Логика и дедукция: Логика дедуктивная — Гуманитарный портал

Автор: | 24.09.1978

Содержание

Логика дедуктивная — Гуманитарный портал

Дедуктивная логика — это раздел логики (см. Логика), в котором изучаются дедуктивные рассуждения (см. Дедукция), то есть рассуждения, гарантирующие истинность заключения при истинности его посылок. Дедуктивная логика иногда отождествляется с формальной логикой (см. Логика формальная). Вне пределов дедуктивной логики находятся так называемые правдоподобные рассуждения (см. Рассуждения правдоподобные) и индуктивные методы (см. Индукция), которые изучаются в индуктивной логике (см. Логика индуктивная). В дедуктивной логике исследуются способы рассуждений со стандартными, типовыми высказываниями; эти способы оформляются в виде логических систем, или исчислений.

Исторически первой системой дедуктивной логики была силлогистика Аристотеля (см. Силлогистика). В свою очередь стоики первыми предприняли попытки построения дедуктивной логики в виде

логики высказываний (см.  Логика высказываний). Г. Фреге и Ч. С. Пирс расширили область этой логики — в качестве типовых высказываний стали рассматриваться высказывания об отношениях и были введены кванторы. Наиболее важной системой дедуктивной логики является классическая логика предикатов первого порядка (см. Логика предикатов). В рамках этой системы отношение логического следования (см. Логическое следование), может быть полностью формализовано, и способы рассуждений могут быть описаны чисто синтаксически. Были построены также второпорядковая логика предикатов и системы более высоких порядков. Однако, согласно теореме К. Гёделя, отношение логического следования вторпорядковой логики предикатов в принципе неформализуемо. В настоящее время интенсивно изучаются системы дедуктивной логики, лежащие между первопорядковой и второпорядковой логиками, системы с обобщёнными кванторами, с эпсилон-символом и другими, а также системы с нефинитными правилами (типа правила бесконечной индукции).

Стремление учесть в рассуждениях специфику познаваемых объектов, фактор роста и накопления знания, неопределённость понятия истинности высказываний, возможность мыслить противоречивые объекты и ситуации привели к построению различных систем так называемых [дедуктивных] неклассических логик (см.

 Логики неклассические), интуиционистской, модальной, многозначной, релевантной, паранепротиворечивой и других. Стали исследоваться логические системы с истинностными провалами и пресыщенными истинностными оценками. При этом широкое применение находят различные семантические методы, например, теория моделей, семантика возможных миров, операционная семантика и другие, а также разнообразные синтаксические методы: аксиоматические исчисления, натуральный вывод, исчисления секвенций, аналитические таблицы и другие. В ряде неклассических систем дедуктивной логики учитываются и прагматические аспекты рассуждений. В дедуктивной логике исследуются способы не только рассуждений, но и введения понятий (например, процедуры
определения
), а также методы к процедуры поиска доказательств. В последнее время на базе неклассической дедуктивной логики интенсивно развиваются так называемые динамические логики и логики программирования, ориентированные на проблемы компьютерных наук. Кроме того, разрабатываются логики действий, норм, императивов и предпочтений, ориентированные не только на проблемы искусственного интеллекта, но и на применение в области этики и права.

Дедуктивная логика едина, а многообразие её систем определяется тем, что по частям исследуются способы

рассуждений (см. Рассуждение), основанные на различных типах высказываний и применяемые в различных контекстах. В разных системах применяются различные формализованные языки, принимаются более или менее сильные абстракции и идеализации, учитываются или не учитываются различные характеристики знания. В дедуктивной логике исследуются также её взаимоотношения с различными другими (недедуктивными) логическими системами и даётся их семантико-эпистемологическое обоснование.

ДЕДУКЦИЯ — это… Что такое ДЕДУКЦИЯ?

(от лат. deductio – выведение) – выведение следствий из посылок в соответствии с законами логики. Д. является предметом исследования логики, диалектич.
материализма и психологии. Логика изучает Д., анализируя формальные правила, к-рым подчиняется логич. следование. Диалектич. материализм исследует Д. как один из приемов (методов) науч. познания в связи с историч. развитием человеч. мышления и общественно-историч. практики, выявляя место Д. в системе приемов науч. исследования. Психология изучает Д. как процесс реального индивидуального мышления и его формирования в процессе развития индивидуума. При выявлении правил Д. формальная логика пользуется методом формализации. Правила Д. формулируются обычно в таком виде: «если посылки имеют такую-то структуру и если они при этом являются истинными, доказанными, то и заключение, имеющее такую-то структуру, также будет истинным, доказанным». В логике эти правила обычно облекаются в символич. форму. Термин «Д.» встречается уже у Аристотеля, понимавшего Д. как доказательство к.-л. положения посредством силлогизма. Термин «ἀπαγωγή» (равнозначный Д.) у Аристотеля («Первая Аналитика», II 25, 69а 20–36) означает решение к.
-л. проблемы путем сведéния ее к более очевидным положениям. Термин «deductio» встречается впервые в соч. Боэция («Введение в категорический силлогизм» – «Ad cathegoricos syllogismos introductio», 1492) в аристотелевском смысле. Ф. Бэкон недооценивал роль Д. в процессе науч. познания. Декарт противопоставлял Д. не индукции, а интуиции. С помощью интуиции, согласно Декарту, человеч. разум непосредственно усматривает истину, тогда как с помощью Д. он постигает истину опосредованно, т.е. путем рассуждения. Лейбниц впервые выдвинул идею построения логики как исчисления («универсальная характеристика») и поставил задачу изучения логич. свойств отношений в целях расширения средств дедуктивного вывода. Англ. логики-индуктивисты (Дж. С. Милль, Бэн и др.), односторонне преувеличивая ценность индукции, преуменьшали роль Д. в науч. исследовании. Так, напр., Милль полагал, что Д. якобы равносильна чисто вербальным оборотам речи и сводится лишь к суммированию случаев, попавших в сферу наблюдения. Милль смешивал два аспекта в понимании общего: общее как зафиксированная сумма отд.
частных случаев (что особенно заметно в т.н. полной «индукции») и общее. как выражение нек-рой закономерности. Вопросы Д. начали интенсивно разрабатываться с конца 19 в. в связи с бурным развитием математич. логики, выяснением оснований математики. Это привело к расширению средств дедуктивного доказательства (напр., была разработана «логика высказываний»), к уточнению мн. понятий Д. (напр., понятия логич. следования), введению новой проблематики в теории дедуктивного доказательства (напр., вопросы о непротиворечивости, о полноте дедуктивных систем, проблема разрешимости) и т.п. Разработка вопросов Д. в 20 в. связана с именами Буля, Фреге, Пеано, Порецкого, Шрëдера, Пирса, Рассела, Гёделя, Гильберта, Тарского и др. Так, напр., Буль считал, что Д. состоит лишь в исключении (элиминации) средних терминов из посылок. Обобщая идеи Буля и пользуясь собственными алгебрологич. методами, рус. логик Порецкий показал, что такое понимание Д. является слишком узким (см. «О способах решения логических равенств и об обратном способе математической логики», Казань, 1884).
Согласно Порецкому, Д. состоит не в исключении средних терминов, а в исключении свéдений. Процесс исключения свéдений состоит в том, что при переходе от логич. выражения L = 0 к одному из его следствий достаточно отбросить в левой его части, представляющей собой логич. многочлен в совершенной нормальной форме, нек-рые из его конституент. В. совр. бурж. философии весьма распространенным является чрезмерное преувеличение роли Д. в познании. В ряде работ по логике принято подчеркивать ту якобы совершенно исключит. роль, к-рую Д. играет в математике, в отличие от др. науч. дисциплин. Акцентируя внимание на этом «отличии», доходят до утверждения, будто бы все науки можно разделить на т.н. дедуктивные и эмпирические. (см., напр., L. S. Stebbing, A modern introduction to logic, L., 1930). Однако такое разграничение является принципиально неправомерным и оно отрицается не только учеными стоящими на диалектико-материалистич. позициях, но и нек-рыми бурж. исследователями (напр., Я. Лукасевичем; см.
Я. Лукасевич, Аристотелевская силлогистика с точки зрения современной формальной логики, пер. с англ., М., 1959), осознавшими, что как логич., так и математич. аксиомы являются в конечном счете отражением нек-рых экспериментов с материальными предметами объективного мира, действий над ними в процессе обществ.-историч. практики. И в этом смысле математич. аксиомы не противостоят положениям наук о природе и обществе. Важной чертой Д. является ее аналитич. характер. Еще Милль заметил, что в заключении дедуктивного рассуждения нет ничего такого, что не содержалось бы уже в его посылках. Чтобы описать аналитич. характер дедуктивного следования формально, прибегнем к точному языку алгебры логики. Допустим, что данное дедуктивное рассуждение формализовано средствами алгебры логики, т.е. точно зафиксированы отношения между объемами понятий (классами) как в посылках, так и в заключении. Тогда окажется, что разложение посылок на конституенты (элементарные классы) единицы содержит все те конституенты, к-рые имеются в разложении следствия.
Ввиду особого значения, к-рое приобретает во всяком дедуктивном выводе раскрытие компонент посылок, Д. часто связывают с анализом. Поскольку же в процессе Д. (в выводе дедуктивного умозаключения) часто происходит объединение знаний, данных нам в отд. посылках, Д. связывают с синтезом. Единственно правильное методологич. решение вопроса о соотношении Д. и индукции дали классики марксизма-ленинизма. Д. неразрывно связано со всеми др. формами умозаключений и прежде всего с индукцией. Индукция тесно связана с Д., т.к. любой единичный факт может быть понят только через включение его образа в уже сложившуюся систему понятий, а Д., в конечном счете, зависит от наблюдения, эксперимента и индукции. Д. без помощи индукции никогда не может обеспечить познание объективной действительности. «Индукция и дедукция связаны между собою столь же необходимым образом, как синтез и анализ. Вместо того чтобы односторонне превозносить одну из них до небес за счет другой, надо стараться применять каждую на своем месте, а этого можно добиться лишь в том случае, если не упускать из виду их связь между собою, их взаимное дополнение друг друга» (Энгельс Ф. , Диалектика природы, 1955, с. 180–81). Содержание посылок дедуктивного умозаключения не дано заранее в готовом виде. Общее положение, к-рое непременно должно быть в одной из посылок Д., всегда является результатом всестороннего исследования множества фактов, глубокого обобщения закономерных связей и отношений между вещами. Но и одна индукция невозможна без Д. Характеризуя «Капитал» Маркса как классич. пример диалектич. подхода к действительности, Ленин отметил, что в «Капитале» индукция и Д. совпадают (см. «Философские тетради», 1947, с. 216 и 121), подчеркивая тем самым их неразрывную связь в процессе науч. исследования.

Д. иногда применяют с целью проверки к.-л. суждения, когда из него выводятся следствия по правилам логики с тем, чтобы затем эти следствия проверить на практике; в этом состоит один из методов проверки гипотез. Д. пользуются также при раскрытии содержания тех или иных понятий.

Лит.: Энгельс Ф., Диалектика природы, М., 1955; Ленин В. И., Соч., 4 изд. , т. 38; Аристотель, Аналитики первая и вторая, пер. с греч., М., 1952; Декарт Р., Правила для руководства ума, пер. с лат., М.–Л., 1936; его же, Рассуждение о методе, М., 1953; Лейбниц Г. В., Новые опыты о человеческом разуме, М.–Л., 1936; Каринский М. И., Классификация выводов, в сб.: Избр. труды русских логиков XIX в., М., 1956; Льар Л., Английские реформаторы логики в XIX в., СПБ, 1897; Кутюра Л., Алгебра логики, Одесса, 1909; Поварнин С., Логика, ч. 1 – Общее учение о доказательстве, П., 1915; Гильберт Д. и Аккерман В., Основы теоретической логики, пер. с нем., М., 1947; Тарский Α., Введение в логику и методологию дедуктивных наук, пер. с англ., М., 1948; Асмус В. Φ., Учение логики о доказательстве и опровержении, М., 1954; Boole G., An investigation of the laws of thought…, N. Y., 1951; Schröder Ε., Vorlesungen über die Algebra der Logik, Bd 1–2, Lpz., 1890–1905; Reichenbach H. Elements of symbolic logic, Ν. Υ., 1948.

Д. Горский. Москва.

Философская Энциклопедия. В 5-х т. — М.: Советская энциклопедия. Под редакцией Ф. В. Константинова. 1960—1970.

1. Дедукция и индукция . Логика [Учебное пособие. Издание 2-е]

«По одной капле воды… человек, умеющий мыслить логически, может сделать вывод о существовании Атлантического океана или Ниагарского водопада, даже если он не видал ни того ни другого и никогда о них не слыхал… По ногтям человека, по его рукам, обуви, сгибу брюк на коленях, по утолщениям кожи на большом и указательном пальцах, по выражению лица и обшлагам рубашки – по таким мелочам нетрудно угадать его профессию. И можно не сомневаться, что все это, вместе взятое, подскажет сведущему наблюдателю верные выводы».

Это цитата из программной статьи самого знаменитого в мировой литературе сыщика-консультанта Шерлока Холмса. Исходя из мельчайших деталей, он строил логически безупречные цепи рассуждений и раскрывал запутанные преступления, причем зачастую не выходя из своей квартиры на Бейкер-стрит. Холмс использовал созданный им самим дедуктивный метод, ставящий, как полагал его друг доктор Уотсон, раскрытие преступлений на грань точной науки.

Конечно, Холмс несколько преувеличивал значение дедукции в криминалистике, но его рассуждения о дедуктивном методе сделали свое дело. «Дедукция» из специального и известного только немногим термина превратилась в общеупотребительное и даже модное понятие. Популяризация искусства правильного рассуждения, и прежде всего дедуктивного рассуждения, – не меньшая заслуга Холмса, чем все раскрытые им преступления. Ему удалось «придать логике прелесть грезы, пробирающейся сквозь хрустальный лабиринт возможных дедукций к единственному сияющему выводу» (В.Набоков).

Определения дедукции и индукции

Дедукция – это частный случай умозаключения.

В широком смысле умозаключение – логическая операция, в результате которой из одного или нескольких принятых утверждений (посылок) получается новое утверждение – заключение (вывод, следствие).

В зависимости от того, существует ли между посылками, и заключением связь логического следования, можно выделить два вида умозаключений.

В дедуктивном умозаключении эта связь опирается на логический закон, в силу чего заключение с логической необходимостью вытекает из принятых посылок. Отличительная особенность такого умозаключения в том, что оно от истинных посылок всегда ведет к истинному заключению.

В индуктивном умозаключении связь посылок и заключения опирается не на закон логики, а на некоторые фактические или психологические основания, не имеющие чисто формального характера. В таком умозаключении заключение не следует логически из посылок и может содержать информацию, отсутствующую в них. Достоверность посылок не означает поэтому достоверности выведенного из них индуктивно утверждения. Индукция дает только вероятные, или правдоподобные, заключения, нуждающиеся в дальнейшей проверке.

К дедуктивным относятся, к примеру, такие умозаключения:

Если идет дождь, земля является мокрой.

Идет дождь.

Земля мокрая.

Если гелий металл, он электропроводен.

Гелий не электропроводен.

Гелий не металл.

Черта, отделяющая посылки от заключения, заменяет слово «следовательно».

Примерами индукции могут служить рассуждения:

Аргентина является республикой; Бразилия – республика;

Венесуэла – республика; Эквадор – республика.

Аргентина, Бразилия, Венесуэла, Эквадор – латиноамериканские государства.

Все латиноамериканские государства являются республиками.

Италия – республика; Португалия – республика; Финляндия – республика; Франция – республика.

Италия, Португалия, Финляндия, Франция – западноевропейские страны.

Все западноевропейские страны являются республиками.

Индукция не дает полной гарантии получения новой истины из уже имеющихся. Максимум, о котором можно говорить, – это определенная степень вероятности выводимого утверждения. Так, посылки и первого и второго индуктивного умозаключения истинны, но заключение первого из них истинно, а второго – ложно. Действительно, все латиноамериканские государства – республики; но среди западноевропейских стран имеются не только республики, но и монархии, например Англия, Бельгия и Испания.

Особенно характерными дедукциями являются логические переходы от общего знания к частному типа:

Все люди смертны.

Все греки люди.

Следовательно, все греки смертны.

Во всех случаях, когда требуется рассмотреть какие-то явления на основании уже известного общего правила и вывести в отношении этих явлений необходимое заключение, мы умозаключаем в форме дедукции. Рассуждения, ведущие от знания о части предметов (частного знания) к знанию обо всех предметах определенного класса (общему знанию), – это типичные индукции. Всегда остается вероятность того, что обобщение окажется поспешным и необоснованным («Наполеон – полководец; Суворов – полководец; значит, каждый человек полководец»).

Нельзя вместе с тем отождествлять дедукцию с переходом от общего к частному, а индукцию – с переходом от частного к общему. В рассуждении «Шекспир писал сонеты; следовательно, неверно, что Шекспир не писал сонетов» есть дедукция, но нет перехода от общего к частному. Рассуждение «Если алюминий пластичен или глина пластична, то алюминий пластичен» является, как принято думать, индуктивным, но в нем нет перехода от частного к общему. Дедукция – это выведение заключений, столь же достоверных, как и принятые посылки, индукция – выведение вероятных (правдоподобных) заключений. К индуктивным умозаключениям относятся как переходы от частного к общему, так и аналогия, методы установления причинных связей, подтверждение следствий, целевое обоснование и т.д.

Тот особый интерес, который проявляется к дедуктивным умозаключениям, понятен. Они позволяют из уже имеющегося знания получать новые истины, и притом с помощью чистого рассуждения, без обращения к опыту, интуиции, здравому смыслу и т.п. Дедукция дает стопроцентную гарантию успеха, а не просто обеспечивает ту или иную – быть может, и высокую – вероятность истинного заключения. Отправляясь от истинных посылок и рассуждая дедуктивно, мы обязательно во всех случаях получим достоверное знание.

Подчеркивая важность дедукции в процессе развертывания и обоснования знания, не следует, однако, отрывать ее от индукции и недооценивать последнюю. Почти все общие положения, включая и научные законы, являются результатами индуктивного обобщения. В этом смысле индукция – основа нашего знания. Сама по себе она не гарантирует его истинности и обоснованности, но она порождает предположения, связывает их с опытом и тем самым сообщает им определенное правдоподобие, более или менее высокую степень вероятности. Опыт – источник и фундамент человеческого знания. Индукция, отправляющаяся от того, что постигается в опыте, является необходимым средством его обобщения и систематизации.

Все ранее рассмотренные схемы рассуждений являлись примерами дедуктивных рассуждений. Логика высказываний, модальная логика, логическая теория категорического силлогизма – все это разделы дедуктивной логики.

Обычные дедукции

Итак, дедукция – это выведение заключений, столь же достоверных, как и принятые посылки.

В обычных рассуждениях дедукция только в редких случаях предстает в полной и развернутой форме. Чаще всего мы указываем не все используемые посылки, а лишь некоторые. Общие утверждения, о которых можно предполагать, что они хорошо известны, как правило, опускаются. Не всегда явно формулируются и заключения, вытекающие из принятых посылок. Сама логическая связь, существующая между исходными и выводимыми утверждениями, лишь иногда отмечается словами, подобными «следовательно» и «значит».

Нередко дедукция является настолько сокращенной, что о ней можно только догадываться. Восстановить ее в полной форме, с указанием всех необходимых элементов и их связей бывает нелегко.

«Благодаря давней привычке, – заметил как-то Шерлок Холмс, – цепь умозаключений возникает у меня так быстро, что я пришел к выводу, даже не замечая промежуточных посылок. Однако они были, эти посылки».

Проводить дедуктивное рассуждение, ничего не опуская и не сокращая, довольно обременительно. Человек, указывающий все предпосылки своих заключений, создает впечатление мелкого педанта. И вместе с тем всякий раз, когда возникает сомнение в обоснованности сделанного вывода, следует возвращаться к самому началу рассуждения и воспроизводить его в возможно более полной форме. Без этого трудно или даже просто невозможно обнаружить допущенную ошибку.

Многие литературные критики полагают, что Шерлок Холмс был «списан» А. Конан Дойлом с профессора медицины Эдинбургского университета Джозефа Белла. Последний был известен как талантливый ученый, обладавший редкой наблюдательностью и отлично владевший методом дедукции. Среди его студентов был и будущий создатель образа знаменитого детектива.

Однажды, рассказывает в своей автобиографии Конан Дойл, в клинику пришел больной, и Белл спросил его:

– Вы служили в армии?

– Так точно! – став по стойке смирно, ответил пациент.

– В горнострелковом полку?

– Так точно, господин доктор!

– Недавно ушли в отставку?

– Так точно!

– Были сержантом?

– Так точно! – лихо ответил больной.

– Стояли на Барбадосе?

– Так точно, господин доктор!

Студенты, присутствовавшие при этом диалоге, изумленно смотрели на профессора. Белл объяснил, насколько просты и логичны его выводы.

Этот человек, проявив при входе в кабинет вежливость и учтивость, все же не снял шляпу. Сказалась армейская привычка. Если бы пациент был в отставке длительное время, то давно усвоил бы гражданские манеры. В осанке властность, по национальности он явно шотландец, а это говорит за то, что он был командиром. Что касается пребывания на Барбадосе, то пришедший болеет элефантизмом (слоновостью) – такое заболевание распространено среди жителей тех мест.

Здесь дедуктивное рассуждение чрезвычайно сокращено. Опущены, в частности, все общие утверждения, без которых дедукция была бы невозможной.

Шерлок Холмс сделался очень популярным персонажем. Появились даже анекдоты о нем и о его создателе.

К примеру, в Риме Конан Дойл берет извозчика, и тот говорит: «А, господин Дойл, приветствую вас после вашего путешествия в Константинополь и в Милан!» «Как мог ты узнать, откуда я приехал?» – удивился шерлокхолмсовской проницательности Конан Дойл. «По наклейкам на вашем чемодане», – хитро улыбнулся кучер.

Это еще одна дедукция, очень сокращенная и простая.

Дедуктивная аргументация

Дедуктивная аргументация представляет собой выведение обосновываемого положения из иных, ранее принятых положений. Если выдвинутое положение удается логически (дедуктивно) вывести из уже установленных положений, это означает, что оно приемлемо в той же мере, что и эти положения. Обоснование одних утверждений путем ссылки на истинность или приемлемость других утверждений – не единственная функция, выполняемая дедукцией в процессах аргументации. Дедуктивное рассуждение служит также для верификации (косвенного подтверждения) утверждений: из проверяемого положения дедуктивно выводятся его эмпирические следствия; подтверждение этих следствий оценивается как индуктивный довод в пользу исходного положения. Дедуктивное рассуждение используется также для фальсификации утверждений путем показа того, что вытекающие из них следствия являются ложными. Не достигшая успеха фальсификация представляет собой ослабленный вариант верификации: неудача в опровержении эмпирических следствий проверяемой гипотезы является аргументом, хотя и весьма слабым, в поддержку этой гипотезы. И наконец, дедукция используется для систематизации теории или системы знания, прослеживания логических связей, входящих в нее утверждений, построения объяснений и пониманий, опирающихся на общие принципы, предлагаемые теорией. Прояснение логической структуры теории, укрепление ее эмпирической базы и выявление ее общих предпосылок является важным вкладом в обоснование входящих в нее утверждений.

Дедуктивная аргументация является универсальной, применимой во всех областях знания и в любой аудитории. «И если блаженство есть не что иное, как жизнь вечная, – пишет средневековый философ И.С.Эриугена, – а жизнь вечная – это познание истины, то блаженство – это не что иное, как познание истины». Это теологическое рассуждение представляет собой дедуктивное умозаключение, а именно силлогизм.

Удельный вес дедуктивной аргументации в разных областях знания существенно различен. Она очень широко применяется в математике и математической физике и только эпизодически в истории или эстетике. Имея в виду сферу приложения дедукции, Аристотель писал: «Не следует требовать от оратора научных доказательств, точно так же, как от математика не следует требовать эмоционального убеждения». Дедуктивная аргументация является очень сильным средством и, как всякое такое средство, должна использоваться узконаправленно. Попытка строить аргументацию в форме дедукции в тех областях или в той аудитории, которые для этого не годятся, приводит к поверхностным рассуждениям, способным создать только иллюзию убедительности.

В зависимости от того, насколько широко используется дедуктивная аргументация, все науки принято делить на дедуктивные и индуктивные. В первых используется по преимуществу или даже единственно дедуктивная аргументация. Во вторых такая аргументация играет лишь заведомо вспомогательную роль, а на первом месте стоит эмпирическая аргументация, имеющая индуктивный, вероятностный характер. Типично дедуктивной наукой считается математика, образцом индуктивных наук являются естественные науки. Однако деление наук на дедуктивные и индуктивные, широко распространенное еще в начале этого века, сейчас во многом утратило свое значение. Оно ориентировано на науку, рассматриваемую в статике, как систему надежно и окончательно установленных истин.

Понятие дедукции является общеметодологическим понятием. В логике ему соответствует понятие доказательства.

Понятие доказательства

Доказательство – это рассуждение, устанавливающее истинность какого-либо утверждения путем приведения других утверждений, истинность которых уже не вызывает сомнений.

В доказательстве различаются тезис – утверждение, которое нужно доказать, и основание, или аргументы, – те утверждения, с помощью которых доказывается тезис. Например, утверждение «Платина проводит электрический ток» можно доказать с помощью следующих истинных утверждений: «Платина – металл» и «Все металлы проводят электрический ток».

Понятие доказательства – одно из центральных в логике и математике, но оно не имеет однозначного определения, применимого во всех случаях и в любых научных теориях.

Логика не претендует на полное раскрытие интуитивного, или «наивного», понятия доказательства. Доказательства образуют довольно расплывчатую совокупность, которую невозможно охватить одним универсальным определением. В логике принято говорить не о доказуемости вообще, а о доказуемости в рамках данной конкретной системы или теории. При этом допускается существование разных понятий доказательства, относящихся к разным системам. Например, доказательство в интуиционистской логике и опирающейся на нее математике существенно отличается от доказательства в классической логике и основывающейся на ней математике. В классическом доказательстве можно использовать, в частности, закон исключенного третьего, закон (снятия) двойного отрицания и ряд других логических законов, отсутствующих в интуиционистской логике.

По способу проведения доказательства делятся на два вида. При прямом доказательстве задача состоит в том, чтобы найти такие убедительные аргументы, из которых логически вытекает тезис. Косвенное доказательство устанавливает справедливость тезиса тем, что вскрывает ошибочность противопоставляемого ему допущения, антитезиса.

Например, нужно доказать, что сумма углов четырехугольника равна 360°. Из каких утверждений можно было бы вывести этот тезис? Отмечаем, что диагональ делит четырехугольник на два треугольника. Значит, сумма его углов равна сумме углов двух треугольников. Известно, что сумма углов треугольника составляет 180°. Из этих положений выводим, что сумма углов четырехугольника равна 360°. Еще пример. Нужно доказать, что космические корабли подчиняются действию законов космической механики. Известно, что эти законы универсальны: им подчиняются все тела в любых точках космического пространства. Очевидно также, что космический корабль есть космическое тело. Отметив это, строим соответствующее дедуктивное умозаключение. Оно является прямым доказательством рассматриваемого утверждения.

В косвенном доказательстве рассуждение идет как бы окольным путем. Вместо того чтобы прямо отыскивать аргументы для выведения из них доказываемого положения, формулируется антитезис, отрицание этого положения. Далее тем или иным способом показывается несостоятельность антитезиса. По закону исключенного третьего, если одно из противоречащих друг другу утверждений ошибочно, второе должно быть верным. Антитезис ошибочен, значит, тезис является верным.

Поскольку косвенное доказательство использует отрицание доказываемого положения, оно является как говорят, доказательством от противного.

Допустим, нужно построить косвенное доказательство такого весьма тривиального тезиса: «Квадрат не является окружностью», Выдвигается антитезис: «Квадрат есть окружность», Необходимо показать ложность данного утверждения. С этой целью выводим из него следствия. Если хотя бы одно из них окажется ложным, это будет означать, что и само утверждение, из которого выведено следствие, также ложно. Неверным является, в частности, такое следствие: у квадрата нет углов. Поскольку антитезис ложен, исходный тезис должен быть истинным.

Другой пример. Врач, убеждая пациента, что тот не болен гриппом, рассуждает так. Если бы действительно был грипп, имелись бы характерные для него симптомы: головная боль, повышенная температура и т.п. Но ничего подобного нет. Значит, нет и гриппа.

Это опять-таки косвенное доказательство. Вместо прямого обоснования тезиса выдвигается антитезис, что у пациента в самом деле грипп. Из антитезиса выводятся следствия, но они опровергаются объективными данными. Это говорит, что допущение о гриппе неверно. Отсюда следует, что тезис «Гриппа нет» истинен.

Доказательства от противного обычны в наших рассуждениях, особенно в споре. При умелом применении они могут обладать особенной убедительностью.

Определение понятия доказательства включает два центральных понятия логики: понятие истины и понятие логического следования. Оба эти понятия не являются ясными, и, значит, определяемое через них понятие доказательства также не может быть отнесено к ясным.

Многие утверждения не являются ни истинными, ни ложными, лежат вне «категории истины», Оценки, нормы, советы, декларации, клятвы, обещания и т.п. не описывают каких-то ситуаций, а указывают, какими они должны быть, в каком направлении их нужно преобразовать. От описания требуется, чтобы оно соответствовало действительности. Удачный совет (приказ и т.п.) характеризуется как эффективный или целесообразный, но не как истинный. Высказывание, «Вода кипит» истинно, если вода действительно кипит; команда же «Вскипятите воду!» может быть целесообразной, но не имеет отношения к истине. Очевидно, что, оперируя выражениями, не имеющими истинностного значения, можно и нужно быть и логичным, и доказательным. Встает, таким образом, вопрос о существенном расширении понятия доказательства, определяемого в терминах истины. Им должны охватываться не только описания, но и оценки, нормы и т.п. Задача переопределения доказательства пока не решена ни логикой оценок, ни деонтической (нормативной) логикой. Это делает понятие доказательства не вполне ясным по своему смыслу.

Не существует, далее, единого понятия логического следования. Логических систем, претендующих на определение этого понятия, в принципе существует бесконечное множество. Ни одно из имеющихся в современной логики определений логического закона и логического следования не свободно от критики и от того, что принято называть «парадоксами логического следования».

Образцом доказательства, которому в той или иной мере стремятся следовать во всех науках, является математическое доказательство. Долгое время считалось, что оно представляет собой ясный и бесспорный процесс. В нашем веке отношение к математическому доказательству изменилось. Сами математики разбились на враждебные группировки, каждая из которых придерживается своего истолкования доказательства. Причиной этого послужило прежде всего изменение представлений о лежащих в основе доказательства логических принципах. Исчезла уверенность в их единственности и непогрешимости. Логицизм был убежден, что логики достаточно для обоснования всей математики; по мнению формалистов (Д.Гильберт и др.), одной лишь логики для этого недостаточно и логические аксиомы необходимо дополнить собственно математическими; представители теоретико-множественного направления не особенно интересовались логическими принципами и не всегда указывали их в явном виде; интуиционисты из принципиальных соображений считали нужным вообще не вдаваться в логику. Полемика по поводу математического доказательства показала, что нет критериев доказательства, не зависящих ни от времени, ни от того, что требуется доказать, ни от тех, кто использует критерии. Математическое доказательство является парадигмой доказательства вообще, но даже в математике доказательство не является абсолютным и окончательным.

Урок 8. Типы рассуждений

В предыдущих уроках мы поговорили о разных логических операциях, которые составляют важную часть любого рассуждения. Среди них были операции над понятиями, определения, суждения и умозаключения. Значит, на данный момент должно быть ясно, из каких компонентов рассуждения состоят. Однако мы ещё нигде не касались вопросов о том, каким образом может быть организовано рассуждение в целом и какими в принципе бывают типы рассуждений. Это и станет темой последнего урока.

Начнём с того, что рассуждения делятся на дедуктивные и правдоподобные. Все виды умозаключений, рассмотренные в предыдущих уроках: умозаключения по логическому квадрату, обращения, силлогизмы, энтимемы, сориты, – представляют собой именно дедуктивные рассуждения. Их отличительный признак состоит в том, что посылки и заключения в них связаны отношением строгого логического следования, в то время как в случае правдоподобных рассуждений подобная связь отсутствует. Сначала поговорим подобнее о дедуктивных рассуждениях.

Оглавление:

Дедукция

Только что было сказано, что дедукция характеризуется наличием строгого логического следования между посылками и заключением. Что это означает? Прежде всего, нужно сказать, что это формальное отношение – в том смысле, что оно относится к логическим формам посылок и заключения. Логики выявили, что существуют такие комбинации логических форм посылок и заключения, когда при логической истинности посылок невозможно, чтобы заключение оказалось ложным. Это и было названо отношением логического следования. Важно помнить, что в данном случае речь идёт именно о логической, а не фактической истинности высказываний. Мы уже сталкивались с логическим следованием на примере правильных модусов силлогизмов. Модус первой фигуры Barbara является правильным вне зависимости от того, что именно мы подставим на место субъекта, предиката и среднего термина, то есть в нём посылки и заключение связаны отношением логического следования. Другое дело, если мы берём ложные посылки, то, конечно, и заключение будет ложным, но сам модус в этом не виноват: при фактической истинности посылок он всегда гарантирует истинность заключения, просто благодаря определённой комбинации входящих в него логических форм высказываний.

Далее, дедуктивные рассуждения в свою очередь могут быть прямыми и непрямыми. Опять же все рассмотренные нами умозаключения представляли собой примеры прямого способа построения дедукции. Прямые дедуктивные построения строятся таким образом, что мы непосредственно переходим от посылок к заключению. Практически все разновидности простых базовых умозаключений являются прямыми. Однако в более сложных случаях непосредственный переход от посылок к заключению не всегда возможен, поэтому приходится прибегать к различным приёмам, которые косвенным образом всё же позволяют обосновать тезис с помощью имеющихся аргументов.

Прямые дедуктивные рассуждения

Кроме уже описанных в предыдущих уроках умозаключений из силлогистики, существует ещё несколько распространённых типов прямых дедуктивных рассуждений, о которых мы считаем полезным рассказать.

Условно-категорические умозаключения – это умозаключения, в которых одна из посылок представляет собой условное высказывание вида «Если А, то В», а вторая – простое утверждение «А» или отрицание «неверно, что В». Существует два правильных вида условно-категорических умозаключений:

Modus ponens


  • Если А, то В
  • А
  • В

Modus tollens


  • Если А, то В
  • Неверно, что В
  • Неверно, что А

  • Если число делится на 4 без остатка, то оно делится и на 2 без остатка.
  • 8 делится на 4 без остатка.
  • 8 делится на 2 без остатка.

  • Если число делится на 4 без остатка, то оно делится и на 2 без остатка.
  • 5 не делится на 2 без остатка.
  • 5 не делится на 4 без остатка.

Разделительно-категорические умозаключения – умозаключения, где одна посылка представляет собой разделительное (дизъюнктивное) высказывание типа «А или В», вторая посылка – утверждение «А», «В» или отрицание «неверно, что А», «неверно, что В». Существует несколько типов правильных дизъюнктивных умозаключений.

Modus tollendo ponens


  • А или В
  • Неверно, что А
  • В

  • А или В
  • Неверно, что В
  • А

  • «Ревизора» написал или Пушкин, или Гоголь.
  • Пушкин не писал «Ревизора».
  • Значит, «Ревизора» написал Гоголь

  • Юля читает книги или смотрит телевизор.
  • Юля не смотрит телевизор.
  • Следовательно, Юля читает книги.

Отметим, что modus tollendo ponens будет правильным независимо от того, является ли разделительная посылка строгой или нестрогой дизъюнкцией.

К разделительно-категорическим умозаключениям также относится modus ponendo tollens, однако он корректен только при строгой дизъюнкции:


  • Либо А, либо В
  • А
  • Неверно, что В

  • Либо А, либо В
  • В
  • Неверно, что А

  • Света купила либо красное платье, либо бирюзовое.
  • Света купила красное платье.
  • Тогда Света не покупала бирюзового платья.

  • Петя либо приходит на работу в офис, либо работает удалённо из дома.
  • Петя работает удалённо из дома.
  • Поэтому Петя не ходит на работу в офис

Условно-разделительные умозаключения представляют собой умозаключения, содержащие несколько условных и одну разделительную посылку. В зависимости от количества разделительных посылок, выделяют разные типы условно-разделительных умозаключений. Если умозаключение содержит две разделительные посылки, то его называют дилеммой, если три – трилеммой, но в принципе разделительных посылок может быть и больше. Мы рассмотрим только дилеммы.

Простая конструктивная дилемма


  • Если А, то С
  • Если В, то С
  • А или В
  • С

  • Если Маргарита обладает привлекательной внешностью, то у неё хорошие шансы выйти замуж.
  • Если Маргарита получила большое наследство, то у неё также есть хорошие шансы выйти замуж.
  • Маргарита обладает привлекательной внешностью, либо она получила большое наследство.
  • Маргарита имеет хорошие шансы выйти замуж.

Сложная конструктивная дилемма


  • Если А, то С
  • Если В, то D
  • А или В
  • С или D

  • Если Илья Муромец пойдёт направо, то он потеряет голову.
  • Если Илья Муромец пойдёт налево, то он потеряет коня.
  • Илья Муромец пойдёт направо или налево.
  • Следовательно, он потеряет голову или коня.

Простая деструктивная дилемма


  • Если С, то А
  • Если С, то В
  • Неверно, что А, или неверно, что В
  • Неверно, что С

  • Если Толик глуп, то он вложит всё своё состояние в денежную пирамиду.
  • Если Толик глуп, то он перепишет свою квартиру на мошенников.
  • Толик никогда не вложит всё своё состояние в денежную пирамиду и не перепишет свою квартиру на мошенников.
  • Значит, Толик не глуп.

Сложная деструктивная дилемма


  • Если С, то А
  • Если D, то В
  • Неверно, что А, или неверно, что В
  • Неверно, что С, или неверно, что D

  • Если Виктор дал верные показания, то убийцей должна быть Алина.
  • Если Сергей дал верные показания, то убийцей должен быть Антон.
  • Либо Алина, либо Антон не является убийцей.
  • Поэтому либо Виктор, либо Сергей дал ложные показания.

Непрямые дедуктивные рассуждения

Как уже было сказано непрямые дедуктивные рассуждения, или способы аргументации, задействуются, когда непосредственный переход от имеющихся посылок к заключению невозможен. Это не означает, что посылки и заключение не связаны логически: здесь также невозможна ситуация, когда посылки истинные, а заключение ложно. Просто прямое рассуждение представляет собой очень трудоёмкую задачу. Существует несколько основных способов непрямых дедуктивных рассуждений.

Рассуждение от противного должно быть многим знакомо со школьных уроков геометрии. Строится оно следующим образом: у нас есть тезис, который мы не можем доказать с помощью прямой дедукции, поэтому в качестве исходной посылки берётся его отрицание, далее из этого отрицания дедуктивно выводятся следствия, и на определённом шаге мы приходим к противоречию, то есть, например, на пятом шаге мы имеем высказывание «А», а на десятом – «неверно, что А». Как известно, логика не терпит противоречий, следовательно, можно сделать вывод, что отрицание нашего исходного тезиса было ложным, а сам тезис истинным. Что и требовалось доказать!

Сведение к абсурду очень похоже на рассуждение от противного.  Разница состоит лишь в том, что теперь мы хотим доказать ложность некоторого тезиса, а не его истинность. Поэтому в качестве исходной посылки мы берём его утверждение, а не отрицание. Опять же в ходе рассуждения на определённом шаге мы приходим к противоречию, поэтому исходный тезис не может быть истинным, а его отрицание было правильным.

Перебор случаев используется, когда нужно вывести некоторый тезис D из дизъюнктивной посылки «А или В или С». В этой ситуации можно сначала вывести D или А, потом вывести D из В, наконец вывести D из С. Если мы можем доказать, что D выводим из А, В и С по отдельности, то на основании этого перебора можно заключить, что D следует из «А или В или С». Нужно отметить, что метод перебора удобен в том случае, если количество альтернатив не очень большое: две, три, четыре. Если их больше, то лучше попробовать поискать другой метод доказательства.

Правдоподобные рассуждения: индукция и аналогия

Очевидно, что в реальной жизни у нас далеко не всегда есть исчерпывающая информация, на основании которой мы можем строить дедуктивные рассуждения. Чаще всего мы обладаем неполными знаниями о тех или иных предметах, явлениях и ситуациях. Поэтому большое значение для аргументации имеют правдоподобные рассуждения. Мы уже сказали, что в правдоподобных рассуждениях между посылками и заключением нет отношения строгого логического следования. Скорее, посылки как бы наталкивают нас на мысль о том, что из них было бы правдоподобно сделать определённый вывод. Переход от посылок к заключению носит не достоверный, а вероятный характер. Наиболее распространёнными типами правдоподобных рассуждений являются индукция и аналогия.

Индукция

Индукция – один из важнейших типов рассуждения, который используется как в повседневной жизни, так и в науках: физике, химии, биологии, социологии, медицине, политологии и т.д. Если бы люди не пользовались индукцией, то им вряд ли удалось бы вообще получить какие бы то ни было знания об окружающем мире. Она строится на том, что, исходя из имеющихся частичных знаний, мы строим выводы о ситуации в целом. Хотя такие выводы обладают лишь вероятной достоверностью, значение их огромно. Поговорим подробнее о разновидностях индукции.

Обобщающая индукция

Обобщающая индукция – это такое рассуждение, в ходе которого мы переходим от знания об отдельных предметах класса к знанию о классе в целом, то есть переходим от единичных утверждений к общим.

В качестве иллюстрации обобщающей индукции рассмотрим следующую ситуацию: представьте, что вам срочно нужно сделать банковский перевод через какой-нибудь банк в воскресенье. Вы приезжаете в одно отделение банка, и оно закрыто. Потом вы приезжаете в другое отделение банка, оно тоже закрыто, в третье, в четвёртое – та же картина. На основании этого вы можете сделать вывод, что ни одно из отделений банка не работает в воскресенье. Это и будет обобщающая индукция. От единичных высказываний «Отделение 1 закрыто в воскресенье», «Отделение 2 закрыто в воскресенье», «Отделение 3 закрыто в воскресенье», «Отделение 4 закрыто в воскресенье» мы перешли к общему утверждению «Все отделения банка закрыты в воскресенье». При этом такой вывод правдоподобен, но не достоверен, так как вполне может обнаружиться, что существует отделение 5, которое как раз было открыто.

Различают полную и неполную обобщающую индукцию. Полная индукция – это рассуждение, в котором вы перебираете все элементы класса и на основании этого перебора делаете вывод обо всём классе предметов. Представьте, что у вас в ящике лежат пять пар носков. Вы проверяете первую пару и обнаруживаете, что она дырявая, потом вторую, опять обнаруживаете, что она дырявая, потом третью, четвертую и пятую, и также обнаруживаете, что они дырявые. В результате вы можете сделать вывод: «Все носки в этом ящике дырявые». Такой вывод будет уже не просто правдоподобным, но достоверным, так как вы действительно проверили все носки в ящике и установили, что каждый из них имеет дырку. Однако далеко не всегда у нас есть возможность проверить все предметы класса, особенно если речь идёт об очень больших классах: люди, звёзды, страны, языки, школьники, рабочие и т.д. Когда строятся обобщающие рассуждения о таких классах, то производится неполная индукция: на основании перебора лишь части объектов класса делается заключение о классе в целом. Предположим, вы собрались продавать деревянные украшения. Вы нашли мастера по дереву, который сделал для вас пять тысяч деревянных браслетов. Очевидно, что вы не можете физически проверить все пять тысяч браслетов. Вы берёте двести произвольных браслетов и проверяете их качество. Если с ними всё в порядке, то вы делаете заключение, что все браслеты соответствуют качеству. Такая индукция будет неполной, но с большой вероятностью ваш вывод будет верным.

Иногда к разновидностям обобщающей индукции также относят так называемую индукцию «к следующему за». Она строится следующим образом: на основании знания о части предметов класса, делается предсказание, что следующий предмет из этого класса, тоже будет обладать выявленным свойством. Предположим, вы звоните в справочную службу аэропорта. На сайте указано пять телефонов. Вы позвонили по первому, вам никто не ответил, по второму, опять никто не ответил, по третьему тоже никто не ответил. Тогда вы делаете заключение: «По ходу дела там вообще сегодня никто не работает, наверное, по четвёртому и пятому телефону мне тоже никто не ответит». Хотя такая индукция широко распространена в повседневной жизни и обладает высокой вероятностью, она не относится к правильным способам рассуждения. Ярким подтверждением этому служит Эвбулидов парадокс кучи: одно зерно – это ещё не куча, два зерна – это тоже не куча, три зерна – не куча, но последовательно прибавляя по одному зерну десять тысяч раз, мы получим, что и десять тысяч зёрен – это не куча, что абсурдно. Поэтому индукции «к следующему за» лучше избегать и не попадаться на её удочку в руках нечестных собеседников.

Исключающая индукция

Исключающая индукция – это индукция, имеющая своей целью установить причинные связи между событиями.

Называется она исключающей, потому что осуществляется следующим образом: предположим, имеется событие А, и мы хотим установить его причину. Допустим, у нас есть пять предшествующих А событий: В, С, D, E, F. С помощью исключающей индукции мы исключаем те из них, которые не подходят на роль причины А, и тем самым находим то единственное событие, которое подходит на роль причины А.

Например, в холодильнике внезапно опустела банка с вареньем. Это будет событием А. Ему предшествовали следующие события: (В) дети играли без присмотра на кухне; (С) муж самостоятельно делал себе завтрак; (D) пёс Бублик научился открывать холодильник; (Е) соседка заходила за солью; (F) в Исландии произошло извержение вулкана Эйяфьятлайокудль. Соответственно, с помощью исключающей индукции мы можем установить, какое именно из этих событий было причиной А. Как же это сделать? Естественно, если индукция производится путём исключения, то должны быть правила, предписывающие, по каким параметрам то или иное событие отбрасывается. Их называют правилами элиминации:

  1. Если известно, что при отсутствии события В событие А всё же имело место, то событие В не является причиной А.
  2. Если известно, что при наличии события В событие А происходит не всегда, то событие В не является причиной А.
  3. Если известно, что при изменении характеристик события В характеристики события А остаются неизменными, то событие В не является причиной события А.
  4. Если известно, что характеристики события В неизменны, а характеристики события А изменились, то событие В не является причиной события А.

Начнём расследование. Посмотрим на первое правило и событие F: вулкан Эйяфьятлайокудль спал двести лет, а банки с вареньем в это время становились пустыми регулярно во многих семьях мира. Значит, событие F не является причиной. Теперь обратимся ко второму правилу и событию Е: у соседки соль закончилась уже месяц назад, она заходила уже как минимум раз пять, но варенье в предыдущие разы не пропадало. Поэтому событие Е тоже не является причиной пропажи варенья. Возьмём правило три и событие D: на холодильник установили специальное приспособление, не позволяющее псу Бублику туда лазить, но варенье всё равно пропадает. Значит, событие D можно тоже отбросить. Наконец, возьмём четвёртое правило и событие B: дети по-прежнему играют на кухне без присмотра, но варенье после их игр на месте. Следовательно, событие В тоже не подходит на роль причины. Итак, методом исключения остаётся только событие С: муж слопал всё варенье.

Наверное, может возникнуть вопрос: почему подобная индукция является всего лишь правдоподобной, а не достоверной. Дело в том, что обычно в реальных ситуациях существует множество скрытых параметров, которые мы не контролируем, и возможный спектр событий, о которых мы не знаем. Например, в ситуации с вареньем вполне могло иметь место событие H: к нам прилетал Карлсон. Поскольку это событие не было известно, оно даже не попало в круг рассмотрения, но ведь вполне может оказаться, что варенье съел именно он. Поэтому философами и учёными были разработаны дополнительные методы, позволяющие сделать исключающую индукцию более точной:

  1. Метод сходства состоит в том, что наряду с рассматриваемым событием берутся предыдущие похожие ситуации: варенье уже пропадало полгода назад, а у соседки то же самое началось в прошлом месяце, а у пса Бублика пропала колбаса. Затем выявляется, что у них есть общего. Этот общий фактор и объявляется причиной, например: бомж Василий, живущий в подвале нашего дома, нашёл связку запасных ключей, потерянную домоправителем и теперь понемногу ворует из разных квартир еду.
  2. Метод различия строится на поочерёдном изъятии предшествующих событий. Из набора предшествующих событий B, C, D, E, сначала изымается В, потом С, потом D, и, наконец, Е. Выявляется, при отсутствии какого события событие А не происходит. Метод различия сыграл большую роль при открытии реликтового излучения Вселенной. Роберт Вудро Уилсон и Арно Элан Пензиас были астрофизиками и для своих наблюдений они решили использовать специальную антенну. Однако при её тестировании они обнаружили, что антенна даёт шум порядка 3 градусов Кельвина. Соответственно, они стали выяснять, что же было причиной этого шума. Сначала, они подумали, что это излучение нашей Галактики. Это можно было проверить просто с изменением времени наблюдения. Однако выяснилось, что излучение никак не зависит от времени суток и времени года. Значит, это не излучение нашей Галактики. Тогда учёные подумали, что сама антенна может производить этот шум. Дело в том, что в неё поселилась пара голубей. Голубей убрали, но излучение никуда не делось. Однако пока голуби жили в антенне, они успели её хорошенько загадить. Поэтому учёные предположили, что излучение вызвано голубиными экскрементами. Тогда антенну вычистили и оградили специальной сеткой. Излучение никуда не делось и на этот раз. В итоге им ничего не оставалось как предположить, что это излучение ранней Вселенной, оставшееся после Большого взрыва. Так они получили Нобелевскую премию.
  3. Метод сходства и различия построен на совмещении двух вышеописанных методов.
  4. Метод сопутствующих изменений заключается в том, что у событий, претендующих на роль причины, начинают варьировать характеристики. В результате определяют, при изменении какой характеристики какого события меняется событие А. Например, у менеджера Николая после новогоднего корпоратива очень болит голова. Предшествующие события: танцевал с Любочкой из отдела продаж, ел оливье, запускал фейерверк, пил водку, играл в фанты. Теперь начинаем варьировать предшествующие события. Если бы Николай станцевал с Любочкой не шесть танцев, а один, прошла бы у него голова? Нет. Если бы он съел не два тазика оливье, а одну тарелку, прошла бы у него голова? Нет, прошёл бы живот. И так далее, пока мы не доходим до водки: если бы Николай выпил не две бутылки водки, а две рюмки, прошла бы у него голова? О да. Значит, именно это и было причиной.

Аналогия

Аналогия – это такой тип рассуждения, в ходе которого в силу сходства двух предметов А и В, заключают о том, что предмет В должен обладать такими же характеристиками, что и А.

К примеру, возьмём племя тумба-юмба. Известно, что перед тем, как стать полноценным членом племени, каждый должен пройти обряд инициации, состоящий из множества испытаний. Теперь возьмём общество студентов какого-нибудь российского вуза. Во многом оно похоже на племя тумба-юмба: оно тоже устроено иерархически, есть молодняк (младшекурсники) и старейшины (пятикурсники, аспиранты), есть вождь (ректор), есть законы (устав) и т.д. Поэтому можно по аналогии предположить, что студенты российского вуза тоже должны проходить инициацию, состоящую из множества испытаний. И это действительно так: вступительные экзамены, посвящение первокурсников и т.д. Можно сказать, что наша аналогия удачна.

Рассуждения по аналогии часто встречаются как в науке, так и в повседневной жизни. Зачастую они, и правда, помогают прояснить какие-то важные вещи, могут выступать как хорошие эвристические приёмы. Однако не стоит увлекаться аналогиями: далеко не всегда они корректны. В частности, в племени тумба-юмба могут быть распространены жертвоприношения, но при всей схожести с устройством сообщества студентов, нет оснований полагать, что студенты тоже занимаются чем-то подобным.


Итак, мы рассмотрели основные типы рассуждений. По большому счёту, если вы знаете, как правильно ими пользоваться, то вы отлично вооружены практически для любой дискуссии и можете без страха пускаться в различные мыслительные построения. Конечно, мы не описали все возможные методы и способы рассуждений, например, мы полностью оставили за рамками повествования тему статистической индукции или гипотетико-дедуктивные рассуждения. Дело в том, что они тесно связаны с конкретными областями научного знания, и их абстрактные описания вряд ли имеют смысл. Также на теме рассуждений мы и завершаем наш курс. Естественно, логика простирается гораздо дальше тех тем, которые были здесь описаны. Мы выбрали только те разделы, которые наиболее полезны и легко применимы в каждодневных ситуациях. Мы надеемся, что, несмотря на это ограничение, уроки всё же помогли вам научиться мыслить и рассуждать логично. 

А теперь проверьте свое понимание рассуждений в нашем кейсе.

Проверьте свои знания

Если вы хотите проверить свои знания по теме данного урока, можете пройти небольшой тест, состоящий из нескольких вопросов. В каждом вопросе правильным может быть только 1 вариант. После выбора вами одного из вариантов, система автоматически переходит к следующему вопросу. На получаемые вами баллы влияет правильность ваших ответов и затраченное на прохождение время. Обратите внимание, что вопросы каждый раз разные, а варианты перемешиваются.

Ксения Галанина

Логика и дедукция — Free Android app

 Представленные здесь детективные задачи, ранее опубликованные в журналах «Наука и жизнь», «Щит», «Тасвир», «Мир криминала» и др., позволяют в определенной мере развивать внимание, наблюдательность, сообразительность и находчивость…

Особенности игры:
— Очень часто разгадка кроется в КАРТИНКЕ, кнопка -«Картинка», если такова имеется.
— Не спешите нажимать на кнопку -»Ответ», пока не решили задачу!
— Сортировка задач с помощью кнопки «Опции»

 Эти задачи любимы всеми и во все времена. Одни видят в них своего рода «гимнастику ума», средство утоления естественной для каждого мыслящего человека потребности испытывать и упражнять силу собственного разума. Других привлекает нарядная литературная оболочка: фабула логических задач нередко бывает весьма занимательной. Еще одним достоинством этой разновидности задач их доступность: часто можно слышать, что для решения логических задач требуются не специальные знания, а лишь определенный уровень развития, умение логически мыслить, приобретаемое и развиваемое, как и любой другой навык, настойчивыми упражнениями.

Recent changes:
— исправление багов

 Представленные здесь детективные задачи, ранее опубликованные в журналах «Наука и жизнь», «Щит», «Тасвир», «Мир криминала» и др., позволяют в определенной мере развивать внимание, наблюдательность, сообразительность и находчивость…

Особенности игры:
— Очень часто разгадка кроется в КАРТИНКЕ, кнопка -«Картинка», если такова имеется.
— Не спешите нажимать на кнопку -»Ответ», пока не решили задачу!
— Сортировка задач с помощью кнопки «Опции»

 Эти задачи любимы всеми и во все времена. Одни видят в них своего рода «гимнастику ума», средство утоления естественной для каждого мыслящего человека потребности испытывать и упражнять силу собственного разума. Других привлекает нарядная литературная оболочка: фабула логических задач нередко бывает весьма занимательной. Еще одним достоинством этой разновидности задач их доступность: часто можно слышать, что для решения логических задач требуются не специальные знания, а лишь определенный уровень развития, умение логически мыслить, приобретаемое и развиваемое, как и любой другой навык, настойчивыми упражнениями.

Recent changes:
— исправление багов

Дедукция | Мир Психологии

ДЕДУКЦИЯ

Дедукция (от лат. deductio — выведение)

  1. процесс логического вывода, т.е. перехода от посылок к заключениям в соответствии с правилами логики;
  2. конкретный вывод;
  3. родовое наименование общей теории построения правильных умозаключений;
  4. вид умозаключения, в котором осуществляется переход от общего к частному. В последнем значении дедуктивный вывод не м. б. более общим, чем посылки (утверждения), приводящие к нему. Посылками м. б. аксиомы, постулаты, принципы.

Дедуктивный вывод всегда оказывается истинным при: а) истинности посылок, б) правильном употреблении логических законов; но истинность посылок не м. б. доказана с помощью Д.

Дедуктивная логика ведет свое начало от Аристотеля, но особенно интенсивно она стала разрабатываться с XIX в., когда в связи с развитием математической логики начали развиваться учения о доказательстве, о логическом следовании и т.д.,. о непротиворечивости и полноте дедуктивных систем. Взгляды на роль и ценность Д. отличались разнообразием. Декарт считал, что Д. дает знание, полученное путем рассуждения («опосредованное», «опосредствованное»), и противопоставлял ее интуиции, посредством которой разум усматривает истину «непосредственно». Ф. Бэкон, Дж. Ст. Милль, А. Бэн относились к Д. пренебрежительно, считая, что, в противоположность индукции, она вообще не дает нового знания. Этот же факт рационалисты Г. Лейбниц и Х. Вольф интерпретировали в положительном смысле: знания, полученные Д., «истинны во всех возможных мирах». Дедуктивное знание получается без обращения к эмпирическим фактам, непосредственному опыту. Исходя из этого, Кант считал необходимым при построении философии опираться не только на Д., но и на эмпирические факты.

Ограниченность применимости Дедукция в познании связана г. о. с тем, что Д. предполагает неизменность предмета рассуждения и, следовательно, исключает представление о предмете как развивающемся; дедуктивные системы не могут включать противоречия, и потому все противоречивые отношения действительности в дедуктивном представлении разрываются, теряя целостность; в выводах дедуктивной системы не может содержаться ничего, что не содержалось бы в посылках (аксиомах, принципах и т.п.).

Дедукция имеет свою определенную область применения, в частности, в разработке научных теорий, позволяя развить теорию до получения всех возможных, необходимо обоснованных выводов и следствий, могущих быть проверенными на практике. По отношению к процессу познания в целом Д. обеспечивает строгость и доказательность рассуждения при условии непротиворечивости исходной системы понятий. Однако она не может обосновать саму эту исходную систему. Поскольку Дедукция широко используется в научном познании, она важна также и при обучении наукам. Дедуктивный метод обучения позволяет вместо рассмотрения множества единичных случаев усвоить общие принципы, что происходит, напр., при изучении геометрии. Особую роль Д. призвана играть в формировании логического мышления школьников.

Психологический словарь. А.В. Петровского М.Г. Ярошевского

Дедукция (от лат. deductio — выведение) — движение знания от более общего к менее общему, частному, выведение следствия из посылок. Дедукция тесно связана с индукцией. Логика рассматривает дедукцию как вид умозаключения. Психология изучает развитие и нарушение дедуктивных рассуждений. Движение знания от более общего к менее общему анализируется в его обусловленности всеми психическими процессами, строением мыслительной деятельности в целом.

Словарь психиатрических терминов. В.М. Блейхер, И.В. Крук

нет значения и толкования слова

Неврология. Полный толковый словарь. Никифоров А.С.

Дедукция — логическое умозаключение, построенное на принципе «от общего к частному». Понятие диаметральное индукции (см.).

Оксфордский толковый словарь по психологии

Дедукция — рассуждение, которое начинается с определенного набора предположений и в ходе которого делается попытка вывести из них заключения или теоремы. Вообще, это логическая операция, в которой рассуждение ведется от общего к частному.

Дедуктивное умозаключение представляет собой абстрактный процесс, который не требует никакого другого подтверждения, кроме логической непротиворечивости. Доказательство заключается в соответствии действительности и наглядности теорем и заключений, которые выведены. Ср. с индукцией. Обе формы рассуждения тщательно изучаются в психологии, особенно в связи с формированием понятий и решением задач.

предметная область термина

 

назад в раздел : словарь терминов  /  глоссарий  /  таблица

Книги по логике: элементарно, Шерлок!

Политика публикации отзывов

Приветствуем вас в сообществе читающих людей! Мы всегда рады вашим отзывам на наши книги, и предлагаем поделиться своими впечатлениями прямо на сайте издательства АСТ. На нашем сайте действует система премодерации отзывов: вы пишете отзыв, наша команда его читает, после чего он появляется на сайте. Чтобы отзыв был опубликован, он должен соответствовать нескольким простым правилам:

1. Мы хотим увидеть ваш уникальный опыт

На странице книги мы опубликуем уникальные отзывы, которые написали лично вы о конкретной прочитанной вами книге. Общие впечатления о работе издательства, авторах, книгах, сериях, а также замечания по технической стороне работы сайта вы можете оставить в наших социальных сетях или обратиться к нам по почте [email protected]

2. Мы за вежливость

Если книга вам не понравилась, аргументируйте, почему. Мы не публикуем отзывы, содержащие нецензурные, грубые, чисто эмоциональные выражения в адрес книги, автора, издательства или других пользователей сайта.

3. Ваш отзыв должно быть удобно читать

Пишите тексты кириллицей, без лишних пробелов или непонятных символов, необоснованного чередования строчных и прописных букв, старайтесь избегать орфографических и прочих ошибок.

4. Отзыв не должен содержать сторонние ссылки

Мы не принимаем к публикации отзывы, содержащие ссылки на любые сторонние ресурсы.

5. Для замечаний по качеству изданий есть кнопка «Жалобная книга»

Если вы купили книгу, в которой перепутаны местами страницы, страниц не хватает, встречаются ошибки и/или опечатки, пожалуйста, сообщите нам об этом на странице этой книги через форму «Дайте жалобную книгу».

Недовольны качеством издания?
Дайте жалобную книгу