Гуманистические принципы: Лекция 4. Основные принципы гуманистической педагогики

Автор: | 03.01.1972

Содержание

Лекция 4. Основные принципы гуманистической педагогики

Многие гуманисты прошлого считали, что образование как передача знания от поколения к поколению само собой обеспечивает развитие этически и граждански ответственной личности. Предполагалось, что теоретическое знание, его простая трансляция едва ли ни автоматически определяет мировоззрение человека и его повседневное поведение, становится неотъемлемой частью не только его сознания, но и закладывает в нем глубинные, экзистенциальные (смысложизненные) ценности. В реальности же между знанием и ценностями, знанием и повседневными привычками огромная дистанция. Доступность информации сама по себе не способна придать смысл жизни человеку, как не дает и умения устроить ее. (Не нужны никакие эксперименты для понимания того, что, если ежедневно глядеть в экран телевизора по 10 – 15 часов, то можно в итоге превратиться если не в пациента психлечебницы, то в весьма ограниченного человека с неадекватным восприятием действительности.)

Гуманистическая педагогика ставит задачу преодолеть разрыв и установить гармонию между (1) знанием как таковым, (2) знанием жизненно важным для человека (мировоззрением), (3) личностным центром человека, его я, и (4) практикой, т.е. поступками личности.

С точки зрения содержания образования, большое значение в рамках гуманизма придается этическому, точнее аксиологическому (ценностному) воспитанию. По мнению П. Куртца, цель этического воспитания двояка: во-первых, развитие в детях личностного начала, позволяющего им самостоятельно осмыслять и соблюдать общие моральные правила как по отношению к самим себе, так и по отношению к другим; во-вторых, воспитание способности этического познания и умения вести критическое этическое исследование. Последнее представляется особенно важным для гуманизма как педагогической и мировоззренческой парадигмы и отличает ее от всех других моделей воспитания.

В самом деле, ценностная основа педагогики гуманизма достаточно очевидна: она складывается по большей части из общечеловеческих нравственных, гражданско-правовых и экологических норм. Не является экзотической и психология гуманизма. Вместе с тем центр тяжести гуманистическая педагогика переносит на методологическую и инструментальную составляющую процесса воспитания, т.е. на процедуры и приемы совместной работы воспитателя и воспитываемого по усвоению и выработке навыков самопознания, самоорганизации и т.п.

Не столько что (это демонстрируется, объясняется и понимается относительно просто), сколько как – вот решающее звено гуманистического процесса воспитания. Для педагога это связано с реализацией по меньшей мере трех принципов (1) объективности, непредвзятости и научности, (2) саморегуляции и самодетерминации и (3) предлагающего объяснения.

Достижение объективности, непредвзятости и научности – это психологически и практически трудная процедура очищения педагогического процесса от идеологизмов, внушения, вольного или невольного навязывания учащимся определенной системы религиозных, атеистических, нигилистических или иных взглядов, а также политических убеждений, порой столь трудно отделимых от простой трансляции (сообщения) информации. Это очищение не бывает полным, поскольку и педагог никогда не бывает совершенно свободным от пристрастий, и сама атмосфера воспитательного процесса в большей или меньшей степени насыщена идеологизированными подходами и эмоциями.

Минимальным требованием очищения является искренняя и сознательная готовность педагога дистанцироваться от каких-либо политических и религиозных идеологий, соблюдение духа демократического законодательства относительно свободы совести и убеждений. Этически и граждански правильным будет воздержание от оценочных – порицающих или одобряющих – политических или идеологических суждений по поводу изучаемого материала,[1] либо сведение их к минимуму, а все-таки лучше – к нулю. Если же такие оценки невольно даются (тут можно заметить, что полное безучастие сделало бы изложение материала непонятным), то педагог обязан пояснить, что это его личное, не обязательное для всех остальных мнение. Таким же корректным должно быть изучение политико-идеологических или конфессиональных феноменов. Оно должно быть предельно объективным, научным, эмоционально нейтральным и свободным от субъективистских интерпретаций.

Саморегуляция и самодетерминация – перевод воспитательного процесса во внутренний мир обучаемого. Это то, что называется эмпатическим и помогающим обучением и предполагает овладение учениками известными алгоритмами психологической, интеллектуальной и ценностной мотивации, самокоррекции, самоанализа, самооценки и т.д., т.е. всего относящегося к самосозиданию, личностному творчеству. Естественно, главное здесь не столько что, т.е. содержание какой-либо учебной дисциплины, а как, т.е. передача технологии, умения, методов работы человека с собой ради того, что можно назвать общей эффективностью жизни. Основная задача гуманистической педагогики – пробуждать у человека тягу к самопознанию и критическому этическому исследованию, к самостоятельности. Ее цель воспитать не теоретика-гуманиста, а человека гуманного, открытого всему миру, всем не тоталитарным и не человеконенавистническим мировоззрениям, идеологиям и политическим учениям, способного сделать осмысленный, свободный и ответственный выбор в любой из областей культуры и социальной жизни.

Предлагающее объяснение – сложная и ответственная составляющая педагогического процесса. Речь идет о разъяснении учащимся оснований, правомерности, моральной и психологической корректности именно такого метода и процедур обучения, о которых здесь говорится. Вы не можете уклониться от трудного ответа на простой вопрос обучаемого: почему я должен предпочесть, принять, согласиться с предлагаемыми мне (в данном случае гуманистической педагогикой) идеями и технологиями обучения и самообучения? Зачем мне все это нужно?
Все возможные варианты ответа на эти вопросы должны удовлетворять как минимум следующему: они не должны ущемлять свободу человека и оскорблять его убеждений или веры. Здесь действуют общие принципы этики гуманизма. Ответы на всевозможные зачем? должны даваться в духе уважения и доброжелательности, в форме предложения свободно принять, так сказать, попробовать и испытать методы работы с собой.

Важным аргументом в пользу гуманистических инструментов воспитания и самовоспитания является их свобода от любой идеологической, конфессиональной и политической нагрузки. Свобода личности, свобода ее нравственного и всякого иного выбора остается за ней. Вместе с тем это не означает признание гуманистической педагогикой правомерности анархии или произвола.

еобходимо указывать на тот очевидный факт, что каждый из нас живет в обществе и обязан во имя сохранения его и своей собственной безопасности выполнять определенные гражданские и этические требования. Гуманистическая педагогика предлагает способы осмысленного, свободного и добровольного соблюдения этих юридических и моральных норм и тем самым помогает человеку быть достойным гражданином своей страны и обрести уважение в собственных глазах.

Три выделенных здесь аспекта педагогического процесса можно отнести к методологическим и вместе с тем к метамировоззренческим (идущим как бы поверх всякого мировоззрения), поскольку они носят общечеловеческий характер.

Существующая система образования все более превращает знание в товар на рынке идей, инструмент манипулирования людьми. Гуманистическая педагогика призвана преодолеть отчуждение человека от самого себя, от своих способностей и потребностей. В ее рамках этические принципы проверяются каждым человеком непосредственно в контексте конкретной ситуации, своего уникального жизненного опыта. Поэтому педагог не должен упускать возможности при обсуждении этических и других ценностных проблем обращаться к личному опыту учащихся и напоминать им о науке доверять своему внутреннему я, быть открытым для нового опыта, – возможно, тяжелого, даже трагического, поскольку сама суть жизненных дилемм состоит в столкновении необходимого или должного с системой личных ценностей.

Современный гуманизм предлагает конструктивную этическую альтернативу, способную обеспечить высокую жизнеспособность личности и общества перед лицом все более сложных психологических, социальных и правовых проблем. По своему духу гуманистическая педагогика противостоит иррационализму и догматизму. Гуманизм выступает здесь за нравственную свободу каждого отдельного человека определять смысл и образ своей жизни на основе не столько групповых, идеологических или религиозных, но прежде всего общечеловеческих ценностей. Гуманистическая педагогика побуждает личность к осмыслению этих ценностей. Следует снова подчеркнуть, что гуманизм, не связывая себя ни с одной политической или религиозной доктриной, способствует развитию демократического мышления.

Гуманистическая педагогика исходит из факта, что знание создается людьми разных убеждений. В связи с этим выдвигается идея, что современное образование – это, прежде всего, плюралистическое открытое образование. Здесь ни одна доктрина не признается главенствующей, ребенку предоставляется возможность обозреть все достижения культуры, его знакомят с миром альтернативных философских, этических и эстетических систем, со множеством социальных теории и исторических картин мира. Их знание необходимо в максимально возможной степени. Но в любом случае образование должно помочь каждому открыть самого себя, свой собственный образ. Оно не должно принуждать к «единственно правильному выбору» даже в том случае, если он, по-видимому, наличествует. Этот выбор должен быть свободно осуществлен самой личностью. Только тогда результаты деятельности могут быть ею самой оценены как действительно верные и нужные. Индивид должен сам выбрать из предлагаемой системы идей ту, которая полнее соответствует его истинным потребностям и наклонностям. Ему нужно лишь напоминать, что жизнь богата возможностями и исполнена значимости.

Следовательно, задачей педагогов является максимально объективная подача материала и предоставление индивиду права самому сделать соответствующий вывод. «В этом заключается смысл жизни – каждый человек имеет возможности для созидания своего собственного жизненного мира, – пишет П. Куртц. – Лучшее, на что я могу надеяться, заключается в том, что мои дети, как и я, увидят, что жизнь удивительна и прекрасна, полна смысла и вдохновений»[2]. Поэтому педагог должен помочь осмыслить те или иные этические принципы, но внедрять их в сознание учащихся принудительным и догматическим образом он не имеет права. Как было сказано, педагоги обязаны демонстрировать нейтральность по отношению к религиозным, политическим и прочим ценностям. Быть максимально корректным – наиважнейшая задача любого педагога, особенно приверженца гуманистической педагогики, поскольку каждая личность имеет право на уважительное отношение к себе, обладает равными с другими достоинством и ценностью.

Педагогика, открывающая максимально широкое поле свободы и не закрепощающая процесс воспитания жесткими нормами, недирективна: ее главная задача – оказать личности помощь в приобщении к подлинным человеческим ценностям, помочь прояснить ее высшие потребности. Она учит человека свободе, творчеству, самостоятельности и ответственности. Она не ограничивает сферу свободного выбора учащегося и отказывается его вести к какой-то конкретной цели, идее, образу мыслей или идеалу, поскольку уважает свободу его самоопределения, мышления и совести. Это способствует созданию нужного – раскованного, свободного, творческого и ответственного – эмоционально-интеллектуального климата для успешного воспитания.

Гуманистическая педагогика предполагает, что в процессе воспитания гуманистические ценности и нормы поведения подвергаются интернализации, глубокому внутреннему усвоению.
Своей важной задачей гуманистическая педагогика считает преодоление псевдопроблем и концентрацию внимания личности на действительно серьезных экзистенциальных проблемах. Псевдопроблемы, возникающие в результате дефицита смысла или смыслоутраты, могут быть сняты образованием, ориентированным не только на передачу знания, но и на «тренировку» совести, чуткости к «требованиям момента», т.е. нравственному смыслу каждой конкретной ситуации и содержащемуся в ней императиву.

Гуманистическая педагогика призвана преодолевать нигилизм, безразличие и инфантилизм. Она стремится вернуть положительное отношение к таким понятиям, как цель жизни, ценности и идеалы. Она берет на себя задачу помочь человеку преодолеть страх и вместе с тем выработать мужество и резистентность (стойкость и сопротивляемость) по отношению к возможности того, что смысл и ценность его жизни могут оказаться не более чем средством для общего: государства, партий, корпораций, идеологий, церкви и т.д. По отношению к самой гуманистической педагогике эти опасения, надо полагать, излишни, так как гуманистическая педагогика ориентирована на личность, это не социоцентрическая и идеологическая, а антропоцентрическая и идеологически нейтральная, самокритичная педагогика. Она настаивает на необходимости учета уникальности и самоценности личности каждого учащегося.

Что дает такой подход к образованию? Он учит не бояться нестандартных ситуаций и эвристическому отношению к жизни. В этом и проявляется фундаментальное право личности на самоопределение. Самоопределение означает здесь возможность строить свою жизнь по собственному усмотрению, не препятствуя другим в реализации такой же возможности. Будучи во многом синонимичным идеям равенства и свободы, принцип самоопределения личности выглядит более конкретным и жизненным. Он помогает каждому занять свое уникальное место в жизни, снять напряженность в отношениях между столь несхожими друг с другом людьми.

Задача гуманистического воспитания и образования – не проповедовать какую-либо идеологию, а помогать учащимся становиться свободными и ответственными в своем личном выборе, в том, что касается их основных жизненных проблем.

Гуманистическая педагогика – это педагогика постпросветительская, сформировавшаяся с учетом исторического опыта XIX и XX веков, когда выявилась ограниченность абстрактного рационализма и неполноценность авторитарного похода к процессу воспитания. Как справедливо замечает Пол Куртц, авторитарная модель едва ли дотягивает до зрелого уровня морального педагога и ученика, так как бездумное и догматическое следование внушенному этическому кодексу не обеспечивает адекватного морального поведения в конкретных ситуациях. Соблюдаемые под страхом наказания или в результате внушения моральные правила отнюдь не гарантируют, что подлинные цели поступков будут действительно нравственны. Вряд ли возможен настоящий моральный рост личности, пока она находится в плену навязанных, но не осмысленных и не прочувствованных ею установок. Более того, именно воспитанный в жесткой, авторитарной атмосфере человек, как показали исследования Э. Фромма, в изменившихся и провоцирующих условиях может оказаться чрезвычайно жестоким, способным на самые чудовищные преступления.

Гуманистическая педагогика – это свободная и ответственная педагогика неопросвещения. Она опирается на практические идеи гуманистической психологии и видит свое призвание в оказании помощи молодежи в процессе самоопределения и развития уважения к своим и чужим правам. «Обучать – значит помогать ребенку осознать свои возможности, – пишет В. Франкл. – Обучение противостоит манипулированию, основанному на отсутствии веры в то, что задатки ребенка развиваются, и на убеждении, что ребенок только тогда пойдет по верной дороге, когда взрослые вложат в него все желательное и подавят все, что кажется им нежелательным» [3].

Гуманистическое обучение и воспитание учит ребенка сознавать и ценить фундаментальные моральные добродетели. Это в свою очередь способствует интернализации справедливых социальных норм (превращению поведенческой привычки в черту характера), развитию нравственного чутья (для гуманизма это в первую очередь эмпатия) и пониманию необходимости владеть своими страстями, «мирно справляться» с самим собой, со своими прихотями ради общих соображений или долговременных планов. Здоровое отношение к жизни не может быть достигнуто унизительными чувствами страха и повиновения. Если мы желаем раскрытия своих способностей и талантов, нужно избегать недоверия к себе, подозрительности или недоброжелательства к миру.

Идеал гуманистической педагогики не объективируется, не задается каким-то конкретным и стационарным образом, он – свободная, физически, психически, нравственно и интеллектуально здоровая личность. Эта педагогика предлагает развивать в молодежи, прежде всего, такие качества, которые помогут ей ориентироваться в насущных задачах, осознать и занять свое место в современном мире, прожить яркую, радостную и полноценную жизнь.

Трудно дать полный список этих качеств, но несомненно, что к ним относятся: жизнелюбие и жизнерадостность (жизнеутверждающая установка), самоуважение, самодисциплина, сознательность, независимость, благоразумие и забота о здоровье, креативность, эстетический вкус…

Все эти добродетели общепризнаны. Они касаются как отношений с другими людьми, так и к самому себе. Они характеризуют человека, способного нести ответственность за последствия своего выбора.

Гуманистическая педагогика – это педагогика высокого самосознания. Она призвана обучать искусству мышления и прививать уважение к разуму; она стремится помочь в формировании гуманистических ценностей – мужества, разумности, заботы, уважения прав и свободы самоопределения личности; она берет на себя ответственность предложить общечеловеческую основу и методологию формирования личностью адекватного эпохе, т.е. научно ориентированного, философского и нравственного взгляда на мир.

Вопросы к лекции

1. Каковы общие и специфические цели гуманистической педагогики?
2. Почему в гуманистической педагогике должно сохраняться единство требований к педагогу и целей воспитания?
3. Каким образом и на каких принципах должна созидаться гармония между педагогом и учащимся?

Вопросы для размышления

Почему гуманистическую педагогику называют неопросветительской?
Почему общечеловеческие принципы педагогической парадигмы современного гуманизма так непросто реализовать в системе народного образования?

© А.А. Кудишина, 2006

Примечания

[1] Речь, разумеется, не идет о воздержании от оценок откровенно человеконенавистнических, фашистских, тоталитаристских и расистских идей, а также уголовно наказуемых деяний.
[2] Куртц П. Запретный плод. – М.: Гнозис, 1993. – С. 160.
[3] Фромм Э. Искусство любить. // Фромм Э. Душа человека. – М., 1992, С. 174.

Гуманистические принципы Чингиза Айтматова в экранной интерпретации: диалог культур | Кириллова

1. Сергеев Е.А. Перевод с оригинала : Телеэкранизация русской литературной классики. Москва : Искусство, 1980. 200 с.

2. Бахтин М.М. Проблемы поэтики Достоевского. Санкт-Петербург : Азбука, 2017. 416 с.

3. Зримое слово. Кино и литература: диалектика взаимодействия / под ред. Н.С. Горницкой. Ленинград : Искусство : Ленингр. отд-ние, 1985. 168 с.

4. Потапов Н. Свет человечности // Чингиз Айтматов. Собрание сочинений : в 3 т. Москва : Молодая гвардия, 1982. Т. 1. С. 5—38.

5. Зоркая Н.М. История советского кино. Санкт-Петербург : Алетейя, 2008. 544 с.

6. Шитова В. Лариса Шепитько. Москва : ВБПК, 1982. 42 с.

7. Михалков-Кончаловский А. Парабола замысла. Москва : Искусство, 1977. 232 с.

8. Кончаловский А.C. 9 глав о кино и т. д. Москва : Эксмо, 2013. 176 с.

9. Толомушева Г. Киргизское кино вчера и сегодня : развитие и перспективы // История национальных кинематографий в СССР и перспектива развития кино государств — участников СНГ, стран Балтии и Грузии / науч. ред. Н.А. Кочеляева, А.П. Николаева-Чинарова, Е.В. Пархоменко. Москва : Академический проект, 2018. С. 307—364.

10. Айтматов Ч. Комментарии // Чингиз Айтматов. Собрание сочинений : в 3 т. Москва : Молодая гвардия, 1982. Т. 1. С. 602—606.

11. Кудрявцев С.В. 3500 : Книга кинорецензий : [в 2 т.] Т. 1. Москва : [б. и.], 2008. 688 с.

12. Первый век нашего кино : Энциклопедия : фильмы, события, герои, документы / [авт.-сост. К.Э. Разлогов и др.]. Москва : Локид-Пресс, РИК, 2006. 910 с.

13. Айтматов Ч. Час слова. Диалог с В. Коркиным // Чингиз Айтматов. Собрание сочинений : в 3 т. Москва : Молодая гвардия, 1984. Т. 3. С. 146—163.

14. Айтматов Ч. Буранный полустанок (И дольше века длится день) : роман // Собрание сочинений : в 3 т. Москва : Молодая гвардия, 1983. Т. 2. С. 195—489.

15. Плач матери о манкурте [Электронный ресурс] // kino-teatr.ru: сайт. URL: https://www.kino-teatr.ru/kino/movie/post/10089/annot/ (дата обращения: 17.07.2018).

16. Обращение участников Международного Иссык-Кульского форума к мировым лидерам, главам государств, общественным деятелям, людям науки, культуры и искусства [Электронный ресурс] // Президент Кыргызской Республики : офиц. сайт. URL: http://www.president.kg/ru/sobytiya/novosti/12665_obrashenie_uchastnikov_meghdunarodnogo_issik_kulskogo_foruma_kmirovim_lideram_glavam_gosudarstv_obshestvennim_deyatelyam_lyudyam_nauki_kulturi_iiskusstva (дата обращения: 24.10.2018).

17. Айтматов Чингиз Торекулович [Электронный ресурс] // Универсальная научно-популярная энциклопедия Кругосвет : сайт. URL: http://www.krugosvet.ru/enc/kultura_i_obrazovanie/literatura/ATMATOV_CHINGIZ_TOREKULOVICH.html (дата обращения: 17.07.2018).

Гуманистические принципы и методы развития

В то время, как капиталистическая экономика переживает один кризис за другим, она не использует огромный резерв развития общества.

Капиталистическая экономика практически не использует источник и движущую силу развития человеческого общества — потенциал личности и коллективов.

Человек, его труд и коллективная деятельность являются источником развития земной цивилизации.

Заведующий кафедрой экономической теории Высшей школы экономики Р.М. Нуреев пишет в учебнике по экономике: «Личность выступает как самоцель общечеловеческого развития. Одновременно личность является главным орудием прогресса» [2].

Человек по своей природе является творцом, главной потребностью и движущей силой деятельности которого является реализация внутреннего духовного и творческого потенциала. Это доказали исследования учёных и практика.

Практика мирового развития показывает, что, при создании условий для удовлетворения духовных и творческих потребностей каждой личности и коллектива, резко повышается результативность человеческой деятельности и происходят скачки развития, известные как «экономические чудеса».

Капиталистическая экономика, вопреки этому, с начала своего формирования, исходит из ошибочного, тейлоровского представления о природе человека, как о потребителе, главной потребностью которого являются «хлеб и зрелища», и который требует управления «кнутом и пряником». Эта мировоззренческая позиция, в конечном итоге, действует как сильнейший антимотиватор человеческой деятельности и закрывает капиталистической экономике доступ к «неисчерпаемому» духовному и творческому потенциалу личности и коллектива.

Классик менеджмента Дуглас Мак-Грегор пишет: «Управление с помощью приказа или контроля, которое достигает цели «жёсткими», «мягкими» или «строгими, но справедливыми» методами, при теперешних условиях бессильно обеспечить эффективную мотивацию, такую, чтобы усилия людей были устремлены на цели производства. Необходимо давать свободу для творчества на работе — это раскроет все потенциальные возможности работника для совершенствования производства и принесёт ему удовлетворение работой. Люди, лишённые возможности реализовать на работе важные для себя потребности, действуют в точности так, как мы предсказывали: лень, пассивность, нежелание меняться, уклонение от ответственности, готовность следовать демагогам и выдвигать неразумные экономические требования. Создаётся впечатление, что мы запутались в собственной паутине» [3].

Гуманистические принципы и идеалы в современной культуре

В современной культуре широкое распространение получили гуманистические принципы и идеалы. Суть современного гуманизма заключается в его универсальности: он адресуется каждому человеку, провозглашает право каждого на жизнь, благосостояние, свободу. Иными словами, это не элитарный, а демократический гуманизм.

Гуманистическая ориентация культуры XX века проявляет себя в различных «мирах» современного общества — экономическом, нравственном, политическом, художественном и т. д. Эта тенденция определила, например, становление политической культуры в передовых странах.


Другим важнейшим итогом развития культуры, воспринятым в нашем столетии, является установка на научно-рациональное познание мира и связанная с ней социокультурная система — наука. Еще в XIX в. появляются первые признаки того, что наука стала мировой, объединив усилия ученых разных стран. Возникла, развилась в дальнейшем интернационализация научных связей. Расширение сферы применения науки в конце XIX—начале XX века привело к преобразованию жизни десятков миллионов людей, живших в новых промышленных странах и объединению их в новую экономическую систему.

Мировая научная целостность, сложившаяся в XX в., положила начало экономическому объединению мира, передаче во все уголки земного шара передовых способов производственной культуры.
Техногенное отношение к природе как к средству удовлетворения не духовных, а сугубо технических потребностей становится в первой половине XX в. одной из ведущих тенденций в развитии культуры.

Оптимистическое миросозерцание, обусловленное успехами научной мысли, воплощенной в мировой промышленности и технике, преобразующих лик планеты, послужило основой для возникновения характерного для человека XX века ощущения космичности своего бытия.


Основной труд В. И. Вернадского — «Научная мысль как планетарное явление» — отличается энциклопедич-ностью обобщений, синтетическим подходом к эволюции Земли как единому геологическому, биогенному, социальному и культурному процессу. Осознавая пути эволюции мировой культуры, мыслитель приходит к выводу о том, что деятельность человека не есть некое отклонение в эволюционном развитии. Под влиянием объединенного человечества биосфера закономерно перейдет в качественно новое состояние — «ноосферу» (от слова «ноос» — разум). Человек и его разум есть не просто конечный результат эволюции, но, одновременно, и начало нового движения. Движения, создающего «сферу разума», которая и будет являться определяющей силой эволюционного развития в будущем.

В основе формирования единой планетарной цивилизации лежит всевозрастающая интенсивность различного рода связей: коммуникационных, политических, экономических, культурных. В результате возникает новое системное качество — мировая цивилизация, увеличивается взаимосвязь различных стран, народов, кризисные и антикультурные явления в одном секторе единой цивилизации отражаются и в других регионах. В то же время возникает более интенсивная глобальная взаимосвязь, когда культурные образцы, научные достижения, произведения искусства, новые формы социальной и политической жизни транслируются и усваиваются в течение достаточно короткого времени по всему цивилизацион-ному пространству.

Чем же обусловлено возникновение единой глобальной культуры человечества?

В первую очередь тем, что мировая социальная революция вызвала колоссальное изменение форм, способов и образа жизни человека. Окончательно сменился образ жизни широчайших слоев населения, в условиях массовой урбанизации кардинально изменились способы и формы восприятия человеком действительности.

Возникает новая информационная культура, новые способы получения информации, производственной и научной деятельности. Доступ к информационным сетям, знанию оказывается определяющей основой для стратификации, разделения общества. На основе автоматизированного доступа к системам связи индивид или группа лиц может получить информацию, необходимую для решения профессиональных или личных задач. Происходит процесс автоматизации и роботизации производства и управления. В сфере информационной деятельности работает более 50 процентов трудоспособного населения. Концепция «информационного общества» определила пути формирования «материального тела» культуры XX века.

Сейчас в нашей стране пробуждается пристальный интерес к ценностям восточных культур, но их механическое перенесение на российскую почву может привести только к отрицательным результатам. Необходимо вдумчиво относиться к различным культурным нормам, уметь видеть их суть, реально оценивать степень их воздействия и только после этого способствовать их распространению.

Причем нужно брать не внешние, ритуально-традиционные элементы, а идею, дух соответствующей культуры.

Поможем написать любую работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту

Узнать стоимость

Электронная демократия и гуманистические принципы | Кириленко

1. Алексеев Г.В. Расширение областей применения информационных технологий и информационная безопасность государства // Управленческое консультирование. 2017. № 5. С. 8–19.

2. Антонов Я.В. Концепция системы электронной миграции // Управленческое консультирование. 2018. № 8. С. 106–115.

3. Антонов Я. В. Электронная демократия и электронное голосование: конституционноправовое измерение // Российский юридический журнал. 2016. № 5 (110). С. 101–113.

4. Ахременко А. С., Петров А. П., Филиппов И.Б. Стабильность и выживание демократий: от гипотезы Липсета к производительности экономики // Полития: Анализ. Хроника. Прогноз (Журнал политической философии и социологии политики). 2018. № 3 (90). С. 87–112.

5. Байков Е. А., Байкова И. А., Морщагина Н. А. Актуализация использования инновационных маркетинговых технологий в экономической и политической сферах деятельности современного общества // Петербургский экономический журнал. 2017. № 3. С. 33–43.

6. Балашов А. Н. Электронная демократия в России: состояние и особенности развития // Вестник государственного и муниципального управления. 2017. № 2 (25). С. 84–91.

7. Барсуков Д. П., Качук В. Н., Климин А. И. Медиаэкономика и основные тенденции развития современного телевидения // Петербургский экономический журнал. 2017. № 4. С. 84–93.

8. Быков И.А. «Электронная демократия» VS «электронное правительство»: концептуальное противостояние? // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. 2005. Т. 1. № 3. С. 69–79.

9. Быков И. А., Халл Т. Э. Цифровое неравенство и политические предпочтения интернетпользователей в России // Полис. Политические исследования. 2011. № 5. С. 151–163.

10. Галажинский Э.В., Клочко В. Е. Высокие гуманитарные технологии в образовании: между гуманизмом и манипуляцией // Психология обучения. 2010. № 12. С. 5–21.

11. Глазьев С.Ю. Информационно-цифровая революция // Евразийская интеграция: экономика, право, политика. 2018. № 1. С. 70–83.

12. Глазьев С.Ю., Локосов В.В. Оценка предельно критических значений показателей состояния российского общества и их использование в управлении социально-экономическим развитием // Вестник Российской академии наук. 2012. Т. 82. № 7. С. 587–614.

13. Демидов Д. Г. Космополитические основания интеграционных процессов современных государств // Евразийская интеграция: экономика, право, политика. 2016. № 2. С. 29–34.

14. Касавина Н.А. Социальное государство: между гуманизмом и прагматизмом // Социологические исследования. 2018. № 10. С. 33–43.

15. Кириленко В. П., Алексеев Г.В. Актуальные проблемы противодействия преступлениям экстремистской направленности // Всероссийский криминологический журнал. 2018. Т. 12. № 4. С. 561–571.

16. Кириленко В. П., Алексеев Г.В. Политические технологии и международный конфликт в информационном пространстве Балтийского региона // Балтийский регион. 2018. Т. 10. № 4. С. 20–38.

17. Кириленко В. П., Алексеев Г.В. Современная демократия и политические лидеры // Управленческое консультирование. 2018. № 7. С. 17–31.

18. Кириленко В.П., Алексеев Г.В., Пацек М. Естественное право и кризис либерального правопорядка // Вестник Санкт-Петербургского университета. Право. 2019. Т. 10. № 1. С. 38–54.

19. Комарова В.В. Электронная демократия — мифы и реальность // Ученые записки Худжандского государственного университета им. академика Б. Гафурова. Серия гуманитарнообщественных наук. 2016. № 3. С. 44–52.

20. Мутагиров Д.З. Столкновение взглядов на демократию // Свободная мысль. 2013. № 1. С. 175–188.

21. Россошанский А.В., Цаплин А.Ю. Пути развития современных демократий в информационном обществе // Известия Саратовского университета. Новая серия. Сер.: Социология. Политология. 2017. Т. 17. № 3. С. 331–336.

22. Сатановский Е.Я. Между кризисом и катастрофой // Россия и мусульманский мир. 2016. № 5. С. 13–23.

23. Суслов Д.В. Гудбай, прежняя Америка? // Россия в глобальной политике. 2016. Т. 14. № 5. С. 13–21.

24. Тощенко Ж. Т. Новое явление в социальной структуре общества: прекариат // Общество и экономика. 2018. № 11. С. 25–45.

25. Чимаров Н. С. Правовые стандарты новых технологий голосования в избирательном процессе Эстонской Республики // Управленческое консультирование. 2015. № 5. С. 204–210.

26. Чугунов А.В. Электронное участие в контексте трансформации концепции демократии // Управленческое консультирование. 2017. № 8. С. 14–20.

27. Яннарас Х. Избранное: Личность и Эрос. М. : РОССПЭН, 2005. 480 с.

28. Achterberg P., Houtman D., Derks A. Two of a Kind? An Empirical Investigation of Anti-welfarism and Economic Egalitarianism // The Public Opinion Quarterly 2011. Vol. 75. N 4. P. 748–760.

29. Antonov Ya. V. The Role of International Organizations in the Formation of the Legal Framework of E-Democracy // Czech Yearbook of International Law. 2018. P. 19–46.

30. Boehme-Neßler V. Privacy: A Matter of Democracy. Why democracy needs privacy and data protection in International Data Privacy Law // International Data Privacy Law 2016. Vol. 6. Is. 3. P. 222–229.

31. Bugarič B. A Crisis of Constitutional Democracy in Post-Communist Europe: “Lands in-between” Democracy and Authoritarianism // International Journal of Constitutional Law 2015. Vol. 13. Is. 1. P. 219–245.

32. Cooley A. Examining Development of E-Government in Russia and China: A Comparative Approach // International Journal of Public Administration 2018. Vol. 41. Is. 11. P. 899–908.

33. Dahl R.A. A Democratic Dilemma: System Effectiveness Versus Citizen Participation // Political Science Quarterly 1994. Vol. 109. Is. 1. P. 23–34.

34. Harfield T. D. Exposing Humanism: Prudence, Ingenium, and the Politics of the Posthuman // Journal of Historical Sociology 2013. Vol. 26. Is. 2. P. 264–288.

35. Hoff J., Scheele C. E. Theoretical Approaches to Digital Services and Digital Democracy: The Merits of the Contextual New Medium Theory Model // Policy & Internet 2014. Vol. 6. Is. 3. P. 241–267.

36. Hollis L. Weapons of Maths Destruction: How big data increases inequality and threatens democracy. An interview with Cathy O’Neil // IPPR Progressive Review 2017. Vol. 24. Is. 2. P. 108–118.

37. Hong S., Kim N. Will the Internet Promote Democracy? Search Engines, Concentration of Online News Readership, and E-democracy // Journal of Information Technology & Politics 2018. Vol. 15. Is. 4. P. 388–399.

38. Ingrams A. Public Values in the Age of Big Data: A Public Information Perspective // Policy & Internet 2018.

39. Isaac J. C. Liberal Democracy in Question? // Perspectives on Politics 2017. Vol. 15. Is. 1. P. 1–5.

40. Janssen M., Kuk G. The Challenges and Limits of Big Data Algorithms in Technocratic Governance // Government Information Quarterly 2016. Vol. 33. Is. 3. P. 371–377.

41. Janssen M., Van den Hoven J. “Big and Open Linked Data (BOLD) in Government: A Challenge to Transparency and Privacy? // Government Information Quarterly 2015. Vol. 32. Is. 4. P. 363– 368.

42. Johnson J.A. The Illiberal Culture of E-Democracy // Journal of E-Government 2007. Vol. 3. Is. 4. P. 85–112.

43. Kaplow L., Shavell S. Fairness versus Welfare. Cambridge, Massachusetts: Harvard University Press. 2002.

44. Keir J. Two Hearts Believing in Just One Mind? The Humanistic Management Network and the Global Ethic Project // Humanistic Management Journal 2016. Vol. 1. Is. 1. P. 139–147.

45. Lieberman J. L. Ralph Ellison’s Technological Humanism // MELUS 2015. Vol. 40. Is. 4. P. 8–27.

46. Marey M. A Political Defence of Kant’s Aufklärung: An Essay // Critical Horizons 2017. Vol. 18. Is. 2. P. 168–185.

47. Masuda Y. The Information Society as Post-industrial Society. Institute for the Information Society. Tokyo. 1980.

48. Moss G., Coleman S. Deliberative Manoeuvres in the Digital Darkness: eDemocracy Policy in the UK // The British Journal of Politics & International Relations 2014. Vol. 16. Is. 3. P. 410– 427.

49. Ritzer G. The McDonaldization of Society. Pine Forge Press. 1993.

50. Vedel G. Derecho administrative. Aguilar, 1980.

Гуманистические принципы в развитии экономической теории Текст научной статьи по специальности «Экономика и бизнес»

ВОПРОСЫ ТЕОРИИ

Э.С. Нухович,

д.э.н., профессор, директор НИЦ

ГУМАНИСТИЧЕСКИЕ ПРИНЦИПЫ В РАЗВИТИИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ

последние годы термин “политическая экономия” (видимо, главным образом, в связи с разоблачением мифа о существовании политической экономии социализма) исчез с научного горизонта России и из преподавания как в средней, так и в высшей школе. Тем не менее в зарубежной экономической мысли он присутствует и наряду с прикладной и отраслевой экономикой, менеджментом, маркетингом, логистикой не только не потерял своего значения, но и приобрел, по нашему мнению, более емкое и более плюралистическое содержание.

Современная политическая экономия вобрала в себя прежде всего социальный опыт по использованию рыночного механизма не только с точки зрения достижения наивысшей экономической эффективности, но и с точки зрения того, как она сопрягается с социальной справедливостью, а именно: с проявлением свободы личности в экономической и политической сферах, созданием системы ценностей с учетом интересов индивида, группы, общества и государства. В конечном счете (возможно, несколько схематично) в основе идеалов и социализма, и либерализма лежат принципы свободы и равенства людей. В отличие от либеральной концепции, для которой равенство возможностей означает примат индивидуального начала, социалистическая доктрина исходит из главенства социальноэкономического равенства, а следовательно, коллективистских начал. Но это в теории. В практике социалистического строительства идеальные схемы мало соответствовали ей. Тем не менее сам факт социалистического эксперимента дал пусть во многом отрицательный, но результат, который отразился на теоретических концепциях и повлиял на условия функционирования рыночнокапиталистического механизма в сторону его все большей социальной направленности, все большей подстройки под человеческое измерение, под интересы, потребности и запросы людей. Сами рамки либерального (неоклассического) подхода раздвинулись вплоть до экономического подхода к человеческому поведению. Оказалось, что даже такие нерыночные сферы деятельности общества, как образование, политический лоббизм, иррациональные и альтруистские поступки могут

быть исследованы с помощью универсального экономического языка, включающего ключевые слова — редкость, цена, альтернативные издержки [1] .

Необходимо уточнить и вернуть первоначальный смысл термину “политическая экономия”. Он означает соединение экономической теории с социальным содержанием важнейших жизненных ценностей: свобода — равенство; экономическая эффективность — социальная справедливость; частная собственность — общественное благосостояние. В основе этой своеобразной триады гуманистических принципов, отражающих противоречия реальных процессов в жизни, как бы разворачивается эволюционная спираль политэкономических школ и течений. Стремясь исследовать эту противоречивость, политическая экономия отразила важнейшие этапы в становлении и развитии капитализма — ранний, зрелый (индустриальный), переходный (постиндустриальный). На различных рубежах развития в политической экономии преобладал тот или иной подход к анализу общества, акцентирующий определенные гуманистические принципы его эволюции.

Первый подход — исследование причин богатства общества, второй — оценка субъективного фактора в создании и распределении богатства, третий — исследование границ стихийного и сознательного начал в создании и распределении богатства. Конечно, столь упрощенная схема не может передать всего многоцветия полит -экономической мысли, начавшей свое развитие с меркантилистов [2]. Они отводили главную роль в накоплении богатства в виде денег государству и предлагали внедрить систему денежного и торгового балансов. Земля и труд — вот главные источники богатства по мнению В. Петти (1623-1687), разработавшего основы теории трудовой стоимости, метод причинно-следственного и статистического анализа [3]. Если В. Петти заложил основы классической политической экономии, то дальнейшее развитие она получает у французских ученых-физиократов (от греческого РЫб15 — природа) П. Буагильбера (1646-1714) и Ф. Кене (1694-1774). Первый критиковал меркантилистов и утверждал, что основой богатства является сельское хозяйство. Второй выдвинул идею “естественного порядка” (свободная конкуренция, стихийная игра рыночных цен, исключающие вмешательство государства) и впервые составил “экономические таблицы” воспроизводства общественного капитала.

Вершиной классической политэкономии стали труды английских экономистов А. Смита (1723-1790) и Д. Рикардо (1772-1823), в которых на основе теории трудовой стоимости исследованы внутренние закономерности становления раннего капитализма. В главном труде А. Смита “Исследование о природе и причинах богатства народов” — катехизисе классической политэкономии — как и в других его работах, отчетливо прослеживается противоречивая связь между объективными закономерностями рыночно-капиталистического накопления богатства и ролью субъекта, экономического человека в этом процессе. Поэтому теоретическое наследие классиков стало фундаментом, на котором возникли две новые ветви в политэкономии, оценивающие по-разному роль субъективного фактора в создании и распределении богатства: марксистская и немарксистская политэкономия.

* Здесь и далее цифра указывает на источник или примечание в конце материала.

Марксистская ветвь, вобрав в себя наследие классиков, идеи западноевропейских социалистов-утопистов и гегелевскую диалектику, основной упор сделала на критическом анализе раннего капитализма и социальном освобождении человека труда в процессе крушения существовавшего “естественного порядка”. Весь пафос роли субъективного фактора в условиях острых противоречий господства конфронтационной культуры в тогдашнем обществе одномерно сводился к экспроприации богатства у буржуазии и распределении его между наемными работниками. Капиталист-предприниматель представлялся лишь эксплуататором, лишенным права быть субъектом новых общественных отношений. Он действует в рыночнокапиталистическом хозяйстве, которое не может быть трансформировано иначе, как полной заменой несуществующими в природе новыми отношениями коммунистического типа (своего рода гегелевский “абсолютный разум” по своему утопическому плану создает новую объективную реальность). Так мыслилась роль человека-созидателя. При всей мифологичности такой роли субъективного фактора тем не менее впервые ставился вопрос о справедливом распределении созданного богатства. Индивидуалистским началам свободы личности противопоставлялись коллективистские начала освобождения и преодоления отчуждения от собственности, результатов труда, в конечном счете — от власти [4].

Октябрьская революция 1917 г. в России, ставшая первым этапом воплощения в жизнь марксовой гипотезы о новом обществе, которое должно было быть воздвигнуто на обломках капитализма, углубила начавшийся после смерти Маркса раскол в марксистской экономической теории на ортодоксальную марксистско-ленинскую и социал-демократическую (Э. Бернштейн, Р. Гильфердинг, КИ.зоКлаиуртоскваинйн).ость от других экономических теорий пагубно отразилась на марксистско-ленинской (вернее, на ленинско-сталинской) доктрине, ибо Маркс не претендовал на невозможность пересмотра и изменения своей теории в результате новых, меняющихся исторических условий и, тем более, на авторство готовой модели [5]. Кроме всего прочего, именно отрыв от методики марксовых исследований привел к “открытию” закономерностей построения социализма в одной, отдельно взятой (к тому же среднеразвитой) стране, экономических закономерностей “зрелого социализма”, все углубляющегося “общего кризиса капитализма”.

В противоположность этому социал-демократическая экономическая мысль не замыкалась в кругу собственных концепций, а вбирала в себя и критически переосмысливала теории и концепции немарксистской политической экономии. Анализ субъективного фактора в создании и распределении богатства, с одной стороны, шел путем углубления и критического пересмотра позиций классиков, с другой — вызвал появление нового направления в научном поиске, где упор был сделан не на исследование общих причин богатства, а на выявление особенностей создания этого богатства у отдельных стран и народов. В этой связи следует назвать экономическую теорию Ж.Б. Сэя (1767-1832), крупного французского фабриканта, открывшего “вечные” законы рынка (предложение товара находит адекватный спрос), теорию полезности производства, создающего не стоимость (как у классиков и Маркса), в основе которой лежит общественно необходимый труд, а ценность. Ему принадлежат определение факторов производства — труд, капитал, земля — и тезис о том, что “рабочий класс больше всех других заинтересован в

техническом успехе производства” [6]. Почти двести лет назад он ввел в научный оборот термин “предприниматель” [7].

Теоретическому обоснованию глубокого противоречия между производством и потреблением богатства, важности проблемы личного потребления в его воспроизводстве не только крупными, но и мелкими производителями посвятил свои изыскания французский экономист Ж.Ш. Сисмонди (1773-1842).

С иной точки зрения подошла к рассмотрению проблемы богатства возникшая в Германии в первой половине XIX в. так называемая историческая школа. Она отвергала идею “всегда неизменных естественных законов хозяйства”, подчеркивала их “относительное значение в силу их изменяемости параллельно с изменяемостью самого народа и его потребностей”. Учение этого направления впервые трактует понятие “невещественных капиталов”, подразумевая под ними прежде всего профессиональные навыки. Это усилило гуманистическую традицию экономического знания.

Если последнюю треть XVIII и первую половину XIX в. можно условно назвать эпохой классической политической экономии, рассматривающей проблему богатства с упором на объективные законы его создания, то во второй половине XIX в. все большее значение придается субъективному фактору и его возможностям изменять и коренным образом трансформировать объективные естественные закономерности. На рубеже последней трети XIX — начала XX в. появляются новая историческая школа и так называемые маржиналисты (от термина “marginal analysis” — “предельный анализ”). Одним из видных представителей новой исторической школы был немецкий ученый В. Зомбарт (1863-1941). В своем труде “Современный капитализм” (1902 г.) он претендовал на периодизацию развития капитализма и отстаивал идею социального плюрализма, то есть постепенного преобразования капитализма в смешанное хозяйство, где будут сосуществовать различные формы хозяйствования: капиталистические, кооперативные,

общественные, крестьянские, ремесленнические и другие.

Если представители новой исторической школы предложили отказаться от абстрактной экономической теории классиков, то маржиналисты, представленные австрийской — Е. Бем-Баверк (1851-1914), английской, или кембриджской, -А. Маршалл (1842-1924), американской — Дж.Б. Кларк (1847-1943) школами, в противовес теории трудовой стоимости выдвинули теорию “предельной полезности” [8]. Они обвиняли классиков в отсутствии профессионализма (якобы экономической теорией занимались не профессиональные ученые, а государственные деятели, журналисты, философы, которые привносили в свои труды идеологию, морализирование, политику).

Так классическая политическая экономия с ее целостной картиной мира богатства, основные компоненты которого составляли труд, земля, капитал, вначале подверглась критике со стороны исторической школы, которая выступила против естественных и непреложных законов хозяйства и выдвинула в качестве альтернативной основы социально-исторические законы развития тех или иных народов или государств, то есть законы мира хозяйственной культуры. “Маржиналистская революция” в экономической теории в свою очередь означала несогласие с “миром хо-

зяйственной культуры” и бросала вызов классическому “миру богатства”, на который ученые этого направления смотрели глазами не стороннего наблюдателя, а непосредственного субъекта экономического агента, участвующего в создании этого богатства и принимающего хозяйственные решения, не руководствуясь “народным духом”, который отстаивала историческая школа.

По сути, маржиналисты заложили основы неоклассического, математического, институционального и иных современных течений экономической мысли в целом, политической экономии в частности. Нейтральность экономической теории мар-жиналистов с их принципом распределения ограниченных ресурсов на основе стихийного рыночного равновесия и этической мотивации хозяйственного поведения отражала два явления: с одной стороны, окончание безраздельного столетнего господства теории классиков политической экономии, с другой — поиск такой этики хозяйствования, которая означала отход от классово очерченного Смитом “максимизирующего поведения” [9] и переход к нейтрально-психологическому объяснению экономической деятельности людей. Нельзя утверждать, что есть единая капиталистическая этика. В зависимости от национально-культурных различий и степени экономического развития существуют разные толкования этики. Так “особое потребление” Т. Веблена со всем его расточительством и роскошью так же относится к буржуазной этике, как и “житейский аскетизм” предпринимателя-пуританина М. Вебера. Но в том и другом вариантах предполагается, что люди живут, по выражению Канта, в “антиобщественном обществе” эгоистических личностей.

Маржиналисты с универсальными экономическими законами “чистого рынка” неизбежно столкнулись с необходимостью “подправить” классику таким образом, чтобы она оказалась пригодной для резко обострившихся классовых противоречий последней трети XIX в. и “сбоя” механизма стихийного регулирования “невидимой рукой” (всемирная финансово-экономическая паника, вызванная крахом Венской фондовой биржи). Основные течения маржиналистов по-разному предлагали свои решения этой проблемы, которая в теоретическом плане может быть определена как выявление границ и возможностей объективного и субъективного в производстве и распределении богатства, а в практическом — как вопрос о создании и сохранении государства всеобщего благоденствия (или при активной регулирующей роли государства и других общественных институтов, или при сохранении универсальных законов “чистого рынка” с ограниченными охранноправовыми функциями государства).

Мир богатства, мир хозяйственной культуры, мир хозяйствующего субъекта — все это альтернативные направления экономической мысли, отражающие экономическую реальность. В то же время непреодолимых границ между этими тремя основными направлениями в экономической теории нет. Поэтому XX в. представлен постоянным критическим борением между ними, хотя многих современных ученых экономистов с большой долей условности можно отнести к тому или иному из них. Нередко их трудам свойственны эклектические подходы. Тем не менее можно назвать наиболее видных представителей современного классического направления — Г. Срафф и Л. Пазинетти, историческо-институционального (социальный институционализм) — А. Берли, Л. Минз, Дж.К. Гэлбрейт, субъективистского — Ф. Хайек, И. Кирзнер.

На стыке классического и субъективистского направлений возникли две наиболее мощные ветви современной экономической мысли, точнее, политической экономии: неоклассики и кейнсианство. В последние годы набирает силу и третья — социальный институционализм, где под термином “институт” понимаются такие социальные явления, как семья, государство, корпорация, профсоюзы, а экономические категории — частная собственность, налоги, деньги, прибыль — лишь форма проявления психологии общества, определяемого обычаями, традициями, этикой. В условиях современного российского реформаторства идеи неоклассиков получили широкое распространение.

Особая живучесть этих идей (уже более ста лет) заключается прежде всего в методологии исследований экономических явлений. Во-первых, внеисторический подход, во-вторых, связь теоретических доктрин с конкретно-аналитическими исследованиями, практическим инструментарием, необходимым для деятельности экономических агентов в условиях “чисто рыночных” отношений: определение закономерностей ценообразования, конкуренции, поведения потребителя, достижения баланса между спросом и предложением. В-третьих, это “свобода предпринимательства” и сведение роли государства лишь к поддержанию условий для свободной конкуренции и принципа “laissez-faire” (“не препятствуй”). В-четвертых, отрицание каких бы то ни было форм отчуждения труда и, как подчеркивал видный американский социолог Р.А. Даль в своей книге “Введение в экономическую демократию”, сосредоточение “без ограничений экономических ресурсов” (в руках гигантских корпораций. — Э.Н.) [10].

Среди ведущих направлений нынешних неоклассиков выделяются приверженцы концепции морального, или “естественного расширенного порядка” (австрийско-американский экономист Ф. Хайек), последователи постулатов “предельной полезности”, сформулированных еще в работах австрийской неоклассической школы в начале XX в., в частности австрийского профессора Е. Бем-Баверка, и представители монетаристской школы во главе с профессором Чикагского университета М. Фридманом. Следует отметить, что все эти направления в значительной мере испытали воздействие различных наук — философии, биологии, археологии, этнографии, математики и других.

Исходная позиция Ф. Хайека — это взгляд на мир, экономику как на спонтанный порядок (рынок), опирающийся на “моральную традицию” и отвергающий всякого рода разумные схемы социалистов по переустройству общества. Вот его кредо, сформулированное в речи в Гуверовском институте 1 ноября 1983 г.: “Я должен признать, что даже после 60-летнего стажа профессионального экономиста все еще понимаю, как трудно для простого человека понять, что при равном или даже “справедливом” распределении продукта почти все имели бы гораздо меньше того, что имеют сейчас… Частная собственность на средства производства — необходимое условие существования этого продукта в виде сколько-нибудь похожем на его современную величину” [11]. Поэтому Ф. Хайек, по некоторым оценкам обладавший такой убедительностью своих аргументов, что даже заставил Дж.М. Кейнса пересмотреть основные свои идеи, выступает как наиболее яркий сторонник либеральных ценностей (прежде всего приверженности к свободе), от-

ход от которых не может быть оправдан никакими “соображениями целесообразности” [12].

Что касается представителей неоклассиков, отстаивающих постулаты “предельной полезности”, то среди них выделяются как бы два крыла: кардиналисты — те, кто полагает, что с помощью эмпирических исследований (в том числе с использованием математических моделей) возможно количественно измерить абсолютную величину этой “полезности”, и ординалисты, отрицающие возможность такого подсчета. К кардиналистам принадлежат американские экономисты Дж. Нейман и

О. Моргенисторн (рассмотрение игровых ситуаций с использованием субъективных оценок потребительской полезности товаров), к ординалистам — американец П. Самуэльсон и англичанин Дж. Хикс (школа предпочтений потребителей).

В конце 40-х годов в университете г. Фрейбурга (Германия) сформировалась неолиберальная группа экономистов под руководством В. Ойкена, который стал издавать ежегодник “ОМо”. В нем публиковались статьи не только германских неолибералов, но и их последователей из других стран мира. Самому В. Ойкену принадлежит разработка концепции “идеальных типов хозяйств”. Таким хозяйством германские неолибералы считают “социальное рыночное хозяйство”. Они, с одной стороны, выступают за “свободное рыночное хозяйство”, но в то же время и не могут отрицать важной роли государства в “социализации”, смягчении отрицательных последствий рыночного хозяйства. Известный государственный деятель ФРГ канцлер Л. Эрхард — автор “германского чуда” — совместно с немецким экономистом В. Репке попытались представить общество в “социальном рыночном хозяйстве” в виде “футбольной команды”, в которой каждый из игроков выполняет свои функции в соответствии с едиными правилами игры. Государство выступает в роли арбитра, предотвращая экономические кризисы, массовую безработицу, обнищание социально незащищенных слоев общества.

Неолиберальные экономисты во Франции объединились в 60-е годы в так называемую “новую французскую школу” — Ж. Рюэфф, Л. Арман, Э. Малинво и др. и повели атаку на принцип “дирижизма” (государственного управления). Но, делая акцент на “свободный рынок”, они признают “индикативное (не директивное, а рекомендательное) планирование” экономики, что отличает их от германской модели “футбольной команды”.

Наконец, видным представителем современного либерального направления неоклассической экономической мысли является профессор Чикагского университета М. Фридман, который сумел сочетать общую теорию со статистикой, эмпирическими исследованиями. Это позволило ему стать автором современной теории монетаризма, уходящей своими корнями к меркантилистам. М. Фридман рассматривает деньги как главный инструмент воздействия на совокупный спрос и предложение. Он признает “естественным” явлением безработицу и утверждает, что причины инфляции — в неумении правительства управлять денежной массой (например, экономический кризис в США 1929-1933 гг. рассматривается как результат сокращения ее на одну треть). По Фридману, правильная политика правительства — осуществлять постоянное, предсказуемое увеличение денежной массы в соответствии с количеством товаров и ростом производительности труда. Кроме этого правительство не должно вмешиваться в деятельность “свободного рынка”.

В своей книге “Капитализм и свобода” (1960 г.) М. Фридман подчеркивает, что правительство призвано лишь охранять свободу граждан. “Первый принцип, -пишет он, — состоит в том, что прежде всего следует ограничить полномочия правительства. Главная его функция должна состоять в том, чтобы защитить нашу свободу как от недруга, так и от наших сограждан…” [13].

Особая популярность доктрины неоклассиков, утверждающих либеральные принципы универсального рынка — гаранта свободы производителя и потребителя, их свободного права выбора источника своего богатства, а соответственно и богатства государства, общества в целом, — объясняется, кроме всего прочего, провалом модели сверхцентрализованного планирования в условиях социалистического эксперимента. В то же время, несмотря на привлекательность этой доктрины, руководители даже промышленно развитых стран Запада не прибегают к практическому использованию неоклассических рекомендаций. Наибольшую последовательность в их реализации в ходе осуществления экономических реформ в развивающихся странах (в частности, монетаристские рекомендации по ликвидации бюджетного дефицита, сокращению расходов на социальные нужды, проведению антиинфляционных мер) проявляет Международный валютный фонд. Кстати, эти рекомендации с обязательствами со стороны бывшего в то время и.о. премьера России Е. Гайдара по бездефицитному бюджету были представлены МВФ российскому правительству, особенно на первом этапе (апрель 1992 г.) его реформаторской деятельности.

Немецкий экономист О. Дамсдофф, бывший министр экономики ФРГ, заметил, что “у международных финансовых организаций типа МВФ давно уже мигают красные сигнальные лампочки тревоги. Давать деньги, когда реформы не идут, значит бросать их в бездонную бочку” [14]. На конец 1995 г. Россия получила от МВФ около 6 млрд дол. Ход реформ оказался крайне противоречивым, особенно пострадала при этом социальная сфера, что оказало негативное воздействие на благосостояние широких слоев населения, на положение культуры, науки, образования, здравоохранения. Все это привело к тому, что после президентских выборов июня-июля 1996 г. Б.Н. Ельцин объявил о серьезной корректировке курса реформ.

Популярность неоклассического направления в современной экономической мысли в значительной мере заключается в том, что ее постулаты носят все более ритуально-символический характер, а их практическая значимость подвергается все большему сомнению со стороны теоретиков других направлений, в первую очередь социального институционализма. В качестве главного контраргумента против экономистов-либералов они выдвигают утверждение, что рынок не всесилен, рыночный механизм саморегуляции недостаточен для обеспечения сбалансированного развития экономики. Есть другие, не менее действенные механизмы организации и координации хозяйственной деятельности, представленные прежде всего системой интересов, мотивацией субъектов в процессе принятия решений, заключения сделок, контрактов и т. п. Согласно такой трактовке наряду с “предельными издержками производства”, “предельной полезностью и производительностью” существуют особого рода “издержки человеческой натуры” по поведению самих агентов рыночных отношений. Экономический анализ, проводимый аген-

тами при заключении сделок, контрактов, соглашений, представляется более эффективным, чем саморегулирующее воздействие рынка.

“В период волны либерализации, охватившей страны Запада, — подчеркивал чикагский профессор Р. Коуз, — этот анализ, продиктованный в свое время раздумьями над планированием (оказывается, этот инструмент не следует выбрасывать как негодный для рыночного хозяйства?! — Э.Н.), полностью себя оправдывает. Он выявляет больше преимуществ, в том числе в капиталистической экономике, в случае обращения к альтернативным (по сравнению с рынком. — Э.Н.) механизмам координации и организации” [15].

Известно, что на начальном этапе реформы Е. Гайдар и его команда объявили себя сторонниками монетаризма, хотя сейчас некоторые из них уже считают себя приверженцами социально-институциональной доктрины. Тем не менее методы по денежно-финансовой стабилизации и борьбе с инфляцией носят формально как бы монетаристский характер. По сути своей их никак нельзя отнести к современной доктрине монетаризма, исходное понятие которой заключается в том, что среди всех имеющихся активов (капитал, земля и т.п.) деньги представляют собой как бы внешний фактор. А именно количество денег в народном хозяйстве определяется извне Центральным банком РФ. Каждый субъект хозяйствования — фирма или индивидуум — при увеличении массы денег начинает переоценивать имеющиеся в его распоряжении активы. Это ведет к увеличению спроса на недвижимость, акции, товары длительного пользования и другие потребительские блага. При уменьшении количества денег наблюдается обратная корректировка “портфеля активов”.

Монетаризм оказывается неприемлемым для российских условий по двум главным причинам. Во-первых, это инструмент тонкой настройки высокоразвитого рыночного хозяйства (например, дополнительное поступление денежной массы в экономику ежегодно не должно превышать 5%). Таковой ситуации в нашей стране, где только еще осуществляется переход к рынку, нет. Во-вторых, деньги в российской национальной экономике не могут рассматриваться как автономный внешний фактор.

Таким образом, при внимательном изучении реформаторских усилий в денежнофинансовой и кредитной областях выясняется, что они основываются на принципах давно отброшенной современной практикой старой количественной теории денег. Согласно этой теории масса денег в обращении и уровень цен на товары и услуги жестко связаны друг с другом и пропорционально зависимы. Отсюда и рекомендации этой теории: чтобы свести к минимуму рост цен, нужно резко уменьшить объем денежной массы. Нежизненность количественной теории заключается в том, что она полностью игнорирует и воспроизводственный процесс в целом, и двойственную причину появления инфляции — как в сфере обращения, так и в сфере производства [16]. Следовательно, то, что в России подается как монетаризм, по сути является попыткой практического использования количественной теории денег, представляющей интерес лишь с точки зрения истории развития денежных теорий и утратившей свою практическую ценность в современных условиях.

Популярность неоклассической теории за последние два с лишним десятилетия особенно возросла в связи с критикой другой основной ветви экономической мысли, именуемой кейнсианством. Она связана с именем одного из выдающихся западных теоретиков, политиков, предпринимателей Дж.М. Кейнсом (1884-1946) и возникла как прямое продолжение маржиналистского направления. Кейнс был учеником А. Маршалла, главы кембриджской школы. Среди неоклассиков, также вышедших из этой школы, уже возникали сомнения в совершенстве рыночного механизма, в его способности поддерживать равновесие в экономике на основе механизма ценообразования и свободной конкуренции. Так, А. Пигу (1877-1959) был одним из первых, кто в работе “Экономическая теория благосостояния” обосновал необходимость государственного распределения так называемого “национального дивиденда” среди различных слоев общества.

Кейнсианская доктрина означала принципиально новый макроэкономический подход к рассмотрению процесса воспроизводства. Если до этого превалировал преимущественно микроэкономический подход (рассмотрение проблемы производства товаров и их реализации с точки зрения отдельных хозяйственных субъектов: индивида, фирмы), то Кейнс уделил особое внимание экономике в целом, а именно таким проблемам, как национальный доход, накопление и потребление (“эффективный спрос”) и др. В условиях, когда экономический кризис 19291933 гг. потряс основы стихийно регулируемого рынком капиталистического хозяйства, он обосновал необходимость постоянного государственного вмешательства в качестве органического фактора экономического развития. Кейнс, выступая против теории трудовой и прибавочной стоимости, тем не менее использовал марксовы схемы воспроизводства, в свою очередь вобравшие в себя идеи воспроизводственного процесса Р. Кантильона и Ф. Кенэ.

С появлением кейнсианства обозначился четкий водораздел между двумя теоретическими течениями — “регулируемым капитализмом” и “свободным

предпринимательством”, что в значительной мере определяет состояние современной экономической мысли. Однако оба эти течения исходят из естественной природы человека, из “страсти приобретательства” [17]. Причину кризисов Кейнс видит в том, что “люди склонны увеличивать свое потребление с ростом доходов”. Открытый им “основной психологический закон” он использует для объяснения связи между проблемой занятости и инвестирования (т.е. расширения производства и создания новых рабочих мест) и “склонностью к сбережению”, потому что потребление не растет в такой же мере, как доход.

Кейнс существенно изменил представление о роли денег в процессе экономического развития. Их нехватка оказывается главной причиной кризисных нарушений производства, а показателем состояния денежного обращения выступает норма процента на ссудный капитал. Таким образом, согласно кейнсианской доктрине при увеличении занятости растет национальный доход и, следовательно, потребление. Но еще быстрее идет накопление богатства у тех, кто не склонен обращать его в инвестиции или приобретать различные товары, а стремится обладать денежным капиталом, под который можно получить наивысший процент. Изменения в настроении тех, кто обладает денежным капиталом, — вот, по Кейнсу, источник нарушения механизма процесса воспроизводства и наступления кризисов и

безработицы, которые не являются неизбежными при условии, что государство “будет оказывать свое руководящее влияние на склонность к потреблению частично путем соответствующей системы налогов, частично фиксированием нормы процента и, возможно, другими способами” [18].

Будучи не меньшим противником социализма, чем сторонники “свободного предпринимательства” (консервативные или либеральные неоклассики, как, например, австро-американские экономисты Л. Мизес, Ф. Хайек), Дж.М. Кейнс тем не менее внимательно изучил опыт первых пятилеток в СССР, дважды приезжал в страну, где в 1930 г. была закрыта последняя биржа труда. Известно, что “новый курс” Ф. Рузвельта в годы великой депрессии в США (промышленное производство тогда упало на 48%, а на 100 миллионов трудоспособных приходилось 14,5 миллиона безработных) основывался как на теоретической базе кейнсианской теории (необходимость сочетания капиталистического рынка с мощным государственным регулированием), так и на практическом использовании социалистического эксперимента в России (централизация банковской системы, контроль за ценами, общественные работы, проект Теннеси и др.) [19].

Дж. М. Кейнс, удостоенный титула лорда, возможно, в одинаковой мере мог считать себя политиком и экономистом. Он признавал себя “аморальным человеком” не только из-за своей принадлежности к так называемой “Блумсберийской группе интеллигенции” (ученые, писатели, художники, шокировавшие публику своим имморализмом в поведении, в том числе и сексуальном), но и потому, что менял свои взгляды в зависимости от складывающейся обстановки. В 1926 г. он поддержал всеобщую забастовку шахтеров, однако резко выступил против «учения, возвышающего пролетариат над буржуазией и интеллигенцией, которые, каковы бы ни были их ошибки, олицетворяют качество жизни и безусловно несут семена всех человеческих достижений» [20]. В то же время Кейнс отрицательно высказывался против большого неравенства в доходах, но и не поддерживал полную уравниловку. Свои теоретические выкладки Кейнс подкреплял практикой. Так, играя в свободное от основной работы время на бирже, он умножил личное богатство на 2 млн долларов.

Английскому экономическому лорду посчастливилось увидеть плоды своих теоретических изысканий, непосредственно воплощенных в политике. В 1944 г. на Бреттонвудской конференции были разработаны документы о создании Международного валютного фонда и Международного банка реконструкции и развития, в основу которых был положен “план Кейнса” — практическое применение идей, изложенных Кейнсом в его “Трактате о денежной реформе” (1923 г.). Ему принадлежит весьма амбициозное высказывание о связи экономической теории с политикой. “… Идеи экономистов и политических мыслителей — и тогда, когда они правы, и тогда, когда они ошибаются, — более могущественны, чем обычно думают. В действительности мир почти этим только и управляется” [21].

Отражение кейнсианской теории в практике, разработке и проведении экономической политики на примере “нового курса” Рузвельта и экономических программ западных стран в первые два с половиной десятилетия после второй мировой войны не дает оснований полагать, что политики строго следуют рекомендациям ученых. В то же время возможно, что здесь в какой-то мере сказалась и сама научная

и государственная деятельность Дж.М. Кейнса, но очевидно, что политическая экономия перестала быть только общей экономической теорией, а в значительной степени приблизилась к практике.

В 50-60 годы происходит все большее отделение общей экономической теории, изучающей фундаментальные закономерности экономики, от прагматических, практических принципов и методов, технологии ведения хозяйственной деятельности, главным образом, в условиях западноевропейских и североамериканских реалий. Именно в эти годы происходит дальнейшее воздействие на экономическую теорию других гуманитарных и естественных наук (социологии, математики, кибернетики и др.). Потребность в подготовке кадров, отвечающих вызову начавшейся во второй половине 50-х годов современной научно-технической революции, определила интерес к так называемой заземленной, прикладной экономической теории, что нашло свое отражение в появлении университетских курсов “экономикс”, где превалировал прагматический, в частности, микроэкономический принцип (индивидуум, фирма, корпорация). Одновременно с этим было положено начало новым научным и практическим разработкам менеджмента, маркетинга, логистики. Кейнсианские идеи, проблемы макроанализа оказались одним из важных разделов учебных курсов разного уровня по “экономикс”.

Современником Дж.М. Кейнса был австрийский экономист Й. Шумпетер (18831950). Как отмечают некоторые аналитики, концепциям Й. Шумпетера не повезло: в ряде своих разработок он предвосхитил Кейнса, но широкой известности они не имели [22]. Однако это не умаляет их теоретической и практической значимости. Более того, в теоретических основах современного предпринимательства (таких синтезирующих дисциплин, как “экономикс”, где фундаментальная теория увязывается с инструментарием хозяйственной деятельности) шумпетеровские концепции статичного и динамичного развития находят прямое отражение.

Й. Шумпетер вслед за Р. Катильоном, Ф. Кенэ, К. Марксом попытался дать целостное представление о механизме функционирования и развития капиталистической экономики. Наряду с кейнсианским определением “эффективного капитала” Шумпетер выдвигает теорию “эффективной конкуренции”. Вопреки утверждениям неоклассиков о необходимости сохранения “совершенной конкуренции”, в основе которой лежит схема достижения равновесия совокупного спроса и предложения через механизм ценообразования, он сформулировал идею двух видов воспроизводства: статика — простое воспроизводство, динамика — процесс развития. Движущей силой динамичных изменений в существующей системе Шумпетер считал предпринимателей. К ним он относил не всех, кто занимается производством и торговлей; он различал капиталиста (не в связи с его классовой принадлежностью, а с отсутствием у него стремления к новации) и предпринимателя — человека, владеющего такими чертами характера, как инициатива, авторитет, дар предвидения, готовность к риску. Следовательно, личность, индивидуальность обеспечивают предпринимательскую прибыль, а без последней не бывает развития — “эффективной конкуренции”, базирующейся на взаимодействии монополии и нововведений.

Основываясь на концепции экономической динамики, Й. Шумпетер приходит к выводу о неизбежной трансформации частнопредпринимательского капитала в экономическую систему, которая будет регулироваться государством.

Идеи Дж. М. Кейнса и Й. Шумпетера перекликаются не только в постулировании регулирующей роли государства, но и в таких понятиях, как “эффективный капитал” (у первого) и “предприниматель” (у второго).

В этой связи между сторонниками государственно-регулируемой экономики (условно кейнсианцами) и приверженцами теории социального институционализма нет китайской стены. Как было отмечено выше, это экономическое направление явилось преемником возникшей более ста двадцати лет назад новой (германской) исторической школы, или “социального направления”. По оценке всемирно известного русского экономиста Н.Д. Кондратьева (1892-1938), автора теории “длинных волн развития”, “само формирование исторической школы в противовес классической было фактом огромного значения для развития методологии социальной экономики” [23].

Примат психологии и этики над материальным производством, особая роль “мира хозяйственной культуры” новой исторической школы получили развитие в концепциях современного институционально-социального направления политической экономии, которая представляет как бы четко выраженный “человеческий”, гуманитарный характер экономического знания. То есть то, что в противовес объективистской классической традиции и марксистскому классовому толкованию связано с социальными законами, меняющимися в зависимости от воззрений, нравов, учреждений, институтов общества (под ними понимаются профсоюзы, партии, государственные органы и др.).

Институционально-социальное направление представлено как традиционалистами, отстаивающими, подобно американскому профессору П. Друкеру [24], законы “социального развития” и перехода от общества всеобщего благоденствия к предпринимательской экономике, так и “последовательными гуманистами” во главе с американским профессором Г. Беккером с его экономическим подходом к человеческому рыночному и “нерыночному” (любовь, брак, политический лоббизм) поведению.

Проблемам исследования современного индустриального общества и перспективам его развития уделено основное внимание в работах таких институционалистов, как французский профессор Ф. Перру, его соотечественник профессор Ж. Фурастье, патриарх американской современной экономической мысли Дж.К. Гэлбрейт [25]. В их трудах исследуется и ряд важных проблем политической социологии, футурологии и эргономики. Отсюда и их стыковка с “постинду-стриалистами”, американскими социологами Д. Беллом и А. Тоффлером.

До недавнего времени утверждалось, что институционально-социальное направление в политической экономии по своему воздействию на экономическую мысль не может сравниться ни с кейнсианством, ни с неоклассиками (неолибералами). Однако своего рода дуэль между двумя последними на протяжении послевоенных десятилетий шла с переменным успехом: до 70-х годов верх брали кейнсианцы и их последователи, позже, особенно в 80-х годах, первенствовали неоклассики. К

середине 90-х годов сложилась новая ситуация: ни то, ни другое направление не может быть доминирующим. Оба стремятся к своеобразному консенсусу, синтезу, что позволяет политикам в зависимости от особенностей развития современных социально-экономических, культурно-традиционных особенностей своей страны использовать в практической политике те или иные рекомендации соперничающих теоретических направлений. Поэтому если курс Рейгана и Тэтчер однозначно рассматривался как неоклассический (консервативный), то в политике Мейджора и Клинтона все более обнаруживаются идеи кейнсианского государственного вмешательства и институционально-социальных концепций “гуманистической экономики”, которая, на наш взгляд, получает все большее общественно-политическое звучание.

Не требуется особых доказательств для того, чтобы убедиться, что в условиях так называемой “полурыночной экономики” в России теоретические построения Кейнса и его последователей вряд ли применимы, равно как и монетаристская теория. Тем не менее некоторые выводы кейнсианства (в частности, о необходимости поддержания платежеспособного спроса за счет определенных бюджетных вливаний в экономику и государственных мер по стимулированию инвестиций) заслуживают внимания и могут быть практически использованы. На наш взгляд, взвешенной представляется оценка кейнсианства, данная профессором В.Е. Маневичем: “Общий подход кейнсианцев к экономике как к постоянно больному, депрессивному организму, их упор на перманентную нехватку платежеспособного спроса, их отказ видеть в инфляции результат лишь монетарных факторов, а в росте массы денег -лишь поощрение инфляции, описывает нынешнее состояние российской экономики значительно адекватнее, чем все разновидности неоклассической доктрины и ее ответвлений в области денежной теории, включая монетаризм” [26].

На протяжении двух последних десятилетий оживленная дискуссия между кейнсианцами и монетаристами носила главным образом академический характер. До 70-х годов перевес был на стороне первых, ибо их рекомендации широко использовались при проведении экономической политики в промышленно развитых странах с их смешанным механизмом хозяйствования, сочетанием рыночного саморегулирования с государственным управлением экономическими процессами. Наиболее ярким примером планирования и координации усилий государства и частного сектора по быстрому подъему национальной экономики является Япония. Экономическая политика правящих кругов Страны восходящего солнца в 60-70-е годы в определенной мере основывалась на системе “затраты-выпуск” американского экономиста русского происхождения В. Леонтьева (в 20-х годах, до своего отъезда в Германию на лечение, а затем в США, участвовавшего в составлении первых народнохозяйственных межотраслевых балансах-планах в СССР). Опыт Японии был использован в Южной Корее, на Тайване и в других новых индустриальных экономиках.

Известен и вариант “шведского социализма” по созданию “социально справедливого общества” при активном участии государства в обеспечении экономической стабильности и перераспределении доходов между богатыми и бедными слоями населения.

Даже в США, где экономика является образцом свободного рыночного регулирования, существует система интегрального энергетического планирования, регулируются цены на сельскохозяйственную продукцию, в частности на молочные продукты; наконец, функционирование федеральной резервной системы позволяет создать по сути централизованную банковскую систему, имеющую целью связать частные банки в единую цепь и подчинить государственному контролю объединенную сеть перелива капиталов в масштабах всего государства.

С 1992 г. российские реформаторы перенесли дискуссию в практическую плоскость. Они реализовали на практике монетаристскую модель, но не в ее подлинном виде, а в концепции старой количественной теории денег и в условиях отсутствия рыночной среды и циклически функционирующей денежной системы. Оценивая двухлетние итоги реформы, доктор экономических наук, директор Института социально-экономических проблем народонаселения Российской академии наук Н. Ромашевская писала: “…происходит маргинализация и пауперизация всех групп и слоев населения. Путь, по которому двигались наши экономические преобразования, был не только лишен социального компонента, но оказался свободен от всяких гуманистических начал” [27].

Последующие два года только усилили процесс поляризации российского общества на бедных и богатых. По оценке социологов, лишь московская элита тратит в год 6 млрд дол., это равняется сумме займов, полученных страной от МВФ на конец 1995 г. Соотношение доходов 10% самых богатых к 10% самых бедных достигло 20:1. В странах Запада этот показатель в два с лишним раза ниже.

Егор Строев, председатель Совета Федерации, высказывает мнение, что “драматизм ситуации состоит в том, что сегодня всякого рода антогонизмы и диспропорции очень прочно внедрились в хозяйственное поведение основных экономических субъектов — предприятий, хозяйств, самого государства… Элементарный анализ показывает, что госбюджет как нормальный элемент нормальной денежной системы у нас, по существу, выпадает из системы реальных денег и реальных финансовых потоков. Бюджет уже давно стал второстепенным источником регулирования хозяйственных отношений. Но как быть государству, когда ставкой является его экономический суверенитет, экономическая безопасность?” [28].

Литература и примечания

1. Ссылаемся на книгу Г. Беккера “Гуманистическая политэкономия”.

2. Французский экономист А. Монкретьен в 1615 г. издал “Трактат политической экономии”.

3. Примерно в это же время русский ученый И.Т. Посошков (1652-1726) в своем труде “Книга о скудости и богатстве” высказывает мысль о том, что “изобильное богатство” создается производством материальных благ.

4. Как бы сейчас ни характеризовались события в России на протяжении последних семидесяти пяти лет, они оказали глубокое воздействие на мировое развитие. Один из последователей институционально-социального направления, выделившегося из неоклассиков, Т. Веблен писал в 1992 г. в газете “Фримэн”, что после Октября американский империализм был обречен “на манию преследования и вечный страх за свое существование”.

5. Попытки преодолеть догматические шоры марксизма предпринимались еще на рубеже XIX-XX вв. В предисловии к переведенной впервые на русский язык книге одного из основателей австрийской (психологической) экономической школы К. Менгера под названием “Основания политической экономии” отмечалось: “В настоящее время, когда среди самого марксизма пробудился критический дух и стремление выйти за пределы узкого догматизма, внимание лиц, интересующихся экономическими вопросами, может и должно обратиться к двум основным направлениям в экономической науке: к историческому и к тому, видным представителем которого является Менгер” (см.: МенгерК. Основания политической экономии. Одесса, 1903. С.

6. X)m Ж.Б. Трактат политической экономии. М., 1896. С. 31.

7. “Предприниматель перемещает экономические ресурсы из области низкой предпринимательности, низких доходов в область более высокой производительности и прибыльности”.

8. К ним можно добавить австрийцев К. Менгера, Ф. Визера, швейцарца Л. Валраса и др. Дж.Б. Кларк создал особый вариант субъективистской теории “предельной производительности”, изложенной в его работе “Распределение богатства”. Согласно ей увеличение какого-либо из факторов производства ведет к падению его производительности.

9. Только капиталисты обладают им, а другие скорее выступают объектами, чем субъектами.

10. См.: Даль Р.А. Введение в экономическую демократию. М., 1991. С. 47.

11. Цит. по: ЭКО. 1991. № 12. С. 182-183.

12. Там же. С. 194.

13. Цит. по: ЭКО. 1991. № 7. С. 17.

14. «Финансовые известия». 1993. № 52. С. 11.

15. «Le Monde diplomatique». 17 Octobre 1991. P. 30.

Р. Коуз — лауреат Нобелевской премии за 1991 г., один из основателей современной теории прав собственности — неоинституционального направления экономической мысли, которое ставит в центр исследования не фирму, а индивидуума.

16. В России инфляция в сфере обращения так же отчетливо прослеживается, как и инфляция спроса.

17. Ф. Хайек резко критикует по этому поводу Аристотеля. Он пишет: “…иногда его называют первым в истории экономистом, но в своих рассуждениях он подразумевал под oikonomia (экономия) всего лишь домоводство или, в крайнем случае, управление индивидуальным хозяйством, таким, как ферма. К приобретательской деятельности на рынке, изучение которой он называл chrematistika (хрематистика), Аристотель питал только презрение” (Хайек Ф. Пагубная самонадеянность. С. 81).

18. Кейнс Дж.М. Общая теория занятости, процента и денег. М., 1978. С. 452.

19. “Главная функция правительства, — утверждал Ф. Рузвельт, — не столько делать то, что могут и без него, сколько поддерживать условия, в рамках которых для каждого есть место, если он того желает”.

20. “The Economist”. January 8th 1993. P. 106.

21. Кейнс Дж.М. Указ. соч. С. 458.

22. Возможно, отчасти оттого, что после прихода Гитлера к власти, последовавшего затем захвата Австрии он эмигрировал в США.

23. Кондратьев Н.Д. Основные проблемы экономической статики и динамики. М., 1991. С. 271.

24. “В самом деле, — пишет П. Друкер, — решающим фактором при определении ценности нововведения является не его оригинальность, не научное наполнение и даже не оригинальность решения, а только цены на рынке” (Druker Peter F. Innovation and Enterpreneurship. Practice and Principles. N.Y., 1990. P. 3).

25. “Технология, — писал Дж.К. Гэлбрейт, — то есть развитие и применение научных или систематизированных знаний к практическим задачам, является центральной характеристикой современного экономического развития” (Гэлбрейт Дж.К. Экономические теории и цели общества. М., 1982. С. 67). В этом плане нынешний этап НТР называют технологическим.

26. “Бизнес и банки”. 1994. № 1. С. 2.

27. “Московские новости”. 1994. № 3.

28. “Российская газета”. 1997. 25 января.

ю

Гуманистический принцип — Большая Энциклопедия Нефти и Газа, статья, страница 1

Гуманистический принцип

Cтраница 1

Гуманистические принципы нашей политики направлены на обеспечение духовного прогресса общества, подъем образования и культуры народа.  [1]

Резонно задать вопрос: не противоречит ли идея технологичности гуманистическим принципам и индивидуальному подходу в работе с персоналом организации. Опыт свидетельствует, что это противоречие снимается, если кадровому консультанту удается, используя соответствующую технологию, в комплексе учесть цели организации, потребности и возможности отдельных групп и индивидов.  [2]

Эстетика заключается в локанизме как целого, так и его деталей и отличается подлинно научным содержанием с высокими гуманистическими принципами.  [3]

Будущее общество рассматривается, таким образом, Марксом как такая ступень в истории человечества, которая отвечает самым высоким гуманистическим принципам; она песет с собой расцвет человеческой личности, всестороннее удовлетворение ее материальных и духовных запросов, гармоническое сочетание личных и общественных интересов.  [4]

Но новые явления в современной религиозной ситуации не отменяют, а, наоборот, обостряют проблему консолидации общества на платформе его обновления, что предполагает сотрудничество и единство верующих и неверующих, нормальные государственно-церковные отношения. В этих целях восстанавливаются гуманистические принципы отношения к религии и церкви, определяемые интересами укрепления единства всего народа.  [5]

Несмотря на разительные социальные, экономические, политические и культурные контрасты, правомерно тем не менее говорить о становлении единой цивилизации на нашей планете. Однако ее утверждение и развитие немыслимы без всеобщего признания таких фундаментальных гуманистических принципов, как свобода выбора народами своего будущего, возрастающая многовариантность социального прогресса и верховенство общечеловеческих интересов над бесчисленными центробежными силами. История неумолимо поставила на повестку дня переход от политической конфронтации к диалогу, от идеологического и религиозного фанатизма к деидеологизации межгосударственных отношений, к терпимости и плюрализму, от непримиримого противоборства к совместной эволюции различных народов на основе их взаимной военной, экологической, экономической безопасности.  [6]

Одним из главных объектов идеологического наступления врагов со циализма является в настоящее время русская культура, которая представ ляет историческую основу, главное богатство социалистической культуры нашей страны. Принижая роль русской культуры в историческом духовном процессе, искажая ее высокие гуманистические принципы, отказывая ей в прогрессивности и творческой самобытности, враги социализма тем са мым пытаются опорочить русский народ как главную интернациональную силу советского многонационального государства, показать его духов но немощным, неспособным к интеллектуальному творчеству. Не только пропагандируется идея духовного вырождения нации, но и усиливаются попытки создать для этого благоприятные условия.  [7]

В СССР уничтожена эксплуатация человека человеком и созданы все условия для всестороннего развития человеческой личности; 2) общественное и литературное движение эпохи Возрождения ( Ренессанса, 14 — 16 вв. Захватив политическую власть и заняв господствующее положение, буржуазия перешла к различным формам реакционной теории и практики, которые не имеют ничего общего с гуманистическими принципами; буржуазное мировоззрение, стремящееся увековечить капиталистический гнет, частную собственность на орудия и средства производства, эксплуатацию и порабощение трудящихся, чуждо и враждебно подлинному гуманизму. Наиболее враждебной гуманизму является человеконенавистническая идео логия империалистических поджигателей войны.  [8]

Степень социальной этичности маркетинга, столь значимая в сфере образования, определяется тем, насколько он позволяет учитывать и удовлетворять актуальные запросы и долгосрочные интересы потребителей, собственные потребности образовательного учреждения и долговременные интересы общества. Нсли исходить из предложенной нами цели маркетинга ОУ, его миссии — приращения ценности человека, — то декларированный только что подход вполне можно признать идущим в этом русле и, по крайней мере, не противоречащим гуманистическим принципам, поскольку результат этого подхода — осуществление инвестиций в человека — несомненно, работает на эту миссию.  [9]

В последние десятилетия стало влиятельным направление, ведущее глобальную социокультурную и социо-экологическую критику современного западного общества. Это прежде всего концепции, направленные против сложившейся социальной структуры и культуры, против институциональной науки. В них оспаривается совместимость науки и технологии с гуманистическими принципами и человеческими интересами. Основной их проблемой является отчуждение человека от общества, природы и самого себя. Вся сложившаяся культурная среда, включая саму социологию, рассматривается как средство социального контроля.  [10]

Остаточный принцип финансирования социальной сферы никак не совпадал с официально провозглашенными гуманистическими принципами.  [11]

Развитие естественных наук, практическое естествознание, воплощенное в промышленности, на базе частной собственности, указывал Маркс, ведут к созданию экономического богатства, с одной стороны, и экономической нищеты — с другой. На основе же коммунизма они создают условия для полного проявления богатства человеческой натуры и для обогащения самих человеческих потребностей. Будущее общество рассматривается, таким образом, Марксом как такая ступень в истории человечества, которая отвечает самым высоким гуманистическим принципам; она несет с собой расцвет человеческой личности, всестороннее удовлетворение ее материальных и духовных запросов, гармоническое сочетание личных и общественных интересов.  [12]

Социал-реконструктивизм — направление в социологии и педагогике, сложившееся во второй половине XX века. По мнению социал-реконструктивистов, образование представляет из себя своеобразный инструмент, который и реконструирует социальную и политическую жизнь общества. Задача образования, по мнению Лукаса, заключается в том, чтобы быть инструментом социальной реконструкции, создавать новые, основанныелна гуманистических принципах, формы социальной жизни. Мало того, любая новация не может быть реализована, если она не поддержана в системе образования. Конечно, идеологи данного направления не утверждают, что школа непосредственно может влиять на социальную и политическую жизнь общества. С другой стороны, образование призвано стать тем институтом, который обеспечивает инновационное видение мира, преобразование на новых началах.  [13]

Важным направлением участия религиозных организаций в общественной жизни является благотворительная деятельность. Эта деятельность имеет практическое значение в плане оказания конкретной помощи в борьбе за мир, восстановление памятников культуры, поддержки бедных, оказания помощи больным и престарелым. Но она улучшает и духовно-нравственный климат, способствует гуманизации общественных отношений, так как люди видят, как можно осуществлять на практике гуманистические принципы сострадания, любви к людям.  [14]

Эта новая ситуация ведет к формированию иной системы потребно — стей и мотивов деятельности человека. Цели и мотивы, составляющие движущую силу общественного развития в рамках техногенной цивилизации, теряют смысл и значение. Это касается в том числе и рынка. Необходимость решения глобальных проблем уменьшает значение традиционных рыночных побудительных мотивов человеческой деятельности, выдвигая на первый план гуманистические принципы, проблемы, связанные с преодолением кризисных последствий предшествующего технического и социально-экономического развития. Рынок сохраняет свое значение как универсальный и наиболее эффективный способ связи экономических агентов, однако испытывает все возрастающее модифицирующее влияние факторов, вытекающих из гуманистических принципов общественного развития.  [15]

Страницы:      1    2

Гуманистическая психология | Мичиганская школа психологии (MSP)

В первой половине двадцатого века в американской психологии доминировал психоанализ, а затем — бихевиоризм. Ни одна из школ не признала в полной мере качества человеческого потенциала или изучения ценностей, намерений и смысла человеческого существования. Возникла потребность в новой парадигме, которая подчеркивала бы присущую человеку ценность и достоинство. Эту парадигму следовало назвать гуманистической психологией.

Гуманистическая психология как «третья сила» зародилась в Детройте в начале 1950-х годов. Именно здесь соучредитель MSP Кларк Мустакас, Абрахам Маслоу, Карл Роджерс и другие впервые встретились, чтобы обсудить гуманистические аспекты самореализации, здоровья, творчества, внутренней природы, бытия, становления, индивидуальности и смысла.

Гуманистическая психологическая ориентация — это современная интегративная школа мысли. К центральным постулатам гуманистического подхода к психотерапии относятся:

  • развитие способностей к самосознанию и пониманию отношений с другими;
  • укрепление родственных связей;
  • разъяснение и развитие ценностей,
  • личного смысла и жизненных целей;
  • продвижение среды взаимной заботы,
  • уважение и сочувствие;
  • развитие большего чувства личной свободы и выбора при уважении прав и потребностей других.

К интересам гуманистической психологии относятся:

  • стремления людей, их цели, желания, страхи, потенциал и реализация личностного роста, а также
  • качеств сочувствия, конгруэнтности, подлинности, присутствия и близости.
  • Переживания потери, трагедии и боли, которые понимаются как отражающие основные вопросы, касающиеся природы «я», существования и участия человека в мире.

«Гуманистическая психология стремится быть верным всему спектру человеческого опыта.Его основы включают философский гуманизм, экзистенциализм и феноменологию. В науке и профессии психологии гуманистическая психология стремится разработать систематические и строгие методы изучения людей и исцелить фрагментарный характер современной психологии с помощью все более всеобъемлющего и интегративного подхода. Гуманистические психологи особенно чувствительны к уникальным человеческим измерениям, таким как опыт творчества и превосходства, а также к качеству человеческого благополучия.Соответственно, гуманистическая психология нацелена, прежде всего, на содействие психотерапии, образованию, теории, философии психологии, методологии исследования, организации и управления, а также социальной ответственности и переменам ». *

* APA Division 32: Общество гуманистической психологии. (2013). О нас [Веб-страница]. Получено с http://www.apadivisions.org/division-32/about/index.aspx

.

Пять основных постулатов гуманистической психологии *

  1. Человеческие существа, как люди, заменяют собой сумму своих частей.Их нельзя сводить к компонентам.
  2. Человеческие существа существуют в уникальном человеческом контексте, а также в космической экологии.
  3. Человеческие существа осознают и осознают, что осознают, то есть они сознательны. Человеческое сознание всегда включает осознание себя в контексте других людей.
  4. У людей есть выбор и, соответственно, ответственность.
  5. Человеческие существа преднамеренны, нацелены на достижение целей, осознают, что они вызывают будущие события, и ищут смысл, ценность и творческий потенциал.

* Ассоциация гуманистической психологии. (2006). Пять основных постулатов гуманистической психологии. Журнал гуманистической психологии , 46 (3), 239. DOI: 10.1177 / 002216780604600301

гуманистических подходов | Принципы психологии

Цель обучения

К концу этого раздела вы сможете:

  • Обсудите вклад Абрахама Маслоу и Карла Роджерса в развитие личности

В качестве «третьей силы» в психологии гуманизм преподносится как реакция как на пессимистический детерминизм психоанализа, с его упором на психологические расстройства, так и на взгляд бихевиористов на людей, пассивно реагирующих на окружающую среду, который подвергался критике как превращать людей в роботов без личности.Он не предполагает, что психоаналитическая, бихевиористская и другие точки зрения неверны, но утверждает, что эти точки зрения не признают глубины и значения человеческого опыта и не признают врожденную способность к самостоятельным изменениям и трансформации личного опыта. Эта точка зрения фокусируется на том, как развиваются здоровые люди. Один гуманист-пионер, Абрахам Маслоу, изучал людей, которых он считал здоровыми, творческими и продуктивными, включая Альберта Эйнштейна, Элеонору Рузвельт, Томаса Джефферсона, Авраама Линкольна и других.Маслоу (1950, 1970) обнаружил, что такие люди обладают схожими характеристиками, такими как открытость, творчество, любовь, непосредственность, сострадание, забота о других и принятие себя. Изучая мотивацию, вы узнали об одной из самых известных гуманистических теорий, теории иерархии потребностей Маслоу, в которой Маслоу предполагает, что у людей есть определенные общие потребности и что эти потребности должны удовлетворяться в определенном порядке. Самая высокая потребность — это потребность в самоактуализации, которая является раскрытием всего нашего потенциала.

Другим теоретиком-гуманистом был Карл Роджерс. Одна из основных идей Роджерса о личности касается самооценки, наших мыслей и чувств по поводу самих себя. Как бы вы ответили на вопрос: «Кто я?» Ваш ответ может показать, каким вы видите себя. Если ваш ответ в первую очередь положительный, то вы, как правило, хорошо относитесь к тому, кто вы есть, и видите мир как безопасное и позитивное место. Если ваш ответ в основном отрицательный, возможно, вы недовольны собой. Далее Роджерс разделил «я» на две категории: идеальное «я» и реальное «я».Идеальное «я» — это человек, которым вы хотели бы быть; настоящее «я» — это то, кем вы являетесь на самом деле. Роджерс сосредоточился на идее, что нам нужно достичь согласованности между этими двумя «я». Мы испытываем конгруэнтность, когда наши мысли о нашем истинном я и идеальном я очень похожи — другими словами, когда наша самооценка точна . Высокая конгруэнтность ведет к большему чувству собственного достоинства и к здоровой и продуктивной жизни. Родители могут помочь своим детям достичь этого, проявив к ним безусловное позитивное отношение или безоговорочную любовь.По словам Роджерса (1980), «по мере того, как людей принимают и ценят, они, как правило, развивают более заботливое отношение к себе» (стр. 116). И наоборот, когда существует большое расхождение между нашим идеальным и реальным «я», мы переживаем состояние Роджерса, называемое неконгруэнтностью, которое может привести к дезадаптации. Теории Роджерса и Маслоу сосредоточены на индивидуальном выборе и не верят в детерминированность биологии.

Сводка

Психологи-гуманисты Абрахам Маслоу и Карл Роджерс сосредоточились на потенциале роста здоровых людей.Они считали, что люди стремятся реализовать себя. Теории Роджерса и Маслоу внесли большой вклад в наше понимание себя. Они подчеркивали свободу воли и самоопределение, при этом каждый человек желал стать лучшим человеком, которым он может стать.

Вопросы для самопроверки

Личный вопрос заявки

1. Ответьте на вопрос: «Кто я?» Основываясь на вашем ответе, у вас есть отрицательная или положительная самооценка? Какой опыт привел вас к развитию этой конкретной Я-концепции?

Глоссарий

congruence состояние бытия, в котором наши мысли о нашем реальном и идеальном я очень похожи

идеальное Я человек, которым мы хотели бы быть

несоответствие состояние бытия, в котором существует большое несоответствие между нашим реальным и идеальным Я

настоящее Я человек, который мы на самом деле

Я-концепция наши мысли и чувства о себе

Что такое гуманистическая теория обучения в образовании?

В истории гуманистическая психология — это мировоззрение или система мысли, которая фокусируется на людях, а не на сверхъестественном или божественном понимании.Эта система подчеркивает, что люди по своей природе хороши и что основные потребности жизненно важны для человеческого поведения. Гуманистическая психология также фокусируется на поиске рациональных способов решения этих человеческих проблем. В основе психологии гуманизма лежит человеческая добродетель. Это было важное движение на протяжении всей истории, от греческих и латинских корней до эпохи Возрождения, а теперь и современных возрождений.

Эта теория и подход в образовании уходят корнями в гуманистическую психологию, при этом ключевые концепции сосредоточены на идее, что дети хороши в своей основе и что образование должно быть сосредоточено на рациональных способах обучения «целого» ребенка.Эта теория утверждает, что учащийся является авторитетом в том, как они учатся, и что все их потребности должны быть удовлетворены, чтобы они могли хорошо учиться. Например, голодный студент не будет уделять учебе столько внимания. Таким образом, школы предлагают питание учащимся, чтобы удовлетворить их потребности, и они могут сосредоточиться на обучении. Подход гуманистической теории включает в себя социальные навыки, чувства, интеллект, художественные навыки, практические навыки и многое другое как часть их образования. Самоуважение, цели и полная автономия — ключевые элементы теории гуманистического обучения.

Теория гуманистического обучения была разработана Абрахамом Маслоу, Карлом Роджерсом и Джеймсом Ф. Бугенталом в начале 1900-х годов. Гуманизм был ответом на общепринятые в то время образовательные теории, которыми были бихевиоризм и психоанализ. Авраам Маслоу считается отцом движения, вместе с Карлом Роджерсом и Джеймсом Ф. Ошибочное добавление к психологии позже.

Маслоу и гуманисты считали, что бихевиоризм и другие психологические теории негативно воспринимают учащихся — например, оперантное обусловливание в психологии бихевиоризма предполагало, что учащиеся действовали хорошо или плохо только из-за вознаграждения или наказания и могли обучаться на этом основании. желание награды.Маслоу и гуманистическая психология предполагают, что студенты по своей природе хорошие и будут принимать правильные решения, когда все их потребности будут удовлетворены. Гуманистическая психология фокусируется на идее о том, что учащиеся раскрывают в себе лучшее, и что людьми движут их чувства больше, чем награды и наказания. Маслоу верил в это и написал много статей, чтобы попытаться продемонстрировать это.

Эта вера в то, что людьми движут чувства, заставляет преподавателей, разбирающихся в гуманистической психологии, сосредотачиваться на основных человеческих эмоциональных проблемах, когда они видят плохое поведение, а не просто наказывать за плохое поведение.Теория гуманистического обучения получила дальнейшее развитие и использует идею о том, что если учащиеся расстроены, грустны или огорчены, они с меньшей вероятностью смогут сосредоточиться на обучении. Это побуждает учителей создавать такую ​​атмосферу в классе, которая помогает ученикам чувствовать себя комфортно и безопасно, чтобы они могли сосредоточиться на учебе. Эмоции находятся в центре психологии гуманизма.

2.4 Гуманистическая, когнитивная и эволюционная психология — Введение в психологию — 1-е канадское издание

Дженнифер Валинга

Цели обучения

  1. Понимать ключевые принципы гуманистической психологии.
  2. Отделите гуманистическую психологию от биологической, психодинамической и бихевиористской психологии.
  3. Критически обсудите и проведите различие между ключевыми гуманистическими концепциями, такими как мотивация, потребность, адаптация и восприятие.
  4. Определите, как гуманистическая психология и связанные с ней направления когнитивной и эволюционной психологии повлияли на аспекты повседневной жизни и работы.

Гуманистическая психология возникла как третья сила в психологии после психодинамической и бихевиористской психологии. Гуманистическая психология придерживается обнадеживающего, конструктивного взгляда на людей и их существенную способность к самоопределению . Эта волна психологии руководствуется убеждением, что преднамеренность и этические ценности являются ключевыми психологическими силами, определяющими человеческое поведение. Гуманистические психологи стремятся улучшить человеческие качества выбора, творчества, взаимодействия тела, разума и духа, а также способность стать более осознанными, свободными, ответственными, жизнеутверждающими и заслуживающими доверия.

Возникнув в конце 1950-х годов, гуманистическая психология возникла как реакция на две школы мысли, господствовавшие в то время в американской психологии. Гуманисты полагали, что настойчивое стремление бихевиоризма применять методы физических наук к человеческому поведению заставляло приверженцев пренебрегать важнейшими субъективными данными. Точно так же акцент психоанализа на бессознательных влечениях низводил сознательный разум до относительной незначительности.

Первые психологи-гуманисты стремились восстановить важность сознания и предложить более целостный взгляд на человеческую жизнь.Гуманистическая психология признает, что разум находится под сильным влиянием определяющих сил в обществе и бессознательном, и подчеркивает сознательную способность людей развивать личную компетентность и самоуважение. Гуманистическая ориентация привела к развитию методов лечения, способствующих развитию личных и межличностных навыков и повышающих качество жизни. В 1950-х и 1960-х годах Карл Роджерс, например, представил то, что он назвал человек или клиентоцентрированной терапией , которая опирается на способность клиентов к саморегулированию, сочувствию и принятию для содействия развитию клиентов .Абрахам Маслоу (1908-1970) разработал иерархию мотивации или иерархию потребностей , завершающуюся самоактуализацией . Ролло Мэй (1909-1994) представил европейскую экзистенциальную психотерапию и феноменологию, признав человеческий выбор и трагические аспекты человеческого существования, а Фриц Перлз разработал гештальт-терапию в своих семинарах и программах обучения в Институте Эсалана и других местах. .

В течение 1970-х и 1980-х годов идеи и ценности гуманистической психологии распространились во многие области общества.В результате гуманистическая психология имеет множество ответвлений и расширений, как показано в таблице 2.2.

Таблица 2.2 Гуманистические методы лечения и их теоретики.
[Пропустить таблицу]
Гуманистическая терапия Теоретики
Аналитическая и архетипическая психология C.G. Юнг, Джеймс Хиллман
Аутентичный механизм Мэри Уайтхаус
Встреча Карл Роджерс, Уилл Шульц
Экзистенциальный анализ Ролло Мэй, Джеймс Ф.Т Бугентал
Фокусировка Евгений Гендин
Гештальт-арт-терапия Джени Райн
Логотерапия Виктор Франкл
Нейролингвистическое программирование Ричард Бэндлер, Джон Гриндер
Психосинтез Роберто Ассаджиоли
Рационально-эмоциональная терапия Альберт Эллис
Реальная терапия Уильям Глассер
Самораскрытие Сидни Журар
Сенсорная осведомленность посредством движения Моше Фельденкрайс

Терапия, ориентированная на клиента , обеспечивает среду поддержки , в которой клиенты могут восстановить свою истинную идентичность .Центральным в этом мышлении является идея о том, что мир склонен к осуждению, и многие люди опасаются, что, если они поделятся с миром своей истинной идентичностью, он будет их беспощадно осуждать. Люди склонны подавлять свои убеждения, ценности или мнения, потому что они не поддерживаются, не являются социально приемлемыми или подвергаются негативной оценке. Чтобы восстановить истинную личность клиента, терапевт полагается на техники безусловного позитивного отношения и сочувствия. Эти две техники являются центральными для клиентоориентированной терапии, потому что они укрепляют доверие между клиентом и терапевтом, создавая для клиента среду поддержки, не требующую осуждения.

Экзистенциальная терапия противопоставляет сосредоточение психоаналитиков на себе, а фокусируется вместо этого на «человеке в мире». Консультант и клиент могут размышлять о том, как клиент отвечал на жизненные вопросы в прошлом, но внимание в конечном итоге подчеркивает выбор, который необходимо сделать в настоящем и будущем, и дает новую свободу и ответственность действовать. Принимая ограничения и смертность, клиент может преодолеть беспокойство и вместо этого рассматривать жизнь как моменты, когда он или она принципиально свободны.

Гештальт-терапия фокусируется на навыках и техниках, которые позволяют человеку лучше осознавать свои чувства . Согласно этому подходу гораздо важнее понять, что чувствуют пациенты и как они себя чувствуют, чем определять, что вызывает их чувства. Сторонники гештальт-терапии утверждали, что более ранние теории тратили ненужное количество времени на предположения о том, что вызывает поведение. Вместо этого гештальт-терапия фокусируется на настоящем моменте.

Центр исследований

В своей основополагающей работе «Значительные аспекты клиентоцентрированной терапии» Роджерс описал открытие «способности клиента» (1946):

Естественно, возникает вопрос, в чем причина такой предсказуемости терапевтической процедуры, в которой терапевт выполняет только каталитическую функцию? В основном причина предсказуемости [стр. 418] терапевтического процесса кроется в открытии — и я использую это слово намеренно, — что внутри клиента находятся конструктивные силы, сила и единообразие которых либо полностью не осознавались, либо сильно недооценивались.Именно четкая и дисциплинированная зависимость терапевта от этих сил внутри клиента, кажется, объясняет упорядоченность терапевтического процесса и его постоянство от одного клиента к другому.

Я упоминал, что считаю это открытием. Я хотел бы усилить это заявление. На протяжении веков мы знали, что катарсис и эмоциональная разрядка помогают. Многие новые методы были разработаны и разрабатываются, чтобы вызвать освобождение, но принцип не нов.Точно так же мы знаем со времен Фрейда, что понимание, если оно принимается и усваивается клиентом, имеет терапевтический эффект. Принцип не нов. Точно так же мы осознали, что пересмотренные шаблоны действий, новые способы поведения могут появиться в результате прозрения. Принцип не нов.

Но мы не знали и не осознавали, что у большинства, если не у всех людей существуют силы роста, тенденции к самоактуализации, которые могут действовать как единственная мотивация для терапии. Мы не осознали, что при подходящих психологических условиях эти силы вызывают эмоциональное высвобождение в тех областях и с такой скоростью, которые наиболее полезны для человека.Эти силы побуждают человека исследовать свое отношение и отношение к реальности, а также эффективно исследовать эти области.

Мы не осознали, что индивид способен исследовать свои отношения и чувства, включая те, которые были отвергнуты сознанием, со скоростью, не вызывающей паники, и с глубиной, необходимой для комфортной адаптации. Индивид способен открывать и воспринимать, истинно и спонтанно, взаимосвязь между своими собственными установками и отношением себя к реальности.У индивида есть способность и сила, чтобы без руководства придумывать шаги, которые приведут его к более зрелым и комфортным отношениям с его реальностью. Я считаю, что термин «открытие» оценивается как постепенное и растущее признание этих способностей внутри индивидуума клиентоориентированным терапевтом. Все эти способности, которые я описал, высвобождаются в человеке, если создается подходящая психологическая атмосфера.

Роджерс определил пять характеристик полностью функционирующего человека:

  1. Открытость для опыта: принимаются как положительные, так и отрицательные эмоции.Негативные чувства не отрицаются, а прорабатываются (вместо того, чтобы прибегать к защитным механизмам эго).
  2. Экзистенциальная жизнь: соприкасаться с различными жизненными переживаниями, избегая предубеждений и предубеждений. Возможность жить в настоящем и полностью ценить его, не всегда оглядываясь назад в прошлое или с нетерпением ожидая будущего (т. Е. Живя настоящим моментом).
  3. Доверяйте чувствам: на чувства, инстинкты и инстинкты обращают внимание, и им доверяют. Собственные решения человека верны, и мы должны доверять себе, чтобы сделать правильный выбор.
  4. Креативность: творческое мышление и риск — черты жизни человека. Человек не всегда перестраховывается. Это включает в себя способность приспосабливаться и меняться и искать новый опыт.
  5. Полноценная жизнь: человек счастлив и доволен жизнью и всегда ищет новых вызовов и переживаний.

Гуманистическая психология признает, что человеческое существование состоит из нескольких слоев реальности: физического, органического и символического. Он оспаривает идею, традиционно поддерживаемую науками о поведении, что единственный законный метод исследования — это экспериментальный тест с использованием количественных данных.Он приводит доводы в пользу использования дополнительных методов, специально разработанных для изучения качественных факторов, таких как субъективный опыт, эмоции, восприятие, память, ценности и убеждения. В то время как другие подходы основаны на объективном взгляде на людей — по сути, спрашивают: что это за человек? — психологи-гуманисты отдают приоритет пониманию субъективности людей, спрашивая: каково быть этим человеком? (Клей, 2002).

Гуманистическая психология, конечно, незаметно влияла на психологию и культуру Северной Америки на протяжении многих десятилетий, например, в дебатах о гражданских правах и движении за права женщин.Однако в академическом мире отказ гуманистической психологии от количественных исследований в пользу качественных методов нанес ущерб ее репутации и маргинализации ее приверженцев. Но в последние годы появляется все больше свидетельств обновления самой отрасли.

Взгляд Абрахама Маслоу на человеческие потребности был более сложным, чем у Роджерса. В то время как Роджерс считал, что людям нужно безоговорочно положительное отношение, Маслоу признал, что у людей есть множество потребностей, которые различаются по времени и приоритету (рис.15).

Рис. 2.15. Иерархия потребностей Маслоу. [Подробное описание]

Маслоу назвал четыре нижних уровня пирамиды дефицитом потребностей , потому что человек ничего не чувствует, если они встречаются, но становится тревожным, если они не . Таким образом, физиологические потребности, такие как еда, питье и сон, являются потребностями дефицита, равно как и потребности в безопасности, социальные потребности, такие как дружба и сексуальная близость, и потребности эго, такие как чувство собственного достоинства и признание. Напротив, Маслоу назвал пятый уровень пирамиды потребностью роста , потому что он позволяет человеку самореализоваться или полностью реализовать свой человеческий потенциал .Как только человек восполнил потребности дефицита, он или она может заняться самоактуализацией; однако лишь незначительное меньшинство людей способно к самоактуализации, потому что самоактуализация требует необычных качеств, таких как честность, независимость, осведомленность, объективность, креативность и оригинальность.

Принципы научного менеджмента Фредерика Тейлора начала 1900-х годов, рожденные промышленной революцией и сосредоточенные на научном изучении производительности труда на рабочем месте, способствовали развитию теории мотивации , согласно которой вся работа состояла в основном из простых, неинтересных задач, и что единственный жизнеспособный способ заставить людей выполнять эти задачи — это создать стимулы и внимательно следить за ними .Считалось, что для того, чтобы добиться от работников максимальной производительности, человек должен вознаграждать желаемое поведение и наказывать отвергнутое поведение — также известный как подход «кнута и пряника».

В то время ученые верили в два основных фактора поведения человека: биологическое влечение , , включая голод, жажду и близость; и привод вознаграждение-наказание . Однако во время экспериментов ученые начали сталкиваться с ситуациями, когда стремление к вознаграждению-наказанию не давало ожидаемых результатов.В 1949 году Гарри Ф. Харлоу, профессор психологии Университета Висконсина, начал приводить доводы в пользу третьего побуждения: внутренней мотивации радость от самой задачи .

Теория Харлоу (1950) была основана на исследованиях поведения приматов при решении головоломок. Он обнаружил, что, когда им предлагают головоломку, обезьянам нравится решать головоломки, не ожидая награды. Он обнаружил, что эти обезьяны, движимые внутренней мотивацией, решают головоломки быстрее и точнее, чем обезьяны, получающие пищевые награды.

Эдвард Деси и Ричард Райан (1985) продолжали исследовать и воспроизводить эти открытия на людях много раз в своих исследованиях семей, классных комнат, команд, организаций, клиник и культур. Они пришли к выводу, что условия, поддерживающие индивидуальный опыт автономии, компетентности и родства, способствуют максимальной мотивации и вовлечению в деятельность, одновременно повышая производительность, настойчивость и творческий потенциал.

Дэн Пинк (2010) предоставляет достаточно доказательств, подтверждающих мнение о том, что традиционный метод кнута и пряника может привести к:

  • Пониженная внутренняя мотивация (третий драйв)
  • Низкая производительность
  • Меньше творчества
  • вытеснение хорошего поведения
  • Неэтичное поведение
  • Зависимости
  • Краткосрочное мышление

В центре внимания исследования: когда загорелся свет на

Термин «эффект Хоторна» был введен в 1950 году Генри А.Ландсбергер при анализе более ранних экспериментов с 1924 по 1932 год на Hawthorne Works (завод Western Electric за пределами Чикаго). Компания Hawthorne Works заказала исследование, чтобы выяснить, станут ли их рабочие более производительными при более высоких или более низких уровнях освещения. (Большинство учебников производственной / профессиональной психологии и организационного поведения ссылаются на эти исследования освещения.) В этих исследованиях освещения интенсивность света была изменена, чтобы изучить ее влияние на производительность труда. Производительность рабочих, казалось, улучшилась, когда были внесены изменения, и резко упала, когда исследование закончилось.Было высказано предположение, что прирост производительности произошел в результате мотивационного воздействия на работников проявляемого к ним интереса. Джордж Элтон Мэйо (1945) описал эффект Хоторна с точки зрения положительного эмоционального воздействия, вызванного восприятием сочувствующего или заинтересованного наблюдателя. Хотя исследования освещения рабочего места легли в основу эффекта Хоторна, другие изменения, такие как поддержание чистоты на рабочих местах, очистка полов от препятствий и даже перемещение рабочих мест, привели к повышению производительности на короткие периоды времени.Сегодня этот термин используется для обозначения любого типа кратковременного повышения производительности, основанного на внимании к человеческим потребностям.

Гуманистическая психология породила движение самопомощи с концепциями, основанными на эмоциях и интуиции. Недавнее движение позитивной психологии является одной из форм неогуманистической психологии, которая сочетает эмоции и интуицию с разумом и исследованиями . Точно так же акцент современных консультантов по кризисным ситуациям на чутком слушании уходит корнями в работы Роджерса по гуманистической психологии.В более широкой культуре растущая популярность личного и исполнительного коучинга также указывает на успех гуманистической психологии. Принципы гуманистической психологии могут становиться все более актуальными по мере того, как нация стареет, создавая культуру, озабоченную встречей со смертью и поиском смысла жизни.

В 1998 году сдвиг парадигмы в мышлении произошел, когда психолог из Пенсильванского университета Мартин Селигман в своем президентском обращении к Американской психологической ассоциации (APA) призвал психологию «повернуться к пониманию и развитию сильных сторон человека, чтобы дополнить наш акцент на исцелении повреждений. »(1998b).Новый подход, предложенный позитивными психологами, не отрицает недостатков человечества, но рекомендует в качестве отправной точки сосредоточиться на сильных сторонах и достоинствах людей. Например, вместо того, чтобы анализировать психопатологию, лежащую в основе алкоголизма, позитивные психологи могут изучить стойкость тех, кому удалось успешно выздороветь с помощью анонимных алкоголиков. Вместо того чтобы рассматривать религию как заблуждение и костыль, как это делал Фрейд, они могли бы определить механизмы, с помощью которых духовная практика, такая как медитация, улучшает психическое и физическое здоровье.Их лабораторные эксперименты могут быть направлены на определение не условий, вызывающих развратное поведение, а тех, которые способствуют щедрости, смелости, творчеству и смеху.

Селигман разработал концепции наученного оптимизма (1998a) и подлинного счастья (2002). Приученный оптимизм следует модели ABCDE:

  • A = невзгоды
  • B = Вера
  • C = Следствие
  • D = диспут
  • E = подача энергии

В этой модели, столкнувшись с неприятностями (A), такими как критика или неудача, человек может сформировать убеждение (B), что он или она недостаточно эффективны или неспособны, и рассмотреть последствия (C) отказа от курения.Однако диспут (D) поставит под сомнение сформировавшиеся базовые предположения или убеждения. Тогда у человека сформировалась бы новая вера в свою способность расти на критике или учиться на неудачах. Оттуда человек будет заряжаться энергией (E), поскольку он или она следует по новому пути работы.

В сотрудничестве с Селигманом и в рамках позитивной психологии доктор Михали Чиксентмихайи из Клермонтского университета разработал теорию потока (1988; 1990). Flow — это состояние с оптимальной производительностью . В состояние потока можно войти во время выполнения любого действия, хотя наиболее вероятно, что это произойдет, когда человек искренне выполняет задачу или действие для внутренних целей. Чиксентмихайи определил следующие шесть факторов, влияющих на ощущение потока:

  1. Интенсивная и сосредоточенная концентрация на настоящем моменте
  2. Слияние действия и осознания
  3. Утрата рефлексивного самосознания
  4. Чувство личного контроля или свободы действий над ситуацией или деятельностью
  5. Искажение временного опыта (т.е., субъективное восприятие человеком изменяющегося времени)
  6. Опыт деятельности, по сути своей полезной (также называемый автотелический опыт )

Теория потока предполагает, что для достижения состояния потока должны быть выполнены три условия. Во-первых, человек должен быть вовлечен в деятельность с четким набором целей и прогресса. Это придает задаче направление и структуру. Во-вторых, поставленная задача должна иметь четкую и немедленную обратную связь. Это помогает человеку согласовывать любые меняющиеся требования и позволяет ему или ей регулировать производительность, чтобы поддерживать состояние потока.И, наконец, у человека должен быть хороший баланс между воспринимаемыми трудностями выполняемой задачи и его или ее собственными предполагаемыми навыками. Человек должен быть уверен в своей способности выполнить поставленную задачу (рис. 2.16).

Рисунок 2.16 Факторы состояния потока. [Подробное описание]

Когнитивная психология

Когнитивная психология — это исследование психических процессов, таких как внимание, память, восприятие, использование языка, решение проблем, творчество и мышление .Большая часть работ, полученных из когнитивной психологии, была интегрирована в различные другие современные дисциплины психологического исследования, включая социальную психологию, психологию личности, аномальную психологию, психологию развития, педагогическую психологию и экономику.

Ульрику Нейссеру (1928-2012) приписывают формальное введение термина когнитивная психология и определение его как «все процессы, посредством которых сенсорный ввод трансформируется, сокращается, обрабатывается, сохраняется, восстанавливается и используется» (1967, стр. 4). ).Познание стало рассматриваться как вовлеченное во все, что могло бы сделать человеческое существо: каждое психологическое явление — это когнитивный феномен. Теории познания включают перспективы развития, культуры, нервной системы, вычислений и морали.

Хотя бихевиоризм и когнитивные школы психологической мысли могут не совпадать теоретически, они дополняют друг друга в практических терапевтических приложениях, например, в когнитивно-поведенческой терапии (CBT) , которая имеет очевидную полезность при лечении определенных патологий, таких как простые фобии, посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) и зависимость.КПТ заменяет неадаптивные стратегии более адаптивными, бросая вызов способам мышления и реакции. CBT методы фокусируются на , помогая людям бросить вызов своим образцам и убеждениям и заменить ошибочное мышление, , такое как чрезмерное обобщение, усиление негативов или катастрофизация, более реалистичными и эффективными мыслями, тем самым уменьшая саморазрушающие эмоции и поведение и разрушая то, что в противном случае могло бы произойти. стать отрицательным циклом. Эти ошибки в мышлении известны как «когнитивные искажения».КПТ помогает людям занять более открытую, внимательную и осознанную позицию по отношению к своим искаженным мыслям и чувствам, чтобы уменьшить их влияние (Hayes, Villatte, Levin, & Hildebrandt, 2011).

Внимание

Психологическое определение внимания — это состояние сфокусированной осведомленности на подмножестве доступной перцепционной информации . Ключевая функция внимания — отфильтровывать нерелевантные данные, позволяя распределить нужные данные другим ментальным процессам.Человеческий мозг может иногда одновременно получать информацию в виде слуховой, зрительной, обонятельной, вкусовой и тактильной информации. Без возможности отфильтровать часть или большую часть этой одновременной информации и сосредоточиться на одном или, как правило, на двух входах, мозг будет перегружен, когда человек попытается обработать всю информацию.

Память

Современные концепции памяти обычно разбивают ее на три основных подкласса:

  1. Процедурная память: Память для выполнения определенных типов действий , часто активируется на подсознательном уровне или требует минимального количества сознательных усилий (например,г., едут на работу по тому же маршруту).
  2. Семантическая память: энциклопедические знания , которыми обладает человек, например, как выглядит Эйфелева башня или имя друга из 6 класса.
  3. Эпизодическая память: Память автобиографических событий, которые могут быть явно указаны , содержит все воспоминания временного характера, например, когда вы в последний раз чистили зубы или где вы были, когда услышали о крупном новостном событии.

Восприятие

Восприятие включает в себя как физические чувства (зрение, обоняние, слух, вкус, осязание и проприоцепцию), так и когнитивные процессы, участвующие в выборе и интерпретации этих чувств. Так люди приходят к пониманию окружающего мира через интерпретацию стимулов.

Использование языка

Когнитивные психологи начали изучать когнитивные процессы, связанные с языком, в 1870-х годах, когда Карл Вернике (1848–1905) предложил модель умственной обработки языка (1875/1995).В последнее время была проделана значительная работа по пониманию времени освоения языка и того, как его можно использовать, чтобы определить, есть ли у ребенка нарушение обучаемости или есть ли у него риск развития.

Решение проблем

Метапознание включает сознательное размышление о мыслительных процессах и может включать в себя наблюдение за выполнением человеком заданной задачи, понимание способностей человека по определенным умственным задачам или наблюдение за способностью человека применять когнитивные стратегии.Большая часть текущего исследования метапознания в области когнитивной психологии касается его применения в сфере образования. Педагоги стремятся повысить метакогнитивные способности учащихся, чтобы улучшить их обучение, учебные привычки, постановку целей и саморегуляцию.

Направление исследования: разделенное внимание

К области когнитивной психологии относится концепция разделенного внимания , которая относится к способности человека сосредотачиваться на двух или более вещах одновременно. Ряд ранних исследований касался способности человека, носящего наушники, различать значимый разговор, когда ему в каждое ухо подаются разные сообщения. Основные выводы продемонстрировали способность разума сосредоточиться на одном сообщении, в то же время в некоторой степени осознавая информацию, воспринимаемую ухом, которая не принималась сознательно. Участникам, которые носили наушники, сказали, что они будут слышать отдельные сообщения в каждое ухо и что они должны будут обращать внимание только на информацию, относящуюся к баскетболу.Когда эксперимент начался, сообщение о баскетболе передавалось в левое ухо, а нерелевантная информация — в правое ухо. В какой-то момент сообщение, связанное с баскетболом, было переключено на правое ухо, а нерелевантная информация — на левое ухо. Когда это происходило, слушатель обычно мог повторить все сообщение в конце, обращая внимание на левое или правое ухо только тогда, когда это было уместно (Glucksberg & Cowan, 1970).

Эволюционная психология

Эволюционная психология стала основным направлением в психологии.Он стремится разработать и понять способы расширения эмоциональной связи между людьми и миром природы, тем самым помогает людям развивать устойчивый образ жизни и устранять отчуждение от природы. Основная предпосылка эволюционной психологии состоит в том, что, хотя сегодня человеческий разум формируется современным социальным миром, он адаптирован к естественной среде, в которой он развивался. По гипотезе биолога Э.О. Уилсон, у людей есть врожденный инстинкт эмоциональной связи с природой.Что отличает эволюционных психологов от многих когнитивных психологов, так это предположение, что соответствующие внутренние механизмы — это адаптации продукты естественного отбора , которые помогли нашим предкам перемещаться по миру, выживать и воспроизводиться. Эволюционная психология основана на нескольких основных предпосылках:

  • Мозг — это устройство обработки информации, которое производит поведение в ответ на внешние и внутренние входы.
  • Адаптивные механизмы мозга сформировались в результате естественного отбора.
  • Различные нейронные механизмы специализируются на решении проблем эволюционного прошлого человечества.
  • Мозг развил специализированные нейронные механизмы, которые были разработаны для решения проблем, которые повторялись в течение глубокого эволюционного времени, давая современным людям разум каменного века.
  • Большая часть содержимого и процессов головного мозга бессознательна; и большинство психических проблем, которые кажутся легко решаемыми, на самом деле являются чрезвычайно сложными проблемами, которые бессознательно решаются сложными нейронными механизмами.
  • Психология человека состоит из множества специализированных механизмов, каждый из которых чувствителен к разным классам информации или входных данных. Эти механизмы в совокупности порождают явное поведение.

Эволюционные психологи иногда представляют свой подход как потенциально объединяющий или обеспечивающий основу для всех других работ, направленных на объяснение человеческого поведения (Tooby & Cosmides, 1992). Это утверждение было встречено скептицизмом многих социологов, которые видят роль нескольких типов объяснения человеческого поведения, некоторые из которых не сводятся к биологическим объяснениям любого рода.

Основные выводы

  • Гуманистическая психология возникла как «третья сила» в психологии после психодинамической и бихевиористской психологии.
  • Ключевые принципы гуманистической психологии включают способность человека к самоактуализации, самоуправлению и выбору.
  • Карл Роджерс определил пять принципов полноценного человека: открытый, настоящий, доверчивый, творческий и реализованный.
  • Гуманистическая психология опирается на субъективные факторы и использует качественные методы исследования.
  • Абрахам Маслоу представил иерархию человеческих потребностей, включая физиологические потребности, безопасность, принадлежность, уважение и самоактуализацию.
  • С развитием гуманистической психологии теория мотивации человека сместилась с чисто внешнего или внешнего фокуса на признание внутреннего фокуса.
  • Позитивная психология рекомендует в качестве отправной точки сосредотачиваться на сильных сторонах и достоинствах людей, а не анализировать лежащую в основе психопатологию.
  • Flow — это состояние оптимальной производительности, в которое можно войти, когда человек искренне выполняет задачу или действие для собственных целей.
  • Когнитивная психология изучает психические процессы, такие как внимание, память, восприятие, использование языка, решение проблем, творчество и мышление.
  • Основная предпосылка эволюционной психологии состоит в том, что, хотя сегодня человеческий разум формируется современным социальным миром, он адаптирован к естественной среде, в которой он развивался.

Упражнения и критическое мышление

  1. Какой модели, по вашему мнению, следует нынешняя образовательная система? Обучаются ли студенты в соответствии с поведенческой моделью или преподаватели также обращаются к субъективным убеждениям, мыслям и чувствам учащегося?
  2. Какие из ваших психологических качеств могут способствовать вашему выживанию или «фитнесу»? Можете ли вы привести пример того, когда эта черта способствовала вашему успеху?
  3. Можете ли вы увидеть применение принципов эволюционной психологии на рабочем месте или в обществе (например,g., определенные психологические качества обеспечат вам более эффективную работу на собеседовании)?
  4. Проведите культурный анализ вашей семьи, когорты или социальной группы. Какие ценности и убеждения передаются в вашей семье или группе? В какой форме или форме проявляются или выражаются эти ценности? Какими способами действия, артефактами, действиями и / или традициями передаются или выражаются эти ценности?

Авторство изображений

Рисунок 2.15: Схема иерархии потребностей Маслоу. автор: J. Finkelstein (http://commons.wikimedia.org/wiki/File:Maslow’s_hierarchy_of_needs.png), используемый по лицензии CC BY SA 3.0 (http://creativecommons.org/licenses/by-sa/3.0/deed .en).

Рисунок 2.16: Challenge vs skill Commons, автор доктор Энь (http://commons.wikimedia.org/wiki/File:Challenge_vs_skill_Commons.jpg) находится в открытом доступе.

Список литературы

Клэй, Ребекка А. (2002). Возрождение гуманистической психологии. Монитор Американской психологической ассоциации , 33 (8), 42.

Csikszentmihályi, M. (1988). Опыт потока и его значение для психологии человека, в Csikszentmihályi, M., (Ed.) Оптимальный опыт: психологические исследования потока в сознании , Кембридж, Великобритания: Cambridge University Press, стр. 15–35.

Csikszentmihályi, M. (1990). Поток: Психология оптимального опыта . Нью-Йорк: Харпер и Роу.

Деси, Э.Л. и Райан Р. М. (1985). Внутренняя мотивация и самоопределение в поведении человека . Нью-Йорк: Пленум.

Glucksberg, S., & Cowen, C. N., Jr. (1970). Память на необслуживаемый слуховой материал. Когнитивная психология , I , 149-156.

Харлоу, Х.Ф. (1950). Ранняя социальная депривация и более позднее поведение обезьяны. страница. 154-173. В A.Abrams, H.H. Gurner & J.E.P. Tomal, (Eds.), Незавершенные задачи по поведенческим наукам (1964).Балтимор: Уильямс и Уилкинс.

Хейс, Стивен К., Виллатт, Матье, Левин, Майкл и Хильдебрандт, Микаэла. (2011). Открытость, осведомленность и активность: контекстные подходы как новая тенденция в поведенческой и когнитивной терапии. Ежегодный обзор клинической психологии , 7, 141–168.

Мэйо, Элтон (1945). Социальные проблемы индустриальной цивилизации . Бостон: Отдел исследований, Высшая школа делового администрирования, Гарвардский университет, стр. 64.

Neisser, U. (1967). Когнитивная психология . Энглвуд Клиффс, Нью-Джерси: Prentice Hall.

Pink, Дэниел Х. (2010). Drive — удивительная правда о том, что нас мотивирует. . Эдинбург, Великобритания: Canongate Books.

Роджерс, К. Р. (1946). Важные аспекты клиентоориентированной терапии. Американский психолог , 1, 415-422.

Селигман, М. Э. П. (1998a). Укрепление человеческой силы: забытая миссия психологии. Монитор APA , 29 (1).

Селигман, M.E.P. (1998b). Приученный оптимизм: как изменить свое мнение и свою жизнь . Второе издание. Нью-Йорк: Карманные книги (Саймон и Шустер).

Селигман, М. Э. П. (2002). Подлинное счастье: Использование новой позитивной психологии для реализации своего потенциала для длительного удовлетворения. Нью-Йорк: Свободная пресса.

Туби Дж. И Космидес Л. (1992). Психологические основы культуры. В Х. Баркоу, Л. Космидесе и Дж. Туби (редакторы), Адаптированный разум, , Нью-Йорк: издательство Оксфордского университета, стр. 19–136.

Вернике К. (1875/1995). Симптомокомплекс афазии: психологическое исследование на анатомической основе. В книге Пола Элинга (ред.) Читатель истории афазии . Амстердам: John Benjamins Pub Co., стр. 69–89.

Длинные описания

Рисунок 2.12, подробное описание: В иерархии потребностей Маслоу существует пять уровней.

  1. Физиологические потребности: дыхание, еда, вода, секс, сон, гомеостаз, экскреция.
  2. Потребности в безопасности: Безопасность тела, работы, ресурсов, нравственности, семьи, здоровья, собственности.
  3. Потребности в долгой жизни и принадлежности: дружба, семья, сексуальная близость.
  4. Потребности в уважении: Самоуважение, уверенность, успех, уважение к другим, уважение со стороны других.
  5. Самоактуализация: мораль, творчество, спонтанность, решение проблем, отсутствие предубеждений, принятие фактов.

[Вернуться к рисунку 2.15]

Рисунок 2.16, подробное описание: Факторы состояния потока.
Low Skill Уровень Среднее умение Уровень High Skill Уровень
Низкий уровень сложности Апатия Скука Релаксация
Среднее задание Беспокойство Контроль
Высокий вызов Беспокойство Возбуждение Расход

[Вернуться к рисунку 2.16]

UW: Материал испытательного стенда

Это теплое и туманное чувство всюду.

Образовательные последствия

5 Основные принципы | Последствия для обучения | Студенты Роль | Учителя Роль


Базовый принципы гуманистического воспитания:

  1. Студенты должны уметь выбирать, чему они хотят научиться.Учителя-гуманисты считают, что студенты будут заинтересованы в изучении предмета, если они нужно и хочу знать.
  2. Цель образования должен способствовать развитию у студентов желания учиться и научить их, как учить. Студенты должны быть мотивированы в учебе и желать учиться самостоятельно.
  3. Педагоги-гуманисты верят что оценки не имеют значения и имеет смысл только самооценка.Выставление оценок побуждает учащихся работать ради оценки, а не в личных целях. удовлетворение. Кроме того, педагоги-гуманисты выступают против объективных тесты, потому что они проверяют способность ученика запоминать и не предоставить учителю и ученику достаточную образовательную обратную связь.
  4. Педагоги-гуманисты верят что и чувства, и знания важны для процесса обучения.В отличие от традиционных педагогов, учителя-гуманисты не разделяют когнитивные и аффективные области.
  5. Педагоги-гуманисты настаивают на том, чтобы школы предоставляли учащимся неопасные среды, чтобы они чувствовали себя в безопасности при обучении. Когда-то студенты чувствовать себя в безопасности, обучение становится легче и более значимым.

РЕЗЮМЕ

Пять основных принципов гуманистического образования можно резюмировать следующим образом:

  • Студенческая обучение должно быть самостоятельным.
  • Школы должны производить студенты, которые хотят и умеют учиться.
  • г. Единственная форма значимой оценки — это самооценка.
  • Чувства, а также знания, важны в процессе обучения.
  • студентов лучше всего учатся в безопасная среда.

Последствия для инструкции

  • Инструкция должно быть внутренним, а не внешним; учебный дизайн должно быть сосредоточено на студентах.
  • Студенты должны учиться об их культурном наследии как части самопознания и самоуважения.
  • Учебный план должен способствовать экспериментам и открытиям; открытая деятельность. .
  • Учебная программа должна быть предназначен для получения личных знаний и опыта студентов. Этот показывает, что они вносят ценный вклад в неугрожающую и совместную образовательная среда.
  • Полученные знания должны быть применимы и соответствовать непосредственным потребностям учащегося, целям, и ценности.
  • Студенты должны быть частью процесса оценки при определении ценности обучения для их самореализация.
  • Учебный дизайн должен облегчить обучение через открытия.
  • Цели должны быть разработаны таким образом, чтобы учащиеся ценили усвоенные идеалы, нравы и концепции.
  • С учетом индивидуальных стили обучения, потребности и интересы, создавая множество дополнительных знаний / открытий опыты.
  • Студенты должны иметь свобода выбора подходящего обучения из множества доступных вариантов в учебной программе.
  • Разрешить учащимся вводить учебные цели.
  • Инструкция должна облегчить персональный рост.

СТУДЕНЧЕСКАЯ РОЛЬ

  • Студент должен сдать ответственность в начале обучения; студент должен ценить учебу.
  • учащихся активно выбирают опыт для обучения.
  • Через критическое саморефлексию, обнаружить разрыв между настоящим и идеальным «я».
  • Будьте правдивы о своих собственные ценности, взгляды и эмоции, а также принять их ценность и ценность.
  • Улучшение межличностного общения Общительность.
  • Стать чутка к ценностям, заботам и потребностям других.
  • Цените мнения другие члены группы, даже если они оппозиционны.
  • Узнайте, как подобрать ценности и убеждения в роли общества.
  • Будьте открыты для разных точек зрения.

УЧИТЕЛЯ РОЛЬ

  • Будьте фасилитатором и участник группы.
  • Принять и ценить студентов как жизнеспособных членов общества.
  • Принять их ценности и верования.
  • Сделать обучающимся студентом по центру.
  • Направляйте ученика в открытии разрыв между реальным и идеальным Я, облегчить ученику в преодолении этого разрыва.
  • Максимизировать индивидуально инструкция.
  • Кому способствовать самостоятельному обучению, дать студентам возможность учиться самостоятельно ~ способствовать открытому обучению и открытиям.
  • Продвигайте творчество, понимание и инициатива.

Гуманистическая философия в перспективе

Фред Эдворд

Что такое философия гуманизма? Если послушать его недоброжелателей, можно представить, что это доктринерский набор социальных целей, оправданных произвольным и догматическим материалистически-атеистическим мировоззрением.Лидеры религиозных правых часто говорят, что гуманизм начинается с веры в то, что бога нет; что эволюция — краеугольный камень гуманистической философии; что все гуманисты верят в этику ситуации, эвтаназию и право на самоубийство; и что основная цель гуманизма — установление единого мирового правительства.

И действительно, большинство гуманистов нетеистичны, придерживаются неабсолютистского подхода к этике, достойно поддерживают смерть и ценят глобальное мышление. Но такие взгляды не являются центральными в философии.Чтобы понять, где именно начинается гуманизм, а также выяснить, где такие идеи вписываются в общую структуру, необходимо представить гуманизм как иерархию позиций. Сначала необходимо изложить некоторые базовые принципы — те идеи, которые объединяют всех гуманистов и составляют основу философии. Как только это будет сделано, могут последовать гуманистические выводы о мире — выводы, которые по природе научного исследования должны быть предварительными. Затем, после того, как эта основа будет заложена, можно рекомендовать соответствующую социальную политику, признающую различия во мнениях, существующие в гуманистическом сообществе.При таком подходе люди могут увидеть гуманизм в перспективе — и таким образом, чтобы раскрыть его недогматический и самокорректирующий характер.

Таким образом, центральные идеи гуманизма могут быть организованы в практическую структуру в соответствии с вышеупомянутыми направлениями. Хотя все гуманисты не передают философию таким образом, справедливо будет сказать, что большинство гуманистов сочтут это представление точным.

Основные принципы

1. Мы, гуманисты, мыслим индивидуально.Нет области мысли, которую мы боимся исследовать, оспаривать, подвергать сомнению или сомневаться. Мы не стесняемся спрашивать, а затем соглашаться или не соглашаться с любым заявлением. Мы не желаем следовать доктрине или принимать набор убеждений или ценностей, которые не убеждают нас лично. Мы стремимся нести ответственность за свои решения и выводы, и это требует контроля над ними. Благодаря этому неуклонному духу свободного исследования можно получить новые знания и новые взгляды на себя и мир.Без этого мы остаемся в неведении и, следовательно, не можем улучшить свое состояние.

2. Мы принимаем обоснованные решения, потому что наш опыт использования подходов, которые отказываются от разума, убеждает нас в том, что такие подходы неадекватны и часто контрпродуктивны для реализации человеческих целей. Когда отказываются от причины, не существует «апелляционного суда», в котором можно было бы разрешить разногласия. Вместо этого мы обнаруживаем, что любая вера возможна, если чье-то мышление движется произвольной верой, авторитетом, откровением, религиозным опытом, измененными состояниями сознания или другими заменителями разума и свидетельств.Поэтому в вопросах веры мы находим, что разум, когда он применяется к свидетельствам наших органов чувств и накопленным знаниям, является нашим самым надежным проводником для понимания мира и принятия решений.

3. Наше понимание мира основывается на том, что мы можем воспринимать нашими чувствами и постигать своим разумом. Все, что имеет смысл, должно иметь смысл для нас, людей; иначе нет причин для того, чтобы это было основой наших решений и действий. Предполагаемое трансцендентное знание или интуиция, которые, как говорят, выходят за пределы человеческого понимания, не могут нас проинструктировать, потому что мы не можем иметь с ними конкретное отношение.Способ, которым люди принимают предполагаемое трансцендентное или религиозное знание, — это произвольный прыжок веры и отказ от разума и чувств. Мы считаем этот курс неприемлемым, поскольку все предполагаемые абсолютные моральные правила, принятые в результате этого произвольного скачка, сами по себе оказываются произвольными из-за необоснованности самого скачка. Более того, не существует рационального способа проверить достоверность или истинность трансцендентного или религиозного знания или понять непостижимое.В результате мы придерживаемся позиции, согласно которой единственное, что можно назвать знанием, — это то, что прочно основано на сфере человеческого понимания и проверки.

4. Хотя мы занимаем строгую позицию в отношении того, что составляет знание, мы не критично относимся к источникам идей. Часто интуитивные чувства, догадки, предположения и вспышки вдохновения оказываются отличными источниками новых подходов, новых взглядов на вещи, новых открытий и новых концепций.Мы не осуждаем идеи, полученные из религиозного опыта, измененных состояний сознания или эмоций; мы просто заявляем, что проверка этих идей на предмет реальности — единственный способ определить их достоверность как знания.

5. Человеческое знание несовершенно. Мы признаем, что инструменты для проверки знаний — человеческие чувства и человеческий разум — подвержены ошибкам, что делает все наши знания и научные выводы о природе мира предварительными. Что верно для наших научных выводов, тем более верно для нашего морального выбора и социальной политики; эти последние подлежат постоянному пересмотру в свете как ошибочного и пробного характера наших знаний, так и постоянных изменений социальных условий.

Многим это покажется ненадежным фундаментом, на котором можно строить философию. Но поскольку он честно обращается с миром, мы считаем, что это самый надежный фундамент из возможных. Попытки основывать философию на сверхчеловеческих источниках и трансцендентных «реальностях», чтобы обеспечить большее чувство безопасности, в конечном итоге приводят лишь к созданию иллюзий относительно мира, которые затем приводят к ошибкам, когда эти иллюзии становятся основой для решений и социальной политики. Мы, гуманисты, хотим избежать этих дорогостоящих ошибок и поэтому взяли на себя обязательство смотреть на жизнь такой, какая она есть, и на тяжелую работу, которую влечет за собой такой честный подход.Мы добровольно пожертвовали соблазном легкой безопасности, предлагаемой упрощенными системами, чтобы принять активное участие в кропотливых усилиях по построению нашего понимания мира и тем самым внести свой вклад в решение проблем, которые мучили человечество на протяжении веков.

6. Мы утверждаем, что человеческие ценности имеют смысл только в контексте человеческой жизни. Таким образом, предполагаемое нечеловеческое существование после смерти не может быть включено как часть среды, в которой должны действовать наши ценности.Здесь и сейчас физический мир наших чувств — это мир, который имеет отношение к нашим этическим интересам, нашим целям и нашим устремлениям. Поэтому мы полностью помещаем наши ценности в этот контекст. Если бы мы поступили иначе — поместили наши ценности в более широкий контекст просто ожидаемого расширения реальности, которую мы знаем, — мы могли бы обнаружить, что либо отказываемся от наших реальных интересов в погоне за воображаемыми, либо пытаемся связать человеческие потребности здесь с совсем другой набор нечеловеческих потребностей в другом месте. Мы не пожертвуем этической хорошей жизнью здесь, если не будет продемонстрировано, что есть другая жизнь где-то еще, которая требует переключения нашего внимания, и что эта другая жизнь имеет некоторую связь и общность с этой.

7. Мы основываем наши этические решения и идеалы на человеческих потребностях и заботах, а не на предполагаемых потребностях и заботах предполагаемых божеств или других трансцендентных сущностей или сил. Мы измеряем ценность данного выбора по тому, как он влияет на человеческую жизнь, и к этому мы включаем самих себя, наши семьи, наше общество и народы Земли. Если будет обнаружено, что существуют высшие силы, на которые мы должны откликнуться, мы все равно будем основывать свою реакцию на человеческих потребностях и интересах в любых отношениях с этими силами.Это потому, что все известные нам философии и религии созданы людьми и не могут, в конечном счете, избежать встроенной предвзятости человеческого взгляда. Эта человеческая точка зрения ограничивает нас человеческими способами постижения мира и человеческими побуждениями и стремлениями как движущими силами.

8. Мы применяем этические принципы в жизненных условиях, а не в идеальных. Хотя этика и есть идеалы, идеалы могут служить только руководством в жизненных ситуациях. Вот почему мы выступаем против абсолютистских моральных систем, которые пытаются жестко применять идеальные моральные ценности, как если бы мир сам был идеальным.Мы признаем, что конфликты и моральные дилеммы действительно имеют место и что моральный выбор часто бывает трудным и не может быть получен на основе упрощенных критериев и практических правил. Моральный выбор часто предполагает усердное мышление, тщательный сбор информации о текущей ситуации, тщательное рассмотрение ближайших и будущих последствий и взвешивание альтернатив. Жить так, чтобы продвигать добро или даже знать, какой выбор правильный, не всегда легко. Поэтому, когда мы заявляем о своей приверженности гуманистическому подходу к этике, мы выражаем нашу готовность интенсивно размышлять и работать, которые влечет за собой нравственная жизнь в сложном мире.

Предварительные выводы о мире

1. Наша планета вращается вокруг звезды среднего размера, которая расположена недалеко от края галактики среднего размера, насчитывающей до 300 миллиардов звезд, которая является частью группы галактик, состоящей из более чем тридцати других галактик, а именно: часть расширяющейся Вселенной, которая, хотя и состоит в основном из холодного темного космоса, также содержит, возможно, сто миллиардов галактик в дополнение к нашей собственной. Наш вид существовал на Земле очень короткое время, а сама Земля просуществовала лишь короткое время в истории нашей галактики.Таким образом, наше существование — невероятно крохотная и краткая часть гораздо большей картины.

В свете этого нам кажется любопытным, что в отсутствие прямых доказательств религиозные мыслители могут сделать вывод, что вселенная или некая творческая сила за ее пределами связаны с нашим благополучием или будущим. Судя по всему, логичнее заключить, что мы одни заботимся о своем благополучии и будущем.

2. Человеческие существа не являются ни полностью уникальными по сравнению с другими формами жизни, ни конечным продуктом некоторой запланированной схемы развития.Имеющиеся данные показывают, что люди состоят из тех же строительных блоков, из которых состоят другие формы жизни, и подвергаются тем же видам естественного давления. Все формы жизни состоят из одних и тех же основных элементов — тех же видов атомов, что и неживые вещества, и эти атомы состоят из субатомных частиц, которые были переработаны в ходе многих космических событий, прежде чем стать частью нас или нашего мира. Люди — текущий результат длинной серии естественных эволюционных изменений, но не единственный результат или окончательный.Можно ожидать, что постоянные изменения повлияют на нас самих, другие формы жизни и космос в целом. У этого процесса нет ни начала, ни конца.

3. Нет убедительных доказательств, подтверждающих веру в то, что человеческий разум отделен от человеческого мозга, который сам является частью тела. Все, что мы знаем о личности, указывает на то, что каждая ее часть подвержена изменениям, вызванным физическим заболеванием, травмой или смертью. Таким образом, нет достаточных оснований для веры в душу или какую-то загробную жизнь.

4. Основные мотивы, определяющие наши ценности, в конечном итоге уходят корнями в нашу биологию и ранний опыт. Это потому, что наши ценности основаны на наших потребностях, интересах и желаниях, которые сами по себе часто связаны с выживанием нашего вида. Как люди, мы способны прийти к согласию по основным ценностям, потому что мы чаще всего разделяем одни и те же потребности, интересы и желания, а также потому, что мы живем в одной и той же планетарной среде.

Таким образом, теоретически возможно разработать научно обоснованную систему этики, если будет достаточно известно об основных человеческих потребностях, побуждениях, мотивациях и характеристиках, и когда разум и сочувствие будут последовательно применяться для удовлетворения человеческих потребностей и развития человеческих способностей. .Тем временем человеческая этика, законы, социальные системы и религии останутся частью продолжающихся попыток людей найти лучший способ жить, методом проб и ошибок.

5. Когда люди в значительной степени свободны преследовать свои собственные интересы и цели, думать и говорить за себя, развивать свои способности и действовать в социальной среде, которая способствует свободе, количество полезных открытий и достижений увеличивается, а человечество продвигается дальше к цели большего самопонимания, лучших законов, лучших институтов и хорошей жизни.

Текущие позиции по социальной политике

1. Как гуманисты, приверженные свободному поиску и видящие ценность социальных систем, способствующих свободе, мы поощряем развитие индивидуальной автономии. В этом контексте мы поддерживаем такие свободы и права, как религиозная свобода, разделение церкви и государства, свобода слова и печати, свобода объединений (включая сексуальную свободу, право на брак и развод, а также право на альтернативные семейные структуры). право на контроль рождаемости и аборт, а также право на добровольную эвтаназию.

2. Как гуманисты, которые понимают, что люди являются социальными животными и нуждаются как в защите, так и в ограничениях, обеспечиваемых эффективной социальной организацией, мы поддерживаем те законы, которые защищают невиновных, эффективно справляются с виновными и обеспечивают выживание нуждающихся. Мы хотим, чтобы система уголовного правосудия была быстрой и справедливой, не игнорировавшей ни виновного в преступлении, ни жертвы и рассматривая сдерживание, восстановление и реабилитацию в целях наказания. Однако не все преступления или споры между людьми подлежат разрешению в суде.Другой подход, связанный с посредничеством в конфликте, когда противоборствующие стороны приходят к взаимному соглашению, также пользуется нашей поддержкой.

3. Как гуманисты, которые видят потенциал в людях на всех уровнях общества, мы поощряем расширение демократии участия, чтобы процесс принятия решений стал более децентрализованным и вовлекал больше людей. Мы надеемся на широкое участие в процессе принятия решений в таких областях, как семья, школа, рабочее место, учреждения и правительство.В этом контексте мы не видим места предрассудкам на основе расы, национальности, цвета кожи, пола, сексуальной ориентации, гендерной идентификации, возраста, политических убеждений, религии или философии. И мы видим все основания для продвижения равных возможностей в экономике и во всеобщем образовании.

4. Как гуманисты, понимающие, что все люди разделяют общие потребности в общей планетарной среде, мы поддерживаем нынешнюю тенденцию к более глобальному сознанию. Мы понимаем, что эффективные экологические программы требуют международного сотрудничества.Мы знаем, что только международные переговоры о сокращении вооружений обезопасят мир от угрозы термоядерной или биологической войны. Мы видим необходимость во всемирном образовании по контролю за ростом населения как средство обеспечения комфортного места для всех. И мы осознаем ценность международного общения и обмена информацией, независимо от того, связаны ли это общение и обмен с политическими идеями, идеологическими точками зрения, наукой, технологиями, культурой или искусством.

5.Как гуманисты, ценящие человеческое творчество и человеческий разум и увидевшие преимущества науки и технологий, мы решительно готовы участвовать в новых научных и технологических разработках вокруг нас. Нас скорее воодушевляют, чем пугают биотехнологии, альтернативные источники энергии и информационные технологии, и мы понимаем, что попытки отвергнуть эти разработки или предотвратить их широкое применение не остановят их. Такие усилия просто передадут их в руки других людей или наций для их эксплуатации.Чтобы оказывать моральное влияние на новые технологии, чтобы наш голос был услышан, мы должны принимать участие в этих революциях по мере их возникновения.

6. Как гуманисты, которые видят жизнь и человеческую историю как великое приключение, мы ищем новые миры, которые нужно исследовать, новые факты, которые нужно раскрыть, новые возможности для художественного самовыражения, новые решения старых проблем и новые чувства, которые нужно испытать. Иногда мы чувствуем себя движимыми в наших поисках, и именно участие в них придает смысл нашей жизни и делает возможными полезные открытия.Наши цели как вида не имеют конца. В результате мы никогда не останемся без цели.

Заключение

Гуманисты, подходя к жизни с человеческой точки зрения, начинают с человеческих способов понимания мира и цели удовлетворения человеческих потребностей. Это приводит к предварительным выводам о мире и соответствующей социальной политике. Поскольку человеческое знание должно время от времени изменяться, а ситуации постоянно меняются, человеческий выбор также должен меняться. Это делает нынешние позиции по социальной политике наиболее адаптируемой частью гуманистической философии.В результате большинству гуманистов легче прийти к согласию по основным принципам, чем по предварительным выводам о мире, но легче прийти к согласию по обоим, чем по социальной политике. Ясность в этом вопросе устранит многие распространенные заблуждения о гуманизме.


Это эссе является переработанной версией 2008 года того, что первоначально было опубликовано в январском / февральском выпуске журнала Humanist за январь / февраль 1984 года.

Гуманистическая психология

Гуманистическая психология — это психологическая перспектива, которая приобрела известность в середине 20-го века, опираясь на философии экзистенциализма и феноменологии, а также на восточную философию.Он принимает целостный подход к человеческому существованию посредством исследования таких понятий, как значение, ценности, свобода, трагедия, личная ответственность, человеческий потенциал, духовность и самореализация.

Гуманистическая перспектива — это целостная психологическая перспектива, приписывающая человеческие характеристики и действия свободной воле и врожденному стремлению к самоактуализации. Этот подход фокусируется на максимальном человеческом потенциале и достижениях, а не на психозах и симптомах расстройства.Он подчеркивает, что люди по своей природе хорошие, и уделяет особое внимание личному опыту и творчеству. Эта точка зрения привела к прогрессу в позитивной, образовательной и производственной психологии и получила одобрение за ее успешное применение в психотерапии и социальных проблемах. Несмотря на большое влияние, гуманистическая психология также подвергалась критике за ее субъективность и отсутствие доказательств.

В конце 1950-х годов группа психологов собралась в Детройте, штат Мичиган, чтобы обсудить свой интерес к психологии, которая сосредоточена на исключительно человеческих проблемах, таких как личность, самореализация, здоровье, надежда, любовь, творчество, природа и т. Д. бытие, становление, индивидуальность и смысл.Эти предварительные встречи в конечном итоге привели к описанию гуманистической психологии как узнаваемой «третьей силы» в психологии, наряду с бихевиоризмом и психоанализом. Основными теоретиками гуманизма были Абрахам Маслоу, Карл Роджерс, Ролло Мэй и Кларк Мустакас; на него также повлияли теоретики психоанализа, в том числе Вильгельм Райх, который обсуждал по существу хорошее, здоровое ядро ​​«я», и Карл Густав Юнг, который подчеркивал концепцию архетипов.

Иерархия потребностей Маслоу

Абрахам Маслоу (1908–1970) считается основателем гуманистической психологии и известен своим концептуальным подходом к иерархии человеческих потребностей.Он считал, что у каждого человека есть сильное желание полностью реализовать свой потенциал или достичь того, что он назвал «самоактуализацией ». В отличие от многих своих предшественников, Маслоу изучал психически здоровых людей, а не людей с серьезными психологическими проблемами. В ходе своих исследований он ввел термин «пиковые переживания», которые он определил как «высокие точки», в которых люди чувствуют себя в гармонии с собой и своим окружением. Он считал, что у самореализованных людей в течение дня больше таких пиковых переживаний, чем у других.

Чтобы объяснить свои теории, Маслоу создал визуализацию, которую он назвал «иерархией потребностей». Эта пирамида отображает различные уровни физических и психологических потребностей, которые человек преодолевает в течение своей жизни. Внизу пирамиды находятся основные физиологические потребности человека, такие как пища и вода. Следующий уровень — безопасность, которая включает в себя убежище и первостепенное значение для физического выживания. Третий уровень, любовь и принадлежность, — это психологическая потребность делиться собой с другими.Четвертый уровень, уважение, фокусируется на успехе, статусе и достижениях. Вершина пирамиды — самоактуализация, при которой считается, что человек достиг состояния гармонии и понимания. Люди прогрессируют от низших стадий к высшим на протяжении всей своей жизни и не могут достичь более высоких стадий, не удовлетворив сначала более низкие потребности, которые возникают перед ними.

Иерархия потребностей Маслоу

В иерархии потребностей Маслоу человек должен сначала удовлетворить свои физические потребности нижнего уровня, прежде чем он сможет перейти к удовлетворению психологических потребностей более высокого уровня.

Личностно-ориентированная терапия Роджерса

Карл Роджерс (1902–1987) наиболее известен своим личностно-ориентированным подходом, в котором отношения между терапевтом и клиентом используются, чтобы помочь пациенту достичь состояния реализации, чтобы они могли тогда угощайтесь сами. Его недирективный подход фокусируется больше на настоящем, чем на прошлом, и сосредотачивается на способности клиентов к самоуправлению и пониманию своего собственного развития. Терапевт побуждает пациента выражать свои чувства и не предлагает, как человек может захотеть измениться.Вместо этого терапевт использует навыки активного слушания и зеркального отражения, чтобы помочь пациентам исследовать и понимать свои чувства к себе.

Карл Роджерс

Карл Роджерс был одним из пионеров гуманистической психологии и наиболее известен своим личностно-ориентированным подходом к терапии.

Роджерс также известен своей практикой «безусловного положительного отношения», что определяется как принятие человека целиком без отрицательного суждения об их существенной ценности.Он считал, что те, кто вырос в среде безусловного положительного отношения, имеют возможность полностью реализовать себя, в то время как те, кто вырос в среде условно положительного отношения, чувствуют себя достойными только в том случае, если они соответствуют условиям, которые были установлены другими.

Экзистенциализм Мэй

Ролло Мэй (1909–1994) был самым известным американским экзистенциальным психологом и отличался от других гуманистических психологов более острым пониманием трагических аспектов человеческого существования.Мэй находился под влиянием американского гуманизма и подчеркивал важность человеческого выбора.

Гуманистическая психология носит целостный характер: она принимает во внимание целых людей, а не их отдельные черты или процессы. Таким образом, людей не сводят к одному конкретному атрибуту или набору характеристик, а вместо этого ценят за сложные существа, которыми они являются. Гуманистическая психология допускает динамичную и изменчивую концепцию личности, которая объясняет большую часть изменений, которые человек испытывает на протяжении всей жизни.Он подчеркивает важность свободы воли и личной ответственности при принятии решений; этот взгляд дает сознательному человеку некоторую необходимую автономию и освобождает его от детерминистских принципов. Возможно, наиболее важно то, что гуманистическая точка зрения подчеркивает необходимость стремиться к позитивным целям и объясняет человеческий потенциал так, как не могут другие теории.

Однако критики оспаривают многие ранние принципы гуманизма, такие как отсутствие эмпирических данных (как это было в случае с большинством ранних психологических подходов).Из-за неотъемлемой субъективной природы гуманистического подхода психологи опасаются, что эта точка зрения не определяет достаточно постоянных переменных, чтобы их можно было исследовать последовательно и точно. Психологов также беспокоит, что такое чрезмерное внимание к субъективному опыту человека мало что дает для объяснения или оценки воздействия внешних социальных факторов на развитие личности. Кроме того, главный постулат гуманистической психологии личности, а именно, что люди от природы хорошие и интуитивно стремятся к позитивным целям, не учитывает наличие отклонений в мире у нормальных, функционирующих личностей.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.