Близкие отношения это: Близкие отношения — наша базовая потребность, но мы едва ли умеем их поддерживать

Автор: | 28.05.2021

Содержание

Близкие отношения — наша базовая потребность, но мы едва ли умеем их поддерживать

Определите, что для вас — близость

Близость — это переживание единения, совместный опыт, похожие чувства или идеи. Это чувство принадлежности к чему-то большему, чем ты сам. Когда вы смотрите спортивные соревнования с друзьями, вы переживаете близость. Когда вы собираетесь со своей семьей за ужином, общаетесь открыто и искренне или обнаруживаете что-то общее с другим человеком, вы переживаете близость.

Мы создали мир, в котором больше возможностей переживать близость, чем когда-либо. Тем не менее каким-то образом цифровой век в основном разрушает близость или способствует не аутентичным отношениям, которые не работают. Единство невозможно симулировать. Его нельзя интеллектуализировать. Близость — это то, что мы чувствуем.

Научитесь аутентичности

Близость требует аутентичности. Интернет и социальные сети разъединяют не потому, что мы «приклеиваемся» к своим телефонам за ужином, а потому что они поощряют фальшь. Мы можем редактировать, накладывать фильтры и показывать другим только лучшие моменты своей жизни. Мы создаем фасад своей жизни, который может отражать, а может и не отражать реальность честно. Так мы разрушаем возможность близости.

Люди, которые ведут себя в соцсетях более искренне, сообщают о своем позитивном опыте. Те, кто пользуется соцсетями для того, чтобы действительно оставаться на связи с другими, не сообщают о таких высоких уровнях тревоги и депрессии, как другие пользователи. Люди притворяются в соцсетях, чтобы получить лайки, потому что они путают внимание с близостью. А это не одно и то же.

Сконцентрируйтесь на том, чтобы отдавать, а не получать

Близкие отношения требуют времени, откровенности, совместного опыта и открытости. Близость — это не попытки заработать одобрение или комплименты, вызвать восхищение или зависть, понравиться или почувствовать превосходство.

Большинство людей верят, что близость — это то, что можно заработать, если ты будешь «достаточно хорош».

Хотя на самом деле близость — это то, что возникает, когда мы к этому достаточно стремимся. Если исцеляться значит возвращаться к целостности, то исцеляться от травмы — значит вспомнить, что мы можем доверять другим, себе и жизни. Вернуться к простой, спокойной жизни, принимать то, что есть, а не пытаться контролировать то, как выглядит наша жизнь со стороны.

Это значит не ждать, что другие сделают первый шаг или будут предпринимать усилия, чтобы поддерживать отношения. Это значит пробовать снова, проявлять уязвимость, поддерживать других, инициировать общение и активно участвовать в жизни наших сообществ, семей и друзей.

Уязвимость и близкие отношения – Existential Therapy

Автор: Юлия Абакумова-Кочюнене

Философ должен «…спрашивать впредь больше, глубже, строже, тверже, злее, тише, чем спрашивали до сих пор».

Ницше Ф.

Открытость, уязвимость и ожидания от близости

Для того, чтобы быть в близких отношениях необходима обоюдная открытость, которая неизменно вызывает переживание уязвимости. Открытость зачастую переживается как ранящая, болезненная и человек оказывается перед вопросом «Как быть в близких отношениях и выносить возникающую болезненность?». Отношение к ранимости, уязвимости и боли современного человека, как и его представление о том, что такое близкие отношения обладают своей спецификой. Выбор современного западного человека часто вытекает из представления о жизни, как о сфере потребления, в том числе и в области отношений. Отношения становятся особым видом потребляемого продукта и должны обладать теми или иными определенными качествами. Если такие качества не находятся, то человек пытается их переиначить  или отвергает такие отношения. Как пишет Полина Аронсон «На Западе любовь – все равно, что потребление: мы выбираем партнера, который даст нам то, что нам нужно» (Аронсон, 2016). Отношения приобретают свойства одного из видов потребляемых продуктов, задача которых создавать комфорт и удовольствие для человека потребляющего.

За такими ожиданиями зачастую стоит восприятие отношений как чего-то обязательно комфортного, приносящего удовлетворение, а лучше – удовольствие. Препятствием к близости часто становится миф о том, что близость – это постоянно и однозначно приятное состояние. Близость представляется благостным состоянием, которое сходно с внутриутробным пребыванием, когда близость – это что-то безусловно благотворное и безопасное; такая близость согревает и защищает от внешнего опасного мира, дает ощущение надежности и покоя. Часто в своих поисках удовлетворяющих отношений люди ищут такой, в реальности невозможной близости. Человек начинает искать таких отношений, забывая о том, что  близость – это рискованное переживание. В реальности безусловный комфорт и безопасность, палитра  переживаний, состоящая только из приятных состояний, бывает просто невозможна. Близость другого по сути не может быть только приятным переживанием. (Вспомним хотя бы, что на телесном уровне   переживание близости самого дорогого человека в жаркий летний день может сопровождаться не очень приятными ощущениями.)

Почему случается так, что зачастую люди, которые друг друга называют близкими не знают, чем живет другой, теряют возможность говорить друг с другом, становятся  чужими? Стремясь внести в отношения как можно больше спокойствия, комфорта и удовольствия, мы выталкиваем из их пространства все, что может помешать. Возможность открытости себе и другому во всех своих проявлениях грозит соприкосновением с негативными, конфликтными, неразрешенными, а часто и запрещенными областями жизни. Эти опасные соприкосновения грозят нам неприятными, болезненными переживаниями. Желая воплотить в реальность наше представление о близких отношениях, мы начинаем выстраивать барьеры от неприятных переживаний. И как случается со всякими барьерами, то за них обязательно попадает не только то, от чего мы хотели бы защититься, но и разное другое. Мы боимся дискомфорта и боли в отношениях.

   Из страха перед болью соприкосновения со своими чувствами или чувствами другого мы создаем барьеры для открытости.

Бегство от боли

Современный западный человек живет в большинстве своем в большом страхе перед всякими неприятными переживаниями, всевозможным дискомфортом и, конечно же, болью. Цивилизация движется к уничтожению всякого рода боли, а психотерапия многими людьми воспринимается как один из способов устранения боли – душевной боли и травматических переживаний. О желании современного человека уйти, спрятаться от физической боли говорят следующие факты.

В США в 2012 г. выдано 284 млн. рецептов на опиаты (т.е. по одной бутылочке на каждого взрослого; на одного человека в США сейчас приходится в 6 раз больше опиатов, чем 20 лет назад; в 2015 г. от передозировки анальгетиков в США умерло 19 тыс. человек (IQ, 2016).

Современный человек пытается убежать от боли, закрыться, защититься от нее, вытолкнуть уязвимость из пространства своей жизни. И вместе с этим человек  отказывается  от многих проявлений потребности в близких отношениях, таких, например, как потребность в помощи другого, потребность в зависимости от другого, потребности в связанности с ним, так как за всеми этими потребностями стоит вероятность быть болезненно задетым, раненым. Поэтому такие понятия, такие проявления в близких отношениях, как сознательная жертвенность, самоотверженность, подвиг ради другого становятся, в лучшем  случае, старомодными, а чаще всего просто совершенно невозможными, неприемлемыми, забытыми. Привычным становится образ современного человека, который стремится в отношениях только к приятным переживаниям, и поэтому выбирает отделенность, закрытость от другого.

Как пишет философ из С.-Петербурга Г. Хайдарова, «приходит эпоха повышенной сенсибилизации» (Хайдарова, 2013), когда парадоксальным образом мы становимся  чрезвычайно чувствительны к малейшим поверхностным изменениям нашей жизни или к поверхностным вторжениям в наше частное пространство, а такие существенные категории как близость и открытость другому уплывают из поля нашего внимания.

Современный человек живет в культуре обезболивания. В том числе и от боли в отношениях. За счет вытеснения всех неудобных (а зачастую это значит важных, спорных, субъективных, экзистенциально значимых) тем, в отношениях исчезает риск появления болезненного переживания уязвимости, а вместе с риском  зачастую и ощущение жизни.  В отношениях появляется ограниченное пространство для открытости, в котором почти нет риска, но и жизни тоже мало.

Страх быть уязвимым, раненым, переживать боль в отношениях ведет к тому, что появляются все большие области невторжения, области, закрытые для обращения к ним в отношениях.  Вследствие того, что появляется закрытость от боли, появляется большая ограниченность и в открытости человека самого для себя и для другого.  Мы защищаемся от неудобных представлений о себе другого, мы вытесняем всякие неудобные представления о себе самих. Мы боимся себя настоящего и поэтому не попадаем в настоящие отношения с другим. Страх ранить другого идет нога в ногу со страхом быть раненым, когда соприкоснуться с чужой уязвимостью – это значит рискнуть соприкоснуться со своей собственной уязвимостью.

Риск быть раненым и ранить другого

Для того, чтобы быть в близких отношениях, реальных близких отношениях, нужно быть готовым ранить и быть раненым. Когда мы пытаемся защититься от боли в близких отношениях, то происходит нечто подобное тому, что происходит, когда мы пытаемся  защититься от физической боли. Обезболивая кожные анализаторы, мы вместе с болевыми ощущениями блокируем и все другие, за которые они отвечают (двигательные, температурные, тактильные). Анестезия болевых ощущений создает барьер и для ощущений прикосновения. Обезболив участок кожи, мы становимся не только защищенными там от боли, но и неспособными чувствовать ни прикосновений, ни холода, ни тепла руки другого человека. Мы тратим много сил на то, чтобы защититься от уязвимости в отношениях.

Мы  хотим контролировать отношения и предсказывать их развитие, часто задаемся вопросом о том, какие могут быть гарантии в отношениях и как выстроить гарантированно хорошие отношения. За всеми этими проявлениями стоит большой страх быть ранеными (что равнозначно тому, чтобы ранить) в отношениях. Но вместе с подавлением ужаса перед болью и уязвимостью мы теряем способность к настоящим близким отношениям, мы баррикадируемся, строим непреодолимые преграды  от ранящих нас их особенностей. Вместе с уязвимостью мы теряем возможность радоваться и творить в отношениях с другим человеком. Мы теряем способность принимать и любить, так как невозможно избирательно сохранять чувствительность.  Мы теряем способность переживать собственную чувствительность и принимать чувствительность другого.  Человек стремится стать неуязвимым в отношениях, становясь вместе с тем закрытым от себя и других, все менее живым и способным на близкие отношения. Ранимость, чувствительность, незащищенность, слабость – это неизбежные качества человека. Это качества, которые являются ядром самой человечности, за которыми стоит способность испытывать боль. Арне Ветлесен, философ из Норвегии, пишет о заряде, потенциале боли (Ветлесен, 2010). Способность испытывать, переживать боль – это некий заряд, потенциал отношений, из которого может рождаться  настоящая, реальная близость, на которую мы способны как взрослые и отдельные существа.  «(Наша боль)… происходит… от неизбежной уязвимости, которая всегда была частью человеческой природы, но которую мы… разучились терпеть – как в себе, так и в окружающих»,- пишет А. Ветлесен. Страх уязвимости и иллюзорное представление о близости, как о безусловно приятном (теплом, светлом) переживании становятся помехами для настоящей близости.

Задачей терапии является содействие человеку в его готовности к близким отношениям, к уязвимости в них. Поддержка его в смелости быть субъективным, меняющимся, открытым, а значит в смелости быть живым и способным испытывать боль. Задача психотерапии  -преобразование представлений человека о мифической близости на более реалистичное, помощь в трансформации мифического представления о близости в отношениях, в которых должно быть максимально комфортно, в зрелое представление об отношениях, неизбежно включающих в себя и болезненные переживания.

Для этого человек должен  сохранять готовность быть раненым в близких отношениях, а это значит – принимать право другого на то, что он не похож на нас, его право отказывать нам в чем-то,  быть несогласным с нами и т.д. Возможность для реальной, а не иллюзорной близости увеличивается, если сохранять в близких отношениях готовность быть раненым – т.е. принимать право другого на то, чтобы быть неудобным, не соглашающимся с тобой, быть способным принимать боль от того, что другой проявляет свою индивидуальность, а не создает иллюзорное согласие.

Человек должен быть способным ранить другого, то есть конфронтировать с ним, не соглашаться, выражать всякие непривлекательные чувства, благодаря чему оставаться в реальном диалоге с другим. В таком открытом диалоге можно увидеть  реального себя и другого и не оказаться в ситуации, когда обнаруживаешь себя рядом с чужим человеком, с которым не о чем говорить несмотря на прожитые вместе многие годы.

«Мы открываемся для боли, когда надеемся и знаем, что можем разочароваться, когда осмеливаемся любить и знаем, что нас могут отвергнуть, когда мы чувствуем и знаем, что нас могут ранить», пишет Арне Ветлесен (Ветлесен, 2010) . Он говорит о том, что жизнь без боли – это не жизнь (в том числе и в отношениях). Но жизнь с болью практически невыносима. Как нам найти  принимающее оба полюса состояние? С этой точки зрения, каждый человек ищет ответ на вопрос «Как избавиться от невыносимой боли в отношениях и остаться готовым к тому, что в отношениях может быть больно, просто потому, что другой – другой, непохожий на нас?».

П. Аронсон (Аронсон, 2016) дает свой жизнеутверждающий ответ: «Итак. Надо громко признаваться в любви. Начинать жить вместе, так и не убедившись до конца, что вы оба к этому готовы. Ворчать на партнера без всякого на то основания и не мешать ему делать то же самое – просто потому, что все мы люди. Рожать детей в самый неподходящий момент. И наконец, нужно вернуть себе право на любовные муки. Давайте не бояться страдать из-за любви».

Литература:

Аронсон П. Режимы романтического. Rigas Laiks, 2016, весна, с. 106-109.

Ветлесен А. Ю. Философия боли. Москва, Прогресс-Традиция, 2010.

Хайдарова Г. Феномен боли в культуре. С.-Петербург, Издательство РХГА, 2013.

Skausmo spąstai.  IQ, 2016, liepa, 84-88 p. (https://www.naujienos.lt/leidinys/iq/skausmo-spastai/)

близкие отношения — это… Что такое близкие отношения?

близкие отношения
близкие отношения

любовная связь, дружеские отношения, дружба, товарищеские отношения, приятельские отношения, интимные отношения, товарищество, приятельство, короткие отношения, амуры, сожительство, любовные отношения, связь, любовь, роман

Словарь русских синонимов.

близкие отношения

сущ., кол-во синонимов: 15


Словарь синонимов ASIS. В.Н. Тришин. 2013.

.

Синонимы:
  • близкие
  • близкий

Смотреть что такое «близкие отношения» в других словарях:

  • близкие отношения — ▲ общение ↑ с, близость близкие отношения отношения, основанные на взаимопонимании и доверии. тесное знакомство. тесное общение. приятельство. приятель (добрый #). приятельский. близость. сблизить, ся. близкий (# человек. # люди. # родственник).… …   Идеографический словарь русского языка

  • вступавший в близкие отношения — прил., кол во синонимов: 29 • вступавший в интимную связь (25) • вступавший в интимные отношения (34) …   Словарь синонимов

  • имевший близкие отношения — прил., кол во синонимов: 25 • был в половой связи (11) • вступавший в близкие отношения (29) • …   Словарь синонимов

  • вступивший в близкие отношения — прил., кол во синонимов: 26 • был грех (19) • вступивший в интимную связь (12) • …   Словарь синонимов

  • создававший близкие отношения — прил., кол во синонимов: 1 • сближавший (25) Словарь синонимов ASIS. В.Н. Тришин. 2013 …   Словарь синонимов

  • создавший близкие отношения — прил., кол во синонимов: 1 • сблизивший (20) Словарь синонимов ASIS. В.Н. Тришин. 2013 …   Словарь синонимов

  • Близкие друзья (Сезон 1) — Близкие друзья. Сезон 1 «Collector’s Edition» 1 ого сезона. Страна …   Википедия

  • Близкие друзья (Сезон 4) — Близкие друзья. Сезон 4 «Collector’s Edition» 4 ого сезона. Страна …   Википедия

  • Близкие друзья (телесериал — Близкие друзья (телесериал, 2000) У этого термина существуют и другие значения, см. Близкие друзья. Близкие друзья Queer as Folk …   Википедия

  • Близкие друзья (Сезон 2) — Близкие друзья. Сезон 2 «Collector’s Edition» 2 ого сезона. Страна …   Википедия

Книги

  • Учитесь общаться с подростком. Новый взгляд на вами отношения с детьми: конец конфликтам!, Киршенбаум М.. Авторы учат тому, как стать нужным человеком в жизни подростка, наладить с ним душевный контакт, основанный на доверии, помочь ребенку раскрыться самому и выслушатьвас, создать и поддержать… Подробнее  Купить за 184 руб
  • Учитесь общаться с подростком. Новый взгляд на ваши отношения с детьми. Конец конфликтам! / Parent/Teen Breakthrough: The Relationship Approach, Мира Киршенбаум, Чарльз Фостер / Mira Kirshenbaum, Charles Foster. 384 стр. Авторы учат тому, как стать нужным человеком в жизни подростка, наладить с ним душевный контакт, основанный на доверии, помочь ребенку раскрыться самому и выслушать вас, создать и… Подробнее  Купить за 184 грн (только Украина)
  • Учитесь общаться с подростком. Новый взгляд на ваши отношения с детьми. Конец конфликтам!, Мира Киршенбаум, Чарльз Фостер. Авторы учат тому, как стать нужным человеком в жизни подростка, наладить с ним душевный контакт, основанный на доверии, помочь ребенку раскрыться самому и выслушатьвас, создать и поддержать… Подробнее  Купить за 122 руб
Другие книги по запросу «близкие отношения» >>

Близкие отношения. Сексолог о главных ошибках мужчин и женщин

Здоровые сексуальные отношения – залог счастливой семейной жизни. От этой сферы зависит многое – настроение, самооценка, взаимоотношения с партнером и физическое здоровье. Иногда мужчины и женщины подходят к вопросу близости, особо не погружаясь в эту сферу с точки зрения психологии. Часто это может стать причиной заблуждений, которые могут привести к проблемам в паре, разрыву или депрессии. Поговорили с сексологом Дмитрием Соболевым о том, как сохранить интерес к физической близости и какие ошибки не стоит совершать.

