Почему человек путает право и лево: Почему мы путаем право и лево

Автор: | 17.03.1970

Содержание

Почему мы путаем право и лево

Задолго до революции в Российской империи офицеры, тренировавшие солдат на плацу, столкнулись с проблемой: рекруты из крестьян в принципе не различали лево и право. Поэтому команда «Правой! Левой!» была для них переделана в понятную и простую: «Сено! Солома!» «Сено» — левая нога, «солома» — правая. Так солдаты быстрее учились строевому шагу.

Времена неграмотных крепостных давно прошли, а право и лево до сих пор путают многие люди с разным уровнем интеллекта и образования. Те, кто ходил на занятия йогой или танцами, сталкивались с такой ситуацией: преподаватель показывает движение, все повторяют за ним, и обязательно найдется пара-тройка людей, которые вытягивают другую ногу или руку.

Путаница с лево и право на самом деле довольно часто встречается. Особенно если мы спешим. Например, когда ведем автомобиль по автобану со сложными развязками и пытаемся не пропустить нужный поворот, слушая указания навигатора или пассажира. Так почему же мы все время путаем стороны, но не испытываем никаких проблем с понятиями вверх-вниз или вперед-назад?

Биопсихолог Себастиан Окленбург изучает влияние мозга и нейромедиаторов на поведение, мыслительные процессы и эмоции человека.

Он называет две причины, почему мы путаем право-лево.

  • «Право» и «лево» меняются в зависимости от угла зрения. Когда нам указывает направление человек напротив, мы можем запутаться и ошибиться.
  • «Лево» и «право» — условные понятия, они не обусловлены физическими законами. Чтобы определить, где верх и низ, можно просто подбросить яблоко — оно всегда упадет вниз. С лево-право разобраться сложнее.

Сколько людей путают лево и право?

«Огромное количество людей сталкивается с подобными проблемами в повседневной жизни», — пишет Окленбург. Первое крупное исследование по этой теме было опубликовано в 1970-х годах. В нем приняли участие врачи и их супруги. Около 9% мужчин и 17% женщин заявили, что часто путают лево-право. Исследования, проведенные позднее, показали, что примерно треть людей хотя бы иногда путают лево и право.

Безобидная особенность или опасная тенденция?

Есть виды деятельности, в которых путаница обходится слишком дорого. Например, в работе хирурга. В январе 2000 года два врача в больнице в Южном Уэльсе случайно удалили здоровую левую почку вместо больной правой, что в итоге привело к смерти пациента, пишет Окленбург.

Медицинские работники часто ограничены во времени, поэтому ошибки более вероятны. Это подтверждают данные опроса студентов-медиков — те часто путают право и лево. Врачи используют специальную маркировку перед операцией. С ее помощью хирург может определить, какую конечность или орган следует оперировать или удалить.

Важность такой маркировки подтвердилась ​​в 2014 году благодаря исследованию работы глазных хирургов из Израиля. В рамках проекта хирургам называли имя пациента, показывали его лицо с расстояния 2 метров и просили вспомнить, какой глаз оперировался. Медики смогли дать правильный ответ, зная имя пациента, только в 73% случаев. А глядя на его лицо — в 83% случаев. Чем больше времени проходило между предоперационным обследованием и операцией, тем больше было ошибок.

Что происходит в мозге, когда мы путаем лево и право?

Так почему же мы совершаем такие ошибки?

Окленбург пишет: «Исследования пациентов показали, что для различения левого и правого очень важна угловая извилина в теменной доле головного мозга».

Повреждение в этой области может привести к так называемому синдрому Герстмана. Это редкое неврологическое состояние, при котором у пациентов проявляются:

  • пальцевая агнозия — расстройство, при котором больной не может указать на своей руке тот же палец, который у себя на руке показывает врач;
  • аграфия — отсутствие способности писать, соединять буквы и слоги;
  • акалькулия — нарушение счета и неспособность к счетным операциям;
  • путаница с определением право и лево.

Нейробиологи использовали различные методы для того, чтобы определить, влияет ли угловая извилина на ошибки с лево-право у здоровых людей, а не только у пациентов с синдромом Герстмана. Используя различные техники, в том числе магнитную стимуляцию и МРТ, ученые обнаружили: угловая извилина действительно становится активной, когда человек пытается выбрать право или лево, а нарушение правильного функционирования угловой извилины приводит к частым ошибкам.

Так что же делает угловая извилина? Исследования показали, что она участвует в процессах, связанных с языком (например, семантическая обработка и чтение слов), а также в работе памяти и пространственного осознания.

Окленбург полагает, что она объединяет эти процессы, чтобы мы могли управлять нашими действиями.

Исследования объясняют, почему здоровое функционирование этой части мозга так актуально для определения правого и левого. Ведь для подобного различения требуются как словесные процессы — слова «левый» и «правый» нужно применять к объектам в среде, — так и память, поскольку мы должны помнить, что справа, а что слева. И, конечно, нужна пространственная обработка, поскольку нам нужно разобраться, находятся ли объекты слева или справа. Если взаимодействия нет, может возникнуть путаница.

Почему некоторые путают лево и право | С другого угла

Наверняка, каждый человек хотя бы один раз в жизни испытывал трудности с определением правой и левой сторон. А некоторые люди путаются практически все время.

На самом деле это явление довольно распространенное. В 1978 году ученые провели исследование на 364 человек. В результате выяснилось, что среди испытуемых путаница между сторонами была выявлена у многих, а особенно часто этим страдали женщины. Так почему же люди путают стороны, и при этом без проблем различают где верх, а где низ?

Две причины путаницы сторон

Первая причина заключается в том, что какой будет сторона – правой или левой, напрямую зависит от того с какой стороны смотреть. Так, например, если водителю за рулем автомобиля, кто-то другой будет подсказывать направление движения, с большей долей вероятности он ошибется и повернет не туда.

Вторая же причина состоит в том, что определения право и лево не подчиняются каким-либо законам, и являются условными. Так, для того что бы понять, где верх, а где низ, человеку достаточно подкинуть какой-либо предмет вверх – ведь при падении упадет он всегда вниз. А вот с пониманием, где левая сторона, а где правая – дела обстоят куда сложнее.

Как мозг реагирует на путаницу сторон?

Как показали исследования, за способность без труда распознавать стороны, отвечает угловая извилина, расположенная в теменной доле головного мозга. А нарушения в ее работе приводят к редкому неврологическому заболеванию – синдрому Герстмана. При этом заболевании у людей отмечаются проблемы с отличием пальцев, неспособность писать, затруднения со счетом, а также сложности с распознаванием сторон.

Позднее, нейробиологи провели ряд исследований, изучающих влияние угловой извилины на способность к распознаванию сторон. В исследовании участвовали как здоровые люди, так и люди, имеющие синдром Герстмана. И в результате ученые выяснили, что, когда человек определяет стороны, его мозг задействует угловую извилину, а нарушение ее нормальной работы становится причиной частых ошибок.

Угловая извилина обозначена оранжевым цветом

Угловая извилина обозначена оранжевым цветом

Так же нейробиологи пришли к выводу, что эта часть мозга задействуется и в процессах, связанных с языковой деятельностью, запоминанием и ориентацией в пространстве. Ученые считают, что эта извилина позволяет объединять эти процессы, что бы люди могли направлять и контролировать свои действия.

По мнению ученых, нормальная работа угловой извилины имеет большое значение в умении определять право и лево.

Ведь для этого умения важны как языковые процессы, так и процессы запоминания. Человеку нужно правильно не только применять слова право и лево к различным объектам, но и запоминать расположение в пространстве. Отсутствие взаимодействия между этими процессами приводит к путанице.

Многие люди путают стороны?

В каждодневной жизни многие люди зачастую путаются в сторонах. Первые исследования этого явления были опубликованы еще в 70-х годах. Тогда ученые выяснили, что 26 процентов людей практически постоянно путают право и лево, причем женщины страдают этим чаще. А по последним научным данным около трети всего населения земного шара испытывают трудности с определением сторон на постоянной основе.

Есть ли способ прекратить путаницу лево-право?

Совсем перестать путать стороны получится вряд ли, но минимизировать эту особенность все же можно. Как известно, чаще всего человек испытывает трудности с определением правой и левой стороны, когда торопится или испытывает стресс.

И в эти моменты, психологи советуют успокоиться и понять какая именно сторона сейчас нам необходима – правая или левая. Например, можно обратиться к подсказкам, и вспомнить какой рукой мы пользуемся, когда держим ложку или ручку.

Пространственный кретинизм (и некоторое другое) лечится

Помните, в школе было упражнение на «начальной военной подготовке» — всех детей ставили в ряд, и кричали: «Налееее-во!» «Напраа-во!» И надо было поворачиваться.
Я всегда была тем ребенком, который патологически поворачивался не в ту сторону. Либо я замирала, надеясь увидеть, куда они все поворачиваются — чтобы повторить за ними. Либо замирала в раздумьях… навсегда. Лево и право были для меня бедой. Ой, сколько всего перебрали — и все эти истории с сеном и соломой, и упражнения. Не могла я их различить никак. Вот это само слово «лево» не стыковалось в моей голове с явлением «лево». Хотя я знала, что я левша, и вообще хорошо понимала, что такое «лево и право». С абстрактным мышлением у меня тоже все отлично.
При этом я была умной девочкой с хорошо развитыми когнитивными способностями, и уж точно никак не умственно отсталой, я думаю, что это был похожий случай, как с маминой ученицей, которая дни недели путает. Вот что-то одно не работает, хоть убей.

Пространственный кретинизм у меня тоже был в самой тяжелой форме. Запомнить дорогу — это дело лет. В нашем малюсеньком провинциальном городке, где мой двоюродный брат знал все улицы наизусть, и до сих пор знает, уже прожив 25 лет в Израиле, я знала без шуток три улицы. Про остальные очень популярные я знала по названию, что такая существует, но не знала точно, где. И дорогу куда-то я учила долго. Если меня взять куда-то пять раз, и я знаю, что меня отведут туда и назад, я после пятого раза (а так же после десятого) не буду знать даже примерно, как туда попасть, даже близко. Если я знаю, что дорогу надо срочно учить, потому что потом я буду ходить туда сама — это другое дело. Тогда я судорожно, в панике, с большими трудностями дорогу учу. И на какой-то пятый раз запоминаю.

недавно тут в жж обсуждалась трагедия моей юности, связанная с этим самым пространственным кретинизмом. Я еще очень переживала по этому поводу, но исправить не особо получалось. Правда я тут нашла себе хорошее спасение: в германии есть потрясающие карты города. Компактные, сложенные определенным способом, так что можно носить в сумке и посмотреть любое место в карте, не разворачивая ее всю. Да и вообще там принцип нахождения улиц хорошо продуман. Есть алфавитный список, находишь там улицу, оно сообщает, в каких координатах на какой странице ее найти, и можно разобраться, где ты находишься. Т.е. достаточно найти одну табличку с названием улицы, где ты находишься, и по такой карте можно найти выход. Я такую карту в Берлине проносила в сумке 15 лет. Потом появились навигаторы (еще до мобильных телефонов), и я была первой счастливой обладательницы устройства по имени ТомТом. И все это сильно облегчило мою жизнь.

Но я хотела рассказать не про это.

С левом и правом в какой-то момент нашла решение моя мама. Она вообще очень за меня всегда переживала, и пыталась решать проблемы, как могла. Ей тоже было не понятно, как с этим разбираться, и она мне предложила внимательно рассмотреть левую и правую руку, на правой руке у меня пятно. И она сказала что вот — вот эта рука, с пятном, это право! С тех пор я все детство, услышав одно из двух ключевых слов, смотрела на руки. А потом я выросла, и на руки смотреть перестала, но я смотрела на них мысленно. Вот вы будете смеяться — как кто-то говорил лево или право, я мысленно представляла себе, как я на руки смотрю, и вспоминала.

А потом я в очередной раз попала в больницу — это уже не знаю которая по счету операция была. Мне было 36 лет! И после операции ко мне прислали очередного физиотерапевта — учить меня вставать и ходить. Физиотерапевт в очередной раз обнаружил, что я уже сама встала и иду. Но решил меня проводить на первых кругах. И вот мы рулим по коридорам (я качу впереди себя стойку с капельницами) и он командует — налеее-во… И естественно на третьем повороте он обратил внимание на то, что у меня с этими поворотами трудности. И тут он мне радостно так говорит: «Слушайте, так вы лево и право не различаете! А хотите я вас научу! Вот прямо сейчас! Все равно вы ходить сами умеете, а у меня на вас час выделен!»

Я так удивилась: меня за всю жизнь не научили, а он меня за час научит? А он говорит: «Да ладно — я большей частью работаю с инсультниками! Я этого навидался. Сейчас научу!»
В общем, он сказал, что половину пути я уже прошла — научившись мысленно проецировать стороны на соответствующую руку. Теперь только осталось так сказать распространить эту руку на всю сторону. Т.е. это не левая рука — левая, а все пространство, которое находится на стороне этой руки. Он все время делал такие круговые движения и описывал, что вот это все — вот с этой стороны — это все лево. И говорил, что надо прямо воображать себя в таком мире, как будто вокруг меня такое шарообразное пространство, и оно разбито на два полушария. И вот одно большое полушарие это лево, а другое — это право. И когда я слышу это слово, я должна пытаться сообразить, в каком из этих полушарий оно находится. Упражнение заключалось в том, чтобы я ощутила почти физически две половины этого шара вокруг меня. Я должна была прямо научиться так о нем думать, будто я все правое слышу справа, и вижу справа, и ощущаю правой рукой, и плечом, и ухом и лицом. С одной стороны. А потом надо было каждое из двух слов «поселить» мысленно в той половине. Чтобы в мозгах четко прошилось, что в правой половине живет все правое, включая это слово, и наоборот. Это может быть звучит как-то странно и смешно, но мы действительно играли в эту воображалку минут 40, и после чего я сделала огромный качественный скачок.

После этого я действительно научилась представлять себе весь мир таким разделенным на эти две половины. Потому что к этой фантазии осознанно прикрепили и осязательные ощущения, и много частей тела, и движение, и представление о такой большой полусфере. И там — это слово. И когда в следующие разы кто-то говорил «лево» или «право», я мгновенно вспоминала всю эту историю, и все мои мысли выруливали в нужную сторону. И я понимала, что я рукой и головой, и мыслями показала в правильную сторону! Реакция эта после десятка повторений так ускорилась, что из нее вдруг пропали все эти ассоциации, все фантазии, и сфера, и остальное. Остался только рефлекс — говорят слово, у меня все направляется в ту сторону.

И тут я обнаружила, что в 36 лет меня излечили от такой глобальной проблемы. По-настоящему излечили! Я могу теперь говорить водителю уверенным голосом: «Поворачивай налево, потом направо», и я понимаю, что означают эти слова!

***

А вот пространственный кретинизм. Мне кажется, что эта проблема у меня начала улучшаться когда я окончательно смирилась. что это не лечится, и мне с этим жить.

Я вот помню, как мы сидели на какой-то террасе в Каннах в веселой компании блогеров, и среди прочих там сидел dolboeb, мы обсуждали, куда поедем завтра. И он так махнул рукой, и говорит: «Ну значит так — вот в эту сторону — Монако, если вон по той дороге до упора — там будет Сан Тропе.. . Я вот поражаюсь таким людям — ну как можно, сидя в любой точке пространства, знать, с какой стороны у тебя Монако, и все остальное. А он так удивляется: «Ну как — ну вариантов-то нет — вот тут у тебя пляж, соответственно слева у тебя то, справа у тебя это. Ага, а кто сказал, что вон там — пляж. Это явно находится за пределами понимания таких людей, у которых встроенный внутренний компас — где же ему еще быть-то, пляжу. Это действительно как в трех соснах, только проще. А у этого отеля, между прочим, очень непростая форма, и там 33 бассейна, прохода и сто углов. И как мне знать, каким боком я повернулась к пляжу, пока там кружила? Я уж была так рада, что выучила за два дня дорогу внутри этого бесконечного отеля — от лифта к завтраку и гримерке. :-)) А тут еще пляж…

В общем — есть люди, которым это легко и просто, а есть такие, у которых это за пределами понимания. Но и здесь у меня как-то случился прогресс — спасибо гугл-карте и новым задачам. Я стала участвовать во многих проектах и мероприятиях, где каждый раз надо находить новый адрес, и приходить куда-то в новое место. Я сначала тратила огромное количество времени на планирование пути. Сидела дома и готовилась — куда надо пойти, куда поехать, что как расположено. Но я начала сопоставлять районы, что рядом с чем находится, куда можно перейти за сколько времени. Потом я выходила на улицу, вооруженная той же картой, и НАЧИСТО терялась — я забывала весь путь, который подготовила заранее. Потому что когда стоишь на месте, трудно понять, как это соотносится к карте. Когда смотришь дома на карту сверху — это другое. Тут мне сильно помог М., у которого к карте такой же подход, как у физиотерапевта — к леву и праву. 🙂
Он мне все время повторял: вот помнишь карту? У нее наверху север. Ты помнишь, где на карте твой Панков? Он наверху, на севере. Ты с балкона что видишь? Остановку, с которой едешь ко мне — вниз — на юг. А туда, что у тебя за спиной — это в Розенталь, на север. У тебя кровать стоит головой на север. Ты смотришь с балкона на юг. И он постоянно это повторял, складывая вместе разные слова. Вот это, это, это — север, по карте вверх. А все вот это — юг, вниз. Все что ко мне — на север, что к нему — на юг. Наверное полгода у нас были споры на тему «вверх» или «вниз» по карте. Сейчас мы по карте идем или едем вверх или вниз? Но потом оно потихоньку начало складываться.

Я все еще пространственный кретин. Но у меня насколько сильно прибавилось понимания, где я нахожусь — по крайней мере в рамках моего города. Раньше я бы не подумала, что это возможно. И тут тоже пригодилось новое знание — вау. Я не только местами понимаю, где я стою по отношению к карте, и где у нее верх и низ — я даже понимаю, что я еду налево или направо (я же теперь знаю, где лево и право! :-)). И у Берлина еще есть свои «сено и солома» — это два аэропорта! 🙂 Слева — Тегель, справа — Шенефельд. Между этими точками прямо жить можно! Лево, право, верх и низ! Ну ладно — навигатором я все еще активно пользуюсь практически везде. И дороги я запоминаю не с первого раза. Но некоторые — со второго или с третьего. Уверенно. А не с пятого и десятого, и еле-еле. В общем — я поняла, что многие такие вещи лечатся. Я наверное никогда уже не стану такой, как мой двоюродный брат, и не буду знать все улицы нашего города, и даже района. Но если активно заниматься какой-то материей, и получать помощь от людей, которые это могут, можно сильно улучшить свое положение.

Кстати, тут мне еще принес очень много пользы фудшеринг. Потому что в этом году я несколько сотен раз была в местах, в которые я вообще-то не хожу, хотя находятся они в моем районе (или в соседних). Знаете, сколько у нас тут магазинчиков в закоулочках. А я и не знала. Вроде близко — но новое место, в которое я в жизни не ходила. Потому что такие люди как я не любят отклоняться с привычных тропинок. Я могу 25 лет ходить по одной улице, и ни разу на параллельную не сходить, а надо бы!

В общем — тренируйте мозги, пытайтесь получать новые знания, и не сдавайтесь. Оказывается так многое можно исправить, если пробовать.

Каждая женщина имеет право на лево

Женщины часто говорят «направо», а имеют в виду «налево». Что же это за напасть такая, от которой страдает прекрасная половина? Почему мы безошибочно определяем, где верх, а где низ, а право и лево путаем? Корреспондент www.interfax.by решила разобраться в извечной женской проблеме.

Что говорит наука?

Знакомый таксист как-то поделился со мной интересной гипотезой. Он предположил, что женщины путают право и лево, потому что часто смотрятся в зеркало. Что по этому поводу говорит наука?

У человека нет специального органа чувств, который отвечал бы за ориентацию в пространстве. Мы можем различать правую и левую стороны благодаря взаимодействию зрения, слуха и осязания.

Между левым и правым полушариями идет постоянный обмен информацией. Связующим звеном в этом обмене служит мозолистое тело, которое состоит из сотен миллионов нервных волокон. У женщин мозолистое тело больше, чем у мужчин, что может приводить к большему взаимодействию между полушариями. Кроме того, у женщины одновременно работают оба полушария. Представительницы прекрасного пола могут выполнять несколько действий одновременно: шить, разговаривать по телефону, пить кофе, смотреть телевизор.

Мозг мужчины специализированный, то есть способен концентрироваться только на одной задаче в отдельный промежуток времени. Мужчины оперируют либо правой, либо левой стороной мозга, поэтому легко концентрируются и могут дать точный быстрый ответ — где право, а где лево. А вот женщина не может мгновенно сосредоточиться. Вот и получается, что мы, женщины, убедительно командуем «налево», указывая при этом рукой в правую сторону. И только спустя некоторое время понимаем, что назвали неверное направление.

Мужчины тоже путают, но не признаются

Как оказалось, проблема «лево-право» имеет свои гендерные особенности, но знакома как женщинам, так мужчинам. Есть ситуации, в которых пол не имеет никакого значения.

Во-первых, у большинства из нас данная проблема всплывает, когда мы впервые садимся за руль. Но с приобретением водительского стажа она улетучивается. Объясняется это тем, что первые поездки на автомобиле для нас являются стрессовой ситуацией. Тут не только «право-лево» забудешь, а даже свое имя.

Во-вторых, среди нас есть люди, которые просто не способны запомнить, где правая и левая стороны. Виной тому незначительные органические нарушения, которые не влияют на общеинтеллектуальное и психофизическое развитие, но из-за них может «западать» какая-нибудь функция. Например, у такого человека не откладываются в памяти ориентиры «право-лево». Он будет постоянно забывать эти понятия.

В-третьих, если взрослый человек путается, значит, в детстве ему недостаточно хорошо объяснили, где право, а где лево.

Все проблемы — из детства

При рождении ни мальчики, ни девочки не умеют определять, где право, а где лево. Этот навык у малыша развивается постепенно, по мере расширения знаний об окружающем мире.

«При нормальном психическом развитии к 7 годам ребенок должен понимать, где у него правая рука, а где — левая, — считает психолог Ольга Горбатенко. — Изначально малыш не знает, что такое «право», а что такое «лево». Также он не видит различий между понятиями «больше» и «меньше», не знает цветов. Его всему нужно обучать: объяснять, где большая птичка, а где маленькая, показывать цвета. Так же и с дифференциацией «право-лево». Можно надевать ему ботиночки и говорить: «Надень на правую ножку, а теперь на левую». Деток обычно учат: в какой руке ложку держишь, та правая. Этот образ закрепляется в нашем сознании на всю оставшуюся жизнь».

Научить ребенка ориентироваться в пространстве можно через игры и танцы. Посадите игрушки по разным сторонам комнаты, пусть малыш приносит вам игрушки слева и справа. Разучите простой танец, когда нужно по очереди поднимать левую и правую ручки, поворачиваться налево и направо.

Помните, в нашем детстве была хорошая песенка на эту тему:

Мы танцуем буги-вуги, поворачиваем в круге

И в ладоши хлопает вот так: хлоп-хлоп!

Ручку правую вперед, а потом ее назад,

А потом опять вперед и немного потрясем.

Воспитатели знают множество таких игр. Родители могут поискать информацию в книгах и Интернете.

Как излечиться?

Может ли взрослый человек «излечиться» от этой напасти? Отвечаем — может! Нужно собрать всю свою силу воли в кулак и тренироваться. Только постоянные тренировки и осознание того, что этот навык вам действительно нужен, помогут научиться быстро определять, где право, а где лево. В старину крестьян-новобранцев учили маршировать в ногу, привязывая к одной ноге сено, а к другой солому. Вместо команды «левой-правой» неграмотным крестьянам кричали «сено-солома».

Разумеется, мы не предлагаем вам использовать столь радикальные способы. Вы можете надеть часы на левую руку и ориентироваться по ним. В качестве «запоминалочек» также подойдут: обручальное кольцо, браслет, пишущая ручка, родинка.

Курсанты автошкол на уроках вождения, чтобы не путаться, подписывают руки буквами «Л» и «П». Иногда ученики даже крепят внутри машины подписанные листочки.

Мужчины полностью «излечиваются» в армии. Если к началу службы некоторые из них путаются, то к демобилизации они уже во сне могут выполнять команды «направо» и «налево».

Занятия танцами, аэробикой и подвижными играми также помогают развивать ориентацию в пространстве. В конце концов, можно попросить друзей регулярно тестировать вас: они называют вам предмет в комнате, а вы отвечаете, с какой стороны он находится. Пусть попросят вас поднять левую руку, потом правую, повернуться направо и налево. Вариантов много, главное — задаться целью.

Кстати, не секрет, что мы делимся на левшей, правшей и амбидекстров. Наукой доказано, что левое и правое полушария нашего мозга отвечают за разные действия: левое — за конкретное мышление, математические вычисления, речь, чтение и письмо, правое — за абстрактное мышление, образную память, ритм, восприятие музыки, чувства. У каждого из нас доминирующим является одно из полушарий, поэтому одни из нас становятся художниками, а другие математиками. По этой же причине мы делимся на левшей и правшей. Амбидекстры умеют одинаково хорошо управлять левой и правой стороной своего тела и использовать способности обоих полушарий. Существует теория, что если праворукий человек будет развивать левую руку при помощи специальных упражнений (игра на пианино, набор десятипальцевым методом и т.д.), то он приобретет творческие способности, присущие левшам. И наоборот.

Ольга Артишевская

12 упражнений, чтобы запомнить и не путать право и лево

Понять, где право, а где лево, запомнить их и не путать, легко ориентироваться в пространстве, запоминать путь и строить маршруты — большинству это кажется абсолютно простой задачей. Но есть и дети, и подростки, и взрослые, которые испытывают в этом большие трудности. Наш блогер Катя Хасанова делится своими авторскими упражнениями, которые помогут эту проблему решить.

Полезная рассылка «Мела» два раза в неделю: во вторник и пятницу

По статистике 1 из 20 человек путает и не может запомнить стороны, а также не может автоматически сориентироваться, где правая и где левая рука. Я хочу поделиться своей небольшой авторской программой, с помощью которой можно запомнить и не путать право-лево. Изначально эти упражнения разработаны для детей, но могут подойти и взрослым.

1. «Опознавательный знак»

Пусть ребёнок сам придумает специальные обозначения (в виде предметов или знаков) для каждого из направлений (именно для всех сразу, а не для какого-то одного). Они должны быть различными по цветам, понятными и постоянными (то есть не должны меняться). Например, на правой руке всегда красный браслет, а на левой — синий; на правом кроссовке белые шнурки, а на левом — оранжевые; вверху — белая кепка, внизу — чёрные кеды.

Для старших детей знаки могут быть более сложными. Например, на правой руке весёлый смайлик, а на левой — грустный; на правой руке круг, а на левой — квадрат. Главное, чтобы самому ребёнку было понятно, удобно и комфортно с этими обозначениями, чтобы они ему нравились и запоминались. Именно поэтому лучше, если он сам их придумает, ведь свои идеи запоминаются гораздо легче. С помощью обозначений будет проще ориентироваться, так как абстрактные названия заменены на конкретные и знакомые.

Постоянно задавайте ребёнку наводящие вопросы и закрепляйте связь между направлением и его знаком, помогайте увидеть применение этому в жизни

Например: «Сейчас надо повернуть в сторону руки с синим браслетом. Значит, куда надо повернуть? Правильно, налево». Также можно обратно формулировать вопрос, например: «Сейчас мы поворачиваем налево. Значит, в сторону какого браслета мы поворачиваем? Правильно, синего». Аналогично и со всеми остальными направлениями.

Ваша задача — постепенно дойти до абстракции, чтобы ребёнок сначала реагировал на название направления, а уже потом проверял себя с помощью знака. Если ребёнок не может связать название направления со знаком, то в начале просите его ориентироваться именно на знак, а затем сами постепенно называйте направления, пусть он просто повторяет за вами. Так проще создать эту связь.

2. «Ассоциации»

Для каждого из направлений надо придумать конкретную и запоминающуюся ассоциацию, которая удобна и нравится ребёнку. Например, «правая рука — та рука, которой я рисую и держу ложку», «левая нога — эта нога, которой я отбиваю мяч», «внизу — это там, где земля или пол», «вверху — это там, где небо и потолок» и так далее. Ассоциация должна быть единственной для каждого направления, простой и понятной.

Но при этом (в отличие от предыдущего упражнения) ребёнок постепенно отходит от материальных предметов и немного приближается к абстракции. Для старших детей ассоциации могут быть более сложными, но главное — чтобы сам ребёнок мог легко их запоминать.

Для этого надо дать почувствовать явную разницу. Попросите ребенка порисовать или поесть и левой, и правой рукой. Он точно поймёт, как рукой ему удобнее это делать, и благодаря этому ощущению лучше запомнит ассоциацию. Постоянно задавайте наводящие вопросы и закрепляйте связь между направлением и ассоциацией, помогайте увидеть применение этому в жизни. Например: «Сейчас мы пойдём в сторону той руки, которой ты рисуешь. Значит, куда мы пойдём? Правильно, направо». Можно формулировать вопрос и от обратного, например, «Сейчас мы идём направо. Значит, в сторону какой руки мы идём? Правильно, в сторону той руки, которой ты рисуешь». Аналогично и со всеми остальными направлениями.

Ваша задача — постепенно дойти до абстракции, чтобы ребёнок сначала реагировал на название направления, а уже потом проверял себя с помощью ассоциации.

3. «Что и где вокруг меня»

Вместе с ребёнком отметьте самые яркие и видные предметы в доме (можно даже их нарисовать). Например, диван, шкаф, телевизор, холодильник и т. д. Важно, чтобы эти предметы находились в одной комнате и не передвигались. И постоянно повторяйте их взаимное расположение в различных комбинациях. Например, «телевизор перед диваном», «шкаф слева от холодильника». Таким образом, вы с ребёнком связываете все эти предметы между собой с помощью направлений.

После постоянного повторения спрашиваете ребёнка «С какой стороны от холодильника находится шкаф?» и запоминаете направления

Затем придумываете новый набор предметов в другой комнате и делаете то же самое, только вначале повторяете связи гораздо меньше, а затем не повторяете совсем (то есть ребёнок сходу говорит, что где находится). После попросите ребёнка встать рядом с холодильником и задайте вопрос: «С какой стороны от шкафа ты находишься?» Так ребёнок научится определять своё местоположение относительно различных предметов, и наоборот, положение предметов относительно его самого.

4. «Стрелки»

Пусть ребёнок сам (если надо, с вашими подсказками) нарисует много интересных и ярких стрелок, напишет на них направления («лево», «право», «вверх», «вниз») и приклеит по всему дому (или квартире). И каждый раз, проходя по стрелкам, называет направления. Например, «я поворачиваю налево», «я поднимаюсь вверх» и так далее.

Потом вы задаёте ему маршрут: «Дойди от спальни до кухни назови все направления и на листе бумаги фломастером нарисуй все стрелки». Постепенно маршруты можно усложнять и удлинять. Когда у него будет хорошо получаться, снимите абсолютно все стрелки. И дайте ребёнку то же самое задание с маршрутом (назвать направления и нарисовать стрелки), но уже без стрелок. Так он постепенно начнёт переходить к абстракции и начнёт запоминать направления.

5. «Где находится»

Возьмите коробку (или что-то похожее) и какую-нибудь игрушку. Ставьте игрушку с разных сторон от коробки и задавайте ребёнку вопросы сначала с выбором ответа. Например: «Где сейчас находится мишка над коробкой или под коробкой? Правильно, над коробкой, то есть наверху». А потом без выбора ответов. Например: «Где сейчас находится мишка? Правильно, слева от коробки». Потом возьмите 2 или 3 игрушки и так же задавайте вопросы. Например: «Где находится мишка, а где — зайчик? Правильно, мишка слева от коробки, а зайчик справа». Когда это начнёт получаться, можно перестать задавать вопросы и добавить больше игрушек. Пусть ребёнок описывает их местоположение относительно коробки.

6. «Опиши всё вокруг»

В начале с помощью ваших наводящих вопросов ребёнок описывает местоположение и соотношение различных предметов дома и на улице. Предметы должны быть понятны ребёнку и не должны двигаться. Например: «С какой стороны от дома стоит фонарь? Правильно, справа» или «Что находится справа от дома? Правильно, фонарь». Дальше можно всё чаще менять и добавлять различные предметы.

Когда начнёт полноценно получаться, перестаньте задавать вопросы и просите дать описание предметов около конкретного объекта. Например: «Расскажи, что и где находится рядом с этим деревом». Или просто назовите два предмета, а ребёнок назовёт их взаимное расположение. Например: «Забор и куст — куст слева от забора, забор справа от куста». Закрепляйте этот навык так, чтобы ребёнок мог сходу описать расположение любых предметов в любом месте.

7. «Лабиринт»

Найдите подходящий по сложности для вашего ребёнка лабиринт, лучше начинать с самых простых. Попросите его сначала внимательно посмотреть, проложить дорожку глазами, а затем, не отрывая карандаш от бумаги, не спеша, сосредоточенно вести дорожку от начала до конца и по ходу вслух называть (как можно подробнее) все направления («вперёд», «назад», «вверх», «вниз», «влево», «вправо»). В начале лабиринта надо сказать «Старт!», а в конце — «Финиш!» (чтобы ребёнок чувствовал и конкретно понимал конец и начало своих действий). Дальше можно давать ребёнку более сложные лабиринты и работать с ними по тому же алгоритму.

8. «Найди отличия»

Найдите подходящее по сложности для вашего ребёнка задание, лучше начинать с самых простых, не стоит начинать с тех, где очень много отличий и мелких деталей. Объясните ребёнку задание и попросите его не просто находить отличия, но и полноценно чётко, называя все направления, описывать каждое отличие вслух. Например: «На верхней картинке справа от дерева цветок, а на нижней — справа от дерева грибок». Постепенно можно давать ребёнку более сложные задания (с большим количеством отличий и различных деталей).

9. «Пазл»

Ребёнок рисует картинку и запоминает её. Потом вы режете вместе с ним рисунок на части (начинаем с больших одинаковых квадратов) и собираете по памяти исходный рисунок. Во время сборки ребёнок должен чётко проговаривать, какую деталь куда он кладёт (надо называть все направления) и почему. Например: «Эту деталь я положу с правой стороны второй сверху, так как это хобот у слона». Дальше можно усложнить задачу — разрезать рисунок на большее количество частей различных форм (треугольники, многоугольники) и размеров, а затем перейти к пазлам.

10. «Не запутайся»

Если напротив вас будет стоять человек и делать движения, вы должны будете повторять «наоборот», то есть его «лево» будет вашим «право» и наоборот. Объясните ребёнку этот момент и покажите примеры. Затем включите музыку и, постепенно ускоряясь, показывайте ребёнку движения, а он пусть повторяет, но в правильную сторону. После «меняемся местами»: ребёнок показывает, а вы повторяете.

11. «Пройди маршрут»

Купите простую лазерную указку. Пусть ребёнок дома сначала придумает и опишет маршрут (нарисует схему стрелками или опишет словами), который будет проходить лазерная точка. Например: «От окна идёт вправо и вверх к шкафу, затем перемещаемся по левой стене к нижнему ящику комода». После с помощью подсказки ребёнок лазерной указкой должен пройти придуманный маршрут. И так несколько раз, придумывая разные маршруты.

Далее усложняйте задание: ребёнок должен придумать маршруты, устно описать их, но проходить уже без подсказки. Затем то же самое задание нужно пройти уже на другой, менее знакомой местности (на детской площадке, в парке и так далее). Когда это начнёт хорошо получаться, переходите к другому заданию: ребёнок проводит лазерной точкой маршрут (вначале простой, а потом постепенно усложняйте) и старается максимально его запомнить, затем устно подробно описывает его и составляет схему.

12. «Навигатор»

Нарисуйте вместе с ребёнком на ватмане формата А1 большую цветную и понятную карту своего микрорайона (мест, где ребёнок часто бывает). Проговорите различные маршруты («от дома до школы», «от детского сада до аптеки», «от автобусной остановки до магазина» и так далее), а затем постройте их на карте. Посмотрите, между какими пунктами маршруты ещё не построены. По возможности реально пройдите эти маршруты с ребёнком.

Дальше пройдите с ребёнком простой маршрут по менее знакомой ему местности (например, по парку). Обращайте его внимание и на направления (куда откуда идём, куда поворачиваем), и на детали по дороге, которые помогут в ориентации (кусты, здания, скамейки и т. п). Затем вместе нарисуйте карту этой местности и маршрут на ней. После доберитесь до центральной или какой-либо интересной части вашего города вместе с ребёнком. Заранее распечатайте, а лучше нарисуйте карту этого места (она должна быть конкретной и понятной). Идите вместе с ребёнком, ищите интересные детали и достопримечательности, параллельно отмечайте и подписывайте их и ваш маршрут на карте.

Дома через какое-то время попросите ребёнка по карте подробно описать ваше путешествие. Когда это будет хорошо получаться, пройдите с ребёнком по другому маршруту. Попросите его запомнить не только ваш путь, но запомнить как можно больше подробных деталей. Дома ребёнок должен самостоятельно построить на карте и полноценно описать маршрут, отмечая детали.

Желаю успехов!

Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

13 вещей, которые мужчины и женщины делают по-разному

«Женщины слышат лучше мужчин и великолепно различают высокие частоты. . Если где-то мяукает котенок, первой обратит внимание тоже женщина. Зато мужчина лучше определяет направление звука и ориентируется в пространстве. Он и подскажет, где прячется котенок»

так, если мозг мужчины не способен различать высокие частоты, он просто не услышит мяуканье котенка и не сможет сказать ,где он прячется.

//Мозг женщины запрограммирован на детский крик, а большинство мужчин ночью ничего не слышат и спят как ни в чем не бывало//

если мужчина остается один с ребенком и ему не пофиг на этого ребенка, то всё он прекрасно услышит и проснется, проверено опытным путем. Когда есть женщина, которая готова вскочить на любой писк в любое время суток, конечно, ему незачем что-либо слышать и просыпаться.

//Кстати, именно поэтому мужчины никогда не знают, где лежат ножницы и соль. А женщины — удивительные создания. Они помнят об этом ВСЕГДА!//
Ну еще бы. Трудно помнить, где лежит то, чем пользуешься раз в полгода.

//Когда у женщины проблемы, она говорит об этом с мамой, с подругой, с мужем, с попутчицей в автобусе, с продавщицей в магазине//

таких дур, которые лезут обсуждать свои проблемы с помторонними людьми, еще не встречала, слава богу. А если встречу — пересяду подальше в автобусе.

//Причины кроются опять же в разном строении мозга и в сложившихся исторически социальных ролях. Если мужчина на охоте будет отвлекаться на цветочки, его семье будет нечего есть. А если женщина сосредоточится исключительно на сборе корешков и ягод, то недосчитается парочки детей.//

так нечего есть или все-таки женщина собирает корешки и ягоды? вы бы уже определились как-нибудь. Удачные охоты у древних людей бывали редко, все остальное время они, видимо, голодали? Или все-таки бОльшую часть пропитания обеспечивали женщины, собиравшие растительную пищу и яйца диких животных?

//Мужчина способен в один промежуток времени концентрироваться только на одном занятии. Если с мужчиной заговорить, когда он бреется, он может и порезаться. Женщины способны выполнять несколько задач разом: варить суп, говорить по телефону и делать уборку. //

Мой бф каждый день одновременно: работает, болтает со мной по скайпу (при этом говорит сам, рассказывает о своем дне, и даже, о ужас, о своих проблемах!, делает звонки по работе, и иногда еще при этом ест.
Я же могу осмысленно разговаривать, только когда уже лежу в кровати и ничего больше не делаю.

//Его логический ум отмечает при этом, что здесь необходимо подправить или починить, например, разбитое стекло или перегоревшую лампочку.//

простите, на этом пункте я просто расплакалась от умиления… Где же таких мужчин делают, заверните мне десяток! Наши российские мужчины упорно годами и десятилетиями не замечают текущие краны и искрящие розетки, лишь бы ничего не делать.

Почему некоторые люди путают право и лево?

Николай Амосов и его «метод ограничений и нагрузок»

Врач-кардиолог, академик, Николай Михайлович Амосов с большим энтузиазмом призывал людей вести здоровый образ жизни. В этой части он проводил гигантскую работу. Он сам был в первую очередь наглядным примером того, что физические упражнения продлевают человеческую жизнь, приносят бодрость и силы, делают человека более выносливым и устойчивым к повреждающим факторам среды. Наконец, создают в организме человека запас прочности. Вот что он пишет: «Первобытный человек шагом почти не ходил, а бегал, как и все звери. На шаг его перевела цивилизация. Те отличные резервы, которые создала природа в человеке, запрограммированы в нас очень хитро. Резервы существуют только до тех пор, пока человек максимально их использует, упражняет. Но как только упражнения прекращаются, резервы тают. Это давно известно. Попробуйте уложить здорового человека на месяц в постель, так, чтобы он ни на секунду не вставал, — получите инвалида, разучившегося ходить. Полмесяца потребуется, чтобы поставить его на ноги и унять страшное сердцебиение». Еще в сорокалетнем возрасте, когда рентген показал изменения в позвонках у Амосова, вызванные проводимыми им длительными операциями, Николай Михайлович разработал гимнастику: 10 упражнений, каждое по 100 движений. Когда в доме появилась собака, к гимнастике добавились утренние пробежки. Систему движений он дополнял ограничениями в еде: вес держал 54 кг. Это и был «режим ограничений и нагрузок», который получил широкую известность. Николай Михайлович Амосов — хирург-кардиолог, лауреат Ленинской премии, Герой Социалистического Труда, академик АН УССР, член-корреспондент АМН, кавалер орденов Ленина, Октябрьской Революции, заслуженный деятель науки. Он пришел в медицину и очень скоро ощутил насущную необходимость поднять ее до уровня точных наук. Война прервала его работу. Николай Амосов родился 6 декабря 1913 года в деревне на севере Архангельской области. Мать работала акушеркой, отец ушел на Первую мировую войну, попал в плен, прислал свои дневники, в семью не вернулся. После окончания техникума Амосов в 1932–1933 годах работал в Архангельске на электростанции при лесопильном заводе. Поступил в заочный индустриальный институт, потом в Архангельский медицинский. За первый год окончил два курса, подрабатывал преподаванием. После института хотел заниматься физиологией, но место в аспирантуре было вакантно только по хирургии. Мимоходом выполнил проект аэроплана с паровой турбиной, надеясь, что примут к производству. Не приняли, но зато дали диплом инженера. На первый взгляд, обычная судьба молодого человека послереволюционных лет. Если не считать, что Амосов в кратчайший срок успел получить две профессии и к каждой из них относился так, как будто от этого зависела его жизнь. Он не хотел быть заурядным инженером, винтиком в большом механизме и в медицине видел большие возможности, чем дает ординатура при областной больнице. Дело не в карьеризме, не в честолюбии, просто уже тогда Амосов вынашивал свою главную идею. В 1939 году Николай Амосов окончил медицинский институт и в августе этого же года сделал первую операцию — удалил опухоль, жировик на шее. Началась Великая Отечественная война, и Николая Михайловича сразу назначили ведущим хирургом полевого госпиталя. Ему везло, каждый раз он оказывался в самом пекле войны. Когда началось наступление под Москвой, к Амосову стали поступать сотни тяжелораненых, и далеко не всех удавалось спасти. Основные диагнозы: заражения, ранения суставов и переломы бедра. Не было ни современных обезболивающих средств, ни сегодняшних средств лечения. Врач мог полагаться лишь на природу раненого бойца, силу его организма: сдюжит — не сдюжит. Нашим хирургам и нашим бойцам не привыкать, вспомним хотя бы времена Пирогова и Склифосовского… Хирург — не Господь Бог. Удачи, к сожалению, чаще сменялись провалами. К приходу «костлявой» Амосов так и не смог никогда привыкнуть. Он разработал собственные методы операций, в какой-то мере снижавшие смертность раненых. Николай Михайлович прошел весь путь войны до победы над Германией, а потом участвовал в войне с Японией. За войну награжден четырьмя орденами. В условиях фронтовой жизни он нашел возможность написать свою первую диссертацию. Опыт военного хирурга здесь оказался бесценным подарком судьбы. Николай Михайлович описывает это время в статье «Моя биография»: «43-й год. 46-я армия, Брянский фронт. Деревня Угольная, отрезанная снегопадом от большой дороги. В холодных хатах — шестьсот раненых. Высокая смертность, настроение соответствующее. Разрушенные села, работа в палатках, без электричества. Замерзших раненых привозили к нам с передовой целыми колоннами на открытых грузовиках. Мы снимали с машин только лежачих, а тех, кто мог двигаться, отправляли в другой госпиталь. Пока подошел санитарный поезд, накопилось 2300 раненых… 1944 год прошел относительно легко. Поезда ходили регулярно, и трудностей с эвакуацией не было. Тогда же я женился на операционной сестре Лиде Денисенко… Летний прорыв наших войск в Белоруссии. Войска быстро шли вперед, после нескольких переездов подошли к границе Восточной Пруссии. В городе Эльбинг встретили День Победы… Когда пересекли Волгу, надежды на демобилизацию растаяли. Проехав всю Россию, выгрузились в Приморском крае. В августе объявили войну с Японией. Мы приняли легкораненых на границе и двинулись в Маньчжурию. В это время американцы сбросили атомные бомбы, Япония капитулировала. В сентябре нас перевезли в район Владивостока. Здесь госпиталь расформировали: уехали санитары, потом сестры и врачи…» За годы войны Николай Михайлович приобрел огромный опыт, стал хирургом-виртуозом. На Дальнем Востоке написал несколько научных работ, вторую диссертацию. Раненых прошло через него более 40 тысяч, умерло около семисот: огромное кладбище, если собрать вместе… После расформирования армии он снова оказался в Маньчжурии, лечил больных тифом в лагере военнопленных. В 1946 году Амосов демобилизовался. Нелегко это было, случайно помог С.С. Юдин, заведовавший институтом Склифосовского. После Юдина у нас не было хирурга международного класса: почетный член обществ Великобритании, США, Праги, Парижа, Каталонии, доктор Сорбонны. Побывав с 1948 по 1952 год по доносу в сибирской ссылке, вернувшись, как голодный, набросился на операции. В 1954 году после съезда хирургов Украины, в Симферополе, умер. По ЭКГ — инфаркт, но тромба в коронарных сосудах не нашли. Ему было всего 62 года. По протекции С.С. Юдина Амосова оставили в Москве. В военкомате выдали на два месяца паек — немного крупы, несколько банок консервов и много буханок хлеба. Жена Лида вернулась для доучивания в пединститут. Почти ежедневно Амосов ходил в медицинскую библиотеку и читал иностранные хирургические журналы. В декабре С.С. Юдин взял Амосова заведовать главным операционным корпусом, для того чтобы он привел в порядок технику. Пришлось вспомнить инженерную специальность: в больнице была кое-какая завалящая аппаратура, и та сломана. Оперировать ему не предлагали, а просить гордость не позволяла. Написал за это время свою, третью уже, кандидатскую диссертацию: «Первичная обработка ран коленного сустава». К счастью, в феврале 1947 года Амосов получил письмо из Брянска от старой знакомой, госпитальной сестры. Она писала, что в областную больницу ищут главного хирурга. Вот где пригодился весь его военный опыт: приходилось оперировать желудки, пищеводы, почки… другие внутренние органы. Особенно хорошо ему удавалась резекция легких — при абсцессах, раке и туберкулезе. Николай Михайлович разработал собственную методику операций. В 1949 году Амосов выбрал тему для докторской: «Резекция легких при туберкулезе». Направили в Киев делать доклад на эту тему и демонстрировать технику операции. Доклад понравился. По возвращении его пригласили работать в клинику и тут же на кафедру Мединститута читать лекции. Мечты становились реальностью. В 1952 году жена Лида поступила в Киевский мединститут, одержимая мечтой о хирургической карьере. В это же время Амосова пригласили заведовать клиникой в Туберкулезном институте, докторская диссертация была уже представлена к защите. 10 ноября пришло время прощаться с Брянском. Сначала в Киеве хирургия долго не налаживалась. Он ездил в Брянск оперировать легкие и пищеводы. В январе 1953 года получил письмо от своего друга Исаака Асина, патологоанатома: «Не приезжай. Берегись. Тебе угрожают большие неприятности». Против Амосова началось следствие. За пять лет работы в брянской больнице он сделал 200 резекций легких при раках, нагноениях и туберкулезе. Весь удаленный материал хранился в бочках с формалином. Следователь бочки опечатал и предложил Асину сознаться, что Амосов удалял легкие здоровым людям. В отделении быстро провели партийное собрание, на котором об убийствах заговорили в открытую. И никто не выступил в защиту Амосова. Позже выяснилось, что муж одной больничной сестры, следователь, захотел на Амосове сделать карьеру, раскрыть преступника-хирурга. Как раз перед тем в Москве арестовали группу кремлевских «терапевтов-отравителей» во главе с Виноградовым и написали в газетах об их вредительстве. К счастью, 5 марта 1953 года умер Сталин, дело прекратили. Врач из кремлевской больницы, на показаниях которой основывалось обвинение, сначала получила орден Ленина, потом исчезла. Побывав в Мексике на хирургическом конгрессе и увидев аппарат искусственного кровообращения (АИК), который позволял делать сложнейшие операции на сердце, Николай Михайлович загорелся сделать для своей клиники такой же. Вернувшись в Киев, он засел за эскизы АИКа. Вспомнил, что дипломированный инженер все-таки и когда-то конструировал огромный самолет. За неделю сделал чертеж, аппарат изготовили за два месяца. В начале 1958 года уже пробовали выключать сердце на собаке, а в конце года рискнули перейти на человека. Только третий больной перенес операцию в апреле 1960 года. С тех пор в его клинике с помощью АИКа начали регулярно делать операции больным с врожденным пороком сердца и другой патологией. Одновременно его назначают заведовать отделом биологической кибернетики в Институте кибернетики АН УССР. В 1964 году Валерий Иванович Шумаков пересадил сердце теленка, затем Бернар — сердце человека. Это был вызов профессионализму Амосова, на который ему ответить было нечем. В сентябре 1967 года Николай Михайлович Амосов отправился в Австрию на очередной Международный конгресс хирургов. К этому времени его положение среди хирургов было высокое. Сердечная хирургия с искусственным кровообращением развивалась интенсивно, у него были самые большие и лучшие в стране статистические результаты. Протезирование аортального клапана сердца он поставил на поток. В 1969 году в США напечатана книга Амосова «Мысли и сердце». Отзывы были прекрасные, и журнал «Look» («Взгляд») прислал к нему корреспондента и фотографа. А началось писательство после одного трагического случая. «Однажды осенью 1962-го, после смерти на операции больной девочки, было очень скверно. Хотелось напиться и кому-нибудь пожаловаться. Я сел и описал этот день. Так возникла глава „Первый день“ в книге „Мысли и сердце“. Долго правил, выжидал, сомневался. Прочитал приятелям, знакомым, всем нравилось. Напечатали в „Науке и жизни“, потом издали книгой. Писатель Сент-Джордж, американец русского происхождения, перевел на английский, были переводы почти на все европейские языки». Писать только начни, потом не остановишься — это ведь своеобразный психоанализ, затягивает, словно наркотик. Потом художественную прозу сменила фантастика, воспоминания, публицистика: «Записки из будущего», «ППГ-22-66», «Книга о счастье и несчастьях», «Голоса времен» и, наконец, «Раздумья о здоровье». В 1983 году клинику Амосова преобразовали в Институт сердечно-сосудистой хирургии, где, кроме хирургических обязанностей, он исполняет и директорские. 7 января 1986 года. У Николая Михайловича высокое кровяное давление и почти постоянно болит голова. По утрам давление 200, а вечером — все 220. Частота пульса опустилась до 34 ударов в минуту. Необходимость в кардиостимуляторе стала очевидной. 14 января в Каунасе Ю.Ю. Бредикис вшивает Амосову стимулятор, и качество жизни улучшается. Можно даже бегать. И он возобновляет физические нагрузки, доводит их до предельных. 6 декабря 1988 года Николай Михаилович добровольно оставил пост директора Института, в котором проработал 36 лет и где сделано 56 тысяч операций на сердце. Расставание с коллективом и больными было тяжелым. Однако 75 лет — это возраст. Хотя только вчера отстоял 5-часовую операцию, значит, физические силы еще есть. Но не было больше сил переносить людские страдания и смерти. Не было душевных сил… Прошло четыре года. В 1992 году Амосов остро почувствовал, как неумолимо надвигается немощь. Он принимает тяжелое для себя решение: расстаться с хирургической практикой. При этом он думает не о себе, он переживает за больных, не хочет подвергать их опасности, так как его физическое состояние может сказаться на результатах операций. Он так же, как и прежде, продолжает ежедневно выполнять свои 1000 движений, 2 км бега трусцой. Амосов в возрасте 79 лет, невзирая на свое больное сердце, принимает парадоксальное решение. Вместо уменьшения физических нагрузок он решает их увеличить в три раза. Мало того, он говорит, что пульс надо доводить до 140 и выше, иначе занятия непродуктивны. Смысл его эксперимента заключается в следующем: старение снижает работоспособность, мышцы детренируются, это сокращает подвижность и тем самым усугубляет старение. Чтобы разорвать порочный круг, нужно заставить себя очень много двигаться. Амосов подсчитал, что для этого нужно выполнять 3000 движений, из которых половина с гантелями, плюс 5 км бега. Так начался эксперимент по преодолению старости. В первые же полгода он омолодился лет на десять, стал себя лучше чувствовать, давление нормализовалось. Прошло еще три года. В 1995 году организм начал давать сбои: появилась одышка, стенокардия, стало ясно, что порок сердца прогрессирует. Бегать Николай Михайлович уже не мог, гантели отставил, гимнастику сократил. Но по-прежнему его дух не сломлен. Борьба за долголетие продолжается. Профессор Кёрфер из Германии взялся прооперировать Амосова. Был вшит искусственный клапан и наложено два аорто-коронарных шунта. Казалось, что уж после такой операции Николай Михайлович должен снизить нагрузку до минимума. Но не таков академик Амосов! Он не сдался и продолжил эксперимент над собой, преследуя цель установить пределы компенсаторных возможностей человеческого организма. И вновь упражнения. Сначала легкая гимнастика, потом 1000 движений, а затем и вся нагрузка в полном объеме. И так изо дня в день, 360 дней в году без выходных, не давая себе поблажек, занимался доктор Амосов. Амосов хотел установить, может ли человек приостановить разрушающее действие старости, отодвигают ли физические нагрузки старение организма. Прожив активно 89 лет, он этим вполне доказал, что человек может не только замедлить старение, но даже победить такую суровую болезнь, как порок сердца. Очевидно, если бы не болезнь сердца, Амосов прожил бы гораздо дольше. Умер Николай Михайлович Амосов 12 декабря 2002 года. Из книги М. Шойфета «Сто великих врачей»

Почему я путаю левое и правое?

Источник: MinDof / Shutterstock

Слева, справа, что?

Практически любой, кто когда-либо ходил на занятия по йоге, знает ситуацию: все охотно следуют инструкциям учителя йоги, но, в конце концов, в классе обычно есть один или два человека, которые вытягивают противоположную руку или ногу, чем все остальные. — и это было у меня не раз!

Путаница влево-вправо на самом деле довольно часто встречается в повседневной жизни и случается со многими людьми всякий раз, когда задача требует от них различения двух сторон, и особенно в условиях нехватки времени, например, когда кому-то приказывают повернуть налево или направо, сидя в помещении пассажирское сиденье быстро движущегося автомобиля.

Так почему мы все время путаем левое и правое, но у нас нет абсолютно никаких проблем с тем, чтобы отличить верх от низа или спереди от спины? Оказывается, этому может быть две причины.

С одной стороны, различать левое и правое сложнее, чем различать верх и низ, поскольку левое и правое меняется в зависимости от точки обзора. В большинстве случаев мы различаем левую и правую стороны с нашей собственной точки зрения, но если нам нужно различать их с точки зрения человека, стоящего перед нами, сторона нашей левой руки является стороной их правой руки — сбивает с толку, не так ли? Это?

С другой стороны, различие между левым и правым сложнее, чем различие между верхом и низом, поскольку различие совершенно произвольно, и в его основе нет физических законов.Вы хотите знать, что сейчас, а что нет? Возьмите яблоко и уроните его. Там, где он приземляется, обычно внизу. Лево и право? Не так просто.

Сколько людей путают левую и правую более или менее регулярно?

Удивительное количество людей в повседневной жизни испытывают трудности с тем, чтобы отличать левые от правых, так что если это когда-нибудь случится с вами, вы окажетесь в хорошей компании. Первое крупное исследование по этой теме было опубликовано в 1970-х годах и исследовало выборку врачей и их супругов (Wolf, 1973).Результат? Около 9 процентов мужчин и 17 процентов женщин заявили, что они часто сталкиваются с путаницей между левыми и правыми в своей повседневной жизни. По оценкам некоторых недавних исследований, цифры еще выше. Например, австралийское исследование 1990 года показало, что около трети людей, по крайней мере, иногда испытывали разочарование в повседневных ситуациях, связанных с дискриминацией левых и правых (McMonnies, 1990).

Разве не безобидно смешение левого и правого? Зачем ученым это нужно исследовать?

Хотя большинство путаницы между левыми и правыми в повседневной жизни безвредны, есть определенные профессии, в которых вы действительно не хотите путать правое и левое — в первую очередь, вероятно, приходит на ум хирург.К сожалению, путаница между левыми и правыми в медицинских учреждениях все еще случается гораздо чаще, чем можно было бы подумать. Например, в январе 2000 года два врача в больнице в Южном Уэльсе случайно удалили функционирующую левую почку вместо правой, что в конечном итоге привело к смерти пациента (Dyer, 2004).

Хотя дифференциация левых и правых сама по себе не обязательно является сложной задачей, медицинские работники часто испытывают колоссальный дефицит времени, что может увеличить вероятность путаницы между левыми и правыми и других ошибок.Действительно, студенты-медики часто сообщают о неуверенности в том, чтобы отличить левое от правого (Gormley et al., 2019).

Источник: Позняков / Shutterstock

Поэтому рекомендуется использовать боковую маркировку перед операцией, чтобы хирургу четко определить, следует ли удалить левую или правую конечность или орган. Важность этой меры была выявлена ​​в исследовании, проведенном в 2014 году хирургами-офтальмологами из Израиля (Pikkel et al., 2014).

В этом исследовании хирургов попросили распознавать сторону операции по имени пациента и глядя на лицо пациента с расстояния 2 метра.Хирурги смогли правильно определить сторону глаза, которая должна была быть прооперирована, только в 73 процентах случаев по имени пациента и в 83 процентах случаев, посмотрев на лицо пациента. Количество ошибок увеличивалось с увеличением времени между предоперационным обследованием и операцией. Таким образом, если врачи действительно выполнили операцию без информации о боковых отметках на пациентах, вероятность операции не на том глазу, по крайней мере, у нескольких пациентов, была довольно высокой.

Что происходит в мозгу, когда мы путаем правое и левое?

Так почему мы путаем левое и правое? Исследования пациентов показали, что, в частности, угловая извилина в теменной доле мозга очень важна для различения левого и правого. Повреждение этой области мозга может привести к так называемому синдрому Герстмана (Gold et al., 1995), редкому неврологическому состоянию, при котором у пациентов проявляются четыре ключевых синдрома:

  1. Агнозия пальцев (невозможность назвать или различить пальцы)
  2. Agraphia (не умеет писать)
  3. Акалькулия (трудности при выполнении даже простых математических задач)
  4. Путаница справа налево

Нейробиологи использовали различные методы, чтобы исследовать, влияет ли угловая извилина на спутанность сознания у здоровых людей, а не только у пациентов с синдромом Герстмана.Например, группа ученых из Даремского университета в Великобритании использовала технику, называемую повторяющейся транскраниальной магнитной стимуляцией (rTMS), чтобы исследовать роль угловой извилины в возникновении путаницы слева и справа (Hirnstein et al., 2011). rTMS использует магнитную катушку для индукции небольшого электрического тока, который стимулирует определенные области мозга, которые могут либо подавлять, либо возбуждать их функцию. Исследователи обнаружили, что после rTMS левой угловой извилины участники продемонстрировали худшую дискриминацию влево-вправо, чем в контрольном состоянии без rTMS.Таким образом, нарушение правильного функционирования этой области мозга приводит к еще большей путанице между левыми и правыми.

Несколько лет спустя группа норвежских ученых использовала метод, называемый функциональной магнитно-резонансной томографией (фМРТ), для исследования дискриминации левых и правых (Hjelmervik et al., 2015). ФМРТ использует магнитный резонанс для определения областей мозга, которые активны и поэтому получают много кислорода из крови во время выполнения данной задачи. Участникам приходилось лежать в фМРТ-сканере в больнице и смотреть на фотографии рук, указывающих в разных направлениях.Их задача заключалась в том, чтобы определить, является ли рука левой или правой рукой. Анализ данных показал, что действительно произошла активация правой угловой извилины и окружающих областей в теменной доле во время этой задачи левой и правой дискриминации.

Так что же на самом деле делает угловая извилина? Оказывается, много. Исследования показали, что он участвует в связанных с языком процессах, таких как сематическая обработка и чтение слов, а также в памяти и пространственном познании (Seghier, 2013). Кажется, он работает как кросс-модальный хаб, который объединяет эти различные процессы, чтобы направлять наши действия.Это также объясняет, почему это так актуально для путаницы левого и правого: различение левого и правого требует вербальных процессов (слова левый и правый нужно применять к объектам в окружающей среде), памяти (вы должны помнить, что левое, а какое находится справа) и пространственной обработки (вы должны обрабатывать, находятся ли объекты вокруг вас слева или справа). Если интеграция этих различных процессов не удастся, может произойти путаница между левыми и правыми.

Что я могу сделать, чтобы избежать путаницы слева и справа?

Путаница между левыми и правыми, кажется, происходит чаще, когда мы находимся в стрессе или цейтноте, поэтому немного притормозите.Кроме того, если вы сомневаетесь, какая сторона какая, старый трюк состоит в том, чтобы сделать L-образную форму большим и указательным пальцами каждой руки. Тот, который на самом деле выглядит как буква L, — это левая рука.

Почему некоторым людям сложно отличить левое от правого (и почему это так важно)

У вас когда-нибудь были проблемы с отличием направо от левого? Например, вы берете урок вождения, и инструктор просит вас повернуть налево, а вы делаете паузу, пытаясь придумать, какой путь остается.Если это так, то вы не одиноки — значительная часть нашего населения не может отличить правое от левого.

Дискриминация влево-вправо — это сложный нейропсихологический процесс, включающий несколько высших неврологических функций, таких как способность интегрировать сенсорную и визуальную информацию, языковую функцию и память. Для одних это вторая натура, для других — серьезная проблема. Здесь вы можете пройти тест, чтобы узнать, насколько хорошо вы справляетесь.

Еще одна проблема, с которой сталкиваются медицинские работники, заключается в том, что когда врач или медсестра обращаются к пациенту, их правая сторона оказывается слева от пациента.Таким образом, правильное различение правого и левого у пациента также включает в себя зрительно-пространственную функцию мысленного вращения образов.

Неправильные повороты, чтобы избежать ошибок

Это вряд ли конец света, если вы выберете неверное направление в пути, но есть много ситуаций, когда путаница справа налево может иметь разрушительные последствия. Некоторые из самых трагических ошибок в медицине были связаны с тем, что операция была проведена не на той стороне пациента: удалена не та почка или ампутирована не та нога.Несмотря на то, что существуют системы сдержек и противовесов, позволяющие предвидеть и минимизировать подобные ошибки, когда они все же случаются, человеческий фактор часто является причиной их возникновения.

Никогда не путайте стороны. Джерри Гормли

Ошибка — неотъемлемая характеристика человеческого поведения — иногда мы просто ошибаемся, — но ошибки слева направо могут быть больше, чем разовая авария. Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что спутанность сознания вправо-влево чаще встречается у женщин. Литература, по-видимому, предполагает, что мужчины демонстрируют большую степень зрительно-пространственной функции.

«Эффект отвлечения»

Различение правого и левого также никогда не происходит изолированно. Больницы и другие медицинские учреждения — это загруженные и сложные места для работы. Доктора часто отвлекают во время работы; прием телефонных звонков, писк кардиомониторов, ответы на вопросы коллег, пациентов и их родственников — клиническая среда может быть очень сложной.

В исследовании, опубликованном в журнале «Медицинское образование», мы исследовали влияние таких перерывов на способность студентов-медиков правильно различать правое и левое.Объективно измеряя способность 234 студентов-медиков различать правое и левое, мы подвергали их типичному окружающему шуму в палате и прерывали их клиническими вопросами.

Наши результаты поразили. Даже фонового шума в палате было достаточно, чтобы сбить с толку некоторых студентов-медиков при вынесении суждений право-лево. Задавая им серию вопросов, когда они пытались отличить правое от левого, имело еще большее влияние. «Эффект отвлечения внимания» был сильнее у старших и студенток.

Способность человека самостоятельно определять, насколько хорошо он может отличить правое от левого, также часто была неточной. Многие студенты думали, что умеют отличать правое от левого, тогда как при объективных измерениях это не так.

Противодействие

Те, кому трудно отличить правое от левого, часто разрабатывают свои собственные техники — например, помещают большой палец левой руки под прямым углом к ​​указательному пальцу, чтобы образовать букву «L» для своей «левой» стороны.Однако, похоже, что эти методы остаются ошибочными и не во всех случаях решают эту проблему.

В сфере здравоохранения обучение — начиная с уровня бакалавриата — должно заставлять учащихся помнить о проблемах принятия решений справа налево и о влиянии отвлекающих факторов на такие важные решения. Нам необходимо разработать стратегии, чтобы уменьшить количество подобных провоцирующих ошибок ситуаций и повысить осведомленность учащихся и учителей о том факте, что некоторые люди более склонны к путанице между правыми и левыми.

Поскольку люди, входящие в группу риска, часто не думают, что у них есть проблемы, студентам можно предложить тестирование способности дискриминировать правую и левую дискриминацию — например, с помощью онлайн-психометрических тестов — для оценки их способностей. Те, кто сталкивается с трудностями при принятии решений правыми и левыми, по крайней мере, отметили бы этот недостаток и могли бы проявлять дополнительную бдительность в определенных ситуациях.

Сведение к минимуму отвлекающих факторов также особенно важно.Во время критических этапов полета пилоты должны воздерживаться от всех несущественных разговоров, чтобы не отвлекаться. Такие правила кабины и другие стратегии хорошо подходят для здравоохранения.

Почему некоторым людям трудно отличить направо от левого?

Дэвид Сакс / Getty Images

Почему некоторым людям трудно отличить левое от правого?

Valerie Moyses , Bloxham, Oxfordshire, UK

Я так сильно путал правую и левую стороны, что моему учителю по вождению приходилось инструктировать меня «повернуть на бок» или «повернуть на свою сторону».Я все еще работаю над этим.

Похоже, это вопрос семантики: термины «левый» и «правый» не несут такого же естественного значения, как другие слова для определения местоположения, такие как «сверху» или «позади». Вероятно, у древних римлян было меньше шансов запутать этих двоих, поскольку их слово для левого, « зловещий, », стало ассоциироваться с несчастьем, а их слово для правого, « dexter », с тем, что вещи были полезными и правильными.

Guy Cox , Сент-Олбанс, Новый Южный Уэльс, Австралия

Когда я был маленьким мальчиком, мне было очень трудно отличить левое от правого.Однако я любил сосать большой палец, и момент моей Эврики наступил, когда я понял, что кожа на моем правом большом пальце выглядит иначе, чем на левом, из-за сосания. Поэтому, когда мне приходилось выбирать между левым и правым, я просто смотрел на свои большие пальцы. Через несколько лет эта закономерность закрепилась в моем сознании.

«Во многих языках слово« право »имеет положительный оттенок. «Левый» происходит от древнеанглийского слова lyft , что означает «слабый»

.

Chris Daniel , Glan Conwy, Conwy, UK

На удивление часто встречается смешение левого и правого.Одно исследование показало, что до трети людей иногда испытывают с этим проблемы. Это может быть связано с дислексией и диспраксией, а также с трудностями при определении времени.

В таких языках, как французский, испанский и английский, слово «право» имеет положительный оттенок правильности, прямого и прямого. В латинском и итальянском языках это связано с ловкостью.

«Левый», напротив, происходит от древнеанглийского слова lyft , что означает «слабый». Французское слово «левый» означает «неуклюжий», а итальянское — «зловещее».

Многие царства животных и растений обладают двусторонней симметрией. В то время как верх и низ, передняя и задняя часть очень отличаются друг от друга и имеют физическую реальность, левое и правое имеют небольшую видимую разницу, за исключением того, что являются зеркальным отображением друг друга. Понятие левого и правого усложняется тем, что оно связано с наблюдателем, поэтому необходимо пространственное осознание, чтобы понять, что ваше право может быть чьим-то левым.

Джерри Гормли , Queens University Belfast, UK

Неврологические процессы, лежащие в основе дискриминации левых и правых, сложны.Задача требует многих высших когнитивных функций, включая интеграцию визуальной информации, языка и памяти, а также способность вращать объекты в уме.

Значительная часть населения изо всех сил пытается понять, чья сторона какая. В здравоохранении, авиации и судоходстве это может иметь катастрофические последствия. Некоторые из самых печально известных ошибок в медицине были связаны с операцией на неправильной стороне тела, например удалением не той почки или конечности.

Чем можно помочь? Существуют методы, позволяющие отличать левую от правой — например, если вытянуть большой палец левой руки под прямым углом к ​​указательному пальцу, образуется буква «L», обозначающая левую руку и сторону.Однако проведенное мной исследование показывает, что этот метод не надежен.

Внедрение систем безопасности при принятии критических решений слева направо может помочь уменьшить количество ошибочных ошибок — например, хирургическая бригада берет паузу перед операцией, чтобы пройти через контрольный список, чтобы убедиться, что операция проводится на правильной стороне пациента. .

Некоторые люди, которым трудно отличить левых от правых, чувствуют стигматизацию и могут захотеть скрыть свою борьбу.Если вам будет комфортно говорить, что у вас проблемы с этим, и заручиться поддержкой тех, кто с вами работает, все может иметь значение.

Чтобы ответить на этот вопрос или задать новый, напишите по адресу [email protected]

Вопросы должны быть научными вопросами о повседневных явлениях, а вопросы и ответы должны быть краткими. Мы оставляем за собой право редактировать элементы для ясности и стиля. Пожалуйста, укажите почтовый адрес, номер телефона в дневное время и адрес электронной почты.

New Scientist Ltd сохраняет полный редакторский контроль над опубликованным контентом и оставляет за собой все права на повторное использование материалов вопросов и ответов, которые были отправлены читателями на любом носителе или в любом формате.

Вы также можете отправить ответы по почте по адресу: The Last Word, New Scientist, 25 Bedford Street, London WC2E 9ES.

Действуют положения и условия.

Почему некоторые не могут отличить левое от правого

В какой-то момент большинство из нас путают левое и правое, как будто мы в сцене из старого моноблока «Три марионетки»: «Тот, что в левой руке!» «Нет, твой второй остался!» Бонк!

Это кажется глупым.В конце концов, мы не новички в этой концепции; мы всю жизнь использовали левую и правую руки. Тем не менее, мы иногда ошибаемся — некоторые из нас чаще, чем другие.

Я не имею в виду людей, перенесших инсульт, перенесших другие травмы или болезни. Кроме того, часто существует четкое объяснение того, что нейробиологи называют «путаницей между левыми и правыми».

Но в 1978 году исследователи опросили 364 преподавателя университета, ни у одного из которых не было известных неврологических проблем, и все они казались умнее Трех марионеток.Оказалось, что смешение левых и правых было обычным явлением, особенно среди женщин. Вопрос был в том, почему?

Прошло 34 года, и, как сказал Эрик Чадлер, директор Центра сенсомоторной нейронной инженерии Вашингтонского университета, работа которого зависит от знания левого и правого, «это сложный вопрос. Не знаю, существует ли ответ ».

По данным М.К. Холдер, исполнительный директор Исследовательского института ручного управления и адъюнкт-профессор психологии и наук о мозге в Университете Индианы, связь между «латерализацией» мозга — тем, как определенные функции, по-видимому, находятся в левой или правой части нашего мозга — и ручность (или даже то, что мы имеем в виду, когда говорим «ручность») все еще неясно.

Но, похоже, существует связь между степенью латерализации и путаницы.

Например, путаница между левыми и правыми может быть связана с пространственным рассуждением. Если так, это может помочь объяснить, почему это чаще встречается у женщин, чем у мужчин; как группа, женщины, как правило, не справляются с критическим тестом пространственного мышления, называемым умственным вращением, который требует от испытуемых мысленно вращать изображения, чтобы определить, идентичны ли они или являются зеркальным отображением друг друга.

В 2011 году, однако, группа немецких ученых оспорила эту связь, протестировав мужчин и женщин, у которых была одинаковая способность к умственному вращению, прежде чем подвергнуть их двум стандартным тестам на смешение левых и правых.(Тесты требуют от людей быстрого принятия решения в ответ на направленные слова или символы.) В их отчете, опубликованном в Brain and Cognition, было обнаружено, что «согласованные участники продемонстрировали сильные половые различия в пользу мужчин во всех [путаница слева направо]. измерения. Это говорит о том, что ярко выраженные половые различия … являются подлинным феноменом, существующим независимо от половых различий в умственном вращении ».

Степень асимметрии полушарий головного мозга или степень латерализации может иметь значение.В 2009 году британские ученые обнаружили, что те, чей слух был более смещен в сторону одного уха, чем другого, что является признаком асимметрии, с большей вероятностью проявляли замешательство. Тем не менее, однозначного ответа пока нет.

Между тем, если вы хотите проверить свою степень смешения левого и правого, у Чудлера есть тест на своем веб-сайте.

Брайан Александер (www.BrianRAlexander.com) вместе с доктором Ларри Янгом является соавтором книги «Химия между нами: любовный секс и наука о влечении», которая будет опубликована в сентябре.13.

Связано:

Отличить левое от правого невозможно для удивительного количества людей

Отличить левое от правого не так просто, как мы думаем. Исследования, проведенные еще в 1970-х годах, неизменно показывают, что большая часть, возможно, пятая часть населения не может определить, какая сторона есть какая. Причем трудности возникают у женщин больше, чем у мужчин.

Картина, по словам Дайан Питерс из JSTOR, мрачная. Дети вначале не имеют представления о левом или правом, взрослые в этом далеко не так хороши, как мы могли бы предположить, и если вы заболеете или станете старше, навыки снова ослабевают.

«Одно исследование 148 детей, — говорит Петерс, — показало, что только 70% пятилетних детей правильно ответили на семь вопросов, касающихся левой и правой сторон их тела». Исследование, проведенное в 1973 году с участием 382 женщин и 408 мужчин, пришло к выводу, что «путаница между правыми и левыми часто встречается у взрослых, даже с более высоким интеллектом, и статистически чаще встречается у женщин».

Хирург может прооперировать или даже ампутировать не ту ногу.

Наркоманы теряют способность различать правое и левое, как и люди, страдающие определенными черепно-мозговыми травмами.

Самый очевидный результат этой неспособности — это следование указаниям. Редактор Co.Exist Морган Кленданиэль говорит, что он вообще не может отличить левое от правого. Когда он за рулем и люди говорят «повернуть налево», он говорит, что в его мозгу ничего не происходит, и, возможно, поэтому так мало людей и просят его подвезти. Но последствия могут быть гораздо более серьезными. Хирург может прооперировать или даже ампутировать не ту ногу, например, что-то настолько распространенное, что в некоторых больницах врач пометит ногу пациента острым ножом, пока пациент еще не спит.

Но почему так много людей так сложно отличить левую от правой?

Дело в том, что отличать левое от правого не так важно. Фактически, некоторые культуры могут указывать направления, не обращаясь к левым или правым, что называется относительными или «эгоцентрическими» координатами. Вместо этого они используют абсолютные или географические направления, такие как север и юг.

Используя контекст, простые направления могут указывать абсолютные пункты назначения.

Гууку йимитирр из северного Квинсленда, Австралия, не используют никаких эгоцентрических указаний.В статье 1997 года исследователь Стивен Левинсон показал, что «кууку йимитирр — это язык, более или менее полностью абсолютный в пространственном описании». Вместо этого он делит мир на четыре «края», или квадранта, и люди могут говорить о переходе в один из этих секторов или о пребывании в одном из них. Используя контекст, простые направления могут указывать на абсолютные пункты назначения. «Я иду на север» уже может быть достаточно, чтобы однозначно указать, что я иду, например, на пляж », — пишет Левинсон.

Система работает нормально, хотя с нашей точки зрения некоторые ее характеристики могут показаться запутанными. Например, у вас должна быть система координат, чтобы понимать направления или любую историю, связанную с движением или пространством. Язык также полон жестов, которые помогают передать этот контекст, и его носители гораздо более остро ощущают север и юг, чем большинство. У этой системы есть очевидные преимущества: если вы когда-либо приехали в город на поезде, а затем попытались следовать указаниям, начиная с «левый выход и поверните направо», то вы оцените систему, которая никогда не могла быть такой запутанной.

Еще одна странность Гууку Йимитирр заключается в том, что у вас нет левой или правой руки. У вас может быть восточная рука, которая становится западной, когда вы поворачиваетесь лицом в другую сторону. Таким образом, язык работает как по левому, так и по правому борту, что является успешным обходным путем для путаницы слева и справа на лодках.

Иными словами, вы не должны слишком расстраиваться из-за своих унылых навыков. Вы не только в довольно большом меньшинстве, но и в некоторых культурах вообще обходятся без левого или правого. Вам также не нужно учиться переезжать в Австралию и изучать кууку йимитирр.Просто утешитесь тем фактом, что даже величественный Ричард Фейнман с трудом отличал левое от правого. «За всю свою жизнь он так и не смог научиться чувствовать разницу между правым и левым, — пишет Мария Попова из Brain Pickings, — но его мать, наконец, указала на родинку на тыльной стороне его левой руки, и даже во взрослом возрасте. он проверил родинку, когда хотел убедиться ».

И, говоря о Фейнмане, здесь он использует абсолютные указания, чтобы прояснить путаницу относительно того, как работают зеркала, потому что мы обычно описываем их отражения и их очевидное обращение влево-вправо с эгоцентрическими направлениями:

И помните, если вы ‘ Будучи хирургом или стоматологом, обязательно дважды проверьте, прежде чем отрубить что-нибудь важное.

Есть что сказать об этой статье? Вы можете написать нам по электронной почте и сообщить нам об этом. Если будет интересно и содержательно, мы можем опубликовать ваш ответ.

Почему мы путаемся слева и справа — Это чувство мышления

За пределами детства

Итак, маркировать слева и справа сложнее, чем , зная слева и справа, для детей. Но у нас по-прежнему остаются некоторые взрослые, которые действительно хорошо умеют навешивать ярлыки, а некоторые — очень плохо, так что должно быть что-то еще.

Возможный второй элемент: бросит ли проходящий мимо психолог вас в корзину с пометкой «мужской», с пометкой «женский» или с пометкой «не в моем кабинете». Говоря более научным языком: я обычно с осторожностью отношусь к исследованиям, посвященным половым различиям, потому что они обычно исключают интерсексуалов и трансгендеров и часто объединяют пол и гендер. Я также думаю, что делать общие обобщения о таких различиях может быть ошибочным, учитывая, что часто может быть больше различий внутри пола, чем между полами.В качестве очень простого примера, с точки зрения личности я больше похож на своего отца (книжный интроверт, который любит людей, но ворчит на это), чем на мою маму (настоящий экстраверт, который любит фотографию). Тем не менее, существует довольно много исследований о том, лучше ли мужчины или женщины различать правую и левую стороны, но это отнюдь не окончательно.

В-третьих, и последний, есть набор элементов, которые объясняют не то, почему разные люди имеют разные уровни смешения левых и правых, а почему один и тот же человек может быть хорош в левом и правом иногда и плох в других.Многие исследования, которые я нашел по этой проблеме, основаны на исследованиях, проведенных со студентами-медиками в Северной Ирландии, где есть группа исследователей, действительно интересующихся тем, почему и как врачи смешиваются между собой. В медицине такое случается не так часто, но когда это происходит, результаты могут быть действительно серьезными — например, удаление левой почки у человека, у которого рак правой почки. Медицина как профессия, по-видимому, очень плохо понимает, что такого рода человеческие ошибки могут иметь место, по сравнению с другими отраслями, такими как авиация, где смешение левого и правого может быть не менее серьезным.Тем не менее, исследования начинают показывать, какие вещи могут приводить к ошибкам слева направо в медицине, включая стресс, усталость, языковые барьеры между медицинским персоналом и пациентами, старший персонал, затрудняющий младшим сотрудникам оспаривать ошибки, и даже тонкие проблемы например, освещение в одной части комнаты лучше, чем в другой. Отвлечение также может быть проблемой — не столько фоновый шум пребывания в больнице, сколько то, что вас прерывают информацией, на которую нужно обратить внимание.Конечно, эти факторы применяются не только в медицинских сценариях, и полезно знать, что мы можем быть склонны к ошибкам относительно левого и правого в любой стрессовой или утомительной ситуации , и предпринять шаги, чтобы перепроверить то, что мы делаем.

Хорошая новость заключается в том, что теперь используются протоколы для предотвращения подобных ошибок, такие как двойная проверка того, что вы выполняете правильную процедуру в правильном месте у правильного пациента, тайм-ауты перед процедурой и отметку Место для процедуры с Sharpie — хотя вам нужно быть осторожным, делая это, поскольку Sharpie отмечает может передать , скажем, из одной руки в другую нервного, потного пациента, который потирает руки друг о друга.

Дискалькулия, дисграфия и спутанность сознания влево-вправо из-за левого заднего периинсулярного инфаркта

Синдром Герстмана дискалькулии, дисграфии, спутанности сознания слева и справа и агнозии пальцев обычно связывают с поражениями около угловой извилины доминирующего полушария. . 68-летняя женщина-правша неожиданно столкнулась с трудностями при заполнении сетки судоку, у нее была обнаружена дискалькулия, дисграфия и спутанность сознания. Магнитно-резонансная томография (МРТ) показала очаг аномального снижения диффузии в левой задней островке и височно-теменной крышке, что соответствует острому инфаркту.Синдром Герстмана, вызванный островковым или периинсулярным поражением, ранее в литературе не описывался. Патологические и функциональные визуальные исследования показывают связи между левой задней островковой областью и нижней теменной долей. Мы предполагаем, что повреждение островка и жаберной крышки нарушает ключевые функциональные сети, что приводит к псевдопариетальному представлению.

1. Введение

С тех пор, как Герстманн в начале 1900-х годов утверждал, что синдром пальцевой агнозии, путаницы слева и справа, дисграфии и дискалькулии имеет локализующее значение, этот комплекс симптомов обычно связывают с поражениями около угловой извилины доминантное полушарие [1, 2].Однако важность группировки этого набора симптомов и значения локализации были поставлены под сомнение как из-за клинического опыта, так и из-за достижений в области визуализации, позволяющих более точно определять анатомическую локализацию нарушений. Из четырех первоначально описанных компонентов синдрома наиболее часто встречается дискалькулия, за которой следует дезориентация влево-вправо, дисграфия и агнозия пальцев [2]. Помимо первоначально описанного левого теменного фокуса, синдром, часто с дополнительным дефицитом, также был описан при поражениях левой задней лобной, височной, затылочной и таламической областей [3].Здесь мы представляем уникальный случай частичного синдрома Герстмана (дискалькулия, дисграфия и легкая путаница между левыми и правыми), возникшего в результате инфаркта заднего островка слева и височно-теменной крышки.

2. Описание клинического случая

68-летняя женщина-правша с историей мигрени и открытого овального отверстия (PFO) на клопидогреле обратилась к врачу с внезапными трудностями при заполнении таблицы судоку. (Судоку — это игра, состоящая из сетки 9 × 9, разделенной на девять подсеток 3 × 3.Цель каждой подсетки, строки и столбца — содержать цифры 1–9 без повторения. Игра обычно начинается с частично заполненной сетки, имеющей уникальное решение.) Владея базовыми знаниями, она внезапно обнаружила, что не может заполнять квадраты (рис. 1). Она сообщила о трудностях в расчетах и ​​использовании ручки. Частично заполненный судоку показывает неправильные попытки (рис. 1, открытая черная стрелка), грубое письмо (рис. 1, черная стрелка) и цифра три, написанная в зеркальном отображении (рис. 1, стрелка с решеткой).Перед тем, как попасть в больницу, она также пыталась побрить ноги. Ей было трудно пользоваться бритвой, и она получила несколько поверхностных ран на левой ноге.


В больнице у нее было хорошее внимание, она могла бегло говорить и точно называть, понимать, повторять, читать и определять свои пальцы. Ее трудности с письмом сохранялись. Например, намереваясь написать «5», она вместо «15» написала «hong» вместо «long». У нее также были трудности с вычислениями и она не могла дать более одного правильного ответа в задаче последовательного вычитания на семерки или подсчитать сумму денег за девять кварталов.Была одна ошибка в трех задачах на дискриминацию влево / вправо (неправильно указано слева направо). Она также первоначально сообщила, что была левшой, а не правшой. В остальном не было никакого визуального или сенсорного игнорирования левой стороны, и не было никаких резких изменений мышечной силы, чувствительности кожи или координации в ее конечностях. Магнитно-резонансная томография (МРТ), выполненная через одиннадцать часов после появления симптомов, показала очаг аномального снижения диффузии в левой задней островке и височно-теменной крышке, что соответствует острому ишемическому инфаркту (рис. 2).

В течение следующих двух дней ее способность к вычислениям улучшилась, хотя она продолжала испытывать трудности с последовательными задачами на вычитание и точным заполнением сеток судоку. При последующем наблюдении после инсульта через три недели она дважды в день сообщала об ощущении нарастающего тепла в теле, за которым последовал период замешательства и обреченности. Электроэнцефалография (ЭЭГ) показала, что битемпоральное замедление хуже слева. Топирамат был назначен для лечения предполагаемых очаговых приступов, и периодическое ощущение повышения тепла уменьшилось, хотя трудности с расчетами сохранялись.Обследование после инсульта, включая 24-часовой непрерывный электрокардиографический мониторинг, трансторакальную эхокардиографию, шейную и внутричерепную МР-ангиографию, выявило только известное открытое овальное отверстие. Последующая визуализация вен нижних конечностей и тазовых вен не показала тромбоза, но была отмечена анатомия Мэй-Тернера. По поводу предполагаемой парадоксальной тромбоэмболии ей начали антикоагулянтную терапию через пять дней после инсульта с планом продолжения лечения на неопределенный срок.

3. Обсуждение

Инсулярный и периинсулярный инфаркты, как известно, вызывают широкий спектр двигательных нарушений, соматосенсорных синдромов и языковых дефицитов.В метаанализе клинических симптомов, связанных с периинсулярным инсультом из серии клинических случаев и опубликованных случаев (23 пациента), преобладающими симптомами были дизартрия (10 пациентов, 43%), соматосенсорный дефицит (10 пациентов, 43%) и афазия (10 больных, 43%) [4]. Нарушения чувствительности заключались в основном в онемении и дизестезии, в то время как афазия состояла в основном из аномии и фонематических парафазий. Другие менее частые проявления включали вестибулярный синдром (8 пациентов, 35%), контралатеральную слабость (6 пациентов, 26%), дизавтономию (4 пациента, 17%) и нарушения вкуса (3 пациента, 13%) [4] .Широкое разнообразие симптомов в этой и других сериях частично объясняется тем, поражает ли поражение передний или задний островок, а также латеральностью поражения. Инфаркт задней части коры островка был связан с контрлатеральным псевдоталамическим сенсорным синдромом, а также с псевдовестибулярным головокружением и плавной афазией [4, 5].

У нашего пациента, однако, была выраженная дискалькулия, сопровождавшаяся более легкой дисграфией и спутанностью сознания влево-вправо в результате ишемического инфаркта заднего островка слева и височно-теменной крышки.Ни один из этих дефицитов традиционно не относился к островным или периинсулярным инфарктам. Способность выполнять вычисления — самая слабая способность пациента — изучалась как в патологическом, так и в физиологическом контексте. Исследования поражений у пациентов с приобретенной дискалькулией в первую очередь затрагивали левую теменную кору, особенно около угловой извилины [6, 7]. Функциональные исследования расчета показывают более сложный паттерн активации. В задаче, требующей вычитания на семерки, функциональная МРТ (фМРТ) показала преимущественную активацию левой дорсолатеральной префронтальной коры и двусторонней нижней теменной коры при контроле на производство чисел [8].В предыдущем исследовании фМРТ с менее надежным контролем производства чисел по сравнению с расчетом наблюдалась двусторонняя активация теменной, префронтальной и премоторной коры [9]. Исследования дискалькулии развития с помощью магнитно-резонансной спектроскопии показывают нарушения сигнала в левой височно-теменной области возле угловой извилины [10].

Кроме того, дискалькулия часто возникает в контексте синдрома Герстмана [1]. У нашего пациента были элементы синдрома Герстмана, включая дискалькулию, дисграфию и легкую спутанность сознания слева и справа (одна ошибка в трех задачах).Пальцевой агнозии у нее не было. Аграфия при синдроме Герстмана может принимать форму афазической аграфии с ошибками в написании, апрактическая аграфия, проявляющаяся в виде каракулей, или пространственная аграфия, рассматриваемая как ошибки в управлении расположением букв на бумаге [2, 3]. У нашей пациентки были аспекты апраксии (плохо сформированные буквы), а также афазии (подстановки букв) из-за трудностей с письмом. Насколько нам известно, синдром Герстмана ранее не описывался при островковых или периинсулярных поражениях.

У нашего пациента, следовательно, было предлежание псевдопариетальной доли от заднего островкового и височно-теменного оперкулярного инфаркта. На основании патологических исследований на животных и людях известно, что островок имеет обширные связи как с корой, так и с глубокими структурами [11]. С лобной долей кора островка имеет реципрокные связи с лобной крышкой, орбитофронтальной корой и префронтальной корой и имеет эфферентные связи с лобной корой, примыкающей к моторным областям, нижней лобной извилине, вентральной зернистой корой и областям 6 и 12 Бродмана [12]. .С теменной долей островок имеет реципрокные связи с передней нижней теменной корой, теменной крышечкой, первичной и вторичной соматосенсорной корой и теменной ретроинсулярной областью [11]. В исследовании фМРТ островково-теменной сети в состоянии покоя у контрольных субъектов активность левой задней островковой коры положительно коррелировала с двусторонней нижней париетальной корой [13]. Антикоррелированная сеть левой задней части коры островка включала двусторонние области предклинья теменной доли.Правая задняя часть коры островка коррелировала с соседней теменной крышкой, но не коррелировала положительно или антикоррелировала с другими дополнительными областями теменной доли [13].

Помимо описанных выше лобных и теменных связей, островок также имеет богатые связи с височной долей, поясной корой, лимбическими структурами и множественными ядрами таламуса [11]. Чтобы объяснить наблюдаемый нами псевдопариетальный синдром, мы предполагаем, что инфаркт нарушил связь между левой задней островковой корой и двусторонними областями нижней теменной доли.При острой потере модулирующих влияний со стороны островковой доли у пациента возникла дисфункция теменной доли, аналогичная той, которую можно было бы ожидать от поражения в нижней теменной доле. Поскольку кора островка также связана с множеством других областей, включая лобную и височную доли, механизм дисфункции теменной доли может альтернативно включать более косвенные механизмы нарушения лобно-теменной или височно-теменной схемы. Альтернативное объяснение состоит в том, что ишемическая полутень инфаркта пациента включала левую нижнюю теменную кору.Хотя такое объяснение могло объяснить ее начальные симптомы, мы не ожидали, что у нее будет долгосрочный постоянный дефицит с инфарктом, ограниченным левой периинсулярной областью.

Постинсультное течение у этого пациента осложнялось предполагаемыми островковыми или периинсулярными припадками, которые проявлялись в виде вегетативных ощущений тепла, за которыми следовали чувства обреченности и замешательства. Начальные вегетативные признаки соответствуют периинсулярному эпилептическому очагу, хотя подобные иктальные ощущения могут быть вызваны поражениями миндалины, передней части цингулюма и дополнительных сенсомоторных областей [14].За ее вегетативным ощущением последовало психическое ощущение страха, которое во время исследований стимуляции мозга было связано с активацией миндалины, гиппокампа, височной коры и мезиальной височной области [15]. В ее случае ощущение страха, вероятно, представляло собой распространение эпилептического очага из островковой области на другие структуры височной доли. Хотя ее ЭЭГ не выявила явных приступов или аномальных электрографических разрядов, эпилептические очаги в островной области часто могут проявляться только как замедление на поверхностной ЭЭГ [16].Дискалькулия вряд ли была иктальным явлением, поскольку она сохранялась, несмотря на противоэпилептическую лекарственную терапию и прекращение приступов спутанности сознания.

Это уникальное проявление псевдопариетального синдрома и «дис-судокии», вызванных левым задним периинсулярным инфарктом, поднимает несколько заключительных моментов. Пациент был доставлен в больницу примерно через одиннадцать часов после появления симптомов. У нее уже была аномальная гиперинтенсивность Т2 в области инфаркта, что свидетельствует о том, что инфаркт присутствовал как минимум несколько часов.У нее могли быть дополнительные симптомы, которые не были замечены или о которых не сообщалось. Кроме того, ее МРТ также показала рассеянные аномальные гиперинтенсивности Т2 по подкорковому и перивентрикулярному белому веществу без снижения диффузии. Эти отклонения могут представлять предшествующие субклинические патологические изменения, которые повлияли на представление этого инфаркта. Наконец, без данных функциональной визуализации мы не уверены в ее полушарийном преобладании в отношении языка. Даже у крайне правых здоровых субъектов доминирование правополушарного языка присутствует примерно у 4%, когда усиление кровотока используется в качестве суррогата мозговой активности [17].Изменение доминирования или даже кодоминирования могло повлиять на ее первоначальную симптоматику.

Конфликт интересов

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов в отношении публикации данной статьи.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *