Внутренняя речь какая: works.doklad.ru — Учебные материалы

Автор: | 13.05.1982

Содержание

Об экспериментальных исследованиях эгоцентрической и внутренней речи, проведенных научной группой Л.С. Выготского

139Об экспериментальных исследованиях эгоцентрической и внутренней речи…

ность, идиоматичность, особый синтак-

сис, превалирование смысла над значе-

нием и влияние (вливание) смыслов; все

они проявляются уже в эгоцентрической

речи, а во внутренней достигают своего

предела, отсюда и идея экстраполяции

выводов, полученных при исследовании

экстериоризированной эгоцентрической

речи, на внутреннюю речь (которая, на

наш взгляд, вводится скорее как аксиома,

чем как теорема, хотя и требует отдельного

рассмотрения). Неясно, кто проводил эти

исследования и в каком объеме, по каким

методикам оценивались специфические

характеристики эгоцентрической и вну-

тренней речи, были испытуемыми только

дети или же взрослые тоже привлекались к

эксперименту.

В частности, о тенденции к установле-

нию упрощенного синтаксиса Л. С. Выгот-

ский пишет следующее: «…чем больше эго-

центрическая речь выражена как таковая в

функциональном значении, тем ярче просту-

пают особенности ее синтаксиса в смысле

его упрощенности и предикативности. Если

сравнить в наших опытах эгоцентриче-

скую речь ребенка в тех случаях, когда

она выступала в специфической роли вну-

тренней речи как средство осмышления

при помехах и затруднениях, вызываемых

экспериментально, с теми случаями, ког-

да она проявлялась вне этой функции,

можно с несомненностью установить: чем

сильнее выражена специфическая, ин-

теллектуальная функция внутренней речи

как таковой, тем отчетливее выступают и

особенности ее синтаксического строя»

(Выготский, 1982б, с. 344). Аналогичным

образом с отсылкой к неизвестным опы-

там трактуется сходство и по другим ха-

рактеристикам внутренней и эгоцентриче-

ской речи (отдельный вопрос вызывают

параметр «влияние смыслов» и метод его

измерения и анализа). После схематиче-

ского обсуждения, в котором не описа-

ны ни методика, ни ход эксперимента,

Л.С. Выготский делает вывод: «На этом

мы можем закончить обзор особенностей

внутренней речи, который мы наблюдали

в наших экспериментах. Мы должны ска-

зать только, что все эти особенности мы

первоначально констатировали при экс-

периментальном исследовании эгоцент-

рической речи, но для истолкования этих

факторов прибегли к сопоставлению их с

аналогичными и родственными фактами

в области внешней речи. …Это сопостав-

ление показало: уже во внутренней речи

заключены возможности образования

этих особенностей, и тем самым подтвер-

дило нашу гипотезу о генезисе внутрен-

ней речи из эгоцентрической и внешней

речи» (Там же, с. 352). Сопоставление

экспериментов второго и четвертого типа

наводит на мысль о том, что расширение

интереса к сравнительному анализу эго-

центрической и внутренней речи могло

стать следствием тех наблюдений, ко-

торые когда-то сделали А. Н. Леонтьев и

А.А. Шеин, изучая переходы между этими

двумя видами речи. Возможно также, что

некоторые эксперименты конца 1920-х гг.

были проведены заново, однако никаких

достоверных свидетельств этого до сих

пор не найдено8.

Итого, если суммировать ситуацию с

экспериментами в области эгоцентриче-

ской и внутренней речи, то оказывается,

8 Список внутренних конференций, состав-

ленный А.Р. Лурией, включает упоминание о рабо-

те «речевой группы», которая собиралась для отче-

та как минимум дважды – в феврале и марте 1934

г., однако мы предполагаем, что эта группа занима-

лась прежде всего пато-, нейропсихологической и

дефектологической практикой (изучение афазий,

алалий, развития глухонемых детей и т.д.). Следу-

ет также упомянуть найденный в семейном архиве

Л.С. Выготского план исследований, датирован-

ный 1932 г. и содержащий ряд тем, посвященных

речи, среди которых упомянуты «эгоцентрическая

и внутренняя речь», «фазическая и семическая

речь» и др. , с пометками имен сотрудников, ко-

торые отвечали за эти темы (К.И. Вересотская,

Л.В. Занков, В.М. Торбек и другие; см.: Записные

книжки…, 2017, с. 332). Неизвестно, были ли эти

планы реализованы.

Интерпретация проблемы возникновения внутренней речи в свете теоретической концепции Б.М. Теплова

Пролог…
Монография А. Белоусова «Основы единой теории мышления»…
Неевклидова» фонетика…
Избранные статьи…
Отзывы о работах…
Биография А. Белоусова…
Список публикаций…
Публикации об Александре Белоусове…
Страницы в Интернете…
Избранные автографы…
Из семейного фотоархива…
Приобретение книги…
Каталог сайтов…
Карта сайта …
Информация о сайте…
Гостевая книга…
Обратная связь…

Поиск по сайту:



ДРУЖЕСТВЕННЫЕ САЙТЫ:
Преп. Серафим Саровский


Александр Белоусов

Большое внимание отечественная психология уделяет проблеме теоретического осмысления процесса возникновения внутренней речи. Именно этой теме посвящена известная монография Льва Семёновича Выготского «Мышление и речь», занимающая центральное место в его научном наследии.

В данной работе классик советской психологии пишет, что процесс образования внутренней речи совершается путём разделения функций внешней речи, «путём обособления эгоцентрической речи /разновидность монологической речи – А.Б./, путём ее, постепенного со­кращения и, наконец, путём её превращения во внутреннюю речь.

Эгоцентрическая речь и есть переходная форма от речи внешней к речи внутренней; вот почему она представляет такой огромный теоретический интерес. Вся схема принимает, следовательно, такой вид: социальная речь – эгоцентрическая речь – внутренняя речь. /4, 57/.

Мысль о поэтапном переходе внешней речи во внутреннюю является непоколебимым фундаментом, на котором вот уже около восьми десятков лет базируются целые разделы отечественной психологии и психолингвистики.

Например, вот что по этому поводу пишет известный отечественный психолингвист Е. С. Кубрякова: «Школа Л.С. Выготского оставила после себя богатейшее наследство в освещении пути «от мысли к слову» и в выделении последовательных этапов; или стадий, в протекании речевой деятельности». И далее: «Существенную часть развиваемой нами концепции составляет понятие «внутреннего слова», выдвинутое Л.С. Выготским» /7, 24/.

Основоположник советской нейропсихологии А.Р. Лурия в 1982 году в послесловии к упомянутой выше монографии разъясняет: «Настоящий том, как и предыдущий, даёт представление об общепсихологической теории Л.С. Выготского и включает в себя ряд произведений, образующих единую систему, в которых в ёмкой и выразительной форме содержатся основные общепсихологические идеи Выготского и результаты, полученные им в этой области. Сюда входит классическая монография Выготского «Мышление и речь»…

«Мышление и речь», несомненно, один из главных трудов Выготского. Посвящённая проблеме соотношения мышления и речи, работа является важнейшим исследованием, развивающим основные положения той общей теории, которую создал Выготский… Экспериментальные данные Выготского прочно вошли в психологическую литературу… Эгоцентрическая речь с последующим переходом её во внутреннюю речь, говорит Выготский, означает не от­мирание речи, а порождение новой формы речи, создающей необходимые условия для дальнейшего развёрнутого высказывания… Уже пристальный анализ совершенно нового, ранее неизвестного образования – внутреннего слова – со всеми его морфологическими и функциональными чертами – одна из наиболее значительных заслуг Выготского» /5, 466 – 475/.

Таким образом, по Л.С. Выготскому получается, что у ребёнка сначала формируется один вид внешней деятельности (так называемая социальная речь), который через несколько лет приводит к формированию другого вида внешней деятельности (монологическая речь), и только после всего этого формируется принципиально новый вида деятельности: определённого вида представления и различные операции с ними (внутренняя речь).

Как известно, Б.М. Теплов специально не занимался проблемами, связанными с лингвистикой, а потому он не оставил своим последователям пухлой монографии по этому поводу. Однако он оставил нам ещё не до конца прочитанную работу «Психология музыкальных способностей», в которой мы обнаруживаем следующее утверждение: «Пока не создалось представления звука [a], представления, отражающего фонематическое своеобразие звука, но свободного от всех тех не относящихся к делу звуковых признаков, которыми необходимо отличается всякое конкретное произнесенное [a], до тех пор невозможно ни понимание речи,

ни тем более активное владение ею. ..» /8, 169/.

То есть налицо противоположная тенденция: Борис Михайлович считает, что сначала следует формирование представления (понимаем под этим внутреннюю речь) и только потом происходит внешнее действие (внешняя речь). Данный вывод логично вытекает из его теоретической концепции музыкальной деятельности, которая базируется на конкретном фактическом материале, а не на ничем не подкреплённых гипотезах…

И этот вывод однозначно может быть распространён на все сферы человеческой деятельности: чтобы сварить борщ, надо сначала представить соответствующий порядок действий, чтобы нарисовать картину, нужно представить определённый образ, чтобы выиграть сражение, надо представить ход боевой операции, чтобы записать музыкальный диктант, необходимо представить мелодию и т.п.

Применительно к теории порождения речи всем лингвистам, психолингвистам и психологам неплохо было бы познакомиться с практикой порождения музыкальной речи. И здесь весьма уместно вспомнить следующее высказывание Б.

М. Теплова: «Поучительно сравнить с этой стороны ощущения при восприятии музыки и при восприятии речи» /8, 89/.

Далее выдающийся психолог описывает те моменты музыкальной деятельности, которые в настоящее время известны всем практикующим музыкальным педагогам и исполнителям (но неизвестны представителям классической психологии): «Воспроизведение голосом возможно только тогда, – утверждает Б.М. Теплов, – когда возникает представление мелодии песни, т.е. представление определённого звуковысотного и ритмического движения песни…» /8, 170/. И несколько далее: «В особенности тесно связаны слуховые представления с моторными моментами… Подобно тому, как

речевые слуховые представления чрезвычайно тесно связаны с речевой моторикой, музыкальные слуховые представления не менее тесно связаны с вокальной моторикой, с внутренним пением» /8, 174/.

Акцентируем внимание и на следующем высказывании Бориса Михайловича Теплова: «Ошибка заключается в предположении, что внутренний слух – некий высший (второй) этап развития музыкального слуха. Мы знаем, что такое обыденнейшее проявление музыкально слуха, как напевание хорошо знакомой мелодии, есть прямое проявление именно внутреннего слуха. Ошибка, далее, заключается в предположении, что

сначала нужно развивать внешний слух /в лингвистике – внешнюю речь – А.Б./, а затем уже – на основе развитого внешнего слуха – переходить к развитию внутреннего слуха / в лингвистике – внутренней речи – А.Б./.

Чисто внешнего музыкального слуха не бывает /как и чисто внешней речи – А.Б./. Самый основной признак музыкального слуха – ощущение музыкальной высоты – теснейшим образом связан с интонированием звука голосом. Интонирование может развиваться только при наличии слуховых представлений, т.е. внутреннего слуха» /8, 158/

Но если музыка и речь во многом схожи между собой, в чём сходятся очень и очень многие авторы, то значит аналогичный механизм (представление – артику­ляция) должен иметь место и во время говорения! Адаптируя высказываниеБ.М. Теплова к языковой деятельности, мы будем утверждать: «Ошибка, далее, заключается в предположении, что сначала нужно развивать внешнюю речь, а затем уже – на основе развитой внешней речи – переходить к развитию внутренней… Говорение возможно только при наличии слуховых представлений, то есть внутренней речи…» По нашему глубочайшему убеждению, даже начиная с самых первых слов, ребёнок сначала представляет их звуковую оболочку, а уже потом стремиться к её воспроизведению.

Если бы ребёнок не представлял бы звуковую оболочку слов, процесс говорения был бы просто невозможен!!!

Наиболее авторитетные деятели музыкального искусства (исполнители, преподаватели, методисты, музыковеды, психологи) в своих публикациях и высказываниях постоянно разъясняют, что любому акту музыкального исполнительства (процессу музыкальной артикуляции) сопутствует обязательный процесс, который называется предслышанием. Данное явление заключается в том, что каждый музыкант (будь то вокалист или исполнитель на любом музыкальном инструменте) в обязательном порядке как бы пропевает про себя исполняемые мелодии и параллельно с этим слушает их! Причём пропевает не куски, не фрагменты, не сокращения или намёки на что-то, а именно исполняемую мелодию полностью!!! Процесс и называется

предслышанием именно потому, что он предваряет внешние артикуляционные действия.

Так, например, Ю.Т. Акимов, касаясь чтения нот с листа на баяне, пишет: «В основе творческого процесса исполнителя-музыканта лежат три слагаемых: вижу – слышу – играю» /1, 111/. Иначе говоря, музыкант при чтении с листа любой мелодии сначала видит конкретную ноту (или группу нот), затем представляет (мысленно напевает) её и только после этого нажимает соответствующую клавишу (ударяет по струне и т.п.). Во время нажатия клавиши он читает следующую ноту и представляет следующую клавишу. И т.д.

Широко известный авторитет в области педагогики и методики преподавания игры на фортепиано К.А. Мартинсен разъясняет: «Основным педагогическим требованием, вытекающим из учения о звукотворческой воле, будет развитие учащегося от «внутреннего» к «внешнему»…» /6, 29/.

Но то, что известно практически каждому музыканту, остаётся неведомо для целого научного сообщества классических психологов. Быть может причина во времени появления публикаций? Ведь Л.С. Выготский в прямом смысле этого слова – прошлый век нашей науки. Быть може в наше просвещённое время положение в ней кардинально поменялось? Год 2005. В учебном пособии «Современные проблемы науки о языке» известный российский лингвист Н. Ф. Алефиренко разъясняет: «Внутренняя речь – результат и преобразованное достижение обычной естественной звуковой речи. Мышление с помощью языковых средств не может появиться раньше, чем ребёнок овладеет звуковой речью…» /2, 134/. /А если не овладеет? – А.Б/

Таким образом, в науке сложились две принципиально различные концепции психологического развития индивида. Одни предполагают, что конкретная деятельность формируется в направлении от внешнего к внутреннему, другие – утверждают обратное. В логике существует закон, согласно которому, если имеют место два взаимоисключающих положения и одно из них истинно, то иное непременно будет ложным…

Как минимум на каком-то этапе своей деятельности любой последователь наших классиков должен задуматься, а по какому пути он идёт: по пути, проложенному практиками и подкреплённому повседневной практической деятельностью, или по пути умозрительных гипотез и ни чем не подтверждаемых теоретических построений?

Более подробно о проблемах внутренней и внешней речи, а также о некоторых аспектах психологии музыкальной деятельности можно узнать в монографии: Белоусов А. В. Основы единой теории мышления. Часть I. Язык и мышление. – Тула, 2006. – 864 с.; а также на сайте http://bav005.ru/.

Примечание.
Настоящая статья является выступлением А.В. Белоусова на Всероссийской научно-практической конференции «Тепловские чтения в Туле», посвящённой 115-летию со дня рождения Бориса Михайловича Теплова. 16 – 17 ноября 2011 года.

Публикация материалов конференции: Белоусов А.В. Интерпретация проблемы возникновения внутренней речи в свете теоретической концепции Б.М. Теплова // Сборник материалов научно-практических конференций. «Тепловские чтения в Туле», посвящённой 115-летию со дня рождения Б.М. Теплова (16 – 17 ноября 2011 года), и «Интонация как проблема музыкального искусства», посвящённой Дням Даргомыжского в Тульском колледже искусств (14 февраля 2012 года). / Редактор-составитель: Кудряшова И.А., зам. директора по научно-методической работе Тульского колледжа искусств им. А.С. Даргомыжского; ответственный за выпуск: В. А. Зюкин, директор Тульского колледжа искусств имени А.С. Даргомыжского. – Тула, 2012. – С. 72 – 77.

На фото обложка сборника материалов всероссийских научно-практических конференций. – Тула, 2012.

Как развивать внутреннюю речь ребенка?

Внутренняя речь свидетельствует о более высоком уровне развития мыслительных способностей. И формируется внутренняя речь на основе громкой речи. Сначала ребенок все проговаривает вслух, комментирует свои действия, действия предметов, повторяет все слова взрослых, как бы запоминая их. И только потом начинает переходить на шепотную речь, а потом и молча.

Это хорошо заметно, когда ребенок учится читать или считать. Попросите малыша посчитать  что-нибудь. Он тут же начнет считать вслух или, в лучшем случае, шепотом. Даже в первом классе далеко не все дети могут посчитать предметы молча. Точно так же происходит и при чтении.   Сначала ребенок читает вслух и очень громко, затем громкость снижается и со временем ребенок учится читать шепотом. И только после этого он сможет читать молча и понимать прочитанное.

У детей внутренняя речь, близкая по форме к той, которая существует у взрослых, развивается лишь в младшем школьном возрасте. И чем раньше это произойдет, тем лучше для ребенка –  он будет легче и лучше учиться. И мы можем помочь своему малышу в формировании его внутренней речи путем несложных упражнений. Не пугайтесь, специально ничего делать не надо, все эти упражнения выполняются  совместно с другими видами деятельности и не требуют отдельных  усилий.  В данном случае, надо просто знать, что это полезно делать и делать.

Что же надо делать, чтобы помочь ребенку сформировать его внутреннюю речь?

Повторение  инструкции. 

Одним из важных моментов является умение слышать и понимать словесную инструкцию. Вспомните, что Вы делаете, когда получили какое-то указание к действию? Вы повторяете мысленно все этапы действия и выполняете их. И так Вы делаете автоматически, совсем не замечая этого, потому,  что у вас есть внутренняя речь, которая  отдает команды к действию. Вот этому и надо научить ребенка.

Все очень просто. Вы сказали ребенку: «Возьми зонтик и отнеси его  в шкаф». И тут же спрашиваете: «Что я сказала тебе сделать?»

Ваша задача – добиться, чтобы ребенок повторил инструкцию, как можно точнее, ну уж, по крайней мере, назвал все этапы действия. Это можно делать в течение дня несколько раз. Просить, чтобы ребенок повторял за Вами все Ваши слова. Со временем ребенок научиться запоминать и более сложные инструкции, а Вы заметите, что ребенок выполняет Ваши поручения гораздо лучше.

 

Проговаривание.

Вспомните, как Вы вели себя, когда первый раз сели за компьютер или включили новую стиральную машинку. Вы, конечно, прочитали инструкцию к применению  и пошли пробовать, как это делается на практике. И скорее всего, Вы всю эту инструкцию проговаривали себе вслух, облегчая освоение новых навыков.

Но даже если Вы и не говорили вслух, то все равно Ваши органы речи были в более напряженном активном состоянии. По исследованиям медиков и психологов при решении трудных задач любого характера наблюдается усилении импульсов речевых мышц, хотя внешне это может и не проявляться.

Именно поэтому мы учим детей все проговаривать вслух. Особенно это касается наиболее трудных для ребенка процессов – письмо, счет, решение примеров и задач.

На практике это может выглядеть так: ребенок  что-то  делает и диктует все действия  себе сам.

Так, списывая слово «Лондон», ребенок проговаривает вслух каждое свое действие: пишу с новой строки, начинаю с большой буквы, пишу букву Л, пишу букву О, пишу букву Н, пишу букву Д, пишу букву О, пишу букву Н, ставлю запятую. Некоторым детям удобнее диктовать себе слово по слогам. Можно и так. Это зависит от уровня овладения чтением ребенка.

Сейчас, при чтении статьи, Вам это может показаться трудным, но на деле дети очень быстро понимают, что от них требуется, и легко проговаривают все свои действия. Главное, создать привычку это делать.

Привычка проговаривать очень помогает детям в обучении, так как она не только развивает внутреннюю речь, но и способствует более внимательному выполнению работ, значительно уменьшает количество ошибок.

Для развития внутренней речи есть много различных заданий и упражнений, но  те, что я показала самые простые, удобные и эффективные. Возьмите их на вооружение, чтобы Ваши дети учились успешнее.

Сделайте доброе дело, поделитесь статьей с другими, кликните по кнопочкам соц.сетей. 

Как мы думаем: словами, картинками или как-то иначе?

  • Келли Оукс
  • BBC Future

Автор фото, BBC / Getty Images

Исследование внутренней речи — удивительно сложная задача. Думаем ли мы обычно словами или образами? С кем чаще всего мы говорим мысленно? И способны ли мы ясно осознать, что происходит в нашем мозге в определенный момент?

О чем вы думали секунду назад? Или, точнее, как вы об этом думали? Ответить на этот вопрос сложнее, чем кажется.

Вы могли повторять про себя слова, которые только что прочитали, могли видеть какую-то картинку своим внутренним зрением или переживать какие-то эмоции.

Вполне возможно, что все эти вещи происходили в вашем мозге одновременно и в определенной комбинации… или вы думали о другом и совсем другим способом.

Попытка узнать, что происходит в нашем собственном сознании, на первый взгляд, не кажется чем-то чересчур сложным.

Но когда мы начинаем это делать, мы сразу вмешиваемся в само явление, которое хотим исследовать.

Или, как отметил в 1890 году американский философ Уильям Джеймс, «пытаться проанализировать собственное сознание, это — все равно, что включать свет, чтобы лучше рассмотреть, как выглядит тьма».

Психолог Рассел Гэлберт из Университета Невады в Лас-Вегасе уже несколько десятилетий изучает, что происходит в сознании людей.

Исследователь обнаружил, что мысли, которые проносятся в нашей голове, намного разнообразнее, чем можно было бы предположить.

«Многие считают, что они думают словами, но они ошибаются», — объясняет он.

Автор фото, BBC / Getty Images

Підпис до фото,

Если попросить людей поговорить с собой мысленно, активируются другие участки мозга, чем когда они это делают спонтанно

В ходе одного небольшого исследования 16 студентов колледжа попросили прочитать короткий рассказ. Исследователи выборочно фиксировали их мысли во время чтения. Лишь четверть этих мыслей содержали слова, и только 3% были похожи на последовательный рассказ.

Эти результаты нельзя обобщить для всех, но они дают пищу для размышлений, когда речь идет о наших собственных внутренних переживаниях.

Изучать внутренний голос — совсем не легкая задача. Если просто спрашивать людей, о чем они сейчас думают, — это вряд ли покажет точный результат.

Отчасти потому, что мы не привыкли уделять пристальное внимание нашим блуждающим мыслям, а отчасти потому, что во время таких опросов люди могут домысливать больше, чем на самом деле происходило в их мыслях.

Метод, которым пользуется Гэлберт, называется «описание выборочного опыта».

Исследуемые носят весь день с собой некое устройство. Когда оно подает звуковой сигнал, они должны сосредоточиться на том, что именно происходило в их голове за секунду до этого.

В конце дня они разговаривают с психологом, который, задавая им точные вопросы, выясняет, о чем и в какой форме они думали. Были ли это слова, образы, эмоции, физические ощущения или что-то другое?

Большинству людей нужно несколько дней, чтобы научиться сосредотачиваться на своих мыслях. В течение следующих нескольких дней с помощью вопросов исследователя им удается лучше настроиться на то, о чем они думали в определенный момент.

Сначала это почти никому не удается, кроме, пожалуй, тех, кто имеет хороший опыт в медитации, отмечает ученый.

Автор фото, BBC/ Getty Images

Підпис до фото,

Наш внутренний монолог происходит по разным причинам, так же, как мы с разной целью пользуемся обычным языком

Метод неожиданного сигнала дает более естественные результаты, чем искусственные условия лаборатории, когда вас намеренно заставляют сосредоточиться на мыслях.

Гэлберт сравнивает его с высадкой на парашюте в лесу. Несколько маленьких животных могут, конечно, испугаться, но в целом вы увидите более или менее обычную картину происходящего в природе.

Обзор исследований, обнародованный Гэлбертом в 2013 году, показал огромные индивидуальные различия в том, как происходит внутренний диалог у разных людей.

В среднем участники эксперимента вели разговор с собой примерно 23% времени. Но в целом диапазон варьировался от 100% (внутренний монолог происходил постоянно) до 0% (люди никогда не говорили с собой мысленно).

Лучший собеседник

Но что происходит в вашей голове в моменты, когда вы не разговариваете с собой?

За годы исследований Гэлберт вывел пять категорий мнений: внутренняя речь, которая ведется в самых разных формах, внутреннее видение (может содержать изображения предметов, которые вы видели в реальной жизни, или мысленных образов), чувства, например, гнев или радость, сенсорное осознание (например, осознание того, каков на ощупь ковер под вашими ногами), несимволизированные мысли.

Последние трудно определить, это — и не слова и не образы, но это — также мнения, и они, несомненно, присутствуют в вашем сознании.

Каждая категория может иметь самые разные проявления. Внутренняя речь, к примеру, может происходить в виде одного слова, предложения, какого-то монолога или даже беседы.

Что такое внутренний диалог, известно любому, кто когда-то репетировал важный разговор или обдумывал аргументы в споре.

Но человек, с которым мы разговариваем мысленно, это не кто-то другой — обычно этот голос принадлежит другой стороне нашей личности.

Автор фото, BBC / Getty Images

Підпис до фото,

Одни люди все время разговаривают с собой мысленно, другие — вообще никогда не делают этого

Во время исследования в 2015 году Малгожата Пучальска-Василь, психолог из Люблинского католического университета имени Павла II, попросила студентов описать виды внутренних голосов, с которыми они разговаривали.

Исследовательница составила список четырех наиболее распространенных внутренних собеседников. Ими стали — верный друг, отец или мать, напыщенный соперник и беспомощный ребенок.

Каждый голос может всплывать в различных ситуациях — отец критикует с заботой, напыщенный соперник сосредотачивается на успехе, а не на поддержке. Мы примеряем на себя эти разные роли, чтобы справиться с непростыми ситуациями, например, сложным экзаменом или спортивной игрой.

Недавно Гэлберт начал совмещать свой метод исследования с МРТ-сканами мозга. Его исследование показало, что то, что люди говорят о своих мыслях, и то, что происходит в их мозге, совпадает.

Впрочем, исследователи отмечают, что они не делают обобщений, а их выводы касаются только участников эксперимента.

Фамира Рейси, сотрудница Лаборатории внутренней речи при Университете Маунт-Роял в Канаде, и ее коллеги недавно применили другой метод исследования мыслей.

Они просили участников перечислить мысли, которые возникали в их голове одна за другой в определенное время.

Автор фото, BBC / Getty Images

Підпис до фото,

Мы думаем словами гораздо меньше, чем нам кажется

Результаты оказались похожими на то, что выяснили предыдущие исследования. При выполнении своих повседневных дел люди разговаривали с собой мысленно обо всем: от учебы до своих эмоций, других людей и самих себя.

«Довольной много исследований свидетельствуют, что внутренняя речь играет важную роль в регуляции поведения, решении проблем, критическом мышлении, рассуждении о будущем», — отмечает Фамира Рейси.

Когда мозг «молчит»

Разговор с самим собой также важен для саморефлексии.

Нейрофизиолог Джилл Болт Тейлор описала это в книге «Мой инсульт был мне наукой». Женщина вспоминает, как в течение нескольких недель после инсульта, который она перенесла в 37 лет, у нее пропала внутренняя речь, ее мозг «молчал».

«Какой жуткой задачей было находиться там, внутри моего молчаливого мозга. .. пытаясь вспомнить, кто я? Что я делаю?»

Поскольку изучение того, что происходит в сознании людей, требует немалых усилий и времени, масштабных исследований, которые бы объяснили индивидуальные различия, пока не хватает.

Остается множество других вопросов, например, зависит ли внутренняя речь от национальности или типа личности.

Хотя ученые пока не могут пролить свет на большинство вопросов о нашем сознании, научиться осознавать свои мысли может быть довольно полезно.

«Это даст вам возможность содержательно общаться с самим собой», — говорит Фамира Рейси.

Или, как добавляет одна из ее коллег: «Внутренняя речь — это фонарик в темной комнате вашего сознания».

Хотите поделиться с нами своими жизненными историями? Напишите о себе на адрес [email protected], и наши журналисты с вами свяжутся.

ВНУТРЕННЯЯ РЕЧЬ : Психофизиологические механизмы речи Леонтьев А.А. : Библиотека Инокентия Ахмерова онлайн

Язык может входить в интеллектуальный акт, акт деятельности, на разных его этапах, в разных фазах. Во-первых, речевым может быть планирование действий, причем сами планируемые действия могут быть и речевыми и неречевыми. В этих двух случаях характер планирования совершенно различен. В первом случае это программирование речевого высказывания без предварительного формулирования плана средствами языка; во втором — это именно формулирование плана действий в речевой форме. Эти две функции речи в планировании деятельности нельзя смешивать, как это иногда делается (См. [3, 93]: «Те или иные мысли выражаются во внешней речи только потому, что предварительно они оказываются словесно выраженными по внутренней речи». Более подробно о различии внутренней речи и внутреннего программирования высказывания, а также внутреннего проговаривания см. [36]): по-видимому, в таком смешении играет значительную роль то, что и то, и другое планирование нередко называется одинаково «внутренней речью».

Во-вторых, речевыми могут быть сами действия. При этом соотношение речевых и неречевых действий в интеллектуальном акте может быть очень различным. Это различие может быть опять-таки двояким: во-первых, указанное соотношение может меняться за счет изменения длины речевого высказывания при тождестве остальных компонентов акта деятельности; во-вторых, за счет удельного веса речевых действий в акте деятельности в целом, т. е. в результате изменения структуры этого акта.

В-третьих, речевым может быть сопоставление полученного результата с намеченной целью. Это происходит в тех случаях, когда акт деятельности достаточно сложен, обычно — когда интеллектуальный акт носит целиком или почти целиком теоретический характер (как это нередко бывает в деятельности, например, ученого).

Наиболее типичной функцией речи в деятельности является первая функция — использование речи в планировании действий, в особенности неречевых. Существуют специальные методики, позволяющие изучать эту функцию речи даже в тех (наиболее частых) случаях, когда речь является внутренней. Наиболее известна методика электрофизиологического исследования скрытой артикуляции, разработанная и применяемая московским психологом А. Н. Соколовым (см. в особенности [74; 75; 77]). Ему удалось показать, что наиболее сильная электрофизиологическая активность органов артикуляции связана «с вербальным фиксированием заданий, логическими операциями с ними, удержанием промежуточных результатов этих операций и формулировкой ответа «в уме». Все эти факты особенно отчетливо выступают при выполнении трудных, т. е. нестереотипных и многокомпонентных заданий, как, например, при решении арифметических примеров и задач в несколько действий, чтении и переводе иностранных текстов лицами, слабо владеющими данным языком, при перефразировке текстов (изложении их «своими словами»), запоминании и припоминании словесного материала, письменном изложении мыслей и т. п. — то-есть в тех случаях, когда выполняемая умственная деятельность связана с необходимостью развернутого речевого анализа и синтеза. ..» [74, 178]. Напротив, редукция мускульных напряжений речевого аппарата возникает «в результате: 1) обобщения умственных действий и образования на этой основе речевых и мыслительных стереотипов, характерных для «свернутых умозаключений», 2) замещения речедвигательных компонентов другими компонентами речи (слуховыми — при слушании речи и зрительными — при чтении), 3) появления наглядных компонентов мышления…» [74, 178].

Существуют и другие исследования, показывающие, как часто во внутренней речи собственно речевые компоненты подменяются слуховыми, зрительными и т. д. Н. И. Жинкин осуществил, пользуясь весьма простой методикой (испытуемые в процессе решения задачи должны были постукивать рукой по столу в заданном ритме), очень интересный эксперимент. Оказалось, что в большинстве случаев (примерно тогда же, когда происходит редукция мускульных напряжений) постукивание не мешает внутренней речи, т. е. внутренняя речь переходит на другой код, по своей природе субъективный — код образов и схем [20; 22]. Специально природе этих вторичных образов (образов-мыслей), возникающих как следствие уже произведенного в речевой форме анализа и синтеза признаков предмета или явления, посвящена работа М. С. Шехтера [89].

В упомянутых здесь работах Н. И. Жинкина по внутренней речи анализируется случай, пограничный между собственно внутренней речью и планированием речевого действия (внутренним программированием высказывания). Испытуемому даются готовые слова, и он должен из них составить осмысленное высказывание. Здесь общим с внутренней речью является то, что перед испытуемым стоит задача оперировать с уже готовыми речевыми элементами, а не «порождать» их самостоятельно. Однако есть и момент, общий с планированием речевого действия, а именно — необходимость на определенном этапе решения задачи «догадаться о грамматической конструкции фразы» [90, 121], т. е. построить «в уме» модель фразы. В целом, однако, этот случай ближе к внутренней речи. Исследований же, посвященных планированию речевых действий в чистом виде, практически не существует ввиду крайней методической сложности и отсутствия сколько-нибудь общепринятой модели такого планирования, которая могла бы быть взята за основу. Единственными работами, где эта проблема ставится, являются классическая книга Выготского «Мышление и речь» и недавно переведенная на русский язык книга Дж. Миллера, Ю. Галантера и К. Прибрама [16; 53]. Авторы последней считают, что нормально существуют два «Плана» высказывания: «моторный План предложения» и иерархически более высокий «грамматический План», т. е. «иерархия грамматических правил образования и перестановки слов». Однако и у них нет четко разработанной модели этих «Планов». Тем не менее самая идея предварительного программирования речевого высказывания в настоящее время признана большинством исследователей.

Еще более неясным является вопрос о том, как осуществляется планирование внутренней речи. В том, что такое планирование имеет место, нет оснований сомневаться; ведь внутренняя речь не что иное, как речевое высказывание, хотя и сильно редуцированное и имеющее специфическую структуру. Но, насколько нам известно, в научной литературе отсутствуют какие-либо указания на этот счет; по всей -видимости, внутренняя речь развертывается стохастически, то-есть порождение ее не требует предварительного планирования, но каждое предыдущее звено вызывает появление последующего.

В этой связи возникает интересная проблема первичности «лексемного синтаксиса» [41, 198 и след.]. Дело в том, что в спонтанной мимической речи глухонемых, а также в автономной речи детей, в речи нормальных детей в определенный период и т. д. существует единая модель построения высказывания, отмеченная еще Вундтом, S — (At) — О — (At) — V - (Part). Эта модель в известной мере отражается также и в построении обычной (звучащей) речи, обычно в тех языках, где морфемика играет относительно незначительную роль. Не исключено, что эта модель и есть модель построения высказывания во внутренней речи, а переход от внутренней речи к внешней осуществляется за счет своеобразного морфосинтаксического алгоритма, формирующегося у ребенка вместе с усвоением им грамматической системы языка. Впрочем, экспериментально изложенное здесь предположение не проверено.

Но надо сказать, что изложенная здесь гипотеза о внутренней речи как линейной структуре восходит к идеям Л. С. Выготского, трактовавшего внутреннюю речь как сочетание смыслов ([15, 369-373]. Выготский приписывает внутренней речи три важнейшие характеристики: преобладание смысла над значением; агглютинация смыслов; синтагматическое взаимодействие смыслов. «Переход от внутренней к внешней речи есть сложная динамическая трансформация — превращение предикативной и идиоматической речи в синтагматически расчлененную и понятную для других речь» [15, 375]. Л. С. Выготский и особенно А. Р. Лурия относят эти характеристики и к внутренней программе речевого высказывания). А эти идеи встречают среди многих современных советских психологов бурный, хотя и не всегда обоснованный протест. Так, например, киевский психолог А. Н. Раевский решительно заявляет, что «внутренняя речь — это речь, отличная от внешней речи не по своей природе, а лишь по некоторым внешним структурным признакам. Нужно совершенно отбросить попытки видеть в ней речь со своими особыми синтаксическими правилами, отличными от обычной речи, и в особенности видеть в ней процесс, в котором слово, как форма выражения мысли и форма ее осуществления, умирает и сохраняется только семантическая сторона слова (Выготский). Дело в том, что слово в речи не может существовать вне его речевой формы, вне его говорения» [67, 45-46]. Едва ли последняя из цитированных фраз способна опровергнуть концепцию Выготского, как не могут ее опровергнуть и демагогические ссылки на И. М. Сеченова и И. П. Павлова. Во всяком случае, ни А. Н. Раевский, ни другие авторы, писавшие после Выготского о структуре внутренней речи (см. [66]), не смогли противопоставить его концепции никакой иной.

В одной из своих недавних статей Н. И. Жинкин выдвинул мысль о специфическом «языке внутренней речи», каковым является, по его мнению, предметно-изобразительный код, причем «язык внутренней речи свободен от избыточности, свойственной всем натуральным языкам. Формы натурального языка определены строгими правилами, вследствие чего соотносящиеся элементы конкретны, т. е. наличие одних элементов предполагает появление других, — в этом и заключена избыточность. Во внутренней же речи связи предметны, т. е. содержательны, а не формальны, и конвенциональное правило составляется ad hoc лишь на время, необходимое для данной мыслительной операции» [23, 36]. Таким образом, Н. И. Жинкин возвращается к основной идее Выготского.

Внутренняя речь и перекодирование. Компоненты внутренней речи.

4. Генеративная модель – это теория исключительно бессознательного использования языка и не включает в себя описание различных видов сознательных процессов речевой деятельности.

5. Выводы, сделанные в результате экспериментальной проверки генеративной модели, не могут быть обобщены, поскольку относятся к одной форме речи (монологическая и письменная формы, отдельные предложения вне контекста), в то время как очевидно, что психологическая обусловленность образования других речевых форм (в особенности, устной речи) существенно различается (Цит. по Prucha, 1972, р. 81). Остается предположить, что Луриевская языковая модель может оказаться не только уместным, но и весьма ценным вкладом к уже упомянутому подходу, основанному на идеях Выготского и реализуемому в прикладной лингвистике в Соединенных Штатах. Эта модель могла бы способствовать более широкому пониманию культурно-исторической теории Выготского-Лурия, тем самым создавая определенный противовес современному господству западной социокультурной теории.

Внутренняя речь и перекодирование

Ян Пруха, обобщая мнение советских ученых, писал: “Внутренняя речь означает беззвучный процесс вербализации, протекающий с различной сте­пенью интенсивности и в зависимости от множества надындивидуальных условий, когда человек думает о чем-либо, решает проблему, вспоминает что-либо, пишет, читает про себя… а также производит внешнюю речь. Внутренняя речь – это не только мысленная беззвучная внешняя речь, как иногда предполагается, но составляет особое образование со всецело отличающимися свойствами и другими (функциями” (Prucha, 1972, р. 67).

Московский психолог А.П. Соколов, много работавший над изучением внутренней речи, считал, что компоненты внутренней речи могут быть акту­ализированы и в словесно-понятийном и в образном мышлении. Любопытно, что Соколов полагал, что внутренняя речь содержит услышанную речь других, что происходит за счет ее повторения вместе с собственной речью, а также что взаимоотношение внешней и внутренней речи человека составля­ет эволюционный и функционально взаимозависимый континуум. Соколов считал, что внутренняя речь решает две основных задачи: она является средством мышления, а также подготовительной стадией внешней речи (по Prucha, 1972, р. 69).

Н. И. Жинкин заниматея другой стороной внутренней речи, изучая проблему кодирования предметных представлений, хотя его подход можно назвать несколько противоречивым. Жинкин полагал, что коды внутренней речи состоят из образов, схем и намерений, которые представляют собой переход от внутренней речи детей ко внутренней речи взрослых. Между мыслью и внешней речью А. А. Леонтьев (совместно с Т. В. Рябовой) ставит понятие внутреннего программирования, означающее построение на основе того, что должно быть произнесено, некого паттерна (или схемы), который дальше может воплотиться как во внешнюю, так и во внутреннюю речь. А.иА. Леонтьев также полагает присутствие внутреннего программирования и в языках без ” грамматики”, таких как язык жестов для глухонемых, или в общении на ранних стадиях детского развития: “говоря о внутреннем программировании, мы имеем ввиду программирование речевого высказывания, а ни в коем случае не поведения (деятельности) в целом, хотя общие физиологические закономерности программирования, в принципе могут быть применены и к программированию речи… Различие между внутренним программированием и внутренней речью соотносимо с различием между некой промежуточной стадией процесса речепроизводства и его конечной стадией или самим результатом этого процесса… Внутреннее программи­рование речи – этo допонятийное построение определенной схемы, на основе которой впоследствии и создается внешнее высказывание. Существует два очевидных типа такого программирования: а) программирование конкрет­ного высказывания и б) программирование некого вербального целого. Первое готовится как оно есть, одно за другим, второе занимает более длительный период ” (Leontiev. 196Х-69, р. 1-12).

Понятие внутреннего программирования не является ни всецело психологическим, ни лингвистическим, а скорее, в определенной степени, надлингвистическим (Leontiev, 1973, р. 33). Идеи А.Р. Лурия о перекоди­ровании вносят свой вклад в концепцию внутренней речи, дополняя то, как она понимается в работах Леонтьева и Рябовой 1970-х годов (подробнее об этом см. Залевская, 2000, р. 206-225). А. Р. Лурия полагал, что: «превращение исходной мысли в последовательно организованное речевое высказывание не является одномоментным. Оно включает в себя целый комплекс перекодиро­вания изначального семантического графа в синтагматическую речевую схему. Именно поэтому Выготский обращал особое внимание на то, что мысль не заключена в слове, но совершается в нем. Как раз в том процессе внутренняя речь и играет свою решающую роль» (Luria, 1982. p. 153).

D. Vocate (1987) замечает, что “Лурия рассматривает внутреннюю речь как играющую решающую роль в перекодировании субъективного смысла в синтагматическую схему. Поэтому, вместо тезиса о существовании некого врожденного синтаксического механизма, разумней предположить, что он обусловлен психологическими процессами внутренней речи, имеющей социокультурное происхождение” (Vocate, 1987, р. 122). Для Лурия главным является преобразование субъективного “смысла” (коннотата) в “значение” (денотат), определяемое и порождаемое культурой. У А. А. Леонтьева термин Выготского “смысл” (т.е. контекстуальное, неустойчивое значение) служит семантической единицей внутренней речи, в то время как “значение” (т.е. обычное, словарное значение) является семантической единицей деятельностной системы. И, согласно Выготскому, наиболее важной характеристи­кой вербального мышления является мотив, т.е. тот самый психологический аспект, который постоянно заставляет психологов и психолингвистов отклоняться от картезианской модели.

глубинная структура – предыдущая | следующая – внутреннее программирование

А. Р. Лурия и психология XXI века. Содержание

 

Что голос в вашей голове говорит о вас

Но и эти категории оставляют место для вариаций. Возьмите внутреннюю речь, которая может иметь форму отдельного слова, предложения, какого-то монолога или даже разговора.

Идея внутреннего диалога, а не монолога, будет знакома каждому, кто когда-либо репетировал важный разговор или пересказывал аргумент в уме. Но человек, с которым мы разговариваем в своей голове, не всегда заменяет кого-то другого — часто этот другой голос является другим аспектом нас самих.

В исследовании 2015 года Малгожата Пухальска-Василь, психолог Католического университета Иоанна Павла II в Люблине, Польша, попросила студентов описать различные типы внутренних голосов, с которыми они разговаривали, и составила список из четырех общих внутренних собеседников. : верный друг; амбивалентный родитель; гордый соперник; и беспомощный ребенок. Каждый голос может всплывать в разных ситуациях — амбивалентный родительский тип может предложить заботливую критику, но гордый соперник, скорее всего, будет сосредоточен на успехе, а не на поддержке.Мы можем взять на себя эти разные роли, чтобы помочь себе пережить такие ситуации, как тяжелое испытание или спортивная игра.

Херлберт, однако, меньше озабочен тем, почему люди испытывают определенные виды внутреннего опыта, чем тем, что именно они думают. Он начал разрабатывать DES в 1970-х годах и за это время, по оценкам, обучил сотни людей искусству чтения собственных мыслей — от ветеранов войны во Вьетнаме с посттравматическим стрессовым расстройством до женщин с булимией, а также многих людей с более типичным повседневным трудом. сегодняшние переживания.

Тем не менее, не все уверены, что метод работает. В книге 2007 года, написанной в соавторстве с Херлбуртом, Describing Inner Experience? Сторонник встречает скептик, философ Эрик Швицгебель из Калифорнийского университета в Риверсайде утверждает, что «люди склонны к значительным интроспективным ошибкам даже в самых лучших условиях». Комментируя эту книгу, философ Майя Спенер из Университета Бирмингема утверждала, что то, может ли интроспекция предоставить полезную информацию о разуме, зависит от конкретного вопроса, на который вы хотите ответить, но цели DES, по ее словам, не всегда ясны.«Например, мы не должны и, вероятно, никто не будет ожидать, что интроспективные отчеты испытуемых о болезненных переживаниях будут точными в отношении вопросов об эволюционном происхождении боли», — писала она. «С другой стороны … мы ожидаем, что такие отчеты будут точными в отношении наличия болезненного опыта».

Слушайте свой внутренний голос

Не позволяйте шуму чужого мнения заглушить собственный внутренний голос . Стив Джобс.

В каждый момент бодрствования мы ведем внутренний диалог. Назовете ли вы это внутренней речью, разговором с самим собой, внутренним диалогом или мыслями про себя, это кажется важной частью нашей повседневной жизни. Несмотря на то, что большинство этих внутренних диалогов остаются хорошо скрытыми (за исключением иногда неловких моментов), внутренняя речь гораздо важнее, чем думает большинство людей. С раннего детства внутренняя речь играет жизненно важную роль в регулировании нашего мышления и поведения. Это не только часто позволяет нам «репетировать» различные сценарии и избегать необдуманных действий, но и исследования людей, которые кажутся неспособными к внутренней речи (например, при различных психических заболеваниях), показывают, что внутренняя речь может формировать то, как мы видим мир вокруг нас.

В новой обзорной статье, опубликованной в Psychological Bulletin, исследуется внутренняя речь и то, как она может изменяться и развиваться на протяжении всей нашей жизни. В статье, написанной Беном Алдерсоном-Дей и Чарльзом Фернихофф из Даремского университета, рассматриваются существующие исследования внутренней речи и то, что делает их такими важными. Как они указывают, у нас часто есть разные определения того, что мы подразумеваем под внутренней речью, и мы даже ссылаемся на нее под разными именами. Исследования, посвященные внутренней речи, могут относиться к ней под другими названиями, такими как личная речь, разговор с самим собой, скрытая речь, слуховые вербальные образы и т. Д.В этом отношении исследователи также изучили внешний диалог с самим собой, то есть разговор с самим собой, который также можно рассматривать как форму внутренней речи.

Но почему внутренняя речь так распространена? По словам психолога Льва Выготского, наша способность к внутренней речи начинается примерно в трехлетнем возрасте, когда мы учимся интегрировать отдельные системы мышления и языка. В качестве одного из примеров Выготский описал то, что он называл частной речью, в которой дети разговаривают сами с собой при выполнении сложной познавательной задачи.Он предположил, что такая личная речь стала более усвоенной по мере того, как дети становятся старше и становятся более способными работать самостоятельно без помощи опекуна.

Эта эволюция от частной речи к внутренней речи кажется универсальной и очень естественной частью нормального развития. Выготский и его сторонники также предположили, что внутренняя речь может включать в себя либо расширенную внутреннюю речь, , которая в основном то же, что и обычную речь, и сжатую внутреннюю речь , которая ближе к «мышлению в чистом смысле». Чарльз Фернихаф предполагает, что внутренняя речь, скорее всего, будет уплотненной по умолчанию, и мы переключаемся на расширенную внутреннюю речь только тогда, когда мы испытываем стресс или иным образом озабочены проблемой. По этой причине внутренняя речь играет важную роль в самосознании и самосознании. -понимание.

Внутренняя речь также может играть важную роль в рабочей памяти. Под рабочей памятью, которую часто путают с кратковременной памятью, понимается временное хранение информации, такой как номер телефона или элементы в списке покупок.Поскольку в любой момент времени мы можем хранить только пять-девять элементов в нашей рабочей памяти, нам нужно полагаться на различные стратегии памяти, чтобы эта информация не распадалась слишком быстро. Один из подходов, который, по-видимому, довольно хорошо работает с вербальным материалом, включает мысленное повторение информации, в том числе повторение ее с использованием внутренней речи или произнесения информации вслух. Это также означает, что все, что прерывает этот процесс повторения, вызывает быстрое исчезновение памяти. Исследователи предполагают, что дети начинают полагаться на повторение для улучшения памяти уже в возрасте семи лет или младше по мере развития языковых навыков.

Хотя изучение внутренней речи часто бывает трудным для исследователей (в конце концов, это внутренняя речь ), роль, которую она играет в различных когнитивных способностях, включая память и исполнительное функционирование, кажется хорошо известной. У детей, например, кажется, что их когнитивные способности растут и развиваются во многом так же, как и их способность использовать внутреннюю речь. Это предполагает, что внутренняя речь связана с развитием языковых способностей и продвинутых умственных способностей, с которыми связан язык.Внутренняя речь также кажется особенно важной в многозадачном режиме, который включает «переключение» между различными способами ответа. Например, эксперименты, требующие от людей переключения между различными арифметическими задачами, показывают, что внутренняя речь помогает подготовить их к такому переходу.

Еще один навык, связанный с внутренней речью, — это чтение без звука. Хотя детям, которые учатся читать, часто необходимо читать вслух или даже шевелить губами, следя за тем, что они читают, то, насколько хорошо взрослые могут следить за тем, что они читают, по-видимому, напрямую зависит от их навыков внутренней речи.Чем сложнее им понять то, что они читают, тем больше им нужно полагаться на внутреннюю речь, чтобы разобраться в материале.

Люди, которые теряют способность использовать внутреннюю речь из-за нарушений мозга, сообщают о проблемах с памятью, а также о снижении чувства идентичности. Например, выдающийся нейробиолог Джилл Болт Тейлор пережила в 1996 году обширный инсульт, который привел к полной потере внутренней речи. Как она позже описывала в своей книге My Stroke of Insight, потеря внутренней речи также привела к проблемам с самосознанием, потере биографических воспоминаний и даже к потере эмоций, связанных с самосознанием.

Наряду со всеми другими ролями, которые, по-видимому, играет внутренняя речь, неудивительно, что внутренняя речь также важна с точки зрения мотивации. Каждый раз, когда мы оказываемся в трудном соревновании, будь то написание экзамена или игра в важную игру, мы часто используем внутреннюю речь, чтобы «подбодрить себя» и повысить уверенность в своих шансах. В этом отношении люди, страдающие депрессией или тревогой, часто используют внутреннюю речь, чтобы размышлять о том, насколько плоха жизнь и вероятность неудачи.По этой причине многие виды психотерапии часто включают обучение людей тому, как использовать внутреннюю речь, чтобы преодолеть неуверенность в себе и страх неудачи, заменяя негативный разговор с самим собой более позитивной внутренней речью.

Self-Talk Essential читает

Одна захватывающая теория слуховых галлюцинаций предполагает, что определенные неврологические или психические заболевания приводят к тому, что люди путают внутреннюю речь с внешними голосами. Исследования изображений головного мозга показывают, что у людей, сообщающих о слуховых галлюцинациях, часто активируются области мозга, связанные с восприятием языка. Многие из этих галлюцинаций во многом напоминают внутреннюю речь. Например, люди, рожденные глухими или потерявшие слух до того, как у них развился язык, обычно не испытывают слуховые галлюцинации так, как слышащие люди.

Также может быть связь между внутренней речью и блужданием ума или склонностью нашего разума «дрейфовать» всякий раз, когда мы делаем что-то монотонное. Блуждание ума, также известное как «разъединение», заставляет нас уделять меньше внимания окружающему миру и больше сосредотачиваться на наших внутренних мыслях.Внутренняя речь может быть важной частью такого блуждания ума, хотя фактические исследования, посвященные этому, все еще ограничены.

Несмотря на все проведенные до сих пор исследования, все еще далеко не ясно, почему у людей вообще возникла внутренняя речь. Хотя изначально он, возможно, развивался как инструмент для улучшения вербального общения, наша способность к внутренней речи расширилась и стала важной частью нашей жизни как людей. Он не только играет важную роль в построении планов на будущее, но и помогает нам понять окружающий мир.

Так что научитесь развивать этот внутренний голос, это неотъемлемая часть человеческого существования.

Объяснение критического внутреннего голоса

Критический внутренний голос

Что такое критический внутренний голос?

Критический внутренний голос — это хорошо интегрированный образец деструктивных мыслей по отношению к себе и другим. Ноющие «голоса» или мысли, из которых состоит этот интернализованный диалог, лежат в основе большей части нашего саморазрушающего и дезадаптивного поведения.

Критический внутренний голос — это не слуховая галлюцинация; это переживается как мысли в вашей голове. Этот поток деструктивных мыслей формирует анти-я, которое отговаривает людей действовать в своих интересах.

Как на нас влияет критический внутренний голос?

Критический внутренний голос — это внутренний враг, который может повлиять на все аспекты нашей жизни, включая нашу самооценку и уверенность, наши личные и интимные отношения, а также нашу успеваемость и достижения в школе и на работе. Эти негативные мысли влияют на нас, подрывая наши положительные чувства по отношению к себе и другим и поощряя самокритику, внутреннее состояние, недоверие, самоотречение, пристрастия и уход от целенаправленной деятельности.

Каковы некоторые примеры общих критических внутренних голосов?

Некоторые распространенные голоса включают такие мысли, как «Ты глупый», «Ты не привлекательный» или «Ты не такой, как другие люди».

Некоторые люди говорят о своей карьере, например: «Ты никогда не добьешься успеха», «Никто не ценит, как много ты работаешь» или «На тебя слишком много давления, ты не справишься со стрессом.”

Многие люди слышат голоса о своих отношениях, такие как «Он на самом деле не заботится о тебе», «Тебе лучше жить одному» или «Не будь уязвимым, тебе просто больно».

Откуда берутся критические внутренние голоса?

Эти внутренние голоса обычно исходят из опыта ранней жизни, который усваивается и воспринимается так, как мы думаем о себе. Часто многие из этих негативных голосов исходят от наших родителей или опекунов, поскольку в детстве мы улавливаем негативное отношение родителей не только к своим детям, но и к самим себе.Наши голоса также могут исходить от общения со сверстниками, братьями и сестрами или влиятельными взрослыми.

Чем критический внутренний голос отличается от совести?

Многие люди думают, что если они перестанут прислушиваться к своему критическому внутреннему голосу, они потеряют связь со своей совестью. Однако критический внутренний голос не является надежным моральным ориентиром, как совесть. Напротив, критический внутренний голос унижает и наказывает и часто заставляет нас принимать нездоровые решения.Эти негативные голоса имеют тенденцию усиливать чувство ненависти к себе, не побуждая нас изменять нежелательные качества или действовать конструктивно.

Как я могу победить свой критический внутренний голос?

Чтобы взять власть над этим деструктивным мыслительным процессом, вы должны сначала осознать, что говорит вам ваш внутренний голос, чтобы вы могли не дать ему разрушить вашу жизнь. Чтобы определить это, полезно обратить внимание на то, когда вы внезапно впадаете в плохое настроение или расстраиваетесь, часто эти негативные сдвиги в эмоциях являются результатом критического внутреннего голоса.Как только вы определите мыслительный процесс и определите те негативные действия, которые он пропагандирует, вы можете взять под контроль свой внутренний голос, сознательно решив не слушать. Вместо этого вы можете действовать в ваших интересах.

Подробнее о критическом внутреннем голосе

Мы все знаем о тех мучительных мыслях и сомнениях, которые увеличивают нашу нервозность и в разное время мешают нашей работе. Однако большинство из нас не осознает, что эта насмешливая, унизительная самокритика — лишь верхушка айсберга.Они просто более очевидные фрагменты более крупного, хорошо спрятанного врага внутри каждого из нас, который влияет на наши действия, мешает достижению наших личных и карьерных целей и в целом оказывает негативное влияние на нашу жизнь.

Посмотреть на доске видео о критическом внутреннем голосе

Что такое критический внутренний голос?

Критический внутренний голос можно рассматривать как язык защитного процесса. Он был определен как интегрированная система мыслей и установок, противоположных себе и враждебных по отношению к другим, которая лежит в основе неадаптивного поведения человека.Понятие «голос» не ограничивается когнитивными процессами, но обычно ассоциируется с различной степенью гнева и печали. Термин «голос» используется для описания формы интрапсихической коммуникации, которая представляет собой раскол внутри человека между силами, которые жизнеутверждающими, и силами, которые антагонистичны ему. «Слушание» голоса, то есть верование его предписаниям. а запреты приводят к самоограничивающему поведению и негативным последствиям. Другими словами, люди часто приводят свои действия в соответствие со своими атаками на себя.См. Видеоклип.

Быть за себя или против себя

Все мы разделены внутри себя. С одной стороны, у нас есть чувство собственного достоинства — у нас есть черты характера и поведение, которые нам нравятся или которые нам нравятся. У нас есть естественная склонность расти и развиваться и преследовать наши личные и профессиональные цели, а также желание быть близкими в наших отношениях и искать смысл жизни. Все эти качества составляют то, кем мы являемся на самом деле; они отражают незащищенную часть нашей личности и дружелюбное, сострадательное отношение к себе.

Положительная часть нас состоит из наших уникальных характеристик — физических способностей и качеств, эмоционального темперамента, а также положительных черт, которые мы естественным образом передали от наших родителей. Сначала он развивается и растет в результате воспитательных качеств и поведения наших родителей и других неравнодушных взрослых, а также любви и заботы, которые они направляют к нам. Затем на него также влияют то, что мы узнаем, что нам нравится, и опыт, который способствует нашему личному росту.

Критический внутренний голос

Критический внутренний голос — это та часть нас, которая обращена против нас самих.Это защищенная отрицательная сторона нашей личности, которая противостоит нашему постоянному развитию. Голос состоит из негативных мыслей, убеждений и взглядов, которые противоречат нашим интересам и снижают нашу самооценку. Он поощряет и сильно влияет на саморазрушительное поведение и ведет к саморазрушению. Этот враждебный, осуждающий советник также предупреждает нас о других людях, пропагандируя гневное и циничное отношение к другим и создавая негативную, пессимистическую картину мира.

Критический внутренний голос в разной степени присутствует в каждом человеке.Это подрывает нашу способность реалистично интерпретировать события; он вызывает негативные настроения и саботирует наши поиски удовлетворения и смысла жизни. Эти деструктивные усвоенные мысли приводят к чувству отчуждения — ощущению удаленности от самих себя и от тех, кого мы любим. Критический внутренний голос — это не слуховая галлюцинация; это переживается как мысли в вашей голове. Если мы «прислушаемся» к его деструктивной точке зрения и поверим тому, что он нам говорит, мы не сможем оспорить ее и вместо этого будем действовать в соответствии с ней.Этот процесс имеет серьезные негативные последствия для нашей жизни.

Хотя большинство из нас осознают некоторые аспекты этого внутреннего голоса, многие из наших негативных мыслей существуют на бессознательном уровне. Иногда мы можем распознавать то, что говорит нам наш критический внутренний голос, в то время как в других случаях мы можем не понимать нашего негативного мышления и просто принимать его как истину. Мы часто не осознаем разрушительного воздействия этих мыслей на наши эмоции, действия и общее качество нашей жизни.

Критический внутренний голос — не совесть

Критический внутренний голос — это не совесть или моральный ориентир. Что больше всего отличает внутренний голос от совести, так это его унизительное, карающее качество. Его унизительный тон имеет тенденцию усиливать наше чувство ненависти к себе, вместо того, чтобы побуждать нас изменить нежелательные действия конструктивным образом.

Бросить вызов вашему критическому внутреннему голосу

Вы можете взять власть над своим критическим внутренним голосом. Когда вы осознаете, что он вам говорит, вы можете остановить его управление вашей жизнью.Задача состоит в том, чтобы выявить и «вымыть» эту внутреннюю тайную операцию. Для этого будьте внимательны, когда вы впадете в плохое настроение или расстроитесь. Выясните: что вызвало сдвиг? Что произошло и, самое главное, что вы начали рассказывать себе после мероприятия? Тот факт, что ваше настроение изменилось с оптимистичного или расслабленного до подавленного или раздражительного, вероятно, является признаком того, что вы интерпретируете событие своим критическим внутренним голосом.

Теперь, когда вы определили, что ваш критический внутренний голос советует вам, что он пытается заставить вас сделать? Когда вы определяете действия, за которые он выступает, вы можете взять под контроль свой критический внутренний голос.Вы можете сознательно решить действовать вопреки его директивам, действуя таким образом в своих собственных интересах.

Оставаться на правильной стороне и не прислушиваться к своему критическому внутреннему голосу

Баланс между нашими двумя сторонами очень тонкий, и его легко нарушить. Однако нам не нужно быть жертвами своего настроения, поскольку оно колеблется между нашими положительными и отрицательными чувствами по отношению к нам самим. Определив критический внутренний голос и роль, которую он играет в поддержке нашего негативного представления о себе, мы можем принять меры против него и значительно изменить свою жизнь.Мы можем отказаться от взглядов, которые противоречат нашим интересам и занижают нашу самооценку. Мы можем прекратить самоубийственное и саморазрушительное поведение. Мы не можем терпеть гневное, циничное отношение к другим, которое настраивает нас против людей.

Когда вы освободитесь от критического внутреннего голоса, вы сможете свободно заниматься поиском удовлетворения и смысла жизни. Вы будете чувствовать себя в мире с собой и рядом с теми, кого любите. Вам понравится сострадательный взгляд на мир и оптимистичный взгляд на жизнь.

Об авторе

PsychAlive PsychAlive — это бесплатный некоммерческий ресурс, созданный Glendon Association. Помогите поддержать наши усилия по распространению психологической информации среди общественности, сделав пожертвование. Теги: критический внутренний голос, негативные мыслительные процессы, самокритичные мысли, самоуничижение, самооценка, ненависть к себе, самоограничивающее поведение

Внутренняя речь — L2 | SpringerLink

‘) var buybox = document.querySelector («[id-данных = id _» + отметка времени + «]»). parentNode var cartStepActive = document.cookie.indexOf («ecommerce-feature — buybox-cart-step»)! == -1 ; []. slice.call (buybox.querySelectorAll («. покупка-опция»)). forEach (initCollapsibles) функция initCollapsibles (подписка, индекс) { var toggle = subscription.querySelector («. цена-опции-покупки») subscription.classList.remove («расширенный») var form = подписка.querySelector («. форма-варианта-покупки») if (form && cartStepActive) { var formAction = form.getAttribute («действие») form.setAttribute ( «действие», formAction.replace («/ оформление заказа», «/ корзина») ) } var priceInfo = subscription.querySelector («.цена-информация «) var buyOption = toggle.parentElement if (переключить && форму && priceInfo) { toggle.setAttribute («роль», «кнопка») toggle.setAttribute («tabindex», «0») toggle.addEventListener («клик», функция (событие) { var extended = toggle.getAttribute («aria-extended») === «true» || ложный переключать.setAttribute («расширенный ария»,! расширенный) form.hidden = расширенный если (! расширено) { buyOption.classList.add («расширенный») } еще { buyOption.classList.remove («расширенный») } priceInfo.hidden = расширенный }, ложный) } } function initKeyControls () { документ.addEventListener («нажатие клавиши», функция (событие) { if (document.activeElement.classList.contains («покупка-опция-цена») && (event.code === «Space» || event.code === «Enter»)) { if (document.activeElement) { event.preventDefault () document.activeElement.click () } } }, ложный) } function initialStateOpen () { var buyboxWidth = buybox.offsetWidth ; []. slice.call (buybox.querySelectorAll («. покупка-опция»)). forEach (function (option, index) { var toggle = option.querySelector («. покупка-вариант-цена») var form = option.querySelector («. Purchase-option-form») var priceInfo = option.querySelector («. цена-информация») if (buyboxWidth> 480) { toggle.click () } еще { if (index === 0) { переключать.нажмите () } еще { toggle.setAttribute («расширенная ария», «ложь») form.hidden = «скрытый» priceInfo.hidden = «скрыто» } } }) } initialStateOpen () если (window.buyboxInitialised) вернуть window.buyboxInitialised = true initKeyControls () }) ()

человек без внутреннего монолога объясняют, что это такое в их голове

Ранее в этом году многие люди были удивлены, обнаружив, что у некоторых людей нет внутреннего монолога, в то время как у тех людей, которые не были удивлены, узнав, что другие люди есть.Когда-либо жил только в своей голове, довольно странно обнаруживать, что другие люди думают иначе, чем вы.

Например, я предположил, что у всех остальных есть внутренний монолог, и, как и мой, этот монолог озвучивает Патрик Стюарт. Думать, что у некоторых людей нет монолога, изображаемого капитаном Пикардом, было достаточно странно, не обнаружив, что они вообще ничего не слышат.

Вскоре после того, как все обнаружили, что существует другая группа мыслителей, люди начали объяснять друг другу, на что похож их метод мышления, а в чем другой — просто странный.В одной ветке Reddit пользователь Vadermaulkylo написал: «Сегодня я сказал маме, что у меня нет внутреннего монолога, и она уставилась на меня, как будто у меня три головы. Одна общая?» Они признались, что думали, что это выдуманная концепция, придуманная как повествовательный прием в телешоу Dexter ( об удивительно слезливом психопате).

На что похоже а не на есть монолог

После того, как люди назвали бедного Redditor неигровым персонажем достаточно раз, чтобы убрать его из своих систем, несколько человек (включая OP) описали, что на самом деле означает отсутствие внутреннего монолога.

«Итак, если ваш начальник просит вас сделать что-то прямо в тот момент, когда вы планировали уйти с работы, вы не думаете:« О, черт возьми, какая боль? в голове, говоря вслух: «Никаких проблем, босс»? » — спросил один пользователь.

“Нет. Никогда этого не было, — ответил Вадермаулкило. — Если меня просят сделать что-то, чего я не хочу, я просто немного расстраиваюсь, но это все. Я действительно не думаю о себе ».

Другие подтвердили, что их опыт был аналогичным.

«Я такой же», — сказал пользователь GohanShmohan.»У меня нет никаких сознательных мыслей о том, что я чувствую, или какого-либо потока диалога, описывающего это самому себе. Я просто чувствую это. Как будто внутренний диалог — это средний человек в моей голове, которого просто нет . »

Для других все было немного сложнее.

«У меня тоже нет внутреннего монолога. Каждый раз, когда мне приходится общаться вне моей головы словами, я должен« переводить »то, что я думаю. Это требует времени и усилий. Вот почему я предпочитаю письменное общение устно, так как вы можете занять больше времени, чем требуется мгновенный ответ для устного разговора », — написал Redditor BobbitWormJoe.

«Когда я знаю, что мне нужно будет поговорить устно (например, если мне нужно позвонить по телефону или затронуть тему на встрече), я как можно больше мысленно готовлюсь, чтобы знать, какие слова мне действительно нужно сказать. С другой стороны, если я веду беседу, в которой у меня не было времени заранее организовать и перевести свои мысли, у меня постоянно бывают длинные паузы, когда я делаю это в режиме реального времени, что кажется странным для люди, которые замечают это.Это раздражало мою жену долгое время, пока мы оба не поняли, почему это происходит.«

На вопрос, застревали ли они когда-нибудь в их голове, Вадермаулкило ответил: «На самом деле, это, наверное, самое близкое, что у меня есть. В настоящее время в моей голове есть пара песен из этого нового альбома Lil Wayne. курс.»

Каково это с на есть монолог

«Мысли — это слов», — написал пользователь merewautt. «Я не могу представить мысль не как словесную конструкцию. Все мои мысли окрашены физическими составляющими различных эмоций, но все они — слова.Я могу представить себя физически злым на мгновение, не думая об этом словесно (мое сердце будет бешено колотиться, мои плечи трясутся, мышцы напрягаются и т. Д.), Но я не могу представить, что осознаю какие-либо свои физические эмоции без мыслей как языка. Мой внутренний монолог, когда мое тело испытывает физический гнев, будет (внутренний монолог в скобках):

(Ой, черт возьми, она такая лицемерка) — громко — ТЫ БЕЖИМ ГИПОКРИТОМ, (она скажет, что это не то же самое, потому что …) ЭТО НЕ ТАКОЕ И ВЫ ЭТО ЗНАЕТЕ.«

Многие люди соглашались, что чувство гнева идет рука об руку с внутренним монологом разглагольствования и довольно частой ругани, и они не могли представить себе просто физическую реакцию на эмоцию без постоянного потока мыслей в качестве слов, которые нужно сформулировать. это себе. Мерэаут указал, что именно так случаются оговорки по Фрейду, когда вы не планируете что-то говорить вслух, но думаете об этом и «теряете фильтр» в своем внутреннем монологе.

Другие спрашивали, ходят ли люди с монологами, рассказывая о своей жизни, как Бриджит Джонс, что, если честно, отчасти.

Что говорит наука?

В научных исследованиях кажется, что люди испытывают большее смешение, чем респонденты, которые самостоятельно выбрали вирусный пост, подразумевающий, что это был либо / либо.

Небольшое исследование, проведенное в 2011 году, было направлено на то, чтобы лучше понять, как люди думают. Они подавали звуковые сигналы случайной выборке студентов. Когда звуковой сигнал сработал, они должны были записать, что происходило в их головах за несколько мгновений до того, как он сработал. Это продолжалось несколько недель, чтобы они привыкли к этому, а затем получили точную картину того, что происходило в их сознании.

«Субъекты ощущали себя внутренне разговаривающими сами с собой в 26 процентах всех выборок», — написала команда в Psychology Today. «Но были большие индивидуальные различия: некоторые испытуемые никогда не испытывали внутренней речи; другие испытуемые испытывали внутреннюю речь в целых 75 процентах своих выборок. Средний процент по испытуемым составлял 20 процентов.

«Некоторые люди разговаривают сами с собой много, некоторые — никогда, некоторые — время от времени».

Nerdfighteria Wiki — Понимание голосов в наших головах

[â ™ ª вступление].

Может быть, неудивительно, что писатели наделили так много супергероев, инопланетных существ и волшебных существ силой телепатии. Только представьте, что вы могли бы узнать о человеке, если бы могли слышать его мысли.

Ну, вообще-то, я только что сделал небольшое предположение: там будет что послушать. Потому что не у всех есть такой внутренний монолог — или, что психологи часто называют внутренней речью. И даже люди, которые слышат их мысли, не обязательно говорят в их головах 247.

Оказывается, внутренняя речь может многое рассказать нам о том, как работает наш мозг, как он развивается и как мы говорим. Но… исследования всего этого на самом деле только начинаются. Внутренняя речь в некоторой степени определяется как когда человек «произносит» значимые мысли, не производя звука и не двигая какой-либо частью своего тела, например языком или губами.

Хотя в некотором смысле легче определить, чем это не является. Это отличается от визуализации или изображения вещей в своей голове.И это не включает в себя такие чувства, как счастье или голод, или ваше осознание чувственных переживаний, таких как наблюдение за блеском чего-то блестящего на земле.

По сути, это относится только к мыслям, сопровождаемым определенными словами. Эти слова обычно имеют тот же тон, интонацию и даже акцент, как если бы они были произнесены вслух — хотя и не всегда, к чему мы вернемся чуть позже. Даже такое понимание внутренней речи было проблемой для психологов, потому что — сюрприз! — действительно трудно измерить внутренние переживания людей.

Итак, было много различий в методах исследования и не так много согласия между разными исследованиями и разными учеными. Например, в некоторых исследованиях пытались заглянуть в головы людей, побуждая их услышать в уме определенные слова или фразы — например, прося их прочесть что-то про себя или определить, рифмуются ли два слова, не произнося их вслух. Это выявило некоторые странные особенности внутренней речи — например, когда люди читают, они с большей вероятностью мысленно произнесут отдельные слова, представляющие отрывок, чем каждое слово в каждом предложении.

Но подсказанная внутренняя речь и спонтанная внутренняя речь на самом деле не одно и то же. Кроме того, подсказки не могут многое сказать нам о том, как часто и почему люди используют внутреннюю речь в своей повседневной жизни. Поэтому некоторые исследователи вместо этого используют анкеты.

По их словам, эти разговоры с самими собой в основном касаются … самих себя. И вроде как в плохом смысле. В большинстве случаев наша внутренняя речь состоит из отрицательных вещей о нас самих, наших отрицательных эмоциях или о том, как мы пытаемся решить, достаточно ли мы хороши.

И, как ни странно, обычно это все целые предложения. Лишь около трети людей испытывают сокращенную внутреннюю речь, где одно слово или фраза представляют собой целую сложную мысль. Итак… противоположное тому, что происходит, когда мы читаем.

Анкеты также пытались ответить на вопрос о том, как часто люди используют внутреннюю речь, но у них есть несколько ограничений. Возможно, наиболее вопиющим является то, что люди обычно не очень хорошо осознают свои внутренние переживания, поэтому анкеты, вероятно, переоценивают частоту внутренней речи.Совсем недавно исследователи начали использовать процедуру под названием.

Описательная выборка опыта или DES. С DES люди носят с собой бипер, который в течение дня срабатывает случайным образом. И когда это происходит, они записывают какие-то заметки о том, что именно происходило у них в голове в тот момент.

Это похоже на то, когда вы сидите напротив друга и думаете: «О чем вы думаете?» Это не идеально. Некоторые исследователи считают, что DES заходит слишком далеко и, например, недооценивает внутреннюю речь.Но это дает ученым лучшее представление о том, сколько людей «слышат» свои мысли и как часто.

И выяснилось, что внутренние монологи — как и большинство вещей в психологии — находятся в спектре. Очень немногие люди вообще не имеют внутренней речи, и очень немногие люди используют ее на все сто процентов. Исследования DES показывают, что от семидесяти до восьмидесяти пяти процентов людей хотя бы время от времени испытывают некоторую спонтанную внутреннюю речь.

И из этих людей большинство из них разговаривают сами с собой от пятнадцати до тридцати процентов времени.Также возможно иметь более одного внутреннего опыта одновременно, поэтому вы можете что-то визуализировать и разговаривать с собой об этом. И внутренняя речь тоже бывает разной.

В то время как многие люди говорят об этом в терминах внутренних монологов, около семидесяти пяти процентов людей сообщают, что иногда у них в голове возникают суеты. Обычно они играют обе стороны в разговоре, хотя только около двадцати пяти процентов людей сообщают, что другие люди проявляются в их внутренней речи.Люди, у которых когда-либо был воображаемый друг, с большей вероятностью будут использовать такую ​​диалогическую речь, даже если у них больше нет этого друга.

Что довольно мило. Другие могут испытать нечто немного иное, но похожее: то, что психологи называют воображаемыми взаимодействиями. По сути, это когда вы представляете себе все, что вам следовало сказать тому парню, который украл ваше парковочное место, или репетируете то, что вы собираетесь сказать своему свиданию позже.

Во всем этом неясно, почему у людей разные внутренние монологи или диалоги, и что эти различия говорят о них.Мы даже толком не знаем, откуда берется внутренняя речь. С эволюционной точки зрения многие эксперты считают, что внутренняя речь возникла как часть процесса создания открытой речи.

Это может быть даже побочный эффект разговорной речи, которую используют для решения других когнитивных задач. Видите ли, когда вы идете говорить, ваш мозг одновременно посылает сигналы в две разные области: одну — двигательным частям мозга, чтобы контролировать рот, язык и прочее, и копию — сенсорным частям мозга.Сенсорный сигнал позволяет мозгу делать предположения о том, что он собирается услышать.

По сути, вы произносите слова в уме, произнося их вслух. Оказывается, такой же сигнал возникает во время внутренней речи. Возможно, поэтому вы цитируете «слышите себя» — вы буквально активируете слуховую часть своего мозга.

Некоторые психологи считают, что это означает, что основная цель внутренней речи — улавливать ошибки, когда вы говорите. Если внутреннее предсказание совпадает с тем, что вы говорите, ваш мозг знает, что может отфильтровать ваши слова из того, что он слышит, и сосредоточиться на остальных входящих звуках.Если они не совпадают — например, если вы споткнетесь на слове — ваш мозг сообщает вам, что вы допустили ошибку, чтобы вы могли остановиться и исправить себя.

Но не похоже, что это исправление ошибок абсолютно необходимо для речи, потому что они могут быть отделены друг от друга. Бывают случаи, когда люди с повреждением головного мозга теряют внутреннюю речь, но не могут говорить, и наоборот. Тем не менее, внутренняя речь могла помочь людям лучше общаться, что могло бы объяснить ее развитие.

Это просто преобладающая гипотеза, и, возможно, она неверна. Кроме того, вполне вероятно, что даже если внутренняя речь начиналась таким образом, мозг перепрофилировал ее для других целей. Эти другие варианты использования могут объяснить, почему он различается между людьми.

Некоторые психологи считают, что наша повседневная внутренняя речь отражает разговоры, которые мы вели вслух в детстве, особенно моменты, когда наши опекуны рассказывали нам о решении проблемы или успокаивали. Идея состоит в том, что эти обучающие моменты усваиваются по мере нашего взросления, а затем мы, по сути, воспроизводим их в своей голове позже, что могло бы объяснить, почему внутренняя речь часто напоминает разговор.И это могло бы объяснить, почему с точки зрения содержания часто речь идет о саморегулировании — таких вещах, как решение проблем, планирование, управление временем и мотивация.

Это все, через что кто-то может помочь своему маленькому ребенку. Кроме того, одни и те же области мозга активируются во время внутренней диалогической речи и когда человек думает о чужом опыте и перспективах. Это имело бы смысл, если голос в вашей голове — это, по сути, ваш мозг, перерабатывающий чужие слова.

Итак, если эта теория верна, внутренняя речь может быть разной у людей просто потому, что их воспитание и социальное взаимодействие были разными. Заметьте, мы до сих пор не знаем, насколько важны эти различия и имеют ли они значение. Но есть несколько важных ключей к разгадке того, что внутренняя речь играет важную роль в познании, а значит, все процессы мозга, участвующие в мышлении.

Например, ученые использовали тест, называемый парадигмой двойного задания, чтобы увидеть, как внутренняя речь влияет на решение проблем. По сути, они просят человека решить проблему, одновременно занимаясь чем-то другим.И если это второе задание носит физический характер — например, постукивание ногой — у них, как правило, нет проблем с этим.

Но если это словесно — например, запоминание списка слов — тогда они работают хуже. Исследователи думают, что это потому, что эти слова нарушают их внутреннюю речь, из-за чего они не могут самостоятельно решить проблему. Внутренняя речь также может быть важным инструментом памяти, а точнее, рабочей памяти.

Это память, в которой вы храните информацию, к которой хотите быстро получить доступ.Одним из компонентов рабочей памяти является способность повторять информацию про себя до тех пор, пока она вам больше не понадобится, а для этого вам понадобится внутренняя речь. На самом деле, люди, которые в большей степени склонны к самоуправлению внутренней речью, например, разговаривают сами с собой, решая проблему, похоже, лучше справляются с некоторыми когнитивными задачами.

Таким образом, различия в том, как люди разговаривают сами с собой, могут лежать в основе различий в том, насколько хорошо они осуществляют различные виды мышления. Внутренняя речь может также играть роль в нарушениях психического здоровья.Например, исследования связывают это с депрессией и тревогой.

Люди с более депрессивными наклонностями склонны к более депрессивному разговору с самим собой. И мы знаем, что люди, которые более тревожны, склонны к более самокритичной внутренней речи. Неясно, усугубляют ли эти негативные формы внутренней речи эти состояния или даже вызывают их, или же эти условия приводят к большему количеству негативной внутренней речи.

Тем не менее, исследования показали, что если вы попросите людей подумать вербально о гипотетических ситуациях, даже о положительных, их настроение будет ниже, чем если бы вы попросили их вместо этого представить себе гипотетические ситуации.И это подтверждает идею о том, что речевая часть внутренней речи может делать людей менее счастливыми… по какой-то причине. Другое исследование связывало внутреннюю речь с симптомами, часто встречающимися при психотических расстройствах.

Например, люди с шизофренией часто сообщают, что слышат голоса людей, говорящих с ними или говорящих им, что делать. Одна из теорий состоит в том, что эти «голоса» на самом деле являются внутренней речью. Помните тот сигнал предсказания, о котором я упоминал ранее?

Что ж, некоторые эксперты считают, что если что-то в этой нейронной цепи не работает, то обычный способ мозга распознавать самодельные звуки и мысли тоже может быть отключен.В общем, мозг этого человека может не так хорошо отделять звуки, которые они производят, от тех, которые они слышат. А это может означать, что он также приписывает внутреннюю речь кому-то другому.

Из-за этих потенциально важных ролей в познании и психическом здоровье психологи стремятся лучше понять, что такое внутренняя речь и почему это происходит. И выяснение всего этого может рассказать нам многое, ну, очень многое — от того, как наш мозг развивается и работает, до того, что на самом деле происходит при различных психических расстройствах.Но на данный момент мы просто не так много знаем об этом, что большинство из нас делает каждый день.

Есть много серьезных вопросов, на которые в настоящее время нет ответа, например, откуда берется внутренняя речь, почему она различается между людьми и что эти различия означают. Мол, ты можешь изменить свой внутренний монолог? Можете ли вы приучить себя думать в разговоре или чаще слышать другие голоса или свой собственный?

Мы даже не знаем, стоит ли вам делать эти изменения — есть ли преимущества или недостатки различных видов внутренней речи.И, вероятно, пройдет некоторое время, прежде чем мы получим какие-либо четкие ответы, потому что наши методы изучения этого просто не очень хороши, и есть много споров по основным вопросам, например, сколько людей вообще это делают. Тем не менее, вы все еще можете поговорить об этом между собой.

Спасибо Эрику за то, что он спросил нас об этой теме, и всем другим нашим посетителям, которые поддерживают нас на Patreon. Нам нравится слышать то, о чем вы хотите узнать! Если вы один из наших замечательных покровителей, обязательно заходите в этот почтовый ящик QQ время от времени или заходите в Discord, чтобы поболтать о научных вещах с другими покровителями и некоторыми из наших сотрудников.

А если вы еще не являетесь покровителем, вы можете узнать больше о присоединении к нашему удивительному, любящему науку сообществу на Patreon.com/SciShow [â ™ outro].

Людей пугает то, что не у всех есть внутренний монолог

Невозможно проникнуть в сознание другого человека, чтобы увидеть, как он думает. Трудно даже количественно оценить или описать комбинацию образов, слов, ощущений и эмоций, которые иногда проходят через наш мозг.

Несмотря на все исследования человеческого мозга, все еще невозможно изучить одно и получить хоть какое-то представление о том, о чем он думает и как это происходит.

Недавний вирусный твит KylePlantEmoji, пользователя Twitter, который делает забавные песни и видео, положил начало глубокому разговору о природе сознания.

«Интересный факт: у некоторых людей есть внутреннее повествование, а у некоторых не надо, — написал он в Твиттере. «Например, мысли некоторых людей похожи на предложения, которые они «Слышать», а у некоторых людей просто отвлеченные невербальные мысли, и они вынуждены сознательно вербализируйте их.И большинство людей не знают о другом типе человек.»

Этот твит стал огромным открытием для людей, чьи мысли состоят в основном из слов, как внутренний сценарий, который никогда не заканчивается. Это также было поучительно для тех, у кого нет внутреннего монолога, и он думал, что он будет ужасно утомительным и отвлекающим.

Некоторые люди с внутренним монологом считают несправедливым, что другие могут вальсировать по жизни, не подвергаясь постоянной мысленной болтовне.

Твит вызвал резкую реакцию со стороны тех, кто монологи.

Те, у кого нет внутренних монологов, пытались успокоить свой ум описывая то, что происходит в их головах.

Хотя эта тема не изучалась интенсивно, исследование показало, что существует три типа мыслителей: те, кто испытывает внутреннюю речь почти все время, некоторые время от времени, а другие никогда.

Но исследователям еще предстоит количественно определить процент людей, испытывающих каждый тип мыслей.

Каково это людям, у которых нет внутренней речи?

Исследование 2011 года показало, что люди, не обладающие внутренней речью, вместо этого думают, используя образы, концепции и эмоции. Когда их спрашивают «о чем вы думаете?», Они могут легко перевести свои невербальные мысли в слова.

Исследования показывают, что у людей, не обладающих внутренней речью, мозг устроен иначе.

Внутренняя речь требует сети мозговой активности, соединяющей лобную долю со слуховой корой.Одна теория предполагает, что люди, которые не производят внутреннюю речь, не могут использовать эти сети без активации своей моторной коры.

Моторная кора головного мозга управляет движением и координацией процессов, которые мы используем, чтобы говорить. Таким образом, им придется говорить вслух или физически имитировать слова, чтобы создать внутренний диалог.

Другая теория гласит, что те, у кого нет внутреннего монолога, не очень интроспективны или имеют слабую связь со своими умственными процессами.

Но если у вас нет крепкого внутреннего монолога, не нужно волноваться.

«Я уверен, что внутренняя речь — устойчивое явление; «Если вы воспользуетесь правильным методом, то практически не останется сомнений в том, происходит ли внутренняя речь в данный момент», — пишет Рассел Т. Херлберт, профессор психологии из Университета Невады. «И я уверен в индивидуальных различиях — некоторые люди говорят сами с собой много, некоторые никогда, некоторые время от времени».

Как однажды сказал Будда: «Все, что мы есть, есть результат того, что мы думали». Независимо от того, как мы формулируем эти мысли, главное — знать, как их расшифровать с пользой для себя и других.

Также возможно узнать, как получить контроль над своим разумом, чтобы мы могли манипулировать своим внутренним миром, а не подчиняться ему.

Кто или что стоит за сознанием и судит о том, что и как мы думаем? Это еще более глубокий вопрос.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.