Внимание к деталям

Подходить к сексу всегда нужно осознанно. Поэтому самая распространённая ошибка, общая и для мужчин, и для женщин – это невнимательное отношение к сексуальной сфере. Это может проявляться как при подготовке, так и непосредственно в процессе близости. Многие пары ставят сексуальную сферу куда-то в конец списка своих приоритетов, не уделяют ей должного времени. Воспринимают секс, словно это «сбегать наспех пообедать». Невнимательное отношение к тому, что мы едим, как мы едим, в каком количестве и так далее, приводит к тому, что мы лишь набиваем желудок, но полноценного удовольствия не получаем. Что же говорить о сексуальной сфере? При таком отношении она неизбежно становится тусклой и не приносит радости. 

Очистить разум

Ничего не должно мешать сближению. Особенно это касается лишних и навязчивых мыслей. Если два любящих друг друга человека хотят, чтобы секс давал им максимум, они должны абстрагировать эту сферу от всего остального, от всех проблем и бытовых вопросов. Во время секса необходимо посвящать всё своё внимание именно процессу. Час сексуальной близости должен быть часом сексуальной близости. 

Приятная атмосфера

Доставлять удовольствие своему партнеру можно с помощью окружающей обстановки. Если вокруг любимого человека будет атмосфера спокойствия и позитивного настроя, то само удовольствие от близости увеличится. Многие пренебрегают внешней и внутренней настройкой на близость. Не могут найти время для подготовки, для создания условий и интересных декораций. Не заботятся о том, чтобы настроить свои мысли и эмоции на предстоящую близость. Поэтому во время самого процесса мысли направлены куда угодно, но не туда, куда надо. В голове не то, что нужно, соответственно, и ярких эмоций от близости нет. 

Регулярность и желание

Не стоит забывать о своем партнере даже в напряженные дни рабочей недели. Уделять внимание второй половинке бывает сложно, но совсем «забивать» на интим не стоит. Можно чередовать отдых и близость, узнавать о самочувствии любимого человека и его желаниях. Если секс будет от случая к случаю, то о развитии сексуальной сферы можно забыть. Никакое дело нельзя довести до высокого качества, если относиться к нему таким образом, тем более, если так относиться к сексу. 

Разговоры об этом

Общение – один из самых важных аспектов сближения. Поэтому не стоит держать что-то в себе. Вместо этого не бойтесь выражать эмоции, говорить о своих фантазиях и предпочтениях. Большая ошибка – не обсуждать с партнёром ваш секс или обсуждать в формате претензий. Важно спокойно, доброжелательно, в комфортной обстановке делиться друг с другом вашими мыслями. Скажите, чего вы хотите, как вы этого хотите. Может быть, даже в какой-то кокетливой форме стоит поделиться пожеланиями и реализовывать их.

Секс – не работа

Порой для партнеров в сексе важен только результат – собственное удовлетворение и удовлетворение партнера. Стремление к этому может восприниматься как трудовая деятельность, требующая достижения выдуманного показателя. Мужчина в этих условиях не может просто получать удовольствие,  расслабиться и полностью отдаться процессу. Его мысли сосредоточены на одном –  как показать и доказать, на что он способен. Ему нужно обязательно удовлетворить партнершу. Только после этого будет он считать себя героем, а секс — состоявшимся. Такая установка не приносит удовлетворения, а наоборот, невротизирует мужчину и отпугивает женщину. Из-за такого напряжения вторая половинка начинает раздражаться, искать в себе недостатки или думать, что партнер ей не подходит.

Отбросить страхи

Это важное решение, которое способно помочь не только мужчинам, но и женщинам. Если последние чаще всего могут стесняться своего тела, то другие чрезмерно фиксируют свое внимание на собственной потенции. Из-за того, что мужчины чрезмерно концентрируются на своих половых достоинствах, могут возникнуть психологические проблемы. Тревожность и неуверенность – это путь к суматошным движениям, отсутствию ритма и быстрому половому акту. Окончание секса воспринимается  как свобода и возможность вернуться к спокойствию. Такой подход делает процесс скучным, неэффективным и даже непривлекательным. Проблемы с эрекцией и невозможность доставить женщине полноценное удовольствие – это результаты пребывания в страхе, от которого срочно нужно избавляться. 

Больше нежности

Грубость и чрезмерный эгоизм только навредят здоровым отношениям. Некоторые мужчины уверены, что резкость и дерзость нужны в сексе всегда. Они думают, что делают все правильно, но со стороны это может выглядеть как-то нелепо и вызывать отторжение. Не нужно концентрироваться только на своих ощущениях, забывая о потребностях партнера. Что чувствует любимый человек? О чем переживает?  Для многих эти вопросы — темный лес. Обычно женщине требуется больше времени для полноценной разрядки. Заботливый мужчина помнит про этот факт. Он старается растянуть удовольствие. В этом помогает ритм движений. Если они медленные, то не менее приятные. Правильный подход  — секрет успеха счастливой сексуальности на долгие годы. 

Олег Долгицкий

медицинский психолог:

— Мужчины, как и женщины, в поисках сексуального партнёра имеют в своём бессознательном вполне конкретный идеал, с которым они постоянно соотносят людей вокруг себя. Отсутствие понимания этого факта часто играет с людьми злую шутку. Делая необдуманные шаги при выборе партнёров, люди кидаются в омут взаимоотношений, а потом, убеждаясь в том, что партнёр не соответствует образу — начинают его искренне ненавидеть. Особенно это касается женщин, у которых даже может появляться желание уничтожить объект, который оказался не тем, за кого он себя выдаёт. Не просто говорят — от любви до ненависти один шаг. 

Что касается отсутствия удовлетворенности, то тут необходимо выявить причину. Как ни странно, это могут быть исключительно физиологические факторы, но если они исключены, то речь идёт об образе партнёра и потребностей в сексе. Когда поведение партнёра в постели не соответствует ожиданиям, оно может напугать и оттолкнуть. У каждого человека секс ассоциирован с определёнными паттернами, которые нужно выявлять у своего партнёра. Яркий тому пример — это мужской парфюм, который имитирует запах машинного масла. Многим женщинам нравится его ощущать, так как огромное количество мужчин в России, например, их отцов, имели машины. Дочери, повзрослев, помнят этот запах, и он ассоциируется у них с родителем.

9 составляющих прочной любви


Все в этом мире ждут любви. А, дождавшись, мечтают, чтоб она была бесконечной. Но, увы, почти половина семей распадается, по поводу чего человечество уже не первый век вздыхает. Недавно данным вопросом занялись ученые. И, наконец, определили.

9 составляющих прочной любви

1.Магниты тут ни при чем

Мнение, что противоположности сходятся, соответствует природе магнитов, но не такова основа длительной любви. Наоборот, общие интересы, взгляды, ценности, религия, близкий  уровень интеллекта, этническая близость, похожие привычки — возможно, самая важная составляющая длительных отношений между людьми.

2.Ах, как ты мне нравишься!

Любовник, который в то же время и друг, — гарантия нашего самоуважения. Лучшим
показателем того, насколько мужчина и женщина способны к искренней дружбе в
семье, служит факт наличия у них просто друзей противоположного пола.

3.Интимность-суть любви

Эмоциональная близость почти в равной степени необходима для счастья мужчине
и женщине. Но если женщине она просто дает ощущение радости, для мужчины
это — основа уверенности в себе.  Наиболее надежный путь к близости двух
сознаний — это хороший разговор. Пары, которые могут свободно обсуждать все, что
для них важно (в том числе и собственные отношения), более счастливы и имеют
больше шансов на долгую любовь, чем менее разговорчивые любовники.
Спор плодотворен, когда один может вполне спокойно объяснить другому, в чём
именно тот сошел с ума, а другой выслушивать это — с уважением и вниманием. Часто взаимопонимание достигается, если один повторяет своими словами всё, что высказывает другой.

4.Усилия любви

Ваша преданность ему, а его вам — вот что даёт чувство безопасности в этой жизни.
Поддержание подобного состояния — основа благополучия семьи. И энергии на это
уходит не меньше, чем на воспитание детей и продвижение по службе.

5.Немного терпимости

В начале романа чужие привычки кажутся неважными или милыми, но через какое-то
время его храп или её обыкновение не закрывать шторы начинают раздражать. В
большинстве счастливых семей супруги умудряются достигнуть терпимости к
недостаткам и слабостям другого.

6.О свойствах страсти

Пик страсти проходит максимум через два года супружеской жизни. Но некоторые
счастливчики и дальше получат немало радостей от секса. Напряжённость страсти-
не самое основное условие прочного союза: главное — чтобы секс не терял своей
привлекательности. Чем дольше длятся интимные отношения, тем более сильные и
всеобъемлющие ощущения они несут.

7.Любовь уважает равенство

Необходимо, чтобы партнёры отдавали и получали поровну. При этом потребности
и желания обоих партнёров должны быть равно важны. Парадоксально, но наиболее
долго могут быть счастливы те, кто готов на разрыв, если их чувства не уважают.
Те же, что рады пожертвовать ради любви самоуважением, не имеют шансов на
длительное счастье.

8.Вечная истина

Измена — это недоверие, что гибельно для семьи. Она, как правило,  порождает чувство вины. При этом тот, кто любит вас, ни о чём не подозревая, становится живым укором, его присутствие мучительно неприятно. Люди ещё больше отдаляются друг от друга. Кроме того, найдя себе развлечение вне семьи, человек перестаёт заботиться об атмосфере доверия и взаимопонимания среди близких. Отношения гниют и разрушаются, как покинутый дом…

9.Заведите собаку

Наличие в доме кошек или собак может сделать ваши отношения более крепкими и
долгими. Один взгляд на это милое существо способен охладить вас во время ссоры!
А его преданная любовь и нежность — неплохой пример для подражания. Собака у камина, котёнок в углу дивана создадут чувство, что вы наконец-то дома и можно отдохнуть.

 

 

 

Будь со мною рядом! Как построить по-настоящему близкие отношения | Психология жизни | Здоровье

Ведь привязанность, близость – это основа человеческих отношений, лучшее природное лекарство от тревог, стрессов и сложностей жизни.

И в горе, и в радости

Близость – взаимная настроенность друг на друга, симпатия, теплота и безопасность. Чувствовать себя по-настоящему близким можно лишь с тем, от кого не исходит никаких угроз, кому ты доверяешь и рядом с кем можешь оставаться собой. Если вам сложно выражать партнеру все свои чувства, если вы скрываете какие-то свои переживания, значит, вы лишь на пути к подлинной близости. Вы ощутите ее тогда, когда сможете раскрыть себя, не боясь, что вас не поймут, застыдят или покинут.

Чтобы быть близким, нужно принимать того, кто рядом, а не переделывать и подминать под себя. Принимать – это не значит позволять себя мучить. Это значит – понимать, какой человек рядом с тобой, почему ТЫ его выбрал, каковы его сильные и слабые стороны, на что он способен, а чего не сможет дать никогда. И, если он делает тебе больно, говорить ему об этом, а не терпеть.

Да, близкие отношения не отменяют злости, раздражения и других неприятных эмоций, которые неминуемо возникают у нас при взаимодействии с окружающими. Мы все очень разные, и мы живые люди – не роботы. Но ценность близости как раз и заключается в том, что, даже злясь на любимых, мы остаемся в контакте, мы не разрываем связь и мы говорим о том, что чувствуем, не обвиняя. А дорогие нам люди не уходят в глухую защиту, не набрасываются с претензиями в ответ, а сожалеют о нашей боли и находят слова утешения.

Именно эта уверенность, что близкий человек будет рядом, как говорится, и в горе, и в радости, создает ощущение надежности и тыла. Именно такие отношения можно назвать поистине глубокими, искренними и прочными.

Из детского опыта

Когда в детстве нам было плохо или страшно, мы бежали к маме. С возрастом этот механизм никуда не исчезает. Когда нам плохо, мы хотим прижаться к любимому человеку и внутренне на него опереться. Нам очень важно чувствовать, что мы не одни, что мы для кого-то значимы и нам дадут то, что нам надо: внимание, утешение, признание.

Другое дело, что у всех разный опыт детства и взаимодействия с родителями, поэтому кто-то из него вынес, что быть близким – это безопасно: тебя услышат, поддержат и примут любым. Или же небезопасно – не поймут, отвернутся, обидят, высмеют, бросят.

О панцирях и стенах

Те, кто в детстве не получил опыта безопасной привязанности, боятся чрезмерно близких отношений – вроде вступают в них, а потом сбегают (а иногда сбегают не физически, а внутренне, эмоционально, увеличивая дистанцию и возводя вокруг себя неприступную стену). Чтобы по-настоящему быть с кем-то, быть кому-то близким и строить глубокие отношения, нужно открываться, обнажаться, быть откровенным, а значит, становиться уязвимым. Не бояться, что тот, кому ты доверился и к кому привязался, подчинит тебя, бросит или сделает больно. Но разве может это позволить себе человек, травмированный и израненный, ушедший в себя, как черепаха в панцирь? Ему проще не привязываться, не открывать своих чувств. Если рядом с вами такой партнер – подчеркнуто независимый и самодостаточный, – не обвиняйте его в злом умысле. Он просто не умеет быть близким. Для него близость тесно связана с болью и страхом, и вряд ли его вылечит даже самая искренняя и бескорыстная любовь. Если этот человек вам дорог и вы хотите быть рядом, честно ответьте себе на вопрос: чего вы хотите от отношений с ним? Может ли он дать вам то, что вы ждете? Если не может, вы вряд ли будете счастливы. Это неприятное открытие, но только честный разговор с собой приведет вас к по-настоящему счастливым отношениям.

Возможно вам будет интересно: Любовь с первого взгляда →

На расстоянии: Как перестать бояться близости

Даже когда близких отношений с другими нам не хватает, мы склонны обвинять в эгоизме кого угодно, но не себя. А задать себе вопрос, насколько нам нужны близкие отношения и что мы готовы ради этого сделать, нужно прежде всего себе. Как разобраться в такой ситуации, рассказывает психотерапевт София Мильска-Вжозинска.

Что такое близость

Близость — это долговременное взаимное положительное эмоциональное вовлечение, взаимодействие. Но когда она достигается? Бывает, ты проводишь целый вечер или несколько недель, интенсивно общаясь с человеком, получая обоюдное удовольствие от общения, но после этого можно как-то утром не почувствовать ничего особенного и понять, например, что для этих отношений нет места в ежедневной вашей жизни. Это потому что настоящая близость, а вместе с ней забота и открытость, возникает позже. Близкие отношения не только приятны — ученые говорят, что они настолько позитивно влияют на нашу жизнь, что увеличивают ее продолжительность.

Почему нет?

Тем не менее, многие люди избегают близких отношений, боятся их. И этот страх часто неосознанный. Некоторые могут избегать близких отношений из-за негативного опыта и травмирующих воспоминаний — они думают, что новые отношения могут быть опасными в этом смысле. Например, такое поведение типично для тех, кто в детстве пережил насилие со стороны того, кому доверял. Страх может быть также и страхом потери. Например, страх смерти родителя. Если ребенок пережил смерть в семье и ни с кем не проработал свое горе, он может выработать страх быть покинутым, ощущать недостаток безопасности. Такой ребенок думает: «Если я буду сторониться людей, я никого больше не потеряю».

Дети могут также переживать эмоциональный неглект (неглект — латентная агрессия — прим. ред.), когда остаются один на один с собственными страхами, унижением и стыдом. Это совсем не обязательно какая-то экстремальная ситуация в патологической обстановке. Нехватка родительского тепла и внимания является достаточной причиной для ребенка решить, что близкие отношения — это никчемная трата времени и притворство.

Теория привязанности Джона Боулби говорит о том, что люди, которые ощутили достаточно тепла и безопасности в раннем детстве, склонны строить глубокие и здоровые отношения в будущем. Позитивные воспоминания учат их, что близкие люди — предсказуемы и надежны, они не оттолкнут и не исчезнут. Эта уверенность дает людям возможность вступать в новые отношения практически без сомнений и промедлений. Для тех, кому в детстве повезло меньше, близость и страх становятся взаимосвязанными. Они живут с установкой «чем ближе, тем опаснее».

