению с окружающей средой, поддерживающей автономию, влияет на функционирование и благополучие, а также на производительность и настойчивость. Кроме того, поддержка родства и компетентности рассматривается как интерактивная с волевой поддержкой в ​​повышении вовлеченности и ценности в определенных условиях и в сферах деятельности.Эти прикладные исследования привели к значительному уточнению методов, включая структуры целей и способы коммуникации, которые доказали свою эффективность в продвижении сохраняемой волевой мотивации.

Разнообразные статьи на этом веб-сайте демонстрируют множество типов исследований, связанных со структурой ОДТ, а также ее порождающую способность в отношении практических вопросов в человеческих организациях всех видов. Соответствующие отчеты об исследованиях и теоретические обсуждения перечислены в разделе «Публикации» с разбивкой по темам.

Сосредоточивая внимание на фундаментальных психологических тенденциях к внутренней мотивации и интеграции, SDT занимает уникальное положение в психологии, поскольку решает не только центральные вопросы о том, почему люди делают то, что они делают, но также затраты и выгоды различных способов социального регулирования. или продвижение поведения. Обзоры теории можно найти у Райана и Деси (2000) и у Деси и Райана (1985, 2000), а также из множества других статей и глав, указанных здесь, на нашем веб-сайте.

Список литературы

Деци, Э. Л., и Райан, Р. М. (1985). Внутренняя мотивация и самоопределение в поведении человека . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Пленум.

Деци, Э. Л., и Райан, Р. М. (2000). «Что» и «почему» для достижения цели: потребности человека и самоопределение поведения. Психологический опрос, 11 , 227-268.

Райан, Р. М., и Деси, Э. Л. (2000). Теория самоопределения и содействие внутренней мотивации, социальному развитию и благополучию. Американский психолог, 55 , 68-78.

Воля и функция сознания

Страница из

НАПЕЧАТАНО ИЗ ОНЛАЙН-СТИПЕНДИИ ОКСФОРДА (oxford.universitypressscholarship.com). (c) Авторские права Oxford University Press, 2021. Все права защищены. Отдельный пользователь может распечатать одну главу монографии в формате PDF в OSO для личного использования. дата: 18 марта 2021 г.

Глава:
(стр.109) Глава 10 Воля и функция сознания
Источник:
Сознательная воля и ответственность
Автор (ы):

Ташина Л.Могилы

Брайан Манискалько

Хакван Лау

Издатель:
Oxford University Press

DOI: 10.1093 / acprof: oso / 9780195381641.003.0011

Многие волевые действия, кажется, требуют сознательных усилий. Мы сознательно инициируем спонтанные двигательные движения. Отменяем запланированные действия по желанию. Мы сознательно избегаем определенных действий. Мы намеренно меняем наши планы действий, чтобы преследовать разные цели. Иногда, говорят теоретики, это функции сознания, как будто эволюция наделила нас даром сознания только для того, чтобы совершать эти действия.Предположительно, без сознания мы могли бы выполнять только гораздо более простые действия, которые не сложнее приукрашенных рефлексов. В этой главе рассматриваются имеющиеся доказательства, чтобы увидеть, подтверждаются ли эти интуитивные утверждения эмпирически. В нем обсуждается, что логически необходимо для эксперимента, чтобы продемонстрировать истинную функцию сознания.

Ключевые слова: сознание, воля, когнитивный контроль, вето, действия

Для получения доступа к полному тексту книг в рамках службы для стипендии

Oxford Online требуется подписка или покупка.Однако публичные пользователи могут свободно искать на сайте и просматривать аннотации и ключевые слова для каждой книги и главы.

Пожалуйста, подпишитесь или войдите для доступа к полному тексту.

Если вы считаете, что у вас должен быть доступ к этому заголовку, обратитесь к своему библиотекарю.

Для устранения неполадок, пожалуйста, проверьте наш FAQs , и если вы не можете найти там ответ, пожалуйста Связаться с нами .

Эффективность поддержки воли (VoS) в содействии регулированию усилий и успеваемости учащихся в онлайн-курсе математики — Penn State

TY — JOUR

T1 — Эффективность поддержки воли (VoS) в содействии регулированию усилий и успеваемости учащихся в онлайн-курсе математики

AU — Kim, ChanMin

AU — Bennekin, Kimberly N.

PY — 2016/8/1

Y1 — 2016/8/1

N2 — Цели этого исследования заключались в том, чтобы исследовать (а) влияние поддержки воли (VoS) на мотивацию учащихся, регулирование усилий и производительность, а также (б) восприятие учащимися VoS в онлайн-курсе математики, предлагаемом в общественном колледже.Голосовая связь была разработана на основе теорий и исследований воли (например, Corno in, Educ Res 22 (2): 14–22, 1993; Gollwitzer in, Am Psychol 54: 493–503, 1999; Keller in, Technol Instr Cognit Выучите 6 (2): 79–104, 2008). Голосовое общение состоит из четырех этапов: (1) постановка цели («Хочу»), (2) формирование цели («Планируй это»), (3) контроль действий («Сделай») и (4) контроль эмоций. («Закончи это»). Виртуальный агент изменений был разработан в VoS для поддержки студентов. Результаты показали, что экспериментальная группа, получившая VoS, показала более высокую регуляцию усилий и производительность, чем группа сравнения без VoS, хотя не было никакой разницы в мотивации.Обсуждаются результаты и последствия для разработки и исследования вмешательств VoS.

AB — Целью этого исследования было изучить (а) влияние поддержки воли (VoS) на мотивацию, регулирование усилий и производительность студентов, а также (б) восприятие студентами VoS в онлайн-курсе математики. предлагается в общественном колледже. Голосовая связь была разработана на основе теорий и исследований воли (например, Corno in, Educ Res 22 (2): 14–22, 1993; Gollwitzer in, Am Psychol 54: 493–503, 1999; Keller in, Technol Instr Cognit Выучите 6 (2): 79–104, 2008).Голосовое общение состоит из четырех этапов: (1) постановка цели («Хочу»), (2) формирование цели («Планируй это»), (3) контроль действий («Сделай») и (4) контроль эмоций. («Закончи это»). Виртуальный агент изменений был разработан в VoS для поддержки студентов. Результаты показали, что экспериментальная группа, получившая VoS, показала более высокую регуляцию усилий и производительность, чем группа сравнения без VoS, хотя не было никакой разницы в мотивации. Обсуждаются результаты и последствия для разработки и исследования вмешательств VoS.

UR — http://www.scopus.com/inward/record.url?scp=84982182459&partnerID=8YFLogxK

UR — http://www.scopus.com/inward/citedby.url?scp=84982182459&partnerIDxKFLog

U2 — 10.1007 / s11251-015-9366-5

DO — 10.1007 / s11251-015-9366-5

M3 — Артикул

AN — SCOPUS: 84982182459

VL — 44

SP 9-352 9 EP — 377

JO — Инструктаж

JF — Инструктаж

SN — 0020-4277

IS — 4

ER —

Обычно быстро и автоматически; Редко медленно и произвольно

  • Андерсон, Б.А. (2015). Захват внимания, ориентированный на ценности, модулируется пространственным контекстом. Визуальное познание , 23, 67–81. DOI: https://doi.org/10.1080/13506285.2014.956851

  • Андерсон Б.А. (2016). Привычка к вниманию: как вознаграждение за обучение влияет на выбор внимания. Анналы Нью-Йоркской академии наук , 1369 (1), 24–39. DOI: https://doi.org/10.1111/nyas.12957

  • Андерсон, Б.А., Лоран, П.А., и Янтис, С. (2011a). Усвоенная ценность увеличивает захват внимания на основе значимости. PLoS One , 6 (11), e27926. DOI: https://doi.org/10.1371/journal.pone.0027926

  • Андерсон, Б.А., Лоран, П.А., и Янтис, С. (2011b). Захват внимания, ориентированный на ценность. Труды Национальной академии наук , 108 (25), 10367–10371. DOI: https://doi.org/10.1073/pnas.1104047108

  • Awh, E., Белопольский, А., & Теувес, Дж. (2012). Контроль внимания сверху вниз или снизу вверх: неудавшаяся теоретическая дихотомия. Тенденции в когнитивных науках , 16 (8), 437–443. DOI: https://doi.org/10.1016/j.tics.2012.06.010

  • Бэкон, У. Ф. и Эгет, Х. Э. (1994). Преодоление захвата внимания, вызванного стимулами. Восприятие и психофизика , 55, 485–496. DOI: https://doi.org/10.3758/BF03205306

  • Балух, Ф., & Итти, Л. (2011). Механизмы нисходящего внимания. Тенденции в неврологии , 34, 210–224. DOI: https://doi.org/10.1016/j.tins.2011.02.003

  • Барг, Дж. А. и Чартранд, Т. Л. (1999). Невыносимая автоматичность бытия. Американский психолог , 54 (7), 462–479. DOI: https://doi.org/10.1037/0003-066X.54.7.462

  • Белопольский, А.В., Шрей, Д., и Теувес, Дж.(2010). Что такое «сверху-вниз» в отношении захвата контингента? Восприятие внимания и психофизика , 72 (2), 326–341. DOI: https://doi.org/10.3758/APP.72.2.326

  • Берридж К. и Робинсон Т. Э. (1998). Какова роль дофамина в вознаграждении: гедонистическое воздействие, вознаграждение за обучение или значимость стимулов? Обзоры исследований мозга , 28 (3), 309–369. DOI: https://doi.org/10.1016/S0165-0173(98)00019-8

  • Бишо, Н.П. и Шалл Дж. Д. (2002). Прайминг в лобной коре головного мозга макака во время всплывающего визуального поиска: облегчение на основе характеристик и ингибирование возврата на основе местоположения. Журнал неврологии , 22, 4675–4685.

  • Баккер Б. и Тивес Дж. (2014). Влияние вознаграждения на ориентацию и переориентацию в экзогенных указаниях. Когнитивная, аффективная и поведенческая нейробиология , 14 (2), 635–646. DOI: https://doi.org/10.3758/s13415-014-0278-7

  • Бушман, Т.Дж. И Миллер Э. К. (2007). Контроль внимания сверху вниз по сравнению с контролем снизу вверх в префронтальной и задней теменной части коры. Наука , 315, 1860–2. DOI: https://doi.org/10.1126/science.1138071

  • Карраско, М. (2011). Визуальное внимание: последние 25 лет. Исследование зрения , 51, 1484–1525. DOI: https://doi.org/10.1016/j.visres.2011.04.012

  • Челацци, Л., Перлато, А., Сантандреа, Э., и Делла Либера, К. (2013). Награды учат зрительному избирательному вниманию. Исследование зрения , 85, 58–72. DOI: https://doi.org/10.1016/j.visres.2012.12.005

  • Чун М. М. и Цзян Ю. (1998). Контекстная подсказка: неявное обучение и память визуального контекста направляют пространственное внимание. Когнитивная психология , 36 (1), 28–71. DOI: https://doi.org/10.1006/cogp.1998.0681

  • Коннор, К.Э., Эгет Х. Э. и Янтис С. (2004). Визуальное внимание: снизу вверх или сверху вниз. Текущая биология , 14 (19), R850 – R852. DOI: https://doi.org/10.1016/j.cub.2004.09.041

  • Корбетта, М., и Шульман, Г. Л. (2002). Контроль целенаправленного и стимулированного внимания в мозгу. Nature Reviews Neuroscience , 3 (3), 201–215. DOI: https://doi.org/10.1038/nrn755

  • Делла Либера, К., & Chelazzi, L. (2006). Визуальное избирательное внимание и эффекты денежного вознаграждения. Психологические науки , 17 (3), 222–227. DOI: https://doi.org/10.1111/j.1467-9280.2006.01689.x

  • Делла Либера, К., и Челацци, Л. (2009). Научиться присутствовать и игнорировать — это вопрос выгод и потерь. Психологические науки , 20 (6), 778–784. DOI: https://doi.org/10.1111/j.1467-9280.2009.02360.x

  • Дезимоне, Р.(1996). Нейронные механизмы зрительной памяти и их роль во внимании. Proceedings of the National Academy of Sciences , 93, 13494–13499. DOI: https://doi.org/10.1073/pnas.93.24.13494

  • Эгет Х. Э. и Янтис С. (1997). Визуальное внимание: контроль, представление и ход времени. Ежегодный обзор психологии , 48, 269–297. DOI: https://doi.org/10.1146/annurev.psych.48.1.269

  • Неудачный, М.Ф. и Теувес Дж. (2014). Экзогенное визуальное ориентирование за счет вознаграждения. Журнал видения , 14 (5), 6. DOI: https://doi.org/10.1167/14.5.6

  • Неудача, М. Ф. и Теувес, Дж. (2015). Непространственный захват внимания семантикой сцены, которая ранее была вознаграждена. Визуальное познание , 23 (1–2), 82–104. DOI: https://doi.org/10.1080/13506285.2014.9

  • Неудача, М., Ниссенс, Т., Пирсон, Д., Ле Пелли, М., и Теувес, Дж. (2015). Глазодвигательный захват стимулами, сигнализирующими о наличии награды. Журнал нейрофизиологии , 114 (4), 2316–2327. DOI: https://doi.org/10.1152/jn.00441.2015

  • Failing, M., & Theeuwes, J. (2016). Вознаграждение меняет восприятие времени. Познание , 148, 19–26. DOI: https://doi.org/10.1016/j.cognition.2015.12.005

  • Неудачный, М., & Теувес, Дж. (2017). Не позволяйте этому отвлекать вас: как информация о наличии награды влияет на выбор внимания. Внимание, восприятие и психофизика . DOI: https://doi.org/10.3758/s13414-017-1376-8

  • Failing, M., & Theeuwes, J. (в печати). История выбора: как награда модулирует избирательность визуального внимания. Психономический бюллетень и обзор . DOI: https://doi.org/10.3758/s13423-017-1380-y

  • Ферранте, О., Patacca, A., Di Caro, V., Della Libera, C., Santandrea, E., & Chelazzi, L. (в печати). Чередование карт пространственного приоритета посредством статистического обучения выбору цели и фильтрации отвлекающих факторов. Cortex.

  • Фолк, К. Л., Ремингтон, Р. У., и Джонстон, Дж. К. (1992). Непроизвольное скрытое ориентирование зависит от настроек контроля внимания. Журнал экспериментальной психологии человеческого восприятия и деятельности , 18 (4), 1030–1044. DOI: https: // doi.org / 10.1037 / 0096-1523.18.4.1030

  • Гаспелин, Н., Леонард, К. Дж., И Лак, С. Дж. (2017). Подавление явного захвата внимания заметными, но несущественными цветовыми одиночками. Внимание, восприятие и психофизика , 79 (1), 45–62. DOI: https://doi.org/10.3758/s13414-016-1209-1

  • Гаспелин, Н., и Удача, С. Дж. (2018). Роль торможения в том, чтобы не отвлекаться на заметные раздражители. Тенденции в когнитивных науках , 22 (1), 79–92. DOI: https://doi.org/10.1016/j.tics.2017.11.001

  • Гэн Дж. Дж. И Берманн М. (2005). Пространственная вероятность как сигнал внимания при визуальном поиске. Восприятие и психофизика , 67, 1252–1268. DOI: https://doi.org/10.3758/BF03193557

  • Гейер, Т., Мюллер, Х. Дж., И Крамменахер, Дж. (2008). Ожидания модулируют захват внимания с помощью ярких цветных одиночек. Исследование зрения , 48 (11), 1315–1326. DOI: https://doi.org/10.1016/j.visres.2008.02.006

  • Годин Р. и Теувес Дж. (2002). Программирование эндогенных и экзогенных саккад: доказательства модели конкурентной интеграции. Журнал экспериментальной психологии человеческого восприятия и деятельности , 28 (5), 1039–1054. DOI: https://doi.org/10.1037/0096-1523.28.5.1039

  • Хики, К., Chelazzi, L., & Theeuwes, J. (2010). Вознаграждение за изменения в зрении человека через переднюю поясную часть. Журнал неврологии , 30 (33), 11096–11103. DOI: https://doi.org/10.1523/JNEUROSCI.1026-10.2010

  • Хики, К., Макдональд, Дж. Дж., И Тивес, Дж. (2006). Электрофизиологическое свидетельство захвата визуального внимания. Журнал когнитивной неврологии , 18, 604–613. DOI: https://doi.org/10.1162/jocn.2006.18.4.604

  • Хики, К., ван Зост, В., и Теувес, Дж. (2010). Динамика экзогенного и эндогенного контроля скрытого внимания. Экспериментальное исследование мозга , 201 (4), 789–796. DOI: https://doi.org/10.1007/s00221-009-2094-9

  • Хиллстром, А. П. (2000). Эффекты повторения в визуальном поиске. Восприятие и психофизика , 62, 800–817. DOI: https://doi.org/10.3758/BF03206924

  • Холлингворт, А., Мацукура, М., и Удача, С. Дж. (2013). Зрительная рабочая память модулирует быстрые движения глаз для простых наступающих целей. Психологические науки , 24 (5), 790–796. DOI: https://doi.org/10.1177/0956797612459767

  • Хопкинс, Л. С., Хельмштеттер, Ф. Дж., И Ханнула, Д. Э. (2016). Движение глаз фиксируется простым для восприятия условным стимулом в отсутствие явного знания о непредвиденных обстоятельствах. Эмоция . DOI: https: // doi.org / 10.1037 / emo0000206

  • Хопфингер, Дж. Б., Буонокор, М. Х. и Мангун, Г. Р. (2000). Нейронные механизмы контроля внимания сверху вниз. Nature Neuroscience , 3, 284–291. DOI: https://doi.org/10.1038/72999

  • Хант, А. Р., фон Мюленен, А., и Кингстон, А. (2007). Динамика внимания и глазодвигательного захвата обнаруживает общую причину. Журнал экспериментальной психологии человеческого восприятия и деятельности , 33 (2), 271–284.DOI: https://doi.org/10.1037/0096-1523.33.2.271

  • Итти, Л., и Кох, К. (2001). Компьютерное моделирование визуального внимания. Nature Reviews Neuroscience , 2 (3), 194–203. DOI: https://doi.org/10.1038/35058500

  • Итти, Л., Кох, К., & Нибур, Э. (1998). Модель визуального внимания на основе заметности для быстрого анализа сцены. Транзакции IEEE по анализу шаблонов и машинному анализу , 20, 1254–1259.DOI: https://doi.org/10.1109/34.730558

  • Джахфари, С., & Теувес, Дж. (2017). Чувствительность к ценностному вниманию определяется тем, как мы учимся на ценностях. Психономический бюллетень и обзор , 1–8. DOI: https://doi.org/10.3758/s13423-016-1106-6

  • Джеймс, У. (1890). Принципы психологии. Лондон: Макмиллан. DOI: https://doi.org/10.1037/11059-000

  • Цзян, Ю.В. (2017). Привычное или целенаправленное внимание. Cortex . DOI: https://doi.org/10.1016/j.cortex.2017.06.018

  • Цзян, Ю. В., Ласточка, К. М., Розенбаум, Г. М., и Херциг, К. (2013). Быстрое приобретение, но медленное исчезновение искажения внимания в космосе. Журнал экспериментальной психологии: человеческое восприятие и производительность , 39, 87–99. DOI: https://doi.org/10.1037/a0027611

  • Йонидес, Дж.(1981). Добровольный или автоматический контроль над мысленным взором. В: Long, J., & Baddeley, A. (Eds.), Attention and performance , IX, 187–203. Хиллсдейл, Н. Дж .: Эрлбаум.

  • Кацуки Ф. и Константинидис К. (2014). Внимание снизу вверх и сверху вниз: разные процессы и перекрывающиеся нейронные системы. Невролог , 20 (5), 509–21. DOI: https://doi.org/10.1177/1073858413514136

  • Ким, М.С., и Кейв, К. Р. (1999). Контроль внимания сверху вниз и снизу вверх: о природе вмешательства со стороны заметного отвлекающего фактора. Восприятие и психофизика , 61, 1009–1023. DOI: https://doi.org/10.3758/BF03207609

  • Кляйн, Р. М. (2017). Психономика в Бостоне: дискуссия о типах ориентации. Внимание, восприятие и психофизика , 79, 1–2.

  • Кох, К., и Ульман, С.(1985). Сдвиги избирательного визуального внимания: к основным нейронным цепям. Нейробиология человека , 4, 219–227.

  • Кристьянссон, А. (2010). Прайминг в визуальном поиске: работает ли гаечный ключ для восходящего внимания Теувеса? Acta Psychologica , 135 (2), 114–116. DOI: https://doi.org/10.1016/j.actpsy.2010.05.001

  • Кристьянссон, Б., и Кампана, Г. (2010).Где восприятие встречается с памятью: обзор повторения прайминга в задачах визуального поиска. Внимание, восприятие и психофизика , 72 (1), 5–18. DOI: https://doi.org/10.3758/APP.72.1.5

  • Кумада, Т. (1999). Ограничения при обращении к значению функции для подавления помех, вызванных стимулом. Восприятие и психофизика , 61, 61–79. DOI: https://doi.org/10.3758/BF03211949

  • Лами, Д.F., & Kristjánsson, Á. (2013). Является ли целенаправленное руководство вниманием всего лишь промежуточным праймингом? Обзор. Journal of Vision , 13. DOI: https://doi.org/10.1167/13.3.14

  • Ле Пелли, М. Э., Пирсон, Д., Гриффитс, О., и Бисли, Т. (2015). Когда цели противоречат ценностям: контрпродуктивное внимание и глазодвигательный захват стимулами, связанными с вознаграждением. Журнал экспериментальной психологии: Общие , 144 (1), 158–171. DOI: https: // doi.org / 10.1037 / xge0000037

  • Лиен, М.-К., Рутрафф, Э., и Джонстон, Дж. К. (2010). Захват внимания с быстро меняющимися настройками контроля внимания. Журнал экспериментальной психологии. Человеческое восприятие и производительность , 36, 1–16. DOI: https://doi.org/10.1037/a0015875

  • Людвиг, К. Дж. Х., и Гилкрист, И. Д. (2002). Управляемый стимулами и целевой контроль визуального отбора. Журнал экспериментальной психологии: человеческое восприятие и деятельность , 28, 902–912. DOI: https://doi.org/10.1037/0096-1523.28.4.902

  • Малжкович В. и Накаяма К. (1994). Заполнение всплывающего окна: I. Роль функций. Память и познание , 22 (6), 657–672. DOI: https://doi.org/10.3758/BF03209251

  • Малжкович В. и Накаяма К. (2000). Заполнение выдвижных ящиков: III. Система кратковременной неявной памяти, полезная для быстрого выбора цели. Визуальное познание , 7, 571–595. DOI: https://doi.org/10.1080/135062800407202

  • Мортье, К., Теувес, Дж., И Старревелд, П. (2005). Выбор ответа модулирует визуальный поиск в пределах и между измерениями. Журнал экспериментальной психологии: человеческое восприятие и производительность , 31, 542–557. DOI: https://doi.org/10.1037/0096-1523.31.3.542

  • Mulckhuyse, M., Crombez, G., И Ван дер Стигчель, С. (2013). Условный страх модулирует визуальный отбор. Эмоция , 13 (3), 529–536. DOI: https://doi.org/10.1037/a0031076

  • Mulckhuyse, M., & Dalmaijer, E. S. (2016). Отвлеченный опасностью: временная и пространственная динамика визуального выбора при наличии угрозы. Когнитивная, аффективная и поведенческая нейробиология , 16 (2), 315–324. DOI: https://doi.org/10.3758/s13415-015-0391-2

  • Mulckhuyse, M., Ван дер Стигчел, С., & Теувес, Дж. (2009). Ранняя и поздняя модуляция отклонений саккады по сходству целевых дистракторов. Журнал нейрофизиологии , 102 (3), 1451–1458. DOI: https://doi.org/10.1152/jn.00068.2009

  • Мюллер, Х. Дж., Хеллер, Д., и Зиглер, Дж. (1995). Визуальный поиск целевых объектов одноэлементного объекта внутри и между измерениями объекта. Восприятие и психофизика , 57, 1–17. DOI: https://doi.org/10.3758 / BF03211845

  • Мюллер, Х. Дж., И Рэббитт, П. М. А. (1989). Рефлексивная и произвольная ориентация зрительного внимания: временной ход активации и сопротивление прерыванию. Журнал экспериментальной психологии: человеческое восприятие и деятельность , 15, 315–330. DOI: https://doi.org/10.1037/0096-1523.15.2.315

  • Мюллер, Х. Дж., Рейманн, Б., и Крамменахер, Дж. (2003). Визуальный поиск целевых объектов одноэлементной функции по измерениям: эффекты, обусловленные стимулами и ожиданиями, при размерном взвешивании Журнал экспериментальной психологии: человеческое восприятие и производительность , 29, 1021–1035. DOI: https://doi.org/10.1037/0096-1523.29.5.1021

  • Накаяма, К., и Маккебен, М. (1989). Устойчивые и преходящие компоненты фокуса зрительного внимания. Vision Res , 29, 1631–1647. DOI: https://doi.org/10.1016/0042-6989(89)

    -2

  • Нойман, О. (1984). Автоматическая обработка: обзор недавних открытий и призыв к старой теории.В: Prinz, W., & Sanders, A. F. (Eds.), Cognition and Motor Processes, , 255–290. Берлин: Springer-Verlag. DOI: https://doi.org/10.1007/978-3-642-69382-3_17

  • Nissens, T., Failing, M., & Theeuwes, J. (2016). Люди смотрят на объект, которого они боятся: Глазодвигательный захват раздражителями, сигнализирующими об угрозе. Познание и эмоции , 1–8.

  • Огава Т. и Комацу Х. (2004).Выбор цели в области V4 во время задачи многомерного визуального поиска. Журнал неврологии , 24 (28), 6371–6382. DOI: https://doi.org/10.1523/JNEUROSCI.0569-04.2004

  • Оливерс, К. Н. Л., и Хики, К. (2010). Прайминг устраняет неоднозначность восприятия при визуальном поиске: свидетельства поведения и электрофизиологии. Исследование зрения , 50 (14), 1362–1371. DOI: https://doi.org/10.1016/j.visres.2009.11.022

  • Оливерс, К.Н. Л. и Хамфрис, Г. У. (2003). Визуальная маркировка препятствует захвату одиночных особей. Когнитивная психология , 47, 1–42. DOI: https://doi.org/10.1016/S0010-0285(03)00003-3

  • Пашлер, Х., Джонстон, Дж., И Рутрафф, Э. (2001). Внимание и производительность. В: Annual Review of Psychology , 52, 629–651. DOI: https://doi.org/10.1146/annurev.psych.52.1.629

  • Пирсон, Д., Донкин, К., Тран, С. К., Мост, С. Б., и Ле Пелли, М. Э. (2015). Когнитивный контроль и контрпродуктивный окуломоторный захват стимулами, связанными с вознаграждением. Визуальное познание , 23 (1–2), 41–66. DOI: https://doi.org/10.1080/13506285.2014.994252

  • Пинто, Ю., Оливерс, К. Н. Л., и Теувес, Дж. (2005). Неопределенность цели не приводит к большему отвлечению внимания на одиночные игры, в отличие от промежуточного прайминга. Восприятие и психофизика , 67 (8), 1354–1361.DOI: https://doi.org/10.3758/BF03193640

  • Познер, М. И. (1978). Хронометрические исследования разума. Хиллсдейл, штат Нью-Джерси: Эрлбаум.

  • Познер, М. И. (1980). Ориентация внимания, VII лекция сэра Фредерика Бартлетта. Ежеквартальный журнал экспериментальной психологии , 32, 3–25. DOI: https://doi.org/10.1080/00335558008248231

  • Познер, М.И., Дэвидсон, Б. Дж., И Снайдер, К. Р. Р. (1980). Внимание и обнаружение сигналов. Журнал экспериментальной психологии: Общие , 109, 160–174. DOI: https://doi.org/10.1037/0096-3445.109.2.160

  • Preciado, D., Munneke, J., & Theeuwes, J. (2016). Была ли это угроза? Предвзятое внимание, вызванное сигналами угрозы. Эмоция , 16 (8).

  • Ристич Дж. И Кингстон А. (2006).Внимание к стрелкам: указание в новом направлении. Ежеквартальный журнал экспериментальной психологии , 59, 1921–1930. DOI: https://doi.org/10.1080/17470210500416367

  • Шмидт, Л. Дж., Белопольский, А. В., и Теувес, Дж. (2015). Преднамеренный захват сигналами угрозы. Познание и эмоции , 15, 329–334. DOI: https://doi.org/10.1037/emo0000041

  • Шмидт, Л. Дж., Белопольский, А.В., & Теувес, Дж. (2017). Временной ход смещения внимания к сигналам об угрозе и безопасности. Познание и эмоции , 31 (5), 845–857. DOI: https://doi.org/10.1080/02699931.2016.1169998

  • Шнайдер В. и Шиффрин Р. М. (1977). Управляемая и автоматическая обработка информации человеком: I. Обнаружение, поиск и внимание. Психологический обзор , 84, 1–66. DOI: https://doi.org/10.1037/0033-295X.84.1.1

  • Шубо, А.(2009). Обнаружение заметности и привлечение внимания. Психологические исследования-Psychologische Forschung , 73 (2), 233–243. DOI: https://doi.org/10.1007/s00426-008-0215-x

  • Шиффрин, Р. М., и Шнайдер, В. (1977). Управляемая и автоматическая обработка информации человеком: II. Перцептивное обучение, автоматическое посещение и общая теория. Психологический обзор , 84 (3), 127–190. DOI: https://doi.org/10.1037/0033-295X.84.2.127

  • Теувес, Дж.(1989). Влияние местоположения и формы подсказки на распределение внимания в поле зрения. Acta Psychologica , 72 (2), 177–192. DOI: https://doi.org/10.1016/0001-6918(89)-7

  • Теувес, Дж. (1990). Перцепционная избирательность зависит от задачи — данные выборочного поиска. Acta Psychologica , 74 (1), 81–99. DOI: https://doi.org/10.1016/0001-6918(90)

    -F

  • Теувес, Дж.(1991). Межпространственная селективность восприятия. Восприятие и психофизика , 50 (2), 184–193. DOI: https://doi.org/10.3758/BF03212219

  • Теувес, Дж. (1992). Перцепционная селективность цвета и формы. Восприятие и психофизика , 51 (6), 599–606. DOI: https://doi.org/10.3758/BF03211656

  • Теувес, Дж. (1994a). Эндогенный и экзогенный контроль визуального отбора. Восприятие , 23 (4), 429–440. DOI: https://doi.org/10.1068/p230429

  • Теувес, Дж. (1994b). Захват, управляемый стимулами, и набор внимания — выборочный поиск резких проявлений цвета и визуального восприятия. Журнал экспериментальной психологии человеческого восприятия и деятельности , 20 (4), 799–806. DOI: https://doi.org/10.1037/0096-1523.20.4.799

  • Теувес, Дж. (2004). Стратегии поиска сверху вниз не могут перекрыть захват внимания. Psychonomic Bulletin & Review , 11 (1), 65–70. DOI: https://doi.org/10.3758/BF03206462

  • Теувес, Дж. (2010). Контроль визуального выбора сверху вниз и снизу вверх. Acta Psychologica , 135 (2), 77–99. DOI: https://doi.org/10.1016/j.actpsy.2010.02.006

  • Теувес, Дж. (2013). Внимание, основанное на характеристиках: все идет снизу вверх. Философские труды Королевского общества B: Биологические науки , 368, 1–8.DOI: https://doi.org/10.1098/rstb.2013.0055

  • Теувес, Дж., И Чен, К. Ю. Д. (2005). Захват внимания и торможение (возврата): влияние на перцептивную чувствительность. Восприятие и психофизика , 67 (8), 1305–1312. DOI: https://doi.org/10.3758/BF03193636

  • Теувес, Дж., Крамер, А. Ф., Хан, С., и Ирвин, Д. Э. (1998). Наши глаза не всегда идут туда, куда мы хотим: захват глаз новыми объектами. Психологические науки , 9 (5), 379–385. DOI: https://doi.org/10.1111/1467-9280.00071

  • Теувес, Дж., Крамер, А. Ф., Хан, С., Ирвин, Д. Э., и Зелинский, Г. Дж. (1999). Влияние захвата внимания на глазодвигательный контроль. Журнал экспериментальной психологии человеческого восприятия и деятельности , 25 (6), 1595–1608. DOI: https://doi.org/10.1037/0096-1523.25.6.1595

  • Теувес, Дж., Крамер, А. Ф., и Кингстон, А. (2004). Захват внимания модулирует чувствительность восприятия. Psychonomic Bulletin & Review , 11 (3), 551–554. DOI: https://doi.org/10.3758/BF03196609

  • Теувес, Дж., Рейманн, Б., и Мортье, К. (2006). Визуальный поиск красивых синглтонов: без модуляции сверху вниз, только затравка снизу вверх. Визуальное познание , 14 (4–8), 466–489. DOI: https://doi.org/10.1080/13506280500195110

  • Теувес, Дж., И Ван дер Бург, Э. (2007). Роль пространственной и непространственной информации в визуальном отборе. Журнал экспериментальной психологии человеческого восприятия и деятельности , 33 (6), 1335–1351. DOI: https://doi.org/10.1037/0096-1523.33.6.1335

  • Теувес, Дж., И Ван дер Бург, Э. (2011). О пределах контроля сверху вниз. Внимание, восприятие и психофизика , 73, 2092–2103. DOI: https://doi.org/10.3758/s13414-011-0176-9

  • Теувес, Дж., & Ван дер Бург, Э. (2013). Прайминг делает стимул более заметным. Журнал видения , 13 (3), 1–11. DOI: https://doi.org/10.1167/13.3.21

  • Томпсон, К. Г., Бичот, Н. П., и Сато, Т. Р. (2005). Активность лобового поля глаза до появления ошибок визуального поиска выявляет интеграцию заметности снизу вверх и сверху вниз. Журнал нейрофизиологии , 93, 337–351. DOI: https://doi.org/10.1152/jn.00330.2004

  • Тодд Р.М., & Маналигод, М. Г. М. (2017). Неявное руководство вниманием: структура пространства приоритетных состояний. Cortex . DOI: https://doi.org/10.1016/j.cortex.2017.08.001

  • Treisman, A. (1988). «Особенности и объекты: четырнадцатая лекция памяти Бартлетта». Ежеквартальный журнал экспериментальной психологии , 40A, 201–236. DOI: https://doi.org/10.1080/02724988843000104

  • van Zoest, W., Донк, М., & Теувес, Дж. (2004). Роль стимулированного и целевого контроля в саккадическом визуальном отборе. Журнал экспериментальной психологии человеческого восприятия и деятельности , 30 (4), 746–759. DOI: https://doi.org/10.1037/0096-1523.30.4.749

  • Ван Б. и Тьювес Дж. (2018). Статистические закономерности модулируют захват внимания. Журнал экспериментальной психологии: человеческое восприятие и производительность , 44 (1), 13–17.DOI: https://doi.org/10.1037/xhp0000472

  • Wang, B., & Theeuwes, J. (представленный-a). Как запретить расположение отвлекающего фактора? Статистическое обучение в сравнении с активным нисходящим подавлением.

  • Wang, B., & Theeuwes, J. (представлен-b). Статистические закономерности модулируют захват внимания независимо от стратегии поиска.

  • Вулф, Дж. М., Бутчер, С.Дж., Ли, К., и Хайл, М. (2003). Изменение вашего мнения: о вкладе руководства сверху вниз и снизу вверх в визуальном поиске единичных элементов. Журнал экспериментальной психологии , 29 (2), 483–502. DOI: https://doi.org/10.1037/0096-1523.29.2.483

  • Янтис, С., и Йонидес, Дж. (1990). Резкие визуальные проявления и избирательное внимание: добровольное или автоматическое распределение. Журнал экспериментальной психологии: человеческое восприятие и производительность , 16, 121–134.DOI: https://doi.org/10.1037/0096-1523.16.1.121

  • Чжао, Дж., Аль-Айдроос, Н., и Тюрк-Браун, Н. Б. (2013). Внимание спонтанно переключается на закономерности. Психологические науки , 24 (5), 667–677. DOI: https://doi.org/10.1177/0956797612460407

  • Интегрированная мотивационно-волевая модель суицидного поведения # WSPD18

    Интегрированная мотивационно-волевая (IMV) модель самоубийства — это комплексная теоретическая модель суицидального поведения, первоначально разработанная профессором Рори О’Коннор из Лаборатории исследований самоубийств Университета Глазго и опубликованная в 2011 году в международном справочнике по предотвращению самоубийств (О’Коннор). , 2011).Модель IMV была недавно обновлена, и в обзорной статье, опубликованной в сентябре 2018 года в журнале Philosophical Transactions of the Royal Society , будет описана ее текущая структура и обоснование. В этом блоге мы описываем модель, как она выдерживает эмпирическое тестирование и ее актуальность для исследователей, клиницистов и людей, которые испытывают суицидальные мысли.

    Философ Карл Поппер утверждал, что научная практика должна характеризоваться постоянными усилиями по проверке теорий на опыте и пересмотру этих теорий на основе результатов этих проверок.Его фальсификационистский подход заключался в том, что, когда теории фальсифицируются при эмпирической проверке, ученые должны реагировать одним из трех способов: пересматривая теорию, отвергая эту теорию в пользу альтернативы или поддерживая эту теорию, но изменяя одну из составляющих ее гипотез. Теории самоубийства уходят корнями в конец девятнадцатого века, когда в гипотезе социальной интеграции Дюркгейма было высказано предположение, что самоубийство является результатом лежащего в основе дисбаланса между социальной интеграцией и социальным регулированием.Самоубийство — сложное явление, и любая теория, пытающаяся его объяснить, должна стремиться улавливать факторы, влияющие на суицидальный путь подавляющего большинства групп, подверженных риску самоубийства. Теория, которая четко определяет изменяемые факторы риска, также имеет большую клиническую ценность, поскольку описывает для клиницистов и людей с суицидальными мыслями, как могут возникнуть такие модели мышления и как от них можно избавиться.

    Со времени работы Дюркгейма ряд теоретиков описали взаимосвязь биопсихосоциальных факторов в развитии суицидального поведения.Центральное место в последних моделях, таких как теория межличностного самоубийства Томаса Джойнера (Joiner, 2005) и трехступенчатая модель самоубийства Дэвида Клонски (Klonsky and May, 2015), занимает концепция «от идеи к действию»; то есть, формирование суицидальных мыслей и развитие этих мыслей в действиях представляют собой две отдельные стадии с различными объяснениями. Они считают, что процессов, ведущих к суицидальным идеям, недостаточно, чтобы вызвать суицидальные действия, и кроме того, необходим отдельный процесс, чтобы преодолеть естественный инстинкт психики к самосохранению.Это объясняет, почему распространенность суицидальных мыслей среди населения намного выше, чем распространенность суицидальных попыток (McManus et al, 2016). Обе модели сводятся к скупому набору базовых концепций. У Джойнера всего три фактора: кажущаяся обременительность, неуверенная принадлежность и приобретенная способность к самоубийству. У Клонского четыре черты: боль, безнадежность, привязанность и способность к самоубийству.

    Эмиль Дюркгейм был одним из первых теоретиков самоубийства, который создал нормативную теорию самоубийства, которая объясняла его как социальный факт, внешний по отношению к человеку, а не результат собственных обстоятельств.

    Методы

    Модель IMV принадлежит к тому же поколению моделей идей и действий (O’Connor and Nock, 2014), но, как объясняется в обзоре 2018 года, также опирается на четыре ключевых теоретических подхода: модель диатеза-стресса, теория запланированного поведения. теория крика боли (зародившаяся в эволюционной психологии) и гипотеза дифференциального действия. В обзоре подробно объясняется, как эти идеи объединяются, чтобы описать возникновение суицидальных мыслей и переход к суицидальному поведению в трех различных стадиях:

    1. Предварительная мотивационная фаза , на которой биопсихосоциальные факторы уязвимости и триггерные события (включая невзгоды в раннем периоде жизни, бедность и такие черты, как социально предписанный перфекционизм) формируют фон для развития суицидальных мыслей;
    2. Мотивационная фаза , которая описывает, как и почему могут возникать суицидальные мысли; и
    3. Волевая стадия , которая отмечает переход от суицидальных мыслей к поведению.

    Ключевой предпосылкой теории является идея о том, что поражение и провокация являются основными движущими силами суицидальных мыслей и, следовательно, центральными для мотивационной (и средней) стадии этой трехчастной модели.

    Результаты

    Модель четко объяснена в этом документе, с подразделами, содержащими подробные сведения о каждом из факторов, присутствующих в трех фазах модели, и их вкладе в путь от идеи к действию. Хотя это явно не указано, три основных изменения, которые были внесены в модель с момента ее первой итерации в 2011 году, следующие:

    • Распознавание цикличности перехода от суицидных мыслей к поведению , представленное двунаправленными стрелками, соединяющими мотивационную (представление) и волевую (действие) фазы
    • Расширение деталей на произвольных модераторах , представленных в модели.В настоящее время определены восемь, некоторые из которых хорошо известны (доступ к средствам, суицидальное поведение в прошлом), а некоторые из них относительно недавно выявлены (физическая болевая чувствительность). Одно из описания 2011 года как «имитация (социальное обучение)», которое подразумевало чрезмерно упрощенный пассивный процесс, превратилось в «подверженность суициду или суицидальному поведению», расширив это понятие, чтобы рассмотреть влияние самоубийства близкого контакта. или попытка самоубийства на основе внутренних ограничений человека против членовредительства и признание диапазона индивидуальных значений, которые такое воздействие может иметь в формировании поведения
    • Спецификация восьми предпосылок модели, определяющая ключевые гипотезы для проверки в отношении предрасполагающих и провоцирующих факторов в пред-мотивационной фазе, а также факторов, которые облегчают или препятствуют переходу внутри или между фазами.

    Модель суицидального поведения IMV (Integrated Motivational Volitional).

    Значение для практики и исследований

    Эти изменения, особенно включение циклической траектории, являются улучшениями. Ценность модели для исследователей, врачей и людей, испытывающих суицидальные мысли, следующая:

    • Он объединяет множество исследований самоубийств, включающих в линейное, динамическое и подробное представление диапазон социальных, культурных, экологических, генетических, биологических, когнитивных и межличностных факторов риска самоубийства.Это охватывает спектр от структурных факторов окружающей среды (таких как социальное неравенство) до интерпретирующих аспектов, касающихся социальных значений и возможностей самоубийства среди различных социальных групп (включая доступ к средствам и реакцию на суицидальное поведение другого человека).
    • Клинически он охватывает диапазон историй, высказанных теми, кто обращается за помощью в случае суицидальности, и особенно циклический характер суицидальных мыслей и инициирования попыток. Это дает врачам и людям с жизненным опытом возможность понять суицидальные мысли человека и способы их смягчения.
    • Это открытое приглашение для исследователей проверить гипотезы определенными путями, отвечая на иногда высказываемые критические замечания о том, что исследования самоубийств недостаточно основаны на теории.
    • Три набора модераторов определены как диапазон потенциальных терапевтических целей. Если гипотеза с участием любого из этих модераторов будет поддержана, это должно побудить к разработке и испытанию подходящего вмешательства.

    Модель IMV предоставляет врачам и людям с жизненным опытом средства понимания суицидальных мыслей человека и того, как они могут попытаться их смягчить.

    Сильные стороны и ограничения

    Так выдерживает ли модель эмпирическую проверку?

    В обзоре описывается, какие теоретические пути в рамках модели были протестированы, но признается, что большинство этих исследований были перекрестными. Это главный недостаток, учитывая систематические ошибки, возникающие при проведении анализа посредничества с использованием перекрестных данных (Maxwell et al, 2011).

    Для исследователей модель выявляет широкие возможности для проведения основанных на гипотезах исследований конкретных путей с использованием больших репрезентативных продольных наборов данных, с адекватными последующими данными и строгими методами анализа причинно-следственной связи.В идеале такая работа должна включать больше исследований с незападными образцами и дальнейшие исследования для проверки модели IMV в отношении членовредительства (независимо от очевидного суицидального намерения). Лонгитюдные исследования для изучения взаимосвязей между поражением, унижением, ловушкой, размышлениями и суицидальными идеями помогут понять несоответствия в выводах относительно этого конкретного пути в мотивационной фазе. Психодинамические взгляды на роль унижения в порождении агрессии, направленной вовне (как насилие по отношению к другим) или вовнутрь (как суицидальное поведение) (Leask, 2013), а также качественные исследования, изучающие жизненный опыт суицидальных мыслей и поведения, также могут пролить свет на эти сложные взаимоотношения.

    Выводы

    Модель IMV становится все более влиятельной моделью суицидального поведения от мыслей к действию, с растущей доказательной базой и многообещающей информацией для разработки эффективных целевых вмешательств по предотвращению самоубийств. Однако остается ряд важных вопросов и проблем, требующих решения. В соответствии с Поппером, постоянные усилия исследователей по тестированию и пересмотру темпоральных путей в рамках модели продолжатся для построения этого важного проекта, приносящего пользу клиницистам и людям, которые страдают от мучительного опыта суицидальности.

    Модель IMV становится все более влиятельной моделью суицидального поведения от мыслей к действию, с растущей доказательной базой и многообещающей информацией для разработки эффективных целевых вмешательств по предотвращению самоубийств. Что бы об этом сказал Поппер?

    Конфликт интересов

    И AP, и LM знают авторов обзора и работали с ними над другими проектами. AP является независимым клиническим членом Руководящего комитета исследования Safetel, финансируемого MQ, в котором проф. О’Коннор является ИП.

    Ссылки

    Первичная бумага

    O’Connor RC, Kirtley OJ. (2018) Интегрированная мотивационно-волевая модель суицидального поведения. Phil. Пер. R. Soc. B 373: 1754 DOI: 10.1098 / rstb.2017.0268 http://dx.doi.org/10.1098/rstb.2017.0268

    Прочие ссылки

    Столяр Т.Э. (2005). Почему люди умирают от самоубийства . Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета.

    Клонски, Э. Д., Мэй, А. М. (2015). Теория трех шагов (3ST): новая теория самоубийства, основанная на концепции «от идеи к действию». Международный журнал когнитивной терапии, 8 (2), 114-129. http://dx.doi.org/10.1521/ijct.2015.8.2.114

    Leask P (2013) Потеря доверия к миру: унижение и его последствия, Психодинамическая практика, 19: 2,129-142, DOI: 10.1080 / 14753634.2013.778485 https://www.tandfonline.com/doi/full/10.1080/14753634.2013 .778485

    McManus S, Hassiotis A, Jenkins R, Dennis M, Aznar C, Appleby L (2016) Суицидальные мысли, попытки самоубийства и членовредительство. Глава 12 в Обзоре психиатрической заболеваемости взрослых: Обследование психического здоровья и благополучия в Англии, 2014 г.NHS Digital. https://files.digital.nhs.uk/publicationimport/pub21xxx/pub21748/apms-2014-suicide.pdf

    Максвелл С.Е., Коул Д.А., Митчелл М.А. (2011) Предвзятость в перекрестном анализе продольной медиации: частичная и полная медиация в рамках модели авторегрессии, многомерное поведенческое исследование, 46: 5, 816-841, DOI: 10.1080 / 00273171.2011.606716

    О’Коннор Р. (2011) К интегрированной мотивационно-волевой модели суицидального поведения (стр. 181–198) в О’Коннор Р., Платт С. и Гордон Дж. (Ред.).Международный справочник по предотвращению самоубийств: исследования, политика и практика. Чичестер: Вили-Блэквелл.

    О’Коннор и Нок (2014) Психология суицидального поведения. Ланцет психиатрии 1: 73-85

    Фото

    Effort — IResearchNet

    Люди обладают замечательной способностью обнаруживать и интерпретировать ощущения, возникающие в теле во время физической работы. Как отметил Уильям П. Морган, для описания этого психофизиологического феномена использовались такие термины, как воспринимаемое усилие , восприятие усилия и чувство усилия .Интерес к этому аспекту перформанса был инициирован новаторской работой шведского психофизика Гуннара Борга в начале 1960-х годов. Он представил концепцию воспринимаемого напряжения и предложил способы, с помощью которых можно численно и вербально оценить общую нагрузку, одышку и локальные ощущения усталости. Это привело к разработке шкал оценки воспринимаемой нагрузки (RPE), наиболее распространенной из которых является шкала Borg 6–20 RPE. В этой статье описывается концепция воспринимаемого напряжения Борга, а также основные факторы, лежащие в основе ее, методы измерения и способы ее использования.

    Effort Continua

    Борг первоначально предположил, что субъективная реакция на стимул упражнения включает три основных континуума усилий: перцептивное, физиологическое и продуктивное. Хотя был разработан ряд более сложных моделей воспринимаемого напряжения, они основаны на тех же трех континуумах усилий. Борг использовал перцептуальный континуум в качестве исходной основы для изучения производных оценок воспринимаемого напряжения, исходя из предпосылки, что восприятие играет фундаментальную роль в человеческом поведении и в том, как человек адаптируется к ситуации.Он подчеркнул, что на перцептивный континуум будет влиять субъективный опыт человека и что на этот опыт будут напрямую влиять психологические черты. Физиологический континуум включает в себя широкий спектр переменных, таких как частота сердечных сокращений, лактат крови, потребление кислорода и вентиляция, которые могут характеризоваться различными кривыми роста в зависимости от интенсивности упражнений. Например, частота сердечных сокращений и потребление кислорода характеризуются линейным ростом по отношению к увеличению интенсивности, измеряемой выходной мощностью (ватты), тогда как концентрация лактата в крови и вентилируемый объем характеризуются нелинейной (положительно ускоряющейся) функцией роста.

    Влияние перцептивного и физиологического континуумов на RPE также будет смягчено ситуационными характеристиками выполнения (третий континуум). В этом отношении необходимо принимать во внимание характер выступления, а также социальную и физическую среду, в которой оно происходит. Производительность может включать в себя ограниченные по времени (короткие или длительные) постепенные этапы до исчерпания, максимальную рабочую нагрузку, которую можно выдержать в течение определенного периода времени, наибольшее расстояние, которое можно преодолеть за данный период времени, или самое быстрое время, за которое можно преодолеть заданный период времени. расстояние.Субмаксимальные показатели могут включать мониторинг времени до истощения при заданной интенсивности упражнений (например, при заданном проценте максимального потребления кислорода или при интенсивности, соответствующей контрольной точке порога вентиляции). Знание продолжительности задачи или расстояния, которое необходимо выполнить, также является критическим фактором при оценке усилий. Социальные факторы окружающей среды могут включать в себя то, выступление происходит в одиночку или с другими, является ли оно конкурентоспособным, присутствие или отсутствие аудитории и насколько аудитория поддерживает.К физическим факторам окружающей среды относятся местоположение, окружающие условия температуры, влажности и высоты, а также любые внешние отвлекающие факторы, такие как музыка и визуальные стимулы.

    Итак, восприятие усилия включает в себя коллективную интеграцию афферентной обратной связи от кардиореспираторных, метаболических и тепловых стимулов и механизмов прямой связи, чтобы позволить человеку оценить, насколько трудный или легкий ощущается при выполнении упражнения в любой момент времени.Он регулируется психологическими факторами, такими как черты личности, познание, память, предыдущий опыт и понимание задачи; ситуационные факторы, такие как знание конечной точки, продолжительности и временных характеристик задачи; и социальные и физические факторы окружающей среды. Показано, что степень, в которой эти факторы смягчают восприятие нагрузки, зависит от интенсивности упражнений.

    Измерение и калибровка усилия

    Наиболее распространенный метод измерения воспринимаемой нагрузки — это шкала категорий Борга 6–20, за которой следует шкала соотношения категорий Борга 10 (CR10).Разработка и правильное использование этих весов подробно описаны Боргом. Шкалы предназначены для оценки ощущений при нагрузке по отношению к физиологическим маркерам, таким как частота сердечных сокращений и потребление кислорода, которые возрастают соразмерно с увеличением интенсивности упражнений. В обеих шкалах числа привязаны к словесным выражениям. Например, в шкале 6–20 цифры 6, 9, 11, 13, 15,

    .

    17, 19 и 20 привязаны к словесным выражениям «совсем не прилагать усилий, очень легкие, легкие, несколько жесткие, жесткие, очень жесткие, чрезвычайно тяжелые и максимальные нагрузки» соответственно.По мере развития исследовательских вопросов и приложений, связанных с восприятием нагрузки, был разработан ряд дополнительных шкал для взрослых. К ним относятся шкала Фостера 0–10 сессий RPE, используемая при расчете тренировочной нагрузки спортсмена, и шкала расчетного ограничения времени Гарсина 1–20, которая используется для оценки времени, оставшегося до волевого истощения.

    Поскольку антецеденты RPE включают в себя память о физическом опыте работы и уровень познания и понимания, был также разработан ряд упрощенных шкал RPE для детей.Чтобы ребенок мог точно воспринимать усилие, а затем надежно производить заданную интенсивность при заданном RPE, должно происходить обучение. В процессе обучения неявно присутствуют практика и познавательные способности ребенка. Согласно стадиям развития Жана Пиаже, дети в возрасте от 7 до 10 лет могут понимать категоризацию, но им легче понимать и интерпретировать картинки и символы, чем слова и числа. По этой причине современные педиатрические шкалы RPE включают изображения, показывающие степень усилий и острой усталости, которые испытывает и понимает ребенок.Эти разработки также признали потребность в словесных дескрипторах и терминологии, которые больше подходят для когнитивного развития ребенка, его возраста и способностей к чтению. Поэтому в этих шкалах используется ограниченный диапазон чисел от 0 до 10 или от 1 до 10, графические дескрипторы и формулировка, более знакомая детям (например, CERT, BABE, CALER, EP Scales и Robertson’s OMNI Scales Роджер Эстон и его коллеги) .

    Центральная и локализованная RPE

    Ощущения усилия можно использовать для оценки общего респираторно-метаболического (центрального) восприятия нагрузки или для различения центральных и периферических (местных) сигналов напряжения.Например, дифференцированные оценки воспринимаемого напряжения могут использоваться для разделения ощущений, возникающих в верхней и нижней частях тела во время велосипедных упражнений или во время гребли, бега или шагания. При езде на велосипеде локализованное восприятие нагрузки в мышцах ног имеет тенденцию доминировать над общей воспринимаемой реакцией на нагрузку. Следовательно, сила воспринимаемого сигнала нагрузки выше для заданной скорости работы при езде на велосипеде по сравнению с упражнениями на беговой дорожке.

    Оценка и производство усилий

    Ощущение усилия применялось разными способами для оценки и понимания результатов. Обычно наблюдается, что RPE, измеряемая во время тренировки, увеличивается по мере увеличения интенсивности упражнений у взрослых и детей, особенно когда стимул физической нагрузки предоставляется постепенно. Такие отношения наиболее часто наблюдались с использованием так называемой парадигмы пассивной оценки .Таким образом, оценка воспринимаемого напряжения дается в ответ на запрос специалиста по упражнениям или клинициста, чтобы указать, насколько «тяжелым» является упражнение. Эту информацию можно использовать для оценки изменений физической формы с использованием стандартных процедур субмаксимальных нагрузочных тестов, например, в тесте субмаксимального цикла Ламбертса и Ламберта. Его также можно использовать для помощи врачу или тренеру в назначении интенсивности упражнений. Например, интенсивность упражнений (например, частота сердечных сокращений, частота работы или потребление кислорода), которая совпадает с заданным RPE, может быть предписана тренером или врачом.

    Учитывая устойчивую взаимосвязь между RPE и интенсивностью упражнений, особенно если они известны для отдельного человека, RPE можно использовать в качестве субъективного ориентира для измерения интенсивности упражнений во время кардиореспираторных упражнений и упражнений с отягощениями. Таким образом, можно использовать активную парадигму производства , в соответствии с которой индивидуума просят регулировать интенсивность упражнений в соответствии с заданными значениями RPE. Ряд исследований демонстрирует поддержку использования RPE таким образом как для аэробных тренировок, так и для оценки аэробной силы и физической подготовки.

    Оценка тренировочной нагрузки

    Поскольку оптимизация тренировочной нагрузки является ключевым фактором для достижения максимальной производительности, количественная оценка усилий считается важной. В последнее время популярным методом тренировки с отягощениями стал сеансовый метод RPE, рассчитываемый путем умножения относительной воспринимаемой нагрузки во время тренировки (шкала от 0 до 10) на продолжительность упражнения (в минутах) или количество повторений для тренировки с отягощениями. оценка острой и хронической тренировочной нагрузки у спортсменов.

    Прогноз максимального уровня упражнений

    RPE, полученный из субмаксимальной скорости работы, можно использовать для обеспечения приемлемых прогнозов максимальной аэробной мощности (VO2max), которые не хуже, чем частота сердечных сокращений. Это верно для здоровых активных и сидячих групп, а также для спортсменов с параличом нижних конечностей и спортсменов с параличом нижних конечностей. RPE также прогнозирует 1-RM (максимум одного повторения) у взрослых и детей и максимальное выполнение прерывистых вертикальных прыжков.

    Было отмечено, что RPE 20 редко встречается при волевом истощении во время тестов с максимальной нагрузкой или тестов с постоянной нагрузкой до максимального волевого истощения.Поскольку субъективный предел утомляемости обычно возникает около RPE 19 (чрезвычайно тяжелый) по шкале Борга 6–20, исследования показали, что RPE 19 является лучшим предиктором VO2max, чем теоретическое максимальное RPE 20.

    Тестирование упражнений с регулируемым восприятием

    На основании того, что только RPE может использоваться для регулирования интенсивности упражнений, перцепционно регулируемое тестирование с нагрузкой является альтернативным методом оценки максимальной способности к упражнениям и статуса тренированности.Стандартная процедура включает серию коротких дополнительных этапов (2, 3 или 4 мин.), Которые фиксируются на RPE 9, 11, 13, 15 (а иногда и 17). Экстраполяция индивидуального RPE: отношение интенсивности к максимальному RPE (19 или 20) позволяет с разумной точностью оценить VO2max или максимальную скорость работы. Преимущество этого метода состоит в том, что субъекты могут самостоятельно устанавливать интенсивность упражнений в соответствии с заданным RPE путем изменения темпа, скорости работы или градиента.Впервые примененный у кардиологических пациентов, эффективность этого метода была подтверждена в широком диапазоне возрастов, уровней физической подготовки и уровней физических способностей.

    Связь со временем или расстоянием, остающимся до изнеможения

    Когда RPE выражается как процент (%) пройденного времени или расстояния, независимо от продолжительности усилия, RPE повышается аналогичным образом относительно процента пройденного или еще не пройденного расстояния или продолжительности.Это наблюдалось в упражнениях с фиксированной интенсивностью разомкнутого цикла до изнеможения (в которых расстояние или время неизвестны) и во время заданий замкнутого цикла (продолжительность или расстояние до конечной точки известны), несмотря на влияние изменившихся условий окружающей среды и соревновательные дистанции. Было показано, что уверенность в точной продолжительности и конечной точке влияет как на стратегию RPE, так и на производительность, поскольку скорость увеличения воспринимаемой нагрузки не всегда постоянна во всех условиях, но изменяется в зависимости от степени уверенности в конечной точке упражнения. а также продолжительность упражнений.Нарушение скорости увеличения RPE происходит, когда неуверенность в ожидаемой конечной точке вызывается обманом во время езды на велосипеде с фиксированной интенсивностью и упражнений на беговой дорожке.

    Практическое значение этого знания состоит в том, что теоретически возможно использовать скорость увеличения RPE для оценки продолжительности упражнений или времени, оставшегося до утомления при заданном темпе или темпе работы. Постулируется, что спортсмены постоянно сравнивают свои мгновенных или сознательных RPE с ожидаемыми RPE («шаблонные RPE») в процессе внутренних переговоров на определенной части гонки и корректируют темп, чтобы соответствовать ожидаемым и опытным. значения для RPE. Мюриэль Гарсин и его коллеги ввели шкалу расчетного предела времени (ETL) 1–20, чтобы обеспечить прямую меру того, как можно использовать усилие в любой заданный момент во время упражнения для обеспечения субъективной оценки времени, оставшегося до истощения.Достоверность и применение шкалы были рассмотрены Coquart et al. (2012). На этой шкале числа 17, 13, 9 и 4 относятся к ожидаемому времени окончания до изнеможения в 4, 15 и 60 минут и 2 часа, как указано на шкале ETL, соответственно. Шкала ETL предоставляет дополнительную информацию о психологической нагрузке (интенсивности и продолжительности) упражнений и позволяет проводить прямую субъективную оценку времени, которое может поддерживаться при любой интенсивности и в любой данный момент.Использование ETL в сочетании с RPE обеспечивает дополнительный метод понимания взаимосвязи между воспринимаемыми усилиями, интенсивностью упражнений и продолжительностью, которая остается до физического истощения.

    Заключение

    Концепция воспринимаемого напряжения — ключевая переменная, представляющая интерес в спорте и науке о физических упражнениях. Он применяется у детей и взрослых, от малоподвижных до высоких спортивных достижений. Практики успешно использовали его для пациентов с параличом нижних конечностей, слабовидящим, страдающим ожирением, сердечными заболеваниями и другими клиническими группами.Его можно использовать для прогнозирования пределов упражнений, регулирования интенсивности упражнений, оценки тренировочной нагрузки и сравнения тренировочного статуса. Однако его полезность следует рассматривать в динамическом контексте фундаментальных континуумов, первоначально определенных Боргом.

    Артикул:

    1. Борг, Г. (1998). Шкала воспринимаемого напряжения и боли Борга. Шампейн, Иллинойс: Human Kinetics.
    2. Кокварт, Дж. Б., Эстон, Р. Г., Ноукс, Т.D., TournyChollet, C., L’hermette, M., Lemaitre, F., et al. (2012). Расчетный предел времени: краткий обзор шкалы, основанной на восприятии. Спортивная медицина, 42, 845–855.
    3. Эстон, Р. Г. (2012). Использование оценок воспринимаемой нагрузки в спорте. Международный журнал спортивной физиологии и производительности, 7, 175–182.
    4. Eston, R.G., & Parfitt, C.G. (2007). Восприятие усилия. В Н. Армстронг, Детская физиология упражнений (стр. 275–298).Лондон: Эльзевир.
    5. Морган, В. П. (1994). Психологические компоненты чувства усилия. Медицина и наука в спорте и физических упражнениях, 26, 1071–1077.
    6. Нобл, Б. Дж., И Робертсон, Р. Дж. (1996). Ощущаемое усилие. Шампейн, Иллинойс: Human Kinetics.
    7. Scherr, J., Wolfarth, B., Christle, J. W., Pressler, A.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.