Социальная направленность: Социальная направленность деятельности \ Акты, образцы, формы, договоры \ Консультант Плюс

Автор: | 25.06.1978

Содержание

Социальная направленность деятельности \ Акты, образцы, формы, договоры \ Консультант Плюс

]]>

Подборка наиболее важных документов по запросу Социальная направленность деятельности (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Судебная практика: Социальная направленность деятельности Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
Подборка судебных решений за 2020 год: Статья 17 «Ответственность органов и должностных лиц Пенсионного фонда Российской Федерации и иных государственных внебюджетных фондов, федеральных органов исполнительной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, страхователей, списание безнадежных долгов по штрафам» Федерального закона «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования»
(АО «Центр экономических экспертиз «Налоги и финансовое право»)Как указал суд, не соглашаясь с доводами страхователя, сведения о застрахованных лицах направлены им с пропуском установленного срока на два месяца.
Факт совершения правонарушения доказан. Расчет суммы штрафа арифметически правильный и соответствует действующему законодательству. Приведенные обстоятельства, такие как отсутствие негативных последствий для бюджета ПФР, социальная направленность деятельности страхователя, не являются основанием для снижения санкции, т.к. им не проявлено должной заботливости и осмотрительности с целью представления отчетности в срок. Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
Подборка судебных решений за 2020 год: Статья 114 «Налоговые санкции» НК РФ
(АО «Центр экономических экспертиз «Налоги и финансовое право»)Вместе с тем суд указал на наличие оснований для снижения штрафа, поскольку имеют место смягчающие обстоятельства, которые налоговый орган не учел при назначении наказания. Суд учел социальную направленность деятельности организации, наличие поощрений, грамот, свидетельствующих о ведении в настоящее время активной уставной деятельности.
Как отметил суд, данные обстоятельства могут быть установлены не только в ходе проверки, но и на момент рассмотрения дела об оспаривании решения о привлечении к налоговой ответственности. Соответственно, решение налогового органа было признано частично недействительным, сумма штрафа снижена.

Статьи, комментарии, ответы на вопросы: Социальная направленность деятельности

Социальная направленность государства

Социальная направленность государства призвана ограничивать своекорыстные интересы и поползновения тех категорий населения, которые обладают значительным превосходством над другими в богатстве, силе, и ограждать «социально слабые» категории населения от произвола «социально сильных».

Согласно определению МОТ социальная защита как комплекс мер включает:

  • стимулирование стабильной, оплачиваемой трудовой деятельности;
  • предотвращение и компенсацию части доходов в случае возникновения основных социальных рисков с помощью механизма социального страхования;
  • предоставление социальной помощи уязвимым группам населения, не являющимся участниками системы социального страхования;
  • доступ граждан к основным правам и услугам, таким как образование и медицинская помощь.

Как показывает мировой опыт, наиболее эффективные и комплексные системы социальной защиты включают в себя государственные пособия, обязательное социальное страхование, пенсионное обеспечение и социальную помощь. При этом основным источником финансирования и общим регулятором системы социальной защиты выступает государство, поскольку оно охватывает все население и имеет более низкие административные расходы, нежели системы с участием частных институтов. Поскольку система социальной защиты затрагивает интересы всего населения, особое значение имеет обеспечение населения достоверной и полной информацией по ее основным сферам и направлениям.

В качестве механизма социальной политики, в том числе социальной защиты, важная роль принадлежит государственным социальным стандартам (ГСС), то есть устанавливаемым государством нормам и нормативам, обеспечивающим реализацию гарантированных Конституцией социальных прав граждан, а также порядок предоставления этих прав, служащих одновременно ориентирами для социальной и экономической политики социального государства.

В настоящее время в практической работе при формировании бюджетов различных уровней применяются социальные нормативы и нормы по широкому кругу показателей. Значительная часть законодательно установленных и закрепленных другими нормативно-правовыми актами социальных нормативов и норм определяют государственные гарантии и регулируют деятельность отраслей социально-культурной сферы: науки, образования, здравоохранения, культуры и др.

Повышению уровня социальной защищенности человека призвана способствовать государственная социальная стандартизация по важнейшим направлениям социальной политики.

Большинство этих нормативов и норм является обязательствами государства перед различными категориями и группами населения и должны им обеспечиваться за счет его финансовых ресурсов. Размеры установленных государством социальных нормативов и норм пересматриваются в зависимости от темпов инфляции и имеющихся финансовых ресурсов.

Многие социальные государства Европы на законодательной основе обеспечивают доступ своим гражданам к социальным правам, изложенным в принятой ими Европейской социальной хартии, и следуют модели социальной политики, обеспечивающей, по их определению, здоровый ум, здоровый дух в здоровом теле, гарантируя:

  • право на жилье, налагающее на государство обязательство гарантировать всем доступ к нормальному жилью по разумным ценам;
  • право на охрану здоровья для всего населения, что требует от государства обеспечить доступное и эффективное медицинское обслуживание каждого и проведения политики предупреждения болезней и опасностей на рабочем месте и несчастных случаев;
  • право на образование, предусматривающее, что государство должно организовать такую подготовку, которая обеспечит всеобщий доступ к рынку труда, а доступ к высшему образованию – исключительно на основе личных способностей;
  • право на работу, что обязывает государство проводить социальную и экономическую политику, гарантирующую полную занятость, обеспечивать свободу создания профсоюзов и организаций работодателей для защиты своих экономических и социальных интересов;
  • право на социальную защиту и, значит, на социальное страхование, социальную помощь и услуги, защиту от бедности и социального отчуждения, а также осуществление особых мер для защиты семьи и лиц пожилого возраста;
  • право на свободу передвижения и воссоединения семей;
  • право на исключение дискриминации по признаку расы, пола, возраста, цвета кожи, языка, религии, взглядов и др.

На конференции Совета Европы (14–15 ноября 2002 г.) по доступу к социальным правам показана цена пренебрежения государства к социальным правам своих граждан, в результате чего:

  • растет нищета и отчужденность в обществе;
  • снижается экономический рост, так как разрушается главная (человеческая) производительная сила;
  • население болеет, стареет и умирает;
  • падают нравственность, культура, теряются моральные ценности в обществе;
  • уменьшается человеческий потенциал;
  • уничтожается гражданское общество;
  • расслаивается общество, растет неравенство в нем и почва для экстремизма;
  • теряется легитимность самого государства.

Многие европейские социальные государства, присоединившиеся к Социальной хартии и неуклонно соблюдающие ее требования, добились высокого уровня жизни, большого экономического роста, стали высококонкурентоспособными.

В качестве ГСС в области оплаты труда и трудовых отношений предусматривается минимальный размер оплаты труда, устанавливаемый Федеральным законом в соответствии с ценой труда и позволяющий гражданину содержать себя и семью (включая ребенка).

Минимальный размер оплаты труда по мере приближения его к уровню, обеспечивающему воспроизводство рабочей силы, станет исходной величиной для дифференциации заработной платы по сложности, квалификации, условиям и сферам приложения труда, а также другим критериям оценки трудового вклада работника, учитываемым в процессе заключения коллективных договоров между работниками и работодателями.

Должна повышаться, совершенствоваться и выравниваться по отношению к труженикам производственных отраслей заработная плата работников социальной сферы, которые не являются частью совокупного работника единого народно-хозяйствен­ного комплекса.

Государственные социальные стандарты в области обеспечения занятости и помощи безработным предусматривают установление:

  • порядка определения страхового взноса по страхованию на случай безработицы;
  • размеров, сроков и порядка предоставления пособия по безработице;
  • правил поиска новых рабочих мест;
  • порядка переобучения и профессиональной переподготовки безработных, порядка и сроков предоставления им информации по вопросам трудоустройства.

СОЦИАЛЬНАЯ НАПРАВЛЕННОСТЬ

Москва, Средняя полоса РФ, Урал, Кавказ и Сибирь… Где бы ни велось строительство, критерием успеха для компании являются счастливые и благодарные лица людей. В этом мы видим залог будущего могущества Родины. 

«СТРОЙПРОГРЕСС» – СОЦИАЛЬНО-ОРИЕНТИРОВАННАЯ КОМПАНИЯ, способная в бизнесе усматривать социальную составляющую. Пример тому – Южно–Охтеурское нефтяное месторождение. Долгое время недра месторождения были недостаточно изучены и оценены, и оно числилось в ряду «бесперспективных». Наша работа привела к его возрождению. Опираясь на новейшие исследования, опыт геологов-нефтянников и великих геологов-теоретиков прошлого, мы хотим возродить регионы Сибири. Другой пример – строительство уникального высокогорного газопровода «Дзуарикау-Цхинвал», в ходе которого старательно сохранялись памятники истории и природа.
«Стройпрогресс» – социально-интегрированная компания, которая не остается в стороне от конкретных проблем социального характера.
 

Вся деятельность Группы компаний «Стройпрогресс» подчинена задаче социальных преобразований, возрождения и развития России

 

 

НАМИ РЕКОНСТРУИРОВАНЫ диагностический центр компании «Мострансгаз» в Московской области, пульмонологический центр в Москве, построены хирургический корпус дорожной больницы в Воронеже, поликлинические центры в Кировской и Курганских областях, консультационно-диагностический центр в г. Оричи Кировской области, водозаборы, водоводы и городские очистительные сети и сооружения, а также школы и жилые дома.

 

БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ , помощь детям-сиротам, ветеранам войны и труда, восстановление храмов Русской Православной церкви – это те благородные задачи, которые, по нашему глубокому убеждению, являются основой морали, направляющей деятельность нашей компании в целом и каждого ее сотрудника в отдельности. Из год в год мы строим и воссоздаем православные храмы в Москве, Курганской области, на Северном Кавказе. За воссоздание Домовой церкви Дома ветеранов сцены имени Яблочкиной руководство компании получило высокие награды Святейшего Патриарха Алексия Второго. Деятельность на благо людей приносит нам моральное удовлетворение и помогает вести компанию к новым свершениям. В этом смысле мы воспринимаем успех не как удачу, но как справедливую награду за добрые дела.


 

Социальная направленность бизнеса | BBF.RU

Андрей Красовский — генеральный директор компании Global Position — лидера Северо-Западного региона по интеграции систем монитогринга транспорта написал колонку на тему социального предпринимательства.

Социальные предприниматели обладают особым складом ума: они видят возможности там, где другие люди видят проблемыДжей Диз

Стратегия развития бизнеса напрямую зависит от его взаимодействия с обществом и государством. Есть модели, которые заточены только на экономическую составляющую, выраженную во вложении средств, уплате налогов и получении прибыли. Существуют компании, которые заточены исключительно на социальной значимости и не ставят первичной задачей заработок. Но сегодня все чаще можно встретить совмещение экономической и социальной составляющей.

Понятие социального предпринимательства в России пока отсутствует. Попробуем дать общее определение. Социально-направленный бизнес строит свою деятельность вокруг решения какой-то социально значимой проблемы: возрождение культурных традиций, работа с малообеспеченными слоями населения, обеспечение безопасности детей и пожилых людей, экология, просвещение и образование, поиск лекарств от тяжелых заболеваний и так далее.

Можно с уверенностью говорить о тренде социальной ответственности компаний, который становится критерием выбора потенциальными клиентами. Важно найти эту составляющую в бизнесе и продвигать ее. В дальнейшем подобные проекты помогут аудитории сделать выбор в пользу вас. По статистике, прежде чем остановиться на компании, современный пользователь в 80% случаев просматривает в интернете ее участие в общественно значимых мероприятиях и благотворительности. Например, McDonald’s или Walmart, которые давно ассоциируются у покупателей с помощью детям.

Существует несколько способов формирования такой ниши:

  • Ваш продукт напрямую решает социальную проблему, улучшает жизнь людей, способствует их комфорту и безопасности. Например, технологичные решения для пансионата слабовидящих, где пациенты и персонал смогут удаленно общаться и подавать сигналы SOS.
  • Участие в благотворительности: создание фондов или регулярные пожертвования. Также клиенты и партнеры компании могут постоянно принимать участие в благотворительных акциях и жертвовать средства на осуществление социально значимых проектов.
  • Продукты и услуги компании можно интегрировать в социальную систему города или страны: например, разработка систем контроля для автопарков может иметь большое значение в осуществлении мониторинга пробок и аварийных ситуаций с участием общественного транспорта, машин скорой помощи и пожарных бригад.

С чего начинается социально-направленный бизнес

Для начала необходимо определить социальную проблему, которую ваша компания будет решать через реализацию товаров или услуг населению. Это станет отправной точкой вашей стратегии. Сегодня мало иметь просто хороший продукт. Необходима миссия, общий вектор, куда вы планируете двигаться, наивысшая цель, если хотите.

Основные критерии социальной проблемы:

  • Прибыль компании является не целью, а средством решения какой-то социальной боли. Например, ваш товар помогает людям с ограниченными возможностями или способствует спасению животных. Например, модный в последнее время экомех — это бизнес, целью которого является решение проблемы истребления ценных пушных зверей через реализацию красивых и качественных изделий из искусственного меха;
  • Социальная миссия, которая оформлена в четкие и конкретные цели и задачи, которые вы доносите до своих пользователей через медиа. Это должна быть яркая и понятная стратегия. Например, сеть ресторанов «В темноте» реализует миссию: предоставление рабочих мест для слабовидящих людей;
  • Использование технологий и инноваций для решения социальных проблем. Без этого невозможно эффективное предпринимательство. Мало просто заявить о том, что вы помогаете, необходимо придумать какое-то новое, ранее не используемое решение. Например, детские площадки с мониторами и подсветкой, которые помогают решить проблему безопасности и развития детей;
  • Тиражируемость: ваша идея должна быть легкой для применения в любом регионе страны. Не бойтесь того, что вас начнут копировать. Во-первых, это значит, что модель эффективна. Во-вторых, больше шансов для решения социальной проблемы. В третьих, конкурентная среда — это всегда хороший знак для развития бизнеса;
  • Устойчивая финансовая модель — это то, что отличает социально-направленный бизнес от благотворительности. Целью подобных компаний является получение прибыли от реализации товаров и услуг, направленных на решение социальных проблем. Важно найти баланс между помощью и высшей целью и финансовой стабильностью и окупаемостью бизнес-модели.

Кто был первым?

Более 30 лет назад успешный менеджер Уильям Дрейтон создал компанию «Ашока: новаторы для общества» (Ashoka: Innovators for the Public). Основная миссия компании была очень непопулярна во времена правления Рейгана в США — защита окружающей среды. Стартовый капитал фирмы составлял всего 60 000 долларов.

В 2000-х годах портфель достиг десятков миллионов долларов. Основная цель — инвестиционная поддержка малых проектов для решения проблем окружающей среды по всему миру. В настоящее время организация имеет филиалы в 60 странах мира и поддерживает более 1 800 стипендиатов в области социального предпринимательства.

Основные функции, которые несет социальное предпринимательство

Рабочие места для людей с ограниченными возможностями

Одной из главных целей создания социально-направленных компаний является предоставление возможностей для людей. которые не могут работать в обычном режиме. Примером служит «Школа фермера», которая помогает людям из интернатов и детских домов реализовать себя в сельском хозяйстве. Смысл бизнеса простой: молодежь обучают и трудоустраивают в фермы. Здесь они пробуют себя как инженеры и инноваторы. Ведь компания занимается не только фермерством, но и созданием новых решений для более эффективного и, главное, экологичного сельского хозяйства;

Помощь в решении глобальных проблем экологии

Египетская компания Sekem была создана для разработки инновационных решений в биодинамическом сельском хозяйстве. В те годы Египет переживал сильнейший кризис, во многих участках царил голод. Эти методы основаны на положении, что органическая культивация укрепляет плодородные структуры почвы, позволяет расширить растительное биоразнообразие и не производит неперерабатываемых отходов.

Все продукты, полученные с использованием этих методов, можно продать, пустить на переработку или повторно использовать в процессе культивации — таким образом создается устойчивое хозяйство. Позже на базе компании была организована Египетская биодинамическая ассоциация (Egyptian Biodinamic Association — ABDA), оказывающая консалтинговые услуги компаниям, которые решили работать в сфере биодинамического сельского хозяйства;

Создание комфортной атмосферы для потребителей

Это направление получило большую популярность в сфере медицины. По всему миру появляются частные роддома, где женщинам предлагают роды в домашней обстановке, бассейнах, с музыкой и доулами. Родоначальником этих компаний стал акушер-гинеколог Мишель Оден, который в своей работе активно продвигал идею положительного отношения к родам и беременности.

В Ростове-на-Дону в 2008 году была организована стоматологическая клиника «Бобренок», где главной целью было создание такой обстановки, чтобы дети не боялись похода к врачу. Там были установлены телевизоры, звучала приятная музыка, вокруг располагались игрушки и реализовывалось соответствующее отношение персонала. Регулярно врачи клиники устраивали профилактические дни для детей из малоимущих семей;

Создание новых пространств в качестве альтернативы государственным учреждениям

В Санкт-Петербурге существуют альтернативные школы («Апельсин») и детские сады («Садики Надежды Самойловой»), где дети получают индивидуальное отношение. Именно в подобных учреждениях могут учиться ребята с ограниченными возможностями. Для них создаются отдельные планы развития, а в школах отсутствует система оценок. Таким образом, бизнес помогает решить проблему инклюзивных учреждений по всей стране, которые сегодня, как никогда, актуальны.

Приоритетные задачи развития социального предпринимательства в России

Создание нормативной базы

На сегодняшний момент в России не существует соответствующих нормативных актов, которые определяют термин социального предпринимательства и регулируют работы подобных компаний. Также нет четких критериев, по которым государство может оказывать финансовую поддержку на начальном этапе, так как социальный бизнес, так или иначе, не направлен на получение одной лишь прибыли.

Информационная поддержка

Для привлечения внимания к социальным проектам и компаниям, которые реализуют инновационные решения в области обеспечения комфортной жизни и безопасности людей, необходимо привлекать федеральные СМИ и заниматься просвещением. По статистике люди активнее покупают товары и услуги в тех компаниях, где есть четкая идея и миссия. Из двух предложений человек наверняка выберет социально-направленное. К сожалению, многие просто не знают о существовании подобных кейсов.

Масштабирование социально-направленного бизнеса

Сегодня большинство таких компаний находится в крупных городах страны. Расширение в регионы дает большие возможности для распространения идеи социального предпринимательства. Опять же через бизнес-решения есть возможность не только реализовать товары и услуги, но и улучшить жизнь людей в небольших городах.

Реализация комплексного подхода к социально-направленному бизнесу позволит изменить и отношение коммерческих предприятий к социальной ответственности. Может случиться «цепная реакция», когда предприниматели начнут пересматривать стратегии развития и направлять основной вектор к людям, для решения их болей и проблем. Это выведет бизнес на совершенно новый уровень, когда во главе угла будет стоять не прибыль, а помощь людям и решение глобальных человеческих задач, таких как экология, здоровье, сохранение ресурсов.

© Андрей Красовский, BBF.RU

В послании президента ярко выражена социальная направленность

22 февр. 2019 г., 12:00

Теперь депутатскому корпусу на всех уровнях необходимо максимально быстро обеспечить законодательное сопровождение озвученных президентом инициатив, уверен секретарь генсовета партии. В послании президента Владимира Путина Федеральному Собранию ярко выражена социальная направленность, где четко прослеживаются три темы – справедливость, сбережение народа и поддержка семей. Об этом заявил секретарь генерального совета «Единой России» Андрей Турчак.

«Послание президента России Федеральному Собранию – это послание прямого действия. Это прямые поручения, а не обращения к правительству и губернаторам с просьбой рассмотреть или подготовить предложения. В послании ярко выражена социальная направленность, где четко прослеживаются три темы – справедливость, сбережение народа и поддержка семей», – заявил он.
Турчак особо отметил, что глава государства в своем послании сформулировал конкретные задачи на 2019 год, «потому что люди хотят видеть результат сейчас, а не через шесть лет». «Важно, что в демографическом пакете подчеркнуто, что средства выделяются именно тем, кто больше всех в них нуждается», – добавил он.
Кроме того, секретарь генсовета партии обратил внимание на то, что Владимир Путин сформулировал ключевые показатели эффективности работы власти. «Важно, что будет учитываться не только статистика, цифры, но и конкретные мнения и удовлетворенность непосредственно самих людей», – подчеркнул он.
«Теперь нашему депутатскому корпусу на всех уровнях необходимо максимально быстро обеспечить законодательное сопровождение всех озвученных Президентом инициатив», – заключил Турчак.
Секретарь Московского областного регионального отделения партии «Единая Россия», депутат Государственной думы Лидия Антонова обратила внимание на то, что содержание послания продолжает ту линию, о которой президент говорил на декабрьском съезде партии. Это, прежде всего, благополучие человека, причём не на словах, а на деле, и не в отдаленном будущем, а уже в самое ближайшее время. «Президент поставил задачу, чтобы люди почувствовали улучшение уже сейчас, буквально в этом и следующем годах, – подчеркнула Антонова. – Причем задачи сформулированы предельно конкретно: кому и на сколько увеличить выплаты, льготы, субсидии. Или предоставить другие меры поддержки».
Секретарь Подмосковной «Единой России» также отметила отчетливую направленность Послания на «сбережение народа». «В своём послании Владимир Владимирович уделил много внимания борьбе с бедностью, укреплению семьи, помощи детству и материнству, большая поддержка будет оказана здравоохранению. В Московской области в этом направлении уже многое делается», – отметила она.
Антонова также прокомментировала заявленную президентом программу «Земский учитель»: «В нашем регионе работает программа «Земский доктор», в её рамках молодым докторам предоставляется жильё, оказываются другие меры поддержки. Помогаем мы и молодым учителям, а появление федеральной программы «Земский учитель» меня, как координатора партийного проекта «Новая школа», особенно радует».
Председатель Московской областной думы, руководитель фракции «Единая Россия» Игорь Брынцалов отметил, что в своём послании Федеральному Собранию РФ президент традиционно чётко озвучил фронт работы всем ветвям и уровням власти страны. Брынцалов обратил внимание на «привычно большой объём задач… для нас, законодателей». «В приоритете стоит реализация национальных проектов и развитие «адресного», отраслевого законодательства. Прежде всего, мы уделим внимание внесению изменений в бюджет Московской области. Это необходимо для реализации тех поручений, где предполагается участие регионов. Например, строительство яслей и создание сети поликлиник нового, «бережливого», формата. Это потребует внесения изменений в отраслевые статьи программ Подмосковья. Мы будем учитывать это и при подготовке бюджета на 2020 год», – прокомментировал руководитель фракции «Единая Россия».
Депутат Мособлдумы, председатель общественного совета партийного проекта «Здоровое будущее» Алла Полякова уверена, что после слов президента о задачах в сфере экология, работа в этом направлении пойдёт ещё активней. «В послании президента в очередной раз особое место занимают вопросы экологии. Глава государства подчеркнул важность рекультивации в ближайшие годы всех полигонов в черте российских городов, ликвидации несанкционированных свалок, поэтапного введения запрета на захоронение отходов, пригодных к вторичной переработке, увеличения до 60% количества обрабатываемых отходов», – высказала своё мнение Полякова.

Поставленные в послании президента страны задачи будут реализованы в Подмосковье

Источник: http://inkrasnogorsk.ru/novosti/obshchestvo/turchak-v-poslanii-prezidenta-yarko-vyrazhena-socialnaya-napravlennost

Правительство Магаданской области :: Пресс-релизы :: «Главное в послании Президента – его социальная направленность»,

Губернатор прокомментировал послание Президента России Владимира Путина Федеральному Собранию. 

«Главная мысль, которую высказал Президент и главная задача – это сбережение человека.   Все предложения, которые прозвучали в послании Владимира Владимировича Путина, направлены на то, чтобы сделать комфортной жизнь людей. Направлены на повышение их благосостояния, чтобы была окончательно изжита бедность. Направлены на здравоохранение и, что очень важно для нашей территории, оказание медицинской помощи в труднодоступных местах, которых немало в нашем регионе», – сказал Владимир Печеный.

По его словам, крайне актуальными для Магаданской области являются и предложения Президента по поддержке талантливой молодежи и одаренных детей, совершенствованию системы профессионального образования.

«Это послание на последующие годы определяет направления работы для повышения качества жизни людей. Безусловно, для Магаданской области и Дальнего Востока это особенно важно. Сегодня мы сталкиваемся с вызовами в сфере демографии, рождаемости, и те, меры, которые были озвучены Президентом, должны дать результат», – отметил  глава региона.

Губернатор также обратил внимания на часть послания Президента, касающуюся обороноспособности нашей страны.

«Впечатляющие примеры создания новых вооружений, которыми оснащается наша армия, для нас означает безусловную защиту от внешних угроз. У нас есть чем ответить так называемым зарубежным партнерам.  В целом, думаю, что послание нужно как следует осмыслить, но основной вектор для нас очень важен – это прежде всего благосостояние человека, это развитие нашей культуры и образования, совершенствование всей инфраструктуры для жизни.  Это задачи не какой-то далекой перспективы, а задачи сегодняшнего дня, которые мы будем считать приоритетными в своей работе», – подчеркнул Владимир Печеный.

Фото РИА Новости

Управление информационной политики

в Послании Президента ярко выражена социальная направленность

25 февр. 2019 г., 13:00

Теперь депутатскому корпусу на всех уровнях необходимо максимально быстро обеспечить законодательное сопровождение озвученных Президентом инициатив, уверен секретарь Генсовета Партии.

В Послании Президента Владимира Путина Федеральному Собранию ярко выражена социальная направленность, где четко прослеживаются три темы – справедливость, сбережение народа и поддержка семей. Об этом заявил секретарь Генерального совета «Единой России» Андрей Турчак.

«Сегодняшнее Послание Президента России Федеральному Собранию – это Послание прямого действия. Это прямые поручения, а не обращения к Правительству и губернаторам с просьбой рассмотреть или подготовить предложения. В Послании ярко выражена социальная направленность, где четко прослеживаются три темы – справедливость, сбережение народа и поддержка семей», — заявил он.

Турчак особо отметил, что глава государства в своем Послании сформулировал конкретные задачи на 2019 год, «потому что люди хотят видеть результат сейчас, а не через шесть лет». «Важно, что в демографическом пакете подчеркнуто, что средства выделяются именно тем, кто больше всех в них нуждается», — добавил он.

Кроме того, секретарь Генсовета Партии обратил внимание на то, что Владимир Путин сформулировал ключевые показатели эффективности работы власти. «Важно, что будет учитываться не только статистика, цифры, но и конкретные мнения и удовлетворенность непосредственно самих людей», — подчеркнул он.

«Теперь нашему депутатскому корпусу на всех уровнях необходимо максимально быстро обеспечить законодательное сопровождение всех озвученных Президентом инициатив», — заключил Турчак.

Источник: http://inprotvino.ru/novosti/strategiya-prezidenta-rf/andrey-turchak-v-poslanii-prezidenta-yarko-vyrazhena-socialnaya-napravlennost

Проблемное поведение и мотивация к решению межличностных проблем среди подростков с высоким риском

Аннотация

Была исследована модель проблемного подросткового поведения, которая расширяет существующие теории дефицита социальных навыков в делинквентном поведении с учетом как социальных навыков, так и ориентации на использование адаптивных навыков. в этнически и социально-экономически разнообразной выборке из 113 подростков мужского и женского пола. Подростки отбирались на основе риска трудностей в социальной адаптации от умеренного до серьезного, чтобы сосредоточить внимание на группе молодежи, которая с наибольшей вероятностью станет объектом профилактических мероприятий.Моделирование структурным уравнением использовалось для изучения перекрестных данных с использованием нескольких информантов (подростки, сверстники и родители) и нескольких методов (тест производительности и самоотчет). Социальная ориентация подростков, что отражается в восприятии эффективности решения проблем, идентификации с просоциальными ценностями взрослых и ожиданиях самоэффективности, демонстрирует прямую связь с делинквентным поведением и косвенную связь с употреблением наркотиков, опосредованную продемонстрированным успехом в использовании навыков решения проблем.Результаты показывают, что полезность теорий социальных навыков проблемного поведения подростков для информирования о профилактических и лечебных мероприятиях может быть увеличена путем их расширения с учетом ориентации подростков на использование навыков, которыми они, возможно, уже обладают.

ВВЕДЕНИЕ

В многочисленных исследованиях изучалась связь между навыками решения социальных проблем (SPS) и проблемным поведением подростков. Было обнаружено, что подростки-правонарушители и подростки, злоупотребляющие психоактивными веществами, неоднократно генерировали менее эффективные стратегии разрешения межличностных конфликтов, чем другие подростки (Allen et al., 1990b, 1994; Freedman et al. , 1978; Hains and Herrman, 1989; Pont, 1995), а также менее сложные навыки интеграции взглядов на себя и других (Leadbeater et al. , 1989; Lenhart and Rabiner, 1995). Эти результаты согласуются с предположением, что плохие социальные навыки подвергают молодежь риску антиобщественного поведения. Однако альтернативная интерпретация состоит в том, что очевидная социальная некомпетентность , продемонстрированная некоторыми молодыми людьми, может отражать предпочтение социального поведения, которое другие считают менее компетентным.Вместо того чтобы указывать на дефицит навыков, связь между отсутствием продемонстрированных социальных навыков и делинквентным поведением может отражать убеждения и ожидания молодых людей относительно эффективности использования навыков, которыми они обладают, или их отсутствие отождествления с просоциальными целями.

Хотя эмпирические исследования подтверждают связь между SPS-навыками и проблемным поведением подростков, данные о долгосрочном сокращении случаев проблемного поведения с помощью вмешательств по повышению социальных навыков неубедительны.Некоторые программы документально подтвердили положительное влияние на снижение результатов проблем (например, Caplan et al. , 1992), но многие другие не продемонстрировали значительного снижения целевого проблемного поведения, несмотря на документальное подтверждение повышения уровня навыков (Dishion et al. , 1984; Дурлак, 1983; Каздин, 1993; Mulvey и др. , 1993). Хотя есть заметные исключения (например, Weissberg et al. , 1997), многие программы, показавшие положительный эффект, обычно не находят связи между результатами и изменениями в уровне навыков участников программы (Weissberg and Elias, 1993).Эти противоречивые выводы приводятся по многим причинам, включая недостаточную подготовку персонала или неспособность полностью реализовать компоненты программы (Kazdin, 1993; Pillow et al. , 1991). Помимо этих ограничений в реализации программ, все согласны с тем, что для разработки более эффективных программ требуется более глубокое понимание того, как процессы риска и защиты связаны с развитием проблемного поведения (Catalano and Hawkins, 1996; Dryfoos, 1991; Hawkins et al., 1992; Jessor et al. , 1998; Каздин, 1993).

Исследования часто приходили к выводу, что дефицит социальных навыков сопровождает повышенный риск проблемного поведения, но мало исследований рассматривало, как взгляды подростков на то, что определяет социально компетентное поведение, может способствовать их уровню риска (Allen et al. , 1994). Важным когнитивным достижением подросткового возраста является способность наблюдать и оценивать собственные навыки и качества (Дэймон и Харт, 1988; Хартер, 1990; Марш и Шавелсон, 1985).Тем не менее, подростки могут различаться по своей общей ориентации на социальные задачи, что определяет, насколько хорошо они демонстрируют свою компетентность. Например, молодежь, которая участвует в мероприятии, направленном на повышение социальных навыков, может демонстрировать успехи в измерении навыков, но может не рассматривать эти навыки как имеющие отношение к решению реальных жизненных проблем (Selman et al. , 1992). Когда при оценке навыков SPS оценивается адекватность усилий по решению проблем, они могут упускать из виду важные мотивационные процессы, которые порождают эти усилия (D’Zurilla и Goldfried, 1971; D’Zurilla и Maydeu-Olivares, 1995; White, 1959).

Настоящее исследование оценивает роль ориентации подростков на использование адаптивных навыков в объяснении как степени, в которой подростки генерируют эффективные стратегии решения проблем, так и их вовлеченности в серьезные проблемные формы поведения. Использование нами термина социальная ориентация для описания этих мотивационных процессов согласуется с прошлой работой, в которой признавалось, что «ориентация или установка человека в подходе к ситуации могут сильно повлиять на то, как он будет реагировать на эту ситуацию» (D Зурилла и Голдфрид, 1971, стр. 112). Мы ожидаем, что на социальную ориентацию будут влиять возможности, участие и воспринимаемое вознаграждение за просоциальную или антисоциальную деятельность и модели (Catalano and Hawkins, 1996). Позитивная социальная ориентация операционализируется в настоящем исследовании как набор убеждений, которые включают положительную самооценку эффективности в решении прошлых проблем, чувство самоэффективности при столкновении с будущими конфликтами и идентификацию с просоциальными целями.

представляет собой концептуальную модель отношений между социальной ориентацией, навыками SPS и проблемным поведением.Рисунок иллюстрирует потенциальную роль социальной ориентации в влиянии на приобретение социальных навыков и влиянии на важные поведенческие результаты, как напрямую, так и через ее связь с социальными навыками. На рисунке показана прямая связь социальной ориентации с навыками SPS (путь A ) и навыков SPS с проблемным поведением (путь B ). Модель включает как косвенную связь между социальной ориентацией и проблемным поведением, опосредованной SPS-навыками (пути A и B ), так и прямую связь, ведущую от социальной ориентации к проблемному поведению (путь C ). Также рассматриваются ассоциации пола, возраста, статуса меньшинства, семейного дохода и семейного статуса с одним родителем (пути D ). Компоненты этой модели и ожидаемые отношения между ними обсуждаются в следующих разделах. Моделирование структурных уравнений со скрытыми переменными (SEM) использовалось для проверки трех моделей, которые отражают конкурирующие гипотезы об относительной важности каждого из этих путей. Первоначальная модель проверяла адекватность измерения предполагаемых конструктов социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения и причастности к наркотикам.Затем были протестированы три последующие объяснительные модели, предполагающие следующее: (1) социальная ориентация не связана ни с навыками SPS, ни с проблемным поведением; (2) позитивная социальная ориентация напрямую связана с высоким уровнем навыков СФС, но лишь косвенно связана с проблемным поведением; и (3) позитивная социальная ориентация напрямую связана с высоким уровнем навыков СФС и вовлечением в меньшее количество проблемных форм поведения.

Концептуальная модель ассоциаций между социальной ориентацией подростков, навыками решения социальных проблем, проблемным поведением и демографическими переменными.

Концептуализация и измерение проблемного поведения

Проблемное поведение подростков, такое как преступность среди несовершеннолетних и злоупотребление психоактивными веществами, несет огромные издержки для молодежи, их семей и общества. Например, статистика Федерального бюро расследований (ФБР) показывает общее снижение насильственных преступлений и преступлений против собственности с 1989 по 1998 год, но существенное увеличение доли арестов несовершеннолетних за эти преступления к 1998 году (FBI, 1998; Grisso, 1993). Распространенность злоупотребления психоактивными веществами среди подростков остается тревожно высокой: более половины учащихся сообщили об употреблении запрещенных наркотиков к последнему году обучения в старшей школе (Johnston et al., 2000).

Было обнаружено, что проблемное поведение подростков часто возникает одновременно и может включать синдром проблемного поведения, который отражает лежащие в основе паттерны развития, такие как склонность к нестандартности (Allen, Aber, and Leadbeater, 1990a; Donovan and Jessor, 1985; Donovan и др. , 1988; Elliott и др. , 1989). Сочетание проблемного поведения предполагает, что отдельные проблемы могут быть результатом общих проблем в социальном развитии.Тем не менее, важно, чтобы исследования множественного проблемного поведения подростков изучали пути, которые проливают свет на важные уникальные характеристики этих проблем (Allen et al. , 1994).

Исследования обычно основывались на информации о множестве проблемных форм поведения от одного информанта, чаще всего на самоотчетах подростков. Тщательно собранные самоотчеты могут предоставить как минимум предвзятых оценок конкретного проблемного поведения подростков (Allen et al., 1994; Elliott et al. , 1989 г .; Farrington, 1973), но оценки их совместной встречаемости могут быть завышены из-за коррелированной ошибки измерения, когда информация собирается из одного источника. Отчеты разных информантов могут затрагивать разные, но частично совпадающие аспекты поведения в разных условиях (например, в группе сверстников и в семье), что указывает на важность сбора информации о проблемах поведения подростков от множества информантов (Achenbach, 1991; Achenbach et al. al., 1987). Более того, отношения между проблемным поведением и конструктами, относящимися к компетенции в решении социальных проблем, также могут быть завышены, когда измерения как критериев, так и независимых переменных полагаются на самооценку. В настоящем исследовании изучалась правонарушительная деятельность и причастность к наркотикам, оцениваемая на основе отчетов о себе, родителях и коллегах.

Навыки решения социальных проблем

Исследованию подростковых навыков СФС препятствовала нехватка концептуальной ясности (Cavell, 1990; Cavell, Meehan, and Fiala, в печати; Peterson and Leigh, 1990).При оценке компетентность рассматривалась как глобальная конструкция (например, суждения об эффективности) или сосредоточивалась на конкретных навыках (например, навыках интеграции с социальной перспективой), которые, как предполагается, лежат в основе эффективного поведения (Peterson and Leigh, 1990; Selman et al. , 1986; Waters и Сроуф, 1983). Каждый подход имеет свои преимущества и недостатки. Глобальным оценкам может не хватать ситуационной специфики, но они предлагают большую обобщаемость. С другой стороны, оценки конкретных навыков позволяют лучше понять процессы СФС и могут быть более полезными для оценки конкретных сильных и слабых сторон, но не имеют возможности обобщения (D’Zurilla и Maydeu-Olivares, 1995; Waters and Sroufe, 1983).Хотя их редко рассматривают вместе, сочетание этих двух подходов может дать более надежные оценки адекватности усилий подростков по решению социальных проблем. Навыки решения проблем оценивались в настоящем исследовании с использованием оценок как общей эффективности, так и конкретного навыка — интеграции взглядов на себя и других — которые, как было установлено, связаны с общей компетенцией и адаптацией к подросткам (Brion-Meisels et al. , 1984; Ледбитер и др. , 1989; Ленхарт и Рабинер, 1995).

Социальная ориентация на решение проблем

Бандура (1980, 1993) постулировал, что негативные ожидания самоэффективности действуют за счет уменьшения усилий, прилагаемых для решения сложных задач, и увеличения вероятности дезадаптивных реакций. Точно так же Двек и его коллеги (Двек и Эллиотт, 1983; Хендерсон и Двек, 1990) считают, что способность подростков эффективно адаптироваться к социальным требованиям частично определяется психолого-мотивационными факторами, включая ценности и убеждения об их способностях.Кроме того, разработанная Райаном и Деси теория самоопределения (Ryan and Deci, 2000) постулирует, что мотивация и благополучие снижаются, когда люди осознают, что их усилия по обеспечению компетентного функционирования мешают. Эти теории предполагают, что люди, обладающие высокими уровнями социальных навыков, могут прибегать к менее чем оптимальным средствам разрешения сложных ситуаций, если они (1) не считают компетентные стратегии адаптивными в своей текущей среде, (2) не ценят результаты, которые эти ожидается, что стратегии принесут результат, или (3) не верят, что стратегии будут работать на них.

К подростковому возрасту эти ожидания, ценности и убеждения, по-видимому, характеризуют общую ориентацию на компетентное решение проблем. Исследования показали, что учителя и сверстники оценивают подростков как социально компетентных, когда они ценят компетентные решения, выражают просоциальные цели и ожидают положительных результатов (Allen et al. , 1989; Parkhurst and Asher, 1985). Исследования также начали показывать, что ожидания, ценности и убеждения подростков в отношении решения социальных проблем имеют значение для их участия в проблемном поведении (Allen et al., 1990а, 1994; Паттерсон и др. , 1989).

Цели настоящего исследования

Предыдущее исследование подтверждает важность умения решать социальные проблемы для объяснения вовлеченности подростков в проблемное поведение и актуальность социальной ориентации (то есть убеждений, ценностей и ожиданий) для развития социальной компетентности. . В настоящем исследовании ролевой тест производительности (D’Zurilla and Maydeu-Olivares, 1995; McFall, 1982), связанный с гипотетическими конфликтами со сверстниками, родителями и другими взрослыми, использовался для измерения эффективности и сложности SPS-стратегий подростков. .Ожидания самоэффективности, воспринимаемая идентификация с просоциальными ценностями взрослых и предполагаемая эффективность в разрешении недавних конфликтов были оценены как индикаторы социальной ориентации. Навыки СФС и социальная ориентация были изучены в связи с мультиинформативными оценками правонарушительного поведения и употребления наркотиков. Также были изучены связи с полом, возрастом, расовой или этнической принадлежностью, составом семьи и семейным доходом. Центральный вопрос, рассматриваемый в этом исследовании, заключался в следующем: каковы степень и характер ассоциации социальной ориентации и навыков СФС с делинквентным поведением и употреблением наркотиков? Хотя эти перекрестные данные не позволяют делать выводы о направлении эффектов, это исследование продвигает предыдущие исследования с использованием SEM для изучения мультиинформативных данных из отчетов самих себя, родителей и сверстников о вовлеченности подростков в проблемное поведение.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Предварительный анализ

Необработанные средние баллы и стандартные отклонения, а также форматы ответов мер проблемного поведения представлены в. Распределение большинства показателей проблемного поведения было искажено в положительную сторону, подобно распределениям, обнаруженным в предыдущих исследованиях множественного проблемного поведения подростков (например, Elliott et al. , 1989). Средние значения соответствуют природе образца с умеренным риском. Например, отчеты родителей о делинквентном поведении показывают оценки, которые примерно в два раза выше, чем опубликованные нормы для доклинических выборок, но ниже, чем нормы для клинических групп (Achenbach, 1991).Переменные с искаженным распределением были преобразованы в их натуральный логарифм, чтобы лучше аппроксимировать нормальные распределения.

Таблица I

Средние, стандартные отклонения и асимметрия для проблемного поведения из собственных, родительских и партнерских отчетов ( n = 113)

Среднее SD Асимметрия Формат ответа
Самоотчет
Просроченное поведение 18. 69 41,72 3,01 Общая частота за последние 6 месяцев
Причастность к наркотикам
Использование (частота) 2,41 2,97 1,53 0: не используется; 8: 2–3 раза в неделю
Проблемы 1,84 2,78 1,85 Число испытанных из 15
Отчет родителей
Правонарушение 13. 68 9,00 0,72 0: нет проблем; 64: максимум
Причастность к наркотикам
Использование (частота) 1,28 2,04 2,33 0: не используется; 8: 2–3 раза в неделю
Проблемы 1,15 2,42 2,48 Число опытных из 15
Свидетельство коллег
Проступки 1. 78 0,55 0,88 1: не характерно; 4: очень характерно
Причастность к наркотикам 1,69 0,60 1,00 1: не характерно; 4: очень характерный

Было несколько пропущенных значений (3 или меньше) для данных собственного и родительского отчетов; они были заменены выборочными средними, чтобы максимизировать данные. Однако из-за относительно большой доли отсутствующих данных сверстников, отмеченной ранее, мы вычислили дисперсионный анализ, за ​​которым последовали стьюдентизированные тесты диапазона Тьюки (α = 0.05), сравнивая подростков, по которым данные не были доступны ни от одного сверстника ( n = 14), от одного сверстника ( n = 22) или двух сверстников ( n = 77). Участие сверстников не было связано с отчетами самих себя и родителей о проблемном поведении, а также с полом, возрастом, статусом меньшинства, семейным доходом и составом семьи. Подростки, у которых были данные только от одного сверстника, не отличались ни при каких сравнениях с подростками, для которых данные были получены от двух сверстников. Однако у подростков, у которых нет данных о сверстниках, были менее эффективные стратегии SPS, F (2110) = 3.51, p <0,05, и менее сложные стратегии, F (2110) = 3,78, p <0,05, чем у подростков с данными от двух сверстников, и более низкие ожидания самоэффективности, чем у подростков с данными от одного сверстника. или у двух сверстников F (2110) = 4,59, p <0,05. Из-за этих различий последующий анализ был проведен с сокращенной выборкой ( n = 99), для которой были доступны отчеты о проблемном поведении (по крайней мере, от одного сверстника) о себе, родителях и коллегах.Эти данные свидетельствуют о том, что подростки, которые не хотели или не могли назвать имена сверстников, которые могли бы предоставить данные о них, имеют более слабые навыки SPS и более негативную социальную ориентацию, чем другие подростки. Таким образом, итоговая выборка отражает возможный уклон в сторону более мотивированных и более социально компетентных подростков.

Затем мы исследовали корреляцию показателей социальной ориентации, навыков SPS, делинквентного поведения и употребления наркотиков с возрастом и семейным доходом.Мы также исследовали t тестов этих переменных с полом, статусом меньшинства и семейным статусом с одним родителем. Ни один из этих анализов не достиг значимости после поправки Бонферрони на большое количество сравнений (α = 0,05 / 55 = 0,001). Мы также провели аналогичный анализ демографических переменных с комплексными показателями социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения, употребления наркотиков и общего проблемного поведения. Составные меры были созданы путем усреднения z-баллов соответствующих индикаторов для каждой конструкции (например,g., совокупность делинквентного поведения рассчитывалась путем усреднения z-баллов для самоотверженных, родительских и сверстников сообщений о делинквентном поведении). Эти анализы выявили более низкие уровни употребления наркотиков среди этнических меньшинств, чем среди меньшинств, t (111) = 3,65, p <0,01, более высокие уровни преступного поведения для мальчиков, чем для девочек, t (111) = −2,37, p = 0,02, и несколько более позитивная социальная ориентация у девочек, чем у мальчиков, t (111) = 1,80, p = 0.07. Затем мы изучили взаимодействие каждой демографической переменной с комплексными показателями социальной ориентации и навыков SPS в множественных регрессионных анализах преступного поведения, употребления наркотиков и общего проблемного поведения. Ни одно из взаимодействий не имело значения. Однако, как показано в, совокупность навыков социальной ориентации и SPS была независимо связана с делинквентным поведением и общим проблемным поведением. Отсутствие значимых взаимодействий указывает на то, что процессы, связывающие социальную ориентацию и навыки SPS с проблемным поведением, вряд ли будут различаться для людей разного возраста, семейного дохода и семейного статуса с одним родителем. Регрессионный анализ также свидетельствует о том, что как социальная ориентация, так и навыки СФС способствуют вовлечению подростков в проблемное поведение и что важно учитывать влияние пола и статуса меньшинства. Таблица II.


Просрочка
Всего проблем
Δ R 2 ΔR 2 β R 2 ΔR 2 9032 9032 9032 9032 0. 11 ** 0,11 ** 0,06 * 0,06 * 0,07 * 0,07 * 9015 −0,02 0,15 0,06 Статус меньшинства −0,31 0 8 8 08 −0,23 ** 0,19 *** 0,09 * 14 *** 0,25 *** 0,17 *** Социальная ориентация −0,14 (−0,26 ** ) − 27 ** (-0,43 *** ) -0,23 (-0,38 *** ) * SPS навыки † (-0,27 ** ) -0,26 * (-0,42 *** ) -0,25 * (-0,38 ***

Модели структурных уравнений

Максимальное правдоподобие SEM использовалось для оценки ассоциаций социальной ориентации и SPS-навыков с мультиинформативными сообщениями о правонарушении и употреблении наркотиков. Также были изучены ассоциации пола и статуса меньшинства с каждым из этих конструктов. Было установлено, что оценка максимального правдоподобия дает надежные оценки параметров даже при относительно небольших размерах выборки (Tanaka, 1987). Структурные уравнения позволяют исследователю исследовать теоретические построения, измеренные с помощью нескольких индикаторов, так что общая дисперсия между конструкциями изолирована от ошибки измерения и систематических ошибок метода (Byrne, 1994; Loehlin, 1987). Были сконструированы скрытые переменные социальной ориентации, навыков СФС, правонарушений и причастности к наркотикам.Анализ проходил в два этапа: построение модели измерения, проверяющей конструктивную валидность латентных переменных, с последующим исследованием объяснительных моделей.

Модели оценивались путем изучения оценок параметров и сводной статистики согласия. Для оценки того, насколько адекватно эти модели учитывают наблюдаемую ковариацию между измеряемыми переменными в каждой модели, использовались четыре критерия. Хи-квадрат модели (χ 2 ) обеспечивает оценку максимального правдоподобия вероятности того, что модель случайно отличается от наблюдаемых данных.Небольшие незначительные значения χ 2 означают, что модель адекватно соответствует данным. Мы также использовали сравнительный индекс соответствия (CFI) и стандартизованный среднеквадратичный остаток (SRMR). Hu и Bentler (1999) рекомендовали использовать значение отсечения, равное или превышающее 0,95 для CFI, и значение отсечения, равное или меньшее 0,09 для SRMR, для оценки согласия для моделей, испытанных с небольшими выборками ( n <150). В сочетании эти значения отсечения максимизируют вероятность отклонения неверно заданных моделей.Наконец, относительная адекватность вложенных моделей была протестирована с использованием разностного теста χ 2 (Δχ 2 ), который был рассчитан путем взятия разницы между оценками χ 2 для последовательно тестируемых моделей и разницы в их степенях. свободы (McArdle, Prescott, 1991; Loehlin, 1987).

Модель измерения

Первоначальная модель тестировала факторную структуру скрытых переменных социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения и употребления наркотиков.На этом этапе важно установить адекватное соответствие модели данным, потому что плохое общее соответствие может указывать на то, что предположения о базовой структуре скрытых переменных могут быть неверными или что меры неуместны (Farrell, 1994). 3

Корреляции между измеряемыми переменными показаны в, а их стандартизованные факторные нагрузки на скрытые переменные социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения и употребления наркотиков показаны в.Факторные нагрузки обеспечивают общую оценку того, какой вклад каждая мера вносит в латентные переменные, если учитывать отношения между латентными переменными (Бирн, 1994; Бирн и др. , 1989; Фаррелл, 1994; МакАрдл и Прескотт, 1992). . Исследование этих нагрузок показывает, что все они были значительными, в диапазоне от 0,36 до 0,95. Эти результаты предполагают, что латентные конструкции подростковой социальной ориентации SPS-навыков, делинквентного поведения и причастности к наркотикам обеспечили разумное обобщение отношений между измеряемыми переменными, нагружающими каждую конструкцию, χ 2 [47] = 63.08, p = 0,06; CFI = 0,955, SRMR = 0,077. 4 Значимые корреляции ( p <0,05) были обнаружены в модели измерения латентной переменной делинквентного поведения с причастностью к наркотикам ( r = 0,73), SPS-навыков ( r = -0,68) и социальной ориентации. ( r = -0,76). Были обнаружены значимые корреляции между употреблением наркотиков и навыками SPS ( r = -0,38) и статусом меньшинства ( r = -0,38), а также социальной ориентацией с навыками SPS ( r = 0.63) и пол ( r = −0,28).

Таблица III

Взаимосвязь показателей социальной ориентации, эффективности решения социальных проблем и проблемного поведения ( n = 99)

9014 9014 9014 9014 9014 9014 Efficacy603 9014 9014 9014 9014 9014 9014 9014 14 7 Участие в наркотиках (собственное) (родительский) Правонарушитель (сверстник) 60 0,660 60 0,660 — 60 -0,02 —0,02 0,30 02 9014 903 901 9014 903 901 9014 901 901
1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8. 9. 10. 11. 12. 13.
Социальная ориентация
1.Воспринимаемая эффективность
3. Идентификация с просоциальными ценностями 0.24 0,49
5. Сложность стратегий 0.22 0,45 0,33 0,51
9014 9014 9014 Самостоятельное поведение −0,28 −0,36 −0,44 −0,27
−0,18 −0,15 −0,18 −0,34 −0,08 0,44 −0,23 −0,19 −0,19 −0,19 −0,10 0,29 0,19 148 Причастность к употреблению наркотиков (родитель) −0,06 −0,06 −0,05 −0,19 −0,01 0,30 0,68 0,31
−0,27 −0,38 −0,34 −0,24 −0,28 0,27 0,35 0,33 0,25 1 1 1 1 11. Участие в наркотиках (аналог) −0,20 −0,35 −0,25 −0,26 −0,14 0,21 0,39 0,35 0,43
Демографические переменные
12. Пол (мужской) −0,10 −0,16 −0,18 −0,07 −0,14 0,10 −0,14 −0,08 0,0804 0,26 0,11
13. Статус меньшинства 0,15 0,07 0,09 0,12 0,01
−0,01 −0,10 0,17
Среднее значение 6,81 7,83 −0,75 4,53 1,1603 13,06 −0,03 0,53 0,47 0,48 0,31
SD 1,23 1,41 1,12 0,87 0,30 0,34 0,50 0,47

Таблица IV

Факторные нагрузки на латентные переменные социальной ориентации, навыков решения социальных проблем, делинквентного поведения = 99000 = 99000 (99000) и употребление наркотиков

321 Эффективные стратегии 9032 9032 9032 9015 −0,02 08
Стандартизированная факторная нагрузка
Социальная ориентация
Воспринимаемая эффективность 0. 41
Идентификация с просоциальными ценностями 0,72
Ожидания самоэффективности 0,68 =
Навыки решения социальных проблем (SPS)
Эффективные стратегии 0,814 0,61 =
Просроченное поведение
Самоотчет 0,62
Отчет материнской компании 0.36
Отчет коллег 0,52 =
Причастность к наркотикам
Самоотчет 0,95
Отчет родителей
0,72
Пояснительные модели

Были оценены три иерархически вложенных модели для изучения взаимосвязей, подразумеваемых в. На основании результатов, отмеченных ранее, были включены два пути, включающие демографические переменные: один ведет от пола к социальной ориентации, а другой — от статуса меньшинства к употреблению наркотиков.Сводная статистика согласия для трех пояснительных моделей и стандартизированные оценки ключевых параметров показаны на рис.

Таблица V

Статистика соответствия и стандартизованные оценки для моделей с вложенными скрытыми переменными ( n = 99)

Сводка соответствия 903 903 в хи-квадрате (Δχ 2 ) отношения
Модель 1 Модель 2 Модель 3
Хи-квадрат (χ 2 ) 97.91 84,84 70,61
Степени свободы (df) 56 55 54
Вероятность ( p ) 0,00
0,00 13,07 14,23
Степени свободы (Δdf) 1 1
Вероятность — 0. 01 0,01
Индекс сравнительной подгонки (CFI) 0,882 0,916 0,953
Стандартизированный среднеквадратичный остаток (SRMR) 0,140 9 0,097
[β] Социальная ориентация → SPS-навыки = 0,00 0,76 0,50
[β] Социальная ориентация → Делинквентное поведение = 0. 00 = 0,00 −0,60
[β] Навыки SPS → Делинквентное поведение −0,28 −0,56 −0,27 (нс)
Навыки [β] −0,23 −0,32 −0,30
[r] Делинквентное поведение ↔ Причастность к наркотикам 0,70 0,66 0,90
4 Демография 9015 901 908 Социальная ориентация −0. 18 (нс) −0,18 (нс) −0,27
Статус β меньшинства → причастность к наркотикам −0,35 −0,36 −0,36
29
29 29 Объяснение ) a
Социальная ориентация 0,03 0,03 0,07
SPS-навыки 0,58 0,25
Дисциплинарное поведение 0151. 13 0,32 0,60
Причастность к наркотикам 0,16 0,23 0,22

В первой модели были изучены пути от SPS-навыков до преступного поведения и наркотической зависимости (соответствует пути B) и пути от пола к социальной ориентации и от пристрастия к наркотикам из статуса меньшинства (пути D ). В этой модели пропущены объяснительные пути от социальной ориентации к навыкам SPS (путь A ) или проблемному поведению (путь C ).Таким образом, модель проверила возможность того, что социальная ориентация не играет никакой роли в объяснении случаев проблемного поведения. Подбор модели был плохим, χ 2 [56] = 97,91, p <0,01, CFI = 0,882, SRMR = 0,140.

Вторая модель отличалась от первой одним путем — от социальной ориентации до SPS-навыков (путь A ). Эта модель проверила возможность того, что социальная ориентация имеет только косвенные ассоциации с проблемным поведением (пути A и B ), опосредованные навыками SPS.Хотя эта модель представляла собой значительное улучшение соответствия по сравнению с первой моделью, Δχ 2 [1] = 13,07, p <0,01, ее общая подгонка оставалась неудовлетворительной, χ 2 [55] = 84,84, p <0,01, CFI = 0,916, SRMR = 0,097.

Результаты второй модели указали на необходимость рассмотреть прямые пути от социальной ориентации к преступному поведению и пристрастию к наркотикам. Поэтому тесты множителя Лагранжа из второй модели были исследованы, чтобы определить дополнительные пути, которые улучшили бы соответствие модели.Эти тесты показали, что связь между делинквентным поведением и социальной ориентацией не была хорошо учтена.

На основе этих тестов была оценена окончательная модель, исследующая еще один путь, ведущий от социальной ориентации к делинквентному поведению (путь C ). Эта последняя модель, показанная в, показала значительное улучшение по сравнению с предыдущей моделью, Δχ 2 [1] = 14,23, p <0,01, и дала незначительное значение χ 2 [54] = 70.61, p = 0,06, и показатели качества соответствия, которые превышают оценки отсечения, рекомендованные Ху и Бентлером (1999), CFI = 0,953 и SRMR = 0,086. Как видно на рисунке и показано в последнем столбце, социальная ориентация была значительно и положительно связана с навыками SPS и отрицательно связана с делинквентным поведением. Навыки SPS были значимо и отрицательно связаны с общим употреблением наркотиков, но незначительно связаны с делинквентным поведением. Подростки из числа меньшинств имели более низкий уровень употребления наркотиков, чем другие, и девочки имели более позитивную социальную ориентацию, чем мальчики.После учета этих ассоциаций корреляция между делинквентным поведением и употреблением наркотиков составила 0,90. Модель объясняла 60% отклонений в поведении правонарушителей и 22% отклонений в отношении причастности к наркотикам.

Стандартизированные оценки параметров ассоциаций между социальной ориентацией подростков, навыками решения социальных проблем, проблемным поведением и демографическими переменными для окончательной модели структурного уравнения.

ОБСУЖДЕНИЕ

Было обнаружено, что положительная социальная ориентация играет роль в уровне подросткового преступного поведения и употребления наркотиков.Скрытые конструкции социальной ориентации и навыков решения социальных проблем, а также мультиинформативные меры проблемного поведения показали приемлемые уровни конструктной валидности. Социальная ориентация объясняла различия в проблемном поведении как совместно, так и независимо от навыков решения социальных проблем. Это говорит о том, что знание того, верят ли молодые люди в свою способность вести себя компетентно, так же важно для понимания их решений о проблемном поведении, как и продемонстрированный уровень их навыков решения социальных проблем.Выводы о направлении эффектов нельзя сделать из этих перекрестных данных, но результаты согласуются с ожиданиями, вытекающими из социального обучения (например, Bandura, 1980, 1993), социально-когнитивного развития (например, Dweck and Elliott, 1983). ; Хендерсон и Двек, 1990), социальное развитие (Каталано и Хокинс, 1996) и теории самоопределения (Райан и Деси, 2000) о роли самооценки и мотивации в социальном поведении.

Результаты имеют значение для понимания как одновременного возникновения проблемного поведения, так и их уникальных аспектов.В частности, подростки, сообщившие о положительной социальной ориентации, имели более высокий уровень навыков SPS и более низкий уровень преступного поведения. Напротив, SPS-навыки опосредуют ассоциацию социальной ориентации с употреблением наркотиков. Когда рассматривались только косвенные ассоциации социальной ориентации, SPS-навыки были в значительной степени связаны как с делинквентным поведением, так и с употреблением наркотиков. Тем не менее, когда рассматривались как прямые, так и косвенные ассоциации социальной ориентации, SPS-навыки показали значительную связь только с употреблением наркотиков.Делинквентное поведение может быть результатом как плохих социальных навыков, так и слабой мотивации к использованию компетентных стратегий решения проблем. С другой стороны, употребление наркотиков может быть более тесно связано с плохими социальными навыками и лишь косвенно — с негативной социальной ориентацией.

Было обнаружено несколько ассоциаций демографических переменных с социальной ориентацией, навыками решения социальных проблем или проблемным поведением. Предыдущие исследования в целом показали более высокий уровень проблемного поведения среди подростков из менее благополучных демографических слоев (например,g., Jessor et al. , 1998). В настоящем исследовании, однако, статус меньшинства показал единственную прямую связь с проблемным поведением, указывая на то, что подростки из числа меньшинств имели на более низкий уровень употребления наркотиков на , чем не меньшинства. Этот вывод согласуется с недавними сообщениями, в которых документально подтверждены более низкие уровни употребления наркотиков среди афроамериканцев по сравнению с белой / белой молодежью (Barnes et al. , 1994; Gibbs, 1996). Несколько более низкий уровень преступного поведения, наблюдаемый у девочек по сравнению с мальчиками, по-видимому, объясняется их более позитивной социальной ориентацией.Важно принять к сведению недавние отчеты, которые документально подтверждают рост показателей преступного поведения среди девочек-подростков (FBI, 1997), что также может помочь объяснить отсутствие значительных гендерных различий в преступности.

Последствия и направления будущих исследований

Критические обзоры эффективности вмешательств по повышению социальных навыков приводят доводы в пользу необходимости расширения масштабов этих вмешательств с целью всестороннего воздействия на внутриличностные, межличностные и социальные факторы, которые могут повлиять на мотивацию подростков. проявлять проблемное поведение (Durlak, 1983, 1995; Weissberg et al., 1991). Ясно, что факторы риска и защиты проявляются в разных контекстах, включая семью, район, школу и группу сверстников (Catalano and Hawkins, 1996; Hawkins et al. , 1992; Jessor et al. , 1998; Patterson). и др., , 1989; Seidman, 1991), но исследования были менее ясны в отношении конкретных основных механизмов, которые могли бы описать, как эти факторы влияют на решения подростков вовлечься в проблемное поведение. Результаты настоящего исследования указывают на возможность того, что социальная ориентация на решение проблем играет ключевую роль в этих процессах, и предлагают три предположения, которые следует рассмотреть в будущих исследованиях.

Одно из предположений состоит в том, что негативная социальная ориентация отражает скрытый риск вовлечения в проблемное поведение (Bell, 1986). Например, подростки с отрицательными ожиданиями самоэффективности, вероятно, будут переживать социально сложные события (например, разногласия со сверстниками) как тревожные и реагировать таким образом, чтобы подорвать их способность использовать социальные навыки, которыми они обладают (Bandura, 1980, 1993). Действительно, Allen et al. 1994 показал, что негативные ожидания в социальных взаимодействиях предсказывают будущую вовлеченность в проблемное поведение.Молодежь с негативными убеждениями в отношении результатов своих усилий по решению проблем может реагировать на межличностный конфликт способами, которые усиливают негативные результаты (Dodge and Frame, 1982; Lochman and Dodge, 1994; Slaby and Guerra, 1988). Более того, негативные убеждения и их негативные последствия могут усиливать друг друга. Например, опыт отторжения сверстников и принудительных семейных взаимодействий (Patterson et al. , 1989) может укрепить убеждения подростка, что компетентные или совместные решения неэффективны, и наблюдения других о том, что он или она некомпетентны.Эта интерпретация предполагает, что меры вмешательства потребуют не только вмешательства для повышения социальных навыков, но и для изменения негативных убеждений, которые могут сопровождать дефицит социальных навыков (Guerra and Slaby, 1990).

Второе утверждение состоит в том, что позитивная социальная ориентация служит защитным фактором. В то время как факторы риска действуют, увеличивая вероятность проблемных исходов, защитные факторы действуют, уменьшая влияние риска (умеренность) или вмешиваясь в причинно-следственную цепочку между факторами риска и проблемными исходами (посредничество) (Coie et al., 1993). Результаты настоящего исследования согласуются с обширной исследовательской литературой по устойчивости, указывающей на то, что характеристики личности, такие как внутренний локус контроля, высокая самооценка и развитие эго, могут компенсировать пагубные последствия негативных жизненных событий (Cowen and Work, 1988; Гармези и др. , 1984; Лутар, 1991; Раттер, 1987). Позитивная социальная ориентация может опосредовать отношения между проблемным поведением и экологическими рисками, включая плохую практику управления семьей (Patterson et al., 1989), подверженность опасности по соседству (Seidman, 1991), отрицательный школьный опыт (Kasen et al. , 1990; Kuperminc et al. , 1997) и общение с антисоциальными сверстниками (Patterson et al. ). , 1989). Способность сохранять положительные убеждения может дать молодым людям возможность успешно «преодолевать рискованные ситуации» (Rutter, 1987). Необходимы исследования для изучения этих возможностей и внесения вклада в практические знания о том, как перейти к системным подходам, способствующим развитию социальной компетентности подростков в среде, повышающей компетентность (Weissberg et al., 1991).

Процессы риска и устойчивости предлагают объяснения того, как социальная ориентация может функционировать для прогнозирования вовлечения в проблемное поведение. Третье предположение вытекает из вопроса , почему положительная социальная ориентация может иметь особое значение для развития в подростковом возрасте. Социальная ориентация может влиять на то, как подростки решают основные задачи развития (Connell, 1990; Dweck and Elliott, 1983; Ryan and Deci, 2000; White, 1959).Эти задачи включают постепенный переход от зависимости от родителей к большей зрелости, самостоятельности и личной автономии (Allen et al. , 1990a; Connell, 1990; Erikson, 1963; Greenberger, 1984; Hill and Holmbeck, 1986). Современные теории развития предполагают, что подростки с наибольшей вероятностью достигнут положительных результатов в этих областях, когда они смогут установить свою независимость, сохраняя при этом позитивные отношения с важными людьми в своей жизни (Allen et al., 1990а; Аллен и др. , 1997). Подростки, которые чувствуют, что им не хватает эффективных навыков решения социальных проблем, ожидают отрицательных результатов или обесценивают важность родительских ценностей, могут преследовать свою потребность в автономии способами, разрушающими отношения с другими (Allen et al. , 1997; Connell, 1990 ; Холдитч и др. , 2000; Куперминц и др. , 1996). Таким образом, негативные убеждения могут снизить мотивацию подростков к достижению целей развития социально приемлемыми способами.

Ограничения

Статистические модели предполагали направление влияния от социальной ориентации подростков и их навыков решения социальных проблем к проблемному поведению, однако противоположные или взаимные пути могут одинаково хорошо соответствовать этим данным. Например, проблемные модели поведения (и их последствия) могут порождать негативные убеждения и снижать уровень продемонстрированных навыков. Следует с осторожностью делать твердые выводы из имеющихся данных, особенно с учетом небольшого размера выборки.

Будущие лонгитюдные исследования могут предоставить более эффективные проверки гипотез, давая возможность изучить изменения с течением времени в социальной ориентации подростков, уровнях SPS-навыков и проблемного поведения, а также взаимных и взаимно запаздывающих влияний между этими конструкциями. Поскольку участники были отобраны на основе наличия общего набора школьных факторов риска, результаты не могут быть обобщены на всех подростков. Более того, подростки, по которым данные сверстников были недоступны, были исключены из анализа, что повысило вероятность того, что представленные здесь результаты не применимы к молодежи из группы риска, не имеющей навыков в поддержании отношений со сверстниками.Тем не менее, эта стратегия выборки дает преимущества для исследований, предназначенных для разработки профилактических мероприятий, поскольку критерии отбора для исследования были аналогичны критериям отбора участников для целевых профилактических мероприятий (например, Pillow et al. , 1991).

Это исследование — шаг к пониманию и обучению предотвращению путей развития, ведущих к деструктивному поведению подростков. Уточняя различия между социальными навыками и социальной ориентацией, это исследование выявило важнейшие аспекты социальной компетентности молодых людей, которые могут опосредовать взаимосвязь между экологическими рисками и проявлением проблем поведения.

Проблемное поведение и мотивация к решению межличностных проблем среди подростков с высоким риском

Резюме

Модель проблемного подросткового поведения, которая расширяет существующие теории дефицита социальных навыков в делинквентном поведении с учетом как социальных навыков, так и ориентации на использование адаптивных навыков, была исследованы на этнически и социально-экономически разнообразной выборке из 113 подростков мужского и женского пола. Подростки отбирались на основе риска трудностей в социальной адаптации от умеренного до серьезного, чтобы сосредоточить внимание на группе молодежи, которая с наибольшей вероятностью станет объектом профилактических мероприятий.Моделирование структурным уравнением использовалось для изучения перекрестных данных с использованием нескольких информантов (подростки, сверстники и родители) и нескольких методов (тест производительности и самоотчет). Социальная ориентация подростков, что отражается в восприятии эффективности решения проблем, идентификации с просоциальными ценностями взрослых и ожиданиях самоэффективности, демонстрирует прямую связь с делинквентным поведением и косвенную связь с употреблением наркотиков, опосредованную продемонстрированным успехом в использовании навыков решения проблем.Результаты показывают, что полезность теорий социальных навыков проблемного поведения подростков для информирования о профилактических и лечебных мероприятиях может быть увеличена путем их расширения с учетом ориентации подростков на использование навыков, которыми они, возможно, уже обладают.

ВВЕДЕНИЕ

В многочисленных исследованиях изучалась связь между навыками решения социальных проблем (SPS) и проблемным поведением подростков. Было обнаружено, что подростки-правонарушители и подростки, злоупотребляющие психоактивными веществами, неоднократно генерировали менее эффективные стратегии разрешения межличностных конфликтов, чем другие подростки (Allen et al., 1990b, 1994; Freedman et al. , 1978; Hains and Herrman, 1989; Pont, 1995), а также менее сложные навыки интеграции взглядов на себя и других (Leadbeater et al. , 1989; Lenhart and Rabiner, 1995). Эти результаты согласуются с предположением, что плохие социальные навыки подвергают молодежь риску антиобщественного поведения. Однако альтернативная интерпретация состоит в том, что очевидная социальная некомпетентность , продемонстрированная некоторыми молодыми людьми, может отражать предпочтение социального поведения, которое другие считают менее компетентным.Вместо того чтобы указывать на дефицит навыков, связь между отсутствием продемонстрированных социальных навыков и делинквентным поведением может отражать убеждения и ожидания молодых людей относительно эффективности использования навыков, которыми они обладают, или их отсутствие отождествления с просоциальными целями.

Хотя эмпирические исследования подтверждают связь между SPS-навыками и проблемным поведением подростков, данные о долгосрочном сокращении случаев проблемного поведения с помощью вмешательств по повышению социальных навыков неубедительны.Некоторые программы документально подтвердили положительное влияние на снижение результатов проблем (например, Caplan et al. , 1992), но многие другие не продемонстрировали значительного снижения целевого проблемного поведения, несмотря на документальное подтверждение повышения уровня навыков (Dishion et al. , 1984; Дурлак, 1983; Каздин, 1993; Mulvey и др. , 1993). Хотя есть заметные исключения (например, Weissberg et al. , 1997), многие программы, показавшие положительный эффект, обычно не находят связи между результатами и изменениями в уровне навыков участников программы (Weissberg and Elias, 1993).Эти противоречивые выводы приводятся по многим причинам, включая недостаточную подготовку персонала или неспособность полностью реализовать компоненты программы (Kazdin, 1993; Pillow et al. , 1991). Помимо этих ограничений в реализации программ, все согласны с тем, что для разработки более эффективных программ требуется более глубокое понимание того, как процессы риска и защиты связаны с развитием проблемного поведения (Catalano and Hawkins, 1996; Dryfoos, 1991; Hawkins et al., 1992; Jessor et al. , 1998; Каздин, 1993).

Исследования часто приходили к выводу, что дефицит социальных навыков сопровождает повышенный риск проблемного поведения, но мало исследований рассматривало, как взгляды подростков на то, что определяет социально компетентное поведение, может способствовать их уровню риска (Allen et al. , 1994). Важным когнитивным достижением подросткового возраста является способность наблюдать и оценивать собственные навыки и качества (Дэймон и Харт, 1988; Хартер, 1990; Марш и Шавелсон, 1985).Тем не менее, подростки могут различаться по своей общей ориентации на социальные задачи, что определяет, насколько хорошо они демонстрируют свою компетентность. Например, молодежь, которая участвует в мероприятии, направленном на повышение социальных навыков, может демонстрировать успехи в измерении навыков, но может не рассматривать эти навыки как имеющие отношение к решению реальных жизненных проблем (Selman et al. , 1992). Когда при оценке навыков SPS оценивается адекватность усилий по решению проблем, они могут упускать из виду важные мотивационные процессы, которые порождают эти усилия (D’Zurilla и Goldfried, 1971; D’Zurilla и Maydeu-Olivares, 1995; White, 1959).

Настоящее исследование оценивает роль ориентации подростков на использование адаптивных навыков в объяснении как степени, в которой подростки генерируют эффективные стратегии решения проблем, так и их вовлеченности в серьезные проблемные формы поведения. Использование нами термина социальная ориентация для описания этих мотивационных процессов согласуется с прошлой работой, в которой признавалось, что «ориентация или установка человека в подходе к ситуации могут сильно повлиять на то, как он будет реагировать на эту ситуацию» (D Зурилла и Голдфрид, 1971, стр.112). Мы ожидаем, что на социальную ориентацию будут влиять возможности, участие и воспринимаемое вознаграждение за просоциальную или антисоциальную деятельность и модели (Catalano and Hawkins, 1996). Позитивная социальная ориентация операционализируется в настоящем исследовании как набор убеждений, которые включают положительную самооценку эффективности в решении прошлых проблем, чувство самоэффективности при столкновении с будущими конфликтами и идентификацию с просоциальными целями.

представляет собой концептуальную модель отношений между социальной ориентацией, навыками SPS и проблемным поведением.Рисунок иллюстрирует потенциальную роль социальной ориентации в влиянии на приобретение социальных навыков и влиянии на важные поведенческие результаты, как напрямую, так и через ее связь с социальными навыками. На рисунке показана прямая связь социальной ориентации с навыками SPS (путь A ) и навыков SPS с проблемным поведением (путь B ). Модель включает как косвенную связь между социальной ориентацией и проблемным поведением, опосредованной SPS-навыками (пути A и B ), так и прямую связь, ведущую от социальной ориентации к проблемному поведению (путь C ).Также рассматриваются ассоциации пола, возраста, статуса меньшинства, семейного дохода и семейного статуса с одним родителем (пути D ). Компоненты этой модели и ожидаемые отношения между ними обсуждаются в следующих разделах. Моделирование структурных уравнений со скрытыми переменными (SEM) использовалось для проверки трех моделей, которые отражают конкурирующие гипотезы об относительной важности каждого из этих путей. Первоначальная модель проверяла адекватность измерения предполагаемых конструктов социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения и причастности к наркотикам.Затем были протестированы три последующие объяснительные модели, предполагающие следующее: (1) социальная ориентация не связана ни с навыками SPS, ни с проблемным поведением; (2) позитивная социальная ориентация напрямую связана с высоким уровнем навыков СФС, но лишь косвенно связана с проблемным поведением; и (3) позитивная социальная ориентация напрямую связана с высоким уровнем навыков СФС и вовлечением в меньшее количество проблемных форм поведения.

Концептуальная модель ассоциаций между социальной ориентацией подростков, навыками решения социальных проблем, проблемным поведением и демографическими переменными.

Концептуализация и измерение проблемного поведения

Проблемное поведение подростков, такое как преступность среди несовершеннолетних и злоупотребление психоактивными веществами, несет огромные издержки для молодежи, их семей и общества. Например, статистика Федерального бюро расследований (ФБР) показывает общее снижение насильственных преступлений и преступлений против собственности с 1989 по 1998 год, но существенное увеличение доли арестов несовершеннолетних за эти преступления к 1998 году (FBI, 1998; Grisso, 1993). Распространенность злоупотребления психоактивными веществами среди подростков остается тревожно высокой: более половины учащихся сообщили об употреблении запрещенных наркотиков к последнему году обучения в старшей школе (Johnston et al., 2000).

Было обнаружено, что проблемное поведение подростков часто возникает одновременно и может включать синдром проблемного поведения, который отражает лежащие в основе паттерны развития, такие как склонность к нестандартности (Allen, Aber, and Leadbeater, 1990a; Donovan and Jessor, 1985; Donovan и др. , 1988; Elliott и др. , 1989). Сочетание проблемного поведения предполагает, что отдельные проблемы могут быть результатом общих проблем в социальном развитии.Тем не менее, важно, чтобы исследования множественного проблемного поведения подростков изучали пути, которые проливают свет на важные уникальные характеристики этих проблем (Allen et al. , 1994).

Исследования обычно основывались на информации о множестве проблемных форм поведения от одного информанта, чаще всего на самоотчетах подростков. Тщательно собранные самоотчеты могут предоставить как минимум предвзятых оценок конкретного проблемного поведения подростков (Allen et al., 1994; Elliott et al. , 1989 г .; Farrington, 1973), но оценки их совместной встречаемости могут быть завышены из-за коррелированной ошибки измерения, когда информация собирается из одного источника. Отчеты разных информантов могут затрагивать разные, но частично совпадающие аспекты поведения в разных условиях (например, в группе сверстников и в семье), что указывает на важность сбора информации о проблемах поведения подростков от множества информантов (Achenbach, 1991; Achenbach et al. al., 1987). Более того, отношения между проблемным поведением и конструктами, относящимися к компетенции в решении социальных проблем, также могут быть завышены, когда измерения как критериев, так и независимых переменных полагаются на самооценку. В настоящем исследовании изучалась правонарушительная деятельность и причастность к наркотикам, оцениваемая на основе отчетов о себе, родителях и коллегах.

Навыки решения социальных проблем

Исследованию подростковых навыков СФС препятствовала нехватка концептуальной ясности (Cavell, 1990; Cavell, Meehan, and Fiala, в печати; Peterson and Leigh, 1990).При оценке компетентность рассматривалась как глобальная конструкция (например, суждения об эффективности) или сосредоточивалась на конкретных навыках (например, навыках интеграции с социальной перспективой), которые, как предполагается, лежат в основе эффективного поведения (Peterson and Leigh, 1990; Selman et al. , 1986; Waters и Сроуф, 1983). Каждый подход имеет свои преимущества и недостатки. Глобальным оценкам может не хватать ситуационной специфики, но они предлагают большую обобщаемость. С другой стороны, оценки конкретных навыков позволяют лучше понять процессы СФС и могут быть более полезными для оценки конкретных сильных и слабых сторон, но не имеют возможности обобщения (D’Zurilla и Maydeu-Olivares, 1995; Waters and Sroufe, 1983).Хотя их редко рассматривают вместе, сочетание этих двух подходов может дать более надежные оценки адекватности усилий подростков по решению социальных проблем. Навыки решения проблем оценивались в настоящем исследовании с использованием оценок как общей эффективности, так и конкретного навыка — интеграции взглядов на себя и других — которые, как было установлено, связаны с общей компетенцией и адаптацией к подросткам (Brion-Meisels et al. , 1984; Ледбитер и др. , 1989; Ленхарт и Рабинер, 1995).

Социальная ориентация на решение проблем

Бандура (1980, 1993) постулировал, что негативные ожидания самоэффективности действуют за счет уменьшения усилий, прилагаемых для решения сложных задач, и увеличения вероятности дезадаптивных реакций. Точно так же Двек и его коллеги (Двек и Эллиотт, 1983; Хендерсон и Двек, 1990) считают, что способность подростков эффективно адаптироваться к социальным требованиям частично определяется психолого-мотивационными факторами, включая ценности и убеждения об их способностях.Кроме того, разработанная Райаном и Деси теория самоопределения (Ryan and Deci, 2000) постулирует, что мотивация и благополучие снижаются, когда люди осознают, что их усилия по обеспечению компетентного функционирования мешают. Эти теории предполагают, что люди, обладающие высокими уровнями социальных навыков, могут прибегать к менее чем оптимальным средствам разрешения сложных ситуаций, если они (1) не считают компетентные стратегии адаптивными в своей текущей среде, (2) не ценят результаты, которые эти ожидается, что стратегии принесут результат, или (3) не верят, что стратегии будут работать на них.

К подростковому возрасту эти ожидания, ценности и убеждения, по-видимому, характеризуют общую ориентацию на компетентное решение проблем. Исследования показали, что учителя и сверстники оценивают подростков как социально компетентных, когда они ценят компетентные решения, выражают просоциальные цели и ожидают положительных результатов (Allen et al. , 1989; Parkhurst and Asher, 1985). Исследования также начали показывать, что ожидания, ценности и убеждения подростков в отношении решения социальных проблем имеют значение для их участия в проблемном поведении (Allen et al., 1990а, 1994; Паттерсон и др. , 1989).

Цели настоящего исследования

Предыдущее исследование подтверждает важность умения решать социальные проблемы для объяснения вовлеченности подростков в проблемное поведение и актуальность социальной ориентации (то есть убеждений, ценностей и ожиданий) для развития социальной компетентности. . В настоящем исследовании ролевой тест производительности (D’Zurilla and Maydeu-Olivares, 1995; McFall, 1982), связанный с гипотетическими конфликтами со сверстниками, родителями и другими взрослыми, использовался для измерения эффективности и сложности SPS-стратегий подростков. .Ожидания самоэффективности, воспринимаемая идентификация с просоциальными ценностями взрослых и предполагаемая эффективность в разрешении недавних конфликтов были оценены как индикаторы социальной ориентации. Навыки СФС и социальная ориентация были изучены в связи с мультиинформативными оценками правонарушительного поведения и употребления наркотиков. Также были изучены связи с полом, возрастом, расовой или этнической принадлежностью, составом семьи и семейным доходом. Центральный вопрос, рассматриваемый в этом исследовании, заключался в следующем: каковы степень и характер ассоциации социальной ориентации и навыков СФС с делинквентным поведением и употреблением наркотиков? Хотя эти перекрестные данные не позволяют делать выводы о направлении эффектов, это исследование продвигает предыдущие исследования с использованием SEM для изучения мультиинформативных данных из отчетов самих себя, родителей и сверстников о вовлеченности подростков в проблемное поведение.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Предварительный анализ

Необработанные средние баллы и стандартные отклонения, а также форматы ответов мер проблемного поведения представлены в. Распределение большинства показателей проблемного поведения было искажено в положительную сторону, подобно распределениям, обнаруженным в предыдущих исследованиях множественного проблемного поведения подростков (например, Elliott et al. , 1989). Средние значения соответствуют природе образца с умеренным риском. Например, отчеты родителей о делинквентном поведении показывают оценки, которые примерно в два раза выше, чем опубликованные нормы для доклинических выборок, но ниже, чем нормы для клинических групп (Achenbach, 1991).Переменные с искаженным распределением были преобразованы в их натуральный логарифм, чтобы лучше аппроксимировать нормальные распределения.

Таблица I

Средние, стандартные отклонения и асимметрия для проблемного поведения из собственных, родительских и партнерских отчетов ( n = 113)

Среднее SD Асимметрия Формат ответа
Самоотчет
Просроченное поведение 18.69 41,72 3,01 Общая частота за последние 6 месяцев
Причастность к наркотикам
Использование (частота) 2,41 2,97 1,53 0: не используется; 8: 2–3 раза в неделю
Проблемы 1,84 2,78 1,85 Число испытанных из 15
Отчет родителей
Правонарушение 13.68 9,00 0,72 0: нет проблем; 64: максимум
Причастность к наркотикам
Использование (частота) 1,28 2,04 2,33 0: не используется; 8: 2–3 раза в неделю
Проблемы 1,15 2,42 2,48 Число опытных из 15
Свидетельство коллег
Проступки 1.78 0,55 0,88 1: не характерно; 4: очень характерно
Причастность к наркотикам 1,69 0,60 1,00 1: не характерно; 4: очень характерный

Было несколько пропущенных значений (3 или меньше) для данных собственного и родительского отчетов; они были заменены выборочными средними, чтобы максимизировать данные. Однако из-за относительно большой доли отсутствующих данных сверстников, отмеченной ранее, мы вычислили дисперсионный анализ, за ​​которым последовали стьюдентизированные тесты диапазона Тьюки (α = 0.05), сравнивая подростков, по которым данные не были доступны ни от одного сверстника ( n = 14), от одного сверстника ( n = 22) или двух сверстников ( n = 77). Участие сверстников не было связано с отчетами самих себя и родителей о проблемном поведении, а также с полом, возрастом, статусом меньшинства, семейным доходом и составом семьи. Подростки, у которых были данные только от одного сверстника, не отличались ни при каких сравнениях с подростками, для которых данные были получены от двух сверстников. Однако у подростков, у которых нет данных о сверстниках, были менее эффективные стратегии SPS, F (2110) = 3.51, p <0,05, и менее сложные стратегии, F (2110) = 3,78, p <0,05, чем у подростков с данными от двух сверстников, и более низкие ожидания самоэффективности, чем у подростков с данными от одного сверстника. или у двух сверстников F (2110) = 4,59, p <0,05. Из-за этих различий последующий анализ был проведен с сокращенной выборкой ( n = 99), для которой были доступны отчеты о проблемном поведении (по крайней мере, от одного сверстника) о себе, родителях и коллегах.Эти данные свидетельствуют о том, что подростки, которые не хотели или не могли назвать имена сверстников, которые могли бы предоставить данные о них, имеют более слабые навыки SPS и более негативную социальную ориентацию, чем другие подростки. Таким образом, итоговая выборка отражает возможный уклон в сторону более мотивированных и более социально компетентных подростков.

Затем мы исследовали корреляцию показателей социальной ориентации, навыков SPS, делинквентного поведения и употребления наркотиков с возрастом и семейным доходом.Мы также исследовали t тестов этих переменных с полом, статусом меньшинства и семейным статусом с одним родителем. Ни один из этих анализов не достиг значимости после поправки Бонферрони на большое количество сравнений (α = 0,05 / 55 = 0,001). Мы также провели аналогичный анализ демографических переменных с комплексными показателями социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения, употребления наркотиков и общего проблемного поведения. Составные меры были созданы путем усреднения z-баллов соответствующих индикаторов для каждой конструкции (например,g., совокупность делинквентного поведения рассчитывалась путем усреднения z-баллов для самоотверженных, родительских и сверстников сообщений о делинквентном поведении). Эти анализы выявили более низкие уровни употребления наркотиков среди этнических меньшинств, чем среди меньшинств, t (111) = 3,65, p <0,01, более высокие уровни преступного поведения для мальчиков, чем для девочек, t (111) = −2,37, p = 0,02, и несколько более позитивная социальная ориентация у девочек, чем у мальчиков, t (111) = 1,80, p = 0.07. Затем мы изучили взаимодействие каждой демографической переменной с комплексными показателями социальной ориентации и навыков SPS в множественных регрессионных анализах преступного поведения, употребления наркотиков и общего проблемного поведения. Ни одно из взаимодействий не имело значения. Однако, как показано в, совокупность навыков социальной ориентации и SPS была независимо связана с делинквентным поведением и общим проблемным поведением. Отсутствие значимых взаимодействий указывает на то, что процессы, связывающие социальную ориентацию и навыки SPS с проблемным поведением, вряд ли будут различаться для людей разного возраста, семейного дохода и семейного статуса с одним родителем.Регрессионный анализ также свидетельствует о том, что как социальная ориентация, так и навыки СФС способствуют вовлечению подростков в проблемное поведение и что важно учитывать влияние пола и статуса меньшинства. Таблица II.


Просрочка
Всего проблем
Δ R 2 ΔR 2 β R 2 ΔR 2 9032
0.11 ** 0,11 ** 0,06 * 0,06 * 0,07 * 0,07 * 0,15 0,06
Статус меньшинства −0,31 0 8 8 −0,23 **
0,19 *** 0,09 * 14 *** 0,25 *** 0,17 ***
Социальная ориентация −0,14 (−0,26 ** ) 27 ** (-0,43 *** ) -0,23 (-0,38 *** ) *
SPS навыки † (-0,27 ** ) -0,26 * (-0,42 *** ) -0,25 * (-0,38 ***

Модели структурных уравнений

Максимальное правдоподобие SEM использовалось для оценки ассоциаций социальной ориентации и SPS-навыков с мультиинформативными сообщениями о правонарушении и употреблении наркотиков.Также были изучены ассоциации пола и статуса меньшинства с каждым из этих конструктов. Было установлено, что оценка максимального правдоподобия дает надежные оценки параметров даже при относительно небольших размерах выборки (Tanaka, 1987). Структурные уравнения позволяют исследователю исследовать теоретические построения, измеренные с помощью нескольких индикаторов, так что общая дисперсия между конструкциями изолирована от ошибки измерения и систематических ошибок метода (Byrne, 1994; Loehlin, 1987). Были сконструированы скрытые переменные социальной ориентации, навыков СФС, правонарушений и причастности к наркотикам.Анализ проходил в два этапа: построение модели измерения, проверяющей конструктивную валидность латентных переменных, с последующим исследованием объяснительных моделей.

Модели оценивались путем изучения оценок параметров и сводной статистики согласия. Для оценки того, насколько адекватно эти модели учитывают наблюдаемую ковариацию между измеряемыми переменными в каждой модели, использовались четыре критерия. Хи-квадрат модели (χ 2 ) обеспечивает оценку максимального правдоподобия вероятности того, что модель случайно отличается от наблюдаемых данных.Небольшие незначительные значения χ 2 означают, что модель адекватно соответствует данным. Мы также использовали сравнительный индекс соответствия (CFI) и стандартизованный среднеквадратичный остаток (SRMR). Hu и Bentler (1999) рекомендовали использовать значение отсечения, равное или превышающее 0,95 для CFI, и значение отсечения, равное или меньшее 0,09 для SRMR, для оценки согласия для моделей, испытанных с небольшими выборками ( n <150). В сочетании эти значения отсечения максимизируют вероятность отклонения неверно заданных моделей.Наконец, относительная адекватность вложенных моделей была протестирована с использованием разностного теста χ 2 (Δχ 2 ), который был рассчитан путем взятия разницы между оценками χ 2 для последовательно тестируемых моделей и разницы в их степенях. свободы (McArdle, Prescott, 1991; Loehlin, 1987).

Модель измерения

Первоначальная модель тестировала факторную структуру скрытых переменных социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения и употребления наркотиков.На этом этапе важно установить адекватное соответствие модели данным, потому что плохое общее соответствие может указывать на то, что предположения о базовой структуре скрытых переменных могут быть неверными или что меры неуместны (Farrell, 1994). 3

Корреляции между измеряемыми переменными показаны в, а их стандартизованные факторные нагрузки на скрытые переменные социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения и употребления наркотиков показаны в.Факторные нагрузки обеспечивают общую оценку того, какой вклад каждая мера вносит в латентные переменные, если учитывать отношения между латентными переменными (Бирн, 1994; Бирн и др. , 1989; Фаррелл, 1994; МакАрдл и Прескотт, 1992). . Исследование этих нагрузок показывает, что все они были значительными, в диапазоне от 0,36 до 0,95. Эти результаты предполагают, что латентные конструкции подростковой социальной ориентации SPS-навыков, делинквентного поведения и причастности к наркотикам обеспечили разумное обобщение отношений между измеряемыми переменными, нагружающими каждую конструкцию, χ 2 [47] = 63.08, p = 0,06; CFI = 0,955, SRMR = 0,077. 4 Значимые корреляции ( p <0,05) были обнаружены в модели измерения латентной переменной делинквентного поведения с причастностью к наркотикам ( r = 0,73), SPS-навыков ( r = -0,68) и социальной ориентации. ( r = -0,76). Были обнаружены значимые корреляции между употреблением наркотиков и навыками SPS ( r = -0,38) и статусом меньшинства ( r = -0,38), а также социальной ориентацией с навыками SPS ( r = 0.63) и пол ( r = −0,28).

Таблица III

Взаимосвязь показателей социальной ориентации, эффективности решения социальных проблем и проблемного поведения ( n = 99)

9014 9014 9014 9014 9014 9014 Efficacy603 9014 9014 9014 9014 9014 9014 9014 14 7 Участие в наркотиках (собственное) (родительский) Правонарушитель (сверстник) 60 0,660 60 0,660 — 60 -0,02 —0,02 0,30 02 9014 903 901 9014 903 901 9014 901 901
1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8. 9. 10. 11. 12. 13.
Социальная ориентация
1.Воспринимаемая эффективность
3. Идентификация с просоциальными ценностями 0.24 0,49
5. Сложность стратегий 0.22 0,45 0,33 0,51
9014 9014 9014 Самостоятельное поведение −0,28 −0,36 −0,44 −0,27
−0,18 −0,15 −0,18 −0,34 −0,08 0,44 −0,23 −0,19 −0,19 −0,19 −0,10 0,29 0,19 148 Причастность к употреблению наркотиков (родитель) −0,06 −0,06 −0,05 −0,19 −0,01 0,30 0,68 0,31
−0,27 −0,38 −0,34 −0,24 −0,28 0,27 0,35 0,33 0,25 1 1 1 1 11.Участие в наркотиках (аналог) −0,20 −0,35 −0,25 −0,26 −0,14 0,21 0,39 0,35 0,43
Демографические переменные
12. Пол (мужской) −0,10 −0,16 −0,18 −0,07 −0,14 0,10 −0,14 −0,08 0,0804 0,26 0,11
13. Статус меньшинства 0,15 0,07 0,09 0,12 0,01
−0,01 −0,10 0,17
Среднее значение 6,81 7,83 −0,75 4,53 1,1603 13,06 −0,03 0,53 0,47 0,48 0,31
SD 1,23 1,41 1,12 0,87 0,30 0,34 0,50 0,47

Таблица IV

Факторные нагрузки на латентные переменные социальной ориентации, навыков решения социальных проблем, делинквентного поведения = 99000 = 99000 (99000) и употребление наркотиков

321 Эффективные стратегии 9032 9032 9032 9015 −0,02 08
Стандартизированная факторная нагрузка
Социальная ориентация
Воспринимаемая эффективность 0.41
Идентификация с просоциальными ценностями 0,72
Ожидания самоэффективности 0,68 =
Навыки решения социальных проблем (SPS)
Эффективные стратегии 0,814 0,61 =
Просроченное поведение
Самоотчет 0,62
Отчет материнской компании 0.36
Отчет коллег 0,52 =
Причастность к наркотикам
Самоотчет 0,95
Отчет родителей
0,72
Пояснительные модели

Были оценены три иерархически вложенных модели для изучения взаимосвязей, подразумеваемых в. На основании результатов, отмеченных ранее, были включены два пути, включающие демографические переменные: один ведет от пола к социальной ориентации, а другой — от статуса меньшинства к употреблению наркотиков.Сводная статистика согласия для трех пояснительных моделей и стандартизированные оценки ключевых параметров показаны на рис.

Таблица V

Статистика соответствия и стандартизованные оценки для моделей с вложенными скрытыми переменными ( n = 99)

Сводка соответствия 903 903 в хи-квадрате (Δχ 2 ) отношения
Модель 1 Модель 2 Модель 3
Хи-квадрат (χ 2 ) 97.91 84,84 70,61
Степени свободы (df) 56 55 54
Вероятность ( p ) 0,00
0,00 13,07 14,23
Степени свободы (Δdf) 1 1
Вероятность — 0.01 0,01
Индекс сравнительной подгонки (CFI) 0,882 0,916 0,953
Стандартизированный среднеквадратичный остаток (SRMR) 0,140 9 0,097
[β] Социальная ориентация → SPS-навыки = 0,00 0,76 0,50
[β] Социальная ориентация → Делинквентное поведение = 0.00 = 0,00 −0,60
[β] Навыки SPS → Делинквентное поведение −0,28 −0,56 −0,27 (нс)
Навыки [β] −0,23 −0,32 −0,30
[r] Делинквентное поведение ↔ Причастность к наркотикам 0,70 0,66 0,90
4 Демография 9015 901 908 Социальная ориентация −0.18 (нс) −0,18 (нс) −0,27
Статус β меньшинства → причастность к наркотикам −0,35 −0,36 −0,36
29
29 29 Объяснение ) a
Социальная ориентация 0,03 0,03 0,07
SPS-навыки 0,58 0,25
Дисциплинарное поведение 0151.13 0,32 0,60
Причастность к наркотикам 0,16 0,23 0,22

В первой модели были изучены пути от SPS-навыков до преступного поведения и наркотической зависимости (соответствует пути B) и пути от пола к социальной ориентации и от пристрастия к наркотикам из статуса меньшинства (пути D ). В этой модели пропущены объяснительные пути от социальной ориентации к навыкам SPS (путь A ) или проблемному поведению (путь C ).Таким образом, модель проверила возможность того, что социальная ориентация не играет никакой роли в объяснении случаев проблемного поведения. Подбор модели был плохим, χ 2 [56] = 97,91, p <0,01, CFI = 0,882, SRMR = 0,140.

Вторая модель отличалась от первой одним путем — от социальной ориентации до SPS-навыков (путь A ). Эта модель проверила возможность того, что социальная ориентация имеет только косвенные ассоциации с проблемным поведением (пути A и B ), опосредованные навыками SPS.Хотя эта модель представляла собой значительное улучшение соответствия по сравнению с первой моделью, Δχ 2 [1] = 13,07, p <0,01, ее общая подгонка оставалась неудовлетворительной, χ 2 [55] = 84,84, p <0,01, CFI = 0,916, SRMR = 0,097.

Результаты второй модели указали на необходимость рассмотреть прямые пути от социальной ориентации к преступному поведению и пристрастию к наркотикам. Поэтому тесты множителя Лагранжа из второй модели были исследованы, чтобы определить дополнительные пути, которые улучшили бы соответствие модели.Эти тесты показали, что связь между делинквентным поведением и социальной ориентацией не была хорошо учтена.

На основе этих тестов была оценена окончательная модель, исследующая еще один путь, ведущий от социальной ориентации к делинквентному поведению (путь C ). Эта последняя модель, показанная в, показала значительное улучшение по сравнению с предыдущей моделью, Δχ 2 [1] = 14,23, p <0,01, и дала незначительное значение χ 2 [54] = 70.61, p = 0,06, и показатели качества соответствия, которые превышают оценки отсечения, рекомендованные Ху и Бентлером (1999), CFI = 0,953 и SRMR = 0,086. Как видно на рисунке и показано в последнем столбце, социальная ориентация была значительно и положительно связана с навыками SPS и отрицательно связана с делинквентным поведением. Навыки SPS были значимо и отрицательно связаны с общим употреблением наркотиков, но незначительно связаны с делинквентным поведением. Подростки из числа меньшинств имели более низкий уровень употребления наркотиков, чем другие, и девочки имели более позитивную социальную ориентацию, чем мальчики.После учета этих ассоциаций корреляция между делинквентным поведением и употреблением наркотиков составила 0,90. Модель объясняла 60% отклонений в поведении правонарушителей и 22% отклонений в отношении причастности к наркотикам.

Стандартизированные оценки параметров ассоциаций между социальной ориентацией подростков, навыками решения социальных проблем, проблемным поведением и демографическими переменными для окончательной модели структурного уравнения.

ОБСУЖДЕНИЕ

Было обнаружено, что положительная социальная ориентация играет роль в уровне подросткового преступного поведения и употребления наркотиков.Скрытые конструкции социальной ориентации и навыков решения социальных проблем, а также мультиинформативные меры проблемного поведения показали приемлемые уровни конструктной валидности. Социальная ориентация объясняла различия в проблемном поведении как совместно, так и независимо от навыков решения социальных проблем. Это говорит о том, что знание того, верят ли молодые люди в свою способность вести себя компетентно, так же важно для понимания их решений о проблемном поведении, как и продемонстрированный уровень их навыков решения социальных проблем.Выводы о направлении эффектов нельзя сделать из этих перекрестных данных, но результаты согласуются с ожиданиями, вытекающими из социального обучения (например, Bandura, 1980, 1993), социально-когнитивного развития (например, Dweck and Elliott, 1983). ; Хендерсон и Двек, 1990), социальное развитие (Каталано и Хокинс, 1996) и теории самоопределения (Райан и Деси, 2000) о роли самооценки и мотивации в социальном поведении.

Результаты имеют значение для понимания как одновременного возникновения проблемного поведения, так и их уникальных аспектов.В частности, подростки, сообщившие о положительной социальной ориентации, имели более высокий уровень навыков SPS и более низкий уровень преступного поведения. Напротив, SPS-навыки опосредуют ассоциацию социальной ориентации с употреблением наркотиков. Когда рассматривались только косвенные ассоциации социальной ориентации, SPS-навыки были в значительной степени связаны как с делинквентным поведением, так и с употреблением наркотиков. Тем не менее, когда рассматривались как прямые, так и косвенные ассоциации социальной ориентации, SPS-навыки показали значительную связь только с употреблением наркотиков.Делинквентное поведение может быть результатом как плохих социальных навыков, так и слабой мотивации к использованию компетентных стратегий решения проблем. С другой стороны, употребление наркотиков может быть более тесно связано с плохими социальными навыками и лишь косвенно — с негативной социальной ориентацией.

Было обнаружено несколько ассоциаций демографических переменных с социальной ориентацией, навыками решения социальных проблем или проблемным поведением. Предыдущие исследования в целом показали более высокий уровень проблемного поведения среди подростков из менее благополучных демографических слоев (например,g., Jessor et al. , 1998). В настоящем исследовании, однако, статус меньшинства показал единственную прямую связь с проблемным поведением, указывая на то, что подростки из числа меньшинств имели на более низкий уровень употребления наркотиков на , чем не меньшинства. Этот вывод согласуется с недавними сообщениями, в которых документально подтверждены более низкие уровни употребления наркотиков среди афроамериканцев по сравнению с белой / белой молодежью (Barnes et al. , 1994; Gibbs, 1996). Несколько более низкий уровень преступного поведения, наблюдаемый у девочек по сравнению с мальчиками, по-видимому, объясняется их более позитивной социальной ориентацией.Важно принять к сведению недавние отчеты, которые документально подтверждают рост показателей преступного поведения среди девочек-подростков (FBI, 1997), что также может помочь объяснить отсутствие значительных гендерных различий в преступности.

Последствия и направления будущих исследований

Критические обзоры эффективности вмешательств по повышению социальных навыков приводят доводы в пользу необходимости расширения масштабов этих вмешательств с целью всестороннего воздействия на внутриличностные, межличностные и социальные факторы, которые могут повлиять на мотивацию подростков. проявлять проблемное поведение (Durlak, 1983, 1995; Weissberg et al., 1991). Ясно, что факторы риска и защиты проявляются в разных контекстах, включая семью, район, школу и группу сверстников (Catalano and Hawkins, 1996; Hawkins et al. , 1992; Jessor et al. , 1998; Patterson). и др., , 1989; Seidman, 1991), но исследования были менее ясны в отношении конкретных основных механизмов, которые могли бы описать, как эти факторы влияют на решения подростков вовлечься в проблемное поведение. Результаты настоящего исследования указывают на возможность того, что социальная ориентация на решение проблем играет ключевую роль в этих процессах, и предлагают три предположения, которые следует рассмотреть в будущих исследованиях.

Одно из предположений состоит в том, что негативная социальная ориентация отражает скрытый риск вовлечения в проблемное поведение (Bell, 1986). Например, подростки с отрицательными ожиданиями самоэффективности, вероятно, будут переживать социально сложные события (например, разногласия со сверстниками) как тревожные и реагировать таким образом, чтобы подорвать их способность использовать социальные навыки, которыми они обладают (Bandura, 1980, 1993). Действительно, Allen et al. 1994 показал, что негативные ожидания в социальных взаимодействиях предсказывают будущую вовлеченность в проблемное поведение.Молодежь с негативными убеждениями в отношении результатов своих усилий по решению проблем может реагировать на межличностный конфликт способами, которые усиливают негативные результаты (Dodge and Frame, 1982; Lochman and Dodge, 1994; Slaby and Guerra, 1988). Более того, негативные убеждения и их негативные последствия могут усиливать друг друга. Например, опыт отторжения сверстников и принудительных семейных взаимодействий (Patterson et al. , 1989) может укрепить убеждения подростка, что компетентные или совместные решения неэффективны, и наблюдения других о том, что он или она некомпетентны.Эта интерпретация предполагает, что меры вмешательства потребуют не только вмешательства для повышения социальных навыков, но и для изменения негативных убеждений, которые могут сопровождать дефицит социальных навыков (Guerra and Slaby, 1990).

Второе утверждение состоит в том, что позитивная социальная ориентация служит защитным фактором. В то время как факторы риска действуют, увеличивая вероятность проблемных исходов, защитные факторы действуют, уменьшая влияние риска (умеренность) или вмешиваясь в причинно-следственную цепочку между факторами риска и проблемными исходами (посредничество) (Coie et al., 1993). Результаты настоящего исследования согласуются с обширной исследовательской литературой по устойчивости, указывающей на то, что характеристики личности, такие как внутренний локус контроля, высокая самооценка и развитие эго, могут компенсировать пагубные последствия негативных жизненных событий (Cowen and Work, 1988; Гармези и др. , 1984; Лутар, 1991; Раттер, 1987). Позитивная социальная ориентация может опосредовать отношения между проблемным поведением и экологическими рисками, включая плохую практику управления семьей (Patterson et al., 1989), подверженность опасности по соседству (Seidman, 1991), отрицательный школьный опыт (Kasen et al. , 1990; Kuperminc et al. , 1997) и общение с антисоциальными сверстниками (Patterson et al. ). , 1989). Способность сохранять положительные убеждения может дать молодым людям возможность успешно «преодолевать рискованные ситуации» (Rutter, 1987). Необходимы исследования для изучения этих возможностей и внесения вклада в практические знания о том, как перейти к системным подходам, способствующим развитию социальной компетентности подростков в среде, повышающей компетентность (Weissberg et al., 1991).

Процессы риска и устойчивости предлагают объяснения того, как социальная ориентация может функционировать для прогнозирования вовлечения в проблемное поведение. Третье предположение вытекает из вопроса , почему положительная социальная ориентация может иметь особое значение для развития в подростковом возрасте. Социальная ориентация может влиять на то, как подростки решают основные задачи развития (Connell, 1990; Dweck and Elliott, 1983; Ryan and Deci, 2000; White, 1959).Эти задачи включают постепенный переход от зависимости от родителей к большей зрелости, самостоятельности и личной автономии (Allen et al. , 1990a; Connell, 1990; Erikson, 1963; Greenberger, 1984; Hill and Holmbeck, 1986). Современные теории развития предполагают, что подростки с наибольшей вероятностью достигнут положительных результатов в этих областях, когда они смогут установить свою независимость, сохраняя при этом позитивные отношения с важными людьми в своей жизни (Allen et al., 1990а; Аллен и др. , 1997). Подростки, которые чувствуют, что им не хватает эффективных навыков решения социальных проблем, ожидают отрицательных результатов или обесценивают важность родительских ценностей, могут преследовать свою потребность в автономии способами, разрушающими отношения с другими (Allen et al. , 1997; Connell, 1990 ; Холдитч и др. , 2000; Куперминц и др. , 1996). Таким образом, негативные убеждения могут снизить мотивацию подростков к достижению целей развития социально приемлемыми способами.

Ограничения

Статистические модели предполагали направление влияния от социальной ориентации подростков и их навыков решения социальных проблем к проблемному поведению, однако противоположные или взаимные пути могут одинаково хорошо соответствовать этим данным. Например, проблемные модели поведения (и их последствия) могут порождать негативные убеждения и снижать уровень продемонстрированных навыков. Следует с осторожностью делать твердые выводы из имеющихся данных, особенно с учетом небольшого размера выборки.

Будущие лонгитюдные исследования могут предоставить более эффективные проверки гипотез, давая возможность изучить изменения с течением времени в социальной ориентации подростков, уровнях SPS-навыков и проблемного поведения, а также взаимных и взаимно запаздывающих влияний между этими конструкциями. Поскольку участники были отобраны на основе наличия общего набора школьных факторов риска, результаты не могут быть обобщены на всех подростков. Более того, подростки, по которым данные сверстников были недоступны, были исключены из анализа, что повысило вероятность того, что представленные здесь результаты не применимы к молодежи из группы риска, не имеющей навыков в поддержании отношений со сверстниками.Тем не менее, эта стратегия выборки дает преимущества для исследований, предназначенных для разработки профилактических мероприятий, поскольку критерии отбора для исследования были аналогичны критериям отбора участников для целевых профилактических мероприятий (например, Pillow et al. , 1991).

Это исследование — шаг к пониманию и обучению предотвращению путей развития, ведущих к деструктивному поведению подростков. Уточняя различия между социальными навыками и социальной ориентацией, это исследование выявило важнейшие аспекты социальной компетентности молодых людей, которые могут опосредовать взаимосвязь между экологическими рисками и проявлением проблем поведения.

Проблемное поведение и мотивация к решению межличностных проблем среди подростков с высоким риском

Резюме

Модель проблемного подросткового поведения, которая расширяет существующие теории дефицита социальных навыков в делинквентном поведении с учетом как социальных навыков, так и ориентации на использование адаптивных навыков, была исследованы на этнически и социально-экономически разнообразной выборке из 113 подростков мужского и женского пола. Подростки отбирались на основе риска трудностей в социальной адаптации от умеренного до серьезного, чтобы сосредоточить внимание на группе молодежи, которая с наибольшей вероятностью станет объектом профилактических мероприятий.Моделирование структурным уравнением использовалось для изучения перекрестных данных с использованием нескольких информантов (подростки, сверстники и родители) и нескольких методов (тест производительности и самоотчет). Социальная ориентация подростков, что отражается в восприятии эффективности решения проблем, идентификации с просоциальными ценностями взрослых и ожиданиях самоэффективности, демонстрирует прямую связь с делинквентным поведением и косвенную связь с употреблением наркотиков, опосредованную продемонстрированным успехом в использовании навыков решения проблем.Результаты показывают, что полезность теорий социальных навыков проблемного поведения подростков для информирования о профилактических и лечебных мероприятиях может быть увеличена путем их расширения с учетом ориентации подростков на использование навыков, которыми они, возможно, уже обладают.

ВВЕДЕНИЕ

В многочисленных исследованиях изучалась связь между навыками решения социальных проблем (SPS) и проблемным поведением подростков. Было обнаружено, что подростки-правонарушители и подростки, злоупотребляющие психоактивными веществами, неоднократно генерировали менее эффективные стратегии разрешения межличностных конфликтов, чем другие подростки (Allen et al., 1990b, 1994; Freedman et al. , 1978; Hains and Herrman, 1989; Pont, 1995), а также менее сложные навыки интеграции взглядов на себя и других (Leadbeater et al. , 1989; Lenhart and Rabiner, 1995). Эти результаты согласуются с предположением, что плохие социальные навыки подвергают молодежь риску антиобщественного поведения. Однако альтернативная интерпретация состоит в том, что очевидная социальная некомпетентность , продемонстрированная некоторыми молодыми людьми, может отражать предпочтение социального поведения, которое другие считают менее компетентным.Вместо того чтобы указывать на дефицит навыков, связь между отсутствием продемонстрированных социальных навыков и делинквентным поведением может отражать убеждения и ожидания молодых людей относительно эффективности использования навыков, которыми они обладают, или их отсутствие отождествления с просоциальными целями.

Хотя эмпирические исследования подтверждают связь между SPS-навыками и проблемным поведением подростков, данные о долгосрочном сокращении случаев проблемного поведения с помощью вмешательств по повышению социальных навыков неубедительны.Некоторые программы документально подтвердили положительное влияние на снижение результатов проблем (например, Caplan et al. , 1992), но многие другие не продемонстрировали значительного снижения целевого проблемного поведения, несмотря на документальное подтверждение повышения уровня навыков (Dishion et al. , 1984; Дурлак, 1983; Каздин, 1993; Mulvey и др. , 1993). Хотя есть заметные исключения (например, Weissberg et al. , 1997), многие программы, показавшие положительный эффект, обычно не находят связи между результатами и изменениями в уровне навыков участников программы (Weissberg and Elias, 1993).Эти противоречивые выводы приводятся по многим причинам, включая недостаточную подготовку персонала или неспособность полностью реализовать компоненты программы (Kazdin, 1993; Pillow et al. , 1991). Помимо этих ограничений в реализации программ, все согласны с тем, что для разработки более эффективных программ требуется более глубокое понимание того, как процессы риска и защиты связаны с развитием проблемного поведения (Catalano and Hawkins, 1996; Dryfoos, 1991; Hawkins et al., 1992; Jessor et al. , 1998; Каздин, 1993).

Исследования часто приходили к выводу, что дефицит социальных навыков сопровождает повышенный риск проблемного поведения, но мало исследований рассматривало, как взгляды подростков на то, что определяет социально компетентное поведение, может способствовать их уровню риска (Allen et al. , 1994). Важным когнитивным достижением подросткового возраста является способность наблюдать и оценивать собственные навыки и качества (Дэймон и Харт, 1988; Хартер, 1990; Марш и Шавелсон, 1985).Тем не менее, подростки могут различаться по своей общей ориентации на социальные задачи, что определяет, насколько хорошо они демонстрируют свою компетентность. Например, молодежь, которая участвует в мероприятии, направленном на повышение социальных навыков, может демонстрировать успехи в измерении навыков, но может не рассматривать эти навыки как имеющие отношение к решению реальных жизненных проблем (Selman et al. , 1992). Когда при оценке навыков SPS оценивается адекватность усилий по решению проблем, они могут упускать из виду важные мотивационные процессы, которые порождают эти усилия (D’Zurilla и Goldfried, 1971; D’Zurilla и Maydeu-Olivares, 1995; White, 1959).

Настоящее исследование оценивает роль ориентации подростков на использование адаптивных навыков в объяснении как степени, в которой подростки генерируют эффективные стратегии решения проблем, так и их вовлеченности в серьезные проблемные формы поведения. Использование нами термина социальная ориентация для описания этих мотивационных процессов согласуется с прошлой работой, в которой признавалось, что «ориентация или установка человека в подходе к ситуации могут сильно повлиять на то, как он будет реагировать на эту ситуацию» (D Зурилла и Голдфрид, 1971, стр.112). Мы ожидаем, что на социальную ориентацию будут влиять возможности, участие и воспринимаемое вознаграждение за просоциальную или антисоциальную деятельность и модели (Catalano and Hawkins, 1996). Позитивная социальная ориентация операционализируется в настоящем исследовании как набор убеждений, которые включают положительную самооценку эффективности в решении прошлых проблем, чувство самоэффективности при столкновении с будущими конфликтами и идентификацию с просоциальными целями.

представляет собой концептуальную модель отношений между социальной ориентацией, навыками SPS и проблемным поведением.Рисунок иллюстрирует потенциальную роль социальной ориентации в влиянии на приобретение социальных навыков и влиянии на важные поведенческие результаты, как напрямую, так и через ее связь с социальными навыками. На рисунке показана прямая связь социальной ориентации с навыками SPS (путь A ) и навыков SPS с проблемным поведением (путь B ). Модель включает как косвенную связь между социальной ориентацией и проблемным поведением, опосредованной SPS-навыками (пути A и B ), так и прямую связь, ведущую от социальной ориентации к проблемному поведению (путь C ).Также рассматриваются ассоциации пола, возраста, статуса меньшинства, семейного дохода и семейного статуса с одним родителем (пути D ). Компоненты этой модели и ожидаемые отношения между ними обсуждаются в следующих разделах. Моделирование структурных уравнений со скрытыми переменными (SEM) использовалось для проверки трех моделей, которые отражают конкурирующие гипотезы об относительной важности каждого из этих путей. Первоначальная модель проверяла адекватность измерения предполагаемых конструктов социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения и причастности к наркотикам.Затем были протестированы три последующие объяснительные модели, предполагающие следующее: (1) социальная ориентация не связана ни с навыками SPS, ни с проблемным поведением; (2) позитивная социальная ориентация напрямую связана с высоким уровнем навыков СФС, но лишь косвенно связана с проблемным поведением; и (3) позитивная социальная ориентация напрямую связана с высоким уровнем навыков СФС и вовлечением в меньшее количество проблемных форм поведения.

Концептуальная модель ассоциаций между социальной ориентацией подростков, навыками решения социальных проблем, проблемным поведением и демографическими переменными.

Концептуализация и измерение проблемного поведения

Проблемное поведение подростков, такое как преступность среди несовершеннолетних и злоупотребление психоактивными веществами, несет огромные издержки для молодежи, их семей и общества. Например, статистика Федерального бюро расследований (ФБР) показывает общее снижение насильственных преступлений и преступлений против собственности с 1989 по 1998 год, но существенное увеличение доли арестов несовершеннолетних за эти преступления к 1998 году (FBI, 1998; Grisso, 1993). Распространенность злоупотребления психоактивными веществами среди подростков остается тревожно высокой: более половины учащихся сообщили об употреблении запрещенных наркотиков к последнему году обучения в старшей школе (Johnston et al., 2000).

Было обнаружено, что проблемное поведение подростков часто возникает одновременно и может включать синдром проблемного поведения, который отражает лежащие в основе паттерны развития, такие как склонность к нестандартности (Allen, Aber, and Leadbeater, 1990a; Donovan and Jessor, 1985; Donovan и др. , 1988; Elliott и др. , 1989). Сочетание проблемного поведения предполагает, что отдельные проблемы могут быть результатом общих проблем в социальном развитии.Тем не менее, важно, чтобы исследования множественного проблемного поведения подростков изучали пути, которые проливают свет на важные уникальные характеристики этих проблем (Allen et al. , 1994).

Исследования обычно основывались на информации о множестве проблемных форм поведения от одного информанта, чаще всего на самоотчетах подростков. Тщательно собранные самоотчеты могут предоставить как минимум предвзятых оценок конкретного проблемного поведения подростков (Allen et al., 1994; Elliott et al. , 1989 г .; Farrington, 1973), но оценки их совместной встречаемости могут быть завышены из-за коррелированной ошибки измерения, когда информация собирается из одного источника. Отчеты разных информантов могут затрагивать разные, но частично совпадающие аспекты поведения в разных условиях (например, в группе сверстников и в семье), что указывает на важность сбора информации о проблемах поведения подростков от множества информантов (Achenbach, 1991; Achenbach et al. al., 1987). Более того, отношения между проблемным поведением и конструктами, относящимися к компетенции в решении социальных проблем, также могут быть завышены, когда измерения как критериев, так и независимых переменных полагаются на самооценку. В настоящем исследовании изучалась правонарушительная деятельность и причастность к наркотикам, оцениваемая на основе отчетов о себе, родителях и коллегах.

Навыки решения социальных проблем

Исследованию подростковых навыков СФС препятствовала нехватка концептуальной ясности (Cavell, 1990; Cavell, Meehan, and Fiala, в печати; Peterson and Leigh, 1990).При оценке компетентность рассматривалась как глобальная конструкция (например, суждения об эффективности) или сосредоточивалась на конкретных навыках (например, навыках интеграции с социальной перспективой), которые, как предполагается, лежат в основе эффективного поведения (Peterson and Leigh, 1990; Selman et al. , 1986; Waters и Сроуф, 1983). Каждый подход имеет свои преимущества и недостатки. Глобальным оценкам может не хватать ситуационной специфики, но они предлагают большую обобщаемость. С другой стороны, оценки конкретных навыков позволяют лучше понять процессы СФС и могут быть более полезными для оценки конкретных сильных и слабых сторон, но не имеют возможности обобщения (D’Zurilla и Maydeu-Olivares, 1995; Waters and Sroufe, 1983).Хотя их редко рассматривают вместе, сочетание этих двух подходов может дать более надежные оценки адекватности усилий подростков по решению социальных проблем. Навыки решения проблем оценивались в настоящем исследовании с использованием оценок как общей эффективности, так и конкретного навыка — интеграции взглядов на себя и других — которые, как было установлено, связаны с общей компетенцией и адаптацией к подросткам (Brion-Meisels et al. , 1984; Ледбитер и др. , 1989; Ленхарт и Рабинер, 1995).

Социальная ориентация на решение проблем

Бандура (1980, 1993) постулировал, что негативные ожидания самоэффективности действуют за счет уменьшения усилий, прилагаемых для решения сложных задач, и увеличения вероятности дезадаптивных реакций. Точно так же Двек и его коллеги (Двек и Эллиотт, 1983; Хендерсон и Двек, 1990) считают, что способность подростков эффективно адаптироваться к социальным требованиям частично определяется психолого-мотивационными факторами, включая ценности и убеждения об их способностях.Кроме того, разработанная Райаном и Деси теория самоопределения (Ryan and Deci, 2000) постулирует, что мотивация и благополучие снижаются, когда люди осознают, что их усилия по обеспечению компетентного функционирования мешают. Эти теории предполагают, что люди, обладающие высокими уровнями социальных навыков, могут прибегать к менее чем оптимальным средствам разрешения сложных ситуаций, если они (1) не считают компетентные стратегии адаптивными в своей текущей среде, (2) не ценят результаты, которые эти ожидается, что стратегии принесут результат, или (3) не верят, что стратегии будут работать на них.

К подростковому возрасту эти ожидания, ценности и убеждения, по-видимому, характеризуют общую ориентацию на компетентное решение проблем. Исследования показали, что учителя и сверстники оценивают подростков как социально компетентных, когда они ценят компетентные решения, выражают просоциальные цели и ожидают положительных результатов (Allen et al. , 1989; Parkhurst and Asher, 1985). Исследования также начали показывать, что ожидания, ценности и убеждения подростков в отношении решения социальных проблем имеют значение для их участия в проблемном поведении (Allen et al., 1990а, 1994; Паттерсон и др. , 1989).

Цели настоящего исследования

Предыдущее исследование подтверждает важность умения решать социальные проблемы для объяснения вовлеченности подростков в проблемное поведение и актуальность социальной ориентации (то есть убеждений, ценностей и ожиданий) для развития социальной компетентности. . В настоящем исследовании ролевой тест производительности (D’Zurilla and Maydeu-Olivares, 1995; McFall, 1982), связанный с гипотетическими конфликтами со сверстниками, родителями и другими взрослыми, использовался для измерения эффективности и сложности SPS-стратегий подростков. .Ожидания самоэффективности, воспринимаемая идентификация с просоциальными ценностями взрослых и предполагаемая эффективность в разрешении недавних конфликтов были оценены как индикаторы социальной ориентации. Навыки СФС и социальная ориентация были изучены в связи с мультиинформативными оценками правонарушительного поведения и употребления наркотиков. Также были изучены связи с полом, возрастом, расовой или этнической принадлежностью, составом семьи и семейным доходом. Центральный вопрос, рассматриваемый в этом исследовании, заключался в следующем: каковы степень и характер ассоциации социальной ориентации и навыков СФС с делинквентным поведением и употреблением наркотиков? Хотя эти перекрестные данные не позволяют делать выводы о направлении эффектов, это исследование продвигает предыдущие исследования с использованием SEM для изучения мультиинформативных данных из отчетов самих себя, родителей и сверстников о вовлеченности подростков в проблемное поведение.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Предварительный анализ

Необработанные средние баллы и стандартные отклонения, а также форматы ответов мер проблемного поведения представлены в. Распределение большинства показателей проблемного поведения было искажено в положительную сторону, подобно распределениям, обнаруженным в предыдущих исследованиях множественного проблемного поведения подростков (например, Elliott et al. , 1989). Средние значения соответствуют природе образца с умеренным риском. Например, отчеты родителей о делинквентном поведении показывают оценки, которые примерно в два раза выше, чем опубликованные нормы для доклинических выборок, но ниже, чем нормы для клинических групп (Achenbach, 1991).Переменные с искаженным распределением были преобразованы в их натуральный логарифм, чтобы лучше аппроксимировать нормальные распределения.

Таблица I

Средние, стандартные отклонения и асимметрия для проблемного поведения из собственных, родительских и партнерских отчетов ( n = 113)

Среднее SD Асимметрия Формат ответа
Самоотчет
Просроченное поведение 18.69 41,72 3,01 Общая частота за последние 6 месяцев
Причастность к наркотикам
Использование (частота) 2,41 2,97 1,53 0: не используется; 8: 2–3 раза в неделю
Проблемы 1,84 2,78 1,85 Число испытанных из 15
Отчет родителей
Правонарушение 13.68 9,00 0,72 0: нет проблем; 64: максимум
Причастность к наркотикам
Использование (частота) 1,28 2,04 2,33 0: не используется; 8: 2–3 раза в неделю
Проблемы 1,15 2,42 2,48 Число опытных из 15
Свидетельство коллег
Проступки 1.78 0,55 0,88 1: не характерно; 4: очень характерно
Причастность к наркотикам 1,69 0,60 1,00 1: не характерно; 4: очень характерный

Было несколько пропущенных значений (3 или меньше) для данных собственного и родительского отчетов; они были заменены выборочными средними, чтобы максимизировать данные. Однако из-за относительно большой доли отсутствующих данных сверстников, отмеченной ранее, мы вычислили дисперсионный анализ, за ​​которым последовали стьюдентизированные тесты диапазона Тьюки (α = 0.05), сравнивая подростков, по которым данные не были доступны ни от одного сверстника ( n = 14), от одного сверстника ( n = 22) или двух сверстников ( n = 77). Участие сверстников не было связано с отчетами самих себя и родителей о проблемном поведении, а также с полом, возрастом, статусом меньшинства, семейным доходом и составом семьи. Подростки, у которых были данные только от одного сверстника, не отличались ни при каких сравнениях с подростками, для которых данные были получены от двух сверстников. Однако у подростков, у которых нет данных о сверстниках, были менее эффективные стратегии SPS, F (2110) = 3.51, p <0,05, и менее сложные стратегии, F (2110) = 3,78, p <0,05, чем у подростков с данными от двух сверстников, и более низкие ожидания самоэффективности, чем у подростков с данными от одного сверстника. или у двух сверстников F (2110) = 4,59, p <0,05. Из-за этих различий последующий анализ был проведен с сокращенной выборкой ( n = 99), для которой были доступны отчеты о проблемном поведении (по крайней мере, от одного сверстника) о себе, родителях и коллегах.Эти данные свидетельствуют о том, что подростки, которые не хотели или не могли назвать имена сверстников, которые могли бы предоставить данные о них, имеют более слабые навыки SPS и более негативную социальную ориентацию, чем другие подростки. Таким образом, итоговая выборка отражает возможный уклон в сторону более мотивированных и более социально компетентных подростков.

Затем мы исследовали корреляцию показателей социальной ориентации, навыков SPS, делинквентного поведения и употребления наркотиков с возрастом и семейным доходом.Мы также исследовали t тестов этих переменных с полом, статусом меньшинства и семейным статусом с одним родителем. Ни один из этих анализов не достиг значимости после поправки Бонферрони на большое количество сравнений (α = 0,05 / 55 = 0,001). Мы также провели аналогичный анализ демографических переменных с комплексными показателями социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения, употребления наркотиков и общего проблемного поведения. Составные меры были созданы путем усреднения z-баллов соответствующих индикаторов для каждой конструкции (например,g., совокупность делинквентного поведения рассчитывалась путем усреднения z-баллов для самоотверженных, родительских и сверстников сообщений о делинквентном поведении). Эти анализы выявили более низкие уровни употребления наркотиков среди этнических меньшинств, чем среди меньшинств, t (111) = 3,65, p <0,01, более высокие уровни преступного поведения для мальчиков, чем для девочек, t (111) = −2,37, p = 0,02, и несколько более позитивная социальная ориентация у девочек, чем у мальчиков, t (111) = 1,80, p = 0.07. Затем мы изучили взаимодействие каждой демографической переменной с комплексными показателями социальной ориентации и навыков SPS в множественных регрессионных анализах преступного поведения, употребления наркотиков и общего проблемного поведения. Ни одно из взаимодействий не имело значения. Однако, как показано в, совокупность навыков социальной ориентации и SPS была независимо связана с делинквентным поведением и общим проблемным поведением. Отсутствие значимых взаимодействий указывает на то, что процессы, связывающие социальную ориентацию и навыки SPS с проблемным поведением, вряд ли будут различаться для людей разного возраста, семейного дохода и семейного статуса с одним родителем.Регрессионный анализ также свидетельствует о том, что как социальная ориентация, так и навыки СФС способствуют вовлечению подростков в проблемное поведение и что важно учитывать влияние пола и статуса меньшинства. Таблица II.


Просрочка
Всего проблем
Δ R 2 ΔR 2 β R 2 ΔR 2 9032
0.11 ** 0,11 ** 0,06 * 0,06 * 0,07 * 0,07 * 0,15 0,06
Статус меньшинства −0,31 0 8 8 −0,23 **
0,19 *** 0,09 * 14 *** 0,25 *** 0,17 ***
Социальная ориентация −0,14 (−0,26 ** ) 27 ** (-0,43 *** ) -0,23 (-0,38 *** ) *
SPS навыки † (-0,27 ** ) -0,26 * (-0,42 *** ) -0,25 * (-0,38 ***

Модели структурных уравнений

Максимальное правдоподобие SEM использовалось для оценки ассоциаций социальной ориентации и SPS-навыков с мультиинформативными сообщениями о правонарушении и употреблении наркотиков.Также были изучены ассоциации пола и статуса меньшинства с каждым из этих конструктов. Было установлено, что оценка максимального правдоподобия дает надежные оценки параметров даже при относительно небольших размерах выборки (Tanaka, 1987). Структурные уравнения позволяют исследователю исследовать теоретические построения, измеренные с помощью нескольких индикаторов, так что общая дисперсия между конструкциями изолирована от ошибки измерения и систематических ошибок метода (Byrne, 1994; Loehlin, 1987). Были сконструированы скрытые переменные социальной ориентации, навыков СФС, правонарушений и причастности к наркотикам.Анализ проходил в два этапа: построение модели измерения, проверяющей конструктивную валидность латентных переменных, с последующим исследованием объяснительных моделей.

Модели оценивались путем изучения оценок параметров и сводной статистики согласия. Для оценки того, насколько адекватно эти модели учитывают наблюдаемую ковариацию между измеряемыми переменными в каждой модели, использовались четыре критерия. Хи-квадрат модели (χ 2 ) обеспечивает оценку максимального правдоподобия вероятности того, что модель случайно отличается от наблюдаемых данных.Небольшие незначительные значения χ 2 означают, что модель адекватно соответствует данным. Мы также использовали сравнительный индекс соответствия (CFI) и стандартизованный среднеквадратичный остаток (SRMR). Hu и Bentler (1999) рекомендовали использовать значение отсечения, равное или превышающее 0,95 для CFI, и значение отсечения, равное или меньшее 0,09 для SRMR, для оценки согласия для моделей, испытанных с небольшими выборками ( n <150). В сочетании эти значения отсечения максимизируют вероятность отклонения неверно заданных моделей.Наконец, относительная адекватность вложенных моделей была протестирована с использованием разностного теста χ 2 (Δχ 2 ), который был рассчитан путем взятия разницы между оценками χ 2 для последовательно тестируемых моделей и разницы в их степенях. свободы (McArdle, Prescott, 1991; Loehlin, 1987).

Модель измерения

Первоначальная модель тестировала факторную структуру скрытых переменных социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения и употребления наркотиков.На этом этапе важно установить адекватное соответствие модели данным, потому что плохое общее соответствие может указывать на то, что предположения о базовой структуре скрытых переменных могут быть неверными или что меры неуместны (Farrell, 1994). 3

Корреляции между измеряемыми переменными показаны в, а их стандартизованные факторные нагрузки на скрытые переменные социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения и употребления наркотиков показаны в.Факторные нагрузки обеспечивают общую оценку того, какой вклад каждая мера вносит в латентные переменные, если учитывать отношения между латентными переменными (Бирн, 1994; Бирн и др. , 1989; Фаррелл, 1994; МакАрдл и Прескотт, 1992). . Исследование этих нагрузок показывает, что все они были значительными, в диапазоне от 0,36 до 0,95. Эти результаты предполагают, что латентные конструкции подростковой социальной ориентации SPS-навыков, делинквентного поведения и причастности к наркотикам обеспечили разумное обобщение отношений между измеряемыми переменными, нагружающими каждую конструкцию, χ 2 [47] = 63.08, p = 0,06; CFI = 0,955, SRMR = 0,077. 4 Значимые корреляции ( p <0,05) были обнаружены в модели измерения латентной переменной делинквентного поведения с причастностью к наркотикам ( r = 0,73), SPS-навыков ( r = -0,68) и социальной ориентации. ( r = -0,76). Были обнаружены значимые корреляции между употреблением наркотиков и навыками SPS ( r = -0,38) и статусом меньшинства ( r = -0,38), а также социальной ориентацией с навыками SPS ( r = 0.63) и пол ( r = −0,28).

Таблица III

Взаимосвязь показателей социальной ориентации, эффективности решения социальных проблем и проблемного поведения ( n = 99)

9014 9014 9014 9014 9014 9014 Efficacy603 9014 9014 9014 9014 9014 9014 9014 14 7 Участие в наркотиках (собственное) (родительский) Правонарушитель (сверстник) 60 0,660 60 0,660 — 60 -0,02 —0,02 0,30 02 9014 903 901 9014 903 901 9014 901 901
1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8. 9. 10. 11. 12. 13.
Социальная ориентация
1.Воспринимаемая эффективность
3. Идентификация с просоциальными ценностями 0.24 0,49
5. Сложность стратегий 0.22 0,45 0,33 0,51
9014 9014 9014 Самостоятельное поведение −0,28 −0,36 −0,44 −0,27
−0,18 −0,15 −0,18 −0,34 −0,08 0,44 −0,23 −0,19 −0,19 −0,19 −0,10 0,29 0,19 148 Причастность к употреблению наркотиков (родитель) −0,06 −0,06 −0,05 −0,19 −0,01 0,30 0,68 0,31
−0,27 −0,38 −0,34 −0,24 −0,28 0,27 0,35 0,33 0,25 1 1 1 1 11.Участие в наркотиках (аналог) −0,20 −0,35 −0,25 −0,26 −0,14 0,21 0,39 0,35 0,43
Демографические переменные
12. Пол (мужской) −0,10 −0,16 −0,18 −0,07 −0,14 0,10 −0,14 −0,08 0,0804 0,26 0,11
13. Статус меньшинства 0,15 0,07 0,09 0,12 0,01
−0,01 −0,10 0,17
Среднее значение 6,81 7,83 −0,75 4,53 1,1603 13,06 −0,03 0,53 0,47 0,48 0,31
SD 1,23 1,41 1,12 0,87 0,30 0,34 0,50 0,47

Таблица IV

Факторные нагрузки на латентные переменные социальной ориентации, навыков решения социальных проблем, делинквентного поведения = 99000 = 99000 (99000) и употребление наркотиков

321 Эффективные стратегии 9032 9032 9032 9015 −0,02 08
Стандартизированная факторная нагрузка
Социальная ориентация
Воспринимаемая эффективность 0.41
Идентификация с просоциальными ценностями 0,72
Ожидания самоэффективности 0,68 =
Навыки решения социальных проблем (SPS)
Эффективные стратегии 0,814 0,61 =
Просроченное поведение
Самоотчет 0,62
Отчет материнской компании 0.36
Отчет коллег 0,52 =
Причастность к наркотикам
Самоотчет 0,95
Отчет родителей
0,72
Пояснительные модели

Были оценены три иерархически вложенных модели для изучения взаимосвязей, подразумеваемых в. На основании результатов, отмеченных ранее, были включены два пути, включающие демографические переменные: один ведет от пола к социальной ориентации, а другой — от статуса меньшинства к употреблению наркотиков.Сводная статистика согласия для трех пояснительных моделей и стандартизированные оценки ключевых параметров показаны на рис.

Таблица V

Статистика соответствия и стандартизованные оценки для моделей с вложенными скрытыми переменными ( n = 99)

Сводка соответствия 903 903 в хи-квадрате (Δχ 2 ) отношения
Модель 1 Модель 2 Модель 3
Хи-квадрат (χ 2 ) 97.91 84,84 70,61
Степени свободы (df) 56 55 54
Вероятность ( p ) 0,00
0,00 13,07 14,23
Степени свободы (Δdf) 1 1
Вероятность — 0.01 0,01
Индекс сравнительной подгонки (CFI) 0,882 0,916 0,953
Стандартизированный среднеквадратичный остаток (SRMR) 0,140 9 0,097
[β] Социальная ориентация → SPS-навыки = 0,00 0,76 0,50
[β] Социальная ориентация → Делинквентное поведение = 0.00 = 0,00 −0,60
[β] Навыки SPS → Делинквентное поведение −0,28 −0,56 −0,27 (нс)
Навыки [β] −0,23 −0,32 −0,30
[r] Делинквентное поведение ↔ Причастность к наркотикам 0,70 0,66 0,90
4 Демография 9015 901 908 Социальная ориентация −0.18 (нс) −0,18 (нс) −0,27
Статус β меньшинства → причастность к наркотикам −0,35 −0,36 −0,36
29
29 29 Объяснение ) a
Социальная ориентация 0,03 0,03 0,07
SPS-навыки 0,58 0,25
Дисциплинарное поведение 0151.13 0,32 0,60
Причастность к наркотикам 0,16 0,23 0,22

В первой модели были изучены пути от SPS-навыков до преступного поведения и наркотической зависимости (соответствует пути B) и пути от пола к социальной ориентации и от пристрастия к наркотикам из статуса меньшинства (пути D ). В этой модели пропущены объяснительные пути от социальной ориентации к навыкам SPS (путь A ) или проблемному поведению (путь C ).Таким образом, модель проверила возможность того, что социальная ориентация не играет никакой роли в объяснении случаев проблемного поведения. Подбор модели был плохим, χ 2 [56] = 97,91, p <0,01, CFI = 0,882, SRMR = 0,140.

Вторая модель отличалась от первой одним путем — от социальной ориентации до SPS-навыков (путь A ). Эта модель проверила возможность того, что социальная ориентация имеет только косвенные ассоциации с проблемным поведением (пути A и B ), опосредованные навыками SPS.Хотя эта модель представляла собой значительное улучшение соответствия по сравнению с первой моделью, Δχ 2 [1] = 13,07, p <0,01, ее общая подгонка оставалась неудовлетворительной, χ 2 [55] = 84,84, p <0,01, CFI = 0,916, SRMR = 0,097.

Результаты второй модели указали на необходимость рассмотреть прямые пути от социальной ориентации к преступному поведению и пристрастию к наркотикам. Поэтому тесты множителя Лагранжа из второй модели были исследованы, чтобы определить дополнительные пути, которые улучшили бы соответствие модели.Эти тесты показали, что связь между делинквентным поведением и социальной ориентацией не была хорошо учтена.

На основе этих тестов была оценена окончательная модель, исследующая еще один путь, ведущий от социальной ориентации к делинквентному поведению (путь C ). Эта последняя модель, показанная в, показала значительное улучшение по сравнению с предыдущей моделью, Δχ 2 [1] = 14,23, p <0,01, и дала незначительное значение χ 2 [54] = 70.61, p = 0,06, и показатели качества соответствия, которые превышают оценки отсечения, рекомендованные Ху и Бентлером (1999), CFI = 0,953 и SRMR = 0,086. Как видно на рисунке и показано в последнем столбце, социальная ориентация была значительно и положительно связана с навыками SPS и отрицательно связана с делинквентным поведением. Навыки SPS были значимо и отрицательно связаны с общим употреблением наркотиков, но незначительно связаны с делинквентным поведением. Подростки из числа меньшинств имели более низкий уровень употребления наркотиков, чем другие, и девочки имели более позитивную социальную ориентацию, чем мальчики.После учета этих ассоциаций корреляция между делинквентным поведением и употреблением наркотиков составила 0,90. Модель объясняла 60% отклонений в поведении правонарушителей и 22% отклонений в отношении причастности к наркотикам.

Стандартизированные оценки параметров ассоциаций между социальной ориентацией подростков, навыками решения социальных проблем, проблемным поведением и демографическими переменными для окончательной модели структурного уравнения.

ОБСУЖДЕНИЕ

Было обнаружено, что положительная социальная ориентация играет роль в уровне подросткового преступного поведения и употребления наркотиков.Скрытые конструкции социальной ориентации и навыков решения социальных проблем, а также мультиинформативные меры проблемного поведения показали приемлемые уровни конструктной валидности. Социальная ориентация объясняла различия в проблемном поведении как совместно, так и независимо от навыков решения социальных проблем. Это говорит о том, что знание того, верят ли молодые люди в свою способность вести себя компетентно, так же важно для понимания их решений о проблемном поведении, как и продемонстрированный уровень их навыков решения социальных проблем.Выводы о направлении эффектов нельзя сделать из этих перекрестных данных, но результаты согласуются с ожиданиями, вытекающими из социального обучения (например, Bandura, 1980, 1993), социально-когнитивного развития (например, Dweck and Elliott, 1983). ; Хендерсон и Двек, 1990), социальное развитие (Каталано и Хокинс, 1996) и теории самоопределения (Райан и Деси, 2000) о роли самооценки и мотивации в социальном поведении.

Результаты имеют значение для понимания как одновременного возникновения проблемного поведения, так и их уникальных аспектов.В частности, подростки, сообщившие о положительной социальной ориентации, имели более высокий уровень навыков SPS и более низкий уровень преступного поведения. Напротив, SPS-навыки опосредуют ассоциацию социальной ориентации с употреблением наркотиков. Когда рассматривались только косвенные ассоциации социальной ориентации, SPS-навыки были в значительной степени связаны как с делинквентным поведением, так и с употреблением наркотиков. Тем не менее, когда рассматривались как прямые, так и косвенные ассоциации социальной ориентации, SPS-навыки показали значительную связь только с употреблением наркотиков.Делинквентное поведение может быть результатом как плохих социальных навыков, так и слабой мотивации к использованию компетентных стратегий решения проблем. С другой стороны, употребление наркотиков может быть более тесно связано с плохими социальными навыками и лишь косвенно — с негативной социальной ориентацией.

Было обнаружено несколько ассоциаций демографических переменных с социальной ориентацией, навыками решения социальных проблем или проблемным поведением. Предыдущие исследования в целом показали более высокий уровень проблемного поведения среди подростков из менее благополучных демографических слоев (например,g., Jessor et al. , 1998). В настоящем исследовании, однако, статус меньшинства показал единственную прямую связь с проблемным поведением, указывая на то, что подростки из числа меньшинств имели на более низкий уровень употребления наркотиков на , чем не меньшинства. Этот вывод согласуется с недавними сообщениями, в которых документально подтверждены более низкие уровни употребления наркотиков среди афроамериканцев по сравнению с белой / белой молодежью (Barnes et al. , 1994; Gibbs, 1996). Несколько более низкий уровень преступного поведения, наблюдаемый у девочек по сравнению с мальчиками, по-видимому, объясняется их более позитивной социальной ориентацией.Важно принять к сведению недавние отчеты, которые документально подтверждают рост показателей преступного поведения среди девочек-подростков (FBI, 1997), что также может помочь объяснить отсутствие значительных гендерных различий в преступности.

Последствия и направления будущих исследований

Критические обзоры эффективности вмешательств по повышению социальных навыков приводят доводы в пользу необходимости расширения масштабов этих вмешательств с целью всестороннего воздействия на внутриличностные, межличностные и социальные факторы, которые могут повлиять на мотивацию подростков. проявлять проблемное поведение (Durlak, 1983, 1995; Weissberg et al., 1991). Ясно, что факторы риска и защиты проявляются в разных контекстах, включая семью, район, школу и группу сверстников (Catalano and Hawkins, 1996; Hawkins et al. , 1992; Jessor et al. , 1998; Patterson). и др., , 1989; Seidman, 1991), но исследования были менее ясны в отношении конкретных основных механизмов, которые могли бы описать, как эти факторы влияют на решения подростков вовлечься в проблемное поведение. Результаты настоящего исследования указывают на возможность того, что социальная ориентация на решение проблем играет ключевую роль в этих процессах, и предлагают три предположения, которые следует рассмотреть в будущих исследованиях.

Одно из предположений состоит в том, что негативная социальная ориентация отражает скрытый риск вовлечения в проблемное поведение (Bell, 1986). Например, подростки с отрицательными ожиданиями самоэффективности, вероятно, будут переживать социально сложные события (например, разногласия со сверстниками) как тревожные и реагировать таким образом, чтобы подорвать их способность использовать социальные навыки, которыми они обладают (Bandura, 1980, 1993). Действительно, Allen et al. 1994 показал, что негативные ожидания в социальных взаимодействиях предсказывают будущую вовлеченность в проблемное поведение.Молодежь с негативными убеждениями в отношении результатов своих усилий по решению проблем может реагировать на межличностный конфликт способами, которые усиливают негативные результаты (Dodge and Frame, 1982; Lochman and Dodge, 1994; Slaby and Guerra, 1988). Более того, негативные убеждения и их негативные последствия могут усиливать друг друга. Например, опыт отторжения сверстников и принудительных семейных взаимодействий (Patterson et al. , 1989) может укрепить убеждения подростка, что компетентные или совместные решения неэффективны, и наблюдения других о том, что он или она некомпетентны.Эта интерпретация предполагает, что меры вмешательства потребуют не только вмешательства для повышения социальных навыков, но и для изменения негативных убеждений, которые могут сопровождать дефицит социальных навыков (Guerra and Slaby, 1990).

Второе утверждение состоит в том, что позитивная социальная ориентация служит защитным фактором. В то время как факторы риска действуют, увеличивая вероятность проблемных исходов, защитные факторы действуют, уменьшая влияние риска (умеренность) или вмешиваясь в причинно-следственную цепочку между факторами риска и проблемными исходами (посредничество) (Coie et al., 1993). Результаты настоящего исследования согласуются с обширной исследовательской литературой по устойчивости, указывающей на то, что характеристики личности, такие как внутренний локус контроля, высокая самооценка и развитие эго, могут компенсировать пагубные последствия негативных жизненных событий (Cowen and Work, 1988; Гармези и др. , 1984; Лутар, 1991; Раттер, 1987). Позитивная социальная ориентация может опосредовать отношения между проблемным поведением и экологическими рисками, включая плохую практику управления семьей (Patterson et al., 1989), подверженность опасности по соседству (Seidman, 1991), отрицательный школьный опыт (Kasen et al. , 1990; Kuperminc et al. , 1997) и общение с антисоциальными сверстниками (Patterson et al. ). , 1989). Способность сохранять положительные убеждения может дать молодым людям возможность успешно «преодолевать рискованные ситуации» (Rutter, 1987). Необходимы исследования для изучения этих возможностей и внесения вклада в практические знания о том, как перейти к системным подходам, способствующим развитию социальной компетентности подростков в среде, повышающей компетентность (Weissberg et al., 1991).

Процессы риска и устойчивости предлагают объяснения того, как социальная ориентация может функционировать для прогнозирования вовлечения в проблемное поведение. Третье предположение вытекает из вопроса , почему положительная социальная ориентация может иметь особое значение для развития в подростковом возрасте. Социальная ориентация может влиять на то, как подростки решают основные задачи развития (Connell, 1990; Dweck and Elliott, 1983; Ryan and Deci, 2000; White, 1959).Эти задачи включают постепенный переход от зависимости от родителей к большей зрелости, самостоятельности и личной автономии (Allen et al. , 1990a; Connell, 1990; Erikson, 1963; Greenberger, 1984; Hill and Holmbeck, 1986). Современные теории развития предполагают, что подростки с наибольшей вероятностью достигнут положительных результатов в этих областях, когда они смогут установить свою независимость, сохраняя при этом позитивные отношения с важными людьми в своей жизни (Allen et al., 1990а; Аллен и др. , 1997). Подростки, которые чувствуют, что им не хватает эффективных навыков решения социальных проблем, ожидают отрицательных результатов или обесценивают важность родительских ценностей, могут преследовать свою потребность в автономии способами, разрушающими отношения с другими (Allen et al. , 1997; Connell, 1990 ; Холдитч и др. , 2000; Куперминц и др. , 1996). Таким образом, негативные убеждения могут снизить мотивацию подростков к достижению целей развития социально приемлемыми способами.

Ограничения

Статистические модели предполагали направление влияния от социальной ориентации подростков и их навыков решения социальных проблем к проблемному поведению, однако противоположные или взаимные пути могут одинаково хорошо соответствовать этим данным. Например, проблемные модели поведения (и их последствия) могут порождать негативные убеждения и снижать уровень продемонстрированных навыков. Следует с осторожностью делать твердые выводы из имеющихся данных, особенно с учетом небольшого размера выборки.

Будущие лонгитюдные исследования могут предоставить более эффективные проверки гипотез, давая возможность изучить изменения с течением времени в социальной ориентации подростков, уровнях SPS-навыков и проблемного поведения, а также взаимных и взаимно запаздывающих влияний между этими конструкциями. Поскольку участники были отобраны на основе наличия общего набора школьных факторов риска, результаты не могут быть обобщены на всех подростков. Более того, подростки, по которым данные сверстников были недоступны, были исключены из анализа, что повысило вероятность того, что представленные здесь результаты не применимы к молодежи из группы риска, не имеющей навыков в поддержании отношений со сверстниками.Тем не менее, эта стратегия выборки дает преимущества для исследований, предназначенных для разработки профилактических мероприятий, поскольку критерии отбора для исследования были аналогичны критериям отбора участников для целевых профилактических мероприятий (например, Pillow et al. , 1991).

Это исследование — шаг к пониманию и обучению предотвращению путей развития, ведущих к деструктивному поведению подростков. Уточняя различия между социальными навыками и социальной ориентацией, это исследование выявило важнейшие аспекты социальной компетентности молодых людей, которые могут опосредовать взаимосвязь между экологическими рисками и проявлением проблем поведения.

Проблемное поведение и мотивация к решению межличностных проблем среди подростков с высоким риском

Резюме

Модель проблемного подросткового поведения, которая расширяет существующие теории дефицита социальных навыков в делинквентном поведении с учетом как социальных навыков, так и ориентации на использование адаптивных навыков, была исследованы на этнически и социально-экономически разнообразной выборке из 113 подростков мужского и женского пола. Подростки отбирались на основе риска трудностей в социальной адаптации от умеренного до серьезного, чтобы сосредоточить внимание на группе молодежи, которая с наибольшей вероятностью станет объектом профилактических мероприятий.Моделирование структурным уравнением использовалось для изучения перекрестных данных с использованием нескольких информантов (подростки, сверстники и родители) и нескольких методов (тест производительности и самоотчет). Социальная ориентация подростков, что отражается в восприятии эффективности решения проблем, идентификации с просоциальными ценностями взрослых и ожиданиях самоэффективности, демонстрирует прямую связь с делинквентным поведением и косвенную связь с употреблением наркотиков, опосредованную продемонстрированным успехом в использовании навыков решения проблем.Результаты показывают, что полезность теорий социальных навыков проблемного поведения подростков для информирования о профилактических и лечебных мероприятиях может быть увеличена путем их расширения с учетом ориентации подростков на использование навыков, которыми они, возможно, уже обладают.

ВВЕДЕНИЕ

В многочисленных исследованиях изучалась связь между навыками решения социальных проблем (SPS) и проблемным поведением подростков. Было обнаружено, что подростки-правонарушители и подростки, злоупотребляющие психоактивными веществами, неоднократно генерировали менее эффективные стратегии разрешения межличностных конфликтов, чем другие подростки (Allen et al., 1990b, 1994; Freedman et al. , 1978; Hains and Herrman, 1989; Pont, 1995), а также менее сложные навыки интеграции взглядов на себя и других (Leadbeater et al. , 1989; Lenhart and Rabiner, 1995). Эти результаты согласуются с предположением, что плохие социальные навыки подвергают молодежь риску антиобщественного поведения. Однако альтернативная интерпретация состоит в том, что очевидная социальная некомпетентность , продемонстрированная некоторыми молодыми людьми, может отражать предпочтение социального поведения, которое другие считают менее компетентным.Вместо того чтобы указывать на дефицит навыков, связь между отсутствием продемонстрированных социальных навыков и делинквентным поведением может отражать убеждения и ожидания молодых людей относительно эффективности использования навыков, которыми они обладают, или их отсутствие отождествления с просоциальными целями.

Хотя эмпирические исследования подтверждают связь между SPS-навыками и проблемным поведением подростков, данные о долгосрочном сокращении случаев проблемного поведения с помощью вмешательств по повышению социальных навыков неубедительны.Некоторые программы документально подтвердили положительное влияние на снижение результатов проблем (например, Caplan et al. , 1992), но многие другие не продемонстрировали значительного снижения целевого проблемного поведения, несмотря на документальное подтверждение повышения уровня навыков (Dishion et al. , 1984; Дурлак, 1983; Каздин, 1993; Mulvey и др. , 1993). Хотя есть заметные исключения (например, Weissberg et al. , 1997), многие программы, показавшие положительный эффект, обычно не находят связи между результатами и изменениями в уровне навыков участников программы (Weissberg and Elias, 1993).Эти противоречивые выводы приводятся по многим причинам, включая недостаточную подготовку персонала или неспособность полностью реализовать компоненты программы (Kazdin, 1993; Pillow et al. , 1991). Помимо этих ограничений в реализации программ, все согласны с тем, что для разработки более эффективных программ требуется более глубокое понимание того, как процессы риска и защиты связаны с развитием проблемного поведения (Catalano and Hawkins, 1996; Dryfoos, 1991; Hawkins et al., 1992; Jessor et al. , 1998; Каздин, 1993).

Исследования часто приходили к выводу, что дефицит социальных навыков сопровождает повышенный риск проблемного поведения, но мало исследований рассматривало, как взгляды подростков на то, что определяет социально компетентное поведение, может способствовать их уровню риска (Allen et al. , 1994). Важным когнитивным достижением подросткового возраста является способность наблюдать и оценивать собственные навыки и качества (Дэймон и Харт, 1988; Хартер, 1990; Марш и Шавелсон, 1985).Тем не менее, подростки могут различаться по своей общей ориентации на социальные задачи, что определяет, насколько хорошо они демонстрируют свою компетентность. Например, молодежь, которая участвует в мероприятии, направленном на повышение социальных навыков, может демонстрировать успехи в измерении навыков, но может не рассматривать эти навыки как имеющие отношение к решению реальных жизненных проблем (Selman et al. , 1992). Когда при оценке навыков SPS оценивается адекватность усилий по решению проблем, они могут упускать из виду важные мотивационные процессы, которые порождают эти усилия (D’Zurilla и Goldfried, 1971; D’Zurilla и Maydeu-Olivares, 1995; White, 1959).

Настоящее исследование оценивает роль ориентации подростков на использование адаптивных навыков в объяснении как степени, в которой подростки генерируют эффективные стратегии решения проблем, так и их вовлеченности в серьезные проблемные формы поведения. Использование нами термина социальная ориентация для описания этих мотивационных процессов согласуется с прошлой работой, в которой признавалось, что «ориентация или установка человека в подходе к ситуации могут сильно повлиять на то, как он будет реагировать на эту ситуацию» (D Зурилла и Голдфрид, 1971, стр.112). Мы ожидаем, что на социальную ориентацию будут влиять возможности, участие и воспринимаемое вознаграждение за просоциальную или антисоциальную деятельность и модели (Catalano and Hawkins, 1996). Позитивная социальная ориентация операционализируется в настоящем исследовании как набор убеждений, которые включают положительную самооценку эффективности в решении прошлых проблем, чувство самоэффективности при столкновении с будущими конфликтами и идентификацию с просоциальными целями.

представляет собой концептуальную модель отношений между социальной ориентацией, навыками SPS и проблемным поведением.Рисунок иллюстрирует потенциальную роль социальной ориентации в влиянии на приобретение социальных навыков и влиянии на важные поведенческие результаты, как напрямую, так и через ее связь с социальными навыками. На рисунке показана прямая связь социальной ориентации с навыками SPS (путь A ) и навыков SPS с проблемным поведением (путь B ). Модель включает как косвенную связь между социальной ориентацией и проблемным поведением, опосредованной SPS-навыками (пути A и B ), так и прямую связь, ведущую от социальной ориентации к проблемному поведению (путь C ).Также рассматриваются ассоциации пола, возраста, статуса меньшинства, семейного дохода и семейного статуса с одним родителем (пути D ). Компоненты этой модели и ожидаемые отношения между ними обсуждаются в следующих разделах. Моделирование структурных уравнений со скрытыми переменными (SEM) использовалось для проверки трех моделей, которые отражают конкурирующие гипотезы об относительной важности каждого из этих путей. Первоначальная модель проверяла адекватность измерения предполагаемых конструктов социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения и причастности к наркотикам.Затем были протестированы три последующие объяснительные модели, предполагающие следующее: (1) социальная ориентация не связана ни с навыками SPS, ни с проблемным поведением; (2) позитивная социальная ориентация напрямую связана с высоким уровнем навыков СФС, но лишь косвенно связана с проблемным поведением; и (3) позитивная социальная ориентация напрямую связана с высоким уровнем навыков СФС и вовлечением в меньшее количество проблемных форм поведения.

Концептуальная модель ассоциаций между социальной ориентацией подростков, навыками решения социальных проблем, проблемным поведением и демографическими переменными.

Концептуализация и измерение проблемного поведения

Проблемное поведение подростков, такое как преступность среди несовершеннолетних и злоупотребление психоактивными веществами, несет огромные издержки для молодежи, их семей и общества. Например, статистика Федерального бюро расследований (ФБР) показывает общее снижение насильственных преступлений и преступлений против собственности с 1989 по 1998 год, но существенное увеличение доли арестов несовершеннолетних за эти преступления к 1998 году (FBI, 1998; Grisso, 1993). Распространенность злоупотребления психоактивными веществами среди подростков остается тревожно высокой: более половины учащихся сообщили об употреблении запрещенных наркотиков к последнему году обучения в старшей школе (Johnston et al., 2000).

Было обнаружено, что проблемное поведение подростков часто возникает одновременно и может включать синдром проблемного поведения, который отражает лежащие в основе паттерны развития, такие как склонность к нестандартности (Allen, Aber, and Leadbeater, 1990a; Donovan and Jessor, 1985; Donovan и др. , 1988; Elliott и др. , 1989). Сочетание проблемного поведения предполагает, что отдельные проблемы могут быть результатом общих проблем в социальном развитии.Тем не менее, важно, чтобы исследования множественного проблемного поведения подростков изучали пути, которые проливают свет на важные уникальные характеристики этих проблем (Allen et al. , 1994).

Исследования обычно основывались на информации о множестве проблемных форм поведения от одного информанта, чаще всего на самоотчетах подростков. Тщательно собранные самоотчеты могут предоставить как минимум предвзятых оценок конкретного проблемного поведения подростков (Allen et al., 1994; Elliott et al. , 1989 г .; Farrington, 1973), но оценки их совместной встречаемости могут быть завышены из-за коррелированной ошибки измерения, когда информация собирается из одного источника. Отчеты разных информантов могут затрагивать разные, но частично совпадающие аспекты поведения в разных условиях (например, в группе сверстников и в семье), что указывает на важность сбора информации о проблемах поведения подростков от множества информантов (Achenbach, 1991; Achenbach et al. al., 1987). Более того, отношения между проблемным поведением и конструктами, относящимися к компетенции в решении социальных проблем, также могут быть завышены, когда измерения как критериев, так и независимых переменных полагаются на самооценку. В настоящем исследовании изучалась правонарушительная деятельность и причастность к наркотикам, оцениваемая на основе отчетов о себе, родителях и коллегах.

Навыки решения социальных проблем

Исследованию подростковых навыков СФС препятствовала нехватка концептуальной ясности (Cavell, 1990; Cavell, Meehan, and Fiala, в печати; Peterson and Leigh, 1990).При оценке компетентность рассматривалась как глобальная конструкция (например, суждения об эффективности) или сосредоточивалась на конкретных навыках (например, навыках интеграции с социальной перспективой), которые, как предполагается, лежат в основе эффективного поведения (Peterson and Leigh, 1990; Selman et al. , 1986; Waters и Сроуф, 1983). Каждый подход имеет свои преимущества и недостатки. Глобальным оценкам может не хватать ситуационной специфики, но они предлагают большую обобщаемость. С другой стороны, оценки конкретных навыков позволяют лучше понять процессы СФС и могут быть более полезными для оценки конкретных сильных и слабых сторон, но не имеют возможности обобщения (D’Zurilla и Maydeu-Olivares, 1995; Waters and Sroufe, 1983).Хотя их редко рассматривают вместе, сочетание этих двух подходов может дать более надежные оценки адекватности усилий подростков по решению социальных проблем. Навыки решения проблем оценивались в настоящем исследовании с использованием оценок как общей эффективности, так и конкретного навыка — интеграции взглядов на себя и других — которые, как было установлено, связаны с общей компетенцией и адаптацией к подросткам (Brion-Meisels et al. , 1984; Ледбитер и др. , 1989; Ленхарт и Рабинер, 1995).

Социальная ориентация на решение проблем

Бандура (1980, 1993) постулировал, что негативные ожидания самоэффективности действуют за счет уменьшения усилий, прилагаемых для решения сложных задач, и увеличения вероятности дезадаптивных реакций. Точно так же Двек и его коллеги (Двек и Эллиотт, 1983; Хендерсон и Двек, 1990) считают, что способность подростков эффективно адаптироваться к социальным требованиям частично определяется психолого-мотивационными факторами, включая ценности и убеждения об их способностях.Кроме того, разработанная Райаном и Деси теория самоопределения (Ryan and Deci, 2000) постулирует, что мотивация и благополучие снижаются, когда люди осознают, что их усилия по обеспечению компетентного функционирования мешают. Эти теории предполагают, что люди, обладающие высокими уровнями социальных навыков, могут прибегать к менее чем оптимальным средствам разрешения сложных ситуаций, если они (1) не считают компетентные стратегии адаптивными в своей текущей среде, (2) не ценят результаты, которые эти ожидается, что стратегии принесут результат, или (3) не верят, что стратегии будут работать на них.

К подростковому возрасту эти ожидания, ценности и убеждения, по-видимому, характеризуют общую ориентацию на компетентное решение проблем. Исследования показали, что учителя и сверстники оценивают подростков как социально компетентных, когда они ценят компетентные решения, выражают просоциальные цели и ожидают положительных результатов (Allen et al. , 1989; Parkhurst and Asher, 1985). Исследования также начали показывать, что ожидания, ценности и убеждения подростков в отношении решения социальных проблем имеют значение для их участия в проблемном поведении (Allen et al., 1990а, 1994; Паттерсон и др. , 1989).

Цели настоящего исследования

Предыдущее исследование подтверждает важность умения решать социальные проблемы для объяснения вовлеченности подростков в проблемное поведение и актуальность социальной ориентации (то есть убеждений, ценностей и ожиданий) для развития социальной компетентности. . В настоящем исследовании ролевой тест производительности (D’Zurilla and Maydeu-Olivares, 1995; McFall, 1982), связанный с гипотетическими конфликтами со сверстниками, родителями и другими взрослыми, использовался для измерения эффективности и сложности SPS-стратегий подростков. .Ожидания самоэффективности, воспринимаемая идентификация с просоциальными ценностями взрослых и предполагаемая эффективность в разрешении недавних конфликтов были оценены как индикаторы социальной ориентации. Навыки СФС и социальная ориентация были изучены в связи с мультиинформативными оценками правонарушительного поведения и употребления наркотиков. Также были изучены связи с полом, возрастом, расовой или этнической принадлежностью, составом семьи и семейным доходом. Центральный вопрос, рассматриваемый в этом исследовании, заключался в следующем: каковы степень и характер ассоциации социальной ориентации и навыков СФС с делинквентным поведением и употреблением наркотиков? Хотя эти перекрестные данные не позволяют делать выводы о направлении эффектов, это исследование продвигает предыдущие исследования с использованием SEM для изучения мультиинформативных данных из отчетов самих себя, родителей и сверстников о вовлеченности подростков в проблемное поведение.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Предварительный анализ

Необработанные средние баллы и стандартные отклонения, а также форматы ответов мер проблемного поведения представлены в. Распределение большинства показателей проблемного поведения было искажено в положительную сторону, подобно распределениям, обнаруженным в предыдущих исследованиях множественного проблемного поведения подростков (например, Elliott et al. , 1989). Средние значения соответствуют природе образца с умеренным риском. Например, отчеты родителей о делинквентном поведении показывают оценки, которые примерно в два раза выше, чем опубликованные нормы для доклинических выборок, но ниже, чем нормы для клинических групп (Achenbach, 1991).Переменные с искаженным распределением были преобразованы в их натуральный логарифм, чтобы лучше аппроксимировать нормальные распределения.

Таблица I

Средние, стандартные отклонения и асимметрия для проблемного поведения из собственных, родительских и партнерских отчетов ( n = 113)

Среднее SD Асимметрия Формат ответа
Самоотчет
Просроченное поведение 18.69 41,72 3,01 Общая частота за последние 6 месяцев
Причастность к наркотикам
Использование (частота) 2,41 2,97 1,53 0: не используется; 8: 2–3 раза в неделю
Проблемы 1,84 2,78 1,85 Число испытанных из 15
Отчет родителей
Правонарушение 13.68 9,00 0,72 0: нет проблем; 64: максимум
Причастность к наркотикам
Использование (частота) 1,28 2,04 2,33 0: не используется; 8: 2–3 раза в неделю
Проблемы 1,15 2,42 2,48 Число опытных из 15
Свидетельство коллег
Проступки 1.78 0,55 0,88 1: не характерно; 4: очень характерно
Причастность к наркотикам 1,69 0,60 1,00 1: не характерно; 4: очень характерный

Было несколько пропущенных значений (3 или меньше) для данных собственного и родительского отчетов; они были заменены выборочными средними, чтобы максимизировать данные. Однако из-за относительно большой доли отсутствующих данных сверстников, отмеченной ранее, мы вычислили дисперсионный анализ, за ​​которым последовали стьюдентизированные тесты диапазона Тьюки (α = 0.05), сравнивая подростков, по которым данные не были доступны ни от одного сверстника ( n = 14), от одного сверстника ( n = 22) или двух сверстников ( n = 77). Участие сверстников не было связано с отчетами самих себя и родителей о проблемном поведении, а также с полом, возрастом, статусом меньшинства, семейным доходом и составом семьи. Подростки, у которых были данные только от одного сверстника, не отличались ни при каких сравнениях с подростками, для которых данные были получены от двух сверстников. Однако у подростков, у которых нет данных о сверстниках, были менее эффективные стратегии SPS, F (2110) = 3.51, p <0,05, и менее сложные стратегии, F (2110) = 3,78, p <0,05, чем у подростков с данными от двух сверстников, и более низкие ожидания самоэффективности, чем у подростков с данными от одного сверстника. или у двух сверстников F (2110) = 4,59, p <0,05. Из-за этих различий последующий анализ был проведен с сокращенной выборкой ( n = 99), для которой были доступны отчеты о проблемном поведении (по крайней мере, от одного сверстника) о себе, родителях и коллегах.Эти данные свидетельствуют о том, что подростки, которые не хотели или не могли назвать имена сверстников, которые могли бы предоставить данные о них, имеют более слабые навыки SPS и более негативную социальную ориентацию, чем другие подростки. Таким образом, итоговая выборка отражает возможный уклон в сторону более мотивированных и более социально компетентных подростков.

Затем мы исследовали корреляцию показателей социальной ориентации, навыков SPS, делинквентного поведения и употребления наркотиков с возрастом и семейным доходом.Мы также исследовали t тестов этих переменных с полом, статусом меньшинства и семейным статусом с одним родителем. Ни один из этих анализов не достиг значимости после поправки Бонферрони на большое количество сравнений (α = 0,05 / 55 = 0,001). Мы также провели аналогичный анализ демографических переменных с комплексными показателями социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения, употребления наркотиков и общего проблемного поведения. Составные меры были созданы путем усреднения z-баллов соответствующих индикаторов для каждой конструкции (например,g., совокупность делинквентного поведения рассчитывалась путем усреднения z-баллов для самоотверженных, родительских и сверстников сообщений о делинквентном поведении). Эти анализы выявили более низкие уровни употребления наркотиков среди этнических меньшинств, чем среди меньшинств, t (111) = 3,65, p <0,01, более высокие уровни преступного поведения для мальчиков, чем для девочек, t (111) = −2,37, p = 0,02, и несколько более позитивная социальная ориентация у девочек, чем у мальчиков, t (111) = 1,80, p = 0.07. Затем мы изучили взаимодействие каждой демографической переменной с комплексными показателями социальной ориентации и навыков SPS в множественных регрессионных анализах преступного поведения, употребления наркотиков и общего проблемного поведения. Ни одно из взаимодействий не имело значения. Однако, как показано в, совокупность навыков социальной ориентации и SPS была независимо связана с делинквентным поведением и общим проблемным поведением. Отсутствие значимых взаимодействий указывает на то, что процессы, связывающие социальную ориентацию и навыки SPS с проблемным поведением, вряд ли будут различаться для людей разного возраста, семейного дохода и семейного статуса с одним родителем.Регрессионный анализ также свидетельствует о том, что как социальная ориентация, так и навыки СФС способствуют вовлечению подростков в проблемное поведение и что важно учитывать влияние пола и статуса меньшинства. Таблица II.


Просрочка
Всего проблем
Δ R 2 ΔR 2 β R 2 ΔR 2 9032
0.11 ** 0,11 ** 0,06 * 0,06 * 0,07 * 0,07 * 0,15 0,06
Статус меньшинства −0,31 0 8 8 −0,23 **
0,19 *** 0,09 * 14 *** 0,25 *** 0,17 ***
Социальная ориентация −0,14 (−0,26 ** ) 27 ** (-0,43 *** ) -0,23 (-0,38 *** ) *
SPS навыки † (-0,27 ** ) -0,26 * (-0,42 *** ) -0,25 * (-0,38 ***

Модели структурных уравнений

Максимальное правдоподобие SEM использовалось для оценки ассоциаций социальной ориентации и SPS-навыков с мультиинформативными сообщениями о правонарушении и употреблении наркотиков.Также были изучены ассоциации пола и статуса меньшинства с каждым из этих конструктов. Было установлено, что оценка максимального правдоподобия дает надежные оценки параметров даже при относительно небольших размерах выборки (Tanaka, 1987). Структурные уравнения позволяют исследователю исследовать теоретические построения, измеренные с помощью нескольких индикаторов, так что общая дисперсия между конструкциями изолирована от ошибки измерения и систематических ошибок метода (Byrne, 1994; Loehlin, 1987). Были сконструированы скрытые переменные социальной ориентации, навыков СФС, правонарушений и причастности к наркотикам.Анализ проходил в два этапа: построение модели измерения, проверяющей конструктивную валидность латентных переменных, с последующим исследованием объяснительных моделей.

Модели оценивались путем изучения оценок параметров и сводной статистики согласия. Для оценки того, насколько адекватно эти модели учитывают наблюдаемую ковариацию между измеряемыми переменными в каждой модели, использовались четыре критерия. Хи-квадрат модели (χ 2 ) обеспечивает оценку максимального правдоподобия вероятности того, что модель случайно отличается от наблюдаемых данных.Небольшие незначительные значения χ 2 означают, что модель адекватно соответствует данным. Мы также использовали сравнительный индекс соответствия (CFI) и стандартизованный среднеквадратичный остаток (SRMR). Hu и Bentler (1999) рекомендовали использовать значение отсечения, равное или превышающее 0,95 для CFI, и значение отсечения, равное или меньшее 0,09 для SRMR, для оценки согласия для моделей, испытанных с небольшими выборками ( n <150). В сочетании эти значения отсечения максимизируют вероятность отклонения неверно заданных моделей.Наконец, относительная адекватность вложенных моделей была протестирована с использованием разностного теста χ 2 (Δχ 2 ), который был рассчитан путем взятия разницы между оценками χ 2 для последовательно тестируемых моделей и разницы в их степенях. свободы (McArdle, Prescott, 1991; Loehlin, 1987).

Модель измерения

Первоначальная модель тестировала факторную структуру скрытых переменных социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения и употребления наркотиков.На этом этапе важно установить адекватное соответствие модели данным, потому что плохое общее соответствие может указывать на то, что предположения о базовой структуре скрытых переменных могут быть неверными или что меры неуместны (Farrell, 1994). 3

Корреляции между измеряемыми переменными показаны в, а их стандартизованные факторные нагрузки на скрытые переменные социальной ориентации, SPS-навыков, делинквентного поведения и употребления наркотиков показаны в.Факторные нагрузки обеспечивают общую оценку того, какой вклад каждая мера вносит в латентные переменные, если учитывать отношения между латентными переменными (Бирн, 1994; Бирн и др. , 1989; Фаррелл, 1994; МакАрдл и Прескотт, 1992). . Исследование этих нагрузок показывает, что все они были значительными, в диапазоне от 0,36 до 0,95. Эти результаты предполагают, что латентные конструкции подростковой социальной ориентации SPS-навыков, делинквентного поведения и причастности к наркотикам обеспечили разумное обобщение отношений между измеряемыми переменными, нагружающими каждую конструкцию, χ 2 [47] = 63.08, p = 0,06; CFI = 0,955, SRMR = 0,077. 4 Значимые корреляции ( p <0,05) были обнаружены в модели измерения латентной переменной делинквентного поведения с причастностью к наркотикам ( r = 0,73), SPS-навыков ( r = -0,68) и социальной ориентации. ( r = -0,76). Были обнаружены значимые корреляции между употреблением наркотиков и навыками SPS ( r = -0,38) и статусом меньшинства ( r = -0,38), а также социальной ориентацией с навыками SPS ( r = 0.63) и пол ( r = −0,28).

Таблица III

Взаимосвязь показателей социальной ориентации, эффективности решения социальных проблем и проблемного поведения ( n = 99)

9014 9014 9014 9014 9014 9014 Efficacy603 9014 9014 9014 9014 9014 9014 9014 14 7 Участие в наркотиках (собственное) (родительский) Правонарушитель (сверстник) 60 0,660 60 0,660 — 60 -0,02 —0,02 0,30 02 9014 903 901 9014 903 901 9014 901 901
1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8. 9. 10. 11. 12. 13.
Социальная ориентация
1.Воспринимаемая эффективность
3. Идентификация с просоциальными ценностями 0.24 0,49
5. Сложность стратегий 0.22 0,45 0,33 0,51
9014 9014 9014 Самостоятельное поведение −0,28 −0,36 −0,44 −0,27
−0,18 −0,15 −0,18 −0,34 −0,08 0,44 −0,23 −0,19 −0,19 −0,19 −0,10 0,29 0,19 148 Причастность к употреблению наркотиков (родитель) −0,06 −0,06 −0,05 −0,19 −0,01 0,30 0,68 0,31
−0,27 −0,38 −0,34 −0,24 −0,28 0,27 0,35 0,33 0,25 1 1 1 1 11.Участие в наркотиках (аналог) −0,20 −0,35 −0,25 −0,26 −0,14 0,21 0,39 0,35 0,43
Демографические переменные
12. Пол (мужской) −0,10 −0,16 −0,18 −0,07 −0,14 0,10 −0,14 −0,08 0,0804 0,26 0,11
13. Статус меньшинства 0,15 0,07 0,09 0,12 0,01
−0,01 −0,10 0,17
Среднее значение 6,81 7,83 −0,75 4,53 1,1603 13,06 −0,03 0,53 0,47 0,48 0,31
SD 1,23 1,41 1,12 0,87 0,30 0,34 0,50 0,47

Таблица IV

Факторные нагрузки на латентные переменные социальной ориентации, навыков решения социальных проблем, делинквентного поведения = 99000 = 99000 (99000) и употребление наркотиков

321 Эффективные стратегии 3X07086304

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Fliege, H., Роуз, М., Арк, П., Уолтер, О., Кокалевент, Р., Вебер, К., и др. (2005). Пересмотрены вопросы анкеты воспринимаемого стресса (PSQ): валидация и контрольные значения из различных клинических образцов и выборок здоровых взрослых. Психосом. Med. 67, 78–88. DOI: 10.1097 / 01.psy.0000151491.80178.78

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гангестад, С. В. и Снайдер, М. (2000). Самоконтроль: оценка и переоценка. Psychol. Бык. 126, 530–555.DOI: 10.1037 / 0033-2909.126.4.530

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гослинг, С. Д., Вазир, С., Шривастава, С., и Джон, О. П. (2004). Стоит ли доверять веб-исследованиям? Сравнительный анализ шести предубеждений об интернет-анкетах. Am. Psychol. 59, 93–104. DOI: 10.1037 / 0003-066X.59.2.93

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гупта Р., Херши Д. А. и Гаур Дж. (2012). Перспектива времени и промедление на рабочем месте: эмпирическое исследование. Curr. Psychol. 31, 195–211. DOI: 10.1007 / s12144-012-9136-3

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Якобссон, Д., Паркер, А. М., Спецлер, К., Бруин де Брюин, В., Холленбек, К., Хекерман, Д., и др. (2012). Улучшенное изучение истории США и компетентность в принятии решений благодаря учебной программе, ориентированной на принятие решений. PLoS One 7: e45775. DOI: 10.1371 / journal.pone.0045775

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Джонс, Д.Н. и Полхус Д. Л. (2009). «Макиавеллизм», в Индивидуальные различия в социальном поведении , ред. М. Р. Лири и Р. Х. Хойл (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Гилфорд), 93–108.

Google Scholar

Карасек, Р. А. (1979). Требования к работе, свобода принятия решений и умственное напряжение: последствия для изменения структуры работы. Адм. Наук. Q. 24, 285–307. DOI: 10.2307 / 23

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кассам К. С., Козлов К. и Мендес В. Б.(2009). Решения в условиях бедствия — Профили напряжений влияют на закрепление и регулировку. Psychol. Sci. 20, 1394–1399. DOI: 10.1111 / j.1467-9280.2009.02455.x

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Киз, Д. Дж., И Шварц, Б. (2007). «Утечка» рациональности: как исследования принятия поведенческих решений бросают вызов нормативным стандартам рациональности. Перспектива. Psychol. Sci. 2, 162–180. DOI: 10.1111 / j.1745-6916.2007.00035.x

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Клайн, Р.Б. (2005). Принципы и практика моделирования структурными уравнениями , 2-е изд. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Гилфорд Пресс.

Google Scholar

Kocalevent, R.D., Loewenstein, S., Fliege, H., Schmid, G., Hinz, A., Brähler, E., et al. (2007). Вклад в конструктивную валидность анкеты воспринимаемого стресса из опроса населения. J. Psychosom. Res. 63, 71–81. DOI: 10.1016 / j.jpychores.2007.02.010

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Колхас, Дж.М., Бартоломуччи, А., Бувальда, Б., де Бур, С. Ф., Флюгге, Г., Корте, С. М. и др. (2011). Возвращение к стрессу: критическая оценка концепции стресса. Neurosci. Biobehav. Ред. 35, 1291–1301. DOI: 10.1016 / j.neubiorev.2011.02.003

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Коп Н., Эувема М. и Шауфели В. (1999). Выгорание, стресс на работе и агрессивное поведение среди голландских полицейских. Рабочее напряжение 13, 326–340. DOI: 10.1080 / 026783799789

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Лэй, К.Х. (1986). Наконец, моя исследовательская статья о прокрастинации. J. Res. Личное. 20, 474–495. DOI: 10.1016 / 0092-6566 (86) -3

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Леннокс, Р. Д., Вулф, Р. Н. (1984). Пересмотр шкалы самоконтроля. J. Pers. Soc. Psychol. 46, 1349–1364. DOI: 10.1037 / 0022-3514.46.6.1349

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Лернер, Дж. С., и Тетлок, П. Э. (1999). Учет эффектов подотчетности. Psychol. Бык. 125, 255–275. DOI: 10.1037 / 0033-2909.125.2.255

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Левенштейн, С., Прантера, К., Варво, В., Скрибано, М. Л., Берто, Э., Лузи, К. и др. (1993). Разработка опросника воспринимаемого стресса: новый инструмент для психосоматических исследований. J. Psychosom. Res. 37, 19–32. DOI: 10.1016 / 0022-3999 (93)

-5

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Марк, Г. М., и Смит, А.П. (2008). «Модели стресса: обзор и предлагаемое новое направление», в Профессиональная психология здоровья , ред. Дж. Хоудмонт и С. Лека (Ноттингем: Nottingham University Press), 111–144.

Google Scholar

Миколайчак, М., Балон, Н., Руози, М., и Коцоу, И. (2012). Чуткие, но не сентиментальные: эмоционально интеллигентные люди могут при необходимости отложить в сторону свои чувства. Личный. Индивидуальный. Dif. 52, 537–540. DOI: 10.1016 / j.paid.2011.12.001

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Миколайчак, М., и Luminet, О. (2008). Черта эмоционального интеллекта и когнитивная оценка стрессовых событий: исследовательское исследование. Личный. Индивидуальный. Dif. 44, 1445–1453. DOI: 10.1016 / j.paid.2007.12.012

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Оман, Л., Бергдал, Дж., Нюберг, Л., и Нильссон, Л. Г. (2007). Продольный анализ связи между умеренным длительным стрессом и здоровьем. Стресс-здоровье 23, 131–138. DOI: 10.1002 / smi.1130

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Паркер, А.М., Брюн де Брюэн, В. и Фишхофф, Б. (2007). Максимизирующие против удовлетворяющих: стили принятия решений, компетентность и результаты. Judgm. Decis. Мак. 2, 342–350.

Google Scholar

Паркер А. М., Брюн де Брюин В., Фишхофф Б. и Веллер Дж. (2017). Устойчивость компетентности в принятии решений: данные двух показателей и 11-летнего лонгитюдного исследования. J. Behav. Decis. Мак. doi: 10.1002 / bdm.2059 [Epub перед печатью].

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Паркер, А.М., Брюн де Брюин, В., Юнг, Дж., И Уиллис, Р. (2012). Неуместное доверие и пенсионное планирование: четыре исследования на национальной выборке. J. Behav. Decis. Мак. 25, 382–389. DOI: 10.1002 / bdm.745

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Паркер А. М., Фишхофф Б. (2005). Компетентность в принятии решений: внешнее подтверждение через индивидуальный подход. J. Behav. Decis. Мак. 18, 1–27. DOI: 10.1002 / bdm.481

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Паульхус, Д.Л. и Уильямс К. М. (2002). Темная триада личности: нарциссизм, макиавеллизм и психопатия. J. Res. Личное. 36, 556–563. DOI: 10.1016 / S0092-6566 (02) 00505-6

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Петридес, К. В., и Фернхам, А. (2001). Черта эмоционального интеллекта: психометрическое исследование со ссылкой на установленные таксономии черт. Eur. J. Личное. 15, 425–448. DOI: 10.1002 / per.416

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Петридес, К.В., Фернхам А. (2006). Роль черты эмоционального интеллекта в гендерной модели организационных переменных. J. Appl. Psychol. 36, 552–569.

Google Scholar

Петридес, К. В., Вернон, П. А., Шермер, Дж. А., и Веселка, Л. (2011). Черта эмоционального интеллекта и черты темной триады личности. Twin Res. Гм. Genet. 14, 35–41. DOI: 10.1375 / twin.14.1.35

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рамсой, Т.З., Сков, М., Маковяну, Дж., Зибнер, Х. Р., Фосгаард, Т. Р. (2015). Эмпатия как нейропсихологическая эвристика при принятии социальных решений. Soc. Neurosci. 10, 179–191. DOI: 10.1080 / 17470919.2014.1

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Риллинг, Дж. К., и Санфей, А. Г. (2011). Неврология принятия социальных решений. Annu. Rev. Psychol. 62, 23–48. DOI: 10.1146 / annurev.psych.121208.131647

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Сантос-Руис, А., Гарсиа-Риос, М.С., Фернандес-Санчес, Х.С., Перес-Гарсия, М., Муньос-Гарсия, М.А., и Перальта-Рамирес, М.И. (2012). Могут ли навыки принятия решений повлиять на реакцию здоровых женщин на психологический стресс? Психонейроэндокринология 37, 1912–1921. DOI: 10.1016 / j.psyneuen.2012.04.002

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шилдс, Г. С., Лам, Дж. К. У., Трейнор, Б. С., и Йонелинас, А. П. (2016). Воздействие острого стресса повышает способность принимать решения: свидетельства роли ДГЭА. Психонейроэндокринология 67, 51–60. DOI: 10.1016 / j.psyneuen.2016.01.031

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Старке, К., Пользер, К., Вольф, О. Т., и Бранд, М. (2011). Меняет ли стресс повседневное принятие моральных решений? Психонейроэндокринология 36, 210–219. DOI: 10.1016 / j.psyneuen.2010.07.010

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Телле Н. Т., Сеньор К. и Батлер М. (2011).Черты эмоционального интеллекта облегчают ответы на задачи, связанные с социальными играми. Личный. Индивидуальный. Dif. 50, 523–526. DOI: 10.1016 / j.paid.2010.11.010

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тетлок, П. Э. (1985). «Подотчетность: игнорируемый социальный контекст суждений и выбора», в Research in Organizational Behavior , Vol. 1, ред. Б. Став и Л. Каммингс (Гринвич, Коннектикут: JAI Press), 297–332.

Google Scholar

Тетлок, П.Э. (2002). Социальные функционалистские рамки для суждения и выбора: интуитивные политики, теологи и прокуроры. Psychol. Ред. 109, 451–471. DOI: 10.1037 / 0033-295X.109.3.451

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тайс, Д. М., и Баумейстер, Р. Ф. (1997). Лонгитюдное исследование прокрастинации, производительности, стресса и здоровья: издержки и преимущества бездельничанья. Psychol. Sci. 8, 454–458. DOI: 10.1111 / j.1467-9280.1997.tb00460.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Usunier, J.-C., и Valette-Florence, P. (2007). Шкала Time Styles: обзор разработок и повторений за 15 лет. Время Соц. 16, 333–366. DOI: 10.1177 / 03X07080272

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Какова ваша социальная ориентация?

Закройте глаза и представьте свой любимый десерт. Неважно, любите ли вы торт, мороженое или сырное ассорти, я призываю вас провести следующий мысленный эксперимент, основанный на вашем личном выборе десерта:

Представьте, что вы с другом наслаждались вкусным ужином и собираетесь ознакомиться с буфетом с десертами.У вас двоих очень похожие вкусы, и вы разочарованы тем, что от вашего любимого десерта осталась лишь небольшая часть. К сожалению, из-за того, что ресторан скоро закроется, пополнение запасов маловероятно. Вы добираетесь до стойки с десертами раньше своего друга и теперь стоите перед непростым решением, как разделить десерт. Что бы вы сделали?

  1. Вы решили оставить все своему другу. Приятно быть милым.
  2. Вы решили поделиться частью.В конце концов, вы друзья.
  3. Вы решили разделить порцию и осторожно разделить ее на равные части. Равный раскол кажется справедливым.
  4. Вы решили забрать всю порцию. В конце концов, если бы ваш друг попал туда первым, они бы поступили так же.
  5. Вы решаете взять всю порцию, а также совершить набег на другие оставшиеся десерты. Вы слишком сыты, чтобы есть, но приятно иметь больше, чем другие люди.

Нет правильного или неправильного ответа, и исследования показывают, что у людей разные предпочтения, которые определяются так называемыми социальными ценностными ориентациями.

Какова ваша ориентация на социальные ценности?

Источник: Pixabay / Pixabay

Что такое социальные ценностные ориентации?

Концепция социальных ценностных ориентаций (SVO) используется для описания и категоризации людей в соответствии с их личным отношением к распределению ресурсов. Эта концепция широко различает две категории лиц, принимающих решения: люди с более ориентированным на команду подходом называются «просоциальными», а люди с более эгоцентрическим фокусом — «про-я».»Эти две основные категории можно подразделить на пять различных типов SVO:

Альтруистический тип: Альтруисты — это люди, склонные к самоотверженным действиям. Они часто ставят интересы других выше своих собственных и щедро подходят к разделению ресурсов.

Кооперативный тип: Люди с кооперативным SVO — это командные игроки, которые ставят интересы группы выше своих собственных. Обычно они стремятся максимизировать результат команды, даже если это означает жертвовать некоторыми личными достижениями.

Тип, стремящийся к равенству: Лица, стремящиеся к равенству, движутся по принципу справедливости. Им нравится делить ресурсы поровну, чтобы все участники получали одинаковое количество ресурсов.

Индивидуалистический тип: Люди с индивидуалистическими SVO озабочены максимизацией своей личной выгоды. Обычно они ставят во главу угла собственные интересы и стремятся удовлетворить их, прежде чем рассматривать результаты других людей.

Соревновательный тип: Соревновательные люди мотивированы целью «победить».»Им нравится добиваться большего успеха, чем другим, и обычно они делятся ресурсами таким образом, чтобы увеличивать разницу между ними и другими людьми.

Различные варианты ответа в дилемме десерта четко соответствуют различным типам SVO и, следовательно, могут дать представление о ваших личных предпочтениях, когда дело доходит до совместного использования ресурсов. (Для более подробного самотестирования, проверенный в исследованиях вопросник можно скачать здесь.)

Почему важны социальные ценностные ориентации?

Концепция SVO обеспечивает важную основу для объяснения того, почему люди делают другой выбор, когда делятся деньгами или другими ресурсами.Исследования показали, что большинство людей в значительной степени ориентированы на сотрудничество, а склонности к соперничеству и альтруизму встречаются сравнительно редко. Тем не менее, эти менее частые SVO могут быть особенно эффективными в прогнозировании поведения людей. Например, исследования показывают, что люди с альтруистическими оценками SVO особенно склонны делать благотворительные пожертвования.

Интересно, однако, что типы SVO могут отличаться от установленных личностных черт, поскольку они могут различаться в зависимости от контекста и времени.Хотя у людей есть общие тенденции к совместному использованию ресурсов, они редко высечены на камне и могут зависеть от конкретных ситуаций. Во-первых, люди обычно по-разному относятся к обмену в зависимости от группы получателей. Например, большинство людей проявляют более высокий уровень альтруизма по отношению к близким членам семьи по сравнению с совершенно незнакомыми людьми. Кроме того, определенные аспекты ситуации принятия решения также могут повлиять на их выбор. Например, недавнее исследование, проведенное мной и коллегами из Университета Лестера, показывает, что простое описание контекста выбора может повлиять на то, как люди действуют.Мы попросили участников выполнить интерактивное задание с другим (неизвестным) человеком и проверили, как формулировка (также называемая «обрамление») экспериментальных инструкций повлияла на их выбор. Наши результаты показали, что формулировки инструкций оказали неожиданное влияние на наших участников. Когда мы представили задачу как «соревновательную игру», даже люди с естественной командной ориентацией, скорее всего, развили бы отказ от сотрудничества и попытались обыграть других участников задачи.

Искусство постановки намерений

Ситуационные факторы могут иметь большое значение для выявления определенных настроений.Таким образом, осознанная или стратегическая формулировка задачи открывает захватывающие возможности для личных изменений. Например, образуя ресурсные дилеммы, такие как совместное использование общей кухни, как коллективные усилия, а не как индивидуалистический вызов, мы можем добиться более высокого уровня сотрудничества, и это может привести к лучшему обслуживанию общего пространства.

Другой пример (опирающийся на мои личные привычки) — практика установки намерений в йоге. Формулировка простых намерений в начале урока (напр.грамм. повторением короткой мантры или намеренной фразы) может повлиять на личный настрой и изменить поведение как на ковре, так и за его пределами.

Каковы ваши намерения сегодня?

Стандартизированная факторная нагрузка
Социальная ориентация
Воспринимаемая эффективность 0.41
Идентификация с просоциальными ценностями 0,72
Ожидания самоэффективности 0,68 =
Навыки решения социальных проблем (SPS)
Эффективные стратегии 0,814 0,61 =
Просроченное поведение
Самоотчет 0,62
Отчет материнской компании 0.36
Отчет коллег 0,52 =
Причастность к наркотикам
Самоотчет 0,95
Отчет родителей
0,72
Пояснительные модели

Были оценены три иерархически вложенных модели для изучения взаимосвязей, подразумеваемых в. На основании результатов, отмеченных ранее, были включены два пути, включающие демографические переменные: один ведет от пола к социальной ориентации, а другой — от статуса меньшинства к употреблению наркотиков.Сводная статистика согласия для трех пояснительных моделей и стандартизированные оценки ключевых параметров показаны на рис.

Таблица V

Статистика соответствия и стандартизованные оценки для моделей с вложенными скрытыми переменными ( n = 99)

Сводка соответствия 903 903 в хи-квадрате (Δχ 2 ) отношения
Модель 1 Модель 2 Модель 3
Хи-квадрат (χ 2 ) 97.91 84,84 70,61
Степени свободы (df) 56 55 54
Вероятность ( p ) 0,00
0,00 13,07 14,23
Степени свободы (Δdf) 1 1
Вероятность — 0.01 0,01
Индекс сравнительной подгонки (CFI) 0,882 0,916 0,953
Стандартизированный среднеквадратичный остаток (SRMR) 0,140 9 0,097
[β] Социальная ориентация → SPS-навыки = 0,00 0,76 0,50
[β] Социальная ориентация → Делинквентное поведение = 0.00 = 0,00 −0,60
[β] Навыки SPS → Делинквентное поведение −0,28 −0,56 −0,27 (нс)
Навыки [β] −0,23 −0,32 −0,30
[r] Делинквентное поведение ↔ Причастность к наркотикам 0,70 0,66 0,90
4 Демография 9015 901 908 Социальная ориентация −0.18 (нс) −0,18 (нс) −0,27
Статус β меньшинства → причастность к наркотикам −0,35 −0,36 −0,36
29
29 29 Объяснение ) a
Социальная ориентация 0,03 0,03 0,07
SPS-навыки 0,58 0,25
Дисциплинарное поведение 0151.13 0,32 0,60
Причастность к наркотикам 0,16 0,23 0,22

В первой модели были изучены пути от SPS-навыков до преступного поведения и наркотической зависимости (соответствует пути B) и пути от пола к социальной ориентации и от пристрастия к наркотикам из статуса меньшинства (пути D ). В этой модели пропущены объяснительные пути от социальной ориентации к навыкам SPS (путь A ) или проблемному поведению (путь C ).Таким образом, модель проверила возможность того, что социальная ориентация не играет никакой роли в объяснении случаев проблемного поведения. Подбор модели был плохим, χ 2 [56] = 97,91, p <0,01, CFI = 0,882, SRMR = 0,140.

Вторая модель отличалась от первой одним путем — от социальной ориентации до SPS-навыков (путь A ). Эта модель проверила возможность того, что социальная ориентация имеет только косвенные ассоциации с проблемным поведением (пути A и B ), опосредованные навыками SPS.Хотя эта модель представляла собой значительное улучшение соответствия по сравнению с первой моделью, Δχ 2 [1] = 13,07, p <0,01, ее общая подгонка оставалась неудовлетворительной, χ 2 [55] = 84,84, p <0,01, CFI = 0,916, SRMR = 0,097.

Результаты второй модели указали на необходимость рассмотреть прямые пути от социальной ориентации к преступному поведению и пристрастию к наркотикам. Поэтому тесты множителя Лагранжа из второй модели были исследованы, чтобы определить дополнительные пути, которые улучшили бы соответствие модели.Эти тесты показали, что связь между делинквентным поведением и социальной ориентацией не была хорошо учтена.

На основе этих тестов была оценена окончательная модель, исследующая еще один путь, ведущий от социальной ориентации к делинквентному поведению (путь C ). Эта последняя модель, показанная в, показала значительное улучшение по сравнению с предыдущей моделью, Δχ 2 [1] = 14,23, p <0,01, и дала незначительное значение χ 2 [54] = 70.61, p = 0,06, и показатели качества соответствия, которые превышают оценки отсечения, рекомендованные Ху и Бентлером (1999), CFI = 0,953 и SRMR = 0,086. Как видно на рисунке и показано в последнем столбце, социальная ориентация была значительно и положительно связана с навыками SPS и отрицательно связана с делинквентным поведением. Навыки SPS были значимо и отрицательно связаны с общим употреблением наркотиков, но незначительно связаны с делинквентным поведением. Подростки из числа меньшинств имели более низкий уровень употребления наркотиков, чем другие, и девочки имели более позитивную социальную ориентацию, чем мальчики.После учета этих ассоциаций корреляция между делинквентным поведением и употреблением наркотиков составила 0,90. Модель объясняла 60% отклонений в поведении правонарушителей и 22% отклонений в отношении причастности к наркотикам.

Стандартизированные оценки параметров ассоциаций между социальной ориентацией подростков, навыками решения социальных проблем, проблемным поведением и демографическими переменными для окончательной модели структурного уравнения.

ОБСУЖДЕНИЕ

Было обнаружено, что положительная социальная ориентация играет роль в уровне подросткового преступного поведения и употребления наркотиков.Скрытые конструкции социальной ориентации и навыков решения социальных проблем, а также мультиинформативные меры проблемного поведения показали приемлемые уровни конструктной валидности. Социальная ориентация объясняла различия в проблемном поведении как совместно, так и независимо от навыков решения социальных проблем. Это говорит о том, что знание того, верят ли молодые люди в свою способность вести себя компетентно, так же важно для понимания их решений о проблемном поведении, как и продемонстрированный уровень их навыков решения социальных проблем.Выводы о направлении эффектов нельзя сделать из этих перекрестных данных, но результаты согласуются с ожиданиями, вытекающими из социального обучения (например, Bandura, 1980, 1993), социально-когнитивного развития (например, Dweck and Elliott, 1983). ; Хендерсон и Двек, 1990), социальное развитие (Каталано и Хокинс, 1996) и теории самоопределения (Райан и Деси, 2000) о роли самооценки и мотивации в социальном поведении.

Результаты имеют значение для понимания как одновременного возникновения проблемного поведения, так и их уникальных аспектов.В частности, подростки, сообщившие о положительной социальной ориентации, имели более высокий уровень навыков SPS и более низкий уровень преступного поведения. Напротив, SPS-навыки опосредуют ассоциацию социальной ориентации с употреблением наркотиков. Когда рассматривались только косвенные ассоциации социальной ориентации, SPS-навыки были в значительной степени связаны как с делинквентным поведением, так и с употреблением наркотиков. Тем не менее, когда рассматривались как прямые, так и косвенные ассоциации социальной ориентации, SPS-навыки показали значительную связь только с употреблением наркотиков.Делинквентное поведение может быть результатом как плохих социальных навыков, так и слабой мотивации к использованию компетентных стратегий решения проблем. С другой стороны, употребление наркотиков может быть более тесно связано с плохими социальными навыками и лишь косвенно — с негативной социальной ориентацией.

Было обнаружено несколько ассоциаций демографических переменных с социальной ориентацией, навыками решения социальных проблем или проблемным поведением. Предыдущие исследования в целом показали более высокий уровень проблемного поведения среди подростков из менее благополучных демографических слоев (например,g., Jessor et al. , 1998). В настоящем исследовании, однако, статус меньшинства показал единственную прямую связь с проблемным поведением, указывая на то, что подростки из числа меньшинств имели на более низкий уровень употребления наркотиков на , чем не меньшинства. Этот вывод согласуется с недавними сообщениями, в которых документально подтверждены более низкие уровни употребления наркотиков среди афроамериканцев по сравнению с белой / белой молодежью (Barnes et al. , 1994; Gibbs, 1996). Несколько более низкий уровень преступного поведения, наблюдаемый у девочек по сравнению с мальчиками, по-видимому, объясняется их более позитивной социальной ориентацией.Важно принять к сведению недавние отчеты, которые документально подтверждают рост показателей преступного поведения среди девочек-подростков (FBI, 1997), что также может помочь объяснить отсутствие значительных гендерных различий в преступности.

Последствия и направления будущих исследований

Критические обзоры эффективности вмешательств по повышению социальных навыков приводят доводы в пользу необходимости расширения масштабов этих вмешательств с целью всестороннего воздействия на внутриличностные, межличностные и социальные факторы, которые могут повлиять на мотивацию подростков. проявлять проблемное поведение (Durlak, 1983, 1995; Weissberg et al., 1991). Ясно, что факторы риска и защиты проявляются в разных контекстах, включая семью, район, школу и группу сверстников (Catalano and Hawkins, 1996; Hawkins et al. , 1992; Jessor et al. , 1998; Patterson). и др., , 1989; Seidman, 1991), но исследования были менее ясны в отношении конкретных основных механизмов, которые могли бы описать, как эти факторы влияют на решения подростков вовлечься в проблемное поведение. Результаты настоящего исследования указывают на возможность того, что социальная ориентация на решение проблем играет ключевую роль в этих процессах, и предлагают три предположения, которые следует рассмотреть в будущих исследованиях.

Одно из предположений состоит в том, что негативная социальная ориентация отражает скрытый риск вовлечения в проблемное поведение (Bell, 1986). Например, подростки с отрицательными ожиданиями самоэффективности, вероятно, будут переживать социально сложные события (например, разногласия со сверстниками) как тревожные и реагировать таким образом, чтобы подорвать их способность использовать социальные навыки, которыми они обладают (Bandura, 1980, 1993). Действительно, Allen et al. 1994 показал, что негативные ожидания в социальных взаимодействиях предсказывают будущую вовлеченность в проблемное поведение.Молодежь с негативными убеждениями в отношении результатов своих усилий по решению проблем может реагировать на межличностный конфликт способами, которые усиливают негативные результаты (Dodge and Frame, 1982; Lochman and Dodge, 1994; Slaby and Guerra, 1988). Более того, негативные убеждения и их негативные последствия могут усиливать друг друга. Например, опыт отторжения сверстников и принудительных семейных взаимодействий (Patterson et al. , 1989) может укрепить убеждения подростка, что компетентные или совместные решения неэффективны, и наблюдения других о том, что он или она некомпетентны.Эта интерпретация предполагает, что меры вмешательства потребуют не только вмешательства для повышения социальных навыков, но и для изменения негативных убеждений, которые могут сопровождать дефицит социальных навыков (Guerra and Slaby, 1990).

Второе утверждение состоит в том, что позитивная социальная ориентация служит защитным фактором. В то время как факторы риска действуют, увеличивая вероятность проблемных исходов, защитные факторы действуют, уменьшая влияние риска (умеренность) или вмешиваясь в причинно-следственную цепочку между факторами риска и проблемными исходами (посредничество) (Coie et al., 1993). Результаты настоящего исследования согласуются с обширной исследовательской литературой по устойчивости, указывающей на то, что характеристики личности, такие как внутренний локус контроля, высокая самооценка и развитие эго, могут компенсировать пагубные последствия негативных жизненных событий (Cowen and Work, 1988; Гармези и др. , 1984; Лутар, 1991; Раттер, 1987). Позитивная социальная ориентация может опосредовать отношения между проблемным поведением и экологическими рисками, включая плохую практику управления семьей (Patterson et al., 1989), подверженность опасности по соседству (Seidman, 1991), отрицательный школьный опыт (Kasen et al. , 1990; Kuperminc et al. , 1997) и общение с антисоциальными сверстниками (Patterson et al. ). , 1989). Способность сохранять положительные убеждения может дать молодым людям возможность успешно «преодолевать рискованные ситуации» (Rutter, 1987). Необходимы исследования для изучения этих возможностей и внесения вклада в практические знания о том, как перейти к системным подходам, способствующим развитию социальной компетентности подростков в среде, повышающей компетентность (Weissberg et al., 1991).

Процессы риска и устойчивости предлагают объяснения того, как социальная ориентация может функционировать для прогнозирования вовлечения в проблемное поведение. Третье предположение вытекает из вопроса , почему положительная социальная ориентация может иметь особое значение для развития в подростковом возрасте. Социальная ориентация может влиять на то, как подростки решают основные задачи развития (Connell, 1990; Dweck and Elliott, 1983; Ryan and Deci, 2000; White, 1959).Эти задачи включают постепенный переход от зависимости от родителей к большей зрелости, самостоятельности и личной автономии (Allen et al. , 1990a; Connell, 1990; Erikson, 1963; Greenberger, 1984; Hill and Holmbeck, 1986). Современные теории развития предполагают, что подростки с наибольшей вероятностью достигнут положительных результатов в этих областях, когда они смогут установить свою независимость, сохраняя при этом позитивные отношения с важными людьми в своей жизни (Allen et al., 1990а; Аллен и др. , 1997). Подростки, которые чувствуют, что им не хватает эффективных навыков решения социальных проблем, ожидают отрицательных результатов или обесценивают важность родительских ценностей, могут преследовать свою потребность в автономии способами, разрушающими отношения с другими (Allen et al. , 1997; Connell, 1990 ; Холдитч и др. , 2000; Куперминц и др. , 1996). Таким образом, негативные убеждения могут снизить мотивацию подростков к достижению целей развития социально приемлемыми способами.

Ограничения

Статистические модели предполагали направление влияния от социальной ориентации подростков и их навыков решения социальных проблем к проблемному поведению, однако противоположные или взаимные пути могут одинаково хорошо соответствовать этим данным. Например, проблемные модели поведения (и их последствия) могут порождать негативные убеждения и снижать уровень продемонстрированных навыков. Следует с осторожностью делать твердые выводы из имеющихся данных, особенно с учетом небольшого размера выборки.

Будущие лонгитюдные исследования могут предоставить более эффективные проверки гипотез, давая возможность изучить изменения с течением времени в социальной ориентации подростков, уровнях SPS-навыков и проблемного поведения, а также взаимных и взаимно запаздывающих влияний между этими конструкциями. Поскольку участники были отобраны на основе наличия общего набора школьных факторов риска, результаты не могут быть обобщены на всех подростков. Более того, подростки, по которым данные сверстников были недоступны, были исключены из анализа, что повысило вероятность того, что представленные здесь результаты не применимы к молодежи из группы риска, не имеющей навыков в поддержании отношений со сверстниками.Тем не менее, эта стратегия выборки дает преимущества для исследований, предназначенных для разработки профилактических мероприятий, поскольку критерии отбора для исследования были аналогичны критериям отбора участников для целевых профилактических мероприятий (например, Pillow et al. , 1991).

Это исследование — шаг к пониманию и обучению предотвращению путей развития, ведущих к деструктивному поведению подростков. Уточняя различия между социальными навыками и социальной ориентацией, это исследование выявило важнейшие аспекты социальной компетентности молодых людей, которые могут опосредовать взаимосвязь между экологическими рисками и проявлением проблем поведения.

Границы | Компетентность в принятии решений, социальная ориентация, временной стиль и воспринимаемый стресс

Введение

Стресс становится все более серьезной проблемой для здоровья людей и общества. В контексте работы и жизни, в том числе в образовательных учреждениях, воспринимаемому стрессу способствует ряд факторов, например, отсутствие контроля над рабочими задачами, нехватка времени на производительность, а также плохая обратная связь и воспринимаемый стресс, по-видимому, являются посредниками для негативных последствий для здоровья (Марк и Смит, 2008).Кроме того, различные индивидуальные особенности, такие как компетентность в принятии решений, социальная ориентация и временной подход, могут способствовать воспринимаемому стрессу. Наше определение компетенции принятия решений соответствует преобладающему в литературе определению. Таким образом, компетентность в принятии решений определяется как склонность человека следовать нормативным рациональным принципам при принятии решений (например, Parker et al., 2017). Компетенция принятия решений — это конструкция, которая, как можно предположить, связана с производительностью и истощением в условиях трудовой жизни (см. Ceschi et al., 2017). Например, в женской университетской выборке Santos-Ruiz et al. (2012) сообщили, что у людей с более высокой способностью принимать решения (по данным Iowa Gambling Task) уровень кортизола был значительно ниже, как до, так и после того, как они столкнулись со стрессовой ситуацией. В настоящем исследовании мы исследовали, как компетентность в принятии решений, социальная ориентация и временной подход связаны с воспринимаемым стрессом.

В общем, принятие решения включает не только выбор, но и процессы, связанные с принятием решения, то есть процесс принятия решения.На результаты решения влияют различные аспекты процесса принятия решений, а не только окончательное решение (например, Keys and Schwartz, 2007). Такой подход к принятию решений и их результатам имеет решающее значение в контексте работы и жизни, поскольку многие решения на работе имеют социальную привязку (Sanfey, 2007) и имеют социальные функции (Tetlock, 2002). На работе людям необходимо адаптироваться к социальной среде, чтобы их принятие решений (процесс) отвечало ожиданиям и требованиям социальной среды (Tetlock, 1985).Люди, обладающие этой способностью, с большей вероятностью будут эффективны на работе и, следовательно, с меньшей вероятностью столкнутся с тем, что потребности будут превышать их доступные ресурсы (Ceschi et al., 2017). Основываясь на этом предположении, настоящее исследование подходит к принятию решений в широком смысле. Это достигается путем включения компетенции принятия решений , а также социальной ориентации и временного подхода (Geisler and Allwood, 2015) среди факторов, которые могут влиять на принятие решений. Короче говоря, социальная ориентация обозначает то, как человек осознает, относится к другим людям и адаптируется к ним, тогда как подход времени обозначает, как человек воспринимает время, приближается к нему и управляет им.Обоснование такого подхода к принятию решений состоит в том, что он охватывает больше важных для принятия решений характеристик (процессов) в прикладных и сложных социальных условиях, таких как рабочая жизнь и образование.

Реакция на стресс может возникнуть, когда предполагаемые экологические требования превышают регулирующие возможности человека (Koolhaas et al., 2011; см. Также Karasek, 1979). Стресс может возникать быстро или со временем развиваться из-за когнитивных оценок ситуаций и потенциальных последствий (Ursin and Eriksen, 2010).То есть, в зависимости от того, как люди оценивают баланс между воспринимаемыми ресурсами и предполагаемыми потребностями, стресс можно оценить как вызывающий или угрожающий, что, в свою очередь, по-разному влияет на аффект и познание (Crum et al., 2017). В этом отношении способность принимать успешные решения, вероятно, составляет важный аспект регулирующей способности человека, необходимый для того, чтобы такие оценки были уместными и конструктивными. Исследования также показали, что воспринимаемый людьми стресс может быть связан с отрицательным состоянием здоровья (например,г., Levenstein et al., 1993; Fliege et al., 2005; Kocalevent et al., 2007; Öhman et al., 2007). Показатели воспринимаемого стресса оценивают уровень (угрожающего или «негативного») стресса, испытываемого человеком, и могут быть оценены в целом (например, за последний год) или в более ограниченные (например, последний месяц) периоды времени (Levenstein et al. ., 1993). Поскольку настоящее исследование сосредоточено на аспектах состояния воспринимаемого стресса, воспринимаемый стресс оценивался в недавний период времени (последний месяц). Затем мы обсудим три индивидуальных отличительных черты, которые, как предполагается, влияют на воспринимаемый стресс: компетентность в принятии решений, социальная ориентация и временной подход.

Компетентность в принятии решений и воспринимаемый стресс

Исследования процесса принятия решений обычно предполагают, что успешное принятие решений зависит от когнитивных способностей выполнять систематические и нормативно рациональные процессы принятия решений. Исходя из этого, Bruine de Bruin et al. (2007; см. Также Parker and Fischhoff, 2005) разработали батарею Adult-Decision-Making Competence (A-DMC), собирающую задачи, которые измеряют степень влияния предубеждений, например использование эвристики.Первоначальное исследование показало, что эффективность A-DMC связана с реальными результатами принятия решений (Bruine de Bruin et al., 2007). В течение последнего десятилетия исследования показали, что эффективность A-DMC связана со стилями принятия решений (Parker et al., 2007; Dewberry et al., 2013), когнитивными способностями (Del Missier et al., 2012), принятием риска и рискованное поведение (Weller et al., 2015), успеваемость в школе (Jacobsson et al., 2012) и финансовое планирование (Parker et al., 2012).

Однако исследования, посвященные важности эффективности A-DMC в условиях работы и личной жизни, отсутствуют.Фактически, только Carnevale et al. (2011) и Гейслер и Оллвуд (2015) занимались этим вопросом. Carnevale et al. (2011) показали, что эффективность A-DMC в выборке руководителей высокого уровня в США превзошла общие показатели, полученные в выборке Bruine de Bruin et al. (2007) в сообществе США. Кроме того, Гейслер и Оллвуд (2015) обнаружили, что эффективность A-DMC в двух разных профессиональных выборках не способствовала объяснению заявленных уровней благополучия, опыта повседневных неприятностей или негативных результатов, связанных с принятием реальных решений.Более того, что касается связи между A-DMC и стрессом, Shields et al. (2016) обнаружили, что экспериментальные манипуляции с острым стрессом улучшают работу A-DMC. Однако связь между A-DMC и воспринимаемым стрессом не изучалась. Настоящее исследование вносит свой вклад в изучение степени, в которой производительность A-DMC сохраняет прогностическую достоверность для предполагаемых уровней стресса.

Социальная ориентация и воспринимаемый стресс

Лица, принимающие решения, часто зависят от информации или вклада других на различных этапах процесса принятия решений (Rilling and Sanfey, 2011).Более того, решения часто должны приниматься другими, чтобы добиться успешной реализации и принятия (Lerner and Tetlock, 1999; Allwood and Hedelin, 2005). Лица, принимающие успешные решения, предвосхищают эти требования, внимательно относясь к социальным потребностям, прислушиваясь к реакции других людей и эффективно регулируя и соответствующим образом корректируя процессы принятия решений (Ceschi et al., 2017). Действительно, исследования показали, что социальная ориентация (например, самоконтроль, сочувствие и эмоциональный интеллект) влияет на эффективность принятия решений (см. E.г., Telle et al., 2011; Гейслер и Оллвуд, 2015; Рамсой и др., 2015).

В качестве индикаторов социальной ориентации, способствующих принятию решений, мы измерили индивидуальные различия в самоконтроле, макиавеллистской личности и чертах эмоционального интеллекта (TEI). Самоконтроль отражает самооценку чувствительности к распознаванию тонких намеков в социальных взаимодействиях и способности соответствующим образом изменять свое поведение (Gangestad and Snyder, 2000). Сообщается, что самоконтроль связан с успешным и адаптивным функционированием в трудовой жизни, например, положительно связан с производительностью труда и продвижением по службе (Day et al., 2002). Макиавеллистская личность относится к тенденциям коварного, лживого и манипулятивного подхода к другим людям. Макиавеллизм связан с такими оскорбительными личностными конструкциями, как субклинический нарциссизм и психопатия, но при этом отличается от них (Paulhus and Williams, 2002). Исследования показали, что макиавеллистские тенденции негативны в социальных и рабочих условиях, поскольку люди с высоким уровнем макиавеллизма более склонны к эгоистическим и аморальным решениям (Dahling et al., 2009).Наконец, TEI относится к предрасположенности к настройке и способности регулировать эмоциональные реакции в себе и других (Petrides and Furnham, 2001). TEI относится к успешному принятию решений в условиях работы и личной жизни (Mikolajczak et al., 2012) и к преодолению стресса в форме необходимого «эмоционального труда», то есть необходимости справиться с конфликтом между своими «настоящими» субъективными чувства и социально необходимые чувства (Mikolajczak, Luminet, 2008).

Временной подход и воспринимаемый стресс

То, как люди воспринимают время и как они его воспринимают, влияет на их принятие решений (Wittman and Paulus, 2007).Поскольку временной подход определяет суждения и решения людей, это важная особенность, которую следует учитывать в трудовой жизни (Gupta et al., 2012). Один из способов определить и измерить индивидуальные различия в подходе и управлении временем и связанными со временем действиями — это уделить внимание стилям времени (Usunier and Valette-Florence, 2007), которые в основном отражают аспекты участия в процессе принятия решений. Временные стили связаны с практическим принятием решений; например, степень, в которой человек ценит и структурирует время, или степень, в которой человек уступает данным ограничениям времени.Более того, можно увидеть, что различия во временных стилях отражают существенные аспекты того, в какой степени люди привержены своим процессам принятия решений и вовлечены в них. Предыдущие исследования показали, что индивидуальные различия в том, как время воспринимается и управляется, связаны с различными аспектами благополучия (Drake et al., 2008) и стрессом, о котором сообщают сами люди (Claessens et al., 2007). Следовательно, различия в стилях времени, вероятно, связаны с уровнями воспринимаемого стресса. Кроме того, настоящее исследование также включает различия в прокрастинации.Прокрастинация — это тенденция откладывать начало или завершение намеченных задач (Lay, 1986). Что касается стресса, о котором сообщают сами, прокрастинаторы получают краткосрочные выгоды, но имеют долгосрочные издержки (Tice and Baumeister, 1997). Таким образом, в настоящем исследовании было измерено временных стилей (Usunier и Valette-Florence, 2007) и склонностей к прокрастинации (Lay, 1986) как особенности индивидуальных различий во временном подходе.

Настоящее исследование

В настоящем исследовании изучалось, как три индивидуальных отличительных черты, которые считаются важными для успешного принятия решений: компетенции принятия решений, социальная ориентация и временной подход , способствуют объяснению воспринимаемого стресса .Основываясь на исследовании, рассмотренном выше (например, Bruine de Bruin et al., 2007; Santos-Ruiz et al., 2012), Гипотеза 1 предполагала, что более высокая производительность A-DMC будет связана с более низким уровнем воспринимаемого стресса. Более того, Гипотеза 2 предполагала, что социальная ориентация обеспечит уникальное количество объясненных вариаций воспринимаемого стресса. В частности, ожидалось, что более высокие отчеты о самомониторинге и TEI будут связаны с менее воспринимаемым стрессом, тогда как более высокие отчеты о макиавеллистских тенденциях будут связаны с более воспринимаемым стрессом.Наконец, Гипотеза 3 ожидал, что временной подход обеспечит уникальную объясненную дисперсию воспринимаемого стресса. Ожидалось, что отчеты о временных стилях, характерных для подхода с вовлеченным временем, будут связаны с менее воспринимаемым стрессом, тогда как отчеты о временных стилях, отражающих временный подход без участия, и более высокие отчеты о прокрастинации должны были быть связаны с более воспринимаемым стрессом.

В настоящее исследование включены две выборки: студенты университетов (исследование 1) и следователи полиции (исследование 2).Эти конкретные образцы были целевыми, поскольку принятие решений и воспринимаемый стресс являются характерными чертами повседневной работы как студентов, так и следователей полиции (Коп и др., 1999; Абдоллахи, 2002; Дениз, 2006).

Материалы и методы — Исследование 1

Процедура

Это исследование было одобрено Региональным советом по этике, секретариат Гётеборга (Швеция), 2011-02-21, номер: 071-11. Всего в исследовании приняли участие 118 студентов шведских университетов (85% женщин, средний возраст = 25 лет).8 лет, SD = 4.8). Участники набирались на лекциях или по электронной почте и получали компенсацию в виде билета в кино и лотерейного билета (примерно на общую сумму 15 долларов США). Письменное информированное согласие было получено от всех участников (исследования 1 и 2). Данные были собраны на сессиях от 1 до 15 участников в большом компьютерном зале. Участники индивидуально заполнили интернет-анкету. Время участия 40–60 мин.

Материалы

Тесты и шкалы, недоступные на шведском языке, были переведены с помощью обычных процедур обратного перевода: A- DMC, Шкала самоконтроля (SMS), Шкала Макиавелли, Шкала прокрастинации и Шкала временного стиля (TSS).A-DMC использовался для измерения компетентности в принятии решений, тогда как SMS и шкала Макиавеллианской личности использовались для измерения социальной ориентации, а шкала прокрастинации и TSS использовались для измерения временного подхода.

Батарея компетенции взрослых по принятию решений (A-DMC)

A-DMC (Bruine de Bruin et al., 2007) включает шесть компонентов. Баллы рассчитываются с точки зрения внутренней согласованности и / или точности для компонентов: Сопротивление кадрированию (RF), Применение правил принятия решений (ADR), Согласованность в восприятии риска (CRP), Недостаточная / чрезмерная уверенность ( UOC), Сопротивление невозвратным затратам (RSC) и Признание социальных норм (RSN).Компонент RF измеряет согласованность, наблюдаемую в двух различных наборах задач формирования кадра; задачи создания атрибутов и задачи кадрирования с рискованным выбором. ADR измеряет степень, в которой люди могут следовать правилам принятия решений различной сложности, тогда как CRP касается способности правильно оценивать вероятность. Затем компонент UOC измеряет способность распознавать правильность собственных знаний. RSC имеет дело с возможностью игнорировать предыдущие инвестиции (затраты или усилия). Наконец, RSN измеряет способность оценивать социальные нормы.Общая производительность человека указывается индексом A-DMC, рассчитываемым как невзвешенное среднее значение стандартизированных баллов человека для каждого из шести компонентов (подробное описание A-DMC см. В Bruine de Bruin et al., 2007). .

Два компонента A-DMC были скорректированы из-за культурных различий между США и Швецией (Weller et al., 2015). Для RSN 6 из 16 пунктов были исключены, поскольку они были сочтены неуместными в шведской среде. Скорректированный A-DMC был апробирован ( N = 15, 66% женщин, средний возраст = 24.4 года) и продемонстрировал хорошую надежность для измененного RSN (α = 0,73, ср. Α = 0,64 в Bruine de Bruin et al., 2007). Один пункт в компоненте RSN не показал изменений в пилотном исследовании и поэтому был исключен. Более того, из-за опасений, высказанных участниками пилотного исследования по поводу того, что некоторые предметы UOC не подходят для шведских условий, 10 из 34 предметов были заменены. Полный список поправок в вопросах A-DMC приведен в дополнительных материалах.

Шкала самоконтроля (SMS)

Мы использовали пересмотренное SMS с 13 пунктами (Lennox and Wolfe, 1984), которое было признано надежным (Day et al., 2002). Задания оцениваются по 6-балльной шкале Лайкерта, при этом баллы рассчитываются по общей шкале или делятся на две субшкалы: способность изменять самопрезентацию и чувствительность к выразительному поведению других . Примером элемента из способности изменять подшкалу самопрезентации является «. Когда я знаю, что требует ситуация, мне легко регулировать свои действия соответствующим образом. ”Альфа Кронбаха составляла α = 0,84 для способности изменять самопрезентацию и α = 0.73 за чувствительность к выразительному поведению окружающих.

Шкала Макиавеллианской личности (MPS)

MPS имеет 16 пунктов, оцененных по 5-балльной шкале типа Лайкерта (Dahling et al., 2009). Рейтинги рассчитываются по общему баллу или делятся на четыре подшкалы: аморальных манипуляций, стремление к контролю, стремление к статусу и недоверие к другим . Пример элемента из подшкалы недоверия к другим : « Мне не нравится связываться с группами, потому что я не доверяю другим » (α = 0.90).

Шкала прокрастинации (PS)

PS (Lay, 1986) содержит 20 пунктов, оцениваемых по 5-балльной шкале Лайкерта. Например, « Я обычно отвечаю на телефонные звонки сразу же » (обратная оценка, α = 0,87).

Шкала временного стиля (TSS)

29 пунктов TSS (Usunier and Valette-Florence, 2007) оцениваются по 7-балльной шкале типа Лайкерта и составляют четыре дихотомии временного стиля: предпочтение экономическому времени (например, расписание и структура времени и посещаемости по одной задаче за раз) — предпочтение неорганизованному времени (т.е.g., чтобы не планировать свое время и одновременно заниматься несколькими задачами), ориентация на будущее (например, чтобы сосредоточиться на будущем) — ориентация на прошлое (например, сосредоточиться на прошлом и испытывать ностальгию) , временная покорность (например, послушный и соответствующий подход ко времени) — временная тревога (например, чувство дискомфорта и проблемы адаптации при столкновении с деятельностью, связанной со временем), и упорство (например, отсрочка удовлетворения) — предпочтение по быстрому возврату (эл.г., будьте импульсивны). На основе четырех дихотомий стилей и для уменьшения сложности были рассчитаны два индекса временного стиля: индекс вовлеченного временного стиля и незанятый временной индекс. Индекс вовлеченного временного стиля собрал временные стили: экономический, ориентацию на будущее, временную покорность и упорство. Индекс временного стиля незанятости собирал временные стили: неорганизованность, ориентация на прошлое, беспокойство по поводу времени и предпочтение быстрого возвращения. Анализ альфы Кронбаха подтвердил внутреннюю согласованность между элементами для соответствующего индекса (стиль вовлеченного времени, α = 0.81; стиль времени без участия, α = 0,78). Затем два индекса были рассчитаны с помощью той же базовой процедуры, что и для индекса A-DMC; баллы отдельных лиц рассчитываются по невзвешенному среднему стандартизированному баллу для каждого из соответствующих четырех временных стилей. Пример элемента из временного стиля упорство : « Когда меня прерывают выполнение задания, я почти всегда возвращаюсь к нему, как только могу.

Опросник воспринимаемого стресса (PSQ)

PSQ оценивает симптомы, связанные со стрессом (Levenstein et al., 1993). Мы использовали проверенную шведскую версию PSQ (Bergdahl and Bergdahl, 2002). Основываясь на предыдущих исследованиях (Salo and Allwood, 2011; Allwood and Salo, 2012), мы использовали сокращенную PSQ-версию, которая оказалась надежной (α = 0,90), включая 17 из 30 исходных пунктов. Респонденты оценили каждый пункт в зависимости от степени его встречаемости в течение последнего месяца по четырехбалльной шкале с вариантами « Почти никогда », « Иногда », « Часто » и « Обычно ». .Пример: « Вам сложно расслабиться.

Предыдущее исследование неизменно показывало, что альфа Кронбаха у PSQ составляет около 0,90. Что касается действительности, Kocalevent et al. (2007) в большой выборке популяционного исследования сообщили, что PSQ демонстрирует дискриминантную валидность в том смысле, что он умеренно коррелирует с невротизмом ( r = 0,48), и что результаты предыдущих исследований показывают, что PSQ коррелирует между 0,75 и 0,54 для тревожности. и от 0,18 до 0.40 для состояния тревожности, в зависимости от формы PSQ и исследования. Исследования Fliege et al. (2005), Kocalevent et al. (2007), и Охман и др. (2007) демонстрируют, что PSQ также демонстрирует другие формы валидности, такие как предсказательная и конвергентная валидность.

Результаты

В таблице 1 представлена ​​описательная статистика. Шкалы и субшкалы показали соответствующие уровни надежности и дисперсии. Поскольку индекс A-DMC определяется отдельными компонентами, которые измеряют относительно разные процессы принятия решений, и человек может преуспеть в производительности по одному компоненту, но не по другим (Bruine de Bruin et al., 2007), уровень альфа-надежности не имеет отношения к данному индексу.

ТАБЛИЦА 1. Описательная статистика для исследования 1 ( N = 118) и исследования 2 ( N = 90).

Корреляции

В таблице 2 показаны корреляции. Возраст был положительно связан с индексом A-DMC, но индекс A-DMC не имел значимой корреляции с воспринимаемым стрессом (PSQ). Корреляция между индексом A-DMC и PSQ составила r = -0,154, p = 0.086. Мы также контролировали корреляцию, когда индекс A-DMC включал только немодифицированные компоненты A-DMC (т.е. RF, ADR, CRP и RSC), тогда корреляция между индексом A-DMC и PSQ составляла: r = -0,171, p = 0,064. Два индекса временного стиля были связаны отрицательно. Кроме того, было обнаружено, что макиавеллизм и оба индекса временных стилей положительно связаны с PSQ.

ТАБЛИЦА 2. Корреляции для исследования 1.

Регрессионный анализ

Для проверки гипотез был проведен иерархический множественный регрессионный анализ (таблица 3). Step 1 учитывает влияние пола и возраста. Последовательные блоки регрессии были построены с помощью индекса A-DMC ( Гипотеза 1 ) в Шаге 2 и мер социальной ориентации и временного подхода ( Гипотеза 2 и Гипотеза 3 ), проверенных в двух отдельных версиях Шага 3 и шаг 4 . Изменение порядка социальной ориентации и временного подхода на шагах 3 и 4 контролировало уникальный вклад этих двух характеристик навыков принятия решений.

ТАБЛИЦА 3. Иерархическая регрессия воспринимаемого стресса — Исследование 1.

Не обнаружено влияния пола и возраста на PSQ. Гипотеза 1 не подтвердилась. Индекс A-DMC не был существенно связан с PSQ. Однако, когда социальная ориентация ( Гипотеза 2 ) была вставлена ​​на шаге 3 модели, вклад этого блока был значительным ( p = 0,048, R 2 изменение = 7%). Однако ни один из отдельных аспектов социальной ориентации не оказался значимым единичным предиктором.Более того, когда социальная ориентация была вставлена ​​в шаг 4 модели, этот шаг не был близок к значительному.

Подход времени явно способствовал PSQ, подтверждая Гипотезу 3 . Когда на шаге 3 были введены меры временного подхода, была объяснена значительная разница в 23% в PSQ. Здесь используются все три аспекта временного подхода, то есть индекс временного стиля вовлеченности (β = 0,446, p <0,001), индекс временного стиля незанятости (β = 0,238, p = 0,014) и прокрастинация. (β = 0.199, p = 0,039) оказались связаны с воспринимаемым стрессом. Более того, когда временной подход был добавлен на шаге 4, он обеспечил значительную 20% объясненную дисперсию PSQ. Опять же, все три аспекта временного подхода были значимыми предикторами: индекс временного стиля вовлеченности (β = 0,446, p <0,001), индекс временного стиля незанятости (β = 0,238, p = 0,014) и прокрастинация. (β = 0,199, p = 0,039).

Материалы и методы — Исследование 2

Процедура

После первоначального контакта с должностными лицами руководства полицейские следователи были случайным образом отобраны по разным направлениям деятельности (например,g., правонарушения, связанные с вождением и насильственные преступления) и географические пункты (например, городские / сельские), собирая адреса электронной почты для 165 полицейских следователей. На интернет-анкеты ответили 66 участников (уровень участия = 40%), но 21 анкета была неполной и поэтому была исключена, в результате осталось 45 участников. Однако оказалось, что электронные приглашения не дошли до всех предполагаемых участников, поскольку некоторые адреса электронной почты не были активированы для внешней связи. Чтобы облегчить участие, дополнительные следователи полиции были приглашены к участию с помощью бумажных и перьевых вопросников.Следовательно, на основе тех же критериев и процедуры, что и раньше, был проведен дополнительный рандомизированный отбор следователей полиции. Всего было разослано 195 приглашений с помощью бумажных анкет и ответов 50 участников (уровень участия = 26%, общий коэффициент участия = 32%). Для анкеты с ручкой и бумагой пять анкет были неполными и исключены. Более того, в вопросниках на бумаге и ручке отсутствующие данные вызывали ограниченную озабоченность (37 случаев отсутствия данных по 36 пунктам).Анализ отсутствующих данных не выявил закономерностей; таким образом, данные считались отсутствующими случайно и заменялись вычислениями с использованием метода ожидания – максимизации (Kline, 2005). Соответственно, в окончательной выборке из 90 участников (37% женщин, средний возраст 46 лет, SD = 11,21) 45 участников ответили на вопросник в Интернете, а 45 участников — на вопросник с ручкой и бумагой. Не было очевидных различий между двумя подвыборками, и всем участникам было предложено ответить на батарею вопросников индивидуально на их собственном столе.Время участия 30–50 мин.

Материалы

В исследовании 2 был исключен компонент A-DMC UOC. Это произошло потому, что, во-первых, время, доступное для участия, было ограничено для профессиональной выборки исследования 2. A-DMC — это трудоемкая мера, а UOC — особенно трудоемкая (см., Например, Weller et al., 2015) . Во-вторых, предыдущие исследования ставили под сомнение важность UOC (например, Carnevale et al., 2011). Кроме того, были заменены три из девяти пунктов RSN компонента A-DMC.Причина этого была основана на том соображении, что эти три пункта будут считаться странными для выборки полиции, поскольку они спрашивают: «Можно ли иногда» нарушить закон (например, украсть, совершить преступление, которое может поставить вас в тюрьме, чтобы поэкспериментировать с марихуаной). Полный список поправок в вопросах A-DMC приведен в дополнительных материалах. Предыдущие исследования использовали сокращенные версии A-DMC или касались только определенных компонентов (например, Carnevale et al., 2011).

Исследование 2 использовало взрослую версию шкалы прокрастинации (Lay, 1986; α = 0.82). Кроме того, использовалась полная версия PSQ (Levenstein et al., 1993; Bergdahl and Bergdahl, 2002), поскольку акцент на воспринимаемом стрессе представлял особый интерес для полицейской организации (α = 0,94). Более того, измерение макиавеллистских тенденций среди полицейских следователей могло вызвать подозрение и сопротивление, но исследование 1 показало, что макиавеллистские тенденции были связаны с воспринимаемым стрессом (таблица 2). Таким образом, исследование 2 вместо этого исследовало, может ли быть найдена связь для индивидуальных различий в обратных тенденциях.Поскольку диспозиции, измеряемые с помощью вопросника TEI (TEIQue), и макиавеллизм (т. Е. Эгоистичный, аморальный и недоверчивый) оказались по существу противоположными (Jones, Paulhus, 2009; Petrides et al., 2011), мы использовали TEIQue. Более того, как и в исследовании 1, использовались SMS (способность изменять самопрезентацию, α = 0,74, чувствительность к выразительному поведению других, α = 0,80). Наконец, что касается TSS, анализ альфы Кронбаха снова подтвердил внутреннюю согласованность между элементами для соответствующего индекса (стиль времени взаимодействия, α = 0.83, временной стиль без участия, α = 0,75).

Опросник по чертам эмоционального интеллекта — Краткая форма (TEIQue-SF)

TEIQue охватывает важные аспекты принятия решений в социальных контекстах, такие как способность адекватно распознавать эмоции и проявлять эмоциональную адаптивность (Telle et al., 2011; Mikolajczak et al., 2012). Из-за соображений рабочей нагрузки мы использовали краткую форму (TEIQue-SF), которая дает глобальную оценку TEI (Petrides and Furnham, 2006). Краткая форма включает 30 из 153 пунктов полной версии (Petrides and Furnham, 2001).Поскольку шведский перевод TEIQue-SF был недоступен (как и TEIQue), TEIQue-SF был переведен обратно (α = 0,80). Пример: « Часто я не могу понять, какие эмоции испытываю.

Результаты

В таблице 1 представлена ​​описательная статистика. Индекс A-DMC, индексы включенного и незанятого временного стиля были вычислены с использованием преобразований z для соответствующих компонентов или шкал. Что касается показателей социальной ориентации, то данная выборка показала в целом более низкие самооценки Самоконтроль по сравнению с выборкой студентов в исследовании 1.В частности, образцы различались по способности изменять самопрезентацию , поскольку студенты сообщили в целом о более высоких уровнях этой способности ( M = 30,25, SD = 5,57) по сравнению с полицейскими следователями ( M = 27,67, SD = 4,43), t (206) = -3,72, p <0,001. Для временного подхода склонностей к прокрастинации были ниже ( M = 43,36, SD = 10,68) по сравнению с исследованием 1 ( M = 60.45, SD = 12,77), t (206) = -8,37, p <0,001. Кроме того, уровень воспринимаемого стресса в данной выборке ( M = 1,89, SD = 0,49) был ниже по сравнению с исследованием 1 ( M = 2,21, SD = 0,61), t (206) = -4,16, р <0,001.

Корреляции

Корреляции представлены в таблице 4. Индекс A-DMC не был связан с PSQ или каким-либо другим показателем. Корреляция между индексом A-DMC и PSQ составила r = -0.146, p = 0,171. Как и в исследовании 1, мы также контролировали корреляцию, если индекс A-DMC включал только немодифицированные компоненты A-DMC (то есть RF, ADR, CRP и RSC), тогда корреляция между индексом A-DMC и PSQ была: r = -0,049, p = 0,647. Отчеты TEI показали высокую отрицательную корреляцию с PSQ, а также с сообщениями о прокрастинации и индексом временного стиля незанятости. Более того, как прокрастинация, так и индекс временного стиля незанятости были положительно связаны с PSQ.

ТАБЛИЦА 4. Корреляции для исследования 2.

Регрессионный анализ

Иерархический множественный регрессионный анализ был проведен для проверки гипотез (таблица 5). Step 1 контролируется для пола и возраста, а step 2 контролируется для типа опроса (фиктивный код, онлайн = 0; paper-and-pen = 1). Последующие блоки регрессии были построены, как в исследовании 1, с добавлением индекса A-DMC на этапе , шаг 3 ( Гипотеза 1 ).Чтобы проверить Гипотезу 2 (дополнительный и уникальный вклад социальной ориентации) и Гипотезу 3 (дополнительный и уникальный вклад временного подхода), были выполнены отдельные анализы, в которых эти меры использовались на этапе 4 , и step 5 соответственно.

ТАБЛИЦА 5. Иерархическая регрессия воспринимаемого стресса — Исследование 2.

Пол и возраст ( шаг 1 ) или тип опроса ( шаг 2 ) не оказали существенного влияния на PSQ.На этапе 3 индекс A-DMC не был существенно связан с воспринимаемым стрессом, не подтверждая Гипотезу 1. Однако, когда социальная ориентация была вставлена ​​на этапе 4 модели, было объяснено 24% дисперсии воспринимаемого стресса. Отчеты TEI (β = -0,514, p <0,001) были значимым предиктором. Когда социальная ориентация была вставлена ​​на шаге 3, вклад этого блока был ниже, 7%, но значимым ( p = 0,047) — и отчеты TEI (β = -0.322, p = 0,014) все еще были значимым предиктором.

Регрессионный анализ также подтвердил Гипотезу 3 . Когда временной подход был добавлен на шаге 4, были объяснены значительные 22% вариации воспринимаемого стресса. Два из трех аспектов временного подхода были значимыми предикторами: индекс временного стиля незанятости (β = 0,363, p = 0,001) и прокрастинация (β = 0,300, p = 0,020). Когда временной подход был добавлен на шаге 5, внесенное объяснение этого блока не было значительным.Однако на шаге 5 индекс временного стиля незанятости (β = 0,222, p = 0,048) по-прежнему оказался значимым предиктором.

Обсуждение

В этом исследовании изучалась степень, в которой предполагается, что три переменные индивидуальных различий способствуют принятию решений: компетентность в принятии решений, социальная ориентация и временной подход, предсказывающие уровни воспринимаемого стресса в выборке студентов и в выборке профессионалов (следователи полиции).

Компетенция принятия решений

Результаты исследования 1 и исследования 2 не подтвердили гипотезу 1 , в которой говорится, что индивидуальные различия в компетенции принятия решений (т.е., производительность A-DMC) будет связано с уровнями воспринимаемого стресса. Никакой связи между работой A-DMC и воспринимаемым стрессом обнаружено не было. Таким образом, общие преимущества, связанные с производительностью A-DMC, о которых сообщалось ранее (например, Bruine de Bruin et al., 2007), не распространяются на область стресса в настоящем исследовании. Это может быть объяснено более однородными выборками, рассматриваемыми в настоящем исследовании (студенты и профессионалы, см. Выборку сообщества в Bruine de Bruin et al., 2007).Еще одна причина, по которой A-DMC не имеет отношения к воспринимаемому стрессу, заключается в том, что оценка потребностей и ресурсов (Koolhaas et al., 2011) и когнитивная активация стрессовых реакций (Ursin and Eriksen, 2010) являются процессами, основанными на субъективно воспринимаемых уровни и соображения, тогда как A-DMC — это мера производительности. То есть неизвестно и должно быть изучено в будущих исследованиях, в какой степени люди осведомлены о своем уровне компетентности в принятии решений и относится ли такое понимание к воспринимаемому стрессу.

Более того, хотя сообщалось, что острый стресс улучшает работу A-DMC (Shields et al., 2016), как уже отмечалось, связь между A-DMC и воспринимаемым стрессом в настоящем исследовании не наблюдалась. Разница между исследованиями заключается в том, что настоящее исследование касается (субъективного) восприятия негативного стресса, тогда как Shields et al. (2016) экспериментально манипулировали острым стрессом. Кроме того, хотя мы измеряли воспринимаемый стресс в недавний и ограниченный период времени (то есть в последний месяц), этот показатель стресса можно рассматривать как более отражающий хронический стресс по сравнению с показателями острого стресса.Короче говоря, настоящие результаты не подтверждают предположение о том, что способность принимать решения представляет собой ресурс для преодоления воспринимаемого стресса (Santos-Ruiz et al., 2012). Возможно, что дальнейшие исследования могут показать взаимосвязь между компетенцией в принятии решений и воспринимаемым стрессом в определенных условиях (например, в более крупных и разнородных выборках), но наши результаты показывают, что общей взаимосвязи не обязательно ожидать в условиях работы и личной жизни. .

Социальная ориентация

Результаты подтвердили предположение, что индивидуальные различия в социальной ориентации влияют на воспринимаемый стресс ( Гипотеза 2 ).Вклад социальной ориентации действительно достиг значимости в исследовании 1, но вклад был более существенным в исследовании 2. Возможная причина этого различия заключается в том, что исследование 1 включало меру макиавеллизма, тогда как в исследовании эта мера была заменена показателем TEI. 2. Хотя было обнаружено, что макиавеллистские тенденции в значительной степени связаны с сообщениями о воспринимаемом стрессе (таблица 2), их вклад не достиг значимости в регрессионных анализах. В отличие от этого, вклад эмоционального интеллекта был существенным.Альтернативное объяснение состоит в том, что социальная ориентация более важна и имеет больший эффект для принятия решений в обычных условиях работы и жизни (например, следователи полиции), чем академическое образование (студенты).

Наше конкретное ожидание, что более высокие отчеты о самоконтроле (SMS) будут относиться к менее воспринимаемому стрессу, не подтвердилось. Эти результаты контрастируют с выводами, которые связывают SMS с конструктивной работой и успехом на работе и в жизни (например, Day et al., 2002). В будущих исследованиях следует попытаться лучше понять , как тенденций самоконтроля влияют на результат принятия решений в различных областях.

Кроме того, в исследовании 1 было обнаружено, что макиавеллистские тенденции положительно коррелируют с воспринимаемым стрессом. Предыдущее исследование показало, что стресс (экспериментально вызванный острый стресс и / или естественный стресс в повседневной жизни) может сделать людей более склонными к принятию эгоистических решений (Далинг et al., 2009; Starcke et al., 2011). Предположительно, люди, не доверяющие другим, могут быть более склонны воспринимать социальную обратную связь относительно принятия решений, поскольку отрицательная и угрожающая, а отрицательная социальная обратная связь вызывает стресс и ухудшает процесс принятия решений (Kassam et al., 2009). Однако в настоящем исследовании макиавеллистские тенденции не внесли значительного вклада в регрессионный анализ. И наоборот, в исследовании 2 было обнаружено, что более высокие показатели TEI тесно связаны с более низкими уровнями воспринимаемого стресса. Учитывая, что наши результаты подтверждают связь между некоторыми аспектами социальной ориентации и воспринимаемым стрессом, и что социальная ориентация может иметь разные эффекты в зависимости от В отношении выборки и конкретных требований в целевом контексте дальнейшие исследования должны изучить взаимосвязь между другими аспектами социальной ориентации и воспринимаемым стрессом.

Подход времени

Оба исследования четко подтвердили Гипотезу 3 , утверждающую, что временной подход связан с воспринимаемым стрессом. Временной подход был особенностью навыков принятия решений, наиболее тесно связанной с воспринимаемым стрессом. В исследовании 1 все три аспекта временного подхода внесли значительный вклад в объяснение воспринимаемого стресса как на шаге 3, так и на шаге 4 модели (т. Е. Контроль вклада социальной ориентации).В исследовании 2 величина дисперсии, объясняемая временным подходом на этапе 4, была сравнима с величиной, наблюдаемой в исследовании 1. Однако, когда временной подход был добавлен на этапе 5, вклад временного подхода был незначительным, но временной стиль не был задействован. все еще важный предсказатель. Отрицательная связь между чертой эмоционального интеллекта и индексом временного стиля незанятости может объяснить, почему вклад временного подхода не был значительным (на этапе 5), когда социальная ориентация контролировалась (на этапе 4).

Было подтверждено конкретное ожидание того, что отчеты о незанятом времени будут связаны с более ощутимым стрессом. Но ожидание того, что отчеты о подходе вовлечения будут связаны с менее воспринимаемым стрессом, не оправдались. Результаты показали, что сообщения о подходе, основанном на увлеченном времени (т. Эта положительная связь может быть объяснена возможной связью между подходом к вовлечению во время и тенденциями размышлять о возможных будущих последствиях и результатах (Ursin and Eriksen, 2010).Таким образом, подход с ограниченным временем может указывать на риск чрезмерной приверженности, которая может привести к воспринимаемому стрессу.

Как и ожидалось, сообщения о прокрастинации были связаны с воспринимаемым уровнем стресса в обеих выборках. Этот результат подтверждает предыдущие исследования в том, что с точки зрения самооценки стресса прокрастинаторы могут получить краткосрочные выгоды, но долгосрочные издержки (Tice and Baumeister, 1997). Таким образом, результаты ясно демонстрируют, что индивидуальные различия во времени важны для понимания воспринимаемого стресса в условиях работы и жизни.

Уровни воспринимаемого стресса как результат навыков принятия решений

В настоящем исследовании уровни воспринимаемого стресса рассматривались как результат принятия решений. Обоснование этого состоит в том, что разумно рассматривать высокий уровень воспринимаемого стресса как отрицательный для благополучия и физиологического здоровья людей и, следовательно, результат принятия решений, которого успешным лицам, принимающим решения, следует с большей вероятностью избежать. Более того, отрицательный стресс по определению — это реакция, которая возникает, когда (воспринимаемые) требования превышают (воспринимаемые) нормативные ресурсы (например,г., Koolhaas et al., 2011). Следовательно, когда они сталкиваются с высокими требованиями к принятию решений, успешные лица, принимающие решения, должны обладать ресурсами, необходимыми для выполнения требований, связанных с принятием решений. Учитывая, что успешные лица, принимающие решения, вероятно, будут более эффективными в своей работе (Ceschi et al., 2017), стоит отметить, что в предыдущих исследованиях уделялось так мало внимания тому, как принятие решений связано со стрессом (Santos-Ruiz et al. , 2012; Starcke, Brand, 2012).

Ограничения

Настоящее исследование имеет различные ограничения.Например, мы измерили три индивидуальные разностные переменные, относящиеся к принятию решений в широком смысле, и исследовали их связь с воспринимаемым стрессом. Таким образом, наше исследование носит корреляционный характер, и подход ограничен тем фактом, что в нем отсутствуют какие-либо измерения процесса. Однако этот подход такой же, как и в предыдущем исследовании компетентности в принятии решений (например, Bruine de Bruin et al., 2007). Для будущих исследований было бы полезно включить показатели процесса, чтобы отслеживать события между решениями участников и результатами (см. E.г., Ceschi et al., 2017).

В исследовании 1 большинство участников составляли женщины. Это ограничение, поскольку секс может иметь эффект взаимодействия. Кроме того, потенциальным ограничением настоящего исследования является низкий уровень ответов в исследовании 2. Уровень ответов может указывать на то, что на данную выборку могут оказывать чрезмерное влияние участники с общим низким уровнем воспринимаемого стресса. Тем не менее, тщательная информация предшествовала проведению исследования и явно подчеркнула акцент на воспринимаемом стрессе в профессии полицейского следователя.Следовательно, вполне возможно, что выборка состоит из сотрудников, обеспокоенных стрессом. Следовательно, хотя количество ответов является ограничением, неясно, могло ли это повлиять и как это могло повлиять на результаты.

Кроме того, сбор данных в исследовании 2 проводился с использованием вопросников как в Интернете, так и в бумажной ручке, что можно рассматривать как ограничение. Однако предыдущее исследование показало, что формат сетевых вопросников не влияет на содержание ответов людей и что его влияние согласуется с результатами исследований с использованием традиционных методов (см. E.г., Gosling et al., 2004; Гослинг и Мейсон, 2015).

Еще одним ограничением настоящего исследования является его поперечный дизайн. Кроме того, мера компетентности в принятии решений основывалась на производительности / способностях, тогда как меры социальной ориентации и временного подхода, а также показатели результатов были самоотчетами. Следовательно, следует признать риск систематической ошибки в методе. Улучшение будущих исследований будет заключаться в использовании продольного дизайна. Например, начальные измерения воспринимаемого стресса, например.g., в начале семестра (студенты) или после летних каникул / до реорганизации (профессионалы) могут быть собраны. Эти меры могут затем функционировать как базовые ставки, с которыми можно сравнивать последующие меры. Наконец, будущие исследования должны быть нацелены на разные выборки и включать другие типы измерений, кроме самоотчетов.

Заключение

В этом исследовании мы использовали широкое определение принятия решений, включив в него функции, которые часто влияют на процесс принятия решений.В условиях работы и личной жизни мы утверждаем, что успешные лица, принимающие решения, должны учитывать социальные и временные аспекты, чтобы соответствовать требованиям принятия решений. В целом, наши результаты показывают, что общие преимущества, связанные с компетенцией принятия решений, о которых сообщалось в предыдущих исследованиях (эффективность A-DMC, например, Bruine de Bruin et al., 2007), могут не иметь прогностической достоверности для предполагаемого стресса в рабочих контекстах. . Напротив, наши результаты показали, что социальная ориентация и подход времени, предлагаемые для содействия принятию решений, связаны с уровнями воспринимаемого стресса в условиях работы и жизни.

Заявление об этике

Это исследование было одобрено Региональным советом по этике, секретариат Гётеборга (Швеция), 2011-02-21, номер: 071-11. Письменное информированное согласие было получено от всех участников (исследования 1 и 2).

Авторские взносы

Все перечисленные авторы (MG и CMA) внесли существенный, прямой и интеллектуальный вклад в работу, а также одобрили ее для публикации.

Финансирование

Это исследование финансировалось за счет гранта Шведского исследовательского совета по вопросам здоровья, трудовой жизни и благосостояния, Forskningsrådet för arbetsliv, hälsa och välfärd, Forte, dnr: 2010-0430, CMA.

Дополнительные материалы

Дополнительные материалы к этой статье можно найти в Интернете по адресу: https://www.frontiersin.org/articles/10.3389/fpsyg.2018.00440/full#supplementary-material

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Список литературы

Абдоллахи, К. М. (2002).Понимание полицейских исследований стресса. J. Forensic Psychol. Практик. 2, 1–24. DOI: 10.1300 / J158v02n02_01

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Оллвуд, К. М., и Хеделин, Л. (2005). «Адаптация новых инициатив к социальной среде: принятие организационных решений как обучение, формирование приверженности и регулирование поведения», в Как профессионалы принимают решения , ред. Х. Монтгомери, Р. Липшиц и Б. Бремер (Махва, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум Associates), 223–232.

Google Scholar

Оллвуд, К. М., Сало, И. (2012). Стили принятия решений и стресс. Внутр. J. Stress Manag. 19, 34–47. DOI: 10.1037 / a0027420

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бергдал, Дж., И Бергдал, М. (2002). Воспринимаемый стресс у взрослых: распространенность и связь депрессии, тревоги и приема лекарств в шведском населении. Стресс Здоровье 18, 235–241. DOI: 10.1002 / smi.946

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Bruine de Bruin, W., Паркер А. М. и Фишхофф Б. (2007). Индивидуальные различия в компетентности взрослых в принятии решений. J. Pers. Soc. Psychol. 92, 938–956. DOI: 10.1037 / 0022-3514.92.5.938

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Карневале Дж. Дж., Инбар Ю. и Лернер Дж. С. (2011). Индивидуальные различия в потребностях лидеров в познании и умении принимать решения. Личный. Индивидуальный. Dif. 51, 274–278. DOI: 10.1016 / j.paid.2010.07.002

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Чески, А., Демерути, Э., Сартори, Р., Веллер, Дж. (2017). Процессы принятия решений на рабочем месте: как истощение, нехватка ресурсов и требования к работе ухудшают их и влияют на производительность. Фронт. Psychol. 8: 313. DOI: 10.3389 / fpsyg.2017.00313

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Классенс, Б. Дж. К., ван Эрде, В., Рютте, К. Г., и Роу, Р. А. (2007). Обзор литературы по тайм-менеджменту. чел. Ред. 36, 255–276. DOI: 10.1108 / 00483480710726136

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Крам, А.Дж., Акинола, М., Мартин, А., и Фат, С. (2017). Роль стрессового мышления в формировании когнитивных, эмоциональных и физиологических реакций на сложный и угрожающий стресс. Снятие тревожного стресса 30, 379–395. DOI: 10.1080 / 10615806.2016.1275585

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Далинг, Дж. Дж., Уитакер, Б. Г., и Леви, П. Э. (2009). Разработка и утверждение новой шкалы макиавеллизма. J. Manag. 35, 219–257.DOI: 10.1177 / 01408318618

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Дэй, Д. В., Шлейхер, Д. Дж., Анклесс, А. Л., и Хиллер, Н. Дж. (2002). Самоконтроль личности на работе: метааналитическое исследование конструктной валидности. J. Appl. Psychol. 87, 390–401. DOI: 10.1037 // 0021-9010.87.2.390

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Del Missier, F., Mäntylä, F., and Bruine de Bruin, W. (2012). Компетенция принятия решений, исполнительные функции и общие когнитивные способности. J. Behav. Decis. Мак. 25, 331–351. DOI: 10.1002 / bdm.731

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Дениз, М. Э. (2006). Взаимосвязь между преодолением стресса, удовлетворенностью жизнью, стилями принятия решений и самооценкой решений: исследование с участием студентов турецких университетов. Soc. Behav. Личное. 34, 1161–1170. DOI: 10.2224 / sbp.2006.34.9.1161

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Dewberry, C., Juanchich, M., and Narendran, S.(2013). Компетентность принятия решений в повседневной жизни: роли общих когнитивных стилей, стилей принятия решений и личности. Личный. Индивидуальный. Dif. 55, 783–788. DOI: 10.1016 / j.paid.2013.06.012

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Дрейк, Л., Дункан, Э., Сазерленд, Ф., Абернети, К., и Генри, К. (2008). Временные перспективы и корреляты благополучия. Время Соц. 17, 47–61. DOI: 10.1177 / 0

Стили работы: Социальная ориентация


Сортировать по: Важности
Код Род занятий
95 27-2011.00 Актеры Bright Outlook
94 21-1012.00 Советники и консультанты по вопросам образования, ориентации и карьеры
92 29-1129.01 Арт-терапевты
92 29-1123,00 Физиотерапевты
92 25-2057,00 Учителя специального образования, средняя школа
91 53-2031,00 Бортпроводники
91 39-5094.00 Специалисты по уходу за кожей
91 21-1011.00 Консультанты по злоупотреблению психоактивными веществами и поведенческим расстройствам
90 29-1125,00 Рекреационные терапевты
90 19-30 34,00 Школьные психологи
89 19-3033,00 Клинические и консультационные психологи
89 43-9021.00 Ключи ввода данных
89 29-2051,00 Техники-диетологи
89 21-1022,00 Социальные работники здравоохранения
88 21-1013,00 Брак и семейные терапевты
88 31-1133,00 Психиатрические помощники
87 29-1229.01 Аллергологи и иммунологи
87 11-9081,00 Менеджеры по жилью
87 21-1014.00 Консультанты по психическому здоровью
87 29-2099.08 Представители пациентов
87 29-1229,04 Врачи физической медицины и реабилитации
87 25-2051.00 Учителя специального образования, дошкольные учреждения
86 29-1141.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *