Дабл байнд: Дабл байнд — Фрисофер — LiveJournal

Автор: | 04.05.2021

Содержание

Дабл байнд — Фрисофер — LiveJournal

Причина возникновения шизофрении – тайна, покрытая мраком. Есть разные гипотезы, начиная с инфекционной, и заканчивая социально-психологическими.
Алексей Оскольский (asafich) излагает теорию Грейгори Бейтсона, распространяя описанный механизм на другие (шизофренические) особенности современной российской действительности.

«концепция double bind, разработанная в 1950-е годы англо-американским антропологом Грероги Бейтсоном для достаточно специальной задачи – объяснения механизмов возникновения шизофрении. Термин ‘double bind’ пока не имеет устоявшегося русского перевода: в разных публикациях он передается как «двойная связь», «двойное послание», «двойной капкан» или просто «дабл байнд». Мне еще нравится «двойной поводок».

Идея Бейтсона состояла в том, что шизофрения не сводится к соматическим поражениям данного пациента: она возникает в результате определенных отношений с близкими людьми, которые и получили название «double bind». Следуя этому подходу, лечить надо не только пациента, но и всю его семью или иное сообщество, в которое он вовлечен (принцип, который лег в основу семейной терапии шизофрении). Но для нас тут важно то, что концепция double bind оказалась применимой не только в психиатрии: она вполне работает и для многих других социальных и культурных явлений.

Итак, что же такое double bind? Это особым образом устроенное послание, сообщение, коммуникативный акт. Надо сразу пояснить, что коммуникация между людьми всегда развертывается в некотором контексте, вне которого смысл сообщения резко искажается или просто теряется. Например, увидев надпись «Стучите» на дверях, мы будем стучать лишь в том случае, если захотим попасть к хозяину помещения. А ведь можно воспринять эту надпись буквально и постучать просто так…

Так вот, double bind — это сообщение, содержание которого вступает в конфликт со своим контекстом. Мне говорят словами «Делай А, иначе будешь наказан», но контекст ситуации указывает «не делай А, а то будешь наказания». Г. Бейтсон приводит такой пример: мать требует от ребенка проявлений любви к ней – но при его не любит и боится слишком близкой дисстанции. И если ребенок проявляет к ней свои чувства – то в ответ слышит что-нибудь вроде «Иди ложись спать, ты устал, тебе надо отдохнуть». Фраза сама по себе как бы нормальная, вроде как исполненная заботы о ребенке – но в подобной ситуации она нужна лишь для того, чтобы отдалить ребенка на безопасную дистанцию. Нормальный ребенок понимает этот контекст и воспринимает ее как наказание. Если же ребенок не проявляет своих чувств к матери и тем самым ставит под сомнение ее роль, то получает упреки за черствость и неблагодарность. То есть мать как бы говорит ребенку «люби меня, а то накажу», но контекстом намекает обратное «не люби меня, а от накажу». Если так продолжается долго, то у ребенка подавляется способность различать контексты сообщений – то есть развивается шизофрения.

Разрубить double bind можно, лишь поставив под сомнение любовь матери, которой на самом деле нет. Задача эта почти непосильна для ребенка: он нуждается в материнской любви, утрата которой означает для него потерю собственного «я», своей идентичности. Такая угроза вынуждает его воспринимать слова матери исключительно как проявления любви, вопреки их контексту, а значит и вопреки реальности. Реальность выносится за скобки, в определенном смысле перестает существовать. С другой стороны, мать – в случае сомнения ребенка в её искренности – столкнется с подобной проблемой. Сам факт его сомнения напомнит ей о реальном положении дел, а значит поставит под угрозу ее собственное представление о себе как о любящей матери.

Таким образом, double bind не только травмирует психику, но и консервирует ситуацию, буквально повязывая (to bind) мать и ребенка друг на друге. Шизофрения оказывается «заразной», а шизофренногенные сообщества весьма стабильными. Причем если больного члена такой семьи удается вылечить, то нередко заболевает кто-то другой.»

http://community.livejournal.com/ingria_art/269870.html

Дабл байнд — Верь, бойся, проси. — LiveJournal

В психологии очень много говорится и пишется про ответственность второй стороны во взаимоотношениях. Но я считаю, что есть явление, на которое очень сложно повлиять второй стороне, потому что сложно выявить и сложно от него не разваливаться на части.
Этакое химическое оружие.
Я говорю про дабл байнд (двойное послание). Гарантированная потеря опоры под ногами, полный вынос, от которого хочется рыдать от бессилия не останавливаясь. И если я в общем чаще всего за слёзы в терапии, то слёзы от бессилия при встрече с дабл байнд обычно иссушают и лишают сил.
И будет благословен день, когда этот дабл байнд будет найден в отношениях. Тогда будет возможность найти почву под ногами, оперевшись на свои ценности и агрессию.
Как найти дабл байнд, если он есть?
Только из личного опыта:
1. Прежде всего встреча с отчаянием и бессилием, которому вроде нет логического объяснения. Не факт, конечно, что это от дабл байнда, но повод задуматься.
2. Пытаться найти что-то общее в изматывающих моментах взаимодействия с другим. Так называемый фильтр «игра». Искать неписаные правила, по которым строятся отношения.
3. При попытке выяснить собственные потребности в ситуации дабл-байнда, обычно обнаруживается, что вот мне, лично мне и так и эдак «ок», а все предъявы, которые хочется кидать партнёру, они не о том и не выражают настоящей сути конфликта. Как я писала в первом пункте, и конфликта как такового не видно, нет его, нельзя выделить. В общем такая и задумка у хитрой психики партнёра, рождающего дабл байнды во взаимодействии: скрыть конфликт, не предъявлять себя через него.
4. С течением времени из потока неостанавливающихся мыслей при встрече с болью можно будет выделить фразы:
А) «Он/она требует (хочет), чтобы я была и…, и…».
Б) «Я не могу одновременно быть и…, и…».
Вот пара таких фраз вполне себе повод сказать себе «стоп!» и попытаться выделить каким противоречивым посланиям хочется соответствовать.
После того, как дабл байнд найден, он, по моему опыту теряет большую часть своей огромной разрушительной силы (но всё ещё может нанести урон).
Как только найдена своя позиция по вопросу, поднимающемуся в дабл байнде, когда найдено сострадание к партнёру (конечно, сначала позлившись на него) как к неидеальному человеку, отчего-то рождающему дабл байнды, живущему в своей войне, у которой нет конца, потому что нет цели, тогда становится сильно проще.
И последнее: каждый из нас может организовывать дабл байнды во взаимодействии. Их делают не какие-то орки нелюди из Мордора, а живые тёплые люди. Всякие люди. Поэтому за собой смотреть тоже полезно, как и важно не вешать ярлыков.

Двойные стандарты и двойной приказ: вижу сходство

Сама тема поднята тут.

sirin_from_shrm
: «Я почему-то этот самый дабл-байнд все время путала с двойной моралью. И только сейчас меня осенило, что явления принципиально разные по сути! Двойная мораль: что можно одному, нельзя другому и т.п. Дабл-байнд: одному и тому же человеку одновременно и можно, и нельзя».
transurfer : «Мне кажется, там дело не столько в можно или нельзя, сколько в том, что весь контроль переходит в руки манипулирующего: он сам решает, за что погладить, за что наказать, причем безо всякой предсказуемости».

«Политика двойных стандартов («противоречивая политика», «двойственная политика», «непоследовательная политика») — принципиально различное применение принципов, законов, правил, оценок к однотипным действиям различных субъектов (одним из которых может выступать сам оценивающий) в зависимости от степени лояльности этих субъектов или иных соображений выгоды для оценивающего. Двойной стандарт — термин, широко распространённый в современных политологии, журналистике, экономике, обществознании и других гуманитарных науках, обозначающий разное отношение (часто — откровенную дискриминацию) и разную оценку одних и тех же, а чаще аналогичных событий и ситуаций одними и теми же оценщиками в силу их предвзятости, изменившихся обстоятельств, личной корысти, эмоционального состояния и т. п.

Политикой двойных стандартов называется ситуация, когда оценка одних и тех же действий субъектов варьируется в зависимости от того, в каких отношениях каждый из этих субъектов находится с оценивающим. При этом действия «своих» — лояльных к оценивающему, — получают оправдание, в то время как те же действия «чужих» порицаются и считаются недопустимыми.

Политика двойных стандартов существует с тех пор, как существует человеческое общество. Она широко применяется как средство давления на противников через общественное мнение и способ оправдания собственных действий в чей-либо адрес. Столь же широко распространено и обвинение в двойных стандартах, к которому нередко прибегают для отражения критики» (отсюда)

«Double bind (дабл-байнд). Автор термина — Грегори Бейтсоном (1956 год). Дословный перевод — «двойное послание» В отечественной литературе существуют различные переводы этого термина: «двойная связь», «двойной приказ», «двойной зажим», «двойной капкан» и другие.  

Ситуация double bind – это недобросовестно (а, возможно, и злонамеренно) вмененная двоякого рода обязанность, которая содержит внутреннее противоречие и никоим образом не может быть исполнена в принципе, что совершенно не освобождает жертву этого вменения от наказания за его «неисполнение». Классический пример – знаменитое требование: «Приказываю тебе не исполнять моих приказов». Таким образом, «жертва» лишена возможности защищать себя c помощью логических доводов или указывать на само существование ситуации double bind, поскольку такое указание было бы равносильно обвинению противоположной стороны в нечестности и означало бы вступление в прямую конфронтацию.

Принципиально важно, что индивид включен в очень тесные отношения с источником двойного послания и не способен открыто противостоять ему. Тупиковость ситуации заключается в том, что жертва не только лишена возможности защитить себя, взывая к логике или справедливости, но даже указать на само существование проблемы, поскольку такое указание равнозначно обвинению источника двойного послания в нечестности и означало бы прямую конфронтацию, несовместимую с привитой иллюзией «любви».

Индивид попадает в ситуацию, когда значимый для него человек передает одновременно два разноуровневых сообщений, одно из которых отрицает другое. (Классический пример — знаменитое требование «Приказываю тебе не исполнять моих приказов».) Вторичное предписание, которое может быть замаскировано, вступает в конфликт с первым на более абстрактном уровне и так же, как и первое, подкрепляется наказаниями или сигналами, угрожающими самому существованию. В то же самое время индивид не имеет возможности (в силу навязанного убеждения, зависимости, ложного стыда) высказаться по поводу получаемых им сообщений или указать на сам факт испытываемого дискомфорта. Человек не способен самостоятельно покинуть поле битвы» (отсюда).

 

Еще немного о дабл байнд

Основная проблема шизофреника Бейтсоном в контексте его теории double bind формулируется как неспособность определить иерархический уровень вещи, что приводит несчастного к сопоставлению или совмещению вещей неодинакового уровня иерахии. Шизофреник неспособен распознать управляющий сигнал наивысшего уровня иерархии в его поле зрения, и принимает за управляющий сигнал иерархически второстепенный.
Пересказывая Бейтсона своими словами, можно сказать, что шизофреник «глух» к контексту, окружающему вещь, которую он пытается классифицировать, ориентируясь по которому, собственно, и классифицируют вещи.

Если вы услышите о том, что некая вещь вырвана из контекста (что и инкриминруют шизофреникам) не следует думать, что вещь эта, будучи вырванной, теперь никакого контекста не имеет. Дело в том, что вещей без контекста не существует. Если шизофреник глух к консенсуснуму контексту вещи, значит для него существует значительно более актуальный контекст, в котором он видит пребывающей эту вещь. Но дело в том, что это уже не «эта вещь», а совсем другая вещь (см. посылку номер 1), имеющая сходство с «этой» только по второстепенному признаку (скажем, по названию). Полагаем, читатель сможет самостоятельно проиллюстрировать эту посылку близкими ему примерами из специальной и художественной литературы.

Однако, все эти рассуждения неинтересны никому кроме шизофреников.
Каким образом это касается всех остальных?

Остальных это касается постольку, поскольку они совершают ту же самую ошибку наоборот, что, бывает, начинает изрядно раздражать. Даже обладая некоторой осведомленностью в вопросе исправления имен, люди зачастую настойчиво продолжают читать термины в их «консенсусном», «общеупотребительном» значении даже в таких контекстах, где им предварительно советуют насторожиться. Хороший пример в этом смысле — аниме Claymore, в котором понятия «человек» и «бакемоно», как следует из контекста, нужно читать отнюдь не в консенсусном их значении. Однако то, что переход из «человеческого» статуса в статус «монстра» называется (довольно остроумно) «пробуждением», многих сбивает с толку.

Двойное послание

                                     

2. Сущность явления

Согласно подходу Бейтсона и его группы, предпосылкой к развитию шизофрении может быть воспитание ребёнка в семье, где ситуация двойного послания является нормой общения. Как утверждали авторы концепции, ситуации двойного послания провоцируются ещё в раннем возрасте в семьях лиц будущих «шизофреников». Основной фигурой при этом является мать, которая испытывает тревожность при общении с ребёнком или не испытывает к нему любви, но тем не менее стремится демонстрировать должное отношение к нему и должное поведение:39.

В англоязычной среде существует распространённое ошибочное представление, что double bind — это просто механическое сочетание двух одновременно невыполнимых требований, например: «Стой там — иди сюда». В действительности же логическим ядром double bind следует считать парадоксальное предписание, аналогичное парадоксу Эпименида, то есть основанное на противоречии между требованиями, принадлежащими к различным уровням коммуникации. Пример такого предписания: «Приказываю тебе не выполнять моих приказов».

Двойное послание в контексте проблем повседневной коммуникации может касаться разницы между вербальными и невербальными сообщениями: например, несоответствие между мимикой матери и её словами одобрения, ведущее к возникновению нескольких путей для интерпретации ребёнком сигналов родителя и, как следствие, психическому дискомфорту от несоответствия «высказанного» и «невысказанного, но показанного» посланий.

Составляющие ситуации двойного послания:

  • Первичное негативное предписание в форме: а) «Не делай того-то и того-то, иначе я накажу тебя» или б) «Если ты не сделаешь того-то и того-то, я накажу тебя».
  • Двое или более участников, один из которых выступает «жертвой».
  • Третичное негативное предписание, лишающее жертву возможности покинуть ситуацию.
  • Вторичное предписание, которое даётся на более абстрактном уровне и вступает в конфликт с первичным. Как и первичное предписание, оно подкрепляется угрозой наказания. Вторичное предписание «обычно передаётся ребёнку невербальными средствами. Это могут быть поза, жест, тон голоса, значимое действие, нечто подразумеваемое в словесном комментарии». Оно может противоречить любому элементу первичного предписания. Если попытаться выразить вторичное предписание словами, оно может сообщать нечто вроде: «Не считай, что это я тебя наказываю», «Не подчиняйся моим запретам», «Не думай о том, чего ты не должен делать», «Не сомневайся в моей любви. Мой запрет является или не является её выражением» и т. п. «Возможны также случаи, когда «двойное послание» создаётся не одним индивидом, а двумя, например один из родителей может отрицать на более абстрактном уровне предписания другого».
  • Повторяющийся опыт. Этот критерий относится не к двойному посланию как таковому, а как к объяснению этиологии шизофрении, когда двойное послание является не единичным травматическим переживанием, а повторяющейся в жизненном опыте «жертвы» ситуацией.

Губительность ситуации двойного послания заключается, в частности, в том, что это тупиковая ситуация, из которой невозможно выбраться, и при любой стратегии поведения жертва ситуации не найдёт из неё выхода. Так как двойное послание представляет собой один из основных способов поддержания гомеостаза группы, в которую включена «жертва», любая попытка выбраться из ситуации пытаясь комментировать вслух своё противоречивое положение только ведёт к дальнейшему развитию двойного послания, поскольку возникает угроза гомеостазу. Единственный эффективный путь преодоления ситуации двойного послания — психотерапия. Другой, но ошибочной стратегией совладания с этой ситуацией, своеобразной патовой стратегией выживания в ситуации двойного послания является, по Бейтсону, шизофрения:39 — 40.

Согласно Бейтсону, длительный опыт существования в условиях ситуаций двойного послания способен разрушить метакоммуникативную систему личности то есть систему сообщений по поводу коммуникации: нарушается способность «обмениваться с людьми сигналами, которые сопровождают сообщения и указывают, что имеется в виду», правильно различать буквальное и метафорическое. Человек начинает либо во всяком высказывании подозревать скрытый смысл либо, наоборот, воспринимать всё сказанное буквально, игнорируя невербальные метакоммуникативные сигналы тон, жесты и т. п. Иными словами, у «жертвы» ситуации двойного послания возникают симптомы шизофрении.

Шизофреногенная ситуация двойного послания выявляется во всей окружающей «шизофреника» среде: как в среде семьи, так и в среде психиатрической больницы. По утверждению Бейтсона, господствующая в психиатрических больницах благожелательность существует не ради пациентов, а во благо врача, и, так как в больницах воспроизводится ситуация двойного послания, психиатрическая больница с точки зрения коммуникации не лечит пациента, а лишь усугубляет его состояние:40.

В дальнейшем Бейтсон несколько модифицировал свою концепцию: первоначально рассматривая как «жертву» лишь «шизофреника», впоследствии он пришёл к выводу, что все члены семьи в равной мере являются жертвами ситуации. Как отмечает Бейтсон, «члены патогенной семьи имеют определённое распределение ролей и образуют взаимодействующую и самоподдерживающуюся систему, внутри которой едва ли возможно указать на одного члена как на причину характеристик семьи в целом». Таким образом Бейтсон переходит от психологической, психоаналитически ориентированной модели к кибернетической модели: определяющими становятся свойства системы, а не индивидуальные, межличностные взаимодействия:40 — 42. По Бейтсону, ситуация шизофрении требует не индивидуальной, а системной психотерапии, при которой в центре находится не сам больной, а вся семья:43.

Введение понятия Дабл-байнд («двойной посыл») в «Словарь Проблемы»: 2academy — LiveJournal

В посте Непосильная ноша или Почему мы отказались от социализма? в сообществе Мир Полдня. Возвращение всплыла в комментах тема Дабл-байнда. Пока автор fan_d_or думает, «как правильней её подать в тусовку», тема бурно обсуждается там и, чтобы добро не пропадало, переношу комменты в отдельный пост.

———————— 1 коммент
[…] Основным инструментом для этого (поддержания главной функции государства) был обширный дабл-байнд — внушение членам социума неких убеждений,  […]

————————— 2 коммент
Дабл-байнд — это понятие, заимствованное из НЛП.
В дословном переводе — «двойной посыл».
Суть — во внедрении в психику двух взаимно исключающих императивов — субъект не может сформировать поведение, удовлетворяющее обоим требованиям, что приводит к невротической сшибке и погружению в конфузионный транс.
Главная часть дабл-байнда — это третий императив, запрещающий осознание противоречия и потому стабилизирующий трансовое состояние (разрыв шаблона).

Я употребляю это понятие в слегка расширенном виде — в исходнике ДБ трактуется, как два внушённых посыла. Я же считаю, что роль одного из императивов может играть императив генетический — в остальном всё идентично.

Пример ДБ — навязывание природному гетеросексуалу гомосексуальных стандартов поведения. Природное отвращение к подобной связи весьма сильно — но внедрение в коллективное бессознательное норм допустимости и даже желательности таких способов личностного общения рвёт психику напрочь.

Другой пример: резкий запрет на курение — привычка колоссальная, но субъект оказывается вне закона.

Ювенальная юстиция — покушение на природные императивы и статус-кво в отношениях между семьёй и ребёнком (прежде всего — между ребёнком и матерью).

Проблема копирастии (т.наз. «пиратства») имеет значительную дабл-байндовую компоненту.

Стандарты «свободы» (в западной и восточной интерпретации) — так же откровенно дабл-байндны. Хотя, на каждой стороне — по своему.

Ну, и т.д, и т.п. Добавлю примерчик из фикшена: Лемовское «Возвращение со звёзд»…

——————— 3 коммент
>>Не относится ли все это в равной мере и к капсистеме?

Разумеется, относится.

Но там иная Система — и иные дабл-байнды.

Собственно, сущность межсистемного конфликта состояла во взаимной атаке дабл-байндов — и ДБ западного блока оказались более прочными, чем у восточного.

Но это не означает правоты запада — восточная система рухнула, а западную это ещё ожидает впереди: экономический успех связан с периодом экстенсивного освоения свободных ресурсов спекулятивным путём. Но этот путь зашёл в тупик — и крах системы управляющих дабл-байндов наступает на наших глазах.

Так, что процесс не завершён.

Если взглянуть поглубже — восточная система была грубей и прямолинейней. И, главное — не готовой к изменениям: облом произошёл именно при попытке произвести изменения.
К слову, предыдущая катастрофа также произошла вследствие неготовности к структурным изменениям в управляющем домене — самодержавие подразумевает смену управляющей парадигмы лишь при смене самодержца, а это крайне нединамично.

Западная система изощрённей — она эволюционировала дольше и приобрела бОльшую гибкость за счёт гарантированной периодической сменяемости системы управления. Такая система, конечно, менее эффективна в смысле управления, как такового — удачные варианты тоже дезактивируются. Но это компенсируется большей адаптационной устойчивостью.

ХИНТ: в этом отношении меня сильно впечатлили китайцы — они вовремя ввели в управляющую структуру нужную гибкость: вся руководящая верхушка приводится во власть на заранее известный десятилетний период. То есть, смена управляющей парадигмы заложена в основу Системы!
Это очень важно…

———————— 4 коммент

>> А может дело не столько в ДБ, а в «система была грубей и прямолинейней». Сильнее зависимость от «самодержца» и его качества. При Сталине с ДБ проблем не было.

ДБ начались не со Сталина — сам приход новой силы во власть прикрыт оглушающими ДБ.
ДБ сталинской эпохи только усилили глубину коллективного транса — пост-сталинская эпоха, это эпоха разгребания тех проблем, которые были созданы на предыдущем этапе (состояние социума после ХХ партсъезда — это именно шок, вызванный снятием части ДБ).
Следы тех ДБ ощущаются и поныне — хотя бы в виде нынешней волны некропатриотизма.

А грубость и прямолинейность системы как раз и требует более глубоких ДБ для компенсации

ХИНТ: сказка «Голый король» — это канонический пример коллективного дабл-байнда. Но там не все реальные аффекты описаны — жизнь куда изощрённей.

>> По поводу китайцев соглашусь. Но обратите внимание, дело опять не в ДБ, а в подборе, отборе, выращивании руководящей верхушки.

Вы ещё попробуйте северокорейские дабл-байнды отрицать! 😉

ДБ есть универсальное средство управления социумом — потому дело именно и только в коллективном дабл-байнде.

>> нужна искусственная система отбора кадров

А чем искусственная система отбора кадров будет отличаться от естественной?

>> Ну а ДБ — всего лишь инструмент и далеко не самый важный.

Отрицание важности ДБ есть результат действия ДБ! ;-)))

Концепция дабл-байнда вообще слишком нова и не вошла в коллективное бессознательное, как значимый фактор формирования поведения «электората».

ДБ имеет не социальную, а биологическую природу — а с этологией хомосапа в науке пока крайне плохо ;-(


СО-сообщества: 2 Академия, Марсианский трактор, Мир Полдня, Школа 3.0, ЗОНА СИНГУЛЯРНОСТИ.

жопа есть, а слова нету — LiveJournal

Что-то этот журнал превращается в склад текстов, которые я боюсь потерять, ну да ладно.

Ой ты гой еси красен молодец! Добра девица. Определись, блин, а потом шастай. Да шучу, шучу, плевать всем. И вообще, давайте на вы. Ко мне с уважением надо, потому что веков мне уже ой-ой-ой, а к вам — потому что вы, того, этого, герой. Хи-хи-хи, не могу! Так, извините, это я о своем задумалась.

С чего взяла, что герой? А вот не надо строить из себя невинность. Я вижу, как вы на дверь глазеете. Да-да, на ту, черную, на которой ПЛОДООВОЩ написано. Станет кто-нибудь в здравом уме хотеть за черную дверь, на которой написано ПЛОДООВОЩ? Нет, только если герой. Да вы не тушуйтесь, я же рада, что кто-то собрался. Дверь моему сердцу, конечно, мила, меня б не было без нее. Да, и если бы вашего этого лубочного мира не было, мне тоже было бы не из чего появиться. Я порождение этого самого… как сказать, чтоб вам понятно… о, границы-контакта. Но тут такая штука: из ваших ко мне редко кто заходит, а вот из ихних, из-за двери, постоянно. Прилетают, ухают, хотят чего-то. Еще как в лифте родились, не закрывают за собой никогда, а мне, между прочим, дует. Так что я вас целиком и полностью поддерживаю. Идите и надавайте им там по тентаклям. Задверье от этого, конечно, не пропадет, но хоть сколько-то покоя.

Ну что значит кто я? Я няша, не видно, что ли? Няша-няша-няша. Мррр. Я вам даже помогу. Ну да, за плату, по-другому не бывает. Небольшую. Вот сейчас возьмите меня на ручки, погрейте, а то меня недавно опять продуло. Смелей, смелей, я только кажусь колючей. Это чтобы меня остерегались всякие. Вот так, сейчас, секунду, мне три лапки некуда девать, сейчас пристрою как-нибудь. Вот, отлично, тепло так, мррр…

Что ай? Ну что ай? Вы меня, небось, еще швырнуть хотели. А вот черта с два, пока по телу не разойдется, придется стоять и слушать. Короче, так: если сейчас передумаете и вернетесь в свой мир, там-то вам от яда и смерть. Если тут топтаться, тоже плохо будет. А вот за дверью вы меня еще поблагодарите за укус. Вы там таким бойцом будете — ух! Никакие клювы вас не заклюют. Ой, да не придирайтесь, метафора это, метафора. Вы ж не подумали, что там и тентакли есть? Просто про тентакли, границу-контакт и в лифте родившихся у вас в голове записано, а вот чтобы про задверье рассказать — тут вообще опереться не на что. Так, чувствую, мышцы у вас отпускает. Вот, сейчас я на землю сползу, как раз и пойдете в свой поход.

