Психика и бессознательное: ЭВОЛЮЦИОННЫЕ ПРЕИМУЩЕСТВА СОЗНАНИЯ — Научно-исследовательский портал Уральского федерального университета

Автор: | 22.09.1973

Содержание

ЭВОЛЮЦИОННЫЕ ПРЕИМУЩЕСТВА СОЗНАНИЯ — Научно-исследовательский портал Уральского федерального университета

TY — JOUR

T1 — СОЗНАНИЕ И БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ: ЭВОЛЮЦИОННЫЕ ПРЕИМУЩЕСТВА СОЗНАНИЯ

AU — Ускова, Е.В.

PY — 2017

Y1 — 2017

N2 — В нашей статье мы хотели бы обсудить две основные проблемы. Первая — это соотношение понятий сознание и психика. Традиционно мы имеем в виду, что сознание — это высший уровень психики. Действительно ли сознание есть только у человека? Вторая — это соотношение сознательной и бессознательной частей нашей психики. Человек рассматривается, прежде всего, как существо сознательное и рационально мыслящее, а вопросы о неосознанности многих наших желаний, намерений, действий, поступков и так далее остаются «за кадром». Мы полагаем, что возможные решения этих проблем взаимосвязаны. Если сознание — это прерогатива человека, то мы полагаем, что в общем объеме его психики оно должно занимать большее место по сравнению с животными, чья психика оказывается, в основном, бессознательной. Но оправданно ли говорить о преобладании сознания по сравнению с бессознательным в психике человека, с одной стороны, и совершенно отказывать в обладании сознанием (в некоторой форме) всем животным? Вопрос о соотношении сознательного и бессознательного также неизбежно приводит нас к дилемме свободы воли и ответственности человека.

AB — В нашей статье мы хотели бы обсудить две основные проблемы. Первая — это соотношение понятий сознание и психика. Традиционно мы имеем в виду, что сознание — это высший уровень психики. Действительно ли сознание есть только у человека? Вторая — это соотношение сознательной и бессознательной частей нашей психики. Человек рассматривается, прежде всего, как существо сознательное и рационально мыслящее, а вопросы о неосознанности многих наших желаний, намерений, действий, поступков и так далее остаются «за кадром». Мы полагаем, что возможные решения этих проблем взаимосвязаны. Если сознание — это прерогатива человека, то мы полагаем, что в общем объеме его психики оно должно занимать большее место по сравнению с животными, чья психика оказывается, в основном, бессознательной. Но оправданно ли говорить о преобладании сознания по сравнению с бессознательным в психике человека, с одной стороны, и совершенно отказывать в обладании сознанием (в некоторой форме) всем животным? Вопрос о соотношении сознательного и бессознательного также неизбежно приводит нас к дилемме свободы воли и ответственности человека.

UR — http://elibrary.ru/item.asp?id=29411429

M3 — Статья

SP — 71

EP — 75

JO — Интеллект. Инновации. Инвестиции

JF — Интеллект. Инновации. Инвестиции

SN — 2077-7175

IS — 4

ER —

Психика, сознание, бессознательное — SpinozaSpinoza

Три слова, вынесенные в заголовок нашего очерка: психика, сознание и бессознательное, — означают не только три центральных и основных психологических вопроса, но являются в гораздо большей степени вопросами методологическими, т. е. вопросами о принципах построения самой психологической науки.Это превосходно выразил Т. Липпс в известном определении проблемы подсознательного, гласящем, что подсознательное не столько психологический вопрос, сколько вопрос самой психологии.

То же самое имел в виду и Г. Геффдинг (1908), когда введение понятия бессознательного в психологии приравнивал по значению к понятию потенциальной физической энергии в физике. Только с введением этого понятия становится вообще возможна психология как самостоятельная наука, которая может объединять и координировать факты опыта в известную систему, подчиненную особым закономерностям.

Г. Мюнстерберг, обсуждая этот же самый вопрос, проводит аналогию между проблемой бессознательного в психологии и проблемой наличия сознания у животных. На основании одних наблюдений, говорит он, нельзя решить, которое из различных объяснений этих проблем правильно. Мы должны решить это прежде, чем приняться за изучение фактов.

Другими словами, вопрос — обладают ли животные сознанием или нет — нельзя решить опытным путем, это вопрос гносеологический. Точно так же и здесь: ни одно анормальное переживание не может само по себе служить доказательством того, что требуется психологическое, а не физиологическое объяснение. Это философский вопрос, который должен быть решен теоретически, прежде чем мы можем приняться за объяснение специальных фактов.

Мы видим, что целые системы и психологические направления получают совершенно своеобразное развитие в зависимости от того, как они объясняют для себя три стоящих в заголовке этого очерк, слова. Достаточно в качестве примера напомнить психоанализ, по строенный на понятии бессознательного, и сравнить с ним традиционную эмпирическую психологию, изучающую исключительно сознательные явления.

Достаточно, далее, вспомнить объективную психологию И. П. Павлова и американских бихевиориетов, совершенно исключающих психические явления из круга своего исследования, и сравнить их со сторонниками так называемой понимающей, или описательной, психологии, единственная задача которой — анализ, классификация и описание феноменов психической жизни без всякого обращения к вопросам физиологии и поведения, — стоит только вспомнить все это для того, чтобы убедиться, что вопрос о психике, сознательном и бессознательном имеет определяющее методологическое значение для всякой психологической системы.

В зависимости от того, как решается этот основной для нашей науки вопрос, находится и самая судьба нашей науки.

Для одних она перестает существовать вовсе, заменяясь настоящей физиологией головного мозга или рефлексологией, для других она превращается в эйдетическую психологию или чистую феноменологию духа, третьи, наконец, ищут путей к осуществлению синтетической психологии. Мы подойдем к этому вопросу не с исторической или критической стороны, мы не станем рассматривать во всей полноте важнейшие типы понимания всех этих проблем, мы с самого начала ограничим задачу рассмотрением значения всех трех мотивов в системе объективной научной психологии.

Возможность психологии как самостоятельной науки до самого последнего времени ставилась в зависимость от признания психики самостоятельной сферой бытия. До сих пор еще широко распространено мнение, что содержание и предмет психологической науки составляют психические явления или процессы и что, следовательно, психология как самостоятельная наука возможна только на основе идеалистического философского допущения самостоятельности и изначальности духа наравне с материей.

И. П. Павлов доказал, и в этом заключается его огромная заслуга, что можно физиологически истолковать поведение, совершенно не пытаясь проникнуть во внутренний мир животного, и что это поведение может быть с научной точностью объяснено, подчинено известным закономерностям и даже предсказано вперед, без всякой попытки составить себе хотя бы смутное и отдаленное представление о переживаниях животного. Иначе говоря, Павлов показал, что возможно 

объективно-физиологическое изучение поведения, по крайней мере животного, но в принципе и людей, изучение, игнорирующее психическую жизнь.

Вместе с тем Павлов, подчиняясь той же самой логике, что и Э. Шпрангер, отдает богу богово и кесарю — кесарево, оставляя за физиологией объективный, а за психологией субъективный подходы к поведению. И для Павлова психологическое и психическое совершенно совпадают друг с другом. Этот вопрос совершенно неразрешим, как показала вся история нашей науки, на почве того философского основания, на котором стояла психология до сих пор. Создавалось положение, которое можно выразить суммарно, как итог всего длительного исторического развития нашей науки.

С одной стороны, полное отрицание возможностей изучать психику, игнорирование ее, ибо изучение ее ставит нас на путь беспричинного мышления. В самом деле, психическая жизнь характеризуется перерывами, отсутствием постоянной и непрерывной связи между ее элементами, исчезновением и появлением вновь этих элементов. Поэтому невозможно установить причинные отношения между отдельными элементами, и в результате — необходимость отказаться от психологии как естественно-научной дисциплины. «С точки зрения психологии, — говорит Г. Мюнстерберг, — даже и между вполне сознательными явлениями психической жизни нет действительной связи и они не могут являться причинами или; служить объяснением чему-либо. Поэтому во внутренней жизни, как ее рассматривает психология, нет прямой причинности, поэтому причинное объяснение приложимо к психическим явлениям только извне, поскольку их можно рассматривать как дополнение физиологических процессов».

Итак, один путь приводит к полному отрицанию психики, а следовательно, и психологии. Остаются два других пути, не менее интересных и не менее ярко свидетельствующих о том тупике, в который была заведена историческим развитием наша наука.

Первый из них — это та описательная психология, о которой мы уже говорили. Она принимает психику за совершенно обособленную сферу действительности, в которой не действуют никакие законны материи и которая является чистым царством духа. В этой чисто духовной области невозможны никакие причинные отношения, здесь нужно добиваться понимания, выяснения смыслов, установления ценностей, здесь можно описывать и расчленять, классифицировать и устанавливать структуры. Эту психологию, под именем описательной, противопоставляют объяснительной психологии, изгоняя тем самым задачи объяснения из области науки.

Ее-то — описательную психологию — в качестве науки о духе противопоставляют естественно-научной психологии. Таким образом, и здесь психология разбивается на две части, взаимно несвязанные друг с другом.

В описательной психологии господствуют совершенно другие приемы познания: здесь не может быть речи об индукции, и о других приемах в установлении эмпирических законов.

Здесь господствует аналитический, или феноменологический, метод, метод сущностного усмотрения, или интуиции, который позволяет анализировать непосредственные данные сознания. «В области сознания, — говорит Э. Гуссерль, — разница между явлением и бытием уничтожена – здесь все то, что кажется, действительно. Поэтому психология этого рода гораздо ближе напоминает геометрию, чем какую-либо естественную науку, например физику; она должна превратиться в математику духа, о которой мечтал Дильтей.

Само собой разумеется, что при этом психическое отождествляется всецело с сознательным, так как интуиция предполагает непосредственное осознавание своих переживаний. Но есть еще один метод в психологии, который, как отмечает Э. Шпрангер, также следует выдвинутому им принципу: психологическое — психологически, но только идет обратным путем. Для этого направления психическое и сознательное — не синонимы.

Центральным понятием психологии является бессознательное, которое позволяет заполнить недостающие пробелы психической жизни, установить отсутствующие причинные связи, мысленно продолжить описание психических явлений в тех же терминах дальше, считая, что причина должна быть однородна со следствием или, во всяком случае, находиться с ним в одном и том же ряду.

Таким образом сохраняется возможность психологии как особой науки. Но эта попытка в высшей степени двойственная, так как заключает в себе две, по существу разнородные тенденции. Шпрангер со всей справедливостью говорит, что Фрейд, главный представитель этой теории, молчаливо исходит из того же самого принципа, что и понимающая психология: в области психологии нужно строить познание чисто психологически, поскольку это возможно. Преждевременные или случайные экскурсы в область анатомического и физиологического хотя и могут вскрывать психофизические связи как факты, но нисколько не помогут нам понять что-либо.

Попытка Фрейда заключается а тенденции продолжить осмысленные связи и зависимости психических явлений в область бессознательного, предположить, что за сознательными явлениями стоят обусловливающие их бессознательные, которые могут быть восстановлены путем анализа следов и толкования их проявлений. Но тот же Шпрангер делает Фрейду жесткий упрек: в этой теории он замечает своеобразное теоретическое заблуждение; Он говорит, что если у Фрейда преодолен физиологический материализм, то продолжает существовать материализм психологический, молчаливая метафизическая предпосылка, заключающаяся в том, что само собой разумеется наличие сексуального влечения, а все остальные должны быть поняты, исходя из него.

И в самом деле, попытка создать психологию при помощи понятия о бессознательном является здесь двойственной попыткой: с одной стороны, родственной идеалистической психологии, поскольку выполняется завет объяснения психических явлений из психических же, с другой — поскольку вводится идея строжайшего детерминизма всех психических проявлений, а основа их сводится к органическому, биологическому влечению, именно инстинкту продолжения рода, постольку Фрейд становится на почву материализма.

Таковы три пути: отказ от изучения психики (рефлексология), «изучение» психики через психическое же (описательная психология) и познание психики через бессознательное (Фрейд). Как видим, это три совершенно различные системы психологии, получающиеся в зависимости от того, как решается основной вопрос относительно понимания психики в каждой из них. Мы уже сказали, что историческое развитие нашей науки завело эту проблему в безвыходный тупик, из которого нет иного выхода, кроме отказа от философского основания старой психологии.

Только диалектический подход к этой проблеме открывает, что в самой постановке всех решительно проблем, связанных с психикой, сознанием и бессознательным, допускалась ошибка. Это были всегда ложно поставленные проблемы, а потому и неразрешимые. То, что совершенно непреодолимо для метафизического мышления, именно глубокое отличие психических процессов от физиологических, несводимость одних к другим, не является камнем преткновения для диалектической мысли, которая привыкла рассматривать процессы — развития как процессы, с одной стороны, непрерывные, а с другой — сопровождающиеся скачками, возникновением новых качеств.

Диалектическая психология исходит раньше всего из единства психических и физиологических процессов. Для диалектической психологии психика не является, по выражению Спинозы, чем-то лежащим по ту сторону природы или государством в государстве, она является частью самой природы, непосредственно связанной с функциями высшей организованной материи нашего головного мозга. Как и вся остальная природа, она не была создана, а возникла в процессе развития. Ее зачаточные формы заключены уже везде — там, где в живой клетке содержатся свойства изменяться под влиянием внешних воздействий и реагировать на них.

Где-то, на какой-то определенной ступени развития животных, в развитии мозговых процессов произошло качественное изменение, которое, с одной стороны, было подготовлено всем предшествующим ходом развития, а с другой — являлось скачком в процессе развития, Так как знаменовало собой возникновение нового качества, не сводимого механически к более простым явлениям. Если принять эту естественную историю психики, станет понятна и вторая мысль, заключающаяся в том, что психику следует рассматривать не как особые процессы, добавочно существующие поверх и помимо мозговых процессов, где-то над или между ними, а как субъективное выражение тех же самых процессов, как особую сторону, особую качественную характеристику высших функций мозга.

Психический процесс путем абстракции искусственно выделяется или вырывается из того целостного психофизиологического процесса, внутри которого он только и приобретает свое значение и свой смысл. Неразрешимость психической проблемы для старой психологии и заключалась в значительной степени в том, что из-за идеалистического подхода к ней психическое вырывалось из того целостного процесса, часть которого оно составляет, и ему приписывалась роль самостоятельного процесса, существующего наряду и помимо процессов физиологических.

Напротив, признание единства этого психофизиологического процесса приводит нас с необходимостью к совершенно новому методологическому требованию: мы должны изучать не отдельные, вырванные из единства психические и физиологические Процессы, которые при этом становятся совершенно непонятными для нас; мы должны брать целый процесс, который характеризуется со стороны субъективной и объективной одновременно.

Однако признание единства психического и физического, выражающееся, во-первых, в допущении, что психика появилась на известной ступени развития органической материи, и; во-вторых, что психические процессы составляют неотделимую часть более сложных целых, вне которых они не существуют, а значит, и не могут изучаться, не должно привести нас к отождествлению психического и физического.

Существуют два основных вида подобного отождествления. Один из них характерен для того направления идеалистической философии, которое нашло отражение в трудах Э. Маха, а другой характерен для механистического материализма и французских материалистов XVIII в. Последний взгляд заключается в том, что психический процесс отождествляется с физиологическим нервным процессом и сводится к последнему. В результате проблема психики уничтожается вовсе, разница между высшим психическим поведением и допсихическими формами приспособления стирается. Неоспоримое свидетельство непосредственного опыта уничтожается, и мы приходим к неизбежному и непримиримому противоречию со всеми решительно данными психического опыта.

Другое отождествление, характерное для махизма, заключается в том, что психическое переживание, например ощущение, отождествляется с соответствующим ему объективным предметом. Как известно, в философии Маха такое отождествление приводит к признанию существования элементов, в которых нельзя отличить объективного от субъективного, и диалектическая психология отказывается и от того и от другого, отождествления, она не смешивает психические и физиологические процессы, она признает несводимое качественное своеобразие психики, она утверждает только, что психологические процессы едины. Мы приходим, таким образом, к признанию своеобразных психофизиологических единых процессов, представляющих высшие формы поведения человека, которые мы предлагаем называть психологическими процессами, в отличие от психических и по аналогии с тем, что называется физиологическими процессами.

Старая психология отождествляла психику и сознание. Все психическое тем самым было уже и сознательным. Например, психологи Ф. Брентано, А. Бэн и др. утверждали, что самый вопрос о существовании бессознательных психических явлений противоречив уже в определении. Первым и непосредственным свойством психического является то, что оно нами сознается, переживается, что оно нам дано в непосредственном внутреннем опыте, и поэтому самое выражение «бессознательная психика» казалось старым авторам такой же бессмыслицей, как выражение «круглый квадрат» или «сухая вода».

Другие авторы, напротив, издавна обращали внимание на три основных момента, которые заставляли их вводить понятие бессознательного в психологию.

Первый момент заключался в том, что самая сознательность явлений имеет различные степени: мы одно переживаем более сознательно и ярко, другое — менее. Есть вещи, находящиеся почти на самой границе сознания и то входящие, то выходящие из его поля, есть смутно сознаваемые вещи, есть переживания, более или менее тесно связанные с реальной системой переживаний, например сновидение. Таким образом, утверждали они, ведь явление не становится менее психичным от того, что оно становится менее сознательным. Отсюда они делали вывод, что можно допустить и бессознательные психические явления.

Другой момент заключается в том, что внутри самой психической жизни обнаруживается известная конкуренция отдельных элементов, борьба их за вступление в поле сознания, вытеснение одних элементов другими, тенденция к возобновлению, иногда навязчивое воспроизведение и т. д. И. Гербарт, сводивший всю психическую жизнь к сложной механике представлений, различал и затемненные или бессознательные представления, которые появлялись в результате вытеснения из поля ясного сознания и продолжали существовать под порогом сознания как стремление к представлению» Здесь уже заключена, с одной стороны, в зародыше теория 3. Фрейда, по которому бессознательное возникает из вытеснения, и с другой — теория Г. Геффдинга, для которого бессознательное соответствует потенциальной энергии в физике.

Третий момент заключается в следующем. Психическая жизнь, как уже говорилось, представляет собой слишком отрывочные ряды явлений, которые естественно требуют допущения, что они продолжают существовать и тогда, когда мы их больше не сознаем. Я видел нечто, затем через некоторое время я вспоминаю это, спрашивается: что было с представлением об этом предмете в продолжение всего времени, пока я о нем не вспоминал? Что в мозгу сохранится известный динамический след, оставленный этим впечатлением, психологи никогда не сомневались, но соответствовало ли этому следу потенциальное явление? Многие думали, что да.

В связи с этим возникает очень сложный и большой вопрос о том, что нам до сих пор неизвестны все те условия, при которых мозговые процессы начинают сопровождаться сознанием. Как и в отношении биологического значения психики, так и здесь трудность проблемы заключается в ее ложной постановке. Нельзя спрашивать, при каких условиях нервный процесс начинает сопровождаться психическим, потому что нервные процессы вообще не сопровождаются психическими, а психические составляют часть более сложного целого процесса, в который тоже как органическая часть входит и нервный процесс.

В. М. Бехтерев, например, предполагал, что, когда нервный ток, распространяясь в мозгу, наталкивается на препятствие, встречает затруднение, тогда только и начинает работать сознание. На самом деле нужно спрашивать иначе, именно: при каких условиях возникают те сложные процессы, которые характеризуются наличием в них психической стороны? Надо искать, таким образом, определенных условий в нервной системе и в поведении в целом для возникновения психологических целостных процессов, а не внутри данных нервных процессов — для возникновения в них психических процессов.

К этому ближе подходит Павлов, когда уподобляет сознание светлому пятну, которое движется по поверхности полушарий головного мозга, соответствуя оптимальному нервному возбуждению.

Проблема о бессознательном в старой психологии ставилась так: основным вопросом было признать бессознательное психическим или признать его физиологическим. Такие авторы, как Г. Мюнстерберг, Т. Рибо и др., не видевшие иной возможности объяснить психические явления, кроме физиологии, высказывались прямо за признание бессознательного физиологическим.

Так, Мюнстерберг утверждает, что нет ни одного такого признака, приписываемого подсознательным явлениям, на основе которого они должны быть причислены к психическим. По его мнению, даже в том случае, когда подсознательные процессы обнаруживают видимую целесообразность, даже и тогда у нас нет основания приписывать этим процессам психическую природу. Физиологическая мозговая деятельность, говорит он, не только вполне может дать разумные результаты, но одна только она и может это сделать. Психическая деятельность совершенно на это неспособна, поэтому Мюнстерберг приходит к общему выводу, что бессознательное — физиологический процесс, что это объяснение не оставляет места для мистических теорий, к которым легко прийти от понятия подсознательной психической жизни. По его словам, одно из немаловажных достоинств научного физиологического объяснения в том и заключается, что оно мешает такой псевдофилософии. Однако Мюнстерберг полагает, что при исследовании бессознательного мы можем пользоваться терминологией психологии — с условием, чтобы психологические термины служили только ярлыками для крайне сложных нервных физиологических процессов. В частности, Мюнстерберг говорит, что, если бы ему пришлось писать историю женщины, у которой наблюдалось раздвоение сознания, он бы рассматривал все подсознательные процессы как физиологические, но ради удобства и ясности описывал их на языке психологии. В одном Мюнстерберг несомненно прав. Такое физиологическое объяснение подсознательного закрывает двери для мистических теорий, и, наоборот, признание, что бессознательное психично, часто приводит, как Э. Гартмана, действительно к мистической теории, допускающей, наряду с существованием сознательной личности, существование второго «Я», которое построено по тому же образцу и которое, в сущности говоря, является воскрешением старой идеи о душе, но только в новой и более путаной редакции.

Для того чтобы обзор наш был полным, а оценка нового разрешения вопроса достаточно ясной, мы должны упомянуть, что существует и третий путь разъяснения проблемы бессознательного в старой психологии, именно тот путь, который избрал Фрейд. Мы уже указывали на двойственность этого пути. Фрейд не решает основного, по существу и неразрешимого вопроса, психично ли бессознательное или не психично. Он говорит, что, исследуя поведение и переживания нервных больных, он наталкивался на известные пробелы, опущенные связи, забывания, которые он путем анализа восстанавливал.

Фрейд рассказывает об одной больной, которая производила навязчивые действия, причем смысл действий оставался ей неизвестным. Анализ вскрыл предпосылки, Из которых вытекали эти бессознательные действия. По словам Фрейда, она, вела себя точно так, как загипнотизированный, которому И. Бернгейм внушал, чтобы 5 минут спустя после пробуждения он открыл в палате зонтик, и который выполнял это внушение в состоянии бодрствования, не умея объяснить мотива своего поступка. При таком положении вещей Фрейд говорит о существовании бессознательных душевных процессов. Фрейд готов отказаться от своего предположения об их существовании лишь в том случае, если кто-нибудь опишет эти факты более конкретным научным образом, а до того он настаивает на этом положении и с удивлением пожимает плечами, отказываясь понимать, когда ему возражают, что бессознательное не представляет собою в данном случае в Научном смысле нечто реальное.

Непонятно, как это нечто нереальное оказывает в то же время такое реально ощутимое влияние, как навязчивое действие. В этом следует разобраться, так как теория Фрейда принадлежит к числу самых сложных из всех концепций бессознательного. Как видим, для Фрейда бессознательное, с одной стороны, есть нечто реальное, действительно вызывающее навязчивое действие, а не только ярлык или способ выражения. Он этим как бы прямо возражает на положение Мюнстерберга, но, с другой стороны, какова же природа этого бессознательного, Фрейд не разъясняет. Нам кажется, что Фрейд создает здесь известное понятие, которое трудно наглядно представить, но которое существует часто и в теориях физики. Бессознательная идея, говорит он, так же невозможна фактически, как невозможен невесомый, не производящий трения эфир. Она не большей не меньше немыслима, чем математическое понятие «-1». По мнению автора, употреблять такие понятия можно; необходимо только ясно понимать, что мы говорим об отвлеченных понятиях, а не о фактах.

Но в этом-то как раз и заключается слабая сторона психоанализа, на которую указывал Э. Шпрангер. С одной стороны, бессознательное для Фрейда — способ описывать известные факты, т. е. система условных понятий, с другой — он настаивает на том, что бессознательное является фактом, оказывающим такое явное влияние, как навязчивое действие. Сам Фрейд в другой книге говорит, что он с охотой все эти психологические термины заменил бы физиологическими, но современная физиология не представляет таких понятий в его распоряжение.

Как нам кажется, эту же точку зрения, не называя Фрейда, последовательно выражает Э. Дале, говоря о том, что психические связи и действия или явления должны объясняться из психических же связей и причин, хотя бы для этого приходилось вступать иногда на путь более или менее широких гипотез. Физиологические толкования и аналогия по этой причине могут иметь только вспомогательное или провизорное эвристическое значение для собственных объяснительных задач и гипотез психологии, психологические построения и гипотезы представляют собой только мысленное продолжение описания однородных явлений в одной и той же самостоятельной системе действительности. Итак, задачи психологии как самостоятельной науки и теоретико-познавательные требования приписывают ей бороться против узурпационных попыток физиологии, не смущаться действительными или кажущимися пробелами и перерывами в картине нашей сознательной душевной жизни и искать их восполнения в таких звеньях или модификациях психического, которые не являются объектом полного, непосредственного и постоянного сознания, т. е. в элементах того, что называют подсознательным, малосознательным или бессознательным.

В диалектической психологии проблема бессознательного ставится совершенно иначе: там, где психическое принималось как оторванное и изолированное от физиологических процессов, обо всяком решительно явлении естествен был вопрос: психично ли оно, или физиологично? В первом случае проблема бессознательного решалась по пути Павлова, во втором — по пути понимающей психологии. Гартман и Мюнстерберг в проблеме бессознательного соответствуют Гуссерлю и Павлову в проблеме психологии вообще.

Для нас важно поставить вопрос так: психологично ли бессознательное, может ли оно рассматриваться в ряду однородных явлений, как известный момент в процессах поведения наряду с теми целостными психологическими процессами, о которых мы говорили выше? И на этот вопрос мы уже заранее дали ответ в нашем рассмотрении психики. Мы условились рассматривать психику как составное сложного процесса, который совершенно не покрывается его сознательной частью, и потому нам представляется, что в психологии совершенно законно говорить о психологически сознательном и о психологически бессознательном: бессознательное есть потенциально-сознательное.

Нам хотелось бы только указать на отличие этой точки зрения от точки зрения Фрейда. Для него понятие бессознательного является, как мы уже говорили, с одной стороны способом описания фактов, а с другой — чем-то реальным, что приводит к непосредственным действиям. Здесь и заключена вся проблема. Последний вопрос мы можем поставить так: допустим, что бессознательное психично и обладает всеми свойствами психического, кроме того, что оно не является сознательным переживанием. Но разве и сознательное психическое явление может непосредственно производить действие? Ведь, как мы говорили выше, во всех случаях, когда психическим явлениям приписывается действие, речь идет о том, что действие произвел весь психофизиологический целостный процесс, а не одна его психическая сторона. Таким образом, уже самый характер бессознательного, заключающийся в том, что оно оказывает влияние на сознательные процессы и поведение, требует признания его психофизиологическим явлением.

Другой вопрос заключается в том, что для описания фактов мы должны брать такие понятия, которые соответствуют природе этих фактов, и преимущество диалектической точки зрения на этот вопрос и заключается в утверждении, что бессознательное не психично и не физиологично, а психофизиологично или, вернее сказать, психологично. Данное определение соответствует реальной природе и реальным особенностям самого предмета, так как все явления поведения рассматриваются нами в плане целостных процессов.

Далее, мы хотели бы указать, что попытки выйти из тупика, в который старая психология была заведена неумением разрешать основные проблемы, связанные с психикой и сознанием, делались неоднократно. Например, В. Штерн пытается преодолеть этот тупик, введя понятие психофизических нейтральных функций и процессов, т. е. процессов, не являющихся ни физическими, ни психическими, но лежащими по ту сторону этого разделения.

Но ведь реально существуют только психическое и физическое, а нейтральной может быть лишь условная конструкция. Совершенно ясно, что такая условная конструкция будет нас всегда уводить от реального предмета, так как он существует действительно, и только диалектическая психология, утверждающая, что предмет психологии является не психофизически нейтральным, а психофизиологически единым целостным явлением, которое мы условно называем психологическим явлением, способна указать выход.

Все попытки, подобные попытке Штерна, знаменательны в том отношении, что они хотят разрушить созданное старой психологией мнение, будто между психическим и психологическим можно провести знак равенства, они показывают, что предметом психологии являются не психические явления, но нечто более сложное и целое, в состав которого психическое входит только как органический член и что можно было бы назвать психологическим. Только в раскрытии содержания этого понятия диалектическая психология резко расходится со всеми остальными попытками.

В заключение мы хотели бы указать, что все положительные достижения и субъективной, и объективной психологии находят свою действительную реализацию в той новой постановке вопроса, которую дает нам психология диалектическая.

Укажем сначала на один момент: уже субъективная психология обнаружила целый ряд свойств психических явлений, которые свое действительное объяснение, свою действительную оценку могут получить только в этой новой постановке вопроса. Так, старая психология отмечала в качестве особых отличительных свойств психических явлений их непосредственность, своеобразный способ их познания (самонаблюдение) или более или менее тесное отношение к личности, к «Я» и т. д. Ф. Брентано выдвинул как основной признак психических явлений их интенциональное отношение к объекту, или то, что они находятся в своеобразном, только для психических явлений характерном, отношении с объектом, т.е. своеобразным способом представляют этот объект или направлены на него.

Оставляя в стороне признак непосредственности, как чисто отрицательный признак, мы видим, что в новой постановке вопроса все такие свойства, как своеобразное представление предмета в психическом явлении, особая связь психических явлений с личностью, доступность их наблюдения или переживания только субъекту, — все это немаловажная, функциональная характеристика этих особых психологических процессов с их психической стороны. Все эти моменты, которые для старой психологии были просто догматами, оживают и становятся предметом исследования в новой психологии.

Возьмем другой момент, с противоположного конца психологии, но показывающий то же самое с не меньшей ясностью. Объективная психология в лице Дж. Уотсонапыталась подойти к проблеме бессознательного. Этот автор различает вербализованное и невербализованное поведение, указывая на то, что часть процессов поведения с самого начала сопровождается словами, может быть вызываема или замещена словесными процессами. Она нам подотчетна, как говорил Бехтерев. Другая часть невербальна, не связана со словами, а потому неподотчетна. Признак связи со словами выдвигал в свое время и Фрейд, указывавший, что бессознательными являются именно представления, разъединенные со словами.

На тесную связь вербализации и сознательности тех или иных процессов указывали и некоторые критики Фрейда, которые склонны приравнивать бессознательное к асоциальному, а асоциальное к невербальному; Уотсон также видит в вербализации основное отличие сознательного. Он прямо утверждает: все то, что Фрейд называет бессознательным, является в сущности невербальным. Из этого положения Уотсон делает два в высшей степени любопытных вывода.

Согласно первому, мы потому «не можем вспомнить самых ранних событий детства, что они происходили тогда, когда поведение наше было еще не вербализовано, и поэтому самая ранняя часть нашей жизни навсегда остается для нас бессознательной. Второй вывод указывает на слабое место психоанализа, которое как раз и заключается в том, что посредством беседы, т. е. словесных реакций, врач пытается воздействовать на бессознательные, т. е. на не вербализованные, процессы.

Мы не хотим сказать сейчас, что эти положения Уотсона абсолютно правильны или что они должны стать исходным при анализе проблемы бессознательного, мы хотим сказать только, что то верное зерно, которое заключено в этой связи между бессознательньм и бессловесным (ее отмечают и другие авторы), может получить реальное осуществление и развитие только на почве диалектической психологии.

психика и культура в мысли Карла Густава Юнга — Моноклер

Рубрики : Культура, Последние статьи, Психология, Теория культуры, Философия

Юнг — психиатр, который создал собственный вариант психоанализа под названием «аналитическая психология».

Это направление стало одним из влиятельнейших учений ХХ века и затронуло самые разные сферы гуманитарного знания. Но почему его влияние было столь велико? Как аналитическая психология одновременно стала и философией культуры? Чем отличается  взгляд Юнга на психику от фрейдовского? Бессознательное — это разрушительная сила, с которой лучше не иметь дела, или бездна, к сигналам которой необходимо прислушиваться? Почему только через изучение своего бессознательного возможен поиск и приближение к целостности, обретение себя и своей Самости? И как, по Юнгу, история культуры связана с процессом индивидуации — постижением человеком своих глубин и воссоединением с самим собой? Разбираемся вместе с культурологом, преподавателем МГУ Олегом Комковым ⓘЛекция из курса «Теория культуры», прочитанного О.А. Комковым бакалаврам отделения культурологии факультета иностранных языков и регионоведения МГУ имени М.В. Ломоносова в 2017/18 учебном году, публикуется в записи выпускницы бакалавриата Влады Волковой. Конспект сохраняет манеру и особенности устной речи лектора. Цитаты, которые зачитывались, восстановлены и приведены в соответствии с первоисточниками. Текст просмотрен, в некоторых частях отредактирован и авторизован О.А. Комковым.

Юнг создал собственный вариант психоанализа под названием «глубинная психология», или «аналитическая психология». Аналитическая психология стала одним из самых влиятельных учений ХХ века. Косвенное влияние его было особенно велико и распространилось почти на все гуманитарные науки.

Юнговское мышление строится на его специфическом и масштабном видении человеческой психики. У Фрейда психоанализ был прежде всего психотерапией. У Юнга аналитическая психология сразу становится и философией культуры, не только психотерапией. С 1915 года и до конца жизни 90% его работ составляют тексты, посвященные символам и образам мировой культуры. На их основе позднее возникнет то, что станут называть «юнгианской культурологией».

Путь Юнга, кажется, был изначально предначертан. С детства Юнг был необычайно чуток к внутреннему миру человека. К своим (и не только) снам, фантазиям, грезам. Он был ярким выражением интровертной личности (термин этот придуман им). Еще в детстве чувствовал, как восприятие себя в качестве «внутреннего человека» вступает в противоречие с «внешним» опытом – например, со школой и семьей. Знания, получаемые в школе, он нередко видел как что-то, что не соответствовало его ощущению мира и себя. Как что-то поверхностное и формальное. 

В семье важным было духовное и идейное влияние отца (религиозное воспитание). Но и оно виделось ему как что-то поверхностное, ничего не пробуждало в душе. Юнг позже скажет, что в нем с ранних лет жили две личности. Одна – подлинная (внутренняя). Другая – та, которая была волей обстоятельств обращена вовне. Разрыв между ними он ощущал всю жизнь очень остро. Когда он принял решение стать психологом и специализироваться на психиатрии, он знал, что будет заниматься тем, что дано человеку как явления его внутренней жизни.  

Когда Юнг знакомится с работой Фрейда «Толкование сновидений», он обнаруживает, что это нечто близкое его опыту. Прошло 5-6 лет, прежде чем Юнг осознал масштаб и глубину фрейдовского подхода к психике. И если бы не было Фрейда, то все равно мы бы имели феномен Юнга. Влияние фрейдовского психоанализа ограничивалось лишь подходом. Изначально оно было важно, но Юнг быстро освобождается из-под этого влияния. В 1907 году Юнг и Фрейд впервые встретились в Вене. Проговорили 13 часов кряду. В этот день все обозначилось для Юнга. Юнг сразу понял и величие Фрейда, и что он может/не может у него взять. Дело не в пансексуализме Фрейда и теории либидо. Саму теорию либидо Юнг с самого начала видел как что-то частное…

Фундаментальная разница между ними в другом. У Фрейда бессознательное – то, с чем лучше бы дела не иметь. Оттуда проникают в сознание разрушительные и опасные для сознания человека энергии. В этом проблематика культуры: в отказах от влечений, нейтрализации разрушительного влияния бессознательного с его стихийной силой. У Юнга бессознательное – тоже бездна, но ее нужно слушать. Постоянно. Потому что бессознательное говорит с человеком. У Фрейда оно вторгается в область Я. И не иметь с ним дела, конечно же, никогда не получится. А Юнг, когда еще был ребенком, воспринимал сны как реальность более подлинную, чем «действительность». Бессознательное говорит необходимые человеку вещи. Говорит языком образов. 

Нужно прежде всего сконцентрироваться на сновидениях – они, как отмечалось, ближе всего к бессознательному. Чтобы обнаруживать живущие в них образы. Чтобы понять, что подлинная природа человека хочет сказать человеческому Я. Я человека не подлинная его природа, а техническое образование. Это наше Я (Фрейд разделял это мнение) неполноценно. Ибо оно – лишь маленькая часть человека. Для Фрейда все ограничивалось тем, чтобы на островке сознания уютно расположиться. Для Юнга – наша главная проблема в том, что мы не являемся целостной личностью. Раз человек не полон (живет только небольшая его часть) – нужно восстановить его в исконной полноте. В этом смысл человеческой жизни. В восстановлении целостности. Обретение себя. (Еще две с половинной тысячи лет назад Гераклит говорил, что хочет найти себя). Нужно слушать бессознательное – в нем заложено все, что человеку нужно. В нем находится источник не только культуры, но и человеческого счастья и совершенства. Бессознательное не наставник человека, конечно. Нельзя сказать, что оно ведет человека заведомо к счастью и совершенству. Но оно всегда говорит необходимые вещи. Без них мы не можем понять себя. Это просто, но это радикальное отличие Юнга от Фрейда.

Занимаясь анализом сновидений, Юнг обнаружил повторяющиеся образы, сводимые к определенным узнаваемым формам. Большинство образов в сновидениях – вариации символов, проходящих через всю историю мировой культуры. Значит, эти символы связывают человека с другими людьми и всеобщим истоком человеческой психики. У многих пациентов Юнга в силу их условий жизни не было возможности знать про сложные культурные символы, являющиеся в сновидениях. Полное соответствие с символикой алхимии, древних религий, эзотерических учений… И Юнг делает вывод о том, что существует коллективное бессознательное и оно является единым для всего человечества. Это всеобщий психический опыт. 

Индивидуальное бессознательное, которым фактически ограничивался Фрейд (хотя он говорил о глубинах культуры – коллективном – но категории коллективного бессознательного не вводил). Индивидуальное бессознательное скрывает под собой другие глубины. На еще большей глубине – бездна коллективного бессознательного. И она является не «животной», не природной, а изначально «культурной», потому что состоит из чего-то такого (архетипы), из неких сил, которые никакого отношения к животно-природному не имеют. Они изначально призваны творить культуру. Бессознательное – океан, наполненный силами, априори культурообразующими.

Если бессознательное это то, что говорит с человеком, оно способно являть ему подлинное содержание его души. Юнг предположил, что совпадающие с символами мировой культуры образы выражают определенные сгустки психических сил, действующих в бессознательном. 

Так приходим к понятию «архетип». Его нельзя определить и постичь собственно в понятии. Это нечто вроде формообразующий силы, которая действует в коллективном бессознательном и проникает в индивидуальное бессознательное. Бессознательное содержание, которое изменяется в зависимости от индивидуального сознания. Нужно провести различие между архетипами и архетипическими представлениями. То, что мы видим в снах, и то, что мы видим в мистических/религиозных символах, это то, через что архетип видим и воспринимаем. Сам он «гипотетический непознанный образец» – ничто. Эта сила вызывает некоторые образы – речь бессознательного в нас. «Факторы и мотивы», которые организуют некоторые психические элементы в некие образы. Бездонные глубины, в которых действуют силы, которые мы можем опознать, говорят с нами языком образа. Юнг пытается выделить некоторые главные архетипы и их содержание: Тень, Анима, Анимус, Мудрец, Младенец (божественный), Великая Матерь (родоначальница всего), Самость («главный» архетип). Важно не делать из этого схему или даже ее подобие. Юнг не выстраивал здания «теории архетипов». Он только наблюдает бесконечно изменчивые явления психики и пытается в них разобраться. Могут изменяться имена, модифицироваться их содержания. Нельзя сказать, что Юнг описал «структуру» бессознательного. То, что нам является, предстает в бесконечном количестве способов и образов.

Единый смысл: человек – существо неполное. Через теорию архетипов для Юнга проясняется, что для того, чтобы стать целостным, гармоничным и счастливым (здоровым – целостным), человеку нужно достичь самых глубин своего коллективного бессознательного, где находится Самость – самая глубокая форма. Нужно с нею соединиться. Как? Отправляясь в путешествие по глубинам собственного бессознательного. Во время психоаналитического сеанса что-то такое происходит. Надо каждому самому погружаться в образы своих сновидений. Не толковать как знаки чего-то другого, а воспринимать так, как будто они открытым текстом являют простое содержание. Являют то, чего человеку обычно не хватает. Этот принцип хорошо можно проследить на базовых примерах.


По теме: Человек в зеркале текста: поиск себя и путь к Cамости

Сон Юнга в середине 1910-х. Во время работы с Фрейдом. Дружили они года три-четыре. В 1913-м – разрыв. Разошлись пути. Однако Юнг часто возвращался к фрейдовскому подходу.

«Мне приснилось, что я нахожусь у себя дома, скорее всего на втором этаже, в уютной приятной гостиной, меблированной под XVIII век. Меня поразило, что я никогда не видел этой комнаты раньше, и я заинтересовался, что из себя представляет первый этаж. Спустившись вниз, я увидел мрачноватые апартаменты с обшитыми деревом стенами и внушительной мебелью XVI века, а может, даже более старинной. Мое удивление и любопытство усилились. Я захотел изучить весь дом и спустился в подвал. Там была дверь, за которой оказались каменные ступени, ведущие в большую комнату, походящую на склеп. Ее пол был покрыт здоровенными каменными плитами, а стены казались очень древними. Изучив кладку, я обнаружил, что раствор перемешан с кирпичной крошкой. Это явно были древнеримские стены. Мое возбуждение усилилось. В углу помещения одна из плит оказалась с металлическим кольцом. Приподняв ее, я увидел узкую череду ступеней, ведущих в какую-то пещеру, напоминавшую доисторическое захоронение. На полу виднелись два черепа, остатки костей, обломки битой посуды. На этом я проснулся.»

Пространственная топография души не как система шифров. Человеку является содержание того, что он мог забыть. Сам Юнг говорит, что сон был кратким изложением его жизни, этапов развития его взглядов. Сам факт, что это предстает в виде четкой пространственной топики, важен. Подобные сновидения относятся к числу повторяющихся сновидений. Человек может забывать, что это так. Содержание может быть предельно простым, но если оно повторяется, то бессознательное обращается к тебе, чтобы ты не забыл элементарных вещей – накопленного жизненного опыта. Можно интерпретировать сон Юнга и как погружение в некую древность. Нисходит все глубже. Если такие вещи повторяются, их необходимо слушать.

Коллективное бессознательное – общее для всех, но оно существует, чтобы индивидуализироваться в опыте каждого человека. Универсального быть не может. Не было «систематической» теории архетипов. Юнг предупреждал, что не может быть единого алгоритма толкования сновидений. Все зависит от множества факторов и от конкретного человека. 

Юнг говорит о том, что для человека существует только психическая реальность, которая недоступна в своей природе, но доступна в своих проявлениях. Все, что человек может знать, понимать, чувствовать, – только психическая реальность, которую необходимо изучать, в том числе в себе. Юнг не был метафизиком, не говорил о чем-то сверхчувственном. Он не был теологом (хотя многое в поздних работах входит в область богословия), не был собственно философом. Считал себя и был ученым-эмпириком. Он не работает с чем-то принципиально иноприродным человеку. 

Важнейшим аспектом юнговского учения являлось то, что представляет собою явное, открытое. Бессознательное говорит с нами языком сновидений, выявляя что-то. У Фрейда: то истинное, что скрывают наши сновидения – опасно. Несовместимо с представлениями Я о себе самом. У Юнга бессознательное раскрывает истинную природу человека. Образы в сновидениях, конечно, требуют «расшифровки» – имеется аспект сокрытого. Но явленное неизмеримо важнее для Юнга. Чуть ли не прямой смысл сновидений. Зачем скрывать? Сны – лишь необходимый регулирующий психический механизм. Если бы содержание глубин нашего бессознательного явилось в чистом виде, оно было бы невыносимо для человека. Было бы бессмысленно в чистом виде являть некое изначальное содержание бессознательного. Мы недаром  забываем многие вещи. Сокрытость необходима – таким образом человек может восполнить себя. Но сокрытое зовет человека последовать за собой туда, где оно станет явным. 

Для Юнга становится важным принцип индивидуации. Это значит («индивидуум» – «неделимый» – целостное): задача человека – проделать путь (и сам путь) к воссоединению с самим собой, глубинам собственной личности. Нужно рассмотреть являющееся на этом пути и дальше двигаться. Задача каждого человека – наблюдать за собой и сновидениями. Кроме того, индивидуация – то, как осуществляется формирование личности исторически. Если всеобщая психическая стихия – коллективное бессознательное, то мы все из него должны выделиться. Мы как капли в океане – слиты с бездонными глубинами и отражаем их. Процесс индивидуации – работа психической энергии: из бездн психического океана появляются индивидуальные личности – неделимости. Важно, чтобы они не утратили своей связи со всеобщим. Двунаправленный процесс. Поскольку путь индивидуации получает свое воплощение и отражение и в деятельности человечества на протяжении столетий, то это и история культуры. История культуры – совокупность различных процессов индивидуации.

Символы религий и учений, образы в мифологических представлениях – психический опыт человечества кристаллизует в них важные вещи, услышанные от коллективного бессознательного. Становится видно, что, в отличие от атеиста Фрейда, Юнг изначально был человеком религиозным. У него бессознательное религиозно по определению. Путь развития психики и осознания самого себя – религиозный путь. Путь культуры обладает религиозным содержанием. Вспомним еще раз этимологическую связку «религия (religio – relego) – перечитывать – возвращаться к одному и тому же». Это связано и с темой повторяющихся сновидений. Религия – не почитание кого-то или чего-то сверхъестественного, а возвращение к тому, что считаешь важным и не можешь не перечитывать. Это главный принцип в духовной топике отдельного человека и всего человечества. Для Фрейда смысл религии исчерпывался иллюзией и неким невротическим проявлением человеческой психики. Юнг никогда в божество не вкладывает теологического смысла. Значение божества не такое, как в религиях. Не предполагает некой сверхъестественной сущности, требующей особого межличностного отношения веры. Все это – лишь внешние формы культуры. Суть религиозности – суть самой психики. Религиозность – суть психического.

Архетипы. Имена – образы, которые интуитивно свидетельствуют о некоем содержании.

Первое, с чем встречайся человек, изучая бессознательное, – Тень. Мифологема Тени обыкновенно связана с представлением о темной стороне личности. Важно не свести Тень к некоему злому альтер-эго. Сон, приснившийся мужчине, который старался жить для себя и ни от кого не зависеть, усердно работал, подавляя всякую тягу к удовольствиям: 

«У меня был очень большой дом в городе, но я, хотя и жил в нем, еще не изучил его как следует. Для лучшего знакомства я прошелся по дому и обнаружил несколько комнат, главным образом в подвале, о которых ничего не знал. Там были двери, ведущие в другие подвалы и даже на подземные улицы. Я почувствовал беспокойство, обнаружив, что несколько из них не закрыты, а на некоторых не было и замков. Ведь кругом работали люди, которые могли проникнуть в дом. Поднявшись на первый этаж, я прошел на задний двор, где тоже обнаружил выходы на улицу или в другие дома. Только я начал осматриваться, как ко мне подошел громко смеющийся мужчина и заявил, что мы с ним старые школьные друзья. Я тоже его вспомнил, и пока он рассказывал мне о своей жизни, мы направились к выходу, а затем пошли бродить по улицам. Воздух был залит странным полусветом. Мы шли по огромной, идущей по кругу улице, огибающей сквер, когда мимо нас внезапно пробежали галопом три лошади. Это были красивые сильные животные, дикие, но хорошо ухоженные, хотя и без наездников (может быть, они сбежали от военных?)»

Смеющийся мужчина – тень сновидца. Альтер-эго. Тень – все те стороны нашего Я, которые как минимум нами забыты. Образ того, каким сновидец был раньше, когда проще и беззаботнее относился к жизни. Я, который живу там, где себя не знаю. 

Формы, которые составляют саму ткань глубинной природы нашей психики. Сила, направляющая определенные психические энергии и их представления. Встреча с тенью – первая ступень на пути индивидуации.

Погружаемся в глубины нашего бессознательного. Уходим из узкой области Я. Там «обитают» другие наши архетипы.

В сущности, все образы бессознательного, с которыми мы имеем дело, погружаясь в него, могут быть прочитаны как выражения изначального архетипа Самости. Она воплощается в разных образах и по-разному говорит с человеком. Не выражает никакой действительной реальности – это регулирующий принцип. Говорит из недосягаемых глубин через различные другие образы. Рождает все другие архетипы как энергии, направляющие движения нашей души. 

Символика чисел. Четверица, три, один – каждое число есть в своем роде образ цельности.

Анима. В коллективном бессознательном есть структуры Анима и Анимус. Общий смысл структуры (разделение по сексуальному признаку) может предупреждать о том, что человек перестал осознавать некоторые черты своего поведения. Это еще один символ целостности. Еще один из главных образов, которыми говорит Самость. Она сама себя в чистом виде явить не может. Являет себя в виде антропоморфного образа с половыми признаками. Предстает, чтобы повести за собой дальше в глубь.

Если грубо формулировать теорию архетипов (которой как таковой, в качестве «системы» не было): есть изначальная необходимая психическая сила. Во всей жизни человечества движущая сила. Функция порождаемых ею образов: быть символами целостности, порой драматичнейшими и наглядными, и исполнять роль проводника. Образ женщины-проводника/мужчины-проводника – психопомп, ведущий душу. В этом главный смысл Анимы. По-разному может воплощаться в словах.

Надо понять принцип устройства юнговского зрения. Вот еще один сон, который приводит Юнг. Серия снов, которые видела десятилетняя девочка. Это классический образец снов, на основании которых Юнг пришел к идее коллективного бессознательного.

«Однажды ко мне обратился мужчина, психиатр по профессии, по очень серьезному поводу. На одну из консультаций он принес написанную от руки книжечку, подаренную ему десятилетней дочерью по случаю Рождества. В ней были описаны ее сны двухлетней давности. Снов причудливее я не встречал и хорошо мог понять, почему отец девочки более чем озадачен их содержанием. Хотя и детские, они производили жуткое впечатление. Отцу было совершенно непонятно, откуда могли взяться такие фантазии. Наиболее примечательными были следующие сюжеты:

1. „Лютый зверь“, змееподобный монстр, усеянный рогами, убивает и пожирает всех других зверей. Но с четырех углов приходит Бог, а в действительности четыре разных божества, и оживляет всех убитых животных.

2. Вознесение на небеса, где в полном разгаре праздник языческих танцев; и сошествие в ад, где ангелы творят добро.

3. Орда маленьких зверьков угрожает спящей. Вдруг они вырастают до огромных размеров, и один съедает девочку.

4. В мышку проникают черви, змеи, рыбы и человекоподобные существа. Так мышь превращается в человека. Иллюстрирует четыре стадии происхождения человечества.

5. Видна как бы под микроскопом капля воды. Девочка видит, что капля наполнена ветками деревьев. Иллюстрирует происхождение мира.

6. Плохой мальчик держит ком земли и бросается во всех, кто проходит. Тем самым все проходящие мимо становятся плохими.

7. Пьяная женщина сваливается в реку и выходит из нее помолодевшей и трезвой.

8. Сцена в Америке, где множество людей скатываются к муравейнику, где их атакуют муравьи. Спящая в панике падает в речку.

9. Пустыня на Луне, в пески которой спящая проваливается так глубоко, что попадает в ад.

10. Девочка видит светящийся шар. Она касается его, из него идет пар, появляется мужчина и убивает ее.

11. Девочке снится, что она опасно больна. Вдруг прямо из-под кожи появляются птицы и покрывают полностью ее тельце.

12. Тучи комаров закрывают солнце, луну, все звезды, кроме одной, которая падает на спящую.»

Через год девочка умерла от инфекционной болезни.

Сквозь все сны проходит тема восстановления и спасения. Иногда тема решается так, как в целом ряде текстов христианской культуры, решается как спасение. Апокатастасис – восстановление всего мира в конце времен. Девочка этого не могла нигде почерпнуть. Змееподобный рогатый монстр. Такого рода монстр встречается в редчайших текстах средневековых алхимиков. 

Бог, приходящий из четырех углов, – образ связан с тем, что Юнг обозначит как архетип четверицы. Пьяная женщина – фундаментальный мотив преображения. Не мог осознаваться спящей.

Юнг пишет, что, помимо общего мотива разрушения и восстановления (именно ряда сновидений, предшествующих Рождеству), сны готовили девочку к смерти. Дело в переживании, которое было в снах. Опыт подготовки к тому, чего девочка знать не могла. Сны готовили ее к уходу из этого мира. Значит, бессознательное существует вне времени, в отличие от сознания. Прошлое, будущее и настоящее для него не существуют. Бессознательное знает будущее. Юнг делает вывод, что сам феномен пророчества – естественный механизм человеческой психики как индивидуальной, так и коллективной. Ничего сверхъестественного, чудесного в этом нет.

Многое из того, что человек называет чудом, Юнг часто сводит к тому, что работают неосознанные механизмы психики. Человек это только психическая энергия. Когда Юнг проецирует свою идею человеческой психики на историю всего человечества и культуру, то получается, что подлинными истоками этой культуры в истории являются разнообразные опыты мистического – то, что невозможно будто бы объяснить рационально. Подлинным существованием и истоком культуры являются символы религий, мифологических систем и даже научных концепций. Человек сталкивается с мистическим. Мистическое в своей основе содержит только принцип сокрытости. Мистическое (от μύω – «закрывать, скрывать») это синоним того, чего не видно. Поэтому категория чуда, волшебства – порождение человеческой мысли. Феномен мистического – соприкосновение человека со своей тайной, вхождение в область сокрытого, где тайное совпадает с явным. Таким образом, это важно даже методологически, потому что (подлинное содержание культуры – образы, в которых человечество осознавало некие архетипы в разные времена) к культуре относится не все что попало. К культуре порой относят кучу отбросов. Юнг: человек производит много замечательного, но производство благ и вещей, прогресс обусловлен тем, что человечество видит сны, в них осознает архетипы и схватывает их в тех или иных повторяющихся образах.

Юнг пишет: религиозное есть особое состояние человеческого духа. Внимательное слежение и наблюдение за некими динамическими факторами, воспринимающимися как силы. Все, что человечество оформляет как слова или образы в религии, философии или науке, суть такие динамические факторы психики, воспринимающиеся как силы. За ними человек следит и – releget – перечитывает. Формула культуры изначально религиозна. Религия – содержание и существо человеческой культуры. Возвращение к тому, что преследует нас как речь бессознательного. Религиозно все, чему человек придает первостепенную важность. Это ведет к великому множеству архетипов. Тогда получается, что культура – то, что питается архетипическими ключами.

Изучая, в какой мере в поисках культуры человечество близко подходило к этим ключам, Юнг обращается к двум традициям западного мира. Восток его тоже интересовал как богатый и неисследованный мир. Но для западного человека этот мир все равно до конца не будет понятен. В западной культуре нужно искать определенные традиции, свои, которые выявили бы ее сущность. В качестве таких традиций Юнг выделял гностицизм и алхимию.

Гностицизм – комплекс религиозно-мистических систем начала нашей эры. В их основе – видение, связанное с судьбами мироздания. Валентин и Василид. Есть один принцип, который сближает разные гностические системы. Юнг видел в этом психический опыт и опыт постижения культуры. Во всех системах речь идет о том, что мир и все в нем, возникнув из некоего божественного истока, по мере своего развития и расширения неизбежно деградирует и таким образом приходит к своей неизбежной гибели, предотвратить которую может только божественное спасение. Всю эту идею легко представить, вообразив свет, распространяющийся в темноте от источника во все стороны. По мере того, как свет идет дальше, его сила будто бы иссякает, пока не растворяется совсем. Действительно ли иссякает свет? Есть ли в фотоне света нечто такое, что обрекает его на гибель? Похоже, что нет. Мы знаем, что свет сам по себе не иссякает. Сам в себе не содержит источника своей гибели. Все мы – частички этого света, произошедшего из изначального, единого. Так образуется наш мир. Тогда мы можем погибнуть, рассеяться в темноте. Так вот, для того, чтобы не погибнуть, нужно остаться светом. Что для этого нужно сделать? Нужно сохранить свою связь с источником. Свет – что-то недискретное. Если связь прервется, то свет перестанет быть светом. В учениях гностиков порой встречалась идея гибели определенных людей и спасения других людей в конце времен. Есть те, кто способен удержать в себе сущность света, и те, которые не способны. Одних ждет спасение (не в смысле, что кто-то их в рай потащит) – источник хранит их до конца. Остальные рассеются.

Откуда тьма? Свет и тьма равноизначальны. Суть в том, что это разные грани одного и того же. Свет несет в себе собственную тьму. Есть свет только потому, что есть тьма. Это связано с архетипом Тени. Юнг, когда расширяет свою концепцию до общекультурологической, говорит о том, что Тень – то, что есть у Бога. Его Тень столь же велика, сколь его свет. Бог – архетип Самости, полноты, совершенства, святости, здоровья. Один из смыслов Тени – тьма. Но он не единственный и не главный. Главный – смысл инобытия. Свет и тьма просто есть благодаря друг другу. Свет несет в себе свою тьму. Поэтому в гностических системах была обязательно идея, что Бог (например, как начало всего сущего), порождая мир, одновременно порождает и свое иное – некий антагонистический образ – «дьявола». Как изначальную и вечную возможность порождает. Поэтому свет распространяется лишь во тьме. 

Обращаясь к историческому христианству, Юнг многократно говорил, как оно ущербно. Был уверен, что, например, Христос и Антихрист образуют изначальную пару. Один без другого невозможен. Символ Бога в виде троицы вместе с символикой тройки неполон. Тройка обязательно должна была быть дополнена четвертым элементом. Четверица полнее, чем троица. И этот четвертый должен был включать Тень – Антихриста. Юнг показывает, как у многих мистиков есть тяготение к отходу от канонического христианства. Потом эти идеи и соответствующие им символы переходят в алхимию. Поэтому алхимия – один из важнейших элементов европейской культурной традиции.

Образ света как универсальная модель гностицизма, если под ним понимать тип мироощущения. Источник света это Самость – глубинный архетип. Одна для всех – универсальный глубинный архетип – исток всего, к чему все вернется. С ним мы должны не утрачивать связи. Это путь к себе. Либо мы достигаем полноты и совершенства, психического и физического здоровья, либо это теряем. Культура человеческая жива постольку, поскольку человек обращается в разных видах к архетипам. Платоновские идеи или бесконечная вселенная Ньютона – все это работа человечества с содержанием своей психики. Культура жива через возвращение к источнику, образам. Связь с тайным источником света. Он останется тем, на что прямо невозможно смотреть. Если отдельный человек теряет его, то его сохраняет человечество.

Можно взять еще один простой образ. И связать его с тем, что Юнга не притягивало, но все же близко его видению. Плотин (III век н. э.), основатель неоплатонизма. Его учение о сути мироздания было похожим на то, что мы только что рассмотрели. Свет. Плотин был против гностиков. Но нас интересует визуальный образ, который может, пусть наивно, но наглядно иллюстрировать учение Плотина. Исток всего, в центре всего – Единое. Единое – точка. Все в себе заключает. Посредством эманации из него происходит мир. Переполнение сущности собой – образуется мироздание. Первая эманация Единого – Мировой Ум. Умопостигаемая действительность. Следующая область – Мировая Душа. Это все, что может быть познано и изведано человеческими чувствами. Все расширяется, подобно образу света.  На самой периферии Мировой Души возникает мир материи – вещественный, плотный, тяжелый, малоподвижный и бренный. Мир, который мы знаем вместе с его живыми и неживыми существами. Все в мире несовершенно и обречено на распад, потому что далеко от центра. Происходит ниспадение. Или вообразите фонтан в форме чаш, расположенных ярусами. (Вопрос связи с Самостью. Тоже своего рода иллюстрация устройства психики, по Юнгу. И опять религиозная идея спасения.) Вода «эманирует» из своего истока от переизбытка собственного содержания. «Эманируя», она обречена на ниспадение. Образ воды. Если мы вода, то мы сохраняем сущность Единого. Но что бывает, когда вода достигает пределов фонтана? Она возвращается к истоку. Принцип возвращения всего к себе. Так устроена психика, по Юнгу, и мироздание, хоть по гностикам, хоть по Плотину.

Идея спасения. Если мы частички воды в этом фонтане мироздания (капли, неотделимые друг от друга), то мы падаем. Когда мы упадем – мы возвращаемся к единому и обретаем исконную божественную полноту. Но некоторые частички разбрызгиваются, вылетая за пределы фонтана, когда не сохраняют связь с истоком. 

Так можно проиллюстрировать исторический процесс, по Юнгу. О том, что после смерти, Юнг не думал. Задача человечества – не вылететь всем вместе из мира. Исторические катастрофы красноречиво свидетельствуют о том, как можно вылететь. Самая страшная катастрофа ХХ века – Вторая мировая война – не была бы возможна, если бы не мифология и идеология немецкого национал-социализма. А воплотилось в гитлеровской идеологии то, что вышли на свободу «демоны души» коллективного человечества, которые не поддаются контролю. Юнг писал об архетипе Одина/Вотана – германского бога войны. Часть человечества оказалась неспособной противостоять его силе. Это не Самость говорила теми, кто создавал национал-социалистический мир, а идея воинственного перекраивания мироздания. Сила, которая питает этот архетип, – одна из живущих в бессознательном сил. В истории цивилизации это не первая и не последняя катастрофа. 

В мае 1945 года Юнг написал в заметке для одной газеты: не думайте, что демоны души, вырвавшиеся на свободу в гитлеровской Германии, ушли в глубины насовсем. Что они побеждены и исчезли. Демоны ушли, может, вовсе не в глубины. А в другую область земного шара. Ушли на Восток. Когда и как проявятся – надо еще посмотреть. Для Юнга это было очевидно, и он это интуитивно предчувствовал. 

Саморазворачивание полноты единого, божественного – средь тьмы, которая может стать гибельной.

Почему Юнг к Плотину не обращался: мы не видим в плотиновой схеме тьмы. Для Плотина зло – то, что возникает на периферии эманации. У него идея онтологического зла (не нравственного). Цель человека – развоплотиться. Тело – темница души. Подлинная душа не ограничена телесными рамками. Метафора Итаки в «Одиссее» Гомера. Человек не может не думать о своем идеальном истоке. 

Юнга это не очень устраивало. Иное высоты – не глубина, а низ. Ниспадение. Иное высокого – низкое. У Плотина этого не было. В недрах бессознательного равноизначальны свет и тьма. За этим нужен контроль.

Любимый образ Юнга из восточных традиций – мандала. Образ возник в индийской традиции. Юнг рисовал мандалы в свободное время. Тоже один из архетипов. Область обитания богов. Это вся область, которая существует благодаря тому, что пронизана божественным началом. Окружена тьмой и вбирает в себя тьму, преображая ее.


Читайте также: «Причинность не единственный принцип»: К. Г. Юнг о том, чем восточное мышление отличается от западного

Культура жива, пока она питается архетипами – истоками Самости. Здоровье культуры можно сопоставлять со здоровьем личности. Есть более и менее здоровые состояния и тенденции.

Посмотрите работы «Эон», «Действительность души», первую главу (написанную самим Юнгом) в сборнике «Человек и его символы», «О символах трансформации». 

Алхимия для Юнга – символический язык, отображающий трансформацию человека и возвращение к исходной полноте. Алхимия – опыт психики. Преобразовывать одни вещества в другие алхимику позволял внутренний процесс очищения души. Человек очищается от своих демонов. Это тоже принцип индивидуации. В алхимии Юнг узнавал образы, соответствующие архетипическим символам…

Напоследок я процитирую несколько слов из «Красной книги» Юнга – его тайного дневника:

«Не учение и не наставления я даю вам.  <…> Я сообщаю вам новости о пути этого человека, а не о вашем пути. Мой путь – это не ваш путь, поэтому я не могу вас учить. Путь внутри нас, а не в Богах, и не в учениях, и не в законах. Внутри нас путь, и истина, и жизнь. 

Горе тем, кто живет примерами! Нет жизни в них. …кто будет жить вашу жизнь, как не вы сами? Так живите сами. 

Есть только один путь, и это ваш путь». 

Путь к себе, который каждый совершает сам.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Похожие статьи

Блог Светланы Дутты — В паре мужчины и женщины всегда разыгрываются бессознательные сценарии

В прошлый раз мы говорили о прекрасном чувстве любви. Но очень часто это светлое и приятное чувство как будто разбивается о быт, не выдерживая испытаний. Или дело в чем-то другом? Как мы выбираем партнера? И что происходит с нами, когда мы влюбляемся в человека?

Если человек приходит к психологу, а тем более в психоанализ, это уже означает, что у него есть внутренний конфликт, когда две его собственные части не могут между собой договориться. Вам знакома ситуация, когда вы, влюбляясь, отдаете себя партнеру, растворяясь в нем, и ожидаете от него или от нее любви, заботы, внимания, понимания, принятия. Поначалу он или она кажется вам именно тем, кто способен это дать. Но через какое-то время вы понимаете, что не просто этого всего не получаете, но напротив, получаете что-то совершенно иное: то, чего вам не хотелось бы и чего никак не ждали: неуважение, игнор, оскорбления, отсутствие интереса с его (ее) стороны, доходящее до безразличия или агрессии. Некоторые считают — не повезло. Их обманули, партнер оказался лицемером и т. д. Но все не так однозначно.

Наша психика имеет не только сознательную часть, но и глубинную — бессознательную. Впервые бессознательное открыл Зигмунд Фрейд. Представьте себе, что психика — айсберг. Где сознательное — это только верхушка этой глыбы. А основной айсберг — он под водой, его не видно, он никак себя не обнаруживает, и в этом и есть его загадка и основная опасность. Непотопляемый “Титаник” был потоплен тем айсбергом, который был под водой. Также наше бессознательное: если допустить его наличие, его величие, его влияние, если лучше его исследовать, погружаясь в глубины своей психики, то можно открыть прекрасный подводный мир. А если игнорировать наши бессознательные порывы, желания, страхи, фантазии, то можно всю жизнь мучиться от плохого к себе отношения, жаловаться на недостойных мужчин и женщин, жить годами в браке без любви или бесконечно страдать от брошенности, измен, разводов.

Дело в вас самих. Когда вы выбираете партнера, руководствуясь сознательными критериями, речь идет о верхушке нашей психики, о наших сознательных желаниях. Сознательный выбор — это “какого партнера я хочу”. Вы делаете его, исходя из представлений, отталкиваясь от сознательного опыта, установок, ценностей, переданных вам родителями, обществом, заимствованных из культуры. Но допустим, в детстве вы страдали от отца, который пил и рядом с которым страдала мать. Или мать била, говоря, что это ради вашего же блага. Или родители все время ругались друг с другом, и вы очень боялись этих скандалов. И вот возникает внутренний конфликт между сознательной Вашей частью и бессознательным содержанием. Бессознательно вы также делаете выбор, но не осознаете его. Он совершается, исходя из вашей детской психологической травмы, детского страдания. И это — то, какого партнера вы получаете. Хотела, чтоб любил, а он бьет. Психика включает компромиссную защиту “бьет- значит, любит”. Или мужчина хотел себе в жены заботливую теплую женщину, а она через несколько лет раскрывает себя не с лучшей стороны. Таких примеров — огромное количество.

В паре всегда разыгрываются бессознательные сценарии. То есть сюжеты, которые вами не осознаются. К удовольствию Вы стремитесь сознательно. Если Вы любите море, то будете хотеть отправиться именно туда. Если предпочитаете горы – то хотите только там провести свой отпуск. А вот «стремление» к боли, страданию, неудовольствию, как на чердаке, хранится в нашем бессознательном.

Так что же разыгрывается как на сцене в паре? Приведу сегодня в пример лишь некоторые сценарии, тогда как их огромное множество.

Во-первых, «свой своего ищет», или выбор партнера всегда не случаен. Если вас привлекает конкретный мужчина или определенная женщина, тем более, если вы сильно влюбились, значит этот другой человек обязательно будет являться носителем черт ваших близких родственников – первичного окружения, или вас самих. Партнер будет выступать как продолжение этих людей, причем не важно со знаком «плюс» или со знаком «минус». Например, он, как мама, будет знать, сколько ложек сахара вы любите класть в чай. Первое время это будет приятно, а потом вы привыкнете. А вот если он никак не запомнит сколько ложек сахара вам требуется в чай (в отличие от мамы) вас будет это сильно задевать и давать повод для обид и претензий. Это очень простой, я бы даже сказала бытовой, примитивный, пример. Но такая же ситуация будет повторяться со всеми значимыми для вас сферами жизни.

Следующее, что стоит помнить, что все отношения происходят в голове. Ко мне в психологическую практику на прием приходит очень много мужчин и женщин, страдающих от ревности. Но мы страдаем от фантазии не меньше, чем от реальности. Нельзя найти доказательств верности, можно найти только доказательства неверности. Вам знакома ситуация, когда кто-то проверяет телефоны, почту или карманы любимого? Во многих из этих случаев реальной измены нет. Но, если фантазия о ней есть в голове, то человек страдает от нее так же, как если бы это происходило в реальности. Так же и с любыми другими фантазиями, которые имеют отношение к реальному человеку, но возникают именно в голове.

Часто партнер является продолжением нас самих. Например, вы не можете принять в нем какие-то качества. Ок. Но почему Вас это задевает? И почему Вас задевает то, что абсолютно никак не беспокоит ваших друзей или подруг в их отношениях. И почему вас задевает именно это? Ладно, а если наоборот, Вам нравятся в избраннице или избраннике какие-то качества. Прекрасно! Но почему именно эти? Вы гордитесь им и порою говорите, что в чем-то вы похожи. Только что-то очень ценное для нас самих откликается в нашей душе.

Фото: Светлана Пономарёва

Роль социального бессознательного в формировании толерантности личности

%PDF-1.6 % 1 0 obj > endobj 4 0 obj /Title >> endobj 2 0 obj > endobj 3 0 obj > stream

  • Роль социального бессознательного в формировании толерантности личности
  • Радченко Оксана Евгеньевна; Емельянова Надежда Евгеньевна; Пищулина Евгения Сергеевна; Калиниченко Светлана Сергеевна endstream endobj 5 0 obj > endobj 6 0 obj > endobj 7 0 obj > endobj 8 0 obj > endobj 9 0 obj > endobj 10 0 obj > stream [email protected]֭w/w,c`8C7_{؂.wy//.`2yL&єp{p]Qd6/ҥM|tb?}-A%dyy1?$TK(2\HfN6+as!nWvX}\%)aN#)Kf0GY0*u;=gނN)2Fw?)K[:鹮TMPv{ aL6=q >owݦ@Ըru6}19QJ{51A׾jNZWiBM6:{χ[email protected]#˳ 8jL:#gS1ZjZAIhJeZ

    Шпаргалка проблема бессознательного | shpora.me

    Психика человека не исчерпывается сознанием, она включает и сферу бессознательного. Бессознательное – это совокупность психических явлений, состояний и действий, лежащих вне сферы человеческого разума, безотчетных и не поддающихся контролю со стороны сознания.

    К бессознательным относятся автоматизм действий, сновидения, гипнотические состояния, состояния невменяемости, инстинкты.

    Сознание и бессознательное в психике человека неразрывны. Так, человек как биологическое существо несвободен от инстинктов (*половой, пищевой инстинкты), они могут порождать у человека подсознательные желания, эмоции, однако в большинстве случаев затем они попадают в сферу сознания и контролируются ею. Автоматические действия и интуиция, наоборот, зарождаются благодаря сознанию и первоначально производятся под контролем сознания, но в результате длительных тренировок и многократного повторения приобретают бессознательный характер (*игра на музыкальных инструментах, езда на велосипеде и т.д.). Автоматизмы как бессознательные акты

    Выполняют важную для человека функцию: они уменьшают нагрузку на сознание и тем самым увеличивают творческие возможности человека.

    Бессознательное в психике человека обладает определенной активностью и в определенных случаях может определять поведение человека и воздействовать на его сознание (*в состоянии гипноза человеку можно внушить какое-либо приказание, которое он потом выполнит в сознательном состоянии, найдя для него мотивацию).

    Вопрос о соотношении сознания и бессознательного – один из интереснейших для современной науки. Одним из первых его пытался решить австрийский врач-психотерапевт и философ З. Фрейд. На основе наблюдений за пациентами, страдающими неврологическими и психическими недугами, З. Фрейд сделал вывод о решающей роли бессознательного в психике человека. Те или иные «комплексы» которые складываются под влиянием различных факторов в жизни человека, вытесняются из сознания в бессознательное и могут потом выступать причиной психических расстройств. Необходимо обнаружить этот комплекс, довести его до сознания пациента, и тогда болезнь будет излечена. Разработанный З. Фрейдом метод лечения был назван психоанализом.

    Учение З. Фрейда имеет не только медицинское, но и философское значение, оно стало значительным вкладом в разработку проблемы человеческой психической деятельности человека. По З. Фрейду, в психике человека можно выделить три элемента:

    «Оно» – сфера бессознательных влечений, главным для него является принцип наслаждения;

    «Я» – сфера сознательного, здесь определяющим является принцип реальности;

    «Сверх-Я» — это область социальных норм и моральных запретов.

    В своем учении Фрейд преувеличивал значение бессознательного по отношению к сознанию. Он полагал, что именно бессознательное является основным мотивом поведения человека. Социальный фактор он не считал определяющим в формировании и развитии сознания. В то же время значение его учения заключается, прежде всего, в том, что он подверг критике точку зрения, согласно которой бессознательное есть низшая форма психической деятельности, свойственная животным и полностью подавленная сознанием человека.

     

    Уровни бессознательного

    Бессознательное в личности — загадочный феномен, на который обратили внимание еще древние философы. Обширному внедрению этого термина в психологию и, теперь уже, в нашу повседневную жизнь мы обязаны Зигмунду Фрейду, основателю психодинамического направления в психологии.

    Эта статья посвящена обзору уровней бессознательного. В ее основу легла первая концепция личности З. Фрейда, где он описывал разные слои бессознательного. Теперь же в психологии различаются понятия «бессознательное» и «личность». Бессознательное представляет из себя совокупность всех внутриличностных процессов, свойств и состояний, о существовании которых личность не отдает себе отчет.

    Уровни бессознательного

    Несколько абсурдно включать сознание в статью о бессознательном, но не включить его сюда невозможно. Понятие о сознании — отдельная обширная тема, здесь у нас нет задачи говорить о сознании.

    С точки зрения концепции уровней бессознательного, сознание — самый верхний пласт психики, «острие копья», передний край, которым психика встречается с миром.

    З. Фрейд не уделял особенно много внимания сознанию в своих работах и отождествлял его с фокусом внимания личности.

    У сознания есть его фокус (или центр) и периферия. В фокусе сознания всегда находится текущая деятельность человека. Предмет, на котором человек сконцентрирован непосредственно в данный момент времени.

    Например, сейчас для вас в фокусе сознания находится чтение этой строки.

    На периферию сознания попадают те явления, предметы или мысли, о которых мы тоже знаем в данный момент времени, но не сконцентрированы непосредственно на них.

    Например, если чтение этой строки сейчас находится в фокусе вашего сознания, то смысл предыдущих нескольких строк уходит на периферию сознания.

    Предсознательное — это в некотором смысле служебный слой. Предсознательное защищает сознание от перегрузки. В предсознании содержатся те впечатления, которые в данный момент человек не осознает, но в любой момент может к ним обратиться.

    Например, для вас начало этой статьи уже наверняка ушло в область предсознания: читая эту строку, вы не помните, что было в начале. Но если сосредоточитесь и поставите себе задачу вспомнить, у вас непременно получится.

    В предсознательном находится весь неактуальный в данный момент опыт, который не несет в себе никакой травматичности. Согласно З. Фрейду, предсознательно служит своеобразным буфером между сознанием и бессознательным.

    Условно названный нами «вытесненным», этот уровень бессознательного и является основным предметом внимания психодинамических концепций личности.

    На третьем уровене бессознательного находятся такие компоненты психики, которые когда-то осознавались, но были вытеснены в область бессознательного в силу определенных причин.

    Основная причина вытеснения в бессознательное заключается в том, что некий опыт для личности травматичен, непереносим, болезненен. Психика, не имея ресуров на интеграцию этого опыта, надежно вытесняет его. Степень этой надежности тоже может быть различной.

    Данная область бессознательного, согласно З. Фрейду, наиболее обширна. Личностный рост и психотерапевтическая работа с личностью возможны за счет осознавания различных элементов психики, заключенных в этом слое.

    Этот уровень бессознательного — самый глубинный пласт психических явлений, самый архаический и близкий к психофизиологическим и биологическим процессам в организме.

    Здесь содержатся такие психические явления, которые личностью никогда не осознавались и не могли быть осознаны. Например, инстинкты жизни и смерти, наличие которых постулировал З. Фрейд. Или различного рода рефлекторная деятельность.

    Строго говоря, явления этого уровня уже выходят за рамки понятия о личности и включены в функционирование психики на более древних уровнях.

    Ваше скрытое бессознательное | Журнал Psyche

    В то время как некоторые сомневаются в его существовании, для других бессознательное считается краеугольным камнем психоаналитического процесса. В подсознании есть процессы, которые, как полагают, происходят в уме автоматически. По определению, использование термина «бессознательное» приостанавливает самоанализ о них, включая связанные с ними модели поведения, мыслительные процессы, память, аффект и мотивацию.

    Большая часть текущих эмпирических исследований бессознательного или автоматических мыслей убедительно свидетельствует о том, что такие теоретики, как Фрейд, Шеллинг и Кольридж, были на высоте, включив этот феномен в аналитический лексикон.

    Этимология

    С именами мыслителей современной эпохи, связанных с его идеологией, было бы легко упустить из виду важность идеи бессознательного для взглядов на мир, которых придерживается большая часть человечества. Для некоторых культур он служил способом объяснения древних идей искушения, божественного вдохновения и преобладающей роли богов в влиянии мотивов и действий. зло, дурные сны или другие жизненные катастрофы.

    Датируемые периодом между 2500 и 600 годами до нашей эры опыт бессознательного разума можно найти в индуистских текстах.Какое бы название ни было присвоено, идея невысказанного мышления как неотъемлемой части функций разума продолжает оставаться важной в психоаналитическом мире.

    Определение

    В 21, и веках любое определение бессознательного должно опираться на язык, и в частности на метафору, чтобы быть действительным. В подсознании так много слов и фраз, которые взаимозаменяемы, что можно легко потерять из виду, о чем следует говорить. Среди этих слов и фраз:

    • Подсознание
    • Автоматическое
    • Инстинктивное
    • Интуитивное
    • Идентификатор
    • Непроизвольное

    Не менее важно различать бессознательный процесс (психоаналитические стимулы) и бессознательный разум ( реакция на эти раздражители).Недавние исследования, кажется, подтверждают, что, хотя бессознательные процессы происходят так, как будто они находятся в вакууме, человеческая реакция на них измерима и реальна. Как это объяснить? Давайте посмотрим на эти три подхода.

    Фрейд и бессознательное мышление (Психоанализ)

    Среди гигантов психоаналитической теории — Зигмунд Фрейд. В своей работе Фрейд моделировал разум иерархическим образом. Наверху находится Эго. Прямо под его поверхностью лежат два дополнительных аспекта ума: Ид (инстинкты) и Супер-Эго.Именно в последних двух сферах негативные события превращаются в бессознательные мысли, имеющие как символическое, так и действительное значение.

    «Для Фрейда бессознательное было хранилищем социально неприемлемых идей, желаний или желаний, травмирующих воспоминаний и болезненных эмоций, вытесненных из разума механизмом психологического подавления. Однако содержание не обязательно должно быть исключительно негативным. С психоаналитической точки зрения бессознательное — это сила, которую можно распознать только по ее воздействию — она ​​выражается в симптоме.

    Именно на основе этой психоаналитической модели Фрейд утверждал, что эти мысли недоступны с помощью интроспекции, но требуют более сложного и длительного вмешательства — психоанализа.

    Юнг и коллективное бессознательное

    Развивая концепцию Фрейда, Карл Юнг представил два различных источника бессознательного. Его первая личная бессознательность не сильно отличалась от взглядов Фрейда в том, что индивидуально мы все сталкиваемся с событиями, которые удалены из нашей индивидуальной сознательной памяти и помещены в наше бессознательное.

    Там, где Юнг придерживался другого подхода, была область, которую он назвал коллективным бессознательным. Именно здесь он постулировал, что люди были хранилищами того, что он называл архетипами; Врожденные, универсальные и наследственные сообщения о том, как мы воспринимаем наш мир. Именно в архетипах мы все вместе становимся группами и культурами.

    Юнг не ограничивал количество доступных архетипов. Включены следующие области:

    • Самость
    • Персона
    • Тень
    • Религия
    • Философия
    • Наука
    • Искусство
    • Гендерные роли
    • Род занятий
    • Семья

    Лингвистическое бессознательное Лакана

    Главный поворот в психоаналитической теории произошел с работами Жака Лакана.Его психоаналитическая теория утверждает, что бессознательное устроено как язык. Таким образом, он представил многим идею о том, что в более современной, то есть современной психологии, опора на сильный традиционный когнитивно-психологический компонент была чрезмерно подчеркнута. Структура бессознательного в большей степени лингвистическая, чем основанная на мышлении.

    Лукан, казалось, утверждал, что если мы не владеем какими-либо символами, словами или фразами для представления мысли, мысли не может быть.

    Противоречие

    Это заставляет нас усомниться в некоторых из самых основных сторон психоаналитической теории.Как это часто бывает со многими далеко идущими проблемами, кажется, что дискуссии, исследования и практики психоанализа носят круговой характер. В то время как Фрейд и Юнг вместе со своими учениками продолжают свои подходы и практики, более позднее введение лингвистического бессознательного Лукана только увеличило базу знаний в этой области психологии.

    В сегодняшнем 21, и веке, одним из ключей к продвижению вперед, кажется, является способность адаптироваться или использовать старую фразу «Не выбрасывайте ребенка вместе с водой из ванны.«Наш« ребенок »сегодня — это бессознательное. И хотя на первый взгляд различия между теориями Фрейда, Юнга и Лукана могут показаться гигантскими, на самом деле это не так. Они подтверждают друг друга, и, что еще более важно, каждый из них способствует более тесному взаимодействию с профессионалом и клиентом во время сеанса терапии.

    Заключение

    В свете достижений, которые постоянно делаются в теории психоанализа, важно, чтобы мы не упускали из виду, насколько тесно связаны теории «чистого» подсознания Фрейда, архетипов Юнга и Лукана. лингвистики друг к другу.

    При современном мышлении и возможностях дальновидных исследований, доступных сегодняшним профессионалам, не должно быть никаких оснований для отказа от развития и улучшения способности помогать людям в достижении наивысшего уровня функционирования, на который они способны.

    Изучение глубочайшего слоя нашей психики (философия Юнга) ~ Фрактальное просветление

    «Психика — величайшее из всех космических чудес и« sin qua non »[незаменимый ингредиент] мира как объекта.В высшей степени странно, что западный человек, за очень немногими — и все реже — исключениями, по-видимому, так мало обращает внимание на этот факт.

    Погруженный в знания о внешних объектах, субъект всех знаний [психика] временно затмевается до точки кажущегося несуществования ». ~ Карл Юнг

    Психика играет важную роль в создании нашей вселенной, кажущийся внешний мир не отделен от психики, которая его переживает, но фактически является отражением самой психики.

    Согласно Юнгу, психика — это саморегулирующаяся система, которая стремится поддерживать баланс между противоположными качествами, постоянно стремясь к росту.

    Юнг видел, что человеческая психика состоит из 3-х слоев — сознательного разума (эго), в котором находится наше чувство идентичности или сознательного осознания, личного бессознательного, термин Юнга для фрейдистского бессознательного, который включает содержание в сознании, которое было забыто. или репрессированные.

    Третий слой — это коллективное бессознательное, которое представляет собой форму бессознательного (та часть разума, содержащая воспоминания и импульсы, о которых человек не знает), общего для человечества в целом и берущего свое начало в унаследованной структуре мозга.

    Юнг в книге «Архетипы и коллективное бессознательное» сказал: «Коллективное бессознательное — это часть психики, которую можно отрицательно отличить от личного бессознательного тем, что оно, в отличие от последнего, не обязано своим существованием личному опыту. и, следовательно, не является личным приобретением … содержание коллективного бессознательного никогда не было в сознании и, следовательно, никогда не приобреталось индивидуально, но обязано своим существованием исключительно наследственности.

    В то время как личное бессознательное состоит по большей части из комплексов, содержание коллективного бессознательного в основном состоит из архетипов ».

    Чтобы поэкспериментировать, Юнг протестировал несколько групп на основе их снов и фантазий, но обнаружил, что определение бессознательного, данное Фрейдом, ограничено.

    Была еще одна часть разума, разделяемая этими людьми в форме символов, к которой они не имели сознательного доступа, и он называл их «наследственным наследием возможностей репрезентации, общих для всех людей и, возможно, даже для всех животных». .Эти символы и темы в дальнейшем были названы архетипами.

    В этой статье рассматриваются следующие темы:

    Коллективное бессознательное выражалось через «архетипы», которые проявляются как символы, инстинкты и образы на протяжении всего нашего существования и полностью проявляются во время сна и воображения, а также во время мифов и сказок, передаваемых из поколения в поколение.

    «Таким образом, главный источник — это сны, которые обладают тем преимуществом, что являются непроизвольными, спонтанными продуктами бессознательной психики и, следовательно, являются чистыми продуктами природы, не фальсифицируемыми какой-либо сознательной целью.”

    Архетипы также называют коллективными представлениями или изначальными мыслями, выраженными через различные культуры, традиции и идеологии. Юнг выделил ряд архетипов, включая «аниму, анимус», «мать», «тень», «ребенка», «мудрого старика», «духов сказок» и «обманщика». найдено в мифах и истории.

    Адам Адамски в своей статье об архетипах и коллективном бессознательном Карла Г. Юнга в свете квантовой психологии сказал: «Архетипы — это средства действия и могут принимать форму образов, снов или стимулов для конкретное действие.Юнг говорит, что сны — это архетипическое руководство и мудрость прошлых поколений. Неосознаваемые части психики часто связаны с определенными событиями с архетипическим паттерном, причем аналогичные события происходят много раз в истории. Архетипы часто несут в себе сильный эмоциональный заряд, потому что отношения с людьми являются результатом различий в доминирующей сфере архетипических чувств ».

    Примеры архетипов

    Анима и Анимус

    И мужчина, и женщина обладают характеристиками друг друга как архетипами, лежащими в их психике.

    В то время как зеркальное отображение мужчины в подсознании женщины называется Анимус, зеркальное отражение женщины в подсознании мужчины называется Анима.

    Кроме того, когда мужчина или женщина проецируют психику анимы или анимуса на реальную женщину или мужчину, культивируются такие чувства, как увлечение, идеализация или влечение к противоположному полу.

    Когда мы влюбляемся с первого взгляда, значит, мы нашли кого-то, кто особенно хорошо «наполняет» нашу аниму или архетип анимуса!

    Анима и анимус различаются по степени воздействия, что приводит к мужским или женским характеристикам человека.Юнг считал, что все мы бисексуальны по своей природе, поскольку у всех нас есть как мужские, так и женские аспекты нашей натуры, но из-за ожиданий общества мы достигаем лишь части ожиданий нашего общества.

    Божественный союз анимы и анимуса известен как Сизигия, олицетворяющий завершение, и это открывает все, ломая наше старое застойное мировоззрение прямо посередине и обнаруживая, что все связано так же, как и все движется. Шива входит и выходит из Шакти.

    Тень

    Тень — это более темная сторона нашей психики или те характеристики, которые подавляются сознанием и считаются непригодными для воздействия внешнего мира.Это похоже на «скрытый характер», который инстинктивен и иррационален по своей природе.

    Фрейд называл тень животным внутри нас, а Юнг считал ее неопознанным аспектом нашего эго. Это часто проецируется на других, заставляя нас находить тень в других. Если мы сможем объединить свет и тьму, мы сможем ощутить единство и гармонию в себе и продвинуться к самореализации. Если мы не осознаем свое теневое «я», то оно отделяется от сознательной жизни.

    Символ, через который она проецируется, — это фигура злодея, темного воина, паука и т. Д. Тень также может появляться в наших снах как презираемый человек или даже иногда как друг. Говорят, что можно проецировать архетип Тени через бодрствующую жизнь, когда он / она выражает ее в неконтролируемом гневе, агрессии и ярости.

    Самость

    Это совокупность психики со всем ее потенциалом. Самость — это дух, связанный с универсальной ассимиляцией сознательного и бессознательного разума человека.Когда мы понимаем себя, это приводит к самоактуализации — конечной цели каждого существа.

    Некоторые из других архетипов: отец — контролирующая фигура, мать — сострадательная и заботливая, сирота — оставленная одна без заботы, мудрый старик — знание, верная собака — непоколебимая преданность, ищущий — один кто ищет вечной мудрости, но является потерянной душой, земной матерью-природой, обманщиком — тем, кто использует недоразумения и гибель среди многих других.

    Юнг также считал, что мандалы (древние круги из индуистской мифологии) — это прямое окно в бессознательное и внутренний процесс, посредством которого люди растут в направлении реализации своего потенциала к целостности.

    Теория коллективного бессознательного обширна и чрезвычайно интересна, а также информативна. С пониманием множества доступных нам архетипов и символов, которые снова и снова обнаруживаются через наше поведение, убеждения, мечты и т. Д., Мы можем стать свидетелями самых глубоких уровней нашего разума.

    Источник изображения

    Коллективное бессознательное
    Карл Юнг
    Анима Анимус
    Юнг и архетипы

    Юнгианская психотерапия

    Карл Юнг известен как основоположник аналитической психологии. Он считал, что религиозное выражение проявляется в стремлении психики к сбалансированному состоянию сознания и бессознательности одновременно. Юнг потратил много лет на обучение и практику у Зигмунда Фрейда, но именно эта теория привела их к разногласиям.Юнг предположил, что коллективное бессознательное разделяют все люди. Основа этой теории была основана на конкретных архетипах и паттернах, которые диктуют, как люди обрабатывают психические образы. На протяжении всей истории и во всех культурах мифология и изучение сновидений поддерживали общую нить. Юнг считал, что каждый человек стремится достичь целостности, достигнув гармонии в сознании и бессознательном, и что это может быть достигнуто посредством изучения сновидений.

    Концепции юнгианской психотерапии

    • Активное воображение: Юнг создал концепцию активного воображения как способ описания преодоления разрыва между бессознательным и сознанием.Используя воображение, фантазию, мечты и медитацию, клиент может перенести свое бессознательное в настоящее посредством повествования или действия. Активное воображение основывается на неориентированном наблюдении клиента за своим воображением или мечтами, а не на предполагаемом изображении их желаний.
    • Индивидуация: Индивидуация — это процесс аналитической психологии, с помощью которого человек становится тем, кем он действительно должен быть. Людям с эмоциональными трудностями часто кажется, что они живут разрозненной, разрозненной жизнью, наполненной эмоциональными переживаниями разной степени.Прогресс в продвижении вперед часто затрудняется в результате внутреннего конфликта и саботажа, проистекающих из разделения различных личностей внутри человека. Индивидуализация включает в себя интеграцию всего прошлого положительного и отрицательного опыта человека таким образом, чтобы он мог жить здоровой, продуктивной и эмоционально стабильной жизнью. Индивидуация позволяет человеку стать уникальным и существенно отличаться от других людей и коллективного бессознательного. Процесс индивидуации происходит с помощью различных методов, включая толкование снов и активное воображение, и дает рождение зрелой, целостной и гармоничной личности.
    • Коллективное бессознательное: Юнг был первым, кто использовал термин коллективное бессознательное как средство для описания выражения бессознательного, которое проявляется в каждом живом существе с нервной системой. Коллективное бессознательное организует не только переживания из нашей личной истории или нашей психики, но и все переживания внутри вида. Юнг считал, что коллективное бессознательное унаследовано и присуще каждому существу, а не результат определенных событий.Коллективное бессознательное содержит ментальные образы, которые нельзя объяснить исторически или посредством опыта, но которые существуют только как побочный продукт эволюции.
    • «Логос» в теориях Юнга: Юнг также использовал термин «логос» в своих философских теориях. Согласно Юнгу, логос представляет собой факт или разум. Юнг часто называл контраст между сознательным и бессознательным как логос против мифа. Кроме того, Юнг полагал, что логотипы были мужской версией рациональности, где женский аналог, эрос, олицетворял психическую доступность или эмоции.
    • Некия: Некия — ключевой компонент анализа Юнга. Некия, или процесс погружения в бессознательное, согласно Юнгу, является преднамеренным и решительным действием. Он считал, что Некия, темное путешествие в опасное место, была необходимым процессом для достижения индивидуации. Те, кто путешествовал в глубины своей внутренней психики и обратно, были намного лучше от этого.

    Глубинная психология

    Глубинная психология — один из многих терапевтических подходов, заимствованных из юнгианской психологии.Этот метод основан на обнаружении мотивов психических проблем как средства их лечения. Во время глубинной психологии терапевт работает с клиентом, чтобы выявить источник его проблемы, а не симптомы, связанные с ней. После выявления дезадаптивные мотивы можно преобразовать, что приведет к более здоровым и позитивным мыслям и поведению.

    Одним из феноменов, существующих в глубинной психологии, является феномен «раненого целителя». Когда терапевт работает с клиентом, у которого есть подобные эмоциональные раны, терапевт осознает эту динамику и может непреднамеренно передать свои раны обратно клиенту.Этот процесс контрпереноса может быть вредным как для терапевта, так и для клиента, потому что он подвергает терапевта ранениям его клиента, таким образом потенциально заражая терапевтический процесс.

    Архетипическая психология

    Архетипическая психология, основанная на археологии и антропологии, является одной из стратегий, которые часто используются для раскрытия бессознательных мотивов. Юнг изучал, как исторические религии, божества и басни влияют на самоощущение человека. Архетипическая психология предполагает, что сны и психика человека переплетаются с его убеждениями и что этот союз является тем, что формирует его поведение, мысли и эмоции.Архетип является символом коллективного жизненного опыта человека и определяет, какой выбор, как сознательный, так и бессознательный, делает человек. Архетипическая психология сосредотачивается на душе человека, и Юнг и его предшественники обнаружили сходство в архетипах легенд и в побуждении человека. Сегодня архетипические психологи по-прежнему считают архетипы важной силой в развитии психологической конструкции человека.

    Влияние Юнга на психодинамическую психологию

    Хотя Юнг не был основателем психодинамики, он оказал огромное влияние на эту область своим вкладом.Юнг считал, что психика или душа движется к индивидуализации. Его психодинамическая психология вращалась вокруг архетипов коллективного бессознательного, а также личного бессознательного и эго. Юнг также верил в трансцендентную функцию, которая заключалась в диффузии архетипов в коллективном бессознательном. Психодинамические теории Юнга включали признание духовного присутствия внутри каждого человека, а также различных организующих элементов в психике.Вместе эти элементы и архетипы могут время от времени вызывать разногласия, вызывая внутренний конфликт.

    Современные инструменты оценки

    Теории Юнга также повлияли на многие инструменты оценки, используемые сегодня в психотерапии. Индикатор типа Майерс-Бриггс (MBTI), разработанный Изабель Бриггс Майерс и Кэтрин Кук Бриггс, был основан на теориях, которые Юнг исследовал в своей книге «Психологические типы». Этот личностный инструмент является одним из наиболее часто используемых сегодня во всем мире критериев оценки.

    Другой показатель, индекс юнгианского типа (JTI), разработанный в 2001 году, был разработан Халлвардом Э. Рингстадом и Тором Одегардом для более точной оценки предпочтительного метода психологической обработки человека. JTI основан на определенных психологических функциях, описанных Юнгом, и представлен в более краткой и понятной для всех форме. JTI заменил MBTI в нескольких странах и рассматривается как жизнеспособный и более доступный вариант для оценки психологической личности.Другой вариант этих тестов — сортировщик темперамента Кейрси. Хотя он также частично основан на теориях Юнга, его содержание и применение сильно отличаются как от JTI, так и от MBTI.

    Метафора для понимания человеческой психики | Фрэнки | место между

    По крайней мере, мне подходит эта метафора.

    Во-первых, давайте начнем с моего совершенно расплывчатого и безответственно расплывчатого определения человеческой психики: психика — это совокупность процессов, связанных не только с мозгом и разумом, но и с сердцем, эмоциями и телом, которые составляют единое целое. человек.Психика — это не только разум, это не только работа мозга, и не только эмоции.

    Мерриам-Вебстер определяет это как: душу, разум или личность человека или группы. Я ценю эту простоту, но даже тридцать секундный обзор теорий личности ошеломил бы средний ум своей сложностью. Итак, для простоты, давайте просто скажем, что это все такое. Вместе. В одном пакете кожа и кости.

    Существует масса теорий о том, как устроена человеческая психика.Наиболее верной для меня, особенно как практикующего терапевта со склонностью к борьбе с угнетением, является теория, в развитие которой внес свой вклад Фрейд, которую мы называем «топографической теорией». Он не обязательно изобретал это, но его внимание и развитие сделали его в центре внимания психологии. И, честно говоря, он добавил к этому элементы структурной теории (в том числе ид, эго и суперэго), но сегодня мы не едем в ту сторону Фрейдвилля.

    Есть много профессионалов в области разума, мозга и психического здоровья, которые будут гадить на все, что когда-либо говорил Фрейд, и это нормально.Я лично не верю, что (пока) возможно исследовать все грани сознания с помощью технологий; то, что вы не можете измерить бессознательное, не означает, что его нет. Для меня это имеет смысл, поэтому я придерживаюсь его.

    Видите ли, Фрейд (и компания) считали, что человеческая психика состоит из нескольких основных областей. Их не следует путать с реальными областями мозга или тела; скорее, они представляют собой неизмеримые совокупности процессов, которые сочетаются друг с другом и вносят свой вклад в каждый из них.Они делятся примерно так:

    1. Сверхсознание: здесь живет мораль (и, следовательно, гипотетически связь человека с божественным)
    2. Сознание: здесь мы живем весь день, Наблюдения, размышления и отметки в списке дел
    3. Предсознание: вещей, которые не остаются в нашем сознании, но которые можно легко вспомнить или исследовать вживую (например, номер вашего мобильного телефона — вы не думая об этом прямо сейчас, но вы легко могли бы восстановить, если вам нужно)
    4. Бессознательное: Здесь живут все наши усвоенные модели поведения, привычки, предубеждения и более темные мотивации (реплики страшной музыки)

    Фрейд использовал айсберг для визуализации топографической теории (например, большая часть нашей психики / сознания находится под водой, в то время как только небольшая ее часть достигает пика выше), но я хочу поделиться с вами своей версией того, как я вижу это Ори.Я даже нарисовал тебе картинку.

    На схеме вы увидите маленькую счастливую лодку, плывущую в море. Каждый из нас живет в своей счастливой маленькой лодке, так что представьте себя там, мирно лежащим на полу и определенно не думая о том, что потерялись в море или об акулах. В этой метафоре нет акул.

    Давайте начнем с того, что мы сразу видим вокруг себя со своей лодки — это сознательный . Это то, что мы сейчас наблюдаем, о чем думаем или на чем сосредотачиваемся. Мы можем видеть воду, нюхать воздух и думать об этих вещах, когда они происходят.Может быть, мы убираем галочки из списка дел, например, гребем на лодке или наблюдаем за птицами.

    Над нами, в пресловутых «небесах», лежит высшая мысль, выше, но определенно привязанная к физической реальности. Многие из моих товарищей по ухаживанию описывают это как состояние единства со всем во вселенной, достигаемое с помощью таких средств, как медитация, экстатический танец, транс, галлюциногены и т. Д. Фрейд назвал это сверхсознательным , и это солнечное небо, которое вы видите выше. ваша счастливая маленькая лодка.

    Если мы заглянем через край лодки в неглубокую часть воды, то там, прямо под поверхностью воды, есть что-то, что мы можем выловить, когда нам нужно или захотим. Это то, что я предпочитаю называть подсознанием , тогда как Фрейд называл его «предсознательным», потому что я представляю его как этот океан — буквально просто водяной слой под тем, что сознательно. Иногда вещи легко вспомнить из подсознания, а иногда они всплывают позже, когда мы перестаем на них сосредотачиваться, например, когда вы забываете слово, и оно приходит к вам, когда вы думаете о чем-то несвязанном.

    Итак, как бы сильно и долго мы ни смотрели через край этой лодки, в этом океане психики есть глубокая территория, которую мы никогда не сможем увидеть так ясно, как мы можем видеть в сознании или изнутри. которые мы можем извлекать так же легко, как и из подсознания. Это без сознания, и, как и настоящая глубина моря, здесь обитает много странного дерьма. К вещам там, как правило, нелегко добраться. Вещи в сознательном мире иногда вызывают дерьмо, которое живет там внизу, и мы остаемся с вопросом: «Подождите, почему я вообще об этом думаю?» или «Почему мне вдруг хочется запереться в ванной, пока я не успокоюсь?» Некоторые из вещей, которые там живут, могут включать детские травмы, социальную обусловленность и внутреннюю ненависть к себе. коренится в большей части нашего поведения, привычек и эмоциональных реакций. Ностальгия и странные ассоциации, например, как запах шампуня моего крестника сразу же заставил меня почувствовать покой, потому что пахло чем-то еще, что давным-давно давало мне покой, плавать там, внизу. Корни предвзятости по отношению к другим таятся там же, часто после десятилетий тонкой обусловленности через воздействие средств массовой информации, семьи, религии и общества.

    С практикой мы можем научиться различать, какое дерьмо поднялось из глубины, но для многих из нас это требует работы с терапевтом, который может помочь установить связи.

    Если толкнуть эту дрянь в глубину, она только проголодается по свету. И мозги.

    «Бессознательное» — это слово, которое люди используют, когда кажется, что другие не знают причин своих собственных действий, и тем не менее мы редко проводим время, заглядывая в глубины своей психики. Давайте будем честными: там темно и страшно, и кто, черт возьми, знает, что скрывается в пещере, которую вы построили, когда вам было 6 лет.

    При этом недостаточно просто предположить, что в нашем сознательном осознании лежит все, что нам нужно знать о себе, наших эмоциях, наших побуждениях, наших мотивах и наших реакциях.Многие из этих вещей коренятся в бессознательном, и мы часто слишком боимся смотреть, потому что это может означать болезненные воспоминания или может означать обнаружение воспоминаний, которые наш разум заставил нас «забыть», чтобы защитить нас. . Бессознательное формируется в основном в детстве и юности, когда наш мозг недостаточно развит, чтобы понимать или обрабатывать многие ужасные вещи, которые с нами происходят. (И «ужасный» — это спектр, в котором одна вещь не обязательно является одним и тем же уровнем ужаса для двух разных людей.) Это территория происхождения наших защитных механизмов, разработанных на протяжении десятилетий, чтобы защитить нас от переживания боли.

    Это моя католическая вина, извлеченная из области OMG WTF моего бессознательного в 2005 году.

    Итак, это моя теория, заимствованная у Фрейда. Я буду больше говорить о бессознательном, в частности, в будущих статьях, но я посчитал необходимым сначала его обозначить. Помните, что большинство психологических теорий — это всего лишь теории, потому что понимание сложности человеческой психики выходит далеко за рамки нашего нынешнего уровня технологий.Этот самый сильный резонирует со мной.

    Что насчет вас — можете ли вы рассказать? Сможете ли вы определить то, что всплывает из глубины вашей жизни? Как вы думаете, как это работает? Спасибо за прочтение!

    Основание бессознательного: Шеллинг, Фрейд и рождение современной психики: 9780521766494: Ффитче, Мэтт: Книги

    «… Убедительный, аргументированный и интеллектуально амбициозный — это впечатляющая работа».
    Мэтью Белл, профессор немецкого языка и сравнительной литературы, Королевский колледж Лондона

    «… впечатляющий вклад в историю философии и историю психоанализа.«
    Джон Форрестер, факультет истории и философии науки, Кембриджский университет

    »… В этом исследовании, помимо Фихте, уделяется пристальное внимание и другим ключевым фигурам, таким как Готхильф Генрих фон Шуберт и Карл Густав Карус, а также признается роль Эдуарда фон Гартмана в пробуждении интереса к шеллингианской мысли в конце девятнадцатого века. Его стипендия обогащена ссылками на Гегеля, Кольриджа, Хайдеггера, Бенджамина, Деррида, Хабермаса, Жан-Люка Нанси и Д.В. Винникотт: почти каждая страница освещена свежим взглядом… В этом важном и мастерском исследовании Шеллинг выходит из «контекста тенденции« темного »романтизма…»
    Пол Бишоп, Журнал европейских исследований

    «… Мэтт Прекрасная книга Ффите привлекает наше внимание к богатой, сложной философской истории бессознательного, особенно в том виде, в каком она сформулирована в «Натурфилософии» Шеллинга и в немецком романтизме… Превосходная книга Ффите устанавливает новый стандарт философски чувствительного исторического письма о концепции бессознательного.»
    Tom Eyers, Radical Philosophy

    » Давно признано, что Фрейд не открыл бессознательное и что современная концепция возникла в философии, а не в психологии. В своей кропотливой работе Ффите восходит к концепции немецкого философа-идеалиста Фридриха Шеллинга. Наиболее оригинальным является аргумент о том, что эта концепция выполняла политическую функцию: наделяла человека моральной автономией. Великолепно ».
    Роберт А. Сигал, Times Higher Education

    « Вдумчивая и сложная историография бессознательного… Исследование Ффитче будет полезно исследователям и аспирантам, занятым современными теоретическими размышлениями о взаимосвязи между концепциями субъективности, политической жизни и наследие Просвещения.»
    Книжные сноски

    Междисциплинарное исследование возникновения психологии «бессознательного» в романтический период, за девяносто лет до Фрейда.

    Об авторе

    Доктор Мэтт Файтче читал лекции на факультете английского языка и на историческом факультете Лондонского университета королевы Марии, а в настоящее время является преподавателем психоаналитических исследований в Центре психоаналитических исследований Университета Эссекса. Он является соредактором цифрового веб-архива «Девианс, расстройство и личность».Его исследования сосредоточены на истории психоанализа и критических теориях субъективности в девятнадцатом и двадцатом веках.

    Том 8: Структура и динамика психики

    Отрывки из собрания сочинений К.Г. Юнг


    Структура и динамика психики

    000185 О психической энергии. I. Общие замечания об энергетической точке зрения в психологии. а. Вступление. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 82-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 3-6).

    Представлено введение в пересмотр авторской концепции либидо. Общепризнанно, что на физические события можно смотреть с механистической или с энергетической точки зрения. Механистический взгляд чисто причинный и касается самой движущейся субстанции, энергетический взгляд, с другой стороны, окончательный: он основан не на самих субстанциях, а на отношениях движения субстанций. Третья концепция, представляющая собой компромисс между механистическим и энергетическим, дает начало множеству теоретических гибридов, но дает относительно верную картину реальности.В заключение упоминается, что все объяснительные принципы представляют собой лишь точки зрения, зависящие не столько от объективного поведения вещей, сколько от психологической установки исследователя и мыслителя.

    000186 О природе психики. I. Бессознательное в исторической перспективе. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (с. 159-167).

    Существование бессознательного рассматривается в трудах нескольких авторов, начиная с 17 века.До этого история психологии заключалась в основном в перечислении учений о душе. Это исследование было полностью субъективным и философским. Только в семнадцатом веке Кристиан фон Вольф выдвинул идею эмпирической или экспериментальной психологии. Тогда психология стала естественной наукой. Но она не пользовалась статусом более старых и признанных наук. На рубеже 20-го века бессознательное как гипотетическая концепция в целом отвергалось такими писателями, как Вильгельм Вундт; но Фехнер, Липпс и Гербарт предсказали его нынешнее значение.Замечания Липпса составляют теоретическую основу психологии бессознательного в целом. Тем не менее сопротивление гипотезе бессознательного продолжалось еще долгое время.

    000187 О природе психики. 2. Значение бессознательного в психологии. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 167-173).

    Исследуется важность бессознательного как психологической концепции и влияние ее формулировки на европейскую интеллектуальную историю.Бессознательное, условно описываемое как «подсознательное сознание», было впервые постулировано Фредериком Мейерсом в 1886 году. Считается, что это открытие произвело революцию в психологии, так же как открытие радиоактивности изменило физику. Однако сначала этому сопротивлялись как психологи, так и философы. Рассмотрены и опровергнуты возражения Вундта против теории бессознательного, а также документально подтверждено их огромное влияние на теорию познания. Как только гипотеза бессознательного принята, из этого следует, что все наши знания должны быть неполными, поскольку хранилище знаний, психика, только частично доступно сознанию.Таким образом, достоверность сознательного знания оказалась под угрозой гораздо серьезнее, чем когда-либо критическая эпистемология. Тенденция в немецкой философии после «победы» Гегеля над Кантом заключалась в том, чтобы отвергнуть кантовскую критику разума и восстановить божественное владычество человеческого духа. Это движение вылилось в высокомерие разума, который был сверхчеловеком Ницше, и привело к катастрофе нацистской Германии. Указывается, что все философские утверждения, выходящие за рамки разума, антропоморфны и не имеют никакой ценности, кроме как непреднамеренной психологии.

    000188 О природе психики. 3. Диссоциация психики. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 173-178).

    Феномен диссоциации психики исследуется как объяснение способности бессознательного к волеизъявлению. Вундт возражал против теории бессознательного на том основании, что способность воспринимать, чувствовать и действовать предполагает наличие переживающего субъекта.Этот субъект не может быть логически помещен в бессознательное. Указывается, что клинический опыт подтверждает диссоциацию психики, что бессознательные процессы независимы от сознательного разума и что сознательные процессы проявляют дискретность. Психиатрический опыт показывает, что единство сознания легко разрушить. Эта диссоциация объясняет существование вторичного сознания, которое является подсознательным. Он представляет собой компонент личности, отделенный от сознания эго, либо потому, что он подавлялся, либо потому, что никогда не был сознательным изначально.Эта вторая категория представляет те содержания бессознательного, которые являются семенами будущих сознательных содержаний, но пока еще не поняты сознательным умом и, следовательно, остаются бессознательными. Сознание сравнивается с модальностями чувств с точки зрения наличия порога восприятия. Это понятие порога распространяется на психику, а термин «психоид» обсуждается как обозначение тех психических процессов, которые попадают на каждый конец психической шкалы. Делается вывод, что гипотеза бессознательного может быть проверена только в том случае, если содержание бессознательного может быть внесено в сознание.3 ссылки.

    000189 О природе психики. 4. Инстинкт и воля. In: .lung, C., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 178-184).

    Исследуется место инстинкта и воли в надстройке психики. Новаторская работа Фрейда и Джанет в области бессознательного кратко рассматривается как введение в проблему того, как отделить психику от физиологического. Связь между подавленным содержанием бессознательного и инстинктом была установлена ​​Фрейдом.Поскольку в физиологии инстинкты связаны, проблема разделения усложнилась. Разделение Джанет психики на partie inferieure, управляемое инстинктом, и partie superieure, находящееся под влиянием воли, дало предварительное решение. Внутренняя энергия функции больше не ориентируется инстинктом, как только она переходит из нижнего царства в верхний. Более того, как инстинкт — это нижний предел воли, так и дух — его верхний предел. Таким образом, психика понимается как освобождение функции от инстинктивной формы.Говорят, что собственно психика состоит из всех функций, которые могут быть подчинены влиянию воли. Но, поскольку воля находится только в сознании, это обсуждение воли и инстинкта, как видно, ведет полный круг к аксиоме, что психика тождественна сознанию, что является точкой разногласий с Джанет. 3 ссылки.

    000190 О природе психики. 5. Сознательное и бессознательное. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972.588 с. (стр.184-190).

    Природа бессознательного исследуется по сравнению с сознанием в попытке опровергнуть аксиому о том, что психика эквивалентна сознанию. Считается, что бессознательное состоит из всего, что было забыто, вытеснено и воспринимается чувствами, но не распознается сознательным разумом, всего будущего содержимого сознания, которое прорастает в бессознательном, и содержимого психоидной системы. . Состояние этих содержаний, когда они не связаны с сознательным эго, предполагается во многом таким же, как и когда они есть.Есть восприятие, чувство, мышление, воля и намерение, как если бы бессознательное было «подсознанием». Одно отличие, однако, заключается в области комплексов с тонусом чувств. В бессознательном эти комплексы не подлежат исправлению, поскольку они находятся в сознательном уме и способны развивать автоматический или компульсивный характер. Видно, что бессознательные процессы охватывают широкий спектр форм поведения, от сознательного до инстинктивного. Это область, близкая к сознанию, которая дает ответ на вопрос, эквивалентна ли психика сознанию.Исследование этой пограничной области показывает, что сознание относительно, что свет сознания имеет много степеней яркости и что комплекс эго имеет много градаций акцента. Делается вывод, что сознание эго окружено множеством маленьких светочей. 1 ссылка.

    000191 О природе психики. 6. Бессознательное как множественное сознание. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972.588 с. (С. 190-199).

    Гипотеза о том, что сознание эго окружено множеством светочей, частично основывается на квазисознательном состоянии бессознательного, а частично на большом количестве световых образов в описаниях сознания. Различные алхимические, индуистские и христианские сочинения исследуются на предмет использования ими световых образов при описании природы сознания, человека и их метафизики. Алхимики Кунрат, Дорн и Парацельс писали о естественном просвете, освещающем сознание, и о сцинтиллах, искрах, которые представляют собой зародышевые светимости, исходящие из тьмы бессознательного.Игнатий Лойола писал о повторяющемся видении яркого света, который принял форму многоглазой змеи. Множественные глаза также характеризуют Пурушу, индуистского космического человека. Эти метафизические системы и видения интерпретируются как интроспективные интуиции, отражающие природу бессознательного. Поскольку сознание всегда описывалось в терминах, производных от поведения света, делается вывод, что эти множественные светимости соответствуют крошечным сознательным явлениям, многие из которых находятся в бессознательном.

    000192 О природе психики. 7. Паттерны поведения и архетипы. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 200-216).

    Исследуются отношения между инстинктами и архетипами и обсуждается их влияние на психику. Хотя они являются полярными противоположностями, инстинкт и архетип встречаются в биологической концепции моделей поведения. Проблема обнаружения этих моделей поведения решается путем анализа снов, фантазий и произведений искусства душевнобольных.Хаотичный набор изображений, найденных в нем, распадается на четко определенные темы и категории, которые соответствуют универсальным мотивам мифологии. Из этого замечательного открытия делается вывод, что импульсы из бессознательного, то есть архетипы, являются spifitus rector человеческого интеллекта. Духовному аспекту психики противостоит инстинктивный. Считается, что инстинкты основаны на физиологии и обеспечивают движущую силу психики. Именно такое инстинктивное побуждение заставляет архетипическое содержание коллективного бессознательного проникать в сознание.Психика сравнивается со световым спектром, чтобы проиллюстрировать, как он постепенно переходит от физиологии инстинктов к духовности архетипов. Только репрезентации архетипов передаются бессознательным сознательному уму, поскольку сами архетипы находятся на ультрафиолетовом конце спектра и поэтому непознаваемы. Делается вывод, что и материя, и дух проявляются в психической сфере как отличительные качества сознательного содержания. Конечная природа обоих трансцендентна, поскольку психика и ее содержимое — единственная реальность, которая дается нам без посредника.3 ссылки.

    000193 О природе психики. 8. Общие соображения и перспективы. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 216-226).

    Обсуждается важность психологии для продолжения существования человека. Психология уникальна среди других наук в том смысле, что ее объектом изучения является переживаемый субъект других наук. Следовательно, изменение психического фактора, будь то изменение принципа, имеет огромное значение для познания мира и нашего мировоззрения.Интеграция бессознательного содержания в сознание — это такое изменение, которое считается важным для выживания человека. Современный человек слишком тесно отождествляет себя с содержанием коллективного сознания и подавляет содержание коллективного бессознательного. Это приводит к односторонности, которая позволяет современному человеку стать легкой добычей различных «измов». Катастрофа нацистской Германии подчеркивает серьезность этой ошибки. Средневековый человек был защищен своей религиозной верой, которая с точки зрения эффективности соответствует установке, вызванной в эго интеграцией содержания коллективного бессознательного.С упадком религиозной веры на Западе «измы» возникли как изощренные заменители утраченной связи человека с психической реальностью. Поскольку религиозные идеи берут свое начало в архетипах, человек может восстановить свое психическое равновесие, ассимилировав содержание коллективного бессознательного в сознательном уме. Этот процесс, называемый индивидуацией, считается целью психологии. Для его выполнения требуются особые условия, и это влечет за собой возможность принять патологический поворот с катастрофическими последствиями.

    000194 О природе психики. Добавка. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 226-234).

    Исследовательские проблемы и процедуры психологии сравниваются с задачами физики, чтобы прояснить концептуальные основы психики. На возражение, что психология бессознательного является философией, предназначенной для объяснения мифологем, отвечает демонстрация того, что теория архетипов развивалась как объяснительная конструкция для наблюдаемых эффектов бессознательного.Однако признается, что истинное знание состояний и процессов бессознательного недостижимо, поскольку эти явления не наблюдаются напрямую. психологию бессознательного сравнивают с атомной физикой в ​​том смысле, что обе они делают выводы о природе ненаблюдаемых событий из их наблюдаемых эффектов. Также указывается, что обе науки должны иметь дело с методологической проблемой, которая возникает, когда наблюдающий субъект оказывает влияние на наблюдаемый объект. В психологии наблюдающее сознание производит реактивный эффект в бессознательном и тем самым ограничивает объективный характер реальности последнего.Поскольку бессознательное оказывает взаимное влияние на сознание, отсюда следует, что природа архетипа не может с уверенностью определяться как психическая. Основание для этой гипотезы находится в феномене телепатии, который прекрасно объясним, исходя из предположения о психически относительном пространственно-временном континууме. Предполагается, что, возможно, психика в какой-то момент касается материи, и, наоборот, эта материя содержит скрытую психику.

    000195 Общие аспекты психологии сновидений. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 237-280).

    Представлено краткое изложение установленных фактов психологии сновидений, а также краткое изложение теории сновидений Юнга в сравнении с теорией Фрейда. Принято считать, что происхождение, структура и содержание сновидений не связаны с бодрствующим сознанием. Кроме того, признается, что за сновидениями есть скрытый смысл, выходящий за рамки их явного содержания. Метод раскрытия этого скрытого смысла иллюстрируется анализом сна психиатрического пациента.Указывается, что объяснение психологического факта будет определяться точкой зрения объясняющего. Поэтому сновидение объясняется с точки зрения причинности, фрейдистской точки зрения, и окончательности, юнгианской точки зрения. Первый пытается найти причину сновидения, белый — второй ищет свою цель. Соответственно интерпретируется символика сна; один открывает символизм, который скрывает, другой символизм, который направляет. Эта теория сновидений также отличается от теории Фрейда в отношении предполагаемой функции сновидений.Фрейд приписывает сновидениям функцию исполнения желаний, а Юнг приписывает им компенсаторную функцию. Согласно последней теории, сновидения следует толковать на субъективном уровне; то есть все фигуры во сне интерпретируются как персонифицированные черты личности сновидца, а не как отражение внешней реальности. Считается, что классификация сновидений имеет небольшую практическую или теоретическую ценность, но признание типичных мотивов рассматривается как неоценимое открытие, поскольку оно указывает на соответствие между мотивами сновидений и мифологическими мотивами.Таким образом, образный язык сновидений можно интерпретировать как пережиток архаического образа мыслей. Обвинение в том, что эти психологические взгляды являются метафизическими, опровергается указанием на то, что религиозные концепции полезны для объяснения психологических фактов, поскольку они сами являются психологическими фактами. 6 ссылок.

    000196 О природе сновидений. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 281-297).

    В назидание непрофессионалам объясняются фундаментальные аспекты психологии и толкования сновидений. Сновидения определяются как иррациональные фрагменты непроизвольной психической деятельности. Процедура толкования представленных снов состоит в выявлении у сновидца всех оттенков значения, которые каждая характерная черта сновидения имеет для него. Хотя сны относятся к определенной сознательной ситуации, их корни лежат в бессознательном. Поскольку значение большинства снов не согласуется с тенденциями сознательного разума, предполагается, что они служат бессознательной функции.Считается, что бессознательное выполняет компенсирующую функцию по отношению к сознательному уму; то есть он действует, чтобы уравновесить любую односторонность, которая может возникнуть в сфере сознания. Таким образом, анализ сновидений является неоценимым подспорьем в лечении невроза, возникающего в результате психического дисбаланса. Другая функция сновидений, которая выражается в символике длинной серии сновидений, — это помощь в процессе индивидуации. Такие сны возникают из коллективного бессознательного, которое изобилует мифологическими мотивами, которые направляют процесс индивидуации.Хотя форма сновидений обладает большой гибкостью, многие сновидения попадают в определенную структуру. Эта структура проанализирована и показала, что она по существу драматична и состоит из четырех фаз. В заключение следует отметить, что до сих пор не сформулировано ни одной удовлетворительной теории сновидений, которая позволила бы решать далеко идущие философские и религиозные проблемы, возникающие при их изучении. 4 ссылки.

    000197 Психологические основы веры в духов. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 301-318).

    Обрисована психологическая интерпретация проблемы духов с точки зрения современного знания бессознательных процессов. Исследуется только психологическая сторона проблемы. Вопрос о том, существуют ли духи сами по себе, оставлен на рассмотрение в эпилоге из двух абзацев, который отсылает читателя к другим авторам. Хотя прошлая история человека свидетельствует о всеобщей вере в существование духов, среди западных народов этой вере противодействовал рационализм.Для первобытных людей феномен духов является прямым свидетельством существования духовного мира, и для них вера в человеческую душу является необходимой предпосылкой для веры в духов. Три основных источника, которые закладывают прочную основу веры в духов, — это сны, видения и психические расстройства. Эти три явления анализируются, и обнаруживается, что их общим знаменателем является психологический факт, что психика является делимой сущностью. Среди отдельных частей психики есть определенные фрагменты, которые никогда не ассоциируются с эго.Их называют «автономными комплексами». Духи, рассматриваемые с психологической точки зрения, представляют собой бессознательные автономные комплексы, которые появляются как проекции, поскольку не имеют прямой связи с эго. Проводятся параллели между верой примитивных народов в души и духи и психологической формулировкой личного и коллективного бессознательного: души соответствуют автономным комплексам личного бессознательного; духи к духам коллективного бессознательного. Ассоциативный эксперимент обсуждается как средство демонстрации существования этих комплексов.Замечено, что при возбуждении внешним раздражителем эти комплексы могут вызывать внезапное замешательство или сильные эффекты, или они могут выражаться в виде галлюцинаций. Таким образом, духи — это автономные комплексы коллективного бессознательного, которые появляются, когда индивидуум теряет свою адаптацию к реальности.

    000198 Дух и жизнь. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 319-337).

    Связь между духом и жизнью — тема лекции, прочитанной в литературном обществе Аугсбурга.Отмечается основная двусмысленность термина «дух», из-за которой многие путают его с «разумом», и проводится поиск эмпирического определения этого термина. Психика и сознательный разум исследуются, и, хотя их природа оказывается в конечном счете непознаваемой, делается вывод, что все психическое примет качество сознания, если вступит в контакт с эго. Однако, поскольку сознание эго не рассматривается как охватывающее всю психику, следует предупредить, что то, что лежит за его пределами, может сильно отличаться от того, что воображается.Обзор эпистемологии и обзор различных употреблений слова «дух» показывают, что «дух» обозначает психическое переживание, которое невозможно понять с рационалистической точки зрения или доказать, что оно существует во внешнем мире. Выдвигается концепция «духа», которая выходит за рамки анимистических рамок и рассматривает «дух» как надличностную руководящую силу. Предполагается, что именно этот «дух» лежит за пределами эго-сознания. Намерение этой бессознательной силы превосходит намерение сознания.Жизнь рассматривается как пробный камень истины духа. Человек оказывается между этими двумя силами: сознанием и бессознательным, причем дух придает смысл жизни, а жизнь дает выражение духу.

    000199 Основные постулаты аналитической психологии. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. О. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 338-357).

    Видно, что преобладающие материалистические взгляды того времени противоречат основным постулатам аналитической психологии.Материализм критикуют как философскую систему и характеризуют как чрезмерную реакцию на чрезмерно духовное мировоззрение готической эпохи. Материализм с его точкой зрения, что психика есть не что иное, как продукт биохимических процессов, отвергается в пользу аналитической психологии, «психологии с психикой», которая постулирует существование автономного духовного принципа. Обзор взглядов примитивного человека на душу и психику обнаруживает замечательное сходство между этими примитивными верованиями и постулатами аналитической психологии.Оба признают, что душа — это жизнь тела, что сознание эго — выражение души и что сознание эго вырастает из бессознательного. Аналитическая психология также считает, что бессознательная психика — это система унаследованных психических функций, которая предшествует развитию сознания эго и является источником знания. Конфликт между природой и духом, столь очевидный в современном мире, рассматривается как отражение парадоксальной природы психики. Делается вывод, что психическая реальность все еще существует в своем изначальном единстве и ожидает продвижения человека к тому уровню сознания, где он больше не будет верить исключительно в одну сторону ее двойственной природы и подавлять другую.

    000200 Аналитическая психология и мировоззрение. В: Юнг, К., Собрание сочинений К.Г. Юнга, т. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 358-381).

    Обсуждается вклад аналитической психологии в формирование нового мировоззрения. Считается, что личность по существу связана с Weltanschauung, поскольку сознание определяет мировоззрение человека, и что, наоборот, человек ориентируется и приспосабливается к реальности в соответствии со своим мировоззрением.Основные принципы психоанализа исследуются и оцениваются как Weltanschauung рационалистического материализма; эта точка зрения считается неадекватной, поскольку она игнорирует огромное иррациональное производство психики. С другой стороны, считается, что аналитическая психология способствует более полному мировоззрению, признавая существование определенных бессознательных содержаний, которые нельзя рационализировать, но с которыми сознательный разум должен прийти к соглашению. Содержание коллективного бессознательного, результат психического функционирования всех предков человека, рассматривается как матрица опыта, из которого будут исходить все будущие идеи.Однако содержание бессознательного само по себе не составляет мировоззрения, но должно быть переведено на язык настоящего. Считается, что если этот процесс будет успешно завершен, мир будет восприниматься как воссоединившийся с изначальным опытом человечества; Именно к этому идеальному мировоззрению аналитическая психология пытается сломать ограничивающие стены рационализма, обнаруживая иррациональный фантазийный материал бессознательного. 1 ссылка.

    000201 Реальное и сюрреалистическое. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 382-384).

    Западный взгляд на то, что составляет реальность, сравнивают с восточным взглядом. Согласно западной точке зрения, «реально» все, что исходит или кажется исходит из мира, обнаруженного чувствами. Это ограничение реальности материалом, хотя и кажется всеобъемлющим, является лишь фрагментом реальности в целом. Эта узкая перспектива чужда восточному взгляду на мир, который придает всему статус реальности.Поэтому Востоку, в отличие от Запада, нет необходимости формулировать концепцию «сверхреальности» для объяснения природы психики. Раньше западный человек наделял психику лишь косвенной реальностью, проистекающей из предполагаемых физических причин. Теперь он начинает осознавать свою ошибку и понимать, что мир, в котором он живет, является одним из психических образов. Восток мудрее, потому что он находит суть всего в душе. Между неизвестными сущностями духа и материи стоит реальность психики.Психическая реальность считается единственной реальностью, которую мы переживаем немедленно.

    000202 Этапы жизни. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 387-403).

    Стадии жизни обсуждаются с точки зрения проблем, которые они представляют для человека. Поскольку рост сознания является источником всех проблем, обсуждаются только вторая и третья из четырех стадий жизни — юность и средний возраст.Развитие сознания у человека прослеживается от биологического рождения до психического рождения, которое, как говорят, происходит в период полового созревания. Обнаружено, что он состоит из трех стадий: признание связи между двумя событиями, развитие комплекса эго и осознание двойственной природы себя. Молодость, вторая стадия жизни, определяется как годы между половым созреванием и наступлением среднего возраста в возрасте от 35 до 40 лет. На этом этапе определяется личность и место в обществе.На этом этапе проблемы вращаются либо вокруг отказа человека покинуть сознательное состояние детства, либо вокруг сокрушительной утраты заветных иллюзий из-за противоречия ожиданиям реальности. С наступлением среднего возраста ценности человека и даже его тело начинают меняться в сторону противоположностей. У всех невротических расстройств у взрослых есть одна общая черта: индивидуальная попытка перенести психологию юности в средний возраст. Однако он должен изменить свою психологию, иначе он рискнет повредить свою душу.Считается, что средний возраст имеет культурную цель, а не индивидуальную цель молодежи. Предполагается, что ценность религиозных верований в надземном мире состоит в том, что они составляют основу для проживания второй половины жизни с такой же целью и целью, как и первая. Отмечается, что вера в жизнь после смерти — это изначальный образ.

    000203 Душа и смерть. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с.(стр. 404-415).

    Значение смерти обсуждается с точки зрения ее отношения к психике. Мнение о том, что смерть — это просто конец жизни, период после часто незавершенного приговора, опровергается взглядом на смерть как на цель жизни. Говорят, что жизнь — это энергетический процесс, целью которого является отдых. Его кривая параболическая: в молодости — восходящая; достигает своего апогея в среднем возрасте; затем он опускается в долину, из которой началось восхождение. Проблемы человека начинаются, когда его психологическая кривая не совпадает с его биологической кривой.Утверждается, что эта концепция смерти не является простым силлогизмом на том основании, что, поскольку человек наделяет цель и смысл восхождением жизни, он должен также дать их нисхождению жизни. Утверждается, что консенсус расы, выраженный в великих мировых религиях, заключается в том, что существует своего рода продолжение жизни после смерти. Однако на Западе религиозные убеждения обесценились. Со времен Просвещения религии стали рассматриваться как философские системы, как конструкции интеллекта, которые представляют собой не более чем фантазию, исполняющую желания.Этой точке зрения противоречит утверждение, что религиозные символы являются продуктом естественной жизни бессознательного и как таковые являются, по крайней мере, основными истинами психологической природы человека. Окончательное объяснение значения смерти выходит за рамки эмпирической науки и возможностей человеческого интеллекта. Телепатия и различные явления парапсихологии обсуждаются как свидетельство того, что психика способна выходить за пределы пространственно-временного континуума.Делается вывод, что психика имеет форму exvitericc вне пространства и времени и, таким образом, участвует в том, что неадекватно и символически описывается как вечность.

    000204 Синхронность: принцип акаузальной связи. Предисловие. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 p- (p. 417-420).

    Статья о синхронности предназначена для систематизации всего, что написано по этой теме в различных статьях за последние двадцать лет.Предупреждается, что субъект погружается в области человеческого опыта, которые темны, сомнительны и ограждены предрассудками и интеллектуальными трудностями. Рассматриваемый феномен часто возникает в практике психотерапии как внутренний опыт, который имеет большое значение и важность для пациента.

    000205 Синхронность: принцип акаузальной связи. 1. Экспозиция. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972.588 с. (стр. 421-458).

    Формулируется и обсуждается концепция синхронности как акаузального связывающего принципа. Представлены доказательства существования комплексов не причинно, но значимо связанных событий. Это свидетельство было получено путем обзора и обсуждения интуитивных или «мантических» методов, таких как Ичинг, астрология и алхимия, все из которых принимают существование синхронности как должное. Научное обоснование принятия акаузальных объяснительных принципов обеспечивается современной физикой, которая продемонстрировала, что законы природы и их философское обоснование причинности относительны и только статистически достоверны.Хотя акаузальные комбинации событий трудно обнаружить в макрофизическом мире, все еще существует множество исторических сочинений на эту тему. Ссылаются на текст Альберта Магнуса, около 1485 года, и на трактат Шопенгауэра «Об очевидном замысле в судьбе человека», среди многих других. Решающее свидетельство синхронности можно найти в книге Дж. Б. Райна «Экстрасенсорное восприятие». Его психокинетические телепатические эксперименты подробно исследуются, и делается вывод, что они раскрывают события, которые связаны друг с другом экспериментально и значимо, но не причинно.Более того, его эксперименты показывают, что по отношению к психике пространство и время «эластичны». Несколько историй болезни из клинического опыта автора представлены, чтобы проиллюстрировать психологическое значение синхронности. Из них можно сделать вывод, что синхронность состоит из двух факторов: бессознательного образа, который прямо или косвенно входит в сознание, и объективной ситуации, которая совпадает с этим содержанием. 16 ссылок.

    000206 Синхронность: принцип акаузальной связи.2. Астрологический эксперимент. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 459-484).

    Обсуждаются результаты астрологического эксперимента, проведенного для проверки эмпирических основ интуитивного метода. Была выдвинута гипотеза, что, если астрологические предположения вообще верны, в гороскопе человека будет несколько конфигураций, указывающих на предрасположенность в выборе партнера по браку.Чтобы проверить эту гипотезу, были составлены гороскопы 180 супружеских пар, которые затем проанализированы на частоту совпадения или противостояния определенных заранее выбранных астрологических характеристик. Результаты показали, что значения по всем анализируемым характеристикам находятся в пределах вероятности. Однако их разброс на удивление хорошо соответствовал психическим состояниям отдельных субъектов. Эта разница между массовым статистическим результатом и индивидуальными результатами подробно обсуждается.Принято считать, что мало надежды на доказательство того, что астрология соответствует открываемым законам каким образом. Тем не менее, утверждается, что статистика дает лишь усредненную картину, а не истинную картину мира.

    000207 Svnchronicity: принцип акаузальной связи. 3. Предшественники идеи синхронности. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 485-504).

    Исследуется интеллектуальная история, лежащая в основе концепции синхронности.Фундаментальная идея, лежащая в основе концепции значимого совпадения, то есть синхронности, заключается в том, что все вещи содержат скрытую рациональность. Эта скрытая рациональность проистекает из взаимосвязи всех вещей и проявляется в объяснительных принципах причинности и синхронности. Существование этого второго объяснительного принципа наряду с причинностью прослеживается в примитивных, классических и средневековых взглядах на природу. Отрывки из текстов Феофраста, Филона, Гиппократа, Пико, Агриппы и Зороастра анализируются на предмет ссылок на «симпатию всех вещей», принцип универсальной связи.Проведены многочисленные параллели между этими взглядами и классической китайской философией, воплощенной в концепции Дао. Теория Лейбница о предустановленной гармонии между внутренним и внешним миром монады, между психическими и физическими событиями рассматривается как расцвет этой философской традиции. Однако одна причинность была принята сначала естественными науками в 18 веке, а затем физическими науками в 19 веке, как действенный объяснительный принцип. Принцип синхронности вообще исчез бы, если бы исследование телепатических явлений не открыло этот вопрос снова.Таким образом, психология возродила синхронность для объяснения тех событий, которые, хотя и относительно редки, не поддаются объяснению с помощью принципа причинности. 24 ссылки.

    000208 Синхронность: принцип акаузальной связи. 4. Вывод. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 505-519).

    Обсуждается значение синхронности как объяснительного принципа и ее влияние на нашу концепцию мира.Утверждается, что координацию психических и физических процессов в живом организме лучше понимать как синхронный феномен, чем как причинную связь. Подробно описаны несколько медицинских случаев, связанных с продолжением сознательных процессов во время обморока. Продолжение сознательных процессов в периоды корковой депрессии интерпретируется как указание на то, что разум и тело существуют как «акаузальная упорядоченность». За пределами области психофизического параллелизма, который, как признается, на самом деле не понимается, синхронность продемонстрировать нелегко.Результаты современной физики, особенно в области радиоактивного распада, предполагают, что концепция «акаузальной упорядоченности» может заменить причинность как принцип, лежащий в основе основных законов природы. Идея синхронности с присущим ей качеством смысла порождает взгляд на мир, который поначалу сбивает с толку. Но в добавление к триединству пространства, времени и причинности он делает возможным взгляд, включающий психоидный фактор в наше описание и знание природы. Когда эта концептуальная схема видоизменяется в кватернион постоянной связи посредством эффекта (причинности), неразрушимой энергии, пространственно-временного континуума и непостоянной связи через случайность, эквивалентность или значение (синхронность), она удовлетворяет постулатам как физики, так и психологии. .10 ссылок.

    000209 Приложение: О синхронности. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 520-531).

    Стенограмма лекции, прочитанной на конференции Eranos 1951 года, дает краткий набросок материала, содержащегося в «Синхронности: принцип акаузальной связи». Определяется синхронность и рассказывается несколько личных анекдотов, иллюстрирующих эту концепцию. Эксперименты Дж.Подробно рассмотрены Б. Рейн в телепатических явлениях и астрологический эксперимент. Показано, что они предоставляют эмпирические доказательства полезности синхронности как объяснительного принципа. Сделан вывод, что синхронистические явления доказывают одновременное возникновение значимых эквивалентностей в гетерогенных, причинно не связанных процессах.

    000210 О психической энергии. 1. Общие замечания по энергетической точке зрения в психологии. б. Возможность количественного измерения в психологии. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 6-14).

    Обсуждается возможность применения принципов измерения физической энергии к измерению психической энергии. Хотя для объяснения психических событий требуются и механистическая / причинная, и энергетическая / конечная точки зрения, решение использовать ту или иную точку зрения определяется целесообразностью, то есть возможностью получения результатов. Вопрос о том, применима ли вообще энергетическая точка зрения к психическим явлениям, поднимается вместе с вопросом о том, можно ли рассматривать психику как относительно закрытую систему.Хотя эти вопросы спорны, на них дан положительный ответ. Чтобы применить энергетическую точку зрения к психологии, предполагается, что количественная оценка психической энергии возможна. Это предположение основано на теории о том, что психика на самом деле обладает чрезвычайно развитой оценочной системой, а именно системой психологических ценностей. Представлена ​​объективная отправная точка для оценки сравнительной стоимости. Комплексы определяются как созвездия психических элементов, сгруппированных вокруг чувственно-тонированного содержимого или комплексов.Считается, что они состоят из ядерного элемента и большого количества вторично констеллированных ассоциаций. Объективная оценка психологической интенсивности ценностей основана на предположении, что констеллирующая сила ядерного элемента соответствует его ценностной интенсивности, т. Е. Его энергии. Приведены три экспериментальных метода оценки энергетического значения мощности созвездия. Кроме того, отмечается, что у каждого присутствует высокодифференцированная субъективная система распознавания и оценки аффективных феноменов у других.6 ссылок.

    000211 Строение психики. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 139-158).

    Структура психики исследуется с точки зрения практикующего психолога, а не исследователя. Содержимое сознания подразделяется на семь групп: чувственное восприятие, процессы инстинкта, оценки, узнавания, интуиции, воли и сновидений.Последние пять из них являются апперцептивными и производятся конфигурацией психических (не физических) процессов. Психика не полностью состоит из сознания. Другая его сторона — бессознательное, которое недоступно для наблюдения и может быть выведено только из таких явлений, как сны, оговорки и различные патологические состояния. Считается, что все действия, обычно происходящие в сознании, также могут происходить в бессознательном. Примером этого являются сны, наиболее важные и наиболее очевидные результаты вторжения бессознательного в сознание.Считается, что для понимания сна необходимы как аналитическая техника, так и знание мифологии. Это знание позволяет понять значение содержания, происходящего из самых глубоких уровней психики, коллективного бессознательного. Доказательства существования коллективного бессознательного обнаруживаются в нескольких клинических случаях; это также отражено в существовании нескольких религиозных верований, особенно в раннем и средневековом христианстве. Коллективное бессознательное состоит из архетипов, изначальных образов, которые являются более или менее фантастическими аналогиями обычных физических явлений.Психика человека регистрирует эти образы, а не реальные физические явления, в процессе мистического участия, что указывает на отсутствие различия, которое первобытный человек проводит между субъектом и объектом. Функция сознания рассматривается не только как распознавание и ассимиляция внешнего мира посредством органов чувств, но также как перевод в видимую реальность мира внутри нас, бессознательного. 1 ссылка.

    000212 Инстинкт и бессознательное. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 129-138).

    Определены термины инстинкт и бессознательное, и проводится различие между бессознательными процессами и инстинктивными реакциями. Дается обзор исторических взглядов на инстинкт, и инстинкт определяется как те бессознательные процессы, которые наследуются, происходят единообразно и регулярно и являются неотложной необходимостью. Бессознательное тогда определяется как совокупность всех психических явлений, которым недостает качества сознания.Его содержание является продуктом ассоциативной деятельности, как личной, так и коллективной. Последний содержит врожденные формы интуиции, а именно архетипы восприятия и предчувствия, которые априори определяют все психические процессы. Архетипы и инстинкт, два компонента коллективного бессознательного, определены и противопоставлены. Инстинкты определяются как типичные способы действия, независимо от того, связаны они с сознательными мотивами или нет. Архетипы определяются как типичные способы восприятия, независимо от того, признается ли мифологический персонаж или нет.Делается вывод о том, что невозможно определить, что на первом месте: осознание ситуации или побуждение к действию. 7 ссылок.

    000213 Психологические факторы, определяющие поведение человека. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 114-125).

    Перечислены и исследованы психологические факторы, определяющие поведение человека. Главными движущими силами среди них являются инстинкты. Хотя их характерное принуждение является эктопсихическим стимулом, они действительно приводят к формированию структур или паттернов, определяющих психологическое поведение (психизация).Инстинкты: голод, сексуальность, стремление к активности, рефлексивный инстинкт и творчество — все они изменчивы и поддаются различным приложениям. В дополнение к инстинктам существует шесть модальностей психического функционирования, которые влияют на поведение иным образом. Первые три: возраст, пол и наследственность человека в первую очередь физиологичны; они также являются психологическими, поскольку, как и инстинкты, они подвержены психизации. Считается, что другие модальности: сознательное и бессознательное, экстраверсия и интроверсия, дух и материя определяют наиболее важные проблемы человека и общества.Эти пять инстинктов и шесть модальностей являются лишь общими категориями. В действительности психика представляет собой сложное взаимодействие всех этих факторов с заметной тенденцией к расщеплению на автономные части или комплексы, которые не обязательно являются патологическими, но часто являются нормальными. Поведение архетипов в коллективном бессознательном аналогично поведению комплексов в психике. Присущая психике склонность к расщеплению интерпретируется как указание, с одной стороны, на способность к диссоциации на множество структурных единиц, а с другой стороны, способность к изменению и дифференциации невроза является результатом наблюдения, что дифференцированная часть психики Психика иногда становится настолько мощной, что делает личность односторонней.Из четырех когнитивных способностей — ощущения, мышления, чувства и интуиции — одно обычно более развито, чем другие, что придает личности характерный отпечаток. Эти способности противопоставляются: мышление и чувство, ощущение и интуиция. Рекомендуется положить проблему противоположностей в основу критической психологии. Все попытки создать всеобъемлющую теорию обязательно будут неполными из-за огромной сложности психических явлений. Признается в долгу автора Уильяму Джеймсу.

    000214 Значение конституции и наследственности в психологии. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 107-113).

    При исследовании типологического метода исследуется вопрос о соотношении физического телосложения, наследственности и психики. Психика рассматривается как относительно независимая от конституции, хотя некоторые физиологические особенности определяют психические состояния.Одна из трудностей этого или любого другого психологического исследования состоит в том, что психология еще не изобрела свой собственный специфический язык. Соответственно, многие термины означают разные вещи для разных людей. Один фактор, который в настоящее время не учитывается теми, кто исследует конституцию, заключается в том, что психический процесс возникает не в индивидуальном сознании, а, скорее, является повторением функций, которые развивались с течением времени и которые наследуются вместе со структурой мозга. Это порождает изначальные образы или архетипы, составляющие коллективное бессознательное.Признавая существование коллективного бессознательного, чистая психология сталкивается с органическими факторами. Как коллективное бессознательное, так и конституциональный тип находятся вне контроля сознательного разума; пренебрежение тем или иным ведет к патологическому нарушению, поэтому в терапевтической работе уделяется внимание обоим. 1 ссылка.

    000215 Обзор сложной теории. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972.588 с. (стр. 92-104).

    Природа и характеристики чувствительных комплексов представлены и обсуждаются вместе с методами экспериментальной психологии. Проблема ассимиляции рассматривается с точки зрения ее взаимовлияния с такими экспериментальными методами, как ассоциативные тесты. Показано, что экспериментальная ситуация нарушалась автономным поведением психики. Это приводит к выводу, что невозможно исследовать изолированные психические процессы. Вместо этого можно исследовать определенные созвездия или комплексы, обладающие собственной психической энергией, особенно если есть осведомленность о методах сопротивления, используемых субъектами, чтобы избежать раскрытия психической тайны.Комплекс описывается как образ определенной психической ситуации, которая сильно эмоционально подчеркнута и несовместима с привычным отношением сознания. Этот образ обладает мощной внутренней связностью, собственной целостностью и относительно высокой степенью автономности. Этот чувствительный комплекс сравнивают с «осколками психики», описанными психопатологами, такими как Джанет Принс. Считается несомненным, что их происхождение связано с так называемой травмой, например, эмоциональным потрясением, которое частично отщепляет психику.Поскольку комплексы вызывают такие сильные реакции страха, сознание пытается устранить их, объявляя их «нереальными» или «воображаемыми». Первобытный человек, по-видимому, признал силу автономии комплексов в том, что он постулировал существование демонов как самостоятельных существ. Когда примитивные магические средства апотропных жестов и эвфемизмов не могут замаскировать комплекс, вспыхивает диссоциативный невроз и пытается ассимилировать сознание эго. Концепция Фрейда, согласно которой сон является ключом к бессознательному, рассматривается как ограниченная.Юнгианская теория утверждает, что комплекс является архитектором как снов, так и симптомов. Несмотря на то, что комплексы были признаны как исторически, так и культурно, было трудно рассматривать их как характерные выражения психики. Считается, что теория чувствительных комплексов вызывает опасения, потому что эти тревожные остатки примитивного состояния ума еще не поняты.

    000216 Трансцендентная функция. В: Юнг, К., Собрание сочинений К.Дж. Юнг, т. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 67-91).

    Трансцендентная функция, которая возникает из союза сознательных и бессознательных установок, исследуется в контексте психоаналитической практики. Он называется «трансцендентным», потому что он органически делает возможным переход от одного отношения к другому без потери ни одного из них. Современная жизнь требует такого функционирования, которое сопряжено с риском значительного отрыва от бессознательного.Обсуждая цель и технику терапии, утверждается, что примирение сознательного и бессознательного — это не попытка окончательного лечения, а скорее психологическая перестройка. Основной вопрос для терапевта не в том, как избавиться от сиюминутных трудностей, а в том, как помочь пациенту успешно противостоять будущим трудностям. Посредством переноса пациент может цепляться за терапевта, который, кажется, обещает ему обновление отношения. В трансцендентной функции бессознательный материал должен быть обнаружен, потому что он оказывает регулирующее влияние, необходимое для нашего психического и физического здоровья.Есть несколько источников этого бессознательного материала, наиболее полезными для конструктивного метода терапии являются спонтанные фантазии. Пациент должен отдаться своему настроению и придать форму своим фантазиям и другим ассоциациям посредством письма, визуализации или какой-либо формы искусства. Энергия, которую пациент должен иметь в своем распоряжении для исправления состояния пониженной адаптации, находится в интенсивности самого эмоционального расстройства. В соответствии со своей личностью пациент будет делать упор либо на творческую формулировку, либо на интеллектуальное понимание своего бессознательного материала.Противоположное эго и бессознательное должны быть примирены, чтобы вызвать трансцендентную функцию. На этом этапе ведущую роль играет уже не бессознательное, а эго. Однако обе стороны должны рассматриваться в равной степени, чтобы регулирующие факторы влияли на действия. Ценность этой трансцендентной функции проистекает из того факта, что она дает пациенту возможность разорвать зависимость от терапевта и достичь освобождения своими собственными усилиями.

    000217 О природе психики.IV. Примитивное понятие либидо. В: Юнг, К. Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 61-66).

    В иллюстрациях к примитивной концепции либидо демонстрируется тесная связь между началом формирования религиозных символов и концепцией энергии. Список имен, данных мистическим силам североамериканскими индейцами, примитивными африканцами и австралийскими аборигенами, представлен как примеры творческой силы и продуктивности, выраженные как предварительная конкретная стадия абстрактного представления об энергии.Практически повсеместное применение примитивной концепции энергии является четким выражением того факта, что на ранних уровнях человеческого сознания человек чувствовал необходимость конкретным образом представлять ощущаемый динамизм психических событий. Отсюда делается вывод, что энергетическая точка зрения в психологии имеет первозданные корни. 7 ссылок.

    000218 О психической энергии. III. Основные положения теории либидо. d. Формирование символа. В: Юнг, К., Собрание сочинений К.Г.Юнг, т. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 45-61).

    Формирование символов представлено как мост между инстинктивной и духовной природой человека. Символы примитивного человека, сформированные посредством аналогового строительства, исследуются и оцениваются как важное средство использования инстинктивной энергии для эффективной работы. Поскольку только небольшая часть всей энергии человека может быть отвлечена от его естественного потока. Большая его часть не расходуется на формирование символов, а идет на поддержание обычного образа жизни, который состоит как из инстинктивных, так и культурных функций.Трансформация либидо через символы происходила с самого начала человечества. Символы никогда не создавались (и остаются) никогда сознательно, но всегда бессознательно. Более чем вероятно, что большинство исторических символов происходят непосредственно из снов или, по крайней мере, находятся под их влиянием. Это проявляется в образовании символов, которое постоянно встречается у пациентов. Считается, что две противоположные силы, природа и дух, вместе существуют в психике и ответственны за ее саморегуляцию.Природа соответствует примитивному мышлению, которое Фрейд называл детской сексуальностью. Фрейда критикуют за непризнание того, что дух является эквивалентом противодействия инстинкту. Однако его хвалят за признание того, что инстинкт является непременным условием психической энергии. Конфликт между этикой и сексом сегодня анализируется как борьба за то, чтобы инстинкт занял достойное место в качестве творческой силы в нашей жизни. При обсуждении религии концепция единого Бога, как это ни парадоксально является одновременно творцом и судьей, является выражением глубокой психологической истины в ее напряжении противоположностей, истины, не поддающейся логике.Функция всех религий рассматривается как духовное противодействие инстинкту. В первой половине жизни, с ее биологической и инстинктивной ориентацией, человек обычно может позволить себе расширить свою жизнь. С другой стороны, пожилой человек ориентирован на культуру, поскольку уменьшающиеся возможности его организма позволяют ему подчинять свои инстинкты культурным целям. Замечено, что существует почти полное отсутствие руководства для этого чрезвычайно важного преобразования энергии из биологической формы в культурную.4 ссылки.

    000219 О психической энергии. III. Основные положения теории либидо. c. Канализация либидо. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 41-45).

    Канализация либидо определяется как передача психических интенсивностей или ценностей от одного содержания к другому, процесс, соответствующий физическому преобразованию энергии. Примеры, взятые из примитивных обычаев и церемоний, иллюстрируют этот процесс.Человеческая культура рассматривается как машина, обеспечивающая канализацию либидо, а также физической и химической энергии человечества. Он описывается как средство, с помощью которого инстинкты становятся продуктивными. Преобразование инстинктивной энергии достигается путем ее канализации в аналог объекта инстинкта. Проводится аналогия с тем, как электростанция имитирует водопад, чтобы овладеть его энергией, чтобы объяснить, как психический механизм имитирует инстинкт и тем самым получает возможность использовать свою энергию для особых целей.Первобытный человек использовал сложные церемонии, чтобы осуществить канализацию либидо; современный человек делает это волевым актом. Человеку удалось не только укротить внешнюю природу, но и до некоторой степени укротить свою внутреннюю природу. Замечено, что для возрождения магических церемоний наших предков необходимы лишь незначительные угрозы нынешним условиям.

    000220 О психической энергии. III. Основные положения теории либидо. б. Экстраверсия и интроверсия. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 40-41).

    Концепции прогрессии и регрессии сравниваются с концепциями экстраверсии и интроверсии. Хотя эти два набора концепций можно рассматривать как параллели, они остаются отличными друг от друга, поскольку прогрессия и регрессия — лишь смутные аналогии экстраверсии и интроверсии соответственно. Читателю отсылают к разделу «Психологические типы» для получения дополнительной информации.

    000221 О психической энергии.III. Основные положения теории либидо. а. Прогресс и регресс. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 32-40).

    Определяются прогрессирование и регресс либидо; описана их взаимосвязь; и они анализируются с точки зрения потока энергии. Прогресс подразумевает постоянное удовлетворение требований условий окружающей среды. В процессе развития пары противоположных установок в психике объединяются в согласованный поток психических процессов.Во время конфликта пары противоборствующих сил пытаются подавить друг друга. Если это вытеснение происходит, оно препятствует развитию либидо, и наступает регресс. Застывшие сознательные противоположности обесценивают друг друга, и возрастает ценность всех тех психических процессов, которые не связаны с адаптацией и поэтому редко или никогда не происходят. сознательно занятые. Бессознательное начинает влиять на сознание, что проявляется в нарушениях поведения. Во время регресса на поверхность всплывают несовместимые и отвергнутые остатки повседневной жизни, а также неудобные и нежелательные склонности животных.На первый взгляд эти элементы кажутся нежелательными; однако они содержат возможности новой жизни, поскольку они могут обратить вспять остановку либидо, вызванную несостоятельностью сознательной установки. Таким образом, регресс — это, по сути, не шаг назад, а, скорее, необходимая фаза развития. Миф Фробениуса о китовом драконе используется для иллюстрации принципов прогрессии и регресса, и приводится аргумент в защиту обоснованности использования мифов в поддержку психологических принципов.Отмечено, что прогрессирование — это непрерывный процесс адаптации к условиям окружающей среды; регресс, с другой стороны, — это приспособление к условиям внутреннего мира, к требованиям индивидуации. Человек способен адаптироваться к любому набору условий только тогда, когда он находится в гармонии с обоими. С энергетической точки зрения прогрессия и регресс — это переходные стадии в потоке энергии, которые, позволяя проявиться внутреннему миру во внешнем, позволяют человеку адаптироваться к своим условиям.

    000222 О психической энергии. II. Применение энергетической точки зрения. d. Энергичность и динамизм . В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 28-32).

    Анализ чистых концепций, на которых основаны энергетические и причинно-механистические взгляды, приводит к пониманию различий между энергизмом и динамизмом. Динамизм соответствует причинно-механистическому взгляду на психические события, а энергия — конечному / энергетическому.Первая точка зрения предполагает динамизм из наблюдаемого причинного эффекта, в то время как вторая рассматривает эквивалентность преобразованного эффекта, а не действия причины. Понятие либидо проясняется и связано с энергетической точкой зрения, с указанием причин выбора этого термина для выражения психической энергии. Замечено, что один и тот же процесс принимает разные аспекты в зависимости от точки зрения, с которой он рассматривается. 1 ссылка.

    000223 О психической энергии. II. Применение энергетической точки зрения.c. Энтропия. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 25-28).

    Исследуется энтропия, столь же важная, как и эквивалентность в практическом применении теории энергии к психологии. Он определяется как принцип частичных процессов, составляющих относительно замкнутую систему. Поскольку психику также можно рассматривать как относительно закрытую систему, в которой преобразования энергии приводят к выравниванию различий, принцип энтропии применим к психической энергии.Примеры из повседневного психологического опыта доказывают, что отношение, сформировавшее далеко идущий процесс уравнивания, является длительным. Сравниваются энергетическая и качественная или причинно-механистическая точки зрения, и рассматриваются опасности, связанные с заменой первой последней. 1 ссылка.

    000224 О психической энергии. II. Применение энергетической точки зрения. б. Сохранение энергии. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8.2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 18-25).

    Подтверждается необходимость проверки применимости энергетической точки зрения к развитию психической жизни с использованием эмпирических данных и подчинением ее принципу сохранения энергии. Отмечены различия между принципами эквивалентности и постоянства. Принцип эквивалентности, который Фрейд ясно продемонстрировал в своем исследовании преобразования одного кванта либидо в другую психическую силу, является единственным, необходимым для эмпирических исследований.Принцип эквивалентности имеет большое эвристическое значение при лечении неврозов, как показывают приведенные примеры. Аналогия с теорией физической энергии дополнительно расширяется обсуждением факторов интенсивности и протяженности. Последний определяется как динамическая мера энергии, присутствующая в любой момент времени в данном явлении. Энергетическая точка зрения также используется, чтобы показать, как каузальный взгляд Фрейда на психологию, то есть сведение всего к сексуальному компоненту, неадекватно объясняет важную идею окончательного развития.Здесь снова очевиден конфликт между механистическим / причинным и энергетическим / конечным взглядами, хотя оба они необходимы для объяснения развития. Процесс регрессии используется, чтобы проиллюстрировать различия в двух точках зрения: то, что является фактом для причинной точки зрения, является символом для окончательной точки зрения и наоборот; все, что реально и существенно для одного, нереально и несущественно для другого. Поэтому предлагается разрешить этот конфликт с помощью постулата антиномизма, поскольку психика придерживается обеих точек зрения.

    000225 О психической энергии. II. Применение энергетической точки зрения. а. Психологическая концепция энергии. В: Юнг, К., Собрание сочинений К. Г. Юнга, Vol. 8. 2-е изд., Princeton University Press, 1972. 588 с. (стр. 14-18).

    Представлен термин «психическая энергия», как он появился в трудах Шиллера, Липпса, фон Грота и Стема, и обсуждается юнгианское определение этого понятия. Трудности разграничения этого понятия объясняются неспособностью отделить психические процессы от биологических.Предполагается, что было бы лучше расширить более узкое понятие психической энергии до более широкого понятия жизненной энергии. Эта жизненная энергия, особой частью которой является психическая энергия, называется либидо. Это расширенное определение ускоряет изучение количественных отношений и обсуждение «разума и тела». Делается вывод, что, по всей вероятности, психическое и физическое не являются двумя независимыми параллельными процессами, а по существу связаны посредством взаимного действия, хотя реальная природа этих отношений все еще полностью за пределами опыта.5 ссылок.

    Отсканировано и отформатировано
    Доном Вильямсом,
    изд. CGJungPage.org

    Карл Юнг — Коллективное бессознательное

    Концепция коллективного бессознательного у Юнга

    Концепция Юнга коллективного бессознательного был разработан в то время, когда он работал с больными шизофренией в психиатрической больнице Бургхольцли.

    Хотя первоначально Юнг придерживался теории Фрейда

    о бессознательном как о психических слоях, образованных подавленными желаниями, позже он разработал свою собственную теорию, включив в нее некоторые новые концепции.Самый важный из них — архетип.

    Архетипы составляют структуру коллективного бессознательного — это психические врожденные склонности к переживанию и представлению основное человеческое поведение и конкретные ситуации. Таким образом, отношения матери и ребенка регулируются архетипом матери. Отец-ребенок — по отцовскому архетипу. Рождение, смерть, власть и неудачи находятся под контролем по архетипам. Религиозные и мистические переживания также управляются архетипами.

    Самым важным из всех является

    «Я», которое является архетипом Центра психической личности, его / ее тотальности или целостности. В Центр состоит из соединения сознания и бессознательного, достигаемого в процессе индивидуации. .

    архетипов проявляются через

    архетипических образов во всех культурах и религиозных системах, в снах и видениях. Поэтому большой юнгианский интерес к психике сосредоточен на интерпретации снов и символов, чтобы обнаружить компенсацию, вызванную архетипами как знаками трансформации психики.

    Слово «компенсация» относится к тому, что Юнг считает психическая версия гомеостаза, то есть способность тела поддерживать определенное равновесие и стабильность. Таким образом, архетипы связаны с основным функционированием нашей психики.

    Коллективное бессознательное является универсальным данным, означающим, что каждый человек наделен этим психическим слоем архетипа с момента своего рождения. Этот слой нельзя получить образованием или другими сознательными усилиями, потому что он врожденный.

    Мы также можем описать его как универсальную библиотеку человеческих знаний или

    мудрецов в человеке, ту самую трансцендентную мудрость, которая направляет человечество.

    Юнг утверждал, что религиозная жизнь должна быть связана с опытом архетипов коллективное бессознательное . Таким образом, сам Бог воспринимается как архетип на психическом уровне.

    Юнг о коллективном бессознательном

    Коллективное бессознательное — насколько мы вообще можем что-либо о нем сказать — по-видимому, состоит из мифологических мотивов или первозданных образов, по этой причине мифы всех народов являются его реальными. экспоненты.Фактически, всю мифологию можно рассматривать как своего рода проекцию коллективного бессознательного … Следовательно, мы можем изучать коллективное бессознательное двумя способами, либо в мифологии или в анализе личности. (из Структура психики , CW 8, пар. 325.)

    Дополнительные ресурсы:

    • Подробнее о коллективном бессознательном можно найти во всей работе Карла Юнга, в основном в книгах и статьях, написанных после разрыва с Зигмундом Фрейдом.Хорошая коллекция из произведений для начала — Архетипы и коллективное бессознательное , Princeton University Press, 1990. Вы можете заказать эту книгу прямо сейчас на Amazon.com , щелкнув следующую ссылку:
    • http://amzn.

      Добавить комментарий

      Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *