Говоря о мышлении имеют в виду процесс: Пособие «Основы общей и медицинской психологии» Часть 2

Автор: | 07.03.1983

Содержание

Что не так с дизайн-мышлением

Тренды
Наташа Искандер
Иллюстрация: NOCTILUXX/GETTY IMAGES

Сегодня дизайн-мышление не вызывает прежнего восторга. Заявленное как способ инновационного решения комплексных проблем, оно было принято на вооружение компаниями и университетами безоговорочно и до некоторой степени некритично. Но вскоре скептицизм по поводу дизайн-мышления начал просачиваться на страницы деловых журналов и изданий о вопросах образования.

Критиковали за многое: дизайн-мышление не имеет четкого определения, аргументы в пользу его применения полагаются скорее на случай, чем на факты, и вообще это не более чем традиционный здравый смысл, грамотно упакованный маркетологами и выставленный на продажу по солидным консалтинговым расценкам. Поскольку некоторые концепции дизайн-мышления воспринял мир политики, а социальные изменения преподносятся как нечто инновационное, беспокойство вокруг этого подхода стало просачиваться и в общество.

Между тем, большинство критиков упускают из виду главную проблему дизайн-мышления — стремление сохранить и защитить статус-кво. И в этом смысле дизайн-мышление — устаревшая стратегия. Оно дает дизайнеру или разработчику превосходство над теми, для кого он работает, тем самым ограничивая участие других лиц в проектировании. При этом дизайн-мышление упускает из виду действительно новаторские идеи и затрудняет решение задач с низкой степенью определенности — например, проблемы климатических изменений, потому что привычные пути решений приводят нас прямиком к катастрофе.

Новое название старого метода

Для понимания причин принципиальной консервативности дизайн-мышления важно взглянуть на предшественников этого метода. Хотя дизайн-мышление часто подается как инновационный метод, оно поразительно похоже на более раннюю модель решения задач — «рационально-экспериментальную», превозносившуюся в 1970-х и 1980-х годах. А то, что назвали рационально-экспериментальным подходом, на самом деле было упрощенной и популяризованной версией научного метода. Точно так же и дизайн-мышление оказалось стилизованной версией (или как еще говорят, версией для чайников) тех методов, которыми пользуются разработчики проектов. Рационально-экспериментальный подход был призван реформировать деятельность компаний и властей, и его с таким же энтузиазмом, как сегодня дизайн-мышление, приняли менеджеры и политики.

Сходства между действиями в этих двух методах столь велико, что дизайн-мышление можно даже принять за его имитацию. Рационально-экспериментальный метод был выстроен вокруг серии шагов, каждый из которых подводил к определению решения. Дизайн-мышление обычно описывается таким же образом — как последовательность стадий разработки, в которой каждая стадия отражает различные аспекты дизайн-мышления.

Рационально-экспериментальный способ решения задач основывается на предпосылке, что поиск решения должен опираться на имеющиеся данные о проблеме. Дизайн-мышление немного расходится с такой предпосылкой в том, что разработчик сам должен собирать информацию о проблеме, опираясь на опыт заказчика, через эмоциональную связь, которую он с ним выстраивает. Этот этап называется эмпатией.

На этом процедурные различия между двумя подходами заканчиваются. Следующий шаг в обоих подходах связан с тем, чтобы определить проблему или трудности разработки. Затем переходят к идее о том, как решить задачу. В рационально-экспериментальном подходе этот шаг назван «фазой гипотезы», в дизайн-мышлении он называется «представлением». Оба метода отрабатывают предложенные решения. Это называется «реализацией» в старом подходе и «прототипированием» в дизайн-мышлении. Несмотря на сходства последнее требует больше обратной связи и наблюдений.

Конечная стадия — оценка эффективности эксперимента (в рационально-экспериментальном подходе он называется «оценкой», в дизайн-мышлении – тестом). Этот шаг запускает повторяющийся аспект обоих подходов к решению проблем: разработчики проектов получают информацию и возвращаются к предыдущим стадиям для уточнения своих гипотез и/или решений.

Защищая интересы управленцев

Как дизайн-мышление, так и рационально-экспериментальный подход подспудно защищают интересы управленцев, особенно когда речь идет о разработках в социальной сфере. Оба подхода ограничивают практику решения задач только последователями конкретной специфической методологии. Фактически решения проблем всегда непоследовательны: им зачастую придает форму политическая повестка и нехватка ресурсов. И принимаются те из них, которые одобряются руководителями или хотя бы большинством. Так рационально-экспериментальный подход и дизайн-мышление обеспечивают прикрытие для политических решений. Они попросту превращают действия, продиктованные социальными и политическими причинами, в технический и эстетический процесс.

Не первый день существует стремление сделать решение задач и разработку проектов и процессов более прозрачными и демократичными. Эксперименты с политической сфере — от составления бюджета до общественных совещаний по политическим вопросам, от принятия указов по районированию до реализации бюрократических реформ — проводятся давно.

Более того, разработчики и социальные инноваторы добиваются обратной связи от целевой аудитории и даже стараются собирать творческие идеи пользователей для улучшения создаваемых продуктов. Однако даже в таких открытых процессах именно разработчик или политик в конечном счете решают, какие идеи и предпочтения учесть и задействовать.

Одно различие между дизайн-мышлением и рационально-экспериментальным подходом к решению проблем заключается в том, что последний признает неоднозначность, которая предшествует любому креативному решению. В каком-то смысле это хорошо. Тем не менее это подтверждает привилегированную роль дизайнера. Именно через него в первую очередь должны проходить все идеи, превращающие разработку в финальную конструкцию. Именно он преобразует хаос в чистые линии элегантного решения. И поскольку вклад, который вносит разработчик в процессе проектирования, нельзя четко сформулировать, он в некоторой степени освобожден от необходимости объяснять и защищать свой выбор.

Кроме того, дизайнер сам генерирует идеи для эмпатической связи с пользователями. Это значит, что любые потребности пользователей и сообществ преломляются через его личный опыт и приоритеты. Субъективность неизбежна, и дисциплины, основанные на эмоциональном участии в сборе данных, подчеркивают этот момент. Однако дизайн-мышление обходит стороной этот вопрос, таким образом отгораживая дизайнеров от обвинений в предвзятости, уязвимых местах и политическом влиянии.

Защищая статус-кво

Проблема привилегированной роли разработчика или даже небольшой группы разработчиков состоит в том, что она радикально сужает инновационный потенциал. Причина кроется в массиве идей, которые сталкиваются друг с другом, когда проблема все еще не определена, и порождают новые связи между собой. Приверженцы дизайн-мышления ценят связи, которые охватывают разные точки зрения, дисциплины и категории вещей, и рассматривают этот вид абдуктивного рассуждения как ядро для креативных решений.

Однако, когда дизайнер действует как проводник идей, включенных в процесс разработки, инновационный потенциал ограничивается не только тем, что дизайнер считает значимым, но и его мышлением и воображением.

Полная версия статьи доступна подписчикам

Почему так сложно научить критическому мышлению? / Newtonew: новости сетевого образования

Почти всякий согласится, что основная, но редко достигаемая цель образования — научить критически мыслить. Компонентами критического мышления принято считать умение увидеть обе стороны проблемы, способность быть открытым к новой информации, которая может опровергнуть ваши идеи, способность рассуждать беспристрастно, требовать, чтобы всякое утверждение подкреплялось доказательством, делать выводы и обобщения из наличествующих фактов, решать сопутствующие проблемы. При этом существуют и специфические типы критического мышления, зависящие от предмета обучения — то, что мы имеем в виду, когда говорим «рассуждать как учёный» или «мыслить как историк».

Дэниэл Виллингэм

американский психолог-когнитивист, популяризатор научного подхода в педагогике и методике преподавания

Эти здравые представления очень часто оборачиваются призывами обучить «навыкам критического мышления» и абстрактными разговорами о том, что учащиеся должны лучше рассуждать, логически обосновывать и тому подобное. Ведущие бизнесмены и работники кадровых агентств на самом высоком уровне настойчиво призывают школы лучше обучать детей критическому мышлению. Совет колледжей США недавно пересмотрел государственный экзамен SAT, чтобы он более соответствовал данным целям, одна из корпораций предложила специальный тест для проверки навыков критического мышления у студентов колледжей.

Всё это уже не ново. В 1983 году Национальная комиссия по образованию и повышению квалификации представила доклад «Нация под угрозой». Выяснилось, что значительное количество 17-тилетних не владеет «продвинутыми» интеллектуальными навыками, в которых так нуждается страна.

Утверждалось, что почти 40% выпускников не могут сделать выводы из прочитанного, и только пятая часть из них могла убедительно формулировать мысли в письменном виде.

После публикации доклада стали популярны всевозможные программы обучения студентов критическому мышлению. К 1990 году большинство штатов разработало руководства для учителей по преподаванию такого мышления. Самая распространенная программа такого рода — Tactics for Thinking — позволила продать 70 тысяч методичек. По причинам, которые я объясню ниже, программы не были особенно эффективны — мы и по сей день продолжаем жаловаться на то, что учащиеся не могут критически мыслить.

 

Алексей Тыранов «Девушка, опирающаяся на руку»(источник: Википедия)

После двадцати с лишним лет жалоб и призывов, которые не привели к улучшению, возможно, настала пора задать ключевой вопрос: можно ли вообще научить критическому мышлению? Многолетние исследования процессов познания приводят к неутешительному ответу на этот вопрос. Ранее предполагалось, что навык соответствующего мышления — что-то вроде езды на велосипеде, овладев которым однажды, можно использовать в любой ситуации. Когнитивистика доказала, что мыслительные процессы не похожи на подобные навыки.

Мыслительные процессы неразрывно связаны с содержанием наших мыслей. Соответственно, напоминая ученику «посмотреть на проблему с разных точек зрения», мы только приучаем его к мысли, что он обязан это сделать. Но если сам он не так много знает об объекте рассуждения, то он и не сможет судить с разных точек зрения. Можно заставить выучить догмы о том, как следует правильно мыслить, но без сопутствующих знаний и опыта ученики вряд ли смогут применить советы на практике. Бессмысленно обучать фактам, не давая понять, как их использовать, и равно бессмысленно учить критическому мышлению, лишенному фактического содержания.

В данной статье я постараюсь рассказать о природе критического мышления, объяснить, почему оно так трудно в применении и обучении, и поговорить о том, как учащиеся осваивают особый тип критического мышления: мышление научное. Вместе с тем мы увидим, что критическое мышление не является набором навыков, применимых во всякое время и в любом контексте. Это особое умение, в котором может преуспеть трехлетний ребенок и потерпеть неудачу профессиональный ученый. И очень многое здесь зависит от практики и предметного знания.

Почему критически мыслить так тяжело?

Педагоги давно отметили, что посещаемость и даже академическая успеваемость не гарантируют здравых рассуждений. Существует странная тенденция: «правильное» мышление, которому научили в школе, заставляет ребенка цепляться за частные примеры или типы задач. Скажем, решая математическую задачу, ученик может оценить до начала вычислений, какого ответа не может быть ни в коем случае, но в химической лаборатории он запросто может ошибиться. А студент, способный глубокомысленно рассуждать о причинах Гражданской войны 1918 г., и не подумает себя спросить о том, как немцы относились ко Второй Мировой.

Почему учащиеся, способные критически мыслить в одной ситуации, цепенеют в другой?

Попросту говоря, мыслительные процессы завязаны на том, о чем конкретно мы думаем. Давайте рассмотрим этот процесс подробнее на примере хорошо изученного способа мыслить критически: решения задач.

 

Художник: Оскар Бьорк(источник: Pinterest)

Вообразим младшеклассников, которые решают задачи вроде «У меня было пять яблок». Почему те, кто может решить задачу про яблоки, пасуют перед задачей про вёдра с водой, хотя математически они одинаковы? Школьники здесь фокусируются на сюжете задачи (её поверхностной структуре), а не на математическом смысле (глубинной структуре). И, хотя их обучили решать частный случай задач, стоит описанию в учебнике измениться, младшеклассники не могут приложить к нему знакомое решение, поскольку не осознают, что задачи математически тождественны.

Чтобы понять, почему поверхностный смысл задач так отвлекает и почему так трудно использовать испытанные решения в незнакомых ситуациях, разберёмся в механизмах понимания.

Мы автоматически интерпретируем всё, что слышим или читаем, исходя из того, что уже знаем о похожих вещах.

Прочитайте этот абзац:

 

— После многолетнего давления со стороны кино- и телеиндустрии президент направил в Китай официальную жалобу на нарушение прав американских компаний. Компании посчитали, что правительство КНР устанавливает жёсткие ограничения на легальное распространение американской развлекательной продукции в стране, в то время как на китайском рынке процветает пиратство, а американское кино продается на чёрном рынке.

Знание контекста позволяет вам продолжить чтение, сократив разброс интерпретаций текста. Скажем, если дальше вам попадется слово «Буш», вы не будете гадать, относится оно к бывшему президенту США, австралийскому кустарнику или одноименной рок-группе. Слово «пиратство» также вряд ли напомнит вам об одноглазых матросах, кричащих «На абордаж!». Мы воспринимаем мир таким образом, что вновь поступающая информация связана с тем, о чём вы думали секундой раньше. Это значительно сужает диапазон интерпретации слов, предложений и концепций. Преимуществом процесса является то, что мы быстрее и проще понимаем, о чём речь. Обратная его сторона в том, что от нас ускользает глубинная структура повествования.

Чем меньше идей для интерпретации возникает у нас при чтении, тем вернее это значит, что мы фокусируемся на поверхностных признаках. Вот ещё пример — испытуемые в одном эксперименте решали такую задачу:

Детская задачка:

 

— Участники школьного оркестра долго репетировали парад к ежегодной встрече выпускников. Сперва они маршировали колоннами по 12, но Эндрю оказался позади в одиночестве. Затем встали в колонны по восемь, но Эндрю опять не досталось места в строю. Даже когда встали по трое, повторилась та же история. Наконец, рассердившись, Эндрю сказал, что нужно встать в ряды по пять человек, тогда никто не будет лишним. Он оказался прав. Мы знаем, что в строю было больше 45, но меньше 200 музыкантов — сколько всего было участников в школьном оркестре?

Перед тем, как получить эту задачу, школьники прочитали детальные разъяснения решения нескольких других задач. Одна из них была аналогична задаче про оркестр, только в ней говорилось об овощах. Но лишь 19% учащихся смогли «опознать» задачу про овощи и применить её решение в примере про музыкантов. Как же так получилось?

Когда школьник читает задачу «с сюжетом», он интерпретирует её в ключе того, что читал перед этим. К сожалению, сложность в том, что нужная вроде бы информация увязывается с поверхностным смыслом задачи. Ученик думает об оркестрах, школе, музыкантах и не может подумать о глубинной структуре задачи, чтобы привести её к общему знаменателю с задачей про овощи. Сюжет лежит на поверхности, а математический смысл — нет. Потому первая задача и не помогает большинству в решении второй: в сознании учеников одна была про овощи, а другая — про парад музыкантов.

Знания помогают нам проникнуть за внешнюю оболочку вещей

Если бы знание о решении вообще бы не срабатывало в задачах с новым описанием, в школьном обучении было бы мало смысла. Однако рано или поздно нужное понимание появляется. Сложно сказать, как оно возникает и за счёт чего, но для педагогов в этом смысле важны два фактора: наличие у ученика представления о внутренней структуре задачи и знание о том, что это структуру нужно искать.

 

Художник: Эллен Эммет Рэнд(источник: Pinterest)

Я остановлюсь подробнее на обоих пунктах. Если человек хорошо знаком с внутренней структурой задачи, его легко обучить решению. Понимание структуры может прийти после долгого изучения конкретной задачи или разных задач с одинаковой структурой. Когда человек постоянно решает одно и то же, он воспринимает внутреннюю структуру уже на порах описания задачи. Вот пример:

Ещё одна задачка:

 

— Охотник за сокровищами хочет обследовать пещеру в горах возле пляжа. Он подозревает, что в пещере много ходов и разветвлений, поэтому он боится заблудиться. Карты пещеры у него нет, в рюкзаке только обыкновенные предметы вроде фонарика. Что ему предпринять, чтобы точно не заблудиться и выбраться из пещеры?

Решение данной задачи — насыпать в рюкзак песка с пляжа и просыпать его по дороге в пещере, оставляя за собой след, по которому можно выбраться обратно. Среди опрошенных американских студентов к этому пришли 75%, но среди китайских — только 25%. Предполагается, что высокий результат среди американцев объясняется тем, что большинство из них слышали в детстве сказку о Гензеле и Гретель — где брат с сестрой оставляли за собой след, чтобы вернуться. В ходе эксперимента студентам затем предложили разгадать загадку, ответ которой схож с мотивом китайской народной сказки, и процент правильно ответивших среди американцев и китайцев поменялся ровно в противоположную сторону.

Итак, постоянное обращение к определенной задаче помогло нашим студентам немедленно опознать глубинную структуру этой задачи в другом примере. Американцы не размышляли над условиями, а сразу думали о предмете, который поможет им оставить за собой след. Внутренний смысл задачи настолько запечатлён в их сознании, что они его сразу же опознали.

Поиски глубинной структуры помогают, но не слишком

Теперь обратимся к следующему фактору, который помогает в обучении, несмотря на отвлекающие различия во внешних описаниях задач — это знание о том, что вообще нужно искать внутреннюю структуру. Предположим, я скажу ученику, решающему задачу с оркестром, что она похожа на задачу про сад. Он поймет, что у обеих задач есть нечто общее и попытается установить, что именно. Ученики могут прийти к этому и без намеков с моей стороны.

Например, они могут подумать: «Раз уж мы решаем эту задачу на уроке математики, должна быть математическая формула, которая облегчит решение». Затем можно покопаться в своей памяти (или в учебнике) и узнать, какая формула подходит.

Это именно то, что психологи называют метапознанием или регулировкой мыслей. Во вступлении к статье я упоминал, что ученикам можно внушить максимы о том, как им следует мыслить. Учёные-когнитивисты называют такие максимы метапознавательными стратегиями. Это маленькие отрывки общих знаний вроде «ищи внутреннюю структуру задачи» или «учти обе стороны проблемы», которые ученик может запомнить и с их помощью направить свои мысли в продуктивном направлении.

 

Художник: Уолтер Фирле(источник: Pinterest)

Помогать ученикам лучше управлять их мыслями было одной из целей программ критического мышления, популярных двадцать лет назад. Эти программы были не слишком эффективны. Своим скромным достижениям они обязаны как раз обучению детей метапознавательным стратегиям. Студенты и школьники обучились избегать распространенных ошибок рассуждения: останавливаться на первом выводе, который показался логичным, искать только те свидетельства, которые подтверждают наше мнение, игнорировать свидетельства обратного, переоценивать свои силы и тому подобное. То есть студент, которому много раз говорили обратить внимание на обе стороны проблемы, рано или поздно начинал думать об этом сам, столкнувшись с новой задачей.

К сожалению, ничего сверх этого метапознавательные стратегии нам дать не могут. Они подсказывают, что надо сделать обязательно, но не говорят о том, как именно это осуществить.

Например, когда ученикам всё-таки сказали, что задача об оркестре похожа на задачу с садом, это увеличило количество решивших задачу (35% против 19%), но большинство всё-таки не смогло её решить даже зная, что надо делать. Вы можете знать, что нельзя останавливаться на первом разумно звучащем решении проблемы, но при этом можете и не найти других решений или определить, какое разумнее всего. Для этого нужно обладать знаниями в данной области и опытом их применения.

Критическое научное мышление настолько тесно связано с необходимостью знания о предмете изучения, что педагоги вправе поинтересоваться: не проще ли обучать критическому мышлению именно в определенной области знания. Ответ — легче, но не намного. Чтобы понять почему, обратимся к науке и рассмотрим феномен научного мышления.

Легко ли мыслить как учёный?

Обучение научной проблематике было предметом интенсивных исследований на протяжении десятилетий, и эти исследования можно разделить на две ветви.

Первая обращается к тому, как дети усваивают научные концепции — например, как они преодолевают наивные представления о движении и заменяют их представлениями о физических процессах.

Вторая ветвь как раз относится к тому, что мы называем научным мышлением, производимым в уме операциям, которые управляют научным процессом: построение модели, выделение гипотезы, проведение эксперимента для проверки гипотезы, сбор данных, их интерпретация и так далее.

Большинство исследователей считает, что научное мышление — это один из подтипов мышления, который используют дети и взрослые. Научным его делает знание о том, когда его следует применять, и достаточное количество информации и опыта, чтобы применить.

Исследования показывают: умения рассуждать недостаточно. И дети, и взрослые постоянно неправильно применяют навыки мышления в сходных процессах.

Рассмотрим пример, имеющий важное значение для понимания причины и следствия в науке: условные вероятности. Если две вещи происходят одновременно, вероятно, одна послужила причиной для другой.

Задачка на понимание условных вероятностей:

 

— Допустим, вы начали принимать лекарство и заметили, что у вас стала часто болеть голова. Вы заподозрите, что лекарство повлияло на головные боли. Но возможно также, что лекарство повышает шансы возникновения боли лишь в определенных условиях.

Применение представления об условной вероятности событий является ключевым для научного мышления, поскольку оно важно для понимания, что является причиной чего. Но люди, как правило, понимают эту проблему в зависимости от того, как сформулирован вопрос.

Исследования показали, что взрослые понимают проблему условной вероятности, но не могут её применить во многих необходимых случаях. Даже профессиональные ученые могут допустить логическую ошибку в рассуждениях об условной вероятности событий (как и в других рассуждениях). Врачи зачастую недооценивают или неправильно интерпретируют новые сведения о пациенте, противоречащие поставленному ими диагнозу. Доктора наук становятся жертвой ошибочных рассуждений, когда сталкиваются с проблемой в незнакомом контексте.

 

Художник: Евгений Кацман(источник: Pinterest)

В то же время, маленькие дети порой могут рассуждать в терминах вероятности. В одном эксперименте трёхлетним детям показали коробку, из которой играет музыка, если на нее положить один из двух кубиков или оба вместе. Дети не только легко вычислили, какой кубик включает машину, но и догадались, как её выключить — положив «нерабочий» кубик.

Выводы из этих экспериментов можно сделать такие: дети не так глупы, как вы могли подумать, а взрослые (и профессиональные учёные) не так умны, как вы могли подумать.

Что же получается? Прежде всего, общее представление о критическом, научном, историческом мышлении как о сумме неких навыков, видимо, неверно. Критическое мышление нельзя свести к навыкам в традиционном понимании — в отличие от навыка, его не получится применять всякий раз, когда захочется.

Допустим, я скажу вам, что научился нотной грамоте. Вы поймете, что я смогу теперь пользоваться этим навыком в любое время. Но, как мы заметили, обсуждая условную вероятность, люди могут и пользоваться критическим мышлением без подготовки, и отказываться от него, даже имея большой опыт применения. Понять, что критическое мышление не является навыком, очень важно. Это подсказывает, что обучение студентов и школьников критически мыслить в меньшей степени связано с научением новым способам думать, и в гораздо большей — с научением о том, как правильно применять нужные рассуждения в нужное время.

Вновь обращаясь к науке, зададим себе вопрос: можно ли обучить студентов мыслить научно? В некотором роде. Вспомним, что, обсуждая решение задач, мы установили: ученикам можно внушить метапознавательные стратегии, которые помогут им видеть сквозь внешнее описание задачи и опознавать её глубинную структуру, на шаг приближаясь к решению. Примерно то же самое можно сделать и в области научного мышления.

Но, как и в решении задач, такие стратегии только подсказывают, что нужно сделать, а не дают знания о том, как именно. Хорошая новость состоит в том, что внутри научных областей существует больше подсказок, которые помогут студенту понять, какую метапознавательную стратегию использовать. Преподаватели же будут яснее представлять, какой области знания следует уделить особое внимание, чтобы студенты могли использовать свои стратегии.

Задачка для младшеклассников:

 

— Так, два учёных обучили школьников во втором, третьем и четвертом классах концепции управляющих переменных. Она состоит в том, что в двух сравниваемых положениях все одинаково, кроме одной переменной, которую и нужно исследовать. Ученые детально объяснили, как эта концепция помогает в проведении экспериментов, а затем выдали школьникам для эксперимента пружины. Их попросили ответить, какой из этих факторов определяет, насколько сильно распрямится пружина после сжатия: её длина, диаметр витка, диаметр проволоки, вес?

Исследование показало, что младшеклассники не только поняли концепцию управляющих переменных, но и вспомнили и применили её семь месяцев спустя, с другими материалами и другими учеными. Школьники поняли, что вновь проводят эксперимент, и вспомнили, какой метапознавательной стратегией уже пользовались.

Почему научное мышление зависит от суммы научного знания

Специалисты по преподаванию науки рекомендуют обучать научным рассуждениям в контексте общего знания об определённом предмете. Национальный исследовательский совет прямо говорит: «Теория без практики и обучение практической работе в отрыве от научной теории равным образом не приведут к успеху».

К таким выводам пришли, осознав, что знание о предмете необходимо для научного мышления. Например, важно знать, что для эксперимента необходима контрольная группа. Но знать это — ещё не значит быть способным её создать. Не всегда возможно сформировать две абсолютно схожие группы, поэтому следует представлять, какие факторы в группах могут отличаться, а какие для чистоты эксперимента должны быть одинаковы. Так, если мы исследуем быстроту реакции, контрольные группы должны быть отобраны по возрасту, но могут разниться по полу.

Это не единственный пример того, как «фоновые» знания помогают рассуждать научно. Возьмём разработку исследовательской гипотезы. Для разных ситуаций можно придумать множество гипотез. Допустим, машина А имеет меньший расход бензина, чем машина В, и вы хотите узнать, почему. Машины между собой серьёзно отличаются, с чего начать сравнивать? С размера двигателя? Давления в шинах? Ключ к составлению гипотезы в данном случае — осмысленность. Вы вряд ли станете рассуждать о расходе бензина, исходя из цвета машины. Однако, если это вдруг окажется осмысленным, например, подросток покрасил свою машину в красный и начал гонять как бешеный, придётся исследовать и этот фактор. Таким образом, представление об осмысленности того или иного фактора зависит от наших знаний в данной сфере.

 

(источник: Pinterest)

Другие данные показывают, что знакомство с определённой областью знаний позволяет нам одновременно оперировать разными факторами и конструировать более сложные эксперименты. Например, в одном эксперименте восьмиклассники столкнулись с двумя задачами. В одной они должны были поддерживать жизнь воображаемых животных в компьютерной симуляции, управляя условиями их среды. В другой их попросили оценить, как площадь поверхности воды в бассейне влияет на скорость охлаждения воды в нём. В первом случае школьники справились лучше — видимо потому, что факторы, которые надо оценивать, были им более знакомы. Детям знакомо то, что влияет на существование (еда, наличие хищников, свет), но у них меньше опыта наблюдения за факторами изменения температуры воды (объём, площадь поверхности). Мы видим, что «контроль переменных в эксперименте» — это не какой-то абстрактный процесс, он тоже подвержен влиянию представлений экспериментатора об этих переменных.

Первоначальные знания и убеждения не только влияют на то, какую гипотезу мы скорее выберем для исследования, они также искажают нашу интерпретацию данных эксперимента. Так, в одной школе оценили уровень знаний старшеклассников об электрических схемах. Затем эти старшеклассники приняли участие в трёх еженедельных занятиях продолжительностью 1,5 часа, где с помощью компьютера, они моделировали схемы и ставили эксперименты, чтобы понять работу электричества. Результаты показали зависимость выводов школьников от их первоначальных знаний о предмете. Те, кто приступал к экспериментам с лучшим пониманием предмета, составляли более информативные эксперименты и лучше распоряжались полученными результатами.

Другие исследования привели к схожим выводам. Было установлено, что аномальные или неожиданные результаты экспериментов важны для появления новых знаний. Данные, которые кажутся странными, поскольку не укладываются в нашу модель, крайне информативны. Они показывают, что наше понимание неполно, и ведут к разработке новых гипотез. Но вы можете охарактеризовать результат эксперимента как «аномальный» только если уже обладали представлением о том, к чему он приведёт. А это представление основано на общем знании предмета, так же как и ваша новая гипотеза, которая уже будет учитывать предыдущий аномальный результат.

Идея о том, что научное мышление должно изучаться одновременно с научными проблемами как таковыми, также подтверждается исследованиями решения научных задач — тех, которые решаются подобно задачам из учебника, а не проведением экспериментов. Метаанализ 40 экспериментов показал, что в решении задач эффективны подходы, основанные на построении разносторонней базы знаний. Неэффективные подходы фокусировались на решении конкретной задачи, игнорируя знания, необходимые для понимания этого решения.

Какие выводы мы сделали из всех этих исследований?

  • Во-первых, критическое мышление (а также научное и другие сопутствующие типы мышления) не является навыком. Не существует критическо-мыслительных умений, которыми можно раз и навсегда овладеть и пользоваться независимо от контекста.
  • Во-вторых, существуют метапознавательные стратегии, которым можно научиться, и которые помогут критическому мышлению.
  • В-третьих, способность критически мыслить зависит от предметного знания и опыта.

Таким образом, для преподавателей ситуация небезнадежна, но, как можно было предположить, обучить критическому мышлению — крайне непростая задача.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

20 лет нового мышления – Власть – Коммерсантъ

1 ноября 1987 года в Москве прошла презентация книги генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева «Перестройка и новое мышление для нашей страны и для всего мира». Некоторые из ее положений за 20 лет устарели, а некоторые выглядят до боли свежо.

О перестройке

«…Перестройка — это назревшая необходимость, выросшая из глубинных процессов развития нашего социалистического общества. Оно созрело для перемен, можно сказать, оно выстрадало их. А задержка перестройки уже в самое ближайшее время могла бы привести к обострению внутренней ситуации, которая, прямо говоря, заключала в себе угрозу серьезного социально-экономического и политического кризиса.

К таким выводам нас подвел широкий и откровенный анализ ситуации, которая сложилась в обществе к середине 80-х годов. Именно с ней, с ее проблемами пришлось столкнуться руководству страны, в состав которого в последние годы постепенно стали входить новые люди…

В своем анализе ситуации в стране мы прежде всего столкнулись с торможением роста экономики. Темпы прироста национального дохода за последние три пятилетки уменьшились более чем вдвое, а к началу 80-х годов они упали до уровня, который фактически приблизил нас к экономической стагнации. Страна, прежде энергично догонявшая наиболее развитые страны мира, начала явно сдавать одну позицию за другой…

Гонка «вала», особенно в тяжелой промышленности, оказывалась «сверхзадачей», прямо-таки самоцелью. То же самое происходило в капитальном строительстве, где из-за длительных сроков проведения работ омертвлялась значительная часть национального богатства. Воздвигались дорогостоящие, но не обеспечивающие выход на высшие научно-технические показатели объекты. Лучшим работником или предприятием признавался тот, кто больше израсходует труда, материалов и денег. Нормально, когда производитель, если так можно сказать, «ублажает» потребителя, а у нас потребитель оказался во власти производителя, вынужден пользоваться тем, что тот ему соблаговолит отпустить. И опять-таки все это дань «валу»…

Воспитанные на идеях приоритета количественного роста производства, мы пытались задержать падение темпов, но действовали преимущественно методом все новых и новых затрат — наращивали топливно-энергетические отрасли, форсировали вовлечение в производство природных ресурсов…

Так инерция экстенсивного роста тянула в экономический тупик, к застою в развитии. Нарастало финансовое напряжение в народном хозяйстве. Не помогал, а лишь загонял болезнь внутрь широкий выход на мировой рынок с нефтью и другими топливно-энергетическими и сырьевыми товарами. Валютная выручка от их продажи использовалась в основном на решение текущих задач, а не на цели модернизации экономики…

Складывалась нелепая ситуация. Огромное по масштабу производство стали, сырьевых и топливно-энергетических ресурсов, в чем СССР уже давно не знает себе равных, и рядом — их нехватка, дефициты вследствие расточительного, неэффективного использования. Одно из первых мест в мире по производству продовольственного зерна — и необходимость ежегодно закупать миллионы тонн зерна на корма. Самое большое число врачей, больничных мест на тысячу человек населения — и вместе с тем серьезные недостатки, снижение качества медицинской помощи. Наши ракеты с поразительной точностью находят комету Галлея и летят на свидание к Венере, а рядом с этим триумфом научной и инженерной мысли — явное отставание в применении научных достижений для нужд народного хозяйства, отставание от современного уровня многих наших бытовых приборов.

Но и это, к сожалению, не все. Как-то тихо, вроде бы незаметно начали подтачиваться идейные и нравственные ценности… Верх брала пропаганда успехов — реальных и мнимых, свыклись с пренебрежительным отношением к справедливым требованиям и мнению рядовых тружеников, общественности…

«Беспроблемный» показ действительности сослужил плохую службу: образовался разрыв между словом и делом, порождающий общественную пассивность, неверие в провозглашаемые лозунги. Понятно, что в такой ситуации стало падать доверие к тому, к чему призывали, что говорилось с трибун, печаталось в газетах и в учебниках. Начался упадок общественной нравственности, ослаблялось великое чувство солидарности людей друг с другом, выкованное в героическое время революции, первых пятилеток, Отечественной войны и послевоенного возрождения, стали расти алкоголизм, наркомания и преступность, усилилось проникновение в советское общество стереотипов из чуждой нам «массовой культуры», навязывающей пошлость, примитивные вкусы, бездуховность.

Произошло ослабление партийного руководства, была упущена инициатива в некоторых важных общественных процессах. Уже у всех на виду были застой в руководстве, нарушение естественного процесса его смены. На каком-то этапе это привело к ослаблению работоспособности Политбюро и Секретариата ЦК партии, да и в целом Центрального Комитета КПСС, партийного и государственного аппарата.

Подлинная забота о людях, условиях их жизни и труда, социальном самочувствии нередко подменялась политическим заигрыванием, массовой раздачей наград, званий, премий. Складывалась обстановка всепрощения, снизились требовательность, дисциплина, ответственность. Все это пытались прикрыть проведением парадных мероприятий и кампаний, празднованием многочисленных юбилеев и в центре, и на местах. Мир повседневных реальностей и мир показного благополучия все больше расходились друг с другом.

Многие партийные организации на местах не смогли удержаться на принципиальных позициях, повести решительную борьбу с негативными явлениями, вседозволенностью, круговой порукой, с ослаблением дисциплины… Многие коммунисты, занимавшие руководящие посты, оказались вне контроля и критики, что привело к провалам в работе, серьезным нарушениям.

В некоторых руководящих звеньях появилось пренебрежительное отношение к законам, мирились с многочисленными фактами очковтирательства и взяточничества, угодничества и славословия. Справедливое возмущение трудящихся вызывало поведение работников, которые, будучи облечены доверием и полномочиями, злоупотребляли властью, глушили критику, наживались. Некоторые даже стали соучастниками — а то и организаторами — преступных действий…»

О социализме

«…Кое-кто на Западе хотел бы навязать нам такую версию: социализм, дескать, переживает глубокий кризис, заводит общество в тупик. Именно в таком духе интерпретируется наш критический анализ ситуации, сложившейся в стране в конце 70-х—начале 80-х годов. И, дескать, выход один: заимствование капиталистических методов ведения хозяйства и форм общественной организации, дрейф в сторону капитализма.

Нам говорят, что с перестройкой ничего не получится в рамках ныне действующей системы, и предлагают изменить ее, обратиться к арсеналу и опыту другого социально-политического строя. К этому еще добавляют, что если СССР пойдет по этому пути, откажется от своего социалистического выбора, то, дескать, это откроет шлагбаум для налаживания тесных отношений с Западом. Дело доходит до того, что и Октябрь 1917 года был ошибкой, чуть ли не отрезал наш народ и нашу страну от магистрального пути общественного прогресса.

Чтобы исключить всякие кривотолки и спекуляции по этому вопросу — а их мы немало слышим с Запада,— хочу еще раз подчеркнуть: все свои преобразования мы осуществляем в соответствии с социалистическим выбором, ответы на вопросы, поставленные жизнью, мы ищем в рамках социализма, а не за его пределами. Все свои успехи и ошибки мы измеряем социалистическими мерками. Тем, кто надеется, что мы свернем с социалистического пути, предстоит горькое разочарование. Вся наша программа перестройки как в целом, так и в ее отдельных компонентах полностью базируется на принципе: больше социализма, больше демократии…

Мы будем идти к лучшему социализму, а не в сторону от него. Мы говорим это честно, не лукавим ни перед своим народом, ни перед заграницей. Ожидать, что мы начнем создавать какое-то другое, несоциалистическое общество, перейдем в другой лагерь,— дело бесперспективное и нереалистичное…»

О гласности

«Процесс демократизации, идущий в стране, не только находит отражение в публикациях, но и все больше охватывает деятельность самих средств массовой информации. Постепенно, как бы размораживаясь, включают все новые темы наши газеты, журналы, радио и телевидение. Один из признаков общего оживления прессы — предпочтение диалогических материалов монологическим формам. Отчеты и самоотчеты все больше уступают место разнообразным интервью, беседам за «круглым столом», публикациям писем читателей…

В то же время оказалось, что такой стиль пришелся не всем по вкусу. Особенно тем, кто не привык, не умеет, да и не хочет жить и работать в условиях гласности и развития критики. Именно из этой среды исходит недовольство в адрес средств массовой информации, а в ряде случаев — открытое требование приглушить гласность, обуздать ее.

Спор о том, не слишком ли много критики, нужна ли столь широкая гласность, не приведет ли демократизация к нежелательным явлениям, мы не рассматриваем как нечто негативное. В нем по-своему присутствует забота о стабильности нашего общества. Можно ведь и заболтать демократию, заболтать гласность, извратить их. Но есть люди, которые вроде бы ратуют за новое, а как доходит до дела, то обставляют развитие демократии, критики, гласности разного рода условиями, оговорками…

Будет ли ЦК КПСС продолжать линию на гласность через печать, средства массовой информации, при активном участии самих граждан — такого вопроса больше нет. Гласность нам нужна как воздух…

Другое дело, в условиях перестройки, демократизации критерии и характер критики тоже меняются. Критика — это прежде всего ответственность, и чем она резче, тем должна быть ответственней. Ибо та или иная статья на общественную тему — это не только личностное самовыражение, не просто отражение собственных мнений, а то и комплексов или амбиций. Это — дело общественное… Я так считаю: честному, открытому, прямому разговору, пусть несущему сомнения,— добро пожаловать! Если же ты примеряешь на нас кафтан с чужого плеча, тогда извини… Гласность призвана укреплять наше общество. А утверждать есть что. Сомневаться в этом могут только те, кому социалистическая демократия и наши требования ответственности мешают удовлетворять амбиции, далекие от интересов народа…»

О новом мышлении

«Утверждают порой, что огромные задачи, которые поставила перестройка в нашей стране, продиктовали и необходимость мирных инициатив, с которыми мы вышли в последнее время на международную арену. Это упрощенное толкование. Хорошо известно, что Советский Союз давно ведет курс на мир и сотрудничество, вносил и ранее много предложений, которые, будь они в свое время приняты, оздоровили бы международную обстановку.

Да, мы заинтересованы в нормальных международных условиях для нашего внутреннего прогресса. Но мы за мир без войны, без гонки вооружений, за безъядерный и ненасильственный мир не только потому, что это оптимальное условие для нашего внутреннего развития. Это объективная потребность всемирного масштаба, вытекающая из современных реальностей.

Но наше новое мышление идет дальше… Человечество оказалось перед небывалыми задачами, без совместного решения которых его будущее ставится под вопрос. Все страны теперь взаимосвязаны как никогда. А накопление вооружений, особенно ракетно-ядерных, делает все более вероятной вспышку мировой войны даже непреднамеренно, случайно: из-за технической неполадки или из-за психического сбоя. Жертвой же окажется все живое на Земле.

Уже все, кажется, согласны, что в такой войне не будет ни победителей, ни побежденных, но ведь не будет и уцелевших… Перспектива ядерной смерти, несомненно, самый чудовищный из «сценариев», по которому может пойти развитие событий. Но проблема еще и в другом. Спираль гонки вооружений вкупе с военно-политическими реалиями мира, сохраняющимися традициями доядерного политического мышления, мешают налаживать то сотрудничество стран и народов, без которого — с этим согласны и на Востоке, и на Западе — государствам Земли не сохранить природу, не обеспечить разумное использование и воспроизводство ее богатств…

Да, мир сегодня не такой, как вчера, и его новые проблемы не могут решаться на основе образа мышления, унаследованного от прежних веков. Разве можно теперь держаться за тезис о войне как продолжении политики иными средствами?

Словом, мы в советском руководстве пришли к выводу — и не устаем повторять его — о необходимости нового политического мышления. Причем советское руководство стремится энергично перевести его в плоскость практических действий, прежде всего в сфере разоружения. Этим продиктованы внешнеполитические инициативы, которые мы честно предложили миру…»

О США и Западе

«Мы откровенно говорим о том, что не приемлем гегемонистские устремления и глобалистские притязания США. Нам не нравятся какие-то аспекты американской политики и жизни. Но мы признаем право народа США, как и всякого другого, жить по своим правилам и законам, по своим обычаям и вкусам. Мы знаем и учитываем огромную роль США в современном мире, ценим вклад американцев в мировую цивилизацию, считаемся с законными национальными интересами США, понимаем, что без этой страны невозможно устранить угрозу ядерной катастрофы, обеспечить устойчивый мир. У нас нет никаких недобрых намерений в отношении американского народа. Мы хотим и готовы сотрудничать по всем направлениям.

Но сотрудничать на основе равенства, взаимопонимания и взаимодвижения. Нас порой не просто разочаровывает, но наводит на серьезные размышления, когда в Соединенных Штатах нашу страну воспринимают как агрессора, «империю зла» и т. п., распространяют о ней разные небылицы, сплетни, сеют недоверие и неприязнь к нашему народу, провоцируют разными запретами, ведут себя с нами просто нецивилизованным образом. Это — близорукость недопустимая…

Некоторые политические деятели и средства массовой информации, особенно в США, пытаются представить перестройку в нашей стране как «либерализацию», предпринимаемую под давлением Запада. Конечно, нельзя не отдать должного западным пропагандистам — они весьма профессионально ведут словесную игру в демократию. Но мы поверим в демократизм западных обществ тогда, когда там рабочие и служащие начнут свободно на общих собраниях избирать владельцев заводов и фабрик, директоров банков и т. п., когда средства массовой информации начнут регулярно критиковать корпорации, банки и их хозяев, рассказывать о реальных процессах в странах Запада, а не только вести бесконечный и бесполезный спор с политическими деятелями.

Иные критики наших реформ упирают на неизбежность болезненных явлений в ходе перестройки. Пророчат нам инфляцию, безработицу, рост цен, усиление социального расслоения, то есть то самое, чем так «богат» Запад. Или исподволь внушают: у Центрального Комитета сильнейшая оппозиция — партийно-государственный аппарат. Или такой ход: у вас, мол, и армия против, и КГБ еще не сказал своего слова. Все пущено в ход. Но должен огорчить наших оппонентов: сегодня члены Политбюро, Центрального Комитета сплочены как никогда, и ничто эту сплоченность не в состоянии поколебать. И в армии, и в КГБ, и в любом другом ведомстве высший авторитет — партия, ей принадлежит политически решающее слово. Перестройка только еще больше укрепила позиции партии, придала новое качество ее моральной и политической роли в обществе и государстве…»

почему планирование не всегда идет на пользу?

Вы руководите выполнением проекта и все продумали до мелочей.

Уже составлен подробный план. Вы обсудили ожидания с руководителями и с участниками команды, организовали процесс создания отчетов.

И вдруг, когда проект уже в самом разгаре, участники команды обращаются к вам с предложением: им кажется, что они нашли более эффективный способ выполнить один из этапов работ.

Знакомая ситуация? Такое часто происходит в сфере управления проектами. Если вы единственный, кто несет ответственность за выполнение работ, вы будете до последнего думать, что ваш подход самый верный.

Но подумайте вот о чем: возможно, вы ограничиваете пространство для маневра, необходимое участникам вашей команды для перехода на новый уровень эффективности. Если вы планируете все до мелочей и не позволяете сотрудникам действовать гибко, им становится сложно адаптироваться к новой информации и изменяющимся требованиям.

Так что же делать? Менеджерам проектов пора начинать думать о себе не только как о планировщиках, но как о людях, помогающих участникам команды полностью раскрыть свой потенциал.

Для этого необходимо поощрять оба подхода к решению проблем и использовать дивергентное и конвергентное мышление.

В чем разница между дивергентным и конвергентным мышлением?

«Дивергентное мышление — это процесс открытия новых идей и возможностей — без критики, анализа и обсуждений. Этот тип мышления позволяет нам «играть в ассоциации», не ограничивать свою фантазию и обсуждать новые способы решения сложных задач, на которые нет единого, правильного, известного ответа», — объясняет Энн Мэннинг, партнер-учредитель Drumcircle LLC и преподаватель Гарвардского университета.

Представьте себе мозговой штурм, во время которого вы обсуждаете, какую из проблем компании нужно решить прежде всего. Участники выдвигают самые разные предложения, в том числе и те, которые с первого взгляда кажутся неосуществимыми. Это и есть дивергентное мышление. 

Ну а теперь, когда у вас есть длинный список смелых идей, что делать дальше? В идеальном мире следующим этапом станет использование конвергентного мышления.

Что такое конвергентное мышление?

«Конвергентное мышление связано с анализом, оценкой и принятием решений. Это процесс, в ходе которого мы берем множество идей, оцениваем, анализируем все «за» и «против» и, наконец, принимаем решение», — говорит Мэннинг.

Некоторые из таких идей отбрасываются, потому что они требуют слишком больших денежных затрат, времени и ресурсов, или потому что они слишком необычны. То есть, по сути, конвергентное мышление — это процесс рационального отбора идей с целью отыскать наилучшее решение.

Взгляните на упражнение, демонстрирующее разницу между двумя типами мышления, которое Энн Мэннинг проводит со своими студентами:

Конвергенты против дивергентов — есть ли смысл в соперничестве?

Каждый из нас способен использовать и конвергентное, и дивергентное мышление в зависимости от ситуации. Однако при решении проблем и выполнении проектов обычно мы склоняемся к чему-то одному.

«Некоторые люди от природы склонны к дивергентному мышлению. Именно такие сотрудники любят предлагать что-то новое, — говорит Мэннинг. — И именно они вносят наибольший вклад в решение очень сложных проблем, потому что формулируют оригинальные идеи, которые оказываются новаторскими и полезными».

Но если вы слишком привержены определенному типу мышления, это может привести к серьезным трудностям. «Слишком большая склонность к дивергентному мышлению приводит к генерации бесполезных идей и отсутствию реальных решений. Переизбыток конвергентного мышления влечет за собой отсутствие новых идей и так называемый аналитический ступор», — добавляет Мэннинг.

Управление проектами и мнимое преимущество конвергентного мышления

Давайте рассмотрим пример. Дивергентное мышление начинается с цели — допустим, вам нужно привлечь за месяц тысячу новых потенциальных клиентов. Для начала вы проводите мозговой штурм, чтобы найти новые идеи и решения для достижения этой цели: вечеринки с участием экспертов, прямые рассылки подарочных карт и тд.

Далее вы переходите к оценке этих вариантов и выбираете из них наиболее перспективные. И это уже пример использования конвергентного мышления.

Именно такой подход к работе над проектом наиболее успешен, но менеджеры проектов слишком часто упускают первый этап. Они так стремятся поскорей составить план, что не уделяют времени игре воображения. Просто выбирают уже испытанное решение, привязывают его к цели и начинают действовать.

Этот подход опасен по нескольким причинам. Во-первых, вы вновь и вновь эксплуатируете одни и те же старые идеи — не потому, что они лучшие, а потому, что с ними вам проще.

Во-вторых, это снижает ваши шансы на успех. Конкурентоспособные организации должны быть гибкими и способными к адаптации. Они должны рассматривать все возможные варианты, а не сразу приступать к планированию или использовать все тот же аргумент: «А мы всегда так делали».

«Проблема вовсе не в планах — сами по себе планы очень полезны, — пишет руководитель в сфере программного обеспечения Крис Гэйдж в своей статье для Medium. — Проблема в людях, которые не могут обойтись без планирования, чьей инстинктивной реакцией на любой неизвестный фактор становится навязчивое желание составить план, чтобы добиться «определенности». Сюрприз: определенности не существует. И когда вы пытаетесь идеально сделать то, что не идеально по самой своей задумке, вы сковываете себя по рукам и ногам».

Как развить склонность к дивергентному мышлению

Хотя менеджерам проектов следует поощрять в команде склонность к дивергентному мышлению, нельзя забывать и о таких важнейших вещах, как сроки и эффективность. Как же сохранить баланс?

Как встроить дивергентное мышление в процесс планирования проектов? Предлагаем несколько рекомендаций, которые помогут вам быть достаточно гибкими, чтобы адаптироваться к изменяющимся целям и требованиям, и при этом не сбиться с пути.

1. Выделяйте достаточно времени, чтобы применить оба подхода

И конвергентное, и дивергентное мышление очень важны для творческого решения проблем и планирования проекта, а это значит, что вам нужно выделить время и на то, и на другое.

«Но мы именно так и поступаем! — можете воскликнуть вы. — Мы столько мозговых штурмов провели, что вам и не снилось!»

Но задумайтесь вот о чем: позволялось ли участникам этих мозговых штурмов действовать как дивергенты — выдвигать абсолютно любые идеи и знать, что их рассмотрят и оценят позже? 

Стремление использовать и дивергентное, и конвергентное мышление одновременно совершенно непродуктивен. «Объединять эти два типа мышления — все равно что давить одновременно и на тормоз, и на газ. Так вы никуда не уедете», — заключает Мэннинг.

Хотя оба типа мышления необходимы для достижения успеха, их следует разделять. Для начала расскажите об этих двух типах членам проектной группы. Что значит думать как дивергент? Что такое конвергентное мышление? Почему это так важно, и как научиться использовать оба подхода?

Когда вы проводите мозговой штурм, подчеркните, что на этот раз участники должны прибегнуть к дивергентному мышлению. Какой бы недостижимой или безумной ни казалась та или иная идея, все они будут рассмотрены позже. Напомните участникам команды, что они не должны критиковать чужие предложения.

Тем самым вы дадите людям возможность проявить себя в качестве дивергентов, а потом уже перейдете к планированию. По словам 38% сотрудников, они перестали проявлять инициативу только лишь потому, что руководители сразу отметали их идеи. А это значит, что дивергентное мышление не только улучшает результаты проектов, но и поднимает уровень мотивации.

2. Внедрите решение для управления совместной работой

Решение для управления работой?! А разве это не еще один инструмент для составления планов и выполнения налаженных рабочих процессов?

Верно. Платформа для управления проектами и совместной работы (такая как Wrike) — это отличная возможность постоянно получать актуальную информацию о планировании и выполнении проекта. Но лучшие из таких платформ дают вам свободу действий, необходимую для поддержки дивергентного мышления.

Упоминания и комментарии в реальном времени упрощают совместное воплощение в жизнь амбициозных идей и позволяют обойтись без многочисленных совещаний и пересылки информации по электронной почте. Гибкая структура папок и настраиваемые поля помогают менеджерам проектов быстро вводить новые шаблоны проектов и настраивать рабочие процессы.

Проще говоря, хорошая платформа для управления проектами и совместной работы не только упрощает выполнение повторяющихся рабочих заданий, но и дает достаточно гибкости для использования дивергентного мышления и адаптации к изменяющимся целям и требованиям.

3. Избавьте себя и других от рутины

У кого найдется время на генерацию нестандартных идей, когда приходится постоянно обновлять статусы, назначать задачи и составлять планы проектов? Менеджеры проектов потому и переходят сразу к конвергентному мышлению, и решают задачи путем наименьшего сопротивления, потому что вынуждены экономить каждую минуту.

Однако есть новые технологии, позволяющие избавить менеджеров проектов и других сотрудников от трудоемкой рутинной работы. Например, автоматизация рабочего процесса избавляет от необходимости вручную назначать задачи исполнителям, создавать шаблоны проектов или рассылать уведомления об обновлении статуса.

Такие решения, как Zapier и Azuqua упрощают установление связи между программными системами и позволяют беспрепятственно передавать информацию между различными платформами — без копирования и вставки! Многие ведущие платформы также предлагают встроенные возможности интеграции.

Сведение к минимуму объемов повторяющейся работы позволяет командам уделять больше времени дивергентному мышлению, которое раньше задвигалось на задний план. Переложите часть рутинных обязанностей на машины, а сами занимайтесь тем, на что способен только человек!

Планирование ради творчества — это возможно!

Вам может показаться, что планирование и творчество — два взаимоисключающих понятия. Но, оценив все плюсы и минусы дивергентного и конвергентного мышления, вы поймете, что они прекрасно уживаются вместе.

Вы всегда сможете найти время и место для обоих подходов, и самые эффективные менеджеры проектов понимают, когда и как ими можно воспользоваться. Следуйте нашим рекомендациям, и вы сможете успешно выполнять проекты и при этом действовать гибко и радоваться переменам и новым идеям.

Хотите испытать решение для управления проектами и совместной работы, поддерживающее и дивергентное, и конвергентное мышление? Подпишитесь на 14-дневную бесплатную пробную версию Wrike!

Они все понимают. Как думают кошки, собаки и другие домашние животные

На школьных олимпиадах по физике часто дают задания на «черные ящики». Участники получают по коробочке с неизвестными электрическими компонентами внутри и несколькими входами и выходами. С помощью вольтметра и амперметра школьники могут проводить разные измерения с этой системой, а потом должны восстановить, какая электрическая схема находится внутри коробки.

Подобных «черных ящиков» в науке очень много, и мышление животных, пожалуй, один из самых загадочных среди них. Такое задание под звездочкой. Мы не знаем наверняка, что происходит в головах наших любимых зверьков, и рассуждать об их мыслях можем только по сигналам на выходах этой системы, то есть по их поведению в тех или иных условиях.

Попугаи: знают о будущем и мыслят категориями

У американского психолога Ирэн Пепперберг было два необычных попугая. Первый из них, Гриффин, можно сказать, умел избегать сиюминутных удовольствий ради долговременных перспектив. А точнее, он научился отказываться от овсянки ради более заманчивых лакомств — орехов и конфет.

В эксперименте перед Гриффином сначала ставили чашку с овсяными хлопьями, и если по прошествии некоторого времени (от десяти секунд до пятнадцать минут) он не трогал это скромное угощение, то потом Гриффина награждали едой повкусней. Постепенно попугай понял правила этой нехитрой игры на терпение и стал выигрывать награду почти в 90% случаев. А чтобы справиться с искушением, он расчесывался, зевал или даже откидывал несчастную чашку с овсянкой куда подальше. Одним словом, вел себя, как ребенок в знаменитом эксперименте с зефиркой.

Другого попугая Ирэн звали Алекс, и он не только умел говорить, но и различал предметы по их форме, цвету, размеру и материалу. При этом попугай не бездумно запоминал объекты вместе с их характеристиками, а, видимо, собрал у себя в голове пусть и небольшую, но вполне внятную систему понятий. Так, он верно называл формы геометрических фигур, которые видел первый раз в жизни («четыре угла» или, скажем, «три угла»), или в ответ на вопрос «Какого цвета зерно?» отвечал: «Желтый», даже когда вокруг зерен не было.

Алекс также владел логическими категориями вроде «больше-меньше» или «похожий-одинаковый-различный». В одном эксперименте ему показывали два ключа: один из них — металлический — был поменьше, а другой — сделанный из зеленой пластмассы — побольше. Попугая спрашивали, чем они отличаются между собой, и Алекс совершенно верно отвечал, что цветом. Потом ему задавали дополнительный вопрос о том, какой из ключей больше, и снова получали правильный ответ — «зеленый».

Впрочем, даже самый бесчувственный человек вряд ли мог назвать Алекса этакой пернатой машиной по категоризации предметов. В экспериментах он часто отвлекался от скучной фактологии и мог, к примеру, затребовать себе в награду банан или вернуться в клетку со словами «хочу уйти». 5 сентября 2007 года, когда Ирэн вечером уходила из лаборатории, Алекс сказал: «You be good. See you tomorrow. I love you» («Будь хорошей. Увидимся завтра. Я люблю тебя»), и эти слова были последними в жизни необычного попугая. На следующее утро Алекса нашли мертвым — он скончался от внезапной закупорки кровеносных сосудов.

Собаки: заглянуть в черный ящик

Собаки способны на уйму самых разных вещей и, например, могут без всяких подсказок отличать до 200 игрушек, но для ученых-когнитивистов это не самое главное. Гораздо интересней то, что покорность собак и их преданность человеку позволяет приоткрыть «черный ящик» мышления животных.

Сегодня собаки — это единственные животные, которые могут по доброй воле неподвижно лежать в МРТ-сканере, если их убедить, что это действительно нужно хозяевам. С другими животными такие фокусы не пройдут: даже если нам и удастся загнать в МРТ-сканер кошку или кролика, то они вряд ли будут лежать там спокойно и позволят снять активность своего мозга.

В одном эксперименте ученые изучали, что происходит в мозге собаки, когда она предвкушает удовольствие. Животных помещали в МРТ-сканер и подавали им разученный сигнал, означавший, что скоро собаку ожидает награда в виде любимого лакомства. После этого ученые включали томограф и смотрели, что происходит в собачьем мозге. Оказалось, что такие вкусные перспективы запускали у животных мыслительные процессы, схожие с человеческими. Предвкушение награды возбуждало в мозгу собаки хвостатое ядро точно так же, как эту зону «зажигает» у бизнесменов предчувствие скорой прибыли.

В этом аспекте мышление собак оказалось вполне похожим на человеческое, поэтому неудивительно, что многие хозяева собак воспринимают своих питомцев если не как взрослых людей, то, как минимум, косматыми и скулящими детьми. Эксперименты показали, что у людей, смотрящих в глаза своим собакам, вырабатывается нейромодулятор окситоцин, отвечающий в том числе за формирование чувства привязанности матери к ребенку.

Кошки: гуляют сами по себе и обладают эпизодической памятью

Где собаки — там и кошки, а точнее вечное сравнение собак и кошек, которое в когнитивной этологии, изучающей мышление животных, корректным образом провести очень непросто. Дело в том, что кошки не такие компанейские создания, как собаки, и авторитет хозяина для них — понятие почти неуловимое. В свое время основные мыслительные ресурсы кошачьих пошли не на социальный интеллект, как у охотящихся большими сложноорганизованными стаями волков и собак, а на развитие интеллекта сенсомоторного, без которого гордым одиночкам тиграм или, скажем, леопардам поймать шуструю добычу было бы совершенно невозможно.

Поэтому ученые очень тщательно планируют свои эксперименты на кошках и стараются их максимально вовлечь в происходящее: на одной любви к хозяину кошки ничего делать просто не будут. Самый простой способ заинтересовать кошек — это предложить им побольше еды. Так в недавнем исследовании и поступили японские ученые.

В первом эксперименте они взяли 49 кошек и по очереди запускали их в комнату с четырьмя мисками, полными еды. Животным давали попробовать угощение из двух мисок, а потом выгоняли их, чтобы четверть часа спустя вернуть в комнату, где теперь стояли четыре точно такие же, но абсолютно пустые миски. Кошки сразу начинали искать пропавшую еду, с особым рвением исследуя не те миски, из которых они уже успели поесть, а, наоборот, нетронутые раньше миски: по-видимому, они наивно предполагали, что уж в них еда точно никак не могла закончиться и надо только внимательнее посмотреть и понюхать, чтобы найти запрятанное лакомство.

Во втором эксперименте кошкам снова предлагали четыре миски, но теперь расклады поменялись: две миски были заполнены едой, третья была пустой, а в четвертой лежал заведомо несъедобный объект — черная шпилька для волос. В этот раз кошкам давали поесть только из одной миски, после чего их снова выгоняли куда подальше, а потом возвращали к пустому столу. В этом случае животные уже больше всего внимания обращали на ту единственную миску, где точно лежала нормальная, съедобная и не опробованная ими еда.

Так в аккуратном эксперименте ученые показали, что кошки не следуют на автомате логике «положительное подкрепление — инстинкт» (здесь была вкусная еда, а значит, она может появиться еще раз), а наоборот, умеют на основе своих воспоминаний составлять вполне цельные (хоть и наивные для наблюдателей) модели событий.

Рыбы: сложные социальные взаимодействия

Искушения попугаев, логика кошки и такое человеческое предвкушение удовольствия у собак — может показаться, что если домашние животные и умеют думать, то такое умение досталась только самым «продвинутым» из них, а мысли и чувства загадочным образом возникают только вместе с «позвоночностью». Но в действительности это, конечно, не так. Тем же рыбам еще есть, чем удивить скептиков.

Возьмем, к примеру, губанов-чистильщиков. В природе эти маленькие рыбки обитают на коралловых рифах и постоянно обслуживают других рыб, удаляя паразитов с их чешуи, жабр и прямо изо рта. Швейцарский этолог Редуан Бшари в аквариумных экспериментах, подкрепленных наблюдениями, изучил, как организован этот подводный клининговый бизнес.

Рыба приплывает на рабочую точку губана и принимает какую-то особенную позу. Кто-то пошире расправляет плавники и приоткрывает рот, кто-то столбиком замирает вниз головой, но главное, губан понимает по этой позе, что его клиент готов к обработке, и определяет новоприбывшего в импровизированную очередь, где вперед всегда принимают ненадежных кочующих рыб, а уже потом, по мере возможности, переходят к постоянным оседлым рыбам, которые могут в ожидании приема лениво пошелестеть водорослями, съесть немного планктона или заняться еще какими необременительными делами в духе «вы пока журнальчики тут почитайте».

С каждой рыбой чистильщики выстраивают собственную стратегию отношений. С кем-то они постоянно и откровенно жульничают, откусывая во время санитарной процедуры частички кожи беззащитных рыб, а кому-то, наоборот, — персональный план обслуживания: например, акул губаны не принимают в своем подводном кабинете (акулы по природе своей не могут стоять на месте), а обслуживают прямо на ходу, заискивающе кружась вокруг этих грозных хищников.

Всюду мысль

Этолог Адриаан Кортленд однажды наблюдал, как дикая шимпанзе на 15 минут прервала вечернюю трапезу, чтобы полюбоваться красками заката, а потом как ни в чем не бывало вернулась к еде. В тексте мы показали примеры сознательного поведения лишь у домашних животных не только потому, что они понятней и ближе людям, но и потому, что иначе потонули бы в океане самых разных примеров.

Одни только обезьяны умеют миллионы разных вещей — сооружать орудия труда, планировать свои действия, учиться на чужих действиях и даже сочувствовать боли. В Лондонском зоопарке их даже когда-то научили проводить настоящие чаепития, во время которых животные так чинно сидели за столом, что под давлением уязвленной публики их пришлось обратно переучить проливать чай, бить посуду и промышлять другими проказами, несовместимыми с настоящим викторианским духом.

Ну, а если вы даже теперь думаете, что животные — это простое бездушные мясные машины, управляемые инстинктами, то вот последняя история, далекая как от домашних питомцев, так и от смышленых обезьян. Однажды где-то у берегов Калифорнии дайверы помогли киту выпутаться из сетей рыбаков, а тот, вместо того чтобы в страхе ретироваться в океан, стал плавать по большому кругу вокруг своих спасителей и, осторожно приближаясь к каждому человеку, как бы благодарить его легкими тычками носом. Все сознание этого огромного животного будто ликовало одним светлым мотивом — «спасен, живу».

Многие из примеров, описанных в тексте, взяты из книги Франса де Вааля «Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных», выпущенной на русском издательством «Альпина нон-фикшн».

 Михаил Петров

Страница не найдена |

Страница не найдена |

404. Страница не найдена

Архив за месяц

ПнВтСрЧтПтСбВс

13141516171819

20212223242526

2728293031  

       

       

       

     12

       

     12

       

      1

3031     

     12

       

15161718192021

       

25262728293031

       

    123

45678910

       

     12

17181920212223

31      

2728293031  

       

      1

       

   1234

567891011

       

     12

       

891011121314

       

11121314151617

       

28293031   

       

   1234

       

     12

       

  12345

6789101112

       

567891011

12131415161718

19202122232425

       

3456789

17181920212223

24252627282930

       

  12345

13141516171819

20212223242526

2728293031  

       

15161718192021

22232425262728

2930     

       

Архивы

Метки

Настройки
для слабовидящих

39 Типы мыслительных процессов

  1. Руководство по карьере
  2. Развитие карьеры
  3. 39 Типы мыслительных процессов
Редакционная группа Indeed

15 апреля 2021 г.

Мысль — это группа мыслительных процессов, которые помогают людям формировать ассоциации между различными элементами и понять, как устроен мир. Хотя каждый может использовать схожие мыслительные процессы, различия в активности и функциях мозга от человека к человеку могут заставлять людей воспринимать их по-разному.В этой статье мы обсуждаем, что такое мыслительные процессы, почему они важны, и приводим 39 типов процессов и примеры того, как они могут функционировать.

Что такое мыслительные процессы?

Мыслительные процессы — это тип когнитивной деятельности, в которой используются умственные способности для завершения и понимания определенных функций человеческого опыта. Эти операции могут позволить вам решать проблемы, принимать решения или создавать и оценивать новые идеи.

Почему мыслительные процессы важны?

Процессы мышления помогают нам ориентироваться в мире.Они помогают нам понять взаимодействие с другими людьми и то, почему люди делают то, что они делают. Процессы мышления также могут помочь нам лучше понять самих себя и почему у нас есть определенные чувства или предпочтения. Определение и практика использования этих операций может помочь людям лучше общаться и общаться друг с другом за счет понимания сложных ситуаций и конструкций, в которых мы все участвуем.

Типы мыслительных процессов

Типы мыслительных процессов, в которых могут участвовать люди, включают:

Абдуктивное мышление

Абдуктивное рассуждение — это процесс формулирования теорий для объяснения вещей, которые вы видите в окружающем мире.Например, если вы посмотрите на улицу и заметите, что небо зеленое, вы можете предположить, что надвигается торнадо.

Абстракция

Абстракция — это процесс создания идей и концепций из вещей, которые вы не можете ощутить в этом мире. Эмоции и чувства — два примера абстрактных идей. Рассмотрим такие слова, как «любовь», «ненависть» и «страх». Хотя вы можете определить эти слова с точки зрения других вещей — возможно, вы любите кого-то, потому что он слушает, как вы говорите о своих разочарованиях, когда вы злитесь, — но сами концепции абстрактны.

Рассуждения по аналогии

Рассуждения по аналогии — это метод использования аналогий, чтобы помочь понять концепции или развить смысл в определенных ситуациях. Например:

Мик должен объяснить своим аспирантам статистические закономерности и графики. Им сложно понять концепцию, которая им кажется случайной. Он использует аналогию с тем, что статистический график подобен спринклерной системе, и хотя кажется, что каждая капля падает случайно, на самом деле она попадает в точно рассчитанную формулу, которую вы можете создать, работая в обратном порядке с заданными данными.

Аналитическое рассуждение

Аналитическое рассуждение — это процесс проработки ситуации с использованием фактов, не нуждающихся в интерпретации. Например, при отслеживании социальных сетей или веб-метрик на определенных платформах специалисты могут использовать аналитические рассуждения. Им не нужно интерпретировать данные. Вместо этого они смотрят на приведенные числа, чтобы сделать вывод об изменениях в вовлеченности, веб-трафике и других элементах.

Связано: Аналитические навыки: определения и примеры

Обратная индукция

Обратная индукция — это процесс рассуждения по ситуациям, начиная с их потенциальных выводов.Например, принося новую мебель в свой дом или офис, вы можете работать в обратном направлении, чтобы определить, как вы доставите ее через коридоры и дверные проемы в желаемое место.

Когнитивные предубеждения

Когнитивные предубеждения — это модели мышления, которые заставляют людей принимать решения или совершать действия на основе необоснованных личных предпочтений. Примеры могут включать, какой тип рубашки вы выбираете для покупки в магазине, человека, которого вы выбираете, чтобы присоединиться к вашей команде по кикболу на уроке физкультуры, тип еды, которую вы выбираете в буфете, или первого человека, с которым вы разговариваете в комнате, полной незнакомцев. .

Холодная логика

Холодная логика — это тип мышления и принятия решений, который игнорирует человеческие факторы, такие как эмоции или последствия. Например, генеральный директор может уволить всю команду, чтобы сэкономить деньги, не принимая во внимание чувства или потребности сотрудников.

Концептуальное мышление

Концептуальное мышление — это способность определять закономерности на основе данной информации. Например, если детектив замечает увеличение количества звонков в службу экстренной помощи из определенного района каждый вторник с 18:00 до 18:00.м. и 19:00. он может счесть эту картину подозрительной и провести дополнительное расследование.

Гипотеза

Гипотеза — это способность сделать предположение или предположение о теории даже без всей необходимой информации. Частые зрители детективных и криминальных фильмов и телешоу могут строить догадки при просмотре новых выпусков. Они могут догадаться, кто преступник, в самом начале процесса просмотра, прежде чем увидят все доказательства.

Созерцание

Созерцание — это акт размышления об одной идее в течение длительного периода.Например, если вы пытаетесь решить, принимать ли предложение о работе, вы можете сидеть и думать о потенциальных преимуществах, логистике смены профессии или других факторах, связанных с принятием предложения, в течение нескольких часов за раз.

Конвергентное мышление

Конвергентное мышление — это процесс, который помогает вам найти логичный или правильный ответ, следуя заранее определенному набору шагов. Решение математических задач может быть одним из примеров конвергентного мышления. Часто есть правильный ответ на математическую задачу, и вы можете найти его, используя правильные процедуры или формулы.

Контрфактическое мышление

Контрфактическое мышление — это процесс размышлений о невозможных вещах, которые не могут произойти. Например, размышления о том, как ваша жизнь или карьера могли бы измениться, если вы приняли определенное решение, задействуют контрфактическое мышление, потому что вы не можете изменить прошлое.

Творчество

Творчество — это процесс изобретения новых и уникальных мыслей или идей. Творчество — это навык, который часто ассоциируется с людьми художественных профессий, таких как графический дизайн, музыка или архитектура.Тем не менее, представители бизнеса и смежных областей могут также использовать творческий потенциал для изобретения новых продуктов или процессов для улучшения своей организации.

Связано: Как делать заметки

Критическое мышление

Критическое мышление — это процедурный процесс, который помогает людям сформировать мнение, критику или суждение. Например, тестировщики продуктов или члены фокус-групп могут использовать критическое мышление при оценке эффективности нового продукта.

Дивергентное мышление

Дивергентное мышление — процесс поиска решения проблемы путем изобретения альтернативных методов выполнения.Большинство людей считают это противоположностью конвергентного мышления.

Связано: что есть дивергентное мышление? (С советами)

Эмоциональный интеллект

Эмоциональный интеллект — это способность распознавать и понимать свои эмоции и эмоции других людей. Умение определять, когда вы счастливы, грустны или боитесь, — это один из примеров эмоционального интеллекта. Другой может включать в себя понимание того, расстроен или обеспокоен ваш друг или коллега, на основании их манер, тона или выражения лица.

Объяснение

Объяснение — это процесс принятия идеи или концепции и их перевода в речь, письменные слова или символы, понятные другим. Например:

В последний месяц машина Линдси издавала громкий лязгающий звук, когда он включал зажигание. Когда он приезжает на осмотр, машина уже не шумит в магазине. Он пытается сказать своему механику, как звучит шум, используя слова, чтобы они могли определить проблему.

Поток

Поток — это состояние сосредоточения, в котором человек обращает внимание только на необходимые задачи для своего проекта или ситуации.Это важный элемент повышения производительности и эффективности. Писатель или редактор могут участвовать в потоке, чтобы уложиться в сроки или создать большой объем контента за короткое время.

Свободные ассоциации

Свободные ассоциации — это процесс быстрого связывания мыслей или концепций вместе без анализа того, почему вы их связываете. Писатели, руководители маркетинга или другие люди, которые проводят мозговой штурм, чтобы получить как можно больше идей.

Обобщение

Обобщение — это способность сделать предположение для целого, когда даны данные из определенного количества частей.Например, кто-то может предположить, что его любимая спортивная команда выиграет матч у своего соперника, потому что он уже выиграл у него три других матча в сезоне.

Групповое познание

Групповое познание — это широкий термин, обозначающий акт участия в социальных мыслительных процессах, в которых несколько людей думают и обсуждают вещи вместе. Собрания персонала и собрания для мозгового штурма могут быть идеальными условиями для группового познания.

Эвристика

Эвристика — это быстрые суждения или решения, которые люди принимают, чтобы помочь им обработать огромное количество информации или быстро пройти через определенные ситуации.Например:

Тим на работе обедает. Он идет в гастроном через улицу и заказывает фирменный салат-ланч и лимонад. Он выносит свой поднос на задний двор и прищуривается, чтобы найти место. Он берет единственный доступный столик с зонтиком.

Воображение

Воображение — это способность думать о вещах, с которыми вы не сталкивались, или о вещах, которых не существует. Писатели-фантасты — один из примеров людей, которые могут использовать свое воображение.

Индуктивное рассуждение

Индуктивное рассуждение — это процесс формулирования теорий, позволяющих делать обоснованные предположения о наблюдениях.Например, если вы заметили большие грязные заклепки во дворе вашего соседа, вы можете использовать индуктивное рассуждение, чтобы подумать, что через них проехала машина.

Вывод

Вывод — это способность делать предположения на основе уже известной вам информации. Например, если вы узнали в новостях, что в ваш город приезжает государственный чиновник, чтобы выступить с речью, вы можете предположить, что временное закрытие дорог по всему городу связано с этим визитом.

Инстинкт

Инстинкт — это действие, когда вы делаете что-то естественное для вас, не задумываясь об этом.Взяв ручку пишущей рукой или выставив руки, чтобы приготовиться к падению, когда вы теряете равновесие, могут быть примерами инстинкта.

Внутренний монолог

Внутренний монолог — это слова, которые вы думаете в своей голове, не произнося их вслух. Обдумывание того, что вы приготовите на ужин сегодня вечером, сидя в тихом офисе, может быть примером внутреннего монолога.

Самоанализ

Самоанализ — это процесс размышления о собственных эмоциях, действиях и самооценке.Вы можете заняться самоанализом после принятия эмоционально мотивированного решения или после разговора с другом или коллегой.

Интуиция

Интуиция — это акт познания чего-либо без осознанного понимания того, почему. Примерами интуиции могут быть такие практики, как планирование, подготовка или протоколы безопасности, или ожидание чьих-то следующих фильмов.

Суждение

Суждение — это процесс оценки информации, которая может повлиять на ваши действия и решения.Вы можете рассуждать, решая доверять коллеге или совершая крупную покупку.

Логика

Логика — это процесс, который заставляет задуматься о возможных исходах ситуации и их вероятности. Вы можете использовать логику при рассуждении определенных типов.

Метапознание

Метапознание — это процесс размышления о мышлении. Вы можете заниматься метапознанием при изучении таких тем, как психология.

Связанные: Метакогнитивные навыки: определение и примеры

Мысленный глаз

Ваш мысленный глаз — это техника, используемая для визуализации реальных сцен или визуальных абстракций внутри вашей собственной головы без физического взгляда на них в данный момент.Воспоминание о прошлых событиях использует ваш мысленный взор.

Мотивированное рассуждение

Мотивированное рассуждение — это процесс использования логики или примера для поддержки сделанного вами выбора или решения. Например, если вы решите не делать что-либо из страха, вы можете указать причину, по которой есть данные, доказывающие, что это небезопасно.

Предсказание

Предсказание — это способность делать предположения о будущем событии. Вы можете подкрепить прогнозы опытом, тенденциями или другими данными.

Рациональное мышление

Рациональное мышление — это состояние разумного и рассмотрения возможности вещей, которые могут произойти или могут произойти.

Ситуационная осведомленность

Ситуационная осведомленность — это понимание обстоятельств конкретной ситуации, на которые, помимо других факторов, влияют восприятие, суждение или интуиция.

Социальное познание

Социальное познание — это процесс понимания того, как принимать участие в социальных ситуациях. Умение вести себя на деловой встрече или на официальном обеде может быть примером социального познания.

Ход мысли

Ход мысли — это способность соединять вместе различные отдельные идеи или концепции, даже если они кажутся не связанными друг с другом.

Вы говорите, чтобы думать, или думаете, чтобы говорить?

В середине собрания по планированию я небрежно заметил, что некоторые люди говорят, чтобы думать, , а другие думают, чтобы говорить, . Группа прекратила обсуждение и попросила меня сказать больше.

Так же, как некоторые люди двигаются быстрее или медленнее, некоторые реагируют быстрее, а другие говорят медленнее. Если вы говорите, чтобы думать, по ходу вы говорите о том, что вы делаете и чему учитесь. Если вы думаете поговорить, вы обычно держите свои мысли в секрете, пока не получите что-то конкретное, чтобы сказать, пока вы не поймете, как действовать, или, возможно, пока не закончится обучающая часть того, что вы делаете.

Я попросил каждого задуматься о своем собственном стиле общения с людьми: «Вы говорите, чтобы думать, или вы думаете, чтобы говорить?» Финансовый директор, уравновешенный бухгалтер, все еще обдумывал свой ответ, а его общительный босс выпалил: «Я говорю». Его откровенный ответ изменил характер нашей встречи.

Большинство руководителей в зале никогда не догадывались, что их босс часто думает вслух, говоря что-то просто для того, чтобы генерировать идеи или извлечь уроки из диалога. Осознание того, что это могло быть так, побудило людей с большей вероятностью задавать вопросы генеральному директору в ответ на будущие предложения или комментарии и узнать больше о том, насколько тщательно их начальник рассмотрел его заявление.В долгосрочной перспективе это незначительное осознание сыграло важную роль в улучшении всех их отношений и, в конечном итоге, в том, как они управляли своей компанией.

К сожалению, большинство возможностей обучения — включая официальные встречи, классы и неформальные беседы за обедом — очень мало подходят для обеих групп. У тех, кто разговаривает с мыслящими, часто не хватает времени, чтобы поговорить. У мыслящих людей редко бывает достаточно времени, чтобы поразмыслить.

Вы умеете говорить и думать?

Если вы обучаетесь по принципу «говори и думай», я подозреваю, что вы постоянно говорите во время обучения.Вы, вероятно, озвучиваете идеи и говорите, что у вас на уме. Поскольку вы полагаетесь на отзывы других людей, вы можете предпочесть работать в группе или в команде. Даже когда вы один, вы можете поймать себя на том, что разговариваете сами с собой.

Из детства вы можете вспомнить школьные дни, когда вы отвечали на просьбу учителя, быстро поднимая руку или выпаливая ответы. Даже сейчас вы, вероятно, теряете терпение, когда работаете с человеком, который не торопится, прежде чем ответить, и слышите, как вы перебиваете или заполняете пробелы, когда кто-то говорит медленно.

Советы для учащихся, которые думают и думают

  • Будьте прозрачны: Вступайте в высказывания со словами: «Я просто думаю вслух» и просите других указать (мягко), когда вы слишком много говорите.
  • Объявите о своих намерениях: Если вы склонны постоянно говорить, люди могут не осознавать, когда вы готовы двигаться вперед. Дайте им знать, когда вы пришли к выводу, а не когда просто подбрасываете идеи.
  • Попросите комментариев: Если вы не получили мнение или предложение сразу, уточните, о чем вы просите.Некоторым людям нужно время, чтобы осмыслить ваш вопрос, прежде чем они смогут ответить. Ваш четкий запрос может помочь им ответить раньше.
  • Дождитесь ответа: Если вы склонны излагать идеи быстрее, чем это делают окружающие, сосчитайте до десяти, прежде чем высказывать свое мнение. Вы можете быть удивлены, услышав, что кто-то другой предлагает аналогичную (или более актуальную) идею, и можете почувствовать облегчение, зная, что другие люди думают так же.
  • Найдите время, чтобы взвесить свои решения: Когда вы работаете с людьми в группе, у вас может быть склонность начинать работу над планами, которые группа еще не полностью изучила.В следующий раз поработайте с группой, чтобы составить список плюсов и минусов, прежде чем принимать решение. Вы можете быстро добавить свои мысли, и другие смогут увидеть то, что уже было продумано.

Вы умеете думать и говорить?

Если вы умеете думать, чтобы говорить, вы, вероятно, не осмелились бы сказать что-то, пока тщательно не обдумали. Возможно, вам понадобится дополнительное время в тишине, чтобы сформулировать ответ на услышанное. Вы можете предпочесть работать в одиночку или в паре, и вы можете не торопиться, когда сталкиваетесь с проблемой.Я подозреваю, что вы узнали, что принимаете более правильные решения, когда размышляете над всеми аспектами проблемы.

Кому-то может показаться, что вы не размышляете, потому что молчите. Напомните людям, что вы готовы поделиться своими мыслями, когда у вас будет время обдумать сказанное. Скажите им, что качество вашего вклада обычно улучшается, когда у вас есть достаточно времени для размышлений. Однако учтите, что, если вы молчите или слишком долго обрабатываете и анализируете ситуацию, вы можете вообще потерять шанс высказать свое мнение.

Советы для учащихся, способных думать и говорить

  • Запросить больше времени: Спросите, сколько времени вам нужно, чтобы все обдумать. Объясните людям, что если у вас будет достаточно времени, вы получите более качественный ответ. Слова: «Не могли бы вы дать мне минутку подумать над этим?» может создать необходимую паузу в групповой деятельности, чтобы все остальные тоже улучшили то, что они говорят.
  • Обратитесь за помощью: Если важно принять решение быстрее, чем вам удобно, попросите совета у других людей.Сначала определите менее важные части решения, а затем приступайте к принятию окончательного решения.
  • Практикуйтесь, делясь своими мыслями: Излагайте свои мысли вербальному другу — не для того, чтобы этот человек мог внимательно изучить вас, а, скорее, чтобы вы могли спокойно делиться своими идеями. После некоторой репетиции вы можете использовать свой стиль «думай и говори», чтобы помочь другим людям узнать больше.
  • Найдите время для анализа: Если вы учитесь думать, чтобы говорить, и работаете с другими людьми в группе, вам может быть сложно не отставать от темпа разговора.Вместо этого сосредоточьтесь на том, чтобы составить список плюсов и минусов любого рассматриваемого решения, чтобы вы могли поделиться своими мыслями с группой. Отслеживая свои мысли, вы можете помочь группе добиться прогресса и сделать правильный выбор.

Итак, если вам кажется, что вы говорите прямо из головы или погружаетесь в свои мысли, попробуйте эти советы и спросите других у людей, как с вашим стилем, так и с противоположным стилем, который, вероятно, до сих пор не имел особого смысла. Если вы найдете способ оценить, чем отличаются другие подходы, вы, вероятно, разовьете более глубокое понимание своего собственного стиля, а также способность ценить стили окружающих, что поможет вам узнать больше.

Что происходит в вашей голове? Мышление вслух как метод кросс-культурной психологии

Abstract

Мышление вслух — это одновременная вербализация мыслей во время выполнения задания. Изучение протоколов мышления вслух имеет давние традиции в когнитивной психологии, сфере образования и производственно-организационном контексте. Он редко используется в культурной и межкультурной психологии. В этой статье будет рассмотрено мышление вслух как полезный метод в культурной и межкультурной психологии со ссылкой на несколько исследований в целом и одно исследование в частности, чтобы показать широкое применение этого метода.Протоколы размышлений вслух могут применяться для (а) повышения достоверности межкультурных опросов, (б) анализа мыслей и анализа изменений во времени, (в) развития теории в разных культурах, (г) изучения культурных особенностей системы значений, и (e) индивидуальный, а также групповой анализ, позволяющий проверять гипотезы в кросс-культурном контексте. Обсуждаются также ограничения метода мышления вслух.

Ключевые слова: мышление вслух, вербальные протоколы, переходная вероятность, кросскультурность, культура, комплексное решение проблем

Введение

Мышление вслух — это одновременная вербализация мыслей при выполнении задачи (Ericsson and Simon, 1993).Когда применяется этот метод, участников просят спонтанно сообщать обо всем, что происходит у них в голове при выполнении задания, и их просят не интерпретировать и не анализировать свое мышление. Вербальный протокол — еще один термин, который часто используется как синоним мышления вслух. Устные протоколы могут быть параллельными (мышление вслух) или ретроспективными, относящимися к коротким отчетам после завершения задачи.

Изучение мышления вслух и устных протоколов имеет давние традиции в психологии.Это восходит к технике Вильгельма Вундта «Selbstbeobachtung» (самонаблюдение, также часто называемое интроспекцией; Wundt, 1888). Вундт попросил участников своих экспериментов заглянуть внутрь себя, обратить внимание на свои внутренние мыслительные процессы и подробно описать их. Вундт рассматривал внутренний опыт, поток сознания как ключевую тему психологии. Он видел самонаблюдение как подходящий метод для изучения этого потока сознания, когда он происходил в контролируемых условиях в лаборатории.Некоторые исследователи критиковали этот метод, полагая, что самонаблюдение будет мешать мыслительному процессу и, таким образом, покажет не сам реальный мыслительный процесс, а скорее его интерпретацию (Ericsson and Crutcher, 1991).

Метод мышления вслух подвергся резкой критике со стороны бихевиористов, поскольку они полагали, что когнитивные процессы, такие как память, нельзя изучать с научной точки зрения. Как выразился Уотсон (1925), «бихевиорист никогда не использует термин память .Он считает, что этому нет места в объективной психологии »(с. 177). Метод мышления вслух снова стал популярным после того, как влияние бихевиоризма в господствующей психологии уменьшилось, и когнитивная психология стала доминирующей парадигмой. Ньюэлл и Саймон (1972), например, просили участников думать вслух при решении конкретных задач. Вместо того, чтобы исследовать, решил человек проблему или нет, они сосредоточились на процессе человеческого мышления при решении проблем. Из этих протоколов обдумывания вслух они вывели компьютерную модель «Решение общих проблем.

Исследование исключительной памяти, проведенное Эрикссоном и Чейзом (1982), показало, что ученик может увеличить свой диапазон цифр с 7 (например, 3-5-1-3-7-8-2), среднее количество цифр человек может запоминать до 80 цифр, тренируясь 1 час в день, от трех до пяти раз в неделю в течение 20 месяцев. Ретроспективные вербальные протоколы показали, что участник использовал определенную мнемонику, чтобы помочь ему запомнить. Одна мнемоника заключалась в том, чтобы сгруппировать цифры в значимые единицы, что называется разбиением на части.Например, три цифры 3 5 1 можно сгруппировать в один фрагмент «3 мин 51 с — близко к мировому рекорду времени в миле», что, если бы участник был бегуном на длинные дистанции, как этот участник, сделал бы смысл и, таким образом, было бы легче запомнить. С момента публикации работы Эрикссона и Чейза мышление вслух было признано приемлемым и даже важным методом изучения человеческого познания.

Широкое применение метода мышления вслух

Мышление вслух как научный метод использовалось во многих других дисциплинах, что показывает актуальность и применимость этого метода.Не только исследователи, изучающие познание (например, Fleck and Weisberg, 2004; Hölscher et al., 2006; Malek et al., 2017), но и исследователи, изучающие образование (например, Cummings et al., 1989; van den Bergh and Rijlaarsdam, 2001; Bannert, 2003; Kesler et al., 2016), понимание текста с помощью компьютерных инструментов (Muñoz et al., 2006; Van Hooijdonk et al., 2006; Wang, 2016), обработка дискурса (Long and Bourg, 1996) , программная инженерия (Hughes and Parkes, 2003), психология и право (Santtila et al., 2004), спортивная психология (e.g., Samson et al., 2017) и в управлении бизнесом (Isenberg, 1986; Premkumar, 1989; Hoc, 1991) применили метод мышления вслух. В аналогичной форме мышление вслух также повлияло на области консультирования и клинической психологии, например, на оценку автоматических мыслей в рамках когнитивной терапии при депрессии (например, Meichenbaum, 1980; DeRubeis et al., 1990).

Надежность и валидность протоколов мышления вслух

Следуя позитивизму, надежность и валидность занимают центральное место в исследованиях.Надежность данных вслух относится к последовательности, способности собирать одни и те же данные в разное время. Чтобы получить надежные данные, необходим четко понятный протокол мышления вслух, записанный на магнитную ленту или в цифровой форме, который требует контроля экспериментальной ситуации. Проблемы, связанные с расшифровкой и особенно с кодированием, должны быть сведены к минимуму, и, в идеале, расшифровка должна выполняться носителями языка участников. Первым шагом кодирования является сегментация всего протокола, т.е.е., создание отдельных значимых единиц в зависимости от интересующих исследовательских вопросов. Обычно эти утверждения имеют форму предложений или предложений; эти предложения не обязательно должны быть полными, поскольку участники используют разговорный язык. Второй шаг относится к кодированию сегментов. Подробная система кодирования и тщательное обучение кодировщиков могут повысить надежность, что приведет к более высокой межкодерной надежности. Эта надежность иногда описывается в процентах согласия, но предпочтительно ее следует описывать с помощью Каппа Коэна или коэффициентов внутриклассовой корреляции.Согласно Флейссу (1981), значение Каппа более 0,75 является отличным, между 0,60 и 0,75 — хорошо, а значение Каппа между 0,40 и 0,60 — удовлетворительным. Одна проблема, с которой можно столкнуться во время кодирования, — это предубеждения или ожидания кодировщика, которые могут возникнуть, например, когда кодировщики осведомлены о гипотезах, которые необходимо проверить. В таком случае в идеале программисты не должны знать об исследовательских гипотезах. Кроме того, вероятные предубеждения или ожидания могут быть признаны на раннем этапе, чтобы повысить надежность процесса кодирования и, следовательно, данных.

Также под вопросом является внутренняя валидность исследования. В контексте мышления вслух вопрос о достоверности часто формулируется как вопрос о реактивности. Мешает ли процесс мышления вслух когнитивным процессам человека при выполнении задания и изменяет их? Эрикссон и Саймон (1993) утверждали, что это не так, цитируя множество исследований и заявляя, что до тех пор, пока инструкция была четкой, то есть участники должны произносить вслух все, что приходило им в голову, мышление вслух не изменяет последовательность мыслей. .Однако следует заранее рассмотреть способ передачи инструкций участникам. Инструкция фасилитатора «продолжать говорить», пока участник выполняет задание, вероятно, не нарушит мыслительный процесс, хотя инструкция, требующая объяснения от участника, например «Скажите мне, почему вы это сделали», будет вмешиваться в когнитивный процесс путем запуск определенного ответа для объяснения действия. Если устные протоколы запрашиваются у участников после выполнения заданий, желательно, чтобы вербализация следовала почти сразу же за заданием.Как правило, протокол одновременного размышления вслух имеет более высокую достоверность, чем ретроспективный отчет, особенно когда задача занимает много времени для выполнения.

Один из способов гарантировать надежность и достоверность и определить, влияет ли мышление вслух на когнитивный процесс, состоит в создании двух групп: экспериментальной группы, которая получает инструкции думать вслух, и контрольной группы, которая не получает таких инструкций.

Критерии качественной оценки: достоверность протоколов мышления вслух

Исследователи, проводящие качественные исследования, используют различные критерии для оценки качества своих исследований.В то время как количественные психологи пытаются открыть общие универсальные законы, качественные исследователи пытаются понять «жизненный опыт» участников (Hesse-Biber and Leavy, 2006, p. 62), допуская социально сконструированную реальность. Линкольн и Губа (1999) описали четыре критерия, гарантирующих надежность исследования: достоверность, переносимость, надежность и подтверждаемость. Достоверность означает, насколько можно быть уверенным в истинности результатов исследования. Один из способов поддержать доверие — быть открытым для возможности фальсификации и провести «негативный анализ дела» (Hesse-Biber and Leavy, 2006, p.63), то есть включить случаи, которые противоречат или не соответствуют сделанным до сих пор выводам. Это говорит за исследователя, если он или она желает включить эти случаи в анализ и, как следствие, может пересмотреть ранее сделанные выводы. Второй метод подтверждения достоверности — это триангуляция. Триангуляция может относиться к использованию нескольких методов или нескольких источников информации для исследования одного и того же вопроса исследования. Например, размышление вслух можно сочетать с данными интервью или опроса после эксперимента.Триангуляция также может относиться к разным исследователям, работающим с одним и тем же набором данных. Это особенно актуально для кросс-культурных исследований и анализа протоколов мышления вслух. Основное предположение триангуляции состоит в том, что она дает более полную и достоверную картину явления. Расширенный опыт в окружающей среде также может повысить доверие, и для кросс-культурных психологов особенно важно узнать о другой культуре и выучить язык, чтобы получить более глубокое понимание высказываний, сделанных участниками в протоколах мышления вслух. .

Переносимость относится к применению результатов к другим контекстам или другим людям. Количественные исследователи используют случайную выборку. Качественные исследования часто включают выборки небольшого размера и целенаправленную выборку с целью получения широкого разнообразия и диапазона информации, которая может повысить переносимость.

Надежность — третий критерий, относящийся к надежности исследования. Подтверждаемость, четвертый критерий, относится к точности результатов и степени их влияния на предубеждения исследователя.Исследователи могут повысить как надежность, так и подтверждаемость, записывая свой опыт и предубеждения, а также вступая в диалог с другими исследователями на ранних этапах исследовательского процесса. Совместное исследование и экспертная оценка (Willis, 2007) также могут повысить надежность и подтверждаемость. В совместном исследовании исследователь представляет участникам первоначальные выводы исследования и активно вовлекает их в процесс исследования. Например, можно показать участникам и обсудить с ними протоколы мышления вслух, а также прояснить двусмысленность протокола.Рецензирование похоже на триангуляцию с участием других исследователей. В межкультурных исследованиях идеальным вариантом, как упоминалось ранее, было бы сотрудничество с исследователем из целевой культуры. Рекомендуется вовлекать других исследователей в процесс исследования на раннем этапе и поддерживать с ними постоянный диалог о ходе исследования.

Межкультурные психологические исследования с использованием протоколов мышления вслух и словесных

Одной из целей межкультурной психологии является «изучение сходства и различий в индивидуальном психологическом функционировании в различных культурных и этнокультурных группах» (Берри и др., 2002, с. 3). Однако метод мышления вслух редко используется в межкультурных исследованиях. Поиск в PsychInfo, январь 2018 г., без ограничения по времени, показал 503 совпадений по слову «мыслить вслух», используемому где угодно, и 464 совпадения по термину «словесные протоколы», используемому где угодно. Всего в шести рецензируемых журнальных статьях было найдено сочетание слов «мыслить вслух» или «словесный протокол» с одним из двух ключевых слов «культура» или «кросс-культурный».

Лурия (1976) изучал рассуждение, среди других когнитивных процессов, в Средней Азии, сравнивая неграмотных крестьян (термин, используемый Луриа), малограмотных колхозников и молодых людей с несколькими годами обучения в школе.Он использовал технику интервью, чтобы исследовать мыслительные процессы участников. Он представил участникам следующие силлогизмы: «Хлопок хорошо растет там, где жарко и сухо. В Англии холодно и сыро. Может там хлопок расти или нет? » (стр.107).

Результаты показали, что неграмотные участники, не имевшие формального образования, испытывали трудности с решением силлогизмов. Лурия интересовался не только результатом, сколько участников каждой группы могло правильно решить силлогизм, но тем более их рассуждениями, как они интерпретировали силлогизм.Неграмотные участники интерпретировали силлогизмы на основе своего опыта конкретным образом и не проявляли абстрактного мышления. Только анализ мыслительных процессов участников позволил Лурии ответить на вопрос , почему неграмотных участников испытывали трудности с интерпретацией силлогизмов.

Ниже приводится часть короткого разговора интервьюера с 37-летним неграмотным сельским жителем, которому был представлен хлопковый силлогизм. Однако это больше интервью, чем просто протокол размышлений вслух.

  • простой

    Интервьюер: «Хлопок может расти только там, где жарко и сухо. В Англии холодно и сыро. Может ли там расти хлопок? »

  • простой

    Участник: «Не знаю».

  • простой

    Опрашивающий: «Подумай об этом».

  • простой

    Участник: «Я был только в стране Кашгар. Я не знаю, кроме этого.

  • простой

    Опрашивающий: «Но, исходя из того, что я вам сказал, может ли там расти хлопок?»

  • простая

    Участник: «Если земля хорошая, там будет расти хлопок, а если сырая и бедная, то расти не будет.Если он будет как страна Кашгар, то и там будет расти. Если почва рыхлая, она, конечно, может расти и там »(Лурия, 1976, с. 108).

Лурия также использовал групповые задания, в которых участникам предлагалось несколько предметов, и они должны были найти, какие из них принадлежат друг другу, а какие нет. В этом задании оценивается категориальная классификация. Ниже приводится ответ 60-летнего неграмотного крестьянина, которому показали фотографии молотка, пилы, бревна и топора.

Все они подходят друг другу! Пила должна распилить бревно, молоток должен его забить, а топор должен его рубить.А если вы хотите по-настоящему хорошо расколоть бревно, вам понадобится молоток. Вы не можете унести ничего из этого. Нет ничего, что вам не нужно (Лурия, 1976, с. 58).

Это высказывание вслух, относящееся к задаче классификации, демонстрирует ситуативное мышление участника. Участник не относит объекты к более абстрактной категории, но ссылается на их «практическую полезность» (стр. 59). Об аналогичных исследованиях формального и неформального образования и его влияния на решение проблем, рассуждение или интеллект сообщили Скрибнер (1979) и Скрибнер и Коул (1981), которые также проинструктировали участников выражать свои мысли при решении определенных когнитивных задач.Эти исследования показывают, что мышление вслух может задействовать информацию, которую невозможно проанализировать одними другими методами, объясняя различия или обращая внимание на нюансы, которые обычно не раскрываются с помощью других форм сбора данных.

Культурные значения 1: Повышение достоверности межкультурных опросов с использованием мышления вслух

Raitasalo et al. (2005) использовали метод мышления вслух в кросс-культурном исследовании, проведенном в Финляндии, Германии, Италии и Нидерландах, чтобы изучить культурные различия в ответах на вопросы опроса.Основное внимание в исследовании уделялось употреблению алкоголя: частоте употребления алкоголя, количеству употребления алкоголя, частоте алкогольного опьянения и контексту употребления алкоголя за последние 12 месяцев. Для наших целей наиболее интересным открытием являются межкультурные различия, связанные с пониманием вопросов опроса. Из этого исследования можно сделать вывод, что предоставление участникам кросс-культурных исследований вербализовать или записывать свои мысли при ответах на вопросы опроса по шкале Лайкерта может показать исследователям, как участники понимают вопросы и какие культурные значения участники приписывают этим вопросам. .Размышляя вслух, можно также указать на интерпретацию вопросов, которые участники дают.

Чтобы проиллюстрировать этот момент, я хотел бы процитировать два вопроса опроса, которые использовались в исследованиях, опубликованных в журнале Journal of Cross-Cultural Psychology . Первый относится к Keller et al. (2006), которые использовали шкалу семейного аллоцентризма (Lay et al., 1998) в качестве одного из своих измерений. Lay et al. протестировали на предмет предвзятости ответов и провели анализ вопросов с западными и восточными выборками, когда они разрабатывали свой опрос.Один из пунктов этой шкалы — «Для меня важно мнение моей семьи». Обдумывание этого вопроса вслух участников из разных культурных групп может быть особенно полезным на первых этапах разработки шкалы и может выявить: (а) думают ли участники о конкретных семейных мнениях, (б) если да, то на какие из них они ссылаются, отвечая. этот вопрос и (c) кто и что определяет семью: нуклеарная семья; большая семья с бабушками и дедушками, дядями, тетями; только один воспитатель; или если семья интерпретируется как только участник, отдельное лицо.Один западный участник мог, например, сказать: «Нет, их мнение не важно для меня, когда они хотят сказать мне, какую одежду мне следует надеть». Другой участник мог сказать: «Конечно, я слушаю их советы относительно моей будущей специализации в университете. В конце концов, они меня поддержат ». Другой участник может сказать: «Я слушаю свою маму, потому что она меня понимает, но не моего отца и, конечно, не моих братьев». Эти разные ответы показывают, что участники понимают вопрос по-разному, и выбор ответов участников зависит от того, о чем они думают в данный момент.Можно задать вопрос, например: «Для меня важно мнение матери о моем профессиональном будущем».

Вторым примером является товар Hershey et al. (2007) использовали изучение пенсионного планирования в Нидерландах и США, единичный индикатор воспринимаемой достаточности сбережений: «Я откладываю достаточно для комфортного выхода на пенсию». Участник из Германии может выбрать: «1 — категорически не согласен», думая вслух: «Мне не нужно экономить, и я не откладывал, потому что я всегда платил в систему социального пенсионного обеспечения, и мне гарантируется выход на пенсию от государства.Участник из Индии также может выбрать «1 — категорически не согласен», подумав вслух: «Мне не нужно экономить, потому что у меня четверо детей, и они будут заботиться обо мне; один из них даже программист в Хайдарабаде ». Кроме того, филиппинец также может выбрать: «Я категорически не согласен», но сказать: «Как бы я ни старался, я никогда не накоплю достаточно для выхода на пенсию, здесь нет хорошо функционирующей системы выхода на пенсию. Мы стареем, остаемся с семьей, нас любят ». Даже если у немцев, индийцев и филиппинцев один и тот же ответ на опрос, что все указывает на то, что они не откладывают деньги на пенсию, их вслух размышления показывают, что основные причины их ответов совершенно разные.Исследователь мог бы использовать эти данные для размышлений вслух, чтобы конкретизировать вопрос и, возможно, разработать дополнительные вопросы, чтобы уменьшить неправильное толкование, получить более точные ответы или даже быть более чувствительным к культуре участников. Возможные модифицированные позиции могут быть такими: «Правительство адекватно поддерживает пенсионеров». И «я могу положиться на свою семью, которая поддержит меня финансово, когда я выйду на пенсию».

Использование мышления вслух и устных протоколов может быть особенно полезным, когда опросы пытаются оценить деликатные темы, то есть темы, подверженные предвзятости и социальной желательности, а также те, которые пытаются уважать контекст и более широкие измерения культуры.Эдвардс и др. (2005), например, провели исследование использования презервативов в качестве меры профилактики ВИЧ / СПИДа. Они собрали протоколы мыслей вслух о решении проблем секс-работников смоделированной задачи. Цель состояла в том, чтобы улучшить инструмент для исследования сексуального поведения. Данные обдумывания вслух помогли авторам улучшить понимание инструмента и снизить социальную желательность, предоставив соответствующие термины и подсказки для помощи в припоминании, улучшив установление доверия с участниками и создав у исследователей чувство культурной компетентности и доверия.Vreeman et al. (2014) расшифровали и закодировали когнитивные интервью о ВИЧ с педиатрами в Кении с целью дальнейшей разработки и адаптации элементов обследования к этому культурному контексту.

Кросс-культурные психологи обладают множеством количественных методов для повышения надежности и валидности инструментов опроса, используемых в межкультурных исследованиях (для обзора см. Van de Vijver and Leung, 1997; van de Vijver and He, 2017). Метод мышления вслух — это дополнительный метод, который можно использовать для повышения надежности и достоверности инструментов самоотчета (Sudman et al., 1996).

Культурные значения 2: мышление вслух позволяет изучать системы культурных смыслов, выходящие за рамки приговора

В предыдущих абзацах упоминались культурные значения, приписываемые конкретным элементам исследования на уровне предложений и фраз. Данные о мыслях вслух можно также анализировать более широко в отношении значений, выражаемых участниками, выходящих за рамки предложения. Множество других качественных методов, таких как согласованная методология качественного исследования (Hill et al., 1997; Güss et al., 2018) или обоснованную теорию (Glaser and Strauss, 1980) можно применить для анализа протоколов мышления вслух для значений, выражаемых участниками различных культурных и этнических групп. Как отмечал Смагоринский (2001), «с культурной точки зрения вербальный протокол представляет собой культурную концепцию слова говорящим» (стр. 235) и дает представление о его или ее культурном мире. Излишне говорить, что для анализа таких протоколов обязательно требуются кодировщики из соответствующих культур участников или кодировщики, которые обладают мультикультурной компетенцией — не только осведомлены о других культурах, но и глубоко осознают свои собственные предубеждения и предрассудки.

Конкретные примеры анализа данных мышления вслух из одного кросс-культурного исследования

Исследование Güss et al. (2010) иллюстрирует различные варианты анализа данных с использованием протоколов «мысли вслух». Исследование проводилось в Бразилии, Германии, Индии, Филиппинах и США с более чем 500 участниками. Им было предложено думать вслух, работая над двумя задачами по решению проблем, смоделированными на компьютере. Одной из задач было компьютерное моделирование, в котором участники выступали в роли командира пожаротушения, который должен был защищать три города и лес от приближающихся пожаров.Когда думали вслух, участники всегда говорили на своих родных языках. Однако участники из Индии и Филиппин часто говорили по-английски. Мы призвали участников использовать язык, который им наиболее удобен, чтобы свести к минимуму возможное влияние мыслей вслух на процесс решения проблем. Все протоколы мыслей вслух были записаны на магнитофон, расшифрованы и закодированы. Студенты-волонтеры из каждой страны были обучены расшифровке и кодированию протоколов. Во время обучения была объяснена и определена система кодирования, приведены примеры, отработано кодирование и обсуждены различия между подкатегориями.

Каждый протокол мышления вслух был переведен в Microsoft Excel, так что каждое утверждение, выражающее единицу идеи, занимало одну ячейку. В следующем примере есть две разные единицы идеи, и поэтому он был записан в две ячейки: «Я отправляю грузовик 5 в город 1 //, а затем я расчищу лес». Затем утверждения были закодированы в соответствии с этапами решения проблем. Система кодирования изначально создавалась в соответствии с западной стадией модели решения проблем: идентификация проблемы, определение цели, сбор информации, построение ментальной модели, планирование решений, прогнозирование дальнейшего развития, принятие решений, действие, оценка результата и модификация стратегический подход (e.г., Брансфорд и Стейн, 1993; Дёрнер, 1996). Затем система была изменена с учетом других заявлений участников. Эти утверждения относились к эмоциям и самоописаниям. Окончательная система кодирования состояла из 21 категории, которые были объединены в 8 основных категорий (Güss et al., 2010).

Тестирование теорий в разных культурах с использованием мышления вслух

Таблица содержит дословные части протоколов вслух участников и включает утверждения из одного U.Участник S. (USA15) и один участник из Филиппин (Phil13). Также указывается кодировка (полная система кодирования предоставляется по запросу). Эти данные можно использовать для проверки конкретных гипотез. Основываясь на обзоре литературы (например, Nisbett, 2003), одна из гипотез может относиться к более проблемно-ориентированному и ориентированному на решение / действию фокусу на решении проблем для участников из США и более сосредоточенному на контексте фокусу для филиппинских участников. Можно подсчитать частоту категорий и показать абсолютную или относительную частоту. На рис. показаны относительные частоты, поскольку время, необходимое для выполнения протоколов обдумывания вслух, и количество утверждений для участников из США и Филиппин различались.

Таблица 1

Примеры единиц кодирования и идеи, записанные из исследования с использованием метода мышления вслух.

вверху посередине слева AT_Pred потушить пожар PlanDM Пропорция мышление вслух для участников из США и Филиппин (за исключением других заявлений).

Распределение категорий решения проблем в полных протоколах мышления вслух показывает, какие категории использовались часто, а какие нет.Наиболее частой категорией, выраженной участником из США (USA15), было планирование, принятие решений и действие — примерно треть всех заявлений. Для филиппинского участника (Phil13) наиболее частой категорией, выраженной более чем в четверти всех утверждений, была негативная самооценка (SI). Распределение категорий значительно различается между участниками из США и Филиппин, χ 2 (169) = 200,27, p = 0,05. Участник из США продемонстрировал относительно больше описания ситуации, PI, атрибуции и прогнозов, а также планирования, принятия решений и действий.Филиппинский участник выразил относительно больше сбора информации, отрицательных SI и смеха. Данные двух участников подтверждают гипотезы. Действительно, результаты показали преобладание категорий, связанных с идентификацией проблемы и решением проблемы для участника из США, и преобладание сбора информации для понимания контекста проблемы и меньшей ориентации на решение для участника из Филиппин.

Анализ здесь относится только к протоколам мышления вслух двух людей.Такой же анализ можно провести для средних значений протоколов мышления вслух среди различных культурных групп. Данные следует сравнивать на уровне группы, а не на индивидуальном уровне, особенно когда речь идет о межкультурных различиях и при утверждении о достоверных межкультурных различиях. Фактически, сравнение протоколов размышлений вслух более 400 бразильских, немецких, филиппинских, индийских и американских участников показывает значительные межкультурные различия именно между этими категориями решения проблем со средней и большой величиной эффекта (Güss et al., 2010).

Проверка кросс-культурного обобщения психологических теорий, разработанных в западных обществах, с помощью мышления вслух

Анализ протоколов «мышление вслух» также можно использовать для проверки теорий, разработанных в западных промышленно развитых странах, на предмет их кросс-культурной достоверности. Доминирующая теория решения проблем, разработанная в Соединенных Штатах (например, Bransford and Stein, 1993) и Европе (например, Dörner, 1996), предполагает, что лица, решающие проблемы, проходят определенные этапы при решении проблем.Эти этапы — прояснение целей, сбор информации, прогнозирование дальнейшего развития, планирование, принятие решений, действия и оценка результатов. В исследовании Güss et al. (2010) многие из этих этапов действительно были обнаружены в протоколах размышлений вслух участников во всех пяти странах. Однако западная сценическая модель не учитывала утверждения, относящиеся к отрицательным и положительным эмоциям, и утверждения, относящиеся к отрицательным и положительным самооценкам (например, «Я никогда не буду хорошим пожарным»).Наши данные из пяти стран показали, что решение проблем — это не только познавательный процесс, но и взаимодействие с эмоциональными процессами и процессами самооценки. Данные, полученные вслух из пяти стран, подтверждают существующую сценическую модель. С другой стороны, они обеспечивают основу для дальнейшего развития модели и включают эмоциональные процессы и процессы самооценки.

Тестирование прогнозов и различий в производительности с помощью мышления вслух

Данные, полученные при мышлении вслух, также можно использовать в качестве независимых переменных для проверки влияния на зависимую переменную.Один вопрос, относящийся к данным участника из США и Филиппин, касается того, на каких этапах можно прогнозировать характеристики при моделировании пожара. Всегда ли это один и тот же этап или эти этапы различаются в разных культурах? Анализ требований моделирования, т. Е. Развития множества пожаров и требований к их быстрому тушению, чтобы избежать их распространения, показывает, что наиболее важными из этапов являются планирование, принятие решений и действия. Хотя межкультурные различия ожидаются в частотности категорий, вполне вероятно, что в разных культурах одни и те же этапы предсказывают производительность из-за требований конкретной задачи.USA15 защитил 68,1% леса в конце моделирования, Phil13 защитил 53,1%. Корреляционный и регрессионный анализ позволят проверить эти прогнозы, относящиеся к группам участников. Корреляция производительности в моделировании с частотой планирования, принятия решений и контроля действий для общего количества сделанных утверждений составила r = 0,11, p = 0,04 ( N = 349). Однако эта связь не имела большого значения для U.S. sample, r = 0,13, нс ( n = 64), и только незначительно значимый для филиппинской выборки, r = 0,22, p = 0,08 ( n = 62).

Величина эффекта (т.е. r ) меньше в общем анализе для культур США и Филиппин, чем в отдельных культурных выборках. Однако из-за разницы в размере выборки корреляция была значимой только для общего анализа. Таким образом, в данном конкретном случае результат не поддерживает ни культурную универсальность, ни культурные различия.

Анализ переходов в процессе с использованием мышления вслух

Данные, полученные в результате мышления вслух, можно проанализировать более подробно. Например, можно спросить, является ли смех филиппинского участника положительным выражением счастья и других положительных эмоций, или это нервный смех, механизмом выживания, снимающим отрицательные эмоции и напряжение. Другой интересный вопрос может быть связан с культурными стратегиями решения проблем. Что делают участники, когда обнаруживают проблему — например, новый пожар распространяется недалеко от одного из городов?

На эти вопросы можно ответить, проанализировав вероятности перехода между стадиями, также называемые анализом запаздывания (Bakeman and Gottman, 1986) или анализом латентного перехода (Lanza et al., 2005). Вероятность перехода (TP) из любой категории x в другую категорию y определяется как TP ( x → y) = частота ( xy ) / частота ( x ).

Мы могли изучить протоколы мышления вслух, чтобы выяснить, какие утверждения сделал филиппинский участник перед тем, как засмеяться (L). Какова вероятность того, что смех ( x ) следует за отрицательными высказываниями о себе ( x )? Или какие заявления сделали оба участника после того, как определили проблему (PI)? Этот анализ может быть довольно утомительным, когда выполняется вручную с использованием длинных или нескольких протоколов, поэтому мы разработали компьютерную программу (Parise and Güss, 2006), которая может читать закодированные файлы и выдавать выходной файл со всеми возможными переходами.Наиболее частые переходы в протоколах мышления вслух USA15 и Phil13 показаны на рисунках , . Цифра для PHIL13 показывает, что в 24% всех переходов смеху предшествовали отрицательные утверждения о себе. Это может указывать на то, что смех использовался, чтобы справиться с отрицательными эмоциями и отрицательными самооценками.

Анализ лагов: наиболее частые переходы (исключая другие отчеты) для США15.

Анализ лагов: наиболее частые переходы (исключая другие утверждения) для Phil13.

Приведенный выше вопрос о заявлениях, сделанных после PI, имел отношение к специфическим для культуры способам решения проблем. Переход с Филиппин показал, что после ИП наиболее частой реакцией было отрицательное утверждение о себе (40%). Участник из США отреагировал иначе. На рисунке, показывающем переходы участников из США, наиболее частым переходом от PI был переход к планированию, принятию решений и действиям (45%). Если филиппинец отреагировал на ИП отрицательными эмоциями и самооценкой, то U.Участник С. приступил непосредственно к процессу решения.

Предыдущий анализ относился к одному участнику из Филиппин и одному участнику из США. Мы также создали программу (Edwards, 2018), которая объединяет все частоты переходов для 74 филиппинцев и 67 участников из США. Хотя смех случался почти в шесть раз чаще в филиппинской выборке, ему предшествовали отрицательные ссылки на себя в 24,6% в выборке из США и в 23,2% в филиппинской выборке. Различия, которые мы обсуждали ранее в отношении смеха, не были обнаружены в двух общих культурных выборках.

Мы также проанализировали переходы протокола «мышление вслух» для всех филиппинцев и всех участников из США в отношении этапов, следующих за PI. В целом участники из США упоминали постановки задач в два раза чаще, чем участники из Филиппин. В то время как отрицательные ссылки на себя следовали за PI в 14,3% в выборке из США, планирование, принятие решений и действия следовали в 53,4% всех переходов. В филиппинской выборке негативные ссылки на себя следуют несколько чаще, а именно у 16,1%, а планирование, принятие решений и действия — только у 14.4% всех переходов после ИП. Обсуждаемая нами ранее тенденция к продолжению планирования и принятия решений после выявления проблемы также была обнаружена в выборке из США в целом.

Статистическая значимость переходных вероятностей может быть проверена с помощью критериев хи-квадрат и сравнения вероятностей с вероятностями, ожидаемыми случайно. Если выполняется несколько тестов хи-квадрат, альфа-уровни могут быть скорректированы с помощью Бонферрони, чтобы уменьшить ошибку типа I. Приведенный пример относится к расписанию движения в обе стороны, т.е.е. анализировался только один этап, следующий за другим. Последовательности также называют цепью Маркова. В зависимости от теоретического вопроса, также возможно исследовать закономерности, большие, чем комбинация двух, например, последовательность PI — отрицательный SR — планирование, принятие решений и действие (PlanDM). Статистические методы могут помочь определить порядок цепи Маркова и проверить однородность частот переходов (Gottman and Roy, 1990; Bakeman and Quera, 1995; Muthén and Muthén, 2017).

Изучение изменений с течением времени с помощью мышления вслух

Данные обдумывания вслух также позволяют провести еще один анализ процесса. Исследователя могут особенно интересовать изменения, которые происходят с течением времени. Можно сформулировать специальные гипотезы относительно изменений в процессе решения проблем. В течение 12 минут моделирования пожара участники могут адаптироваться к конкретным требованиям моделирования. Изначально, например, пожаров нет, и участник успевает ознакомиться с ситуацией.На этом этапе может быть важно определение целей: «Что я хочу сделать и чего достичь?» Ближе к середине симуляции, когда горит несколько пожаров, принятие решений и действия могут быть необходимым и доминирующим этапом. Ближе к концу участник может подумать о том, чего он или она достигли.

На рисунке показаны первые 20 закодированных заявлений в начале моделирования пожара, 20 закодированных заявлений, сделанных в середине моделирования, и последние 20 закодированных заявлений, сделанных в конце моделирования.Из-за нехватки места показан только процесс участника из США (USA15). Как и ожидалось в гипотезах, сначала (коды 1–20) участник вербализовал многие формулировки целей, а затем перешел к планированию, принятию решений и действиям, за которыми следовали некоторые самореференционные утверждения. В середине моделирования (коды 61–80) планирование, принятие решений и действия были доминирующими стадиями. Некоторые утверждения относились к идентификации проблемы, описанию ситуации и самопроверке. Ближе к концу (коды 121–138), однако, нет доминирующей стадии.Каждая выраженная категория имела частоту от трех до четырех.

Закодированные высказывания с мыслями вслух в начале, в середине и в конце симуляции.

Межкультурные сравнения могут показать, что участники из других культур придерживаются другого подхода. Например, они могут не планировать заранее и начинать с целей, а сразу же принимать решения и действовать. Фактически, кросс-культурное исследование показало большую ориентацию на присутствие и краткосрочное планирование в бразильской выборке по сравнению с немецкой выборкой с более выраженным долгосрочным планированием (Strohschneider and Güss, 1998).

Ограничения метода мышления вслух

Как и любой другой метод, метод мышления вслух имеет ограничения. Одна проблема может быть связана с полнотой данных. Во-первых, некоторые участники могут говорить непоследовательно и долгое время молчать. Экспериментатор может коротко и ненавязчиво напомнить участникам, чтобы они продолжали говорить, но некоторые участники не смогут или не захотят этого сделать. Возможно даже, что для представителей определенных культур непривычно, неудобно и неестественно спонтанно высказывать вслух то, что они думают (см. Kim, 2002).Автор показал, что американцы восточноазиатского происхождения имели другое отношение к разговору и мышлению вслух по сравнению с американцами европейского происхождения. Американцы восточноазиатского происхождения считали, что при решении проблем разговаривать не так важно, и указали, что они реже разговаривают дома со своими родителями по сравнению с американцами европейского происхождения.

В некоторых культурах, например, люди учатся молчать и молчать, пока у них не появится что-то стоящее, чтобы сказать. Так что может быть некоторая проверка или отсеивание того, что они говорят вслух.Фактически, мы обнаружили межкультурные различия в количестве утверждений, сделанных в течение 12 минут моделирования: F (4386) = 23,47, p <0,001, частичное η 2 = 0,196. Для тех лент, которые были описаны и содержали более 10 заявлений, среднее количество заявлений составило 88 для бразильцев, 103 для немцев, 82 для американцев США, 69 для филиппинцев и 49 для индийцев. В будущих исследованиях необходимо будет рассмотреть вопрос о применимости метода мышления вслух для различных культурных групп.Может оказаться полезным ознакомление участников с этим методом и практические занятия перед началом эксперимента.

Во-вторых, фоновый шум или очень тихий голос участника могут затруднить понимание устных высказываний участника на ленте. Указание участнику говорить громче может повлиять на данные. Человеку сложно изменить громкость голоса. Чтобы говорить громче, скорее всего, потребуются сознательные усилия, которые могут ограничить объем рабочей памяти, необходимый для сосредоточения внимания на задаче.

В-третьих, не каждый когнитивный процесс активен в рабочей памяти и может быть выражен словами. Некоторые психологические процессы не достигают сознания или являются автоматическими процессами, которые невозможно вербализовать (Wilson, 1994). В-четвертых, иногда участник может испытывать различные мысли, но может не иметь времени, чтобы выразить их все, и, следовательно, ему необходимо выбрать, о чем сообщить. Пятое ограничение — практическое. Анализ протоколов обдумывания вслух утомительный, трудоемкий и трудоемкий процесс.

Открытый вопрос касается реактивности озвучивания данных в различных культурах, а также их достоверности в разных культурах, как упоминалось ранее. Эрикссон и Саймон (1993) собрали воедино различные исследования устных отчетов в западных странах и показали, что это вполне надежный и действенный метод, если участников не инструктируют или не стимулируют наблюдать за их процессами решения проблем и участвовать в метакогнитивных действиях, которые могут, в свою очередь, влиять и перенаправлять их решение проблем или запускать новые мыслительные процессы (реактивные эффекты вербальных протоколов).Будущие исследования покажут, являются ли протоколы мысленного мышления также надежным и действенным методом сбора данных в незападных странах. Будущие исследования также могут показать, для каких процессов и явлений в разных культурах метод мышления вслух более и менее полезен.

Четкое письмо означает четкое мышление Средства…

Очень немногие люди могут писать без усилий и идеально; большинству из нас придется попотеть над процессом пересмотра, составления и исправления, пока мы не сделаем все правильно.Точно так же очень немногие люди думают достаточно точно, чтобы простая транскрипция того, «что они имеют в виду», могла служить разумной коммуникацией. Здесь автор указывает, что мы склонны одновременно пересматривать свои слова и уточнять свои мысли; улучшения, которые мы вносим в наше мышление, и улучшения, которые мы вносим в наш стиль, усиливают друг друга, и их нельзя разделить. Его анализ того, как менеджер переделывает и переосмысливает записку второстепенной важности, указывает на постоянную важнейшую проблему управления — ясное и точное выражение хорошо сфокусированного сообщения.

Если вы менеджер, вы постоянно сталкиваетесь с проблемой написания слов на бумаге. Если вы похожи на большинство менеджеров, это не те проблемы, которые вам нравятся. Это сложно сделать и требует много времени; и задача становится вдвойне трудной, когда, как это обычно бывает, ваши слова должны быть призваны изменить поведение других в организации.

Но работа уже есть, и ее нужно делать. Как? Возьмем конкретный случай.

Предположим, что все в X Corporation, от уборщика до председателя правления, используют офисные копировальные аппараты для личных целей; формы подоходного налога, церковные программы, детские курсовые работы и черт знает что еще тиражируются оптом.Это незначительное пиратство обходится компании в копеечку, как напрямую, так и во время сотрудников, и генеральный директор — назовем его Сэм Эдвардс — решает, что пришло время снизить бум.

Сэм летит, продиктовав своему секретарю следующую записку:

Теперь записка у него на столе для подписи. Он просматривает это; и чем больше он смотрит, тем хуже это читает. На самом деле это паршивая. Поэтому он трижды пересматривает его, пока, наконец, не приобретет следующий вид:

На этот раз Сэм думает, что записка выглядит хорошо, и это — это хорошо.Мало того, что письмо значительно улучшилось, теперь проблема должна быть решена. Поэтому он подписывает служебную записку, передает ее своему секретарю для распространения и возвращается к другим делам.

От словоблудия к намерению

Я могу только предполагать, что происходит в уме писателя, когда он переходит от плохого черновика к хорошей редакции, но ясно, что Сэм прошел несколько определенных шагов, как мысленно, так и физически, прежде чем он создал свой конечный продукт:

  • Он изменил тон записки.
  • Он пересмотрел изложенную в нем политику.

Давайте проследим его мышление через каждый из этих процессов.

Устранение многословия

Основной посыл Сэма состоит в том, что сотрудники не должны использовать копировальные аппараты в своих делах за счет компании. Однако, когда он просматривает свой первый черновик, он кажется таким длинным, что это простое послание стало расплывчатым. С идеей сократить заметку, он еще раз взглянул на свой первый абзац:

Недавно я обратил внимание на то, что многие люди, работающие в этой компании, воспользовались своим положением, воспользовавшись копировальными аппаратами.В частности, эти машины используются не для бизнеса компании.

Он редактирует это так:

Артикул: «недавно»

Комментарий к себе: Конечно; иначе зачем писать о проблеме? Так что удалите слово.

Товар: «Мое внимание было привлечено»

Комментарий: Естественно. Удали это.

Позиция: «люди, работающие в этой компании»

Комментарий: Предполагается.Почему не просто «сотрудники»?

Позиция: «используя себя» и «для других целей, кроме деятельности компании»

Комментарий: Поскольку второе предложение повторяет первое, почему бы не объединиться?

И он придумывает это:

Сотрудники использовали копировальные аппараты в личных целях.

Он переходит ко второму абзацу. Более уверенный в себе, он движется шире, поэтому процесс удаления выглядит так:

Очевидно, что такая практика противоречит политике компании и приведет к увольнению.

Последний абзац, за исключением «политики компании» и «не стесняйтесь», выглядит нормально, поэтому общая записка теперь гласит следующее:

Сэм теперь исследует свои усилия, задав себе следующие вопросы:

Вопрос: Нет ли в памятке сухостоя?

Ответ: Очень даже. На самом деле это хорошая, скупая проза.

Вопрос: Заявлена ​​ли политика?

Ответ: Да, четко и ясно.

Вопрос: Достигнет ли памятка своего предназначения?

Ответ: Да. Но это звучит глупо.

Вопрос: Почему?

Ответ: Слишком резкая формулировка; Я не собираюсь никого увольнять из-за этого.

Вопрос: Как мне приглушить звук?

Чтобы ответить на этот последний вопрос, Сэм еще раз взглянул на записку.

Коррекция тона

Что бросается в глаза, когда он смотрит на это? Возможно эти три слова:

Первый поправить достаточно легко: он заменяет «использование» на «злоупотребление».Но «очевидно» создает проблему и требует размышлений. Если политика очевидна, почему используются копировальные аппараты? Неужели люди совершенно нечестны? Возможно нет. Но это означает, что политика неочевидна; и чья это вина? Кто забыл прояснить политику? И почему «увольнение» за то, что не афишируется?

Эти вопросы побуждают его еще раз пересмотреть записку:

Само изменение политики

Теперь меморандум кажется достаточно вежливым — по крайней мере, он не невежлив, — но это всего лишь пустое, возможно, слишком простое заявление о политике.Неужели он продумал саму политику?

Размышляя над этим, Сэм понимает, что некоторые люди в любом случае будут продолжать использовать копировальные аппараты в личных целях. Если он серьезно намеревается проводить в жизнь основную политику (первое предложение), ему придется контролировать оборудование, и это снова поднимает вопрос о расходах.

Кроме того, в служебной записке говорится, что он будет придерживаться политики открытых дверей (второе предложение) — и наверняка найдутся некоторые, возможно, довольно много, кто войдет и предложит заплатить за то, что они используют.Его секретарше достаточно дел, чтобы не вести подобных дел.

Наконец, первое и второе предложения расходятся между собой. Первый говорит о том, что личное копирование отсутствует, а второй подразумевает, что его можно организовать.

Таким образом, факты организационной жизни вынуждают Сэма прояснить в собственном сознании, какой именно будет его позиция в отношении использования копировальных аппаратов. Теперь, когда он видит проблему, то, что он действительно хочет сделать, — это перевести копировальные аппараты на распределяемую оплату.Приняв это решение, он начинает заново:

Это черновик, который идет в раздачу и теперь позволяет ему переключить свое внимание на другие проблемы.

Курица или яйцо?

Что нам со всем этим делать? Это кажется довольно длинным и утомительным отчетом о том, что, в конце концов, является рутинным письменным заданием, созданным проблемой второстепенной важности. Неужели, проводя такой анализ, я просто работал с очевидным?

Чтобы ответить на этот вопрос, вернемся к исходному черновику.Если вы перечитаете его, то увидите, что Сэм начал с такого мышления:

  • «Сотрудники пользуются преимуществами компании».
  • «Я хороший парень, но теперь я буду играть голландского дядюшки».
  • «Я напишу им служебную записку, в которой они скажут, чтобы они собрались или отправились».

Однако в его окончательной версии его мышление совершенно иное:

  • «На самом деле, это довольно зрелые, ответственные люди.Они способны понять проблему ».
  • «Политика компании никогда не была кристаллизована. Фактически, это первая памятка по этому поводу ».
  • «Я не хочу переусердствовать — любой сотрудник может ошибиться в своем суждении».
  • «Я установлю разумную политику и напишу памятку, объясняющую, как она должна действовать».

Сэм, очевидно, значительно продвинулся между первым черновиком и финальной версией, а это подразумевает две вещи.Во-первых, если менеджер должен писать эффективно, ему необходимо изолировать и определить как можно полнее все критические переменные в процессе написания и тщательно изучить то, что он пишет, на предмет ясности, простоты, тона и прочего. Во-вторых, после того, как он прояснил свои мысли на бумаге, он может обнаружить, что то, что он написал, не является тем, что нужно сказать. В этом смысле письмо — это обратная связь и способ для менеджера раскрыть себя. Каково его настоящее отношение к этой аморфной, недифференцированной серой массе сотрудников «там»? Письмо — это способ узнать.Объективируя свои мысли с помощью языка, он получает возможность увидеть, что происходит в его уме.

Другими словами, , если менеджер хорошо пишет, он будет хорошо думать . Точно так же, чем яснее он продумал свое послание до того, как он начал диктовать, тем больше у него шансов, что он правильно изложит его на бумаге с первого раза. Другими словами, , если он хорошо думает, он хорошо напишет .

Таким образом, мы имеем дело с курицей и яйцом: письмо и мышление идут рука об руку; и когда один хорош, другой, скорее всего, будет хорошим.

Версия

обостряет мышление

В частности, переписывание является ключом к улучшению мышления. Это требует настоящей открытости и объективности. Это требует готовности отбраковать пустословие, чтобы идеи четко выделялись. И это требует готовности встретить логические противоречия лицом к лицу и проследить их до посылок, которые их создали. Короче говоря, это заставляет писателя набраться храбрости и раскрыть свой мыслительный процесс собственному разуму.

Очевидно, доработка — это тяжелая работа.Он требует, чтобы вы интеллектуально и эмоционально напряглись, чтобы выжать лучшее, что вы можете предложить. Стоит ли прилагать усилия? Да, если вы считаете, что обязаны эффективно думать и общаться.

Версия этой статьи появилась в выпуске Harvard Business Review за январь 1973 г.

4 способа остановить негативное мышление

«Люди и наш мозг развились так, что мы способны говорить, чего нет у других млекопитающих», — объяснила Лиза У. из МакЛина.Койн, доктор философии. «Наша способность говорить, мыслить абстрактно и рассуждать дает нам возможность планировать, решать проблемы, сотрудничать в группах и учиться косвенно, в отсутствие нашего прямого опыта. Например, вы могли научиться не прикасаться к горячей плите, потому что ваши родители сказали вам: «Не трогайте, это жарко!».

Более того, Койн заявил: «У каждого есть разум, который« разговаривает »с ними. Мы думаем об этом как о нашем вербальном уме или как о нашем «советнике». Это та часть вас, которая связана с вашим томящимся мозгом, функция которого — служить вам детектором угроз.»

Наличие детектора угроз или« критического голоса »- это хорошо. «Он указывает на все, что может быть опасно для нас, в том числе на то, что может произойти в будущем, и на все наши ошибки из прошлого», — сказал Койн, старший клинический консультант в McLean’s Child and Adolescent OCD Institute.

«Его функция — помочь нам избежать тех же ошибок, чтобы мы были в физической и экзистенциальной безопасности», — добавила она.

Как мы воспринимаем наш критический голос

Люди «сами по себе не слышат голоса», — пояснил Койн.«Но мы замечаем, что критические мысли всплывают в течение наших дней». Она заявила, что «мы эволюционировали, чтобы воспринимать наши мысли как буквальные истины. Это то, что позволяет нам учиться косвенно, слушая, что говорят другие люди, а не только непосредственно на собственном опыте ».

Наш внутренний голос, по словам Койна, «всегда включен, и он чрезмерно информативен в оценке того, что угрожает». «Это« особенности, а не ошибки »нашего критического голоса», — сказала она. «Это не было бы отличным детектором угроз, если бы вы могли выключить его по желанию, и он не был бы отличным детектором угроз, если бы он каким-то образом недооценивал угрозы, верно?»

Застрять

Наш безостановочный, всегда осторожный критический голос, как сказал Койн, — это «невероятная способность, благо для нашего выживания, но также имеет и темную сторону.

«Люди попадают в беду, когда они застревают, слушая только свой разум, вместо того, чтобы находиться в мире и замечать, что иногда разум не верен в том, что он думает», — заявил Койн.

Критический голос, по ее словам, может заставить людей «сосредоточиться исключительно на том, чтобы избегать нежелательных мыслей и избегать ситуаций, которые вызывают эти мысли». Это определяется как «избегание на собственном опыте».

«Если мы по умолчанию управляем нежелательными мыслями, это может заманить нас в ловушку, так что мы потеряем внимание на других, более важных вещах в нашей жизни», — сказал Койн.»Проблема? Эта сосредоточенность на том, чтобы избавиться от мыслей, не только привлекает наше внимание, но также часто имеет неприятные последствия — иногда чем больше вы пытаетесь не думать о чем-то, тем больше это остается ».

5 способов перестать думать о чем-то

Разве вы не ненавидите, когда так сильно пытаетесь перестать думать о чем-то, но у вас просто не получается? Это похоже на то, когда вы говорите кому-то не смотреть на что-то, а он смотрит сразу после того, как вы говорите ему этого не делать. Они знают, что не должны этого делать, но все равно делают это, потому что ничего не могут с собой поделать.Вы снова и снова говорите себе, что не хотите думать о чем бы то ни было, но вы не можете остановить себя. Как будто, что бы вы ни говорили себе, мысли никуда не денутся. Еще хуже, когда ты не можешь перестать думать о чем-то пугающем или тревожном. Так что ты можешь сделать? Как перестать думать о том, что тебя беспокоит? Вот 5 вещей, которые вы можете включить в свою повседневную жизнь, которые помогут вам перестать думать о чем-то.

Как перестать думать о чем-то

  1. Отвлечь себя- Иногда лучший способ перестать думать о чем-то — это сделать что-то физическое, чтобы отвлечься.Это могут быть физические упражнения, игра на музыкальном инструменте или танцы. Занятость мыслей делами может отвлекать ваш разум от постоянных размышлений о том, что вас беспокоит. Разум, тело и дух связаны. Занятия физическим телом, которые приносят удовольствие, могут отвлечь ваш разум от мыслей, о которых вы не хотите думать.
  2. Поговорите об этом с кем-нибудь, кому вы доверяете- Иногда мысли в нашей голове нуждаются в освобождении. Если вы держите мысли в голове, вы можете продолжать думать о них, даже если не хотите.Разговор с кем-то также может дать представление о том, почему вы продолжаете думать о чем-то, и эти мысли могут исчезнуть. Также полезно поделиться с кем-то тем, что вам просто трудно что-то выкинуть из головы, независимо от того, рассказываете ли вы подробности этих мыслей или нет. Это снимает стресс, возникающий при мысли о том, о чем вы не хотите думать.
  3. Упражнения на осознанность — Осознанность — это форма медитации, которая сосредоточена на том, чтобы пребывать в настоящем моменте.Упражнения на осознанность требуют отсутствия суждений или интерпретации чувств и чувств, возникающих в данный момент, и поощряют взаимодействие с окружающей средой, которая вас окружает в данный момент. Доказано, что упражнения на осознанность помогают снизить стресс из-за их способности расслаблять тело и разум. Упражнения на осознанность требуют много практики, и чем больше вы их используете, тем легче вам сосредоточиться на текущем моменте. Пребывание в моменте позволяет вам направить свои мысли на то, что происходит в данный момент, и игнорировать мысли, о которых вы не хотите думать.Существуют различные типы упражнений на осознанность, но важно выяснить, какой из них лучше всего подходит для вас!
  4. Перефразируйте мысли- Как бы вы ни старались выбросить мысли из головы и не можете перестать думать о них, измените их. Обдумывайте свою мысль. Вы можете понять, почему вы не можете перестать думать о том, что у вас на уме. Поиск решения или корня мысли может выбросить мысль из вашей головы. Напомните себе, что вы контролируете свои мысли, и даже если вы не можете перестать думать о чем-то, не продолжайте наделять их силой.Постарайтесь наполнить свой разум вещами, о которых вам нравится думать, или не позволяйте мыслям беспокоить ваш день. Помните, что это просто мысли, и все в ваших руках.
  5. Запишите их — Точно так же, как разговор с кем-то о мыслях в своей голове может быть облегчением, записать их тоже может. Запись того, о чем вы не можете перестать думать, в дневнике или на листе бумаги, может помочь выбросить эти мысли из головы. Или выбросьте то, что вы написали, особенно если это беспокоящие или пугающие мысли.Измельчите, разорвите, что бы вы ни делали, чтобы обозначить разрушение мысли. Иногда получение контроля над мыслью путем ее уничтожения помогает вам перестать думать о ней.

Clarity Clinic

В Clarity Clinic у нас есть высококвалифицированный персонал, специализирующийся на психотерапевтических и психиатрических услугах. Чтобы узнать больше о том, как мы можем поддержать ваше психическое здоровье, позвоните в Clarity Clinic по телефону (312) 815-9660 или назначьте встречу сегодня.

Как думать

Недавно я написал ответ на Qurara на вопрос «Как мне стать лучше мыслителем», который вызвал много внимания и отзывов, поэтому я подумал, что немного воспользуюсь этим и опубликую здесь .

Мышление — это не IQ. Когда люди говорят о мышлении, они ошибаются, полагая, что люди с высоким IQ думают лучше. Я не об этом говорю. Ненавижу рассказывать вам об этом, но если вы не пытаетесь попасть в Mensa, тесты IQ не имеют такого большого значения, как мы думаем. После определенного момента это уже не тот тип знаний или умственных способностей, которые делают вас лучше в жизни, счастливее или успешнее. Это верная мера, но относительно бесполезная.

Если вы хотите перехитрить людей, которые умнее вас, темперамент и обучение на протяжении всей жизни важнее, чем IQ.

Два руководящих принципа, которым я следую на своем пути к поиску мудрости: (1) ложитесь спать умнее, чем когда вы просыпались; и (2) я недостаточно умен, чтобы самому во всем разобраться, поэтому я хочу «овладеть лучшим из того, что уже выяснили другие».

Обрести мудрость сложно. Научиться думать сложно. Это означает просеивание информации, фильтрацию кучи и подключение ее к фреймворку, который вы можете использовать. Многие люди хотят узнать свое мнение от кого-то другого.Я знаю это, потому что всякий раз, когда кто-то высказывает свое мнение и я спрашиваю, почему, я получаю поспешно перефразированный звуковой байт, который не контекстуализирует проблему, не определяет действующие силы, не демонстрирует различия или сходства с предыдущими ситуациями, учитывает базовые ставки , или… что-нибудь еще, что продемонстрировало бы некоторый уровень мышления. (Один из моих любимых вопросов для исследования мышления — это спросить, какая информация может заставить кого-то изменить свое мнение. Немедленно прекратите слушать и уйдите, если он скажет: «Я ни о чем не могу думать.’)

Мышление — тяжелая работа. Я понял. У тебя нет времени думать, но это не значит, что ты получаешь от меня пропуск. Я хочу думать самостоятельно, спасибо.

***

Итак, одна эффективная вещь, которую вы можете сделать, если хотите думать лучше, — это научиться лучше исследовать мышление других людей . Задавать вопросы. Простые лучше. «Почему» — лучшее. Если вы спросите об этом три или четыре раза, то попадете в место, где собираетесь понять больше, и сможете сказать, кто действительно знает, о чем они говорят.Сокращения в мышлении просты, и именно так их выискиваете. Не для того, чтобы выставить собеседника в плохом свете — не делайте этого злонамеренно — а чтобы избежать ошибок, высказывать предположения и обсуждать выводы.

Еще вы можете сделать замедлить . Убедитесь, что у вас есть время подумать. Я знаю, что это быстро развивающийся интернет-мир, где мы получаем некоторые очки культурного махизма за ответ на месте, но если это не нужно решать в тот самый момент, просто скажите: «Позвольте мне немного подумать об этом и вернуться к вам». .«Мир не наступит, пока вы об этом думаете.

Вам также следует проверить себя . Попытайтесь понять, говорите ли вы о чем-то, о чем действительно что-то знаете, или вы просто извергаете какую-то говорящую голову, которую слышали в новостях вчера вечером. Ваша жизнь мгновенно станет лучше, а ваш разум яснее, если вы просто остановите последнее. Вы просто обманываете себя, и если вы не понимаете границ того, что знаете, у вас будут проблемы.

Учимся думать

На самом деле научиться думать означает постоянно учиться.

Как мы можем это сделать?

Во-первых, нам нужен фреймворк, чтобы надевать вещи, чтобы мы могли их запоминать, интегрировать и делать доступными для использования.

«Решетка ментальных моделей», если хотите.

Получение знаний может показаться сложной задачей. Нужно так много узнать, а время дорого. К счастью, нам не нужно все осваивать. Чтобы получить максимальную отдачу от вложенных средств, мы можем изучать важные идеи из физики, биологии, психологии, философии, литературы и социологии.

Наша цель — не запоминать факты и пытаться повторить их, когда их просят. Мы собираемся попытаться повесить эти идеи на сетку ментальных моделей. Это делает их пригодными для использования и позволяет нам принимать более обоснованные решения.

Ментальная модель — это просто представление внешней реальности внутри вашей головы. Ментальные модели связаны с пониманием знаний о мире.

Решения с большей вероятностью будут правильными, если все идеи из разных дисциплин указывают на один и тот же вывод.

Это похоже на старую поговорку: «Для человека, у которого есть только молоток, каждая проблема выглядит как гвоздь». Давайте сделаем все возможное, чтобы не быть человеком, владеющим одним лишь молотком.

Чарли Мангер уточняет:

И модели должны исходить из разных дисциплин, потому что всю мудрость мира нельзя найти в одном маленьком академическом отделе. Вот почему профессора поэзии, по большому счету, так неразумны в мирском смысле слова. У них в головах не хватает моделей.Итак, у вас должны быть модели из множества дисциплин.

Вы можете сказать: «Боже мой, это уже становится слишком сложно». Но, к счастью, это не так сложно, потому что 80 или 90 важных моделей будут нести около 90% груза, сделав вас мирским мудрым человеком. И из них только горстка действительно перевозит очень тяжелые грузы.

Эти модели обычно делятся на две категории: (1) модели, которые помогают нам моделировать время (и предсказывать будущее) и лучше понимать, как устроен мир (например,г. понимание полезной идеи из автокатализа), и (2) идеи, которые помогают нам лучше понять, как наши умственные процессы сбивают нас с пути (например, предвзятость доступности).

Когда наши ментальные модели соответствуют реальности, они помогают нам избегать проблем. Однако они также вызывают проблемы, когда не соответствуют реальности, поскольку мы думаем о том, что не соответствует действительности. Так что будьте осторожны.

В великолепной книге Питера Бевелина «В поисках мудрости» он подчеркивает, что Мангер говорит об автокатализе:

Если в химии происходит определенный процесс, он ускоряется сам по себе.Таким образом, вы получаете этот чудесный импульс в том, что вы пытаетесь сделать, что продолжается и продолжается. Теперь законы физики таковы, что она не работает вечно. Но это длится довольно долго. Так вы получите огромный импульс. Вы выполняете A — и внезапно получаете A + B + C на какое-то время.

Но одного знания недостаточно. Вам нужно знать , как применить это к другим задачам за пределами области, в которой вы этому научились.

Мунгер продолжает:

Дисней — удивительный пример автокатализа … У них было много этих фильмов.Им принадлежали авторские права. И так же, как кока-кола могла процветать, когда появилось охлаждение, когда была изобретена видеокассета, Диснею не нужно было ничего изобретать или делать что-либо, кроме как вынимать вещь из банки и наклеивать ее на кассету.

Какие модели нам нужны?

У меня есть постоянный список, который я заполняю с течением времени, но на самом деле то, как мы храним и сортируем, — это индивидуальные предпочтения. Фреймворк — это не универсальный инструмент, это то, как он вписывается в ваш мозг.

Как мы можем приобрести эти модели?

Есть несколько способов приобрести модели, первый и, вероятно, лучший источник — это чтение.Даже Уоррен Баффет говорит, что чтение — один из лучших способов стать мудрее.

Но, к сожалению, если ваша цель — обретение мудрости, вы не можете просто взять книгу и прочитать ее. Вам нужно заново учиться читать книгу. Большинство людей смотрят на мои привычки чтения (что я читаю) и думают, что я быстро читаю. Я не. Я думаю, это куча горячего воздуха. Если вы думаете, что можете взять книгу по незнакомой теме и за 30 минут стать экспертом … что ж, удачи вам. Пожалуйста, вернитесь к тому, чтобы получать свое мнение в твиттере.

Сосредоточьтесь на больших и простых идеях.

Сосредоточьтесь на глубоком понимании простых идей (см. «Пять элементов эффективного мышления»). Эти простые, а не ультрасовременные идеи — вот те, которые вы хотите повесить на решетку. Решетка важна, потому что она делает знания полезными — вы не только вспоминаете, но и усваиваете.

Но мир всегда меняется… чему мы должны научиться в первую очередь?

Одна из самых больших ошибок, которые, как мне кажется, делают люди, — это сначала попытаться изучить передовые исследования.То, как мы расставляем приоритеты в обучении, имеет огромное значение, выходящее за рамки повседневной жизни. Когда мы гонимся за новинками, мы действительно вступаем в гонку вооружений (см .: Эффект красной королевы). Мы должны тратить все больше и больше времени и энергии, чтобы оставаться на одном месте.

Несмотря на наши намерения, такое обучение не позволяет использовать накопленные знания. Мы не добавляем, мы только поддерживаем.

Если мы хотим сделать обучение приоритетным, мы должны сосредоточиться на медленно меняющихся идеях — как правило, это идеи из точных наук.(см. Добавление ментальных моделей к вашему набору инструментов)

Модели, созданные с помощью точных наук и инженерии, являются самыми надежными моделями на Земле. И инженерный контроль качества — по крайней мере, его внутренняя часть, которая имеет значение для вас, меня и людей, которые не являются профессиональными инженерами, — во многом основывается на элементарной математике Ферма и Паскаля: он стоит так дорого, и вы получаете гораздо меньшую вероятность это сломается, если вы потратите столько … И, конечно, инженерная идея системы резервного копирования — очень мощная идея.Инженерная идея точек останова — это тоже очень мощная модель. Понятие критической массы, пришедшее из физики, — очень мощная модель.

Чтобы помочь расставить приоритеты в обучении

От: Что мне читать?

Знание имеет период полураспада. Самые полезные знания — это обширное междисциплинарное обучение основам. Эти идеи существуют и, следовательно, будут длиться долгое время. И наконец, я имею в виду математическое ожидание; Я знаю, что будет в целом, но не в каждом конкретном случае.

Интеграция знаний

(Источник: Добавление ментальных моделей в набор инструментов)

Наш мир многомерен, и наши проблемы сложны. Большинство проблем невозможно решить с помощью одной модели. Чем больше у нас моделей, тем лучше мы сможем рационально решать проблемы. Но если у нас нет моделей, мы превращаемся в пресловутого человека с молотком.

Для человека с молотком все похоже на гвоздь. Если у вас есть только одна модель, вы подберете любую проблему, с которой столкнетесь, к той, которая у вас есть.Однако, если у вас более одной модели, вы можете взглянуть на проблему с разных точек зрения и повысить вероятность того, что придете к лучшему решению.

Ни одна дисциплина не дает ответов на все вопросы, только взглянув на них все, мы сможем обрести мирскую мудрость.

Чарльз Мангер иллюстрирует важность этого:

Предположим, вы хотите хорошо разбираться в игре разыгрывающего в контрактном бридже. Что ж, вы знаете договор — вы знаете, чего вам нужно достичь. И вы можете подсчитать верных победителей, сложив свои высокие карты и свои непобедимые козыри.

Но если у вас не хватает пары трюков, как вы собираетесь получить другие необходимые трюки? Что ж, существует всего шесть или около того различных стандартных методов: у вас есть заведение в длинных костюмах. У тебя есть тонкости. У вас есть вбрасывание.

У вас есть ершики. У вас есть сдавливания. И у вас есть разные способы заставить защиту ошибаться. Так что это очень ограниченное количество моделей. Но если вы знаете только одну или две из этих моделей, тогда вы станете настоящим мастером в игре с оператором объявления …

Если у вас нет полного репертуара, я гарантирую вам, что вы чрезмерно используете ограниченный репертуар, который у вас есть, включая использование моделей, которые не подходят только потому, что они доступны вам в ограниченном количестве, которое вы имеете в виду. .

Что касается того, как мы можем использовать разные идеи, Мангер снова показывает путь…

Имейте полный набор инструментов … просмотрите их в стиле контрольного списка. … [Y] Ты никогда не сможешь дать более фундаментального объяснения, кроме самого фундаментального.

Когда вы комбинируете вещи, вы получаете эффекты lollapalooza — объединение более чем одного эффекта для создания нелинейного отклика.

Двухэтапный процесс принятия эффективных решений

Нет смысла быть мудрее, если не использовать это во благо.Вы знаете, как тетя Мэй сказала Питеру Паркеру, «с большой властью приходит большая ответственность».

(Источник: Двухэтапный процесс принятия эффективных решений)

Лично у меня получилось так, что теперь я использую своего рода двухканальный анализ. Во-первых, каковы факторы, которые действительно управляют заинтересованными сторонами с рациональной точки зрения? И, во-вторых, каковы подсознательные влияния, при которых мозг на подсознательном уровне автоматически выполняет эти действия — которые в целом полезны, но часто не работают.

Один из подходов — рациональность — способ решения проблемы моста: путем оценки реальных интересов, реальных вероятностей и так далее. Другой — оценить психологические факторы, которые приводят к подсознательным выводам, многие из которых неверны.

Это путь, все остальное зависит от вас.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

© 2022Инна Кхан - Эксперт по достижению результатов

USA15
Отправьте этих ребят ходить по домам, чтобы тушить там пожары PlanDM Планирование, принятие решений и действия
А? Информация Сбор информации
Отправьте вертолет вправо PlanDM Планирование, принятие решений и действия
Потому что он становится очень близок к богатым людям PlanningDM Planning , принятие решений и действия
Oaauhuh SR- Отрицательная самооценка
Думаю, Джонни все еще тушил некоторые пожары AT_Pred Атрибуты и прогнозы вверху слева или вверху слева
SD Описание ситуации
Не хочу перемещать этого парня, потому что огонь всплывает посередине, затем PlanDM Планирование, принятие решений и действия
Так что все равно PlanDM Планирование, принятие решений и действия
Мне нужен вертолет вертолет и прочее тушат пожар GO Формулировка цели
Хорошо, кто-то идет туда SD Описание ситуации
Так что, вероятно, он не попадет в него AT_Pred Атрибуции и прогнозы
Я имею в виду, посмотрите на это, когда он движется O Другое
Идите на юго-восток к… PlanDM Планирование, принятие решений и действия
GO Формулировка цели
Приближение к городу PI Определение проблемы
Phil13
Я уже забыл команды. SR- Отрицательная ссылка на себя
Нажмите здесь GO Формулировка цели
Перейти к подразделениям GO Формулировка цели
Еще раз Формулировка цели
И все! SD Описание ситуации
О нет, опять SR- Отрицательная самореференция
Цель PlanDM Планирование, принятие решений и действия
Планирование, принятие решений и действия
Щелкните еще раз и затем погасите GO Формулировка цели
Я в порядке. SR + Положительная самооценка
(Смеется) L Смех
Щелкните еще раз GO Формулировка цели