Минута? Да, еще минута у нас есть. Что в награду? А я знаю? Ну да, ваши сказки, конечно, говорят, что всегда должно быть что-то в награду. Обычно жену дают, но вам вроде без надобности жена, особенно которую дают. Но могут и что-то очень полезное выдать. Или приятное. Или будете рады, что выбрались живьем и целиком. Или получите что-то такое, о чем сейчас и мечтать не можете. В прямом смысле не можете. Например, станете няшей.

Ну, бывайте. Будете возвращаться — прихватите для меня ПЛОДООВОЩ. В сказках, конечно, к бабе-яге в лиминальную зону путник не возвращается, но вдруг?..

Двойные узлы повседневной жизни

При просмотре нового фильма Норы Бейтсон о работе ее знаменитого отца Экология разума я вспомнил о концепции двойной связи — идее, которая была центральной в семейной терапии с момента ее зарождения. дней. Первоначально двойная привязка относилась к беспроигрышному общению, которое Грегори Бейтсон и его коллеги считали одним из факторов, способствующих шизофрении. Одним из примеров общения с двойным связыванием является то, что мать передает своему ребенку сообщение: «Будьте спонтанными.»Если ребенок затем действует спонтанно, он не действует спонтанно, потому что следует указаниям своей матери. Это безвыходная ситуация для ребенка. Если ребенок подвергается такого рода общению в течение длительного периода времени, это легко чтобы увидеть, как он мог запутаться.

История дзен — хорошая иллюстрация двойного переплета, а также уникального решения. Мастер дзэн говорит своим ученикам: «Если вы скажете, что эта палка настоящая, я побью вас. Если вы скажете, что эта палка не настоящая, я побью вас».Если ничего не скажешь, я тебя побью ». Кажется, выхода нет. Один ученик, однако, нашел решение, изменив уровень общения. Он подошел к учителю, схватил палку и сломал ее.

Двойная связь применима не только к психологии и учениям дзэн. Это также актуально для двух ситуаций в современном мире: глобальной двойной привязки и социальной двойной привязки. Глобальная двойная связь такова: с одной стороны, мы хотим сохранить нашу естественную среду обитания. С другой стороны, все, что мы делаем для развития нашей экономики и сохранения уровня жизни, нарушает природную среду и наши отношения с ней.Бейтсон предполагает, что мы должны повысить уровень своего сознания и научиться мыслить по-новому, чтобы избежать двойной экологической привязки. Как сказал Эйнштейн: «Никакая проблема не может быть решена на том же уровне сознания, который ее создал». Подобно монаху из дзенской истории, мы должны поднять свое мышление на новый уровень и принять меры для предотвращения экологической катастрофы.

Социальная двойная связь выражена в Экология разума губернатором Калифорнии Джерри Брауном, который говорит, что теперь мы находимся в ситуации социального неравенства.Предлагаемое решение — рост экономики. Однако результатом роста экономики является усиление неравенства: богатые становятся богаче, а бедные — беднее. Каким-то образом мы должны вырваться из уровня сознания, содержащего это противоречие. Бейтсон утверждает, что мы должны подвергнуть сомнению авторитет и основные стереотипы мышления, чтобы вывести себя из этой патологической ситуации. Хотя ее фильм появился еще до протестов на Уолл-стрит, попытки этих активистов привлечь внимание к проблеме двойных социальных связей представляют собой важный первый шаг на пути к более здоровому обществу.Переходя от слов к делу, протестующие проливают свет на противоречия в образе мышления нашего общества.

Грегори Бейтсон считал, что человеческие существа действуют разрушительным образом для хрупких экологических систем, потому что мы не видим взаимозависимости между природными системами и нашей собственной жизнью. То же самое верно и в отношении того, почему мы действуем деструктивно по отношению к другим людям.

Авторские права © Мэрилин Ведж, доктор философии.

Мужчины: 44, Женщины: 0 | Скрытый мозг: NPR

Наша культура давно ожидала, что женщины будут добрыми, а лидеры — авторитетными.Так что же делать женщине-руководителю, когда она противостоит этим противоречивым стереотипам? Гэри Уотерс / Getty Images / Ikon Images скрыть подпись

переключить подпись Гэри Уотерс / Getty Images / Ikon Images

Наша культура давно ожидала, что женщины будут добрыми, а лидеры — авторитетными.Так что же делать женщине-руководителю, когда она противостоит этим противоречивым стереотипам?

Гэри Уотерс / Getty Images / Ikon Images

Женщины составляют менее 1 из 5 членов Конгресса. В компаниях из списка Fortune 500 менее 1 из 20 генеральных директоров — женщины. И если вы посмотрите на всех президентов Соединенных Штатов через Барака Обаму, каковы шансы, что 44 президента будут мужчинами?

Если бы у мужчин и женщин были равные шансы в Белом доме, вероятность того, что это произойдет случайно, составляет примерно 1 к 18 триллионам.

Чем объясняется нехватка женщин на высших руководящих должностях? Это предвзятость, отсутствие образцов для подражания, клуб стариков? Конечно. Но дело обстоит еще глубже. Исследования показывают, что американские женщины оказались в ловушке парадокса, глубоко укоренившегося в нашей культуре.

«Это действительно очень тонкая грань между землеройкой с одной стороны и марионеткой с другой, по которой должна идти любая женщина в общественной жизни», — говорит бывший сенатор США Кэрол Мозли Браун, демократ из Иллинойса.

Когда Мозли Браун был избран в U.С. Сената в 1992 году она добилась мощного первого. Она была первой женщиной-сенатором афроамериканского происхождения. И в своей гонке за посты она предполагала, что расизм будет более серьезным препятствием, чем гендерная предвзятость. Но она говорит, что это не так.

«Я думаю, что в некоторых отношениях гендерные предубеждения более глубоки и важны для нашей культуры, чем даже расовые, и это было для меня неожиданностью».

Один момент, в частности, все еще остается с ней, более чем 20 лет спустя.

«В одной из газет штата была карикатура, на которой я была марионеткой, с рукой моего руководителя кампании в моем платье», — говорит она. «И мысль о том, что я был марионеткой этого парня, который руководил моей кампанией, меня шокировала».

Но вскоре после того, как Браун выиграла гонку, она сказала, что столкнулась со второй ловушкой. Однажды она выступила в сенате со страстной просьбой. Но, по ее словам, все ее коллеги слышали, что это была пронзительная чернокожая женщина.

Ее опыт описан исследователями как «двойная связь» — набор допущений, которые соответствуют нашим неявным предположениям о мужчинах, женщинах и лидерстве.

«Женская гендерная роль основана на стереотипе, что женщины милые, добрые и отзывчивые», — говорит социальный психолог Элис Игли. В отличие от этого, по ее словам, «в роли лидера ожидается, что каждый будет брать на себя ответственность, а иногда, по крайней мере, демонстрировать твердость, принимать жесткие решения, быть очень настойчивым в продвижении организации, иногда увольнять людей по делу и т.

Так что же делать женщине? Будьте милыми, добрыми и дружелюбными, как того требуют наши гендерные стереотипы в отношении женщин? Или быть жестким и решительным, как того требуют наши стереотипы о лидерстве? Быть одним из них — быть милым, но слабым.Быть другим — значит выглядеть компетентным, но неприятным.

Конни Морелла 16 лет проработала конгрессменом-республиканцем от Мэриленда. Как и демократ Браун, она говорит, что временами ей было трудно быть услышанной.

«В комнате для комитета, когда я не был председателем комитета, я отвечал на вопрос или комментировал проблему, [и] они говорили:« Спасибо, Конни, это было здорово ». А чуть позже конгрессмен Смит сказал бы то же самое, и это было: «О, конгрессмен Смит… это было потрясающе, пусть запись покажет … »и я думал:« Боже, я только что сказал это ». «

Как мы можем с научной достоверностью определить, были ли такие женщины, как Морелла и Кэрол Браун, жертвами предвзятости? Когда мы смотрим на женщину-лидера, которая кажется некомпетентной или пронзительной, как мы узнаем, видим ли мы реальность или просто смотреть на мир через призму наших собственных подсознательных предубеждений?

Вот где появляются такие исследователи, как Мэдлин Хейлман. Она профессор психологии Нью-Йоркского университета, специализирующаяся на гендерных стереотипах и предубеждениях, особенно когда речь идет о лидерстве.В одном исследовании Хейлман попросил добровольцев оценить влиятельного менеджера, приходящего в компанию. Иногда волонтерам говорят, что менеджер — мужчина, а иногда говорят, что это женщина.

«Когда человек был представлен как человек с высокими полномочиями, который был очень амбициозен, мы обнаружили, что этот человек выглядел гораздо более неприятным, когда это была женщина, чем когда это был мужчина», — говорит она.

В этих исследованиях влиятельные мужчины и женщины-менеджеры описываются одинаково, вплоть до букв.Единственная разница в том, что один считается мужчиной, а другой — женщиной.

Хейлман говорит, что двойная связь возникает из-за того, что наш разум пытается согласовать наши стереотипы о мужчинах и женщинах с нашими стереотипами о лидерстве.

«У нас есть представления об этих должностях и должностях, а также о том, что требуется для их успешного выполнения, и между тем, как мы видим женщин, и тем, что требуется на этих должностях, нет согласия», — говорит она.

Предубеждения, которые описывает Хейлман, принадлежат не только мужчинам.Их поддерживают представители обоих полов, что объясняет, почему многие женщины-лидеры сталкиваются с насмешками и подозрительностью со стороны мужчин и женщин.

«У нас очень сильные чувства по поводу того, какие мужчины и женщины, и это приводит к этой неприязни, когда они переходят черту, когда они ступают там, где им не положено».

Хорошая новость, говорит психолог Игли, в том, что взгляды на нашу культуру постоянно меняются. И это включает в себя наши взгляды на женщин, мужчин и значение лидерства — будь то на выборной должности или на рабочем месте.

Поправка: в более ранней версии этой истории неверно говорилось, что Кэрол Мозли Браун была первым афроамериканским сенатором США. Фактически она была первой женщиной-сенатором афроамериканского происхождения. Исправлена ​​исходная версия эпизода подкаста с такой же ошибкой.

Подкаст «Скрытый мозг» ведется Шанкаром Ведантамом и продюсерами Мэгги Пенман, Дженнифер Шмидт и Рене Клар. Наш продюсер-супервайзер — Тара Бойл.Вы также можете подписаться на нас в Twitter @hiddenbrain и каждую неделю слушать рассказы о Hidden Brain на местной общественной радиостанции.

Взаимодействие с двойной связью | Психология Вики

Оценка | Биопсихология | Сравнительный | Познавательная | Развивающий | Язык | Индивидуальные различия | Личность | Философия | Социальные |
Методы | Статистика | Клиническая | Образовательная | Промышленное | Профессиональные товары | Мировая психология |

Клинический: Подходы · Групповая терапия · Техники · Типы проблем · Области специализации · Таксономии · Терапевтические вопросы · Способы доставки · Проект перевода модели · Личный опыт ·


Эта статья требует внимания психолога / академического эксперта по предмету .
Пожалуйста, помогите нанять одного или улучшите эту страницу самостоятельно, если у вас есть квалификация.
Этот баннер появляется на слабых статьях, к содержанию которых следует подходить с академической осторожностью.

.

Тип эксперимента см. Двойной слепой.

