Функция эмоций сигнальная: Функции эмоций и чувств. — Студопедия

Автор: | 31.05.2021

Содержание

Функции эмоций и чувств. — Студопедия

Эмо́ция—эмоциональный процесс средней продолжительности, отражающий субъективное оценочное отношение к существующим или возможным ситуациям.

Чу́вство — эмоциональный процесс человека, отражающий субъективное оценочное отношение к реальным или абстрактным объектам. Чувства отличают от аффектов, эмоций и настроений.

ЭМОЦИИ – это реакция! ЧУВСТВА – это отношения!

Функции эмоций

В современной психологии выделяют несколько основных функций эмоций: сигнальную, оценочную, приспособительную, регуляторную, коммуникативную, стабилизирующую, мотивирующую.

Сигнальная (информационная)функцияэмоций.Возникновение эмоций и чувств информирует о том, как идет процесс удовлетворения потребностей субъекта.

Оценочная функция эмоций. Эмоция выступает обобщенной оценкой ситуации, в которой находится субъект. Эмоции и чувства помогают ему ориентироваться в окружающей действительности, оценивать предметы и явления с точки зрения их желательности или нежелательности, полезности или вредности.

Приспособительная функция эмоций.Благодаря вовремя возникшей эмоции субъект имеет возможность быстро среагировать на внешнее или внутреннее воздействие и целесообразно приспособиться к сложившимся условиям.


Регуляторная функция эмоций возникает на основе информационно-сигнальной функции. Отражая и оценивая действительность, эмоции и чувства направляют поведение субъекта в определенную сторону, способствуют проявлению определенных реакций.

Коммуникативная функция эмоций свидетельствует о том, что без эмоциональных проявлений трудно представить какое-либо взаимодействие между людьми. Выражая эмоции через чувства, человек проявляет свое отношение к действительности и к другим людям в выразительных движениях (жесты, мимика, пантомимика, интонация голоса).

Стабилизирующая (защитная) функция эмоций. Эмоции являются регулятором поведения, который удерживает жизненные процессы в оптимальных границах удовлетворения потребностей и предупреждает разрушительный характер каких-либо факторов для жизнедеятельности данного субъекта.

Мотивирующая функция эмоций. Эмоции (страх, удивление, беспокойство и др.), сообщая нам о характере воздействий внешней среды, побуждают нас к определенным действиям.

 

26.3. Функции эмоций | Вестишки.ру

 

Опорные слова к вопросу №26 — здесь

  • оценка,
  • сигнальная,
  • побуждение,
  • активация,
  • регуляция,
  • синтез,
  • экспрессия,
  • смыслообразование,

и др.

Эмоции, выполняя функцию оценки, непосредственно, в переживании оценивают и выражают значимость предметов и ситуаций для достижения целей и удовлетворения потребностей субъекта. Эмоции являются тем языком, той системой сигналов, посредством которой субъект узнает о значимости происходящего.

О сигнальной функции эмоций см. выше, — вопрос №26.2.

Эмоции выполняют функцию побуждения: из оценки происходящего вытекает побуждение к действию. В зависимости от знака оценки (положительного или отрицательного), действие может быть направлено либо на присвоение, овладение требуемым, необходимым, либо на прекращение неуспешного действия, либо на выбор другого.

С побуждением тесно связана такая функция эмоций, как активация нервных центров и всего организма в целом. Эмоции обеспечивают оптимальный уровень деятельности центральной нервной системы и отдельных ее структур. Морфофункциональной системой эмоциональных процессов является блок регуляции тонуса и бодрствования индивида. То, что эмоциональное состояние влияет на продуктивность деятельности — ее темп и ритм, — известно каждому из нас. Эмоции радости, уверенности в успехе деятельности придают человеку дополнительные силы, побуждают к более интенсивной и напряженной работе.

Эмоции выполняют также регулирующую функцию, влияя на направление и осуществление деятельности субъекта. Регуляция действий совершается как через эмоциональную оценку текущих событий, так и через актуализацию индивидуального опыта. Прошлый опыт успешных или неуспешных действий субъекта определяет выбор действий в текущей ситуации.

Синтезирующая функция эмоций позволяет соединять, синтезировать в единое целое отдельные, сопряженные во времени и пространстве события и факты. Александр Романович Лурия показал, что совокупность образов, прямо или случайно связанных с ситуацией, породившей сильное эмоциональное переживание, образует в сознании субъекта прочный комплекс. Актуализация одного из его элементов влечет, иногда против воли субъекта, воспроизведение в сознании других его элементов.

Эмоции выполняют экспрессивную (выразительную) функцию. Очень часто они сопровождаются органическими изменениями периферического характера (покраснением, побледнением, учащением дыхания, сердцебиения и т.п.), проявляются в так называемых выразительных движениях (мимике — движениях лица, пантомимике — движениях всего тела, вокализации — в интонации и тембре голоса). В повседневной жизни по выразительным движениям мы, как правило, достаточно точно воспринимаем и оцениваем изменения в эмоциональном состоянии, в настроении окружающих людей.

Эмоции выполняют особую смыслообразующую функцию, которую выделил Алексей Николаевич Леонтьев, — они «ставят задачу на смысл».

Так, например: «День, наполненный множеством действий, казалось бы, вполне успешных, тем не менее, может испортить человеку настроение, оставить у него некий неприятный эмоциональный осадок. На фоне забот дня этот осадок едва замечается. Но вот наступает минута, когда человек как бы оглядывается и мысленно перебирает прожитый день, в эту-то минуту, когда в памяти всплывает определенное событие, его настроение приобретает предметную отнесенность: возникает аффективный сигнал, указывающий, что именно это событие и оставило у него эмоциональный осадок. Может статься, например, что эта его негативная реакция на чей-то успех в достижении общей цели, единственно ради которой, как ему думалось, он действовал; и вот оказывается, что это не вполне так и что едва ли не главным для него мотивом было достижение успеха для себя. Он стоит перед «задачей на личностный смысл», но она не решается сама собой, потому что теперь она стала задачей на соотношение мотивов, которое характеризует его как личность. Нужна особая внутренняя работа, чтобы решить такую задачу».

Перечисленные функции эмоций являются различными гранями одной общей функции — внутренней регуляции деятельности.

 

Основные функции эмоций и чувств.

Нужна помощь в написании работы?

  1. Отражательно-оценочная роль эмоций. Эмоции дают субъективную окраску происходящему вокруг нас и в нас самих. Это значит, что на одно и то же событие разные люди могут эмоционально реагировать совершенно различно. Например, у болельщиков проигрыш их любимой команды вызовет разочарование, огорчение, у болельщиков же команды соперника — радость. А определенное произведение искусства может вызывать у разных людей прямо противоположные эмоции. Недаром в народе говорят: «На вкус и цвет товарища нет». Эмоции помогают оценивать не только прошедшие или происходящие сейчас действия и события, но и будущие, включаясь в процесс вероятностного прогнозирования (предвкушение удовольствия, когда человек идет в театр, или ожидание неприятных переживаний после экзамена, когда студент не успел к нему как следует подготовиться).
  2. Управляющая роль эмоций. Помимо отражения окружающей человека действительности и его отношения к тому или иному объекту или событию эмоции важны и для управления поведением человека, являясь одним из психофизиологических механизмов этого управления. Ведь возникновение того или иного отношения к объекту влияет на мотивацию, на процесс принятия решения о действии или поступке, а сопровождающие эмоции физиологические изменения влияют на качество деятельности, работоспособность человека. Играя управляющую поведением и деятельностью человека роль, эмоции выполняют разнообразные положительные функции: защитную, мобилизующую, санкционирующую (переключающую), компенсаторную, сигнальную, подкрепляющую (стабилизирующую), которые часто совмещаются друг с другом:
    1. Защитная функция эмоций связана с возникновением страха. Он предупреждает человека о реальной или о мнимой опасности, способствуя тем самым лучшему продумыванию возникшей ситуации, более тщательному определению вероятности достижения успеха или неудачи. Тем самым страх защищает человека от неприятных для него последствий, а возможно, и от гибели.
    2. Мобилизующая функция эмоций проявляется, например, в том, что страх может способствовать мобилизации резервов человека за счет выброса в кровь дополнительного количества адреналина, например при активно-оборонительной его форме (спасении бегством). Способствует мобилизации сил организма и воодушевление, радость.
    3. Компенсаторная функция эмоций состоит в возмещении информации, недостающей для принятия решения или вынесения суждения о чем-либо. Возникающая при столкновении с незнакомым объектом эмоция придаст этому объекту соответствующую окраску (плохой встретился человек или хороший) в связи с его схожестью с ранее встречавшимися объектами. Хотя с помощью эмоции человек выносит обобщенную и не всегда обоснованную оценку объекта и ситуации, она все же помогает ему выйти из тупика, когда он не знает, что ему делать в данной ситуации.
    4. Наличие у эмоций отражательно-оценочной и компенсаторной функций делает возможным проявление и
      санкционирующей
      функции эмоций (идти на контакт с объектом или нет).
    5. Сигнальная функция эмоций связана с воздействием человека или животного на другой живой объект. Эмоция, как правило, имеет внешнее выражение (экспрессию), с помощью которой человек или животное сообщает другому о своем состоянии. Это помогает взаимопониманию при общении, предупреждению агрессии со стороны другого человека или животного, распознаванию потребностей и состояний, имеющихся в данный момент у другого субъекта. Сигнальная функция эмоций часто сочетается с ее защитной функцией: устрашающий вид в минуту опасности способствует запугиванию другого человека или животного.
  3. Дезорганизующая роль эмоций. Страх может нарушить поведение человека, связанное с достижением какой-либо цели, вызывая у него пассивно-оборонительную реакцию (ступор при сильном страхе, отказ от выполнения задания). Дезорганизующая роль эмоций видна и при злости, когда человек стремится достичь цели во что бы то ни стало, тупо повторяя одни и те же действия, не приводящие к успеху.
  4. Положительная роль эмоций не связывается прямо с положительными эмоциями, а отрицательная — с отрицательными. Последние могут служить стимулом для самосовершенствования человека, а первые — явиться поводом для самоуспокоения, благодушествования. Многое зависит от целеустремленности человека, от условий его воспитания.

Свойства эмоций:

    1. Возбудимость
    2. Глубина (интенсивность)
    3. Устойчивость
    4. Лабильность-ригидность
    5. Оптимизм-пессимизм
    6. Эмоциональная отзывчивость
    7. Экспрессивность

Свойства чувств:

1. Модальность

2.      Генерализованность и дифференцированность

3.      Интенсивность

4.      Устойчивость

5.      Обобщённость

6.      Широта

Внимание!

Если вам нужна помощь в написании работы, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 авторов готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатные корректировки и доработки. Узнайте стоимость своей работы.

Поможем написать любую работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту

Узнать стоимость Поделись с друзьями

Функции эмоций — презентация онлайн

НЕГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО
ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ
«РОССИЙСКИЙ НОВЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»
Функции эмоций
Выполнил:
студент 2 курса группы 721-з
Пискарев Сергей Александрович
Москва
2015

2. Понятие эмоций

Эмоции – особый вид
психических процессов или
состояний человека,
которые проявляются в
переживании каких-либо
значимых ситуаций,
явлений и событий в
течение жизни.

3. Понятие эмоций

Эмоции — регулятор
психической жизни;
возникают в процессе
практически любой
активности человека.

4. Основные эмоции

Интерес
Радость
Удивление

5. Основные эмоции

Страдание
Гнев
Отвращение

6. Основные эмоции

Презрение
Страх
Стыд

7. Функции эмоций


Функция оценки;
Функция мотивации;
Функция активации;
Функция следообразования;
Защитная функция;
Сигнальная функция;
Дезорганизующая функция.

8. Функция оценки

• Эмоция дает возможность мгновенно
оценить смысл изолированного
раздражителя или ситуации для человека.

9. Функция мотивации

• Эмоции важны для
управления
поведением человека,
являясь одним из
психофизиологических
механизмов этого
управления.

10. Функция активации

• Проявляется на физиологическом уровне.

11. Функция следообразования

• Эмоция часто возникает уже после
завершения событий.
• Заключается в предвосхищении событий,
которые произойдут в будущем.

12. Защитная функция

• Связана с возникновением страха,
предупреждает человека о реальной или
мнимой опасности.

13. Сигнальная функция

• Связана с воздействием человека или
животного на другой живой объект. Эмоция,
как правило, имеет внешнее выражение, с
помощью которой человек или животное
сообщает другому о своем состоянии.

14. Дезорганизующая функция

• Положительная роль эмоций не
связывается прямо с положительными
эмоциями, а отрицательная — с
отрицательными.

Эмоции их виды и особенности

Эмоции – особый класс субъективных психических состояний, отражающих в форме непосредственных переживаний ощущений приятного или неприятного, отношения человека к миру, людям, процессам и результатом практической деятельности.

К эмоциональной сфере личности относят настроения, чувства, аффекты, страсти, стрессы и др. Эти эмоции включены во все психические процессы и состояния человека. Любые проявления активности человека сопровождается эмоциональными переживаниями. Факты доказывают: 1) врожденный характер основных эмоций и их изображение на лице; 2) наличие генотипически обусловленной способности к их пониманию у живых существ.

Функции эмоций:

1. Сигнальная. Функция общения, т.е. сообщения человеку информации о состоянии говорящего и его отношении к тому, что в данный момент происходит.

2. Стимулирующая. Функция воздействия, т.е. оказания определенного влияния на того, кто является субъектом восприятия эмоционально-выразительных движений.

3. Оценочная функция.

4. Экспрессивная функция.

5. Коммуникативная функция. Здесь эмоции могут служить языком.

6. Регулятивная. Функция оценки хода и результатов деятельности.

7. Защитная. Функция приспособления к окружающим условиям.

8. Мотивационная функция. Желание испытать какую-либо эмоцию может стать мотивом для совершения каких-либо действий.

Т.о. эмоциональные явления биологически, в процессе эволюции закрепились как своеобразный способ поддержания жизненного процесса.

Самая старая по происхождению, простейшая и наиболее распространенная у живых существ форма эмоциональных переживаний – это удовольствие, получаемое от удовлетворения органических потребностей, и неудовольствие, связанное с невозможностью это сделать при обострении соответствующей потребности.

Многообразные проявления эмоциональной жизни человека делятся на:

1. Аффект – сильное, бурное и относительно кратковременное переживание, полностью захватывающее психику человека и предоставляющее единую реакцию на ситуацию в целом (порой эта реакция, и воздействующие раздражители осознаются недостаточно — и это одна из причин практической неуправляемости этим состоянием). В отличие от эмоций и чувств аффекты протекают бурно, быстро, сопровождаются резко выраженными органическими изменениями и двигательными реакциями.

2. Собственно эмоции – реакция не только на совершившиеся события, но и на вероятные и вспоминаемые. Они носят опережающий характер, отражая события в форме обобщенной субъективной оценки личностью определенной ситуации, связанной с удовлетворением потребностей человека.

3. Чувства – высший продукт культурно-эмоционального развития человека. Это более устойчивые психические состояния, имеющие четко выраженный предметный характер: они выражают устойчивое отношение к каким-либо объектам (реальным или воображаемым). Можно выделить:

— Моральные чувства – переживания человеком его отношения к другим людям.

— Интеллектуальные чувства – чувства, связанные с познавательной деятельностью.

— Эстетические чувства – чувства красоты, явлений природы.

— Практические чувства – чувства, связанные с деятельностью человека.

4. Настроение – самое длительное эмоциональное состояние, окрашивающее все поведение человека.

Эмоциональные состояния в зависимости от влияния на уровень жизнедеятельности человека (электрофизиологическая теория):

1. Стенические эмоции. Например, чувство радости. У человека, испытывающего радость, происходит значительное расширение мелких кровеносных сосудов, в связи с чем улучшается и усиливается питание всех жизненно важных органов, особенно мозга. Такой человек не чувствует утомления, наоборот, испытывает сильную потребность в действиях и движениях. Приток крови к мозгу облегчает его умственную и физическую деятельность.

2. Астенические эмоции. Например, чувство печали. В состоянии печали кровеносные сосуды сокращаются, и возникает известная анемия кожи, внутренних органов и, главное, мозга. Пониженное питание мозга вызывает снижение деятельности двигательного аппарата, резко снижается мышечный тонус, появляется чувство сильной усталости, невозможности. Анемия мозга приводит к снижению умственной работоспособности, мышление становится вялым.

Страсть – еще один вид сложных, качественно своеобразных и встречающихся только у человека эмоциональных состояний. Страсть представляет собой сплав эмоций, мотивов и чувств, сконцентрированных вокруг определенного вида деятельности или предмета (человека).

Теории эмоций:

1. Электрофизиологическая теория. Объясняет природу эмоций наличием особых образований нервной системы, в структуре мозга:

— таламуса,

— гипоталамуса,

— лимбической системы,

— наличие мозговых центров «наслаждения-рая» и «страдания, ада».

2. Психологические теории выделяют две точки зрения:

— эмоции – вторичные состояния, зависящие от познавательной деятельности.

— эмоции носят первичный самостоятельный характер и тесно связаны с биологической функцией организма.

3. Психофизиологическая теория. Информационная теория П. В. Симонова

— эмоции возникают при рассогласовании между жизненной потребностью и возможностью ее удовлетворения (при недостатке информации, необходимой для достижения цели).

— информированность человека о средствах удовлетворения потребности может снимать эмоции.

3. Основные функции эмоций: коммуникативная, регулятивная, сигнальная, мотивационная, оценочная, стимулирующая, защитная. Эмоции и чувства

Похожие главы из других работ:

Виды и функции эмоций

Глава 2. Виды и основные функции эмоций

Влияние эмоций на жизнь человека

1.2.1Отражательно-оценочная функция эмоций

Согласно П.В. Симонову, эмоция есть отражение мозгом человека и животных какой-либо актуальной потребности (ее качества и величины) и вероятности (возможности) ее удовлетворения…

Изучение особенностей эмоциональной сферы у мужчин и женщин

1.1 Понятие эмоций, их функции

Объективные свойства предметов и явлений окружающей действительности отражаются человеком посредством познавательных процессов. Но каждый отражаемый объект…

Исследование негативных эмоций младших школьников

1.1.3 Функции эмоций

Особенности эмоционального состояния младших школьников с умственной отсталостью легкой степени

1.1 Функции эмоций

Биологическое значение эмоций в том, что они позволяют человеку быстро оценить свое внутреннее состояние, возникшую потребность, возможности ее удовлетворения. Например, истинную пищевую потребность в количестве белков, жиров, углеводов…

Отличие эмоций человека от эмоций животного

1.4 Функции эмоций

Для чего же нужны эмоции? Возможно, было бы лучше без них? Они, наоборот, очень мешают жить, а сформированный навык осуществляется вообще без участия эмоций, они могут только отодвинуть от достижения заданной цели…

Психическое здоровье ребенка: влияние семьи

2.3 Коммуникативная функции семьи

Все большее значение социологи придавали и придают коммуникативной функции семьи. Можно назвать следующие компоненты этой функции: посредничество семьи в контакте своих членов со средствами массовой информации (телевидение, радио…

Психологическая устойчивость в экстремальных ситуациях

1.2 Функции эмоций

Ч. Дарвин (1872) говорил о биологической целесообразности эмоций. По некоторым данным человек является самым эмоциональным среди представителей животного мира. Таким образом, логично предположить, что богатство эмоционального мира человек…

Роль игры в развитии эмоциональной сферы младших школьников

2.2 Основные свойства и функции эмоций

Эмоции (от фр. emotion) — психический процесс импульсивной регуляции поведения, основанный на чувственном отражении потребностной значимости внешних воздействий, их благоприятности или вредности для жизнедеятельности индивида [8]…

Роль эмоций в жизни человека

1.2 Функции эмоций

Для того, чтобы понять какую роль эмоции играют в нашей жизни, необходимо вначале рассмотреть основные функции эмоций. Исследователи, отвечая на вопрос о том, какую же роль играют эмоции в жизнедеятельности живых существ…

Сравнительный анализ различных теорий эмоций

3. Мотивационная теория эмоций

Идея о том, что эмоции являются основными мотивами человеческого поведения, известна, по крайней мере, со времен античности. Сторонники и последователи Эпикура неизменно считали, что люди стремятся к удовольствию и избегают неудовольствия…

Теории эмоций

5. Мотивационная теория эмоций Р.У. Липера

Он выносил на обсуждение тот факт, что, «не прибегая к мотивационному критерию, мы не способны различать те процессы, которые мы называем эмоциями, и ряд других процессов, которые мы к эмоциям не относим». Липер полагал…

Управление эмоциональным состоянием ученика

1.1. Функции эмоций. Победительная функция эмоций

Все исследователи определяют эмоции как необходимый компонент нашей жизни (2, 3, 5, 9). Именно они заставляют нас действовать, принимать решения. Ведь само значение слова «эмоция» подразумевает, что оно связано с движением…

Эмоции и художественное творчество

1.2 Функции эмоций

Функция эмоций — это узкое природное предназначение, работа, выполняемая эмоциями в организме, а их роль (обобщенное значение) — это характер и степень участия эмоций в чем-либо, определяемая их функциями…

Эмоциональные особенности личности при восприятии двухфакторных изображений

1.2 Основные функции эмоций

Эмоционально-выразительные движения человека — мимика, жесты, пантомимика — выполняют функцию общения, т.е. сообщения человеку информации о состоянии говорящего и его отношении к тому, что в данный момент происходит…

Физиология и психофизиология эмоций (стр. 2 из 6)

Функции эмоций и их значения.

Одна из главных функций эмоций состоит в том, что они помогают ориентироваться в окружающей действительности, оценить предметы и явления с точки зрения их желательности или нежелательности, полезности или вредности.

Ученые определили следующие функции эмоций:

1) отражательно-оценочная;

2) переключающая;

3) подкрепляющая;

4) компенсаторная.

Компенсаторная функция эмоций состоит в возмеще­нии информации, недостающей для принятия решения или вынесения суждения о чем-либо. Возникающая при столк­новении с незнакомым объектом эмоция придает этому объекту соответствующую окраску (плохой встретился че­ловек или хороший) в связи с его схожестью с ранее встре­чавшимися объектами. Хотя с помощью эмоции человек выносит обобщенную и не всегда обоснованную оценку объекта и ситуации, она все же помогает ему выйти из ту­пика, когда он не знает, что ему делать в данной ситуации.

Наличие у эмоций отражательно-оценочной и компенсаторной функций делает возможным проявление и санк­ционирующей функции эмоций (идти на контакт с объек­том или нет)

Сигнальная функция эмоций связана с воздействием человека или животного на другой живой объект. Эмоция, как правило, имеет внешнее выражение (экспрессию), с помощью которой человек или животное сообщает другому о своем состоянии. Это помогает взаимопониманию при общении, предупреждению агрессии со стороны дру­гого человека или животного, распознаванию потребностей и состояний, имеющихся в данный момент у другого субъекта. Об этой функции эмоций знает уже малыш, который использует ее для достижения своих целей: ведь плач, крик, страдальческая мимика ребенка вызывают у родителей и взрослых сочувствие, а у других детей — понимание, что они сделали что-то плохое. Сигнальная функция эмоций часто соче­тается с ее защитной функцией: устрашающий вид в минуту опасности способствует запугиванию другого человека или животного.

Академик П. К. Анохин подчеркивал, что эмоции важны для закрепления, стаби­лизации рационального поведения животных и человека. Положительные эмоции, возникающие при достижении цели, запоминаются и при соответствующей ситуа­ции могут извлекаться из памяти для получения такого же полезного результата. Отрицательные эмоции, извлекаемые из памяти, наоборот, предупреждают от повтор­ного совершения ошибок. С точки зрения Анохина, эмоциональные переживания за­крепились в эволюции как механизм, который удерживает жизненные процессы в оптимальных границах и предупреждает разрушительный характер недостатка или избытка жизненно важных факторов.

Дезорганизующая роль эмоций. Страх может нарушить поведение человека, свя­занное с достижением какой-либо цели, вызывая у него пассивно-оборонительную реакцию (ступор при сильном страхе, отказ от выполнения задания). Дезорганизую­щая роль эмоций видна и при злости, когда человек стремится достичь цели во что бы то ни стало, тупо повторяя одни и те же действия, не приводящие к успеху.

При сильном волнении человеку бывает трудно сосредоточиться на задании, он может позабыть, что ему надо делать. Один курсант летного училища при первом самостоятельном полете забыл, как сажать самолет, и смог совершить это только под диктовку с земли своего командира. В другом случае из-за сильного волнения гим­наст (чемпион страны) забыл, выйдя к снаряду, начало упражнения и получил нуле­вую оценку.

Положительная роль эмоций не связывается прямо с положительными эмоциями, а отрицательная — с отрицательными. Последние могут служить стимулом для самосовершенствования человека, а первые — явиться поводом для самоуспокоения. Многое зависит от целеустремленности человека, от условий его воспитания.

Периферическая теория эмоций.

Американский психолог У. Джемс (1884) выдвинул «периферическую» теорию эмоций, основанную на том, что эмоции связаны с определенными физиологическими реакциями, которых говорилось выше. Он писал: «Обычно выражаются следующим образом: мы потеряли состояние, огорчены и плачем; мы повстречались с медведем, испуганы и обращаемся в бегство; мы оскорблены врагом, приведены в ярость и наносим ему удар. Согласно защищаемой мною гипотезе, порядок событий должен быть несколько иным, а именно: первое душевное состояние не сменяется немедленно вторым. Между ними должны находиться телесные проявления. И потому наиболее рационально выражаться так: мы опечалены, потому что плачем; приведены в ярость, потому что бьем другого; боимся, потому что дрожим… Если бы телесные проявления не следовали немедленно за восприятием, то последнее было бы по форме чисто познавательным актом, бледным, лишенным колорита и эмоциональной теплоты. Мы в таком случае могли бы увидеть медведя и решить, что всего лучше обратиться в бегство, могли бы понести оскорбление и найти справедливым отразить удар, но мы не ощущали бы при этом страха или негодования» (1991, с. 275).

«Периферическая» теория эмоций Джеймса — Ланге. Американец В. Джеймс (1884) и независимо от него датчанин Г. Ланге (1885) сформулировали теорию, согласно которой возникновение эмоций обусловлено внешними воздействиями, приводящими к физиологическим сдвигам в организме. Ощущение этих собственных изменений в организме и переживается человеком как эмоция. По Джеймсу, «мы печалимся потому, что плачем; боимся потому, что дрожим; радуемся потому, что смеемся; сердимся, потому, что наносим удар». Таким образом, физиолого-телесные периферические изменения, которые обычно рассматривались как следствие эмоций, стали их причиной. Отсюда становится понятной упрощенная трактовка произвольной регуляции эмоций: горе, например, можно подавить, если намеренно совершать те движения, которые соответствуют положительным эмоциям. Ценность теории Джеймса — Ланге заключалась в том, что она открывала широкий простор для внедрения физиологических методов исследования в область психологии эмоций. Приемы, с которыми было связано экспериментальное изучение эмоций по их телесным и органическим проявлениям (сдвиги в дыхании, кровообращении и других системах организма), были названы немецким психологом О. Кюльпе общим именем — «метод выражения».

Если Джеймс связывал эмоции с широким кругом периферических изменений, то К. Ланге — только с сосудодвигательной системой: состоянием иннервации и просветом сосудов. Он дал очень выразительные описания физиологических и поведенческих реакций при различных эмоциях. Радость, например, сопровождается усилением иннервации в мышцах, мелкие артерии расширяются, кожа краснеет — все физиологические отправления начинают совершаться лучше. Радующийся человек активно жестикулирует, подвижен. Радость молодит, потому что человек довольный, находящийся в хорошем настроении, создает оптимальные условия для питания всех тканей тела. Напротив, признаком печали является ее парализующее действие на мышцы, возникает чувство усталости, движения медленные и слабые. Глаза кажутся большими, так как расслабляются мышцы глазной впадины. Одновременно сосудодвигатели сжимаются и ткани обескровливаются. Человек постоянно ощущает чувство холода и озноба. Легкие тоже опорожняются от крови, и человек постоянно ощущает недостаток воздуха, стеснение и тяжесть в груди. Он старается облегчить состояние продолжительными и глубокими вздохами. Огорчения очень старят, поскольку они сопровождаются изменениями кожи, волос, ногтей и зубов. Следовательно, по мнению Джеймса, эмоция представляет собой отражение телесных процессов в сознании; эмоция — всего лишь комплекс внутренних ощущений и не более.

Информационная теория эмоций.

Оригинальную гипотезу о причинах появления эмоций выдвинул П. В. Симонов (1966, 1970, 1986). Он считает, что эмоции появляются вследствие недостатка или избытка сведений, необходимых для удовлетворения потребности. Степень эмоционального напряжения определяется, по П. В. Симонову, силой потребности и величиной дефицита прагматической информации, необходимой для достижения цели.

Это представлено им в виде «формулы эмоций»: где Э — эмоция; П — потребность; Ин — информация, необходимая для удовлетворения потребности; Ис — информация, которой субъект располагает в момент возникновения потребности.

Из этой формулы следует, что эмоция возникает только при наличии потребности. Нет потребности, нет и эмоции, так как произведение Э = 0 (Ин — Ис) тоже становится равным нулю. Не будет эмоции и в том случае, если потребность есть, а (Ин — Ис) = 0, т. е. если человек обладает необходимой для удовлетворения потребности информацией (Ис — Ин). Важность разности (Ин — Ис) Симонов обосновывает тем, что на ее основании строится вероятностный прогноз удовлетворения потребности. Эта формула дала Симонову основание говорить о том, что «благодаря эмоциям обеспечивается парадоксальная на первый взгляд оценка меры незнания» (1970, с. 48).

В нормальной ситуации человек ориентирует свое поведение на сигналы высоковероятных событий (т. е. на то, что в прошлом чаще встречалось). Благодаря этому его поведение в большинстве случаев бывает адекватным и ведет к достижению цели. В условиях полной определенности цель может быть достигнута и без помощи эмоций.

Однако в неясных ситуациях, когда человек не располагает точными сведениями для того, чтобы организовать свое поведение по удовлетворению потребности, нужна другая тактика реагирования на сигналы. Отрицательные эмоции, как пишет Симонов, и возникают при недостатке сведений, необходимых для достижения цели, что в жизни бывает чаще всего. Например, эмоция страха и тревога развиваются при недостатке сведений, необходимых для защиты, т. е. при низкой вероятности избегания нежелательного воздействия, а фрустрация — при низкой вероятности достижения желаемой цели.

Эмоции способствуют поиску новой информации за счет повышения чувствительности анализаторов (органов чувств), а это, в свою очередь, приводит к реагированию на расширенный диапазон внешних сигналов и улучшает извлечение информации из памяти. Вследствие этого при решении задачи могут быть использованы маловероятные или случайные ассоциации, которые в спокойном состоянии не рассматривались бы. Тем самым повышаются шансы достижения цели. Хотя реагирование на расширенный круг сигналов, полезность которых еще неизвестна, избыточно и незакономерно, оно предотвращает пропуск действительно важного сигнала, игнорирование которого может стоить жизни.

Социология эмоций в JSTOR

Abstract

Недавние исследования в области социологии эмоций вышли за рамки разработки концепций и широких перспектив и привели к разработке теории и некоторых эмпирических исследований. На микроуровне проделано больше работы, чем на макроуровне анализа. На обоих аналитических уровнях эмоция чаще всего рассматривается как зависимая переменная, хотя все чаще признается ее роль в качестве промежуточной и независимой переменной в социальных процессах, особенно в отношении проблем в таких различных предметных областях, как гендерные роли, стресс, малые группы, социальные движения и стратификация.В социологических знаниях об эмоциях существуют значительные пробелы; в частности, мало что известно о распределении различных эмоциональных переживаний среди населения, содержании эмоциональной культуры, процессах эмоциональной социализации, эмоциональных взаимодействиях и отношениях между социальной структурой и эмоциональными нормами. Необходимы дополнительные эмпирические исследования, чтобы опираться на теоретические основы, которые были заложены. Проблемы измерения эмоционального опыта и аспектов эмоциональной культуры еще не решены и, вероятно, станут критическими проблемами по мере накопления эмпирических данных в будущем.

Journal Information

Ежегодный обзор социологии®, публикуемый с 1975 года, освещает важные события в области социологии. Темы, освещаемые в журнале, включают основные теоретические и методологические разработки, а также текущие исследования в основных областях. Обзорные главы обычно охватывают социальные процессы, институты и культуру, организации, политическую и экономическую социологию, стратификацию, демографию, городскую социологию, социальную политику, историческую социологию и основные разработки в социологии в других регионах мира.Журнал предназначен для социологов и других социологов, а также специалистов в области городского и регионального планирования, социальной политики и социальной работы. Это также полезно для тех, кто находится в правительстве.

Информация об издателе

Annual Reviews была основана в 1932 году как некоммерческое научное издательство, чтобы помочь ученые справляются с постоянно растущим объемом научных исследований. Всесторонний, авторитетные и критические обзоры ведущих ученых мира в настоящее время публикуются по 26 дисциплинам в области биологии, физики и социальные науки.Согласно рейтингу института «Импакт-фактор» для индекса научного цитирования научной информации каждый годовой обзор оценивается в верхней части соответствующей тематической категории или рядом с ней. Доступный для поиска заголовок и базу данных авторов и коллекцию рефератов можно найти по адресу https://www.annualreviews.org//. Веб-сайт также предоставляет информацию и цены на все печатные тома, онлайн-публикации, и переиздание сборников.

миндалины | Определение, функции, расположение и факты

Миндалевидное тело , область мозга, в первую очередь связанная с эмоциональными процессами.Название amygdala происходит от греческого слова amygdale , что означает «миндаль», из-за миндальной формы структуры. Миндалевидное тело находится в медиальной височной доле, прямо перед (перед) гиппокампом. Подобно гиппокампу, миндалевидное тело представляет собой парную структуру, по одной в каждом полушарии мозга. Миндалевидное тело является частью лимбической системы, нейронной сети, которая опосредует многие аспекты эмоций и памяти. Хотя исторически считалось, что миндалевидное тело участвует в первую очередь в страхе и других эмоциях, связанных с отталкивающими (неприятными) стимулами, теперь известно, что оно участвует в положительных эмоциях, вызываемых аппетитными (полезными) стимулами.

Анатомия миндалины

Миндалевидное тело состоит из группы ядер или кластеров нейронов. Базолатеральный комплекс, самый крупный из кластеров, расположенный примерно в латеральной и средней частях миндалины, включает латеральное, базальное и добавочно-базальное ядра. Боковое ядро ​​является основным получателем информации от сенсорной коры (области коры головного мозга, которые представляют информацию о сенсорных стимулах) всех модальностей (например, зрения, слуха). Кроме того, было установлено, что у грызунов информация о слуховых стимулах поступает в миндалину непосредственно из подкорковой (под корой) области мозга, известной как медиальное коленчатое ядро, которое расположено в таламусе.

Кортикальные и медиальные ядра миндалины образуют так называемую кортико-медиальную группу. Обонятельная (обонятельная) информация поступает непосредственно в кортико-медиальную миндалину из обонятельной луковицы и грушевидной коры, которые функционируют как обоняние. Вставные массы представляют собой ленту тормозных нейронов, которые пропускают информационный поток от базолатерального комплекса к центральному ядру миндалины.

Помимо сенсорной информации, миндалевидное тело получает информацию от ряда корковых и подкорковых систем головного мозга.Наиболее заметно, что миндалевидное тело получает плотный входной сигнал от префронтальной коры, особенно от передней поясной извилины и орбитофронтальной коры. Миндалевидное тело также получает значительный вклад от островка, гиппокампа и ринальной (обонятельной) коры. Подкорковая информация поступает в миндалину от множества ядер, включая каждую нейромодуляторную систему.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишись сейчас

Выход из миндалины может быть направлен как в подкорковые, так и в корковые структуры головного мозга.Центральное ядро ​​направлено на многочисленные подкорковые структуры, которые, как известно, опосредуют различные вегетативные, физиологические и поведенческие выражения эмоционального состояния. Базальное и добавочно-базальное ядра являются основными выходами миндалины, направленными в кору головного мозга. Эти анатомические проекции могут лежать в основе роли миндалины в модуляции когнитивных процессов, таких как принятие решений, внимание и память.

Функция миндалины

Миндалевидное тело играет важную роль во многих аспектах эмоционального обучения и поведения.Существует множество человеческих эмоций, от радости до печали, от отвращения до возбуждения и сожаления до удовлетворения. Большинство эмоций обладают валентностью (положительной или отрицательной) и интенсивностью (от низкой к высокой), которая отражает эмоциональное возбуждение. Исследования нервной основы эмоций на животных моделях, включая те, которые сосредоточены на миндалевидном теле, обычно используют физиологические (например, вегетативные) или поведенческие (например, подход или защиту) меры, которые, вероятно, отражают валентность и интенсивность эмоционального переживания.

В начале 20 века психолог Генрих Клювер и нейрохирург Пол К. Бьюси изучали обезьян с поражением височной доли, включая миндалину, и наблюдали изменения в эмоциональном, пищевом и сексуальном поведении. Последующие исследования установили, что миндалевидное тело является важной структурой, опосредующей эти эффекты.

Роль в врожденном и усвоенном эмоциональном поведении

Феромоны и врожденные стимулы аппетита и отвращения, включая определенные запахи, вкусы или сексуальные образы, могут вызывать физиологические и поведенческие выражения эмоционального состояния.Что касается обонятельных стимулов, то кортико-медиальная миндалина, как известно, опосредует врожденное эмоциональное поведение. Для других врожденных усиливающих стимулов, включая некоторые наркотики, схемы базолатерального комплекса, вероятно, также вносят вклад в эмоциональные реакции.

Эмоциональное обучение чаще всего изучается как на животных моделях, так и на людях, с использованием Павлова условного рефлекса, в котором в остальном нейтрально обусловленный стимул сочетается с врожденным отталкивающим безусловным стимулом. Этот тип парадигмы, часто называемый условным рефлексом страха, может привести к устойчивому обучению благодаря конвергенции сенсорной информации об условном и безусловном стимулах.Нейромодулирующий вход также может способствовать этому обучению. По мере обучения животного реакция нейронов миндалины на условные раздражители изменяется, отражая процесс обучения. Кроме того, активация нейронов в базолатеральной миндалине может стимулировать обучение, предполагая, что эти нейроны играют причинную роль в эмоциональном обучении. После обучения вход от базолатерального комплекса к центральному ядру миндалины приводит к оркестровке ряда физиологических и поведенческих реакций, которые коррелируют с эмоциональными состояниями.Меры кондиционирования страха включают прекращение движения («замирание»), защитное поведение и повышенные реакции проводимости кожи или повышение артериального давления (вегетативные меры, отражающие уровень возбуждения). Поражения миндалины затрудняют усвоение и выражение этого обучения.

Хотя изучение миндалевидного тела наиболее широко проводилось с помощью отталкивающих стимулов, есть существенные доказательства того, что миндалевидное тело также участвует в обработке стимулирующих стимулов и в процессе обучения аппетиту.Нейронные реакции миндалины на условные стимулы меняются во время аппетитного обучения, и многие нейроны миндалины реагируют на различные стимулирующие стимулы. Активация нейронов миндалины, которые реагируют на полезный стимул, может стимулировать как Павловское, так и инструментальное обучение (обучение, в котором на поведение влияют последствия). Путь от миндалины к вентральному полосатому телу, который участвует в обработке вознаграждения при зависимости, опосредует выученное поведение подхода (движения к объектам или другим людям).Однако поражения миндалины часто не нарушают аппетитное обучение, что указывает на то, что такое обучение, вероятно, также поддерживается параллельными нервными путями, которые не затрагивают миндалевидное тело.

Регулирование эмоций

Эмоциональные реакции на сенсорные стимулы возникают не только благодаря врожденным механизмам и в процессе обучения, но также могут быть изменены механизмами угашения и когнитивного контроля. И вымирание, и когнитивный контроль включают взаимодействие между префронтальной корой и миндалевидным телом.Угашение, которое само по себе является процессом обучения, вызывается повторным предъявлением условного стимула в отсутствие ранее связанного безусловного стимула, что приводит к устранению ранее вызванной реакции. Проекции от префронтальной коры к миндалевидному телу опосредуют угашение со сложной схемой, включающей центральное ядро, базолатеральный комплекс и вставленные массы, играющие роль в модификации ответов на ранее обусловленные стимулы.

Когнитивный контроль эмоций — важный процесс для понимания, учитывая его критическую роль в нормальном адаптивном эмоциональном поведении. Исследования на людях с использованием функциональной магнитно-резонансной томографии выявили взаимодействие префронтально-миндалевидного тела в этих процессах, хотя точные механизмы остаются плохо изученными, отчасти из-за сложности изучения этих процессов на животных моделях.

Миндалевидное тело, познание и социальное поведение

Эмоции влияют на когнитивные процессы, такие как внимание, формирование памяти и принятие решений, и играют важную роль в социальном поведении.Большое количество литературы подтверждает роль миндалины в этих функциях, предположительно благодаря миндалевидным проекциям на префронтальную и сенсорную коры, на гиппокамп и корковый слой носа, а также на подкорковые нейромодулирующие системы. Например, пациенты с изолированными поражениями миндалевидного тела, возникшими в результате болезни Урбаха-Вите (редкое генетическое заболевание), могут испытывать недостаток в распознавании выражений страха на лице. Этот дефицит, по-видимому, связан с трудностями в обращении внимания на глаза других, что важно для распознавания страха.В соответствии с этим наблюдением, нервная активность миндалины может отражать эмоциональную значимость и расположение зрительных стимулов. Значительная работа также предполагает роль базолатеральной миндалины в модулировании формирования воспоминаний в связи с эмоциональными событиями. Кроме того, нейровизуализационные исследования человека предполагают роль миндалины в опосредовании так называемого эффекта кадрирования при экономическом выборе, который, как считается, отражает влияние положительных или отрицательных эмоций на принятие решений.

Дисфункция миндалины

Дисфункция миндалины и нервных цепей, соединяющих миндалину с различными корковыми и подкорковыми структурами, вероятно, вносит вклад в патофизиологию (физиологические процессы, связанные с заболеванием) ряда нейропсихиатрических расстройств. Однако точные механизмы, ответственные за эти расстройства, остаются плохо изученными. Анатомические взаимосвязи между миндалевидным телом и префронтальной корой, которые, вероятно, имеют решающее значение для нормального адаптивного эмоционального поведения, полностью развиваются только в раннем взрослом возрасте.Многие психоневрологические расстройства возникают во время или раньше.

Работа на животных и исследования клинических популяций предполагают роль миндалевидной дисфункции в тревожных расстройствах, зависимости и сложных психоневрологических расстройствах, таких как аутизм, где клинические особенности включают социальные, когнитивные и аффективные компоненты. По мере продвижения исследований миндалевидного тела и связанных структур, точные нарушения в механизмах контура, которые лежат в основе этих и других психических расстройств, вероятно, будут выяснены, что откроет путь к разработке новых терапевтических вмешательств, которые изменят лечение психических расстройств.

К. Даниэль Зальцман

Узнайте больше в этих связанных статьях Britannica:

  • Нервная система человека: базальные ганглии

    … бледный шар и (4) миндалевидное тело. Филогенетически миндалевидное тело является самым старым из базальных ганглиев и часто упоминается как архистриатум; бледный шар известен как палеостриатум, а хвостатое ядро ​​и скорлупа вместе известны как неостриатум или просто полосатое тело.Вместе скорлупа…

  • агрессивное поведение: нейроэндокринные воздействия

    … воздействие на агрессию и миндалевидное тело, обнаруженное глубоко в височных долях и имеющее противоположный эффект.…

  • эмоция: нейробиология эмоций

    … ретикулярная формация и миндалевидное тело, все из которых являются подкорковыми (ниже коры головного мозга).Гипоталамус имеет важную связь с удовольствием и несчастьем, в то время как ретикулярная формация может иметь важную связь с депрессией. Американский нейробиолог Джозеф Э. Леду показал, что слуховая стимуляция страха включает в себя…

Введение в определение эмоций в письменном тексте

Мы начинаем новую область компьютерных наук. Если у вас есть несколько лет опыта в области компьютерных наук или исследований, и вы заинтересованы в том, чтобы поделиться этим опытом с сообществом (и, конечно же, получать деньги за свою работу), загляните на страницу «Напишите для нас».Ура, Евгений

1. Обзор

В этом уроке мы изучим проблему обнаружения эмоций в письменном тексте. При этом мы познакомимся с теоретическими основами анализа тональности в обработке естественного языка.

Далее мы укажем расположение некоторых общедоступных наборов данных, на которых мы можем обучать модели обнаружению эмоций.

В конце этой статьи у нас будет твердое теоретическое представление о том, когда анализ настроений работает, а когда нет.Мы также будем знать, где взять наборы данных, необходимые для начала работы с моделями машинного обучения для анализа контента и обнаружения эмоций в текстах.

2. Эмоции и язык

2.1. Внешнее и внутреннее измерение эмоций

У людей есть эмоции, соответствующие их психическому статусу и моделям поведения. Есть два измерения эмоций, которые испытывают люди: внутреннее и внешнее. .

Внутренний или субъективный компонент эмоций — это тот компонент, который человек воспринимает немедленно.Человек не может поделиться этим компонентом с другими, поэтому он остается в пределах непосредственного опыта этого человека:

Это соответствует психологическому статусу человека, а также активации нервных цепей мозга, специфичных для эмоций. Это внутреннее измерение не поддается наблюдению с помощью методологии контент-анализа и для всех целей является черным ящиком .

Но у эмоций есть еще и внешнее или общее измерение. Когда человек испытывает эмоции, он добровольно или добровольно разделяет этот внешний компонент с остальной частью окружающей среды .Это совместное использование осуществляется путем излучения сигналов, которые принимают форму мимики; жесты; отношения; и вербальные сигналы, которым и посвящена данная статья.

2.2. Эмоции и сотрудничество между людьми

В этой среде, окружающей человека, живут другие люди, которые получают сигналы, связанные с эмоциями человека, и интерпретируют их. Эти сигналы активируют аналогичные эмоциональные состояния у человека, который их воспринимает, и позволяют воспроизводить сигналы в сообществе.

Это, в свою очередь, децентрализованно и распределенно, позволяет координировать эмоциональные реакции между людьми и проводить совместное эмоциональное поведение:

Если бы мы просто приземлились на этой планете и ничего не знали о людях, мы все равно смогли бы узнать что-то об эмоциях. Мы обнаружили, что некоторые классы сигналов имеют тенденцию распространяться в человеческих группах непосредственно перед проявлением некоторых групп групповых поведенческих паттернов. . Однако нам необязательно знать, что такое субъективное переживание, связанное с данным эмоциональным сигналом, поскольку мы воспринимаем только внешнее, но не внутреннее измерение явления.

Этот подход, который фокусируется исключительно на внешнем или коммуникативном измерении эмоций, относится к обработке естественного языка. В машинном обучении мы можем наблюдать только общее или внешнее измерение эмоций . Поступая таким образом, мы пытаемся сделать какие-то выводы о внутреннем или личном измерении эмоций, чего, однако, никогда не наблюдаем.

2.3. Эмоции и язык

Люди отличаются от других млекопитающих тем, что сигналы, связанные с их эмоциями, имеют тенденцию быть очень разнообразными.Большинство млекопитающих способны издавать звуки и изменять свою позу, но люди также могут создавать очень четко сформулированные вербальные сигналы, которые позволяют выражать более сложные эмоциональные реакции. :

Тогда возникает вопрос, как мы можем использовать эти четко сформулированные ответы, чтобы изучить черный ящик или внутренний компонент эмоций; то есть субъективный эмоциональный статус. Для этого нам нужна дополнительная гипотеза, которая оправдывает изучение эмоций с помощью эмоциональных сигналов.

2.4. Отображение эмоций и языка

Следовательно, основная гипотеза состоит в том, что существует какое-то уникальное отображение, и что мы можем узнать о нем с помощью машинного обучения.

При обработке естественного языка мы не наблюдаем всего набора эмоционального поведения, связанного с человеком. Вместо этого, , мы выбираем только небольшую поведенческую подгруппу, вербальные сигналы, и представляем, что они хорошо отражают общее эмоциональное поведение человека .

Другими словами, мы представляем себе отображение, которое подразумевает существование составной функции. Если эта функция существует, мы можем изучить ее с помощью машинного обучения.

2,5. Эта функция существует?

Этой функции не существует. Тем не менее, было бы неплохо предположить, что это так. Есть много аргументов в пользу отказа от идеи, что внутренний эмоциональный статус человека можно изучать, анализируя только его вербальное поведение. Здесь мы обсуждаем основные причины.

Сложность эмоциональных сигналов у других приматов значительно ниже, чем у людей, особенно потому, что вербальные сигналы практически отсутствуют. В то же время сложность их эмоционального поведения в малых группах кажется сравнимой с таковой в небольших человеческих группах. Это говорит о том, что язык и эмоции не могут полностью соответствовать друг другу.

Возможность сопоставить язык эмоциям требует наличия согласованной онтологии эмоций .Этого согласия не существует, и разные ученые по-разному понимают, какие первичные или базовые эмоции существуют. Это, в свою очередь, делает нечетким ассоциацию вербальных сигналов с эмоциями.

Анализ языка посредством обработки естественного языка ограничивается синтаксическим анализом слов и предложений . Семантический анализ, необходимый для человеческого понимания языка, пока не решается с помощью машинного обучения.

По этим причинам, даже если описанная выше составная функция существует, есть веские причины отказаться от идеи, что машинное обучение может работать с ней.Неужели мы потерялись, и нужно ли нам отказаться от идеи работы с эмоциями с помощью компьютерных методов?

3. Классификация текстов и анализ тональности

3.1. Когда поведение предсказуемо, мы можем применить машинное обучение

Большинство эмоциональных реакций людей просты и стереотипны. Это означает, что, если мы сможем узнать, какие сигналы производятся людьми в ответ на данный эмоциональный статус, этот же сигнал, вероятно, будет использоваться в будущих ситуациях, когда мы будем испытывать такое же эмоциональное состояние.Это потому, что слова, вербальные сигналы, не меняют своего значения часто и быстро.

Причина, по которой естественные языки обычно остаются неизменными в течение десятилетий, заключается в том, что они хорошо отображают взаимосвязь между синтаксической ценностью и семантическим значением слов. Хотя слова могут менять свое значение, они делают это настолько медленно, что их способность отображать внутренние состояния людей не меняется в краткосрочной перспективе.

Более того, хотя люди могут изменять значение слов «на ходу», они обычно не делают этого часто.Если слово используется в связи с данной эмоцией в одном контексте, это слово обычно будет связано с той же эмоцией в любом другом контексте. Примеры:

  • Марк рад видеть Джейн
  • «Счастлив отправиться в отпуск!», — написал Роберт.
  • «Шоколад делает меня счастливым», — говорит Мэри.

В этих примерах существует взаимно однозначное соответствие между словами и эмоциями.

3.2. Когда поведение непредсказуемо, мы не можем применить машинное обучение

В этих трех предложениях мы можем в целом предположить, что слово «счастливый» относится к одному и тому же эмоциональному состоянию, хотя его контекст сильно отличается.Однако существуют и примеры против этой идеи:

  • «Мне так грустно», — сказал Джон, плача.
  • «Тебе так грустно», — саркастически прокомментировал Эдвард.
  • «Не грусти», — уверенно ответила Элизабет.

В этих трех предложениях слово «грустно» — это один и тот же уникальный вербальный сигнал, связанный с тремя разными эмоциями, которые испытывают говорящие. Сразу можно понять, что однозначного соответствия между словами и эмоциями в данном случае не существует. Если такого соответствия не существует, то машинное обучение, очевидно, не сможет его выучить.

Естественные языки — это открытые системы, а это означает, что мы не можем априористически перечислить возможные элементы (скажем, предложения) на данном языке. Напротив, мы знаем, что можно построить неограниченное количество предложений, соединив их соответствующим образом.

Это означает, что мы никогда не сможем решить проблему определения с помощью редукционистского подхода, какие отношения существуют между словами и чувствами. Это также означает, что для работы с ними мы предполагаем, что существует какое-то соответствие между словами и чувствами, которые, как мы знаем на практике, в лучшем случае являются нечеткими или просто и явно ошибочными.

3.3. При каких гипотезах мы можем проводить анализ настроений

Теперь мы можем подвести итог перечисленным выше условиям и предварительным гипотезам. Есть некоторые предположения, которые наша система должна уважать, прежде чем мы сможем обнаруживать эмоции в текстах.

Первое предположение состоит в том, что существует функция, которая отображает отношения между словами или предложениями и эмоциями . Мы также представляем эту функцию сюръективной или биективной.

Мы предполагаем, что слова и их значения не меняются со временем .Это позволяет сравнивать слова и предложения и связанные с ними эмоции в течение продолжительных периодов времени.

Наконец, мы предполагаем, что существует общее соглашение о том, какие классы эмоций существуют , и предполагаем, что все люди согласятся с эмоциональными ярлыками, которые будут ассоциироваться с любым данным словом или словами.

3.4. В каком контексте реального мира верны эти предположения

Ученые считают или подозревают эти предположения ложными. Однако некоторые эвристики и уловки, а также некоторые особые ситуации позволяют нам сохранить их и, таким образом, провести анализ настроений.

Мы можем навязать предположение, что эмоции стереотипно просты и способы их выражения ограничены. Это тот случай, если, например, мы предположим, что эмоции в тексте чрезвычайно просты ; например, «положительный» или «отрицательный», но не более сложный.

Мы можем предположить, что язык не меняется, равно как и значение слов. Это верно, если мы изучаем корпуса, которые собираются за относительно короткий период времени ; скажем, десятилетие или два в очень однородной человеческой популяции.

Мы можем предположить, что любой случайный человек обычно согласен с эмоциональными ярлыками, связанными с любым данным предложением или словом. Это наиболее проблематичное предположение. Считается, что детекторы эмоций изучают индивидуальные критерии, чтобы помечать чувства в текстах, но плохо обобщают от одного человека к другому.

Если предположить все это, мы сможем построить системы для обнаружения эмоций в текстах. Способ сделать это — провести классификацию текста на помеченном корпусе или его частях.При этом алгоритм машинного обучения может быть обучен изучать связь между документами и ярлыками или словами и тегами.

4. Общедоступные наборы данных для обнаружения эмоций

4.1. Наборы данных для анализа настроений

Разработка системы обнаружения эмоций начинается с идентификации помеченного набора данных. Этот набор данных должен соответствовать определенному набору предположений, которые мы решили принять для нашей системы. Давайте посмотрим на самые распространенные из них и определим задачи, для которых мы можем их использовать:

  1. Amazon Reviews for Sentiment Analysis — это набор данных, предназначенный для изучения связи между текстами отзывов о продуктах и ​​связанными с ними оценками пользователей.Мы можем использовать его для обучения моделей, для которых мы можем рассматривать базу пользователей как однородную по всем продуктам.
  2. The Sentiment Lexicon — это ресурс, посвященный идентификации слов со связанными отрицательными или положительными значениями на нескольких языках. Мы можем использовать этот набор данных для создания правил определения полярности в текстах на смешанных языках или для разработки многоязычных детекторов эмоций. Он больше подходит для методов классификации, основанных на правилах, а не статистических.
  3. Набор данных о валентности и возбуждении, связанный с статьей Preotiuc-Pietro et al.содержит ярлыки, связанные с полярностью и интенсивностью эмоций в сообщениях Facebook. Мы можем использовать этот набор данных, когда нам нужна наша модель для определения самых сильных эмоциональных реакций, связанных с текстами; не только их положительные или отрицательные значения
  4. The Twitter Sentiment Analysis — это корпус твитов, посвященных выявлению предположительно дискриминационных текстов в коротких сообщениях Twitter. Этот набор данных не соответствует третьему теоретическому предположению об общем согласии по поводу эмоциональных ярлыков; так что с ним нужно работать осторожно
  5. Набор данных, связанный с SemEval 2007, является популярным ресурсом для анализа настроений.Он содержит новости и связанные с ними эмоциональные классы и ценности. Используемая онтология эмоций достаточно разнообразна, чтобы можно было выполнять задачи многоклассовой классификации

4.2. Дополните аннотированный корпус эмоций другой информацией

Любой из указанных здесь наборов данных одинаково подходит для начального введения в тему анализа настроений. Однако реальная реализация систем машинного обучения для обнаружения эмоций потребует более сложного подхода.Фактически необходимо принять во внимание окончательность, для которой имеет значение идентификация эмоций.

Редко бывает, что мы хотим просто идентифицировать эмоции в текстах. Скорее, мы обычно хотим узнать о предпочтениях пользователей или спрогнозировать поведение на основе их эмоциональных реакций.

Эта последняя задача лишь частично полагается на идентификацию эмоциональных ценностей в текстах. Это означает, что анализ настроений часто является небольшой частью более крупной системы, моделирующей предпочтения и поведение пользователей.Таким образом, если мы его создаем, нам часто приходится дополнять анализ настроений другими методами машинного обучения.

Однако анализ настроений сам по себе также выполняет важную функцию. Реальные системы обнаружения эмоций могут использоваться для идентификации кластеров текстов с аналогичными эмоциональными ценностями, чтобы аналитиков-людей можно было попросить извлечь из них полезные идеи. Это полезно, если мы хотим понять причины отрицательных отзывов о наших продуктах с точки зрения пользовательского опыта.

5. Выводы

В этой статье мы изучили теоретические основы проблемы обнаружения эмоций в текстах. Мы впервые увидели взаимосвязь между эмоциями и общением у людей; затем, , мы узнали, что слова являются лишь частью эмоциональной реакции людей .

Мы также обсудили, как субъективные эмоциональные переживания могут быть изучены лишь частично с помощью языкового анализа. При этом мы также определили, при каких условиях возможен анализ настроений в текстах .Эти условия включают предположение о сюръективной функции между словами или предложениями и эмоциями, неизменность языка и разделение между людьми эмоциональных ярлыков, связанных со словами и предложениями.

Наконец, мы перечислили общедоступные наборы данных для классификации текстов и, в частности, для идентификации эмоций. Эти наборы данных доступны для всех и позволяют нам обучать базовые модели для анализа настроений.

Реакция миндалевидного тела на выражения лица отражает эмоциональное обучение

Введение

Хотя хорошо известно, что миндалевидное тело человека участвует в восприятии выражений эмоций на лице (Zald, 2003), точная функция миндалевидного тела в этом процессе является предметом споров.Одна влиятельная гипотеза, основанная на роли миндалины в формировании условий Павлова, предполагает, что эмоциональные выражения лица действуют как прогностический сигнал о том, что биологически значимый (например, угрожающий или поощряющий) стимул находится в окружающей среде (Whalen, 1998). Исследования на животных и людях показывают, что миндалевидное тело реагирует на отталкивающее и аппетитное первичное подкрепление (т. Е. На безусловный стимул), такое как шок или еда, но это более важно для изучения ассоциации прогнозирующего сигнала (например.ж., тон) и последующее подкрепление (например, шок) (Gallagher, Holland, 1994; LeDoux, 2000; Holland and Gallagher, 2004). В этом контексте выражение страха или радости на лице может служить сигналом о том, что в непосредственной близости находится неприятный или аппетитный стимул. Однако мимика может действовать как первичное подкрепление, а также как подсказка для прогнозирования (Canli et al., 2002; Blair, 2003; O’Doherty et al., 2003b). Следовательно, отделение прогнозируемой ценности от внутренней ценности подкрепления требует прямого сравнения выражений лица, используемых для ассоциативного обучения, с выражениями лица, представленными без обучения.

Предыдущее исследование, посвященное реакции миндалевидного тела на социальные сигналы при ассоциативном обучении, было сосредоточено на предполагаемом уровне неоднозначности в ассоциации объект-эмоция и паттерне привыкания в ответ на социальный сигнал. Данные показывают, что если ассоциация объект-эмоция неоднозначна, сначала задействуется больше активности миндалины, чтобы изучить ассоциацию (Whalen et al., 2001; Adams et al., 2003; Hooker et al., 2003). Кроме того, если неоднозначная ассоциация продлевается без обучения, активность миндалины привыкает (Fischer et al., 2003), предположительно потому, что без видимых последствий выяснение причины эмоциональной реакции не так важно для выживания, как это казалось изначально. Однако эти данные предоставляют лишь косвенное свидетельство того, что миндалевидное тело анализирует лица с целью ассоциативного обучения.

Здесь мы непосредственно проверяем гипотезу о том, что миндалевидное тело реагирует на выражения лица для обучения эмоциональным ассоциациям, используя функциональную магнитно-резонансную томографию (фМРТ) для сравнения нейронной активности, когда субъекты участвуют в изучении ассоциаций объект-эмоция по выражению лица по сравнению с восприятием лица. выражения без каких-либо требований к обучению.

В задании ассоциативного обучения (AL) испытуемые увидели визуальное отображение двух новых объектов по обе стороны от лица женщины. Реплика указала на один объект. Испытуемые предсказывали, отреагирует ли женщина испуганным или нейтральным выражением лица или счастливым или нейтральным выражением лица. После предсказания женщина повернулась и отреагировала на объект. Эта ассоциация объект-эмоция сохранялась в течение короткого количества испытаний, а затем полностью изменялась. Испытуемые использовали результаты прогнозирования выражения лица, чтобы узнать ассоциацию объекта.Предыдущие исследования показывают, что активность миндалины наиболее высока во время начального обучения и снижает реакцию после того, как обстоятельства эмоционального обучения хорошо известны (Buchel et al., 1999). Поэтому мы максимально задействуем механизмы ассоциативного обучения, быстро меняя эмоциональные ассоциации в непредсказуемые интервалы, создавая ассоциации, которые временно поддерживаются, но никогда не устанавливаются полностью, тем самым предотвращая привыкание миндалины.

В задании «Только выражение» (EO) испытуемые видели на экране нейтральное лицо той же женщины и предсказывали, станет ли она пугающей или нейтральной или счастливой или нейтральной.После предсказания женщина повернулась и показала выражение лица, но никаких объектов, которые могли бы сформировать ассоциацию, не было. Страх и счастливое обучение объектно-эмоциям и восприятие только выражения были исследованы в отдельных прогонах фМРТ.

Обсуждение

Мы проверили гипотезу о том, что миндалевидное тело участвует в анализе эмоциональных выражений лица с целью изучения эмоциональных ассоциаций. Мы обнаружили значительно большую активность правой миндалины, когда субъекты усваивали объектно-эмоциональные ассоциации из испуганных и счастливых выражений по сравнению с восприятием испуганных и счастливых выражений без каких-либо требований к обучению.Не было никаких доказательств того, что эта повышенная активность миндалины в большей степени была вызвана одним типом объектно-эмоционального обучения, чем другим, что поддерживало участие миндалины при изучении ассоциаций как об угрозе, так и о ценности вознаграждения (Gottfried et al., 2002; Holland and Gallagher, 2004) . Важно отметить, что миндалевидное тело не было предпочтительно активным для обучения объектно-нейтральным ассоциациям по сравнению с восприятием нейтральных лиц, представленных в одиночку, что подтверждает участие миндалевидного тела в обучении объектно-эмоциональным ассоциациям в частности, а не нейтральное ассоциативное обучение в целом.Эта специфика эмоционального обучения также подтверждается поведенческими данными, показывающими более быстрое предсказание счастливых и пугающих эмоциональных реакций по сравнению с нейтральными реакциями на объект.

Эти данные предоставляют прямое свидетельство того, что миндалевидное тело занимается анализом мимики с целью изучения ассоциации относительно потенциально угрожающего или полезного стимула. Это подтверждает представление о том, что мимика играет функциональную роль для наблюдателя (Keltner and Kring, 1998) и что миндалевидное тело является первичной структурой мозга, которая использует информативные социальные сигналы для облегчения целенаправленного поведения и, в конечном итоге, повышения выживаемости.Эта интерпретация согласуется с данными, показывающими, что миндалевидное тело больше участвует в обучении непредвиденных обстоятельствах стимула и подкрепления, чем в обработке первичного подкрепления. Например, поражения миндалевидного тела нарушают приобретение условного ответа на прогнозирующий сигнал, но не ухудшают физиологический ответ на безусловные стимулы (LaBar et al., 1995). Мы расширяем эти результаты, показывая большую активность миндалины при изучении предсказательной взаимосвязи между объектом и эмоциональным выражением, чем при восприятии эмоционального выражения, представленного отдельно.

Хотя это никогда не демонстрировалось ранее, ассоциативное обучение обсуждалось как объяснение различного участия миндалины в обработке только представленных эмоциональных лиц (Whalen, 1998). Например, миндалина больше реагирует на испуганное лицо, чем на сердитое. Интерпретация заключается в том, что выражение гнева сигнализирует о наличии опасности (разгневанный человек), а также о ее источнике (наблюдателе), тогда как выражение страха является более двусмысленным, поскольку оно сигнализирует о наличии опасности, но не об источнике.Следовательно, задействуется больше активности миндалины, чтобы узнать связь между выражением страха и его источником (Whalen et al., 2001). Более того, привыкание миндалевидного тела после продолжительного или многократного воздействия на одно и то же эмоциональное лицо можно объяснить как начальную активность, направленную на изучение связи между эмоцией и провоцирующим стимулом, но без возможности создания связи реакция миндалевидного тела уменьшается (Wright et al. , 2001; Fischer et al., 2003).

Наша парадигма использует новый подход и выявляет данные, согласующиеся с этими предыдущими интерпретациями.Вместо того, чтобы сравнивать различные уровни предполагаемой двусмысленности в отношении источника угрозы или вознаграждения, мы сравниваем разные уровни изучения источника. Кроме того, паттерны привыкания, а также исследования обработки лиц показывают, что реакция миндалины на несколько устрашающих лиц, представленных в одиночку, скорее всего, является отражением учебной деятельности, связанной с новизной разной идентичности лица, представленной в каждом исследовании (Schwartz et al., 2003; Glascher и др., 2004). В нашей парадигме мы изолируем обучение и контроль смешивающих переменных, сохраняя идентичность лица и эмоциональное содержание постоянными, но изменяя эмоциональную ценность (т.е., ассоциация) провоцирующего раздражителя. Субъекты должны использовать выражения лиц, чтобы узнать об угрозе и ценности объекта. Мы сравниваем это с условием, при котором все аспекты лицевых стимулов идентичны условию обучения, но нет возможности использовать выражения лица для обучения. Сравнение показывает, что активность миндалевидного тела для изучения ассоциаций объект-эмоция больше по сравнению с восприятием эмоциональных лиц, подтверждая идею о том, что реакция миндалевидного тела на выражения лица определяется ассоциативным обучением.

Однако точный нейрофизиологический механизм, который миндалевидное тело использует для обучения эмоциональным ассоциациям (по мимике или первичному подкреплению), все еще не ясен. Согласно одной точке зрения, активность миндалины специфически связывает сигнал с последующим подкреплением и, таким образом, является местом приобретения эмоциональных ассоциаций (LeDoux, 1993). Альтернативная точка зрения состоит в том, что миндалевидное тело реагирует на сигналы, такие как выражение лица, о том, что в окружающей среде находится биологически значимый стимул, и эта активность миндалины увеличивает физиологическую бдительность (т.е., снижает пороги возбуждения нейронов), что усиливает кодирование ассоциаций объект-эмоция в других областях мозга, таких как OFC и дорсальное и вентральное полосатое тело (Gallagher and Holland, 1994; Whalen, 1998; Holland and Gallagher, 1999; Davis and Whalen, 2001). Эти взгляды не исключают друг друга, поскольку данные свидетельствуют о том, что каждый процесс может опосредоваться через разные ядра в миндалине (Holland and Gallagher, 1999).

Наши данные согласуются с идеей о том, что миндалевидное тело способствует ассоциациям между объектом обучения и эмоциями, используя эмоциональный сигнал для повышения бдительности и подготовки обучающих сетей к приобретению новых ассоциаций.Большая активность реверсивного сигнала, который является начальным кодированием эмоциональной ассоциации, по сравнению с поддерживающим сигналом предоставит доказательства того, что нейроны миндалины специфически кодируют новую ассоциацию. Вместо этого мы обнаружили большую активность миндалевидного тела в сочетании испытаний на обращение и поддержание объектно-эмоционального обучения по сравнению с одними только эмоциональными лицами, но мы не обнаружили большей активности миндалевидного тела при обращении по сравнению с испытаниями на поддержку. Вероятно, это связано с тем, что быстрые изменения в нашем дизайне потребовали от испытуемых предвидеть возможные изменения в непредвиденных обстоятельствах с подкреплением, продолжая при этом укреплять ассоциации во время испытаний поддержки.В поддержку этой интерпретации мы обнаружили повышенную активность миндалины во всех испытаниях объектно-эмоционального обучения, предполагая, что миндалевидное тело оставалось задействованным во время поддерживающей терапии, чтобы усилить эмоциональные ассоциации и / или подготовиться к надвигающимся переменам. Кроме того, гиппокамп, важный для декларативного знания непредвиденных обстоятельств стимула и подкрепления (Phelps, 2004; Carter et al., 2006), был активен в течение периода поддержки, что указывает на то, что вновь приобретенные ассоциации все еще укреплялись.Кроме того, нейронная активность, выявленная в испытаниях по обратимости, воспроизводит сеть регионов, ранее определенных как важные для устранения непредвиденных обстоятельств, связанных с подкреплением (Cools et al., 2002; O’Doherty et al., 2003a, 2004), включая вентральный и дорсальный PFC, боковой OFC, вентральный и дорсальный стриатум и SMA. Наши выводы о том, что миндалевидное тело участвует в обучении, но не является специфически активным для реверсирования, согласуется с данными, показывающими, что OFC более критически важен для реверсирования ассоциаций подкрепления (Rolls et al., 1994; Schoenbaum et al., 2003b; Hornak et al., 2004) и что гибкое представление значения подкрепления зависит от взаимодействия OFC и миндалины (Schoenbaum et al., 2003a).

Однако, хотя наши данные подтверждают гипотезу бдительности (Whalen, 1998), наша задача не была оптимизирована для исследования различных фаз эмоционального обучения, и поэтому мы не можем исключить идею о том, что миндалевидное тело конкретно участвует в отношениях объекта приобретения и эмоции. . А именно, чтобы идентифицировать усиление активности миндалевидного тела во время сбора данных по сигналу реверсирования, ассоциация объекта в течение периода поддержки должна быть установлена ​​так, чтобы она больше не требовала активного обучения.В нашей задаче этого не было.

Интересно, что ни одно из предыдущих исследований обратного обучения с участием людей не выявило большей активности миндалины для восстановления по сравнению с поддерживающими испытаниями (Cools et al., 2002; Kringelbach and Rolls, 2003; O’Doherty et al., 2003a; Morris and Dolan, 2004 г.). Тем не менее, различные ядра в миндалине могут опосредовать эти различные аспекты эмоционального обучения (Buchel et al., 1998, 1999; Morris and Dolan, 2004; Phelps et al., 2004), и пространственное разрешение фМРТ недостаточно хорошо, чтобы последовательно различать регионы.В качестве альтернативы, в контексте обратного обучения миндалевидное тело может оставаться активным в ожидании изменения непредвиденных обстоятельств подкрепления.

Независимо от того, какой конкретный процесс используется миндалевидным телом для изучения ассоциаций объект-эмоция, наше исследование показывает, что миндалевидное тело участвует в анализе выражений лица с целью обучения, а не просто реагирует на значение подкрепления положительного или отрицательного лица. Эта роль миндалины в эмоциональном обучении во время анализа мимики может объяснить несоответствия в литературе о пациентах.Другие данные показывают, что пациенты с поражением миндалины имеют нормальное выражение эмоций и имеют непостоянный дефицит распознавания эмоциональных выражений лица у других (Anderson and Phelps, 2000). Не все пациенты с поражением миндалины имеют проблемы с распознаванием эмоциональных выражений; однако, если они действительно демонстрируют дефицит, это, скорее всего, нарушение понимания важности выражения страха на лице (Adolphs et al., 1994). Этот вывод согласуется в контексте эмоционального обучения, потому что страх является важным предиктором надвигающейся угрозы.Более того, нарушение распознавания эмоций у пациентов чаще всего возникает после врожденного или раннего приобретенного поражения (Hamann et al., 1996; Meletti et al., 2003). Одно из объяснений этих результатов заключается в том, что у этих пациентов не было здоровой миндалины, которая помогала бы им изучить прогностическую ценность эмоциональных выражений.

Хотя мы обнаружили эффект объектно-эмоционального обучения в правой миндалине, маловероятно, что эмоциональное обучение является латерализованной функцией, поскольку предыдущие исследования показали, что пациенты с односторонней левой височной лобэктомией испытывают дефицит обучения со страхом (LaBar et al., 1995). Тем не менее, наши результаты согласуются с исследованиями фМРТ, показывающими большую активность правой, чем левой миндалины при обучении страху (LaBar et al., 1998; Pine et al., 2001; Pegna et al., 2005), и нейропсихологическими исследованиями, показывающими больший дефицит распознавания эмоций после поражения правой миндалины (Anderson et al., 2000; Meletti et al., 2003; Benuzzi et al., 2004). На латеральность миндалевидного тела могут влиять стимулы задания, при этом левая миндалина более активна в задачах эмоционального обучения с использованием словесных инструкций (Phelps et al., 2001) или вербальный контекст (Kim et al., 2004), поэтому мы использовали невербальные лицевые стимулы, возможно, преимущественно задействовали правую миндалину. Другая возможность, согласующаяся с нашими данными, заключается в том, что правая миндалина может быть более задействована при попытке изучить ассоциацию, вызывающую выражение лица (Kim et al., 2003), в отличие от того, что эта ассоциация уже определена (Kim et al., 2004 ).

Тревога разделяет адаптивные функции улучшения сенсорной и моторной реакции на социальные угрозы

Взаимодействие эмоционального выражения с направлением взгляда, зависящим от чувствительности, элегантно, качественно и по-новому.Зависимый от тревожности анализ и связанные с ним результаты интригуют. Это ценный вклад внесет решение следующих вопросов.

Самое главное, чтобы методы были включены в результаты. Методы слишком важны для понимания результатов, чтобы их можно было представить отдельно. Пожалуйста, напишите рукопись так, чтобы она была понятна широкому читателю. Ясность важнее стандартного формата, и все рецензенты согласились с тем, что методологические детали должны быть включены в представление результатов.

Мы последовали совету рецензентов, добавив описание методов в основной текст. Мы стремились сделать выводы понятными для неспециалистов, не требуя от них подробного чтения раздела «Методы». При этом мы решили сохранить методологические детали в разделе «Методы», а в основном тексте предоставили обоснование регрессионного анализа. Мы считаем, что эти изменения значительно улучшили читаемость рукописи для неспециалистов, и благодарим рецензентов за это полезное предложение.

Могут ли авторы оправдать то, что они не учли реакцию участников в своем анализе ЭЭГ? Или, возможно, анализировать данные стандартным способом — по стимулу, а затем дополнительно по реакции классификации?

Мы считаем, что этот комментарий тесно связан с предыдущим пунктом — описание методов в основном тексте должно прояснить, почему мы не выполнили прямое сопоставление, основанное на ответах участников (например, правильные ответы против ошибок). Мы не проводили таких сопоставлений, потому что соответствующие эффекты могут быть опосредованы косвенно (и тривиально) изменениями в самом стимуле, а не в процессе принятия решения.Например, как сигналы ЭЭГ, так и точность поведенческих реакций растут с увеличением силы эмоции, отображаемой стимулом лица, так что классификация сигналов ЭЭГ по точности ответа может показать значительную разницу, которая просто связана с тем фактом, что правильные ответы в среднем были связаны с более сильными эмоциями, т. е. внешними различиями в стимуляции. Выполнение анализа классификации ответов, не связанного с изменениями в стимуляции, потребовало бы условия «постоянного стимула», например.g., рассматривая безэмоциональные / нейтральные стимулы по отдельности (только 1/15 всех испытаний в нашем экспериментальном дизайне). Другой подход, которому мы следовали на протяжении всей рукописи и который позволяет анализировать все испытания, — это метод, основанный на регрессии, состоящий в изучении того, как проба за испытанием остатки от регрессии характеристик стимула (здесь, силы эмоции) против Сигналы ЭЭГ зависят от точности ответа. Другое преимущество регрессионного анализа на основе моделей, который учитывает ответы участников и который мы более подробно подчеркиваем в отредактированной рукописи, заключается в том, что они позволяют не только оценить, изменяются ли сигналы ЭЭГ вместе с поведенческими реакциями, но и как они делают это: через модуляцию перцептивной чувствительности и / или предвзятости.

С теоретической точки зрения стоит отметить, что согласно теориям принятия решений, вдохновленным классической теорией обнаружения сигналов, процесс принятия решения, лежащий в основе правильных ответов и ошибок, одинаков — единственная разница заключается в положении переменной решения с шумом по отношению к критерий принятия решения по конкретным судебным процессам. Таким образом, для определения чувствительности и предвзятости используются как правильные ответы, так и ошибки. Следуя этому рассуждению, мы решили провести регрессионный анализ данных ЭЭГ без искусственного отделения правильных ответов от ошибок.Таким образом, результирующий паттерн указывает на усиление нервной чувствительности к эмоциям , сигнализирующим об угрозе, независимо от точности последующего ответа . Тем не менее, даже при рассмотрении только правильных испытаний в анализе «кодирования», показанном на рисунке 4, значимые различия между эмоциями УГРОЗА + и УГРОЗА- проявляются на височных электродах через 170 мс после появления стимула ( t 23 = -2,1, p <0,05), париетальные электроды через 500 мс ( t 23 = 4.2, p <0,001) и сигналы двигателя на 200 мс ( t 23 = 3, p <0,01). Мы добавили эти результаты в раздел результатов:

«Это зависимое от угрозы усиление оставалось значительным при рассмотрении только правильных ответов (временные: t 23 = -2,1, p <0,05; центрально-теменное t 23 = 4,2, p <0,001 ). ”,

и:

«Это раннее возрастание моторики, зависящее от угроз, оставалось значительным при рассмотрении только правильных ответов ( t 23 = 3.0, p <0,01) ».

Мы надеемся, что эти пояснения, отраженные дополнительными описаниями основанных на регрессии методов по всему тексту, сделают основные выводы более понятными для широкого круга читателей eLife .

Есть опасения, что один выброс определяет корреляцию между тревогой и угрозой для моторных областей. Не могли бы авторы решить эту проблему?

Мы провели дополнительный контрольный анализ, чтобы исключить возможность того, что корреляция между тревогой и угрозой, наблюдаемая в двигательных областях, обусловлена ​​одним или несколькими выбросами.Во-первых, важно отметить, что оценки тревожности наших участников (от 20 до 45) находятся в пределах диапазона нормальной популяции (<60), и поэтому нет никаких априорных причин для исключения любого из наших участников исключительно на основании на его / ее оценку тревожности. Кроме того, именно вариабельность оценок тревожности между участниками позволила коррелировать их с нейронными эффектами. В качестве первого контрольного анализа мы вычислили интервалы прогноза для линии регрессии на уровне группы на уровне тревожности каждого участника.Ни один из участников не выпал за пределы 95% -ных интервалов прогноза как для временной (рис. 8A), так и для двигательной области (рис. 8B) - и, таким образом, их можно было статистически отнести к категории выбросов.

Мы провели второй, более строгий контрольный анализ, чтобы еще раз подтвердить надежность корреляции между тревогой и угрозой, наблюдаемой в височной и моторной областях. Мы выполнили процедуру перекрестной проверки с исключением одного-единственного, в которой мы вычислили интервалы прогнозирования с перекрестной проверкой для линии регрессии на уровне группы на уровне тревожности участника №n, когда данные для участника №n были исключены из таблицы. регрессия на уровне группы.Эта процедура была повторена для 24 участников для корреляции между тревогой и угрозой в двигательных областях и показала, что нейронные эффекты двух участников немного снизились (<20%) за пределами перекрестно проверенных 95% интервалов прогноза, включая участника # 4. чья оценка тревожности составила 45. Тем не менее, повторный расчет корреляции на уровне группы в моторных областях после исключения двух резко отклоняющихся значений, в результате чего в анализе осталось 22 участника, привел к значительному эффекту ( r = 0.48, д.ф. = 20, p = 0,02). Этот однозначный анализ не выявил каких-либо выбросов для корреляции между тревогой и угрозой в височных областях.

В совокупности мы считаем, что эти контрольные анализы подтверждают надежность корреляций между тревогой и угрозой как для височной, так и для моторной областей, и теперь мы описываем их в разделе «Методы» исправленной рукописи.

Пожалуйста, четко укажите, как учитывались множественные сравнения.

Приносим извинения за недостаточную статистическую информацию о коррекции множественных сравнений в разделе «Методы».Мы применили обычные поправки, описанные в (Maris and Oostenveld, 2006), которые нашли отражение в p-значениях «кластерной коррекции», приведенных в разделе «Результаты». Теперь мы явно указываем, как были учтены множественные исправления в разделе «Методы» исправленной рукописи в новом подразделе «статистические процедуры» («Все регрессионные анализы […], соответствующие его« кластерно-скорректированному »p-значению»). .

Проверялись ли пациенты на социальную тревогу или депрессию?

Этот вопрос связан с растущими доказательствами в пользу коморбидности между тревогой (связанной с шестью тревожными расстройствами, среди которых социальная тревога) и депрессивными расстройствами, что требует идентификации как специфических, так и общих нейрокогнитивных маркеров тревоги и депрессии.

Наши результаты подтверждают адаптивную и положительную функцию умеренной (неклинической) тревожности в ответ на социальные угрозы (Bateson et al., 2011). Наши участники заполнили анкету STAI, наиболее часто используемую в экспериментальных исследованиях тревожных характеристик в неклинических выборках (см., Например, Sylvers et al., 2011), но они не проходили скрининг на депрессию или социальную тревожность. Как недавно подчеркнули Grupe и Nitschke (2013): «Несмотря на отсутствие специфичности, актуальность исследований с использованием STAI подчеркивается его чувствительностью как маркером риска тревожных расстройств.Кроме того, что касается коморбидности между депрессией и тревогой, было показано, что пациенты с клинически определенной тревогой и депрессией имели более низкие показатели смертности, чем пациенты с одной только депрессией (Mykletun et al., 2009). Таким образом, это открытие предполагает, что как доклиническая, так и клиническая тревога может иметь специфическую «защитную» функцию, связанную с адаптивной ролью тревоги в выживании, которая не присуща депрессии.

Тем не менее, мы согласны с рецензентами и признаем возникающие ограничения в отношении специфичности наблюдаемых эффектов, зависимых от тревоги.Следовательно, мы добавили предложение в раздел обсуждения:

«Дальнейшие исследования должны оценить специфичность этих тревожно-зависимых эффектов в свете растущих доказательств в пользу коморбидности между тревогой и депрессивными расстройствами».

Рецензент № 1:

Это интересное исследование с еще более интересным ответом, если добавить немного беспокойства. У меня не так много комментариев, отчасти потому, что методы ЭЭГ для меня непонятны. Меня больше всего беспокоит то, имеет ли ценность средняя часть результатов, относящаяся ко всем предметам вместе.Похоже, что на самом деле результаты основаны на двух разных сильно значимых результатах в двух разных когортах испытуемых — с высокой и низкой тревожностью. Таким образом, общая повышенная чувствительность к угрозе + построена на низкой тревожности — восприятие и высокой тревожности = двигательные элементы.

Благодарим рецензента за положительные комментарии. Мы согласны с рецензентом в том, что усиление сенсорной и моторной реакции сильно модулируется, вдвойне диссоциирующим образом, оценкой тревожности участников.Тем не менее, мы считаем, что средняя часть раздела результатов имеет важное значение для данной области, поскольку она проливает свет на конкретный нейронный процесс, ответственный за зависимые от угрозы улучшения: повышенная нейронная чувствительность к эмоциям, сигнализирующим об угрозе, а не к восприятию или решению. систематическая ошибка, подтверждающая наш модельный анализ поведенческих данных, который, насколько нам известно, ранее не тестировался. Позднее разобщение между участниками с высоким и низким уровнем тревожности основывается на этих первых результатах, подчеркивая избирательный вклад сенсорных и моторных регионов в повышенную чувствительность к эмоциям, сигнализирующим об угрозе, в двух группах с высоким и низким уровнем тревожности.

Чтобы сделать наш анализ ЭЭГ более ясным, и, как указано в коллективных ответах выше, мы последовали совету рецензента, добавив описание методов в основной текст. Мы стремились сделать выводы понятными для неспециалистов, не требуя подробного прочтения раздела «Методы». Мы надеемся, что рецензент согласится с тем, что эти изменения значительно улучшили читаемость рукописи для неспециалистов.

Рецензент № 2:

В целом, я думаю, что это хорошая работа, и авторы явно приложили значительные усилия, чтобы предоставить полный отчет о своем наборе данных, и заслуживают похвалы за масштаб анализа, проведенного для лучшего понимания нейронной реакции на угрожающие социальные стимулы.Однако я обнаружил, что некоторые результаты анализа трудно разобрать, а в некоторых случаях важная информация отсутствовала (или была неочевидна). Особенно меня беспокоило выборочное представление поведенческих результатов.

Мы благодарим рецензента за положительную оценку нашей аналитической основы и результатов. Мы понимаем озабоченность рецензента по поводу нашего выборочного описания поведенческих результатов. Первоначально мы решили отдать предпочтение краткости, а не полноте поведенческих результатов, чтобы облегчить передачу основного сообщения, но ретроспективно мы можем увидеть, как недостающие детали могут ухудшить читаемость этого раздела.Мы последовали совету рецензента и предоставили недостающую информацию о точности распознавания и времени реакции в отредактированной рукописи.

Где результаты анализа времени реакции (как уже упоминалось, что они были проанализированы в Методах)?

Результаты времени реакции добавлены в раздел результатов:

«Анализ времени реакции (RT) показал уменьшение правильных RT с увеличением силы эмоций (ANOVA с повторными измерениями, F 6,138 = 54.5, p <0,001), более быстрые ответы на гневные по сравнению с испуганными лицами (F 1,23 = 12, p <0,01) и более быстрые ответы на прямой по сравнению с отведенным взглядом (F 1,23 = 7,7, р <0,05). Кроме того, наблюдалось взаимодействие эмоции посредством взгляда (F 1,23 = 8, p <0,01), что соответствует более быстрому времени реакции для прямого взгляда по сравнению с отведенным взглядом только в состоянии гнева (t 23 = -3,9, p <0,001) ».

Обратите внимание, что эти результаты времени реакции обеспечивают независимую репликацию нашего основного вывода о взаимодействии между направлением взгляда и эмоциями в отношении точности распознавания эмоций — демонстрируя ту же картину в отношении скорости распознавания эмоций.

Не было ли взаимодействия между производительностью категоризации и уровнем морфинга при изучении взаимодействия производительности взгляда и эмоций? Графики на рисунке 2B предполагают, что, как и следовало ожидать, эффект взгляда сильнее для более слабых эмоциональных сигналов (ближе к нейтральным).

Действительно, существует взаимосвязь между угрозой +/– и уровнем морфинга в отношении эффективности категоризации, и эти результаты были добавлены в раздел результатов:

«Более того, наблюдалась значимая эмоция при взгляде и силовом взаимодействии (F 6,138 = 4.3, p <0,01), что объясняется более сильным влиянием взгляда на категоризацию эмоций при слабых сильных сторонах эмоций (взгляд посредством взаимодействия эмоций для уровней 1–4, F 1,23 = 23,8, p <0,001), чем при более сильных эмоциях. (взаимодействие «взгляд через эмоции» для уровней с 5 по 7, F 1,23 = 5,1, p <0,05) ».

Тем не менее, обратите внимание, что это взаимодействие само по себе не является специфическим ни для одной из наших двух моделей (смещение по сравнению с разницей в чувствительности между угрозой + и угрозой- условиями). Разница между двумя моделями заключается в том, является ли эффект взгляда наиболее сильным для бесэмоциональных / нейтральных стимулов (эффект смещения) или для слабых сильных эмоций (эффект чувствительности, см. Новый рисунок 1, на котором показаны прогнозы модели для обоих типов эффектов).Это наблюдение было одной из основных причин для анализа на основе моделей, который может служить арбитром между этими двумя альтернативными объяснениями этого взаимодействия по категоризации эмоций.

В качестве более незначительного момента, почему участники не на 100% верны в конечных точках морфов (100% гнев, 100% страх) — некоторые личности последовательно категоризируются неправильно?

Это очень хороший момент, и, к сожалению, мы не объяснили, как мы учли это наблюдение при моделировании поведения участников.В каждую модель, которую мы приспособили к выбору участников, мы добавили дополнительный параметр «отклонение», который соответствует доле случайных предположений среди вариантов. Этот параметр обычно используется в психофизике для моделирования несовершенной асимптотики, отмеченной рецензентом. Мы исправили раздел «Методы», чтобы описать полную модель, включая параметр «погрешность»:

«Мы начали с простейшей модели (модель 0), которая могла учитывать решения каждого испытуемого, используя зашумленную психометрическую модель, похожую на« обнаружение сигнала », в которую мы включили частоту отклонений, тем самым учитывая, что испытуемые гадали случайным образом на определенной пропорции испытаний:

P (гнев) = Ф [w * x + b] * (1− ɛ) + 0.5 *

, где P (гнев) соответствует вероятности оценки лица как сердитого, Ф [.] — кумулятивной нормальной функции, w — перцепционной чувствительности к отображаемой эмоции, x — массиву значений доказательств, полученным путем пробного эксперимента. предпочтение гнева или страха (сила эмоции, от -7 для интенсивного выражения страха до +7 для интенсивного выражения гнева), b для дополнительного, независимого от стимула смещения в сторону одной из двух эмоций и ε для пропорции случайных догадок среди вариантов.”

Обратите внимание, что среднее значение на уровне группы для скорости отклонения ɛ, согласованное одновременно с другими параметрами w и b, равно 16,2 ± 1,8% (среднее ± средн.), Значение, которое, что важно, не различается между условиями угрозы + и угроз- ( t 23 = 0,4, p > 0,5).

Тем не менее, мы серьезно отнеслись к альтернативной гипотезе рецензента и выполнили дополнительный анализ, чтобы исключить возможность того, что некоторые личности были последовательно классифицированы участниками неправильно.Во-первых, мы подтвердили, что все идентичности, использованные в исследовании, были отнесены к категории значительно выше вероятности на обоих крайних точках оси морфа эмоций. Это действительно так (парные t-тесты, все t 23 > 6,4, все p <0,001). Во-вторых, мы приспособили отдельные сигмовидные функции для описания средней кривой психометрических ответов участников для каждой индивидуальности, взятой отдельно. Этот анализ «фиксированных эффектов» подтвердил, что все идентичности последовательно приписывались гневу и страху в зависимости от уровня морфа, на что указывают значимые положительные наклоны связанных психометрических функций (логистические регрессии, все t -значения> 12 .8, все p <0,001). Кроме того, распределение точки субъективной «нейтральности» (в которой психометрическая функция пересекает 0,5) по идентичностям сосредоточено на 0,01 (по шкале от -1 для самого сильного выражения страха до +1 для самого сильного выражения гнева), со стандартным отклонением 0,20, что указывает на отсутствие крайних предубеждений в категоризации участников для идентичностей, используемых в исследовании. Вместе мы считаем, что эти дополнительные результаты полностью подтверждают наш выбор моделировать несовершенную асимптотику с помощью не зависящих от стимулов ошибок, а не с помощью неправильно распознанных эмоций, проявляемых определенными идентичностями.

Переходя к анализу ЭЭГ. Авторы используют передовые и относительно специализированные методы для изучения взаимосвязи сигнала ЭЭГ с модуляциями эмоциональной силы, и их результаты интересны и кажутся убедительными. Хотя я думаю, что они проделали разумную работу по объяснению этих методов и того, как их следует интерпретировать, мне хотелось бы получить более подробную информацию о статистических тестах, которые они использовали. Конечно, они выполнили некоторую загрузку, чтобы исправить проблемы с множественными сравнениями, с которыми они сталкиваются.На это намекают в подписи к рисунку 3 (пороговое значение, скорректированное с помощью кластера), но нигде подробностей, которые я могу видеть, не приводится.

Как указано в нашем ответе на общие вопросы выше, мы добавили параграф «статистические процедуры» в раздел «Методы», где мы более подробно описываем статистический анализ данных. Что касается проблемы множественных сравнений, мы применили обычные поправки, описанные в (Maris and Oostenveld, 2006), которые нашли отражение в p-значениях «кластерной коррекции», приведенных в разделе результатов.Теперь мы явно указываем, как были учтены множественные исправления в разделе «Методы» исправленной рукописи в новом подразделе «статистические процедуры» («Все регрессионные анализы […], соответствующие его« кластерно-скорректированному »p-значению»). .

Более того, я думаю, что авторы использовали все испытания (правильные и неправильные) в своем анализе ЭЭГ, но мне неясно, почему это было бы оправдано, особенно для более слабых эмоциональных стимулов (где участники правы только примерно в 70% случаев категоризируя их).Например, испытание « угроз + предотвращенных опасений» могло быть отнесено участником к категории «гневное лицо» (и, таким образом, участником было обработано как « угроза — »). Ожидают ли авторы, что нейронное кодирование будет одинаковым в обоих случаях? Если нет, то как они могут оправдать невнимание к ответу участников при анализе ЭЭГ?

Как утверждается в нашем ответе на приведенные выше общие вопросы, важно помнить, что согласно теориям принятия решений, вдохновленным классической теорией обнаружения сигналов, процесс принятия решения, лежащий в основе правильных ответов и ошибок, одинаков — единственная разница заключается в положении зашумленного переменная решения относительно критерия принятия решения по конкретным испытаниям.Таким образом, для определения чувствительности и предвзятости используются как правильные ответы, так и ошибки. Следуя этому рассуждению, мы решили провести регрессионный анализ данных ЭЭГ без искусственного отделения правильных ответов от ошибок. Таким образом, результирующий паттерн отражает усиление нервной чувствительности к эмоциям, сигнализирующим об угрозе, независимо от точности последующей реакции.

Тем не менее, мы не имеем в виду, что нейронное кодирование силы эмоций должно быть одинаковым при анализе отдельно правильных ответов и ошибок.И, как и ожидалось, нейронное кодирование силы эмоций сигналами ЭЭГ на височных, срединно-теменных и моторных электродах не выявило какого-либо значимого кластера при рассмотрении изолированных ошибок (кластер-скорректированный p > 0,1). Напротив, рассмотрение только правильных испытаний в анализе кодирования, показанном на рисунке 4, не изменило значительных различий между условиями угрозы + и угрозой на временных электродах через 170 мс после начала стимула ( t 23 = -2.1, p <0,05), париетальные электроды через 500 мс ( t 23 = 4,2, p <0,001) и сигналы двигателя через 200 мс ( t 23 = 3, p < 0,01).

Кроме того, обратите внимание, что анализ корреляции нейронного выбора, выполненный в разделе «Результаты», действительно принимает во внимание ответы участников, и теперь это более явно подчеркнуто в измененной рукописи. Важное преимущество подхода, основанного на модели, который мы применили вместо безмодельного разделения между правильными и ошибочными ответами, заключается в том, что он позволяет оценить не только , совпадают ли сигналы ЭЭГ с поведенческими реакциями, но и то, как они это делают: из-за изменений чувствительности и / или предвзятости.

Наконец, мне понравился анализ зависимости от тревожности, и результаты ясны и интересны.

Мы счастливы, что рецензент обнаружил, что наш анализ нервных воздействий на нервную систему является важным и интересным.

Рецензент № 3:

[…] Эта часть статьи элегантна и хорошо сделана, и, насколько мне известно, роман. Раздел «Методы» действительно ясен — я бы предпочел, чтобы некоторые объяснения моделей были перенесены в основную часть статьи, поскольку эта часть, хотя и является «технической», действительно необходима для понимания смысла последующего анализа. и в нынешнем виде введение гораздо менее ясно, чем более подробное объяснение.

Мы благодарим рецензента за положительные комментарии к исследованию. Как указано в ответ на вышеизложенные общие соображения, мы попытались более подробно рассказать о методах, основанных на регрессии и моделировании, которые мы применили к нейронным данным в разделе «Результаты» исправленной рукописи. Мы надеемся, что рецензент сочтет исправленную рукопись более ясной в этом отношении.

В последнем разделе статьи утверждается связь с уровнями тревожности у отдельных субъектов, так как угроза + и — по-разному модулируют височные области у людей с низким уровнем тревожности), а угроза + модулирует двигательные области у людей с высокой тревожностью.

У меня есть сомнения относительно второй части диссоциации у лиц с высоким уровнем тревожности, в основном связанной с рисунком 7B — мне кажется, что это основная слабость.

Мы считаем, что прояснили и усилили наблюдаемую тревожно-зависимую диссоциацию между сенсорными и моторными улучшениями в ответ на угрозу + комбинации взгляда и эмоций в исправленной рукописи — как указано в ответ на коллективные моменты выше и конкретные вопросы, поднятые рецензентом ниже.

1) Тревога сопутствует депрессии и социальной тревоге. Проверялись ли участники на предмет оценки других факторов, которые могут быть связаны с тревогой?

Участников не проверяли по другим параметрам, таким как социальная тревожность или депрессия, а только по одному параметру, по которому мы имели прогнозы в отношении восприятия угрозы: тревога. Автор обзора прав в том, что оценки тревожности, измеренные с помощью вопросника STAI, обычно коррелируют с оценками депрессии и социальной тревожности у разных людей, и мы обновили раздел «Обсуждение», чтобы признать возникающее ограничение в отношении специфичности наблюдаемых эффектов: специфичность этих тревожно-зависимых эффектов в свете растущего числа свидетельств в пользу коморбидности между тревогой и депрессивными расстройствами.”

Тем не менее, как указывалось в ответ на вышеупомянутые общие вопросы и относительно коморбидности между депрессией и тревогой, было показано, что пациенты с клинически определенной тревогой и депрессией имели более низкие показатели смертности, чем пациенты с одной только депрессией (Mykletun et al., 2009) . Таким образом, это открытие предполагает, что клиническая тревога может иметь специфическую «защитную» функцию, связанную с адаптивной ролью тревоги в выживании, которая не присуща депрессии. Несмотря на их ограничения (разделяемые большинством существующих исследований тревожности в этой области), наши результаты предоставляют эмпирические доказательства в пользу такой положительной функции неклинической тревожности в общей популяции.

2) Все участники, кроме одного, находятся в самом центре нормального диапазона. На Рисунке 7B похоже, что оценка 40+ может быть выбросом. Значения R вычисляются с помощью Пирсона (я предполагаю, хотя я заметил, что этого нет на рисунке; ​​это должно быть). Если удаленный объект исключен, сохраняется ли корреляция?

Силы корреляции, указанные в рукописи, действительно являются значениями линейной корреляции Пирсона, и теперь это указано в тексте и подписях к рисункам исправленной рукописи.Как указано в ответ на приведенные выше общие вопросы, мы выполнили несколько дополнительных анализов данных, показанных на Рисунке 7 (теперь Рисунок 8 в исправленной рукописи), который должен убедить рецензента в устойчивости тревожно-зависимых эффектов в сенсорных и сенсорных областях. автомобильные регионы.

Во-первых, важно отметить, что оценки тревожности наших участников (от 20 до 45) находятся в пределах диапазона нормальной популяции (<60), и, таким образом, нет никакой априорной причины исключать кого-либо из наших участников исключительно на основе его / ее оценки тревожности.Кроме того, именно вариабельность оценок тревожности между участниками позволила коррелировать их с нейронными эффектами. В качестве первого контрольного анализа мы вычислили интервалы прогноза для линии регрессии на уровне группы на уровне тревожности каждого участника. Ни один из участников не выпал за пределы 95% -ных интервалов прогноза как для временной (рис. 8A), так и для двигательной области (рис. 8B) - и, таким образом, их можно было статистически отнести к категории выбросов. Тем не менее, если мы исключим произвольно участников # 4, чья оценка тревожности составила 45, моторная корреляция с тревогой останется незначительной ( r = 0.35, д.ф. = 21, двусторонний p = 0,09), а также взаимодействие между состоянием тревожности и уровнем угрозы (ANOVA смешанного дизайна, F 1,22 = 3,1, p = 0,09). А у участников с высоким уровнем тревожности, разделенных по медиане, нейронное кодирование силы эмоций в состоянии «угроза +» остается значимым на двустороннем уровне (t-тест против нуля, t 10 = 2,4, двусторонний p = 0,03), а также наблюдаемая разница между условиями угроза + и угроза (парный t-критерий, t 10 = 2.6, двусторонний p = 0,02).

Вместо того, чтобы произвольно исключить одного участника, мы выполнили процедуру перекрестной проверки, в которой мы вычислили интервалы прогнозирования с перекрестной проверкой для линии регрессии на уровне группы при оценке тревожности участника # n, когда данные для участника №n был исключен из регрессии на уровне группы. Эта процедура была повторена для 24 участников для корреляции между тревогой и угрозой в двигательных областях и показала, что нейронные эффекты двух участников немного снизились (<20%) за пределами перекрестно проверенных 95% интервалов прогноза, включая участника # 4 .Тем не менее, повторный расчет корреляции на уровне группы в моторных областях после исключения двух выбросов, в результате чего в анализе осталось 22 участника, привел к значительному эффекту ( r = 0,48, d.f. = 20, p = 0,02). Этот однозначный анализ не выявил каких-либо выбросов для корреляции между тревогой и угрозой в височных областях.

В совокупности мы считаем, что эти контрольные анализы подтверждают надежность корреляций между тревогой и угрозой как для височной, так и для моторной областей, и теперь мы описываем их в разделе «Методы» исправленной рукописи.

Вслед за этим мне кажется, что наблюдается увеличение вариабельности в группе «более тревожных», что может определять корреляцию, особенно если учесть, что разница между угрозой и отсутствием угрозы в группе с высокой тревожностью группа в 7B не имеет значения.

В ответ на этот конкретный момент мы можем заверить рецензента, что существует значительная разница в нейронном кодировании в моторной латерализации для высокотревожной группы между состояниями угроза + и угроза (парный t-тест, t 11 = 3.0, p = 0,01). Нейронное кодирование для условия «угроза +» даже значительно положительно (t-тест против нуля, t 11 = 2,6, p = 0,02). Также обратите внимание, что оба теста остаются значимыми, даже если участник №4 произвольно исключен из группы с высоким уровнем тревожности (см. Наш ответ на предыдущий пункт). Наконец, использование процедуры исключения одного исключения для идентификации двух выбросов относительно корреляции, показанной на рисунке 7B (теперь рисунок 8B), оставило корреляцию значимой, тем самым подтверждая, что корреляция не определяется удаленными точками данных.

3) Эффект на Рисунке 7B кажется слабым в какой-то один момент времени. Нет никакого обоснования / объяснения выбора окна в 7A или отдельной точки в 7B (если это так).

Мы полностью согласны с рецензентом по этому поводу. Хотя мы выбрали для измерения корреляции с тревогой в момент времени, соответствующий пику эффекта кодирования в двигательных сигналах (200 мс), мы выбрали временное окно, соответствующее значительному кластеру для кодирования на временных электродах.Это действительно было несоответствие, которое мы исправили, также выбрав пик нейронного кодирования для временных электродов (280 мс) для выполнения корреляции. Мы соответственно изменили рисунок (ранее рисунок 7, теперь рисунок 8) и текст:

«Действительно, тревога состояния значительно повлияла на нейронное кодирование […] между комбинациями угроз + и угроз-, которые оказались значимыми (коэффициент корреляции Пирсона r = 0,51, d.f. = 22, p = 0,01; Рисунок 8A)».

Обратите внимание, что обе корреляции с тревогой остаются значимыми, если брать все временное окно, соответствующее значимому кластеру, в обоих временных (170-400 мсек, r = 0.53, д.ф. = 22, p <0,01) и электроды двигателя (130-300 мс, r = 0,43, d.f. = 22, p <0,05). Мы полагаем, что эти дополнительные анализы еще больше усиливают зависимые от тревоги корреляции, описанные в рукописи.

4) Роль времени реакции: авторы говорят, что они не обнаружили разницы в поведенческих реакциях между более и менее тревожными группами. Это включало время реакции?

Анализ действительно включал время реакции, которое не различается между группами с высоким и низким уровнем тревожности и не коррелирует с тревогой.Не было заметной разницы между двумя группами тревожности только с точки зрения поведения. Единственный тревожно-зависимый эффект, который существенно влияет на поведение в нашем исследовании, представлен в разделе «Результаты». Сила нейронного кодирования угрозы + эмоций на моторных электродах значимо коррелировала с поведенческой чувствительностью для участников с высоким уровнем тревожности, но не с участниками с низким уровнем тревожности, и значительно больше для участников с высоким уровнем тревожности, чем с участниками с низким уровнем тревожности:

«Более того, нейронное кодирование угрозы + эмоций в моторных сигналах коррелирует с поведенческой чувствительностью к угрозе + эмоциям у высокотревожных людей (коэффициент корреляции Пирсона r = 0.66, д.ф. = 10, p = 0,01; Рисунок 8B), в то время как для людей с низким уровнем тревожности этого не было (коэффициент корреляции Пирсона r = -0,42, d.f. = 10, p> 0,16, разница между коэффициентами, p <0,01) ».

[Примечание редакции: до принятия были запрошены дополнительные исправления, как описано ниже.]

Рисунок 1 очень полезен кроме Я не понимал оси эмоций на рисунке 1 (залитой серым цветом), пока не увидел нижнюю часть рисунка 3, где она помечена как эмоциональная чувствительность.Обозначьте на Рисунке 1 и объясните в легенде (в дополнение к объяснению в тексте).

Приносим извинения за то, что не уточнили, что представляет собой заштрихованная серая область на рисунке 1. Ось эмоций представляет собой свидетельство эмоционального выражения от самого страшного лица слева до самого сердитого лица справа. Заштрихованная серая область представляет собой разницу между двумя нанесенными на график кривыми (одна для прямого взгляда, другая для отведенного взгляда). Мы добавили эту серую область, чтобы подчеркнуть тот факт, что различия между прямым и отведенным взглядом (т.е., разница между двумя кривыми) будет максимальной для нейтрального уровня для изменения смещения между условиями прямого и отведенного взгляда и максимальной для низкой силы эмоций для изменения чувствительности между состояниями «угроза +» и «угроза». Теперь мы добавили к рисунку серую рамку, которая описывает заполненную серую область: «разница прямая / предотвращенная», и мы добавили к легенде:

«Максимальные эффекты будут проявляться для нейтральных (лишенных эмоций) выражений, как показано через залитую серую область на оси эмоций, которая представляет разницу между двумя психометрическими функциями для прямого и отведенного взгляда.«

Как были выбраны времена на Рисунке 4? Времена в B и C имеют для меня некоторый смысл, но я не понимаю, как было выбрано 280, когда это так далеко от области значительных различий. Также, пожалуйста, объясните, почему карты в D-F не ​​выглядят так, как если бы они были получены из мозгов, нанесенных на карту в середине A-C (особенно B-C). Перечитав это, я думаю, что понимаю проблему времени — вы отображаете отклонения от 0, а не пиковые различия между условиями. Может быть, сделать акцент на последнем наравне с первым, превратив серые прямоугольники в полосы вверху, чтобы они соответствовали зеленым и оранжевым полосам? Все одинаково подчеркнули это.Сохраняется путаница относительно выравнивания карты или ее отсутствия.

Топографии ЭЭГ, построенные в середине рисунка 4a-c, получены в латентный период пиковых отклонений от нуля, а не пиковых различий между условиями. В то время как первый пик кодирования независимо от условий возникает на 280 мс, разница между двумя интересующими нас условиями (угроза + и угроза-) проявляется раньше (170 мс). Это не относится к двум другим пикам (500 мс и время отклика), поскольку разница между условиями соответствует пиковым отклонениям от нуля.Мы строим эти топографии, чтобы обосновать, как мы выбрали электроды, на которых мы сравниваем два интересующих условия, то есть используя контраст (t-критерий против нуля), ортогональный контрасту между двумя условиями. Теперь мы добавили на рис. 4 поверх этих топографий: «Пиковое кодирование в разных условиях».

Кроме того, по предложению редактора, мы заменили серые прямоугольники на серые полосы над зеленой и оранжевой полосами, чтобы одинаково подчеркнуть отклонения от нуля и различия между условиями (измененный рисунок 4).Тем не менее, нашей главной целью было устранение когнитивных и нервных различий между интересующими нас условиями (угроза + и угроза-), а не изучение кодирования эмоций как такового. Поэтому мы по-прежнему считаем, что было бы полезно визуально различать эти два типа статистических различий с более сильным акцентом на различии между угрозой + и условиями угрозы.

Мозговые карты, представленные на рис. 4d-f, представляют разницу в кодировании между условиями «угроза +» и «угроза-» на уровне источника в те моменты времени, когда между этими условиями была значительная разница (серая полоса).Теперь мы добавили на рис. 4 поверх этих мозговых карт: «Источник различия кодирования T + / T-». Анализ реконструкции источников позволяет локализовать области мозга, которые генерируют записанные в скальпе сигналы ЭЭГ. Таким образом, аналогичные усредненные сигналы ЭЭГ, записанные в коже головы, могут поступать из разных источников мозга. Соответственно, было показано, что височные компоненты ЭЭГ (N170) имеют разные источники мозга, включая веретенообразную извилину (например, Itier and Taylor, 2002) и верхнюю височную борозду (например, Batty and Taylor, 2003).Здесь мы сообщаем об обоих этих регионах как об источниках разницы между угрозой + и кодированием угроз. Кроме того, мозговые источники париетальной активности ЭЭГ (P300) включают широко разделенные области мозга, внутри которых находятся лобные и височные области (Nieuwenhuis et al., 2005), аналогично тем, о которых сообщалось в настоящем исследовании при вычислении источников различия между угрозой + и угрозой- связанных с записанной ЭЭГ в теменной коже черепа. Наконец, обнаружение дорсальных центральных областей, связанных с двигателем, в f (связанных с топографией в c во время отклика), а не e (связанных с топографией в b на 500 мс), неудивительно во время отклика.

Мы также добавили это предложение в раздел результатов:

«Чтобы оценить, какие области мозга генерируют записанные на коже головы сигналы ЭЭГ, мы вычислили корковые источники этого улучшенного кодирования эмоций, сигнализирующих об угрозе, выполнив тот же подход регрессии к оценкам тока минимальной нормы, распределенным по кортикальной поверхности».

Для обычного читателя, не могли бы вы добавить пару слов о разнице в латерализации, показанной на рисунке 6B и обсуждаемой в подразделе «Раннее нейронное кодирование эмоций, сигнализирующих об угрозе, в двигательной подготовке»? Кажется, это существенное различие — известно ли оно и ожидается ли оно? Что-то удивительное? Помните, что круг читателей eLife широк и не обязательно осведомлен о значительном внутреннем опыте.

Следуя совету редактора, мы добавили некоторую справочную информацию о разнице в латерализации, показанной на рисунке 6B, в подраздел «Раннее нейронное кодирование эмоций, сигнализирующих об угрозе, в моторной подготовке»:

«Выполнение и подготовка движения конечностей совпадают с подавлением низкочастотной (8-32 Гц) активности, которая сильнее в моторной коре, противоположной движению, по сравнению с ипсилатеральной по отношению к движению. Таким образом, ожидается, что вычитание контралатеральной активности из активности ипсилатеральной моторной коры приведет к в результате положительная мера моторной подготовки ».

https://doi.org/10.7554/eLife.10274.012

Что такое эмоциональный дизайн? | Фонд дизайна взаимодействия (IxDF)

Эмоциональный дизайн — очень модное слово в UX-сообществе. Считается, что дизайн, который задействует эмоции пользователя, делает больше, чем просто отвечает их заявленным потребностям и обеспечивает более высокий уровень взаимодействия с пользователем. Один из способов понимания эмоций — Колесо эмоций Плутчика, которое может помочь вам улучшить взаимодействие с пользователями при разработке продуктов.

Продукты, которые нравятся людям, — это продукты, которые люди используют снова и снова. С другой стороны, продукты, которые им нравятся, быстро ускользают из памяти пользователя и со временем заменяются продуктами, которые нравятся больше или даже нравятся. Краеугольным камнем эмоционального дизайна является идея о том, что если вы можете вызвать сильные эмоции у своих пользователей, вы можете использовать эти эмоции либо для создания лояльности, либо для побуждения клиента к действию.

Роберт Плутчик, идейный лидер в изучении эмоций.Перед своей смертью в 2006 году он как психолог написал 8 книг (и редактировал еще 7), почти 300 статей и 45 глав в эмоциональных исследованиях. Он имел докторскую степень, а также занимал профессорские должности в двух уважаемых университетах.

Психоэволюционная теория эмоций Плутчика

Роберт Плутчик разработал психоэволюционную теорию эмоций, которая помогает разделить эмоции на первичные эмоции и реакции на них. Он утверждал, что первичные эмоции являются эволюционным развитием и что реакция на каждую такую ​​эмоцию, вероятно, обеспечит наивысший уровень возможности выживания.

Автор / правообладатель: Machine Elf 1735. Условия авторских прав и лицензия: Public Domain.

Он поставил 10 пунктов относительно эмоций:

  • Эмоции встречаются на всех уровнях эволюции видов. Они в равной степени применимы ко всем животным, как и к людям.
  • Эмоции у разных видов развивались по-разному и могут по-разному выражаться у разных видов.
  • Цель эмоций — эволюционная реакция на выживание, позволяющая организму выживать при столкновении с проблемами окружающей среды.
  • Хотя у разных организмов эмоции могут отображаться и вызывать с помощью разных механизмов, у эмоций есть общие элементы, которые можно идентифицировать у всех эмоциональных животных.
  • Есть 8 основных, первичных эмоций.
  • Другие эмоции — это просто комбинация этих 8 основных эмоций или производные от одной (или нескольких) этих основных эмоций.
  • Первичные эмоции «идеализированы», и их свойства должны быть выведены из свидетельств, но не могут быть точно определены полностью.
  • Каждая первичная эмоция связана с другой и является полной противоположностью этой пары.
  • Эмоции могут и действительно различаются по степени сходства друг с другом.
  • Эмоции существуют разной степени интенсивности.

8 основных эмоций, которые придумал Плутчик:

  • Гнев
  • Отвращение
  • Страх
  • Печаль
  • Ожидание
  • радость
  • Сюрприз
  • Доверие

Колесо эмоций

Из этой первоначальной эмоциональной теории Плутчик разработал Колесо эмоций.Он был разработан, чтобы помочь пользователю понять нюансы эмоций и то, как эмоции контрастируют друг с другом. Для этого он разработал как двухмерные, так и трехмерные модели. 3D-модель — это «конусообразная модель эмоции». Впервые они были описаны еще в 1980 году.

Автор / Правообладатель: xdxd_vs_xdxd. Условия авторских прав и лицензия: CC BY-SA 2.0

Колесо может использоваться дизайнерами для изучения сложных эмоций и действовать в качестве «цветовой палитры» для эмоционального дизайна — идея состоит в том, что смешение разных эмоций создаст разные уровни эмоциональной реакции и интенсивности этой реакции.

Колесо — это простая модель, и почти наверняка существуют дополнительные эмоциональные выводы, которые можно сделать из более сложной модели — однако оно фокусируется на основных эмоциях, которые большинство дизайнеров, вероятно, захотят вызвать у своих пользователей, и как таковые обеспечивает полезная отправная точка.

Базовые эмоциональные пары на

Основные эмоциональные пары следующие:

  • Радость и печаль
  • Доверие и отвращение
  • Страх и гнев
  • Сюрприз и ожидание

Эмоции на колесе Плутчика можно комбинировать следующим образом:

  • Предвкушение + Радость = Оптимизм (противоположным образом неодобрение)
  • Радость + Доверие = Любовь (противоположность угрызения совести)
  • Доверие + Страх = Покорность (его противоположность — презрение)
  • Страх + сюрприз = трепет (противоположностью агрессии)
  • Удивление + Печаль = неодобрение (его противоположность — оптимизм)
  • Печаль + Отвращение = Раскаяние (противоположностью любви)
  • Отвращение + Гнев = Презрение (его противоположность — подчинение)
  • Гнев + Предвкушение = Агрессивность (противоположностью трепета)

Критика модели Плутчика

Самая большая критика этой модели заключается в том, что она не принимает во внимание сочетание гордости и стыда.Это эмоции, на которые часто играют дизайнеры. Например, при геймификации может быть предпринята попытка завоевать гордость пользователя с помощью списков лидеров или значков. И наоборот, благотворительные организации и организации, проводящие кампании, могут попытаться использовать стыд, чтобы побудить к действию.

Также часто кажется, что модель слишком упрощена и что в ней не улавливаются более важные эмоциональные нюансы.

Тем не менее, принято считать, что Колесо эмоций является хорошей отправной точкой при рассмотрении того, какие эмоции может вызвать дизайн.Это не мешает UX-дизайнеру искать дополнительные инструменты для эмоционального дизайна.

The Take Away

Колесо эмоций — полезный инструмент, который помогает дизайнерам UX задуматься о том, как они могут вызвать определенные эмоции с помощью дизайна своего продукта. Он не считается полным набором инструментов для эмоционального дизайна и может быть слишком упрощенным для некоторых ситуаций и может полностью игнорировать другие сильные эмоции.

Ссылки

Курс: Эмоциональный дизайн — Как делать продукты, которые понравятся людям:
https: // www.Interaction-design.org/courses/emotional-design-how-to-make-products-people-will-love

Вы можете найти несколько эмоциональных моделей здесь, в Википедии — https://en.wikipedia.org/wiki/ Contrasting_and_categorization_of_emotions # Plutchik.27s_wheel_of_emotions

Вы можете найти отличные идеи для эмоциональных показателей для эмоционального дизайна в Smashing Magazine — http://www.smashingmagazine.com/2011/05/optimizing-emotional-engagement-in-web-design-through-metrics/

UX Review рассматривает эмоциональное отображение для дизайна здесь — http: // theuxreview.co.uk/driving-more-valuable-customer-journeys-with-emotion-mapping-part-1/

Изображение героя: Автор / Правообладатель: shellgreenier. Условия авторских прав и лицензия: CC BY-NC-ND 2.0

11.1 Переживание эмоций — Введение в психологию — 1-е канадское издание

Цели обучения

  1. Объясните биологическое переживание эмоций.
  2. Обобщите психологические теории эмоций.
  3. Приведите примеры того, как передаются эмоции.

Самыми фундаментальными эмоциями, известными как базовые эмоции, являются эмоции гнев, отвращение, страх, счастье, грусть и удивление . Основные эмоции имеют долгую историю эволюции человека, и они в значительной степени развились, чтобы помочь нам быстро делать выводы о стимулах и быстро определять правильное поведение (LeDoux, 2000). Основные эмоции в значительной степени определяются одной из старейших частей нашего мозга, лимбической системой, включая миндалину, гипоталамус и таламус.Поскольку они в первую очередь детерминированы эволюцией, основные эмоции переживаются и проявляются во многом одинаково в разных культурах (Ekman, 1992; Elfenbein & Ambady, 2002; Fridland, Ekman & Oster, 1987), и люди довольно точно оценивают их. выражения лиц людей из разных культур. Просмотрите «Видеоклип: Основные эмоции», чтобы увидеть демонстрацию основных эмоций.

Смотрите: «Распознавайте основные эмоции» [YouTube]: http://www.youtube.com/watch?v=haW6E7qsW2c

Не все наши эмоции исходят из старых частей нашего мозга; мы также интерпретируем наш опыт, чтобы создать более сложный набор эмоциональных переживаний.Например, миндалина может ощущать страх, когда чувствует, что тело падает, но этот страх можно интерпретировать совершенно иначе (возможно, даже как возбуждение), когда мы падаем на американских горках, чем когда мы падаем с неба в самолет, который потерял мощность. Когнитивные интерпретации , сопровождающие эмоции , известные как когнитивная оценка , позволяют нам испытать гораздо больший и более сложный набор вторичных эмоций , как показано на рисунке 11.2, «Вторичные эмоции». Хотя они в значительной степени являются когнитивными, наши переживания вторичных эмоций частично определяются возбуждением (по вертикальной оси рисунка 11.2, «Вторичные эмоции») и частично их валентностью — то есть тем, являются ли они приятные или неприятные чувства (по горизонтальной оси рисунка 11.2, «Вторичные эмоции»),

Рисунок 11.2. Вторичные эмоции. Вторичные эмоции — это те эмоции, которые имеют основной когнитивный компонент. Они определяются как уровнем возбуждения (от легкого до интенсивного), так и валентностью (от приятного до неприятного).[Подробное описание]

Когда вам удастся достичь важной цели, вы можете потратить некоторое время, наслаждаясь своими вторичными эмоциями, возможно, переживанием радости, удовлетворения и удовлетворенности. Но когда ваш близкий друг выигрывает приз, который, по вашему мнению, вы заслужили, вы также можете испытать множество вторичных эмоций (в данном случае отрицательные) — например, чувство гнева, печали, обиды и стыда. Вы можете обдумывать событие в течение недель или даже месяцев, испытывая эти негативные эмоции каждый раз, когда думаете о нем (Martin & Tesser, 2006).

Различие между первичными и вторичными эмоциями проводится параллельно с двумя мозговыми путями: быстрым и медленным (Damasio, 2000; LeDoux, 2000; Ochsner, Bunge, Gross, & Gabrieli, 2002). Таламус действует как главный привратник в этом процессе (Рисунок 11.3, «Медленные и быстрые эмоциональные пути»). Например, наша реакция на базовую эмоцию страха в первую очередь определяется быстрым прохождением через лимбическую систему. Когда на шоссе перед нами выезжает машина, активируется таламус и немедленно посылает сигнал миндалине.Быстро приближаем ногу к педали тормоза. Вторичные эмоции в большей степени определяются медленным прохождением через лобные доли коры головного мозга. Когда мы завидуем потере партнера сопернику или вспоминаем нашу победу в большом теннисном матче, процесс становится более сложным. Информация перемещается из таламуса в лобные доли для когнитивного анализа и интеграции, а затем оттуда в миндалевидное тело. Мы испытываем возбуждение эмоций, но оно сопровождается более сложной когнитивной оценкой, вызывающей более утонченные эмоции и поведенческие реакции.

Рисунок 11.3 Медленные и быстрые эмоциональные пути. В мозгу есть два эмоциональных пути (один медленный и один быстрый), оба из которых контролируются таламусом.

Хотя эмоции могут показаться вам более легкомысленными или менее важными по сравнению с нашими более рациональными когнитивными процессами, как эмоции, так и познания могут помочь нам принимать эффективные решения. В некоторых случаях мы принимаем меры после рациональной обработки затрат и преимуществ различных вариантов выбора, но в других случаях мы полагаемся на свои эмоции.Эмоции становятся особенно важными при принятии решений, когда альтернативы между многими сложными и противоречивыми альтернативами представляют нам высокую степень неопределенности и двусмысленности, что затрудняет полный когнитивный анализ. В этих случаях мы часто полагаемся на свои эмоции при принятии решений, и эти решения во многих случаях могут быть более точными, чем решения, полученные в результате когнитивной обработки (Damasio, 1994; Dijksterhuis, Bos, Nordgren, & van Baaren, 2006; Nordgren & Dijksterhuis, 2009; Wilson & Schooler, 1991).

Теории эмоций Кэннон-Барда и Джеймса-Ланге

Вспомните на мгновение ситуацию, в которой вы испытали сильную эмоциональную реакцию. Возможно, вы проснулись посреди ночи в панике, потому что услышали шум, который заставил вас подумать, что кто-то ворвался в ваш дом или квартиру. Или, может быть, вы спокойно ехали по улице в своем районе, когда перед вами внезапно выехала другая машина, вынудив вас нажать на тормоз, чтобы избежать аварии.Я уверен, что вы помните, что ваша эмоциональная реакция была по большей части физической. Возможно, вы помните, как краснели, колотилось сердце, тошнило в животе или у вас возникли проблемы с дыханием. Вы испытывали физиологическую часть эмоции — возбуждение — и я уверен, что у вас были подобные чувства в других ситуациях, возможно, когда вы были влюблены, сердиты, смущены, разочарованы или очень грустны.

Если вы вспомните сильное эмоциональное переживание, вы можете задаться вопросом о порядке событий, которые произошли.Конечно, вы испытали возбуждение, но было ли возбуждение до, после или одновременно с переживанием эмоции? Психологи предложили три различные теории эмоций, которые различаются предполагаемой ролью возбуждения в эмоции (рис. 11.4, «Три теории эмоций»).

Рисунок 11.4 Три теории эмоций. Теория Кэннона-Барда предполагает, что эмоции и возбуждение происходят одновременно. Теория Джеймса-Ланге предполагает, что эмоция является результатом возбуждения. Двухфакторная модель Шехтера и Зингера предполагает, что возбуждение и познание объединяются для создания эмоций.

Если ваш опыт похож на мой, когда вы размышляли о возбуждении, которое вы испытали в сильных эмоциональных ситуациях, вы, вероятно, думали что-то вроде: «Я боялся, и мое сердце начало биться как сумасшедшее». По крайней мере, некоторые психологи согласны с такой интерпретацией. Согласно теории эмоций, предложенной Уолтером Кэнноном и Филипом Бардом, переживание эмоции (в данном случае «я боюсь») происходит вместе с переживанием возбуждения («мое сердце быстро бьется»). Согласно теории эмоций Кэннон-Бард , переживание эмоции сопровождается физиологическим возбуждением .Таким образом, согласно этой модели эмоций, когда мы осознаем опасность, частота сердечных сокращений также увеличивается.

Хотя идея о том, что переживание эмоции происходит вместе с сопутствующим возбуждением, кажется интуитивно понятной для наших повседневных переживаний, психологи Уильям Джеймс и Карл Ланге имели другое представление о роли возбуждения. Согласно теории эмоций Джеймса-Ланге , наше переживание эмоции является результатом возбуждения, которое мы испытываем .Этот подход предполагает, что возбуждение и эмоция не независимы, а скорее, что эмоция зависит от возбуждения. Страх не возникает вместе с учащенным сердцебиением, но возникает из-за учащенного сердцебиения . Как сказал Уильям Джеймс: «Нам жаль, потому что мы плачем, злимся, потому что мы ударяем, боимся, потому что мы дрожим» (Джеймс, 1884, стр. 190). Фундаментальный аспект теории Джеймса-Ланге состоит в том, что разные модели возбуждения могут вызывать разные эмоциональные переживания.

Существуют исследования, подтверждающие каждую из этих теорий.Работа быстрого эмоционального пути (рис. 11.4, «Медленный и быстрый эмоциональный путь») поддерживает идею о том, что возбуждение и эмоции происходят вместе. Эмоциональные контуры в лимбической системе активируются при переживании эмоционального стимула, и эти контуры быстро вызывают соответствующие физические реакции (LeDoux, 2000). Этот процесс происходит так быстро, что нам может казаться, что эмоции совпадают с нашим физическим возбуждением.

С другой стороны, как предсказывает теория Джеймса-Ланге, наши переживания эмоций слабее без возбуждения.Пациенты с травмами позвоночника, которые уменьшают ощущение возбуждения, также сообщают об уменьшении эмоциональных реакций (Hohmann, 1966). Существует также, по крайней мере, некоторая поддержка идеи о том, что разные эмоции вызываются разными моделями возбуждения. Люди, которые смотрят на испуганные лица, демонстрируют большую активацию миндалевидного тела, чем те, кто смотрит на сердитые или радостные лица (Whalen et al., 2001; Witvliet & Vrana, 1995), мы испытываем красное лицо и краснеем, когда мы смущены, но не когда испытываем другие эмоции. (Лири, Бритт, Катлип и Темплтон, 1992), и когда мы испытываем сострадание, выделяются разные гормоны, чем когда мы испытываем другие эмоции (Oatley, Keltner, & Jenkins, 2006).

Двухфакторная теория эмоций

В то время как теория Джеймса-Ланге предполагает, что каждая эмоция имеет свой паттерн возбуждения, двухфакторная теория эмоции использует противоположный подход, утверждая, что возбуждение, которое мы испытываем, в основном одинаково для всех эмоций, и что все Эмоции (включая основные) различаются только на основе нашей когнитивной оценки источника возбуждения. Двухфакторная теория эмоций утверждает, что переживание эмоции определяется интенсивностью переживаемого нами возбуждения, но что когнитивная оценка ситуации определяет, какой будет эмоция .Поскольку необходимо и возбуждение, и оценка, мы можем сказать, что у эмоций есть два фактора: фактор возбуждения и фактор познания (Schachter & Singer, 1962):

эмоция = возбуждение + познание

В некоторых случаях человеку, который испытывает высокий уровень возбуждения, может быть трудно точно определить, какие эмоции он или она испытывает. То есть человек может быть уверен, что он или она чувствует возбуждение, но значение возбуждения (когнитивный фактор) может быть менее ясным.Некоторые романтические отношения, например, имеют очень высокий уровень возбуждения, и партнеры, в качестве альтернативы, испытывают экстремальные взлеты и падения в отношениях. Сегодня они безумно влюблены друг в друга, а на следующий день вступают в огромную борьбу. В ситуациях, которые сопровождаются сильным возбуждением, люди могут не знать, какие эмоции они испытывают. Например, в отношениях с высоким возбуждением партнеры могут не знать, является ли эмоция, которую они испытывают, любовью, ненавистью или и тем, и другим одновременно. Тенденция людей неверно навешивать ярлыки на источник возбуждения, которое они испытывают , известна как неправильная атрибуция возбуждения .

Рисунок 11.5 Подвесной мост Капилано. Возбуждение, вызванное высотой этого моста, было ошибочно приписано мужчинам, которых привлекла привлекательная женщина, когда они переходили его.

В одном интересном полевом исследовании, проведенном Даттоном и Ароном (1974), привлекательная молодая женщина подошла к отдельным молодым мужчинам, когда они пересекали шаткую, длинную подвесную дорожку, висящую на высоте более 200 футов над рекой в ​​Британской Колумбии (рис.5, «Подвесной мост Капилано»). Женщина попросила каждого мужчину помочь ей заполнить анкету класса. Когда он закончил, она написала свое имя и номер телефона на листке бумаги и предложила ему позвонить, если он хочет узнать больше о проекте. Позже женщину позвонили более половины опрошенных на мосту мужчин. Напротив, мужчины, к которым одна и та же женщина подошла на невысоком прочном мосту, или у которых мужчины брали интервью на подвесном мосту, звонили значительно реже.Идея неправильной атрибуции возбуждения может объяснить этот результат — мужчины чувствовали возбуждение с высоты моста, но они ошибочно приписывали это женщине как романтическое или сексуальное влечение, что увеличивало вероятность того, что они позвонят ей.

Направление исследований: неверное определение возбуждения

Если вы немного подумаете о своем собственном опыте различных эмоций и рассмотрите уравнение, которое предполагает, что эмоции представлены как возбуждением, так и познанием, вы можете начать задаваться вопросом, насколько каждая из них определялась.То есть знаем ли мы, какие эмоции мы испытываем, отслеживая свои чувства (возбуждение) или отслеживая свои мысли (познание)? Исследование моста, о котором вы только что прочитали, может начать давать вам ответ: казалось, на мужчин больше влияет их восприятие того, как они должны себя чувствовать (их познание), а не то, что они на самом деле чувствуют (их возбуждение).

Стэнли Шахтер и Джером Сингер (1962) непосредственно проверили это предсказание двухфакторной теории эмоций в хорошо известном эксперименте.Шехтер и Сингер считали, что когнитивная часть эмоции имеет решающее значение — фактически, они считали, что возбуждение, которое мы испытываем, можно интерпретировать как любую эмоцию, если у нас есть для нее правильный ярлык. Таким образом, они выдвинули гипотезу о том, что если человек испытывает возбуждение, которому нет непосредственного объяснения, этот человек будет «маркировать» это состояние с точки зрения когниций, которые создаются в его или ее окружающей среде. С другой стороны, они утверждали, что людям, у которых уже есть четкий ярлык для своего возбуждения, не будет необходимости искать соответствующий ярлык, и поэтому они не должны испытывать эмоции.

В ходе исследования участникам мужского пола сказали, что они будут участвовать в исследовании влияния нового препарата, называемого супроксином, на зрение. Основываясь на этой истории для прикрытия, мужчинам ввели укол нейромедиатора адреналина, препарата, который обычно вызывает у людей чувство тремора, покраснения и учащенного дыхания. Идея заключалась в том, чтобы дать всем участникам опыт возбуждения.

Затем, в соответствии с случайным распределением по условиям, мужчинам сказали, что наркотик заставит их чувствовать определенные чувства.Людям, находившимся в эпинефрине , сообщили о состоянии , рассказали правду о воздействии препарата — что они, вероятно, испытают тремор, их руки начнут дрожать, их сердца начнут стучать, а их лица могут стать теплыми и красными. Тем не менее, участникам в состоянии , не имеющего информации об эпинефрине , сказали что-то неправдивое — что их ноги онемели, у них будет ощущение зуда в частях тела и у них может возникнуть легкая головная боль.Идея заключалась в том, чтобы заставить некоторых мужчин думать, что возбуждение, которое они испытывают, было вызвано наркотиком (состояние , информированное о состоянии ), в то время как другие были бы не уверены, откуда это возбуждение (состояние отсутствия информации ).

Затем мужчин оставили наедине с сообщником, которому, по их мнению, была сделана такая же инъекция. Пока они ждали начала эксперимента (который якобы касался видения), конфедерат вел себя дико и безумно (Шехтер и Сингер назвали это «эйфорическим» образом).Он скомкал шарики, летал на бумажных самолетиках и играл с хула-хупом. Он продолжал пытаться убедить участника присоединиться к его играм. Затем, прямо перед началом эксперимента со зрением, участников попросили указать их текущее эмоциональное состояние по ряду шкал. Одной из эмоций, о которых их спрашивали, была эйфория.

Если вы следите за историей, вы поймете, чего ожидали: мужчины, у которых есть ярлык для своего возбуждения (группа , информированная ), не будут испытывать особых эмоций, потому что у них уже есть ярлык для их возбуждения.С другой стороны, мужчины в группе дезинформировали группу , как ожидалось, не были уверены в источнике возбуждения. Им нужно было найти объяснение своему возбуждению, и сообщник дал его. Как вы можете видеть на рис. 11.6, «Результаты Schachter and Singer, 1962» (слева), это именно то, что они обнаружили. Участники в дезинформированном состоянии с большей вероятностью испытывали эйфорию (судя по их поведенческим реакциям с сообщником), чем участники в информированном состоянии.

Затем Шехтер и Зингер провели другую часть исследования, используя новых участников. Все было точно так же, за исключением поведения единомышленника. Вместо того чтобы впадать в эйфорию, он действовал сердито. Он жаловался на то, что ему приходилось заполнять анкету, которую его просили заполнить, что указывало на то, что вопросы были глупыми и слишком личными. В итоге он разорвал анкету, над которой работал, и крикнул: «Мне не нужно им это говорить!» Затем он схватил свои книги и вылетел из комнаты.

Как вы думаете, что произошло в этом состоянии? Ответ тот же: дезинформированные участники испытали больше гнева (опять же, если судить по его поведению в период ожидания), чем информированные участники. (Рисунок 11.6, «Результаты Schachter and Singer, 1962», справа). Идея состоит в том, что, поскольку когниции являются такими сильными детерминантами эмоциональных состояний, одно и то же состояние физиологического возбуждения может быть обозначено разными способами, полностью в зависимости от ярлыка, предоставляемого социальной ситуацией.Как выразились Шехтер и Сингер: «Учитывая состояние физиологического возбуждения, которому человек не имеет немедленного объяснения, он будет« маркировать »это состояние и описывать свои чувства в терминах доступных ему познаний» (Schachter & Singer, 1962, с. 381).

Рисунок 11.6. Результаты Schachter and Singer, 1962. Результаты исследования Schachter и Singer (1962) подтверждают двухфакторную теорию эмоций. Участники, у которых не было четкого обозначения своего возбуждения, переняли эмоции сообщника.

Поскольку она предполагает, что возбуждение является постоянным для всех эмоций, двухфакторная теория также предсказывает, что эмоции могут передаваться или перетекать от одного очень возбуждающего события к другому. Моя университетская баскетбольная команда недавно выиграла чемпионат по баскетболу, но после окончательной победы несколько студентов устроили беспорядки на улицах возле кампуса, разжигая костры и горящие машины. Это кажется очень странной реакцией на такой положительный результат для университета и студентов, но ее можно объяснить перетеканием возбуждения, вызванного счастьем, на деструктивное поведение.Принцип передачи возбуждения относится к феномену, который возникает, когда люди, которые уже испытывают возбуждение от одного события, склонны также сильнее испытывать несвязанные эмоции .

В общем, каждой из трех теорий эмоций есть что поддержать. С точки зрения Cannon-Bard, эмоции и возбуждение обычно субъективно переживаются вместе и распространяются очень быстро. В поддержку теории Джеймса-Ланге есть, по крайней мере, некоторые свидетельства того, что возбуждение необходимо для переживания эмоций, и что модели возбуждения различаются для разных эмоций.И в соответствии с двухфакторной моделью, есть свидетельства того, что мы можем интерпретировать одни и те же модели возбуждения по-разному в разных ситуациях.

Общение эмоций

Помимо внутреннего переживания эмоций, мы также выражаем свои эмоции другим, и мы узнаем об эмоциях других, наблюдая за ними. Этот коммуникационный процесс эволюционировал с течением времени и очень адаптивен. Один из способов, которым мы воспринимаем эмоции других, — это невербальное общение , то есть общение , в основном состоящее из симпатий или антипатий, которое не включает слова (Ambady & Weisbuch, 2010; Andersen, 2007).Невербальное общение включает в себя тон нашего голоса, походку, позу, прикосновения и выражения лица, и мы часто можем точно определять эмоции, которые испытывают другие люди через эти каналы. В таблице 11.1 «Некоторые распространенные невербальные коммуникаторы» показаны некоторые важные невербальные формы поведения, которые мы используем для выражения эмоций и некоторой другой информации (в частности, симпатия или антипатия, доминирование или подчинение).

Таблица 11.1 Некоторые общие невербальные коммуникаторы.
[Пропустить таблицу]
Невербальный сигнал Описание Примеры
Proxemics Правила надлежащего использования личного пространства Стоя ближе к кому-то, можно выразить симпатию или доминирование.
Внешний вид корпуса Выражения, основанные на изменениях в нашем теле Бодибилдинг, увеличение груди, похудание, пирсинг и татуировки часто используются, чтобы казаться более привлекательными для окружающих.
Положение тела и движение Выражения, основанные на внешнем виде нашего тела Более «открытое» положение тела может означать симпатию; более высокая скорость ходьбы может указывать на доминирование.
Жесты Поведение и знаки, сделанные руками или лицом Знак мира сообщает о симпатии; «палец» означает неуважение.
Выражение лица Разнообразие эмоций, которые мы выражаем или пытаемся скрыть через наше лицо Улыбка или хмурый взгляд, пристальный взгляд или избегание взгляда на другого могут выражать симпатию или антипатию, а также доминирование или подчинение.
Параязычный Ключ к разгадке личности или эмоций, содержащихся в наших голосах Произношение, акценты и диалект могут использоваться для обозначения идентичности и симпатий.

Так же, как не существует универсального разговорного языка, нет универсального невербального языка.Например, в Канаде мы выражаем неуважение, показывая средний палец (палец или птицу). Но в Великобритании, Ирландии, Австралии и Новой Зеландии знак V (сделанный тыльной стороной ладони к получателю) служит той же цели. В странах, где говорят на испанском, португальском или французском языках, жест, при котором поднимается кулак и хлопает рукой по бицепсу, эквивалентен пальцу, а в России, Индонезии, Турции и Китае знак, в котором рука пальцы согнуты, большой палец зажат между средним и указательным пальцами и используется с той же целью.

Самый важный передатчик эмоций — это лицо. Лицо состоит из 43 различных мышц, которые позволяют ему создавать более 10 000 уникальных конфигураций и выражать самые разные эмоции. Например, счастье выражается улыбками, которые создаются двумя основными мышцами, окружающими рот и глаза, а гнев создается опущенными бровями и плотно прижатыми губами.

Лицо помогает нам не только выражать эмоции, но и чувствовать эмоции.Гипотеза лицевой обратной связи предполагает, что движение наших лицевых мышц может вызывать соответствующие эмоции . Фриц Страк и его коллеги (1988) попросили участников исследования держать ручку в зубах (имитируя улыбку на лице) или между губами (похоже на хмурый взгляд), а затем попросили их оценить смешность мультфильма. Они обнаружили, что карикатуры считались более забавными, когда перо держали в улыбающемся положении — субъективное переживание эмоций усиливалось действием лицевых мышц.

Эти и им подобные результаты показывают, что наше поведение, включая выражение лица, как влияет, так и находится под влиянием нашего аффекта. Мы можем улыбаться, потому что мы счастливы, но мы также счастливы, потому что улыбаемся. И мы можем встать прямо, потому что мы гордимся, но мы гордимся, потому что мы стоим прямо (Stepper & Strack, 1993).

Основные выводы

  • Эмоции — это нормально адаптивные психические и физиологические чувственные состояния, которые направляют наше внимание и направляют наше поведение.
  • Эмоциональные состояния сопровождаются возбуждением, нашим переживанием телесных реакций, созданных симпатическим отделом вегетативной нервной системы.
  • Мотивации — это силы, управляющие поведением. Они могут быть биологическими, например голод и жажда; личные, например мотивация к достижению; или социальные, такие как мотивация принятия и принадлежности.
  • Самые фундаментальные эмоции, известные как базовые эмоции, — это гнев, отвращение, страх, счастье, печаль и удивление.
  • Когнитивная оценка также позволяет нам испытывать множество вторичных эмоций.
  • Согласно теории эмоций Кэннон-Барда, переживание эмоции сопровождается физиологическим возбуждением.
  • Согласно теории эмоций Джеймса-Ланге, наше переживание эмоции является результатом возбуждения, которое мы испытываем.
  • Согласно двухфакторной теории эмоций, переживание эмоции определяется интенсивностью переживаемого нами возбуждения, а когнитивная оценка ситуации определяет, какой будет эмоция.
  • Когда люди неправильно обозначают источник возбуждения, которое они испытывают, мы говорим, что они неправильно приписывают свое возбуждение.
  • Мы выражаем свои эмоции другим посредством невербального поведения и узнаем об эмоциях других, наблюдая за ними.

Упражнения и критическое мышление

  1. Рассмотрим три теории эмоций, которые мы обсудили, и приведем пример ситуации, в которой человек может испытать каждый из трех предложенных паттернов возбуждения и эмоции.
  2. Опишите время, когда вы использовали невербальное поведение, чтобы выразить свои эмоции или уловить эмоции других людей. Какие конкретные невербальные техники вы использовали для общения?

Список литературы

Амбади, Н., и Вайсбух, М. (2010). Невербальное поведение. В С. Т. Фиске, Д. Т. Гилберте и Г. Линдзи (ред.), Справочник по социальной психологии (5-е изд., Том 1, стр. 464–497). Хобокен, Нью-Джерси: Джон Уайли и сыновья.

Андерсен П. (2007). Невербальное общение: формы и функции (2-е изд.). Лонг-Гроув, Иллинойс: Waveland Press.

Дамасио, А. (2000). Чувство происходящего: тело и эмоции в создании сознания . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Mariner Books.

Дамасио А. Р. (1994). Ошибка Декарта: эмоции, разум и человеческий мозг . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Гроссет / Патнэм.

Дейкстерхейс А., Бос М. В., Нордгрен Л. Ф. и ван Баарен Р. Б. (2006). О правильном выборе: эффект обдумывания без внимания. Science, 311 (5763), 1005–1007.

Даттон Д. и Арон А. (1974). Некоторые доказательства повышенного сексуального влечения в условиях сильного беспокойства. Журнал личности и социальной психологии, 30 , 510–517.

Экман П. (1992). Есть ли базовые эмоции? Психологический обзор, 99 (3), 550–553.

Эльфенбейн, Х.А., и Амбади, Н. (2002). Об универсальности и культурной специфичности распознавания эмоций: метаанализ. Психологический бюллетень, 128 , 203–23.

Фридлунд, А. Дж., Экман, П., & Остер, Х. (1987). Выражение эмоций на лице. В A. Siegman & S. Feldstein (Eds.), Невербальное поведение и общение (2-е изд., Стр. 143–223). Хиллсдейл, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум Ассошиэйтс.

Хоманн, Г. У. (1966). Некоторые эффекты поражения спинного мозга на эмоциональные переживания. Психофизиология, 3 (2), 143–156.

Джеймс, У. (1884). Что такое эмоция? Mind, 9 (34), 188–205.

Лири, М.Р., Бритт, Т. В., Катлип, В. Д., и Темплтон, Дж. Л. (1992). Социальное покраснение. Психологический бюллетень, 112 (3), 446–460.

Леду, Дж. Э. (2000). Эмоциональные контуры в мозгу. Annual Review of Neuroscience, 23 , 155–184.

Мартин Л. Л. и Тессер А. (2006). Расширение теории размышлений о прогрессе цели: переоценка и рост цели. В L. J. Sanna & E.C. Chang (Eds.), Суждения с течением времени: взаимодействие мыслей, чувств и поведения (стр.145–162). Нью-Йорк, Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.

Нордгрен, Л. Ф., и Дейкстерхейс, А. П. (2009). Дьявол кроется в размышлениях: слишком много размышлений снижает последовательность предпочтений. Journal of Consumer Research, 36 (1), 39–46.

Оатли К., Келтнер Д. и Дженкинс Дж. М. (2006). Понимание эмоций (2-е изд.). Мальден, Массачусетс: Блэквелл.

Окснер, К. Н., Бунге, С. А., Гросс, Дж. Дж., И Габриэли, Дж. Д. Э. (2002). Переосмысление чувств: исследование когнитивной регуляции эмоций с помощью фМРТ. Журнал когнитивной неврологии, 14 (8), 1215–1229.

Рассел, Дж. А. (1980). Окружающая модель аффекта. Журнал личности и социальной психологии , 39, 1161–1178.

Schachter, S. & Singer, J. (1962). Когнитивные, социальные и физиологические детерминанты эмоционального состояния. Психологический обзор, 69 , 379–399.

Степпер, С., и Страк, Ф. (1993). Проприоцептивные детерминанты эмоциональных и неэмоциональных чувств. Журнал личности и социальной психологии, 64 (2), 211–220.

Страк Ф., Мартин Л. и Степпер С. (1988). Запрещение и облегчение условий человеческой улыбки: ненавязчивый тест гипотезы лицевой обратной связи. Журнал личности и социальной психологии, 54 (5), 768–777. DOI: 10.1037 / 0022-3514.54.5.768

Уэлен, П. Дж., Шин, Л. М., Макинерни, С. К., Фишер, Х., Райт, К. И., и Раух, С. Л. (2001). Функциональное МРТ-исследование реакции миндалины человека на выражение страха и гнева на лице. Emotion, 1 (1), 70–83;

Уилсон Т. Д. и Скулер Дж. У. (1991). Слишком много думать: самоанализ может снизить качество предпочтений и решений. Журнал личности и социальной психологии, 60 (2), 181–192.

Витвлит, К. В., и Врана, С. Р. (1995). Психофизиологические реакции как показатели аффективных измерений. Психофизиология, 32 (5), 436–443.

Авторство изображений

Рисунок 11.2: Адаптировано из Russell, 1980.
Рисунок 11.5: Подвесной мост Capilano от Goobiebilly (http://commons.wikimedia.org/wiki/File:Capilano_suspension_bridge_-g.jpg), используемый в CC-BY 2.0 (http://creativecommons.org/licenses/by) /2.0/deed.en).

Рисунок 11.6: Адаптировано из Schachter & Singer, 1962.

Длинные описания

Рисунок 11.2, подробное описание: Вторичные эмоции
Уровень возбуждения Неприятно Достаточно хорошо
Легкая
  • Несчастный
  • Грустный
  • Депрессия
  • Мрачный
  • скучно
  • Друпи
  • Содержимое
  • Доволен
  • Непринужденно
  • Безмятежный
  • Штиль
  • Расслабленный
  • Сонный
  • Устал
Интенсивный
  • Тревожно
  • боится
  • Злой
  • интенсивный
  • раздражает
  • Разочарованный
  • Проблемные
  • удивлен
  • Возбужденный
  • развлекается
  • Счастливый
  • в восторге
  • доволен доволен

[Вернуться к рисунку 11.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *