Детерминизм по аристотелю: Общие дети, г. Воронеж

Автор: | 15.07.1980

Содержание

3.4.2. Предтечи (Гиппократ, Аристотель, Полибий). Философия истории

Читайте также

Гиппократ – плагиатор?

Гиппократ – плагиатор? Мнение о том, что отцами современной медицины следует считать древних греков, получило неожиданное опровержение. Знаменитый Гиппократ, именем которого клянутся нынешние врачи, просто позаимствовал рецепты у своих египетских предшественников.

15. Античный Аристотель — учитель Александра Македонского и Аристотель Фиорованти в Москве XV века

15. Античный Аристотель — учитель Александра Македонского и Аристотель Фиорованти в Москве XV века Как мы говорили, Александр Македонский — это отражение, в частности, великого османского-атаманского полководца XV века Магомета II, а также султана Сулеймана Великолепного

Полибий

Полибий Полибий (около 210—126) был грек из г. Мегалополя в Аркадии и принадлежал к руководящим кругам греческого общества, занимая вы­сокие посты в Ахейском союзе. В 167 г. в числе 1 тыс. других заложни­ков Полибий был отправлен в Италию, где прожил 17 лет. Там он сбли­зился с

Полибий ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ

Полибий ВСЕОБЩАЯ ИСТОРИЯ

ГЛАВА VII ПОЛОЖЕНИЕ МЕДИЦИНЫ В V ВЕКЕ ДО Н. Э. ГИППОКРАТ

ГЛАВА VII ПОЛОЖЕНИЕ МЕДИЦИНЫ В V ВЕКЕ ДО Н. Э. ГИППОКРАТ Перечисляя в трагедии Эсхила блага, которыми ему обязан первобытный человек, Прометей отвел первое место медицине. Он говорит:Скажу о самом важном: до меняНе знали люди ни целящих мазей,Ни снедей, ни питья и погибалиЗа

Полибий

Полибий Полибий (около 210—126) был грек из г. Мегалополя в Аркадии и принадлежал к руководящим кругам греческого общества, занимая вы­сокие посты в Ахейском союзе. В 167 г. в числе 1 тыс. других заложни­ков Полибий был отправлен в Италию, где прожил 17 лет. Там он сбли­зился с

Полибий. Всеобщая история, VI, 22-23

Полибий. Всеобщая история, VI, 22-23 (Перевод Ф.Г. Мищенко) Самым юным из солдат трибуны предписывают вооружаться мечом, дротиками и легким щитом. Щит сколочен крепко и для обороны достаточно велик. По виду он круглый и имеет три фута в поперечнике. Легковооруженные, кроме

Гиппократ

Гиппократ ок. 460 г. до н. э. – ок. 370 г. до н. э. Человечество в течение многих тысячелетий накапливало опыт борьбы с недугами. Великие цивилизации прошлого с незапамятных времен, используя целебные свойства растений, лечили раны и некоторые заболевания. И был среди ученых

Латинский Гиппократ

Латинский Гиппократ В 1443 году восемь из 20 трактатов «Искусств» из раздела «О врачебном деле» были найдены в монастыре будущим Папой Римским и основателем Ватиканской библиотеки Томмазо Парентучелли. Медицинский раздел «Искусств» написан для широкого круга читателей.

2.6.9. Отец медицины Гиппократ

2.6.9. Отец медицины Гиппократ Автору довелось стоять в тени могучего платана, под которым знаменитый древнегреческий врач Гиппократ читал лекции своим ученикам. Этот платан находится на греческом острове Кос, что в непосредственной близости от турецкого города-курорта

Гиппократ – родоначальник современной медицины

Гиппократ – родоначальник современной медицины Каждый врач в любой стране мира, начиная свою профессиональную деятельность, дает клятву верности служебному долгу, известную как «Клятва Гиппократа». Истоки этого торжественного обряда уходят в далекое прошлое.

Почему неправильно выводить детерминизм из логического закона?

Во-первых, следует различать определенные и определенные. Быть определенным означает иметь значение истины. Будучи определенным, означает быть выводимым из нынешних или прошлых состояний и законов природы. Детерминизм (последний) не вытекает из логики, а только детерминированность. Разница важна, потому что тот факт, что что-то произойдет, вовсе не означает, что это произойдет как физическая необходимость. Определенное будущее не подразумевает фатализм (или, по крайней мере, это спорный вопрос).

Во-вторых, можно противостоять мнению, что все будущие события определены как логические. Ваша интуиция правильна, что мы не можем чему-то научиться о мире чистыми априорными рассуждениями. Эта интуиция может быть реализована здесь, заметив, что определенность предложений является лингвистическим принципом (все предложения имеют значение истины). Онтологический аналог будет: все объекты имеют определенные свойства. Хотя лингвистический принцип может быть принят априори, его онтологический аналог может быть известен только опытом.

Возьмем пример из квантовой механики: электрон не может иметь определенного положения. Тогда верно, что все предложения вида «этот электрон имеет такое положение» являются определенными. На самом деле все они ложны. Лингвистический принцип верен, но онтологический принцип терпит неудачу. Одна из возможных интерпретаций заключалась бы в том, что в этом случае наш язык не адаптирован к реальности (соответствующий язык был бы языком, который связывает волновую функцию с электроном). Возможно, правильный язык восстановит определенность в случае электронов. Однако тогда определенность зависит от языка: это мало значит, если наш язык не адаптирован к миру; вы получите кучу ложных, но действительно неинформативных предложений.

Урок таков: логический или лингвистический принцип не может нас ничему не узнать о мире, потому что в дальнейшем нам нужно предположить, что существует определенное соответствие между языком и реальностью, которое не идет само собой разумеющимся.

Наконец, существуют другие возможности для того, кто хотел бы отрицать, что будущие события определены. Можно, например, отказаться от принципа логической бивалентности и добавить новую логическую константу: неопределенную. Можно также предположить, что истина внутренне напряжена («она будет истинна» не может быть переведена в безразличное, временное утверждение, такое как «оно (временно) истинно в момент времени t ‘), или что только настоящее (и, возможно, прошлое ) существует.

Основание, причинность, эффективность, детерминизм | Пивоваров

Алексеев П. В., Панин А. В. Философия. М., 2004. С. 497–498.

Anscombe G. E. M. Causality and Determination. Cambridge, 1971.

Аристотель. Метафизика. Ростов-н/Д, 1999. С. 106–109.

Бирюков Б., Швырев В., Суханов А. Методы исследования причинных связей // Философ. энцикл. : в 4 т. М., 1964. Т. 3. С. 421–423.

Быстрай Г. П., Пивоваров Д. В. Неравновесные системы: целостность, эффективность, надежность. Свердловск, 1989. С. 82–119.

Вундт В. Введение в психологию. М., 2007.

Гегель Г. В. Ф. Учение о бытии // Наука логики : в 3 т. Т. 1 : Учение о бытии. М., 1970. С. 127, 205; Т. 2 : Учение о сущности. М., 1971. С. 11, 13, 18, 31, 58–60, 72, 82, 152.

Гегель Г. В. Ф. Наука логики : в 3 т. М., 1971. Т. 2. С. 153, 168

Гегель Г. В. Ф. Энциклопедия философских наук. Наука логики : в 3 т. М., 1975. Т. 1. С. 331–340.

Гольбах П. А. Система природы // Избранные произведения : в 2 т. М., 1963. Т. 1. С. 237.

Davidson D. Essays on Actions and Events. Oxford, 1980.

Кант И. Пролегомены // Соч. : в 6 т. М., 1965. Т. 4 (1). С. 169,197, 344, 370, 419, 420, 425.

Лаплас П. С. Изложение системы мира. Л., 1982. С. 364.

Лейбниц Г. В. Абсолютно первые истины // Соч. : в 4 т. М., 1984. Т. 3. С. 123, 124.

Лейбниц Г. В. Об основных аксиомах познания // Там же. С. 141.

Лейбниц Г. В. Среднее знание // Там же. С. 142.

Mellor D. H. The Matter of Chance. Cambridge, 1971, Ch. 4, 8.

Парнюк М. А. Принцип детерминизма в системе материалистической диалектики. Киев, 1972.

Пивоваров Д. В. Основные категории онтологии. Екатеринбург, 2003. С. 108.

Suppes P. A Probabilistic Theory of Causality. Amsterdam, 1970.

Юм Д. Трактат о человеческой природе // Юм Д. Соч. В 2-х т. Т. 1. М., 1966. С. 168–181.

Детерминизм и развитие как фунцаментальные принципы бытия Лекция №10

Становление человеческого рода есть в известном смысле становление его разумности, рациональности, охватывающей его духовно-практическую деятельность — всю человече-скую культуру……….

Лекция 10.ДЕТЕРМИНИЗМ И РАЗВИТИЕ КАК ФУНЦАМЕНТАЛЬНЫЕ ПРИНЦИПЫ БЫТИЯ

Становление человеческого рода есть в известном смысле становление его разумности, рациональности, охватывающей его духовно-практическую деятельность — всю человече-скую культуру. Разумное рациональное есть в самом широком смысле то , что человечно, гу¬манно, духовно. Разумность была не чужда мифологии, религии, но философия первая по-ложила ratio, \»Логос\» в основание своего здания. Изначальная сознательная рационализация философии сопряжена .с развитием математики, логики, культуры дефиниции, понятия. Це-леполагающий характер человеческой деятельности ориентирован на изменение мира, одна-ко предполагает первоначальное \»схватывание\» предмета умом, познание действительности в категориях , законах и принципах — в умопостижении. Развивающаяся способность челове-ка к познанию вызвана потребностью понимать мир, отражая его в некой картине миропо-нимания. Философские принципы, законы и категории, независимо от их отношения к миру или человеку, субъективно переживаются человеком, выражая его рационально-ценностное отношение к миру. Важнейшими принципами философии являются — детерминизм и разви-тие, их рассмотрение неразрывно связано с принципом субстанциального единства мира.

Детерминизм и развитие
Принцип субстанциального единства мира, принцип развития и принцип детерминизма — фундаментальные принципы учения о бытии. Принцип субстанциального единства мира дает ответ на .вопрос о том, является ли мир единым или множественным, что лежит в осно-ве этого единства. Принцип развития отвечает на вопрос, какие изменения претерпевает мир. Принцип детерминизма содержит ответ на вопрос, обусловлены ли явления мира в своем существовании и развитии, имеет ли эта обусловленность регулярный или произвольный , неупорядоченный характер. Ответ на последний вопрос, в связи с двумя первыми, интересо-вал философов, начиная с античности. В зависимости от ответа на этот вопрос философские учения распадались на два направле¬ния: философский детерминизм и философский инде-терминизм. Термин \»детерминизм\» происходит от латинского \»determinare\» /\»опреде¬лять\», \»отделять\», \»отграничивать\»/, что предполагало существование познающего субъекта. В дальнейшем детерминацию понимают в объективном смысле, как обусловливание одних яв-лений, процессов другими. Детерминизм — это учение о всеобщей обусловленности объек-тивные явлений другими. Понятия связи и взаимодействия — его исходные категории. Взаи-модействие проявляет себя во взаимном изменении вещей, через взаимодействие которых и реализуются отношения детерминации. Существование всеобщей универсальной связи всех явлений — предпо¬сылка принципа детерминизма. Детерминизм отрицает существование ка-ких-либо явлений или вещей вне этой связи./См.:Кедров Б.Н. Научная концепция детерми-низма//Современный детерминизм, законы при роды.М.1973.с.8./
Однако философский детерминизм не исчерпывается этим, в его основание включается определенная концепция природы и структура отношении детерминации. Учение о причин-ности, т.е. необходимости, закономерности в соотношении со случайностью, является ядром детерминации, но не исчерпывает ее. Детерминизм включает в себя и непричинные виды и типы детерминации. Альтернативой детерминизму является индетерминизм, в котором от-рицается как объективность при чинных связей, так и ценность причинных объяснений в науке. Д.Юму и Э.Канту были свойственно отрицать объективный характер отношений де-терминации, они проводили субъективистскую линию в трактовке природы причинности, необходимости , закономерности, приписывая их к миру восприятий, а не самому миру.

Детерминизм может быть представлен в совокупности следующих тезисов: 1 Тезис о всеобщей обусловленности материальных систем и процессов, посредством которых каждая вещь приобретает и сохраняет свои характерные признака, 2 В основе всего многообразия отношений детерминации /обусловливания/ лежит генетическая, причинная производитель-ность. Каждое событие имеет свою причину, порождается другим. Процесс порождения со-провождается переносом вещест¬ва, движения, информации. Детерминизм включает в себя принцип раз¬вития, 3 Тезис о многообразии видов детерминации и существовании непричин-ных видов детерминации. Причинная детерминация — основание для других видов детерми-нации, 4 Тезис о закономерности или регулярности отношений обусловливания. Каждое яв-ление, событие подчиняется закономерным отношениям в процессе развития. Кажущееся противоречие между вторым и третьим тезисом истолковывается в плане не возможности объяснить все многообразие отношений между явлениями только отношениями причинения, т.к. существуют и другие виды обусловливания. Принцип закономерности шире по своему объему, чем принцип причинности. Отождествление причинности и детерминизма ведет к исключению возможности существования непричинных законов. Исторические формы де-терминизма разнообразны. \»Номологический детерминизм\» / от греч. \»nomos\»- закон/ рас-пространен в современной запад¬ной философии. Его сторонники принимают принцип зако-номерности и отвергают причинность. Классической формой механистического детерми-низма явился лапласовский детерминизм, развитый французским ученым П.Лапласом, кото-рый предполагал однозначную /динамическую/ причинную обусловленность одного события другим, а потому возможность абсолютно строгого предсказания. Лаплас полагал, что если бы существовал ум, осведомленный в данный момент о всех силах природы и точках прило-жения этих сил, то не осталось бы ничего для него недостоверного как в прошедшем, так и будущем. Сущность диалектической концепции детерминизма с большей полнотой раскры-вается в анализе с опорой на категории — \»причина\» и \»следствие\», \»закон\» и \»закономер-ность\», \»сущность\» и \»явление\», \»необходимость\» и \»случайность\», \»свобода\», \»возможность \» и \»действительность\». Диалектический детерминизм включает в себя помимо причинности такие и системные отношения, которые в своей совокупности объединяются таким методо-логическим принципом как принцип системности. О принципе системности будет сказано далее. В начале века набирает силу \»логический детерминизм\». Некоторые представители которого иногда ошибочно считали себя представителями индетерминизма, отождествляя диалектический и механистический детерминизм. Так, известный логик Я.Луксевич /1857-1956/ вносит заметный вклад в современную концепцию детерминизма. Понимая по детер-минизмом нечто большее, \»ем точку зрения связанную с непризнанием свободы воли\», он опро¬вергает устаревший, логический детерминизм, носящий фаталистический характер. \»Фаталистический детерминист рассматривает события, происходящие в мире, как повтор-ную демонстрацию кинодрамы, отснятой где-то во всемирной киностудии /Лукасевич Я.О детерминизме. Вопросы философии, 1995,с.62./.Такая точка зрения не приемлема для чувств и разума современного человека, так как будучи в данном случае участником и зрителем этой всемирной драмы, человек не знает ее финала, осознавая однако, что этот финал пред-решен. Предрешены и все поступки, жизненные коллизии, момент смерти. Человек участву-ет в этой драме в качестве марионетки. Такая точка зрения основана на двух убедительных аргументах, идущих от Аристотеля, согласно которым, если один из логических принципов отрицает Другой, то они являются противоречащими. Например: \»Завтра произойдет мор-ское сражение\» и \»Завтра не произойдет морское сражение* Принцип противоречия , суть которого Аристотель и другие мыслители считают глубинной опорой нашего мышления, не-преложен.
Суть принципа исключенного третьего гласит, что два противоречащих высказывания не являются одновременно ложными, одно из них должно быть истинным. Третьего не дано. Здесь допускается интуитивное предположение, что существует третье логическое значение, которое является не истинным и не ложным, а лишь только вероятностно неопределенным. Лукасевич , делая подобное предположение, опережает свое время, полагая, что вероятност-но неопределёнными являются все высказывания о будущих событиях, которые еще не пре-допределены. Этим высказываниям антологически не соответствует ни бытие, ни небытие, но лишь возможность. Наш разум попадает здесь в лабиринт. в котором часто заблуждается — это вопрос свободы и необходимости, проблема прерывности и бесконечности. Ибо могут существовать при¬чинные цепи, которые еще не начались, а целиком лежат в будущем. Такая точка зрения представляется не только логически возможной, но и онтологически обосно-ванной. Она опровергает ту, что каждое мельчайшее событие имеет свою причину, дейст-вующую со дня сотворения мира. Возражение здесь направлено против фаталистических ар-гументое, сводящих все происходящее в мире к жесткой фатальности, отрицающей случай-ные события, свободу выбора. Разумеется некоторые события имели свои причины извечно. Небесные затмения солнца и луны астрономы предвидят на много лет вперед с точностью до секунды, основываясь на наблюдениях и законах движения небесных тел.
Причина и следствие. Основанием философского детерминизма является учение о при-чинной обусловленности всех явлений. Причинная связь, или причинное отношение между двумя явлениями, событиями есть то, где одно выступает в качестве причины, а другое в ка-честве следствия отношения причинения определяются как генетическая связь между явле-ниями, при которой одно явление, называемое причиной при наличии определенных условий с необходимостью порождает другое, называемое следствием. Выделяется ряд критериев для распознания причинно-следственных связей от близких типов детерминации / пространст-венно- временные корреляции, функциональные зависимости, отношения симметрии и т.д./ 1 Критерий производства, порождения не просто предшествует следствию во времени, но ге-нетически порождает, обусловливает его возникновение и существование. Причинная связь субстанциальна, связана с переносом вещества, энергии, информации, 2 Критерий временной ассиметрии указывает на направленность во времени от того, что есть к тому, что возникает. Процесс причинения необратим. Однако последовательность во времени является необходи-мым, но недостаточным условием для существования причинного отношения: последова-тельные события должны находиться в отношениях порождения. При рассмотрении взаимо-связи причины и следствия в процессе временной ассиметрии некорректно предполагать од-новременное сосуществование причины и следствия. В случае удара молнии в дерево, дерево разрушается. Разрушение дерева — следствие, причина-действие электрического разряда. Од-нако изменения в \’Структуре дерева происходят не раньше того момента, когда пор¬ция элек-трического разряда \» угасает\» в нарушениях структуры де рева: происходит преобразование электрической энергии в механическую. З Необходимость и однозначность — третий крите-риальный признак причинного отношения. Причина, возникая в определенных внешних и внутренних условиях, с необходимостью вызывает определенное следствие. Отношения причины и следствия закономерны. 4 Этот признак указывает на . пространственно-временную непрерывность причинно-следственных отношений. Разрывов в этой цепи не должно быть.
В мире не существует явлений и событий, которые бы не имели причины своего воз-никновения и существования. Существование беспричинного события означало бы наличие самостоятельной субстанции, независимой от всего остального материального мира. По-скольку процесс причинения — необходимое звено процесса развития, то существование бес-причинных явлений вело бы к отрицанию всеобщего характера развития. Такое событие с естественно — научной точки зрения входило бы в противоречие с законом сохранения мате-рии и энергии, ибо допускало бы возможность возникновения чего-либо из ничего. Утвер-ждение о том, что причина и следствие меняются местами следует понимать так, что все яв-ления нельзя считать абсолютными, однозначными, рассортировав их на причины и следст-вия. Каждое явление может выступать в качестве левого и второго в зависимости от контек-ста рассмотрения. Причинно-следственная связь является фундаментальной : на ней основы-ваются непричинные типы детерминациии, но она и базисна, будучи простейшей, поэтому из нее формируются более сложные виды каузальных отношений, так называемые цепи причи-нений. К ним относятся следующие цепи причинении : однолинейные цепи причинения, це-пи причинения с обратной связью, разветвляющие цепи причинения./См.:П.В.Алексеев, А.В.Панин.Философия:Учебник для ВУЗОВ.М.,1996,с.397-398./
Ограничения на применение принципа причинности накладываются, не принципом развития/любое развитие причинно обусловлено/, но принципом всеобщей связи : не все свя-зи являются причинными. При чинные виды детерминации, как было указано, классифици-руются по внутреннему, субстанциальному признаку. В этом типе классификации обычно выделяются материальные и идеальные-, информационные и энергетические причины, кото-рые подразделяются в соответствии с видами движения материи на физические, химические, биологические и социальные, а также психологические причины. По этому признаку разли-чают причину и условие : причина — это то, что отдает свою силовую потенцию, а условие -совокупность обстоятельств причинного события. Второй вид классификации основывается на видах проявления причинной связи, которые подразделяются на динамические /однозначные/ и статистические /вероятностные/. Вне генетического временного принципа причинности остаются все виды коррелятивных, пространственных и временных связей, объединенных системностью. Системный подход в традиционной науке был ориентирован на момент стабильности, устойчивого и гармонического взаимодействия. Классическая нау-ка делала акцент на замкнутых системах, обращая внимание по существу на устойчивость, порядок и однородно¬сть. Системный подход оперирует понятиями \»система\», \»структура\», \»элемент\», \»компонент\», \»функция\», \»часть\» и \»целое\». Понятия, используемые в системном подходе, относятся к традиционным категориям диалектики — части и целого. Система — ком-плекс взаимосвязанных элементов, организованных на принципе целостности, выступающих по отношению к условиям и другим системам как нечто единое. Характер связи между эле-ментами системы фиксируется в понятии структура. Функция — роль элемента в составе це-лого. Структура любой системы опирается на коррелятивные связи, являясь ее наиболее ста-бильным моментом, являясь также результатом развития. Струнтурообразование подчиняет-ся определенным периодическим или циклическим закономерностям, то есть ритмичности процесса развития. Корректное совмещение причинного и системного подходов значительно расширяет принцип детерминизма. Синергетический подход акцентирует внимание ученых на открытых системах, их процессуальности: неупорядоченности. неустойчивости, неравно-весных отношениях. Это не просто дополни¬тельный взгляд на мир в \»боровском\» смысле, а новая парадигма и способ изучения мира. Проблема самоорганизации материальных систем в рамках системного и информационного подходов рассматривается в науке XX века на уровне биологических, социальных, технических систем\».
Принцип закономерности утверждает регулярный , упорядоченный характер отноше-ний детерминации, что означает подчиненность всех явлений в своем возникновении и су-ществовании объективным законам. Одни явления детерминируют другие в соответствии с законом. Закон есть существенный необходимый тип связи между явлениями. Не вся¬кая связь или отношение является законом: закон не просто связь, но связь существенная. Закон есть отношение сущностей или отношение меду сущностями. Связь, являющаяся законом, выступает как определенное целое в его всеобщности. Характерный признак закона — повто-ряемость. Закономерное отношение будет всегда повторяться при наличии соответствующих условий, независимо от пространственно-временного отношения. Характерным признаком закона, вытекающим из его определения как существенной связи, является его необходи-мость. Закон природы это связь, которая характеризуется основными признаками сущест-венного отношения: всеобщностью, необходимостью, повторяемостью, устойчивостью. Со-относить понятия \»необходимость\», \»всеобщность\», \»повторяемость\» можно только через ка-тегорию сущности. Как сущность закон нельзя мыслить как нечто существующее наряду с явлениями , независимо от них. С точки зрения сферы действия законы подразделяются на общие, универсальные и частные, действующие лишь в ограниченной области. По форме своего проявления законы, так же как и виды причинности, подразделяются на динамические и статистические. Камень, брошенный вверх, вернется на землю, в силу динамически, т.е. однозначно действующего закона притяжения, а выпадение количества очков в брошенных игральных костях предсказать невозможно, поскольку здесь действует статистическая зако-номерность. Указанные различия между динамическими и статистическими проявлениями закономерности нельзя понимать как противопоставление понятий закона и закономерности. Различительным критерием выступает здесь сама структура детерминации. Динамический закон — закон , управляющий поведением индивидуального объекта и позволяющий устано-вить однозначную связь его состояний. Знание, статистического закона, управляющего пове-дением больших совокупностей, позволяет сделать лишь вероятностные заключения о его поведении. В разных концепциях детерминизма категория необходимости и случайности — одно из центральных мест. Необходимость выступает в качестве определяющей характери-стики причинно-следственных связей и отношений регулярной обусловленности, выражает-ся в понятиях закона и закономерности. Важным вопросом философского детерминизма яв-ляется вопрос об объективном познавательном статусе категории случайности. Если прини-мать принцип причинности, что обязательно для концепции философского детерминизма, то случайные явления следует принимать причинно обусловленными. Необходимость причин-ной связи исключает противопоставление необходимости и случайности. Обращение к поня-тию условия является одним из путей обоснования объективного существования случайно-сти. Объяснение существование случайности вариациями условий и пересечением необхо-димых линий существования не противоречат друг другу, а в известной мере совпадают. На-пример, дорожная авария выступает одновременно как результат пересечения двух транс-портных средств, но возникает как результат возникновения непредвиденных обстоятельств или условий. В связи с существованием случайных и необходимых явлений следует обратить внимание на утверждение — \»Наука — враг случайностей\». Если понимать эту формулу в смысле, что наука не должна интересоваться случайностью, то эта формула ложна. Интерес науки к изучению случайных явлений возрастал стремительно, начиная с ХVIII века. Эту формулу следует понимать как отрицание существование случайности, не связанной с необ-ходимостью и причинностью, а такая случайность исключается наукой. Второй момент свя-зан с характеристикой случайности как формы необходимости. Необходимость всегда про-кладывает себе дорогу через массу слу¬чайностей. Важный момент в диалектике случайности и необходимости связан с пониманием случайности как дополнения необходимости. Полное знание о том или ином объекте достигается, когда знание необходимых черт этого явления дополняется знанием случайных, уникальных .Диалектическая взаимосвязь между необхо-димостью и случайностью коренится в самом процессе развития материальных систем и свя-зана с диалектикой превращения возможности в действительность. В широком смысле слова под действительностью понимается весь объективно существующий мир, вся совокупность налично существующих явлений в единстве с их сущностью. В более узком — действитель-ность отдельного объекта — его актуальное бытие. Каждая материальная система существует сначала потенциально, а затем может стать возможностью. Под возможностью понимается — потенциальное бытие, это будущее, содержащееся в настоящем. Процесс развития с этой точки зрения бесконечный процесс реализации одних возможностей и возникновения дру-гих. Диалектика возможности и действительности придает связность процессу развития, ве-дет к пониманию развития как саморазвития. Имеются разные виды возможностей : обрати-мые и не обратимые. Необратимой называется такая возможность, с превращением которое в действительность, первоначальная возможность становится невозможной. Обратимая воз-можность, превращаясь в действительность делает первоначальную действительность воз-можностью. В зависимости от силы, лежащей в их основе необходимости, возможности мо-гут быть реальными, формальными и абстрактными.
Реальные возможности обусловлены необходимыми сторонами и связями объекта. Аб-страктные возможности — это возможности, для осуществления которых не могут сложиться соответствующие условия. Конкретная возможность — это возможность для осуществления которой могут сложиться соответствующие условия. Принадлежность категорий возможно-сти и действительности к группе категорий детерминизма проявляется также через их связь с категориями необходимости и случайности. Так, например, на стадии превращения реальной возможности в действительность возможность из случайности превращается в необходи-мость, теряя случайную компоненту в своей природе. Для количественной оценки возмож-ности в науке разработано понятие вероятности. Вероятность есть степень необходимого в возможном. Опора на понятие вероятности придает понятию возможности более конкретный операциональный характер. Знание возможностей и условий их реализации придает челове-ческому познанию предсказательный, прогностический характер. Известный афоризм гласит : \»Политика есть искусство возможного\». Секрет этого \»искусства, состоит в том, чтобы пу-тем целенаправленной деятельности создавать такие условия, в которых нежелательные воз-можности теряли бы свой реальный характер, а же дательные — приобретали бы реальный характер и превращались в действительность.
Упрощенно-материалистическое понимание свободы воли человека, связывающее его только с необходимостью, даже познанной, фактически лишает человека этой свободы. Дей-ствительно, свобода, где все однозначно, нет случайностей, возможностей не есть свобода. Свобода в различных трактовках может противостоять не столько необходимости, сколько принуждению. Наличие абсолютной свободы может становиться предметом философских спекуляций теоретизирущих философов. В старинной французской легенде рассказывается о суде над человеком, который, размахивая руками, нечаянно разбил нос, другому человеку. Обвиняемый ссылался на то, что никто не может ли вить его свободы размахивать своими собственными руками. Суд решил что обвиняемый виновен, так как свобода размахивать ру-ками одного человека кончается там, где начинается нос другого человека.
Одной из наиболее разработанных концепций свободы является экзистенциальная кон-цепция свободы Н.Бердяева /См. работы \»Философия свободы\», \»Философия свободного ду-ха\» и др./. Связь свободы с природной или социальной необходимостью, полагает Н.Бердяев, лишает подлинную свободу всякого смысла. Свобода находится вне причинных отношении. Свобода же есть .прорыв в этом мире феноменов причинных от ношении /См. \»Царство духа и царство кесаря\».М.,1995,с.325./. Свобода неотрывна от творчества. Лишь свободный творит /Философия свободы, смысл творчества.М.,1989,с.370./. Устранение концепции детерминиз-ма у Н.Бердяева налицо. Человеческий опыт и наука показывают, что свобода и необходи-мость не являются антиподами, признание возможности существования свободы не ведет к отказу от необходимости. Реальное свободное действие людей выступает как выбор альтер-нативных линий поведения. Свобода — выбор целей деятельности, выбор средств к достиже-нию цели, выбор поступков. Согласно научно-философскому мировоззрению, свобода и не-разрывно связанная с ней ответ ственность, мыслимы в мире , где существует объективная обусловленность, детерминизм.
Развитие. Понятие развития. Модели развития.
Развитие является основным предметом диалектики, а сама диалектик выступает как наука о наиболее общих законах развития природы, общества и мышления. Диалектика — это наиболее полное и всестороннее учение о развитии. Диалектика / от греч. — вести беседу, спор/ обязана своим возникновением искусству ведения беседы в форме диалога Сократу и созданному им сократическому методу. В ходе такого диалога стремятся опровергнуть мне-ние или предложений оппонента путем выведения из наго следствий, противоречащих фак-там или твердо установленным истинам. Искусство убеждения при этом сводится к раскры-тию возникающих при этом противоречий, к их разрешению, достижению согласия между спорящими, к уточнению их точек зрения на дискуссионный вопрос. Данная форма диалек-тики есть ее субъективная форма, отражение диалектики мышления. У древних не была вы-работана идея развития в связи объективного и субъективного, с возникновением нового, не-обратимого. У Парменида бытие неизменно, у Гераклита бытие изменятся. Однако эти изме-нения понимаются лишь на уровне внешних наблюдений. В виде стройной теоретической системы диалектика предстает у Гегеля: мир предстает в виде процесса беспрерывного дви-жения и развития во времени и внутреннем единстве. Гегелем заложены основные принципы диалектики: идея универсальной связи явлений, единства противоположностей и диалекти-ческого двойного отрицания. Однако диалектика Гегеля — это пере ход идей, их развитие как восхождение от абстрактного к конкретному. У Гегеля сфера реальных явлений \»погружена\» непосредственно в идеи, хотя мир единичных реальных явлений относительно самостояте-лен. Развитие материализма обусловливает в дальнейшем синтез его с диалектикой, учение диалектики распространяется на природу и общество. Материалистическая диалектика ста-новится ядром марксистского философского мировоззрения, методом познания закономер-ностей природного и общественного развития и революционного преобразова¬ния действи-тельности. Метафизика выступает как альтернатива диалектики. Это философское учение о принципах и началах бытия в единстве, целостности, порой без учета его материального раз-нообразия Гегель увидел в метафизике ограниченность рассудочного мышления, которая преодолевается диалектическом разумом. Гегель связал разум с диалектикой, а рассудок — с метафизикой, противопоставив диалектику метафизическому методу мышления. Диалекти-ка, по Гегелю, исправляет недостатки метафизики, не справляющейся с жизненными проти-воречиями, переходами, процессами развития. Согласно негативным представлениям, мета-физика есть неудовлетворительный конкурент диалектики. Положительное толкование со-стоит в понимании ее как основополагающих принципов философии в их совокупности. /См. подробнее о взаимоотношении диалектики и метафизики В;А.Канке. Философия. Историче-ский и систематический курс.М..1996,0.141-143./. Нацеленность диалектики на развитие служит ее основным критерием. Однако этот критерий нуждается в конкретизации. Развитие характеризуется в его связи с движением и изменением, не единственным изменением, каче-ственным преобразованием, а некоторым комплексом, связью системных изменений в соста-ве элементов структуры. В этом плане развитие есть связь качественных преобразовании системы.
Для этой связи характерна прежде всего необратимость. Необратимость понимается как возникновение качественно новых возможностей, не существовавших раньше. Развитие не является просто модификацией функциональных связей состояний, актуализацией заложен-ных в нем потенций, а выход на иной уровень функционирования вследствие изменения ор-ганизации объекта /См. Э.Г.Юдин. Системный подход и принцип деятельно-сти.м.,1978,с.189-190./. Развитие соотносится с направленностью преобразований. Направ-ленность следующий критериальный признак развития. Т.о. признаки развития: 1/качественный характер изменений, 2/необратимость, 3/направленность. Следовательно, развитие — это направленные, необратимые, качественные изме¬нения системы. Развитие есть объективное явление, феномен материальной и духовной реальности. Сложность развития обусловливает неоднозначность его трактовок, интерпретаций. Остановимся на рассмотре-нии основных концепций или \»моделей развития\». Классические модели диалектики пред-ставлены трудами Канта, Фихте, Шеллинга, Гегеля /логико-гносеологические модели диа-лектики/. XIX век дал теоретические предпосылки для вызревания нескольких концепций развития: диалектико-материалистической, градуалистской и натуралистской.
Г.Спенсер дал метафизическое объяснение всеобщей постепенной эволюции природы. Главные недостатки этой концепции — исключительно постепенный характер эволюции и развития материальных систем, а также сводимость высших форм движения материи к низ-шим /редукционизм/. Отрицание взрывообразных скачков, каковыми являются в живой при-роде мутации, а в социальной действительности — политические революции, свидетельствует о \»плоскоэволюционистском\» понимании развития. Концепция \»творческого эволюциониз-ма\» или \’\’эмерджентности\» строится на основе возникновения нового качества, не сводимого к исходному, признается \»взрывообразный\» скачок, не предсказуемый из начальных качеств. Новое качество — результат некой внутренней \»творческой силы\», в которой Морган .например, усматривает Бога. И плоскоэволюционисткая, и эмерддентистская концепции сходятся в отказе от имманентных материальных противоречий как источника развития при-роды и общества. Эволюционизм Ч.Дарвина дает наиболее полное представление о стихий-но-диалектической концепции развития. Эта концепция соотносится с частно-научным поня-тием \»эволюция\», а не всеобщее — философским понятием развития. Диалектико-материалистическая концепция, созданная К.Марксом и Ф.Энгельсом, в опоре на гегелев-скую диалектику, гораздо более всесторонняя, богаче содержанием. В этой концепции могут быть соединены непротиворечиво принципы материализма, диалектики и гуманизма. Сама диалектика должна быть освобождена от деформаций партийно-классового порядка, чтобы раскрыть свою многогранность применительно к природе, социуму и духовному миру чело-века.
Законы развития. Закон отрицания отрицания. Закон перехода количества в качество. Закон \»единства и борьбы противоположностей\» Из трактовки развития, включающего в се-бя переходы от одних качеств к другим следует, что никакое развитие невозможно без отри-цания отрицания. Всеобщий характер отрицания признается и диалектиками и механициста-ми. Однако механистическое понимание отрицания выступает в двух формах: 1/полное от-рицание преемственности с предыдущим этапом развития, абсолютизация момента деструк-ции, разрушения, 2/абсолютизация момента преемственности в развитии Диалектическая философия отвергает абсолютизацию моментов разрушения в от ношении к предыдущим этапам развития, так как деструктивность исключает прогрессивное движение системы. Про-грессивное развитие предполагает отрицание-снятие, конструктивное отрицание. При дест-руктивном типе отрицания решающую роль играют внешние по отношению к системе фак-торы. Конструктивные отрицания детерминируются в основном внутренними факторами, противоречиями. Система в этом случае содержит в себе свое собственное отрицание -самоотрицание как необходимый момент развития, связь низшего и высшего, менее со вер-шенного и более совершенного. Гегель считал ядром своего диалектического метода уста-новку на противоречивость и триаду. Триадичность: тезис- антитезис — синтез означает, что отрицание тезиса, а затем и антитезиса не является уничтожением предмета, а развитием все-го содержания последнего. Синтез есть объединение тезиса и антитезиса, достижение более высокого содержания, в отличие от простого их сложения здесь нечто новое, основанное на преодолении противоречий предыдущих этапов развития. Синтез выступает как итог с раз-вития и содержательной стороны характеризует поступательность движения. Закон перехода количества в качество выражает такую взаимозависимость характеристик объекта, матери-альной системы, при которой количественные изменения на определенном этапе приводят к качественным. Многообразие мира может характеризоваться со стороны качества и количе-ства. Качество — это совокупность свойств предмета, системы в целостности, определенности и выделенности из окружающего фона. Количество характеризует предмет по степени его развития или интенсивности присущих ему свойств, выражаемых в величинах или числах. Изменения качества в своей основе имеют прибавление или убавление вещества, энергии, структурных или информационных компонентов системы. Количество и качество выступают как нечто раздельное лишь в абстракции, реально же они суть разные характеристики опре-деленных объектов. Качество всегда количественно, а количество качественно. Однако их неразрывная связь не означает их слияния, граница определяется при установлении системы отсчета, выделении предмета исследования. Качество и количество связаны в мере. Мера это количественная граница данного качества, в которой качество проявляется в своей опреде-ленности. Про¬цесс коренного изменения качества, надлом старого и рождение нового есть скачок. Закон \»единства и борьбы противоположностей\» всеобщ. Он усматривает импульсы движения и развития мира в нем са¬мом, в порождаемых им самим противоречиях, в нераз-рывном единстве и борьбе противоположных сторон. Слово \»борьба\» употребляется скорее метафорически имеет смысл лишь в составе формулы \»единство и борьба\». Такое понимание не провоцирует на упрощенное толкование сути закона, механическое соединение диалекти-чески противоположных сторон. Противоречие неотрывно от движения, как и развитие от противоречия. В противоречиях — и единство, и борьба. В этой связи \»закон единства и борь-бы противоположностей\» в содержательном плане идентичен \»закону диалектической про-тиворечивости\». Сами противоположности находятся в движении и развитии. В развитии противоречий модно выделить следующие этапы или состояния:1/гармоний, 2/дисгармония, 3/конфликт. По Аристотелю, гармония вообще возникает из противоположностей… Гармо-ния… есть согласие разногласносго\» /Цит по:Маковельский А. Досократики. Казань, 1919,ч.3,с.35./. Традиции античной мысли богаты своими \»выходами\» в современную про-блематику развития. Дисгармония связана с расшатыванием общих структур, развитием од-ной стороны за счет другой. При конфликте, столкновении обостряются взаимоотношения между противоположностями, преобладает разнонаправленность и взаимоотрицание, что ставит под вопрос само существование системы. Единство и борьба противоположностей является источником и главной движущей силой развития. Существование множества про-тиворечий предполагает их деление по степени охвата действительности, выделяются два типа: 1/0бщедиалектические охватывающие материальную и духовную действительность, 2/специфически-диалектические, подразделяющиеся также на а/ противоречия материальных систем и б/ диалектические противоречия познания. Рассмотрим, например, внешние и внут-ренние противоречия. Данные эволюционной теории, генетики и философии свидетельству-ют, что импульсы к развитию системы заключены внутри нее. Для вида, популяции мутации результат внутренних противоречий, однако внешние факторы существенным образом опре-деляют направление изменчивости. Удельный вес каждого из противоречий устанавливается конкретно, но в общей форме обнаруживается неразрывность внешних и внутренних проти-воречий. Однако источником развития являются внутренние и внешние противоречия систе-мы, саморазвивающейся при ведущей роли внутренних противоречий. Рассмотренные зако-ны диалектики с трех различных сторон характеризуют развитие: закон диалектической про-тиворечивости — источник , импульс, развития; закон перехода количества в качество — меха-низм возникновения новых качеств; закон отрицания отрицания — характер и форму прогрес-сивно направленных изменений. Первый закон дает ответ на вопрос: почему совершается развитие?, второй — на вопрос: как происходит развитие?., третий — на вопрос: каков характер поступательного развития?. Обладая специфичностью и несводимостью друг к другу, эти законы в то же время взаимосвязаны и проникают друг в друга , вплоть до полного слияния. Их единство многранно. Основа этого -взаимодополнение в развитии.
Основные принципы и законы материалистической диалектики были сформулированы классиками марксизма свыше ста лет назад. В XX веке революция в науке приобрела небы-валый размах, соединившись с технологией. В последние полвека коренным образом изме-нилась концептуальная структура и средства, а также методы научного познания. Для не-классической науки характерны — тенденция к целостному, систем ному исследованию раз-личных природных и социальных процессов, изучение эволюции и развития не только от-дельных систем, но и систем региональных, глобальных, раскрытие внутренних механизмов самоорганизации, лежащих в основе этого развития. Настало время всерьез заговорить о но-вой форме диалектики, сопоставив новые представления о системности и самоорганизации , новое понимание и объяснение в науке с принципами, законами и категориями диалектики. По-видимому, это единственный путь, по которому может идти философия, претендующая на научность. С точки зрения современной науки таким атрибутом становится самооргани-зация материальных систем, ибо именно она характеризует внутреннюю активность материи. Прежняя диалектика, ориентирующаяся на категориальный аппарат гегелевской диалектики, хотя и критикует механицизм и метафизику, но также не в состоянии адекватно объяснить процесс развития материальных систем. Данная форма диалектики имеет существенный не достаток: она сохраняет некоторые черты гегелевской диалектической формы, из которой она возникла. Для Гегеля, объективного идеалиста, развивается прежде всего мысль, идея, теория. Маркс и Энгельс материалистически преобразовали гегелевскую диалектику, неус-танно подчеркивая , что по законам диалектики развивается прежде всего сам объективный мир. Однако материалистическая интерпретация диалектики Гегеля не ознаменовалась рас-крытием специфических за конов, внутренних законов развития материального мира. По су-ти дела, и эволюционная теория Ч.Дарвина не раскрыла внутренних механизмов развития в живой природе, описав их на уровне феномена.
Что же касается неживой природы, то выводы тогдашней науки находи лис1. в резком противоречии с эволюционными идеями Дарвина /второе начало термодинамики/.Таким об-разом, сама идея развития не была органически связана с эволюцией и усложнением приро-ды в процессах ее самоорганизации. Чтобы понять механизмы подобной самоорганизации структур необходимо обратиться к неживой природе / образование песчаных дюн, циклонов, антициклонов и т. п./ Синергетика является на настоящий момент наиболее общей теорией самоорганизации систем, формулируя наиболее общие принципы самоорганизации на все,\» структурных уровнях материи. И.Пригожий, один из ведущих создателей этого подхода, свое понимание феномена самоорганизации связывает с понятием диссипативной структуры — структуры спонтанно во вникающей в открытых неравновесных системах. Классическими примера ми таких структур являются образование сотовой структуры в подогреваемой снизу жидкости /т.н. ячейки Бенара/, \»химические часы\» /реакция Белоусова-Даботинского/, турбу-лентное движение. В книге И.Пригоиина и И.Стенгерс \»Порядок из хаоса\» процесс возник-новения диссипативных структур объясняется следующим образом. Пока система находится в состоянии термодинамического равновесия, ее элементы /например молекулы газа/ нахо-дятся как бы в состоянии гипнотического сна и в силу независимости друг от друга не спо-собны к образованию упорядоченных структур. Под воздействием же энергетических взаи-модействий с окружающей средой система переходит в неравновесное \»возбужденное\» со-стояние. Ее элементы начинают действовать согласованно, между ними возникает корреля-тивное, когерентное взаимодействие — диссипативная структура. Термин \»синергетика\» обра-зован от греческого \»синергия\», что означает содействие, сотрудничество. Именно \»совмест-ное действие\» характеризует процессы самоорганизации .Пригожин выдвинул принцип, со-гласно которому источником порядка является неравновесность. Неравновесность есть то , что \»порождает порядок из хаоса\» /Пригожин И.Стенгерс И. Порядок из хао-са.М.,1986,с.357./.
Категория порядка и беспорядка , почти не использовавшаяся в философии Нового времени, завоевывает внимание ученых. Происходит своеобразное возвращение к античной традиции, в которой понятие порядка и беспорядка было связано о пониманием процессов происхождения и развития мира. В наивно-эмпирическом взгляде античные мыслитель пы-тались понять , каким образом из первоначального хаоса возникает космос — единый целост-ный и упорядоченный мир. Санергизм позволяет приблизиться к пониманию, почему вопре-ки действию закона возрастания энтропии /второй закон термодинамики, непреложность ко-торого признается учеными/, окружающий нас мир демонстрирует высокую степень органи-зации и порядка. На протяжении веди истории развития Вселенной происходит непрерывное усложнение организации структурных уровней материи, и сам процесс развития носит явно направленный характер. Современный синергизм может по служить своего рода апологией, защитой и объяснением организованности, упорядоченности и целостности мира в его раз-витии. Рассмотрение соотношение между классической, ньютоновской динамикой и стохас-тическими , вероятностными процессами показывает , что они не противоречат друг другу. Особенно ясным это стало в 60-х годах, после появления работ советских математиков А.Н.Колмогорова и В.И.Арнольда. Природа вероятности обусловлена внутренней неста-бильностью динамических систем. Рост энтропии обусловлен самой динамической структу-рой нашей Вселенной. В современной картине мира должен быть преодолен дуализм, проти-воречие между \»физикой существующего\» и \»физикой возникающего\». Физика со времен Ньютона, считает Пригожин, своей задачей ставила достижение такого понимания Реально-сти, при которой изменения объектов описывались как строго детерминированная эволюция начальных состояний. В динамике — классической, квантовой, релятивистской — время опи-сывается как внешний признак, не имеющий выделенного направления, что не позволяет ус-тановить различие между прошлым и будущим /См.:Пригожин И. От существующего к воз-никающему.М.,1985, с.217-218./. Важной проблемой в этой связи является согласование де-терминистического и вероятностного подхода к эволюции и развитию. Идеи синергетики не являются универсальными, но значительно углубляют концепцию детерминизма в ее связи с развитием, эволюцией живого и неживого. В XIX веке появляется, новое умонастроение : Разум и разумная деятельность должны быть включены в единый анализ процессов развития. Русский космизм, а затем и В.И. Вернадский видели в человеке — носителе разума, не только зрителя мирового процесса, но и его участника. Так возникает принцип антропности, а затем в связи с ним принцип совместного коэволюционного развития природы, космоса, человека. Разум, рожденный на Земле, способен расширить сове взаимодействие с природой и внут-ренне изменить, одухотворить своего носителя человека. Разуму придется создавать новые принципы этики и морали, чтобы преодолеть \»дуализм исполнителя и наблюдателя\» : Разум для своего развития должен из зрителя и наблюдателя все больше превращаться в участника мирового процесса развития, превращая этот дуализм в единство.
Выражением этого единства, его поисков в определенной степени является в современ-ной научной картине мира идея глобального эволюционизма. Однако статус этой идеи, сфера ее применимости, в отличие от философской идеи развития, уже, она не охватывает \»все ми-ровое целое, а лишь область естественно — научного знания. Специфический для научной картины язык выражения идей глобального эволюционизма находится в стадии становления. Одним из важнейших аспектов этой проблемы является антропный принцип.

Проблема трансформации эмпирического знания в теоретическое

1. Левин 2014 – Левин Г.Д. Проблема «третьего мира» в современной эпистемологии// Эпистемология и философия науки. 2014. №1 (39). С. 96–110.

2. Левин 2016 – Левин Г.Д. Эмпирия и теория. М.: Канон+, 2016.

3. Сачков 1999 – Сачков Ю.В. Вероятностная революция в науке. М.: Научный мир, 1999.

4. Степин 2000 – Степин В.С. Теоретическое знание. М.: Прогресс-Традиция, 2000.

5. Степин 2004 – Степин В.С. Строение и динамика научного знания // Введение в философию. М.: Республика, 2004. С. 538–565.

Дополнительные библиографические источники и материалы

Источники

 

Аристотель 1978 – Аристотель. Вторая аналитика // Аристотель.  Сочинения в четырех томах.   Т. 2. М.: Мысль, 1978 [Aristotle. The second analytics (Russian Translation)].  

Демокрит 1955 – Фрагменты Демокрита и  свидетельства о его учении // Материалисты древней

Греции. М.: Издательство политической литературы, 1955 [Fragments Democritus (Russian Translation)].   Ильенков 1960 – Ильенков Э.В. Диалектика абстрактного и конкретного в «Капитале» Маркса. М.: Наука, 1960 [Il’yenkov, Evald V.  Dialectics of the abstract and concrete in the «Capital» of Marx (in Russian)].

Карнап 2008 – Карнап Р.   Философские основания физики. М.: ЛКИ, 2008 [Carnap, Rudolf. Philosophical foundations of physics (Russian Translation)]. 

Копнин 1966 – Копнин П.В. Введение в марксистскую гносеологию. Киев: Наукова думка, 1966 [Kopnin, Pavel V. Introduction to Marxist gnoseology (Russian Translation)].

Лаплас 2011 – Лаплас П.-C. Опыт философии теории вероятностей. М.: URSS, 2011 [Laplace, Pierre-Simon. Essai philosophique sur les probabilites (Russian Translation)].

Маркс 1962 – Маркс К. Капитал // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 26. Ч. 1. М.: Государственное издательство политической литературы, 1962 [Marx, Karl.  Das Kapital. Kritik der politischen Ökonomie (Russian Translation)].    

Поппер 1983 – Поппер К. Р. Логика и рост научного знания. М.: Прогресс, 1983 [Popper, Karl R. The logic of scientific discovery (Russian Translation).  

Поппер 2002 – Поппер К.Р. Объективное знание. Эволюционный подход. М.: Эдиториал УРСС, 2002  [Popper, Karl R. Objective knowledge: an evolutionary approach (Russian Translation)].

Швырев 1983 – Швырев В.С. Эмпирическое и теоретическое// Философский энциклопедический словарь. М.:  Сов. энциклопедия, 1983 [Shvyrev, Vladimir S. Empirical and theoretical (in Russian)].      

 

Ab alio movetur: Аристотель и причинный детерминизм

В этой статье рассматривается спорный вопрос приверженности Аристотеля каузальному детерминизму, особенно в том, что касается действующей причины. После проведения различия между детерминизмом, фатализмом и необходимостью, несколько общих аргументов в пользу индетерминистских интерпретаций Аристотеля исследуются и опровергаются. Впоследствии выдвигается несколько положительных аргументов в пользу детерминистской интерпретации. Затем статья обращается к основополагающей теории случайности Аристотеля и его сопротивлению системным / метафизическим концепциям детерминизма.Наконец, в статье задается вопрос, удается ли теории случайностей Аристотеля победить детерминизм или даже необходимость.

Библиография

Аль-Фараби. 1981. Комментарий и краткий трактат по De Interpretatione Аристотеля. Перевод Ф. В. Циммермана. Лондон: Издательство Оксфордского университета. Искать в Google Scholar

Al-Farabi. 2001. Философия Платона и Аристотеля. Перевод Мухсина Махди. Итака: Издательство Корнельского университета. Искать в Google Scholar

Al-Ghazali.1963. Тахафут аль-Фаласифа. Перевод Сабиха Ахмада Камали. Лахор, Пакистан: Пакистанский философский конгресс. Искать в Google Scholar

Ammonius. 1998. Об интерпретации Аристотеля 9. Перевод Дэвида Бланка и Нормана Крецманна. Итака: Издательство Корнельского университета. Искать в Google Scholar

Анскомб, Г. Э. М. 1956. «Аристотель и морское сражение». Ум 65: 1–15. Искать в Google Scholar

Анскомб, Г. Э. М. 1971. Причинность и детерминация. Кембридж: Издательство Кембриджского университета.Искать в Google Scholar

Афродизиас Александр оф. 1983. О судьбе. Перевод Р.У. Шарплса. Лондон: Джеральд Дакворт и Ко. Искать в Google Scholar

Афродисиас, Александр оф. 1992. Quaestiones 1.1–2.15. Перевод Р.У. Шарплса. Итака: Издательство Корнельского университета. Искать в Google Scholar

Афродизиас Александр оф. 1994. Quaestiones 2.16–3.15. Перевод Р.У. Шарплса. Итака: Издательство Корнельского университета. Искать в Google Scholar

Афродизиас Александр оф.1999. О предшествующей аналитике Аристотеля 1.14–22. Перевод Джозайя Гулда. Итака: Издательство Корнельского университета. Искать в Google Scholar

Aquinas, T. 1923. Summa Contra Gentiles. Перевод английских отцов-доминиканцев. Лондон: Burns Oates & Washbourne Ltd. Поиск в Google Scholar

Aquinas, T. 1952. О силе Бога (Quaestiones Disputatae De Potentia Dei). Перевод английских отцов-доминиканцев. Вестминстер, Мэриленд: Newman Press. Искать в Google Scholar

Aquinas, T.1964. Summa Thelogiae. Перевод английских отцов-доминиканцев. Нью-Йорк: Книжная компания Макгроу-Хилл. Искать в Google Scholar

Аристотель. 1984. Полное собрание сочинений. Отредактированный Джонатаном Барнсом. Принстон. Нью-Джерси: Princeton Univeristy Press. Искать в Google Scholar

Aspasius. 2007. О никомаховой этике Аристотеля 1–4, 7–8. Перевод Давида Констан. Итака: Издательство Корнельского университета. Искать в Google Scholar

Аврелий, Марк Антонин. 1916. Марк Аврелий. Перевод Ч.Р. Хейнс. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Искать в Google Scholar

Averroes. 1969. Несвязность несвязности. Перевод Саймона ван Ден Берга. 2 т. Лондон: Messrs Luzac & Company Ltd. Поиск в Google Scholar

Balme, D. 1939. «Греческая наука и механизм. I. Аристотель о природе и шансах». The Classical Quarterly 33: 129–38. Ищите в Google Scholar

Balme, D. 1972. De Partibus Animalium I и De Generatione Animalium I. Оксфорд: Clarendon Press.Ищите в Google Scholar

Balme, D. 1980. «Телеология и необходимость». В «Философских вопросах биологии Аристотеля», под редакцией А. Готтхельфа и Дж. Г. Леннокса, 275–86. Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Ищите в Google Scholar

Barnes, J. 1975. Aristotle’s Posterior Analytics. Оксфорд: Clarendon Press. Искать в Google Scholar

Барнс, Дж. 1979. Досократические философы, 2 тома. Лондон: Рутледж. Искать в Google Scholar

Bayle, P. 1991. Историко-критический словарь: Selections.Перевод Ричарда Х. Попкина. Индианаполис, Индиана: Издательская компания Hackett. Искать в Google Scholar

Bobzien, S. 1998. Детерминизм и свобода в стоической философии. Оксфорд: Clarendon Press. Ищите в Google Scholar

Boeri, M. D. 1995. «Случайность и телеология в физике Аристотеля». International Philosophical Quarterly 35: 87–96. Искать в Google Scholar

Боэций А.М.С. 1918. Утешение философии. Перевод С. Дж. Тестера. Кембридж: Издательство Гарвардского университета.Поиск в Google Scholar

Боэций А.М.С. 1998. Об интерпретации Аристотеля 9. Перевод Дэвида Бланка и Нормана Крецманна. Итака: Издательство Корнельского университета. Ищите в Google Scholar

Botros, S. 1985. «Свобода, причинность, фатализм и ранняя стоическая философия». Phronesis 30: 274–304. Ищите в Google Scholar

Брэди М. и Ф. Д. Миллер мл. 1984. «Телеология и естественная необходимость у Аристотеля». History of Philosophy Quarterly 1: 133–46. Искать в Google Scholar

Broadie, S.2001. «От необходимости к судьбе: заблуждение?». Журнал этики 5: 21–37. Ищите в Google Scholar

Бирн, К. 2002. «Аристотель о физической необходимости и пределах телеологического объяснения». Апейрон 35: 20–46. Ищите в Google Scholar

Christidis, T. 2001. «Случайность, необходимость и роль времени в физике Аристотеля». В Аристотеле и современной науке, под редакцией Д. Sphendonē-Mentzu. Нью-Йорк: Питер Лэнг. Искать в Google Scholar

Cicero, M. T. 1914. De Finibus Bonorum Et Malorum.Перевод Х. Рэкхема. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Искать в Google Scholar

Cicero, M. T. 1933. De Natura Deorum. Academica. Перевод Х. Рэкхема. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Искать в Google Scholar

Cicero, M. T. 1942. De Fato. Paradoxia Stoicorum. Перевод Х. Рэкхема. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Ищите в Google Scholar

Купер, Дж. М. 1987. «Гипотетическая необходимость и естественная телеология». В «Философских вопросах биологии Аристотеля» под редакцией А.Готтхельф и Дж. Г. Леннокс, 243–74. Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Ищите в Google Scholar

Деласи, П. Х. 1939. «Проблема причинности в философии Платона». Классическая филология 34: 97–115. Ищите в Google Scholar

Дадли Дж. 2005. «Необходимость и шанс: критика досократиков Аристотелем». В Hasard Et Nécessité Dans La Philosophie Grecque, под редакцией Э. Мутсопулоса. Афина: Académie d’Athènes. Поиск в Google Scholar

Дадли Дж. 2012. Аристотелевская концепция случайности.Олбани: Государственный университет Нью-Йорка. Ищите в Google Scholar

Эдмундс, Л. 1972. «Необходимость, шанс и свобода у первых атомистов». Феникс 26: 342–57. Искать в Google Scholar

Empiricus, S. 1933. Очертания пирронизма. Перевод Р. Г. Бери. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Искать в Google Scholar

Empiricus, S. 1935. Против логиков. Перевод Р. Г. Бери. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Искать в Google Scholar

Empiricus, S.1936. Против физиков. Против этиков. Перевод Р. Г. Бери. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Ищите в Google Scholar

Empiricus, S. 1949. Против профессоров. Перевод Р. Г. Бери. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Искать в Google Scholar

Epictetus. 1925. Рассуждения, Encheiridion и фрагменты. Перевод В. А. Олдфатера. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Поищите в Google Scholar

Fine, G. 1981. «Аристотель о детерминизме: обзор книги Ричарда Сорабджи« Необходимость, причина и вина ».. ’” Философское обозрение 90: 561–79. Ищите в Google Scholar

Fine, G. 1984. «Истина и необходимость в интерпретации 9». History of Philosophy Quarterly 1: 23–48. Ищите в Google Scholar

Frede, D. 1985. «Аристотель на границах детерминизма: случайные причины в метафизике E.3.» В Аристотеле о природе и живых существах, под редакцией А. Готхельфа, 207–25. Питтсбург: Mathesis Pub. Искать в Google Scholar

Функенштейн А. 1986. Богословие и научное воображение от средневековья до семнадцатого века.Принстон: Издательство Принстонского университета. Ищите в Google Scholar

Furley, D. 1986. «Пример дождя в физике II.8». В Аристотеле о природе и живых существах, под редакцией А. Готтхельфа, 177–82. Питтсбурч: Матезис. Искать в Google Scholar

Galen. 1968. О пользе частей тела. Перевод Маргарет Талмэдж Мэй. 2 т. Итака, Нью-Йорк: Издательство Корнельского университета. Искать в Google Scholar

Гаскин Р. 1995. Морское сражение и главный аргумент.Нью-Йорк: Де Грюйтер. Искать в Google Scholar

Геллиус А. 1927. Ночи на чердаке. 3 т. Перевод Дж. К. Рольфе. Кембридж: Издательство Гарвардского университета. Искать в Google Scholar

Gomperz, T. 1912. Греческие мыслители. Перевод Лори Магнус. Лондон: Джон Мюррей. Поиск в Google Scholar

Грэм Д. У. 2010. Тексты раннегреческой философии, 2 тома. Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Искать в Google Scholar

Грегори А. 2007. Древнегреческая космология.Лондон: Блумсбери. Ищите в Google Scholar

Grgić, F. 1998. «Аристотель против детерминизма: метафизика 6.3». International Philosophy Quarterly 38: 127–36. Искать в Google Scholar

Гатри, В. К. К. 1962. История греческой философии, 6 томов. Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Искать в Google Scholar

Хэнкинсон Р. Дж. 1995. «Философия науки». В «Кембриджском компаньоне Аристотеля» под редакцией Дж. Барнса, 109–39. Кембридж: Кембридж UP. Искать в Google Scholar

Hankinson, R.J. 1998. Причина и объяснение в древнегреческой мысли. Оксфорд: Clarendon Press. Ищите в Google Scholar

Heath, D. D. 1879. «Некоторые дальнейшие наблюдения по древним теориям причинно-следственной связи». Филологический журнал 8: 172–7. Искать в Google Scholar

Hintikka, J., et al. 1973. Время и необходимость: исследования по теории модальности Аристотеля. Оксфорд: Clarendon Press. Искать в Google Scholar

Hintikka, J., et al. 1977. Аристотель о модальности и детерминизме. Амстердам: паб Северная Голландия.Co. Поиск в Google Scholar

Хурани, Г. Ф. 1972. «Ибн Сина о необходимом и возможном существовании». Философский форум 4: 74–86. Искать в Google Scholar

Хьюм Д. 1955. Трактат о природе человека. Под редакцией Л.А. Селби-Бигге. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета. Искать в Google Scholar

Ide, H. 1993. «Метафизика Аристотеля VI 2–3 и совпадения». Древняя философия 13: 341–54. Искать в Google Scholar

Inwood, B. and L.P. Gerson, Eds. 2008. Читатель-стоики: Избранные сочинения и свидетельства.Перевод Брэда Инвуда и Ллойда П. Герсона. Индианаполис, Индиана: Издательская компания Hackett. Искать в Google Scholar

Исидор Севильский. 2010. Этимологии. Перевод Стивена А. Барни и др. Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Искать в Google Scholar

Judson, L. 1988. «La Bataille Navale d’Aujourd’hui: De Interpretatione 9.» Revue De Philosophie Ancienne 6: 5–37. Искать в Google Scholar

Kirk, G. S., and J. E. Raven. 1962. Досократические философы.Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Поиск в Google Scholar

Кирван, К. 1993. Книги Аристотеля по метафизике Γ, Δ, E. Oxford: Oxford University Press. Искать в Google Scholar

Коган Б.С. 1985. Аверроэс и метафизика причинности. Олбани, штат Нью-Йорк: Государственный университет Нью-Йорка. Искать в Google Scholar

Kullmann, W. 1974. Wissenschaft Und Methode. Берлин: Де Грютер. Искать в Google Scholar

Laertius, D. 1925. Жизни выдающихся философов, 2 тома.Перевод Р. Д. Хикса. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Искать в Google Scholar

Leibniz, G. W. 1951. Theodicy. Перевод Э. М. Хуггарда. Нью-Хейвен: издательство Йельского университета. Ищите в Google Scholar

Leunissen, M. 2010. Объяснение и телеология в Аристотелевской науке о природе. Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Искать в Google Scholar

Loening, R. 1903. Die Zurechningslehre Des Aristoteles. Йена: Хильдесхайм. Искать в Google Scholar

Long, A.А. и Д. Н. Седли. 1970. «Стоический детерминизм и Александр Афродизиас Де Фато (i-xiv)». Архив Für Geschichte Der Philosophie 52: 247–68. Искать в Google Scholar

Long, A. A., and D. N. Sedley. 1987. Философы эллинизма. Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Искать в Google Scholar

Лукреций, Карус Тит. 1975. De Rerum Natura. Перевод W.H.D. Роуз. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Искать в Google Scholar

Мэдиган, А. 1984. «Метафизика Э.3: Скромное предложение ». Phronesis 29: 123–36. Искать в Google Scholar

Maison, A. 1946. Введение À La Physique Aristotélicienne. Лувен: Высший институт философии. Ищите в Google Scholar

Михан, Ф. X. 1940. Эффективная причинность у Аристотеля и Св. Фомы. Вашингтон, округ Колумбия: Католический университет Америки Press. Искать в Google Scholar

Mill, J. S. 1843. A System of Logic. Лондон: Джон В. Паркер. Ищите в Google Scholar

Nemesius. 2008 г.О природе человека. Перевод Р. В. Шарплса и П. Дж. Ван дер Эйк. Ливерпуль: Издательство Ливерпульского университета. Поиск в Google Scholar

О’Киф, Т. Почему нет новых начинаний в метафизике Эпсилон или никомахова этика III 5 Неопубликованная диссертация. Поиск в Google Scholar

Панайидес, К. Ю. 2002. Аристотель о модальности и детерминизме. Кипр: Intercollege Press. Ищите в Google Scholar

Панайидес, К. Ю. 2009. «Аристотель о причинном детерминизме и фатализме.”Античная философия 29: 107–22. Искать в Google Scholar

Philoponus, J. 1999. О физике Аристотеля 2. Перевод А. Р. Лейси. Итака: Издательство Корнельского университета. Искать в Google Scholar

Филопон, Дж. 2005. О душе Аристотеля 1.1–2. Перевод Ричарда Сораджи. Итака: Издательство Корнельского университета. Искать в Google Scholar

Plato. 1997. Полное собрание сочинений. Отредактированный Джоном М. Купером. Индианаполис, Индиана: Издательская компания Hackett. Искать в Google Scholar

Plotinus.1984. Эннеады. 7 т. Перевод А.Х. Армстронга. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Искать в Google Scholar

Plutarch. 1927. Моралия. 16 т. Перевод Фрэнка Коула Бэббита и др. 16 т. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Искать в Google Scholar

Поппер, К. Р. 1956. Открытая Вселенная: аргумент в пользу индетерминизма. Тотова, Нью-Джерси: Роуман и Литтлфилд. Искать в Google Scholar

Proclus. 2007. О провидении. Перевод Карлоса Стила. Итака: Издательство Корнельского университета.Искать в Google Scholar

Rivaud, A. 1906. Le Problem Du Devenir. Париж: Алькан. Искать в Google Scholar

Roberts, A., et al (eds.). 1994. Отцы ранней церкви, 38 тома. Пибоди: Hendrickson Publishers. Искать в Google Scholar

Росс, В. Д. 1923. Аристотель. Лондон: Methuen & Co. Ltd. Поиск в Google Scholar

Росс, В. Д. 1936. Физика Аристотеля. Оксфорд: Кларендон. Искать в Google Scholar

Росс, В. Д. 1958. Метафизика Аристотеля.Оксфорд: Clarendon Press. Искать в Google Scholar

Sambursky, S. 1956. «О возможном и вероятном в Древней Греции». Осирис 12: 35–48. Искать в Google Scholar

Самбурский С. 1959. Физика стоиков. Лондон: Рутледж. Ищите в Google Scholar

Schopenhauer, A. 1974. Четырехчастный корень принципа достаточного разума. Перевод Э. Ф. Дж. Пейна. Le Salle: Открытый суд. Ищите в Google Scholar

Сенека, Л. А. 1935. Моральные эссе. 3 т.Перевод Джона В. Басора. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Искать в Google Scholar

Seneca, L.A. 1971. Natural Questions, 2 vol. Перевод Томаса Х. Коркорана. Камбридж: Издательство Гарвардского университета. Поищите в Google Scholar

Sharples, R. W. 1979. «« Если что раньше, то по необходимости, то потом »? Некоторые древние рассуждения об Аристотеле ». De Generatione Et Corruptione 2.11 ». Вестник Института классических исследований 26: 27–44. Искать в Google Scholar

Sharples, R.W. 1986. «Мягкий детерминизм и свобода в раннем стоицизме». Phronesis 31: 266–79. Поиск в Google Scholar

Шарплс Р. В. 2010. Перипатетическая философия с 200 г. до н.э. до 200 г. н.э .: Введение и сборник источников в переводе. Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Ищите в Google Scholar

Simplicius. 1997. О физике Аристотеля 2. Перевод Барри Флит. Итака: Издательство Корнельского университета. Ищите в Google Scholar

Simplicius. 2002. О категориях Аристотеля 7–8.Перевод Барри Флит. Итака: Издательство Корнельского университета. Ищите в Google Scholar

Simplicius. 2004. Об Аристотеле на небесах 1.5–9. Перевод Р. Дж. Хэнкинсона. Итака: Издательство Корнельского университета. Ищите в Google Scholar

Simplicius. 2006. Об Аристотеле на небесах 1.10–12. Перевод Р. Дж. Хэнкинсона. Итака: Издательство Корнельского университета. Ищите в Google Scholar

Sorabji, R. 1980. «Причинность, законы и необходимость». В сомнениях и догматизме, под редакцией М.Шофилд, М. Бурнят и Дж. Барнс, 250–82. Оксфорд: Clarendon Press. Ищите в Google Scholar

Сорабджи Р. 1980. Необходимость, причина и вина: перспективы теории Аристотеля. Итака, Нью-Йорк: Издательство Корнельского университета. Поиск в Google Scholar

Сорабджи, Р. (ред.) 2005. Философия комментаторов: 200–600 гг. Нашей эры. 3 т. Итака, Нью-Йорк: Издательство Корнельского университета. Искать в Google Scholar

Stephanus. 2000. Об Аристотеле «О душе, 3.9–13» и о «Интерпретации» Аристотеля.Перевод Уильяма Чарльтона. Итака: Издательство Корнельского университета. Ищите в Google Scholar

Strang, C. 1960. «Аристотель и морское сражение». Ум 69: 447–65. Поиск в Google Scholar

Суарес, Ф. 1994. Об эффективной причинности: метафизические споры 17, 18 и 19. Перевод Альфреда Дж. Фреддосо. Нью-Хейвен, Коннектикут: Издательство Йельского университета. Ищите в Google Scholar

Taylor, R. 1957. «Проблема будущих непредвиденных обстоятельств». Философское обозрение 66: 1–28. Искать в Google Scholar

Upton, T.V. 1987. «Принцип исключенного среднего и причинности: более полный ответ Аристотеля детерминисту». History of Philosophy Quarterly 4: 359–67. Ищите в Google Scholar

Waterlow, S. 1982. Природа, изменения и действие в физике Аристотеля. Оксфорд: Clarendon Press. Ищите в Google Scholar

Уайт, М. Дж. 1980. «Необходимость и нереализованные возможности у Аристотеля». Философские исследования 38: 287–98. Искать в Google Scholar

White, M. J. 1981. «Фатализм и причинный детерминизм.Philosophical Quarterly 31: 231–41. Ищите в Google Scholar

Williams, D. 1951. «Морской бой завтра», в структуре, методе и значении. Нью-Йорк: Liberal Arts Press. Искать в Google Scholar

Уильямс, К. Дж. Ф. 1986. «Некоторые комментарии к метафизике E. 2, 3.» Классические исследования штата Иллинойс 11: 181–92. Искать в Google Scholar

Xenophon. 1959. Памятные вещи. Перевод Э.К. Маршанта. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. Искать в Google Scholar

von Armin, H.1903–5. Stoicorum Veterum Fragmenta, 3 т. Штутгарт: Тойбнер. Искать в Google Scholar

Свобода воли, детерминизм и предопределение

Понятие «свобода воли» развивалось медленно. Обсуждения «воли» возникли только тогда, когда древние философские описания преднамеренного действия вступили в контакт с религиозными опасениями по поводу человеческой и божественной свободы. Преобладающее современное понимание свободы как совершенно неопределенного выбора между любыми двумя альтернативами было введено в конце средневековья.Непонятно, как совместить свободную волю с современной наукой.

Древнегреческая философия

Греческое понимание свободы уходит корнями в правовые кодексы, в которых проводится различие между преднамеренными и непреднамеренными действиями. Понимание Сократом (469–399 до н.э.) человеческих действий отражает греческий акцент на важности знания для намеренного действия. Более того, он, кажется, думает, что каждый агент действует во благо, и что это благо хорошо как само по себе, так и для агента.Согласно Сократу, добродетель — это знание, а порок — это невежество. Никто не действует против того, что он считает хорошим. Платон (427? –347 до н. Э.) Придерживается этой сократовской точки зрения, хотя в своих более поздних работах он подчеркивает, что страсти влияют на то, что знает агент. У хорошего человека не только есть разум, но его разум направлен на добро.

Аристотель (384–322 до н.э.) считает, что сократовское учение не может объяснить недержание мочи, то есть состояние, при котором кто-то делает то, что он считает плохим.Он отходит от этого объяснения, проводя различие между теоретическим знанием, которое касается того, что нельзя изменить, и практическим знанием, которое касается того, что можно изменить. Практически мудрый человек ( phronimos ) обладает знаниями, имеющими отношение к действию, и действует в соответствии с ним. Каждое добровольное действие требует, чтобы агент знал, что он делает. Агент не думает о цели, а именно о человеческом счастье. Каждый человек желает счастья. Агент размышляет только о тех средствах, которые находятся в его власти.Возбудитель недержания мочи страдает временным незнанием того, что для него хорошо, но всегда действует ради чего-то, что кажется хорошим. Например, человек, страдающий недержанием, может знать, что шоколадный торт вреден для здоровья, но его внимание привлекает не его вред, а его вкус. Он ест не потому, что это вредно, а потому, что это вкусно.

Хотя Аристотель не слишком озабочен детерминизмом, он подчеркивает, что человеческое действие требует случайности. Практические знания касаются тех событий, которые могут быть изменены действиями человека.Его обсуждение того, как известны будущие контингенты, отражает эту связь и становится важным в последующих обсуждениях. Для Аристотеля утверждение о том, что завтра будет морское сражение, не является ни истинным, ни ложным, потому что событие является случайным и, следовательно, не определяется предыдущими событиями и не может быть известно из них. Напротив, стоики верили в строгий детерминизм, в котором все упорядочено наилучшим образом. Люди не могут изменить исход событий. Тем не менее стоики допускали свободу и ответственность, поскольку считали, что люди должны понимать этот порядок и адаптироваться к нему.

В отличие от древних философов, евреи и христиане верят, что весь мир контингентен, по крайней мере в том смысле, что Бог мог решить либо создать его по-другому, либо не создавать его. Все, что существует, является результатом свободного выбора Бога. Более того, Еврейские Писания подчеркивают важность завета между людьми и Богом, согласно которому люди свободно следуют его условиям. Для христиан Послания Павла объясняют борьбу между плотью и духом внутри христианина.Это влияние еврейских и христианских Писаний в сочетании с его собственным нравственным опытом позволило Августину Гиппопотаму (354–430 гг. Н. Э.) Разработать первое явное учение о воле.

Хотя слово voluntas существовало и раньше, Августин первым использовал его аналогично тому, как сейчас используется слово «воля». Он претерпел интеллектуальное обращение в христианство, не изменив сначала своего поведения. Следовательно, он был вынужден пересмотреть проблему недержания мочи.По словам Августина, объяснение того, почему кто-то не может делать то, что он считает хорошим, состоит в том, что его воля нарушена. Он использует не термин «свобода воли», а «свободный выбор» ( liberum arbitrium ). Тем не менее, он думает, что по своей воле люди могут выбирать, делать то, что правильно или неправильно.

Хотя Августин развил свое понимание воли в основном в моральном контексте, греческие христиане разработали параллельное понятие в своей защите ортодоксальной христианской веры в то, что Иисус Христос имеет как божественную, так и человеческую волю ( thelesis ).Иоанн Дамаскин (ок. 675 – ок. 749) резюмировал греческое учение и подчеркнул, что у разума есть свои собственные аппетиты. Некоторые более поздние христиане основывают свое понимание воли как рационального аппетита на его мысли. Как чувства желают того, что им нравится, так и разум желает того, что воспринимает как хорошее.

Еврейские и христианские Священные Писания внесли большой вклад в признание того, что мы теперь называем волей. Тем не менее, они также подняли проблему того, как примирить человеческую волю с волей Бога.Хотя евреи и мусульмане разделяют общую веру в провидение и человеческую свободу, по большей части они разработали разные подходы к объяснению своей совместимости. Наиболее влиятельная средневековая еврейская позиция возникла в ответ на попытку мусульман объединить акцент Корана на человеческой свободе с акцентом в хадисах (совокупности традиций, касающихся Мухаммеда и его сподвижников) на провидение. Самая ранняя мусульманская позиция, а именно мутазилиты, проводила различие между причинностью Бога и человеческими действиями, за которые хвалят или обвиняют людей.Бог не несет ответственности за грех. Напротив, позиция аш’аритов состоит в том, что люди принимают действие, исходящее от Бога. Хотя люди несут ответственность за свои действия, они не действуют независимо от Бога. Сунниты приняли эту версию, хотя нет четкого объяснения того, что это за присвоение. Величайший средневековый еврейский мыслитель Моисей Маймонид (1135–1204) решительно выступал против позиции ашаритов. Его реакция, по крайней мере частично, основана на утверждении еврейского Писания о том, что Божий завет с евреями требует свободного ответа.В целом мусульмане делают упор на Божье провидение, а евреи делают упор на свободу человека.

Христиане разделяют те же трудности, что и мусульмане и евреи, но они также придерживаются доктрины предопределения, согласно которой провиденциальное решение Бога спасти некоторых людей предшествует их ответу. Августин развил это учение в противовес пелагианской позиции, согласно которой люди могут повиноваться Божьим заповедям и заслужить небеса без особой формы помощи от Бога, которая называется благодатью. Он утверждал, что первородный грех серьезно ущемляет человеческую свободу и что люди не могут совершать достойные поступки в одиночку.Более того, Августин и его последователи отреагировали на позицию, которая позже была описана как полупелагианская, согласно которой люди имеют первый выбор в принятии или отказе от благодати. Западная церковь осудила пелагианство и полупелагианство.

Описание предопределения Августином представило много трудностей для более поздних христиан. Бог движет волей, и все же воля движется свободно. Агент не может нести основную ответственность за хорошие действия, но он несет полную ответственность за свои плохие.Окончательное упорство в благодати предшествует заслугам, хотя нечестивые наказываются только за свой грех. Хотя напряжение между этими верованиями наиболее сильно ощущалось во время ранней протестантской Реформации, даже в средние века многие мыслители подчеркивали одни аспекты мысли Августина в ущерб другим. Например, в раннем средневековье предопределители утверждали, что осуждение параллельно предопределению. Подобно тому, как Бог свободно желает спасти одних, прежде чем рассматривать их заслуги, так и Он желает вечно наказывать других, не считая их проступков.Предопределение резко осуждалось Западной церковью. Следовательно, более поздние католические богословы старались избегать пелагианства, с одной стороны, и предопределения, с другой.

Схоластическая христианская мысль

Фома Аквинский (1225–1274) попытался согласовать рассказ Августина о предопределении и человеческой свободе с пониманием Аристотеля человеческих действий. Следуя Иоанну Дамаскину, Аквинский описывает волю как рациональный аппетит. Хотя люди не могут выбрать, желать ли конечной цели, а именно счастья, они могут выбирать между различными ближайшими благами.Он отличает свободу действий от свободы конкретизации. Свобода конкретизации — это свобода, корень которой лежит в способности разума рассматривать альтернативные варианты действий. Свобода осуществления зависит от способности воли действовать или не действовать. Ученые расходятся во мнениях относительно того, насколько сильно представление Аквинского о свободном выборе отличается от представления Аристотеля о намеренных действиях.

Как и Аристотель, Аквинский считал, что обсуждение должно касаться случайных событий, которые не могут быть известны как будущее.В отличие от Аристотеля, Фома Аквинский ясно утверждал, что Бог всеведущ и всемогущ. Откуда Бог знает будущие контингенты? Вслед за раннехристианским писателем Боэцием (ок. 475–525) Аквинский считал, что Бог знает будущие контингенты не как будущее, а как они присутствуют для него вечно. Даже Бог не мог знать их как будущее. Как Божье провидение распространяется на случайные события, такие как свободные человеческие действия? Бог заставляет необходимые события происходить необходимым образом, а случайные события — случайным образом.Бог является полной универсальной причиной свободного действия, даже если агент является его полной непосредственной причиной. Вслед за Августином в своих более поздних произведениях Фома Аквинский ясно заявляет, что предопределение предшествует любым предполагаемым заслугам и что первородный грех сделал невозможным полноценную добродетельную жизнь без благодати. Со стороны человека нет причин, по которым Бог решает спасти его и позволить другому согрешить и быть проклятым.

Стефан Темпье, епископ Парижа, и многие теологи были обеспокоены тем, что признание работ Аристотеля ведет к интеллектуальному детерминизму, который ставит под угрозу человеческую свободу.В частности, францисканские богословы рассматривали волю как высший корень свободного выбора человека, хотя многие доминиканцы последовали акценту своего брата Томаса на интеллекте. Хотя францисканец Иоанн Дунс Скот (ок. 1266–1308) в целом согласился с описанием Фомы Аквинского о предопределении и вечном знании Бога, у него было более слабое понимание первородного греха и он подчеркивал волю над разумом. Как и Фома Аквинский, Скот считал, что воля имеет склонность к хорошо, но он различает склонность к справедливому и склонность к выгодному.Свобода проистекает из способности выбирать между двумя.

Францисканец Вильгельм Оккам (ок. 1285 — ок. 1349) гораздо ближе подходит к современному пониманию «свободы воли», согласно которому агент обладает свободой безразличия, посредством чего он может сделать любой выбор. Более того, Оккам принимает альтернативное понимание предопределения, согласно которому, по крайней мере, некоторые из них предопределены благодаря своим предвиденным достоинствам. Он думает, что Бог знает будущие контингенты с точки зрения прошлого, и что и Бог, и агент являются непосредственными частичными причинами свободного действия.Следовательно, Бог не может внутренне воздействовать на волю даже великих святых, но должен либо поместить их в подходящие обстоятельства, либо воздержаться от своих причинных действий, когда они согрешат. Взгляды Оккама на предопределение оказали влияние на поздний средневековый период и привели к средневековой реакции августинцев. Но самая большая реакция произошла во время протестантской Реформации.

Реформация и контрреформация

Богословское образование Мартина Лютера (1483–1546) познакомило его с в основном оккамистским пониманием человеческой свободы и предопределения.Он решительно выступил против этого подхода, отрицая, что человеческая воля в значительной степени свободна без благодати, и, очевидно, считал, что предопределение и осуждение параллельны. Хотя средневековые богословы описывали эту позицию как предопределение, современные и современные ученые часто называют ее двойным предопределением. Последующие лютеране изменили свою позицию. Точно так же Жан Кальвин (1509–1564) явно отверг средневековое понимание свободного выбора и, возможно, придерживался двойного предопределения.Однако более поздние реформатские богословы, такие как Пьетро Мартире Вермигли (1500–1562; также известный как Петр Мученик), защищали средневековое различие между предопределением и отвержением. Не существует единой официальной реформатской позиции относительно предопределения. Например, реформатские богословы разделились во мнениях относительно того, является ли вечный указ Бога о том, что некоторые будут нечестивыми, предшествовать или предшествовать Его разрешению греха Адама. В целом более позднее протестантское православие допускало менее суровые взгляды на Предопределение, чем у ранних протестантских реформаторов.

Ранние католики откликались на протестантских реформаторов по-разному, поскольку католические богословы были по-разному августинцами, томистами, скотистами и окхамистами. Даже гуманисты, такие как Эразм (1466–1536), были обеспокоены очевидным отрицанием человеческой свободы. Новый орден иезуитов сильно отреагировал, сделав упор на свободное человеческое сотрудничество с благодатью. Иезуит Луис де Молина (1535–1600) учил, что Бог решает, что кто-то будет делать, только предвидя, что он будет делать при определенных обстоятельствах, а затем создает агента и эти обстоятельства.В целом иезуиты придерживались оккамистского понимания причинности Бога, согласно которому и Бог, и агент вносят свой вклад в действие агента. Доминиканцы, такие как Доминик Банез (1528–1604) и Иоанн Сент-Томас (1589–1644), были наиболее важными критиками позиций иезуитов. Иоанн считал, что и протестанты, и иезуиты ошибаются, полагая, что предопределение по благодати Божией несовместимо с человеческой свободой. Более того, он думал, что Бог желает лишить нечестивца благодати и славы, и что это решение предшествует разрешению греха Адама.Доминиканцы с некоторой долей правдоподобия утверждали, что следуют учениям как Августина, так и Фомы Аквинского. Папа Павел V заявил, что иезуитов нельзя называть семипелагианцами, а доминиканцев нельзя называть кальвинистами, и им обоим разрешено преподавать свои позиции до дальнейшего уведомления.

Современные богословы и философы религии до сих пор с сочувствием читают работы Фомы Аквинского, Вильгельма Оккама и Луиса де Молина. Тем не менее, у августинцев и томистов о предопределении мало современных последователей.Многие сейчас придерживаются «открытых» теорий, согласно которым Бог не имеет полного предвидения и контроля над человеческими действиями. Раньше христиане отвергли бы такие взгляды за отрицание всемогущества и всеведения Бога.

Современная наука и свобода человека

В семнадцатом веке современная наука, казалось, обеспечивала механистическое понимание мира, угрожающего человеческой свободе. Рене Декарт (1596–1650), отец современной философии, придерживался дуалистической теории, согласно которой физические события определяются, хотя человеческие действия имеют свободу безразличия, потому что душа нематериальна.В целом современные и современные философы были детерминистами, компатибилистами или либертарианцами. Детерминисты считают, что все определяется физически и что свободы человека не существует. Либертарианцы, такие как Декарт, считают, что человеческие действия свободны и что свободный агент должен иметь свободу выбора альтернативных возможностей, которые не определены. Компатибилисты, такие как Дэвид Хьюм (1711–1776), считают, что человеческая свобода полностью совместима с физическим детерминизмом. Большинство компатибилистов думают, что неопределенность либертарианцев сделает произвольными только свободные действия.Иммануил Кант (1724–1804) оказался жестким детерминистом в отношении мира явлений и либертарианцем в отношении реального мира.

Современные философы все еще попадают примерно в одну из этих трех категорий. Хотя сочетание теории хаоса и квантовой механики теперь поставило под сомнение детерминистские научные теории, многие философы считают, что новая наука не оказывает значительного влияния на дебаты о человеческой свободе.

История идей показывает, что не существует единого понятия «свобода воли».»Вместо этого концепции человеческой свободы развиваются в ответ на предполагаемые угрозы, такие как невежество, всемогущество Бога, интеллектуальный детерминизм и физический детерминизм.

См. Также Христианство ; Ислам ; Свобода ; Реформация ; Схоластика .

библиография

Адамс, Мэрилин МакКорд. Уильям Оккам. 2 тт.Публикации в исследованиях средневековья 26. Notre Dame, Ind .: University of Notre Dame Press, 1987. Сравнивает Оккама с Фомой Аквинским и Скотом.

Бурк, Вернон. Воля в западной мысли: историко-критический обзор. Нью-Йорк: Шид и Уорд, 1964.

Баррелл, Дэвид Б. Свобода и творчество в трех традициях. Notre Dame, Ind .: University of Notre Dame Press, 1993. Включает обсуждение еврейской и мусульманской мысли.

Дихле, Альбрехт. Теория воли в классической античности. Sather Classical Lectures 48. Беркли: Калифорнийский университет Press, 1982.

Флинт, Томас П. Божественное провидение: счет молинистов. Итака, Нью-Йорк: издательство Корнельского университета, 1998.

Галлахер, Дэвид М. «Свободный выбор и свободное суждение в Фоме Аквинском». Archiv für Geschichte der Philosophie 76 (1994): 247–277.

Гарригу-Лагранж, Реджинальд. Предопределение. Перевод Dom Bede Rose. Сент-Луис, Миссури: Гердер, 1939.

Кейн, Роберт, изд. Оксфордский справочник свободы воли. Oxford: Oxford University Press, 2001.

МакГрат, Алистер Э. Юстиция Деи: История христианской доктрины оправдания. 2-е изд. Кембридж, Великобритания: Издательство Кембриджского университета, 1998.

Мюллер, Ричард А. Христос и указ: христология и предопределение в реформатской теологии от Кальвина до Перкинса. Исследования по историческому богословию 2. Дарем, Северная Каролина: Labyrinth Press, 1986.

Римбах, Харальд. Gnade und Erkenntnis in Calvins Prädestinationslehre: Calvin im Vergleich mit Pighius, Beza und Melancthon. Neue Beiträge zur Historischen und Systematischen Theologie 19. Франкфурт-на-Майне: Питер Ланг, 1996.

Рист, Джон М. Августин: Крещение древней мысли. Кембридж, Великобритания: Cambridge University Press, 1994.

Thomas M. Osborne Jr.

9783639182750: Аристотель и детерминизм: интерпретация теории Аристотеля о причинности 9000 — AbecessityBooks

Тема детерминизма веками была интригующей философской проблемой.Ученые консультировались с философом по этому вопросу, как и по другим вопросам. В этой книге утверждается, что Аристотель является откровенным причинным индетерминистом, исследуя его теории причин, необходимости и случайностей. Согласно этой книге, Аристотель — индетерминист вдвойне. Он отрицает оба из следующих двух положений, составляющих тезис детерминизма: 1) что для всего происходящего есть причина (это Принцип универсальной причинности) и 2) что всякий раз, когда есть причина того, что происходит, , причина причинно обусловливает то, что она вызывает (это называется «взглядом на причинность с точки зрения достаточных условий»).Эта монография должна помочь пролить свет на вечный вопрос детерминизма не только у Аристотеля, но и в классической греческой философии в целом.

«синопсис» может принадлежать другой редакции этого названия.

Об авторе :

Yungwhan Lee, Ph.D. Классическая философия в Принстонском университете. Научный сотрудник института HEF Университета Инже, Корея.

«Об этом заголовке» может принадлежать другой редакции этого заголовка.

Детерминизм — Энциклопедия Нового Мира

Детерминизм — это философская точка зрения, согласно которой прошлые события и законы природы фиксируют или устанавливают будущие события.Интерес детерминизма в аналитической философии прежде всего заключается в том, является ли детерминизм точным описанием того, как протекают мировые события. Однако детерминизм также является важной частью метафизических дебатов о существовании свободы воли. Таким образом, будет важно обсудить разновидности детерминизма, критику детерминизма и применение тезиса детерминизма к дебатам о свободе воли.

Разновидности детерминизма

Есть две основных разновидности детерминизма.Во-первых, это Причинный детерминизм , который утверждает, что прошлые события и законы природы однозначно вызывают будущие события. Другими словами, причинный детерминизм постулирует детерминированную причинную связь между прошлыми и будущими событиями. Во-вторых, Корреляционный детерминизм , который утверждает, что прошлые события и законы природы фиксируют, но не вызывают будущие события. Другими словами, коррелятивный детерминизм постулирует отношение детерминированной корреляции между прошлыми и будущими событиями.

Причинный детерминизм

Обычным примером причинно-детерминированной теории является физика Ньютона.Согласно ньютоновской физике, все события детерминированно вызваны прошлыми событиями и законами природы, где законы природы — это различные законы силы и движения. Например, согласно законам движения и гравитации Ньютона, если массы планеты и ее спутника известны вместе с начальной скоростью спутника, касательной к его орбите, то можно предсказать траекторию спутника вокруг своей орбиты при произвольной будущие времена. Фактически, одним из величайших достижений ньютоновской физики была возможность объяснить периодичность кометы Галлея.

Причинный детерминизм обычно предполагает причинную связь событий, которая представляет собой разумную причинную связь между событиями и событиями (например, удар бейсбольного мяча в окно вызывает разбиение окна). Несмотря на то, что тезис о причинном детерминизме между событиями довольно прост, на его нижнем пределе есть концептуальная проблема. А именно, если все события причинно обусловлены прошлыми событиями, то что определило первое событие?

Вышеупомянутая проблема была известна со времен Аристотеля [384-322 Б.C.E. ], и решение Аристотеля заключалось в том, чтобы постулировать «неподвижный двигатель» (например, Бога). Короче говоря, в начале цепочки событий в истории вселенной должен был быть агент, который заставил эту цепочку начаться, неподвижный движитель. Но затем Аристотель обобщает способность высшей неподвижной движущей силы на всех агентов, создавая так называемую причинную связь агентов. Таким образом, в начале цепочки событий должен быть агент, который вызвал возникновение первого события. Знаменитая фраза Аристотеля гласит: «Посох перемещает камень, и его движет рука, которую перемещает человек.”

Хотя интересно спорить о том, является ли причинность события или агента подходящей интерпретацией причинности в тезисе о причинном детерминизме, гораздо более важная дискуссия среди детерминистов заключается в том, следует ли рассматривать детерминизм как причинно-следственный в первую очередь.

Корреляционный детерминизм

Философы давно озабочены использованием наименьшего числа предположений при защите позиции. Питер ван Инваген (1983) — один из таких философов-минималистов, который утверждает, что детерминизм можно защитить, не предполагая причинной связи между прошлыми и будущими событиями.Вместо этого, утверждает ван Инваген, детерминизм можно рассматривать как тезис о предложениях, которые выражают информацию о прошлых и будущих состояниях мира.

Согласно ван Инваген, детерминизм действует при следующих условиях:

  1. На все времена существует утверждение, которое выражает состояние мира в то время
  2. Существует набор L, составляющий законы природы, применимые ко всем государствам мира
  3. Если предложение P выражает состояние мира в определенное время, а другое предложение Q выражает состояние мира в последовательный момент времени, то P и L влекут за собой Q.

Таким образом, понятие детерминизма ван Инваген исключает термин «причина» и использует понятие уникальности между будущим и прошлым. Тем не менее коррелятивный детерминизм ван Инваген оставляет необъяснимым то, как прошлые события однозначно определяют будущие события. Другими словами, как вообще возникают эти детерминированные корреляции?

В истории философии есть как минимум два ответа на этот вопрос: окказионализм и предустановленная гармония .Николас Мальбранш [1638-1715] изобрел окказионализм, то есть доктрину, согласно которой только Бог является причиной всех событий. Таким образом, Бог вмешивается, чтобы любое прошлое событие породило любое будущее событие. Таким образом, прошлые и будущие события взаимосвязаны, потому что Бог так видит. Однако окказионализм подвергался критике за его далеко не идеальное представление о Боге и его способностях.

Напротив, Готфрид Лейбниц [1646-1716] изобрел тезис о предустановленной гармонии, чтобы объяснить, как протекают мировые события.И снова Бог является единственной причиной всех событий, но есть только одно вмешательство Бога, которое определяет ход всех будущих событий. Тезис о предустановленной гармонии аналогичен ситуации, когда кто-то расставляет тысячи домино таким образом, что если ударить по одному, то остальные упадут последовательно.

Критики детерминизма

Хотя это интересный вопрос, можно ли лучше понять детерминизм как причинный тезис, более важный вопрос заключается в том, верна ли какая-либо версия детерминизма. Индетерминизм — это тезис о том, что не все будущие события фиксируются прошлыми событиями. Индетерминисты придерживаются либо причинного индетерминизма, либо случайности.

Причинный индетерминизм утверждает, что прошлые события все еще вызывают будущие события, но не детерминированным образом. Все каузальные индетерминисты придерживаются некоторого взгляда на недетерминированную причинность, например вероятностную причинность. Привлекательность причинного индетерминизма объясняется успехом квантовой физики или, точнее, успехом копенгагенской интерпретации квантовой физики.Согласно копенгагенской интерпретации квантовой физики, невозможно с уверенностью предсказать все будущие состояния физической системы. Например, согласно соотношениям Гейзенберга, невозможно с уверенностью предсказать угловой спин электрона по оси z и оси x в любой конкретный момент времени. Таким образом, спиновые состояния электрона неопределенно возникают из его прошлых спиновых состояний.

Однако трудность причинного индетерминизма заключается в трудности построения беспроблемной теории индетерминированной причинности, а также в исключении детерминированных объяснений квантово-механических явлений.

Детерминированные интерпретации квантовой физики

Несмотря на то, что копенгагенская интерпретация квантовой физики оказалась чрезвычайно успешной в объяснении квантовых явлений, существуют конкурирующие детерминистские теории, которые могут объяснить те же явления. Такие теории известны в литературе как теории скрытых переменных, а известная теория скрытых переменных — бомовская механика (Bohm 1952). Теории скрытых переменных просто постулируют переменные, которые недоступны физикам экспериментально, но которые, тем не менее, позволяют физикам детерминистически описывать физическое состояние.

Следовательно, проблема с обоснованием аргумента в пользу причинного индетерминизма на основе квантовой физики состоит в том, что квантовую теорию можно интерпретировать детерминистически. Философское объяснение этого затруднительного положения состоит в том, что любая физическая теория недоопределена свидетельствами, которые ее поддерживают, что в философии науки известно как тезис Куайна-Дюгема (Duhem [1906] 1954; Quine 1951).

В тезисе Куайна-Дюгема утверждается, что любые физические явления можно объяснить более чем одной физической теорией (или теоретической интерпретацией), поскольку все физические теории нуждаются в фоновых предположениях для объяснения физических явлений, а фоновые предположения можно изменять, чтобы приспособить несколько различных теорий.Таким образом, квантовые явления, которые кажутся недетерминированными, могут быть объяснены как детерминированные, хотя и немного более сложным образом, просто путем корректировки исходных предположений.

Теории индетерминированной причинно-следственной связи

Что касается философских теорий индетерминированной причинности, у этих теорий также были свои проблемы. А именно, теории вероятностной причинности обвиняются в том, что они основывают свою теорию причинности на ложной предпосылке. Все вероятностные теории причинности предполагают, что причина увеличивает вероятность ее следствия.По словам Уэсли Сэлмона (1993), «интуитивно кажется убедительным утверждать, что причина, которая вероятностно способствует возникновению определенного следствия, должна, по крайней мере, повышать вероятность». Тем не менее, этот взгляд на причинно-следственную связь можно привести в некоторого рода контрпримерам.

Germund Hesslow (1976) дает классический контрпример. Хесслоу указывает, что прием противозачаточных таблеток или беременность могут вызвать начало тромбоза; что является ненормальным свертыванием крови. Однако, поскольку прием противозачаточных таблеток снижает вероятность забеременеть, прием противозачаточных таблеток фактически снижает вероятность возникновения тромбоза.Следовательно, у нас есть пример причины (прием противозачаточных таблеток), уменьшающей вероятность ее эффекта (начало тромбоза). Таким образом, существуют философские проблемы, направленные на то, чтобы сделать теории недетерминированной причинности правдоподобными в первую очередь.

Несмотря на эту критику, философы, такие как Уэсли Салмон (1984), избегают критики, предпочитая представлять причинность как процесс вместо связи между событиями . Теория вероятностной причинности Сэлмона не только уклоняется от критики Хесслоу, но и объясняет, как возможен причинный индетерминизм.

Детерминизм и свобода воли

Детерминизм регулярно используется в метафизических дебатах о существовании свободы воли, которая представляет собой примерно способность выбирать действия. Жесткие детерминисты верят, что детерминизм не только истинен, но и что его истинность исключает существование свободы воли. Мягкие детерминисты (или компатибалисты) считают, что, хотя детерминизм верен, он не исключает существования свободы воли. Кроме того, либертарианцы — это те, кто считает, что свобода воли существует именно потому, что детерминизм не соответствует действительности.

Разногласия между философами по поводу существования свободы воли коррелируют с философским взглядом на детерминизм. Например, Питер ван Инваген (1983), который выступает против мягкого детерминизма, интерпретирует детерминизм как взгляд на связь между мировыми событиями (причинность событий). Однако Родерик Чисхолм (1964), который выступает в пользу мягкого детерминизма, интерпретирует детерминизм как взгляд на связь между мировыми событиями и агентами (причинная связь агентов). Более того, Роберт Кейн (1999), известный либертарианец, полностью отвергает детерминизм.

Тем не менее, некоторые философы, такие как Иммануил Кант ([1785] 1993), рассматривают дебаты о свободе воли как дебаты по поводу определения «свободы воли», а не истины или природы детерминизма. Тем не менее другие философы, такие как Гарри Франкфурт (1969), утверждают, что дебаты о свободе воли не так уж и важны в первую очередь, поскольку то, что нас больше всего волнует в дебатах, — это моральная ответственность, а существование моральной ответственности не зависит от от того, есть ли у нас свобода воли.Тем не менее, истина и природа детерминизма в подавляющем большинстве рассматриваются как имеющие какое-то отношение к тому, существует ли свобода воли, и, более того, тема детерминизма будет продолжать обсуждаться в философии как самостоятельная тема.

См. Также

Свободная воля

Список литературы

  • Бэгготт, Джим. За гранью: современная физика, философия и значение квантовой теории . Оксфорд: Издательство Оксфордского университета. 2004. ISBN 0198525362
  • .
  • Бом, Дэвид.Предлагаемая интерпретация квантовой теории в терминах «скрытых» переменных, I и II. Physical Review 85. 1952. p. 166-193.
  • Чисхолм, Родерик. Свобода человека и личность: Лекция Линдли. Лоуренс: Университет Канзаса. 1964. ASIN B0007IVLO4
  • .
  • Duhem, Пьер. Цель и структура физической теории. Принстон: Издательство Принстонского университета. [1906] 1954. ISBN 069102524X
  • Франкфурт, Гарри. Альтернативные возможности и моральная ответственность. Философский журнал 66 (23). 1969. с. 829-839.
  • Hesslow, Germund. Обсуждение: два комментария о вероятностном подходе к причинно-следственной связи. Философия науки 43. 1976. p. 290-292.
  • Кейн, Роберт. Ответственность, удача и шанс: размышления о свободе воли и индетерминизме. Философский журнал 96 (5). 1999. стр. 217-240.
  • Кант, Иммануил. Основание для метафизики морали (транс., Джеймс У. Эллингтон). Индианаполис: Хакетт.[1785] 1993 г. ISBN 087220166X
  • Quine, W.V.O. Две догмы эмпиризма. The Philosophical Review 60. 1951. p. 20-43.
  • Лосось, Уэсли. Научное объяснение и причинная структура мира . Принстон: Издательство Принстонского университета. 1984. ISBN 0691101701
  • .
  • Лосось, Уэсли. Вероятностная причинность. В Эрнест Соса и Майкл Тули (ред.), Причинность . Оксфорд: Издательство Оксфордского университета. 1993. стр. 137-153.
  • Соса, Эрнест и Тули, Майкл. Причинная связь . Оксфорд: Издательство Оксфордского университета. 1993. ISBN 0198750943
  • .
  • Van Inwagen, Питер. Очерк о свободе воли. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета. 1983. ISBN 0198249241
  • Уотсон, Гэри. Свобода воли . Оксфорд: Издательство Оксфордского университета. 2005. ISBN 019925494X

Внешние ссылки

Все ссылки получены 25 октября 2017 г.

Источники общей философии

Кредиты

Эта статья началась как оригинальная работа, подготовленная для Энциклопедии Нового Света и предоставляется общественности в соответствии с условиями Энциклопедии Нового Света: Creative Commons CC-by-sa 3.0 Лицензия (CC-by-sa), которая может использоваться и распространяться с указанием авторства. Любые изменения, внесенные в исходный текст с тех пор, создают производную работу, на которую также распространяется лицензия CC by sa. Чтобы процитировать эту статью, щелкните здесь, чтобы просмотреть список допустимых форматов цитирования.

Примечание. Некоторые ограничения могут применяться к использованию отдельных изображений, на которые распространяется отдельная лицензия.

Основные мыслители географического детерминизма — география и вы

В истории географической мысли были различные школы, и географический детерминизм — одна из таких школ, которая занимается взаимодействием между человеком и природой.Географический детерминизм начался с основного исходного источника географического объяснения, основанного на своих теоретических положениях на представлении о том, что человеческая деятельность зависит от физической среды, в которой она находится.

Географический детерминизм был доминирующей школой мысли до Второй мировой войны и представлял точку зрения о том, что человеческая деятельность определяется физической средой . Географический детерминизм утверждает, что человеческая история, культура, общество и образ жизни, развитие и т. Д. Формируются их физическим окружением.Географический детерминизм понимает человеческое социальное действие как реакцию на естественную среду.

Греческие и римские философы были первыми, кто обосновал физические особенности, черты личности, культуру и общество людей под влиянием природных условий. Греческие философы Ксенофонт и Фукидид приписывали характерные особенности Афин природным условиям и географическому положению региона как причину его возвышения.

Рим был описан аналогично Страбон . Даже Аристотель считал климатические различия причиной различия между европейцами и азиатами (P. Mondal, 2016).

Аристотелевское различие стало общим направлением мысли европейского эссенциализма того периода, который придерживался линии, согласно которой более суровые условия окружающей среды в большей части Европы производили мужественных людей согласно Аристотелю, в то время как народ Азии, как говорили, не обладал храбростью.Древняя Греция, по мнению Аристотеля, занимала среднее положение с точки зрения благоприятных условий окружающей среды, когда люди обладали лучшими качествами.

Этот образ мышления в географическом детерминизме продолжался от Страбона до Монтескье , который приписывал смелость более холодному климату и хитрость более теплому климату. Хотя это философские обобщения, попытка классификации географических объектов была предпринята средневековыми арабскими географами при их классификации обитаемого мира на семь кисбар или климатических зон.В своих попытках географического детерминизма они пытались выделить отличительные физические и социальные характеристики королевств, подпадающих под эти кисбвары.

Этот способ мышления об экологической причинности был охарактеризован даже Иммануилом Кантом , который пытался объяснить личностные черты людей из разных регионов с точки зрения экологических особенностей. Это продолжалось таинственным образом до развития географии как естествознания в 19 -м веке, когда немецкий географ Карл Риттер ввел антропоцентрическую форму географического детерминизма в начале 19 -го века.Однако некоторые известные мыслители географического детерминизма существовали еще до этого или одновременно с этим. Ниже приведены некоторые из ведущих мыслителей географического детерминизма, начиная с Карла Риттера.

Карл Риттер (1779-1859) Рис: Карл Риттер
Источник: Майкл Шеницер

Знаменитая книга | Die Erdkunde , или Наука о Земле, 1817 г.
Известная цитата | «Я готов возразить, что география рядом с божественной философией»
Работа | Как географ-первопроходец Карл Риттер интересовался прежде всего численностью населения определенной территории, определяемой особенностями окружающей среды.Риттер считал, что Земля была частью плана Бога, и включал богословие в свои сочинения, хотя он придерживался антропоцентрической точки зрения, рассматривая человечество как конечную цель творения.

Риттер считал, что главная цель географии как науки — понять взаимодействие между человечеством и природой, иначе она не справится со своей задачей. Он верил в культурное развитие географических областей, позволяющее достичь максимально возможной гармонии между природой и культурой.В этой задаче, вместо традиционного изучения наций, Риттер предпринял изучение регионов и их экологических особенностей, образуя в целом земной организм, исторически взаимодействующий с человеческим организмом. Таким образом, Риттер считал, что человечество и характерные черты человека являются элементами, составляющими часть целостного организма Земли, и, таким образом, все внутренние части взаимосвязаны. Он поместил свой аргумент до Дарвина в контекст истории человечества.

Основная работа Риттера Die Erdkunde, или Наука о Земле (немецкий язык для географии), впервые опубликованная в 1817 году и предназначавшаяся как общая география организма Земли, однако, осталась неполной.До своей смерти в 1859 году он мог освещать только Азию и Африку. Полный перевод названия — «Наука о Земле в связи с природой и история человечества».

Александр фон Гумбольдт (1769-1859) Рис: Александр Гумбольдт
Источник: Никита Воробьев

Знаменитая книга | Космос, 1845-1862
Знаменитая цитата | «В этой великой цепи причин и следствий ни один факт не может рассматриваться изолированно».
Работа | Александр фон Гумбольдт — немецкий естествоиспытатель и исследователь, современник Карла Риттера.Течение Гумбольдта, которое находится у западного побережья Южной Америки, названо в честь исследователя. Родившись в прусской аристократической семье, молодой Гумбольдт оставил свою привилегированную жизнь, чтобы исследовать Латинскую Америку на пять лет, и с тех пор стал путешественником и исследователем, путешествуя и исследуя самые отдаленные уголки мира.

Гумбольдт при своей жизни был знаменитым ученым, и его ценили за его глубокие познания в природе и мирские исследования, а также за глубокие познания в физической географии.Как и Риттер, Гумбольдт описал Землю как живой организм, и эта природа жила как единое целое, связанное в виде сети, замысловатой ткани. Гумбольдт с его теорией взаимосвязанности и внимательно следил за Риттером, его формулировка Земли как живого организма произвела революцию в том, как жители Запада видели природу в его время.

В этой формулировке ни один компонент природного мира, включая людей, не может рассматриваться изолированно. В этой взаимосвязанной естественной паутине одно недостающее звено могло создать эффект домино для всех.Пожизненный аболиционист, Гумбольдт считал колониализм катастрофическим для окружающей среды после своего пребывания в Венесуэле, где он критиковал антропогенное вмешательство испанцев в окружающую среду (A. Wulf, 2015). В его понимании, весьма актуальном для современности, вся антропогенная деятельность должна согласовываться с организмом Земли, что является исключительным аргументом в пользу географического детерминизма. В своей самой известной публикации «Космос» Гумбольдт описывает эту гармонию вселенной в терминах универсальных законов природы и истории науки.

Чарльз Дарвин (1809-1882) Инжир: Чарльз Дарвин
Источник: Эндрю Комингс

Знаменитая книга | Происхождение видов, 1859
Известная цитата | «Один общий закон, ведущий к развитию всех органических существ, а именно: размножайтесь, изменяйтесь, пусть сильнейшие живут, а самые слабые умирают».
Работа | Чарльз Дарвин — английский натуралист, чья теория эволюции путем естественного отбора является одной из самых влиятельных идей в истории человечества.Однако его теория, когда она впервые появилась, сильно оскорбила викторианское общество его возраста, и иногда он был объектом насмешек, когда говорил, что люди и обезьяны имели общее происхождение. Его теории в то время противоречили основам религии и ее теории креационизма и, таким образом, были революцией для науки.

Теория эволюции путем естественного отбора Дарвина была опубликована через два десятилетия после его путешествия по миру в качестве исследователя и ученого в книге «Происхождение видов» (1859 г.).Эта работа произвела революцию в биологических и географических науках, из которых выросло новое понимание мира природы, основанного на общем органическом происхождении, умножении видов, постепенности, естественном отборе, вариациях и наследовании. Дарвин объяснил, как работает механизм порядка в мире природы, заставив человечество прийти к более ясному пониманию того, как работает мир природы.

Дарвин одобрил ассоциативную организацию природного мира, отвергнув телеологические и теологические аспекты более ранней географической мысли, чтобы прийти к пониманию Земли как живого организма с составными частями.Решающим в гипотезе Дарвина была борьба за существование и приспособление к условиям окружающей среды, которых должен придерживаться каждый организм, иначе он был бы уничтожен. Таким образом, Дарвин по существу связал уравнение человека и окружающей среды с естественным законом науки. Дарвин продемонстрировал, что человечество не может избежать своих природных дарований. На самом деле Дарвин больше всего сделал для того, чтобы географический детерминизм стал важной школой в географии.

Уильям Моррис Дэвис (1850-1934) Инжир: Уильям Моррис Дэвис
Источник: Национальная библиотека Франции

Знаменитая книга | Географические очерки, 1909
Известная цитата | «Именно отношения между физической средой и окружающим организмом, между физиографией и онтографией (если использовать термин), составляют основные принципы современной географии.”

Работа | Уильям Моррис Дэвис — американский географ, геолог и метеоролог, известный своими исследованиями форм рельефа. Уильям Моррис Дэвис фактически основал географическое подразделение геоморфологии. До Дэвиса господствующая мысль о формировании рельефа была основана на абстрактных понятиях, таких как библейский потоп. Дэвис сформулировал теорию образования и эрозии рельефа, которую он назвал географическим циклом, более известным как геоморфический цикл. Его теория установила и всесторонне объясняет, как создаются формы рельефа, такие как горы, затем развиваются и созревают, а затем стареют и разрушаются (М.Розенберг, 2017).

Хотя в наше время его теории были значительно изменены, Дэвис произвел революцию в том, как человечество понимает процесс творения в геоморфологическом мире. Дэвис сыграл важную роль в оказании помощи человечеству в получении знаний и понимания дихотомии человека и окружающей среды с точки зрения онтологического понимания географии.

Помимо изучения форм рельефа и геоморфологии, Дэвис также интересовался системами проживания людей, и его эссе Regional Geography , опубликованное в 1899 году, было частью подробного регионального исследования Соединенных Штатов.В книге и эссе Дэвиса, опубликованной в журнале « Physical Divis of the United States », опубликованном Х.

Фридрих Ратцель (1844-1904) Инжир: Фридрих Ратцель
Источник: www.alchetron.com

Знаменитая книга | Антропогеография , 1882
Известная цитата | «Философия истории человечества, достойная своего названия, должна начинаться с небес и спускаться на землю, должна быть обвинена в убеждении, что все существование едино — единая концепция, поддерживаемая от начала до конца на одном человеке. идентичный закон.”
Работа | Фридрих Ратцель был немецким географом и антропологом, который следовал теории естественного отбора Дарвина и утверждал, что все люди являются созданиями своей окружающей среды. Ратцель обосновал свой тезис о географическом детерминизме в своей работе Anthropo-geographie , в которой он посвятил себя дискуссии о влиянии физической среды на поведение человека. В своем антропологическом понимании Ратцель высказал мнение, что природа взаимодействия человека с окружающей средой варьируется в зависимости от культуры.Распространение этих культурных черт потребовало исторического анализа связей между историей и географией в разных культурах.

Географический детерминизм в современной географии

Фридрих Ратцель возродил географический детерминизм в конце 19, и века, находясь под сильным влиянием теорий Дарвина и опираясь на них. В начале 20 -х годов века географический детерминизм был популяризирован в США ученицей Ратцеля Эллен Черчилль Семпл , которая распространила эту идею в своих публикациях История и ее географическое состояние в 1903 году и в Влияние географической среды в 1911 г.Семпл в своих работах занимается описанием того, как физическая среда в значительной степени контролирует деятельность человека.

Семпл, в свою очередь, оказал влияние на Эллсуорта Хантингтона и Уильяма Морриса Дэвиса. В своих работах The Pulse of Asia и Civilization and Climate , Ellsworth Huntington описывает, как климат влияет на занятость людей и цивилизацию, и как климат стимулирует развитие человеческих достижений. Его работа привела к подгруппе в географии, названной климатическим детерминизмом в начале 20, -го, -го века.

Однако с 1920-х годов географический детерминизм начал приходить в упадок, и его претензии часто отвергались. Географический детерминизм также часто интерпретировался в терминах политического расизма и облегчал размышления об империях и империализме. Это привело к формированию географического поссибилизма через французского географа Поля Видаль де ла Бланш , который предположил, что, хотя окружающая среда устанавливает ограничения для культуры, она не полностью определяет культуру (А.Брайни, 2017). Географический детерминизм к 1950-м годам был заменен географическим поссибилизмом как доминирующей школой в географии

«Интерпретация Аристотеля: судьба или свобода воли»?

Несчастный царь Фив Эдип и его печальная история — довольно важный мысленный эксперимент для тех из нас, кто борется с проблемой «судьбы или свободы воли».

Известный прежде всего благодаря древним пьесам афинянина Софокла, Эдип — мифический греческий царь
, которому, несмотря на его попытки избежать этого, суждено убить своего отца, жениться на своей матери и навлечь беду и позор на себя и свой город. .Классическая греческая сказка, история Эдипа посвящена темам судьбы, моральной двусмысленности и мизералбе, с которой иногда сталкиваются те, кто противостоит их судьбе.

Мы на мгновение вернемся к Эдипу. А пока перейдем к Аристотелю и его краткому рассмотрению фатализма в тексте De Interpretatione.

На первый взгляд нам может показаться, что De Interpretation Аристотеля, также известное как On Interpretation, , касается прежде всего философии языка.
Как язык соотносится с истинностью идеи? Может ли существовать идея, если нет слова, которое ее представляет? Созданы ли слова произвольно или они имеют какое-либо существенное отношение к идее или объекту, который они должны представлять?


Вопросы такого типа рассматриваются Аристотелем в начале текста. И хотя все это довольно интересно, мы лишь кратко обсудим идеи Аристотеля о словах, предложениях и их отношении к истине.

Достаточно сказать, что Аристотель говорит нам, что произносимые звуки являются символами привязанности в душе.Они представляют некую идею, место или вещь. Письменные слова представляют собой произносимые звуки, а также символы идей, мест или вещей. Хотя устная и письменная речь могут сильно отличаться, идеи, которые они представляют, не меняются. Стул — это стул, на каком бы языке мы его ни описали. Сократ по-прежнему остается Сократом, независимо от того, написано ли его имя на английском или древнегреческом.

Что еще более важно для нас, Аристотель продолжает, говоря нам, что каждое утверждение по необходимости либо истинно, либо ложно.Это кажется приятным и довольно очевидным. Хотите верьте, хотите нет, но принятие этого простого правила является корнем многих опасений, связанных с нашими дебатами «свобода воли против судьбы».

Видите ли, возникает определенная проблема, когда мы применяем это правило к утверждениям о событиях, которые произойдут в будущем. Рассмотрим следующие утверждения:

Утверждение 1: произойдет X

Заявление 2: X не будет

Согласно нашему предыдущему правилу, одно из этих утверждений должно быть истинным, а другое — ложным.В целях аргументации предположим, что 1 — истина, а 2 — ложь. Это означает, что утверждение «X произойдет» верно. Точнее, утверждение 1 ВСЕГДА было истинным, даже до того, как X действительно произошло.

Тут происходит любопытная вещь. Если утверждение 1 всегда было истинным, то X всегда должен был произойти. Но если X всегда будет происходить, то X не может не произойти. Это означает, что X не могло возникнуть. То, что не может произойти, обязательно должно произойти. Итак, мы видим, что X возникло по необходимости, а не из-за случая, удачи или человеческого решения.

«… Если всегда было верно говорить, что это было или будет, то этого не может быть или не будет. Но если чего-то не может не случиться, это невозможно и не случиться; а то, что не может случиться, обязательно случается. Тогда все, что будет, будет обязательно ». -Аристотель (De Interpretatione)

Если Эдип действительно убивает своего отца и женится на его матери, то это означает, что утверждение «Эдип убьет своего отца и женится на его матери» было правдой даже до того, как произошли события.И если это утверждение было правдой до того, как произошли события, тогда Эдип не может не убить своего отца и жениться на его матери. А то, чего не может не случиться, происходит по необходимости. Таким образом, казалось, было предопределено, что Эдип убьет своего отца и женится на его матери.

В подобных ситуациях такие фразы, как «детерминизм», «теологический детерминизм» и «причинный детерминизм» часто используются как взаимозаменяемые, хотя часто и неправильно. Возможно, лучший термин, который мы можем использовать для обозначения этой линии мышления, — это «фатализм» или вера в то, что все события предопределены, но что мы не должны просто подчиняться своей судьбе.

Популярный контраргумент против идеи фатализма — предположение, что утверждения о событиях в будущем не являются ни истинными, ни ложными. Однако это приводит к логической несостоятельности. Аристотель приводит пример морского сражения.

Если два генерала не согласны, один говорит, что завтра будет морское сражение, а другой говорит, что его не будет, то как мы можем с какой-либо уверенностью сказать, что ни один из них не прав?

Допустим, восходит солнце и действительно идет морской бой.Можем ли мы действительно сказать, что первый генерал был неправ, когда дело в том, что он был очень прав? Аристотель отвергает это как абсурд.


Последствия этого аргумента ошеломляют. Казалось бы, это говорит о том, что все, что мы делаем, предопределено, что мы не контролируем то, что делаем или что с нами происходит. Казалось бы, можно предположить, что наша идея свободы воли — всего лишь иллюзия.

Также, похоже, можно предположить, что несчастный Эдип не виноват в своих действиях, что он всего лишь пешка, движимая необходимостью вселенной.Этот тип фатализма также, кажется, освобождает всех нас от какой-либо ответственности. Ведь если все наши действия предопределены, как можно сказать, что мы действительно несем ответственность за любые свои действия или недостатки?


«Следовательно, не было бы необходимости обдумывать или беспокоиться, думая, что если мы сделаем это, то будет, а если мы не сделаем, то не будет; ибо могло случиться так, что десять тысяч лет назад один человек сказал, что это будет, а другой отрицал это, так что то, что было верно утверждать в то время, будет таковым по необходимости.»- Аристотель (De Interpretatione)

Этот тип мышления совершенно несовместим с более поздними философиями Аристотеля. Именно в The Nichomachean Ethics Аристотель излагает, какие действия заслуживают похвалы, а какие нет. Однако это предполагает, что мы в некотором роде несем ответственность за свои действия, что нам не просто предназначено делать то, что мы делаем.

Итак, если Аристотель хочет избежать логической непоследовательности, ему придется привести довольно убедительный аргумент в пользу существования свободы воли.По крайней мере, ему придется убедить нас в том, что мы обладаем хотя бы частью контроля над своими действиями и ходом своей жизни. Это то, что Аристотель более чем готов сделать.

Философ утверждает, что мы совершаем роковую ошибку, строя аргументы в пользу существования предопределенной вселенной. Аристотелю кажется очевидным, что не все происходит по необходимости. Мы не всегда видим вещи, которые есть на самом деле, но мы способны понять потенциальные возможности.Это включает в себя возможность быть, а также не быть. Это также будет включать возможность того, что произойдет, а не произойдет.

Под этим Аристотель подразумевает, что мы принимаем существование или возникновение чего-либо как означающее, что эта вещь существует или событие произошло по необходимости. Однако в этом отношении мы переходим границы. Мы должны понимать, что все, что происходит от необходимости, тогда как это не то же самое, что все, что происходит от необходимости без каких-либо оговорок.

Чтобы применить немного формализованной логики; мы можем сделать вывод, что когда X есть, X есть. Однако мы не можем сделать вывод из этого, что когда X есть, X обязательно есть. X необходим условно, сам по себе не нужен. Вот что имеет в виду Аристотель, когда говорит нам признать, что X необязательно без оговорок.


Когда мы рассматриваем двух генералов, один из которых утверждал, что будет морское сражение, а другой утверждал, что его не будет, мы видим, что оба их утверждения потенциально могут быть правдивыми или ложными.Это не означает, что оба их утверждения неверны или оба правильны, вместо этого мы должны понимать, что оба утверждения потенциально могут быть одним из них.

Проще говоря, это необходимо для того, чтобы морское сражение произошло или не произошло. Однако для морского боя вовсе не обязательно. И вовсе не обязательно, чтобы морской бой не происходил.

Когда мы рассматриваем нашего проклятого царя Эдипа, мы понимаем, что утверждение «Эдип убьет своего отца и женится на своей матери» потенциально может быть правдой и потенциально ложным.Только после того, как Эдип действительно завершает свои дела, утверждение становится истинным или ложным.

В то время как Аристотель, казалось бы, убедительно доказывает существование свободы воли, есть другие философские школы, которые придерживались этой фаталистической теории и включили ее в свою этическую философию.

Однако стоики также считали, что фаталистическая вселенная — это не так уж и плохо. Скорее они считали, что наша Вселенная управляется совершенно рационально и что какие бы боли мы ни терпели, несмотря на то, что мы думаем, на самом деле вполне приемлемы в рамках великой схемы вещей.

Это резюмируется в старой стоической пословице «То, что практикует разум, совершеннее того, что не практикует разум. Нет ничего более совершенного, чем вселенная, поэтому вселенная практикует разум ».

Эта тема интересовала философов на протяжении тысячелетий. Наша свободная воля — иллюзия? Все ли события предопределены? Действительно ли я свободен в выборе жизненного пути? Ответы далеко не однозначны.

Верит ли Аристотель в свободу воли? — MVOrganizing

Верит ли Аристотель в свободу воли?

Аристотель — Никомахова этика Не имея окончательного взгляда на свободу воли, он уделяет особое внимание роли выбора.Этот выбор со временем приводит к развитию привычек. Аристотель в своей «Никомаховой этике» описывает человека как обладающего властью делать или не делать.

Есть ли у людей свобода воли?

По крайней мере, со времен Просвещения, в 18 веке, одним из важнейших вопросов человеческого существования был вопрос о том, есть ли у нас свобода воли. Распространенное и прямое мнение состоит в том, что если наш выбор предопределен, то у нас нет свободы воли; в противном случае мы делаем. …

Всеведение отрицает свободу воли?

Всеведение не отменяет свободы воли.Причина такого вывода заключается в том, что наличие данной «силы» — это не то же самое, что отсутствие выбора в ее использовании! У Бога также есть свобода воли, он может выбирать, сколько или как мало он хочет использовать какую-либо из Своих сил.

Можете ли вы поверить в свободу воли и предопределение?

Он заявил, что Бог создал людей со свободной волей выбирать между добром и злом. Выбрав зло, они полностью утратили свою свободную волю, чтобы исполнять волю Бога, и после этого нуждались в Божьей благодати, чтобы спастись и жить праведно. С этой точки зрения благодать приходит как следствие этого предопределения.

Что противоположно свободе воли?

Напротив свободы или воли решать или выбирать. антагонизм. отвращение. принуждение. неприязнь.

Что еще можно назвать свободой воли?

На этой странице вы можете найти 37 синонимов, антонимов, идиоматических выражений и связанных с ними слов для свободы воли, например: желание, воля, свободный выбор, сила выбора, готовность, полное намерение и цель, намерение, цель, добровольное решение, безудержная воля, воля и удовольствие.

Что такое синоним свободы воли?

другими словами добровольно согласиться. выбор. согласие. желание. определение.

Что означает свобода воли?

1: добровольный выбор или решение Я делаю это по собственному желанию. 2: свобода людей делать выбор, который не определяется предшествующими причинами или божественным вмешательством.

Как вы используете свободу воли в предложении?

Пример произвольного предложения

  1. У вас есть свобода воли.
  2. раз свобода воли — это скорее пробандум.
  3. Свобода воли, которой учит Лейбниц, является не либертарианской, а детерминистской.
  4. Лучше, чем охотиться на свободную волю людей.
  5. Вы много мешали тому, кто верит в свободу воли.

Верят ли ученые в свободу воли?

В конце концов, наука не опровергает свободу воли. Фактически, он фактически приводит аргументы в свою защиту. Итак, первое, что следует отметить, это то, что науке было бы трудно объяснить человеческое поведение, если бы она не рассматривала людей как агентов, принимающих решения.Чтобы проиллюстрировать это, подумайте, как мы отвечаем на знакомые вопросы о людях.

Верят ли христиане в свободу воли?

христиан верят, что Бог дал людям свободную волю. Это способность людей принимать собственные решения. Это означает, что, хотя Бог создал мир, и он был хорошим, люди сами решают, делать ли они хорошие или плохие дела.

Сколько людей верят в свободу воли?

FWI позволяет нам подсчитать, сколько испытуемых согласны с убеждениями в соответствии с его тремя измерениями.В США большинство верило в свободу воли (82,33%), и лишь меньшинство верило в детерминизм (30,77%). Подавляющее большинство испытуемых также верили в дуализм (75,77%).

Есть ли у нас свобода воли Сэм Харрис?

Free Will — это книга американского нейробиолога Сэма Харриса, вышедшая в 2012 году. В нем утверждается, что свобода воли — это иллюзия, но она не подрывает мораль и не умаляет значения политической и социальной свободы, и что она может и должна изменить то, как мы думаем о некоторых из самых важных вопросов в жизни.

Кто сказал, что свобода воли — это иллюзия?

Дэн Вегнер

Мы живем в детерминированной вселенной?

Таким образом, хотя мы можем жить в детерминированной вселенной, это чисто теоретически, поскольку мы никогда не сможем воспользоваться этим детерминизмом для каких-либо полезных предсказаний будущих состояний вселенной. Это связано с соотношением длины волны и энергии.

Во что верят жесткие детерминисты?

Жесткие детерминисты — это те, кто принимает детерминизм и отвергает свободу воли и моральную ответственность.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.