Двойное связывание — это дилемма в общении, при которой человек (или группа) получает два или более конфликтующих сообщения, причем одно сообщение отрицает другое; ситуация, в которой успешный ответ на одно сообщение означает неудачный ответ на другое, и наоборот, так что человек автоматически ошибается независимо от ответа.И человек не может ни прокомментировать конфликт, ни разрешить его, ни выйти из ситуации.
Двойная привязка обычно включает разные уровни абстракции в порядке сообщений, и эти сообщения могут быть сформулированы или неявно выражены в контексте ситуации или переданы тоном голоса или языком тела. Дальнейшие осложнения возникают, когда частые двойные привязки являются частью продолжающихся отношений, которым привержен человек или группа. [1] [2]

Теория двойной связи более четко понимается в контексте сложных систем и кибернетики, потому что и человеческое общение, и разум функционируют аналогично экосистемам.Бэйл, Л. 1995, Грегори Бейтсон, Кибернетика и социальные / поведенческие науки Теория сложных систем помогает нам понять взаимозависимость частей сообщения и обеспечивает «упорядочение того, что для ньютоновцев выглядит хаосом». [3]

Термин «двойная связь» впервые был использован антропологом Грегори Бейтсоном и его коллегами в их дискуссиях о сложности общения в связи с шизофренией. Но Бейтсон ясно дал понять, что такие сложности существуют и в обычных обстоятельствах, особенно в «игре, юморе, поэзии, ритуалах и художественной литературе» (см. «Логические типы»).Их результаты показали, что путаница в общении, часто диагностируемая как шизофрения, не обязательно является результатом органической дисфункции мозга. Вместо этого они обнаружили, что деструктивные двойные привязки были частым паттерном общения между семьями пациентов, и предположили, что взросление среди постоянных двойных привязок может привести к усвоенным паттернам путаницы в мышлении и общении. (Среди коллег Бейтсона были Дон Д. Джексон, Джей Хейли и Джон Х. Уикленд),

Сложность в общении [править | править источник]

Человеческое общение сложно, 90% невербального общения (см. Альберт Мехрабиан , и контекст является его неотъемлемой частью.Коммуникация состоит из сказанных слов и того, как они соотносятся с тем, что было сказано в прошлом, что не сказано, но подразумевается, и как они видоизменяются невербальными сигналами, окружающей средой, в которой это сказано, и так далее.
Например, если кто-то говорит: «Я люблю тебя», следует учитывать, кто это говорит, тон его голоса и язык тела, а также контекст, в котором это сказано. (Является ли это декларацией страсти или безмятежным подтверждением, публичным или частным, неискренним и манипулятивным, звучит ли это так, как будто они говорят: «Пожалуйста, передайте соль», или они говорят это в шутку, даже если они раздражены у вас?)

Конфликты в общении — обычное дело, и мы часто спрашиваем: «Что вы имеете в виду?» или попросите разъяснений другими способами.Это называется метакоммуникацией — общением о коммуникации. Но иногда попросить разъяснений невозможно. Коммуникационные трудности обычны в повседневной жизни и чаще всего возникают, когда системы метакоммуникации и обратной связи отсутствуют, неадекватны или нет времени.

Двойное связывание может быть чрезвычайно стрессовым и стать разрушительным, когда человек попадает в ловушку дилеммы и наказывается за поиск выхода, но поиск правильного выхода из ловушки может привести к эмоциональному росту.

Классический пример отрицательного двойного связывания — это когда мать говорит своему ребенку, что любит его, и в то же время с отвращением отворачивается. [4] Ребенок не знает, как реагировать на конфликт между словами или языком тела, и, поскольку его основные потребности зависят от матери, он находится в затруднительном положении. Маленьким детям особенно трудно сформулировать противоречия вербально, и они не могут игнорировать их или разорвать отношения.

Другой пример — когда человеку велят «быть спонтанным». Сама команда противоречит спонтанности, но становится двойной связью только тогда, когда нельзя игнорировать команду или прокомментировать противоречие.

Часто противоречие в общении не очевидно для посторонних, не знакомых с предыдущими сообщениями. Приемлемое выражается устно, а неприемлемое — невербально.

Но Бейтсон также описал позитивные двойные связывания, как в отношении дзен-буддизма с его путями духовного роста, так и использование терапевтического двойного связывания психиатрами, чтобы противостоять своим пациентам противоречиям в их жизни таким образом, чтобы они могли им помочь. лечить.Один из консультантов Бейтсона, Милтон Х. Эриксон (5 томов под редакцией Росси) продемонстрировал на своей собственной жизни необыкновенные и положительные возможности двойных переплетов, ярко осветив эту технику.

Двойную связь часто неправильно понимают как простую противоречивую ситуацию, когда жертва оказывается в ловушке двух противоречащих друг другу требований. Хотя верно, что в основе двойной связи лежат два противоречащих друг другу требования, разница заключается в том, как они навязываются жертве, как жертва понимает ситуацию и кто (или что) предъявляет эти требования к жертве. .В отличие от обычной безвыходной ситуации, жертва в значительной степени не осознает точную природу парадоксальной ситуации, в которой находится. Противоречие может быть совершенно невидимым в непосредственном контексте, в котором оно возникает (и, следовательно, невидимым для внешних наблюдателей). . Это становится очевидным только при рассмотрении более широкого контекста. Обычно требование предъявляется к жертве кем-то, кого она уважает (родителем, учителем или врачом), но само требование по своей сути невозможно выполнить, потому что это запрещено в более широком контексте.Бейтсон и его коллеги определили двойную привязку следующим образом: [1] (перефразировано):

  1. Ситуация затрагивает двух или более человек, один из которых для целей определения обозначен как «жертва». Остальные — это люди, которые в некотором роде находятся на выше позиции по отношению к жертве: авторитетная фигура, такая как родитель, которого жертва уважает.
  2. Повторный опыт. Двойная связь — повторяющаяся тема в опыте жертвы, и как таковая не может быть решена как единичный травмирующий опыт.
  3. Основной судебный запрет налагается на потерпевшего другим лицом в одной из двух форм: (а) Сделайте «Х», или я накажу вас. (б) Не делайте «Х», иначе я тебя накажу. Предполагается, что наказанием будет либо отказ от любви, выражение ненависти и гнева, либо оставление, являющееся результатом выражения крайней беспомощности авторитетной фигурой.
  4. Вторичный запрет налагается на потерпевшего, который конфликтует с первым на более высоком и более абстрактном уровне.Например: «Делай то, что я тебе сказал, но делай это только потому, что хочешь». Это предписание не обязательно выражать устно.
  5. При необходимости, жертвам налагается третейский судебный запрет , чтобы помешать им избежать дилеммы.
  6. Наконец, Бейтсон заявляет, что полный список предыдущих требований может быть ненужным — в том случае, если жертва уже просматривает свой мир в шаблонах двойной привязки. Бейтсон дает общие характеристики таких отношений:
    1. Когда жертва вовлечена в интенсивные отношения; то есть отношения, в которых он чувствует жизненно важно, чтобы он точно различал, какого рода сообщение передается, чтобы он мог ответить соответствующим образом;
    2. И жертва попадает в ситуацию, в которой другой человек в отношениях выражает два порядка сообщения, и один из них отрицает другой;
    3. Кроме того, жертва не может комментировать передаваемые сообщения, чтобы исправить свое различение порядка сообщений, на которые следует отвечать: i.е., он не может сделать метакоммуникативное заявление.

Таким образом, суть двойного связывания состоит в двух конфликтующих требованиях, каждое по на разном логическом уровне , ни одно из которых нельзя игнорировать или избежать, что оставляет жертву разорванной в обоих направлениях, так что в зависимости от того, какое требование они попытайтесь удовлетворить, другое требование не может быть выполнено. «Я должен это сделать, но не могу» — типичное описание опыта двойной привязки.

Чтобы двойная привязка была эффективной, жертва не видит, что требование, предъявляемое к ней первичным судебным запретом, находится в прямом конфликте с вторичным судебным запретом.В этом смысле двойная привязка отличается — от простого противоречия до более невыразимого внутреннего конфликта, когда жертва энергично хочет, чтобы выполнил требования первичного предписания, но каждый раз терпит неудачу, потому что жертва не видит, что ситуация полностью несовместима с требованиями вторичного судебного запрета. Таким образом, жертвы могут выражать чувство крайней тревоги в такой ситуации, когда они пытаются выполнить требования первичного предписания, но сталкиваются с очевидными противоречиями в своих действиях.

Двойная привязка изначально была представлена ​​как ситуация, которая могла бы привести к шизофрении, если бы ее применяли к маленьким детям или просто к детям с нестабильным и слабым характером. Создание ситуации, при которой жертва не может сделать никаких комментариев или «метакоммуникативных заявлений» о своей дилемме, теоретически усугубит их состояние психической тревожности. Сегодня это более важно как пример подхода Бейтсона к сложностям общения.

Одно из решений двойного связывания состоит в том, чтобы поместить проблему в еще более широкий контекст, состояние, которое Бейтсон определил как Обучение III, шаг вперед по сравнению с Обучением II, которое требует только выученных реакций на ситуации вознаграждения / последствий.В «Обучении III» двойная привязка контекстуализируется и понимается как невозможный, безвыигрышный сценарий. Бейтсон утверждал, что в случае шизофреника двойная связь проявляется постоянно и обычно в семейном контексте. К тому времени, когда ребенок становится достаточно взрослым, чтобы идентифицировать ситуацию двойной привязки, она уже усвоена, и ребенок не может противостоять ей. Решение, таким образом, состоит в том, чтобы избежать противоречивых логических требований двойной связи в мире бредовой системы.

По словам философа и теолога Алана Уоттса, двойная привязка долгое время использовалась в дзен-буддизме в качестве терапевтического инструмента. Дзен-Мастер целенаправленно налагает двойную связь на своих учеников (с помощью различных «искусных средств», называемых упая ) в надежде, что они достигнут просветления ( сатори ). Одна из наиболее известных техник, используемых Мастерами Дзэн (особенно школы Риндзай), называется коан , , в котором мастер задает своим ученикам вопрос и инструктирует их направить всю свою умственную энергию на поиск ответа на него. Это.В качестве примера коана студента можно попросить показать мастеру свое подлинное «я»: «Покажи мне, кто ты на самом деле». По словам Уоттса, ученик со временем поймет, что он ничего не может сделать, а также ничего не может сделать, чтобы представить свое истинное «я», и, таким образом, он действительно изучает буддийскую концепцию анатмана (не-я) через сокращение абсурд.

  • Мать говорит своему сыну: «Ты должен любить меня».
Основным предписанием здесь является сама команда; вторичный запрет — это невысказанное требование, чтобы ребенок искренне, по собственному желанию любил мать.
  • Дзен-коан: «Будь искренним» или «Кто ты?»
Уоттс утверждает, что это основная тема всех дзэн-коанов, идея здесь состоит в том, чтобы представить роси (мастеру) свое истинное «я». Чем больше ученик пытается, тем он фальшивее, и даже отказ от попыток — это просто еще одна версия попытки.
Свобода — это способность быть спонтанной и делать все, что вы хотите; Если вам говорят, что вы, , должны сделать это, это означает, что вы подчиняетесь заповеди, согласно которой приказывает вам, , выражать состояние свободы.(Ярким примером этого является лозунг штата Нью-Гэмпшир «Живи бесплатно или умри», который также относится к сфере выбора Хобсона).
  • Мать сыну: «Покажи родным, как ты играешь».
Детские игры — это спонтанный процесс, которым ребенок занимается самостоятельно; быть заставил играть не играть. Это очень похоже на двойную привязку: «Ты должен быть свободен».
  • Растлитель малолетних: «Вы должны были сбежать от меня в предыдущем случае, теперь уже слишком поздно — потому что теперь никто не поверит вам, что вы не согласились на то, что я сделал с вами» в то время как в то же время предотвращение любой из предыдущих попыток ребенка сбежать различными способами.
  • «Вы должны любить играть с детьми, как и другие отцы»
То же, что и двойная связь между матерью и сыном.

Теория двойной связи Грегори Бейтсона очень сложна и проверена лишь частично; в имеющихся психологических и экспериментальных данных, необходимых для установления причинной связи, есть пробелы. Текущие субъективные оценки людей, которым предстоит принять серьезное решение, столкнувшись с противоречивыми сообщениями, отражают чувство тревоги.Утверждается, что, если теория двойной связи действительно должна опровергнуть результаты, указывающие на генетическую основу шизофрении, необходимы более всесторонние психологические и экспериментальные исследования с разными типами семьи и в различных семейных контекстах. [5] Современное понимание шизофрении принимает во внимание сложное взаимодействие генетических, неврологических, а также эмоциональных факторов стресса, включая семейное взаимодействие.

Нейролингвистическое программирование [править | править источник]

В области нейролингвистического программирования также используется выражение «двойная связь».Гриндер и Бэндлер (оба имели личный контакт с Бейтсоном) утверждали, что сообщение может быть составлено из нескольких сообщений, в результате чего получателю сообщения создается впечатление выбора, даже если оба варианта имеют одинаковый результат на более высоком уровне намерение. В терминологии НЛП это называется «двойной привязкой». [6] Применяется как в продажах, так и в терапии. Продавец может спросить: «Вы хотите платить наличными или кредитной картой?» Оба исхода предполагают, что человек совершит покупку, тогда как третий вариант — отказ от покупки — намеренно исключен из списка возможных вариантов.Собственно говоря, «наличными или кредитной картой»? не является двойным переплетом, потому что здесь нет противоречия.

Если продавец продавал книгу о пороках коммерции, то это могло быть «истинное» двойное связывание, но только в том случае, если покупатель уже считал коммерцию злом и чувствовал себя обязанным или обязанным купить книгу.

  1. 1.0 1.1 Бейтсон, Дж., Джексон, Д. Д., Хейли, Дж. И Уикленд, Дж., 1956, К теории шизофрении. (в: «Поведенческая наука», том 1, 251-264)
  2. Бейтсон, Грегори (1972). Шаги к экологии разума: сборник очерков по антропологии, психиатрии, эволюции и эпистемологии , University Of Chicago Press.
  3. ↑ Шаги к экологии разума: Сборник очерков по антропологии, психиатрии, эволюции и эпистемологии
  4. ↑ Koopmans, Mathijs. http://www.goertzel.org/dynapsyc/1997/Koopmans.html] Шизофрения и семья: пересмотр теории двойной связи 1997.
  5. ↑ includeonly> Koopmans, Mathijs. «Шизофрения и семья: пересмотр теории двойной связи», 1997.
  6. ↑ Bandler, R., Grinder, J. (1981) Reframing: Neuro-Linguistic Programming and the Transformation of Meaning Real People Press. ISBN 0911226257

Божьялян, Крис: 9781400031665: Amazon.com: Книги

Пролог

Лорел Эстабрук чуть не изнасиловали осенью на втором курсе колледжа. Вполне вероятно, что той осенью ее чуть не убили.Это не было катастрофой изнасилования на свидании с красивым парнем из студенческого общества UVM после того, как они оба провели слишком много времени, флиртуя возле выпуклой стали пивного бочонка; это была одна из тех жестоких, зловещих атак с участием мужчин в масках — да, мужчин, во множественном числе, и на самом деле они были в шерстяных лыжных масках, которые закрывали все, кроме их глаз и рычащей трещины во рту, — что, как можно предположить, случается только с другими женщинами в далекие государства. Жертвам, чьи лица появляются в утренних программах новостей, и чьи опустошенные, навсегда потерпевшие крушение матери дают интервью поразительно красивые телеведущие.

Она ехала на велосипеде по лесистой грунтовой дороге в двадцати милях к северо-востоку от колледжа в городке с зловещим и идиотским названием: Андерхилл. Честно говоря, девушка не считала имя Underhill угрожающим до того, как на нее напали. Но она также не вернулась туда по какой-либо причине после нападения. Было где-то около шести тридцать, воскресный вечер, и это было третье воскресенье подряд, когда она запихнула свой хорошо поехавший горный велосипед в кузов универсала своей соседки по комнате Талии и поехала в Андерхилл, чтобы проехать много миль. по лесным дорогам, петляющим через близлежащий лес.В то время она поразила ее своей красотой: сказочный лес больше Льюиса, чем Гримма, клены еще не цвета бордового. Это был новый рост, клубок клена, дуба и ясеня в третьем поколении, остатки каменных стен все еще виднелись в подлеске недалеко от тропинок. Это не было ничего похожего на пригород Лонг-Айленда, где она выросла, мир дорогих домов с ухоженными лужайками всего в нескольких кварталах от длинной неоновой полосы ресторанов быстрого питания, дилеров иномарок и клиник для похудания в торговых центрах.

После нападения, конечно, ее воспоминания об этом участке леса Вермонта изменились, так же как название соседнего города приобрело другой, более мрачный резонанс. Позже, когда она вспоминала те дороги и холмы — некоторые из них казались слишком крутыми для езды на велосипеде, но на велосипеде по ним она все же вспоминала — она ​​думала, что вместо колеи от стиральной доски, которые трясли ее тело, и ее непреодолимое чувство, что большой навес из листьев защищает слишком много места и сделало лес слишком густым, чтобы быть красивым. Иногда, даже много лет спустя, когда она пыталась пробиться ко сну сквозь порывы бодрствования, она видела этот лес после того, как опали листья, и визуализировала только длинные пальцы скелетов березы.

К шести тридцать вечера солнце почти село, и воздух стал влажным и холодным. Но она не беспокоилась о темноте, потому что она припарковала фургон подруги на гравийной дороге рядом с асфальтированной дорогой, которая находилась не более чем в трех милях от нее. Рядом с отъездом стоял дом с единственным окном над пристроенным гаражом, облик Циклопа из черепицы и стекла. Она будет там через десять или пятнадцать минут, и пока она ехала, она слышала глухой свист ветра на деревьях.На ней были черные велосипедные шорты и футболка с изображением желтой бутылки текилы, которая выглядела фосфоресцирующей, напечатанной спереди. Она не чувствовала себя особенно уязвимой. Во всяком случае, она чувствовала себя гибкой, атлетичной и сильной. Ей было девятнадцать.

Затем мимо нее проехал коричневый фургон. Не минивэн, а настоящий фургон. Фургон, который безобиден, наполнен водопроводом и электричеством, а когда небезобиден, набит извращенным снаряжением серийных насильников и жестоких убийц.Единственными его окнами были небольшие иллюминаторы высоко над задними шинами, и, когда он проезжал мимо, она заметила, что окно со стороны пассажира было занавешено черной тканью. Когда фургон с внезапным визгом остановился в сорока ярдах впереди нее, она знала достаточно, чтобы испугаться. Как она могла этого не делать? Она выросла на Лонг-Айленде — когда-то болото динозавров на краю возвышающегося горного хребта, теперь гигантская песчаная коса в форме лосося — почти сверхъестественно странная чашка Петри, породившая Джоэла Рифкина (серийного убийцу семнадцати женщин) , Колин Фергюсон (бойня LIRR), Шерил Пирсон (устроила так, чтобы ее одноклассница убила ее отца), Ричард Анджело (Ангел смерти из больницы доброго самаритянина), Роберт Голуб (изувечил тринадцатилетнего соседа), Джордж Уилсон (выстрелил в Джея Гэтсби, когда он бесцельно плыл в бассейне), Джона Эспозито (заключил десятилетнюю девочку в темницу) и Рональда Дефео (убил свою семью в Амитивилле).

По правде говоря, даже если бы она не выросла в Вест-Эгге, она знала бы достаточно, чтобы испугаться, когда фургон остановился на пустынной дороге прямо перед ней. Любая молодая женщина почувствовала бы, как волосы у нее на шее встают дыбом. К сожалению, фургон остановился так внезапно, что она не могла развернуться, потому что дорога была узкой, и она использовала систему педалей без зажима, когда ехала: это означало, что она была связана металлической шипом на подошве каждого велосипеда обувь к ее педалям.Ей нужно было освободить ноги, остановиться и опустить носок, чтобы повернуться, когда она повернула велосипед на 180 градусов. И прежде чем она успела это сделать, выскочили двое мужчин, один с водительской стороны, а другой со стороны пассажира, и у них обоих были эти устрашающие маски, закрывающие их лица: действительно очень плохой знак в конце сентября, даже в искусственной тундре. северный Вермонт.

И вот с отчаянным всплеском адреналина она попыталась проехать мимо них. У нее не было молитвы.Один из них схватил ее за плечи, когда она пыталась проехать мимо, в то время как другой поднимал ее (и ее велосипед) с земли за талию. По сути, они атаковали ее, как если бы она была беглецом, и они были парой линейных защитников, которые достигли ее на заднем поле. Она кричала — пронзительно, по-девичьи, отчаянные крики, которые передавали как ее уязвимость, так и ее молодость, — в то же время часть ее разума аналитически сосредоточилась на том, что могло быть самой важной чертой ее затруднительного положения: она все еще была заблокирована туфлями к своему байку, и ей пришлось оставаться такой любой ценой, крепко держась за руль.Одно это могло бы уберечь ее от картонных коробок из-под молока Вермонта и первых полос газет Вермонта. Почему? Потому что она понимала, что не сможет одолеть нападавших — даже ее волосы были длинными и тонкими — но если они не могли вытащить ее из велосипеда, было бы гораздо труднее увезти ее в глухой лес или бросить в задняя часть их фургона.

В какой-то момент более мускулистый из двоих головорез, пахший спортзалом — не зловонным, не потным, а металлическим, как гиря, — попытался ударить ее по лицу, но она, должно быть, уклонилась, потому что он ударил ударил кулаком по краю шлема и выругался.Его глаза под маской смотрели на ледяную серость ноябрьского неба, и на каждом запястье она увидела моток колючей проволоки, вытатуированный наподобие браслета. Он крикнул своему партнеру — у которого тоже была татуировка, череп с невероятными ушами (острые уши, волчий) и длинные струйки дыма, поднимавшиеся между клыками во рту, — чтобы он опустил этот чертов байк так он мог оторвать ее ногу от шипа. Вкратце, она подумала о том, чтобы сама отпустить ногу, чтобы ударить его твердым концом велосипедной обуви.Но она этого не сделала. Слава Богу. Она держала ногу прямо, металлический зажим в подошве плотно вошел в педаль. Он попытался дернуть ее за лодыжку, но ничего не знал о шипах и поэтому не знал точно, как повернуть ее ногу. Разочарованный, он пригрозил сломать ей лодыжку, в то время как его партнер начал пытаться вырвать ее большой палец и пальцы из руля. Но она держалась, все время продолжая кричать с убеждением, что она кричала о своей жизни — что, очевидно, так и было.

Между тем они назвали ее пиздой. В промежутке времени — не минут, но, может быть, — они называли ее пиздой, пиздой, пиздой, порезом. Гребаная пизда. Глупая пизда. Дразнящая пизда. Рыбная пизда. Пизда шлюшки. Мертвая пизда. Ты мертвая пизда. Никакого глагола. Даже эти слова были резкими, хотя изначально три звучали для нее меньше о ненависти, гневе и насмешках: эти слова были произнесены (не выкрикнуты) с ухмылкой худым из пары, внутренняя шутка между ними двумя, и только после того, как он повторил их, она поняла, что слышит не три слова, а два.Это было выдуманное название бренда, существительное, аромат за ее счет. Он довел ее влагалище до аперитива, ошибочно полагая, что теперь она могла быть хоть немного влажной до полового акта. Рывок ликеров . Это была шутка. Понял, понял? Не лизать ее киску. Французский ликер. Но шутка не вызвала у его партнерши ничего, никакой реакции, потому что речь шла только о его непостижимой ненависти к ней. Что терапевты называют моментом возбуждения? Насколько Лорел знала, это придет к нему в момент ее смерти.В тот момент, когда они ее убили.

В конце концов, они бросили ее и ее велосипед на землю. На долю секунды она подумала, что они сдались. Они этого не сделали. Они начали тащить ее за велосипедные шины, как будто она и велосипед были единым существом, мертвым оленем, которого они тащили за ноги из леса. Они тащили ее к фургону, ее правый локоть и колено царапали по грунтовой дороге, намереваясь бросить ее — велосипед и все такое — в спину.

Но они не смогли, и это тоже, вероятно, причина, по которой она выжила.У них было так много спортивного оборудования, втиснутого в заднюю часть автомобиля, что они не могли поместить ее внутрь, пока она была прикреплена к велосипеду. Когда ее поднимали, она заметила гири в форме диска, скамейки и металлические перекладины, а также то, что выглядело как вертикальные компоненты машины «Наутилус». И поэтому они бросили ее обратно на твердую землю, пока они освободили место для нее в фургоне, сломав ключицу и оставив синяк на левой груди, который не заживал полностью в течение нескольких месяцев. Она почувствовала резкую боль, настолько сильную, что ее сразу же тошнило, и только адреналин удерживал ее от рвоты.Тем не менее, она продолжала хвататься за руль велосипеда и прижимать ноги к его педалям. Один из мужчин рявкнул на нее, чтобы она не шевелилась, что по ряду причин было недопустимым вариантом: она не собиралась отпускать велосипед, а со сломанной ключицей было очень маловероятно, что она могла бы смогла освободить ноги, встать и уехать менее чем за полчаса.

Как долго она так пролежала? Десять секунд? Пятнадцать? Наверное, не прошло и полминуты.Нападавшие раньше нее увидели других велосипедистов. По дороге к ним приближались трое энергичных байкеров, которые, как выяснилось, были мужчинами-юристами из Андерхилла, направлявшимися домой после целого дня семидесятипятимильного путешествия в долину Безумной реки и обратно. Они ехали на шоссейных велосипедах, и когда они услышали крик Лорел, они поднялись на педали и помчались к фургону. Это была редкость в наши дни. Но какой у них был выбор? Оставить ее на похищение или убийство? Как вообще мог это сделать? Итак, они поехали вперед, двое мужчин вбежали в переднюю кабину и захлопнули двери.Она думала, что они уедут. Они бы это сделали, но не сразу. Сначала они развернули фургон задним ходом, пытаясь сбить ее и убить. Оставь ее умирать. Но, к счастью, она не шла прямо за машиной. Они уронили ее достаточно далеко в сторону, чтобы она могла даже зацепиться за ногу или полторы ступни, которые ей были необходимы для спасения своей жизни. Они подбежали, повредили оба велосипедных колеса и ушибли ее левую ногу. Но ее велосипедный башмак и передняя вилка, вероятно, спасли его от раздавливания.Затем мужчины умчались, колеса машины забили ей в лицо и глаза небольшие камни, а выхлопной газ на мгновение заставил ее задохнуться.

Когда она снова смогла дышать, ее наконец вырвало. Она рыдала, у нее шла кровь, она была грязной. В общем, она была самой жалкой маленькой жертвой: девушка, застрявшая на земле в своих шипах, как черепаха, которая на спине завелась в панцирь. Позже она поймет, что один из нападавших сломал ей левый указательный палец в какой-то момент, когда пытался заставить ее ослабить хватку.