Свежие новости

Некоторые люди говорят, что «задыхаются» в близких отношениях. Это происходит потому, что они ассоциируют близость с поглощением. Они боятся, что отношения отберут у них свободу. Обычно это случается, если один из родителей создал симбиотические отношения с ребенком, не признавая нужд ребенка или не принимая точки зрения ребенка. А близость в зрелом взрослом как раз уважает границы между партнерами.

Страх и его последствия

Если взрослый боится близких отношений, то обычно страх свой он не осознает и продолжает избегать глубоких отношений неосознанно. И если в какой-то момент к ним и приходит мысль о том, что близости все-таки им не хватает, то начинает обвинять в эгоизме всех вокруг, но не обращает взгляд на самого себя.

Рональд Фэйрберн, психоаналитик, предложил новую модель психической структуры, он назвал ее «антилибидинальное эго». Часть нашей личности, ответственная за подавление либидинальных желаний. В данном случае либидо не касается сексуального желания, а долговременных человеческих отношений и позитивных взаимодействий с внешним миром. Этот внутренний голос, созданный в наших ранних переживаниях, активируется как только мы чувствуем необходимость вступить в социальное взаимодействие и говорит нам: «Не получится», «Ты пожалеешь об этом», «Забудь, оно того не стоит». И это особое эго есть у всех нас, разница только в «громкости» его голоса. Если вы боитесь близости, антилибидинальное эго лишит вас возможности создать важные глубокие отношения с кем бы то ни было.

Опасные связи

Говорят, что женщины, боящиеся близких отношений вступают в связи с женатыми мужчинами. Я бы не использовала так часто эту интерпретацию. По моим наблюдениям, такими женщинами чаще руководит желание посоревноваться с другой женщиной.

Могут ли двое людей, боящихся близких отношений, образовать пару? Могут, но близости настоящей между ними не будет. Время от времени они будут говорить: «Нашим отношениям чего-то не хватает». Чувства одиночества и пустоты будут одолевать их, но они вряд ли смогут определить сами, что проблема — в страхе быть действительно близкими. А как еще ближе: мы же спим рядом и смотрим сериалы вместе? Но чего-то не хватает.

Иногда люди говорят другое: мы настолько близки, что даже не нужно говорить что-то — другой понимает с полуслова. Звучит очень здорово, но нередко это предсказуемость не очень искренних реакций, к которым люди привыкли за 20 или больше лет, что знают друг друга.

Как избавиться от страха близости

Признать, что с этим есть проблема — первый и очень важный шаг. Близость познается тогда, когда человек берет на себя полную ответственность за свою проблему. Посмотрите вокруг: отношения с какими людьми вы бы назвали приближающимися к определению «близких»? С кем бы вы хотели быть близки? Поймите свои предпочтения, страхи и сформируйте представление о том, как выглядят ваши отношения. Помните, что ваш партнер не должен играть роль психотерапевта. Вы не можете сесть перед ним и заявить: «Муж, ты знаешь, я поняла, что у меня страх перед близкими отношениями и я наконец поняла, почему. Возможно, ты смог бы просто терпеливо сносить мою отстраненность, горечь и равнодушие, а еще проработать эту проблему вместе со мной, а?» Жизнь — нелегкая штука, и в ней наша проблема — это наша ноша и наша ответственность.

Источник: newsmavens.com

Фото: Kersti K

Читайте также: Дитячі образи: Чи є батьки причиною наших нещасть?

Тесные отношения — IResearchNet

Определение близких отношений

Почему нас привлекают некоторые люди? Как люди узнают, что у них хорошие отношения? Почему люди влюбляются? Действительно ли хорошее общение способствует успешным отношениям? Действительно ли мужчины с Марса, а женщины с Венеры? Это лишь некоторые из интригующих вопросов, на которые пытаются ответить социальные психологи. Действительно, изучение близких отношений стало одной из важнейших областей социальной психологии за последние несколько десятилетий.

Но что такое близкие отношения? Оказывается, ответить на этот вопрос не так просто, как кажется. Одна ключевая концепция, разработанная Гарольдом Келли и Джоном Тибо в 1960-х и 1970-х годах, описывает близкие отношения с точки зрения взаимозависимости. Близкие отношения отличаются от знакомств тем, что благополучие и психологические процессы одного человека перекликаются с теми же процессами другого человека и связаны с ними. Кроме того, близкие отношения характеризуются относительно высоким уровнем доверия, любви, знаний, приверженности и близости.Однако сами близкие отношения делятся на две дополнительные категории: платоническая дружба и романтические отношения. Романтические отношения отличаются от близких платонических дружеских отношений двумя основными способами. Во-первых, романтические отношения содержат элементы секса и страсти, а во-вторых, люди обычно имеют только одну романтическую привязанность одновременно. Дружба может быть интенсивной и иметь огромное психологическое значение в нашей жизни, но большинство исследований в области социальной психологии посвящено пониманию романтических отношений.Соответственно, данная статья посвящена этой области в синопсисе.

Краткая история исследования близких отношений

Социально-психологический подход к близким отношениям фокусируется на взаимодействии между двумя людьми, уделяя пристальное внимание как поведению, так и тому, что происходит в сознании людей (эмоции и познания). В рамках социальной психологии до конца 1970-х годов исследования отношений были сосредоточены на межличностном влечении; а именно, какие факторы заставляют людей испытывать влечение друг к другу на начальных этапах развития отношений? Это исследование, как правило, было атеоретическим, и результаты читались как список переменных, которые влияют на привлекательность, включая сходство, близость, физическую привлекательность и так далее.В 1980-х годах психологический дух времени сместился в сторону изучения гораздо большей сложности, присущей фазам развития, поддержания и разрушения диадических романтических отношений. Этот сдвиг был вызван несколькими ключевыми событиями 1970-х годов. Во-первых, Джон Готтман и другие специалисты в клинической области начали исследование, в ходе которого впервые наблюдали и тщательно измеряли диадические обмены супружескими парами в попытке предсказать, кто разводится. Во-вторых, Зик Рубин и другие заинтересовались любовью и разработали надежные весы, которые могли измерить эту концепцию.В-третьих, Гарольд Келли возглавил команду социальных психологов, выпустившую основополагающую книгу, опубликованную в 1983 году («Близкие отношения»), в которой было представлено первое полноценное лечение близких отношений с точки зрения взаимодействия и социальной психологии.

Социально-психологические исследования в психологии за последние два десятилетия ознаменовались тремя важными событиями. Во-первых, произошел взрывной рост работ, связанных с пониманием роли социального познания (убеждений, когнитивных процессов и т. Д.).) и эмоции играют в интимных отношениях. В этой работе заимствованы теории и методологии как из социальной, так и из когнитивной психологии. Во-вторых, растет интерес к тому, как процессы привязанности и узы способствуют развитию романтических отношений между взрослыми. Исследования привязанности у взрослых заимствовали основные теории из работ 1960-х и 1970-х годов Джона Боулби и Мэри Эйнсворт о связях привязанности между младенцем и опекуном. В-третьих, изучение межличностного влечения (в контексте романтических отношений это обычно называют выбором партнера) снова стало горячей темой, но уже под новым знаменем эволюционной психологии.Этот подход основан на эволюционной работе Дарвина, но он был доведен до современного социально-психологического облика такими фигурами, как Дэвид Басс и Джеффри Симпсон.

Таким образом, как можно видеть, социальные психологи свободно заимствовали из других областей при изучении близких отношений. Однако этот процесс является улицей с двусторонним движением, когда социально-психологические исследования и теории возвращаются в эти же области и обогащают их. Социальные психологи внесли важный вклад в четыре основные области: как люди выбирают себе партнеров, любовь и приверженность, общение и взаимодействие в отношениях, а также гендерные различия в контексте романтических отношений.Здесь будет обсуждаться каждый из этих доменов.

В поисках «идеального» партнера

В Новой Зеландии, США, африканских культурах охотников-собирателей, да и во всем мире, люди при оценке потенциальных партнеров сосредотачиваются на схожих категориях: личностные факторы, связанные с душевным теплом и интеллектом, сигналы, связанные с привлекательностью и здоровьем, и обладание статусом. и ресурсы. Более того, существует поразительное согласие представителей обоих полов и культур относительно того, какие факторы являются наиболее важными при выборе партнеров для долгосрочных отношений: победитель — теплота и преданность, на втором месте — физическая привлекательность и общая жизнеспособность, а в дальнейшем — статус и Ресурсы.

Исследования показывают, что люди не различаются просто по тому, устанавливают ли они стандарты своего партнера как требовательные или скромные. Скорее, они придают большее или меньшее значение этим трем категориям независимо друг от друга. Таким образом, некоторые люди (как мужчины, так и женщины) по сути стремятся к захватывающим, страстным отношениям, в то время как другие относительно мало заботятся о страсти и озабочены поиском близости, тепла и обязательств. Тем не менее, третьи готовы пожертвовать чем-то на фронте страсти и близости, если они смогут получить партнера со значительным статусом и ресурсами.

Почему люди не хотят всего этого? Почему идеальный партнер Джейн не является невероятно добрым, красивым, удивительно подходящим с прекрасным телом — и богатым? Во-первых, таких людей может быть много в телесериалах, но в реальной жизни они удивительно худощавы. Во-вторых, даже когда Джейн встречает такого образцового мужчины, он, вероятно, не заинтересуется Джейн (которая не является идеальной десяткой во всех категориях). В-третьих, даже если Джейн удастся завязать отношения с такой уловкой, его может быть трудно удержать, и Джейн может обнаружить, что ей нужно вкладывать утомительное количество времени и ресурсов в поддержание отношений.

Название брачной игры — сделать все возможное в свете имеющегося пула партнеров, собственной воспринимаемой ценности партнера и других преобладающих обстоятельств. Что заставляет людей придавать разное значение разным идеальным категориям? Возможно, главный фактор — это самооценка партнера. Например, те, кто считает себя более привлекательными, при выборе партнера придают большее значение именно этому аспекту. Это одна из основных причин, по которым люди сильно похожи на своих товарищей по таким факторам, как внешний вид и уровень образования.

Эволюционные модели выбора партнера обычно строят свои прогнозы и объяснения относительно двух разных целей: поиск краткосрочной сексуальной привязанности или поиск партнера, который стал бы подходящим партнером в долгосрочных отношениях. Следует подчеркнуть, что эти цели не обязательно являются сознательными и обычно находят свое выражение в эмоциях и желаниях. Это различие в целях используется Стивом Гангестадом и Джеффри Симпсоном, чтобы доказать, что люди могут менять и изменяют свои цели брачных отношений в зависимости от обстоятельств, но и мужчины, и женщины могут принять характерный стиль выбора партнера в зависимости от своего воспитания, личного характера. переживания, ситуативные обстоятельства и т. д.

При краткосрочных сексуальных связях женщинам необходимо вкладывать значительные средства в любое последующее потомство, полученное в результате такого союза, но они не будут иметь для своих детей супруга и отца на всю жизнь. Таким образом, в этом контексте женщины должны быть в основном на охоте за привлекательным мужчиной (хорошие гены), а не за чувствительным и поддерживающим партнером. В краткосрочной перспективе мужчины также не должны сильно интересоваться пригодностью своего партнера в качестве постоянного партнера, но, если у них есть выбор, им следует выбирать лучшие гены (например,г., самая сексуальная женщина в баре). Однако, поскольку потенциальные вложения в последующее потомство для женщины огромны, по сравнению с мужчиной, порхающим по городу, женщина в этом контексте должна быть еще более разборчивой, чем мужчина.

Исследования в целом подтвердили это предположение. Несколько исследований показали, что, когда мужчин и женщин спрашивают об их минимальных требованиях к партнеру на одну ночь, мужчины обычно выражают более скромные требования, чем женщины, в отношении факторов, связанных с теплотой, лояльностью, интеллектом, статусом и т. Д.Учитывая, что мужчины обычно более убедительны, чем женщины, когда дело доходит до быстрых сексуальных завоеваний, женщины могут позволить себе быть гораздо более разборчивыми, чем мужчины в таком контексте. В известном исследовании Рассел Кларк и Элейн Хэтфилд заставили (храбрых) соратников мужского и женского пола подходить к представителям противоположного пола в кампусе Университета штата Флорида и спрашивать их, пойдут ли они с ними в постель. 72% мужчин согласились, тогда как ни одна из женщин не согласилась.

Стандарты, используемые при оценке партнеров, также зависят от местных условий.Джеймс Пеннебейкер и его коллеги обнаружили, что с течением времени и мужчины, и женщины воспринимали потенциальных партнеров в барах как более привлекательные. Дальнейшие исследования воспроизвели результаты для обоих полов, подтвердили, что эффект вызван не просто постоянным опьянением, и показали, что эффект возникает только у тех, кто не вовлечен в интимные сексуальные отношения (и которые, таким образом, с большей вероятностью следить за планкой на предмет потенциальных партнеров).

В целом, однако, стандарты, которые наиболее неуклонно соблюдаются в краткосрочных и долгосрочных отношениях, касаются физической привлекательности, и это верно как для мужчин, так и для женщин.Эти результаты согласуются с теорией о том, что физическая привлекательность и жизнеспособность образуют основной фактор «хороших генов»: в краткосрочных отношениях все, что выходит из сделки (репродуктивно говоря), — это (потенциально) гены другого человека. При долгосрочном брачном сценарии женщины должны быть исключительно разборчивы в отношении факторов, которые делают хороших родителей и поддерживающего партнера, то есть теплоты / лояльности и статуса / ресурсов. Их также должны интересовать хорошие гены (привлекательность и жизнеспособность), но они могут быть готовы торговать такими характеристиками против личного тепла и лояльности или денег и статуса.Мужчины, безусловно, должны быть больше заинтересованы в способности женщины быть поддерживающим партнером и родителем, чем в контексте краткосрочного брачного союза, и им также следует продолжать поиск женщины с хорошими генами; в конце концов, мужчины вкладывают значительные средства как отец и партнер в долгосрочных отношениях.

Однако с точки зрения эволюции яйцеклетки женщины более или менее все в одной корзине: успех, с которым она может передать свои гены, зависит от ее мужа (и всей семьи). Напротив, у мужчины больше возможностей. Он может продолжать распространять свои гены, пока он женат, и он останется плодородным, имея возможность иметь детей в течение многих лет, чем женщины могут собрать. Таким образом, эволюционная логика диктует, что высокий уровень инвестиций со стороны мужчины должен быть важнее для женщины, чем наоборот (хотя в абсолютном выражении высокий уровень инвестиций должен быть важен для обоих полов в долгосрочных отношениях).

Существует множество исследований, подтверждающих существование гендерных различий в том, чего люди хотят от партнера и отношений.В длительных отношениях мужчины, как правило, придают большее значение привлекательности и жизненной силе, чем женщины, а женщины, как правило, придают большее значение лояльности и теплоте, статусу и ресурсам, чем мужчины. Эти результаты были обнаружены во многих культурах и последовательно воспроизводятся в западных культурах путем исследований с использованием стандартных рейтинговых шкал или анализа содержания личной рекламы. Важное предостережение заключается в том, что размер и значение таких гендерных различий зависят от культурного контекста.Элис Игли и Венди Вуд обнаружили, что по мере расширения прав и возможностей женщин (индексируемых по их доходам, их представительству в законодательном органе и их вовлеченности в профессиональные должности) по сравнению с мужчинами в разных культурах, женщины все меньше придают значения статусу и заработку партнера.

Любовь и преданность

Одно из наиболее важных обобщений, сделанных социальными психологами, состоит в том, что способ развития отношений глубоко связан с тем, что люди привносят в отношения в виде психических предрасположенностей, то есть ожиданий, убеждений и личностных черт.Как отмечалось ранее, люди выбирают себе партнеров (частично) в зависимости от того, в какой степени они соответствуют важным стандартам по таким параметрам, как теплота, привлекательность и статус. Следовательно, между партнерами существует сильное сходство по этим факторам. Однако ожидания и стандарты никогда не спят. По мере того как знания друг друга развиваются, а люди и представления меняются, люди продолжают оценивать своих партнеров и отношения по тому, насколько они соответствуют ожиданиям и стандартам. Расхождения между ожиданиями или стандартами и восприятием реальности затем используются для достижения четырех основных целей или функций в интимных отношениях: оценка, объяснение, предсказание и контроль.

Возьмите Фиону, которая придает огромное значение страсти и сексу в отношениях и, таким образом, придает большое значение жизнеспособности и привлекательности при оценке партнера. Первоначально Фиона была очень привязана к Чарльзу, главным образом потому, что он был спортивным и привлекательным. За два года отношений Чарльз сильно прибавил в весе и потерял интерес к занятиям в спортзале. В результате оценки Фионы Чарльза падают на слайд, и она сомневается в долгосрочном будущем отношений (функция оценки).Фиона может использовать разрыв между своими идеалами и представлениями, чтобы объяснить ей, почему она недовольна своими отношениями: Чарльз позволяет себе уйти (функция объяснения). Фиона также может использовать разрыв между своими идеалами и представлениями, чтобы предсказать будущее отношений: если Чарльз не позаботится о себе лучше, отношения обречены (функция предсказания). Наконец, на основе своих оценок, объяснений и прогнозов Фиона может активно пытаться изменить поведение своего партнера, например, купив Чарльзу годовую подписку в клуб здоровья на его день рождения (функция контроля).

Исследования показывают, что эта история о Фионе и Чарльзе точно отражает психологическую реальность отношений. При условии, что в близких отношениях разумно оправдываются предыдущие основные ожидания, создаются условия для процветания любви, приверженности и доверия. Однако еще одним важным фактором, определяющим способность доверять и формировать здоровые интимные отношения между взрослыми, являются так называемые рабочие модели, которые состоят из убеждений и ожиданий, касающихся поведения как самого себя, так и других в интимной обстановке. Эта конструкция была первоначально разработана Джоном Боулби в 1970-х годах (как часть того, что называется теорией привязанности) как инструмент для объяснения того, как ключевые взаимодействия младенцев с опекунами продолжают влиять на людей по мере их развития во взрослой жизни.

Первое приложение теории привязанности к взрослым романтическим отношениям было опубликовано Синди Хейзан и Филипом Шейвером в 1987 году, что вызвало массовый всплеск теоретизирования и исследований, касающихся взрослой привязанности. Интересно, что между любовью, развивающейся между родителями и детьми, и романтической любовью взрослых существует много общего.Например, влюбленные часто используют любимые прозвища, переходят в певческую ритмику, испытывают сильную потребность проводить много времени вместе, часто ласкают и целуют друг друга, кажутся очарованными внешностью друг друга и вступают в длительные периоды продолжительного зрительного контакта. Точно так же и взаимоотношения родителей и младенцев. Основные нейрофизиологические процессы также схожи: одни и те же гормоны «любви», такие как окситоцин, участвуют как в привязанности взрослого к младенцу, так и в романтической любви взрослого и взрослого.

Сходство между формами привязанности взрослый-взрослый и ребенок-родитель поддерживает аргумент о том, что эволюционные процессы подняли и переработали древние механизмы, которые способствуют установлению связи между матерью и младенцем у млекопитающих, чтобы способствовать созданию пар между людьми. Таким образом, романтическая любовь состоит из исключительно сильной привязанности, которая вызывает сильные эмоциональные побуждения к приверженности и заботе, наряду со страстью и возбуждением, возникающими в результате сексуальной активности.

Более того, рабочие модели привязанности взрослых бывают двух широких измерений или стилей, аналогичных тем, которые встречаются в стилях привязанности младенцев: безопасная или избегающая, тревожная или амбивалентная.Те, кто обладает безопасными (неизвратными) рабочими моделями привязанности, чувствуют себя комфортно в близости и близости и счастливы полагаться на других для поддержки и помощи. Амбивалентные люди сильно желают близости и интимности, но боятся быть отвергнутыми и постоянно следят за признаками того, что их партнеры могут предать их или уйти.

Рабочие модели привязанности у взрослых относительно стабильны, но они также чувствительны к опыту интимных отношений. Успешные и счастливые отношения подталкивают людей к надежным рабочим моделям, тогда как разрыв отношений движет людьми в противоположном направлении.Например, Ли Киркпатрик и Синди Хазан сообщили, что 50% из выборки из 177 человек, которые изначально были в безопасности и которые испытали разрыв отношений, временно переключились на избегающий стиль. Более того, по мере того, как младенцы развиваются во взрослых, модели работы с привязанностью становятся дифференцированными в разных сферах. Таким образом, исследования показали, что человек может иметь избегающую рабочую модель романтических отношений, но надежную рабочую модель для друзей или семьи.

Рабочие модели выполняют те же функции в социальном взаимодействии (как описано ранее) в отношении несоответствий между стандартами и восприятием партнера или отношений; а именно, они помогают людям оценивать, объяснять, предсказывать и контролировать свои отношения.

Например, Нэнси Коллинз показала, что, когда безопасные люди объясняют негативное поведение своих партнеров (например, не могут утешить их, когда они находятся в депрессии), они склонны создавать благотворительные, позитивные отношения (например, у партнера были плохие отношения). холодно), очевидно, предназначенные для того, чтобы сохранить веру в существенную теплоту и надежность своего партнера. Напротив, амбивалентные люди склонны придерживаться отрицательной модели отношений и подчеркивать безразличие своего партнера к их потребностям и отсутствие обязательств.

В своем новаторском исследовании Симпсон и его коллеги проверили гипотезу Боулби о том, что системы привязанности должны срабатывать, когда люди находятся в состоянии стресса. В этом исследовании женщины-члены встречающихся пар изначально испытывали стресс (им показали устрашающий на вид аппарат, к которому они якобы собирались подключиться в эксперименте). Затем замерзшие женщины вернулись, чтобы сесть со своими партнерами в зале ожидания, в течение которого поведение пары было тайно записано на видео.Чем больше стресса подвергались отдельные женщины, тем больше их стиль привязанности (оцениваемый до эксперимента), казалось, влиял на их поведение; надежные женщины искали поддержки, в то время как избегающие избегали искать поддержки у своего партнера, вплоть до выражения раздражения, если их партнеры спрашивали, что было не так, или предлагали поддержку. Более того, безопасные мужчины предлагали больше эмоциональной и физической поддержки, чем больше проявляли беспокойства их партнеры, тогда как избегающие мужчины становились менее услужливыми и, опять же, фактически выражали раздражение.

Наконец, людям нравится думать, анализировать, писать и говорить о своих интимных отношениях и отношениях с окружающими в совершенно сознательной манере. Однако исследование, проведенное Марио Микулинсером (и многими другими), продемонстрировало, что рабочие модели, убеждения и ожидания, связанные с привязанностью к отношениям, также автоматически и неосознанно влияют на суждения, решения и эмоции повседневных отношений.

Коммуникация и взаимоотношения Взаимодействие

Вера в то, что хорошее общение порождает успешные отношения, кажется почти самоочевидной.Тем не менее, такие неприукрашенные заявления проблематичны с научной точки зрения, отчасти потому, что определить и измерить природу (хорошего) общения совсем не просто. Тем не менее, все согласны с тем, что то, как пары справляются с неизбежным конфликтом или проблемами, которые возникают в отношениях, и как они сообщают друг другу свои последующие мысли и чувства, является критическим элементом (многие предложили критический элемент) в определении успешности интимных отношений.Практически каждый испытывает темные или немилосердные эмоции и мысли в интимных отношениях. Были выдвинуты две общие конкурирующие концепции, определяющие, как люди должны лучше всего справляться с такими ментальными событиями: хорошая модель общения и хорошая модель управления.

Хорошая модель общения основана на трех эмпирических постулатах, описывающих, что пары в успешных отношениях должны делать со своими негативными мыслями и эмоциями. Во-первых, они откровенно выражают свои негативные чувства и мысли (хотя и дипломатично).Во-вторых, они открыто разрешают конфликты — они не препятствуют, не уходят и не ходят по магазинам. В-третьих, они честно пытаются решить свои проблемы. Если проблемы не будут решены, то считается, что они останутся и разъедают основы отношений с течением времени или вернутся позже, возможно, в более агрессивной и смертельной форме.

Хорошая модель управления также основана на трех эмпирических постулатах. Во-первых, регулярное и открытое выражение негативных мыслей и чувств считается разрушительным для отношений.Во-вторых, предполагается, что развитие хороших коммуникативных навыков часто включает компромисс и приспособление к поведению партнера (а не стрельбу с бедра с помощью недоброжелательных эмоций и познаний). В-третьих, в отношениях всегда есть проблемы или проблемы, которые невозможно решить. Люди в успешных отношениях якобы признают их, принимают их как неразрешимые и отбрасывают когнитивные функции на задний план. Они не зацикливаются на них или бесплодно пытаются их решить.

Обе модели обладают некоторой интуитивной правдоподобностью.Более того, у каждого есть ряд исследовательских данных, которые можно использовать в поддержку. Подтверждая хорошую модель общения, исследования Джона Готтмана и других показали, что избегание конфликтов и менее частое выражение отрицательных эмоций и мыслей в обсуждениях решения проблем связаны с более низким уровнем удовлетворенности отношениями и более высокими показателями растворения. В поддержку хорошей модели управления успешными отношениями, исследования показали, что те, кто находится в более успешных отношениях, склонны жертвовать своими личными интересами и потребностями, тяжело глотать и игнорировать или положительно реагировать на раздражающее или негативное поведение своего партнера.

Этот очевидный парадокс можно решить несколькими способами. Во-первых, обширные исследования показали, что важную роль играет то, как люди интерпретируют и объясняют негативное поведение в отношениях. Если партнеру Билла с ним не хватает, то конечный результат будет определять причинная атрибуция Билла. Если Билл приписывает своей партнерше нечувствительность и обвиняет ее, он вполне может наорать на нее. С другой стороны, если Билл приписывает ее замечание простуде, от которой она страдает, он с большей вероятностью простит ее ошибку и проявит заботу.Во-вторых, это может зависеть от совместимости партнеров, а не от стиля общения как такового. Есть свидетельства того, что отношения, в которых один человек тщетно пытается обсудить проблему (чаще всего женщина), в то время как другой партнер отстраняется и препятствует (чаще всего мужчина), связаны как с краткосрочным, так и с долгосрочным несчастьем. В-третьих, социально-психологический подход предполагает, что способность людей корректировать свое выражение негативных мыслей и чувств в зависимости от ситуативных требований также может играть решающую роль.

Последний процитированный пункт (то есть способность стратегически изменять уровни честности и самовыражения) хорошо проиллюстрирован в исследовании гнева в отношениях. Выражение гнева (в пределах границ) кажется умеренно полезным для отношений, когда пары находятся в режиме разрешения конфликтов. В этом контексте гнев сообщает партнеру, что: а) я не тряпка; (б) это важно для меня, поэтому слушайте, что я говорю; (c) Я достаточно забочусь об отношениях, чтобы утруждать себя выражением своих опасений; и (г) не могли бы вы «пожалуйста» изменить свое поведение! С другой стороны, проявление даже легкого гнева, когда партнеру нужна поддержка и успокоение, особенно разрушительно для отношений.В этом контексте отсутствие поддержки в сочетании с выражением легкого раздражения сообщает: (а) мне наплевать на своего партнера, или (б) я не люблю своего партнера, или (в) на меня нельзя рассчитывать, когда фишки упали. Таким образом, способность корректировать коммуникативные стратегии и поведение в соответствии с контекстными требованиями имеет решающее значение для поддержания тесных и успешных отношений. Партнеры, которые принимают либо хорошее общение, либо хорошую стратегию управления в качестве последовательного варианта по умолчанию, во времени и в разных социальных контекстах, будут иметь меньше психологических ресурсов, чтобы справиться с неизбежными препятствиями в отношениях, встречающимися на их пути.Конечно, в интимных отношениях нужно учитывать двух людей, поэтому то, как пары ведут переговоры и гармонизируют свои индивидуальные коммуникативные стили, будет важным ингредиентом в определении успеха отношений. Однако один размер отношений не подходит всем. Существует ряд стилей общения, которые кажутся успешными, но разительно отличаются друг от друга.

Стиль общения важен для прогнозирования успеха в отношениях, но, очевидно, это не единственный важный фактор.Накоплено большое количество исследований, которые документально подтверждают лучшие предсказания счастья и долголетия в отношениях. Возможно, удивительно, что доказательства того, что сходство является важным фактором, неоднозначны, и многие исследования сообщают о нулевых результатах, хотя (отражая силу мышления отношений) хорошо воспроизведенный результат показывает, что пары, которые считают себя более похожими, значительно более довольны своими отношениями. отношения. Двумя наиболее мощными предикторами успеха отношений являются более позитивное восприятие качества отношений и более позитивное взаимодействие, когда обсуждаются проблемы или когда одному партнеру нужна помощь или поддержка.Измерение только этих двух факторов позволяет исследователям успешно предсказать от 80% до 90% пар, которые останутся вместе в супружеских или добрачных отношениях.

Гендерные различия в близких отношениях

Хорошо задокументированные гендерные различия в интимных отношениях можно резюмировать четырьмя утверждениями. Во-первых, в интимных отношениях женщины более мотивированы и опытны в области непрофессиональных психологов, чем мужчины (например, женщины говорят и думают об отношениях больше, чем мужчины, и более точно читают эмоции и мысли своих партнеров, чем мужчины).Во-вторых, мужчины занимают более собственническое (собственническое) отношение к женской сексуальности и репродуктивному поведению (например, мужчины проявляют более сильную сексуальную ревность по поводу гипотетической или реальной сексуальной неверности). В-третьих, мужчины обладают более сильным и менее податливым половым влечением и более сильной ориентацией на краткосрочные сексуальные связи, чем женщины (например, мужчины больше мастурбируют и имеют более частые сексуальные желания, чем женщины). В-четвертых, женщины больше ориентированы на уровень вложений в интимные отношения, чем мужчины (например,g. женщины считают статус и ресурсы потенциальных партнеров более важными, чем мужчины).

Происхождение этих гендерных различий остается спорным вопросом. Эволюционные психологи утверждают, что они связаны с биологической адаптацией, обусловленной гендерными различиями в инвестициях в детей (женщины вкладывают больше средств), различиями в возможности передачи генов (у мужчин больше возможностей) и неуверенностью в том, кто является биологическим родителем детей ( для мужчин, но явно не для женщин).Некоторые теоретики, напротив, полагают, что культура является главной движущей силой гендерных различий. Конечно, это не варианты либо-либо, наиболее разумный вывод состоит в том, что оба фактора важны для объяснения гендерных различий в интимных отношениях.

Некоторые предостережения в порядке. Во-первых, по всем четырем аспектам существуют существенные внутригендерные различия, которые обычно больше, чем различия между полами. Эта модель обычно приводит к массовому совпадению в распределении мужчин и женщин.Например, Гангестад и Симпсон подсчитали, что примерно 30% мужчин более против случайного секса, чем среднестатистические женщины (несмотря на то, что мужчины в целом больше одобряют случайный секс, чем женщины). Во-вторых, мужчины и женщины часто поразительно похожи в своих стремлениях, убеждениях, ожиданиях и поведении в интимных отношениях. И, наконец, как указывалось ранее, гендерные различия приходят и уходят по размеру в зависимости от обстоятельств.

Выводы

Общественность иногда насмехается над исследованиями социальных психологов о любви и такими исследовательскими вопросами, как «Способствует ли хорошее общение успешным отношениям?» Они могут полагать, что здравый смысл уже дает людям все необходимое о любви.Либо так, либо они заявляют, что романтическая любовь — это тайна, которую никто не может объяснить. Эти общие убеждения ложны. Не стоит быть излишне уверенным в принципах, усвоенных на коленях у опекуна или взятых из последней прочитанной вами колонки об отношениях в журнале. Некоторые популярные стереотипы об отношениях верны, другие — ложны, а многие — полуправдой.

С другой стороны, мирские верования или непрофессиональные теории не должны автоматически отбрасываться как ненаучная чушь.В конце концов, миряне разделяют те же цели, что и ученые, а именно: объяснять, предсказывать и контролировать свои собственные отношения. Психологические народные теории и афоризмы, касающиеся любви и отношений, развивались на протяжении тысячелетий. Учитывая, что люди все еще здесь и процветают, маловероятно, мягко говоря, что такие непрофессиональные теории окажутся совершенно ложными и, следовательно, бесполезными в качестве инструментов, которые люди могут использовать для прогнозирования, объяснения и контроля своих собственных отношений.Более того, даже если теории или максимы, основанные на здравом смысле, ложны, это не означает, что они не заслуживают научного изучения. Ложные убеждения вызывают такое же поведение, как и истинные. Таким образом, (социальные) психологи, которые хотят объяснить поведение или познание в отношениях, вынуждены принимать во внимание существование здравых убеждений и теорий, даже если такие убеждения ложны.

Социальная психология близких отношений играет двоякую роль. Это улучшает понимание интимных отношений, одновременно внося вклад в научное понимание основных строительных блоков психологии: познания, аффекта и поведения.И это просто потому, что человеческое познание, эмоции и поведение в значительной степени носят межличностный характер.

Артикулы:

  1. Басс, Д. М. (2003). Эволюция желания: стратегии спаривания человека. Нью-Йорк: Основные книги.
  2. Флетчер, Г. Дж. О. (2002). Новая наука об интимных отношениях. Оксфорд, Великобритания: Блэквелл.
  3. Rholes, W. S. & Simpson, J. A. (Eds.). (2006). Теория привязанности и близкие отношения. Нью-Йорк: Guilford Press.
  4. Вангелисти, А., & Перлман Д. (ред.). (2006). Кембриджский справочник личных отношений. Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета.

Источники и характеристики близких отношений

Источник: Башня Рони Бет

Кому вы чувствуете себя ближе всего, кому вы звоните, чтобы подбодрить ребенка, когда его зачисляют в колледж, или плакать, когда ваш рабочий проект отправляют обратно на чертежную доску? Когда собака ломает ногу и вам нужно обратиться к ветеринару, кого вы просите сопровождать? Когда родители неожиданно дарят вам билеты на шоу, которое вы так долго хотели увидеть, какие лица всплывают у вас в голове как любимые спутники? Какие сигналы бессознательно заставляют человека постоянно следить за тем, когда он или она заболевают? Что приходит на ум, когда вас нужно отвезти на медицинскую процедуру и вы вынуждены обратиться за помощью? Чью дату рождения ты никогда не забудешь, сколько бы лет ни прошло? Откуда пришли эти люди?

Семья может приносить друзей. Многие из нас в первую очередь ищут близких отношений в своей собственной истории или в том месте, где мы живем. Семья. Супруг. Возможно, умерший родственник. (Несмотря на то, что это было тридцать два года назад, я все еще время от времени держу в голове разговоры с покойным мужем). Дети могут быть близки, некоторые более или менее близки, а некоторые более или менее после того, как вырастут и начнут жить своей взрослой жизнью. Вы можете чувствовать себя ближе к супругу ребенка и к любым внукам, которые у него могут быть — опять же, некоторые из них ближе, чем другие, или близки по-разному.Но семейные или домашние связи не делают людей автоматически ближе друг к другу, равно как и отсутствие конфликта. Отношения могут быть случайными или сердечными, но определенно не «близкими». Подумайте о двоюродной бабушке, которую вы послушно навещаете раз в год, о брате или сестре или другом родственнике, который относится к вашему дому как к отелю.

«Семья по выбору» — это близкие друзья, люди, которым можно позвонить посреди ночи. Те, чьи лица или голоса приходят на ум, когда вы слышите песню, смотрите фото, вспоминают особенно эмоциональный момент.С кем вы празднуете хорошее или сочувствуете грустному или разочаровывающему. С кем вы отметили период значительного личностного роста или истории и, разделив моменты перехода или кризиса, решили продолжать поддерживать связь, внимательно следить за жизнью друг друга. Люди, которые появляются ночью в ваших снах, по крайней мере, более счастливые.

Другие пути к близости . Близкие дружеские отношения могут развиться из-за повторяющихся контактов, кажущегося сходства или загадочной связи, которая объединяет людей из двух разных миров и заставляет их войти в жизнь друг друга.Они могут длиться час, день или всю жизнь. Они отражают «воспринимаемую реакцию партнера». Их присутствие делает вашу жизнь другой, напоминая вам о том, где вы находитесь в данный момент, кем вы были или хотите быть. Антуан де Сент-Экзюпери сказал: «Цель без плана — просто желание». Близкий человек — это человек, с которым вы можете разделить цель, создать и проверить план и с удивлением наблюдать за развитием траектории.

Определения. Почему мы маркируем людей «близкими»? Совместное использование.Близкие друзья — это люди, с которыми мы делимся не только информацией. Больше, чем интерес, активность или даже страсть, хотя дружба, возможно, началась с этого сходства. Обмен, вероятно, включает в себя общение с кем-то, с кем вам нравится проводить время в реальном времени. Поддержка, независимо от того, являются ли предоставленные ресурсы финансовыми, материально-техническими, эмоциональными или социальными. Вдохновение или хотя бы признание роста друг друга. Утешает. Быть рядом в трудные времена. Щедрость. Люди в близких отношениях отдаются друг другу.Знание. На виду. Смех. Имущество. Время. Уважение к различиям. Близкие друзья заслуживают доверия, надежны и прощаются, когда они люди, склонные ошибаться. Их ценят не только за то, что они приносят, но и за то, кем они являются сами по себе, за то, что они приносят миру. Доверие. Возможно, это люди, которым вы можете доверять и чье доверие вы, в свою очередь, поддерживаете. Отношения, в которых вы можете говорить невыразимое и чувствовать, что вас слышат и, возможно, даже понимают. Кто-то, с кем секреты могут быть изложены словами и вынесены на свет, где они могут быть исследованы, возможно, обновлены и пересмотрены, или противостоять глупым убеждениям.

Жизнь может быть наполнена потерянными возможностями для близких отношений. Соседка, которую вы хотели знать, когда слушали, как другие описывают ее на ее похоронах. Человек, с которым вы сидели рядом в классе, или с которым вы играли в одной команде, или занимались растяжкой в ​​одной студии йоги, но так и не узнали.

А еще есть темная сторона близких отношений, которая поднимает свою голову, когда доверие нарушено, доверие или соглашение нарушены. Или когда необходимая поддержка превышает то, что может быть предоставлено, и нуждающийся чувствует разочарование в человеке с ограниченными материальными или эмоциональными ресурсами, по крайней мере, в определенный момент своей жизни.Или когда невысказанные ожидания приводят к непониманию того, какое время, энергия или привязанность действительно доступны в каждом конкретном случае или с течением времени. Когда двое людей растут в разных направлениях, и давнишней основы узы, обычно семьи или истории, больше не достаточно, чтобы обеспечить источник пропитания для тех, кто вовлечен в процесс. Когда баланс отдачи и получения становится слишком обременительным для любой из сторон, и новый способ общения друг с другом не может быть создан. Возможность потерять близкие отношения может быть настолько пугающей, настолько пронизанной потенциальной грустью, что некоторые люди вообще их избегают.Им не хватает радостей и других преимуществ, которые они могут принести.

Десять характеристик близких отношений

  • Они могут длиться час, день, всю жизнь.
  • Они могут появиться в вашей жизни, чтобы научить вас, помочь вам, полюбить вас, поддержать вас, вдохновить вас, утешить вас, доставить вам радость или испытать вас.
  • Они могут начаться в семье, которую не выбрали, или в отношениях, то есть
  • Они могут развиваться, разделяя важный рост или травму; преследование интереса, деятельности или страсти; наслаждаться привлекательностью, подтверждением или комфортом воспринимаемого сходства; через интригу уважаемых различий; или в магнетизме, который таинственным образом привлекает людей друг к другу.
  • Они могут создавать моменты, которые вызывают полный спектр эмоций, тем самым расширяя и углубляя наш человеческий репертуар.
  • Они могут предъявить к вам требования, которые помогут вам правильно использовать ваши ресурсы, помогут вам расти или сокрушат вас. Они приходят с ожиданиями, с которыми иногда можно договориться.
  • Они могут быть прерваны или прекращены разочарованием, неразрешенным конфликтом, предательством, удалением интересов, деятельностью или сходством, которые изначально свели вас вместе, или просто двумя людьми, развивающимися в разных направлениях.
  • Их преимущества могут включать предоставление помощи, доверенного лица, вторую пару ушей для выслушивания информации, провоцирующей тревогу, товарищеские отношения, возможность использовать значимые части себя для служения другому человеку.
  • Без обслуживания они приходят в негодность. Как и все остальное, необходимо внимание, чтобы избежать необходимости ремонта — всегда более дорогостоящего по времени, деньгам и энергии, а иногда даже невозможно.
  • Они держат зеркало, чтобы мы могли видеть и развивать себя шире и глубже.По другую сторону зеркала они позволяют нам действовать в качестве агентов вдохновения и роста.
  • Основа близких отношений — доверие; его спасательный круг — прощение, когда другие разочаровываются.

Близкие отношения обычно — но не всегда — могут стать причиной смелых нападок со стороны не одобряющих родственников, завистливых других, различий во взглядах, физического расстояния и разочарования. Послужной список, который делает кого-то «безопасной гаванью» в трудные времена или чирлидером в моменты радости, приносит ему или ей место в вашем сердце, достойное случайных жертв и непреходящей чести.Мудрые слова из песни Линды Уорстер «That’s All» напоминают: «Я люблю тебя, потому что ты есть ты».

Рейс HT, Кларк MS, Холмс JG. Воспринимаемая партнерская реакция как организующая конструкция в исследовании близости и близости. В: Машек Д.Д., Арон А.П., редакторы. Справочник близости и интимности. Махва, Нью-Джерси: США: издательство Lawrence Erlbaum Associates; 2004. С. 201–225

Copyright 2016 Башня Рони Бет

Посетите меня на www.miracleatmidlife.com.

Близкие отношения — обзор

Психологические методы лечения расстройств желудочно-кишечного тракта

Тесная взаимосвязь между мозгом и кишечником через ось мозг-кишечник, высокая распространенность психических коморбидностей при заболеваниях желудочно-кишечного тракта и очевидное влияние психологических процессов на желудочно-кишечный тракт Симптомы, течение болезни и общее качество жизни — все это подтверждает, что психологическое здоровье должно быть клиническим соображением при ведении болезней ЖКТ.Психологические методы лечения использовались как часть подхода к лечению некоторых заболеваний желудочно-кишечного тракта. Эти психосоциальные вмешательства были более подробно изучены при функциональных заболеваниях, таких как СРК и неязвенная диспепсия, но эффективность различных терапевтических подходов также изучалась при ВЗК. Психотерапия и, в частности, когнитивно-поведенческая терапия (КПТ), тип психологической терапии, использующий активный, ограниченный по времени и структурированный подход, хорошо зарекомендовал себя как эффективное лечение депрессии и тревоги, и в этом отношении он может быть подходящим вмешательством при психических расстройствах у пациентов с ЖКТ.Однако психологическая терапия также направлена ​​на улучшение совладания, снижение реактивности на стресс и устранение проблемного поведения (например, несоблюдение режима приема лекарств, плохие привычки в отношении здоровья), что, в свою очередь, может иметь положительное влияние на исход заболевания желудочно-кишечного тракта. Хотя психологические методы лечения могут влиять на работу желудочно-кишечного тракта и иммунной системы, существует некоторый вопрос, улучшают ли они непосредственно симптомы желудочно-кишечного тракта и течение заболевания, в зависимости от того, какое заболевание желудочно-кишечного тракта рассматривается.

Растет интерес к эффективности психологических вмешательств при органических расстройствах желудочно-кишечного тракта, отчасти из-за положительных результатов при функциональных расстройствах желудочно-кишечного тракта (описанных ниже).Вмешательства, которые оценивались на предмет ВЗК с помощью рандомизированных контролируемых исследований, включали управление стрессом, КПТ, психодинамическую терапию и, совсем недавно, гипнотерапию, результаты которых касались психологического функционирования и влияния на симптомы и течение ВЗК. Было проведено несколько систематических обзоров со смешанными выводами, частично связанными с разными решениями по критериям включения и группам исследований. Большинство обзоров включали любые вмешательства типа психотерапии, а не рассматривали только психологические методы лечения с эмпирической поддержкой эффективности в общей психотерапевтической литературе.В одном метаанализе психологических вмешательств при ВЗК (Timmer et al., 2011) сделан вывод об отсутствии значительного влияния на эмоциональные проблемы или активность болезни. Однако в этом обзоре объединены теоретически разные подходы с потенциально различающейся эффективностью, что снижает вероятность демонстрации эффекта.

В целом, существует некоторый консенсус в отношении того, что эмпирически поддерживаемые методы лечения, такие как КПТ и управление стрессом (на основе стратегий КПТ), более последовательно демонстрируют улучшение качества жизни и качества жизни у пациентов с ВЗК, а также направленной коморбидной депрессии и тревоги (Knowles et al., 2013). Напротив, было мало положительных результатов воздействия непосредственно на исходы ВЗК, хотя многие исследования включали только пациентов в стадии ремиссии, что способствовало потенциальным эффектам пола. Одно хорошо спланированное крупное исследование случай-контроль выявило снижение использования лекарств, уменьшение количества посещений врача и меньшее количество рецидивов заболевания после психологического лечения (Wahed et al., 2010). Также исследования лечения с использованием гипнотерапии сообщили о снижении тяжести симптомов ВЗК. Результаты гипнотерапии следует считать многообещающими, но предварительными, учитывая, что они были основаны на небольшом количестве пациентов, прошедших лечение.Методологические вопросы необходимо решать более систематически, чтобы лучше определять эффективность, в частности, в отношении исходов болезней.

Исследования психотерапевтических вмешательств при функциональных расстройствах желудочно-кишечного тракта значительно расширились за последнее десятилетие. В исследованиях оценивались различные методы терапии, включая краткую психодинамическую терапию, гипнотерапию, тренировки по релаксации и когнитивно-поведенческую терапию. Психологические методы лечения, как класс вмешательств, оказались эффективными для уменьшения симптомов СРК по сравнению с объединенными результатами для контрольной группы (Lackner et al., 2004). Было показано, что КПТ оказывает прямое влияние на симптомы СРК, независимо от его воздействия на психологический стресс. Систематический обзор и метаанализ результатов СРК и психологических методов лечения, в ходе которых были получены данные о почти 1300 взрослых пациентах в рандомизированных контролируемых исследованиях, также пришел к выводу, что психологические методы лечения были эффективны при СРК (количество необходимых для лечения = 4; Ford et al., 2009 ). В аналогичном обзоре педиатрических исследований был сделан параллельный вывод о том, что психологические вмешательства с несколькими терапевтическими компонентами (например,(например, релаксация, психообразование, когнитивная терапия) превосходили стандартные методы лечения боли и функционирования (Brent et al., 2009). В то время как большая часть исследований была сосредоточена на СРК, психотерапевтические исследования, оценивающие результаты при неязвенной диспепсии, почти всегда сообщали о значительном улучшении симптомов после лечения, и было установлено, что положительный эффект сохраняется до 1 года (Soo et al., 2005).

Все эти обзоры признают ограничения исследований, которые определяют силу выводов, отражая общие проблемы во многих исследованиях психотерапии, такие как небольшой размер выборки и сложность скрытия от распределения лечения.Тем не менее, рекомендации по лечению СРК включают психологическую терапию в качестве рекомендуемых вмешательств, с особым упором на КПТ, психодинамическую межличностную терапию и гипноз. Новые направления психологического вмешательства при СРК исследовали интероцептивное воздействие кишечных ощущений, внимательность и минимальные контактные методы лечения, такие как Интернет-доставка вмешательств когнитивно-поведенческой терапии, с многообещающими результатами.

Исследования, в которых напрямую сравнивали поведенческую терапию с антидепрессантами при функциональных расстройствах (Drossman et al., 2003) сообщили о лучшем отклике на психологическое вмешательство и более низком уровне отсева, последнее свидетельствует о большей переносимости психологической терапии по сравнению с фармакологической. Было также установлено, что психотерапия приводит к значительно более низким затратам на здравоохранение, чем лекарства или обычные подходы к лечению, что подчеркивает важную компенсацию затрат на психотерапию.

Многие, но, конечно, не все пациенты, восприимчивы к психологической помощи в рамках плана лечения заболеваний желудочно-кишечного тракта.Включение психологической терапии может зависеть от доступности лечения и часто рекомендуется в зависимости от серьезности симптомов, очевидной неадаптивной адаптации, осведомленности пациента о связи стресс-симптом и готовности пациента участвовать в этом типе лечения. В то время как специализированные клиники GI во многих странах приняли биопсихосоциальный подход к лечению заболеваний, этот подход еще не является стандартной или общепринятой практикой.

Тесные отношения — обзор

4 Общая картина

Большая часть работы по пониманию текста была сосредоточена на обработке логических выводов — использовании различных форм знаний для генерации, оценки и включения информации, которая явно не представлена ​​в письменный текст, но который, тем не менее, необходим для понимания текста.Эти умозаключения имеют место на нескольких разных уровнях, и понимающий не обязательно осведомлен об их возникновении. Например, процессы вывода вступают в игру на лексическом уровне при устранении неоднозначности смысла слов, на синтаксическом уровне при определении местоименных референтов, на прагматическом уровне при соединении сюжетных событий и на всех трех уровнях понимания любого текста.

Наше исследование понимания языка было связано в первую очередь с построением вычислительных моделей процессов вывода на прагматическом уровне механизма понимания (например, см. Granger [1980], Granger [1981] и Granger, Eiselt, and Holbrook). [1983]).Эти процессы основаны на применении семантических и эпизодических структур памяти для ввода текста, чтобы «заполнить пробелы». Например, читая текст: «Джон не работал несколько месяцев. Он схватил пистолет и пошел в банк », — это процесс прагматического вывода, который позволяет понимающему сделать вывод, что Джон намеревался ограбить банк.

В любой точке текста, где можно было бы сделать вывод, обычно возможно более одного вывода. Однако при объяснении событий, явно связанных в тексте, одни выводы могут служить лучше, чем другие.В случае вооруженного визита Джона в банк, Джон вполне мог быть охранником банка, который только что оправился от продолжительной болезни и готовился к своему первому дню на работе. Эта интерпретация объясняет явные текстовые события, но почему-то не кажется такой правдоподобной, как исходное объяснение. Таким образом, как и в случае с обработкой на лексическом уровне, основной проблемой при обработке прагматического вывода является устранение неоднозначности: оценка конкурирующих выводов и последующий выбор того, который лучше всего объясняет события, изображенные в тексте.

Понимающий не всегда выбирает правильный вывод, когда сталкивается с неоднозначным текстом и конкурирующими выводами. Часто понимающий делает ошибочный вывод, а затем исправляет или заменяет его позже. Таким образом, наше исследование не ограничивается процессами выбора из конкурирующих выводов, но включает процессы, связанные с вытеснением вывода, когда первоначальный выбор впоследствии оказывается неуместным.

Модели понимания текста, которые обращались к проблеме решения логического вывода, либо выбрали логический вывод по умолчанию, отложили решение в надежде, что более поздний текст предоставит достаточно информации для разрешения неоднозначности, либо использовали эвристику, чтобы повысить вероятность принятия правильного первоначального решения. .За некоторыми исключениями, эти модели не смогли заменить неправильный первоначальный вывод. Одно из этих исключений [Granger, 1980] смогло заменить неверные выводы, поддерживая карту указателей на все возможные выводы. Эта карта, которая была отделена от представления, которое в конечном итоге было построено для входного текста, отслеживала все выводы, сгенерированные во время обработки текста, независимо от того, появились они в окончательном представлении или нет. Другое исключение [Norvig, 1983] временно хранило отклоненные выводы в отдельной базе данных на случай, если более поздний текст покажет, что отклоненный вывод действительно относится к окончательному представлению.Эти механизмы обеспечивают решение проблемы подмены выводов, позволяя отслеживать как принятые, так и отклоненные выводы. Однако с точки зрения когнитивного моделирования казалось, что должно существовать лучшее решение. Теория множественного доступа / условного удержания лексической неоднозначности предоставила именно это.

Напомним, что в теории условного удержания все значения неоднозначного слова вспоминаются сразу, после чего отдельные значения оцениваются, возможно, одновременно, в свете существующего контекста.Если на выбор указывает предыдущий контекст, а текст не следует, несоответствующие значения отбрасываются (т. Е. Активно подавляются). Если выбор не указан в предыдущем контексте или если текст следует за неоднозначным словом, различные значения сохраняются для дальнейшей обработки. Предполагая, что значения отдельных слов каким-то образом связаны со структурами памяти более высокого уровня, которые генерируют прагматические выводы, связанные со значениями этих слов, представляется весьма вероятным, что процесс выбора правильного прагматического вывода во многом аналогичен выбору правильное значение на лексическом уровне.Фактически, мы просто рассматриваем устранение лексической неоднозначности как еще один процесс принятия решения о выводе. Предположение о тесной взаимосвязи между значениями слов и структурами памяти более высокого уровня небезосновательно; на самом деле, трудно представить жизнеспособную теорию понимания текста, которая бы не делала этого предположения.

Короче говоря, тесная взаимосвязь между значениями слов и прагматическими структурами памяти подразумевает, что процесс принятия решения о прагматическом выводе следует по существу тем же этапам, что и процесс устранения лексической неоднозначности, который мы описали ранее:

1.

Потенциальные прагматические выводы, объясняющие один и тот же вводимый текст, генерируются и оцениваются параллельно.

2.

Если один вывод объясняет текст лучше, чем другие, и нет текстовых подсказок, указывающих на то, что решение может быть преждевременным (например, есть еще больше текста для обработки), то другой менее -пояснительные умозаключения подавлены.

3.

Если ни один вывод не оказывается более пояснительным, чем другие, все выводы сохраняются до тех пор, пока более поздний текст не предоставит информацию, необходимую для принятия решения.В случае, если более поздний текст не устраняет неоднозначность, может быть принято решение по умолчанию, возможно, на основе недавности или частоты.

Как и в случае с процессом принятия решения о лексическом выводе, сохранение конкурирующих выводов на прагматическом уровне значительно упрощает замену неправильных исходных выводов. Если предварительный первоначальный вывод позже окажется неверным, этот вывод можно деактивировать, в то время как более объяснительный конкурирующий вывод, который был сохранен, активируется.Однако, если по какой-либо причине противоречивая информация появляется после того, как решение о выводе было принято, а конкурирующие выводы были подавлены, замена неправильного вывода, скорее всего, потребует перечитывания исходного текста и некоторого сознательного решения проблемы. Эти аспекты понимания языка выходят далеко за рамки этой теории.

Тесная взаимосвязь между структурами памяти и процессами вывода на лексическом и прагматическом уровнях понимания языка также подразумевает, что процессы устранения неоднозначности на лексическом и прагматическом уровнях в значительной степени взаимозависимы.Например, если локальная синтаксическая и семантическая информация используется для выбора подходящего значения слова, влияние будет ощущаться на прагматическом уровне. Структуры памяти более высокого уровня (и сопровождающие их выводы), которые связаны с несоответствующими значениями слов, будут игнорироваться; те, которые связаны с соответствующим значением слова, будут включены во внутреннее представление. С другой стороны, когда местного контекста недостаточно для устранения неоднозначности слова, для выбора подходящего значения будет использоваться прагматическая информация.Эти решения вывода будут формировать контекст, который, в свою очередь, повлияет на любые последующие решения вывода. Этот недавно пересмотренный контекст может также разрешить более ранние решения о выводе, которые были отложены.

Мы представили единую теорию понимания текста, которая объясняет, как понимающие могут избавиться от неверной интерпретации на лексическом или прагматическом уровнях без обширной переработки текста. Эта теория также описывает архитектуру понимания языка, в которой процессы вывода на разных уровнях являются автоматическими и автономными.Хотя процессы являются модульными и не взаимодействуют напрямую, они взаимозависимы, поскольку обновляют общее представление в памяти и находятся под его влиянием. Таким образом, решения о логических выводах, принимаемые на любом уровне, отражаются в изменениях представления в памяти, которое, в свою очередь, служит контекстом для принятия последующих решений на обоих уровнях.

Мы построили вычислительную модель под названием ATLAST, которая включает в себя часть теории, которую мы здесь обсуждали. ATLAST использует передачу маркеров для поиска в реляционной сети путей, которые соединяют значения слов открытого класса из входящего текста.Единый путь — это цепочка узлов, представляющих объекты или события, связанные ссылками, соответствующими отношениям между узлами. Любые узлы в пути, которые явно не упомянуты в тексте, являются предполагаемыми событиями или объектами; поэтому эти пути называются путями вывода. Набор путей вывода, которые объединяют все слова в тексте в связанный граф, представляет собой одну из возможных интерпретаций текста. В этом отношении ATLAST напоминает ряд других моделей понимания текста, которые используют активацию передачи маркера или распространения (например,г., [Чарняк, 1983; Коттрелл и Смолл, 1983; Херст, 1984; Quillian, 1969; Рисбек и Мартин, 1986; Вальс и Поллак, 1985]). Пути, образующие текущую интерпретацию, называются активными путями.

Однако для любого данного текста может быть множество возможных интерпретаций, многие из которых бессмысленны. Тогда проблема состоит в том, чтобы определить, какая из возможных интерпретаций дает наилучшее объяснение текста. ATLAST решает эту проблему, применяя метрики оценки логических выводов.Эти показатели используются для сравнения двух конкурирующих путей вывода и выбора более подходящего. Два пути вывода конкурируют, когда они соединяют одни и те же два узла в реляционной сети с помощью различных комбинаций ссылок и узлов. Активируется путь, который лучше соответствует текущей интерпретации (т. Е. Он становится частью интерпретации). Другой путь деактивируется, но не отбрасывается. Вместо этого этот путь сохраняется , чтобы облегчить восстановление после ошибок, как описано ниже.Таким образом, пути вывода существуют в одном из трех условий: путь никогда не исследовался (или он был исследован, оценен и подавлен), путь в настоящее время активен и либо используется как часть объяснения текста (или в настоящее время оценивается фильтром), или путь был исследован и оценен, но решение не может быть принято, поэтому этот путь был деактивирован и сохранен. Выбор одного пути вывода над другим делается, как только ATLAST обнаруживает, что два пути конкурируют; ATLAST не откладывает принятие решений.По мере того как механизм поиска с передачей маркера находит больше путей, ATLAST создает интерпретацию, состоящую из тех путей, которые пережили процесс оценки. Когда процессы прохождения маркеров и оценки заканчиваются, уцелевшие активные пути составляют окончательную интерпретацию текста.

Теоретически поиск путей вывода и их оценка происходят одновременно. Однако на практике ATLAST моделирует этот параллелизм, чередуя передачу маркера и оценку пути.Во время каждого из этих циклов новое слово считывается из ввода, его значения вызываются и отмечаются, и все маркеры в сети проходят фиксированное расстояние. Любой путь, обнаруженный таким образом, затем исследуется, чтобы увидеть, конкурирует ли он с активным путем в интерпретации, существующей в то время. Если да, то применяются показатели оценки и делается выбор между двумя конкурирующими путями.

Двумя ключами к замене неверных выводов в ATLAST являются сохранение ранее отклоненных путей вывода и возможность переоценить возможно релевантные сохраненные пути в подходящее время.Без механизма, позволяющего узнать, когда и как повторно оценивать сохраненные пути, одна функция удержания не дает никаких преимуществ.

Есть два способа инициировать повторную оценку сохраненного пути. Первый заключается в прямом повторном обнаружении сохраненного пути в процессе поиска. Поскольку передача маркеров начинается в разных местах в разное время во время обработки текста, один и тот же путь вывода может быть обнаружен (или, что более уместно, переоткрыт) более одного раза.Если переоткрытый путь в настоящее время не является частью интерпретации текста ATLAST (т. Е. Путь был обнаружен ранее, отклонен оценочными метриками, но сохранен), этот путь повторно оценивается относительно конкурирующего пути, который является частью интерпретации. . Этот процесс повторного обнаружения инициирует повторное рассмотрение некоторых из сохраненных путей, но он не зависит от сохранения, потому что эти пути будут пересмотрены, даже если они не были сохранены.

Некоторые сохраненные пути, однако, не будут открыты заново, но выводы, сделанные из более позднего текста, могут изменить интерпретацию таким образом, что теперь эти пути должны быть включены.ATLAST использует метод «совмещения» переоценки этих путей с оценкой путей, которые непосредственно обнаруживаются или повторно открываются процессом поиска. Если (повторно) обнаруженный путь сравнивается с конкурирующим путем в текущей интерпретации, любые подпути или суперпуть (повторно) обнаруженного пути также сравниваются с текущей интерпретацией. Таким образом, ATLAST пытается ограничить переоценку теми путями, которые актуальны в данный момент. Без возможности принудительной переоценки путей, отклоненных на ранних этапах обработки, но не обнаруженных повторно позже, окончательная интерпретация ATLAST, вероятно, будет неверной.Косвенное инициирование повторной оценки ранее отклоненных трактов вывода является важным для способности ATLAST восстановления после ошибок и зависит от сохранения вывода.

Принцип удержания не является уникальным для ATLAST. Как мы кратко упоминали ранее, Норвиг [1983] разработал механизм, который достиг той же цели, но другими средствами. Его система понимания текста, которая была сосредоточена исключительно на прагматических решениях вывода, также использовала систему передачи маркеров, чтобы найти соответствующие структуры памяти, называемые фреймами, для объяснения вводимого текста.Фрейм может быть неактивным, активным и в настоящее время используется в качестве объяснения текста или ранее активным и в настоящее время не используется в качестве объяснения. Эти ранее активные кадры были временно сохранены в отдельной базе данных на случай, если текущий активный кадр окажется плохим объяснением. В этом случае конкурирующий, ранее активный кадр может быть повторно активирован, чтобы заменить неправильный первоначальный выбор. Если ранее активный кадр не был повторно активирован, он быстро возвращался в неактивное состояние.Насколько нам известно, ни в одной другой модели понимания языка не использовалось понятие сохраняемых путей вывода, хотя может показаться, что эта идея может быть легко включена в некоторые из них. (Можно также возразить, что коннекционистские модели Коттрелла и Смолла [1983] и Вальца и Поллака [1985] допускают более двух уровней активации: отклоненные пути могут достигать умеренного уровня активации или взвешивания, давая таким путям « фору », поскольку более поздний текст инициирует более повторяющуюся балансировку веса.)

Хотя с моделью еще многое предстоит сделать, наша работа над ATLAST сыграла важную роль в уточнении нашей теории процессов принятия решений логическим выводом в понимании языка. Более подробное объяснение ATLAST дано Granger, Eiselt и Holbrook [1986] и Eiselt [1987].

Характеристика: близкие отношения







Факты vs.Хайп

Есть ли у вас и у второй половинки (наука о взаимоотношениях) термин для романтического партнера) когда-либо были разделены временем или расстоянием — скажем, разлукались на летних каникулах, когда вы были в школе? До разделение, вы, естественно, задаетесь вопросом, что произойдет: отсутствие воли сделать сердце более любящим? Или это будет случай «вне поля зрения, из ума »?

Обе пословицы предлагают« мудрость », но они противоречат друг другу: как знаешь чему верить? Здесь на помощь приходят исследования, сортировка хороший совет от плохого.В этом случае исследование показало, что оба изречения верны — но при других обстоятельствах. «Отсутствие делает сердце становится более ласковым », когда партнеры уже установили взаимную обязательство. Без такого общего понимания и обещания остаться вместе, однако, «вне поля зрения», вероятно, будет означать «не в виду», и ослабление или прекращение отношений.

Без науки и проверки фактов многое из того, что мы «знаем» об отношениях может оказаться простой мифологией или плохим советом.Отношения важны для нас, поэтому мы можем даже учитывать клише при поиске руководство. Тем не менее, как бы важна ни была близость для благополучия человека, все информация, которую вы найдете в нашей онлайн-серии, является продуктом исследований, а не интересных, «анекдотических» рассказов, которые мы все получаем от наших друзей или некоторых книг по саморазвитию в местном книжном магазине.

«О, у меня был парень / девушка вот так однажды… Будь осторожен. »

Или:« Да ладно, чувак, ты же знаешь, какие женщины. Как говорится в книге, они с Венеры. Интересует только любовь и романтика. Не пытайся скажи ей, о чем ты беспокоишься. Ты ее выключишь «.

На самом деле, исследования показывают, что разделяя страхи и другие личные чувства сближают людей, но второй обмен, подслушанный в кофейне, хоть и плохой совет, но говорит нам кое-что важное: Как бы важна ни была близость для благополучия человека, немногие из нас чувствуют полностью успешен в интимной близости.Ищем партнеров, ищем решения конфликтовать и стремиться познать секреты гармоничных отношений с теми, кого мы нашли. Это парадокс психологии CR: важна и естественна интимность в нашей жизни, но она может быть неуловимым и труднодостижимым. В результате большинство из нас, как бы то ни было статус наших отношений, сохраняем любопытство по поводу близости, даже если мы заинтересованы в установлении более прочных и устойчивых связей с другие.

Наши друзья и популярные СМИ часто предоставляют полезную информацию. Так как же узнать, кому верить, а что отвергать? Эта способность различать, быть образованным, критическим потребителем информации, это одна из целей этой серии семинаров. Информация, предлагаемая здесь основан на научных исследованиях и наблюдениях, а не на мифах или фантазиях. Некоторые писатели предлагают только стильные мнения, предназначенные для продажи, а не представлять состояние науки.Чем больше вы знаете о действительных информации и достоверных исследований, тем легче вы сможете отличить полезные источники из хлама чтения. Материал в нашей серии семинаров поможет вам начать работу и подумать об отношениях в более информированным способом и поможет вам подумать и улучшить свои собственные навыки взаимоотношений.

Мы даже будем включать интервью с текущими исследователи, чтобы узнать, над чем они сейчас работают. Например, на этой неделе мы услышим о работе психолога Джона Харви над потеря внимания и отношений.Знаете ли вы, что все мы склонны строить рассказ о прошлых отношениях? Содержание этой истории может быть очень полезным человеку, который потерял отношения, будь то из-за смерти, развода или разлуки, выздоравливайте и идите вперед .. Мы с Джоном также являемся соавторами Одиссеи. Сердца: близкие отношения в 21 веке.

Уход и кормление близких

Чтобы помочь вам обдумать свои идеи и предположения об отношениях, на каждом занятии вы найдете несколько анкет и самооценки.Знание собственных тенденций в близких отношениях — например, отталкивания или отстранения, когда что-то идет не так, — может быть важным шагом к их улучшению.

Я также порекомендую ресурсы для консультации, чтобы вы могли «следить» наряду с курсом в других опубликованных материалах и проводить некоторые темы далее по своему усмотрению. Некоторые из того, что мы предлагаем здесь, могут легко применять к вашим собственным отношениям, как эффективный колонка советов. Но это не терапия; это курс обучения и учеба.Ни один из результатов исследования или урока нельзя успешно применить в каждую жизнь. У сложных проблем нет простых решений. Один размер подходит не всем!

То, что вы извлечете из этой серии веб-семинаров, зависит от того, что вы ищете и что вкладываете в квест. Это предназначено быть столь же интригующим, как статья в журнале — и, как мы предполагаем, надежный, точный и полезный. Эта первая сессия подчеркивает момент, который, возможно, не нуждается в особом внимании, особенно если вы уже читая так далеко: отношения имеют значение.Как и их «забота» и кормление «. Приложив усилия и разум, близость может стать настоящим испытанием. тайны и просветления.

Глубокие личные отношения играют центральную роль в том, как вы определяете себя, и вашему опыту и действиям. Отношения с очень близкий друг, романтический партнер, член семьи или супруг влияет как вы вспоминаете прошлое, переживаете настоящее и предвкушаете твое будущее. На этой крайности находятся отношения, которые мы определяем как «интимные».»

Близость относится к отчетливо близкому уровню общения. между двумя людьми. Близость может выражаться в откровенности или откровенности. говорить; значимое общее молчание; мероприятия, приносящие взаимное удовольствие; или же конечно в сексуальном взаимодействии. Но «близость» — не синоним. для секса — скорее, это должно наводить на мысль, что секс потенциально уникальный вид общения. Все эти примеры являются формами близкие, личные отношения — что ученые подразумевают под близостью.В интимных или близких отношениях вы чувствуете себя свободно, заботиться о другом человеке, просить о том, что вам нужно. Это отношения, которые способствуют нашему счастью — или, когда они пойти не так, как надо или потерпеть неудачу, к нашему несчастью.

Эта серия семинаров по психологии CR исследует интимный конец спектра. Большинство отношений психологи определяют близкие отношения как отношения, в которых люди имеют следующий особый опыт:

  • Они хорошо знают друг друга.
  • Они заботятся друг о друге.
  • Они зависят друг от друга.
  • Они делятся своей жизнью, считая себя «нами».
  • Они доверяют друг другу, чтобы быть честными и справедливыми.
  • Они поддерживают друг друга.

Сложная задача? Конечно, не все близкие отношения всегда преуспевает в каждом из этих качеств. Элементы может отсутствовать в конкретном партнерстве, которое в остальном удовлетворительное обоим лицам.И нет двух одинаковых успешных CR: нет успешная дружба, любовные связи, браки и совместное проживание партнерские отношения. Но, несмотря на множество форм и размеров, лучшие отношения кажется, те, которые отражают все эти цели.

Близкие отношения — что это для нас?

Люди — социальные животные. Мы тратим слишком много времени думать о людях, взаимодействовать с ними, влиять на них и находясь под их влиянием.Мы жаждем социальных контактов и находим отношения с друзьями, романтическими партнерами и родственниками по большей части. Почему? Что для нас делают близкие? Какие психологическая польза от близких отношений? В частности, как размышления о близких отношениях повышают самооценку?
Возможно, размышления о близких отношениях эквивалентны витамины. Прием витаминов помогает бороться с зимними болезнями, такими как простуда и грипп. Точно так же размышления о близких отношениях помогают бороться. от жизненных невзгод, таких как столкновение с неудачей или неблагоприятные оценки.Короче, доводя до ума отношения помогают уменьшить удар стрессовых жизненных событий. Такой события теперь кажутся более управляемыми. Таким образом, близкие отношения — это важный психологический ресурс. Они укрепляют самосистему точка, где к отказу относятся более легкомысленно и могут даже рассматриваться
как вызов, а не как угроза.

С отрицательным приходит положительный

Мы провели эксперимент, чтобы проверить вышеизложенные идеи (Кумаширо И Седикидес, в печати). Все участники взяли то, что, по их мнению, было действующий и широко используемый тест интеллекта.Зловещий «Олпорт-Джеймсон» Intelligence Test »состоял из сложных математических, аналитических и словесные проблемы. Что еще хуже, у участников было всего 25–45 секунд, чтобы ответить на каждую проблему. Из-за характера теста участники не могли сказать, насколько хорошо они справились. По завершении испытания, участники узнали, что экспериментатору потребуется около 15 минут, чтобы составить индивидуальный и всеобъемлющий профиль их работоспособность и интеллект. Это был повод для решающего манипуляция, которая должна была последовать.
Участников попросили помочь в течение следующих 15 минут с якобы не имеющее отношения к делу короткое исследование. Они были случайным образом назначены три условия. Треть участников (в «закрыто-положительном состояние отношений) были проинструктированы напоминать о «теплом и позитивные отношения, этот особенный человек, с которым у вас все самое лучшее отношение’. Еще треть (в «близких-отрицательных отношениях» условий) были проинструктированы напомнить о «холодном и отрицательном отношения,
человек, с которым у вас наихудшие отношения ».Последняя треть участников (в состоянии «нейтральных отношений») были проинструктирован вспомнить «далекие отношения», человека, которого вы плохо знаешь, и ты ни любишь, ни не любишь ». Важно то, что после участники записали в каждом условии инициалы родственника и характер отношений (например, друг, сослуживец, сосед), они продолжал тратить три минуты, отвечая письменно на каждый из пяти вопросы, такие как «Что эти отношения лично означают для вы? »и« Как вы себя чувствуете в этих отношениях? »Таким образом, участники не просто напоминали отношения, но они также в некоторой степени задумался о личной значимости отношений.
Экспериментальная эпопея еще не закончилась. Экспериментатор вошел в комнату, объявив, что он закончил составлять участников индивидуальные профили. Затем он отправил фальшивую обратную связь о производительности, якобы основанный на хорошо обоснованных нормах. Участники узнали, что их результативность на «Интеллектуальном тесте Олпорта-Джеймсона» была «Плохо», поскольку их оценки упали только до 41-го процентиля распределение. Обратная связь повредила (как показали наши меры). Сразу после этого участникам сообщили, что они возможность получить дополнительную информацию о своих работоспособность и интеллект.Эта информация якобы была точной, выявили их слабые места и трудности в каждой тестовой области (математический, аналитический, вербальный) и может помочь им улучшить их будущая производительность. Участники приступили к указанию степени которые они были заинтересованы в получении дополнительных отзывов об их недостатки. Это была наша основная зависимая мера.
Напоминаем, что мы выдвинули гипотезу, что близкие позитивные отношения самоподдерживающийся ресурс. Этот ресурс защищает самосистему от точка, в которой, даже после неблагоприятной обратной связи, люди становятся более открытыми
для получения точной информации о своих ограничениях в производительности и недостатки интеллекта.Несмотря на то, что меня ударил угрожающий оценки, участники, чьи умы теперь «населены» близкие позитивные отношения будут странно восприимчивы к дальнейшим информация, угрожающая самому себе. Результаты подтвердили нашу гипотезу. Участники в состоянии близких позитивных отношений выразили больший интерес к получению дополнительной информации о своих слабые стороны по сравнению с участниками в двух других условиях.

Почему это происходит?

Почему участники, которые задумываются о близких позитивных отношениях, больше восприимчивы к неблагоприятной (хотя и потенциально улучшающей) обратной связи? Мы рассудил, что объяснений может быть как минимум три.Первый, участников переполняют теплые чувства к человеку, с которым у них близкие позитивные отношения. Во-вторых, участники испытать повышение самооценки. В-третьих, участники лучше настроение. Теплые чувства к отношениям, повышенная самооценка и лучшее настроение могло бы успокоить и защитить себя до такой степени, что дополнительное попадание легко переносится. Мы оценили эти объяснения в последующем исследовании (Kumashiro & Sedikides, в печати).
участников завершили сложную версию Remote Associates Тест (RAT: McFarlin & Blascovich, 1984).Говорят, что RAT был достоверная и надежная оценка важной интеллектуальной способности: интегративная ориентация. Участникам было предоставлено 20 комплектов три слова (например, хлопок, ванна, тоник) и попросили генерировать четвертые слова, которые могут идти с каждым словом в наборе (в этом например джин). Когда участники закончили, они узнали, что всеобъемлющий и индивидуальный профиль их интегративной ориентации скоро последует. А пока их помощь в другом,
коротком исследовании будет признательна.
участников были случайным образом распределены по четырем условиям. Одна четверть думал и писал о близких позитивных отношениях, еще четверть об отдаленно-позитивных отношениях, еще четверть о близкие-отрицательные отношения, и последняя четверть о отдаленно-отрицательные отношения. Те, кто в первых двух условиях написали о том, как отношения поддерживали их, те, кто в последних двух условия о том, насколько критично отношение к ним. Впоследствии участники получили отрицательные отзывы об исполнении.Они узнали что их способность к интегративной ориентации была «ниже среднего», поскольку их баллы лежат на 41-м процентиле распределения. Нет на удивление, они сочли обратную связь неприятной.
Затем участники записали уровень своей самооценки и настроение. В частности, они заполнили «Хизертон и Поливи» (1991). государственная шкала самооценки (примеры вопросов: «Сейчас меня беспокоит считают ли меня успехом или неудачником », и« я чувствую себя ниже, чем другие в данный момент »).Также участники заполнили шкалу настроения. (Martin et al., 1997), которые включали как отрицательные (например, тревожные, нервный, подавленный) и положительные (например, спокойный, довольный, счастливый) прилагательные. Наконец, участники указали, в какой степени они заинтересованы в получении дополнительной информации об их слабых сторонах в области интегративной ориентации.
Результаты соответствовали результатам предыдущего эксперимента. По сравнению с тремя другими условиями участники, которые обдумывали личная значимость близких позитивных отношений выражается самый большой интерес в получении информации о слабых сторонах их способность к интегративной ориентации.Тем не менее ни самооценка или настроение объяснили это открытие. То есть участники в условиях близких позитивных отношений ни один из них не имел более высоких самоуважения и не были в лучшем настроении, чем у других условия. Наконец, хотя участники сообщили об относительно теплом чувства к близко-позитивным отношениям (что проявляется в независимых кодировки их протоколов написания), эти чувства не предсказывали повышенный интерес к обратной связи, связанной с недостатками, об интегративном ориентация.

Роль когнитивного диссонанса

На данный момент наше исследование установило ресурсную функцию близкие позитивные отношения, демонстрируя, что участники осмеливаются запрашивать дополнительную информацию об их слабостях, хорошо зная что обратная связь будет точной (т. е. угрожающей самому себе). Мы хотели чтобы лучше понять последствия этого ресурса для социальных поведение. Каким еще образом действует самоподдерживающая функция близкие отношения проявляются?
Один из самых нелогичных вкладов социально-психологической исследование — это феномен когнитивного диссонанса (Festinger & Карлсмит, 1959).Это явление относится к испытываемому дискомфорту. из-за кажущегося несоответствия между отношением и поведением (например, выраженное отношение) и стратегии, которые используются для восстановить согласованность. Например, когда становится известно о несоответствие между частным и публично выраженным отношение, человек будет стремиться разрешить это несоответствие путем изменение их первоначального отношения. Возьмем случай студента, который в частном порядке выступает против политики борьбы с инфляцией оценок в ее университет, учитывая, что такая политика повысит строгость экзаменационных стандартов, что приводит к существенно меньшему количеству первых класс и 2: 1 степени. Кроме того, предположим, что ученик находит сама оказалась в неловком положении, добровольно написав эссе который выступает за такую ​​политику. Теория когнитивного диссонанса предсказывает, что теперь она изменит свое личное отношение, чтобы соответствовать ей общественное отношение: она станет более благосклонно относиться к политике сдерживание инфляции оценок.
Если близкие позитивные отношения функционируют как ресурс поддержки, они должны устранить когнитивный диссонанс. Обдумывая близкие позитивные отношения должны подтверждать и наполнять самость точка, в которой восстановление когнитивной последовательности станет неуместны и ненужны.Никаких изменений в личном отношении не произойдет.
При экспериментальной проверке этих идей (Sedikides & Kumashiro, 2005), участники ответили на опрос из 15 пунктов о своих Университет. Только один из этих пунктов имел отношение к целям наше исследование. В пункте говорилось, что вуз должен боевой. инфляции за счет введения более высоких стандартов маркировки и, как следствие, существенно снизив процент выпускников с первые или 2: 1с. Это был довольно скрытый способ оценки участников отношение к политике предполагаемой сортной инфляции.Обратите внимание, что только участников с неблагоприятным отношением к этой политике были сохраняется при анализе данных — и подавляющее большинство респондентов действительно занимал такое отношение.
Затем участников попросили написать эссе под предлогом помощи университетскому комитету, который изучит оценку проблема инфляции. Участники с ограниченным выбором были поручено написать сильное и убедительное эссе в пользу борьбы с оценка инфляции. Напротив, участники условия высокого выбора узнал, что у комитета достаточно аргументов «против» и ему необходимо больше аргументов «за».Их решение было добровольным, но тем не менее комитету нужны были веские аргументы в пользу борьбы с оценка инфляции. Участники подписали форму
, подтверждая, что (1) они писали эссе добровольно, и (2) комитет будет использовать их аргументы при принятии решения.
После написания эссе участники условия высокого выбора были разделены на четыре группы. Некоторые из них думали и писали о близкие положительные отношения, некоторые о близких отрицательных отношениях, некоторые о нейтральных отношениях, а некоторые об отсутствии отношений в все.Наконец, у всех участников завершилось состояние самооценки и настроения. шкалы из предыдущего исследования и, что более важно, указаны один раз снова их отношение к политике инфляции классов.
Эффект когнитивного диссонанса не ожидался в группе с низким выбором условие. Участники не меняли своего личного отношения, потому что их общественное отношение (то есть написание эссе) было навязано внешний фактор — экспериментатор. Однако когнитивный диссонанс ожидалось, что он появится в самых сложных условиях, учитывая, что участники добровольно решили написать эссе в пользу борьбы с завышением оценок, и, следовательно, они должны изменить свои личное отношение, чтобы разрешить надвигающуюся непоследовательность.В В частности, ожидалось, что когнитивный диссонанс возникнет в
трех из четырех состояний: полностью отрицательное, нейтральное и отрицательное. отношение. Важно отметить, что ожидалось, что когнитивный диссонанс будет отсутствует в состоянии близких позитивных отношений. Участники, утвержденный мыслями близкого человека, не чувствовал бы необходимости восстановить согласованность между частным и общественным отношением.
Наши гипотезы подтвердились. Участники закрыто-отрицательной отношения, нейтральные отношения и условия отсутствия отношений, которые свободно выбрал
для написания эссе, проявивший когнитивный диссонанс; то есть их отношение к политике стало более позитивным.В противоположность,
участников, которые размышляли о близких позитивных отношениях, сохранили свое антиполитическое отношение (поскольку сделали участники с низким выбором). Исключены близкие позитивные отношения когнитивный диссонанс. Тем не менее, как и в нашем предыдущем исследовании, ни самооценка государства или настроение объяснили этот вывод.

Что не хватает?

Наши результаты показывают, что близкие позитивные отношения функционируют как самоутверждающим ресурсом, но также указывают на несколько пробелов в нашем знание.Прежде всего, каков точный механизм какие близкие позитивные отношения приносят пользу самому себе? Мы исключили государство чувство собственного достоинства, настроение и теплые чувства к отношениям. Есть несколько другие жизнеспособные кандидаты. Один из них — безоговорочное принятие. Возможно причина, по которой людей не беспокоят отзывы, связанные со слабостью или непоследовательность отношения к поведению заключается в том, что близкие отношения делают они чувствуют себя в безопасности или предоставляют им безопасное убежище. Два других возможных механизмы — это обобщенный положительный аффект (Tesser, 2000) и самоуважение (Sedikides & Gregg, 2003), причем оба предполагаемых вне сознательного осознания.Если да, то меры, которые сильно отличаются из тех, которые мы использовали, потребуется реализовать для захвата действие этих механизмов. Наконец, на физиологическом уровне исследователи преуспеют, если сведут к минимуму потенциальный всплеск окситоцина уровни, которые могут сопровождать размышления о близких позитивных отношениях (Тейлор и др., 2000).
Представляется несколько других исследовательских возможностей. В нашем исследования, мы не различали разные типы близкие позитивные отношения. Какой тип (например,грамм. романтические партнеры, друзья, семья) наиболее эффективен в качестве источника поддержки? Также, каковы еще поведенческие последствия этого ресурса? Для Например, влияет ли самоподдерживающая способность, вызванная отношениями переменные, связанные с производительностью, такие как постоянство задачи, внутренние мотивация и креативность (Wentzel et al., 2004)? Важнее, влияет ли самоподдержка, вызванная отношениями, на просоциальное поведение?
Наконец, каковы некоторые ключевые индивидуальные различия, которые сдерживают эффективность близких позитивных отношений как средства самоподдержки? Мы предположили бы в пользу стиля привязанности (Mikulincer & Shaver, 2001), чувство собственного достоинства (Murray et al. , 1998), и имплицитные теории самости (Dweck, 1999) в качестве перспективных эмпирических направлений. Например, размышляя личная значимость близких позитивных отношений может привести к более эффективное самоподдержание среди безопасных (а не избегающих или пренебрежительные) люди и среди высокой (в отличие от низкой) самооценки человек.

Преодоление жизненных невзгод

Близкие отношения имеют большое личное значение. Физическим лицам считают близких других частью себя (Aron et al., 1991).Также закрыть отношения связаны с повышенным самопониманием и саморазвитие (Sedikides et al., 1994), снижение фактического идеального несоответствия (Кэмпбелл и др., 1994) и положительные иллюзии (т. е. позитивная самооценка, преувеличенное восприятие контроля, нереалистичность оптимизм: Martz et al., 1998). Кроме того, близкие отношения вносят существенный вклад в удовлетворение жизнью и субъективное благополучие (Аргайл, 1987). Таким образом, близкие отношения представляют собой жизненно важный ресурс. Интересно, что мысли о близких изменяют Я-система важными способами.Этот процесс, например, буферизует экзистенциальная тревога (Mikulincer et al., 2003) и снижает уровень стресса (Макгоуэн, 2002). Что еще более важно, размышления о близких людях побуждают исследовательские намерения (Green & Campbell, 2000) и состояние когнитивная открытость (Green-Hennessy & Reis, 1998; Mikulincer & Арад, 1999).
Мы полагались на два вышеупомянутых направления исследований для создания наших гипотезы. Тесные отношения обладают ресурсным потенциалом и вносят свой вклад познавательной открытости и исследованию. Психологические ресурсы (например,грамм. опыт успеха, чувство контроля) повышают готовность к получению точная, но неблагоприятная обратная связь (Aspinwall, 1998; Trope & Neter, 1994). Отсюда следует, что размышления о личной значимости близких отношения будут буферизировать личность, таким образом делая человека более восприимчивы к отзывам о личных слабостях и устраняют когнитивный диссонанс.
Наше исследование подтвердило эти предположения. Когнитивная активация близкие позитивные отношения повышают готовность получать точные информация о слабых сторонах домена, даже перед лицом обратная связь с предыдущим отказом в этой областиБлизкие позитивные отношения защищать себя до такой степени, что даже после неблагоприятных обратная связь, ищется точная информация о личных слабостях несмотря на его потенциальную угрозу для себя. В заключение, наше исследование устанавливает, что близкие позитивные отношения представляют собой ресурс это позволяет человеку более эффективно справляться с жизненными невзгодами.

— Константин Седикидес — профессор социологии и личности Психология и директор Центра исследований личности и идентичности в Университете Саутгемптона.Электронная почта: [электронная почта защищена].

Веб-ссылки

Центр исследований личности и идентичности: www.soton.ac.uk/~crsi/centresinformation.htm
Международная ассоциация исследований взаимоотношений: www.iarr.org
Международное общество самоидентификации: www.psych.neu.edu / ISSI

Список литературы

Аргайл, М. (1987). Психология счастья. Лондон: Метуэн.
Арон А., Арон Э. Н., Тюдор М. и Нельсон Г. (1991). Закрывать отношения как включение других в себя.Журнал личности и социальная психология, 60, 241–253.
Aspinwall, L.G. (1998). Переосмысление роли положительного аффекта в саморегуляции. Мотивация и эмоции, 22, 1–32.
Кэмпбелл, W.K., Sedikides, C. & Bosson, J. (1994). Романтичный вовлеченность, несоответствие в себе и психологическое благополучие. Личное Отношения, 1, 399–404.
Двек, C.S. (1999). Теории о себе. Филадельфия, Пенсильвания: Psychology Press / Тейлор и Фрэнсис.
Фестингер, Л. и Карлсмит, Дж. М. (1959). Когнитивные последствия принудительное подчинение.Журнал аномальной и социальной психологии, 58, 203–210.
Грин, Дж. Д. и Кэмпбелл, В. К. (2000). Привязанность и исследование в Взрослые. Бюллетень личности и социальной психологии, 26, 452–461.
Грин-Хеннесси, С. и Рейс, П.Р. (1998). Открытость в обработке социальная информация среди типов вложений. Личные отношения, 5, 449–466.
Heatherton, T.F. И Поливи Дж. (1991). Разработка и проверка шкала измерения самооценки государства. Журнал личности и Социальная психология, 60, 895–920.
Kumashiro, M. & Sedikides, C. (в печати). Принятие во внимание обратной связи, ориентированной на ответственность. Психологическая наука.
Мартин Л., Абенд Т., Седикидес К. и Грин Дж. Д. (1997). Как я бы почувствовал, если …? Настроение как вход для оценки выполнения роли процесс. Журнал личности и социальной психологии, 73, 242–253.
Martz, J.M., Verette, J., Arriaga, X.B. и другие. (1998). Положительный иллюзии в близких отношениях. Личные отношения, 5, 151–181.
МакФарлин, Д. И Бласкович, Дж.(1984). Тест удаленных сотрудников (RAT) в качестве альтернативы иллюзорной обратной связи. Базовый и Прикладная социальная психология, 5, 223–229.
Макгоуэн, С. (2002). Психические представления в стрессовых ситуациях: успокаивающие и тревожные эффекты близких. Журнал Экспериментальная социальная психология, 38, 152–161.
Микулинсер, М. и Арад, Д. (1999). Рабочие модели навесного оборудования и познавательная открытость в близких отношениях. Журнал личности и Социальная психология, 77, 710–725.
Микулинсер М., Флориан В. и Хиршбергер Г. (2003). В экзистенциальная функция близких отношений: привнесение смерти в наука любви. Обзор личности и социальной психологии, 7, 20–40.
Mikulincer, M. и Shaver, P.R. (2001). Теория привязанности и межгрупповая предвзятость: свидетельство того, что инициализация защищенной базовой схемы смягчает негативные реакции на чужие группы. Журнал личности и Социальная психология, 81, 97–115.
Мюррей, С.Л., Холмс, Дж. Г., Макдональд, Г., Эллсворт, П.С. (1998). Через зеркало мрачно? Когда сомнения в себе превращаются в неуверенность в отношениях. Журнал личности и общества Психология, 75, 1459–1480.
Седикидес, К. и Грегг, А.П. (2003). Автопортреты. В М.А. Hogg & J. Cooper (Eds.) Sage: Справочник по социальной психологии (стр. 110–138). Лондон: Мудрец.
Седикидес, К. и Кумаширо, М. (2005). О ресурсной функции отношения: близкие позитивные отношения как уменьшение диссонанса механизм. Неопубликованная рукопись.Саутгемптонский университет.
Седикидес, К., Оливер, М. И Кэмпбелл, W.K. (1994). Воспринимается Преимущества и недостатки романтических отношений для мужчин и женщин: Значение для теории обмена. Личные отношения, 1, 5–21.
Тейлор, С.Е., Кляйн, Л.С., Льюис, Б.П. и другие. (2000). Биоповеденческий реакции на стресс у женщин. Психологическое обозрение, 107, 411–429.
Тессер, А. (2000). О слиянии поддержания самооценки механизмы. Обзор личности и социальной психологии, 4, 290–299.
Троп, Ю. и Нетер, Э. (1994). Примирение конкурирующих мотивов в самооценка. Журнал личности и социальной психологии, 66, 646–657.
Wentzel, K.R., Barry, C.M. И Колдуэлл, К. (2004.) Дружба в средняя школа: влияет на мотивацию и адаптацию к школе. Журнал психологии образования, 96, 195–203.

Как близкие отношения помогают нам процветать

Во время летней прогулки по лесу молодая пара Сара и Билл спускаются по извилистой каменистой тропе из лесистой местности в уединенное место на берегу реки внизу.Через несколько ярдов тропа становится круче и сужается, а ветер усиливается. Саре становится не по себе, и она беспокоится, что может соскользнуть с края ныне опасного склона, но Билл прямо рядом с ней, и она чувствует поддержку. Однако, пройдя еще несколько ярдов, Сара замечает, что Билл отскочил назад, и не слышит ее из-за дующего ветра.

Саре ничего не угрожает — пара на самом деле в целости и сохранности в лаборатории виртуальной реальности. Социальный психолог Нэнси Коллинз, доктор философии, и ее коллеги из Лаборатории близких отношений Калифорнийского университета в Санта-Барбаре (UCSB) используют этот сценарий «виртуального обрыва» и другие подобные сценарии, в которых пары взаимодействуют в стрессовых обстоятельствах, для изучения очень реальных феномен взрослой привязанности.

Более 50 лет назад исследователи впервые описали узы привязанности, которые дети формируют со своими родителями. Спустя пару десятилетий психологи Фил Шейвер, доктор философии, и Синди Хазан, доктор философии, начали осознавать, что у взрослых в романтических отношениях также развиваются похожие виды привязанности друг к другу. Их классическая статья о привязанности взрослых, опубликованная в 1987 году, когда Коллинз училась в аспирантуре, оказала большое влияние на ее ранние исследования, которые касались того, как индивидуальные различия в стилях привязанности взрослых влияют на результаты отношений.С тех пор, по ее словам, она использовала теорию привязанности как основу для понимания благополучия и функционирования отношений во взрослых близких отношениях.

«В своей работе мы пытаемся провести аналогии между тем, как родители могут помочь ребенку справиться с стрессом, и тем, что мы видим во взрослых отношениях», — говорит она. «Мы ищем те типы взаимодействия, которые наиболее эффективны для создания безопасного убежища и надежной базы для обоих членов пары».

Коллинз и ее команда сосредоточены на понимании не только динамики близких отношений в зрелом возрасте, но и того, как эти отношения помогают людям развиваться умственно и физически.Они используют биопсихосоциальную перспективу и используют несколько методологий, включая экспериментальные, наблюдательные и ежедневные дневниковые исследования. Исследования Лаборатории близких отношений пролили свет на то, что нужно, чтобы быть поддерживающим партнером, и на нейробиологию, лежащую в основе привязанности взрослых. Исследователи также изучают уникальный вклад как словесной, так и физической поддержки, а также то, как социальная поддержка может модулироваться такими факторами, как физическая активность.

Проверка соединений

Коллинз открыла лабораторию близких отношений в UCSB в 1999 году, получив докторскую степень в области социальной психологии в Университете Южной Калифорнии, а затем проработав четыре года профессором в Государственном университете Нью-Йорка в Буффало. На протяжении многих лет она стремилась изучить индивидуальные различия в способности людей искать помощи у других и сочувственно реагировать на потребности других. Вначале она построила в лаборатории пространство, напоминающее уютную гостиную, где пары могли чувствовать себя как дома, поскольку их незаметно снимали на видео (с их разрешения) во время различных взаимодействий. Многие из этих взаимодействий вращались вокруг того, что один партнер пережил искусственно созданное стрессовое событие, такое как выступление перед аудиторией или обратный отсчет до 13, в то время как Коллинз и ее команда либо экспериментально манипулировали социальной поддержкой другого партнера, либо, в других исследованиях, наблюдали натуралистическая поддержка партнера и закодировала ее как эффективную или неэффективную.

В одном типичном исследовании Коллинз продемонстрировал, что незащищенные участники рассматривали сообщения от партнеров как с низким, так и с высоким уровнем поддержки как не поддерживающие ( Journal of Personality and Social Psychology , Vol. 87, No. 3, 2004). В более недавнем исследовании участники, получившие любовное послание от своих партнеров, показали более низкую реактивность кортизола на задание по произнесению речи, а реактивность кортизола снизилась больше у участников, которые были больше всего подвержены стрессу при произнесении речи. Этот результат имеет потенциально важные последствия для здоровья, учитывая, что продолжительная реактивность кортизола может способствовать сердечно-сосудистым заболеваниям (статья в стадии подготовки).

В то время как Коллинз обращала внимание на связь между поддержкой и здоровьем партнера, пара ее аспирантов, Лорен Винчевски, доктор философии, ныне доцент кафедры психологии в Колледже Напа Вэлли, и Джефф Боуэн, доктор философии, теперь преподают в Университете Джонса Хопкинса. University, заинтересовался тем, что нужно, чтобы стать эффективным поставщиком услуг поддержки. Винчевски сосредоточился на концепции эмпатической точности и идее о том, что для того, чтобы по-настоящему реагировать на потребности любимого человека, нужно понимать, что он или она думает и чувствует.

В одном из вариантов речевого задания, вызывающего стресс, исследователи записали, как партнеры обсуждают личный или личный стрессор. Затем участники просмотрели запись взаимодействия и сообщили, что, по их мнению, думали и чувствовали их партнеры во время обсуждения.

Исследователи измерили две формы сочувствия: эмоциональное сочувствие или сострадание и когнитивное сочувствие, то есть способность точно понимать мысли и чувства партнера ( Psychological Science , Vol.27, No 3, 2016). «Мы показали, что наиболее отзывчивыми лицами, осуществляющими уход, были те, у кого было высокое эмоциональное и когнитивное сопереживание», — говорит Винчевски. «Вы можете точно понять, что думает и чувствует ваш партнер, но, не чувствуя заботливой мотивации помочь ему, вы не сможете обеспечить тот тип высококачественной поддержки, который способствует развитию лучших отношений».

Боуэн пришел в лабораторию Коллинза, особенно заинтересованного в сопоставлении языковых стилей — форме поведенческой мимикрии, которая, как было показано, приводит к положительному взаимопониманию.Он и Коллинз выдвинули гипотезу о том, что хорошие воспитатели и те, кто эффективно обращается за помощью, будут склонны подстраиваться под манеру речи своего партнера (использование слов), создавая эмоциональную связь. Исследователи обнаружили, что большее соответствие в разговорах о социальной поддержке действительно было связано с разговорами с более положительной оценкой. Но в конфликтных беседах большее соответствие было связано с разговорами с более низкой оценкой ( Journal of Language and Social Psychology , Vol.36, No 3, 2017).

«Синхронность в значительной степени считалась благотворным явлением по всем направлениям, но мы обнаружили доказательства того, что зеркальное отображение может действительно улучшить некоторые из наиболее негативных аспектов разговора, если у вас возникли разногласия или при обсуждении области конфликта», — говорит Боуэн. . «Эти результаты действительно подчеркивают, насколько многое из того, что мы делаем в отношениях, не осознается».

Вложение становится физическим (и виртуальным)

Речь может вызывать стресс, но аспирантка Хайди Кейн, доктор философии, ныне доцент кафедры психологии Техасского университета в Далласе, хотела найти другой способ заставить сердце биться чаще в своих исследованиях привязанности.Итак, она и Коллинз с помощью коллеги из UCSB Джима Бласковича, доктора философии, создали виртуальную среду утеса с узкой тропинкой, огибающей гору. Виртуальный сеттинг служит взрослым аналогом «Странной ситуации» — классической экспериментальной парадигмы, разработанной Мэри Эйнсворт в 1970-х годах, которая оценивает безопасность привязанности ребенка, помещая его или ее в новую, пугающую среду с родителями или без них.


Исследователи UCSB подключили одного члена пары к очкам виртуальной реальности.Участники могли заглянуть за сторону виртуального утеса и увидеть каньон, в который они упали бы, если бы поскользнулись. Они также могли слышать, как дует ветер и падают камни, пока они шли. Воспроизводя результаты, полученные с участием родителей и детей, исследователи обнаружили, что участники в присутствии отзывчивого партнера чувствовали себя более спокойно, идя близко к обрыву, но что участники в присутствии неотзывчивого партнера не чувствовали большей поддержки, чем если бы они были одни. и фактически физически отказался от своих партнеров для выполнения следующей задачи ( Journal of Experimental Social Psychology , Vol.48, №1, 2012 г.). «Эти результаты показывают, что эмоциональная безопасность во взрослом возрасте — как и в детстве — зависит в первую очередь от воспринимаемой отзывчивости, а не от простого присутствия близкого человека», — говорит Коллинз. «Так же, как и в исследовании эмпатической точности, эмоциональная реакция играет ключевую роль в обеспечении работы поддержки».

Лаборатория

Коллинза также использовала нейровизуализацию для определения мозговых коррелятов характеристик романтических отношений. Бывший постдокторский исследователь Бьянка Асеведо, доктор философии, обнаружила, что молодожены с более высоким уровнем альтруизма по отношению к своим партнерам проявляли большую отзывчивость, чем те, у кого более низкий уровень альтруизма, в областях мозга, связанных с эмоциями и эмоциональной памятью, при просмотре счастливых или грустных фотографий своих партнеров » лица по сравнению с незнакомцами. Она также обнаружила, что люди, сообщающие о большем альтруизме по отношению к своим партнерам, демонстрируют более сильную реакцию мозга на лицо партнера в тех же областях, которые связаны с парными связями и привязанностью. Сила этих результатов зависела от генетических вариантов окситоцина и вазопрессина, молекул, которые, как известно, играют роль в социальном поведении, эмпатии и создании пар ( Behavioral Neuroscience , Vol. 133, No. 1, 2019).


Какие еще факторы способствуют поддержке? Этот вопрос лежит в основе исследования аспирантки Пейдж Харрис.Она и Коллинз недавно изучали роль, которую физическая активность может играть в близких отношениях. «Идея состоит в том, что физическая активность может позволить нам регулировать свои эмоции, улучшить настроение и обеспечить физиологические преимущества, которые затем помогут нам стать лучшими партнерами», — говорит Харрис. До сих пор исследователи сосредоточились на ежедневных записях в дневниках о физической активности и о том, предсказывают ли они реакцию партнеров. В конце концов, они приведут пары в лабораторию для выполнения умеренных физических нагрузок и проведут эксперименты, чтобы получить социальную выгоду.

В другом недавнем исследовании Коллинз и аспирантка Делэнси Ву использовали стрессовую речевую задачу для определения относительной эффективности физической привязанности, словесной поддержки и их комбинации в снижении физиологической реактивности на стресс у любимого человека. Ву и Коллинз также сотрудничают с коллегой из UCSB Хиджунгом Кимом, доктором философии, чтобы изучить, как ласковое прикосновение различается в разных культурах. «В 1990-е годы было проведено множество исследований, посвященных прикосновениям, которые показали, что в разных культурах разная частота прикосновений или различное поведение при прикосновении, но на самом деле они никогда не рассматривали, как это различное поведение влияет на результаты отношений», — говорит Ву.«Итак, мы тестируем людей в США, Великобритании, Франции, Японии и Южной Корее, чтобы увидеть, влияет ли прикосновение по-разному в зависимости от культуры или есть универсальный эффект».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *