Кейнсианская политика: Страна победившего Кейнса – Власть – Коммерсантъ

Автор: | 04.04.1976

Содержание

КЕЙНСИАНСКАЯ МОДЕЛЬ ЭКОНОМИКИ — это… Что такое КЕЙНСИАНСКАЯ МОДЕЛЬ ЭКОНОМИКИ?

КЕЙНСИАНСКАЯ МОДЕЛЬ ЭКОНОМИКИ
КЕЙНСИАНСКАЯ МОДЕЛЬ ЭКОНОМИКИ

(Keynesian) Представление об экономике на основе модели Д. М. Кейнса или любого другого экономиста, придерживающегося таких же взглядов. Согласно кейнсианской модели капиталистическая экономика в течение длительного периода времени может находится в состоянии определенного равновесия, предполагающего значительно более низкий объем производства по сравнению с тем, который был бы совместим с полной занятостью. Пока экономика находится в этом состоянии, объем производства в значительной степени определяется величиной спроса, так что на уровень производства можно воздействовать денежно-кредитной и налогово-бюджетной политикой. Этот взгляд на экономику следует отличать от другой точки зрения, иногда называемой «классической» или «неоклассической», согласно которой экономика имеет тенденцию приближаться к естественному уровню активности. Поэтому основная роль экономической политики состоит в стимулировании экономического роста со стороны предложения, например путем поощрения сбережений и усиления конкуренции на рынках. Кейнсианство критикуют за попытку расширить объем производства путем регулирования спроса (demand management), в то время когда необходима политика, основанная на теории предложения (supply-side policy). Кейнсианская политика на самом деле может способствовать инфляции.


Экономика. Толковый словарь. — М.: «ИНФРА-М», Издательство «Весь Мир». Дж. Блэк. Общая редакция: д.э.н. Осадчая И.М.. 2000.

Экономический словарь. 2000.

  • КЕЙНС, ДЖОН МЕЙНАРД, ЛОРД
  • КЕМБРИДЖСКОЕ УРАВНЕНИЕ

Смотреть что такое «КЕЙНСИАНСКАЯ МОДЕЛЬ ЭКОНОМИКИ» в других словарях:

  • Модель AD-AS — (модель совокупного спроса и совокупного предложения)  макроэкономическая модель, рассматривающая макроэкономическое равновесие в условиях изменяющихся цен в краткосрочном и долгосрочном периодах …   Википедия

  • КЕЙНСИАНСКАЯ ТЕОРИЯ. ВОПРОСЫ ФИНАНСОВ, ДЕНЕГ И КРЕДИТА — (англ. Keynesian theory) – теория макроэкономического равновесия, которое достигается благодаря активному стимулированию эффективного спроса путем государственного вмешательства в виде налоговобюджетной (фискальной) и кредитно денежной политики.… …   Финансово-кредитный энциклопедический словарь

  • Кейнсианство — (Keynesianism) Кейнсианство это экономическое учение регулируемого капитализма Экономическая школа кейнсианства, роль и законы, развитие и теория, представители кейнсианства Содержание >>>>>>>>>>> …   Энциклопедия инвестора

  • Кейсианский метод — (Keysiansky method) Содержание Содержание Основные положения концепции экономического развития Дж. М. Кейнса Методологические аспекты экономического учения Дж. М. Кейнса Основные положения Общей теории , и . Практическая программа Дж.М.Кейнса… …   Энциклопедия инвестора

  • Макроэкономика — (от др. греч. μακρός  длинный, большой, οἶκος  дом и Nόμος  закон)  наука, изучающая функционирование экономики в целом, экономической системы как единого целого, работу экономических агентов и рынков; совокупность… …   Википедия

  • Денежно-кредитная политика — (Monetary policy) Понятие денежно кредитной политики, цели денежно кредитной политики Информация о понятии денежно кредитной политики, цели денежно кредитной политики Содержание >>>>>>>>>> …   Энциклопедия инвестора

  • Макроэкономика — (Macroeconomics) Макроэкономика это наука, изучающая глобальные экономические процессы Определение понятия макроэкономика, макроэкономическая политика, функции и модели макроэкономического развития, макроэкономическая нестабильность и её… …   Энциклопедия инвестора

  • Инвестиционная стабильность — Инвестиционная стабильность  способности инвестиционной среды экономики обеспечивать необходимые свойства для поддержания связей между субъектом и объектом инвестиций достаточных пределах для достижения целей инвестирования, а также… …   Википедия

  • Антиинфляционная политика — (Anti inflationary policy) Определение антиинфляционной политики государства Информация об определении антиинфляционной политики государства, методы и особенности антиинфляционной политики Содержание Содержание Определение термина Причины… …   Энциклопедия инвестора

  • Рынок труда — (Labor market) Рынок труда это сфера формирования спроса и предложения на рабочую силу Определение рынка труда, определение рабочей силы, структура рынка труда, субъекты рынка труда, конъюнктура рынка труда, сущность открытого и скрытого рынка… …   Энциклопедия инвестора


Оценка влияния потребления на формирование и развитие экономики инновационного типа: кейнсианский подход (Берг Т.И.1, Демченко С.К.1, Шаров В.С.11 Сибирский федеральный университет) / Экономические отношения / № 2, 2019

 Скачать PDF | Загрузок: 19 | Цитирований: 10

Статья в журнале

Экономические отношения


Том 9, Номер 2 (Апрель-Июнь 2019)

Цитировать:
Берг Т.И., Демченко С.К., Шаров В.С. Оценка влияния потребления на формирование и развитие экономики инновационного типа: кейнсианский подход // Экономические отношения. – 2019. – Том 9. – № 2. – С. 1293-1306. – doi: 10.18334/eo.9.2.40663.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=39191661
Цитирований: 10 по состоянию на 20.09.2021

Аннотация:
В статье рассмотрено значение потребления и доходов населения с позиции теории Дж. Кейнса как факторов, определяющих совокупный спрос. Спрос является вектором экономического развития, в том числе инновационного, и стимулом производства конкурентоспособных товаров для внутреннего и внешнего рынка. Оценка динамики совокупных доходов и расходов в России и Красноярском крае выявила отрицательные тенденции, опережение расходов над доходами. Снижение инвестиционной привлекательности, вследствие сокращения сбережений, необходимых для осуществления инновационной деятельности. Рассчитанный мультипликатор автономных расходов, обеспечивающий величину равновесного выпуска товаров и услуги (равновесного валового национального продукта, валового регионального продукта) является недостаточным. Решение выявленных в результате исследования проблем, авторами предлагается применять государственные регуляторы, необходимые для выравнивания рыночных диспропорций, путем увеличения МРОТ, трансфертных выплат, эффективной политики импортозамещения. Данные меры способствуют росту склонности домохозяйств к потреблению товаров (услуг), инновационной активности хозяйствующих субъектов.

Ключевые слова: инновационная экономика, сбережения, спрос, потребление, функция потребления, совокупные доходы, совокупные расходы, кейнскианский подход, мультипликатор автономных расходов

JEL-классификация: E17, E21, E12

Источники:

Парижское соглашение по климату: FCCC/CP/2015/L.9/Rev.1 принято на 21-й конференции Рамочной конвенции ООН об изменении климата (вступило в силу 04.10.2016). Официальный сайт Рамочной конвенции ООН об изменении климата. [Электронный ресурс]. URL: https://unfccc.int.
Об утверждении Стратегии инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 года: Распоряжение Правительства РФ от 08.12.2011 N 2227-р (ред. от 18.10.2018). Консультант Плюс. [Электронный ресурс]. URL: http://www.consultant.ru.
Кейнс Д.М. Общая теория занятости, процента и денег. — М.: Юрайт, 2018. – 342 с.
Кураков Л.П., Игнатьев М.В., Тимирясова А.В. и др. Макроэкономика. / учебник для вузов. — М.: Изд-во ИАЭП, 2017. – 336 с.
5. Мурашов Я.В., Ратникова Т.А. // Прикладная эконометрика. – 2017. – № 2(46). – url: https://cyberleninka.ru/article/n/dinamika-neuchtennyh-dohodov-rossiyskih-domashnih-hozyaystv.
Носова С.С. Экономическая теория. / учебник — 4-е изд., стер. — Москва: КНОРУС, 2017. – 792 с.
Официальный сайт управления Федеральной службы государственной статистики по Красноярскому краю, Республике Хакасия и Республике Тыва. [Электронный ресурс]. URL: http://krasstat.gks.ru.
Официальный сайт Федеральной службы государственной статистики. [Электронный ресурс]. URL: http://www.gks.ru.
9. Нанакина Ю.С., Потылицын И.В. Управление потребительским спросом на инновационную продукцию: теоретический обзор // Электронный научный журнал. – 2016. – № 4. – С. 66-78. – url: http://www.agequal.ru/pdf/2016/416004.pdf.

Страница обновлена: 20.09.2021 в 14:10:26

Был ли Кейнс социалистом?

Но программа, которая предлагает регулировать уровень инвестиций в больших масштабах, не может не повлиять на направление инвестиций. Кейнс не защищал полумеры. Надо признать, что он был очень уверен в суждении технократов: «Именно технические специалисты по строительству, проектированию и транспорту должны сказать нам, в каком направлении нас ждут самые плодотворные улучшения».
Кейнс, возможно, рассматривал смерть рантье с невозмутимостью, но он, вероятно, не болел за смерть предпринимателя. У него было здоровое уважение к предпринимательству, и он, похоже, рассматривал риск как двигатель прогресса. В Общей теории Кейнс заметил, что инвестиционные решения в значительной степени зависит от стихийного оптимизма, а не от математических ожиданий … Вероятнобольшинство наших решений сделать что-то позитивное, полные последствия которого будут проявлены в течение большого времени, могут быть приняты только в результате духа животных — спонтанного побуждение к действию, а не бездействию, но не как результат средневзвешенного количественного преимущества, умноженного на количественные вероятности … Таким образом, если дух животных ослабнет, а спонтанный оптимизм потускнеет … предприятие исчезнет и умрет.

Кротти уделяет большое внимание идее о том, что фундаментальная неопределенность в отношении будущего ослабляет мотивацию менеджеров частного сектора брать на себя риски, связанные с расширением их предприятий и выходом на новые сферы деятельности. Именно из-за негативного влияния неопределенности на инвестиционные расходы Кейнс рассматривал государственные инвестиции как способ сохранить динамизм экономики.

Общим аргументом против социализма является то, что устранение мотива прибыли притупляет стимул идти на такие риски, которые ведут к инновациям и росту. Кейнс видел, что мотив прибыли может с такой же готовностью подавлять риск, как и поощрять его. Он также увидел, что стремление к экономической выгоде может стимулировать финансовые спекуляции, которые не оказывают благотворного влияния на занятость, общественно полезные инновации или реальный экономический рост. Напротив, такие спекуляции повышают долю долга на балансах фирм и домохозяйств, создавая на финансовом уровне ситуацию финансовой нестабильности, при которой относительно небольшое прерывание потока кредита может вызвать волну дефолтов с катастрофическими последствиями. Кейнс утверждал, что решениями этих дисфункций были решения по финансовому регулированию и крупномасштабной мобилизации правительством ресурсов в сторону социальных инвестиций. Он был активным сторонником контроля за движением капитала, дабы предотвратить бегство финансового капитала из страны в погоне за более высокой прибылью в момент, когда монетарные власти снижают процентные ставки. Он также полагал, что наиболее эффективный способ обеспечить устойчивый поток социально полезных инвестиций, достаточных для поддержания полной занятости экономики, — это передать государству власть над значительными инвестиционными расходами.

Несмотря на критику о том, что передача инвестиционных расходов под контроль государства подорвет способность экономики к инновациям, мы можем обратить внимание на новаторскую работу Марианы Маццукато, которая показывает, что со времени окончания Второй мировой войны правительство стало основным источником инноваций во многих областях. И, действительно, что без прямого и косвенного участия государства, многие ключевые инновации за последние полвека — интернет, персональные компьютеры и программное обеспечение, которое они используют, информационные технологии и связь, солнечная и ветровая энергия бесчисленное множество достижений в медицине — никогда бы не материализовалось или было бы отложено на десятилетия. Кейнс, как мы уже отмечали, очень верил в способность технократов управлять «социализацией инвестиций», но он мало говорит о инновации, или о том, как это может быть поддержано через предложенный им совет по национальным инвестициям. Однако он справедливо отмечает, что получение прибыли не является единственным мотивом человеческих действий, и что многие из дисфункций современной эпохи являются результатом политических рамок, которые не только предполагают, что это так, но и предполагают, что прибыльно заточенное поведения может надежно привести к социально выгодным результатам. Кто-то может подумать, что он был чрезмерно оптимистичен в предположении того, что профессионализм технократического класса, его приверженность государственной службе и бюрократический настрой, способствующий творчеству и экспериментам, -помогут. Но именно эти подходы и условия являются причиной возникновения инноваций в момент, когда они происходят в частном секторе, и, как показывает исследование Маццукато, нет никаких причин, по которым они не могут дать аналогичные результаты в других контекстах.

Кейнс не изложил подробной дорожной карты проекта договоренности, который он защищал. Он считал само собой разумеющимся, что нахождение правильной модели потребует мноих экспериментов. Он понимал, разумно, что путаница является неизбежным аспектом всей человеческой деятельности. Чтобы добиться значимых социальных изменений, мы должны быть открыты для всех вдумчивых перспектив. Его взгляд был категорически антиавторитарным: «новые экономические способы, к которым мы прибегаем, — писал он в 1933 году, — по сути своей являются экспериментами. У нас нет ясного представления заранее о том, чего мы хотим. Мы обнаружим это, когда будем двигаться вперед, и нам придется формовать наш материал в соответствии с нашим опытом». Открытость для критики необходима, продолжает он: «для этого процесса смелая, свободная и беспощадная критика является непременным условием окончательного успеха. Нам нужно сотрудничество всех ярких духов эпохи. Сталин уничтожил все независимые, критические мысли, даже если они симпатизировали в общем плане … Пусть Сталин станет ужасающим примером для всех, кто стремится проводить эксперименты ». Придавая предпринимательскую роль самому государству, Кейнс также признал вероятность того, что« некоторые схемы [государственных инвестиций] могут оказаться неудачными »- как, конечно, в случае со многими и, возможно, большинством частных инвестиционных проектов.

Кейнс был, прежде всего, практичным экономистом: его ноги были твердо поставлены на почву реальности. Он критиковал небрежное применение ортодоксальных идей к сложным обстоятельствам реального мира, но он не был отступником. Он отверг центральное планирование в советском стиле; он признал, что рынки полезны и что желательна децентрализация контроля. «[T] здесь, — отметил он, — огромное поле частного предпринимательства, которое никто, кроме сумасшедшего, не будет стремиться национализировать». Он не был против крупных предприятий — он знал, как любой компетентный экономист, что экономия от масштаба приносит пользу обществу, и что крупные предприятия здесь, чтобы остаться; но они должны быть разумно контролируемыми, управляемыми и регулируемыми. Кейнс был против классового конфликта: он не был классовым воином; его целью было ослабить классовую напряженность. Система планирования, которую он имел в виду, не будет и не должна препятствовать «созидательной энергии индивидуального разума [или препятствовать] свободе и независимости частного лица».

Политический провал кейнсианской экономики

В августе прошлого года я задал вопрос: «Что, если кейнсианские стимулы работают, но никто никогда не сможет себе это позволить, за исключением чего-то вроде Второй мировой войны, когда правительство может задействовать патриотические стимулы». излияние национальных сбережений путем выпуска облигаций с отрицательной реальной доходностью ».

Когда такие люди, как Пол Кругман, говорят, что стимулы на сумму почти 900 миллиардов долларов не работают, потому что их недостаточно, вы задаетесь вопросом, возможен ли вообще адекватный кейнсианский стимул.Может ли какое-либо правительство где-либо занять 15 или более процентов ВВП, чтобы потратить их на временные меры с благословения своих граждан? Если на то пошло, будут ли рынки давать деньги в долг, не повышая процентные ставки? Можно ли потратить дополнительные 15 процентов ВВП, не демонстрируя резко убывающей отдачи — а это означает, что вам потребуются еще большие расходы для получения желаемого эффекта? Сегодня Алекс Табаррок рассматривает историю и приходит к выводу, что даже если кейнсианская экономика работает в теории, кейнсианская политика терпит неудачу на практике — по крайней мере, в условиях демократии:

Давайте примем для аргумента истинность кейнсианской экономики.Теперь ясно, что кейнсианская политика провалилась. Но не верьте мне на слово. Вот Пол Кругман о великом отречении от престола:

… не говоря об этом прямо, администрация Обамы приняла заявление республиканцев о том, что меры стимулирования провалились и что их больше никогда не следует предпринимать.

Что удивительно во всем этом, так это то, что стимул не мог потерпеть неудачу, потому что этого никогда не было. Если учесть сокращение расходов на уровне штата и на местном уровне, резкого роста государственных расходов не было.

Если это звучит знакомо, давайте вспомним, что, по их собственному признанию, кейнсианцы верят, что кейнсианская политика также потерпела неудачу во время Великой депрессии. Опять же, Пол Кругман о Новом курсе:

… можно сказать, что неполное восстановление показывает, что кейнсианская фискальная политика не работает. За исключением того, что Новый курс не проводил кейнсианской политики. (курсив в оригинале).

Итак, у нас было два основных случая, которые в значительной степени благоприятствовали кейнсианской экономике, но кейнсианская политика оба раза провалилась.Не то чтобы это должно вызывать удивление, сам Кейнс сказал нам, что его теория больше подходит для тоталитарных режимов:

Теория агрегированного производства, о которой идет речь в следующей книге, тем не менее, может быть намного легче адаптирована к условиям тоталитарное государство [eines totalen Staates], чем теория производства и распределения данной продукции, выдвинутая в условиях свободной конкуренции и значительной степени невмешательства.

Это иллюстрирует проблему, стоящую перед экономистами: следует ли им отстаивать политику первого или второго наилучшего? Однажды я видел обмен мнениями между чиновником казначейства Буша и известным академическим критиком TARP и т. Д.Чиновник утверждал, что критики выдвигают «решения», которые не имеют надежды на принятие съезда. Критик резко возразил, что это не его работа — предлагать глупости, на которые политики были готовы; он должен был сказать им , что нужно делать .

Это правда, но на определенном уровне нет смысла тратить много времени на разработку политики, которая не может быть реализована ни в одном мыслимом демократическом государстве. Особенно, если отстаивание этой политики затрудняет отстаивание вещей, которые могут сработать — либо потому, что пропаганда отнимает время от размышлений о возможных решениях, либо потому, что вы отталкиваете людей, на которых пытаетесь повлиять.

Verso

В конечном итоге мы все мертвы

Кейнсианство, политическая экономия и революция

Мягкая обложка

Мягкая обложка с бесплатной электронной книгой

£ 14,99 £ 10,49 Скидка 30%

432 страницы / май 2019/9781784786007

Ebook

Ebook

£ 14,99 £ 8,99 Скидка 40%

Январь 2017/9781784786021

в твердом переплете

в твердом переплете с бесплатной электронной книгой

£ 20,00

432 стр. / Январь 2017/978 1784785994

Нет в наличии

Революционное разоблачение умеренных попыток разрешения финансовых кризисов

На руинах финансового кризиса 2007–2008 годов самопровозглашенные прогрессисты всего мира требовали возродить экономическую теорию Джона Мейнарда Кейнса.Кризис, казалось, обнажил катастрофу малых государств, либерализации свободного рынка и дерегулирования. Кейнсианская политическая экономия, напротив, может вернуть государство в центр экономики и вооружить его знаниями, необходимыми для нашего спасения. Но от чего он должен был нас спасти, было не так ясно. Конец капитализма или конец света? Для кейнсианства ответ — и то, и другое. Кейнсианцы не стремились и никогда не стремились спасти капитализм, а скорее спасали цивилизацию от самой себя.Они обещают, что это политическая экономия для мира, в котором мы действительно живем: мира, в котором цены «липкие», информация «асимметрична» и неизбежна неопределенность. В этом мире вещи определенно не пойдут на самотек в долгосрочной перспективе. Бедность неискоренима, рынки рушатся, а революции приводят к тирании. Таким образом, кейнсианство представляет собой наиболее убедительную внутреннюю критику современного либерализма, которая встречает два столетия кризиса предложением капитала без капитализма и революции без революционеров.

Если наши нынешние кризисы обновили кейнсианство для стольких многих, то это не потому, что настоящее стоит того, чтобы его спасти, а не потому, что будущее кажется неконтролируемым. В этой ситуации идеально подходит кейнсианство: вера для неверных.

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ КНИГА! Скачать The General Theory of Employment, Interest and Money

Помощник читателя по In the Long Run We All Dead и руководство для начинающих по The General Theory — полезно для всех, кто интересуется тем, что на самом деле книга говорит и не говорит; объясняя идеи Кейнса, причины, по которым он считал их новыми, и старые теории, которые он надеялся вытеснить.

«Было много биографий Кейнса и много историй о« кейнсианской революции в правительстве ». Книга Манна не принадлежит ни к одной из категорий. Великолепно… убедительно ».

— Адам Туз, Лондонское обозрение книг

«Подробный, динамичный отчет о том, как коварное кейнсианское управление кризисами спасало элиту, реинжинируя трагедию… полезное чтение».

— Дэнни Дорлинг, автор книг « Неравенство» и 1%.Он рассматривает кейнсианство как альтернативу экономическому коллапсу и / или революции и утверждает, что, поскольку левые приняли его, они совершенно явно отказались от надежды на альтернативу капитализму ».

— Дин Бейкер, автор книги Конец проигравшего либерализма

«Манн ясно дает понять, что критику либерализма Кейнсом можно найти уже у Гегеля; и что теперь нам нужно оставить позади осторожность великого философа и великого экономиста, реализовав таким образом радикальную альтернативу капитализму.Это провокационная, оригинальная и блестящая книга ».

— Доменико Лосурдо, автор книги Либерализм: контр-история

«Срочно и ясно… Бравурное исследование интеллектуальной истории настоящего и неоднозначной жизнеспособности Кейнса. Общая теория. »

— Альберто Тоскано, автор книги« Фанатизм: об использовании идеи »

« Критическое перечитывание Кейнса, который меньше похож на либерального реформиста, стремящегося сохранить капитализм (и буржуазный порядок) в неприкосновенности, чем кто-то внимательный к напряженности внутри системы и, несмотря на все ее недостатки, опасающийся серьезных опасностей прыжка в неизвестное революционное будущее. В конце концов, мы все мертвы. — это поразительное, воодушевляющее и важное чтение ».

— Майкл Дж. Уоттс, Калифорнийский университет, Беркли

«Говорят, что мы все кейнсианцы в окопе, но в конечном итоге мы все мертвы, что гораздо глубже. Глубокая и провокационная, книга переворачивает политическую и интеллектуальную историю наизнанку, предлагая не что иное, как оригинальную критику политической экономии либерального правительства и капиталистической современности. В отличие от педантичного обсуждения того, что на самом деле имел в виду Кейнс, Манн ведет нас от Гегеля к Пикетти и многое другое в поисках того, что на самом деле означает Кейнс и кейнсианство.Его ответы иногда удивительны, иногда тревожны и всегда актуальны ».

— Джейми Пек, Университет Британской Колумбии

«По мнению Джеффа Манна, кейнсианство в конечном итоге помогло экономистам оторваться от их собственной богатой традиции еретической политической философии и низвести их до банальных апологетов плутократии… [это] более провокационно, чем оно есть. подразумевает, а иногда и прямо утверждает, о современной экономике и ненадежной цивилизации, которую она обещает сохранить.«

— Мэтт Сейболд, Los Angeles Review of Books

« Стимулирующая книга Джеффа Манна определяет направление критического мышления, которое простирается, по крайней мере, от Французской революции через Гегеля и Кейнса до наших дней ».

— Билл Данн, Antipode

«Увлекательное, хотя и своеобразное описание кейнсианства Джеффом Манном перемежается долгими набегами на историю философии, историю Французской революции и историю экономической мысли.Книга обширна по объему и оригинальна. А сосуществование бедности и изобилия — лишь одно из нескольких всеобъемлющих противоречий, оживляющих это мнение ».

— Михал Розворски, Канадский центр политических альтернатив

«Приятно… понравится широким читателям, а также тем, кто обладает специальными знаниями… Читатели, которые хотят найти ответы на радикальную критику кейнсианства, будут вдохновлены надежностью книги. обсуждение вопросов революции, политической экономии и свободы.”

Financial Times

Политические предубеждения кейнсианской экономики

    Глава

      15 Цитаты
    • 142 Загрузки
    Часть Исследования общественного выбора серия книг (SIPC, том 1)

    Abstract

    Когда-то считалось, что до тех пор, пока преобладающие институты ограничивают денежные избытки, экономика свободного предпринимательства саморегулируется в широких циклических пределах.Уход от полностью занятой экономики приведёт в движение корректирующие силы, которые будут действовать для восстановления процветания. Одним из источников беспокойства считалось расточительство правительства, и было сочтено важным ограничить склонность правительства в этом отношении. Сбалансированный бюджет был одним из практических правил, отражающих такие ограничения. Появление того, что было названо «кейнсианской экономикой», все изменило. Кейнсианское видение предполагало, что денежно-кредитное управление не могло произвести самокорректирующуюся экономику; Для обеспечения максимальной производительности требовалось более широкое дискреционное управление, включая налогово-бюджетную политику.Такое дискреционное управление обязательно потребовало искоренения принципиального соблюдения сбалансированных бюджетных норм фискального поведения. Размах кейнсианской конверсии был действительно широк. Он простирался от чисто академических споров о законе Сэя до реальных практик о том, следует ли ограничивать государственные расходы налоговыми поступлениями, собираемыми для финансирования этих расходов. В этой статье мы предполагаем, что явное кейнсианское разрушение жесткого правила сбалансированного бюджета привело к политической предвзятости в проведении экономической политики в демократическом обществе, и, более того, что эта предвзятость в некоторой степени способствует самореализации кейнсианских пророчеств. . 1

    Ключевые слова

    Общественный выбор Фискальная политика Государственный долг Дефицит бюджета Реальный выпуск

    Эти ключевые слова были добавлены машиной, а не авторами. Это экспериментальный процесс, и ключевые слова могут обновляться по мере улучшения алгоритма обучения.

    Автор благодарит Национальный научный фонд и фонд «Ресурсы будущего» за поддержку его исследований.

    Это предварительный просмотр содержимого подписки,

    войдите в

    , чтобы проверить доступ.

    Предварительный просмотр

    Невозможно отобразить предварительный просмотр. Скачать превью PDF.

    Информация об авторских правах

    © HE Stenfert Kroese BV, Leiden 1978

    Авторы и аффилированные лица

      Доступны
    9 филиалов

    Мнение | Вытеснение: кейнсианские республиканцы, демократы со стороны предложения?

    Эта статья представляет собой нестандартный выпуск бесплатного информационного бюллетеня Пола Кругмана. Вы можете зарегистрироваться здесь , чтобы получить его.

    Итак, Джо Байден, похоже, заключил двухпартийную сделку по инфраструктуре. Конечно, прогрессисты будут горько разочарованы, если на этом история закончится. Но, наверное, не будет. В конце концов, демократы, вероятно, примут второй закон путем примирения, добавив несколько триллионов долларов в виде «мягких» инвестиций — особенно расходов на детей, которые почти наверняка принесут большую экономическую выгоду, чем ремонт дорог и мостов, как бы важно это ни было.

    Но сегодняшний информационный бюллетень не будет посвящен законодательному маневрированию. Вместо этого я хочу поговорить о забавной вещи, которая произошла с дебатами об экономической политике, подробно описанных в недавней статье Джима Танкерсли. Внезапно республиканцы стали кейнсианцами, а демократы говорят о предложении.

    Традиционно демократы стремились оправдать большие планы расходов, такие как стимулы Обамы, утверждая, что они необходимы для повышения спроса в слабой экономике. В некоторой степени это было верно даже в отношении аргументов в пользу американского плана спасения — 1 доллар.Пакет из 9 триллионов Байден был принят вскоре после вступления в должность — хотя, как следует из названия, план был представлен в основном как помощь при стихийных бедствиях, а не как кейнсианский стимул.

    Республиканцы, напротив, высмеивали кейнсианские аргументы. После финансового кризиса 2008 года они призвали сократить расходы, а не увеличивать их, полностью поддерживая доктрину «жесткой экономии» — утверждение, что сокращение расходов на самом деле увеличит спрос, внушая уверенность (или, как я сказал, они верил в фею уверенности).

    Оправдывая свои планы по снижению налогов, республиканцы обычно не утверждали, что это снижение приведет к увеличению спроса. Вместо этого они ссылались на предполагаемый побочный эффект предложения: они утверждали, что снижение налогов увеличит стимулы к работе и инвестированию, расширяя потенциал экономики. Демократы вообще высмеивали эти утверждения.

    Как бы то ни было, данные свидетельствуют о том, что демократы были правы, а республиканцы ошибались в обоих пунктах. Доводы в пользу жесткой экономии были в подавляющем большинстве случаев опровергнуты опытом, особенно в зоне евро, в то время как кейнсианский анализ множительного типа был подтвержден.Экономика предложения еще не представила ни одной убедительной истории успеха; Неутешительные результаты снижения налогов Трампом в 2017 году — лишь последняя запись в непрерывной истории неудач.

    Но случилось забавное. Республиканцы теперь предупреждают, что планы расходов Байдена вызовут перегрев экономики, подпитывая инфляцию — что, по сути, является кейнсианской позицией, хотя и используется для аргументации против государственных расходов. Думаю, фея уверенности покинула здание.Или, может быть, G.O.P. экономика носит ситуационный характер — кейнсианский или нет, в зависимости от того, какую позицию можно использовать для аргументации против планов демократических расходов.

    Демократы, с другой стороны, утверждают, что их планы расходов, хотя отчасти и касаются социальной справедливости, также будут иметь положительные побочные эффекты предложения, повышая долгосрочный потенциал экономики.

    Что можно сказать об этих претензиях с каждой стороны?

    Опасения по поводу того, что долгосрочные планы расходов Байдена повысят спрос в экономике, которая, как мы надеемся, уже будет более или менее обеспечена полной занятостью, не совсем глупа.Однако важно помнить о трех вещах.

    Во-первых, хотя цифры, о которых идет речь, велики, это 10-летние планы расходов, поэтому ежегодные расходы будут исчисляться сотнями миллиардов, а не триллионами — а экономика США очень велика. Вот прогноз Бюджетного управления Конгресса на потенциальный G.D.P. в течение следующего десятилетия:

    Это кумулятивно составит 295 триллионов долларов в течение следующих 10 лет, так что даже 4 триллиона долларов расходов составляют всего 1,3 процента от ВВП.

    Во-вторых, расходы будут в значительной степени оплачиваться за счет налогов, так что чистый стимул будет меньше, чем общие цифры.Это правда, что для оплаты, вероятно, потребуется много дыма и зеркал, и если это не самая бюджетная выдумка, которую я когда-либо писал, я не знаю, что это такое. И все же «фискальный импульс», вероятно, будет не очень большим. И хотя у нас, очевидно, нет подробностей о большей части того, что может произойти, мы можем взглянуть на прогнозируемые эффекты годового дефицита бюджетного предложения Байдена в начале этого года:

    Даже на пике, это гораздо меньший стимул, чем Американский план спасения, который составлял около 8 процентов от G.Д.П.

    Наконец, есть веские основания утверждать, что экономика США нуждается в устойчивых фискальных стимулах даже при полной занятости. Аргумент в пользу вековой стагнации — стойкая слабость спроса, так что процентные ставки очень низкие даже в хорошие времена — остается сильным. Эта перспектива вызывает опасения по поводу будущего управления экономикой: у ФРС, вероятно, не будет достаточно возможностей для снижения ставок, чтобы бороться с будущими рецессиями. Так что некоторые постоянные расходы на дефицит, дающие ФРС больше возможностей для действий, на самом деле были бы благоразумными.

    Фактически, я неоднократно говорил, что меня беспокоит, что Байден слишком финансово ответственен, что мы могли бы справиться с большими дефицитными расходами в будущем, чем он, кажется, хочет.

    В целом, доводы республиканцев о том, что предложения Байдена являются опасно инфляционными — хотя и не такими плохими, как некоторые из того, что исходят от этой партии, — довольно слабы.

    А как насчет экономики предложения в демократическом стиле? В отличие от республиканцев, которые постоянно обещали экономические чудеса, которых так и не произошло, демократы очень осторожно относятся к своим заявлениям о предложениях.Тем не менее прогрессивные экономисты считают, что в долгосрочной перспективе большие затраты на инфраструктуру, исследования и особенно помощь детям принесут большую пользу.

    И они ожидают довольно быстрых результатов, если в законопроект о сверке будут включены «ориентированные на семью» политики, такие как оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком и уход за ребенком, что, по их мнению, увеличит участие женщин в оплачиваемой рабочей силе. Я подозреваю, что большинство американцев понятия не имеют, насколько мы отстали на этом фронте от других развитых стран с политикой, облегчающей матерям сохранение карьеры:

    Так что есть довольно хороший пример того, что демократическая экономика со стороны предложения действительно будет работать.

    В любом случае, суть в том, что произошла странная смена ролей в том, как стороны говорят об экономической политике. Республиканцы стали полностью кейнсианскими, в то время как демократы говорят о стороне предложения. Однако, кажется, имеет смысл только одна из сторон.

    The Times обязуется опубликовать различных писем редактору. Мы хотели бы услышать, что вы думаете об этой или любой из наших статей. Вот несколько советов .А вот и наш адрес электронной почты: [email protected] .

    Следите за разделом мнения New York Times на Facebook , Twitter (@NYTopinion) и Instagram .

    Экономические теории Кейнса вновь появляются в политике государственного вмешательства

    Кейнс был влиятельным политическим аналитиком и экономистом, который жил с 1883 по 1946 год. Его основополагающая работа «Общая теория занятости и денег» стала основой современной макроэкономики после ее публикации в 1936 году.

    Кейнс поддерживал государственное вмешательство во времена экономических потрясений. Среди теорий, которые он представил в «Общей теории», было то, что экономика хронически нестабильна и что полная занятость возможна только при поддержке государственной политики и государственных инвестиций. Кейнс считал, что именно правительство должно преодолеть разрыв между потенциалом экономики и ее фактическим объемом производства во время финансового кризиса, даже если это означало взятие долга.

    Кейнс, служащий в Великобритании в начале 1900-х годов, позже читал лекции в Кембриджском университете и работал в британском казначействе.Впервые он получил известность благодаря своей книге 1919 года «Экономические последствия мира», в которой критиковались элементы Версальского договора и прогнозировались нестабильные финансовые условия, которые он создал в Германии после Первой мировой войны.

    «Общая теория» была написана во время Великой депрессии и в значительной степени была продуктом его исследования длительного периода безработицы в Великобритании после войны. Появление в 1930-х годах программы расходов президента Франклина Рузвельта «Новый курс» помогло укрепить наследие Кейнса и породить кейнсианскую экономику.

    Кейнс также был одним из отцов Бреттон-Вудского соглашения 1944 года, в соответствии с которым были учреждены Всемирный банк и Международный валютный фонд и введена система фиксированных обменных курсов.

    Сравнения со второй Великой депрессией недавно просочились в Соединенных Штатах, когда безработица превышает 7 процентов, экономика сокращается, а крупные банки наполняются испорченными активами из-за плохих ипотечных кредитов.

    Унаследовав один из худших финансовых условий за последние десятилетия, президент Барак Обама оказал давление на Конгресс, чтобы тот быстро принял масштабный закон о стимулировании экономики на 787 миллиардов долларов.Закон о восстановлении и реинвестировании Америки дает правительствам штатов миллиарды на оплату таких услуг, как восстановление инфраструктуры и другие программы, увеличивает страхование от безработицы и снижает налоги для многих американцев.

    Дин Бейкер, содиректор Центра экономических и политических исследований, сказал, что идея о том, что правительство должно стимулировать экономику за счет расходов или снижения налогов, в значительной степени проистекает из формализации этих идей Кейнсом.

    «Когда у вас есть спад, как сейчас, а частный сектор как бы останавливается, у правительства есть возможность повысить спрос, в основном, просто тратя деньги», — сказал Бейкер.

    «Аргумент состоит в том, что во время экономического спада у нас есть все эти неиспользуемые ресурсы: у нас есть все эти люди, которым нужны рабочие места, у нас есть избыточные мощности на наших заводах по всей экономике», — сказал он. «В этом контексте правительство может тратить деньги. [Кейнс] был в центре всего этого ».

    Деловой и экономический корреспондент NewsHour Пол Солман, который готовится провести семинар по кейнсианской теории в Йельском университете, сказал, что экономист изменил мировоззрение о рецессиях.

    «Доминирующая парадигма в экономике до Кейнса заключалась в том, что рынки выправляются сами по себе, и все, что вам действительно нужно было сделать, — это переждать, — сказал Солман. Кейнс сказал, что рецессия может стать самоподкрепляющейся, и написал, что ожидание рецессии может привести к нисходящей спирали, разрушающей богатство.

    По мнению Кейнса, когда рушатся основные столпы экономики — потребительские расходы, инвестиции и чистый экспорт — единственным столпом, который остается для поддержки экономики, является правительство.

    В то время как кейнсианские идеи могут оказывать влияние на политиков по обе стороны прохода, скептики говорят, что конкретный политический подход пакета стимулов администрации Обамы является несостоятельным.

    Роберт Барро, экономист из Гарварда, сказал, что, хотя для правительства было бы неплохо попытаться перезапустить больную финансовую систему, поддержав обанкротившиеся банки, он с подозрением относится к государственным расходам как к форме экономического стимула.

    Барро говорит, что кейнсианское мышление об использовании государственных расходов в качестве стимула не принесет заявленных результатов.Хотя сторонники стимулов Обамы предполагают, что государственные расходы будут увеличены за счет мультипликативного эффекта — государственные деньги, потраченные на строительство моста, также обеспечат заработную плату рабочим, — исследование Барро предполагает иное.

    Огромные суммы денег, потраченные на борьбу со Второй мировой войной, часто использовались для доказательства того, что государственные расходы помогли вывести американскую экономику из Великой депрессии. но Барро утверждает, что военные расходы правительства происходили за счет других видов расходов, и что эффект мультипликатора был уменьшен.

    «Типичный множитель, связанный с дополнительными расходами на оборону, составляет около 0,8, что означает, что около 20 центов на доллар дополнительных расходов приходится на расходы частных потребителей, частные инвестиции и т. Д.» Барро написал по электронной почте. «Для закупок, не связанных с обороной, получить точные оценки сложно, но оценочный множитель близок к нулю».

    За законопроект о стимулировании роста проголосовали только три республиканца в Конгрессе: умеренные сенаторы Арлен Спектер, Сьюзан Коллинз и Олимпия Сноу.Другие республиканцы утверждали, что снижение налогов — лучший способ помочь экономике, и Барро разделяет эту позицию.

    Солман сказал, что даже эти недоброжелатели тоже являются кейнсианцами — снижение налогов в качестве стимула также является частью его теорий. По словам Дина Бейкера, снижение налогов президентом Джоном Ф. Кеннеди рассматривалось как кейнсианский стимул.

    Пока продолжаются дебаты о применении кейнсианской теории в качестве политики, Солман сказал, что Кейнс выдвинул трюизм в отношении экономики, столь же актуальный сегодня, как и во время Великой депрессии: экономикой движет психология.

    «Экономика — это все о психологии, о том, что он называет« животным духом »или, как синонимы,« спонтанным оптимизмом », — сказал Солман. «Он говорит, что если предприятие будет полагаться только на математическую выгоду… предприятие исчезнет и умрет. Рост — это сохранение надежды ».

    Рейган, Буш и Обама: мы все по-прежнему кейнсианцы

    Реакция на майский отчет о занятости была удручающе предсказуемой: республиканцы радостно заявляли, что бюджетные стимулы президента Обамы не сработали.Многие люди, комментирующие мой пост о политическом влиянии показателей занятости, повторяли ту же строку, утверждая, что тусклая экономика демонстрирует, что кейнсианство — это провал.

    Проведя большую часть последних трех лет, читая и писая на эту тему, я задаюсь вопросом, стоит ли вообще заниматься этими аргументами. Отвращение к государственным расходам и правительственной деятельности в целом, которое воодушевляет многих американцев, на самом деле не основано на экономике или логике: это эмоционально управляемая система убеждений, основанная на высокомерном взгляде на американскую историю и поддерживаемая множеством правых. крыло шибболетов.

    В реальном мире, который редко мешает консервативным экономистам и избирателям, обе партии (и все президенты) являются кейнсианцами. Когда экономика дает сбой и расходы частного сектора снижаются, они используют налогово-расходную систему для увеличения спроса в экономике. В 1981 году Рональд Рейган сделал именно это, снизив налоги и увеличив расходы на оборону. В период с 2001 по 2003 год Джордж Буш следовал тому же сценарию, введя три набора налоговых ставок и развязав две войны. В феврале 2009 года Барак Обама представил свой стимул.Настоящая политическая дискуссия ведется не о кейнсианстве и свободном рынке, а о масштабах и методах: сколько стимулов необходимо? И как их разделить между государственными расходами и снижением налогов?

    По обоим вопросам Обама занял золотую середину. Его программа стимулирования на 800 миллиардов долларов была меньше, чем хотели многие кейнсианцы, такие как Кристин Ромер и Пол Кругман. (Ромер, как сообщается, сначала настаивал на пакете на 1,8 триллиона долларов, затем на 1,2 триллиона долларов.) Сосредоточенный на трехлетнем периоде, он составил 1.1% G.D.P. в 2009 году 2,4% G.D.P. в 2010 году и 1,2% G.D.P. в 2011 году. На данный момент было выплачено около 750 миллиардов долларов стимулирующих денег: около 300 миллиардов долларов пошли на налоговые льготы для физических и юридических лиц; примерно 235 миллиардов долларов было распределено в виде государственных контрактов, грантов и займов; и еще 225 миллиардов долларов было потрачено на пособия — пособия по безработице, Medicaid, талоны на питание и так далее.

    А какое влияние оказал стимул? Не перефразируя всю дискуссию — на это у нас есть еще пять месяцев — вот три вещи, которые следует иметь в виду.

    1. Это дало столь необходимый импульс для роста расходов и роста. Простая временная шкала многое рассказывает. В первом квартале 2009 года компания G.D.P. упали в годовом исчислении на 6,7% — спад в стиле депрессии. В остальное время года, когда были распределены первые фонды стимулирования, экономика восстановилась. В третьем и четвертом кварталах 2009 года компания G.D.P. росла примерно на 2,7% в год. В 2010 году, когда стимулы были на пике, темпы роста выросли до трех процентов.

    Конечно, стимулы не были достаточно сильными, чтобы сильно снизить уровень безработицы, и не только это привело к восстановлению. Помощь администрации Буша банковскому сектору и программы экстренного кредитования Федеральной резервной системы помогли стабилизировать финансовые рынки, что является важным предварительным условием для улучшения ситуации. Помощь администрацией Обамы компаниям General Motors и Chrysler спасла автомобильную промышленность, которая до сих пор остается крупнейшим производственным сектором в стране.

    Но стимул определенно помог, о чем свидетельствует тот факт, что, когда он начал сворачиваться, восстановление пошатнулось. В 2010 году в результате стимулирования в экономику было вложено около 350 миллиардов долларов в виде расходов и снижения налогов. В 2011 году размер стимула был сокращен вдвое — примерно до 175 миллиардов долларов, — и G.D.P. выросла всего на 1,7 процента. (Некоторое сокращение стимулирующих фондов было компенсировано другим законодательством: в декабре 2010 года в обмен на продление налоговых сокращений Буша республиканцы в Конгрессе согласились продлить пособия по безработице и снизить налоги на заработную плату.)

    2. Рост федеральных расходов при Обаме был довольно скромным. Если бы вы послушали республиканцев, вы бы подумали, что он значительно увеличил размер правительства США. Это просто неправда, и это можно проиллюстрировать по-разному.

    Один из них — это посмотреть на траекторию федеральных расходов, зарегистрированную Управлением управления и бюджета. В 2008 финансовом году общие федеральные расходы составили 2,7 триллиона долларов с поправкой на инфляцию. В 2012 году, по данным О.М.Б., они составят 3,2 триллиона долларов. Это рост примерно на 18,5% за четыре года, годовой прирост составляет примерно 4,3%. Как эти темпы роста соотносятся с показателями предыдущих президентов? Что ж, это означает, что Обама увеличил федеральные расходы немного быстрее, чем президент Клинтон. Но и Рональд Рейган, и Джордж Буш увеличивали расходы значительно более высокими темпами. (Спасибо Рексу Наттингу, обозревателю MarketWatch, за то, что привлек мое внимание к историческим данным.)

    Итак, цифры показывают, что Обама не был большим расточителем.И он даже не несет ответственности за большую часть увеличения федеральных расходов, которое произошло в его часы: это произошло в форме более высоких расходов на обязательные программы, такие как социальное обеспечение, другие выплаты и проценты по государственному долгу. За последние четыре года дискреционные расходы — часть федерального бюджета, которую могут контролировать политики, — увеличились всего на 106 миллиардов долларов, или чуть более чем на десять процентов. Это ежегодный прирост примерно на 2,4 процента.

    FDR: от бюджетного балансировщика к кейнсианскому

    FDR счел эти аргументы убедительными после рецессии.В своем Ежегодном послании Конгрессу от 3 января 1938 года президент Рузвельт заявил о своем намерении изыскать финансирование для крупных государственных расходов без повышения налогов и бросил вызов фискальным консерваторам, которые не предложили убедительных альтернатив во время национального экономического кризиса:

    Мы много слышали о сбалансированном бюджете, и интересно отметить, что многие из тех, кто выступал за сбалансированный бюджет как единственную потребность, теперь приходят ко мне, чтобы умолять о дополнительных государственных расходах за счет несбалансированности бюджета.Как в полной мере осознает Конгресс, годовой дефицит, значительный в течение нескольких лет, уменьшался в прошлом и нынешнем финансовом году. Предлагаемый бюджет на 1939 год, который я вскоре отправлю Конгрессу, продемонстрирует дальнейшее уменьшение дефицита, но не баланс между доходами и расходами.

    Многим, кто умолял меня немедленно уравновесить бюджет путем резкого сокращения или даже отмены государственных функций, я задавал вопрос: «Какие текущие расходы вы бы сократили или исключили?» И неизменным ответом было «это не мое дело — я ничего не знаю о деталях, но уверен, что это можно сделать».«Это не то, что вы или я назвали бы полезным гражданством.

    Принятие администрацией Рузвельта того, что стало известно как кейнсианство, создало прецедент использования дефицитных расходов в качестве средства содействия экономическому восстановлению во времена национального финансового кризиса. Дефицит расходы продолжались на протяжении всей войны, когда экономика быстро росла, а занятость достигла полной мощности, с целью успешного ведения войны. Очевидная связь между дефицитными расходами и экономическим ростом не была потеряна для многих американцев, в том числе для руководителей предприятий, которые очень предпочитали большой дефицит по сравнению с альтернативой Кейнса массового перераспределения богатства посредством налогообложения как способа поддержания процветания Америки в мирное время.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.