Юристы осторожно повернули ее лодыжки, чтобы она могла освободиться от педалей, а затем осторожно помогли ей подняться на ноги. Фургона давно не было, но Лорел запомнила номерной знак, и через несколько часов мужчин задержали. Один из них работал с бодибилдерами в каком-то клубе тяжелой атлетики в Колчестере. Он жил недалеко от того места, где она припарковалась, и за неделю до этого последовал за ней. Когда он понял, что фургон Джетты с девушкой с желтыми волосами, выпавшими из-под шлема, вернулся, он увидел свой шанс.Лорел была первой женщиной, которую он пытался изнасиловать в Вермонте, но он уже делал это раньше в Вашингтоне и Айдахо, прежде чем отправиться на восток, и он порезал запястья школьной учительнице во время утренней пробежки в Монтане и оставил ее истекать кровью в поле озимой пшеницы. Он оставил ее привязанной к забору из колючей проволоки, а татуировки на его запястьях — как и многие другие татуировки — были памятными. Произведение искусства, которое он носил как драгоценный сувенир.

Его партнер, по-видимому, не подозревал, что его новый друг был убийцей: он был бродягой, который приехал в Вермонт и предполагал, что теперь они просто собираются немного повеселиться вместе за счет некоторых молодая велосипедистка.

После этого Лорел уехала домой на Лонг-Айленд, чтобы поправиться, и не возвращалась в колледж в Вермонте до января. Весенний семестр. Следующим летом она пошла на курсы, чтобы наверстать упущенное — в июле того же года она была в Берлингтоне на судебных процессах над нападавшими, — а к осени она вернулась в тот же график с остальными одноклассниками и закончила учебу вместе с ними через пару июня. . И все же испытания были для нее тяжелыми. Они были краткими, но вытерпеть пришлось двоим.Это был первый раз, когда она вернулась в присутствие кого-либо из нападавших после нападения, и впервые она изучила их лица во плоти. Бродяга, который резко сократил срок наказания, дав показания против бодибилдера, имел бледную кожу цвета вареной рыбы и орехово-коричневую бородку, которая удлиняла лицо, уже склонное к конскому. Его волосы полностью исчезли, а то, что осталось, было серым, смешанным с каштановой бородкой. Несмотря на то, что это было летом, он носил рубашку с высоким воротником, чтобы скрыть свою татуировку.Частью его защиты было утверждение, что перед нападением он выпил кислоту и был не в своем уме.

Бодибилдер был дровосеком из человека, который, ожидая суда, продолжал тренироваться во внешнем загоне, где были сложены гири в тюрьме на северо-западе Вермонта — подъемник, как сказал кто-то, даже в те холодные дни когда ему придется счистить снег с машин Наутилуса — но это снова те серые глаза, которые поразили Лорел. Тем летом его голова была обрита, но она поняла, что прошлой осенью он просто стриг волосы до жесткой стрижки.После вынесения приговора в Вермонте он был экстрадирован в Монтану, где его судили и признали виновным в убийстве школьного учителя. Он отбывал пожизненное заключение в тюрьме в сорока пяти минутах от Бьютта. Бродяга, после его осуждения, был заключен в исправительное учреждение недалеко от Сент-Олбанса, отнесенный к самой низкой и самой унизительной ступени тюрьмы в глазах сокамерников: капсуле с сексуальными преступниками.

Несомненно, нападение изменило жизнь Лорел множеством способов, но наиболее очевидным проявлением было то, что она перестала ездить на велосипеде.Шипы спасли ей жизнь, но ощущение того, что ее зажали — педалирования — вернуло ее на ту грунтовую дорогу в Андерхилле, и она больше не хотела возвращаться в то место. Однако в детстве она всегда была пловчихой, и поэтому через несколько лет вдали от воды она вернулась в бассейн, успокаиваясь как пройденными милями, так и тем, как запах хлора в ее волосах сразу напомнил ей. о тихой гавани своего детства в Вест-Эгге.

Другие изменения были более тонкими: склонность к пожилым мужчинам, которая, как предположил ее терапевт, могла возникнуть из-за потребности чувствовать себя защищенной — обожаемой — отцовскими фигурами, которые будут защищать ее от вреда.Избегание тренажерного зала и тренажерного зала. Дневник. Еще большее погружение в ее фотографию. Дистанция от социального мира в колледже, особенно от братств, где она проводила большинство выходных вечеров в свой первый год. А затем, когда она училась в старших классах, было принято решение переехать из общежитий в квартиру на окраине кампуса. Лорел не хотела жить одна — хотя она больше не была особенно общительным человеком, у нее все еще могли быть моменты резистентной к золофту тревоги, особенно когда она была одна в темноте, — и Талия Райс, ее соседка по комнате, так как у них было и то, и другое. приехала в Вермонт в восемнадцать лет, вызвалась поехать с ней.Они нашли пару спален, гостиную и кухню, которые могли бы разделить в беспорядочном викторианском стиле, который предлагал Лорел тишину и отстраненность, но все же находился достаточно близко к университетскому городку для ее явно более экстравертной соседки по комнате. Кроме того, было очень солнечно, и Талия настаивала на том, чтобы любое место, которое они выбрали, должно было быть — ради ее подруги.

Тем не менее, некоторые думали, что Лорел отстала. Она могла сказать. Но она проигнорировала это и еще больше сократила свои более случайные дружеские отношения.

Разумеется, самое важное изменение заключается в следующем: если бы Лорел не подверглась жестокому нападению, она бы не возобновила плавание. Звучит прозаично, неприятно. Но жизнь наполнена маленькими моментами, которые кажутся прозаичными до тех пор, пока у человека не будет возможности оглянуться назад и увидеть цепь больших моментов, которые они развязали. Чисто и просто, если бы Лорел не стала рисковать по утрам в школьный нататорий, она никогда бы не встретила выпускницу Университета Вермонта, которая руководила приютом для бездомных в Берлингтоне и продолжала оставаться в форме годами позже в бассейне UVM.И тогда она бы никогда не стала работать в приюте, сначала волонтером, пока училась в школе, а потом, после ее окончания, добросовестной сотрудницей. И если бы она не оказалась в приюте для бездомных, она бы никогда не встретила пациента из государственной психиатрической больницы, джентльмена (а он действительно был нежным) на пятьдесят шесть лет старше ее, которого звали Бобби Крокер.

Отец Лорел тоже дал ей несколько советов, когда она росла: Умный — это скучно.Усилия имеют значение. И, да, ей никогда не следует забывать, что, пока она росла в красивом доме в впечатляющем районе с матерью, желающей возить ее на футбольные матчи и тренировку команды по плаванию, большая часть мира жила в серьезной, удручающей бедности и, таким образом, ожидается, что она что-нибудь вернет. Он не имел в виду зловещим тоном внушать, что перед ней маячит кармическая расплата, потому что у нее всегда было достаточно еды, и она никогда не возвращалась домой из торгового центра без одежды, компакт-дисков или мальчиков, с которыми она могла бы захотеть познакомиться.

Ее отец знал все о потреблении, но ничего о мальчиках. По крайней мере, ничего важного. Он умер вскоре после того, как она закончила колледж, не имея ни малейшего представления ни о сексуальных аппетитах, ни об экспериментах, которые происходили в школьных кругах, в которых она путешествовала, ни о сексуальной карусели, которой отмечен ее первый год в Университете Вермонта.

Он был ротарианцем, а это означало, что он был значительной мишенью для комических оскорблений.Но он был твердо уверен в том, что, когда две его дочери вырастут, у них возникнет моральная обязанность обратиться к другим, лишенным своих преимуществ. Его Ротари-клуб фактически оплатил и построил приют в Гондурасе, и он сам ежегодно приезжал туда, чтобы проверять его и удостовериться в том, что все обвинения удовлетворены и о них хорошо заботятся. И поэтому Лорел всегда была осторожна, защищая Ротари, когда люди вокруг нее подшучивали над организацией, давая понять бойким и саркастичным, что, по ее мнению, вы не высмеиваете людей с полной занятостью, которые строят крышу над головой. головы детей, родители которых умерли от СПИДа или потеряли свои дома в результате урагана.Ее сестра, биржевой маклер на пять лет старше ее, стала активным членом того же Ротари-клуба.

Лорел было двадцать три года, когда ее отец внезапно умер от сердечного приступа. Она была уверена, что он знал, как сильно она его любила, но это не обязательно облегчает заполнение дыры, которую его смерть оставила в ее жизни. Он и ее мать прибыли в больницу в Берлингтоне в ту ночь, когда на нее напали менее чем через три часа. Как? Другой ротарианец был пилотом небольшого самолета, и он направил их на север, как только она позвонила.

Лорел и ее друзья детства хорошо знали, что загородный клуб на Лонг-Айленд-Саунд, где они все учились плавать, парусным спортом и играть в теннис, когда-то был домом Джея Гэтсби. Но, по правде говоря, им было все равно. Даже их родителям было наплевать. Наверное, их бабушка и дедушка. Но в девяти-, десяти- и одиннадцатилетнем возрасте Лорел и ее друзья совершенно не заботились о том, что имело значение для их бабушек и дедушек. Клуб и просторная столовая были каменным особняком Джея Гэтсби, и фойе украшали пыльные черно-белые фотографии его вечеринок начала 1920-х годов.В каждом образе все были одеты чрезмерно Или маринованный. Или оба. Лорел чувствовала, что ее друзья — во всяком случае, мальчики — могли бы быть более заинтригованы историей клуба, если бы бассейн, в котором они проводили все летние дни, был мраморным, в котором Джордж Уилсон застрелил Гэтсби, но это было не так; этот бассейн давно исчез, его заменило L-образное чудовище с восемью 25-метровыми дорожками по вертикальной длине буквы и двенадцатифутовой водолазной секцией на более коротком горизонтальном участке.Там были однометровые доски и трехметровые доски, а в траве вдоль западной и северной сторон росли длинные ряды величественных крабовых яблонь. В разгар лета молодые матери сидели среди них в тени со своими малышами. Лорел провела пять лет в бассейне в команде по плаванию и еще три года в качестве ныряльщика.

Вдобавок все знали, что самый северный из трех домов через бухту, в которых они опрокинули свои каноэ, когда-то принадлежал Тому и Дейзи Бьюкенен.Дейзи была той красавицей в Луисвилле, которую так жаждал Гэтсби, а Том был ее мужем. Георгианское колониальное здание Бьюкененов было самым старым из трех домов, два других были построены, когда Памела Бьюкенен Маршфилд — дочь Тома и Дейзи — разделила поместье в начале 1970-х годов. Там, где когда-то было пол-акра роз, теперь был теннисный корт с севера на юг, принадлежавший семье по имени Шепард; там, где когда-то был сарай, в котором жили пони Тома Бьюкенена для игры в поло, была огромная копия Тюдора, принадлежавшая семье по имени Уинстон.Памела продала оставшуюся собственность — дом, в котором она выросла и где она жила в браке до почти шестидесяти лет — в 1978 году, за год до рождения Лорел.

Следовательно, Лорел никогда не знала Памелу, когда она росла. Они не встретятся, пока она сама не станет взрослой. Но ее отец знал Памелу. Он плохо знал ее, но не потому, что она была эксцентричной затворницей. Памела и ее муж просто путешествовали с гораздо более взрослой (и, да, даже более богатой) компанией, чем родители Лорел, и по довольно очевидным причинам не были членами относительно непринужденного загородного клуба через бухту.Вместо этого они принадлежали более тонкой пристани для яхт дальше на восток, на Лонг-Айленде.

Тем не менее, когда Лорел размышляла о своем детстве, в большинстве случаев имена Гэтсби и Бьюкенен даже не приходили ей в голову. Если она вообще о них думала, то считала их призрачными призраками, совершенно не имеющими отношения к ее жизни в Вермонте.

Но потом она увидела фотографии с загнутыми уголками, которые Бобби Крокер — бедная, уравновешенная (в большинстве случаев) и психически больная — оставила после своей смерти в возрасте восьмидесяти двух лет.У старика случился инсульт на лестничной клетке, когда он направлялся в свою студию, похожую на общежитие, в том, что когда-то было городским отелем Новая Англия, но теперь у него было двадцать четыре сильно субсидируемых квартиры, которые ранее бездомные могли арендовать примерно за 30 процентов своей инвалидности. пособия или социальное обеспечение, и всего пять долларов в месяц, если у них вообще не было никакого дохода. У Бобби не было семьи, о которой кто-либо знал, и поэтому именно его соц.работница обнаружила коробку со старыми фотографиями в его единственном шкафу.Они плохо сохранились, изображения сложены, как бумажные тарелки, или втиснуты в папки, как старые телефонные счета, но лица можно было легко узнать. Чак Берри. Роберт Фрост. Эрта Китт. Битники. Джазовые музыканты. Скульпторы. Люди играют в шахматы на Вашингтон-сквер. Молодые люди бросают футбольный мяч на улице Манхэттена, над их головами возвышается национальный рекламный щит иврита. Бруклинский мост. Несколько явно более недавних из Андерхилла, штат Вермонт, в том числе грунтовая дорога — одна с девушкой на велосипеде — которую Лорел слишком хорошо знала.

А в отдельном конверте, предназначенном для поздравительной открытки, снимки: поменьше, но такие же потрепанные. Она сразу узнала дом Памелы Бьюкенен Маршфилд. Затем загородный клуб из ее детства, включая нормандскую башню, когда она принадлежала бутлегеру по имени Гэтсби. Оригинальный бассейн с башней за ним. Вечеринки, подобные тем, которые отмечались на стенах столовой этого загородного клуба. Памела Бьюкенен Маршфилд в детстве стоит рядом с мальчиком на пару лет моложе, загорелый переворот на их стороне.Сам Гэтсби рядом со своим ярко-желтым родстером — автомобилем, который Том Бьюкенен по крайней мере однажды назвал простым цирковым фургоном.

Там было около дюжины этих маленьких фотографий, а также сотни негативов и больших отпечатков, которые, как она предположила, Бобби Крокер сделала сама.

Лорел не сразу узнала, кем был маленький мальчик рядом с Памелой. Но у нее было предчувствие. Почему у Памелы не могло быть брата? Почему он не мог оказаться бездомным в Вермонте? Странные вещи происходили каждый день.Но она определенно не подозревала всей правды, когда впервые попыталась разобраться в коробке с грязными картинками или вообразить, что скоро она останется одна, отчужденная от своего любовника и своих друзей, снова преследуемая, потрясенная и напуганная.

Теория двойной связи Грегори Бейтсона

Теория двойной связи была разработана антропологом Грегори Бейтсоном и его исследовательской группой в Пало-Альто, Калифорния (1956). Он оформлен с системной точки зрения, и описывает все ситуации, когда вы общаетесь с кем-то и получаете противоречивые сообщения.

Они придумали эту теорию, чтобы попытаться объяснить психологические корни шизофрении, оставив в стороне теории, связанные с дисфункцией мозга и самим телом. Печальная правда заключается в том, что шизофрения по-прежнему остается одним из самых загадочных психических заболеваний. На самом деле, существует множество теорий о его происхождении. Некоторые из них имеют биологический характер, а другие говорят, что они имеют социальные корни. Теперь мы собираемся углубиться и дать вам лучшее представление о теории двойной связи.

Краткая биография Грегори Бейтсона

Грегори Бейтсон родился в Грантчестере, Англия, 9 мая 1904 года. Он был антропологом, социологом, лингвистом и кибернетиком, оказавшим влияние на множество других интеллектуальных областей. Некоторые из его наиболее заметных идей отражены в его книгах Steps to an Ecology of Mind (1972), Mind and Nature: A Needed Unity (1979) и Angels Fear: Towards an Epistemology of the Sacred ( 1987).

Бейтсон и его сотрудники, такие как Джей Хейли, Дональд Джексон и Джон Уикленд, были пионерами в разработке системной перспективы. Некоторые академические круги считают его культовой фигурой, завораживающей своей темной эксцентричной личностью и многим вещам, которых он добился. Но растущий интерес к холизму, системам и кибернетике также привел к естественному побуждению преподавателей и студентов публиковать его работы.

Для Бейтсона общение сделало возможными человеческие отношения.Другими словами, он действовал как опорная балка. По его мнению, это включает в себя каждый процесс, в котором один человек влияет на другого. Когда вы смотрите на это с этой точки зрения, СМИ выделяются как главный компонент нашей социальной структуры, который нам определенно необходимо проанализировать.

Бейтсон сказал, что мы должны избавиться от двойной привязки, которая иногда возникает при общении. Еще он сказал, что вы постоянно видите это по телевизору. Например, в одном шоу будет восхваляться определенная моральная ценность, а в другом — против.Это создает конфликты в сознании зрителя. Это еще более верно, если это дети или люди без развитой способности к критическому мышлению.

Что такое двойной переплет?

Согласно Бейтсону, двойная привязка — это дилемма связи, возникающая из-за конфликта между двумя или более сообщениями. Итак, неважно, что вы делаете, потому что любой выбор, который вы сделаете, будет неправильным. Это ситуация, когда общение причиняет только страдания и даже может привести к психологическим расстройствам.

Попробуем лучше объяснить это на примере. Ребенок пытается общаться со своей матерью, у которой проблемы с любовью. Она показывает, как сильно любит своего ребенка, но только языком тела. Ребенок видит только признаки отторжения. Устное сообщение, которое мать посылает своему ребенку, не совпадает с сообщением, которое посылает ее тело. В конце концов, ребенок оказывается в ловушке конфликта между привязанностью и отвержением.

Другой пример — известное высказывание: «Будь спонтанным». Это послание с двойным смыслом, которое вы никогда не сможете реализовать. Если вы не спонтанный, значит, вы не делаете то, что вам сказали. Но если вы спонтанны, то вы все равно не делаете то, что вам сказали, потому что делать то, что они говорят, не спонтанно.

Теория двойной связи

Теория двойной связи основана на анализе коммуникации, в частности, на теории логических типов Рассела. Используя эту теорию и свои наблюдения за больными шизофренией, они пришли к идее «двойной привязки».Как вы видели, что бы вы ни делали в ситуации двойного связывания, вы просто не можете победить.

Бейтсон сказал, что у человека, который постоянно находится в двойном узде, могут развиться симптомы шизофрении. Центральная идея теории двойной связи состоит в том, что существует разрыв между одной группой и ее членами, потому что группа не может быть членом самой себя. Члены также не могут быть частью группы, потому что слово, которое они используют для этого, существует только на абстрактном уровне.

Когда дело доходит до реального общения, разрыв (или сбой) присутствует постоянно и неизбежно. Аналогичным образом, это также происходит в человеческом теле, когда существует разрыв в общении между матерью и ребенком. Иногда это может привести к тому, что мы сейчас называем шизофренией, очень серьезным психотическим расстройством. Одна из его основных характеристик заключается в том, что он может изменить то, как вы думаете и используете язык.

Ингредиенты, необходимые для появления двойного переплета

Вот ингредиенты, которые должны присутствовать для появления сценария двойной привязки:

  • Два и более человек. Один из них — «потерпевший». Двойное связывание не обязательно является продуктом матери. Это может быть только она или какая-то комбинация матери, отца и / или братьев и сестер.
  • Повторный опыт. Двойное связывание происходит снова и снова в жизни жертвы. Это не одно травмирующее событие. Это опыт, который повторяется так часто, что они начинают принимать его как факт жизни.
  • Отрицательная команда. Это может происходить двумя разными способами. Есть «Не делай этого, а то я тебя накажу» и «Если ты этого не сделаешь, я тебя накажу».Учебные центры жертвы вращаются вокруг уклонения от наказания, но это не модель поиска вознаграждения. Наказанием может быть то, что они не получат любви, а также выражения ненависти или горечи. Самая разрушительная часть всего этого заключается в том, что это может также включать в себя тот вид отказа, который возникает из-за выражения родителями полного бессилия.
  • Вторая команда в первом конфликте. Это происходит на более абстрактном уровне. Жертва получает наказание или знаки, свидетельствующие о том, что ее жизнь находится в опасности, и это еще больше усиливает конфликт.Словесная форма второй команды может принимать самые разные формы. Например: «Не воспринимай это как наказание» или «Не делай того, что я тебе говорю». Есть и другие примеры, когда два разных человека накладывают на жертву двойную связь. Например, это происходит, когда один родитель отклоняет команду другого родителя.
  • Третья команда. Это еще одна негативная команда, которая не дает жертве сбежать. Однако, возможно, не стоит классифицировать эту команду как отдельный элемент.Если двойная привязка присутствует с детства, убежать будет невозможно.

Согласно теории двойной связи, эта группа ингредиентов перестает быть необходимой, как только жертва научится видеть вселенную через призму двойной связи. Практически любой части приведенной выше последовательности может быть достаточно, чтобы вызвать приступ паники или вспышку гнева.

Эффект двойного переплета

Эффект двойной привязки проявляется в ограничении способности жертвы различать логические типы и способы общения. Это случается каждый раз, когда они чувствуют, что оказались в ситуации двойной связи. Вот несколько общих характеристик, которые могут помочь в этом:

  • У жертвы очень напряженные отношения. Им кажется, что важно правильно различать сообщения, которые им отправляет их партнер.
  • Жертва попала в ситуацию, когда человек, которые вмешиваются, отправляют два типа сообщений. В конечном итоге один из них отвергает то, что говорит другой человек, вызывая двойную связь.
  • Они не могут комментировать сообщения, отправляемые другими людьми, и исправлять свое понимание сообщений, на которые они должны отвечать. Другими словами, они не могут сформулировать метакоммуникативную декларацию.

Теория двойной связи Бейтсона хорошо зарекомендовала себя в качестве объяснения причин шизофрении. Но это также пролило свет на то, насколько важны модели общения для психического здоровья. Хотя теория двойной связи в этом контексте была отвергнута, она была чрезвычайно важна для развития системной терапии.

Библиография

Бейтсон, Дж., Джексон, Д., Хейли, Дж. И Уикленд, Дж. «К теории шизофрении». 1956.

Бейтсон, Грегори (1972). Шаги к экологии разума: сборник очерков по антропологии, психиатрии, эволюции и эпистемологии.

Параноидальная шизофрения: определение, причины и лечение

Наверняка вы не раз слышали, как кто-то говорил «они параноики».Для нас не редкость использовать термин «параноик» для тех, кто следит за ними, кто хочет причинить им боль, кто смеется над ними или кто против них. Подробнее »

Лидерство и двойная связь (Эд Батиста)

Двойная связь — это ситуация межличностного общения, в которой передаются противоречивые сообщения или предъявляются конкурирующие требования, создавая ловушку, которая может стать мощным источником страдания и разочарования.Эта концепция была разработана социологом-новатором Грегори Бейтсоном и командой его коллег в 1950-х годах, чтобы объяснить, как дисфункциональные семейные системы и модели общения могут вызывать шизофрению у отдельных членов семьи. Идея о том, что двойное связывание вызывает шизофрению, вышла из моды, поскольку специалисты в области психического здоровья узнали больше о неврологическом происхождении этого состояния, но, как отметил терапевт Пол Гибни, мы все еще наблюдаем двойные связывания «в любой общественной или частной лечебной среде в любой день. недели », и, возможно, двойное связывание является своего рода системным механизмом преодоления дисфункции, а не ее причиной.[1]

Может оказаться полезным иллюстрация. Пол Ватцлавик был австрийским психотерапевтом, который практиковал в Институте психических исследований Пало-Альто и много лет преподавал в Стэнфорде. Большая часть работ Ватцлавика обсуждает способы, которыми мы попадаем в ловушку, особенно в ситуациях, когда попытки найти выход только усугубляют ловушку, и в 1974 году он описал эксперимент, который демонстрирует яркую двойную связь:

Один из первых экспериментов, проведенных в [Институте психических исследований], должен был изучить, как люди попадают в такую ​​ситуацию «без выхода».В нем участвовал доктор [Дон] Джексон, всемирно известный эксперт по психотерапии шизофрении, и мы спросили его, готов ли он, чтобы его засняли в первом интервью с параноидальным пациентом, основным заблуждением которого было то, что он [был] клиническим пациентом. психолог, и доктор Джексон согласился с этим. Затем мы пошли в [больницу Управления по делам ветеранов] в Менло-Парке, где мы знали клинического психолога, который также проводил терапию с шизофрениками, и спросили его, готов ли он, чтобы его сняли на видео в первом интервью с параноидальным пациентом, чье главное заблуждение было то, что он был психиатром.Затем мы собрали двух ученых докторов на своего рода сеанс супертерапии, на котором оба сразу начали лечить друг друга. И чем больше психического здоровья, разума и терапевтических усилий они вкладывали в ситуацию, тем безумнее, конечно, они казались другому. [2]

Я исполнительный коуч, а не терапевт или психолог, и мои клиенты — руководители высшего звена, которые сталкиваются с обычными дилеммами в своей профессиональной жизни, а не пациенты, борющиеся с необычными проблемами психического здоровья — так почему эта тема меня интересует? Потому что я считаю, что лидеры постоянно сталкиваются с двойными связями, и я рассматриваю эту концепцию как общую черту большинства человеческих систем, а не как нечто ограниченное неблагополучными семьями, имеющими дело с психическими заболеваниями.Так как же двойные связи выглядят в организационной жизни и что лидеры могут с ними поделать? Недавно я описал два типа организационной двойной привязки:

Современные лидеры постоянно рискуют попасть в ловушку. Они должны действовать в рамках двух сосуществующих, но противоречащих друг другу систем координат: нашего внешне декларируемого предпочтения равенства и усилий и, в качестве альтернативы, нашего часто скрытого, а иногда и подсознательного предпочтения иерархии и врожденных способностей. Мы говорим, что хотим эгалитаризма, плоских организаций и постгероического лидерства.Мы также утверждаем, ценить человек, чьи достижения являются результатом стремления и упорной работы над теми, с врожденными талантами … И все же исследования показывают, что предпочтения по иерархии и врожденной способность глубоко укоренились в нашей эволюционной психологии. [3]

Когда лидеры реагируют на наше стремление к эгалитарному управлению, они нарушают наше предпочтение четкой иерархической структуры. И когда лидеры стремятся повысить свою эффективность, они опровергают наши ожидания о том, что они обладают врожденным талантом к лидерству.Классические двойные переплеты. Другая такая ситуация, с которой сталкиваются лидеры в современной деловой культуре, возникает из-за противоречия между силой и чувствительностью: нам нужны решительные лидеры, способные защитить организацию (и нас) от внешних угроз, и мы хотим, чтобы лидеры с эмоциональным интеллектом чувствовали себя комфортно с уязвимостью. и чувствителен к нашим внутренним потребностям. Конечно, это не взаимоисключающие качества, но формирующий опыт лидеров в их семье, образовании и профессиональной жизни, как правило, подчеркивает одно в ущерб другому.Мы обучаем лидеров подавлять свой страх и тревогу, а затем возмущаемся их нечувствительностью. Или мы призываем лидеров осознавать свои эмоции, а затем желаем, чтобы они были более уравновешенными.

Еще одна двойная связь, которую я постоянно вижу в своей практике: мы хотим, чтобы лидеры определяли высокие стандарты производительности и помогали держать нас (и наших коллег) подотчетными, и мы одновременно ожидаем, что лидеры обеспечат нам чувство безопасности и доверия внутри организации. . Опять же, эти принципы управления никоим образом не исключают друг друга, но их применение на практике неизбежно требует от лидера трудных компромиссов.Привлечение кого-либо к ответственности может повлечь за собой угрозу увольнения, а увольнение сотрудника почти всегда подрывает чувство безопасности среди их коллег (даже если они также считают, что этот шаг оправдан). Для того, чтобы мы учились, очень важна обстановка безопасности и доверия. и расти, совершая ошибки и сталкиваясь с неудачами, и такая культура также рискует избежать ответственности и игнорировать недостаточную производительность. Нет простых решений для этих конкурирующих требований, и мы часто неохотно берем на себя ответственность за сложные решения, которые они требуют — и поэтому они становятся прерогативой руководства.Итак, что могут сделать лидеры? Как они могут освободиться от этих двойных уз? Три предложения:

Приемка и сдача в эксплуатацию

Первый шаг — просто признать, что двойные привязки существуют и что мы должны жить с парадоксами, которые они создают. Лидеры будут постоянно слышать противоречивые сообщения и сталкиваться с конкурирующими требованиями. Ответ на одно сообщение или требование неизбежно повлечет за собой нарушение другого, и это неизбежный факт организационной жизни. Как я писал недавно, обсуждая проблемы, с которыми сталкиваются лидеры элитных организаций, «они могут чувствовать разочарование или расстраивание из-за описанной выше динамики, и они могут стремиться к тому, чтобы все было иначе, — и все же такое положение дел является рациональным и предсказуемым. Вы хотите, чтобы все было в одну сторону, но это наоборот. — и важно принять эту реальность ». [4] Чтобы быть ясным, я не предлагаю лидерам игнорировать или подавлять страдания и разочарование, вызванные Вместо этого я предлагаю лидерам попытаться отпустить этих чувств, которые часто являются результатом нежелания принять реальность и горячего желания изменить обстоятельства, которые мы не можем контролировать. Как сказала буддийская монахиня Пема Чодрон письменный,

[W] всякий раз, когда есть боль любого рода — боль агрессии, печали, утраты, раздражения, негодования, ревности, несварения желудка, физической боли — если вы действительно посмотрите на это, вы можете сами обнаружить, что стоит за боль всегда есть что-то, к чему мы привязаны.Всегда есть что-то, за что мы держимся. [5]

Как избежать обвинений

Следствием признания того, что двойные привязки являются неизбежным аспектом лидерства, является избегание обвинений. Попадание в ловушку двойных уз вызывает стресс и разочарование, и когда мы испытываем эти эмоции, мы часто ищем кого-то другого, кто возьмет на себя ответственность за наш опыт. Мы хотим, чтобы кто-то взял на себя вину, потому что это позволит нам почувствовать себя лучше. Учитывая природу организационных двойных связей, лидерам может показаться особенно заманчивым обвинить сотрудников, инвесторов, членов правления и даже клиентов или клиентов в отправке противоречивых сообщений и навязывании им конкурирующих требований.Но, как я отмечал ранее, хотя мы не контролируем нашу эмоциональную реакцию (что позволяет им выполнять важные функции), у нас есть свобода выбора в этом процессе, и важно не уклоняться от ответственности за свои чувства и не возлагать ее на других. [6] Полезным инструментом здесь являются определения Trium Group «ответственного мышления» и «мышления жертвы»:

Ответственное мышление
Я считаю себя неотъемлемым фактором во всех ситуациях. Каждая ситуация возникает и разворачивается в какой-то мере как прямой результат моих действий, бездействия и интерпретаций.Я считаю, что всегда есть что-то, что я могу сделать, чтобы повлиять на ситуацию.

Мышление жертвы
Я считаю себя отдельным и не связанным с ситуациями по мере их возникновения. Со мной случаются обстоятельства и события. Я считаю, что ничего не могу сделать, чтобы повлиять на ситуацию. [7]

В то время как двойные привязки неизбежны в жизни организации, и лидеры не могут контролировать, попадут ли они в ловушку чего-то одного, для лидеров важно признать свою ответственность и свободу воли — начиная с выбора быть лидером в этой сфере. первое место.

Управление эмоциями

Наконец, подчеркивание важности принятия и избегания вины не означает, что лидеры должны пассивно ждать и надеяться, что бедствие и разочарование, вызванные двойной связью, уйдут. Я призываю руководителей в моей практике предпринять ряд шагов, чтобы более эффективно справляться со сложными эмоциями:

Эти шаги создают основу для самообучения, которая позволяет нам замедлиться, повысить самооценку и предпринять шаги, чтобы управлять своими эмоциями в данный момент…

  • Полностью понимать свои чувства, что означает их точное обозначение.
  • Переосмысление ситуации, включающее понимание наших когнитивных предубеждений и более четкое видение вещей.
  • Поиск здоровых способов успокоить себя, который может начаться с простого медленного и глубокого вдоха, но также включает в себя возможность раскрыть свои эмоции в том виде, в каком мы их переживаем, с окружающими, а не только постфактум с третьими лицами.

Сноски

[1] «Теория двойной связи: все еще безумная после всех этих лет» (Пол Гибни, Психотерапия в Австралии , том 12, номер 3, май 2006 г.)

[2] Ранние эксперименты Института психических исследований [видео] (Пол Ватцлавик, 1974)

[3] Лидерство как исполнительское искусство

[4] Как накормить монстра (лидер в элитных организациях)

[5] Ответ на гнев и агрессию — терпение (Пема Чёдрон, Рев льва , 2005)

[6] Вы заставляете меня чувствовать (о языке и ответственности)

[7] Триум Групп по ответственности

Фото Скотта Симондса.Ура, Flickr и Creative Commons.

Как гендерная «двойная привязка» влияет на обратную связь на рабочем месте и 3 стратегии, чтобы это остановить

Женщины долго жонглировали противоречивыми ожиданиями. Быть слишком милым означает, что женщин не воспринимают всерьез, а излишняя напористость означает, что на них навешивают ярлык. Исследования показывают, что это двойное связывание не позволяет женщинам получать откровенную обратную связь, необходимую им для продвижения по службе.

Что такое двойная привязка? Как сказал бывший У.Сенатор Кэрол Мозли Браун, штат Иллинойс, описала это в интервью NPR в 2016 году: «Это действительно очень, очень тонкая грань между землеройкой с одной стороны и марионеткой с другой, которую любая женщина на публике жизнь должна идти «. Бывший генеральный директор Hewlett-Packard Карли Фиорина описала это более прямо в своих мемуарах Tough Choices : «В чатах Кремниевой долины с момента моего прихода и до того, как я ушел из HP, меня обычно называли либо бездельником ‘или’ сука ‘- слишком мягкая или слишком жесткая, к тому же самонадеянная.«

Четыре заметки о том, как гендерная двойная привязка влияет на обратную связь на рабочем месте:

1. Женщины хотят большего и лучшего отклика. Опрос миллениалов, проведенный PwC в 2015 году, показал, что только 12 процентов женщин-миллениалов удовлетворены глубиной и частотой отзывов, которые они получают на работе. Женщины-миллениалы чаще всего хотели получать обратную связь постоянно, часто или в конце проекта.

2. Согласно исследованию 2016 года, проведенному Lean In и McKinsey, женщины не так часто получают прямую критическую обратную связь, как мужчины, , несмотря на то, что они просят об этом с одинаковой скоростью.Хотя менеджеры, участвовавшие в исследовании, полагали, что они одинаково раздавали обратную связь, их ответы предполагают, что обратная связь с женщинами может быть менее прямой. Менеджеры чаще высказывали опасения по поводу того, что они могут показаться скупыми или вызвать эмоциональный срыв, когда давали обратную связь женщинам.

3. Другое исследование 2016 года, опубликованное в Harvard Business Review , утверждает, что это отсутствие откровенности может удерживать женщин на рабочем месте. Исследование показало, что 57 процентов женщин получили неопределенную похвалу в обзорах производительности по сравнению с 43 процентами мужчин, и только 40 процентов женщин получили отзывы, связанные с результатами бизнеса, по сравнению с 60 процентами мужчин.Женщины чаще получали отзывы о стилях общения, а мужчины получали отзывы о технических навыках. Женщины также чаще получали отзывы о том, что они «слишком агрессивны». Конкретная и действенная обратная связь упрощает определение успеха и областей для улучшения, которые могут привести к карьерному росту и продвижению по службе.

4. Точно так же женщины сталкиваются с предвзятостью при обратной связи. Исследование 2019 года, опубликованное Институтом экономики труда, показало, что удовлетворенность работой сотрудников снижается на 70 процентов больше, когда женщины-менеджеры высказывают критические отзывы, чем когда мужчины-менеджеры.И, получив критику от женщины-менеджера, вдвое больше работников потеряли интерес к работе в компании в будущем. Согласно исследованию, снижение удовлетворенности коснулось работников обоих полов, но работники-мужчины были более склонны полагать, что их руководители-женщины менее компетентны после того, как подверглись критике с их стороны.

Итак, что могут сделать рабочие места, чтобы помочь устранить предвзятую обратную связь? Три подсказки:

Будьте честны. Эксперт по обратной связи Ким Скотт, бывший технический директор, соучредитель Candor Inc.и автор книги Radical Candor: Be a Kick-Ass Boss без потери человечности предполагает, что лучшая обратная связь исходит от менеджеров, которые достаточно заботятся о своих сотрудниках, чтобы быть ясными и прямыми. В отрывке из своей книги г-жа Скотт пишет: «Хорошее руководство имеет два аспекта: личная забота и непосредственный вызов. Когда вы делаете и то, и другое одновременно, это« радикальная откровенность ». Также полезно четко понимать, что происходит, когда вы терпите неудачу в одном измерении (губительное сочувствие), другом (неприятная агрессия) или обоих (манипулятивная неискренность).Четкое понимание того, что происходит, когда вы не заботитесь лично или бросаете вызов напрямую, поможет вам избежать отката к старым привычкам, слишком общим для всех нас «.

Проверь себя. Клара Ши, генеральный директор и основатель технологической компании Hearsay Systems, поделилась своим процессом предотвращения гендерной обратной связи с The Wall Street Journal . Она сказала: «Запишите это, а затем спросите себя, не могли бы вы отправить это по электронной почте белому человеку и занести это в протокол?»

Задокументируйте это. Джарин Имам, директор по сбору социальных новостей в NBC News , сказала Poynter, что она документирует все отзывы, которые она получает, и дает для подотчетности. «Как менеджер, когда я критически отношусь к своим отзывам, мне нравится быть очень конкретным, и после этого я отправляю письмо по электронной почте об этом разговоре с моим сотрудником. Я обнаружил, что, документируя мои отзывы с другими, я и мои непосредственные подчиненные несут ответственность. . И если у нас возникнут проблемы в будущем, мы можем вернуться к этим заметкам, чтобы получить помощь и рекомендации «, — сказала г-жа.Имам сказал в информационном бюллетене «Когорта», выпускаемом Poynter.

Другие статьи о лидерстве:

8 генеральных директоров делятся своими лучшими советами
С Днем святого Валентина: 10 #HealthPolicyValentines отмечают 14 февраля
Профсоюз Невады выступает против плана Сандерса «Medicare for All»

© Copyright ASC COMMUNICATIONS 2021. Заинтересованы в ССЫЛКЕ на этот контент или его повторной печати? Ознакомьтесь с нашей политикой, нажав здесь.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *